Воля случая

Знакомство

Здравствуй, дорогой читатель. Я расскажу тебе про мир, где жизнь каждого уже предрешена высшими существами - Гидами. Откуда они все знают? А никто этого и не знает. Откуда они появились? Тоже никто не знает. Никто и не спрашивал, не задумывался об этом, ведь они не были враждебно настроены, соответственно, всем было все равно. Так все и жили, полагаясь на уже известную всем судьбу.

Этот мир был разделен на семь королевств и множество округов. Старшинство королевств определялось наличием в них Гидов. И Гиды обосновались в трех королевствах: в королевстве Ферлан, королевстве Норс и королевстве Богос. Они находились не на всех их территориях, а только в главных городах. Несмотря на уже явное превосходство трех королевств, все королевства официально были равны. Войны между ними так и происходили, но происходило это так: Гид говорил судьбу новому прибывшему человеку, что он тот, кто поведет их королевство в бой. Так было и у других королевств, все сразу знали о надвигающейся войне. Королевствам без Гидов не запрещалось приходить в старшие королевства, но конечно же это было опасно. Поэтому зачастую отправляли главу рода и через него пытались узнать судьбу остальных. Так королевства и жили.

Мир был заселен разными существами. Они жили в определенных краях. Но все они были дикими. Поэтому, люди так и оставались на верхушке цепи, но, как и везде, на верхушке были не все люди, а лишь самые богатые и сильные. Или правильней сказать те, кому была дарована такая судьба. Помимо этого, верхушки можно было достичь не только за счет богатств и выдающихся способностей, порой решалась и способность к магическим способностям. Казалось бы, ты маг и ты уже лучше всех, но тут возможность к колдовству была сильно ограничена. Если быть точным, то использование магии тратило твой обычный запас маны, а после его истощения маг использовал уже свою жизненную силу. Но по истечению этих сил маг умирал. Люди искали способы получения магии и остановились на том, что магию можно получить двумя способами: первый и самый простой-просто родиться таким; второй и самый опасный-убивать других, но убивать много. Каждый человек обладает искрой таких сил, но этой искры недостаточно для колдовства. И логика была такой: хочешь уметь колдовать, так забери эту возможность у другого мага. Но после присвоения магии нужно еще получить эти самые искры, поэтому обычные люди тоже нужны для этого. Ну а сколько таких искр нужно получить уже зависит от присвоенной магии. Если маг был очень силен, то и искр надо мало,но такое редкость. И чтобы остановить кровопролитие убийство в таких целях запрещалось, официально...

Таков был мир власти, силы и магии, тут и зарождается начало истории мальчика...

Том 1 Глава 1: случайность

-Какое же красивое небо! - редкие перистые облака, стаи птиц и чистый свет, озаряющий все холмы.

Собственно, под этим красивым небом нам тут пришлось собраться из-за кроликов, и каждый хочет покушать... К сожалению, собирать для них траву было куда утомительней, чем могло бы показаться. Скукота, ямы, колючки, паутина, чья прочность заставляла тебя усомниться в том, что она предназначена только для насекомых...

-Эй, Эмиль, хорош фигней заниматься! Ты травы больше смял, чем собрал. Чего так паутины боишься?

-Уж явно поменьше тебя я ее смял, пока ты к каждому подойдешь . Уж сам и отлыниваешь! А, Борн? - мой старший брат, всего нас четверо братьев и я был третьим по старшинству. - А паутины я не боюсь, просто она всегда на уровне моего лица, это тебе... немного удобнее! Да и набрал я уже свою часть, скоро там другие?

-Другие как раз уже набрали, одного тебя и ждем, но ладно, пошли.

Этим мы занимались каждые три дня и все мы привыкли к этому, все-таки ответственное дело.

Путь домой с холмов занимает часа три и , не знаю почему, но я всегда нес больше всех травы... Что за несправедливость?

-Борн, почему я всегда больше всех несу травы? - я никогда этого не понимал и не придавал этому значения, но щас я слишком устал.

-Ты самый отлынивающий, вот ты и несешь.

-Но почему тогда я и раньше больше всех нес?

-Просто потому, не возникай. - безразлично сказал Борн и замолчал.

Я хоть и был их братом, но я всегда чувствовал себя не своим в их компании. Мне было все равно на их безразличие по отношению ко мне, но все равно иногда задевало. Ну или мне, как отступнику, просто всегда приходилось делать больше остальных и мне это надоедало. Пять лет, а уже ладони как дерево. Нет, я не жалуюсь, все это лишь закаляет, но интерес все равно терзает, почему они так? Я никогда ничего плохого не делал, наверно. Ну уж явно ничего такого, чтобы потом такое заслужить! Нет уж, потом я точно узнаю...

Кстати, о моей семье, как я говорил, я третий по старшинству брат. Этой зимой в январе мне исполнилось пять лет и с того момента стукнул уже май. Самого старшего из братьев звали Борном, вторым братом был Марс, третий конечно же я, Эмиль! Четвертый же мой брат, младшенький наш, Рёма. Не знаю чем руководствовались отец и мать, давая им такие имена, вот Эмиль да, вещь! Ну да вернемся к братьям... Борну этой весной исполнится 10, как раз в мае. Борн изучает мореплавание и познает искусство меча, благо ему на это времени хватает, не без моей помощи... Он не планирует и дальше заниматься хозяйством. Он хочет встать на корму и управлять кораблем, почему-то его это очень привлекает и тянет. Скоро Борн пойдет обучаться мечу в школу, там же по его специальности глядишь сразу и возьмут на корабль. В хозяйстве же Борн рубит деревья и расставляет ловушки на дичь. В ловушках ему равных нет! Он говорит:"Некудышнее воина не вспомнить, который не сможет поймать суку!" И сразу же задавался смехом, произнеся эту фразу. Как я считаю, это он все-таки про дичь, наверно...

Как я говорил, вторым сыном был Марс. Его грядущие боевые заслуги ничуть не меньше его старшего брата, по крайней мере, он так говорит. Я же считаю, что его единственной боевой заслугой будет поддержание порядка в качестве надзирателя в камерах. Или, короче говоря, обычный сторож. Нет, потенциал конечно был, но он слишком привязан к какому-нибудь месту, сейчас вот к нашему дому. Поэтому, для него уже большой победой будет, если он просто переедет даже в соседнюю деревню. Странно для его навыков... Он хорошо стрелял из лука и владел копьем. Настоящего копья у нас конечно же не было, но думаю самоделка тоже хороша. Он мог попасть в лису на пятьдесят шагов с копья, так же и подкрадывался к ним. Не знаю как, но он был тем еще скрытным следопытом, а если и лук к этому прибавить, то просто загляденье! На расстоянии в сто шагов он мог попасть в цель размером с ребенка. Я конечно слышал, что мастера-лучники стреляют в кольцо с двухсот-трехсот шагов, но ничего, есть ему куда расти, если выйдет все-таки из дома, да и я в такую меткость как-то не верю... В общем, благодаря своим умениям он достает нам дичь и немного помогает с кроликами.

И, наконец, самый интересный брат, Рёма. Я совершенно не знаю, чего можно от него ожидать. Он просто занимается всем по хозяйству, прям как я. Только отношение к нему куда лучшее или даже..как к брату? В общем, явно не как ко мне, ну да и ладно. Да и он сам ко мне относился лучше остальных, хоть и чуточку.

Ну и наконец я. Я не знаю, что меня ждет в будущем. Отец говорит, что я еще слишком маленький для этого. А значит что? Мне нужно просто подождать. Что же я умею сейчас? Ну я хорошо шарю в хозяйстве: кролики, огород, построить что-нибудь. Ну не пропаду точно! А еще своеобразно разделываю дичь. Беру два клинка и быстро отделяю шкурку, внутренности. У меня это получается с ювелирной точностью, хоть сразу на шапку кого-нибудь! Это наверно единственное, за что меня уважает Марс. Ему, как охотнику, это действительно занятно, хоть он и сам классно ее разделывает. Пока что на мне думаю все, не успел многому обучиться.

Спустя время , под закат, мы пришли домой и каждый стал выполнять свои хозяйственные задачи: я мигом к кроликам, Рёма на огород к маме, Марсу надо было заняться хряком, которого он поймал по пути домой, а это редкое событие. И только Борн остался без задач, думает я все сделаю. Он пошел махать мечом. Он и так знает, что станет воином, но все равно излишне занимается с мечом, лучше бы помог...

-Эй, Борн, может поможешь мне сегодня? - а вдруг сработает,решил я, но тут же ошибся.

-Обойдешься, - резко отрезал он, - просто работай быстрее, быстрее и закончишь.

Я понял, что просто так с ним не договорюсь, тогда ударю по его самолюбию!

-Слушай, давай устроим дуэль? - от такого даже он опешил. - Если моя возьмет, то ты мне будешь помогать, а если твоя, то я буду за тебя ходить еще раз за этой травой, заодно ты тренироваться будешь больше, или боишься проиграть?

-Оно и ясно, что победа будет за мной. Ты вот только этого не понимаешь.

-А я попробую, - все также я продолжал настаивать, - вдруг мне повезет. Давай же, ты ведь намного сильнее меня в этом деле.

-Ну да, но что ты придумал? - слишком уж он насторожился.

-Я просто уверен в своей победе, ты ведь еще не пробовал со мной биться. У тебя есть учебный деревянный меч, а я буду палкой.

-Ладно, давай.

И я стал подбирать палку. У меня действительно был план, я же не так глуп, чтобы идти заведомо на гиблое дело.

Нашел я таки палку: прямая, метр в длину. На один удар хватит. Палкой отбивать удар меча, хоть и деревянного, все равно может закончится потерей оружия, поэтому я закончу одним атакующим ударом.

-Борн, я готов.

-Ну так иди сюда, - уж слишком он устал ждать меня.

Вот мы и собрались. Борн стоит напротив меня, встает в стойку. Интересно зачем? Наверно просто прививает себе привычку воина. Ну да ладно, пока он еще не собирается нападать, а значит нападу я!

Я побежал на него, встретил его удивленный взгляд: он явно ожидал того, что я буду ждать его нападения , а тут такое... В трех метрах от него меняю направление и бегу вокруг него, он смотрит на меня и следит за движениями, причем тщательно, а значит нужно отвлечь его. Через две секунды добрался до нужно места и делаю колющий удар в ногу. Наклоняюсь для этого и делаю выпад к цели. Он конечно же его отбивает, но в такую защиту много силы не вкладывает и палка остается целой. Я знал, что не попаду в цель, я хотел получить драгоценную секунду на свой следующий маневр. А собрался я продемонстрировать самый великий трюк, который сразил множество врагов! Я кинул ему в лицо песок. Да, я просто во время низкого выпада набирал в руку песок, в то время как палкой тянулся до его ноги. Я уж было готовился завершить сие действие последним коронным ударом, но что-то пошло не так, но что же? Он как будто не ослеплен, что случилось?

-Эмиль, низкие приемы, как и ты. - решил меня упрекнуть, но дальше разговора не получилось.

Он мгновенно изменился в лице и собрался идти в мою сторону, так где же я совершил ошибку? Ах, да... Ветер. Почти ничего не долетело до его лица, да и в силу моего пятилетнего тела я явно не доделал прием до идеала, но да ладно, подрасту еще. Но что же мне делать сейчас? Весь мой план пошел под откос. На данный момент он меня превосходит во всем, чем же мне ответить этой рыжей морде? Как-то совсем нет времени подумать. Ладно, будь что будет.

Он делает шаг в мою сторону, а я же принимаю решение тактически отступить до ближайшего удобного для меня места. Он меня выше, значит удобней будет его принимать снизу, где ему будет неудобно бить сверху вниз. Использую овраг, где мы укладываем сено.

Так, я на месте,но...Черт, он тоже на месте. Ну какой воин бездумно бежит за противником? Не проживет он так долго, но в моем случае он сейчас прав, плана то нет. Он рядом, я не успеваю воспользоваться низким рельефом, нужно запрыгивать на сено. Прыгаю на него, сразу перепрыгиваю на другое, вижу как он делает тоже самое. Я уже не успею убежать дальше, и даже не успею атаковать. Выходит, я проиграл? Что щас может произойти такого, чтобы я победил, да и имел ли я шансы?..

Коротким шагом он запрыгивает на мой стог сена и, пока он еще не опустил свою ногу, я увидел его легкую улыбку. Должно быть, он предполагал, что это будет слишком легко для него. Ну что сказать, он оказался прав. Я действительно уповал на удачу, которой не случилось. Давай, добивай меня.

Его нога приземляется на стог, все происходит так медленно... Посмотрю хотя бы на него, каковы его эмоции перед финишем.

Я ожидал увидеть на его лице, как минимум, ухмылку, но он... Встревожен? Что случилось? Я смотрю на его ногу, он вроде обрел почву, но он проваливается дальше. Похоже, это сено совсем прогнило, благо я не провалился. Нужно будет убрать. Ах, да, Борн, ну давай, проваливайся дальше. Сейчас я как никогда надеюсь, что это очень гнилое сено. И да, он провалился, хоть и не полностью, но по плечо. Да, он может управлять руками, но сейчас он очень озадачен. Я этим воспользуюсь.

Я вновь крепко сжимаю палку и, целясь в голову, бью с небольшим размахом. Палка достигает цели и ломается. Удар был слаб, но после первой защиты, видимо, пригодность палки уменьшилась, но ничего. Это уже фатальный удар. Да будет тебе больно! Боже, как же я рад! Даже не тому, что он теперь, по условиям дуэли, будет мне помогать, а самому факту победы! Может мне в какие-нибудь тактики пойти?.. Хотя, повезло же, ну да неважно. Могу же я помечтать.

Я уж было начал исполнять танец победителя, как услышал шаги в мою сторону. Борн наверно, выбраться уже должен был.

-Эй, Борн! - только начал я говорить, как тут же проглотил язык.

Он был расстроен, ну или я плохо разбираюсь в людях и он все-таки в гневе. Но это все, о чем я успел подумать. Ибо дальше...

-Наглец! - с этим словом он ударил меня по лицу и я упал на землю. - Паразит! Как же ты надоел!...

С каждым новым словом он бил меня, лежачего. Он продолжал говорить, но дальше я уже ничего не слышал и не понимал. Понял только одно, что этот засранец еще получит. Он у меня легко не отделается...

Том 1 Глава 2: Родители

Очнулся я уже дома. Должно быть, отец меня принес. Статный, высокий, рыжий мужчина, да еще и с бородой, как у гнома. Целая мускулистая боевая единица. Я еще не видел его в деле, но братья говорят, что он великий воин. Надеюсь, это так. По крайней мере, характер у него точно под стать отечественному воину: сам из себя весь серьезный, говорит только по делу и нужде, да других учит делу. По сути, воин на словах хороший, но отец, как по мне, никудышный. Даже иногда задаюсь вопросом: как моя мама с ним так свелась? Она ведь просто одуванчик, даже мухи не обидит. Но, хоть и была таким добрым человеком, имела третий титул в королевстве. Своеобразная богатая боярыня, а значит характер имеется. Просто нам она его еще не показывала. В прочем, можно подвести итог: противоположности притягиваются.

В комнате был смуглый свет. За время моего бессознательного состояния уже успело потемнеть. Ну да, получил я знатно. Думаю, это повод полежать еще. Хотел я было уже расслабиться, как свеча встрепетнулась. Я посмотрел в сторону двери и да, в проеме стоит мама. Все такая же красивая, в белом одеянии и с длинными белыми волосами, которые были подобраны ленточкой. Не сказать, что выглядит она сейчас усталой, скорее просто слегка утомилась под конец дня. Хочу сказать, что это легкое утомление ей только идет, выглядит еще милее...

—Эмиль, зачем ты спровоцировал брата? - отвлекла она меня от раздумий и не менее разочарованно повторила. - Ты же знаешь, что он легко заводится. Да и к тому же он сильнее тебя, зачем?

Она действительно была разочарована, мне даже стало не по себе. Но я ведь не виноват в том, что все так вышло. Это он решил принять дуэль, это он избил меня после. С какой стороны не посмотри, а виноват и даже низко поступил именно он. Да, меня это задело, поэтому я высказал все что думаю, но взглядом.

—Эмиль, ты самый младший из всех, - продолжила она. - Слушайся старших, не перечь им. Ты ведь...

—Нет, мам, - перебил я ее. - Я знаю, что спровоцировал и знаю, что слабее. Но я чувствовал, что могу победить, и я победил. Мне повезло, но все равно победил я, а победителей не судят.

—Если ты так рассуждаешь, то возьми еще в учет и то, что ты не в состоянии отстоять свою победу. Некому отстоять, - устало сказала она, но явно в попытке донести до меня полезный урок. - Эмиль, ты пока что слаб, чтобы возразить.

Меня несколько раз назвали слабым. И это даже не отец, а мама. Ну ладно, думаю, она хотела донести мне интересную мысль.

—Мам, это же не значит, что мне следует молчать, особенно тут. Я знаю, когда следует и с кем следует говорить. Я вижу разницу, но щас я ведь дома. Так почему дома я тоже должен следовать таким правилам? Да и мы ведь братья, почему они так поступают? Почему я должен терпеть такое? Ничего не понимаю. Я дома, но такое ощущение, что я тут гость и всем чужой.

Под "всем" я имел ввиду всех, кроме мамы. Маму я люблю, и она меня... Я знаю это. И ей просто больно смотреть на то, как мне причиняют боль. Она пытается сделать так, чтобы я выходил всегда из ситуации целым. Я не думаю, что это правильно. Нельзя так поступать все время. И мама видит мое негодование. Пытается что-то сделать, но не получается.

—Сынок, они так поступают потому, что они думают, что это правильно.

—Только потому, что я младший?

—Нет, есть другая причина.

—Какая же?

Тут я уже удивился. Они так со мной поступают потому, что на то есть просто какая-то причина, о которой даже не знаю я? Не понимаю. Меня за какую-то ошибку ругают, иногда ударят. С другими так не поступают. Да, я предполагал, что чем-то я их не устраиваю, но тут вот оно как оказалось.

—Извини, но я не могу ее тебе сказать. Скажу лишь, что она связана с твоей судьбой. Когда-нибудь отец расскажет тебе о ней.

—Ладно, я узнаю потом. Да, я не понимаю, что не так с моей судьбой. Разберусь. Но может ты скажешь всем, чтобы они чуть лучше ко мне относились?

—Этого я не могу. Ладно, все. Хватит, - уже сердито говорит. - Давай я обработаю твои ушибы.

И она пошла к столу, а я так и остался думать о своем. Я даже... Разочаровался в ней? Странно это все, больно, обидно. Понял только то, что щас я не могу с этим ничего поделать. И то, что мне нужно стать сильнее. А если я хочу стать сильнее, я должен тут выживать. Похоже, сейчас мне действительно нужно стать паинькой, чтобы просто идти дальше. А к семье и к этому разговору я еще вернусь.

Пока я размышлял об этом, мама уже почти закончила приготовления. Она добавляла в мазь травы и смешивала сухие травки для отвара. Не скажу, что она профессионал, но от ушибов и раны может спасти. Некий любитель, такой был уровень. Но хоть и любитель, мы все уважали ее умение лечить. Да и не только мы, это уважаемое умение. Все его ценят.

—Мам, тебе помочь? - я хоть и хуже в плане лечения, но по травкам я лучший.

Она порой путает травки, а я в свою очередь замечаю это и предупреждаю.

—Если тебе не больно, то можно. - она посмотрела на меня с улыбкой, явно знает, что больно.

—Да, все в порядке. - частично я соврал.

Хоть мне и больно, но эта боль мне не мешает помочь.

Чтобы мне было удобней, я пододвинул стул. Все-таки я маленький, а стул это компенсирует. И я стал подбирать нужные травы. И да, мама как всегда все перепутала. Травы по виду похожи, но свойства все-таки разные.

—Мам, там у двери лежит мешочек. Там розовая трава, у нас она закончилась и я ее собрал. Принеси сюда.

Мама с укором посмотрела на меня. Наверняка подумала, что я часто устраиваю драки. Ну... Тут частично права, но эта сегодняшняя драка была впервые, частично, по моей вине. Она отвела взгляд и пошла за мешочком. А я пока дальше перебирал траву. Мне нужно вместе смешать зелень с Ярой травой. Скалкой сильно прижать. После добавить Алфею, которую я заранее засушил и раскрошил. Теперь нужно дотащить огромный для моих размеров котелок до камина.

—Мам, поставишь его греться? - тут уж я слишком слаб, чтобы такое "ведро" поставить на навес.

—Да, конечно. - и мило посмотрела на меня, должно быть это действительно мило, когда такой я пытается сделать все сам.

Она закрепила котелок и сверху поставила решетчатую пластину, на которой и будет греться вся эта моя лечебная смесь. Толку от нее немного, но зато и не затратно.

Я налил воды в котелок и закинул в него все оставшиеся травы, которые видел. Мама это недолюбливает, но на столе у меня никогда ничего лишнего не лежит, а значит за последствия можно не волноваться. Мама все время рассказывает мне рассказы моего отца:"Его друг из отряда был у лекаря и тот после лечения сказал ему, что ему нужно сделать себе отвар. У самого лекаря времени не было, других лечил. Ну и сказал ему, чтобы взял травы со стола да сделал себе сам. Он конечно же сказал какие нужно, но он просто взял все. Даже те, которые были подозрительными. Каждый воин знал их названия и как они выглядят, а он не знал. Ну и сделал он себе отвар, да стало ему плохо". Тут обычно я спрашивал о том, умер ли он от этого. А она отвечала, что ему просто стало плохо, а умер он от того, что на них напали этим же днем. Но факт есть факт, травка помешала ему выжить. Меня это всегда забавило, как легко можно расплатиться с воином. Сила есть, ума не надо и все такое. Ну ладно, ко мне такая ситуация не относится. Я же знаю, что у меня на столе. А подложить что-нибудь плохое... Кому оно надо? Хотя, урок все равно ясен.

Травы в котелке создают некий аромат, который паром греет всю верхнюю часть на пластине. Эта моя смесь трав просто становится приятной и теплой.

Пока опаряется моя смесь, я подготовил обычную мазь для смешивания. Она самая обычная, сделана из масла, воска и туда добавлены лавровые листы. Так вот, спустя тридцать минут, когда уже все приготовления полностью сделаны, я стал смешивать пропаренную смесь с мазью. После того, как я закончил, мама взяла повязку и уже готовую мазь. Плавно и медленно перемазала мои ушибы и перевязала их.

—Молодец, - сказала она и улыбнулась. - Все сам сделал.

А ведь и в правду, все сам. Похоже, лекарь из меня даже получше. От этой мысли я невольно улыбнулся. Мама это заметила и сказала:"Не зазнавайся" и поцеловала меня в лобик. Не знаю, стало так уютно, но я понимаю, что это всего лишь временное явление. Скоро все будет по-старому.

—Поспишь сегодня здесь.

Ну и хорошо, что тут. Мне правда не хотелось сегодня показываться им, хоть даже и оставшуюся часть сна. Пусть сегодня я проведу свой оставшийся спокойный день в гармонии и в раздумьях. Дальше меня будут ждать тяжелые дни, в которых я буду пытаться выжить. Но и стоять на месте нельзя, я буду обучаться всему, чему только смогу обучиться. И тогда я смогу уже что-то изменить в своей жизни.

Она закрыла дверь, пока я недолго раздумывал. Может быть она и сказала мне спокойной ночи, но я был слишком погружен в свои мысли. Думаю, она все-таки забыла.

—Спокойной ночи, Эмиль. - сказал я сам себе и закрыл глаза.

Том 1 Глава 3: Новая жизнь

Проснулся я уже днем. Что удивительно, все ушибы, полученные за вчерашний день, тут же прошли. Да и тело, словно перышко, было легким и легко выгибалось. Похоже, вчерашняя взбучка пошла мне только на пользу... Не знаю, чем она на этот раз отличалась от предыдущих, но если эффект такой хороший, то и сожалеть о вчерашнем дне незачем.

Я потянулся в последний раз, встал, присел. Тело как было гибким, таким оно и осталось, от чего я был только рад. Только вот слишком тихо: от всех моих движений звуков не было, или были слишком тихие. Не могу же я так за одну ночь превратиться в такого акробата, который и звука бы не издал...

Я осмотрелся, настороженно посмотрел на все. Все оказалось не на своих местах. Нет, можно, конечно, предположить, что это сделала мама, но она все-таки ушла. Я бы услышал ее шаги, да и она бы меня разбудила...

Я подошел к двери. Кругом до сих пор не было ни звука, лишь мои шаги.

—Ау-у-у... - сказал я в пол голоса, но никто не ответил.

Я вышел за дверь, в коридоре так же никого не было и я решил выйти на улицу... С порога дома стало видно всю семью: отец, мать, три брата. Я решил подойти к ним, спросить:"Что происходит?"

Я подходил к ним, но все никак не мог дойти. Они стояли, но я не мог дойти, словно расстояние до них все увеличивается и увеличивается... Я понял, что все происходящее - нереально, всего лишь сон. Об этом кричало буквально все, но невозможность выбраться из этого места заставила меня расплакаться. Я выкрикнул им вслед протяжное "постойте..." И они остановились. Первое, о чем я подумал, было:"Лучше бы вы не останавливались", что довольно странно, я ведь так хотел, чтобы они остановились... Но от их остановки мне стало довольно жутко, с чего бы?

Стоят безвольной фигурой, спиной ко мне, и каждый мой следующий шаг приближал меня к ним. Наверняка все закончится в тот момент, когда я к ним подойду... Но каждый мой шаг становился медленнее и неохотней, почему-то все тело дрожало от происходящего.

Я посмотрел на маму и увидел ее руку, она словно говорила мне:"Давай к нам". На мгновение стало так тепло, я подошел к ней, посмотрел вперед, и увидел все то, на что они смотрели... За горизонтом был виден рассвет, еще были пшеничные поля, кстати тоже освещенные солнцем. Солнце еще не полностью вышло, но во сне всякое может быть...

Я посмотрел на свою семью, и я не увидел лиц. Их головы были повернуты ко мне, но ни рта, ни глаз, ничего не было. Я упал. Дрожь пробрала все мое тело и я упал. Внезапно вокруг меня ничего не оказалось, была лишь пустота, белая пустота...

Я резко проснулся в холодном в холодном поту, жадно глотая воздух. Что это вообще было? За что мне такой сон?..

Посмотрев вокруг, я заметил мамин взгляд, выглядывающий из-за двери. Она вопросительно на меня посмотрела и стала потихоньку подходить, наверняка она увидела меня испуганного и мой потерянный взгляд... Что мне ей сказать? Сказать, что я увидел их без лиц, что они убегали от меня? Нет, слишком обеспокоенный сон. Нужно сказать ей что-то менее "странное". Что бы сказать... Олени, девушки, зверушки... медведь. Точно, пусть будет медведь.

—Эмиль, все хорошо? - спросила она обеспокоенно, все также плавно подходя. Было видно, что она только с улицы, похоже, дала мне отоспаться... Спасибо тебе.

—Сон приснился про медведя. Помнишь, зимой на охоте, отец его завалил точно так же, как и варяги, - ударом в сердце.

—Да, помню, он еще на тебя сначала бежал. Повезло же тебе тогда наткнуться на него, - сказала она с легкой улыбкой.

Тяжело это назвать везением. Шел себе шел, осторожничал. Из всех я меньше всего хотел наткнуться на медведя, но по закону жанра именно я его и встретил.

Так, что же я тогда испытал... Наверное, самое очевидное, это страх? Хотя нет, был прилив адреналина. Смотря в лицо опасности, я сказал ему:"Похоже тебе везёт так же, как и мне", после чего я побежал. Нет, рванул от него. Каждый бы так сделал, будь он на моем месте... Спасибо отцу за то, что кинул тогда топор в медведя. Медведь, чтобы не обезглавится, остановился, а топор же с треском вошел в дерево. Медведь замешкался и я убежал. Отец же, в свою очередь, набросился на растерянного медведя с кинжалом, целя им в шею медведя. Медведь был немного больше отца, но отец, использовав его растерянность, попал ему в глаз. Такую большую тушу этим не убьешь, но медведь на правый глаз больше не видел. Хоть медведь и теперь менее мобилен, но он стал свирепее, активнее... И медведь набросился на отца, пытаясь его снести. Отец на каждый выпад лапой медведя отпрыгивал на метр, а он ведь был в обмундировании...

Естественно, он бился не один с этим медведем. Два брата через пол минуты подбежали и приготовились помогать. В полет одновременно полетели стрела и копье... От стрелы толку мало, а вот копье попало в переднюю правую ногу. Медведь не удержался на ногах и упал. Он сразу бы встал, встал бы... если бы не отец, который в этот самый момент ринулся к медведю и пырнул ему в шею кинжал, после чего сразу отпрыгнул. Мы тогда ожидали его предсмертный забег, но он просто лег и рычал, пытался рычать все то время, что у него осталось. Да, ему помогли, и не в сердце, но, в целом, по-варяжски. Сильно! Отец тогда подошел ко мне и сказал, что я очень удачливый, нашел в период спячки медведя. Или этот вид не впадает в нее? Неважно. Важно то, что мое тело понимало всю тревожность ситуации и плакало, хотя я и успокоился, но все равно хотелось плакать... Слишком много эмоций было. Однако, есть и плюс - шкура медведя!

—Мне все еще тяжело назвать это везением, - сказал я, выдавливая из себя улыбку. - Везением можно назвать то, что я выжил. Но да, я выжил, а значит это то, что я сильный, - я думал успокоить себя этими словами, но от них мне стало только грустнее, ко мне ведь тогда относились хорошо... - Зато у тебя появилась шуба , мам.

—Да, спасибо, Эмиль.

После этих слов она присела ко мне и приобняла меня. Она не стала успокаивать меня словами, были просто легкие поглаживания... Стало так спокойно, словно это все магия, но это была не она. Захотелось сказать ей спасибо, но я был слишком увлечен процессом... Красивая же она девушка, и формы тоже... Горжусь ей.

Пока я так рассуждал, она потихоньку снимала с меня повязки, смотрела мои ссадины.

—У тебя почти все прошло, снимать все остальное?

—Хорошо, - сказал я, и она вышла за дверь. Нужно и мне собираться...

Том 1 Глава 4: Бытовуха

Сняв все повязки и убедившись в своем здоровом состоянии, я пошел на кухню, чтобы поесть то, что мне разогрела мама. Наверняка это будет опять крольчатина. Разнообразие уже зависит от добавленных специй...

Да, это крольчатина с приправой из зеленухи. Не сказать, что это прям пир, но вполне неплохо для деревни.

Запил я это дело обычной кипяченой водой, не стал я заморачиваться с чаем. Уже время выходить в свет.

Покушав, я вышел на улицу. Солнце уже прошло половину пути и немного поверх этой половины. По часам, уже где-то 13-14 часов. Проспал я конечно много, но это и неудивительно, все-таки телу надо восстановиться.

Впервые я не знаю чем заняться. Все уже разошлись по своим делам: мать на огороде, старший брат тренируется с мечом как всегда, делая и ложные выпады, финты... Иногда тренируется с отцом на самодельных тренировочных мечах. Будущее нашего королевства. Совсем недавно я его победил, хоть и большой ценой, но победил... Но можно не сомневаться в том, что он был лучше меня и во время дуэли, а в будущем станет еще лучше. Пускай старается. Что касается второго брата, Марса, то он занимается шкуркой вчерашней животинки. Может сделать из этой шкурки перчатки, а может будет новый колчан под стрелы. Поживем - увидим.

Из семьи остались еще младший брат и отец. Отец, думаю, пошел помогать другим деревенским. И, конечно же, не бесплатно, но и не за деньги. Оплатой были съестные припасы, иногда скот. Зависит от так называемой услуги: от постройки здания до обычной нарубки дров. Все к нему обращались, все уважали нашу семью, но меня, кстати, лишний раз стараются не показывать. Не то чтобы мне было интересно поглазеть на других, но, думаю, поиграть с другими деревенскими было бы вполне интересно. Я ведь раньше играл с другими... В общем, благодаря отцу и матери положение нашей семьи стало даже больше, чем у старейшин. Наш дом в действительности стал самым важным. Ни один разбойник к нам не сунется.

Ладно, осталось разобраться с младшим братом. Что касается него, то он, скорее всего, у реки. Частенько там бывает, что-то делает, но вот что... это надо посмотреть.

Пришлось постараться, чтобы пройти незамеченным. Если заметят, то мигом приставят к делу. В лучшем случае, к одному... Хочется иногда пофилонить, все-таки делаю я много чего.

За домом, по пути к реке, растет малина и крыжовник. Идешь себе, идешь, подъешь, счастье... Однако не сейчас. Жук-вонючка, клоп, прервал мое наслаждение... Проплевавшись, я пошел дальше к реке. Всего пять минут пути, а получилось целое приключение, была бы малина без жуков...

У небольшого мостика стоял мальчик - маленький колдун, маг. В мыслях он не мог еще сформировать образ заклинания, его итог. Поэтому, он произносил:"Вода, поднимись. Шар!" И она поднялась, и образовала шар. У него содрогнулось все тело, но он не упал, легкое головокружение и тошнота, но это было не назвать противным чувством. Самыми яркими чувствами из всех можно точно назвать чувство радости и некое чувство уверенности в следующем шаге. "Надо бы запомнить это чувство",- подумал мальчик. И он, полный уверенности в себе, повел рукой сначала налево, потом направо. Шар воды следовал за его рукой. "Может, попробовать его бросить на что-то, попытаться...",- подумал он. И он перешел к действиям: сначала попытался представить скорость этого шара, потом его полет, а там и цель попадания. Он взмахнул рукой, выставил кисть вперед, в направлении ближайшего куста. И шар полетел.

Он очень обрадовался и даже не заметил легкой дрожи в руке. Словно протяженное "пи-и-и" проходило по его руке, нервам.

Шар пролетел метра три и после стал терять свою форму, после чего уже мгновенно упал. Или, правильнее сказать, разлился, расплескался, потек?.. Увидев все это, мальчик не расстроился. Он уже был рад текущим достижениям. Именно сегодня он продвинулся так далеко. У источника воды, тобишь реки в данном случае, он не получал такого высокого давления. "Взять воды проще, чем ее создать",- догадался он. В будущем, изрядно потренировавшись, он уже сможет создавать ее в воздухе. Но не сейчас. Сейчас ему нужно сосредоточится на других фазах.

Он присел, все также радуясь и гордясь своим достижением. Он думал, надо ли это рассказывать другим? Порадуются ли они за него? Мать точно порадуется, да и братья тоже, но вот отец... Отец, скорее всего, не будет расстроен, но и не будет рад. Хотелось бы, чтобы он гордился, а значит нужно больше тренироваться, чтобы попасть шаром сначала в куст, а уже после в дерево, а до дерева там метров двадцать минимум. Ну и научиться лучше управлять, может форму изменить... В общем, он принял решение: никому он рассказывать не будет. Это будет его секрет на первое время... Или уже не секрет?

Где-то вдали, за кустом, спрятался мальчик. Этот мальчик старше юного мага года на два, но если сравнить его с этим юнцом, то можно сразу заметить, что пятилетний мальчик совсем ничем не выделяется. Он не был магом, не был воином, не орудовал луком, единственным его преимуществом был бег. Как тогда, когда он убегал от медведя, но и то неточно... Может, это было из-за адреналина в его крови, из-за страха. В общем, он ничем не выделялся, но может в будущем все изменится? В это он и верил, пытался верить. Одно можно сказать точно:он, Эмиль, удивлен и рад...

"Неужели он смог нормально колдовать? Он точно держался уверенно и не было даже намека на то, что он потеряет сознание",- рассуждал он. Разные мысли посещали его голову . Первой мыслью было то, что он скрывал это все. Все-таки он часто ходит к реке. Но эта мысль сразу ушла в сторону, уж слишком он был счастлив. Явно у него впервые получилось. Второй мыслью было то, что он держится так уверенно из-за реки. Слишком много воды, не нужно ничего придумывать. Тебе не нужно создавать воду, если она уже есть. В общем, все вполне логично. Если в его три года он уже может такое, то это, наверное, круто? Не знаю насчет других молодых магов, во сколько они уже так могут и все такое... Может так каждый вообще сразу может? Не знаю, но это и неважно. Я такое вижу впервые и я уже полон эмоций. Гордости в том числе. В какого он монстра вырастет в будущем? Станет великим магом и разрушит все и вся. Весь мир будет в огне, ну или в воде? Огонь, вода и хаос, человечество будет пытаться выжить... в воображении. Нет, все может быть и по-другому. К примеру, его величие не разрушит округа, королевства, а наоборот: он даст миру покой и процветание. Это мы уже узнаем в будущем. Любое из этих возможных событий возвысит нашу семью, сделает ее известной. Антирепутация - тоже репутация.

"Может, мне его поздравить?"- подумал Эмиль. Это же нормально, что брат поздравит брата. Однако, будет ли он рад? Да, он относится лучше ко мне, чем остальные, но все равно вопрос: будет ли он рад? Да и отношения скорее нейтральные, то есть и не хорошие. Наверное, мне лучше промолчать. Вдруг из-за этого "нейтральное" отношение станет только хуже. Сам расскажет, а там уж и я поздравлю. Нужно возвращаться.

Так секрет самого младшего из братьев сохранился.

Вернувшись, Эмиль принялся искать чем бы таким заняться. Лучше самому выбрать себе дело, чем его выберут мне. Список дел и без того большой: покормить кроликов, но это уже вечером; закрыть или открыть курятник на улице, покормить остатками всякого; сходить за травой, это можно, в целом, в любое время; еще можно отбить ковер от пыли, у нас ковров хватает в доме. На каждую комнату, а комнат в доме у нас семь, еще и второй этаж с небольшим коридорчиком у лестницы и двумя комнатами на пути к балкону. В одной из этих комнат я и спал. Иногда прям у самого балкона. Нравилось мне это: выходить на сам балкон ночью, кругом звезды, легкий ветерок. И ты, стоишь и смотришь на эту красоту. Думаешь о всяком, к примеру о завтрашнем дне, будущем... Ведь мое будущее там: за днями, годами. Может, мне стать кузнецом? Дело уважаемое. Стать королевским кузнецом - это эталон престижа. Там может и увижу Гида.

Как я и говорил, дел хватает. Я пришел щас с речки, так там же воду и набираешь. Пока ходишь за водой можешь умыться в речке. И чем чаще - тем лучше. Жара же на улице. Да такая, что приходится поливать огород по несколько раз. Помимо этого, у нас два раза в месяц проходит охота на оленерога. Это как олень, только с одним рогом, да и по телосложению тот еще жеребец. Можно пойти в лес за грибами, там же и за травой, но не для кроликов, а всякие там лечебные. Иногда я обучаюсь начальному уровню образования. Это несложно, поэтому дело филонящее, но мама хвалит. Она же и обучает меня время от времени. Хоть я и лучше разбираюсь в травах, но это просто по внешнему виду. Ну и плюс те, которые я чаще использую в повседневных делах. Часто используемыми травами я лучше пользуюсь и делаю лекарства, но мама на этих уроках показывает мне новые рецепты и приемы лечения. Новые мази и тому подобное. Далее умыться перед сном и сам сон. Ладно, надо начинать...

Мне удавалось сохранять свое бездействие в безызвестности до сих пор. Но с каждой минутой это делать становилось все труднее и труднее, поэтому я поспешил заняться каким-то важным делом. Кролики, курятник уже вечером. За травой сегодня уже не пойду, поздновато для этого, как и для похода в лес. Оленерог уже дней через десять. Обучаться тоже уже завтра. Выходить, остались ковер, сходить к речке за водой ну и все-таки пообучаюсь еще, если до вечера время останется. Пойду я, наверно, к речке...

Я поспешил к бане за ведрами. Тчательно старался не попасться на глаза своей семье, хотелось остаться незамеченным.

Я прошел вдоль стены дома, посмотрел во двор и увидел, что все занимаются все тем же. Каждый был увлечен своим делом, но я все равно не рискнул просто взять и выйти из-за стены, поэтому я решил подкрасться к стогу заваленных деревьев...

