Восходящий Монарх

Глава 1

Восходящий Монарх

ГЛАВА 1

Империя – Монархическое

Государство, с подвластными

ему территориями во главе

которого стоит император

Поздним-поздним вечером, в деревушке за рекой Фенс, которая славилась маленькой статуей основателя, на окраине, сделанная любителем, родился второй сын здешнего казначея. Маур-Гвинзей, долгое время занимал этот пост в профсоюзном комитете, который находился в ближайшем крупном городе. Никто не знал его фамилии, да и была ли она, вопрос оставался открытым. Стальной и пунктуальный характер, дерзость и точное понимание своих обязанностей, помогло ему закрепить статус самого влиятельного и почётного господина, которому довелось пожать руку чину из совета правления мэрии. Маур-Гвинзей часто гордился этим достижением. Зачастую его диктаторская методика работы, подавляла плохие результаты учётов. В семейном плане, он не делал исключений, жену Джустину и старшего сына, Маур-Гвинзей держал на коротком поводке, тотальный контроль всех семейных вопросов, особенно финансового плана, кроме него распоряжаться деньгами в семье не мог никто. С рождением второго сына казалось, что человек таких нравов станет мягче. Проходили года, роль в профсоюзе всё снижалась, правительство сменялось, и было ясно что государство ждут перемены. Маур понимал что изменить уже ничего не получится и принялся больше времени проводить с семьёй, в особенности с младшим сыном, которого назвали Гедымгейт.

Мрачный осенний день, лепестки с деревьев выпадали в этом году с непростительной скоростью. Это поселение, которое находилось в самой центральной области страны, было непримечательным, со всеми задатками самого обычного маленького населённого пункта. С парочкой продуктовых лавок, зданием администрации и населением не более тысячи человек. Одно лишь бросалось в глаза, один единственный дом, с одной большой металлической дверью. Дом семьи влиятельного чина, двухэтажная кирпичная застройка, со всеми прелестями современного архитектурного стиля. Во дворе располагалась скамейка, а на ней сидел мальчик, лет тринадцати и в руках у него была книжка, на обложке заметно красовался человек, в залежах родиевой руды. Через мгновенье к нему подбежал другой мальчик на вид намного старше и изумлённо дал понять, что стоит вернуться в дом. На пороге их обоих ждал мужчина, не высокого роста, с не большой щетиной и с едва заметным шрамом на щеке. Глаза карего цвета, коротко стриженные поседевшие в боках волосы. Строгим взглядом он окинул мальчика, который только что сидел на скамейке и с явно большим интересом читал книгу, что позже выяснилось и являлась причиной такого сумбурного начала их диалога. - Было ясно сказано, - с повышенным тоном сказал мужчина. – Сказано, и ещё столько же размусолено, может ли нарушаться правило в этом доме без последствий? - Нет сэр, - ответил мальчик который младше, скрывая все эмоции скопившиеся внутри него. - Тогда почему в этом доме нарушено правило, нарушено нарочно, с полным пониманием содеянного, без какого либо колебания.

Оба мальчика смирно стояли перед мужчиной, чувствовалось как их пульс растёт, но никто из них не смог подобрать слова в ответ. - Я повторяю вопрос, а когда в этом доме идёт повторение заданного вопроса, третьего уже не дано.

Не выдержав давления, младший слегка подняв глаза, очень тонким и тихим голосом хладнокровно произнёс. - Виноват, понесу любое наказание, эта книга попалась мне в библиотеке, я осознано взял её и начал читать, зная что это расстроит моего отца и нарушит, поставленные в этом доме правила.

Никаких признаков эмоций на лице этого мальчика. Наступила мгновенная, но не долгая пауза, после чего мужчина, уже сбавив немного тон решительно сказал.

- Каингрейз, ступай на кухню, узнай не нужна ли матери помощь. Мальчик выглядевший старше, кивнул головой и направился в даль узкого коридора, где располагался вход в гостиную, а уже там была арка ведущая на кухне, сильно в это время пахнущую приправами, в особенности шалфеем.

- Пройдём во двор, - продолжил диалог мужчина. – Есть что размусолить. Оба они подошли к скамейке, на которой до этого сидел мальчик. С неба мельком начинал капать дождь, а дело близилось к обеду. Мужчина, чуть зайдя за двор, на несколько секунд направил взгляд в сторону дороги, идущую вдоль их дома, а затем повернулся к мальчику и сказал. – Гедымгейт, я вижу ты увлёкся историей, - не долгая пауза. – Запретной историей… Сядь.

Гедымгейт не оборачиваясь назад, сел на скамейку, в которой несколько минут назад пристально зачитывал книжку. Мысли у него разнились, отчасти он думал, как бы смягчить наказание, которое получит за проступок, а отчасти, в голову ему впился один фрагмент из книги, который он очень долго не сможет выкинуть из головы. - Ты уже решил кем хочешь стать после окончания учёбы?

- Скорее нет, но Каингрейз считает что из меня получился бы хороший солдат на передовой. - Потому что хорошо подчиняешься приказам? - Нее, я отвратительно бы подчинялся приказам кого-либо. – В первые за это время Гедымгейт показал какую-то эмоцию и улыбнулся. - Хочу быть кем-то, кто не зависит от кого-то.

- Запомни, что бы ты не решил, не останавливайся, иди до конца к своей цели. Пройди этот тернистый путь. Насчёт книжки, где бы ты её не достал, мне не интересно, в этом доме она не должна больше появляться Мальчик неуверенно покивал головой, поймал ртом воздух, легонько вздохнул и сказал.

- Я понял отец, не увидишь.

Маур Гвинзей дотянулся до зонта, висевший на крючке возле двери, встал, почесал голову, мысленно думая о том что седина уж слишком резко его настигла. - Хорошо, мне надо отойти по делам, ступай в дом, погода думаю не нормализуется до завтра минимум, не забудь мои слова, осмысли их правильно и главное, самое твоё родное в будущем, это твой брат, ни в при каких обстоятельствах не разделяйтесь и поддерживайте друг друга, - Он расслабил веки, оглянулся в дальние окрестности и продолжил. – Славные времена расцвета нашей империи позади, куда же мы скатились….

ГЛАВА 2

- Ребята уроки истории начинается, прошу всех по местам. Сегодня мы проходим очень интересную тему, «коллапс цивилизации»

Этот день начинался обыденно, всё как всегда, и продолжаться он должен был по заранее отведённому сценарию, если бы не одно, но, очень любопытный мальчик, с очень интересными и своеобразными идеями в отношении школьной программы.

- Гедымгейт, ты хотел что-то добавить? – спросила учительница, мальчика, сидевшего на самой передней парте, в паре с девочкой с косичками.

- Ну была одна не большая мысль, но лучше я оставлю её при себе, - ответил мальчик

- Нет-нет, - выразительно и с большим интересом воскликнула учительница Тереза. – Думаю нам всем было бы интересно послушать.

- Я просто подумал, что в учебниках не верная информация и нам всем вешают лапшу на уши, чтоб нашего императора уважали за границей. Наши власти пытаются скрыть прошлое нашей страны, всеми возможными силами, - Встав резко с парты и сжав кулак, ответил мальчик по имени Гедымгейт. – Это очень глупо, я каждый день, утром, днём, вечером, когда засыпаю, задумываюсь, ведь всё добытое нашими предками, эти представители высшего общества пытаются просто свести на нет. Но кто я, чтобы что-то изменить, я всего лишь ученик старшего класса Гедымгейт. Если бы это касалось просто некоторых личностей, то можно было молчать, всё же в отместку идёт целая сверхдержава с её величиями и ценностями.