Пройдя через них, до бани стало рукой подать. Я вышел из-за лежащих деревьев и, стараясь не шуметь, взял ведра. С ведрами в руках я неторопливо побрел обратно к стогу деревьев. Эти несколько секунд стали для меня вечностью! Как минимум из-за того, что я ведром зацепил дерево...

Звонкий пронзительный звук эхом разнесся до ушей старшего брата. Он оглянулся на источник звука и ничего не увидел. Он прервал свою тренировку с мечом и спросил:

—Марс, ты слышал это? Что это было? - спросил Борн, надеясь получить ответ.

—Ветер? - с невозмутимостью произнес Марс, все также продолжая работать со шкуркой. Он продолжал аккуратно обрабатывать кожу, мастерски орудуя ножом и другими нужными для этого инструментами.

—Нет, ветер такое не сделает, - сказал Борн и направился в сторону бани. Ведер ведь не было на своих местах, а значит ветер не мог сделать такой звук.- Эмиль. Это был он.

Оказавшись у бани, старший брат не увидел ни Эмиля, ни ведер. Только следы, которые вели к огороду.

—Ну и ладно, - произнес Борн и пошел обратно заниматься тренировкой с мечом.

Эмиль увидел идущего к нему старшего брата и поспешил прочь. Сердце колотилось бешеным ритмом, пока он бежал. А надо ведь еще стараться не издавать звуков. Даже не стараться, а просто не издавать, иначе он окончательно спалится и за ним пойдут. По другому его может и отпустят.

И Эмиль действительно бежал беззвучно. Чудом он побежал сначала от стога деревьев до стены дома незамеченным, а потом уже от стены до ограды за огородом. "Идет ли он дальше за мной? Отвлек от тренировки точно. Хоть бы не шел...",- думал Эмиль.

Пока он об этом размышлял, он уже оказался за оградой. "Победа?",- с надеждой воскликнул он. Никто его не кричит, не слышно бегливых шагов с огорода. "Значит, он не идет за мной",- убедился в этом Эмиль.

Он не стал особо радоваться этой небольшой победе, ибо его сердце все также бешено стучалось.

Чуть отдохнув и восстановив дыхание, Эмиль пошел к речке. Рёмы там уже не было, он пошел домой другим путем.

Оказавшись у реки, Эмиль стал снимать с себя одежду. Снял нателку, шорты. Взял два ведра и вошел в реку по пояс. Было холодновато, но это меньшая часть того, что он должен перетерпеть, поэтому он не возникал и терпел. Да и тело закаленное, все выдержит.

Набрав два ведра, я вышел из реки и положил их на берег, после чего я мигом побежал в воду и нырнул... Недавно мой брат колдовал здесь, может и мне сможет передаться частичка этой силы? И я тоже получу перспективное будущее. Можно пробовать купаться каждый день и, возможно, когда-нибудь я тоже стану магом. Да, я так подумал, но ведь все не может быть так радужно, однако, окунаться в реку я от этого не перестану.

Выйдя из реки, меня обдал легкий жаркий ветерок, поэтому я поспешил вытереться своей же одеждой...

"И что дальше делать?"- подумал Эмиль. Идей на данный момент не так много. "Ковер?"- первое, что пришло в голову Эмилю. Пока он закончит с этими коврами, уже наступит вечер. Неплохо в целом для него, после ковров дела сами найдутся. И Эмиль пошел домой за коврами.

Аккуратно положив ведра у бани, Эмиль поспешил к двери дома. Никого не оказалось во дворе, поэтому аккуратно идти и бояться каждого шороха, в том числе и своего, было ни к чему.

Дома ковры были в шести комнатах и в самом коридоре, на втором этаже их не было. Взяв первый ковер в коридоре, Эмиль, с грузом через плечо, пошел на улицу. К месту, где он вешал ковры и отбивал их. Дело, кстати, приятное, помогает расслабить нервы.

Расстелив ковер на длинной палке, Эмиль принялся бить ее. "Вот так наслаждение",- думал и чувствовал он. Да, с каждым взмахом палки его тело уставало, но это приятная усталость. Он буквально выплескивал свой накопившийся гнев. Ну а ковер, в свою очередь, своей пылью портил воздух.

Вымотавшись, Эмиль отошел от места битвы с ковром и упал обессиленным. Солнце одаряло его приятным теплым воздухом . Было жарковато, но в данном случае она приносила только удовольствие. Легкий ветерок, жара, тело так и дышит. Приятно...

В голове у него была буря эмоций. Он испытывал счастье, удовлетворение, усталость, даже со всей этой смесью положительных эмоций он стал испытывать грусть, печаль. Радость и грусть - странное сочетание. Эмиль на мгновение вспомнил события предыдущих дней: неравное перетруждение в походе за травой, дуэль с ее последствиями, да и просто это несправедливое отношение семьи к нему. Почему все так резко изменилось год назад? Тяжелая ноша для четырехлетнего мальчика, а сейчас уже и для пятилетнего. В целом, он уже привык, но изредка эмоции могут выйти вот так наружу. Борн, с которым он тренировался на мечах и рыбачил, охота с Марсом. Все было с любовью. Ну а Рёма был еще грудничком, поэтому он ничего не понимал...

Эмиль сам и не заметил того, как из его глаз текут слезы. Он просто лежал и вспоминал, но делал это с улыбкой. Он не смотрел на прошлое с ненавистью. И точно можно было сказать, что он не позволял рыдать себе взахлеб в такие моменты. Он держался.

Неожиданно для это ситуации, Эмиль стал смеяться. Он закрыл глаза одной рукой по локоть и смеялся, поэтому было непонятно, что он чувствует. Может, он просто решил перебить свою грусть смехом, резко подумал о веселом, а может он преисполнился желанием это преодолеть? Ну или просто сошел с ума. Одно можно сказать точно - его улыбка совершенно не выглядела веселой.

Прошло минут десять с этого момента. Эмиль отдохнул и вновь стал готов выглядеть сильным мальчиком в лицах других людей.

Положил палку, взял ковер и пошел домой. Он уже не пытался скрываться, щас он занят делом, а значит его не за что упрекать. В случае чего виноват будет не он, а братья, ибо они мешают ему наводить порядок. И они это знают.

Придя домой, Эмиль увидел всех братьев. Борн колод дрова, видимо, он уже изрядно потренировался с мечом. Марс уже закончил с кожей. Думаю, уже завтра получится новый колчан, а не перчатки. Что касается Рёмы, то он прямо щас при мне взял ведро воды и понес его в огород к маме. Интересно, знают ли остальные про него? Может, он маме в огороде и продемонстрирует свое умение.

Каждый из братьев покосился на Эмиля. В целом, все, кроме Борна, посмотрели на него безразлично. Но не сам Борн, он посмотрел на Эмиля с недоброй улыбкой. "Что это может значить?"- спрашивал себя Эмиль. Обычная стычка, не будет же он ненавидеть меня за это? Да, были нечестные приемы, но разве бывают честные дуэли? Неужели я своей победой пошатнул его достоинство? Если это так, то у меня какой-то слишком мягкий брат. В предании говорилось, что он станет рыцарем королевства - Светлым рыцарем. Но как, блин, с таким характером он это сделает? Разве что только подлостью... Надо бы сказать ему что-нибудь, да и сказать, что мне просто повезло:

—Не злися, Старший братец, мне просто повезло, - сказал Эмиль, пытаясь показать ему свое раскаяние.

Борн посмотрел на его полурастроганное лицо. Эмиль словно сбил его с толку. Он не знал, что ему ответить. Он не находил нужных слов и он не знал, какое выражение лица ему сделать. Да, Борн думал о разных жестоких вещах, но и продолжать так ехидно улыбаться как-то тупо. Не было нужных слов. Угрожать нехорошо, родители узнают и ему же станет хуже. Странная ситуация: ты вроде недолюбливаешь человека, но не можешь просто так поделать с этим что-либо. Однако, некоторые слова он все-таки нашел:

—И почему мама к тебе так относится? - спросил вслух сам себя Борн с уже обычным выражением лица, после чего сразу продолжил рубить бревна.

"И действительно, почему? Все, кроме нее, относятся ко мне плохо. Почему такое особое отношение? Может, она знает что?"- думал Эмиль, но ответа на это не находил. Впрочем, думать об этом щас ни к чему, нужно просто проигнорировать его. Да, можно поднять вопрос о неправильном отношении к нему, но, как и раньше, это ничего не даст. Просто будет сказано:"Выполняй свои задачи, не задавай вопросов". И все. Больше ничего. Поэтому нет смысла реагировать сейчас. Все, что от меня требуется сейчас - это выполнять свои домашние обязанности. "Но, в будущем, вы не сможете так игнорировать меня..."- заключил для себя Эмиль.

Никто уже не смотрел на Эмиля. Он же просто взял и пошел домой с ковром.

Том 1 Глава 5: Королевство Ферлан

Эмиль успел управиться с пятью коврами, с оставшимися двумя он решил закончить уже завтра, ибо уже начало темнеть.

С постепенным наступлением темноты приходят новые обязанности: сходить набрать в тележку травы, после чего ей же покормить кроликов, ну и еще курятник. С курятником просто, петух заводит курочек в курятник с наступлением темноты. Остается только прикрыть их дверцу.

Пока Эмиль шел к курятнику, он любовался закатом. Красно-фиолетовый свет озарял горизонт. Белые облака окрасились в них же. Все это выглядело так... волшебно. Нет, Эмиль не забыл о текущей ситуации, о проблемах, как это бывает в сказках. Но посмотреть на эту красоту все равно приятно, хорошо становится на душе. Как многие говорят:"В такие моменты хочется жить".

Эмиль закрыл маленькую дверцу курятника, через которую выходят и входят курочки. После этого он сразу пошел за тележкой. В тележку набрал травы. Покатил ее к кроликам. Выделил каждому кролику по три пучка травы. Потом опять напомнил тележку и опять делить... Кроликов много, за один раз всех не накормишь.

Пять рад понадобилось наполнять тележку. Все кролики накормлены, напоены. Все довольны.

-Осталось и мне умыться, поужинать, а там может поучусь немного, - сказал вслух себе он.

Весь пыльный, грязный, Эмиль пошел к реке. Вода в реке стала немного теплее, нагрелась под лучами солнца.

Эмиль разделся и прыгнул в воду... Наплескавшись, он взял свою грязную одежду и сполоснул ее в реке. Не сказать, что одежда стала идеально чистой, но от пыли вода помогла, да и грязь ушла немного. И вот Эмиль голенький побежал домой...

У порога дома он надел на себя мокрые штаны, чтобы его не видели голенького. Зайдя в дом, он поспешил к лестнице на второй этаж. За это мгновение его увидели отец и старший брат. Они сидели у стола и писали что-то. Увидев Эмиля, оба промолчали. "Ну, мне же лучше",- подумал он и побрел себе дальше.

Оказавшись у себя на втором этаже, Эмиль первым делом снял с себя мокрую одежду. Повесил ее на балконе, переоделся в чистое и теплое. И живот. Журчание живота напомнило ему об ужине...

Эмиль пошел на первый этаж на кухню. Перед дверью на кухню стоял стол, за которым отец и старший брат сидели. Они все писали о чем-то. Рядом с ними, на столе, лежали еще письма. Эмиль попытался увидеть хоть что-то на этих письмах, пока проходил рядом. Но ничего не увидел. Корявый почерк отправителя. Отец же с Борном писали с приложенной рукой. Они не скрывали, просто им удобней так писать. В общем, тоже не увидел.

Не получив никакой информации, Эмиль просто пошел дальше к кухонному столу. За кухонным столом сидели мать с младшим братом. С кружкой в руке, мама рассказывала Рёме о королевстве, о его родословной, о том, что есть четыре округа королевства, окружающие само королевство. Соответственно, и защищающие тоже. Довольно интересно. Он бы послушал еще их, но уж больно хочется есть...

Эмиль взял фонарь и подсветил другую часть кухни. Взял чайник и налил себе чай. Захватил с собой кусок хлеба, положил на него курятины и побежал к себе на второй этаж. Вышел на балкон в чистой теплой одежде, пил чай, кусал кусок хлеба с кусочком курицы. Эмиль уперся на поручни и кайфовал. Смотрел вперед, думал о всяком забавном, ел... Хорошее времяпровождение перед сном.

Так продлилось тридцать минут. Спустя это время к нему поднялась на второй этаж мама:

-Эмиль, поел?

-Да, спасибо, было вкусно, - сказал Эмиль, не отрывая глаз от ночного неба, холмиков. - Что-то случилось? - уже, повернувшись, спросил ее Эмиль.

-Ничего такого. Если ты не занят, то я бы хотела рассказать тебе то, что рассказала на кухне твоему младшему брату.

-Про королевство?

-Да.

И у Эмиля загорелись глаза. Он уже снизу был рад услышать что-то новое, помимо уроков грамматики и правил интеллигентности, этикета. Что-то новое, узнать о мире...

Они уселись в маминой мастерской. Второй этаж состоял из двух комнат, обширного для Эмиля коридора и балкона. Одна комната Эмиля, другая комната - мастерская мамы. Она занимается там целительными вещами. Зачастую проводит там свой досуг одна. Это сегодня Эмиль проснулся у нее в комнате, после чего спустился быстро по лестнице и вышел... Ну это былое. Короче говоря, весь второй этаж в распоряжении Эмиля. Для других это просто чердак, на первом этаже теплее. Но для Эмиля это был рай. Его собственное место, где он может побыть один, без всех этих косых взглядов и упреков. Хорошее место...

Эмиль достал тетрадь и приготовился слушать, записывать все, что ему расскажет мама. Он жадно ждал, когда она начнет... И она начала:

-Как ты знаешь, Эмиль, мы живем в королевстве Ферланд. По записям известно, что он берет свое начало еще тысячу лет назад. Семьи, народы и кланы воевали друг с другом. И тогда народы решили объединиться. Каждая семья подчинялась своим главным представителям. Объединение нужно было для борьбы с другими четырьмя королевствами, которые пытались их завербовать, пленить, убить... Свежее объединение не напугало другие королевства. Ведь что они могут противопоставить? Таланты нужно взращивать общими ресурсами. Так королевства думали... Но у объединенных народов уже были таланты еще до объединения. Иначе как семьи бы защищались? Они и возглавили первых рыцарей объединения. У рыцарей должен был быть король. "И он должен быть воином",- сказали рыцари. Казалось бы, начались бы разногласия, может соревнования. Но все решилось мгновенно. Все сразу выбрали себе короля. Все понимали, кто среди них фаворит. Авторитет этого человека был неоспорим. И этим человеком был Ферон. И, конечно же, он не выдвигал себя в короли, это сделал за него народ. Уже его народ. Он не стал сомневаться в себе, просить время подумать. Он просто принял на себя роль лидера. И началась подготовка. Подготовка к грядущим сражениям за территории. Нужно было отвоевать у трех королевств четыре округа и окружить ими свое королевство. Сделать первый фронт на пути к столице.

У Ферона в подчинении была тысяча талантов. Маги. Боевые маги семей. Искусные люди. У других уже состоявшихся королевств было от трех известных тысяч талантов. А ведь были еще и безызвестные. Но таланты Ферона были лучше. Более выносливые с немногим большим запасом маны. Они знали как использовать свои способности. Но число людей берет свое. Их меньше. Они могли гарантированно защищать свой небольшой клочок земли, но это будущее без будущего. Ресурсы ограничены. Они просто застряли бы на одном месте. Поэтому, Ферон понимал, что брать территории нужно любой ценой. А точнее, малой ценой. Нельзя терять таланты, иначе все будет зря...

И как я говорила, началась подготовка. Ферон был уверен в своих закаленных людях, оставалось придумать тактику... И он придумал. Он разделил таланты по их родной магии, схожие маги. Соотношение не знаю какое было, но получилось неравное количество. Огонь, ветер, вода, земля, свет, тьма, магия дриад, связанная с растениями и магия духов. Это неравное получившееся количество магов он разделил по отрядам. Если коротко, то он сделал атакующие, в каждый из которых засунул "поддержку". Огонь всегда атаковал. Ветер был поддержкой и атакой. Вода всегда была поддержкой. Земля могла атаковать и защищать. Свет- это исцеление, защита и атака. Тьма использовалась для атак, но были и те, кто оказывал психологическое влияние на противника. Ну а магия дриад и и духов универсальна.

-Универсальна? - спросил Эмиль.

-Да, они могли атаковать, защищать и исцелять. Разве что не могли действовать как магия тьмы с ее негативными последствиями. Вода, кстати, тоже сильная магия. Использовали бы и ее для атаки... Но Ферон возложил важную роль защиты на них. Чтобы у них была только одна задача.

Так, дальше Ферон сделал отряды по двадцать человек. Пятьдесят отрядов. У каждого был командир. В зависимости от задачи командиры могли объединяться, поэтому они не были сосредоточены только на двадцати людях. Он проводил тренировки отрядов. И в один момент он понял, что они готовы. Война. Сначала Ферон решил напасть на пятый округ королевства Норс, который в настоящее время является четвертым округом королевства Ферлан.

-Мы же щас проживаем в третьем округе?

-Да.

-А как королевство Норс захватило свой пятый округ? Они же за морем.

-Да, за морем, но они приплыли целой флотилией. Эта территория принадлежала королевству Ригория. Ну а как захватили, я тебе расскажу уже потом. Может сам узнаешь. На чем я остановилась?

-Они решили напасть на пятый округ королевства Норс.

-Ах, да. Ферон взял с собой тридцать пять отрядов...

-Почему не все?

-Королевство Ферлан зарождалось. Нужно было защищать объединение и строившийся замок. Так, Ферон взял тридцать пять отрядов и направился на пятый округ. Но пошел не напролом, а вдоль границ королевства Нарум, где щас наш третий округ. Если бы заметили, то воевать пришлось бы уже с королевством Нарум. Думаю, Ферон бы не принял бой, а отошел бы к своим, но пришлось бы некоторыми пожертвовать... Но это я так думаю.

Так, в общем, у него получилось и они пришли к берегу. По плану Ферона, они построили корабли и отправились вплавь к пятому округу. Плыли сначала на север, а потом повернули на запад. В темноте они пробирались между скалами. Пятнадцать кораблей, добралось одиннадцать. Но не все погибли. Несмотря на павшие корабли, погибло сорок человек. Многих спасали сразу же. Но немногие все-таки погибли. Магия не смогла защитить их от ледяного моря и острых скал.

-Наверное, тяжело видеть то, как некоторым твоим товарищам не повезло...

-Да, тяжело. Очень тяжело. Но это случилось. Теперь уже выживших ждала своя война. А с войны, Эмиль, не всегда возвращаются... Так, о Фероне. Ферон отправил три отряда обозах в город. Остальные тридцать два поселились за городом, в лесах. Маги земли сделали ров, а Дриады закрыли их растениями. Так и спрятались. Постепенно Ферон отправлял и остальные отряды. Когда тридцать отрядов было в городе, Ферон подал сигнал... И самыми гнусными методами они перерезали все боевые единицы города. Брали в заложники семьи, манипулировали этим. Убивали спящих. Гнусно, но эффективно. Шестьсот магов убили порядка тысяча семисот магов, ну и еще около тысячи обычных воинов. В плен не брали никого. Ферон не хотел держать опасных людей в только зародившемся королевстве. Они могли поднять ополчение. Так замок в десять тысяч населения стал принадлежать Ферону. Из своих тридцати пяти отрядов погибло всего семь. Всего семь. Казалось бы, блестящая победа, на Ферон писал:"Я отвечаю за каждую погибшую душу. Как мне смотреть в глаза их семей? Не знаю. Может, так и должно быть. Наши сто сорок людей забрали с собой почти три тысячи. Думаю, я не в праве горевать. Это война, и к ней надо привыкнуть. Мне, королю, надо привыкнуть. Сегодня я творил гнусные вещи, но совершил этим добро",- написал в своем дневнике Ферон. Этот бой вошёл в историю как самый безупречный, жестокий и гнусный бой. "Грезы Ферона",- так все называли его победу. Их победу. Пятьсот двадцать человек осталось его подчинение. А нужно было захватить ещё два замка. Он понимал, что своими силами не осилит ещё два замка. Нужно использовать силы захваченного города. Тысяча людей. Он взялся обучать их, но перед этим забрал с их семей по одному важному члену семьи. Сила на их стороне, но Ферон не хотел сильно враждовать, поэтому в тюрьме они могли видеться со своими членами семьи. И за службу был обещан золотой. Спустя полгода, в зиму, армия Ферона насчитывала тысячу пятьсот двадцать человек. И он выдвинулся зимой полным составом. Чтобы народ не взбунтовал, Ферон, помимо тренировок, проводил эти полгода разные мероприятия. Но чтобы точно удостовериться в верности народа, Ферон купил за триста золотых клан Крыс. Они нейтральны, но теперь принадлежали Ферону. Поэтому, Ферон, не боясь, покинул замок. И вот, Ферон смотрел на следующую свою цель. Крепость астер. Уже не получится войти в город, нужно брать стены. Ферон решил взять крайнюю башню. При помощи Дриад, они под снегом пронесут лестницы. Первыми полезут его люди. Нужно было брать башню крепости мгновенно. И вот, ночью, они под стеной. Ферон пошёл вторым. Первым был маг тьмы, который околдовал сторожа на утомление. Ферон по этому поводу написал:"Десять минут мы стояли на лестнице. Мы били друг друга по ногам, чтобы не уснуть ибо это магия тьмы действовала скорее на нас чем на сторожа сверху". Но, спустя это время, они таки поднялись на башню и бесшумно перерезали ему горло. Он разделил отряд на два, по десять человек. И направил на каждую сторону стены. Это уже не удалось сделать бесшумно. И на отряд Ферона направили магов огня. Каждый мог использовать магию в качестве щита, но задача защиты отходила на магов воды и ветра. Трое из десяти защищали их от атак врага. Ветер раздувал огонь в стороны, а вода растворяла оставшийся огонь полностью. Так и продвигались. Противники отходили. И когда они скучковались, Ферон решил катапультироваться. На них. Четыре человека сделали трамплин и, оттолкнувшись, два Мага ветра подтолкнули его. Ветром, конечно же. И Ферон взлетел. Уже бывали случаи таких фокусов, Но что союзники, что противники, все были поражены. Одни - грацией, смелостью и уверенностью. Другие - страхом, а кто-то просто не понимал такого опрометчивого поступка. Все противники разом сколдовали огонь. Кто огненный шар, кто просто сделал залп. На залп уходило много маны, но они решили любой ценой прикончить их лидера. И они были правы, убив Ферона, всё могло бы сразу и закончиться. На опережение Ферону, союзный маг воды сколдовал щит воды. И Ферон в два щита: один из своей маны, другой мага воды. Ферон летел, уже налетал на них. Он приземлился в самую гущу противников. И стал размахивать своим мечом. Он сделал вспышку своей магией света. Этой вспышкой он выиграл себе секунду. И её хватило, чтобы он, Ферон, своим мечом перерезал горло лидеру вражеского отряда. И трёх подчинённых врага он тоже отправил в путь к их лидеру. Он отвлёк на себя их. Пока отвлекал, отряд Ферона зажал их сзади. Всё решилось быстро на этой стене. Когда стена, часть её, стала свободна, Ферон поднял меч вверх. Свет озарил небо. После этого Ферон взял рог и протрубил сигнал. Внезапно за стеной из под снега выбежала тысяча людей. Сотня лестниц опустилось на стену и ворота. Ворота были открыты. Часть натренированных бойцов и оставшиеся маги прошли через них. Протрубил Второй сигнал. Маги запустили огненные шары в город. Но мало их долетело. Было сопротивление. Огненные шары летели без остановки. Многие маги уже теряли свой запас маны. Начинали понемногу мутировать...

-Перевоплощадись?

-Да, не мутировать, а перевоплощаться. Но тогда говорили так. Такс-с-с... Мутировавшие маги бросались в середину города. Там от них было больше пользы. Я не скажу тебе кем они были. Не все записи сохранились, Эмиль. Час прошёл со второго сигнала, "чистые" маги огня стали взрываться в середине, когда они полностью обессилили.

-Чистые?

-Да, чистые. Это те, кто при мутации не превращался ни в кого. Они буквально были огнём. Самые сильные представители огненной стихии.

-И Ферон их так легко отдавал?

-Думаю, выбора у него не было. Самые сильные спасали многих своей жертвой. Благодаря этому середина города погрязла в огне, полностью середина. От одного конца стены до другого. И тогда в ход пошли магия ветра. Они раздували огонь дальше на оставшуюся половину. Тысячи криков было за этой стеной огня. И в этой суматохе маги огня дальше забрасывали их огненными шарами. Маги земли их камнями. Очень большая суматоха. Противник не мог при этих криках собраться. Они буквально задыхались в дыму. Но там, в дыму, были и свои натренированные бойцы. Своей ценой они сдерживали противника на этой половине. Не все, меньше половины. Но этого хватило. На половине Ферона же оставалось вражеское ополчение и сотня вражеских магов. Ферон не стал брать их напролом. Они стали давить их постепенно. Оставшиеся маги поддержки кастовали щиты. Все другие маги тоже делали из своей магии щит. Часа четыре длилась битва, все уже были на издыхании, множество мутировавших. Нельзя было допустить полной мутации. Когда они приблизились, маги земли и Дриады сыграли решающую роль. Они содрогнули землю и огромные лианы уничтожили противников. Вражеские маги земли не смогли себя защитить снизу своей магией. Они защищались от атак сверху, спереди, их было мало, а убегать было некуда. Около тридцати магов земли противника мутировали. Они стали големами кто-то носорогом. Тут маги света и тьмы уже сыграли решающую роль. Лучи света и тьмы пронзали каменные конечности големов. Дриады, духи и маги земли тоже отличились. Лианы задерживали их и сковывали конечности, духи взрывали их на изгибах, а земля делала шипы и тоже пронзали тела големов. Камень на камень. Ферон взял на себя носорога, но и он был уже на грани. Он решил немного мутировать, чтобы получить больше сил. Белое одеяние, халат с капюшоном появились на нём. Уже было тяжело увидеть лицо Ферона, но он сам всё прекрасно видел. Вокруг рукояти его меча появился круг. Он тоже был частью меча. Словно меч ангела. И Ферон с этой новой силой бросился на носорога. Силой света он сделал вспышку, а потом поднял этой же силой переднюю часть носорога вверх. Невысоко. Носорог не маг, от такого не защитится. И Ферон махнул по диагонали своим мечом по его ноге, после чего передняя часть носорога опустилась и тот топнул. Земля содрогнулась, но Ферон предвидел это и подпрыгнул. Не просто подпрыгнул, а сделал это в направлении. Он хотел оказаться сбоку от носорога. И он оказался, после чего сделал укол мечом в бок точка силы света он закалил свой меч, очень высокая температура, но этот меч был частью Ферона, поэтому меч выдержал. После укола носорог замешкался, но пытался задавить своей тушкой Ферона. Ферон же прыгнул вверх, на носорога, и вонзил свой меч в районе его шеи. Носорог упал. Три удара меча Ферона погубили его. Если бы этот мутировавший в полуформе побежал на них, то было бы несладко, но, видимо, вражеский командир запретил покидать строй. И это было хорошо. Все были измотаны, полумутировавшими. Всем нужен был отдых. Хорошо, что ополчение перестало сопротивляться. Неизвестно, сколько врагов было убито, но у самого Ферона осталось двенадцать отрядов и триста натренированных бойцов. Огромные потери. Половина города с половиной населения сожжено. Нужен отдых. Ферон послал письмо в первый захваченный замок. Он попросил прислать три тысячи людей через три месяца. С нового же самка он собирался взять две тысячи. Не надо было их обучать, не было времени. Через три месяца, после того, как снег ушёл, растаял, Ферон выдвинулся с пятитысячным войском обычных людей. Крепость Красной Звезды. Самая могучая крепость в этом округе. И Ферон послал посла. "Убирайтесь к себе на родину. Коли этого не сделаете, будете курить, как пчёлы. Просто пройдусь по головам смердов и воинов ваших. И этот город затихнет навсегда",- было написано. Все пять тысяч были одеты полностью в боевое вооружение. Впереди рыцари, позади маги. Но это выглядело по одеянию. Это были совершенно обычные люди. Гарнизон Красной Звезды решил не рисковать и тысячи воинов и магов покинули крепость со своими семьями. Крепость была взята без боя, как и весь пятый округ королевства Норс. В деревни были посланы гонцы с посланием о том, что власть в округе сменилась. Через два месяца пришло подкрепление в две сотни магов с главной крепости. Разобрав людей по новой территории, наступило затишье на два года. У других королевств были свои конфликты. Повезло Ферону. Сначала он был центром внимания, но резко это внимание ушло. Кажется, как всегда, виной была девушка - красавица. Как все говорят:"Из-за них все войны". Ферон решил, что время настало, и он предложил королевству Ригория союз. Вместе атаковать Нарум. "Предлагаю Вам союз, король Ригорд",- написал в письме Ферон. Было и ещё, но всё говорить не хочу. Уже устала...

—Ну ма-а-ам, - сделал Эмиль щинячий взгляд.

—Хорошо, - улыбнулась и продолжила. - Переговоры шли два месяца. Ферон предложил союз до победы. Взамен он хотел получить скот и зерно. От золота не было смысла, если было нечего есть. У самого же Ферона за два с лишним года число магов стало около полутора тысячи. Да, большинство зелёные, но всё-таки обученные. От тринадцати лет маг брался в армию. Ферону надо было их закалить. Шла подготовка, лидеры выпивали вместе, обсуждали грядущий бой. Сам Ригорд не шел в бой, в отличие от Ферона. Поход начался в начале лета. Два месяца армия в тринадцать тысяч людей добиралась со второго округа королевства Ригория до пятого округа королевства Нарум. Четыре тысячи магов и девять тысяч воинов. Шла осада за осадой. Воины Ригорий показывали отличные навыки. Ферон даже насторожился. Шли ожесточённые войны. И вот, в начале лета нового года, Союз завоевал пятый округ. Из тринадцати тысяч воинов осталось лишь семь тысяч. За шесть тысяч своих было убито около одиннадцати тысяч. И около двух тысяч пленных. Было больше, намного больше пленных, но большую их часть просто убили, приносили в жертву своим духам. Почти год длилась компания. У Григория осталось тысяча семьсот магов, в то время как у Ферона около девятисот. Два командира составляли великолепные планы. Ферон отзывался о нем, как о великом человеке. Словно брат по разуму. А замки они, кстати, брали измором, голодом, выкуривали, осаждали с двух сторон. Иногда партизанили. Но это так, я тебе это поверхностно рассказала. Я и сама не знаю, Как точно было. Может где-то и написано. В общем, на захваченной территории они решили выпить. Все друг с другом перемешались. Два командира выпивали вместе, смотря на тысячи воинов своих войск. Командир Ригории встал вперёд, попивает своё вино. Ферон спросил его:"Ну что, победа, брат?" На что он получил положительный ответ. И в этот самый момент его сердце пронзил меч. Вражеский командир мёртв. Как и тысячи его подчиненных, которые погибли почти в этот же момент. Противники были в шоке. Советник вражеского командира спросил:"Но почему?" На что Ферон ему ответил:"Этот человек был мне как брат, но союз был до победы. И он ее подтвердил. Я выполнил сделку". После этого умер и советник. В этой заварушке вражеские маги погибли почти мгновенно. Ферон потерял всего двести воинов. В этом походе он потерял почти половину армии. Но, в его руках он теперь имел два округа. Королевство разрасталось. Они стали возвращаться домой, часть их. Те, кто остались, должны были наладить порядок на новой территории. И послать гонца с головой вражеского командира. Нужно было временное Перемирие. По пути домой, их перехватила семитысячное войско. Ферон понял, что им конец. Он стал отходить. Противник бил его армию в спину. Все пытались его защитить. Ферон за время побега потерял половину войска. Все маги земли остались, как и их лидер, чтобы защитить короля. Вся мана была направлена на создание преграды. Они закрыли себе пути отступления, чтобы задержать их. В ход пошло заклинание "раскол земли", земля по прямой линии стала разрушаться, а в ее конце из земли резко появлялся шип. Больше сотни расколов. Вражеская конница остановилась. Множество воинов полегло в этих шипах. Это известно из истории другого королевства. Далее, в земле появилась огромная трещина - ущелье. Но вражеские маги земли стали закрывать это ущелье. Наши же пытались удержать Это заклинание. Это как перетягивание каната. Только у нас немногим больше сотни, а у них было не сосчитать. Просто много. Но ровно десять минут они смогли удержаться, великие маги. Даже в меньшинстве оказались сильнее. После этого они мутировали. Никто големом не стал. Были носороги, саблезубы. Отборные маги, были... Ферон же успел отойти к городу. Сокрушительное поражение для него. Будет осада. Нужно что-то предпринять. Нужно было время. Ферон принял отчаянное решение: почти все маги были выведены в леса. Отрядами по пять человек. Объединившись с городом, у него стало сто шестьдесят отрядов. Сто пятьдесят он экстренно вывел в леса. Партизанить. В лесу они могли дать отпор. Даже оказаться в спине противника. Уничтожить их обозы, посеять смуту. Задержать. На что можно было сделать? А что-то надо было. Пять дней он думал. И тут, то ли озарение, может кто-то подсказал, но он придумал Божественные доспехи. Я не знаю, как они делаются. Поэтому не спрашивай. Но еще пять дней он создавал их... Было готово порядка четырехсот доспехов. Враг был уже уже у стен. Видимо, это был максимум ста пятидесяти отрядов, но этого времени хватило сполна. Сто пятьдесят отрядов совершили подвиг, невозможное. Они вошли в историю, как герои королевства Ферон. А ведь там были дети, подростки, но под командованием своих командиров они смогли... Дети Великих стали героями.

Итак, Ферон вышел с половиной своего населения, обычными воинами и со своим Божественным отрядом. Пятьдесят один человек получили титул божественных магов. Маги в Божественных доспехах. Что может быть страшнее и опасней?

—Да вроде много чего, - непонимающе заметил Эмиль.

—Это, конечно, да, но на тот момент противники не могли представить себе, как с этим воевать. Божественные рыцари буквально проходили по головам, доспехи и щит поглощали магию, но нельзя было направлять все на доспехи. У них было по два щита. Даже Божественный щит не поглощал бесконечно, но этого хватало, чтобы победить. Именно чтобы выдержали, половина населения была отправлена в качестве мяса. Люди понимали это, но также знали, что погибнут все, если они этого не сделают. С победным криком они бежали на противника, пока воины и Божественные прогоняли неприятеля. Убивали. Ферон сделал из Божественных магов конницу. Всадники с копьями. Написано, что они, словно ураганом, пронеслись по противнику... Маги были неуязвимы в тот момент. Противник мог только защищаться от их водяных, ледяных, огненных и других типов магий. Вызывали огненный дождь, инферно, древо Дриад, летали духи, а ветер вызывал небольшие ураганы. В скоплении врагов это было сильно. Навесом бросали ледяные глыбы, ледяные шипы, а воздух помогал их закручивать. Тьма и свет обжигали противников. Было множество навыков, заклинаний. Страшная война. Горели мирные жители, вражеские воины. Под крики своих обычных людей, Ферон выгонял противника. Бой начался утром, а закончился ночью. Как я говорила, вражеские маги могли только защищаться от Божественных, но не могли защититься от них в ближнем бою. Страшнее всего были описаны Божественные всадники тьмы и света. Их немного было среди этих пятидесяти, но они, словно берсерки, бросались на врага. Тьма окутывала тьмой, а свет придавал сил и освещаль путь.

—А что там про ночь?

—Ночью закончился бой. Несмотря на победу, потери были колоссальны. Из шести тысяч мирных жителей в бою выжило всего пятьсот. Из четырехсот Божественных осталось всего сотня. Из пятидесяти магов осталось всего двадцать. Своей ценой они освободили город. И вот, в первый день второго месяца лета празднуется в королевстве День освобождения.

—А что случилось потом?

—Потом, спустя пять месяцев, Ферон в составе четырех тысяч воинов пошел захватывать оставшиеся два округа. Из этих четырех тысяч воинов было около полутора тысячи Божественных. Из них было сто Божественных магов. Осада шла обычными инженерными машинами. Днями, неделями они пытались разрушить одну стену, после чего именно Божественные входили в эту разрушенную стену. А там уже шла резня. Спустя время, еще один округ был захвачен. Потери были почти только со стороны обычных воинов, но они были нужны только для управления осадными орудиями, которые, всё так же неделями, пытались разрушить одну стену. Чудом было, когда за две сотни выстрелов катапульт и требушетов, один из выстрелов попадал, достигал цели через защиту вражеских магов. После разрушения стены, Божественные, как и всегда до этого, шли через эту брешь. Шло время, захватывалась территория. Оставался последний замок, самый главный в округе. Большой город. После входа Божественных в город, бой шел ровно два дня. Все были на грани, как и сам Ферон. В решающем сражении у Ферона появились крылья. Он стал ангелом, полностью мутировал. Капюшон снова скрывал его лицо. Ангел. Божественный ангел. Он призывал в этой форме с неба лучи, которые поражали ряды противников. Сам же он взлетел. С неба так и сыпались лучи, перья его крыльев, словно выстрелы, поражали противников, как и сами его крылья, острота которых была сравнима его мечу. Больше сотни магов полегло от меча и магических способностей Ферона. И это только маги, обычных воинов было не сосчитать. Все были поражены Фероном, но сам Ферон постепенно угасал. Рядом м ним держался маг тьмы, Череп. Мутация привела к тому, что его голова стала обычным пустым черепом, и он сеял тьму в ряды противника, продолжал сражаться, а сам Ферон всё гас... Все тело Ферона светилось тусклым светом, и он просто вспыхнул. Слабый свет вспышки означал кончину Ферона. Капюшон, его одеяние ангела и несколько перьев оказались на земле. Ферон погиб, но они победили. Пять лет длилось покорение двух округов. Пять лет они себя изматывали. Ферон сражался в первых рядах пять лет и побеждал, но именно последний победный бой он не пережил. Всё, что от него осталось, было возвращено на родину. Следующим правителем стал сын Ферона, Леви. И он наконец дал имя полноценному королевству. Объединение получило имя. Королевство Ферлан. Ферлан значит "крепость", такое же крепкое, как и его отец. На века.

—Схоже с Фероном... в его честь.

—Да, крепость. Непреодолимая, возвелась буквально на глазах своих врагов.

—Сильно... А что за ангелы?

—Это ты потом узнаешь.

—А кланы?

—Кланы, грубо говоря, независимы. Это твоя фамилия. Раскрывать её нельзя, Только если в некоторых случаях. В общем, Нельзя просто взять и раскрыть то, что ты принадлежишь к клану.

—Почему?

—Твоя неудача может погубить репутацию твоего клана, её будущее. А теперь ложись спать. На все свои другие вопросы ты узнаешь ответы в будущем...

Мама встала, уложила Эмиля в кровать и поцеловала в лобик, после чего собралась и спустилась на первый этаж. Эмиль же ещё на протяжении одного часа размышлял о рассказанном. Представлял сцену превращения в ангела и "перетягивание каната", как свои там ругались на противников, а те в свою очередь на них. Вроде и забавно, но оказаться в такой ситуации ему не хотелось. После всех этих мыслей Эмиль уснул.

Том 1 Глава 6: Догонялки и гляделки

Новый день начался с первыми петухами. Не своих, соседей. Свои закрыты в курятнике.

Эмиль быстро собрался. Он не стал заправлять, прибирать кровать. Просто убрал всё в сундук. "Всё равно всё мятое..."- подумал он и дальше пошел заниматься делами.

Первым делом, Эмиль отправился открыть курятник. Все братья только вставали, поэтому на пути в доме никого не было, от чего Эмиль молниеносно спустился на первый этаж и вышел.

На улице в теньке было ещё прохладно, но, взамен, солнце своими лучами приятной теплотой согревало отдельные участки земли. Под ними Эмиль и постоял минутку...

Пока Эмиль бежал к курятнику, его ноги промокли, ибо ещё утренняя роса оставалась на всех ростках, растениях.

Дойдя до курятника, он осторожно открыл дверцу и сразу отскочил, так как из этой дверцы сразу же выскочил петух. Петух чуть взлетел в сторону Эмиля, но тот держал его палочкой на дистанции. Петух быстро потерял интерес к Эмилю и пошёл себе дальше на улицу, а за ним цепочкой пошли и остальные курочки. И начали себе клевать землю... Эмиль же, выдохнув, пошёл себе дальше. Эмилю нужно почистить, отбить от пыли оставшиеся ковры...