Весь класс очень внимательно слушал, а учительница на несколько секунд даже забыла кем тут работает, но сразу же попыталась взять себя в руки и начала перебирать слова в голове, подыскивая верно правильные, которые помогут, как ей казалось оправдаться, но зачем, она же не подсудимая на каком-то городском суде, она весьма квалифицированный учитель, нет нужды в панике.

- Нуууу Гедымгейт, это весьма грандиозная речь или высказывание накипевшего, верно класс, - В классе стояла гробовая тишина, медленно кивая Тереза продолжила. – Я думаю тебе надо нам рассказать, откуда все эти мысли набрались, ощущение что тебе кто-то промыл сознание, иначе не представляю, как можно вообще можно прийти к такому, нет-нет, мы все ждём разумные аргументы, это всё же урок.

Недолго думая и не собираясь сбавлять набранные обороты, Гедымгейт ещё увереннее продолжил.

- Столетия назад, Анковир, наша необъятная страна, славилась великими завоеваниями, величайшей армией, сметающей всё на своём пути. Захватывали слабых, ущемляли их и показывали всему миру, что именно мы являемся высшей расой на земле. Все наши достижения, современники изничтожили, свели к минимуму. Как по мне, это величайшая несправедливость. И что касается эльфов, мы истребляли под корень, этих гнусных созданий, демонов, рабов, а сейчас обо всех этих событиях запрещено говорить, строгие наказания и всё в этом духе, - не успевая даже выдыхать, Гедымгейт выстреливал слова за словами и не думая останавливаться, зная, что ни к чему хорошему это не приведёт, просто иначе не мог. – Я уверен, что меня не поймут, всё же готов всё объяснить. Раскрывать свои источники я не стану, но уверен в их достоверности на сто пять процентов. Наша страна превратилась в типичную стерилку. Главное бы не испортить отношение с соседями с севера и запада, никого не ущемлять, обижать, вредить и быть паинькой, но что это за позиция, нас не уважают, не боятся, боюсь некоторые страны вроде напыщенных Салаксийцев, даже не считают сверхдержавой. Искренне больно за этим наблюдать, учитывая, что и кем раньше были Анковирцы.

Вскоре учительница не выдержала и прервала высказывание, которое точно не оставило никого равнодушным, особенно девочку с косичками, находящуюся ближе всего к эпицентру словесной битвы.

- Всё, достаточно Гедымгейт, всё что ты сказал, абсолютно не верно. Ты подавляешь патриотические чувства всех находящихся здесь людей. Я возьму на себя ответственность и поставлю тебе за сегодня провал. Ты осознаешь, что отчасти нарушил, не только школьные и городские правила, а законы нашей страны, понимаешь что всем этим, ты приравнялся к загорелым революционерам. С тобой будут проводить воспитательные меры наши детские психологи, на этом урок окончен.

- Эти законы не вечны и когда-нибудь их кто-то изменит.

ГЛАВА 3

Переское национальное учебное заведение имени Клифериона. ПНУЗ им К, занимало третье место по всей стране из всех училищ по престижности. Отсюда не выпускались учёные, изобретатели и разного вида генетики мира, тут зачастую обучались управленческому делу, банкиры, начальники, менеджеры, бухгалтеры. Главный корпус учреждения находится в графстве Политех, за рекой Анкер, общей площадью всей территории в двести восемьдесят пять гектар. В самом центре, окружённая рассадником различных редких цветов и растений, располагалось главное административное здание, в сквозь прилегающую тропинку на западе, находился общий кампус для учащихся, а на востоке рисовалась самая большая библиотека в стране. В ней возможно было отыскать чтиво любой принадлежности, кроме собственно тех, который были запрещены правительством, а таких было не мало. Их старательно уничтожали, хранение же каралось общим кодексом законодательства, в основном ссылкой на остров Грей-Даст. Вот так строго было с этим в Анковире. Эта библиотека славилась не только обширным ассортиментом, внутри впервые где-либо, была поставлена система умного поиска. К югу от здания администрации, слегка отдалённо, причиной тому являлся обширный слой садовых деревьев и широкой центральной дорогой для пешеходов, располагался управленческий факультет, там обучались праву и руководительству. Попасть в эту сферу обычными способами почти невозможно. Для поступления необходимы стабильные высокие баллы в среднем училище, воинская служба в войсках не ниже второго ранга, и что самое главное рекомендация от высокопоставленного чина. Этот перечень привилегий открывал для студента возможность действительно превратить свою жизнь в райский уголок, ибо закончившие этот факультет люди, сразу же получали высокие должности в различных организациях, а если уж сильно повезёт, то раз в год курсы навещает замы командира императора, для поиска потенциального государственного служащего в центральную структуру власти, отбор проходил очень тщательно, оценивалась не только успеваемость, но и психология, особые навыки, решимость и ещё многое другое.

Именно в этом факультете, заканчивает свой первый курс Гедымгейт, на носу экзамен для перехода на новый, второй этап. Девятый центральный кабинет, полдень, сидящий один в аудитории Гедымгейт, по всей видимости очень недовольный текущей обстановкой, что-то, слегка сумбурно, писал пером, на двойном листке пергамента.

Преподаватель заставил его остаться после занятий и переделывать курсовую. Стоявшая опьяняющая тишина в помещении прививала некие мысли на размышление. Несогласие, несправедливость в его сторону, вместо того, чтобы намного раньше вернуться домой, к своим делам, Гедымгейту приходилось в полном одиночестве переделывать то что на его взгляд, являлась правильной работой. Содержательно всё было на отлично, преподавателю не понравилось другое, то что он закроил основную тему и осуждал в работе действия писателя мэтра Меневалья, вместо того чтобы перечислять все его достижения и мысли. Меневаль писал документальные и исторические трактаты, и несколько лет назад выпустил историческую притчу о всех правителях Анковира и именно эта книга, должна была быть разобрана детальна в курсовой и был дан ответ, почему же её уже прозвали золотой классикой. Гедымгейт полностью раскритиковал в своей работе писателя, заявил, что тот пишет околесицу и не разбирается в истории, при этом приведя достаточное количество аргументов.

«Всё как всегда, мои мысли уходят дальше остальных, чего же я хочу в данный момент, только? Только сумев дать правильный ответ, получится продвинуться дальше.» - Размышлял Гедымгейт в опьяняющей тишине аудитории. Несмотря на множественные акты отвлечения, то на большое зеркало, стоявшее рядом с учебной доской, так отчаянно отражая, еле попадающие угасающие лучи солнца, то на глубокие размышления или споры с собственным я, за менее сорока минут он переписал курсовую так, как требовал преподаватель. Пришла пора собираться и выходить, но сделав минутную паузу перед тем самым зеркалом, отодвинув прочь сегодняшние невзгоды и взяв себя в руки.

Перед зеркалом стоял молодой парень, не высокого роста и среднего телосложения. Округлое и мальчишеское лицо, волосы чёрные, коротко отстриженные. Глаза ярко выраженные, с толикой усталости, карего цвета, дефектов на лице обнаружить не удалось. Выделялась светлая кофта в оттенках серого, чёрные штаны с эмблемой училища. Выветрить самоуверенную ухмылку с лица Гедымгейта в моменты озарения перед зеркалом, задача проблематичная. «Какую цель же сейчас я преследую, может поскорее закончить и забыть этот фарс с курсовой, или же всё куда глобальнее». - Он прекрасно всё знал, понимал, все его действия, это медленные шажки к цели, которая была уже предрешена в детские времена.

На курсе Гедымгейт считался одиночкой, редко с кем держал особый контакт и конечно же друзей не имел. С кем он активно контактировал так это был старший брат Каингрейз, который недавно дослужился до офицерского полка в регулярной армии и подавал серьёзные перспективы на этом поприще.

Каждое бездействие приводит к шагу назад в исполнении целей. Это понятие Гедымгейт

Всегда пытался не нарушать, всегда действовал, не смотря на устои, даже в мелочах и всё это максимально скрытно. Он спорил, придумывал свои локальные правила и следовал им, навязывал это своему не многочисленному окружению, и просто жил отлично с одной единственной и желанной целью.

Многие преподаватели, профессора высшего училища, отмечали невероятные ораторские навыки Гедымгейта, малообщительный на первый взгляд парень, уже в середине курса получил старейшину, мог лихо организовывать учебные и не только мероприятия, вёл за собой команду, при этом немногословно воздействуя на неё, мотивируя. Позже уже выяснилось, что такое отдаление от людей, являлось недугом ещё с детства, паранойя и жёсткое недоверие к окружающим. Со временем всё это потихонечку ослаблялось, но и в настоящее время это замечается. Была у него подруга, она появилась у него в жизни уже на втором курсе, звали её Фейн, и она стала одной из немногих, к кому смог доверится Гедымгейт.

Фейн была не особо приметной девушкой, училась средне на факультете преподавания, который недавно только открылся в училище. Она являлась выходцем старых кланов, её семья как говаривали были предками первых людей, живших ещё до основания централизованных государств, во времена бытности эльфов. Это отчасти доказывало её некоторые неестественные повадки, да и вообще чудаковатое поведение. Слегка высокий рост, для девушек её схождения, среднее телосложением с упором на мышечную массу, длинные извивающиеся чёрные волосы, лазурно-голубые, на постоянной основе выглядевшие уставшими глаза. С Гедымгейтом, они довольно быстро нашли общий язык, ему казалось интересным и забавным её неестественные манеры и странности. Ещё она могла ни с того ни с сего, во время диалога взять всего на всего, забыть имя собеседника, однако быстро вспомнить и извиниться, при этом выводя из себя, не подготовленных людей. Всё же изгоем она не была. Благодаря своей без корыстности и доброте, её в своём курсе многие уважали и любили, а странные недостатки, воспринимали как личную искорку.

Минута перед зеркалом, стала уже десятой. Гедымгейт стоял перед своим отражением, разум, окутавший брешью, восстановился, мысли уравновесились. Впереди была половина свободного дня. Изначально он просто собирался вернуться домой и лениво проваляться весь оставшийся день, но на длинном пути к выходу из училища, как ему всегда казалось, нарисовалась она, Фейн. В новом для неё стиле и образе. Выглядела она на порядок лучше, чем обычно, завидев его, выпучила глаза и что-то непонятное пробормотала себе на, уст. Гедымгейт, на мгновенье даже подумал, что столь старательная подготовка связана с походом на свидание или на очень важное общественное мероприятие. Вскоре ему надоело угадывать, и он уже прямо собирался спросить.

- Хочу баффет съесть, пойдём слопаем, тут через дорогу продают. – Очень внезапно Фейн чуть, ли, не набросившись на него сказала.

- Тише-тише Фейн, что происходит. – Взбудоражено ответил Гедымгейт.

- Проснулась я такая сегодня утром, попила сладкий чай и поняла, что чёрт возьми хочу баффет, одной было лень, вспомнила что у тебя занятия сегодня. Закончатся вроде как в полдень, пришла встретить и предложить. Ты задержался кажется. – Фейн обернулась к часам, висящим у входа. – На тридцать семь минут, но теперь ты тут, так что пойдём, я сильно настрадалась этим невыносимо тяжким ожиданием.

- Фейн, прости, я не могу, мне пора идти по важным делам.

- Брешешь, нет у тебя дел, опять пойдёшь домой и будешь обдумывать свои фанатичные планы.

- Фейн…

- Хоть раз отбрось, то что ты нам поведал с Троем и окунись в реальный мир, расслабься, конвертируй свободное время в досуг. Легче будет осуществить, твои примочки, если не будешь на постоянной основе извивать себя.

Постукивая пальцем по своей щеке, Фейн приняла крайне задумчивое лицо, взгляд её был направлен на доску с объявлениями. Надпись, «Требуется повар».«Хмм, а слово требуется правильно ли написано… Ой меня что-то не туда занесло, Баффет, точно».

- Идём.

Фейн схватила Гедымгейта за руку и повела за собой. Он особо сильно не сопротивлялся, а затем и вовсе сдался. «Видимо ей удалось воплотить свою цель в жизнь, конечно не столь масштабную как моя, но если она справилась, то и мне удастся, хотя её стиль лучше отбросить». Сказал сам себе Гедымгейт, при этом оттяпав руку, схваченной Фейн обратно.

***

Сегодня двадцать третья фаза от восемьсот двадцать третьего года после завоевания Каэгорна. Анковир. Графство Политех. Город Элентхайер. Третий по населению город в империи славился её монструозным вниманием к архитектуре. Культурное достояние многих исторических мест не сравнится ни с чем. Ещё именно в этом городе располагалось высшее училище ПНУЗ. Всю территорию омывала гордость империи, длиннейшая река в мире Анкер, охватывающая весь запад и восток страны. Музеи, театры, выставочные центры, всё для помпезного аристократического сбора было в этом городе. Общепринятая культурная столица. Архитектура большинства зданий имела стиль неоготики, в чёрно-серых цветах. Здесь на центральной площади, размещена штаб-квартира культурного достояния и наследия Анковирской империи.

- Фейн, Трой, я позвал вас сюда для важного разговора, так вышло, что только именно вам двоим я могу доверится. – Не успев они ещё взойти на порог дома Фейн, где был назначен сбор для совместного времяпровождения трёх студентов, достаточно тонким и холодным голосом, начал разговор Гедымгейт, в руке держа, большой слой бумаги, помещённую в папку. Взойдя наконец за порог, все троя сразу повернули в сторону комнаты Фейн, пытаясь особо не шуметь и не разбудить, в дальнем конце коридора не большого пса. Сам дом был не примечательным, обычная одноэтажная кирпичная застройка, бледно-серого цвета с маленькой крышей. Внутри насчитывалось 4 комнаты, разных предназначений, стены, покрашенные золотисто белыми узорами, напоминали вспышки солнечного танца.

- Фейн, в твоей комнате завёлся призрак кочевника-забойщика, зачем ты хранишь здесь соль в таких количествах, - с ироничной ухмылкой спросил Трой. – А это что изюм? Вперемешку с кинзой, ты сумасшедшая.

- Остришь, малыш Бенгельс, было бы обидно утром застать тебя с козой в постели, - прищурив глаза, тонким и холодным голосом, ответила Фейн. – Просто забудь…

Трой приподнял руку, приоткрыл ладонь и выдал жест, полного понимания произошедшего. Гедымгейт на мгновенье улыбнувшись, взял на себя слово, очень быстро заменив лёгкость в глазах, на серьёзный мотив.

- Не желательно тратить много времени, поэтому давайте начнём. Предстоит долгий разговор.

- Будешь нас обрабатывать? - прервал Трой.

- Это радует, что ты мой дорогой, хм, малыш Бенгельс, не утратил своего, истинно говорю тебе, превосходного чувства юмора, только этот разговор максимально серьёзен, так что будь любезен, потеряй эту ухмылку хотя бы на время.