Пока Эмиль ходил туда-сюда, отбивал ковры, ничего такого не случилось. На улице постепенно становилась жарко. Деревенские люди занимались своими делами. Кто-то разговаривал с соседями, параллельно обмениваясь какими-нибудь товарами. Кто-то ходил к колонке воду набирать. "Я вот хожу на речку с вёдрами и умываюсь весь сразу, а вы в жару только ладошками черпаете воду и на себя... Глуп..."- хотел было додумать свою мысль в голове Эмиль, но его взору открылось что-то новое, от чего даже мысли в голове остановились. Девочка с рыже-красными волосами. Хотя, просто тёмно-красный оттенок, но на солнце они выглядели довольно-таки светлыми, а не тёмными. Вроде ничего такого, но на солнце это действительно выглядело красиво, поэтому Эмиль старался уловить каждый момент, насмотреться. Он не стоял истуканом, а потихоньку шёл себе с ковром домой. Эта девочка выглядела немного взрослее Эмиля. Года на три была старше. "Но где же она была до этого?"- спрашивал себя Эмиль, ведь он со многими играл, а видел детей явно всех. "Не скрывали же они ребёнка",- усмехнулся Эмиль, но подумал о том, что родители стараются тоже ее лишний раз не показывать, от чего и лёгкая ухмылка сошла на нет. Хотя прохожие реагировали вполне обычно... почти. Обернутся разве что вслед Эмилю. Некоторые грустят. Некоторые смотрят настороженно. В общем, для Эмиля это вполне нормально. Сама же девочка единственная пришла с ковшиком. "Прошаренная",- подумал Эмиль. Этим ковшиком она зачерпнула воду и опрокинула на свою голову. Она немного наклонилась, но часть воды всё равно попала на её беленькое платье с тёмно-красной ленточкой на поясе. "Под цвет волос, видимо. А эта вода на платье? Наверняка у парней бы это снесло крышу, конечно, будь она постарше, но там бы просто разнесло голову, а не просто снесло... Можно ли назвать моё минутное пялиние на неё снесением головы?"- подумал он, но дальше додумывать не стал. "Еще и в белом платье, заморается. Только наверно приехала",- сделал он такой вывод.

Проделав все эти водные процедуры, девочка с тёмно-красными волосами стала собираться. Пока она поправлялась, она заметила идущего мальчика, однако не отпускающего от неё взгляда. Она не стала думать, что это какой-то странный мальчик-извращенец. "Почему-то он мне кажется забавным",- подумала она и решила помахать ему рукой и улыбнуться.

Эмиль, увидев на себе её взгляд, решил было отвернуться, а то надумала бы себе всякого, но увидел то, как она машет ему рукой. И взгляда злого у неё не было на лице, улыбалась. Эмиль, недолго думая, взял и помахал ей рукой в ответ. И тоже улыбнулся. Всё бы было хорошо, но ковёр на плече Эмиля стал резко терять равновесие, после чего всё-таки упал. Тут удивился даже Эмиль. Засмотрелся на девочку-красавицу, явно потерял голову... из-за чего и потерял немного равновесие с ковром на плече. Эмиль посмотрел на неё ещё раз и увидел её смеющуюся. Эмиль даже застеснялся немного, но не стал отводить от неё взгляда. Она уже переставала смеяться и просто посмотрела на Эмиля, но уже с более тёплой и искренней улыбкой. Эмиль же уже перестал стесняться. Почти сразу перестал. Ведь чего стесняться? А стесняться нечего. Эмиль посмотрел на неё и тоже улыбнулся в ответ. "Эх, девушки..."- вслух произнес Эмиль, после чего взял ковер и развернулся. Снова отбивать ковер. А где-то там, она тоже тихо произнесла:"Эх, мужчины..." и тоже улыбнулась. Так они и разошлись, даже не заговорив.

Закончив с ковром, Эмиль возвращался опять домой, всё также думая о той девочке. "Надо было подойти к ней",- немного терзал он себя за эту оплошность. "Надо было с ней заговорить",- повторял он себе. "Но ведь я давно с другими не общался, что она бы подумала? Стала бы тоже избегать..."- все продолжал он думать об этом. Слишком много мыслей, которые ни к чему не приводят. До этого ему было все равно, он всегда мог спокойно заговорить со всеми, хоть и при этом давно и не разговаривал... а тут "бац" и все. Положительная реакция со стороны девочки и всё, Эмиль не готов.

Эмиль собрался и выдохнул. Он решил для себя, что не будет так много думать о разговоре с той девочкой. Он ведь всегда до этого мог со всеми заговорить, а значит и с ней сможет. Просто он в начале был немного ошеломлён, вот и всё.

Уже дома, Эмиль решил пойти к речке. Наберёт воды, умоется весь. Как раз весь в пыли.

Эмиль взял с собой большое полотенце, чтобы полежать на солнце после купания. Искупавшись, Эмиль так и сделал. Накинул шорты и принялся лежать. Только что остудился от жары, а сейчас солнце постепенно согревает. Кайф... Так Эмиль и заснул.

Эмиль проснулся через полтора часа. Проснулся полным сил и энергии. Встал. Потянулся. Вдруг, Эмиль почувствовал на себе чей-то взгляд. Он обернулся и увидел на другом берегу на возвышенности ту самую девочку с тёмно-красными волосами. Он снизу, она сверху. Крутой берег, но с дорожкой вниз. Она ничего не делает, просто сидит на небольшом куске ткани всё в том же белом платье с тёмно-красной ленточкой. И смотрит. Просто смотрит на Эмиля. Обхватила руками колени и сидит так. "Сколько она уже смотрит так?"- спрашивал себя Эмиль. Вдруг она смотрит так все полтора часа, а то и может с момента купания... "Нет, ну не могла же она всё это время тут быть",- пытался убедить себя в этом Эмиль. Он не чувствовал стеснения, но, наверное, это странно? "Хотя, утром я на неё пялился. Выходит, мстит",- к такому заключению пришёл Эмиль. "И что мне теперь делать? Подойти поближе к берегу и заговорить с ней? Спросить имя... Хотя, это всё, конечно, странно, но она довольно-таки милая и при это тоже странная",- рассуждал он. И уже был готов спросить, но ему в голову пришла идея. Смотреть на неё в ответ. Эмиль уселся и стал смотреть на неё.

Прошло десять минут. Хорошее занятие, расслабляет. При этом довольно-таки необычно и даже приятное. Ещё и лёгкий ветерок. В общем, иногда проводить так время самое то.

Прошло еще пять минут, а мы до сих пор смотрим так друг на друга. Что-то я стал утомляться, но нет, я останусь здесь и продолжу смотреть. Не я буду первым, кто проиграет в этом бою.

Прошло десять минут. А она упёртая. Неужели она думает так же, типа не хочет проигрывать? Неужели она такая гордая. Ладно я, хотя нет, Я просто из-за интереса это делаю, но у неё ведь должна быть какая-то конкретная цель...

Прошло пять минут... Она вытянула ноги. Решила просто сесть по-другому. Во девка! Во мне забурлили новые эмоции: азарт и упорство.

Пять минут... Новые эмоции быстро растворились. Слишком долго. Я тоже поменял своё положение: упёрся локтями в колени, а ладошками в щёчки, так и сидел, ждал.

Пятнадцать... Она зашевелилась. Встала, поправила свое платье и крикнула:"Завтра в это же время здесь! Пока, Эмиль!"

—Откуда ты знаешь мое имя?!-крикнул Эмиль в ответ.

—Твоя мама позвала тебя пять минут назад, заходила сюда. Смотрела, что ты делаешь, - улыбнулась, забрала простынку и убежала.

—Пока...- сказал тихо он.

Первое, о чем он подумал, это было:"Что?" Он и подумать не мог о том , что его мама придет сюда и увидит смотрящих их друг на друга. Эмиль действительно долго тут находился, но, блин, что она могла подумать, увидев их вместе, хоть и находящихся по разные стороны берега...

Эмиль возвращался домой с приподнятым настроением. Этот случай с мамой, с девочкой веселили его. И она ведь сказала ему приходить завтра. Она до сих пор не настроена к нему как-то негативно. Не отводит взгляда, а наоборот, смотрит на него. Это не было чем-то большим, просто игра. И мама ещё... хитрюга.

Дома у Эмиля накопились новые дела: помочь построить сарай, спарить кроликов... Спарить кроликов? "Почему именно я должен это делать?"- спрашивал всех он, на что ему отвечали с улыбкой:"Просто так". Ага, просто так... Если бы. Очень простое, но странное дело. Хотя нет, не так. Этот, мать его, кролик в длину был как вся рука Эмиля. Тяжело ли ему будет? Определенно. Выйдет ли он целым из этой схватки? Трудно сказать. Зависит от настроения кролика. Если бы он знал куда идет, то сидел бы смирно и ждал как миленький. Но он кролик, ничего не понимает. Зверь, хоть и кролик. Какому животному понравится, когда его будут пытаться поймать? Да никакому. Может есть какие-то магические животные, которым неволя только в милость, но он таких не видел и пока не знал. По крайней мере, это точно обычный кролик.

Эмиль собрался и пошёл в сарай, где были кролики. Обычные, аккуратное здание с маленькими окошками, правда, потресканными. Крыша идёт под наклоном в одну сторону с вполне обычным шифером. Много кто использует алюминиевый, железный материал для шифера, но у нас он был самым обычным. Самый обычный, но зато в дождь не шумит так сильно, как если бы было с другими материалами. Внутри сарай разделён на две части. В первой некоторые инструменты и взрослые крольчихи, а во второй уже по бокам были остальные клетки с кроликами. В некоторых самка с новорождёнными, прям такие лысенькие и беззащитные... В некоторых самка с немного подросшими кроликами. Белые, серые, бело-серые прыгающие шарики... Мило за ними наблюдать, правда, их мама иногда начинает агрессировать на тебя, визжать на твои попытки потискать их. Да, кролики умеют визжать. По-кроличьи, конечно же. Ну и на полу рой кроликов, окруженных досками. Почти по сотне в каждой из этих двух коробок. Проглоты. Ах, и да, в некоторых клетках просто кролики, отдельно в клетках самцы: в каждый по одному. Ну и на улице, у входа, есть десяток клеток. Внутри, в конце сарая есть дверь, которая выходит в другой наш пустой сарай. Раньше там были свиньи, но мы их продали. Свинарник в общем. Свинарник же, в свою очередь, имеет дверь в курятник. Эмиль не заходит в курятник через кроликов, он заходит со стороны огорода.

"И чем я занимаюсь?"- думал Эмиль, но тут же находил ответ. Важность этого дела, действительно, очень высокая. Вот он же питается крольчатиной, а чтобы питаться и дальше, нужно множить количество кроликов. Сохранять баланс между поеданием и взращиванием. Вот. Ну и уже от твоего воображения зависит, кого ты отправишь на спаривание. Смешаешь серого самца с белой самкой. Вот и все воображение. Но. В скором времени, кажется, может появиться новый самец чёрного цвета. Вот будет разнообразие...

Эмиль зашёл в сарай и отправился в самое заселённое кроликами место, где он уже подошёл к клетке серого самца, на которой было написано, что он должен сегодня отправиться... в путь, скажем так. Эмиль положил в левую руку капустный лист, правой готовится открывать. Напряжение. Вроде всегда их кормишь, всё нормально, но сейчас нужно ещё и поймать. Эмиль опускает деревянную стрелку и дверь открывается. Серый стоит себе, смотрит на Эмиля одним глазом и ждёт. Вроде пока всё спокойно. Эмиль продолжает действовать, отправляет вход капустный лист: засовывает руку в клетку, от чего самец сначала отпрыгнул от руки Эмиля, а потом, в то же мгновение, подпрыгнул к руке и стал грызть капустный лист:

—Хрум-хрум-хрум-хрум-хрум-хрум-хрум,- грыз кролик.

Сначала у Эмиля дернулась рука от этого прыжка, но это ни на что не повлияло.

Эмиль положил капустный лист в самый угол этой клетки, рассчитывай моментально взять его со спины. Кролик ушёл в угол, грызёт. Эмиль открыл еще одну дверцу, важный момент... Эмиль засовывает правую руку в клетку и с определённого расстояния... резко отправил её к ногам Серого. Эмиль схватился только за одну ногу, тяжело было уловить сразу две, рученьки ещё маленькие тем более. Была бы лапища, как у отца, то, может быть, Эмиль просто бы схватился за тушку кролика, а ее просто за две ноги...

Серый, схваченный Эмилем за одну ногу, стал брыкаться в разные места. Пытаться, по крайней мере. Эмиль хоть и держал всего одну ногу, но держал её железобетонно.

Серый на каждой попытке отпрыгнуть только бил Эмиля задней лапкой по руке, иногда попадал когтями по кисти, руке Эмиля, тем самым царапая его, но тот всё равно продолжал его держать. Что касается Эмиля, то он стал пытаться через другую дверцу взять Серого за уши. Серый трепыхался, а Эмиль не решался просто взять и прижать Серого, после чего уже взять его за уши.

Спустя несколько попыток, у Эмиля таки получилось взять Серого за уши. Но появилась новая проблема: одна рука была в одной дверце, другая в другой, а посередине перегородка."И как, спрашивается, мне это сделать?"- думал Эмиль, но во время его размышлений он услышал ответ:

—Хрум-хрум-хрум-хрум-хрум-хрум-хрум-жуй, - хотя и обездвиженный, но Серый принялся есть капустный лист, находящийся прямо под его головой, который оказался там, скорее всего, из-за этой заварушки.

Не сказать, что правильное решение, но Эмиль решил отпустить уши кролика. Кролик просто жуёт, грызёт спокойно. Эмиль аккуратно левой рукой залез через другую дверцу и опять схватил Серого за уши. Повезло, определенно повезло. Какое-то резкое спокойствие появилось у Серого. Возможно, это всё любовь к капустному листку.

Эмиль пошёл в другую комнату к нужной самке. Её звали Снежок, белая то есть. При приближении к ней, самец заметно возбудился и зашевелился. Прощай капустный листок...

Снежок тоже задвигалась. То ли от счастья, то ли предостережение... "Ну, такова судьба, ты уж прости. Ну или поздравляю".

Эмиль открыл дверцу. Самка отпрыгнула в другой конец клетки. Запускаю самца, резко закрываю клетку.... И началось... Серый молниеносно стучит ножкой по полу, ритуал? После чего в клетке начинаются догонялки, запрыгивания...

В целом, всё закончилось довольно быстро. Эмиль открыл клетку и спокойно взял Серого. Серый же тоже спокойно отреагировал. Эмиль стал относить его обратно и пока нёс, он думал: "А точно ли мой детский мозг должен был это видеть? Весьма забавно конечно, но, обычно родители такое не показывают, или кролики не считаются? Хотя, скорее всего, это обычное дело. Зря я так много думаю. Трахнулись кролики и трахнулись, скорострелы блин..." И с этой мыслью, с улыбкой на лице Эмиль пошёл дальше. Выражение его лица говорило, мол "что за писец вокруг происходит, но мне это нравится".

Эмилю нужно было ещё помочь с постройкой нового сарая. Сразу это дело не сделается, нужно дожидаться отца. Эмиль отправился к его "офису", который находился справа от дома. Сначала шла комната с дровами, где ещё был проход в погреб под домом, а вот уже справа от этой комнаты был "офис". В нём находились инструменты, верстак и даже молот отца. Раньше он этим молотом работал в своей кузне, которая у нас тут стояла, но со временем на этом месте появился офис-мастерская, а всё лишнее с кузни продали. Молот да печь остались только, всё остальное стали закупать.

Эмиль сел у мастерской отца, смотрит вокруг: вокруг, в ряд, вьюны, обвивающие столбы, служащие нам вешалкой и воротами. Ворота- это, конечно, громко сказано. Просто проход, под которым мы проходим. Несколько проходов. На эти проходы обвивают вьюны и выглядит так, словно это какие-то ворота. Правда, без дверей. Также вокруг, перед домом, посажены мамины цветы. Всё в красных, жёлтых, белых и других цветах. Особенно нравятся белые кусты, цветки которых пахнут мёдом. Только вот пчёл привлекают, но всё равно головой в них окунуться очень здорово. Там словно отдельный мир: очень много белых цветков, они буквально на каждом ярусе, всё так объёмно выглядит... Здорово и красиво.

Эмиль просидел так около тридцати минут, после чего пришёл его могучий и суро-о-вый отец. Отец посмотрел на Эмиля и сказал: "Твоей задачей будет равнять гвозди. Я с твоими братьями будем делать остальное: Сегодня мы поставим две стены, а пока мы будем штукатурить, обрабатывать доски, Ты должен будешь успеть подготовить нужное число гвоздей. Только Рёма сейчас в речке рыбачит, остальные со мной. Понял?" На что Эмиль ответил согласием, но всё-таки спросил:"Нужно ли ещё что-нибудь сделать?" На что отец сказал, что "у тебя и без того важная задача". Эмилю ничего не оставалось, кроме как согласиться. Он рассчитывал на помощь другого рода. Круто было бы тоже поработать с досками, делать стену, но, увы. Ну ладно, тоже времяпровождение. Говорил отец по обычному, не давил, но и не было хорошего тона. "Не был жёстким и то хорошо",- подумал Эмиль, после чего решил сразу приготовиться, начать.

Эмиль взял рабочие рваные перчатки, чтобы отдача, инерция не били его по пальцам, ну и чтобы пальцы не пачкались. Взял сам молоток, кривые гвозди и ведро, куда он будет бросать уже нормальные кости.

Эмиль успел выпрямить около тридцати гвоздей прежде чем они начали работать. И еще двадцать гвоздей до первой доски. После первой доски дело пошло быстрее и стали появляться доска за доской. Поначалу ему хватало гвоздей, но они стали стремительно уменьшаться. И это с учётом того, что много где использовались целые брёвна для опоры. Марс заметил, что Эмиль отстаёт и с неохотой стал помогать ему, одарив его недобрым взглядом. Поворчал, но помогать всё-таки стал. Эмилю же ничего не осталось, кроме как опустить взгляд, ибо действительно не успевает, а должен...

Из-за этого работа немного затянулась вплоть до вечера. Две стены и пол готовы. По бокам стен оставили выемки, чтобы потом просто вставить в них доски, брёвна. Работали же через кровь и пот, на совесть. Однако у Эмиля была всего одна задача - долбить гвозди, грубо говоря... Но даже Это задача вымотала Эмиля. Такая простая, монотонная работа... Иногда ещё гвозди не выпрямлялись, словно титановые. В общем, наработались.

На улице вечер. Эмиль только сейчас понял, что даже не обедал, в то время как братья сменяли друг друга. Эмиль не стал разочаровываться. Поужинает и пойдёт спать сегодня пораньше. Хороший был день.

Эмиль сходил искупаться на речку, параллельно неся вёдра. Придя домой, Эмилю сказали принести ещё воды, чтобы заполнить печку водой в бане. Сегодня все моются в бане.

Потратив ещё минут тридцать на наполнение бани, Эмиль окончательно заколебался. Пока печка будет топиться, Эмиль решил подняться к себе и отдохнуть. Он понимал, что уснёт из-за этого, Но уж слишком был велик соблазн лечь...

И Эмиль заснул, но проснулся уже через 5 минут. Мама вошла к нему и нежно потрогала, погладила и Эмиль неохотно встал. Она сказала ему, что он будет ужинать после бани, ну а сейчас есть время, чтобы что-нибудь рассказать. "Рассказать? Это она про случай с девочкой, или про урок, лекцию?" Эмиль не стал начинать с девочки. Нужно будет - спросит, а так он стесняется. Он спросил про кланы, захотел узнать больше. Мама подумала и начала рассказывать;

—Как я говорила тебе ранее, кланы по своей сути независимы. Каждый её отдельный член подчиняется королевству, но если глава клана решит идти против королевства, то совершенно все её члены так и поступят, а до поры до времени им запрещено раскрывать свой клан, свою фамилию. Многие неприятели будут пытаться устранить этот клан, добывать информацию через сдавшего, всеми способами. Со временем неприятелей меньше, но хорошим тоном сохранилось никому не рассказывать о своей фамилии. Других обычно считают глупцами, особенно если у них есть кровники... Некоторые кланы живут отдельно. Они запрещают другим входить на свою территорию. Сильные люди, соответствующие тренировки. Члены клана могут покидать территорию, но делать это незамеченными. Обычно, им запрещено раскрывать фамилию, но некоторые кланы могут этого не запрещать.

—А вы в клане?

—Даже будучи с твоим отцом столько лет, я не могу сказать насчёт него. А что касается меня, то... Не расскажешь никому?

—Нет! В жизни никому не скажу! - возбужденно провозгласил Эмиль.

—Ну хорошо, - сказала она и улыбнулась, после чего шепотом продолжила. - Вайт. Мой клан и моя фамилия. Полное же название среди узких кругов "Белая звезда".

—Выходит, ты очень крутая и тоже в случае чего отправишься туда, куда скажут?

—К сожалению, да. Выбор есть, но последствия слишком велики в случае выбора того варианта, который хочешь ты, а не клан. Мы все свободны, но все мы обременены долгом перед нашим кланом. Но мы не расстроены, мы, наоборот, очень счастливы. Возможность быть частью семьи, иметь фамилию... Такое и за золото едва ли купишь. К тому же, этот клан действительно очень сильный и крутой. Правда, насколько... это я уже тебе рассказать не могу. И без того рассказала слишком много.

—Тебе за это ничего не будет? - поинтересовался он, беспокоясь. "Не совершила ли она ошибку?"

—Пока ты никому этого не рассказал - не будет. Наш с тобой маленький секретик.

—Да, я понимаю. Уже лучше Леший меня съест, если я хоть заикнусь про это. - мама часто пугала этим существом Эмиля в историях. Правильней было бы назвать Лешего каким-нибудь магическим Древнем, но первые люди, встретившие его, не сразу поняли, что это дерево. Увидели живое существо - испугались, после чего убежали. Правда, не все. Для дерева - это слишком быстрое дерево. По своей сути, это существо из Тёмного леса, встречается первее всех. На вид вполне обычное дерево, но когда оно оживает, то самый его главный ствол расширяется, взамен забирая внутреннее пространство и оставляя его пустым. Очень часто именно мох выдаёт Лешего. Преследует потревожившую его цель, очень быстро передвигаясь корнями и отталкиваясь своими стволами о землю. Дальше про Тёмный лес мало что известно. Недавно люди стали в него заходить. В королевстве, возможно, есть немного дополнительной секретной информации, но не здесь. Да и про Таинственный лес говорят, что, зайдя в него, обратно ты уже не выйдешь. Но и есть выжившие, правда, как говорилось, их очень мало, а полученный результат уж слишком ничтожен. Может быть, в будущем и станет известно, что там за Тёмным лесом...

—На этом мы с тобой и договорились, а теперь, Эмиль, иди в баню.

—Что?

—В баню иди, время пришло, - улыбнулась и ушла.

Эмиль остался наедине со своими размышлениями. Его отец тоже в клане, а сколько ли людей состоят в кланах вокруг него? Он встречал множество людей, и сколько из них состоят в клане, иными словами, имеют фамилию? Кажется, очень круто иметь не только одно имя, а ещё и фамилию. Престиж. Но, им не похвастаешься... "Вступлю ли я в будущем в клан? И что мне придётся делать, если я буду в нём? Интересно", - размышлял он.

Через несколько минут Эмиль уже был готов отправиться в баню первым. В бане же сейчас самая жара. Эмиль взял полотенце, разделся и побежал в баню.

Зайдя в баню, Эмиля моментально обдало горячим воздухом, жара... Сел на лавочку и ждет. Чего ждёт? Непонятно. Эмиль просто пытался загрузиться, жара затупила его внимание. Потупив некоторое время, Эмиль решил приоткрыть дверь. Свежий вечерний ветерок прошёлся по его телу. Достаточно средняя температура на улице, поздним вечером температура спадала.

Получив долю свежего воздуха, Эмиль зашёл обратно. Он бы ещё постоял снаружи, но задерживать других он не хотел, да и тепло выпускать плохо. В самой бане он таки решился и стал мыться: помыл голову, тело, прополоскал рот, почистил зубы. После всех этих процедур Эмиль вышел на улицу, вытерся, надел новые трусишки и пошёл домой. После Эмиля пошёл Марс, Борн пока сидел перед кухней за столом, с бумажками работал. Эмиль поинтересовался у него, мол что это за бумаги. На что получил-таки ответ:"С другой деревней переговоры о всяком". Ну, о "всяком" уж слишком обширное понятие, но ладно, в будущем узнает. Эмиль пошёл себе дальше на кухню.

На кухне его ждала уха. Пока они делали новый сарай у бани, Рёма рыбачил. Наверняка он большую часть времени тренировался в магии. "Интересно, продвинулся ли он? Прошло мало времени, но всё же..."- размышлял Эмиль.

Отведав ухи, Эмиль отправился к себе на второй этаж. Пока он шёл, мама пожелала ему спокойной ночи, остальные промолчали. У себя Эмиль быстренько достал постельное бельё с сундука, куда он, как и всегда, просто скидывает его утром. Заправил кровать и лёг. Лежит, смотрит в окно. Уже полностью потемнело, облака закрывают небо. "Скорее всего, из-за жаркого дня на улице будет гроза. Повезет, если и дождь еще польет. Кстати, завтра же еще та девочка... Надо будет прийти". С этой мыслью он и заснул.

Том 1 Глава 7: Ночное проникновение

Проснулся Эмиль позже обычного. Случилось это из-за того, что он встал поздней ночью, чтобы узнать немного больше про кланы из книжек. В комнате?мастерской мамы находился небольшой ящик на шкафу. По памяти, когда Эмиль учился читать, он видел этот ящик на столе. Эмиль тогда прочитал:"Книги: лечебная магия, лекарства, прецеденты магов поддержки (в основном лечащих) из кланов". "Судя по всему, там люди, принадлежащие к клану, совершали преступление во время боевых действий. Может быть, там будет ещё что-нибудь про кланы. К примеру, к каким кланам принадлежал королевский род? Сейчас король Роланд. Какое у них прошлое?"- размышлял Эмиль.

Так как он один на этаже, особых проблем на пути не было. А вот в самой мастерской уже появилась проблемка. Когда Эмиль подвинул стул и попытался спустить этот ящик, то, оказалось, что он достаточно тяжёлый. Бесшумно его спустить проблематично. Вдруг он очень тяжёлый и, когда Эмиль его вытащит с верхушки шкафа, он его просто не удержит? Всякое может произойти. "Нужно подстраховаться",- заключил для себя Эмиль. В поисках решения этой проблемы, он отправился к себе в комнату искать решение этой проблемы. И он его нашёл. Эмиль стал постепенно переносить всё своё постельное бельё. Как можно больше подушек, одеял.

По итогу, он перенёс три подушки, два одеяла. "Остальные простынки не считаются",- решил не считать их он, ибо при падении они почти не помогут. "Хотя..."- вдруг его озарило, После чего он стащил уже все простынки в свою конструкцию из подушек и одеял по приглашению звука. У него было ещё три простынки. Все три простыни Эмиль максимально свернул и положил сверху подушек. И тут... он стал опять сомневаться в своём решении. Эти максимально свёрнутые простыни сделают только хуже: в свёрнутом состоянии они не только не приглушат звука, а наоборот, сделают только больше. Или нет, или да... И Эмиль стал разворачивать их. Просто положил сверху развёрнутые простыни. "Не пропадать же добру, не зря ведь тащил".

После всех этих улучшений в своей конструкции, Эмиль таки решил начать. Он тихо, осторожно подошёл к стулу... Непонятно почему. Почему-то Эмиль решил, что именно сейчас он может издать громкие звуки по пути к стулу, хотя он до этого даже не пытался скрывать звуки, пока всё это нёс.

Эмиль подошёл к стулу, забрался на него. Вытянул руки: его руки едва ли касались ящика. Он, как мог, ухватился за ручку ящика и потянул на себя. "Вот сейчас, сейчас..."- говорил шёпотом Эмиль, подбадривая себя и под "сейчас" он подразумевал надвигающиеся свободное падение ящика. И, ящик полетел. Нет, Эмиль держал, но ящик, словно в замедленном движении, падал. Сотая доля секунды и Эмиль почувствует весь надвигающийся на его руки вес... И Эмиль почувствовал. Он удержал ящик, если так, конечно, можно сказать, ибо Эмиль упал вместе с ящиком. Благо, на свою конструкцию. И не на ящик, а боком к нему. Было ли громко? Эмиль не успел об этом подумать, послушать, так как он слишком был занят падением...

Пока Эмиль пытался оправиться, на первом этаже всё-таки кое-что произошло: проснулся отец. Похоже, жизнь воина даёт о себе знать. Просыпается от каждого шороха, выживать в тяжёлых условиях и тому подобное - это про воина. Часть этого понятия по крайней мере.

Отец немного приподнялся. "Что происходит? Я точно что-то слышал",- думал он. Он захотел посмотреть. Собирался было встать, но, как оказалось, не только он проснулся. Его жена проснулась вместе с ним. Вот только она сразу догадалась, что происходит. "Эмиль... Что ты делаешь?"- спрашивала себя Оливия, но дальше интереса не пошло. Она понимала, что, если Перон поднимется, Эмилю станет только хуже. Перон мог бы сделать всё, что угодно с ним, а ему ведь и без того тяжело...

"Нужно что-то сделать",- и она сделала. Не нужно много усердствовать, чтобы уложить мужа обратно...

Она взяла Перона за руку и потянула обратно в кровать:"Ну, Эмиль, только попробуй издать хоть еще один звук..."

—Это просто ветер, Перон, - тяжело списать такой звук на ветер, но идеи лучше ей не пришло. - Ложись ко мне.

После чего она закинула на него ногу и слегка легла на его плечо. Стала поглаживать его по груди, игриво щипнула его за его гномью бородку, после чего вернулась к поглаживаниям, постепенно спускаясь ниже...

Её белая рубашка едва ли что-то скрывала. Или, правильнее сказать, ничего не скрывала вообще. Полупрозрачный материал, широкий разрез, декольте, которые видел только её муж...

Он смотрел на неё, совершенно не отрывая от неё глаз. Он хотел насладиться этим видом полностью. В свете луны, его Оливия выглядела ещё краше, особенно её рубашка под немного тёмным лунным светом делала эту ситуацию ещё интимнее. А запах её волос... запах роз, леса, березки... из-за него не хотелось отходить от нее совершенно!

Она слегка лежала на нём, её рука спускалась всё ниже и ниже, немного ускоряясь... Он смотрел ей в глаза, но её просвечивающую грудь... Он не трогал, но чувствовал её мягкость, их тяжесть, приятную тяжесть... Мурашки прошли по его телу. В его животе, или ниже, словно визгом, передавались приятные чувства. И воин не выдержал. Он не стал дожидаться этой шаловливой ручки его жены, пока она спустится... Он зверем накинулся на неё. Она, в свою очередь, предусмотрительно расстегнула свою рубашку. Знала, что в пылу страсти он силой снимет эту рубашку. А рубашку жалко...

Он не приступил сразу к делу, он прижался своим телом к её груди, стал целовать каждый сантиметр её тела, начиная от груди и заканчивая её шеей. После чего он поцеловал её в губы и таки решился жадно взять её за грудь. Оливия немного взвигнула, а после стала тихо стонать от наслаждения, прикусывая свою губу. Он стал спускаться ниже, к её груди, очень активно он спускался к ней...

"Мужчины..."- с наслаждением подумала она и через секунду почувствовала, как её грудь...

Эмиль просто лежал и слушал. Он пытался понять, проснулся ли кто-то от его шума, но никто не отреагировал. Эмиль решил продолжить свою затею. Он взял ящик, открыл его, после чего стал рыться в стопках этих книг, а книг там было очень много. Там были разные лекарственные книги, травяные книги, даже одна про лечебную магию, также была и та самая книга, которую Эмиль искал. Он взял её и пошёл к столу, принялся читать. Точнее, собирался начать, как вдруг услышал стоны с первого этажа...

"Поздновато вы решили..."- думал Эмиль, но ему ничего другого не оставалось, кроме как слушать их, параллельно читая. Не бросать же книгу из-за этого, да и не уснуть под это. Это ещё если учесть то, что именно со второго этажа это всё слышно. Негромко, но слышно. А вот с первого этажа его братья это уже почти не слышат. Забавная конструкция дома, но, может, это ещё одна причина, по которой он один сверху спит? Скорее всего.

Смирившись со всем этим, Эмиль принялся читать дальше. Книга "Прецеденты магов поддержки из кланов". С первой страницы в книге указаны преступные события войны королевства Ферлан. Указаны последние события ста лет. Ровно сто лет назад Гидами была предначертана война за остров Орла между королевством Ферлан и королевством Богос. Изначально была война с местными острова Орла, но потом пришло подкрепление из королевства Богос. Тогда и началась самая настоящая война. Магов в последнее время стало меньше и их недостаток заменяли количеством воинов. Преимущество было на стороне королевства Ферлан, на две тысячи боевых единиц, а в общей сложности было восемь тысяч воинов. Казалось бы, борьба за остров будет за нами, но в наших рядах оказались предатели среди некоторых командиров поддержки, а также и во время боевых действий сами маги могли преднамеренно не использовать щит, лечение. Могли убить раненого командира и обычных воинов. В суматохе этого сразу могли и не заметить. Сами же командиры взводов выбирали невыгодную позицию, вследствие чего проигрывали бой. Одним словом - предатели. Но их не вычислить, они могут поколениями передавать волю клана, ожидая лишь одного момента за века. Кто мог знать, что клан Орла, который находился вне материка, затеряется среди королевства Ферлан? В целом, можно было предположить, но сделать с этим что-либо никто не мог. По крайней мере, пока хоть один из них себя не покажет. По итогу, всё преимущество рассыпалось в пух и прах. Многие предатели убиты, некоторые смогли бежать, а что касается самой армии, то командиры приняли правильное решение, предложив королевству Богос перемирие. Конечно же за наше золото. Сам клан Орла решил не воевать в одиночку. Вот так Быстрокрылые смогли отстоять свой остров, Они же назвали эту битву в честь своего клана:"Пик орла".

Вспомнив эти события из книг, Эмиль принялся читать сами фамилии этих преступников: "Эдгар быстрокрылый, клан Орла, капитан пяти взводов - поднял свои отряды на гору прямо на лагерь врага, вследствие чего противник их с высоты и разбил, убит подчиненным командиром двадцать шестого взвода; Норн быстрокрылый, клан Орла, маг поддержки(лекарь) семнадцатого взвода - убил командира и солдата своего взвода в процессе лечения, убит в битве у западного берега; Верон Крылатый, маг поддержки(земли) - убил "массивными шипами" трёх магов поддержки в спину, которые использовали "щит", принимая все атаки врага на свои щиты, вследствие их убийств выжил из всего взвода только воин, а сам убийца бежал..." И таких людей было множество.

Пятьдесят лет назад была уже победоносная война вблизи третьего округа королевства Ригория. Ригория собирала там корабли. Гиды опять же предсказали эту войну и вот так началось морское сражение. Гремели пушки, пускались в бой с воинами и магами поддержки маленькие быстрые ладьи. Ночь в этот день войны была светлее самого дня. Некуда бежать, была полная перестрелка магов, непрекращающаяся перестрелка. Именно быстрые ладьи сыграли решающую роль в этой битве, беря на абордаж корабль за кораблём. Воины не имели Божественные доспехи, но их снабдили другими прототипами, которые просто назвали "магическими доспехами". А воинов назвали антимагами, то есть против магов. Конечно же, они не имели полной защиты против магов. Если сравнивать с Божественными, то антимаги могли достигнуть только около тридцати процентов мощности божественных. Доспехи антимагов могли под углом отражать заклинание, правда, то рассеивалась очень быстро. От прямого попадания доспехи не спасали, но снижали эффективность заклинания. Так, под массивным огненным огнём по типу "дыхание огня (непрекращающийся поток огня)", доспехи нагревались, плавились постепенно. Антимаги не сгорали, а жарились заживо. Под "ледяной стужей" антимаги со временем замедлялись, после чего превращались в лёд. Поговаривают, что люди внутри выживали, но из-за застывших доспехов не могли двигаться. Так они уже умирали от шока.

Таким образом, антимаги, ценой своих жизней, брали корабли штурмом. Нескончаемый поток антимагов одолел противника. Пока антимаги бились на корабле, союзные маги со своих кораблей продолжали атаковать противника. Нередко антимаги отправлялись на дно из-за удачных попаданий череды магических атак по кораблю противника, на котором они, собственно говоря, сражались. Описывалось, что зрелище было очень плачевным. Множество магов-женщин лишились своих мужей... Но это война, она забирает всё. Этот бой нужен был, чтобы не допустить разрастания вражеских кораблей у западных берегов королевства Ферлан. Битва "у порта Альда", некоторые участники битвы живы до сих пор... Что касается преступлений, то, в основном, в книге описывается, что они совершались как раз на быстрых ладьях. Большинство этих случаев у них не получились, были убиты на месте, но всё-таки некоторые удалось потопить. Впрочем, они потопили их вместе с собой, кто-то пытался из магов воды выжить, уплыть, но корабли целились в предателя и тот умирал. В данной битве были ещё корабли поддержки, чуть ниже среднего размера корабли, целью которых было спасать тонувших. В них поместили магов воды и льда, вместе они работали замечательно: в тонувших кидалось "оледенение", создавая некий спасательный круг, а маги воды обратной волной подтягивали их к себе, другие же маги воды создавали щит из "завесы воды". Отличный спасательный корабль.

Вспомнив и это событие, Эмиль таки прочитал имена:"Роберт Ветреный, клан Винди; Бьёрн Ветреный, клан Винди; Сома Дарк, клан Тьмы..." И другие имена.

Было ещё множество стычек, небольшие столкновения, книга всё-таки большая... Но Эмиля привлёк один случай, в настоящее время ведётся поиск ста особо опасных преступников. И из всех этих фамилий он выделил одну:"Леви Вайт, клан Белой звезды, преступник королевства, маг света, покушение на королевскую семью". Эмиль был удивлён, около часа он искал что-то занятное, но совершенно не ожидал увидеть фамилию, которую недавно слышал от мамы. "Совершенно такая же фамилия, клан. Знакомы ли они, приходятся ли они кем-то друг другу?"- множество вопросов в голове у Эмиля. И на эти вопросы ответы он уже не узнает... Может быть, это то, на что ответа ему не следует знать? Он просто держит секрет, что его мама из этого клана, да и с такой же фамилией. А вот что у них происходит уже в самом клане, в семье, это уже его, наверное, касаться не должно. Точно не должно. Вдруг из-за этого мама как-то не так отреагирует, поймёт что-то не так... "Мне точно не следует влезать в это",- заключил для себя Эмиль, но тут же подумал о том, что Леви Вайт связан, а точнее покушался на королевскую семью. "Кто же они, эти Вайты? Преступники, а может их подставили? Непонятно". Это то, что Эмилю в будущем следует узнать уже самому, явно не через маму.

На этом Эмиль закончил рассматривать участников кланов. Но вот что было ещё, что он узнал про кланы. Сначала он не понимал, почему у участников одного клана могут быть разные фамилии, но он нашёл ответ. Оказывается, одна фамилия связывает за собой семьи, тем самым создавая одну семью. Словно разные подразделения. Раньше половина людей не скрывали свою фамилию, так как они знали, что их фамилия чиста. Ни один однофамилец не был преступником, а значит и хочется за ними незачем, никто не будет мстить всей фамилии, всей семье. Такие люди пользовались популярностью, все их знали. Многие пытались связать себя узами с ними, чтобы обычная семья тоже имела вес. Но, не всегда всё так радужно шло. Иногда могло что-то плохое произойти и за этими людьми охотились. Они буквально сами поднесли себя на блюдечке. Однофамильцы страдали, в том числе и обычные семьи, которые узами связывали себя с ними. Двумя словами, вырезали семьи...

Эмиль хотел ещё узнать про королевскую семью, но не нашёл про это в книге. Должно быть, слишком простая книжка, нужно искать в библиотеках покруче.