Трой Бенгельс до знакомства с Гедымгейтом, всецело хотел посвятить свою жизнь в семейный бизнес, который передавался всем Бенгельсам мужчинам из поколения в поколение. Не смотря на очень сдержанную и саркастическую реакцию на планы Гедымгейта, Трой всецело верил в него и в час нужды, был готов оказать поддержку. Гедымгейт умел мотивировать людей, Трой как раз из тех людей, которые получили максимальную дозу. Вскоре ему предстоял самый главный и тяжкий выбор в своей жизни, оправдать все семейные ожидания, продолжить развивать контору сельского хозяйства и с гордостью в будущем, оставить все ценности потомкам. Эта карусель сохранялась в семье с незапамятных времён. Или же полностью довериться Гедымгейту, с его планами и мечтой. Пойти за ним, отвергнуть семейное дело и получить шанс, сделать действительно выдающийся подвиг, шанс изменить мир к лучшему, но если план провалится, наступит неминуемый конец всему. Настоящая моральная дилемма. А итог? Итог познается через весьма значительный промежуток времени, лишив хоть какой-нибудь возможности для переигровки. Всё окончательно, сиюминутного результата не будет. «То что рассказал нам Гедымгейт, это же безумие, полное, он же просто грёбанный фанатик с проблемной психикой, скорее всего. Но почему я поверил на миг что у него получится, я увидел полное понимание всех действий в его словах, искру в глазах, даже если мы с Фейн его не поддержим, он не остановится и пойдёт дальше, ни что во вселенной не способно будет ему чем-то помешать. Я… Я не смогу так просто решить следовать за ним или нет, потребуется время. А если не выгорит, нас же просто истребят к чёрту. Ладно, надо расслабиться, закрыться на пару дней и всё внимательно взвесить на мозговых весах». Таково было содержание мыслей у Троя сразу же когда он покинул дом Фейн, где все они обсуждали новоиспечённый план Гедымгейта. Контраст эмоций и выражения лица в самом начале у входа в дом и в конце, не простительно велик.

- Прости что так грубо, но я шёл к этому году и думаю пора раскрыть все карты. Сядьте лучше. Сейчас я начну задавать своеобразные вопросы, вам по очереди надо будет отвечать на них честно и точно.

Все троя максимально сосредоточились. Слова Гедымгейта с каждой его фразой пронизывали как острый угловатый меч, Трой искренне хотел подшутить про учебный экзамен и преподавателей с этими вопросами, но воздержался, а смесь изюма и кинзы, стоявшей на ближайшем столе, по всей видимости учебной, больше не так могуче и непринуждённо бросались в глаза.

- Первое, если бы ваш император, которому вы верно служите, приказал нечто аморальное, такое что нарушало ваши моральные принципы, допустим убийство во благо государства. Ваши действия?

Продержав несколько секундную паузу, слово на себя взял Трой.

- Ну если цель надо самолично выследить и прибить, вряд ли я справился бы, в открытом бою я слаб. Казнь беззащитного, для этого существуют специально обученные палачи. Всё относительно и будет зависеть от разных факторов. Вот мой ответ, добавить больше нечего.

Гедымгейт ненавязчиво окинул взгляд на Фейн, та снова постукивая пальцем по щеке добавила.

- Как-то это ну оооочень странно выглядит, ты не находишь Трой?

- Да ещё как чёрт возьми, но мне дико интересно к чему это приведёт, будь добра ответь ему.

- Здравый смысл, я бы перед выполнением очень важного задания руководства, попросила бы совета у логики, обитающей, надеюсь, у меня в голове. – промолчав короткий промежуток времени, Фейн вновь продолжила. – Гедымгейт, всё же соизволь объяснить к чему это.

- Хочешь считай, что составляю ваш психологический портрет. - ответил ей Гедымгейт.

- Для чего?

- Какие вы не терпеливые, работу предложить хочу, собеседование вот провожу.

- Работу. – приподняла брови Фейн и сразу же прервала своё фирменное постукивание пальцем. – Какую же?

Трой не отводил взгляда от Гедымгейта, примерно прикидывая в голове все варианты событий.

- Вы оба, Трой, Фейн, должны знать моё отношение к текущей политической обстановке в нашей империи. С самого детства кое-что сильно повлияло на меня, на мировоззрение, привило эту неприязнь к несправедливости, наконец я решил начать действовать.

Фейн и Трой буквально замерли, приковали максимально возможное внимание к лучезарно-сияющему от уверенности Гедымгейту.

- Вы сами когда-то заикались этой мыслью. Мечты, надежды, успехи, с каждым часом промедления тают на глазах, можно подумать, что это сейчас во мне разыгрался фанатизм, но спешу огорчить, это не так. Я отдаю себе полный отчёт.

- Хочешь свергнуть власть что ли? – съязвил Трой.

- Да. – Хладнокровно ответил Гедымгейт.

Он наблюдал за реакцией Троя, пытался разобрать, этот тихий внутренний смех означал судорожное отрицание услышанного или же восприятие всего, одной больной шуткой. Фейн же в своём стиле, задумчиво, снова начала стучать пальцем по щеке, в этот раз с изрядной скоростью, покрывая уже всю область и молчала.

- И как же молодой человек, вы собираетесь осуществить ваш не побоюсь этого слова монструозный план. – Сказал Трой.

- У меня всё уже разработано. Самое главное, то что вы сейчас услышите, никогда не должно покидать пределы этого дома. Прошу оправдать возложенное доверие и вам сочтётся. Через два года, меня заберут на службу к императору во дворец к важным чинам. Агенты снискали во мне потенциал, профессор Велерин это подтвердил, был скрытый отбор и выбор пал на меня. Я стану государственным деятелям, сначала помощником в мелких делах, а затем перенаправят на цивильную должность, зависит от моих успехов. Я проникну в их систему, всё разведаю и постепенно буду находить сторонников, промывать мозги элите, разумеется скрытно, без открытых конфронтации, и когда пойму, что большинство будет готово меня поддержать, нанесу удар в самое сердце, в центральное правительство. У меня будет жирный козырь.

- И что же? – добавил Трой.

- Сейчас за городом расположился на базе дивизион Аэнель, сильнейшее подразделение нашей армии. Там служит мой брат Каингрейз, успехи у него текут рекой, недавно получил звание Лейтенанта и продолжает расти, сильнейший воин гарнизона, а может и всех войск вообще.

- Одарённая семейка, - снова перебил Трой.

- Смекнул что я имел ввиду.

- У тебя брат, работает супергероем, типо поможет суперсилами. Нет я ни хрена не понял.

- Идиот, - добавила после долгого молчания Фейн.

- Объясняю, для особо одарённых, - продолжил Гедымгейт. – Когда придёт время, Каингрейз возглавит Аэнель, и в момент великой истины, у меня под контролем будет мощнейшее, многочисленное воинское подразделение, вместе с соратниками, я получу взрывоопасную смесь и добьюсь желаемого.

- Это безумие, - воскликнул Трой. – Как и зачем. И какую мы с Фейн роль играем в этой авантюре?

- Мне понадобиться ваша помощь. Полностью устроившись там, я смогу пропихнуть вас во дворец, устроить на какие-нибудь неприметные должности, любые, это не особо важно и уже тогда будет собран полный комплект и план с большей вероятностью воплотиться в успех…. Я не прошу дать ответ в сию минуту, всё хорошо обдумайте. Когда же я стану полноправным властителем, вы ребята станете моими главными приближёнными, и мы вместе сделаем это государство великим, усовершенствуем каждую сферу. У меня на этом всё, расходимся, оставим ненужные слова на потом. Завтра в училище дадите окончательный ответ.