Прочитав всю интересующую его информацию, Эмиль стал возвращаться. Стал заносить всё постельное обратно к себе в комнату. Ящик обратно он уже не смог бы положить, поэтому он аккуратно его прибрал, пододвинув его к столу.

Будучи у себя в комнате, Эмиль посмотрел на эту гору постельного белья и ему пришла в голову идея: не расстилать постельное бельё, а просто лечь на эту гору. Конечно же, аккуратно подминая под себя, чтобы удобнее было лежать. Так Эмиль постепенная и заснул. И, как говорилось, Эмиль проснулся позже обычного, а разбудила его уже мама...

Том 1 Глава 8: Надежды

-Эмиль, вставай, - мама поднялась на второй этаж. - Я понимаю, что ты устал, но уже поздно . Нужно вставать.

Поздно. Поздно для чего? Эмиль не мог понять, собраться с мыслями. Слишком уж он сонный. Должно быть,, позднее утро. "Да, так и надо это понимать, позднее утро".

Будила мама его с лестницы. Она поднялась и пошла к нему в комнату. Заходит и видит то, как её сын лежит, но не на кровати, а на полу. К тому же, он лежит на горе из подушек, одеял и простыней. Весь довольный, сонный, милый... пока спит. Нет, милый всегда, но на спящего Эмиля она ну очень любила смотреть...

-Эмиль, что ты сегодня ночью делал?

-Да так, ничего. Просто хотел прочитать про лечебную магию, растения,- сказал Эмиль спросонья. - А ты что ночью делала? - спросил Эмиль рефлекторно, всё также спросонья, после чего сразу вспомнил вчерашние события и резко взбодрился.

"Какая муха меня укусила? Я ведь прекрасно знаю, чем они там занимались. Конечно не видел, но, по звукам, они там явно не в игры играли... Взрослые игры".

Эмиль медленно поворачивался к ней с вопросительным взглядом. Эмиль даже слегка улыбнулся, чего ему ожидать? Как поведёт себя мама... Ожидание.

Эмиль повернулся, смотрит на неё всё также с вопросительным взглядом, словно так и надо. И он видит... смущение! Мама засмущалась и отвела взгляд. "Боже, как же это мило! Словно помидорчик", - воодушевился Эмиль. И всё бы ничего, но ему пришла в голову интересная мысль: добить её. Конечно же в переносном смысле этого слова.

-Я начал читать и во время чтения я стал слышать звуки, - он сделал такое выражение лица, словно он ни в чём не виноват и ничего не понимает. - Ты кричала? Тебе было хорошо? - двусмысленно спросил Эмиль.

-Да... - ответила мама, после чего пошло пятисекундное молчание. Ответила она сразу, но двусмысленность вопросы её сына она заметила только уже после ответа. И Эмиль ведь ни в чём не виноват тут, за эту двусмысленность уже его не упрекнуть, нужно было сразу.

Оливия продолжала смотреть в сторону. И тут, краем глаза, она заметила, как Эмиль идеально держит свое лицо, чтобы его нельзя было ни в чём уличить. Эмиль тогда думал:"Так, Эмиль, держи лицо! Держи его как ни в себя! Иначе всё пропало. Спокойствие, не ржи, не смейся, не улыбайся. Самоконтроль". Невольно мама улыбнулась, слегка приподняв правый уголок рта. Повернулась на Эмиля и стало отчётливо видно её выражение лица. Она выглядела так, словно поражалась наглости Эмиля. "Нет, она сейчас соскочит! Нужно что-то сказать".

-Хотя, люди так не кричат... - Эмиль быстро пытался сообразить, что ещё сказать. Было два варианта: первый - сказать про то, что люди так вздыхают от наслаждений и уклониться в то, что они там ели ночью вкусняшку; второй - сказать что-то про массаж, в общем, тоже наслаждение. Эмиль даже в шутку захотел сказать то, что, может, они там делали ему братика? Слишком упоротый вариант, и конечно же Эмиль именно его и выберет. В его духе.

-Мам, а может вы мне делали брати... - и тут у мамы вылупились глаза. Эмиль не договорил, не успел. Мама смущенно с улыбкой отвернулась и пошла на первый этаж. Когда Эмиль её уже перестал видеть, она сказала:

-Быстро приберись, ешь и иди заниматься делами! И поживей, за себя не ручаюсь! - и она действительно за себя не ручалась. В серьёзные моменты она может выглядеть властно, показывать своё превосходство, надменный взгляд. Может быть серьезной женщиной. Эмиль видел это со стороны, на себе он не ощущал такого давления, чему Эмиль был очень рад.

Когда Эмиль перестал слышать её шаги, он повернулся в сторону своей горы, чуть оттолкнулся ногами и солдатиком упал на эту гору. Головой окунулся в подушку и заржал. Вырвалось всё, что он накапливал. Благо, звук его смеха уходил в подушку. Ржёт, смеётся... И тут он почувствовал боль. Жопа. Он перестал смеяться, повернулся и увидел маму, которая смотрела на него с улыбкой. И полотенце, которым она как раз-таки шлёпнула Эмиля. Оказывается, далеко она не ушла... "Мама, ты ещё такая девочка",- с теплотой подумал Эмиль.

Эмиль потёр своё ушибленное место и встал. Он не стал испытывать судьбу, поэтому он сразу принялся заправлять свою кровать. Мама со временем спустилась на первый этаж. Оставшееся постельное бельё Эмиль сложил обратно сундук. Его кровать ещё никогда не была такой идеальной...

Убравшись, Эмиль пошёл есть. На завтрак у него манная каша и варёная картошка. Хороший завтрак. А хороший потому, что ему что-то вообще досталось. Нет, что-нибудь ему бы всё равно досталось, но у него было достаточно и каши, и картошки. Повезло.

Эмиль принялся есть. Особо не торопится, довольствуются трапезой. Ест, смотрит в окно перед столом. Видит, как около окна проходит отец, видимо, в огород к маме. И всё бы ничего, но отец поворачивается и сразу же начинает смотреть на Эмиля. Слишком резко. Эмиль даже подавился от такой неожиданности. Сидит, кашляет и параллельно пытается понять, почему он так на него смотрит? И что самое интересное, сразу с суровым взглядом. "Он понял, что это я ночью был? Да нет, быть не может такого. Тогда что? Когда я успел провиниться? - пытался понять Эмиль. И он понял. Он просто поздно проснулся, отлынивает от работы. Эмиль откашлялся, посмотрел на отца. И он ничего лучше не придумал, кроме как просто спуститься под стол, чтобы уйти от его взгляда. Отец как смотрел сурово, так и продолжил. Он не придал значения такому наглому способу Эмиля уйти от "разговора", после чего он сразу же пошёл дальше по делам. Эмиль поднялся из-под стола, посмотрел, точно ли он ушёл... Убедился в этом и принялся доедать. Но уже в ускоренном темпе, дальше уже опасно затягивать с этим.

Покушав, Эмиль стал думать, что делать ему дальше. За травой они сегодня не пойдут, будут достраивать этот новый сарай. А значит, до обеда он должен занять себя чем-то. Опять ковры? Коврами, по-хорошему, нужно заниматься каждые два дня. Вся семья всегда приходит пыльная, топчутся... Отец всегда самый пыльный, и он же любит порядок, вот Эмиль всегда и на коврах. За один день тяжело это всё убрать, вот и получается, что Эмиль два дня этим занимается, а на третий по новой. "Кстати, сегодня же ещё надо с той девочкой увидеться. Кажется, мы могли бы подружиться. Если, конечно, уже не подружились. Слов почти не было, с моей стороны так точно, но мы и молчали вместе очень хорошо, смеялись... Странно звучит, но это так",- вспомнил Эмиль.

Эмиль резко побежал на улицу, но ведь ему надо относить ковры, поэтому он вернулся в дом, взял первый попавшийся ковёр и побежал на место, где можно нормально повесить ковёр и отбить. Он бы, как и всегда, подумал:"Почему бы нам самим не сделать такую штуку? Это ведь очень просто! Можно даже самое простое сделать - вкопать в землю два столба, на неё палку и всё. Я ведь просил отца сделать это. Но он отказался. И братья в том числе, младший только помотал головой, мол сам не в силах помочь. Вот и приходится теперь день за днём идти в то место". Так бы подумал сегодня Эмиль, но именно благодаря этому месту он познакомился с той девочкой. Ну, почти.

Пока он бежал к тому месту, он увидел то самое место, где они познакомились. Правда, у колонки была уже другая девочка. Эмиль знал её. Влада. Зазорная девочка, любит птиц. И эту свою любовь к птицам она выражает в вышитых на своих футболках птиц. Эмиль даже помнил, как она сказала, что дракон - это очень большая птица. Тяжело дракона назвать всего лишь "большой птицей", но Эмиль не переубеждал её. В общем, забавная коричневолосая девочка. Когда-то они дружили, играли, общались, но сейчас уже не так. Просто взяли и в один момент перестали... Но в жизни Эмиля это уже стандарт. А значит и думать об этом нечего.

Они обменялись взглядом, после чего просто разошлись каждый по своим делам. Эмиль не стал заострять на ней своё внимание, а вот она ещё смотрела ему вслед, словно следила за ним.

Эмиль добежал до этой "модифицированной" вешалки, поднялся на несколько так называемых ступенек и стал натягивать на палку ковёр. Натянул, отбил, снял и пошёл обратно. А что он уже потому, что вся силы он уже потратил. Что бежать с ковром, что отбивать его: всё это для пятилетнего Эмиля было тяжело. Но он всё равно старался сделать всё побыстрее, быстрее шагал, не отдыхал по возвращению домой. И вот так Эмиль пронёс ещё пять ковров. Остался один. Но и времени впритык, а Эмиль уже заколебался, устал. Если потащит, то может успеть прийти к речке ровно в момент встречи. Хотя, правильное ли время встречи? И вот с этой мыслью, аргументом Эмиль решил отказаться от затеи с последним ковром, поэтому он заранее стал собираться к речке. Брать с собой ничего не надо было, а значит и собрался он быстро.

Пришёл Эмиль к речке уже весь потный, грязный. Он решил помыться. Помылся сам, помыл футболку. Штаны он не стал мыть, иначе он ну совсем будет выглядеть некрасиво, а вот футболка ничему не помешает. "В целом, я мог бы и приодеться для такого случая..."- подумал Эмиль. Он посмотрел на себя, увидел свою неопрятную футболку коричневого цвета, штаны чёрного цвета, которые Эмиль всё время сам подшивал. А вот про шорты он сегодня что-то забыл...

Уселся Эмиль на травку, чтобы и без того грязные штаны не стали ещё грязнее. Сидит и ждёт, вспоминает эти странные моменты с ней...

На улице уже стоит жара, а к полудню станет ещё жарче. Под такой жарой редко хочется делать что-либо. Возможность думать просто-напросто отпадает. Вот Эмиль ничего и не делает. Уже не сидит, а лежит, заранее снял с себя футболку. Он не хотел, чтобы она опять стала грязной, но он не удержался и сделал из неё подушку. И вот спрашивается: стоила ли того осторожность? Всё равно по итогу замарал её. "Ну ладно, просто потом ещё раз искупаюсь. Она уйдёт и искупаюсь, не при ней ведь", - решил Эмиль. Так он и продолжил ждать...

Он прождал пятьдесят минут. Он уже успел немного поспать, встать, походить. "Я пришёл где-то в одиннадцать, немного заранее. С ней мы уже должны были минут тридцать назад увидеться. Наверное..." Он уже был не уверен в своих расчётах. "Точно ли в это время?"- так он думал. Одно точно он решил: ещё десять минут и можно собираться уходить. Эмиль принялся ждать ещё. Но уже не сидел, не лежал, ибо он и засиделся, и залежался. Просто стоял, ходил. Взял хорошую палку и принялся избивать куст. Самый обычный куст: длинные стебли, листы которых похожи на лопух. Забавный куст, который растет только у воды. Эмиль бьёт-бьёт этот куст, пытается сломать стебель, иногда не получается и он просто переходит на листья. Их палкой бить уже повеселее...

Наигравшись, Эмиль принялся ждать ещё, но уже просто коротал время у реки, кидал в неё камушки...

В общем, прождал Эмиль ещё пятнадцать минут. Он не стал ждать ещё. "Она не придет",- говорил он себе. А может быть пытался себя в этом убедить. Возвращался домой он расстроенным. Он не был рассержен на неё. Она не обязана ему ничем. Это Эмиль, скорее всего, надумал себе всякого. "Только я могу быть сейчас виноват. Можно, конечно, предположить, что девушкам свойственно опаздывать. Их изюминка. Но тут просто ничего, я прождал, но она не пришла. Ладно, домой". Эмиль повернулся в последний раз. Где-то в душе он ещё верил, что она вот-вот появится на этой вершине за берегом, но всё было так же тихо. Эмиль решил всё-таки искупаться. Разбежался и прыгнул в реку. Быстренько потёр футболку. Он думал ещё покупаться минут пять, но увидел младшего брата, который шёл к реке. Эмиль быстренько собрался и пошёл домой. Разминулся с братом. Тот ничего Эмилю не сказал, просто пошёл к реке. "Ну и молчи. Хоть бы удочку вообще взял..."- подумал раздражённо Эмиль. Потом Эмиль подумал, с чего бы у него такое раздражение? Видимо, такие неприятные события могут сказаться и на нём. В последний раз он испытывал такое раздражение в тот момент, когда почти вся семья, а потом и окружающие стали относиться к нему по-иному. Ну, почти. Потом у него уже были обиды, но не раздражение. Он не срывался на других. Он просто искал утешение. И вот сейчас этот случай... "Довела же меня девушка..."- думал он с самоиронией. Улыбнулся и решил, что нужно взять себя в руки. Сейчас ещё не время выплёскивать свои эмоции. К тому же, не хотелось бы младшего брата настраивать против себя. Маг всё-таки, тренироваться сейчас идёт. Эмиль пошёл себе дальше.

Дома Эмиль решил отбить последний ковёр. Взял его, прошёл вместе с ним перед членами своей семьи. Те разговаривали, смеялись, сидя у летней кухни в беседке. Там сидели все, кроме него и его младшего брата. Он посмотрел на маму и порадовался за неё. Пусть и улыбается и смеётся как можно чаще. Эмиль даже подумал:"Нужно ли мне завидовать?" На что он утвердительно сказал себе "нет". Однако, они обсуждали ещё то, что им завтра нужно сходить в гости к Леону, другу нашей семьи. Находится в пятисот метрах левее от нас. Между нами ещё одна семья живёт. Но это неважно. Важно то, что Эмиль очень любил ходить к ним в гости два года назад. Он там играл с другими, особенно он любил вкусняшки, которая делала семья Леона. Вот тут уже у Эмиля заиграл животик по былым сладостям...

Эмиль пришёл к месту, натянул ковёр наверх и стал его отбивать. Пока он отбивал ковёр, около него проходили люди, проезжала карета и телеги. Все шли вглубь центра деревни, там и домов больше. Это их семья живёт на окраине, у них между домами интервал больше. В общем, весь этот народ шёл в центр из-за ярмарки. Воскресенье. Некоторые купцы их королевства, других округов, ну или просто соседние деревни приезжали на ярмарку. Торговать, естественно. Хоть родители его не выпускают на показ другим, кроме таких дел, как уборка, но Эмиль во время этой уборки часто избегал на эту ярмарку. Там всегда веселье, всегда людно. Множество новых людей, которые сами подходят к нему и пытаются ему что-то продать. Общаются, а это хорошо. Местные ведь его игнорируют, поэтому в чужих людях он видел что-то более родное, чем в самой его деревне...

Эмиль определённо хочет пойти на ярмарку. Если он сейчас вернётся домой, чтобы положить ковёр, то обратно он уже не выйдет, а значит домой ему путь закрыт. Ковёр бросать нельзя - украдут. Прятать тоже не вариант. Если ковёр покроется пятнами, то Эмилю дома точно не сдобровать. Поэтому Эмиль принял решение идти на ярмарку вместе с ковром. Собрав все последние силы в кулак, а точнее в руки, Эмиль принялся быстрее и со всей силой бить по ковру, чтобы успеть к шоу на ярмарке. Он видел карету. Скорее всего там есть люди, которые будут устраивать шоу.

Так как Эмиль взял все силы в руки, он все силы и потратил. Обессиленный, он отбивал этот ковёр. Но, на удачу Эмилю, пыль перестала выбиваться из ковра уже через десять минут. Ну или Эмиль стал бить слабее, что скорее всего...

Эмиль быстро стянул ковёр, свернул, положил на плечо и побежал на ярмарку. Всех людей, которых видел Эмиль, уже не было. Только облако пыли осталось после этих людей, но и оно уже почти опустилось на землю.

И без того уставший, Эмиль поднял ковёр наверх, чтобы пыль точно не коснулась ковра. Эмиль не хотел после ярмарки опять отбивать ковёр.

Бежит Эмиль так уже десять минут. Сердце колотится, вдыхает воздух полной грудью. Ноги уже его не слушаются, идёт пешком... Он понимал, что уже вовремя не добежит, а ведь бежать оставалось всего ничего, около двух минут. Заместо этого Эмиль шёл ещё шесть минут.

Ярмарка. Ещё задолго до прибытия на неё слышны крики людей. Кто-то спорит в пылу торговли, пытаясь сторговать себе лишний медяк, а за серебряную монету шли уже долгие монотонные диалоги. Причём обе стороны конструктивно пытались перетянуть "одеяло" на себя, тем самым выиграв эту торговую дуэль.

Некоторые на ярмарке просто визжали от восторга. Приезжие нередко устраивали шоу. Ну и дети. Дети часто пробегали, играются, кто-то плачет...

Подходя к месту скопления людей, Эмиль тоже стал слышать эти восторженные возгласы людей. И с каждым шагом Эти звуки становились всё сильнее и сильнее, всё громче и громче. Он зашёл в своеобразную площадку для ярмарки. Он не пытался смотреть на окраины этой площадки, не смотрел на самостоятельно сделанные переулки из палаток, лавок с разными вкусностями, товарами. Основной народ находился в середине этой ярмарки, но и на её окраинах толпился народ. Эмиль же шёл с единой целью. Он очень хотел увидеть шоу, которое как раз-таки собирало этот народ в центре ярмарки.

Эмиль пытался протолкнуться, чтобы увидеть хоть что-нибудь. Просил подвинуться, где-то толкался. Он получал недовольные взгляды, кто-то даже собирался накричать, но, как только все поворачивались на Эмиля, они видели перед собой пятилетнего мальчика, который пытался ещё и удержать ковёр. А ведь ковёр был длиннее самого Эмиля, но не настолько, чтобы Эмиль не сумел его удержать.

Представление было ограждено небольшим деревянным забором, если его так можно было назвать. Два столба да палка между ними, снизу и сверху. Забор едва ли был забором, но функцию свою он выполнял. Люди понимали, что заходить за ограждение нельзя и этого хватало. Артистами же были тут как обычные люди, так и маги, которые посвятили свою жизнь не битвам, а развлечениям. Несли счастье людям, показывали чудеса и то, что магия несёт за собой не только боль. Но артистов этих называли "вундерами". Это от слова "вундеркинд". Вундеры могут изменять строение своей магии, но мощность была гораздо меньше, чем у обычных магов. Вундеры использовали магию для красоты, чтобы захватить сердца людей, зажечь в них огонь. Обычные маги называли путь становления вундером "шагом назад". Мало кто хотел просто делать красиво, много кто хотел творить мощь. Хоть путь вундера - это шаг назад, но бессильными магами их было не назвать. Даже если мощь их заклинаний гораздо меньше, но урон - это урон, даже если меньший. Не киллеры, так хотя бы просто противные... Маги, умеющие совмещать красоту с мощью, были следующей ступенью, или "шагом" магов. К ним все стремились. Их не называли как-то по-особенному, но такие люди любили называть себя "асами". Возможно, в будущем понятие "асов" закрепится.

Эмиль не смог пробраться к ограждению. Все люди хотели посмотреть на шоу, или, правильнее сказать, насмотреться, так как Эмиль определил, что половину времени шоу он уже пропустил. "Но на вторую половину я успел!"- подбадривал он себя. Осталось ещё два номера. С этой мыслью Эмиль экстренно стал искать место, с которого он мог посмотреть эти два последних номера. Эмиль немного вышел из скопления людей, оглядывается, ищет решение своей проблемы... и не находит. Нет вариантов подняться повыше. Совсем. "И это всё? Все старания впустую? Чёрт! Да как же так! Весь день ужасный, ничего не идёт по плану!"- вслух говорил он. Ему было всё равно, услышат его или нет. В любом случае, все переговаривались, а в один момент все хором стали кричать. Должно быть, началось. Новый номер, который он не увидит.

Эмиль, весь расстроенный сегодняшним днём, стал потихоньку выходить. "Может на переулках найду что-нибудь интересное", - утешал себя Эмиль.

Постепенно выходя, он заметил, как люди стали ближе подходить к середине, тесниться. И он увидел решение проблемы. Карета, рядом с которой стояла повозка. Повозку изначально было не видно из-за людей, но сейчас люди сместились и Эмиль увидел этот шанс. Он пошёл к повозке, хозяина повозки не было. Нет, он точно есть, но наверняка он находится сейчас среди толпы. Эмиль собирался залезть на повозку, а с повозки попытаться либо залезть на карету, либо опереться на неё. Спрашивается, а почему другие на карету не залезают? Ответом может быть то, что хозяева этой кареты и повозки, как минимум, влиятельны... Он лишь мог надеяться на то, что его не заметят. Он очень хотел увидеть хотя бы один номер. Может, это скрасило бы его день. Да и кто его знает, может вундеры в следующий раз уже не приедут? "Нет, нужно рисковать", - решил для себя Эмиль.

Он поднял на повозку ковёр, положил его, после чего стал искать выступ на карете. Он хотел подняться сзади, чтобы по возможности оставаться незамеченным. Эмиль наступил правой ногой на выступ у дверцы кареты, поднимается, наискось видит закрытые шторы внутри: "Наверняка там всё по богатому обставлено, да и вообще, возможно, эта карета вундеров". Поднявшись на выступ, Эмиль всем своим весом наклонился на карету, чтобы не упасть, после чего левой ногой наступил на колесо и стал себя поднимать. Было тяжело, но Эмиль был упорен. Немного себя подняв, Эмиль захватился руками за верхушку кареты. Поднимать себя стало легче. Он не сможет на неё залезть, но ему всё было прекрасно видно с колеса. Открывался вид на весь центр ярмарки. Множество людей находилось вокруг вундеров. Лишь забор и их личная охрана сдерживали этих людей, зевак. Шестеро охранников были в обычной кожаной броне, а вооружены они были одноручным топором и тремя ножами на ремне. Обычные воины, дешёвые, но вот есть воин. Настоящий вес на этой площадке имели два воина. Кольчужный нагрудник, шлем с забралом, оба с мечом и щитом, юбка из плотной кожи, и то под ней есть защита на колени. Мощь. Смотрит он на этих серьёзных парней и восторгается. "Сияют",- восхищённо думал он, но и жара ведь ещё... Шоу закончится и пойдут отдыхать.

Эмиль посмотрел вокруг, вдруг к нему кто-то идёт? Но никто не шёл. Эмиль ещё раз взглянул на эту толпу, этих парней и птицу. "Птица?"- удивился он. Большая огненная птица летела на него. Эмиль читал про эту птицу. Это была птица-Феникс. Птица, которая может целиком состоять из огня, но также она может вернуться в обычное своё состояние. В обычном состоянии У этой птицы красно-оранжевые перья, а всё тело очень горячее. Без перчаток её лучше не держать. Умирая, она переходит в своё огненное состояние, после чего оставляет небольшую горку пепла, а в этом пепле яйцо. Обсидиановое яйцо. Живучая птица.

Всё бы ничего, но это был не Феникс. Это была огненная проекция этой птицы. Магический трюк вундеров. И хоть при настоящей птице Эмилю было бы несдобровать, при обычной её огненной проекции Эмилю тоже может быть несладко. Но Эмиль больше не испугался, сколько удивился. И от удивления он потерял равновесие, после чего сразу упал, но не назад, а на повозку. Как мог, он пытался упасть на свой ковёр, но упал он очень неудачно. Он упал на свою руку. И Эмилю повезло, обычный ушиб, хоть и очень больной...

Эмиль немного покорчился от боли. Быстро оправился и посмотрел на крышу кареты. В воздухе над каретой уже ничего не было. Можно было бы догадаться, что это обычное магическое преобразование. Правда, очень правдоподобное. Идеальная реалистичная голова с небольшим ирокезом из перьев, подогнутых назад. Безупречный размах крыльев и хвост, за кончиком которого, словно лентой, несётся огонь. И всё это в пламени. Красивое зрелище, было... И это зрелище могло раствориться перед его лицом, но он упал и не смог насладиться этим мгновением. Но и знать того, что он растворится перед его лицом Эмиль не мог. Какие могли быть последствия для него, если бы он принял этот "удар" на себя? Знать этого он не мог, и узнавать как-то не особо хотелось...

Эмиль встал и полез обратно на карету уже быстрее, чем в прошлый раз. Залез и стал внимательно смотреть, продолжают ли они номер. К счастью Эмиля, номер на этом не закончился. Вундеры стали создавать нового Феникса, но уже ледяного. "Ледяной Феникс?"- не совсем понял Эмиль. Но тут же этого ледяного Феникса обдало ярым пламенем. Маг огня перестал колдовать, а огонь на Ледяном фениксе продолжал гореть. Должно быть, это было заклинание из списка вечных огней. К примеру, пламя "Фера". Среднестатистическое пламя, способное задержаться на льду. По легенде, пламя с жерла горы Фера изучили маги огня. Оно им показалось удивительным, так как оно не потухало целый день. На этом его удивительные факты заканчиваются. Просто непотухаемый огонь. "Есть и покруче",- говорил Эмиль. Он читал о вечном пламени, пламени Феникса и другие. Пламя Фера не сравнится с ними, даже не рядом...

Горел не весь Феникс, только его крылья. Несмотря на возмущение Эмиля по поводу почти обычного огня, смотрелось это офигительно. Эмиль был в восторге, смотрел на это с огнём в глазах, словно ребёнок, хотя он и есть ребёнок.

Неожиданно для него, горящий Ледяной феникс стал подниматься в небо, словно взлетая. "Но он ведь не из огня, как он взлетает?"- пытался понять Эмиль. Он стал тщательней смотреть на их площадку, пытался понять фокус. И он заметил. С кареты можно было увидеть, как на палатке, немного в стороне от центра площадки, лежал маг. "Судя по всему, маг ветра. Феникс ведь взлетает. Под ним нет ничего из других типов магии, значит точно маг ветра. Но почему он отдельно и прячется?"- пытался он понять. Чтобы лучше разобраться в этом, понять ситуацию, он решил подождать. Вот Феникс преодолевает высоту в два метра, в три... Маг огня стал демонстративно замахивать рукой снизу вверх. Он словно говорил:"Смотрите! Это я поднимаю этого Ледяного феникса!" И многие ведь поражались этому. Где же ещё было видано, чтобы маг огня поднимал что-либо, особенно ледяную "статую", своей магией огня. Из толпы людей слышались такие слова, как:"Вы что, открыли новую магию?", "Вы смогли открыть что-то новое в магии огня, преобразовать её по-иному!?", "Это новая ступень в магии?". Множество мнений, множество вопросов. И все ждали, что же скажет этот самый вундер, маг огня. Сам вундер тянул момент, подогревая толпу. Он продолжал держать одну руку сверху, показывая, что он до сих пор контролирует высоту. Другой же рукой он призывал толпу к авациям. "Как же вами легко управлять. Приехать к обычным людям, зелёным магам, идеально. Всё, что я вам покажу, вы примете за чистую монету. Легко, и популярности прибавит..."- рассуждал вундер. Однако, если бы на этой ярмарке была бы мать Эмиля, то вундеру бы не поздоровилось. И хотя можно предположить, что сейчас творится история. Новое преобразование магии, новая ступень. Но Эмиль знал правду. И он мог бы проигнорировать жульничество, но не такое. Слишком большие масштабы для такой информации. "Они что, не понимают того, что эта популярность их погубит? Слишком в большое г**** они залезают",- пытался понять их Эмиль. "И ведь действительно, эта информация их погубит. Мазохисты-экстремисты что ли..."- всё ещё не понимал Эмиль. Одно он точно решил - нужно это пресечь. Ему не нравилось то, что вундер собирается ложно изменить информацию о магии. Нет, Эмиль за изменения. Разговоры о магии интересуют его, интригуют. Ему бы хотелось услышать о том, что маги научились создавать что-то новое, но слушать эти лживые слухи, которые вундер старается сейчас разнести, не хотелось.

Эмиль стал слазить с кареты и пока он слезал, увидел продолжение номера. Два других мага огня стали создавать узоры вдоль забора. Узоры летели к крыльям Феникса, постепенно потухая в начале пути, оставлял за собой дорожку из чёрного дыма. Это придавало Фениксу намного больший размер, нежели он был до этого. Крылья казались огромными, славно лишь за один взмах крыльев Феникс был способен бесконечно лететь по горизонту... Огня становилось всё больше и больше, народ восхищался, но их охрана стала ворчать, ибо эти узоры почти касались их. И если узоры не касались, то исходящее от них тепло от этих огненных заклинаний их уже явно не радовало. Маг льда, увидев это, поспешил их ублажить и сколдовал рядом с ними обычные глыбы льда, чтобы хоть немного да спала жара. Параллельно с этим, он сколдовал рядом с клювом Феникса закрытый шар с пустым пространством внутри. Работа ювелира. Другой маг огня поместил в него свой огонь. Огонь внутри бушевал, но лёд поддерживался и не таял. Сложно сохранить такой контроль, контролировать магию "на золотой середине", чтобы не изуродовать свой шар, нарастив на нём новый лёд, и тем временем чтобы не дать ему растаять под воздействием огня. "Хоть вы сейчас и пытаетесь жульничать, но это восхитительно. Профессионалы..."- всё равно восхищался вундерами Эмиль.

Эмиль слез кареты, взял ковёр, спрыгнул с повозки и побежал в обход. Через народ бежать было не вариант. Он шёл вдоль скопления народа. Через их головы было видно того самого Феникса. Он уже был готов пожалеть о своём восхождении на карету, но сверху было всё-таки лучше видно. И не просто лучше, а буквально всё видно, поэтому Эмиль быстро отбросил плохие мысли по этому поводу.

Он зашёл в заднюю часть центра, чуть сбоку от палатки. Народу было немного, но они буквально боролись друг с другом, чтобы хоть что-то увидеть за этой палаткой, которая закрывала им обзор на площадку.

Он решил сбить контроль у мага ветра. "Нужно попасть чем-нибудь по нему",- решил он. Отсюда было не видно этого мага. И действительно, заметить он его мог только с той самой кареты. "И будет творить Эмиль правосудие своей карающей рукой", - восторженно заявлял Эмиль, но никем не услышан, ибо его голос затмевали крики зрителей. Эмиль подыскал камней, сначала сложил некую опору на землю для ковра, после чего положил на эту опору ковёр, чтобы он не загрязнился. Теперь Эмиль был готов, ничто ему не мешало. Он набрал ещё камней и стал бросать их на палатку навесом, надеясь попасть в мага. Первые два броска были совсем неудачными: то попадали в палатку, то просто перекидывал через неё. Эмиль понял среднюю силу броска и стал кидать с новыми подсчётами. Он кинул ещё три камня, но , видимо, не попал. "Где-то зарылся вообще",- подумал Эмиль. Немного переосмыслив план, он взял камни поменьше и решил кинуть сразу горсть камней, ну а после уже кинуть в быстром темпе камни побольше.

Эмиль взял в руку заготовленную горсть камней. Замахнулся и кинул... Разброс камней был небольшой, но промахнуться он не мог. Именно в том направлении находился тот маг.

Через секунды две Эмиль услышал лёгкое недовольство сверху на палатке. Этого было недостаточно, нужно попасть камнем побольше. Эмиль мгновенно взял камни побольше и стал бросать их в направлении того едва ли слышимого звука, который издал маг. Кинув несколько камней, Эмиль услышал вздохи людей, после чего в тот же миг треск, словно что-то упало и разбилось. "Неужели получилось? Феникс упал?"- надеялся на это Эмиль. Он не видел того, как Феникс разбивается из-за палатки. И уж очень он хотел посмотреть на то, как что-то такое огромное разбивается на кусочки, но, увы, такова цена спасения.

Так как народ теперь не визжал от восторга, Эмиль прекрасно услышал мага ветра, в которого он попал. Тот немного постанывал и приговаривал:"А-а-ай" от боли. Должно быть, он попал ему точно в голову.

Эмиль, недолго думая, решил убежать обратно к карете, ибо понимал, что этот маг его по добру не отпустит, если тот конечно его заметит.

Идёт Эмиль так же в стороне от непонимающего народа и видит, как в воздух взлетают ледяные осколки того самого Феникса. "Похоже, маг ветра решил вернуть Феникса в небо. Правда, он что-то не понял, что Феникс разбился. Мозги поплыли что ли от камня... Может, он предполагал, что тот маг огня, который якобы держал Феникса в воздухе, будет продолжать демонстративно держать руку в воздухе, словно он всего лишь потерял контроль на долю секунды и из-за этого упал Феникс? Скорее всего..."- пришёл к такому выводу Эмиль. И он был отчасти прав. Ошибся только в маге огня, который после падения Феникса просто смотрел ошарашенно на его разбитые кусочки, ну а потом уже на резко взлетевшие его осколки. Чисто был в состоянии шока на протяжении всего этого времени. Похоже, он был не готов к такому фиаско. Может быть, они и могли бы реабилитироваться, если бы маг огня не стоял ступором, а в нужный момент, как и до этого, поднял руку, словно он действительно просто потерял контроль. Но этого не случилось. Народ негодовал. "Как же так? Вруны! Позор вундеров!"- отзывалось из толпы.

Вундеры напряглись, их охрана тоже. Эмиль добежал до кареты и стал постепенно на неё залезать, ему были интересны дальнейшие события. С повозки он увидел огненную голову дракона, которая понемногу поворачивалась вокруг самой себя. Должно быть, они хотели впечатлить толпу, чтобы пресечь постепенно нарастающий конфликт. "И нужно вам было так выпендриваться? Хорошие трюки же знаете. И дальше сыскивали бы себе так славу..." - пытался их понять Эмиль.

Дракон хоть и впечатлил, но толпа людей всё равно разочаровалась и не стала дальше смотреть. Стала постепенно расходиться. Хотя, вооружённая охрана тоже сыграла свою роль. "Кажется, их команду называли "Раунд". Скоро у них пойдут очень плохие слухи..." был уверен Эмиль.

Народ действительно расходился. "И это всё? Где хоть какое-то продолжение, неужели всем, чёрт возьми, пофиг?" - негодовал он. "Может, там всё-таки что-то происходит?" - и он полез на карету, чтобы увидеть чуть больше. Лезет себе Эмиль спокойно и видит, что у дверцы кареты открыта шторка. А ведь она была закрыта до этого. "Там что, кто-то всё это время там был?" - удивился Эмиль, даже забыл про вундеров. Он слегка подался вправо. Опасная ситуация, он находится на одном уровне с этой дверцей. Если его видели и то, как он залезал наверх, то... никто не знает, что будет. "Если это карета вундеров, то они сейчас очень в плохом настроении... Но что, если это не их карета? В целом, шикарная карета с вырезанными узорами, на которых изображён цветок "панамари". Довольно-таки дорогой цветок: белый бутон с красными усиками, шершавым стеблем и листьями. И этот цветок раскрывается только в полнолуние, тогда же его стебли и листья становятся гладкими. Цветок вот дорогой, но как конкретно узор повлияет на престижность этой идеально чёрной кареты? Даже не знаю, лучше вундеры или этот неизвестный хозяин..."- быстро размышлял Эмиль.

Эмиль немного передвинулся вправо и теперь видна не часть его тела, а полноценное уже такое тело. Как-то поуважительней так выглядит. "Надо было бежать! Нафига я все это делаю?! Ладно... Если бы просто стал убегать, то хозяину это точно не понравилось бы",- паниковал он.

Эмиль слегка наклонил голову и, действительно, там было два человека. Беловолосые мальчик лет восьми и девушка лет восемнадцати. "Причем такая ярко выраженная девушка", - мимолётно заметил Эмиль. Её чёрно-белое одеяние из белой рубашки и чёрных брюк уж больно сильно были обтягивающими, подчёркивая её формы. И без того большая грудь казалась ещё больше... "И ведь даже пуговица расстегнута сверху, явно специально сделала. Кого же тебе надо соблазнить, тигрица... Нет, пиратка. Белая рубашка и чёрные брюки - уж больно похоже на одеяние пиратки. Но наверняка это просто для красоты... надеюсь", - рассуждал Эмиль по поводу этой "беловласки"- так он решил её назвать. Про пуговицу же Эмиль после понял, что ей мешало быть застёгнутой сверху. Но ничего, Эмиль ещё только набирается опыта в этой жизни. Всё успеется.

Что касается парня, то в его восьмилетнем возрасте уже читалась уверенность. Именно взгляд её выдавал. Надменности не было, именно уверенность. И чтобы это подчеркнуть, на нём тоже были надеты чёрные брюки и белая рубашка, но уже с клеймом, которое он не разглядел. "А вот у девушки его не было", - заметил Эмиль. Образ делового интеллигента. "Неужели какая-то семья его отправила?"- подумал он. Но опять же, для чего? И что они делают здесь? Этого он понять не мог, маловато информации, да и не спрашивать же её у них. Нагловато для человека, который несколько раз карабкался на их карету. "Если это будущая гроза девушек своеобразный посол своей семьи, то эта девушка явно непростая..."- подумал он.

Так вот, два этих красивых лица смотрели на Эмиля. Парню было немного всё равно и он смотрел на него, облокотившись на свою левую руку. Он словно ждал чего-то интересного. "Довольно-таки хороший знак, наверное..."- надеялся Эмиль. "Не будет же он и дальше забавляться надо мной? Хоть бы отпустил..."- пытался понять Эмиль повадки этого парня. И если парень, как минимум, смотрит не так плохо, как того ожидал Эмиль, то вот девушка уже совсем выбила его из колеи и свела возможность думать на "нет". Она улыбалась и смотрела на него, вытянула руку в сторону Эмиля и повела пальцем влево-вправо, словно говорила:"Ай-ай-ай, так делать нельзя. Нехороший мальчик". Эмиль совершенно не понимал, что ему делать. "Какой сделать следующий шаг? Извиниться и ждать, либо после этого сразу уйти? Лучше второе, а то ещё придумают что-то",- решил он.

-Извините, пожалуйста. Сглупил, пытался посмотреть на вундеров. Простите... - виновато говорил он. Посмотрел на них. Парень улыбнулся, обычная нейтральная улыбка, но даже такой достаточно, чтобы покорить сердце дамы. Эмиль был в этом уверен, сам он удерживается от этой мысли только из-за того, что он мужского пола. "Ты же не пытаешься вселить в меня свои чары? Смотрел бы попроще. Лучше бы девушка справа от меня пыталась это сделать",- думал Эмиль, а также о том, что, может, он эту девушку тоже зачаровал? "Ах ты сраный маг",- сразу же отреагировал на эту свою мысль он.

Что касается девушки, то она уже просто смотрела на него, но с той же заигрывающей улыбкой, словно ей просто было занятно за ним наблюдать. "Странные вы. Хоть бы слово сказали. Хотя нет, лучше уже молчите",- пытался понять их Эмиль. Но ему же проще, молчите...

Эмиль поклонился каждому из них и поспешил удалиться, сначала спрыгнув на свой ковёр, взяв его, опять спрыгнув, и, наконец, убежал подальше от кареты к ярмарочным лавкам, переулкам. Оглядываться он не стал, не хотел спровоцировать их на дальнейший диалог.

К ярмарочным лавкам Эмиль пришёл одним из первых. Точнее, люди тут уже были, которым было не до вундеров. Одним из первых среди той толпы людей, которые как раз-таки смотрели на представление вундеров, но и они постепенно заслоняли эти переулки. Людей становилось всё больше и больше. Былой рынок стал самой настоящей ярмаркой. Множество предложений, игр-конкурсов с призами, еды и безделушек. И, самое главное, зазывалы! Они были везде, каждый хотел втюрить свой товар по акции. Зачастую бесполезный, который просто для красоты. Это в лучшем случае. Некоторый товар купишь, поставишь куда-нибудь и забудешь. "На такое точно не следует попадаться, воздержись..."- настраивал себя Эмиль.

У него было немного денег. Спасибо за это маме. Она иногда даёт ему несколько медяков, иногда больше. В такие моменты ему неловко, но он очень благодарен ей за это. Приятно... Эмиль копит их и обменивает на серебряные монеты и только потом уже тратит. "Уж прости мам, но на столько медяков не пошикуешь",- приговаривал он себе и откладывал. Он не обвинял маму. Как и говорилось ранее, он всегда радовался этому. И хорошо, что Эмиль умел копить, а не тратил два медяка на пирожок. Курс же составлял один серебряный за пятнадцать медных, а обратно уже как повезёт.

Деньги. Накопил Эмиль два серебряных и четыре медяка(медных). Если в медных, то тридцать четыре медных монет. "По сути, семнадцать пирожков. Столько же яблок в карамели. Одиннадцать устриц, одиннадцать пантелок... Пантелки... зефирные шарики в соусе, вкуснота. Ещё это может быть пять стейков и один краб. Можно взять всякого, это даже не вся еда, которую я перечислил... Из всего этого меня привлекают пантелки и стейк. Возьму две пантелки и один стейк, уже минус двенадцать медных. Почти один серебряный. Ладно, гуляем, пусть будет без сдачи. Три пантелки! На что потратить оставшиеся девятнадцать медных монет? Нужно потратить их на какие-то конкурсы..."- размышлял Эмиль. И он пошёл за едой к лавкам...

Идёт Эмиль вдоль лавок, наслаждается своей оставшейся единственной пантелкой и смотрит вокруг. Несмотря на вундеров, все радовались, смеялись. Ходили компаниями, семьями и разговаривали друг с другом и всем им было хорошо. Эмиль шёл один, если, конечно, не считать ковёр, который он всё это время тащил на плече. И, на удивление, ему тоже было хорошо. Ему достаточно было хорошей обстановки вокруг него. "Да, этого достаточно. Похоже, я такой человек. Хорошо самому тогда, когда хорошо другим..."- с теплотой в душе подумал Эмиль и пошёл себе дальше в направлении к развлекательным лавкам.

Пока Эмиль шёл, он приметил то, что на ярмарке подозрительно много этих самых зазывал. Уже трое успели пристать к нему: кто-то предлагал всякие безделушки, а кто-то пытался даже купить ковёр. "Надоели. Не ярмарка, а рынок какой-то",- ворчал Эмиль. И лишь последний кусочек пантелки сохранял его рассудок. Правда, сам факт того, что это последний кусочек, немного его расстраивал. "Больше брать нельзя, терпи",- говорил он себе.

Эмиль хотел пойти на конкурс, в котором ему придётся сражаться палкой, на конце которой будет находиться подушка. Весьма плотная подушка, оттого ею легко скинуть человека. Собственно говоря, веса это тоже прибавляет, поэтому для ловкого орудования этой палкой придётся очень постараться. И весь этот бой проходит на одном бревне, которое находится в метре над землёй. Падать небольно, подушками помягче забрасывают всю возможную зону падения. Можно подумать, что это слишком просто. Ну, да, так и есть. Это ведь для веселья. Окружающие смотрят и смеются над смешными попытками участников выиграть. Само участие усложняет вступительный взнос и конкуренция. Есть те, кто хочет просто посмеяться, но большинство хочет выиграть. "Смеются разве что уверенные в себе люди, наверное?"- думал про участников Эмиль. Сам он находил себя уверенным по отношению к этому делу, но время посмеяться он не находил. Только концентрация. В будущем может и будет смеяться во время боя. "Хотя... а как же уважение своего противника? Неправильно это, кажется..."- усомнился в себе он.

Раньше Эмиль смотрел на это со стороны. Сначала действительно было забавно. Сами участники прикалывались, падали и смеялись. А к концу последние три боя уже были серьёзными. Захватывающе было за этим наблюдать. Полный профессионализм. Сейчас вот только таких профессионалов стало мало. Разъехались такие люди... И вот теперь уже Эмиль идёт туда как участник, будет биться среди таких же молодых. Навыки, которые он пытался скопировать у отца и старшего брата в процессе их тренировок давали понемногу плоды. И наверняка Эмиль встретит там тех, с кем раньше дружил, но ему бы хотелось, чтобы этих людей было меньше. "Пусть будет больше приезжих..."- искренне хотел этого Эмиль.

Пока он рассуждал насчёт этого, он почувствовал странную резкую лёгкость в его теле. Эмиль, недоумевая, повернул голову направо и... он ничего не увидел. Пустота. Его плечо пустое. Он слегка приоткрыл рот и такой:"Что, б****?!" Он моментально повернулся назад и увидел, как через толпу людей толкается человек в противоположном от него направлении. И хоть он и понимал, что его ограбили, но он искренне не понимал как. "Как так он умело сделал? Годы практики своими умелыми ручками? Умелый вор. Но не бежать за ним будет глупостью". И Эмиль побежал. Толпа постепенно сходилась в одно целое, тем самым понемногу скрывая вора. Ему приходилось толкаться с ещё большей силой, чтобы поспевать за ним.

Вот бегут они через лавки по переулку. Эмиль заметил, что вор бежит совершенно не в направлении к выходу. "Он где-то хочет укрыться? Или есть люди, которые могут его прикрыть? Плохо. Если люди действительно есть, то это очень плохо. Надо догнать его до этого момента. Такс-с, а что будет, когда я его догоню? Что ему сделает пятилетний мальчик? Правильный ответ - ничего. Погодите, а почему я не зову на помощь? Вот же дурак, привык полагаться на себя..."- рассуждал в погоне он, после чего сразу же крикнул:

-Остановите его! Ковёр украли! Помогите, кто-нибудь! Пожалуйста... - взывал он к людям.

Сам народ, услышав это, стал сначала, недоумевая, коситься на них. И, видя набегающего на них мужика с ковром, стал расступаться, от чего вору стало только проще бежать. Эмилю тоже стало проще бежать, но шансов убежать у вора было намного больше, чем у мальчика пяти лет. "Как-то нечестно",- сразу же подумал Эмиль, а уже только потом о том, что уж лучше бы он не просил их о помощи. "Самому было проще. Так ему хотя бы люди мешали разогнаться. Неужели меня реально ограбили? Почему... вот просто как это получилось-то, а?! И люди стоят истуканом, совсем не помогают. Как вы все живёте тут вообще, да и просто как выжили? Ходите, смеётесь вместе, но всё равно пофиг друг на друга, ну или вы слишком равнодушны к другим... Да чтобы вы все провалились..."- разочарованно кричал он в душе. Эмиль стал понемногу останавливаться, ибо он понимал, что так просто он вора уже не догонит. Остановившись, он стал обводить каждого человека взглядом. На мгновение на ярмарке повисла тишина, все смотрели на потерявшегося мальчика. Наверняка каждый хотел помочь ему, но кто-то побоялся, а кто-то просто думал:"Ему помогут". Но не помогли. А что мальчик? А мальчик упёрся руками в коленки и постепенно восстанавливает дыхание после недолгой пробежки. Недолго, но слишком резкая и волнительная. И всё, что оставалось мальчику - это тихо сказать:"Суки..." Собственно говоря, это он и сказал. Может кто-то и услышал его, но мальчику было уже всё равно. Он решил ещё раз посмотреть вслед убегающему вору и увидел то, как на этого вора накинулся мужчина. Вор упал, но он не остался лежать. На удивление людям, за спиной вора что-то взорвалось. Какой-то белый шарик появился и в зоне своего шара сотворил взрыв. Маленький взрыв, но наверняка убийственный. Мог бы быть убийственным для мужчины, который опрокинул вора, но взрыв его не затронул. Этот маленький "бум" ударил словно в стену перед лицом этого мужчины. Это был щит из маны. И хоть щит его спас, но от ударной волны он не помог. Мужчина отлетел в сторону лавки и едва ли её не разнёс. Людям тоже повезло успеть отойти. Мужчина, падая на живот, прикрыл голову руками. И опять же щит. Так бы он ободрал себе руки, но весь удар принял на себя щит. Ободранных рук нет, но есть ушиб, ибо удержать себя щитом над землёй невозможно, вследствие этого он растворился. У Эмиля в голове пронеслось несколько мыслей. Первая:"Есть всё-таки люди, готовые помочь". Вторая:"Угораздило же мне столкнуться с двумя магами". И третья:"Кажется, этот мужчина - маг огня. Причём тот, который сегодня облажался... Ох, знал бы он, что это всё из-за меня... Хотя, за счёт этого он наверняка хочет реабилитироваться перед людьми, хитрец".

Это действительно был тот вундер. Он быстро встал и сколдовал "цепь пламени" навстречу летевшему в него взрывающегося шарика. Заклинание, словно огненной цепью, полетело на него. Цепь разрушила шарик, или, вернее, убила? Ведь его противником был вор, владеющий магией духов. И эти маленькие шарики - это не просто заклинание, а духи, прямо как маленькие летающие феи, которые несут за собой заклинание. Прям слуги...

Было ещё несколько таких атак, народ поспешил уйти от них, а хозяева лавок забрать всё самое дорогое, чтобы хоть что-то спасти.

По мнению Эмиля, маг огня проигрывал. Несколько раз использовал щит от очень сильного удара, также эти огненные цепи, которые были направлены только на защиту, летели навстречу духу и после растворялось заклинание.

Вор стал использовать ещё одно заклинание. "Похоже, мысленно передавал заклинание, раз не расслышал",- подумал он. Дух поднялся невысоко и стал осыпать мага огня небольшими лучами маны. Словно пули. Вор атаковал уже двумя заклинаниями. Вундер принялся уклоняться от атак просто убегая. На те же выстрелы, которые могли в него попасть, он использовал щит. Иногда не зря, а иногда щит уходил впустую. Прикол в том, что постоянно его поддерживать до невозможности тяжело и маназатратно.

Через некоторое время вундер таки собрался с силами и использовал "дыхание огня". Из его рта огромным облаком полетело пламя в сторону этих атакующих духов. Вор не стоял всё это время на месте, он передвигался и кидал в вундера метательные ножи.

Вундер, уничтожив духов, переключился на бегающего вора. И тоже невербально сколдовал огненную птицу, но уже не Феникса, хоть и тоже внушительных размеров. "Должно быть, орёл?"- сразу же подумал Эмиль, увидев эту слишком похожую на него птицу.

Быстрое заклинание, увернуться очень тяжело. Орёл мигом метнулся на вора. Вор же сколдовал две "стрелы духов", сначала на вундера, чтобы он не взял инициативу на себя, а потом уже на этого орла. Но, попав по орлу, тот не растворился. Стрела пролетела через орла, оставив в нём отверстие и полетев дальше. Вор понял, что дело несладко, заклинание ему не остановить своими силами. Заклинание щита давалось тяжело вору и, ничего лучше не придумав, он решил закрыться от орла ковром. Эмиль даже услышал отчаянный вскрик вора, который был готов к худшему, а вскрикнул он самое понятное всем слово "б****!" Страх умереть пронзил его. И Эмиль увидел это отчаянное лицо... И своё тоже, ковёр...

Орёл попал в цель, оставив за собой неяркую вспышку и клубы пламени, разлетевшиеся в разные стороны. Вор же остался невредим. Он почувствовал лишь лёгкий толчок. Цел вор, но не цел ковёр. Орёл не нанёс урона, но достаточно сильно повредил ковёр, оставив его весь обгорелым. Красивый ковёр покрылся почти весь чёрной корочкой, оставив целую часть только по бокам. Пострадал не только ковёр, но и Эмиль, который всё это видел. Он не находил слова, которыми мог бы передать все свои эмоции. Он тихо, не спеша присел как йога, но без нужного положения рук. Слегка улыбнулся и посмотрел на небо, после чего тихо сказал:" П****ц..." Одно слово - тысяча эмоций. Не было криков, он просто так же тихо сказал:"Везёт же мне так... На фигню всякую попадаю. Когда же я успел нагрешить так сильно?" Эмиль смотрел наверх и выглядел это так, словно он ожидал ответа, но, конечно же, ему никто не ответил. Он сжал губы, съел все свои нахлынувшие эмоции и стерпел, после чего посмотрел на поле боя и заметил, что вундер ранен. Правое плечо было разодрано, кровь текла рекой. Вундер увернулся от летевшей в него стрелы духов, но переместился он именно в то место, куда прилетела другая. Свой же орёл помешал ему увидеть её. Что касается вора, то Эмиль увидел, что он смеялся, смотря на ковёр.

-И это всё?! Сколько грации, эффектов, а по итогу какой-то "пых" и всё. Чего ты вообще хотел добиться, влезая в это? - смеялся вор, понемногу подходя к вундеру.

-Да брось, тебе просто повезло...- попытался улыбнуться вундер, но его едва ли целая рука отзывалась яркой болью на его лице.

-А вот тебе не повезло, - уже серьёзно начал вор и стал колдовать стрелу за стрелой в вундера.

Вундер, несмотря на боль, пытался не терять концентрацию. На каждую атаку вора использовался щит. Пять стрел заблокировал вундер, после чего его цвет глаз окрасился в оранжевый. В этот самый момент он направил свою целую руку на вора, крича:"Сгори тварь!" Одарил его нескончаемым огнём.

Вундер верил в себя, верил в то, что победит, но со стороны было видно, что весь этот огонь поджаривает не вора, а "яйцо", которая сделали духи вора. Полное защитное заклинание. Не может сам сколдовать щит, так пускай это сделают духи.

Обе руки вундера стали чёрными и стали покрываться трещинами, словно раскалённые угли. Последствия перевоплощения, до предела ещё далеко, но наверняка вундер до него не дойдёт...

Остановив свою атаку, вундер увидел это самое "яйцо". На его лице читались слова:"Мне что, конец?" Он не знал, что ещё придумать против него. Решил пока что ещё немного прижечь свою израненную руку своим пламенем, прижечь раны... Теперь он ждал. Может быть помощи, спасения, но помочь ему никто не мог.

Вор стал убирать так называемое "яйцо" и десяток духов разлетелись в разные стороны, но недалеко от вора. "Красивое было яйцо, словно в пупырышках, ячейках..."- подумал Эмиль, стараясь отвлечься от своей потери.

Вор посмотрел на него, потом на одного из своих духов. После этого вор и дух выстрелил одновременно стрелой. Вундеру пришлось для концентрации выставить перед собой руку. Без этого он не смог бы держать щит, слишком много сейчас у него отвлекающих факторов...

Вундер заблокировал сразу две стрелы, новый взамен перевоплощение дошло до его шеи. Наверняка под его одеждой та же самая обгорелость, что и на его руках с шеей. Он посмотрел на вора и увидел, что самый верхний дух из всех выпускает другое заклинание. Тоже стрела, но другого цвета, более светлого... Стрела с элементом ветра. Соответственно она и называется ,"ветряная стрела". Летит намного быстрее с той же мощью, что и стрела маны.

Вундер предусмотрительно выставил ещё раз щит, но... он выставил его не в том направлении. Дух целился не в грудь, а в ногу. Туда стрела и попала, пройдя ногу насквозь и оставив вокруг отверстия небольшую воронку. Эмиль только и успел подумать о том, что маги зачастую используют щит только в направлении атак, в их зону поражения. И вот так маги совершают роковую ошибку, плохо рассчитывая направление атаки противника. Маги могли бы использовать полный щит, но они бы тратили неимоверно много маны. А что касается вундера, то, пока Эмиль размышлял о своём, вундер орал как резаный. Эмиль в один момент даже дрогнул от его крика. Всё это время народ ахал, охал, смотрел и не вмешивался.

Вор развеял восемь духов, оставив только двоих. Он тоже на их контроль тратил достаточно маны. Вор подошёл впритык к вундеру и тут народ начал говорить, что не надо его убивать. Человека три даже кинули в него яблоко, но тот ловко увернулся от двух, а третья поймал лезвием своего кинжала. Вор посмотрел на это яблоко, откусил, после чего сбросил яблоко взмахом кинжала.

-Надо было раньше что-то с этим делать. Поздновато спохватились... - договорив, вор мгновенно воткнул свой кинжал в грудь вундера. Не было предсмертного крика, слов. Был просто взгляд, который говорил, что он не хочет умирать, не хотел... И слеза, последняя слеза... - Думаю, я сделал тебе одолжение, не оставив тебя живым калекой, ну или умирающим в агонии. - сказал он очень тихо...

И действительно, все поздно спохватились. Стала подбегать охрана вундеров и сами охранники на ярмарке, а вместе с ними и другие вундеры. Вор сразу же поспешил убежать. Все побежали за ним, кроме одной женщины, которая подошла к убитому и обняла его. Сквозь перевоплощение, его угольную кожу, просачивалась кровь. Женщине было всё равно на это. Её ярко-жёлтое платье пропиталось его кровью, но горечь девушки была неизмеримо больше какого-то там платья. Она прижимала его к себе и тихо плакала...

Весёлая Атмосфера на ярмарке мигом сменилась унынием и печалью. Никто не обращал уже внимания на недавний грех этого мужчины. Возможно, их уже мучила совесть за своё бессилие.

Все смотрели на убитую горем женщину. Те, на ком были головные уборы, поснимали их. Эмилю было всё равно на мужчину, но ему было очень больно за эту женщину. Печально, грустно. Он хотел подойти к ней, но эти его действия сделали бы хуже для него самого. Он этим настроил бы её против себя. Поэтому, Эмиль сразу же отбросил мысли о том, что ему следует что-либо ей говорить. И, как бы это грубо не было по отношению к усопшему, Эмиль стал понемногу уходить. Его путь лежал к тому конкурсу с бревном и подушками. Но уже не просто участвовать, а выигрывать. Ему нужны были деньги на новый ковёр. Он посмотрел в последний раз на эту печальную сцену и пошёл...

Том 1 Глава 9: Не игра, а побоище.

Некоторое время спустя, Эмиль добрался до места конкурса и случилось это без происшествий. Осталось только записаться. Чтобы это сделать, нужно было подойти к зазывале и купить у него так называемую возможность победить. Собственно говоря, это Эмиль и сделал. Теперь нужно было ждать начала...

Началось всё спустя двадцать минут. Как ранее и говорилось, сначала люди участвуют просто для веселья, но Эмилю было не до веселья. Он сразу собирался действовать всерьёз. А что касается конкурса, то Эмилю поставили в противники взрослого мужчину лет двадцати пяти - тридцати. В каком-то смысле слова, он пришёл уже весёлый... Потом уже станут ставить противников приблизительно роста Эмиля.

Каждый встал на бревно. У маленького Эмиля было преимущество. Он благодаря своим габаритам мог ловчее передвигаться на бревне, чем его оппонент. Впрочем, это был ещё и минус. Его же габариты прямо ему говорили, что он не имеет права ни на одну ошибку. Даже маленькую. Просто одно попадание моментально выводит его из игры.

-Начали! - и сотня, а то и больше, болельщиков стали кричать, поддерживать участников. По этой команде зашевелился и сам мужчина. "А для пьяного ты достаточно ловок и осторожен",- подумал Эмиль. Что же получается, плюсов у него совсем нет?

Этот бородатый пьяница стал быстро перебирать ногами, короткими шажочками. Эмиль даже ненадолго остолбенел от его напора. Народу понравилось такое смешное перебирание ногами.

Эмиль, собравшись с мыслями и придумав тактику, сделал несколько маленьких шагов вперёд. Они уже оказались близко друг к другу. Эмиль, то ли из-за своей тактики, то ли из-за более длинных рук противника, решил отдать право нанести удар первым. Но на этот удар ещё нужно было спровоцировать противника. По его тактике, он хотел, чтобы тот нанёс удар сразу же при сближении. Если он остановится заранее, то победа этого мужчины "пьяного стиля" будет лишь вопросом времени. И то, крайне маленького кусочка времени.

Эмиль сделал небольшой выпад. Противник, доделывая последние шажочки, к счастью Эмиля, купился на этот выпад. Наверняка он даже не думал об этом, как о выпаде. Просто увидел то, как мальчишка делает шаг в его сторону, выставляя палку, к тому же с подушкой, вперёд. "Мальчишка сам хочет проиграть",- думал он. И он просто решил этому помочь. "Он этим выпадом меня и с места не сдвинет. И то, едва ли дотянется",- продолжал тот. На его выпад он ответил размашистым ударом справа.

Эмиль этого и ждал. Он резко оттолкнулся передней ногой и перевёл весь свой вес на неё. "Одно неверное движение и я упаду без боя",- пытался избежать он этой ошибки.

Подушка мужчины прошла в сантиметре от его головы, её уголок прошёлся прямо возле глаз Эмиля. И, едва ли подушка минула его тело, Эмиль сразу же немного замахнулся сам, но не в него, а на палку противника, в сторону конца его замаха. Эмиль это сделал, чтобы замах противника продолжился насильно. В лучшем случае, мужчина потеряет равновесие и упадёт. В худшем, просто чуть-чуть потеряет равновесие, но он точно будет удивлён этим. Вследствие этого, он выиграет небольшое мгновение для следующего манёвра. В целом, Эмиль представлял себе последний вариант событий. Первый был слишком радужным для него.

По итогу, так и случилось, именно последний вариант сработал. Мужчину слегка занесло от такого манёвра и, чтобы сохранить равновесие, он встал вертикально к Эмилю. И Эмиль увидел шанс. То, как ему дальше продолжать этот поединок.

Эмиль шагнул вперёд правой ногой, сделал на неё упор, после чего сразу же стал замахиваться левой ногой за его коленку точно сгиб. Удар... И нога противника согнулась, после чего весь вес противника стал тянуть его вниз. Иным словом, падать. Эмилю самому повезло не упасть от такого удара. Даже в такой ситуации стойкость этого мужчины была на высоте.

Одно мгновение, один выдох. И люди стали аплодировать и смеяться над глупостью, самоуверенностью мужчины. Да и сам мужчина, упав, взялся рукой за голову, улыбнулся и стал смеяться. После этого он встал, подошёл к бревну, на котором стоял Эмиль. Взял его на руки и поставил его на землю, а после похлопал его по голове со словами:"Молодец! Ты меня очень удивил и повеселил, парень!"

Эмиль невольно улыбнулся от такой похвалы. Стало так хорошо, поднялось настроение. Эмиль запомнил этого мужчину. Его борода, как у одного железного человека. Вроде суровый, но в то же время взгляд весельчака. "Словно наставник, но, увы, просто пьянюга",- подумал Эмиль. Но даже такого его он запомнил. Хороший человек, который уже скрылся в толпе...

Эмиль присел на скамейку, посмотрел на палящее солнце и сказал тихо вслух:"А хорошо получилось. Смотрите же, как я одержу победу и дальше..." Сказал он это то ли зрителем, то ли кому-то более высокому...

Он смотрел на поединки других кандидатов. Были и прошлые друзья, но многие из них проиграли. Наступали и его поединки. Какие-то были лёгкие, какие-то сложные. Но все пока что побеждались. Следующим противником Эмиля был парень двадцати лет. Тот сам плохо удерживал равновесие и Эмиль победил его победным замахом слева. Простой был бой. Но оно и ясно, люди приходят посмеяться.

Дальше уже попался мальчик десяти лет, уже делали приблизительно к его росту. Тут уже шёл полный обмен ударами. Палка о палку, подушка о подушку. Но и тут Эмиль победил. Он сделал резкий рывок на противника после очередного обмена ударами. Это был буквально таран. Так он и снёс противника своей инициативой. Слегка надавил при таране и через несколько мгновений тот упал.

Удивлением для Эмиля был следующий противник. Это оказался его прошлый друг, Форд. Если коротко, то драчун. Эмиля он не задирал, ведь друзья. Но как тот поведёт себя сейчас? Он не знал...

Они поднялись, некоторое время смотрели друг на друга. Тишину нарушил первым Форд:

-Ну что? Что ты думаешь об этом?

-О чём? Ты про наш поединок?

-Нет, - покачал тот головой. - Я про ситуацию в целом вокруг тебя. Почему с тобой советуют не общаться? Что ты такого сделал?

-Я и сам бы хотел знать, Форд. Всё произошло слишком резко.

-Ничего не знаешь? Нас же не просто так просят, а иногда и запрещают хоть как-то с тобой связываться. И ты ничего не знаешь?- уже спрашивал Форд более резко.

-Я действительно ничего не знаю...

"И правда, почему их просят?"- задумался на секунду Эмиль, но тут же отбросил эти мысли, ибо сейчас было совсем не до этого.

-Хорошо, я тебе верю...- и тут же стал "бежать" по бревну до Эмиля.

Слишком резко всё началось, но у него было время среагировать. "Остановить его ложным выпадом? Просто напугать? Почему-то щас вообще не хочется что-либо придумывать. Хочется решить все сразу, но согласится ли с этим он? Посмотрим..."- и этим одним ударом стал замах слева. Форд решил сделать тоже самое, он тоже захотел закончить это быстро, но для эффекта почему-то начал делать это с криком, ну или с боевым кличом. Достаточно тяжело было определить это. "Вот раскричался",- подумал Эмиль и сказал вслух:"Не кричи" уже в момент удара, словно в замедленном времени.

Каждый замахнулся со всей силой, что у него имелась. Подушка о подушку, каждый в неё целился. Удар... И каждый по инерции падает с бревна. Но никто не хотел проигрывать и каждый успел ухватиться за бревно. Уже и падать всего ничего, но каждый держался. Разница была только в том, что Эмиль не уронил палку, а вот его оппонент был без нее. "Уронил?"- пытался поверить в это Эмиль. И действительно, валялась снизу. "Шанс. Нельзя останавливаться. Прости, Форд, но щас будет больно..."- и с этими словами Эмиль стал бить Форда по пальцам. Он хотел, чтобы тот их разжал и упал... Эмиль не останавливался, продолжал бить палкой. Форд же держался очень крепко, терпел... В один момент Форд попытался толкнуть Эмиля ногой, но не попал.

-Прости,- сказал Эмиль с сожалением, после чего ударил чуть сильнее.

Форд уже не смог удержаться и упал...

После его приземления Эмиль фактически победил. Он перестал держаться , плавно приземлился и подошёл к Форду. Его пальцы были полностью красные, всё будет в синяках...

-Ты в порядке?- спросил Эмиль, хоть и видел, что тот точно не в порядке.

-Тебе тут уже не место, Эмиль, - сказал Форд, не поднимая на Эмиля взгляда, - Не я тебя выгоняю, но в будущем точно попытаются это сделать. Это сейчас ты изгой, потом может стать только хуже. Тебе нужно с этим что-то делать. Больше нам не следует говорить, - сказал серьезно Форд, после чего только при помощи ног встал и пошёл. Эмиль же просто смотрел ему вслед.

Эмиль, несмотря на аплодисменты толпы, остался в тишине, наедине со своими мыслями. Он не сказал Форду напоследок ничего, так как наверняка такие дружелюбные разговоры друг с другом не принесут ничего хорошего для него. Что касается их разговора, то тут точно что-то нечистое. На него сейчас смотрят с подозрением прошлые знакомые, но именно взрослые всегда реагируют одинаково негативно. Нет, бывали случаи, да хоть недавно вот, когда смотрели с сожалением. Иногда и такое бывает. "Всё равно у всех неординарная реакция. Ничего не понимаю... Надо просто продолжить побеждать. Ещё два раунда..."- собрался с мыслями он.

Но, следующий раунд для него не наступил. Точнее, он был готов и ждал его. И его противник тоже ждал. Но его неожиданно стала уводить мама. Крики были... "Кажется, что-то было про деньги. Неужели взял тайком?"- удивился Эмиль. Ведущий засмеялся, люди тоже засмеялись:

-И такие случаются казусы, господа, - смеясь, сказал ведущий, после чего продолжил:- Тратьте свои деньги и столько, Сколько можете себе позволить потратить. - неожиданно для всех, ведущий призвал к морали всех слушателей. Все на секунду задумались над этим, но через несколько мгновений каждый стал говорить о своём, ожидая последнего раунда среди "мелких".

Эмиль, ожидая следующего соперника, смотрел на публику. Много кто его поддерживал. Кто-то выкрикивал его имя. "Вот она, слава?"- с усмешкой думал он. Но это были все приезжие. "На удивление, сегодня очень из много. Повезло",- заметил он. И это было хорошо. В противном случае могли быть одни недовольства при его участии.

"Выходит, полуфинала не будет. Сразу финал. Противник, кажется, какой-то парень соломенными волосами. Несколько туров назад победил противника ударом ноги. Чисто сумел подойти близко и ударил в торс. "Убрать подушку и он явно бы кого-то убил", - размышлял о следующем туре и в своём противнике Эмиль.

Отдыхал он так пять минут, после чего ведущий протрубил в тромбон - знак начала следующего раунда, финала для Эмиля. Эмиль встал, отряхнулся и пошёл к месту проведения финала. Придя к месту, он заметил некоторые изменения. Он отошёл отдохнуть на две минуты и за это время на месте проведения появилось ещё одно бревно. "Вот он, тот самый финал, где нет уже шуток", - с равнодушием проговорил он.

Вот уже ведущий призывает подняться сначала на трибуну Эмиля и его оппонента, которого представили как Верлона. Когда Эмиль поднялся на трибуну, его представили как умелого смельчака, "везучий малый". С последним Эмиль был готов поспорить, это везение добыто кровью и потом. Но его всё равно встретили овациями и Эмиль решил не портить окружающим обстановку. После Эмиля уже представили Верлона. Его заслуженно назвали воином Света, то есть назвали современным будущим рыцарем. Эмиль видел его в деле, но ставить сразу вровень к воинам Света... для него это было странно. Однако, заявление про воина Света впечатлило всех не так сильно, как сам Верлон. Облик юного бойца свёл с ума всех девочек среди зрителей. Эмиль видел знакомых девочек, ему было забавно смотреть на то, как его прошлые знакомые сейчас теряют голову по этому парнишке. "Ещё один кадрила, многовато на один день".

Несколько мгновений спустя они встретились наконец взглядом. И Эмиль кое в чём засомневался. "Беляш?"- неожиданно сказал Эмиль, имея в виду того парня с кареты. Сказав это, Эмиль неожиданно для себя, неосознанно прикрыл рот рукой, мол "случайно". Но назад не вернуться, Вернон услышал его. Он посмотрел на Эмиля, приподнял бровь, изображая недопонимание.

—Беляш? Так ты меня назвал? И это только из-за того, что там есть "бел"?

—Извини, просто я немного не понял. Ты ведь был с белыми волосами? - Эмилю стало немного стыдно за то, что он так назвал Вернона. Человека, который не сделал ничего плохого ему в том событии с каретой...

—Да, я был действительно с белыми волосами. Раз уж всё выяснилось, то смотри. - он вытянул руку вперёд, после чего что-то зашептал. Через несколько секунд на его руке от локтя до кисти стал вырастать ледяной шип. Когда он дошёл до кисти, он стал прорастать уже в длину, но уже в виде лезвия, вытянулась на сантиметров тридцать. После этого его волосы окрасились в белый. - Ну как тебе? Цвет волос можно скрыть специальной магической мазью с магазина, запомни это.

Продемонстрировав свою магию, он захватил внимание уже не только девочек, а вообще всех. Но вот что впечатлило Эмиля, Вернон даже не обратил внимания на них. Он всё это время смотрел на Эмиля. "Ужели у тебя есть что-то поважнее славы? И что именно из этого "важного" ты увидел во мне?"- рассуждал в своей голове он, всё так же не отводя взгляда от него.

—Что-то мне подсказывает, что я могу называть тебя Беляшом. - осмелился сказать это Эмиль.

—Не наглей. - сказал Вернон холодным тоном, после чего поднял свою руку с этим ледяным оружием. Через секунду этот лёд отсоединился и упал на пол, но не разбился. Вернон сам разбил своё "бывшее оружие" ударом ноги. Эмилю даже показалось, что разбилось не только его оружие, но и треснул пол...

Том 1 Глава 10: Финал

—Дамы и господа! Как вы могли ранее заметить, страсти у нас тут накаляются! Знакомые юноши сразятся друг с другом! Но не только это украшает сегодняшний день, ведь один из оппонентов умелый маг льда. Все вы видели его в действии. В тот момент каждый из нас почувствовал холодок в такую жару, так ведь? - после этих слов он окинул взглядом всю толпу, можно было даже заметить, что некоторые в толпе покраснели от данного вопроса. - Давайте же лицезреем сегодняшний долгожданный бой! - прокричал он и удалился.

Каждый из оппонентов поднялся на своё бревно, начинали с разных. Расстояние между ними можно было преодолеть только прыжком, чисто длина палки. На миг Эмиль задумался:"А есть ли у меня вообще шансы? Один лишь его удар может вывести меня из строя. Не знаю, что мне делать дальше. Бой вообще, наверное, продлится не более минуты. Уже победой будет то, что я смогу эту минуту выстоять". - пессимистично рассуждал он. Вернон же, видя его потухший взгляд, спросил:

—Ужели решил проиграть ещё до начала боя? - словно провоцируя, спросил он.

—Просто думаю, как тебя победить за минуту. - сразу же, уже с равнодушием, ответил Эмиль.

Договорив, Эмиль решил не тянуть и начать первым. И первым его действием стал прыжок на другое бревно. Приземлившись, стопа Эмиля немного проскользила, от чего он чуть ли не упал.

Вернон, увидев это, сначала одобрил его решительность, но после его приземления лёгкий смешок он сдержать не смог.

"Довыпендривался, - про себя он так подумал. - Ещё и он лыбится, засранец".

Вернон постучал кончиком своего посоха по боковине бревна, призываю Эмиля к дальнейшем действиям.

—Ну давай, Беляш! - попробовал он немного пораздражатт Вернона, после этого он опять сделал лёгкий рывок к нему.

Вернон же почему-то не желал конкретно сейчас принимать бой. Чтобы не сталкиваться с Эмилем, он перепрыгнул на другое бревно, но уже без таких проблем, которые были у Эмиля. На месте он не стал стоять, поэтому он побежал на противоположный конец бревна. Эмиль слегка не понял его тактического выжидания:"Почему он сразу не принимает бой? Хочет повеселиться? Или он так серьёзно отнёсся к моему заявлению про минуту, хочет меня огорчить? Ладно, хочет веселье - будет веселье!"

Когда они почти пробегали друг друга, Вернон не просто пробежал, а стал вытягивать в сторону Эмиля посох. Эмиль и не думал попадаться на такой очевидный удар, стал в ответ заносить свой посох в его сторону.

Если бы это было настоящее оружие, то можно было бы услышать весьма громкий звон металла. Заместо этого все услышали то, как две подушки просто ударились друг от друга. Своеобразный "пух". После этого Эмиль сразу же перепрыгнул на другое бревно. Вернон, словно предугадывая его действия, отзеркалил их.

—Ужели так зациклен на минуте, больная тема? - вызывающе улыбался Эмиль.

Каждый ослабил свой напор на мгновение, разойдясь по разные стороны брёвен. Эмиль был готов уже сразу прыгать к нему на встречу.

"С одной стороны, это плохо, что я на такое готов. Но с другой, именно мне и стоит диктовать, вести этот бой. Тем более он сам мне позволяет".

Эмиль сделал новый рывок. Вернон опять перепрыгнул на другое бревно, но Эмиль сделал тоже самое. Это повторилось ещё раз... Эмиль его не отпускал. Он буквально сразу же следовал за каждым его шагом навстречу ему.

Прыгать уже было некуда. Сейчас они находились очень близко, от чего еще один прыжок мог стать раковым.

Эмиль заметил, что Вернон немного сгруппировался . "Решил-таки начать?"- обрадовался он, правда не столько началу, а сколько уже скорому концу, т.к. он уже закалебался. Подустаёт...

Сблизившись, Эмиль и Вернон стали обмениваться серией ударов, но уже не подушкой, а шестом. Каждый перевернул своё оружие, считая, что от палки сейчас будет больше смысла, чем от подушки.

Эмилю удавалось сдерживать этот град ударов, но вот только парируя не победить... И Эмиль это понимал, но взять инициативу он никак не мог.

Вернон, нанося удар за ударом, в своей следующей атаке резко решил сменить шест обратно на подушку. Эмиль заметил это, но не успел представить себе уровень надвигающейся опасности, поэтому он не сумел, не успел отреагировать.

Удар Вернона был такой же быстрый, как и без подушки. Всё, что сумел сделать Эмиль - это так же, как и до этого, попытаться парировать удар.

По итогу, подушка Вернона просто снесла "палочку" Эмиля, захватя её с собой. Через некоторую долю секунды Эмиля в голову ударила его же палка и подушка... Удар. Перед глазами Эмиля всё поплыло, голова стала гудеть. Но не только это он получил. Удар Вернона не мог не сбить Эмиля с ног.

Не имея возможности устоять на своём бревне, Эмиль сам оттолкнулся от него в сторону противоположного бревна одной ногой. Он не мог знать, допрыгнет ли он в таком-то состоянии. Поэтому он просто верил, верил в себя. И да, в свою удачу, не зря же он тут "парень удачи" на этом турнире.

"Только допрыгни, - надеялся он, - Называйте как хотите, только пусть поможет она, эта удача..."

И часть Эмиля допрыгнула. Его нога вскользь прошла по бревну, из-за этого он приземлился на попу. Его уже сопровождает целых два тяжелых удара. Тошнота, головокружение, от чего у него точно сотрясение... И теперь еще сильный ушиб попы, в районе левой ноги, из-за этого теперь ему двигать ею будет немного больновато.

Сидел он тоже неустойчиво. Он чувствовал, как постепенно наклонялось его тело вперёд. Чтобы добавить устойчивости, он быстро взялся за конец своего шеста и стал вытягивать его вперёд. Шест дотянулся, Но каждый из концов едва ли держался на бревне. "Спасибо и на том, что дотянулась",- пытался увидеть он хоть что-то хорошее в текущей ситуации.

Эмиль сидел так некоторое время. Недолго, но этот момент длился для него бесконечно. Его голова гудела, кажется, появлялись даже голоса... А противник так и не добивал его.

—Эй, не устал сидеть? Либо вставай, либо падай. Нет ничего плохого в проигрыше, тут он не станет последним для тебя. В будущем тебя ждут новые и проигрыши, и победы. - серьёзно говорил он, но уже ничуть не надавливая на Эмиля.

Он услышал не всё, что сказал ему Вернон. Его голова и публика, призывающая кончать с ним, поспособствовала этому, но больше всё-таки голова.

—Да-да-да... - сказал Эмиль, при этом он особо не осознавал что и к чему он говорит. Просто, чтобы его соперник не остался оскорблённым, оставаясь без ответа.

После этого Эмиль начал понемногу вставать. Ему до сих пор было тяжело, но и делать тоже надо было что-то: либо вставать, либо падать. "Кажется, это я и услышал от него..."- пытался он трезво рассуждать.

—Давай тогда так. - Вернон изменился в лице, согнул руку перед собой, после чего стал колдовать ледяной шип.

Эмиль, увидев это, резко протрезвел разумом и мгновенно встал.

—Кажется, это немного нечестно! - заволновался он.

—Да брось, я дал тебе фору. Да и вон, гляди, людям нравится! - он окинул публику взглядом и она, в свою очередь, положительно завопила.

"Да ты же псих, убьёшь же меня!"- не понимал Эмиль его. Сейчас ему в голову попала мысль просто упасть, остаться хоть и немного, да целым, но после отпустил эту мысль.

Он сделал шаг навстречу к Вернону. Первый шаг был тяжёлым, за ним пошёл второй, третий, уже стало легче.

Весьма ожидаемо для Эмиля, Вернон запустил в него ледяной шип. Всё, чем мог он защититься - это его плотная подушка. Выставив её навстречу шипу, тот вошёл полностью в подушку. Кончик же шипа немного вышел с другой стороны подушки. Эмиль немного впал в ступор и, пока он в нём находился, из подушки стал торчать ещё один шип. Эмиль сразу же вернулся в себя и почувствовал, что его шест стал очень тяжёлым. Он понял, что он не может себе позволить получить ещё один такой шип. В противном случае он рискует остаться безоружным.