ГЛАВА 4

Город Шиогейт, столица империи Анковир, полноправно самый большой по площади и по населению город на всём континенте. Основной оплот власти и могущества. Великий императорский дворец, безусловно самое выдающееся сооружение, построенное человеком, даже давно разрушенные вычурные замки эльфов меркнут по сравнению с ним. Цитадель воодушевления, как иначе называют. Все государственные вопросы решались здесь, государственные работники, чины, вся высокопоставленная верхушка базировалась в этом дворце. И конечно же на самом высоком ярусе, располагалась императорская зона, резиденция, роскошные сады, четырёхкомнатные апартаменты, выполненные в золотом лиаварском стиле. Допуск на этот ярус имели единицы, собственно сам император, его семья, регенты, члены совета руководителей и получившие специально, однодневный пакт, разрешающий аудиенцию по какой-нибудь причине из акта двадцать один, а получить её крайне проблематично, все круги ада обеспечены в полной мере. Проход на императорский ярус открывался специальным удостоверением, проверку же осуществляла, личная императорская гвардия, элитные стражники, стоявшие у входов целые сутки, натренированные псы, созданные для выполнения приказов.

Вид с самой высокой точки императорского яруса был поистине будоражащий. Панорама центрального района города, озера, с голубовато-бирюзовым оттенком, переулок Каэгорна Аэн Гринда, парк достояния славы, круг театрального искусства, множество жилых домов в стиле неоготизма и ещё много всего интересного. Приезжающие купцы и путешественники из дальних графств империи, говорят, что это зачарованное место, в которое каждый влюбляется и не хочет потом уезжать. Стены дворца покрашены в цвета слоновой кости, высокие сторожевые башни. Этот дворец был построен много столетий назад. Само строительство велось очень долго.

Подготовительные работы шли в ускоренном темпе, через два дня должен состояться сбор совбеза, в честь десятилетия младшего сына императора. Выступят артисты самого первого эшелона, соберутся абсолютно все государственные служители, большой зал торжественных событий будет забит. Сам император при разговоре с советниками сообщил что желает подняться на сцену и выдать тост.

Граф Рамон Мельдеар являлся человеком уникальным, за свою очень долгую карьеру в службе расследований и арестов, он добился немалых успехов, свыше пятисот раскрытых преступлений, больше тысяч выявлений нарушений во внутренней работе центральной власти, ни одного прокола и неудачи. За все эти выдающиеся заслуги Рамон Мельдеар удостоился звания графа, со своим графством и должностью начальника этой организации. Обмануть или обхитрить этого человека не есть возможно, он откопает всё твоё прошлое, все грешки, даже самые мелкие, в этом его призвание. Каждый знает, что взятки с ним, самый быстрый способ отправится в тюрьму или ещё хуже на остров Грей-Даст.

«Генеральная инспекция прям в день торжества во дворце, этот граф Рамон совсем не знает меры, неймётся ему статистику свою улучшать что ли, и кто её ведёт только». Задумывался после жёсткого обхода с кучей нарушений и штрафами, начальник охраны западного блока дворца. Визит графа Рамона в этот день как не гостя, а инспектора взбудоражил многих. После обеда уже запланировано мероприятие в честь дня рождения младшего сына императора, последние приготовления завершены и все гости готовы к началу.

В Кабинет сюзерена по делам населения, входит глашатая, женщина, судя по морщинам средних лет.

- Уважаемый сэр сюзерен, к вам пришёл граф Рамон

- Пусть войдёт, - ответил ей мужчина на вид лет тридцати, тридцати пяти, вертя у себя в руке что-то отдалённо напоминающий родий.

В кабинет медитативными шагами, вошёл мужчина, попутно осматривая потолок и вглядываясь досконально в стены, с поседевшими на боках и местами на затылке волосами, с чисто выбритым лицом и признаками второго подбородка. Официальный костюм его организации с нашивкой ген инспектор, комзоловые ботинки каштанового цвета и махровый галстук. Всё это с первых секунд отметил для себя сюзерен по делам населения. Граф взглянул на него, мысленно отсканировал его на предмет спрятанного оружия в поясе, завсегдатая привычка, сделал счастливое лицо и произнёс.

- Гедымгейт без фамилии, старый приятель, расскажешь потом как-нибудь за чашечкой чая историю её потери. – Не переставая улыбаться, слегка прищурил глаза Граф. – Шучу.

- Граф Рамон Мельдеар, как всегда очаровательный, чему обязан визиту. – Ответил сюзерен по делам населения, Гедымгейт.

- Я не могу разве просто проведать друга.

- Ты никогда в своей жизни ничего просто так не делал, и давно ли мы стали такими закадычными друзьями, друг.

- Да кажется, с тех пор, как по-твоему действительно продуктивному совету, наш милостивый император снизил полномочия моей конторы.

- Ага, это тебя задело, прости.

- Нет, ничего, приятно что ты беспокоишься, - граф медленно начал сбавлять улыбку, потёр пальцы между собой и продолжил. – У меня две новости, чем быстрее начнём, тем быстрее закончим, мне до обеда ещё три блока надо проверить.

- Я внимательно слушаю, может присядешь? – Выдал Гедымгейт.

- Я постою. И так, во-первых, для разъяснений, так мелочь, но тебе выходит снова придётся отдуваться за своего друга или протеже, фиг его знает кто он. Трой Бенгельс из департамента сельского хозяйства, снова накосячил, уже на потери бюджета. Без специального образования, с твоим пропихиванием Трой получил эту должность, думаю больше ни я, ни другие не будут закрывать глаза на его неудачи, тебе же как его наставнику, минус в колонку. – Граф достал перо, уже пропитанное чернилами и пергамент, внёс туда небольшую запись, завернул и снова убрал в кармашек.

- Твоя чёрная книжечка? – Иронично спросил Гедымгейт.

- Ага, - с заразительной лёгкостью ответил граф Рамон. – Не суть дело, главное впереди и причина моего визита к вам во дворец сегодня. Раздор назревает внутри власти, готовится что-то нехорошее против империи и собственно императора, леваки проникли в наши ряды, я намереваюсь это что-то найти, закрыть эту контору, при этом успев до того, как они нанесут удар.

- Оппозиция хочешь сказать вылезла из своих норок.

- Нет Гедымгейт, - ехидно высказал граф, не отводя свой орлиный пронзающий взгляд с сюзерена. – Это намного серьёзнее обрезанных оппозиционеров, хотя кому как не тебе обо всём этом знать.

Несколько секунд Гедымгейт и Граф Рамон не отрывали друг с друга взгляды, в кабинете наступила гробовая тишина настолько тихая, что Граф на расстоянии двух вытянутых рук, чувствовал, вроде как, по его мнению, растущее учащение пульса Гедымгейта, однако ошибался.

- Золотой мальчик Анковира, так тебя прозвали да, - резко прервал молчание граф Рамон Мельдеар. – Самый молодой из совета правителей, твои решения в эксплуатации распределителя ресурсного центра были системообразующими, император в восторге, нахваливал тебя за ужином, сегодня ещё и на сцену позовёт для маленькой речи, какая честь.

- Какая льстивая и искренняя похвала граф.

- Ну а то. Ладно мне пора закругляться, я по сути пришёл сюда чтобы сообщить обо всём, да бы ты мой дорогой друг, знал, что мы работаем и обязательно поймаем злодеев, можешь спать спокойно.

Закончил свой диалог Граф. По его ужимкам было ясно, что он собирается покинуть кабинет и отправится дальше на обход. Гедымгейт ждал что Рамон потянет руку для прощания, но этого не произошло, он уже собирался открыть дверь, как сюзерен не поведя глазом сказал.

- Граф Рамон, я восхищаюсь вами, вы великий человек и я со всей искренностью желаю найти того, кого вы ищете.

Граф напыщенно обернулся, фыркнул, отпустил ручку двери и легонько вздохнул.