Чтобы не получить ещё один такой шип, он решил отбивать эти шипы сбоку. При этом нужно ещё и продвигаться. Право на ошибку у него не было...

Сделав шаг, в него уже летел шип. С ближнего расстояния до него он долетит мгновенно, но мгновение, чтобы среагировать, у него всё-таки было.

Эмиль занёс свой шест настолько быстро, насколько только мог. И он успел. Шесть идеально сбоку попал по шипу, от чего он отскочил на землю. Второй шип уже полетел в сторону зрителей, но, похоже, всё обошлось и никто не пострадал.

Со следующим уже пошло не всё так гладко. Руки Эмиля уже дрожали и он не смог нормально отбить очередной шип.

Не сумев его нормально отбить, шип вспорол всю подушку и все её внутренности полетели по воздуху. Одно хорошо: Эмиль успел близко подойти к Вернону.

На этом все плюсы закончились.

Вернон перешёл в ближний бой. Правда, сделал он всего один удар. Это был удар ногой. Эмиль выставил перед собой шест, на конце которой болталась ткань от подушки. Он полагал принять весь удар на эту палку, но кое-что пошло не по плану. Шест принял удар, но нога Вернона не просто попала по шесту, а ещё и разломала его надвое.

Эмиль немного отступил из-за отдачи. Ещё он был очень удивлён, посмотрел на свою новую палочку, потом на вторую...

Но больше он не успел ничего сделать. Вернон не дал ему обдумать этот момент. Тот сразу же окинул Эмиля чередой ударов своим шестом. Что интересно, подушку он скинул.

Эмиль отражал все его удары двумя палками. Одни удары он принимал сразу на две палки, отбивая атаки сбоку. Удары сверху он принимал, скрестив палки, а некоторые просто вскользь уводил.

На очередной атаке сверху Вернон, помимо самой атаки, ударил опять ногой, но уже послабее, так как он совершил удар почти одновременно со своей атакой сверху.

Эмиль успел опустить свои скрещенные палки. Шест Вернона попал из-за этого на его левое плечо, на урона это особого не нанесло, так как изначально он был поглощён первым блоком.

Эмиль заранее немного оттолкнулся ногой назад, чтобы удар ногой был менее тяжёлым.

Приняв удар на свои две палки, а там и на свою грудь, его оттолкнуло назад. Удар действительно оказался легче, оставалось только вернуть свою стойкость и равновесие. Вот только пока он этим занимался, Вернон, похоже, решил выпендриться. Тот быстро положил свой шест между брёвнами, после чего сделал три шага назад. Он захотел сделать короткий прыжок с размахом. И он сделал. С небольшим ускорением он прыгнул под шест, между брёвнами. И, на своеобразном турнике из шеста, с ускорением снизу вверх, он полетел обратно на бревно уже в направлении к Эмилю. Лететь недолго, но за это время у него в правой руке появился ледяной шип, хотел им орудовать как кинжалом. "Действительно больной ублюдок",- резко отреагировал Эмиль.

Он успел восстановить и стойкость, и равновесие, поэтому найти ответное действие на летевшего на него парня не составило особого труда.

Он выставил свою левую палку навстречу к правой руке, а не на шип. Эмиль хотел попробовать отвезти его руку в сторону, при этом он надеялся на то, что его шип никак не навредит ему.

Для Эмиля этот момент длился очень долго. Он очень хотел, чтобы у него получилось. Вытягиваю свою руку вперёд максимально тщательно, даже ювелирно... Когда он стал уверен в первом шаге, он стал продумывать второй. Много времени подумать не было. Его противник почти приземлился около него.

Эмиль решил своей правой рукой, а в ней и палкой, нацелиться в его ноги. А там уже сделать сразу же подножку.

Время действовать. Левой палкой он уводит правую руку противника в сторону. Что касается его ног, то Эмиль перенаправил направление правой палки с ног на шею противника. Почему-то он был уверен, что тот не сможет ничего сделать.

По приземлению на бревно, палка Эмиля сразу же воткнулась в в горло Вернона. Эмиль сам не заметил, как делал это поломанной частью шеста, то есть в шею попал не просто тупой конец палки, а острый.

Сделав это, Эмиль таки сделал сразу же подножку, при этом он продолжил держать палку вплотную к шее Вернона.

Когда Вернон упал на бревно, Эмиль ещё сильнее надавил на палку. Он увидел, что из его шеи течёт кровь, но он не ослаблял хватку...

—Воу-воу, всё. Я сдаюсь, - хрипло сказал он, - Не надавливай только ещё...

Эмиль посмотрел на результат своих действий и попытался понять, как он не проткнул его горло глубже? Он не собирался его убивать, но просто так всё совпало, что именно эти действия могли привести к победе. Хотя, если он этого не сделал, значит нет и проблемы, в том числе и попытки на убийство...

Убрав палку, Эмиль увидел за немного вспоротой кожей оледенелость.

—Выходит, вот так ты себя спас...- его сердце до сих пор билось во всю катушку. Он понял, как он себя спас, и едва ли его всё дальнейшее интересовало. Даже то, что скажет дальше Вернон не имело для него никакой важности. Он просто говорил и не думал ни о чём... только побед, разве что...

—Да, пока падал, пришлось сконцентрироваться только на этом, чтобы в шее, прямо перед палкой, появилась небольшая оледенелость. Но и она слабая, я рисковал, мог заморозить всю свою шею... Пришлось отвезти этому все своё внимание. - и он прокашлялся, после чего хрипота опять вернулась. - Ужели убить меня захотел?

—Нет, так получилось. Думаю, ты сам понимаешь, что это был единственный шанс для меня. И то не факт, что победный... - договаривал Эмиль это уже под крики и овации людей. Ведущий уже огласил результат боя, но им двоим было не до этого. - Ты круто владеешь магией. Смог защитить себя даже изнутри, я о таком пока не слышал и не читал.

—Довольно круто для восьмилетнего, - говорил он и смотрел лёжа на небо. - Но и это ещё не вершина айсберга. Горка...

Договорив, Вернон сам встал и спрыгнул с бревна. К нему моментально подбежала та девушка-пиратка, приложила к его шее свою руку, после чего стала вместе с ним уходить.

—Возможно, нам свезёт увидеться ещё раз. Пока, Эмиль. - тоже, не оборачиваясь, молвил он.

—Пока... - это всё, что сказал Эмиль. Дальше он уже просто смотрел им вслед... "А ведь эта девушка даже не посмотрел на меня", - заметил он, да и с чего бы ему сейчас такое примечать?..

Дальше уже проводилась церемония награждения, бурные овации со стороны людей. Хвалили не только Эмиля, но и Вернона, что такой юный маг, как он, посетил их и принял участие в конкурсе. Хоть Вернона и не было, но он получил не менее громкие аплодисменты, как Эмиль. Мужская доля людей даже хвалили его, возможно, сестру-пиратку...

Он получил своё. Заплатил за участие три медяка и выиграл четыре серебряных монет. В итоге у него пять серебряных и один медяк. Ещё, что получил Эмиль, это плохое самочувствие. На протяжении всего процесса награждения и вплоть до настоящего времени он чувствовал себя плохо. Все его кости ныли, а тошнота вернулась. Похоже, такая ситуация помогала ему не чувствовать боль и даже стимулировала, но когда всё стало спокойнее, расслабилось и его тело. Теперь он чувствовал только боль...

Несмотря на то, что каждая часть его тело болела, на эти множественные синяки, он отправился к лавке-палатке, продающей ковры. Он рассматривал каждый ковёр. Хотел, чтобы новый ковёр был похож на прошлый и размером, и рисунком, но приоритет размеру. Только вот он не нашёл ничего похожего на свой ковёр. Размер меньше, а что касается рисунка, так похожий был, но совершенно другой окрас. Он уж решил просто взять большой ковёр, но когда он узнал цену, он весьма был шокирован. "Почему они такие дорогие?! Один лишь тот средний с другим окрасом стоил пять серебряных и десять медяков. Даже на него мне не хватает девяти медных монет..."- поник он.

Эмиль спросил у хозяина лавки, сделает ли он скидку, но тот был непреклонен. Пошевелил своими пышными усами, после чего встал провожать Эмиля.

Он пошёл искать ещё одну лавку-палатку. "Где-то будет точно подешевле, ну или хозяин подобрее",- говорил он себе. Но, увы, это оказалось не так. В следующей лавке всё оказалось дороже. Он опять искал, опять нашёл, но с такими же ценами, как и в первой. Только хозяин был добрее, от чего он и решил, что выкрутится как-нибудь тут.

Эмиль решил собрать деньги, выпрашивая их у прохожих. И, как это и бывает, почти все просто проходили мимо, не обращая внимания на попрошайку. Однако, четыре медяка ему добрые люди всё-таки дали, но и этого было недостаточно.

Хозяин лавки, добрый толстячок, решил немного сжалиться над парнем. Но чтобы его не посчитали лишний раз добряком, он сделал это под предлогом того, что Эмиль своим попрошайничеством только распугивает клиентов. В целом, это даже и правда. Эмиль уж было обрадовался скидке, но хозяин лавки заместо этого запряг его на ещё один час зазывалой.

По истечению часа, он заработал пять медных монет. Эмиль, как он и хотел, потратил их на ковёр. Ковёр получился другой. Качество было лучше, но совершенно другой рисунок. Размер тоже был меньше, чем изначальный. С виду, конечно сразу бы можно было увидеть два разных ковра, и это только по размеру. Рисунок вообще был полон умиротворённости. Дуб в осеннюю пору...

Когда он взял ковёр, то тот показался ему ещё тяжелее, чем первый. Корень этой проблемы скрывался всё в той же усталости и покалеченном теле. На прощание хозяин пожелал ему удачи, на этом его приключение на ярмарке подошло к концу...

Он побрил себе домой, потихоньку. Некоторые прохожие, которых не было изначально на ярмарке, оборачивались ему вслед. Даже вид пятилетнего покалеченного изгоя, хоть и на секунду, но мог встрепихнуть сердце человека. Все всё так же понимали тяжёлую его ношу, но всё, что они могли сделать - это отвести взгляд вниз, чтобы не принимать в этом дальнейшего участия. Забыть, чтобы не навлечь на себя беду. Плохие люди же видели, что у него и так всё плохо, от чего они просто проходили мимо, не сопровождая его взглядом, полным негатива.

Когда Эмиль увидел свой дом, холодок пробежался по его коже. Жара, а его покрыли мурашки... "Да, мне действительно страшно возвращаться. Меня не было очень долго, солнце уже стало заходить. Как отец отреагирует на моё долгое отсутствие, на этот новый ковёр, а мама на мои побои?.. Не знаю. Была бы возможность, я бы убежал от этого. Только вот некуда, Да и куда мне сейчас таким? Надо идти",- собрался с мыслями. Эмиль ещё думал, есть ли варианты избежать этого, сделать что-нибудь, но и тут он видел безвыходную ситуацию. "Куда не посмотри, а кругом жопа!"

Приближаясь всё ближе и ближе, каждый его новый шаг становился всё медленнее и короче, но он не останавливался.

Дойдя до калитки, он увидел у бани своего младшего брата. Он его заметил и сказал:

—Ну и пропал же ты... - сказал он протяжённо. Можно подумать о многом, услышав это. Одно Эмилю было понятно точно - ничего хорошего.

—Так получилось... - сказал он, в оправдание себе стал срочно искать в своём дне то, что можно было бы рассказать. Чтобы в его оправдании была долька правды. - Отбивал ковёр и, случайно, окатил одну девушку-пиратку пылью от ковра. Пришлось долго извиняться.

По истечению этих слов, рядом с братом стали нарисовываться оставшиеся члены семьи. Раньше баррикада из брёвен не дала бы их увидеть сразу, но сейчас её уже не было, от чего он просто не смог проронить ни слова, словно он проглотил язык...

Когда они стояли уже все вместе, Эмиль успел пройти через ограду, чтобы его семья лишний раз не подумала о том, что он якобы сторонится дома.

Пока ещё никто не заговорил, младший брат сочувственно помахал головой. Эмиль понял его. Нужно сейчас просто принять всё, что последует дальше. Ошибок он не совершал, но принимал неверные решения. Смириться...

Мама махнула головой, мол подойди. Эмиль подошёл, встал напротив строящегося сарая.

Перед ним, в метре от него, стояла вся семья и сейчас их внимание было полностью сфокусировано на нём. Единственный, на кого не посмотрел Эмиль, был отец. Ему не хотелось видеть, не хотелось узнать, что думает его отец. Эмиль думал, что, если он увидит его, один лишь его взгляд прожжёт в нём дыру.

"Мне бы хотелось оказаться в любом другом месте, но не здесь. Десять минут назад я был готов принять это всё. Говорил, что бежать некуда... Боже! Каким же я был глупцом! Любое, совершенно любое место лучше этого! Я бы нашёл куда убежать, само бы нашлось..."- сейчас как никогда были видны его эмоции. На его лице читался страх, безвыходность. Единственное, что он мог - это смотреть в пол, на землю, но даже так он не мог спрятать свои глаза. Просто было видно, что ему некуда податься и этого хватало...

—Тебя долго не было. Где ты был? - нарушил-таки тишину отец.

—Я...я ходил ковёр отбивать, - тихим тоном сказал Эмиль. - Я увидел карету и людей... - Эмиль хотел договорить про ярмарку, но отец его перебил.

—Да я же знаю! На ярмарке ты был! - кричал он. - Прохожие и соседи говорили о тебе. И о том, что по твоей вине погиб человек! - взревел он, махая руками из стороны в сторону.

—Что? Нет, всё было не так! - разговор сразу накалился. Эмиль понял, что долго ему говорить не дадут, нужно выбрать что-то одно: либо начать с человека, либо всё-таки досказать про ярмарку, ведь отец его даже не дослушал. Эмиль решил начать с человека, ведь это куда важнее ярмарки. - Этот человек сам решил помочь, он маг! Но и это он сделал не для того, чтобы помочь мне, а помочь себе. На представлении он решил всех обмануть, но это раскрылось! - пытался убедить в этом их Эмиль. - Все вундеры пытались солгать...

—Пытался помочь тебе, реабилитироваться... Даже так, он единственный, кто решился помочь. И после его смерти ты просто ушёл. И куда? Развлекаться!

—Это не тот человек, которого стоит защищать. Он даже сделал хуже... - сказал он тихо. - Ты не понимаешь, ты не видел!

Он взял Эмиля за воротник и слегка приподнял.

—Это совершенно не важно, что меня не было! - крикнул отец в упор к Эмилю, от чего тот полностью сжался. - Тебя там и самого быть не должно. Хорошо... Где наш ковёр? - опустил он Эмиля.

—Его украли... вор. Вундер бился с ним и погиб, вор тоже маг. Этот новый ковёр я выиграл...

—Вор-маг? Сразу два мага столкнулись с тобой? - ткнул отец пальцем в грудь Эмиля. - И ковёр. Ты его просрал сам! Сам пошёл с ним, малец! И у мальца забрали большую вещь. Не мог додуматься, что у тебя, такого маленького мальчика, его украдут?! Принёс тряпку домой, нашему ковру ничуть не ровень... Все вещи намного старше тебя, и ты же их просираешь.

—Только ковёр... И почему никто тебе не сказал про магов... - всё также тихо говорил он. "Словно кто-то специально захотел меня закопать".

—Не заливай мне про магов! Чтобы на твою голову упало сразу два мага, и оба сражались с собой насмерть за твой ковёр, за которым ты не углядел! А потом выиграл какое-то соревнование и купил эту тряпку... Даже про это ты не рассказал, - отец взял ковёр и бросил его на землю. Эмиль хотел сказать, что он просто не успел, что отец не дал ему договорить, но не решился ему сейчас перечить.

—Дорогой, прошу... Посмотри на него, новый ковёр тоже неплохой... - заступилась мать за Эмиля, но она осталась неуслышанной.

Отец пнул ковёр в сторону Эмиля и попал по его ноге. Он немного зашатался, но удержался на одной ноге. Эмиль стерпел, не издал и звука, теперь ковёр был за его спиной.

—Лучше бы ты просто принёс деньги. И почему ты весь в синяках?

—Это с соревнования...

—Просто нет слов... Эмиль, я устал. Устал, понимаешь?! - он опять ткнул пальцем Эмиля, от чего он чуть ли не упал.

—Дорогой, прости его, пожалуйста! - подойдя в упор к мужу, взяла его за руку и жалобно просила... Муж слегка оттолкнул её, но этого хватило, чтобы она упала. Перон посмотрел на неё суровым взглядом и сказал:

—Сейчас не тот случай, чтобы вмешиваться. Он перешёл границу. Я терпел, терпел эти взгляды, эти разговоры за спиной. Лез из кожи вон, чтобы вас это не касалось, чтобы нас так и считали теми, на кого можно положиться... - и продолжил, уже говоря Эмилю: - Мы пытались сделать так, чтобы ты приносил пользу, чтобы что-то умел. Понимаешь?!

Однажды брат говорил это Эмилю, но конкретно сейчас он только узнаёт их смысл.

—Гид сделал предсказание. И знаешь, что он сказал? То, что у тебя нет судьбы. Ты никем не станешь, ничего не умеешь, - каждое следующее слово становилось громче, отец опять заводился. - Всё становится только хуже. Ты приносишь проблемы.

Услышав это, у Эмиля округлились глаза. "Как это, нет судьбы?"- проговорил он себе. Он не понимал, что это всё значит, зачем это всё нужно. И что теперь будет дальше? У его братьев есть судьба, им суждено стать кем-то. А вот ему не суждено... Он станет никем. "Похоже... действительно бесполезный", - сказал он вслух, отец услышал его.

—Да, ты - проблема, - Перон ещё раз ткнул пальцем Эмиля, но сейчас он уже не удержался и подался назад, после чего споткнулся об ковёр и упал на строившийся сарай.

Пока Эмиль падал, ему в голову пришла мысль:"Если я сейчас живу, радуюсь, грущу, выигрываю соревнования и даже вроде как есть друзья, но при этом говорится, что у меня нет судьбы. Что это всё тогда значит? Каждый мой следующий шаг уже влияет на дальнейший ход событий. Как это её не может быть? Что ты тут нечистое... Может быть, это значит, что я умру? Да нет, не может же быть всё так просто..." На этой ноте Эмиль столкнулся с сараем. Одно бревно было ненадёжно укреплено, из-за чего оно и упало... упала на правую часть головы Эмиля, второе бревно тоже оказалось плохо укреплённым и тоже стало падать, но уже в левую сторону. Попало Эмилю по больной левой руке, между кистью и локтём. И от этого падения он получил перелом руки... "Вот она, судьба?"

Дальше он видел всё в тумане. И не видел, но чувствовал, как на его ноге лежит бревно. Точно так же лежит ещё одно, но уже на его левой руке. И боль, дикая боль... Он медленно терял сознание, но до этого момента он увидел, как его мама присела рядом спиной к нему, как она плакала и говорила Перону прекратить это всё, что он не прав, что он поступает неправильно и учит этому сыновей. Перон же кричал на неё, даже сказал что-то про сарай... Мама не подпускала его, защищала Эмиля и сама пыталась убрать эти брёвна. Когда Перон окликнул её, она повернулась и сразу получила пощёчину. Остальные братья смотрели на это, было видно их сомнения по поводу таких действий, но это только по отношению к маме... Что же младший брат, то он сам пока что не понимал, как реагировать на все эти новости, в том числе на Эмиля, который сейчас придавлен брёвнами... "Будет ли правильно помочь маме?"- думал он, но не осмелился помочь. Отвернулся и пошёл вместе с братьями за отцом домой.

Последним, что увидел Эмиль, была мама. Она всё продолжала отталкивать бревно. Одно уже почти убрала с его ноги, приговаривала:"Не теряй сознание, только оставайся со мной, прошу..." И всё это время она плакала.

Эмиль не смог выполнить её просьбу. Боль свела его с ума окончательно, в один момент он даже перестала чувствовать... он ушёл...

—Прошу, помогите! - крикнула она в слезах мужу и детям.

—Нет, справляйся сама. Пойдём, - ответил он за всех и каждый из сыновей последовал за ним.

Том 2 Глава 0: Перон

Первый крик, с ним же первый вздох младенца, третьего сына Перона - уважаемого всеми бойца в королевстве, который держал сейчас путь домой на родину, защищать границы третьего округа в своей деревне. Вполне большая деревня, но не о ней суть...

Перон обмотал младенца своей футболкой, так как кругом ничего другого не оказалось. Перон посчитал, что полотенцами уже лучше не пользоваться, ибо медики, принимающие роды, как раз их использовали в процессе...

Он посмотрел младенцу в глаза. Перон видел перед собой беспомощное существо, которое своими неловкими движениями рук пыталось выбраться из этой футболки. Он улыбнулся, но его выражение лица резко сменилось тревожностью. Он посмотрел на медиков, увидел их кивающие головы, после этого Перон выдохнул с облегчением. Этим жестом медики дали ему понять, что с его женой всё хорошо.

Перон, с ребёнком на руках, подошёл к жене, хотел сказать, но Оливия его опередила:

—Это у тебя ведь впервые, Перон... - тяжело дыша, сказала она и продолжила: - До этого ты был всегда на границе первого и второго округа, воевал с разбойниками, шайками. Обычно, мужчины говорят, что легче воевать, чем наблюдать за всем этим, - сквозь глубокие вдохи, улыбнулась она.

Перон был рад этой её маленькой дерзости.

—Я действительно не застал рождение своего первенца и его младшего брата, - тут он поправил себя. - Уже не младшего. Но, не хочу тебя расстраивать, но я уже бывал на таких... "мероприятиях" у своих товарищей. Правда, стоит сказать, что со своим ребёнком это совсем по-другому. Я увидел его первый вздох, его беззащитность... И тут хорошо, что я воин, я смогу его защитить, - он наклонился и нежно поцеловал Оливию в её лобик. - До этого ты давала имена. Теперь я. Эмиль. Твоё имя будет Эмиль, в честь одного благородного юноши, который спас твоего отца из плена разбойников...

Он посмотрел уверенным взглядом на Эмиля, после чего посмотрел на Оливию и сказал ей:

—И да, воевать всё-таки легче.

______________________________________

Так появился мой мальчик. Мой сын. Мой Эмиль... Что я тогда чувствовал? Наверное, удивление. Не раз я видел момент рождения ребёнка у товарищей. В пылу битвы или будь даже в самом безопасном месте, где им ничего не угрожает... я всё равно чувствовал, что должен помочь. Сделать так, чтобы им ничего не угрожало. Но это было лишь мимолётное мгновение. Дальше они были предоставлены сами себе и от меня больше ничего не зависело.

Кап...

До одного момента. Этим моментом стало рождение уже моего третьего ребёнка. Я впервые присутствовал на родах своей жены. И, быть может, потому это и стало для меня переломным моментом. Всё как всегда - на свет появился очень маленький ребёнок, но это мой ребёнок. Это не какое-то мимолётное мгновение. Ведь рождением это не заканчивается? Так ведь? Ему предстоит вырасти, набраться опыта, избрать свой путь. Стать человеком. И чтобы он им стал, мне нужно сопровождать его на всём его пути. Правильно истолковать понятия и направить его на хороший, правильный путь. И... это ведь применимо и к другим моим детям, так ведь? Я задумался об этом только сейчас, но это ведь так. И случилось это потому, что я в этот раз был здесь. Моему Борну уже пять лет, Марсу три... Как же они жили до этого, живут? Всё это время я не интересовался этим, был в походах...

Безответственно. Очень безответственно. Простите меня, простите...

"Ты слишком много думаешь", - говорят мне товарищи. "Всегда было так", - твердили они. И действительно... так всё и было. Почему же у меня это случилось? Почему я стал думать об этом так, как думаю сейчас? Эмиль...

Кровопролитные бои, долгие походы - всё это стало резко для меня чем-то далёким. Не чужим, но и не тем, чем я бы хотел дальше заниматься, продолжать. Я просто повернулся к этому спиной.

Кап...

—Я ухожу, - сказал я всем своим товарищам по оружию.

"Что?", - они не могли поверить. "Дурная шутка!"- сочли меня за сумасшедшего. "Ты всё равно вернёшься", - твёрдо уверены они. Может быть, так и есть.

Кап...

Наконец, я полностью обустроился в этой деревне Мерено. Заслужил уважение к нашей семье, заступался за слабых, ловил воришек... не та активная военная жизнь, но забот хватает.

Кап...

А мои дети, оказывается, очень способная... Это они без меня так наловчились? Потренирую-ка я Борна сам, а Марса возьму на охоту с его новым луком... Интересно, чем будет заниматься Эмиль? Хочу знать. Знать наверняка. Страшное непреодолимое желание. Словно голодный интерес...

—Гиды... Все к ним ходят. И ты сходи, - сказали ему в таверне за выпивкой.

Точно. Гиды. Все жители к ним ходят. Это наша компания к ним не ходила... но я ведь сейчас не с ними...

Кап...

Заворожительный тронный зал. Его белые колонны поднимаются высоко вверх, а потолок разукрашен золотом. Нарисовано же ночное небо. Весь его рисунок тянется к одной из колонн в центре, в которой выструган трон, или пьедестал, но больше похоже на арку. По потолку к колонне, к полу тянулся поток звёзд. И чем ниже к полу, тем больше звёзд... Внутри эта колонна была пустой и тоже уходила высоко вверх, к потолку, где в середине пути колонна разделилась на четыре части - опоры, и потянулась в разные стороны вверх. Сделано было так, что солнце ровно в полдень полностью охватывало центр этой колонны, освещая эту пустоту. От солнца эти предсказания и зависели. Как только солнце хоть немного выглядывало в этой колонне - Гид, весь в длинном белом платье и таком же большом белом колпаке, от чего его лицо не видно, начинал принимать людей и рассказывать им их судьбы. Звёзды в этот момент мерцали, а весь золотой потолок становился тёмным, как ночь. Светились только звёзды и арка, охваченная светом с потолка... Как только солнце пропадает, становится светло и время предсказаний заканчивается.

Что? Я? Гид указал на меня рукой? Рукой же? И на меня ли...

Я замешкался. Не знал как поступить. Давно я стал таким мягким? Быть может, это и не так плохо. Лучше, чем быть чёрствым хлебом.

—Весь такой могучий, сильный, а боится выйти... Перон, - сказала она призрачным голосом. Похоже, этот Гид - девушка. Приятный и в то же время пустой призрачный голос. Словно он лишён жизни.

Я опять замешкался, но тут кто-то толкнул меня. Эй, вы чего толкаетесь?! "Выходи", "Не тяни время!" - отзывалось за моей спиной. Да, я выхожу.

Эй... ты... кто это вышел?! Слишком я расслабился. Я положил руку на его плечо и потянул назад. Человек очень легко подался назад и чуть было не упал, но он удержал равновесие. Увидев широкую спину этого Перона, он решил промолчать.

Я вышел к ней. Вроде бы было тепло, но здесь, под солнцем, стало очень холодно.

—Хо-о-о... - выдохнула она своим ледяным воздухом.

Чего это она?

Я смотрел на неё не отрываясь, словно если уберу взгляд, то что-то случится плохое... Единственная её открытая часть тела - её рот, губы... синие губы. Кажется, что это всё из-за холода? Быть может и да, может поэтому и кажется, что её голос лишён жизни.

Я веду себя неестественно.

Она мне показала на чашу, которая стояла на пьедестале в центре этой арки. Откуда она? Её ведь не было...

Что я должен сделать? Выпить эту чашу с водой? "Окуни голову..." - тихо донеслось мне со спины. И я окунул.

Я увидел своё прошлое. То, каким я был до рождения Эмиля. Я не знал жалости. Разил своих врагов мечом, топором... всем, что попадалось под руку. И товарищи. Точно такие же, как и я.

Оу, этот момент я помню. Ночью мы напали на лагерь приверженцев Ворона. Всё так детально, я уж и сам забыл... Ой... я... я отрубил ему тогда руку? Разве я не делал это быстро? Кажется, он кричит. Ещё бы он не крича... "Стой, не надо!! Прошу! Вы обознались! Нет, не убивайте..." - неожиданно услышал я. Кажется, я тогда его совсем не слушал, или нет, я слушал его очень отчётливо. Он плакал, пытался уйти от меня. Ах, да. Я вспомнил... Щас, вот сейчас он уже умрёт.

Я кинул в него копьё. В ногу. Получилось очень сильно - копьё пролетело насквозь и воткнулось глубоко в землю.

Он опять закричал, но крик стих и он стал тихо постанывать. Едва ли в сознании, он пытался подвинуться, поползти, но копьё не позволяло.

Он еще жив. Пока...

Я подошёл и поднял его к себе вместе с этим копьём. Он простонал:"Это... не мы..." Кажется, я опять этого не услышал. Но почему же слышу сейчас?..

—У-у-убей меня, - взмолил умирающий.

Как скажешь. И... и я не сделал этого? Я просто бросил его мучиться. Я действительно его тогда не добил? Прости... стоп, мне что, жалко его?

Ужасно. Всё ужасно.

Кажется, сейчас я вижу более глубокое прошлое? Тут... тут я вижу Мэри. Наш талисман... ох, Мэри, была бы ты сейчас жива. Стоп, я что, вижу сейчас момент её смерти? На нас тогда напали и я выжил благодаря одному юноше, но... Мэри. Перед этим я увидел, как они терзали её. Вбили в землю ножами её кисти рук, после чего надругались. А когда надоело - кто-то подошёл и стал издеваться по-своему. Стал срезать с неё кожу... И тогда почти рядом стоял тот человек, которого я пригвоздил к земле копьём.

Так она и умерла со временем, а я ничего не мог сделать. Чёртов усыпительный порошок... Юноша спас нас. Дал возможность отомстить. Убить. Убить их всех. Они заслужили это. Делать это так же долго...

С каждой секундой просмотра прошлого я вижу всё меньше и меньше, но это всё едва ли помнил. Как я мог забыть Мэри? Мог... это было слишком больно.

Погодите, а это что? Этого точно не было. Или было? Но, кажется, это будущее. Не могу понять, что я вижу? Вода, много воды и огня, всё в тумане. Нужно чётче, больше...

Тут я почувствовал холодное прикосновение... чья-то рука у меня на затылке. Гид?

—Жадина... - где-то прошептали сверху.

Да. Я жадина. Но... она права. Я пришёл смотреть не на своё будущее.

В этот момент всё перед моими глазами потемнело.

Кап...

Это... это мой Борн? Я вижу этот храм со стороны. И рыцари в пабелённых доспехах с бархатным плащом. Я не видел его. Но я почему-то уверен, что он один из них. К тому же, Гид мне всё это время говорила, но я был слишком увлечен. Одно я услышал точно:"Он мой Светлый".

Опять тьма.

Опять я вижу что-то другое. Ворота?

—Страж... - опять послышалось сверху.

Марс. Он страж? Ну, тоже хорошо. Он смог. Особенно ворота не выглядят обычными, наверное какой-то особенный замок.

Спасибо...

Тьма... Может ли быть что-то темнее тьмы? Не знаю, но сейчас так и казалось. Беспросветная чернота...

Почему она тянется до сих пор? Словно затягивает...

Я почувствовал холодное дыхание, кто-то дышал мне в затылок. Похоже, у меня от этого дыхания весь затылок заледенел.

И я увидел. Нет, услышал. Такая же тьма, но из неё стали исходить звуки. Странные пугающие звуки... очень далеко.

И теперь очень близко. Крик. Резкий крик. Их много. Много криков. Может быть, какие-то мне показались даже знакомыми, но нет. Просто крики. Так кричат не просто от страха.

Наконец, они стихли. Я слышу... смех? Это определённо смех ребёнка. Теперь ещё один, и ещё, и ещё... Голова раскалывается...

Засмеялся ещё один ребёнок. Только вот... не от смеха вовсе. Так смеются... психи? Кажется, да...

Звуки этого ребёнка так далеко... только вот что-то не так. Словно он близко...

Из темноты вылезла рука и схватила меня за шею. Случилось это так резко... Непривычно для меня, но я испугался. Что-то душило меня. Тянуло к себе в темноту...

Вместе с рукой показалось и лицо. Вернее, маска полностью закрывала его. Полностью белая маска с тремя чёрными пятнами, изображающие собой размытые глаза и рот...

Это оно издавало тот сумасшедший смех. И оно пыталось меня потянуть за собой.

Удар в затылок, из-за которого я вышел из этого транса. Сердце бешено колотилось и я частыми вдохами пытался зачерпнуть воздух сверх возможного для меня...

Сколько прошло времени? Солнце едва ли сдвинулось с места. Неужели несколько минут? Или даже... минута? Такое ощущение, словно я пробыл в этой чаше вечность.

—Нет судьбы. У Эмиля нет судьбы.

Что? Как это?

—Ещё скажу, что родится у тебя дочь, а потом и сын... Большая семейка.

—Подождите... как это - нет судьбы?

—Следующий, - и она повела пальцем по толпе, проигнорировав его.

—Скажите мне... Я ничего не пойму, - тут из ниоткуда вышла охрана в белых доспехах и стала оттеснять его от Гида. Когда он споткнулся, охрана взяла его под руку с обеих сторон и понесла его прочь. Так легко несли громилу...

—Подождите... да подождите же! Что это означает!? Скажите мне... может кто-нибудь знает, прошу вас! - но он так и остался без ответа. "Наверняка они знали",- подумал я тогда...

Кап...

Я ничего не смог с этим поделать. Пришлось жить так. Если нет судьбы, то можно её самому устроить. Ведь так? Гид тогда просто не увидела.

Со временем я узнал, что те, у кого нет судьбы, могут влиять и на судьбы других. Надеюсь, что не очень сильно...

Кажется, я стал немного параноить. Тот паренёк в маске из тьмы... он стал мне сниться. Сам того не замечая, я стал немного сторониться сына.

Кап...

Шло время, Эмиль рос. И, наконец, у меня родился он - Рёма. Почему родился... мальчик? И вообще, если так подумать, то почему я стал таким нервным и мягким? Почему мои дети стали меньше заниматься тем, что им предначертано судьбой? Почему? Эмиль...

Я собрался с силами, мыслями и сказал:"Оливия, нам надо что-то с этим делать".

—С чем делать? - спросила она.

—... С Эмилем.

—И что ты предлагаешь?

—Сделать так, чтобы он больше не влиял на нас, - решил он не говорить прямо.

—Ч-что? - не совсем поняла она.

—Бросить его. Он сумеет найти лучшее место, мы найдём.

—Нет, - сказала она утвердительно. - И больше не говори мне такого.

Как же ты не понимаешь? Если не решить эту проблему сейчас, то всё может стать куда хуже...

Кап...

Я принял это. Он так же рос, веселился с соседями, играл с детьми. Его братья знали свои судьбы, а Эмиль и Рёма не знали свою судьбу. Они любили Эмиля. Любили проводить с ним время.

И в один момент Борн очень сильно повредил свою руку. Конечно же, по вине Эмиля. Я тогда очень испугался за Борна. Что, если из-за этого он не сможет стать тем Светлым? Надоело. Я был достаточно мягок, Оливия.

Кап...

Начались крики, оры, скандалы.

—Нет! - твердила Оливия.

И я опять частично её послушал. Я не выгнал его. Просто огородил всех от него. Если ты, Оливия, и дальше стоишь на его стороне, то мне всё равно. Я просто не дам ему повлиять на других. Огорожу его от всего. И если ты, Эмиль, не сможешь сделать пустяковые обязанности, то пеняй на себя. Будь полезен хоть как-то. Быть может, и не такая у тебя беспросветная судьба.

Его братья не хотели от него отрекаться. Придётся вам рассказать всю правду. Надеюсь, вы меня поймёте. Нет, вы должны. Больше он не изменит вашу судьбу.

Но они меня всё равно не поняли. Ради вашего будущего, мне придется опять стать жёстче. Стать тем, кем я был до этого.

Эмиль всё равно косячил. Опять дрался с Борном, ленился, медлил, возвращался в синяках... Ты что, думаешь, что у меня бесконечное терпение? Я позволил тебе остаться. Дал шанс, чтобы ты чему-то научился и хотя бы этим мог помогать. И, быть может, благодаря мне ты уже не навредишь Борну и Марсу, но вот Рёма до сих пор ничего не понимает. Оливия, почему ты до сих пор на его стороне?.. Выбирай.

И она выбрала. Эмиля. В тот момент я всё понял. Возможно, именно из-за тебя у меня кончилось терпение терпеть Эмиля... И получилось то, что получилось, лучше вам не попадаться мне на глаза.

Кап...

Не знаю, чем я думал, когда собрался выгнать их из дома. Оливия умоляла меня не выгонять их, но я опять не слушал. Из-за этого не видел ничего вокруг. На мгновение я стал прошлым собой. Тем, кому было всё равно на всё, что происходит вокруг меня... и я не увидел слёз своих сыновей, когда они смотрели на то, как я силой выгоняю их мать.

Как же сложно... Не понимаю, что мне делать. Ладно, присматривай за Эмилем, а я пока подумаю...

Я прошлый... или я теперешний. Каким же мне лучше быть ради вас...

Кап... кап-кап. Кружка пива полностью повисла в руке спящего Перона, после чего всё-таки упала и всё вылилось на деревянный пол. Перон оглянулся, потёр лицо рукой. Тут и там доносились весёлые возгласы людей. Он был в таверне, в ней же он напился и заснул.

—Пора домой...

Том 2. Глава 1: Уже другой

Холод. Покалывание. Тепло. Всё это смешалось в одно целое. "Холодно и тепло сразу, это так странно и приятно, но почему-то больше я не хочу этого чувствовать. Это чувство пугает, за ним неизвестность. Я сейчас словно в реке. Лежу-плыву неподвижно, но я не ощущаю воду. Тогда, плыву по небу? Бред... Надо открыть глаза",- рассуждал он, словно во сне.

Эмиль не сразу смог открыть глаза, что-то удерживало его в этом сне. Приложив ещё усилий, он таки добился своего, но в первую же секунду у него в голове повис визг, уши заложило и виднелось всё словно в тумане. Вместе с этим опять тошнота... к его горлу подступало неприятное чувство, словно щас вот-вот вырвет. И тело: его рука и нога пылала диким жаром, болью... "Сон. Хочу обратно в сон, не хочу испытывать эту нестерпимую боль, пожалуйста... хочу и дальше плыть в этой неизвестности. И зачем я только открыл глаза..."- из его глаз медленно стекали слёзы, он хотел бы и крикнуть, новсего лишь что-то промычал, так как в его рту была зажата палка - своеобразный кляп. Эмиль только сейчас заметил у своей ноги девушку. И она показалась ему знакомой. Сквозь мутные глаза он попытался разглядеть её. И он понял. Это была девушка-пиратка, но что она делает тут он понять не мог. "Помочь?"- вдруг озарило его, только вот чем? Это уже вопрос.

Боль в голове Эмиля усилилась. Уже было не разобрать: ни пот, ни слёзы.

Неожиданно он увидел извивающуюся на его ноге змею, которая постепенно обвивала его ногу и стала смотреть на него. Она тянулась к нему, вместе с ней сжималась и его нога.

Эмиль запаниковал. Он попытался предпринять что-либо, но тело его не слушалось. Нога сжималась всё сильнее, а змея всё ближе.

Эмиль мычал...

—Афродизиак действует! - вдруг сказала девушка-пиратка.

—И почему у нас не оказалось ничего другого... - волнующе сказала Оливия. Было видно, как она дрожала, волновалась. Её голос немного успокоил Эмиля.

—У вас вообще ничего не было. Это моё, - отрезала она.

—Почему ты носишь с собой именно его?

—Тоже ведь помогает, - улыбнулась пиратка. - Я знала, что однажды он пригодится.

—Навряд ли ты рассчитывала на такой случай, - предположила Оливия.

—Готова? - спросила пиратка уже обычным голосом спустя небольшую паузу.

—Справлюсь. Должна справиться, - неуверенным тоном ответила Оливия.

Эмиль только и успел подумать об этом афродизиаке. Работает? Действует? Как они это там определили? "Обезболивающее, видимо", - наполовину был прав Эмиль. И с чем должна справиться его мама? Этого он не понял.

После этих мыслей для Эмиля наступил ад. Его нога затрещала! "Это что, мои кости?"- испуганно подумал он. Боль заиграла новыми красками. Он резко немного приподнялся, но... "Змеи!?"

Он увидел ещё змей, которые удерживали его. Его тело всё также не слушалось, это были рефлексы. Именно они отреагировали на эту боль.

Одна из змей укусила его, но Эмиль даже не обратил на это внимание... После этого он увидел луч света на его ноге, но жар ещё сильнее охватил его. Резко он перестал видеть - это что-то мокрое и холодное опустилось на его лоб, но оказались закрыты ещё и глаза. И всё. Эмиль, как он этого и хотел, погрузился в сон из-за того, что не смог выдержать нахлынувшую на него боль.

Вновь Эмиль оказывается в своём сне. Там, где он плавал, но без воды. Летал, но не в небе. И снова холод и тепло. Только вот на этот раз Эмиль уже не боялся этих чувств, этого места. Он пытался увидеть в этом месте что-то новое. К примеру, увидеть свет. Когда его не хватает начинаешь ценить его. Впрочем, так со всем, не только со светом.

Эмиль подвигал руками, ногами. В этом месте тело его слушалось, а движения ими сопровождались лёгким обдуванием прохладно-тёплым весенним ветром самой этой движущейся конечности.

Эмиль делал движения. Уже смело передвигался в этой темноте, его открытые глаза уже не пробуждали его.

Несмотря на так называемые движения, Эмиль не был уверен в том, что оно всё-таки передвигается. Возможно, он сам себя обманывает всё это время. Как он поймёт это? Просто действовать вслепую и надеяться на лучшее? Похоже, только это и остаётся. "Снова неизвестность, снова надежды... Все мои надежды ни к чему хорошему не привели. Кстати, об итогах, что вообще случилось? Почему я тут? Что происходит? Вспоминай... ярмарка, ковёр, потом я вернулся домой и... брёвна?" - тут его сердцебиение участилось, недавние события огромным комком возвращались в его голову и, от этого наплыва воспоминаний, он опять проснулся. Снова визг в его голове, в ушах, и опять эта противная тошнота. Разве что глаза стали снова всё видеть ясно. Тело... Эмиль мог сейчас двигать своей левой рукой, но чуть-чуть: она была всё также прижата, но уже не змеями, а зелёными лоскутами, травяными лоскутами. Может ли быть такое, что эта девушка-пиратка на самом деле Дриада? Странное совместительство, но именно это и объясняет наличие тех змей.

Эмиль попытался посмотреть вниз, боль в его шее опять заставила его вскрикнуть, и опять с этой деревяшкой-кляпом во рту. Он успел увидеть девушку-пиратку и... темноту. Вокруг Эмиля совершенно ничего не было, чистая темнота. Только его кровать и эта девушка.

Эмиль опустил голову и немного улыбнулся настолько, насколько этот кляп мог ему это позволить, но это не говорило ни о чём хорошем. Это улыбкой Эмиль выражал свою обеспокоенность. Он думал, что у него уже "не все дома..." "Когда же это закончится?"- спрашивал он себя в душе. Одно известно точно, быстро это не закончится. Всё это не могло пропасть, вернуться в норму по одному лишь щелчку пальцев. Всё будет долго и мучительно.

Эмиль посмотрел ещё раз вниз, Тёмная область стала больше. Уже сама беловолосая девушка стала темнее, темнота затронула и её. Однако, Эмиль долго на неё не смотрел. Его взор привлекла другая цель. И от этого у Эмиля по телу пробежались мурашки. В темноте он увидел глаза. Яркие, светящиеся глаза. Но это были глаза не человека, ведь у человека их два, а вот у этого существа Эмиль насчитал восемь. Неморгающие... Эмиль понимал, что это существо смотрит именно на него и это, как казалось ему, было абсолютно ненормально, ведь он тут был не один, а существо было повернуто и смотрело именно в его направлении. "Значит, это действительно что-то именно со мной? Не могу же я быть, ну, вкуснее этой красавицы, которая рядом со мной? И кстати о ней, она тоже никак не реагирует на эту дичь вокруг..."- размышлял он.

Эмиль пытался сохранить спокойствие. Ему тоже незачем реагировать на это. И, хоть так он для себя и решил, из темноты стали показываться тончайшие лапки-иглы. Казалось, что кончиком этой лапки это существо могло проткнуть тебя насквозь и не заметить этого. Наверняка оно могло сделать это даже с человеком в броне, навряд ли она спасёт тебя от прямого укола этой иглы...

Итак, Эмиль сначала не видел тело этого существа. Он видел только то, как с темноты выходит лапка за лапкой, и все тонкие, словно спицы. Помимо этого, они были стального цвета и, когда нога опускалась, казалось, что зазвенело лезвие меча о другое лезвие - вот такой был поражающий звук этих лапок-спиц.

Наконец, показалось и тело этого существа. И Эмиль уже точно мог сказать - это паук с жёлто-чёрным окрасом. Меньше всего Эмилю хотелось, чтобы это был паук. Они вводят в свою жертву яд-парализатор. Все твои внутренности от него просто разжижаются, паук после этого просто высасывает тебя... Когда ты большой, ты совершенно не волнуешься об этом, но когда, теперь, этот паук огромный... жесть нереальная! Ему и высасывать ничего не надо, он просто так сожрёт тебя! И теперь невозмутимое лицо Эмиля сменилось паникой. Глаза буквально вылезли из орбит...

—Надо опять ломать, иначе будет только хуже, - послышалось из темноты. Где-то там, ещё один голос в этой темноте неохотно согласился и сказал, после чего доложил ещё о своей готовности. Потом, этот же голос спросил в темноте, но уже громко:"Что это с ним?! Почему он трясётся!?" Но на дальнейшие слова Эмиль уже не обращал внимания, сейчас он всецело был посвящён этому пауку, который становился всё ближе и ближе...

Эмиль смотрел на голову этого паука, на его челюсти и волосатые горизонтальные клыки, которые были больше похожи не на клыки, а лезвия. А челюсти? Да там же дофигища мелких зубов! Ты просто превратишься в кашу! Опять же, даже и высасывать ничего не надо...

"Уже лучше бы ты меня ногой проткнул в сердце", - проскочила сумасшедшая мысль в его голове. Но сумасшедшая ли? Ведь лучше так, чем в кашу...

Однако, эта наполовину трезвая мысль спокойствия ему не добавила. Эмиль не сводил глаз с этих волосатых клыков. А, когда паук уже оказался над ним, Эмиль не выдержал. Он стал не просто трястись, а еще бешено пытаться выбраться из этих лоскутов.

У него конечно же не получилось, Но со стороны это смотрелось страшно.

Эмиль смог двигать всеми своими конечностями, но взамен он, вдобавок к своей патовой ситуации, стал чувствовать ещё и боль во всех этих конечностях.

—Давай! - кто-то крикнул.

Полок наклонился поудобнее. Эмиль стал от этого только сильнее трястись и кричать.

И тут паук резко опустился своим телом, а с ним и головой, на Эмиля. С открытыми челюстями на его голову...

Эмиль опять оказался в пустоте. Сейчас он находил это место уже родным. Во всяком случае, оно намного лучше реального уже из-за отсутствия в нём этих змей и пауков. Только вот теперь Эмиль чувствовал ещё боль в ноге, но он старался не обращать на неё внимания. "Сейчас есть куда важные проблемы, ожидающие размышления".

Эмиль уже понял, что в этом мире он пребывает только во время этой... комы? Он в своей голове, разуме, воображении. Но если это так, то почему тут пусто? Он что, ни о чём не думает?

"Кажется, пришло время обустроить этот свой мирок", - решил он, вот только как? С этим разобраться он не смог. "Что, целенаправленно так тяжело думать?!" - крикнул он в пустоту, но его крик сразу же в ней и утонул...

Он отбросил эту мысль с преобразованием пустоты на второй план. Может, ему вообще следует и дальше попарить тут в поиске белого света?

Теперь Эмиль стал думать о своих воспоминаниях. Он - человек без судьбы. Ранее он читал о таких людях. Мало информации с их слов, или её вообще нет, а вот со стороны много. Таких людей сторонились все. Кто-то реагировал агрессивно, приступая к насилию. Кто-то с опаской, не желая связываться с ними вообще. А кто-то с сочувствием, но конкретно этой категории людей было очень мало. Все пытались оттолкнуть их от себя, избавиться. А всё потому, что боялись. Боялись того, что этот человек сможет повлиять на них, их судьбу. И не только на их, а всей семьи.

И вот, сейчас Эмиль не может вспомнить ни одного случая прочтения книги, где такой человек смог что-либо изменить... Либо всех таких людей действительно ждала такая судьба - умереть. Либо, если такой случай изменения своей судьбы и был - его просто стёрли.

"Нет, нельзя доверять таким источникам информации. Однако, мне их мысль ясна. Такой, как я, в заднице... И я абсолютно без понятия, что мне делать дальше. Да, мне ясно, что это Гиды предсказывают всё. Спросить у них? Свалить, жить в тени, всем врать. Завести семью и потом прийти и спросить напрямую? Лет так через тридцать, ага... ну, двадцать. Хах... Не так уж и плохо! Вот только, получив ответ, не только я пострадаю, а мне на это всё равно, но ещё пострадает моя семья... Всё время жить во лжи, а потом ещё смертельно подставить их. Нет, пока что я не готов. Годы в запасе на поиски ответов, ещё есть время подумать!"

И тут он увидел свет. Такой далёкий, маленький, но при этом достижимый. У него словно был выбор: идти или нет. Но варианта "нет" он, конечно же, не рассматривал. Надо было идти, парить, плыть к нему.

И он это сделал. Неизвестно, сколько времени он потратил на это. Этот путь казался долгим, но в то же время и быстрым.

Эмиль, оказавшись в источника этого тусклого света - шара, потянулся к нему рукой. И тут, почти дотронувшись до шара, он почувствовал резкую боль в своей левой ноге. Он издал негромкое "ай" и потянулся к ней. Она оказалась вся в крови, но Эмиль невольно коснулся неё. Он подумал, что, если тут у него нога вся в крови, то в реальности всё ещё хуже?! Может, ему следует переждать тут какое-то время?

"Так и есть, лучше тут отсидеться, пока мне там не полегчает", - решил он, но, когда он начал выпрямляться, случайно дотронулся до этого шара своей кровавой рукой, опять же невольно решив опереться на что-нибудь.

И его засосало в этот шар, но ничего такого не произошло. Он просто был в этом шарике.

Из него Эмиль мог наблюдать свой уже не такой тёмный мир, но в нём всё равно ничего не было. Соответственно, смотреть было не на что и незачем. Только вот заметил он, что около него, этого шара, вниз падала капля крови. Его крови. И как падала, скорее задержалась в воздухе в форме капли.

Смотрел Эмиль на неё долго в ожидании того, когда это уже закончится, но конец так и не наступал.

"Залипательно..." - подумал он, всё продолжая смотреть на эту каплю крови.

Спустя ещё время, свет от шара стал усиливаться. Теперь этот воображаемый мир стал светлой пустотой с каплей крови.

"Глобальные изменения", - выдохнул Эмиль.

Когда шар стал очень ярким, Эмиль уже не мог нормально смотреть куда-либо. Но вместе с этим в шаре поменялось что-то ещё, словно что-то стало быстрее. И в один момент он открыл глаза...

Эмиль очутился у себя в комнате. Кровать была сдвинута на середину, кругом полотенца и полупустые склянки. Бардак. Точнее, бардак остался. Просто всё было убрано на скорую руку. Помимо этого, но в угловом столе у Эмиля в комнате было ещё куча всякой травы. Даже он, с его-то стажем травника, ничего не знал про них. Из всех этих разноцветных и разноформенных трав его внимание привлёк один вид трав, который отдельно стоял в вазе с водой. И не просто срезан, а аккуратно выдернут с корнем. У этого вида был очень тёмно-зелёный стебель, а сверху, без ответвляющихся листков и тому подобного, был просто синий шарик. Маленький, чуть меньше одуванчика. Такой вот красивый синий помпончик. И именно этот помпончик светился тусклым светом. "Интересный цветок..." - подумал Эмиль, после чего обратил внимание на сам свет. По освещению в комнате можно догадаться, что наступил вечер. И, помимо вечера, было достаточно ветрено и холодно из-за открытого окна.

"И как они забыли его закрыть?"- изумился он, после чего по его телу пробежали мурашки. Он сразу же захотел закрыть это чёртово окно, ведь так недолго и простудиться.

"Простудиться... А почему так холодно?"- озадачился он, после чего попытался встать, но не смог даже подняться. Всё его тело было таким ватным и слабым, но не только это ему помешало - помешала ещё скованность движений в ноге и руке. Левая нога оказалась в гипсе, точно так же и с правой рукой, которая ещё была привязана, обвязана вокруг его шеи.

Эмиль спокойно это принял. В его-то ситуации ещё и ворчать? Смотря на то, что было, можно с уверенностью сказать, что ему ещё повезло отделаться "вот так".

—Ну и что я в итоге имею? - решил поговорить он сам с собой. - Все мышцы сильно расслаблены, прямо-таки атрофировались. Нога и рука в гипсе. Странную помощь со стороны девушки-пиратки. Что ей вообще нужно? Я ей благодарен, но навряд ли это безвозмездно. И мама, я ещё никогда не видел её колдовства... почему она боялась колдовать? Не может контролировать магию и из-за этого пиратка всё время спрашивал её о готовности? Да уж. Ещё и, надеюсь, глюки. Хотя так и есть. Только меня же это затрагивало. Этот паук с ногами-спицами был слишком хардкорным. Ну и, кажется, последнее - холод. Что сейчас на улице? Наступила осень? Проспал всё лето?

—Ты немного ошибся, - ответила ему пиратка, войдя в комнату. - Сейчас вот только наступила зима.

Эмиль ничуть не удивился ни её появлению, ни этой новости. Где-то в душе он ждал собеседника, не зря он ведь проговаривал всё это вслух.

—Значит, я проспал всё лето и осень.

—Тут ты тоже немного ошибся. Зиму тоже.

Вот тут он уже не понял. Земля только наступила, но он уже проспал её.

—Я... что, проспал больше года? - неуверенно спросил он.

—Да, - коротко ответила она.

Он догадывался, что должно было пройти приличное время, пока он был у себя в пустоте во время этой комы. Но чтобы год? Даже полтора! Много...

—Писец...

Том 2. Глава 2:

Эмиль стоял, оперевшись на костыль, на своём балкончике и смотрел на тонкий покров снега вокруг. С момента его пробуждения из комы прошёл ровно один день. Ещё вчера он решил отлежаться, ему абсолютно незачем сейчас торопиться.

Полтора года проспал, уже точно незачем... - подумал он тогда. Его тело всё еще слабое и сонливость тогда победила.

На следующий день Эмиль решил прогуляться. Сходить куда-нибудь, чтобы размять свои мышцы. Но ему не разрешили, говорили еще отдыхать.

Правда, упорства ему не занимать. Потому ему сделали костыль и отправили прогуляться максимум до балкона. Вот он и стоял сейчас, дышал свежим воздухом. И не думал ни о чём, ведь всё уже обдумано. Оставалось только смотреть на эти падающие с неба хлопья. Он бы так себе и стоял-смотрел один, но его покой нарушила та самая девушка-пиратка, боровшаяся за его жизнь.

—Как твоё самочувствие? - вежливо поинтересовалась она, при этом её голос звучал так, словно она сюсюкалась с ним.

Эмиль не стал оборачиваться, но это было не из-за того, что он хотел оказать неуважение. Просто из-за его ноги делать это было ну очень неудобно.

—Спасибо, уже лучше, с твоей помощью... - просто вежливо ответил он. - Всё мое тело сейчас слишком слабое. Труды предыдущих лет утеряны, эх... - наигранным грустным тоном сказал он. На самом деле, Эмиль сейчас вообще не думает о своём теле в физическом плане. Его всё равно сейчас не вернуть. Ходить ему так с костылём еще долго.

—Я бы спросила теба о чем ты думаешь, но, сдаётся мне, что сейчас ты как раз ни о чём не думаешь, - она подошла к Эмилю, положила свои руки ему на плечи и так постояла несколько секунд, после чего бесхитростно приобняла его.

Он немного не понял её действий.

Любит обниматься? Это последнее, о чём я бы подумал, глядя на неё.

Хочет поставить меня в неловкое положение? Скорее всего.

Извращенка и фетишистка? Сто процентов.

Эмиль, прижатый немного этими упругими грудями, решил ей подыграть и сказал:

—Спасибо, мне стало легче. С каждой секундой я чувствую нахлынувший на меня поток витаминов, и всего прочего тоже, - и пошевелил головой влево-вправо. - Хоть сейчас побегу!

—Да ты шалун и азарник, - сказала она и тоже засмотрелась на эти падающие хлопья снега.Ш

Шалун ли он? Эмиль решил немного задуматься над этим, стоит ли ему сейчас обелить себя от этого прозвища? Вроде бы ничего такого пошлого он не делал, извращенного тем более. Он просто не прочь подыграть в подобной ситуации.

Ах, а ещё ведь была ситуация с мамой... Нет, я определенно тоже шалун, но это если говорить ещё лёгким понятием. А так, стопроцентный извращенец. Мы стоим друг друга...

—Фетишистка и извращенка.

—Я?

Хоть было и не видно, но он почувствовал ее удивленный взгляд, направленный на него.

—Ты. И я тоже, - спокойно проговорил Эмиль. - Разве нет?

Он попытался посмотреть на ее лицо, но не получилось. Всё также тяжело поворачиваться и на него до сих пор давил груз ответственности.

—Ну... - замялась она с ответом, выпрямилась, оставив руки на его плечах.

Эмиль решил прервать её размышления. Ему показалось, что такое заявление её только обидело. "Слишком открыто я говорил", - подумал он. Совсем недавно она игриво показывала пальцем "так делать нельзя" и все. Не было больше поводов для разговоров, моментов, чтобы сблизиться с человеком. И да, полтора года, действительно не недавно... Но когда? Когда они успели начать так говорить, типо как друзья? Этого он не понимал, и только щас он над этим задумался. "Нужно немного сдать назад. Обобщить", - решил он.

—Существует два типа людей: первый тип людей не скрывает того, что они извращенцы, а вот второй - скрывает. И всё равно получается то, что и тот, и другой - извращенцы.

Как ему показалось, он сумел разрядить обстановку, но оценила ли она это умозаключение? Будет фиаско, если это сделает только хуже, хоть и предпосылок на это оставлено не было.

Она убрала обе руки с его плеч и освободившейся правой рукой встрепушила обросшие длинные волосы Эмиля.

—Да. Ты чертовски прав! Догадливый же ты мальчишка!

Он не мог видеть, но по ее голосу точно было слышно то, как она подобрела, растаяла.

—Надо тебе как-нибудь подрезать волосы или пока хочешь походить с небольшой косой?

Его волосы от уровня "короткая прическа с волосами в разные волосы" переросла в уровень "чуть длиннее каре".

Эмиль представил себя с этой небольшой косой и понял, что так, на глаз, это будет слегка трудновато. Уже сейчас его волосы тянутся, трутся... чисто лежишь, а плечи их тянут вниз. Всё бы ничего, но поправлять ему их сейчас было очень неудобно, потому он решил щас же срезать их.

—Я тут подумал, - а подумал он быстро, - давай срежем их.

—Не, долго думал. Будешь ходить с косой! - сказав это, она встрепушила его волосы ещё раз, после чего начала плавно, круговыми движениями двигать пальцем по его макушке.

Ему ничего не оставалось, кроме как просто смириться и согласиться с ней. "Слишком, слишком непредсказуемая! Правда, от того и привлекательна", - ухмыльнулся он.

Эмиль не стал зацикливаться на этой причёске. Есть вопросы поважнее...

—Как тебя зовут? - спросил он. Пожалуй, самый простой вопрос и при этом, да, очень важный.

Пиратка после небольшой паузы сказала ему:

—Вообще, леди Самер, но ты пока ещё можешь просто говорить "Самэр". Но, когда ты подрастешь, не забудь добавить "леди".

Леди Самер, ещё чин добавить и получится мега аристократично.

—А я Эмиль, - решил он ей сказать и без того известную ей информацию. - Приятно познакомиться.

Эмиль приподнял свою правую руку насколько мог. Самер слегка пожала ее, чтобы не сделать больно и не навредить и без того израненной руке.

После этого они вместе смотрели на падающий снег. Ветра почти не было, снежинки просто красиво падали сверху вниз, а падало их очень много: все уже было покрыто слоем снега. И это всего за какую-то ночь... Минут через десять она нарушила тишину:

—Твоя мама... она боится своей силы. Она мне сначала сказала про то, что она катастрофически боится перевоплощения. Я, конечно, посмеялась, но приняла это и решила посмотреть. Увидеть, чтобы понять. И вот, когда при лечении перелома она истратила все силы и в дело пошли ее собственные, у нее и без того белоснежные волосы стали ещё белее, словно истощали свет своим блеском. А брови? Вот они полностью стали белыми... Прям снежная королева, красивая... Кожа с белым оттенком, словно и не трудилась вовсе, аристократка. Но, когда на ее глазах у нее стали становиться прозрачными руки, она стала ненормально паниковать... Она боится этого, от этого она очень быстро теряет силы, ничего не контролирует, - тут она слегка замялась. - Собственно говоря, из-за этого пришлось ломать тебе ногу. Она упала в обморок, после этого долго психологически собиралась продолжить , ну а нога у тебя уже немного зажила... Ты вывел ее из этого состояния, хотела помочь сыну...

—Знаешь, я вообще слышал только про то, что она суперский лекарь, но чтобы в "таком" плане... И нога, да... пришлось пережить ад из-за этого, ну и ещё от твоих обезболивающих, - он посмотрел на нее и увидел ту самую "улыбку до ушей" на ее лице. - И, выходит, она из магов света? Ангел?

—Похоже, я наговорила лишнего?

—Нет, мне кажется, что я один только всего этого не знал.

—Один... Что ты планируешь делать?

Она не сказала про что она, но Эмиль понял, что она имела ввиду.

—Если бы я мог что-то с этим сделать... но я не могу. Поэтому, все тоже самое, что и до этого.

—А что ты делал до этого? - поинтересовалась она.

—Пытался угодить и быть незамеченным везде, где только мог. Хотя, наверно не особо и выходило-то, ха.

И в этот момент в Эмиля полетел снежок. Самер успела прижать Эмиля к себе и отбить его.

Она смотрела вниз, через перила. Была готова отбить и следующий снежок, но их больше не летело. Сам же Эмиль своей здоровой рукой ухватился за ее рубашку и не отпускал. Так и остался прижатым к ней.

—Буду пытаться выжить, - сказал он, при этом не показывая ей своего лица. - Щас это звучит довольно сложно. Для меня было бы сказкой, если бы они просто перестали обращать на меня внимание. Ну, или... - он посмотрел на нее с надеждой в глазах и произнес: - Ты могла бы меня забрать к себе, в ваш этот "аристократичный" дом, да хоть служить, слугой буду! И не меня одного, маму тоже! Она отличный лекарь, и вот, она даже маг!

Он держался за нее крепко и свои слова он уже проговаривал умоляющим тоном.

Тут же его надежды разрушились, когда увидел, как она молча помотала головой.

—Прости, но я не могу... - тихо сказала она.

Эмиль видел её глаза. Они были печальными и грустными, словно она сама была готова заплакать.

—Ясно, - опустил он голову и отпустил ее рубашку. - Другого я и не ожидал. Я бы удивился, если бы все так было просто, - он опять посмотрел на нее и попытался улыбнуться. После этого Эмиль взял костыль, упёрся на него и шагнул разок к перилам. Он продолжил смотреть на этот идущий снег. Возможно, он стал холоднее к ней из-за этого, но и она ведь не виновата, тут только он сам затмил себя этой напрасной надеждой.

Эмиль спросил ее прямо:

—Зачем ты здесь? Как это вообще получилось, что ты тут оказалась?

—Ты обиделся? Кажется, слишком прямолинейно.

Он немного помолчал и после продолжил:

—Извини, не хотел этого. Что-то на меня нашло... Но, правда, как так получилось? - он опять поковылял к ней на костыле.

—Ничего, я все понимаю, - она многозадачно посмотрела вдаль, собрала рукой снег с перил и сдула его. - Оказывается, вы одни из тех, к кому мы изначально держали путь. И тот самый Беляш, прикольно ты его называешь, попросил меня остаться, помочь с лечением, когда он увидел тебя... Ну и когда твоя мама все рассказала.

—Ясно. А что вы хотели от нас? Что-то передать?

—Потом узнаешь, щас тебе это ни к чему. Но, знаешь, - она повернулась и посмотрела на Эмиля, - это может помочь тебе.

Эмиль понял, что ничего не понял. Это поможет ему, но совершенно непонятно что это и как поможет. Кто? "Клинок, блин, в сердце! Гребаные загадки!" - крикнул он в душе.

—А кто вы? И как Беляша зовут?

—Мы... - замешкалась она от такого вопроса. - Кто мы такие я не могу сказать, думаю, это ты и сам понимаешь.

"Что? Почему она сразу подумала про клан? У этого вопроса что, нет другого смысла вообще?" - удивился Эмиль ее глупости.

—Нет, я не про клан. Можно сказать, что в про... иерархию? Кто вы в пищевой цепи так сказать... Ну или просто чем ваш дом занимается? Любое, что могло бы предоставить информацию. Мне просто интересно. А если все просто секретно, типо вы, возможно, супер убийцы, то виноват. Я тогда даже зря вот это вот все предполагаю...

—Ах, да... - положила она свою правую руку к себе на грудь и изобразила неловкость, и да, опять верхняя пуговица...

Движение было отработано и делалось уже на уровне рефлекса, ему это показалось забавным.

—Считай, что мы, наш дом, гонцы, - продолжила она. - Королевские гонцы. Есть три уровня дворянства и мы находимся на втором.

—Супер-гонцы...

—Да, супер-гонцы. - посмеялась она.

Гонцы имеют второй уровень в дворянстве? Кажется, они занимаются не просто доставкой. Правда, не удивлюсь, если от твоих способностей полегла не одна сотня людей...

Эмиль размышлял об этом, но конечно же вслух не стал произносить свои догадки.

Неожиданно он подумал о кое чём другом. Он ведь теперь встал на ноги. Вернее, на ногу, а это значит, что она уйдет. У нее больше нет причин тут задерживаться.

—Самер, ты скоро уйдешь, да? - сказал он искренне печальным голосом.

Она нежно погладила его голову, наклонилась и сказала:

—Эмиль, ты до ненормального взрослый для своих лет.

—Того требуют обстоятельства, окружение.

—Да... Ты буквально лишён детства.

Зачем она это говорит? Да, его у меня нет, зачем давить на это? Да и немного я успел всё-таки побыть ребенком. Чуть-чуть... но успел. У некоторых его вообще не было.

—Неделю-две я ещё побуду, а после мне уже нужно будет уходить. Прости.

—Не извиняйся, проведи время хорошо. Спасибо за помощь. Без тебя мама бы не справилась, ну а я явно бы тут не стоял! - искренне улыбнулся он.

—Ох-х-х! Покалеченное ты мое золотце! - не удержалась она и обняла его крепко-крепко.

У Эмиля от этих обнимашек хрустнула спина, которая ещё не успела адаптироваться к его такой новой активности в этой жизни.

Наобнимавшись, она, вся такая веселая, сказала: "Я сегодня кушать готовила! Сейчас тебе принесу!" И убежала на первый этаж.

Ему было приятного видеть такую картину, своеобразный "лучик" в его кромешной темноте. Только вот, с этим приятным ощущением пришла ещё и слабость... Достаточно унылые ощущения. Самер не виновата, просто Эмиль уже долго активничает, пришло время и лечь.

Усталость тяжёлым грузом ложилась на его плечи, лень становилась все больше и больше, поэтому Эмиль пытался как можно скорее доковылять до кровати, но быстро это, естественно, не сделать.

Дойдя до кровати, он просто плюхнулся спиной на нее. Конечно же, аккуратно. Ему было так приятно, что, чуть-чуть полежав, он моментально уснул. Точно так же и проснулся. Он сразу же оказался в другом месте, в лесу... Его рука и нога были скованы лианами к двум деревьям. Что за лес, он не знал. Кругом были большие деревья, полностью покрытые мхом. Их листва полностью закрывала свет Солнца, от чего в лесу было достаточно темно.

Везде висели лианы с этих самых деревьев, огромные лапухи поднимались из под земли, странные огромные растения, сверху которых свисали вниз волосинки с метр в длину. И там, за темнотой, было ещё множество странного.

Все зелёное, убийственная красота.

В целом, так и случилось.

Над Эмилем оказался тот самый паук с желто-черным окрасом, все тело, брюшко было таким...

Секунду Эмиль смотрел на него. Увидел множество его горящих красных глаз. Эти челюсти, что сделают из тебя кашу в мгновение ока. И все. На этот раз паук не стал его мучить. Своей лапкой-спицей он рассёк воздух. Да так, что получился свист от этого воздуха. И сразу же, моментально, проткнул Эмиля насквозь.

Он проснулся и сделал резкий вдох. Эти сны, или глюки, ему нравились все меньше и меньше. Он не стал резко вставать из-за своего состояния, остался лежать, только разве что с широко открытыми глазами.

Через секунду он успокоился, ведь нечего так пугаться из-за глюка? Да?

Эмиль услышал шаги, в его комнату вошла Самер и принесла ему на подносе стакан свежего прохладного молока. Также на подносе лежала большая деревянная тарелка, в которой была разломанная вареная круглая картошка, от которой ещё шел пар, а сверху на ней была сметанка с укропом. Рядом с тарелкой Самер решила положить один ломтик мяса на блюдце, свинка... "Ничего себе ужин", - удивился он.

—Самер... - начал говорить он с горящими от восторга, и в то же время голодными, глазами, - всё так вкусно!

Эмиль потихоньку вставал и присел на кровать. Самер пододвинула ему стол и положила на него поднос. Хоть Эмиль ещё ничего не попробовал, но она уже была рада внешней оценке результата своих тяжёлых трудов. Она не умела готовить шедевры, десерты, но отлично приготовить простую домашнюю еду могла и она. Что же касается Эмиля, то он уже предвкушал это наслаждение. Только вот есть одно "но". Ему было весьма неудобно есть левой рукой, ведь он всё-таки правша. Нет, он мог есть и ел левой рукой, но все равно делал это неумело. Рука прям сама офигивает, словно постигает что-то новое!

Эмиль, не торопясь, начал кушать, орудовать своей левой рукой, и... "О Боже! Как же это вкусно! Внутри стало так тепло, вкус картошки со сметаной буквально заставил ликовать каждую клетку его языка. И его ноющая рука с ногой... Он перестал обращать на них внимание, пока трапезничал. Эмиль был очень рад. И Самер, она тоже была очень рада...

Закончив трапезу, Самер ушла вместе с подносом. Эмиль же решил не ложиться, а, наоборот, пока он полон энтузиазма и сил, опять прогуляться до балкончика. Постоять там, посмотреть опять на этот снег... И едва ли видный закат. Снег тчательно пытался его скрыть своим туманом....

Когда Эмилю стало холодно, он решил вернуться к себе в комнату и всё-таки прилечь.

Доковыляв до нее, он аккуратно плюхнулся на нее спиной. Он теперь предоставлен сам себе, к нему точно никто не подойдёт. Разве что Самер зайдет, она явно захочет пожелать ему спокойной ночи, ну или поговорить с ним, но, когда это случится, он проснется. Щас он просто хотел хорошенько так пожелать там и заснуть...

Он поудобнее лег и приготовился спать.

На мгновение перед сном он повернулся на бок и увидел что-то серебряное и в то же время длинное, стоящее рядом с кроватью. Он было подумал:"Когда это Самер тут что-то поставила?" Чем больше он на нее смотрел, тем больше ему становилось не по себе. Он повернул голову вправо и опять... опять эти красные глаза в метре от него и его раскрытые челюсти. Паук сразу же, как Эмиль на него посмотрел, резким движением кинулся своими челюстями вперёд на него...

Эмиль не просто проснулся, он вскочил.

Это что, был сон? Но когда я успел заснуть... Не понимаю. Он был слишком реальным.

Слишком быстро заснул...

Уже была глубокая ночь, дверь была приоткрыта:"Значит, Самер все-таки заходила, но я спал и она решила меня не будить".

В темноте на столе выделялось то самое растение с тускло светящим синим шариком. Он опять обратил на него свое внимание, заинтересовался, но встать и посмотреть он уже был не в силах. Спать...

Том 2. Глава 3: Спасибо тебе, Самер

Эмиль проснулся поздним утром. В окно проступал чистый солнечный свет, небо же было чистым, почти безоблачным.

Он встал и на этот раз уже не забыл взглянуть утром на это удивительное растение с синим шариком, хотел взглянуть на него поближе, подержать... Но его на столе не оказалось. Возможно, Самер забрала его ночью...

Эмиль пошел к балкончику, вернее, поковылял к нему.

Дойдя до него, он поразился увиденному. Всё в округе было охвачено снегом. Он буквально покрыл все белой пеленой. Было слышно, как у входа в дом кричали о чем-то братья, кидая снежки и раскапывая дорожки. Сам же Эмиль сейчас смотрел в сторону огорода.

Как известно, поднявшись по лестнице на второй этаж ты попадаешь ко входу в коридор, где слева, точно так же и справа, есть комната.

Перед входом в коридор обычно клали обувь справа, а слева был качающийся стул, который смотрел на окно, но справа от него находился балкон, который немного выходил за дом и был укреплён снизу балками. Выходил балкон на огород и с него было видно реку с холмиками... Вот Эмиль и смотрел на эту белоснежную пелену и реку. Он хотел ещё присесть на кресло-качалку, но он потом навряд ли сможет с него встать.

Теперь ему было над чем подумать. Он хотел узнать у Самер две вещи. Это спросить про это растение с синим шариком, что не так важно относительно второго вопроса. А вот вторым вопросом был тот самый паук. Его это уже начинает тревожить. Он слишком много о нем думает, поэтому этот паук все время появляется?

Нет, не так.

Изначально он вообще не думал о науке, так почему он тогда увидел его? Что сподвигло увидеть этот глюк?

Неизвестно.

Потому это и следует узнать у Самер. Может, это вообще все началось из-за той змеи, которая его укусила. Она ведь тоже глюк, верно? Ведь могло быть ещё и так, что это все ее магия. Змея, появившаяся из-за магии. Но и тут вопрос. Укус не оставил следа. Или, может быть, это был магический укус? И поэтому он не оставил следа? Вопрос на вопросе...

На этой мысли Эмиль решил, что ответы ему нужны уже сейчас, поэтому он решил спуститься на первый этаж. "Хотя, куда мне, в моем-то положении, торопиться?" - засомневался он, но все равно не остановился. Он впервые спускается по этой круговой лестнице с момента своего пробуждения. И, да... это чертовски неудобно. Левая нога мешается при каждом спуске, очень неудобно с этой ногой проделать путь даже в одну ступеньку. И, изрядно заколебавшись, он принял решение спускаться задом, то есть задом наперед. Вот так ему намного удобнее спускать свою левую ногу. Повернуться чуть вбок, спустить ногу. Потом левой единственной рукой крепко захватиться за поручень и быстро, чуть подпрыгнув, спуститься на одну ступеньку. И так с каждой следующей...

Итак, проходя ступеньку за ступенькой, Эмиль прошел чуть больше половины пути. Даже с таким более удобным способом он довольно-таки устал. Но он уже втянулся в монотонность этого события и перестал из-за этого многое замечать: время, звуки...

Проходя очередную ступеньку, он даже не услышал подошедшего сзади человека. В последнее время он стал очень невнимательным. Или, это не его косяк, а особенность этого человека?

Ее грудь прижалась к его спине, и своими руками она стала придерживать здоровую руку Эмиля и его спину, чтобы тот ненароком не упал.

Да, это была Самер. В целом, выбор не особо велик. Мама да Самер. Ну или может к нам прийти ещё одна девушка? Уже и не скажешь, что нет, но конкретно щас это точно Самер.

Она медленно потянулась к его уху и, даже когда она оказалась у его уха, она не проронила ни слова. Так и стояла молчала. У Эмиля же слева словно ветерок прошёлся. От этого всего ему стало жутко. "Я же не сплю?"

Он неохотно повернул голову. Меньше всего ему хотелось увидеть увидеть какой-нибудь "темный взгляд" или страшное какое-нибудь лицо... чудища...с грудью. Он нутром чуял, что позади него что-то не так, но убежать от этого не получится.

Когда он уже начинал видеть ее голову, все словно ожило. В том числе и Самер:

—Эмиль! - обеспокоенным голосом она начала говорить. - Зачем ты спускаешься? Тебе щас нужно поберечь себя, ты вообще мог упасть!

Эмиль не мог понять, что это вообще было. Это жуткое состояние... Не могло все появится просто так. Или Самер его разыгрывает? Просто взяла и сама дунула ему...

—Я хотел спуститься к тебе, найти тебя. И... - тут он задумался. Что-то ему подсказало, что не следует об этом говорить с ней. Странное сомнение, но оно не без оснований.

—Что? - поинтересовалась она.

—У тебя бывает такое, что ты резко забываешь что-то? - прикинулся он дурачком.

По ее лицу было понятно, что она ожидала услышать что-то другое. Явно не это, ее негодование было заметно.

—Да, такое бывает. Резко о чем-нибудь другом подумаешь и точно так же резко забываешь предыдущее. А ты потом ходи, вспоминай... - переменилась она. - А ты точно это хотел мне сказать?

—Так вот, забыл же... - продолжал он о своем.

—Ну да... Пойдем наверх. Максимум до балкона, разговаривали же.

Она взяла его под левую руку и помогла ему подняться. Она хотела отвезти его в комнату, но Эмиль настоял на том, что он хочет всё-таки постоять на балконе. Он ещё хотел и сам дойти, но она опять-таки помогла ему дойти. "Замечательная девушка, но при этом подозрительная", - подумал он. Он хотел бы ошибиться в своих подозрениях, очень бы хотел...

С балкона все также открывался вид на белые холмики, реку и огород. Только вот идеально белую белизну нарушили выкопанные дорожки через огород к реке. Также было видно, как верхушка холма была выкопана людьми. Аккуратная дорожка к реке ещё хоть как-то входила в образ, но небрежно вытоптанная верхушка холма - это уже слишком. "Ну где?! Где вот гармония?" - негодовал он. Осталось только ждать следующего снега, который похоронит эти небрежности.

Несмотря на все это, Эмиль все равно остался любоваться видом. Делать же ему больше нечего. Либо комната, либо балкон. Ему что, вечно спать? С этим паучком тем более...

Так и стоял Эмиль, смотрел, оперевшись своей левой рукой на перилла. Минут двадцать прошло, после чего Самер принесла ему на подносе манную кашу с зелёным чаем. Занесла ему все это в комнату, пожелала приятного аппетита и удалилась.

Эмиль пришел к себе в комнату и начал завтракать. Его желудок ликовал от радости, а вкусовые рецепторы не переставали наслаждаться все новой и новой ложкой манной каши. Казалось бы, обычная каша, но в нее положили, прямо так сказать, золотую середину сахара, вот она и получилась идеальной. И, что самое главное, не такой горячей. Дико горячее Эмиль не мог есть, для него это было слишком горячо. У него очень чувствительный язык...

Когда он закончил завтракать, к нему сразу же зашла Самер. Посидела рядом с ним, спросила:"Как ты себя чувствуешь?" Получив положительный ответ, она забрала поднос и ушла.

Эмиль опять остался один.

Где-то там, на улице, было тихо слышно разговоры его братьев. На первом же этаже был глухо слышен звук посуды, прямо сейчас ее наверняка мыла мама. Кстати, мама до этого оставляла ему на подносе еду, но сама не показывалась. "Изменилась ли она за эти полтора года? Вдруг она стала ещё краше... Главное, чтобы ничего плохого не было", - забеспокоился он, все-таки маму он до сих пор не видел. Кушать приносила, но сама при этом не показывалась. "Что-то точно случилось".