- Твои слова запали прям в самое сердце, я тронут. – Лёгкое дуновение ветра, тихое шуршание за дверью, готовился торжественный вечер, да и не только, судя по напряжённым изнутри звуковыми связками графа. – Давно у тебя стража появилась за дверью.

Мерцание света, скрип двери приведший к ещё одному дуновению. Два субъекта массивного вида стояли на пороге, только открывшейся двери, вооружённые, с обшивкой элитарной стражи. Стоя, не шевелясь, жаждущие приказа.

- Да вот недавно совсем. Как ты и говорил, смутные времена, решил немного укрепить защиту.

- Вот как.

Ступорно встал граф, а его знаменитая ехидная ухмылка, сменилась на тонкий, дикий, но всё ещё спокойный пронзающий взгляд. Гедымгейт молча стоял, никакого даже намёка на проблеск единой эмоции, всё замерло буквально для всех, время остановлено.

Мораль – это система особых правил, которые устанавливают границы возможного и должного, она способствует гармонизации отношений между людьми. В случаи с сюзереном по делам населения мораль двоякая и почти разрушенная. Уверенно и всё также максимально без эмоционально, он решает прервать тишину.

- Взять господина графа под стражу. Закрыть в темнице и не выпускать до дальнейших распоряжений.

Два стражника стоявших у порога обнажили мечи и резко схватили руки графа.

- Да как ты смеешь, - Завыл граф, после отчаянной и неудачной попытки высвободить уже завязанные руки.

- Ничего личного граф, я действительно восхищаюсь вами, но так получилось, что именно вы являетесь моей последней преградой к заветной цели. Это проигрыш, первый в вашей карьере отмечу.

- Немыслимо, ты представляешь что ты творишь, я этого просто так не оставлю. – Продолжил огрызаться граф.

- Боюсь вы уже ничего после себя не оставите. Прощайте.

Так возможно была окончена целая эпоха. Чувство полного доминирования и контроля, испытывал Гедымгейт, в тот момент, момент полной беспомощности всемогущего графа, миг одной из главных побед, но точно не последних. Фундамент начала великих свершений был построен именно в этом отрезке. Вид с окна кабинета сюзерена таки и кричал об агонии, через которую все его соперники и противники. Бокал налит, вино дышит, набирает своё изысканное качество и ждёт момента истины, который наступит уже сегодня.

В кабинет врывается быстрым, будто после марафонского бега, Трой Бенгельс, полностью растерянный, весь как выжитый лимон. Его каштановые волосы гармонично покрытие лёгким потом, переливались с паркетом. Первое что ему попадается в глаза образ Гедымгейта , стоявшего у окна с полным бокалом вина и глядящего в даль, с вычурными глазами. Как банально, подумал Трой, политик обдумывающий свои злобные делишки, с вином наблюдает за своими проделками. Отбросив за шиворот, свои бесполезные и навязчивые мысли, он, всё ещё с тяжким дыханием сказал.

- Я получил твоё послание и пришёл, а ещё кхммм… В коридоре стал счастливым свидетелем, не самой милой транспортировки, нашего инспектора счастья, двумя крайне приятными типами, что здесь происходит Гедымгейт, на нижних уровнях вся стража оцепила этажи, ни кого не впускают и не выпускают из рабочих комнат, хотя на меня даже внимания не обратили.

- Он мне мешал, назойливая муха, ну я и хлопнул её.

- Аааа, вот оно что, чёрт он же видел, как я сюда иду, понял что я с тобой заодно, чёрт, его же уже вечером скорее всего выпустят и всё, нам хана. Я конечно знал что ты чем то промыл рассудок нескольким стражникам, но элитары. Бхххх, прям дрожь прошлась по мне.

- Трой, прекрасный день неправда ли, какая ясная погода, - улыбнулся Гедымгейт, положа не тронутый бокал вина на рабочий стол. – Все преграды позади, время пришло, уже сегодня, прояви терпение. Мне надо собираться на торжество, а ты отправляйся на северный блок в отдел Фейн, встретьтесь и тоже приходите, не советую пропускать представление.

- Гедымгейт, неужели, уже сегодня, я…я не готов, - выплеснул весь страх, накопившийся за очень долгое время Трой, дрожащими руками вытирая уже остатки пота со лба.

- Трой, - дерзко вспыхнул Гедымгейт. – Возьми себя в руки, тебе ничего не придётся делать, стоять в сторонке и наблюдать за торжественным вечером. Мне пора.

След протащенного к темнице графа Рамона был ещё свежим. Коридор к нижнему уровню был заполнен императорской стражей для оцепления территорий, задержаны были все находящиеся в кабинетах блока, звуки возмущения и не понимания, передавались эхом на весь проход. Лишь один Гедымгейт, без вопросов, наблюдал за коллегами и обычными сотрудниками, за их гневом, по какому основанию они не могут выйти из рабочих кабинетов. Ответное наблюдение каждого за сюзереном, за его свободным шествием, сильно наталкивало на мысли о чём-то тревожном, в западном блоке.

- Весь блок оцеплен, что за дела.

- Как это весь, может что-то серьёзное произошло.

- Что - например?

- Диверсия, нападение или мало ли убийство, не дай основатель, кража. Подождём и будет видно дальше.

- Смотри сюзерен Гедымгейт идёт, его вроде не задержали.

- Странно это всё, я вообще не отсюда.

Разговаривали между собой секретарь шиогейтского научного распределения и почтальон, который в момент задержания находился в блоке совершенно случайно, по ошибке.

Сюзерен уже видел выход из блока, осталось лишь спуститься на уровень ниже, пройти через арку перехода во двор и пройти несколько метров. Путь к торжественной зоне почти окончен, несколько шагов отделяло Гедымгейта до парадного входа, уже слышались нотки выступающего ансамбля и активное хлопанье публики. Пропуск осуществляли стражники, попасть на приём было относительно не сложно, нужно был иметь при себе простой документ доказывающий о принадлежности к какому-нибудь блоку, однако Гедымгейту это не потребовалось, он, не обращая внимания на весь пункт контроля, просто задёрнув нос прошёл, никто из находящихся там даже слова не сказал, не потребовал ничего. Праздник в самом разгаре, почти вся высокопоставленная знать была на месте и лицезрела за праздничным вечером. Совет правителей император и почётные приглашённые субъекты, к которым относился Гедымгейт, сидели на первых рядах. При появлении сюзерена, на сцене выступала знаменитая и любимая многими во всей империи, певица Фелисити Даллер, воистину обладательница певчего голоса, завораживающая всех своими нотками и проста одна из самых красивых девушек, к тому же и не замужняя. Весь зал с упоением и на одном дыхании наблюдал за хитовой песней артистки. Даже Гедымгейт ждал окончания номера, перед тем как выдвинуться на своё свободное место в передних рядах. Начался последний куплет, накал эмоций на самом пике, мужчина с нашивкой сторонней военной организации, коих не особо жаловали в империи, по многим понятиям, протиснулся к сюзерену и начал тихо шептать ему на ухо.

- Они у нас, всё прошло гладко.

- Хорошо, а план Б, - не глядя на него и пытаясь не шевелить губами ответил Гедымгейт.

- В получасе от заставы, все на месте.

На этом диалог и заодно выступление Фелисити Даллер закончились. Сюзерен медленно кивнул и направился к своему месту, особо стараясь ни с кем не заговорить, сел положив ногу на ногу и внимательно начал смотреть за остальными выступлениями.

- Уважаемые гости, для вас всех вещает мэстро Гаильйез, наслаждайтесь организованными средствами нашей империи, праздником. Совсем скоро подадут вино, а пока прошу любить и жаловать «сценка из Мальверина», сыгранная ансамблем белый шарф.

Вино подали действительно быстро, перелопатили, но откопали несколько бочонков Сан-Лебальёна в погребе, воистину элитное, рассчитанное на высокопоставленную знать. Следом пошли угощения – деликатесы, морепродукты. Официанты старались на этом вечере как никогда, всё на самом высшем уровне обслуживания. Гедымгейт отказывался от всего предложенного и глазами старался поймать Троя, который недавно вместе с Фейн прибыли на торжество и стояли в углу сзади, видимо мест на них уже не нашлось.

Вновь слово на себя взял ведущий. – Ну и наступил момент истины, надеюсь вы ещё не все опьянели, ибо на сцену выходит наш блаженный император, поприветствуем же его.

Овации наполнили всё возможное пространство, на сцену с жизнерадостной улыбкой подтягивался мужчина средних лет, сидевший через четыре места от Гедымгейта. Восторг не прекращался, весь зал был в предвкушении императорской речи. Слуги вновь преподнесли вино, резко наступила тишина.

- Мои дорогие подданные, я рад что вы все здесь собрались. Сегодня, одному из моих наследников исполняется десять лет. Как мне только что передали, моя семья – жена, старший сын, дочь и виновник торжества, младший сын, уже прибыли на кортеже и с минуты на минуту, будет здесь, окажем же им приветствие истинной красоты. Не хочется сегодня говорить о политических делах, думаю все меня понимают, но надо отметить, что все конфликты с западными странами под контролем. Не стоит опасаться вторжения, -выдал император Анковира и после секунд раздумья вновь продолжил. – Недавно я снова перечитал историю о платиновом всаднике, она сильно в своё время запомнилась мне, особенно главное действующее лицо. К чему же это я, спросите вы, просто хотел отметить, что возможно в наших рядах появился такой же герой как в этом рассказе, упорный смелый целеустремлённый, способный на креативные и важные действия. Гедымгейт, сюзерен по делам населения, наш золотой мальчик, прошу выйди ко мне, дай нашему великому народу, глянуть вживую на героя рассказа о платиновом всаднике.

Счастливый от гордости, заряженный всецело на успешный заход, политический деятель с решимостью максимального уровня, слегка скромный для людей этого звена, быстрыми шагами ринулся на сцену. Этот человек соорудил себя полностью сам, не рассчитывая особо на посторонних. В начале своей карьеры, думающий, что своё творение, это продукт сугубо положительный, праведно влияющий на окружение, но со временем, набирая постепенно драгоценный опыт, Гедымгейт всё больше погружался в пучину осознания, осознания того что для достижения желаемого, способен на нежелательные действия, эгоистически оправдываясь высшей целью. Так вот переломный момент, конечная станция пребывания, от юнца студента с фантастическими мечтами, Гедымгейт за относительно короткий промежуток времени проделал немыслимый путь, где сам император самой большой империи в мире называет героем и приглашает на сцену постоять рядом с ним. Для абсолютного большинства, такой важный исход, стал бы вершиной всех достижений, апогеем морального удовлетворения. Но наконец он на сцене, бело-алый пол пересекался с бетонной кафедрой, где обычно стоял ведущий. Перед ним раскинулись сотни особ высшего эшелона, все взгляды были окинуты только на него, боязнь сцены он в себе никогда не видел и панически не перебирал слова в голове, ибо уже прекрасно знал что говорить. Вновь словил взглядом Троя и Фейн, которые судорожно не отводили с него взор, затем пригляделся на того человека с нашивкой сторонней военной организации, примерно прикинув количество стражников в торжественной зоне.

Вновь на себя слово взял, стоявший в метре от Гедымгейта - император.

- Давай же, не смущайся, опиши всем этим добрым людям свой путь к успеху.

- Мой путь к успеху – слегка повысил свой голос Гедымгейт, да бы его слова, точно добрались до всех. – Так вот, добрые вы все люди, благочестивые, думающие о своём любимом государстве. Я поведаю, как вы могли подумать, наверное о своём становлении и успехе, тернистом пути, нет. Я бы хотел поговорить о вас.

Количество стражников с момента появления Гедымгейта на приёме, постепенно возрастало, но так чтобы это не особо бросалось в глаза.

- Вы же являетесь оплотом и олицетворением нашей империи – совет правителей, разнообразные служители государственных сфер, политики. Бремя этого безусловно тяжкого груза, нависло на ваших плечах, - сюзерен становился всё возбуждённее, эмоции раскрывались, а глаза горели как лесной пожар, уничтожающий все поляны на своём пути. – Меня тошнит от одного лишь вашего вида, ваших самодовольных от беззаботной жизни ухмылок. Вы всё угробили, честь нашей великой империи, построенной нашими предками, фундамент для доминирования, истоптан как тряпка для мытья пола. Ах точно, а теперь и про мой путь, который будет окончен возвращением утраченных ценностей.

В зале резко начался бум возмущения и ненависти к стоящему на цене Гедымгейту.

- Что он себе позволяет, индюк общипанный, – восклицали большинство присутствующих. – Гнать его в шею.

- Гедымгейт, как всё это понимать, объяснись, немедленно, - сурово высказал император.

- А вот и оно, катализатор, центр порока и грязи, ваш блаженный император, сделавший всё для остановки прогресса и закрывающий глаза на ваши бесчестные проделки. Я отказываюсь это терпеть и уничтожу все созданные вами устои.

- Стража, - крикнул поднявшийся на сцену один из членов совета правителей. – Уберите отсюда это вальяжное тело отсюда.

Гедымгейт резко глянул в его сторону, затем окинул взглядом на всех возможных стражников, которые даже не сдвинулись с места.

- Великая потеря, да. В данный момент все стража этого дворца подчиняется только мне, это стоило мне действительно титанических усилий.

- Как это, что за дешёвые фокусы. Немедленно подчиниться. – Крикнул что есть в мочи император, явно крайне недовольный сложившийся ситуацией, однако вновь никто не отреагировал. – Ересь какая-то, тьфу.

- Единственное что спасёт каждого из вас от неминуемого конца, – это полное подчинение мне. А вы, милый император, должны в сию минуту, отречься от прав на империю, вычеркнуть на нет вашу династию и официально переложить все обязанности и титул императора в мои руки.

- Ты безумец или кто, осознаёшь что вообще несёшь.

- Поправочка, забыл добавить, вы сделайте то что требую, если хотите вновь увидеть семью, они что-то задерживаются.

Гедымгейт вынул именной кулон красного цвета и швырнул в сторону императора, на нём было выгроверенно имя дочери правителя. – Софелида.

- Что ты с ними сделал ирод, где они сейчас, нет! – Отчаянно вскрикнул император.

- Если они тебе дороги, и ты ими дорожишь, то знаешь - что требуется. Я искреннее хочу, чтобы моё начало правления, было сопровождено без крови невинных, миром, однако, - Вновь обернулся к остальной части зала и раскинул руки Гедымгейт. – Если в ближайшее время власть не будет передана мне, то уже ждущее войско, моё войско из двадцати пяти тысяч солдат дивизиона Аэнель, устроят здесь резню и власть будет захвачена силой, а я не очень хочу прибегать к этому варианту.

Во всей зоне торжества начались панические стыки, люди вскакивали с мест, ринувшись ко всем возможным выходам, но стражники обнажившие свои мечи, с красной ридеевой гардой, дали понять что в данный момент времени идти им некуда. Трой в пару с Фейн выдвинулись в сторону сцены, к Гедымгейту, который образно говоря, поставил императора Анковира на колени. Тип с нашивкой сторонней военной организации, подавший кулон дочери императора сюзерену, вместе с ещё недавно появившимися соратниками, отправился к заднему входу встречать войско пришедшее ко дворцу, ещё троя встали рядом с Гедымгейтом - прикрытие в случаи внезапной опасности.

У парадного центрального входа, резко нарисовалась многотысячная толпа, жители столицы, тайные последователи захватчика, с громкими лозунгами, с плакатами – «нужен сильный правитель». Выкрикивали имя Гедымгейта.

Выдающую по масштабу работу проделал этот невероятный человек. Ведя противничество против всех в правлении, тайно собирая последователей, коих набралось свыше нескольких тысяч челоек, штурмующих центральную колону. Весь дворец в оккупации, с одной стороны бунтующее население, с другой дивизион Аэнель, под предводительством брата Гедымгейта, Каингрейзом.

После нескольких минут возни ситуация в зале стала под контролем из заднего выхода появился командующий дивизионом Аэнель и ещё двадцать бывалых солдат, вооружённых по пояс и в блестящих родиевых латах. Сам главнокомандующий выглядел грознее некуда, железный овальный, с выпуклой фигурой быка, шлем, с которым он расставался только во время сна и толком никогда старался не снимать, причины на то были. Белый доспех с вычурными красными полосками и широкий длинный меч, с неразборчивой надписью. Каингрейз с упоением в душе, шёл в сторону Гедымгейта, двадцать пришедших солдат, верно следовали за ним. Император, только-только начал осознавать, что для него начался кошмар, наконец решился принять уготовленное, мысли о семье разрывали его мораль в клочья, втаптывали в грязь его гордость, точным коронным ударом в самое уязвлённое место.

- Всё, довольно, отведи меня к моей семье, я вижу что вы не шутите, не стоит начинать кровавую бойню, - слегка вздохнул. – Я выполню ваше условие, жизни семьи и всех моих поданных важнее.

- Бывших поданных, бывших, - Добавил Гедымгейт. – Выходим на балкон резиденции, к народу. Как раз там и объявим. И если мне всё понравится, увидишь семью, живую и здоровую. Не выпускать никого отсюда, - направил будущий новый император свой взор на брата. – Я вернусь, а дальше видно будет.

Каингрейз молча кивнул, расставил движением рук своих солдат по позициям, вынул из ножен свой знаменитый «Эндезит» и дерзко дал всем ближайшим временным узникам понять, что даже за попытку нарушения правила не пощадит никого.

Тем временем, дружина Гедымгейта, вместе с порабощённым, но всё ещё императором прошли садовые апартаменты и вошли в металлические двери императорского яруса. Через два прохода располагался вход в главную резиденцию, ключ от него всегда находился у императора. Гедымгейт молча указал пальцем на засов, мысленно требуя скорее открыть дверь. Император не заставил себя долго грызть, достал ключ из внутреннего кармана костюма и методично отворил дверь, борясь с дрожью на руках.

Резиденция, как и положено было, являлась синонимом роскоши, мраморные полы, отбрасывали блестящее отражение в унисон, первородные скульптуры и мебель. На стенах заставлены картины признанных творцов, стул - смахивающий больше на трон, ножки которого сами походили на произведение искусства. «Его мы оставим» - Мысленно оценивал сие детище Гедымгейт. Фейн и Трой – оглядывались и высматривали каждую мелочь, ведь посещяли они это место в первый раз.

- Захватите усилитель звука и идёмте. – Первый начал Гедымгейт ведя всех за собой к балкону.

Вид стирался на центральный вход, парковая зона, где стояли вновь пополнившие свои ряды на очередную тысячу, люди. Виновник этого уж точно, на долго запомнившего для всей империи вечера, вместе с императором, подошли к самому краю, единственное преграда до долгого полёта, были полустены. Остальные встали сзади и наблюдали, как власть в государстве менялась на их глазах. Император был сломлен, ему казалось что очень злая шутка, слегка затянулась, но напор обидчика всё перечёркивал.

- На, - быстро подал Гедымгейт, устройство, которое сильно увеличивало звук произнесённых слов, которым часто пользовались, выступающие перед большой и массивной толпой. – Начинаем.

С дрожащими руками, потянулся император к этому устройству, обернул свой лик к толпе, которая скандировала громче, как ему казалось, звука извержения тектонического вулкана, имя человека, возможно уничтожившего в нём всю человечность. – Я император Анковир, владыка графств и правитель южного полушария континента, складываю все свои полномочия и объявляю что моё…моё место, кхм, кхм, займёт этот человек, Гедымгейт, официал...

- Всё, достаточно, все поняли. Дай мне громкоговоритель, так его назовём в будущем, - новоиспечённый император приложил руку к сердцу, сделал глубокий вздох и продолжил уже, обращаясь к толпе. – Мои дорогие соратники, сегодня великий день. Я наконец вступаю на должность императора, все мы с вами прошли долгий и тернистый путь, пусть нам всем зачтётся. Что по-моему же поводу. Я приношу присягу, держа руку на груди. Я…Собираюсь реформировать эту империю, полностью сменить внешнюю политику, не подстилаться перед северными и западными странами, доказать им, что с нами шутки плохи. Дальше я улучшу все сферы развития государства. Все наши граждане всегда жили по большей части в счастье и достатке, так пусть же по моей воле, всё это удвоится. Закрыть все внешние источники связи. Союзников у нас быть не может, только подчинённые, ибо Анковирцы – Это высшая раса, созданная основателем для доминирования над остальными, в принципе раньше так и было, но к власти пришли злодеи и надругались над нашим предназначением, я же намереваюсь исправить это недоразумение. Мы великий народ и останемся им, даю своё честное императорского слово, чего бы мне не стоило, но я верну былое величие.

Толпа взорвалась, такого шума не видывало ни одно событие. Крики восторга, разрозненные пылкие выкрики. Вся столица в этот момент горела от призыва и смены императора.

- Вот так выглядит величие, - тихо проговорил Гедымгейт, бывшему императору.

- Отведи меня к семье.

- Всё не так просто.

- Ты обещал.

- Непредвиденные обстоятельства, в отличии от тебя, они оказывается не очень хорошо себя вели, так что это подождёт.

- Джаераль, Софелида и Гальвен, так звали моих детей, что ты паскуда с ними сделал.

- Сослал с матерью отсюда.

- Куда?

- Далеко. – Бес принуждённо и холодно попытался закончить диалог император Анковира.

Злоба всемирного масштаба, наполнила все нервные извилины бывшего владыки, стоя на самом краю, самой верхней точки дворца, униженные, за миг потерявший всё имевшее.

- Твоё жалкое правление никогда не будет мирным, придёт время и тебя постигнет тоже самое и ты потеряешь всё… Узурпатор.

- Жаль, но ты никогда об этом не узнаешь.

Внутренний тихий крик мольбы, толчок приведший к отблеску света от полной луны, которая наблюдала сверху за всем произошедшим. Тело императора упало за две секунды, прямо рядом с собранной толпой сторонников новой власти, которая не переставала ликовать, даже не смотря на упавшее сверху, бездыханное тело их бывшего правителя.

Новость о захвате власти, узурпатором охватила весь остальной мир. Новый и относительно молодой император, ясно выразил свой план развития. В первые года правления, полностью сконцентрироваться на внутренние проблемы, повысить качество жизни, каждого гражданина империи, попутно перераспределить воинские силы, подготовить новую волну элитных солдат и создать новую современный, неизвестный до сих пор никому, военные проект, способный перевернуть расклад сил.

Вся империя обрела новый облик и к чему это приведёт, покажет только время.