Одному ему было довольно-таки скучно сидеть-лежать. Ему было совершенно нечего делать! Лежишь себе и все... Из-за этого он был очень недоволен. Но это щас, а что будет потом? Всё-таки ходить таким ему ещё долго. Ему бы чем-нибудь себя занять...

Настоявшись-насмотревшись, Эмиль пошел в комнату. Он пока что не понимает того, мол как можно часами стоять и любоваться одним и тем же, ни капли разнообразия. В целом, он не аристократ, чтобы такое понимать. Эмиль считал, что красота в свободе. А щас он скован. Скован физически, скован морально, даже психологически из-за этого паука. "Нужно хотя бы научиться терпеть этого паука", - целеустремлённо решил он. Только вот, появляется он случайно, поэтому к этому очень тяжело привыкнуть.

Все придет со временем.

В комнате Эмиль делал все, что только мог. Стоял, ходил, лежал на кровати, сидел на стуле, тыкал костылем в потолок, зажёг свечу ночью и просто ждал ее полного сгорания... В общем, он открывался как только мог.

Но, в этот день как стукнуло четыре часа и Самер принесла ему супа с тушёной картошкой. Хоть энтузиазма у него и стало меньше из-за этого бесконечного просиживания, но противным обед от этого не стал. Он такой же вкусный, сочный. Он уже думал, что она идеально готовить все! "Вишенкой на торте" была сказка от Самер про магов света и драконов, где ангелы и грифоны прогоняли драконов со своих территорий.

Самер поудобнее легла к нему, все в той же рубашке и все без той же пуговицы. Он смотрел на все это дело и лишний раз думал:"Роковая девушка!", Но сказку он всё-таки сумел послушать. Она начала:

—Когда-то очень давно, возможно, тысячи лет назад. Когда разделение природы сил было странным и наша магия не убивала нас самих же. На одном острове, где сейчас клан орла, царили маги света - ангелы и грифоны. Мирно жил остров, но его правители были на редкость могучими, и, несмотря на их силу, перебрались к ним в один момент драконы. Истинные правители не знали, что им делать. Развязать войну с ними? С драконами? Это звучало смешно и самоубийственно. Однако, и война была ни к чему, ведь драконы не сделали ничего ещё, за что на них следовало бы направить меч. Так они и жили. Драконов понемногу становилось больше. Они сами по себе немногочисленны, но уже цифра "два", по отношению к драконам, считалась довольно-таки большой. А тут их становилось ещё больше. И все ещё никто ничего не предпринимал. Шло время, все жили мирно. Сменялись поколения обычных людей. Щас не все, но тогда многие маги жили дольше обычного. И никто ничего не забывал из-за этого. В один момент, случилось что-то действительно странное. К югу на острове находилось красивое на виды побережье, там же поселились люди. Обустроили причал и жили себе радовались деревенским мелочам. И, тот самый странный случай, на этом побережье пропали все люди. Туда отправился брат тогдашнего правителя с отрядом. Там же он и его отряд пропали. На побережье остались только разрушенные здания и, пожалуй самые важные улики: чешуя дракона и огромное круглое почерневшее пятно. "От пламени", - догадались все. И, конечно же, от дракона. Драконы отрицали свое причастие к этому инциденту, но им никто не верил. Людям было достаточно таких доказательств. В целом, доказательства действительно весомые . Это обгоревшее пятно и тем более чешую, ее нигде не достанешь . Король был очень огорчён. Всю жизнь братья были вместе и в старости они расстались. Человека, который поддерживал его, не стало. У него были и другие родственники: дети, молодая жена, но утрата брата ударила очень глубоко в сердце. И он, не глядя, поднял на них, драконов, меч. Драконы были готовы к этой войне. Пока ангелы и грифоны яро шли на них, тройка драконов уже была на подходе к столице острова. Драконы не стали церемониться, они сразу же показали всю свою жестокость. То, из-за чего их и стали бояться. Столица пала в огне. Вся королевская семья успела эвакуироваться благодаря ангелам, но население из-за этого неизбежно гибло в огне. Один из трёх драконов заметил отступающих, они шли в направлении нового замка, предназначенного для обороны с моря. И дракон полетел за ними. Все ангелы со страхом в глазах ринулись на него и отчаянно сдерживали. Не все могли защититься от его пламени, некоторые теряли возможность летать из-за этого, из-за чего они и падали, разбиваясь о землю. Но, их жизни принесли свои плоды. Ценою части стражников один из трёх драконов пал. Всё-таки ангелы тоже сильны , хоть это и тяжело сказать, сравнивая с драконом. Но, дело опыта. Знания! И потерь было бы меньше. Возможно, даже не было бы вообще их. Но это в случае одного дракона . Так вот: королевская семья и оставшаяся часть населения смогли отступить. Но столица, самое сильное и хорошо оборудованное место, под внезапным ударом драконов пала... Тем временем на острове горел другой очаг войны: король осаждал замок драконов. Они не стремились взять воздухом. Намного лучше будет атаковать одновременно и воздух, и землю. А для этого его людям нужно пробить стену или ворота замка. И будет битва стражников со стражниками, а крылатые создания с себе подобными... Армия короля постепенно пополнялась. И, если ангелы уже были все в сборе, сами грифоны же подлетали постепенно со всех уголков острова. Драконы были готовы к этому. Они расположили свои отдельные отряды в зарослях и поставили там баллисты. Точными выстрелами огромные болты сбивали грифона за грифоном. Не все грифоны из окраин смогли добраться, поэтому основную их часть составляли столичные грифоны. Король прознал это. Понял свои ошибки и то, как он слепо действовал. Этот бой он не потянет... Сейчас они сильны, будучи вместе, но при этом они будут окружены неизвестным количеством воинов Драконов. Если щас разделиться и отыскать их, чтобы обеспечить безопасность грифонам, то драконы могут контратаковать. Ситуация, из которой невозможно выбраться победителем. И он повернул назад, в столицу. Чуть пройдя, у них на горизонте показался одинокий воин. Без брони, голый, на лошади и с мечом. Он направил свой меч на армию короля и крикнул настолько сильно, насколько только он мог:"За Рона! За Драгонс! За Драконов!" Закончив эти слова, за его спиной раздался громкий рев. Это был рев дракона. И звук рассекающегося воздуха. Показались крылья. Вместе с этим сам воин стал покрываться лавовыми трещинами. Постепенно его кожа покрылась чешуей, пальцы удлинились, стали твёрдыми и похожими на когти. Удлинилось и само его тело. За его спиной стали появляться черные, и тоже в трещинах, крылья, а голова приобрела форму шлема с завернутыми рогами назад. Ростом такое перевоплощение могло достигать максимум два с половиной метра. Поэтому тогда это смотрелось мощно! - сказала она восторженно. - Не знаю, почему он остановился на этом. Должно быть, хотел бросить вызов кому-нибудь. Сразиться с ними на их уровне. Остальные же в форме дракона... Ангелы с грифонами готовились отбить их, всё-таки их всего двое. Но король не думал, что все будет так просто. Он со страхом посмотрел назад и увидел остальных драконов. Если бы только их... Летели ещё и виверны. Король тихо проговорил свой приказ:"Пробивайтесь вперёд". Он буквально был прижат по всем фронтам. Смотрел на каждого так, словно это последний раз. Большая армия не представляла совершенно никакой угрозы. Король немного подумал и принял решение попытаться одному попасть в замок Драконов. Он посмотрел на свою дочь-ангела и она поняла все без слов. Обряд. Пока все бежали-летели, а позади, со стороны вражеского замка, понемногу настигали новые враги, король подготавливался. Читал заклинание, после чего своей кровью омыл свой меч. Обнял дочь, сказал ей что-то. Она же с улыбкой, вся в слезах, была готова на все. И отец вонзил свой меч ей в грудь. Она умерла. Король же получил новые силы, под новым светом его одеяние стало синим. И с этими новыми силами он быстрее многих полетел к замку. Его преследователи были медленнее, но все равно скоро настигли бы его. Король решил испытать свою удачу и отправился на чердак. И ему повезло: там он нашел служанку с тремя детьми, совсем ещё маленькими, завернуты в ткани... Король отобрал их. Каждый из этих детей был драконом. Два мальчика и девочка... Он забрался на самую высокую башню, увидел сразу же своих людей и то, как они отчаянно отбиваются. Драконы сжигали все заживо на своем пути. Ангелы пытались отражать все их атаки своей магией, но долго это не длилось. Разве что королевская гвардия давала отпор: двух драконов с несколькими вивернами они уже положили. Только вот на этом все, теперь их самих стало ничтожно мало... Каждый пытался взять на себя внимание противника, чтобы хоть как-то помочь... выжить. Король искал глазами своих преследователей и нашел их на другой башне. И дракон, и виверна перевоплотились в воина, только вот у виверна крылья перепонками шли от рук. Король показал им детей и стал выдвигать им свои требования. Он хотел, чтобы они покинули их остров и остановили бой, на что Дракон назвал презрительно его трусом, но бой он не остановил. Король не понимал:"Им что, все равно на детей?" Надо было что-то делать, надавить. И он своим мечом стал вести по коже ребенка-дракона. Он не хотел опускаться до их убийства, но и умирать он не хотел. Ребенок кричал... Дракон же ничего не предпринимал, просто смотрел. Люди короля же неизбежно гибли. Король стал жёстче и из его руки стал светиться луч, под которым ребенок словно растворился. Он мигом взял следующего и это увидел подлетающий воин-дракон. Тот самый, один из двух драконов на горизонте. Он призвал короля остановиться, после чего стал кричать на своего сородича. Они спорили. И новоприбывший дракон подал знак виверне, после которого она облила своей зелёной кислотой рядом стоящего дракона. Другой же дракон проткнул своим мечом в его ослабевшую броню, от чего тот помер незамедлительно. После этого, он согласился на условия короля. Громким ревом он остановил бой. Оставшаяся часть, до невозможности малая, армии короля сумела выжить. Почти все ангелы и грифоны погибли... Король хотел гарантий, решив не отдавать детей. И за это решение они рисковали погибнуть, но драконы согласились. Только с условием - поставить на детей метку, печать, по которой они будут знать, что у этих детей все хорошо. И они покинули остров. У драконов и виверн за пределами острова вспыхнул конфликт из-за этого. Новый бой, после которого о драконах и вивернах почти никто ничего не слышал. Что же касается детей, то жив оказался и третий ребенок. Своим лучом он спрятал его. Ребенок без метки... Что дальше было уже неизвестно.

Эмиль слушал все очень внимательно. В его досуге появилось большое разнообразие.

—А это точно сказка? Больше похоже на историю прошлого, легенду. - поинтересовался он.

—Да, это я немного перепутала...

—А что случилось с ангелами?

—Их стало намного меньше. Но тогда и магия была другая, но и это намного лучше, чем с драконами. Всё-таки истории о них, в отличие от ангелов, теперь уже кажутся сказками. Избыток прошлого... - и тут она замолчала, задумалась.

—А точно ли избыток прошлого? Сказка? Дети. Их дети же остались у ангелов. И не могли же они обитать только на острове?

—Я тоже хочу верить в то, что это не сказка, и драконы обитают и по сей день. Просто они укрываются... Могли ли они выжить, надеясь лишь на трёх детей? К тому же под присмотром самих ангелов. Все возможно, Эмиль. Но вот время, прошло слишком много времени... Может и была какая-то информация, но она тоже затерялась во времени, изменилась.

—Ее могли изменить сами драконы?

Самер задумалась...

—Почему бы и нет? А впрочем, это скорее сделали бы сами ангелы, чем драконы. Всё-таки их больше.

—А их дети? Могли ли они сами сами это сделать? Ну или ради них?

Самер засмеялась, но, кажется, она неправильно поняла Эмиля.

—Ты имеешь ввиду то, что они могли вырастить монстров? И благодаря своей силе они могли изменить ее? Вполне может быть!

С этими словами она приподнялась, уселась на кровати.

—Нет, вдруг король сделал это ради них. Ну или для себя. Для безопасности. Своей и их.

—Не знаю, Эмиль, но ты ставишь интересные теории.

Самер встала и пошла к двери, но вопрос Эмиля остановил ее:

—Самер, а что насчёт магии? Почему она так изменяется? Судя по твоему рассказу, они свободно могли перевоплощаться.

—Это мне тоже неизвестно. Но... тогда ты мог перевоплощаться, но того же "щита" из маны не было. Было меньше заклинаний. Щас же, так сказать, много-много магии. Атака, защита и многое другое. Разве что ты сейчас не можешь её использовать долго, иначе сам знаешь, что будет.

—А как ты сама думаешь про это? Про изменения магии? - не мог он успокоиться.

—М-м-м, - задумалась она, посмотрев на потолок и приложив палец к своим губам. - Природа, она изменяется, адаптируется. Точно так же и магия. Но и нельзя отрицать того, что кто-то мог приложить к этому руку...

—Гиды? - предположил Эмиль.

—Что? - она резко поменялась в лице, словно он затронул что-то запретное. - Эмиль, мой тебе совет, не говори о них ничего плохого.

—И все же? - не унимался он. Он уже стоял рядом с ней.

—Эмиль! - крикнула она сердито.

Она не стала больше ничего говорить об этом. Открыла дверь и вышла за неё, но осталась на виду у Эмиля. Напоследок спросила:

—Ты точно не видел ничего подозрительного? - вновь тёплым тоном спросила она.

—Я нахожусь в четырёх стенах, мне довольно сложно увидеть что-то необычное... Прости, Самер. - искренне сказал он. Он её обманывал, но это делалось себе во благо, ведь кто его знает, что будет, если она это узнает...

—Ясно. Ладно, я вниз. Отдыхай, Эмиль..

—Да уж заотдыхался. - дерзнул он, но очень тихо.

Эмиль уселся на свою кровать, обвел взглядом свою тихую комнату и опять посмотрел на дверь. Он не видел ничего мифического, просто смотрел на открытую дверь, в коридор. Все ещё светло...

И все ещё темно. Все та же кровать, на которой сидит Эмиль и чего-то ждёт, или не ждёт совершенно. Эмиль все это время сидел на одном месте, до вечера. Светлые уголки комнаты и коридора изрядно потемнели. Слишком много тусклых красок, но именно они ему помогают с его времяпровождением. С ними оно идёт куда быстрее, словно под трансом.

Эмиль пошел на балкон. Своей здоровой рукой он потянулся к закату, а когда опустил ее на перилла, тишина покинула этот дом. На первом этаже стали появляться голоса его братьев и отца. Они весело и любезно общались друг с другом. Эмиль же молчал все это время. Ему нравилось слушать звук тишины, постукивающей в окна и тем временем посвистывающего ветра. Ветер словно нашёптывал ему свою грустную мелодию. Гармония, с которой он на время уединился.

Эмиль оглянулся назад, за поворотом в коридоре уже было темно. Обычно дети ожидают увидеть в такие моменты что-то необычное и даже пугающее в темноте... и Эмиль тоже ожидал этого. Там, в темном участке ничего не было, но когда он всматривался в него, его уши охватывал постепенно нарастающий звон, из-за чего он и не стал долго туда всматриваться. Себе же хуже. Не хочешь получить от своего же воображения - просто не смотри. Отвернись. Но достаточно ли этого, чтобы отпустить чувство тревоги?

Конечно, нет. Чувства осторожности и страха дурманят сознание, из-за чего каждый раз хочется обернуться, но стоит ли? Это лишь иллюзия, но, если это иллюзией не будет, что ему тогда делать? Что сможет сделать покалеченный человек против Неизвестного, скрывающегося в темном коридоре, а может и того ближе...

Эмиль опять обернулся в сторону этой темноты и шагнул в нее, отгоняя от себя дурные мысли. "Это ведь просто кажется", - приговаривал он себе. Эмиль разве что не вошёл в сам коридор, а прошел через него по прямой. Слева от окна в коридоре находились разные вещи, в том числе и шерстяное одеяло, за которым Эмиль и пришел.

Взяв это одеяло, он пошел обратно. По пути к балкону он костылем отодвинул с окна шторку, чтобы коридор хоть немного стал светлее.

На балконе Эмиль всё-таки присел на это кресло-качалку, предварительно пододвинув его к периодам, чтобы он мог встать в случае чего. По крайней мере, попытаться это сделать.

Присев на него, он укутался этим шерстяным одеялом. Сидит-лежит, качается... постепенно засыпая.

И он заснул.

Проснулся глубокой ночью от показавшегося шороха за спиной. Эмиль словно увидел отблеск тусклого синего света, но он решил, что ему показалось.

Он решил встать с этого кресла. Сделал упор слева на костыль и стал прикладывать силы, чтобы наклонить себя с этим чертовым качающимся креслом.

Подняв себя на тот уровень, с которого он сможет схватиться за перилла, Эмиль понял, что ему нечем схватиться. Он может резко бросить костыль и схватиться за поручень, но ведь упадет сам костыль. Поднять его будет проблематично, хоть и возможно. Можно опять усесться и раскачать себя, попытаться резким толчком вперёд схватиться за поручень, и удержать сам костыль...

Он решил попытать удачу с первым вариантом. Просто кинет сразу же свою палочку на кресло, потом с него ее же и поднимет.

Эмиль резко приложил ещё больше сил и оттолкнулся от своей палки к периллам, предварительно направив ее падение в сторону кресла.

Он схватился своей единственной левой здоровой рукой за поручень. Ему тяжело было сразу устоять на месте, поэтому он всеми силами держался за перилла, чтобы не упасть. И это все произошло за несколько мгновений. Эмиль сразу же услышал за спиной тихий тупой звук, и он понял, что совершил ошибку. Небольшой просчет. Отпустив кресло и сам костыль в направлении этого самого кресла, он не учел того, что кресло будет качаться. Качающиеся кресло качается... Из-за этого костыль и упал.

Его лицо перекосило от своей же глупости и недальновидности. Казалось бы, такой очевидный момент! Но не для него...

Звук стука был достаточно тихий, поэтому в ночную тишину он не доставил никому никакого дискомфорта. Все спали сладким сном, кроме него самого, который уловил этот момент, чтобы опять посмотреть на это чистое ночное небо. Он смотрел на эти сверкающие звёзды и думал сейчас вовсе не об их красоте, а о том, что ему щас придется изрядно попыхтеть, чтобы достать этот упавший костыль.

Эмиль стал по-разному изгибаться, подтягивать своей левой ногой к себе костыль, хоть его нога и в гипсе. Пододвинув его поближе, он повернулся спиной к периллам, после чего стал потихоньку опускаться, заведомо для этого выпрямив ногу. Уже на полу он сидел себе спокойно, ртом глотая воздух. Такие нагрузки сейчас были совершенно не для него, но ему пришлось превозмочь себя.

Через четверть часа он решил уже подняться, скинул с себя накинутое одеяло и, как мог, вставал. Он потратил уже меньше сил, чем до этого, но измотала его все равно не физическая нагрузка, а сама ситуация. И вот он, весь измотанный, пошел к себе в комнату.

"На кровать..."- ждал он момента, когда уже сможет укутаться в свою тепленькую кровать.

Следующим утром, Эмиль проснулся от скрипа двери. Самер. Сегодня она решила разбудить его пораньше. Сам же он не очень оказался рад этому. Сейчас ему требовалось больше сил, энергии, сна... и этого его щас лишили. Но ладно, это же Самер. Ей можно. За последнее время она сделала много хорошего для него. Помогла с лечением, помогла маме преодолеть себя, немного по крайней мере. Потом же она кормила, проводила, разделяла вместе с ним досуг, рассказывая интересную историю прошлого. Пусть одну, но за ней могут последовать точно такие же интересные, как и та прошлая. Что же касается его личного отношения к ней, то тут довольно-таки сложно. Благодаря всему вышеперечисленному они довольно-таки сблизились. Она стала для него словно старшей сестрой. Веселая, азарная, красивая и даже сильная девчушка... Но за ней наблюдались ее подозрительные моменты. Один раз она ненароком сделала только хуже, тем самым увеличив свою подозрительность. Собственно говоря, это этой же ночью и случилось. Но и вот вопрос: в чем она подозрительна? Подозрительные действия - да. Но к чему они ведут - вопрос. Она все спрашивал, видел ли он что-то подозрительное. От этого она сама и стала казаться подозрительной, очевидно. Может, она с этим и связана? Тоже вопрос... Одно ясно точно - он сам виноват в том, что он так легко и быстро доверился Самер, но и тут, скорее всего, не могло быть иначе. Слишком умело все обустроила Самер...

Поворочавшись, он потер глаза рукой, зевнул и спросил:

—Самер, ну зачем так рано... - но договорить он не успел.

—Вставай быстрее! Сегодня мы идём на улицу!

Эмиль был приятно удивлен. Хоть и прошло всего два дня, но это были самые долгие два дня в его жизни.

Самер одела его в свою шубу из оленерога. Она по понятным причинам оказалась для него большой, но и передвигаться сам он не смог бы. Она собиралась его нести на себе. Она хотела его развеять, развеселить, дать ему глоток свежего воздуха.

Самер повела его в парк. Будучи на ее спине, Эмиль опустил свою правую руку. Она болталась при ходьбе, но боли это не приносило.

По пути в парк они встречали людей и все им улыбались. Никто не понимал, что этот миленький маленький мальчик в большой шубе на самом деле тот самый Эмиль. Смотреть на эти улыбки прохожих ему было очень приятно и непривычно. Только вот ещё он понимал, что эти улыбки направлены к маленькому мальчику с Самер, совершенно ни к нему, Эмилю. От этого его улыбка стала проще, но полностью лишать себя момента насладиться этим мгновением он не стал, все продолжая немного любоваться этим событием.

Далее, уже в парке, Самер стала колдовать. Из под снега появлялись белоснежные растения. Своей магией она вызывала из под земли, снега, стебли, толщину которых можно было сравнить с рукой человека. Не какого-нибудь огромного мужчины-викинга, а обычной такой ручонки девушки. Это добавляло стеблю гибкости, при помощи которых Самер сейчас вытворяла довольно-таки впечатляющие трюки. Стебли разрастались в разные стороны, а на некоторых его участках вырастали цветы.

Под его ногами резко появились несколько стеблей, которые аккуратно подняли его ввысь, с высоты которой он увидел весь парк и дальние белоснежные холмы. И деревья, сплошь покрытые инеем.

Неожиданно резко пошел снег, отчего все стало ещё белоснежнее. В том числе и его шубка, которая стала покрываться белыми хлопьями.

Эмиль посмотрел вниз. Снизу стояла Самер, которая продолжала "жанглировать" своими руками, вызывая все новые и новые стебли. Это точно не единственное, что она могла сделать своей магией. И он понимал, что фееричность этих стеблей может не только завораживать, но они могут ещё быть убийственно опасны. Да что там "быть", они и так опасны. Быть может она ещё сдерживается, чтобы ее кто-то не наказал.

Скольких же врагов ты навечно усыпила, Самер?

Тем временем, детишки с парка тоже стали окружать Самер, любуясь ее магией. Кто-то даже вспомнил сказку о волшебных бобах, где они проросли и поднялись до облаков к замку.

Эмиль посмотрел ввысь и подумал:"Насколько высоко я бы мог подняться? Смогла бы Самер поднять меня до облаков, и даже выше? Ее пределы неизвестны, но они есть. Вопрос в том, смогла бы она это сделать с чьей-нибудь помощью?.."

Эмиль стал медленно опускаться к земле, а вместе с ним обратно погружался в землю стебель, на котором он сейчас балансировал.

Уже на земле детишки активизировались ещё сильнее. Очень сильно им понравилась леди Самер. Все уже вместе разговаривали, смеялись. И кто-то крикнул:"Самер, лови!" Но ловить летящий на тебя снежок уж точно неправильно, разве что перехватить...

Началась мини-войнушка из летящих снежков. Самер и дети играли вместе. А когда она при помощи магии стала защищаться от снежков, вызывая огромные листы-лапухи из под земли, многие обратили свой огонь на нее.

Было весело. В том числе и Эмилю, которому было забавно наблюдать за этим со стороны. Он все также продолжал стоять на одном месте в большой шубе. Он бы тоже был рад поиграть с ними, но не судьба. Заместо этого он упал спиной на снег и просто лежал, смотрел на эти падающие хлопья. Скорее всего он хотел сделать звезду, ее след на снегу, но тяжесть шубы и скованность движений ему помешала.

Потом Самер взяла его и повела в булочную, где были вот только-только приготовленные пирожки. Чувство голода у него проснулось только сейчас, до этого он совершенно не думал о еде.

Поев, они наконец пошли домой. Самер все также несла его на спине, а сам Эмиль по пути домой уснул...

Проснулся он уже дома на своей кровати. По времени уже можно было сказать, что сейчас сумерки. "Хороший денёк выдался!", - подумал он. И в этот момент в его комнату входит Самер. И опять тогда, когда он вот только что проснулся... Словно следит за ним.

—Эмиль, все хорошо? - обеспокоенно спросила она.

—Да, а что такое? - совершенно не понимал он ее.

—Когда я тебя несла, ты очень крепко сжимал меня, - и она невзначай невинно охватила себя руками.

Хоть и наигранно, но это его смутило ужасно как сильно. Наверняка наговаривает!

Ага, невинная ты душа, Самер. Как же я тебя сжимал-то...

—Что-то я ничего не помню...

—Может, сон плохой приснился?

—Может, но я правда ничего не помню. Забыл, - и Эмиль действительно не помнил. Может же быть такое, что он действительно резко забыл весь сон? Да конечно может! И хорошо, что забыл, ведь, судя по всему, сон был не из приятных.

—Вот как... - было видно ее разочарование, словно она чего-то ждала.

После этого Самер ушла, а оставшееся время в этом дне стало тянуться, как улитка.

Том 2. Глава 4: Ремас

Вместе с этим днём прошел бесследно и следующий, а там и ещё один... Эмиль уже не прижимал к себе свою израненную руку, всё-таки его конечности уже и так полтора года заживают. Его руке нужно было просто набраться "жизни". Хоть эти полтора года она и заживала, но это же время она бездействовала. Теперь же он может использовать обе своей руки, только вот одна из них все равно оставалась все ещё слабой, отчего использовать ее вообще не рекомендуется. Вдруг он опять ее сломает, но уже по глупости.

В целом, ему хватало и того, что его рука уже находилась не в опорах и бинтах.

Если с рукой у него довольно-таки радостные новости, то вот с его ногой все было достаточно грустно. Насколько он понял, ногу приходилось ломать ещё раз, мол срослось что-то не так, или другая какая-то фигня... И вот из-за этого ему до сих пор приходилось ходить с обинтованной, в подобии гипса ниже колена, ногой. Что же касается боли, то с первого дня она так и не изменилась. Значит ли это то, что его нога постепенно приходит в норму? Непонятно, он же не медик, но рано или поздно с ней все станет хорошо. "Лучше, конечно, рано",- подумал он.

Сейчас Эмиль смотрел на себя а зеркале. В частности, на свою бледную руку. Чуть дунет сквознячок и она сразу же дрожит, но в скором времени и она окрепнет. Нужно просто подождать.

Эмиль перевел свой взгляд с руки наверх и посмотрел на всего себя. Он немного вырос и оброс, до сих пор не обрезал свои волосы. Была возможность сделать это с Самер, но он ее упустил. Но волосы ладно, понятно... "Погодите, а не путали ли меня с девочкой прохожие во время той прогулки? Болезненно белая кожа могла этому поспособствовать..."- предположил он, всё-таки все умиляются от девочек, тем более если она полностью укутанная в большую шубу.

Несмотря на эти мысли, в зеркале сейчас отражалось жалкое подобие относительно его прошлого. Да, он был меньше, но взамен этого он был стойким, сильнее, целым...

Он ещё раз посмотрел на свои длинные волосы. Играючи он стал по-разному трепыхать свои волосы, придумывая возможные варианты своей новой прически. Перекинуть волосы влево, , вправо и т.д...

Перепробовав все, он просто сделал себе небольшую косу, закрепив ее темной ниткой. Может ему и шел новый прикид, но не сейчас. На данный момент ему было не до причёсок, и уж тем более не до ухаживания за ней.

Взяв ножницы со стола, он начал срезать с себя "лишние" волосы...

Имея две руки, ему стало намного легче спускаться по лестнице. Спустившись, он впервые за это время увидел младшего брата, сидящего на кухне. Он с кем-то говорил, но на недолгий промежуток времени в его голове повис долгий протяжный писк. "Опять?"- съежился он, невольно затыкая себе уши руками, хоть и непонятно, чем это вообще поможет.

Эмиль прижался к стене, а писк тем временем становился все сильнее и сильнее, но в один момент он взял и стих. Просто пропал. Сразу с тишиной в голове пришло и спокойствие, осталось только замешательство.

Как все это остаётся без последствий?

Обычно следует за этим тошнота, может кровь из носа.

У меня что, совершенно другой случай? Но, если плохого ничего не случилось за этим, то можно подумать об этом и потом...мысли шестилетнего мальчишки...

Эмиль присмотрелся к брату: он почти не изменился. Ну, пока она оба ещё дети.

Он дальше пошел на кухню. Щас он уже слышал, что его брат мило с кем-то беседовал. И вот он увидел - это была Самер.

Неожиданно для себя, он почувствовал что-то такое... колкое в груди? Но это не боль, от которой больно физически, а... душевная? Так, кажется, это называется? Ревность...

Эмиль видел счастливую смеющуюся Самер и от этого ему стало немного грустно. Он не ожидал, что она может так же любезничать и смеяться с кем-то ещё. Просто не представлял. Но, как оказалось, может. И так же это, кажется, очевидно? Он понимал в этот момент, что может и в этом нет ничего плохого, она может общаться с кем захочет, но чтобы так счастливо...

Двумя словами, проклятая ревность. Противное чувство, которое он не хотел бы испытывать.

Он хотел уйти, но остался на месте, но и дальше он не пошел.

Неожиданно брат поворачивается в его сторону и, увидев его, мигом сделал равнодушное лицо. Увел взгляд, встал и пошел на улицу, проходя мимо него , при это не проронив ни слова.

Самер до сих пор была под эмоциями после разговора, поэтому с улыбкой смотрела вслед Рёме. И казалось, что она не понимала причины его ухода.

Постепенно ее улыбка сошла на нет. Она перевела свой взгляд на Эмиля и сразу же стала серьезной. Она встала и охватила его холодным взглядом.

От такого взгляда у него аж похолодело все внутри. Она как будто собиралась что-то сделать... и явно не очень хорошее. И самое страшное для него было то, что вся эта происходящая ситуация была направлена на него.

Эмиль сделал шаг назад и проронил:"Самер?" Она медленно пошла в его сторону, поглаживая зачем-то кухонный стол своей рукой, на секунду отвернулась от него и точно так же взглянула на него вновь. Что это значит? Ему показалось, что со стола что-то пропало, но он не стал всматриваться. Щас его волновали её глаза. Тёмно-карие глаза стали яркого зелёного, словно рубин, цвета.

Рубиновые глаза... Убийственная красота, в которой хотелось утонуть.

Но не ему. Он хоть и поражался ими, но всё-таки этот взгляд не сулит ничего хорошего. Особенно когда он направлен на тебя. Ага, будет он спокойно любоваться... Черта с два!

Эмиль сделал несколько шагов назад , пока она стояла на месте и охватывала его леденящим взглядом. Успеет ли он убежать? Нет конечно! Он же калека, эти несколько шагов и то были довольно поспешными, отчего он чуть ли не упал.

—Не убегай, Эмиль... - сказала она так, словно попросила его об этом. Хотела, чтобы он сделал ей одолжение...

Тут у Эмиля опять повис писк в ушах, голове. Одной рукой он упёрся о стену, другой же попытался обхватить свою голову. Понятно, что не поможет, но от такого и не знаешь что делать ещё...

Самер, увидев его корчащиеся лицо от боли, сказала:

—Мне кажется, что ты что-то не договариваешь, Эмиль. Ну ладно... - и она зашагала к нему. - Знаешь, я до последнего сомневалась в этом. Мне казалось, что "синий колокольчик" не подействовал на тебя.

Писк в его голове утих и он медленно пошел назад, от нее.

Эмиль полностью полагался на свой костыль, но он почувствовал, как этот самый костыль изнутри завибрировал, после чего стал мелкими корнями обвивать его руку. Корни не успели полностью обвить ее, и они пока были слабыми, из-за чего он и смог оторвать их от руки и отбросить костыль в сторону Самер. Только вот теперь он не удержался на своей единственной здоровой ноге и упал...

Самер никак не отреагировала на этот костыль, который упал в нескольких шагах от нее. Она сразу поняла, что эта палочка даже не долетит до нее. Но, свой взгляд на ней она всё-таки остановила. Вместе с этим она остановилась. Эмиля это даже стало уже раздражать: зачем она играет с ним? Почему не использует магию так, как она может? Боится, что увидят?

Ну да... Ей тут пугаться...нас? Со своими-то возможностями? Просто играется. Чтоб твоя грудь...

—Эмиль, что Синий колокольчик показал тебе? - она не смотрела на него, до сих пор держала свой взгляд на костыле, который она сама сделала для него.

—Паука одного надоедливого. Не без твоей помощи, судя по всему... Зачем ты это сделала, Самер? - спросил он наконец, почти уже дополз до двери. Он все чаще оглядывался на эту открытую дверь...

Самер, услышав это, улыбнулась, словно довольная результатом. И, ничего не сказав, посмотрела на него, после чего зашагала к нему, предварительно взяв эту палочку с пола.

—Не подходи...- выдавил из себя Эмиль.

—Хорошо, - остановилась она перед ним и направила кончик костыля к его забинтованной ноге. Дотронувшись до его ноги, из костыля начали вырастать корни, которые стали обвивать вокруг его ноги.

Эмиль закричал, когда эти корни сжали его ногу.

—Зачем? Ты же помогала мне, разве нет!?

—Прости, не удержалась. В целом, только так тебя и можно было спасти. Просто все так совпало, но ты знай, что я правда полюбила тебя как младшего братика, - и она невинно улыбнулась, сказав это.

Корни все сильнее обвивали его ногу, грозя сжать в крошку ее кости.

Резко Самер изменилась в лице, она оглянулась назад, на кухонный стол, посмотреть в окно.

Что же она хотела увидеть? Или не хотела...

Где же она, моя семья? Как это все получилось, что я тут один?

Самер продолжала смотреть в окно. На ее лице появилась встревоженность.

И только щас раздался с неба птичий крик. Хоть было и не видно, но даже в самом доме был слышен содрагающийся воздух.

Самер повернулась к нему спиной.

Воспользовавшись этим моментом, Эмиль взял серп, лежащий у выхода на стойке для обуви.

Боже! Спасибо за лень моих братьев, которые не убрали его в кладовую!

Этим серпом он перерезал корни в самом начале их разрастания и мгновенно продолжил отползать от нее, при этом резко встав и запрыгав к выходу на одной ноге, на улицу.

Самер почувствовала, что корни, исходящие из костыля, больше не охватывают его ногу, не сжимают ее. Она посмотрела и увидела его спину, то, как он упрыгивает от нее.

Весь бинт на его ноге был пропитан кровью, а опора, что поддерживала его ногу, была раздроблена и ее палки частично впились в его ногу. За ним шел кровавый след...

Самер пошла за ним на улицу.

Эмиль, выйдя на свободу, успел отойти от дома на несколько шагов. Все это время с неба издавался птичий крик и взмах крыльев, но Эмиль не смотрел наверх. Ему было не до этого. И так тяжело передвигаться.

—Стой! - крикнула Самер, но Эмиль и не думал останавливаться. Она стояла в нескольких метрах от него, тянулась к нему своей рукой.

Неожиданно, справа от Эмиля приземлилась большая птица. Земля содрогнулась и он упал на бок. Эмиль посмотрел на эту большую птицу: когти на ее лапах походили на кончики копья, а крылья были похожи на большие щиты из-за бело-желтой ткани, охваченной в некоторых местах железными пластинами. Боевая птица. Грифон.

На великолепном грифоне восседал не менее великолепный всадник в фиолетовой броне. Полный комплект, но без шлема. Его длинные волосы цвета сена растрепыхались по всему его нагруднику.

Всадник слез с грифона, погладил по крылу разбушевавшегося грифона, тем самым успокоив его.

Всадник был готов выхватить из ножен свой меч в любую секунду, применить его...

"Надеюсь, не против меня. И так хватает врагов", - Эмиль прижался к стене дома. Его кровавый след следовал за ним по снегу. Сам же снег сейчас холодил все его тело...

Всадник выхватил продолговатый щит с тремя острыми концами на верхушке щита. Середину этого щита украшал герб королевства Ферлан - Ангел Ферон на грифоне. Щас он просто держал его на готовое.

—Леди Самер, - начал рыцарь. - Ваш отпуск подошёл к концу.

Самер ещё больше изменилась в лице. Ее чуткий взгляд, недовольный появлением этого всадника, сменился злостью.

—Антимаг...

—Зовите меня по имени, леди Самер. Уже не первый год знакомы, - перебил он ее.

Самер закатила глаза, а вот Эмиль теперь точно знал, что этот всадник антимаг. Столько невероятных событий за короткий промежуток времени на его голову. Он бы лежал так и дальше, любуясь этим моментом, но снег, окрасившийся в красный цвет на его глазах, напомнил ему о кое чём важном - о его ноге.

Вся нога Эмиля была в крови. Впившиеся части опоры-гипса частично торчали в его ноге, все же остальное было напрочь разломлено, грозя отпасть от его ноги совсем. Только вот Эмиль не стал дожидаться этого. Превозмогая боль, он сам сдирал с себя этот гипс. Бинт же был весь в его собственной крови. Но ему выбирать не приходилось. Он взял бинт и стал тереть его об снег, чтобы хоть как-то очистить его, после чего опять перебинтовал свою ногу: кое где она до сих пор кровила и боль пульсацией проносилась по всей ноге. Ему казалось, что его нога стала очень тяжёлой.

Он начал отползать, пока они там "ворковали"...

—Свен... - начала она. - Ты щас немного не вовремя.

—Да, вижу... Но настало время. Забирай я, - всадник заметил ее рубиновые зелёные глаза, из-за этого он был предельно осторожен. И эта осторожность окупилась: Самер в одно мгновение выпустила из под земли три стебля. Два стебля были направлены на грифона, пытались захватить его крылья, но грифон лёгким движением крыльев перерезал эти стебли. Правда, расти они от этого не перестали, но этого мгновения хватило грифону, чтобы взлететь.

А вот всаднику повезло меньше. Стебель, словно молот, тупым ударом врезался в его щит, но из строя его это не вывело. Он обычным движением щита поменял направление стебля, после чего мечом рубанул его, но этого было мало.

—Ну ладно, леди Самер. Придется Вас заставить, - и его меч охватило пламя, только вот нанес он удар отнюдь не им, а щитом, который, в свою очередь, испускал огненные блики на всей своей поверхности. Этим ударом он "оглушил" растущее растение и прожёг его ствол насквозь.

Растение не смогло прорасти в обугленном месте, но это его не остановило. Оно стало взращивать ещё два ствола по бокам от этого центрального ствола, но они уже не атаковали его, просто росли вверх, оставляя на всем своем пути растущие бутончики.

В это же время ега ударили в спину два острейших ствола, которые до этого пытались схватить грифона. Вот только даже они не смогли пробить зачарованный нагрудник антимага, но и без последствий это не осталось: на нагруднике осталась вмятина и теперь она очень неудобно давила в его спину.

Стволы, не достигшие своей цели, стали расти вверх - к его незащищённой голове. Свен понимал, что произойдет, если они достигнут его головы... но паники в его глазах не было. Он повернулся и перерезал основание этих ростков, после чего прыгнул к ним и пламенем своего меча насквозь прожёг их.

Они же безжизненно упали...

Всадник повернулся и увидел, как грифон налетел на самый верхний бутон, размер которого был почти с грифона. И, казалось бы, грифон молодец, но его хозяину это не понравилось:

—Гриф, нет! - он действительно забеспокоился за него, но больше ничего не смог сделать, так как другие бутончики уже раскрылись и стали атаковать антимага. Он же перешёл в защиту, отражая щитом снаряд за снарядом, и в то же время мечом перерезая всё новые и новые стебли, вырастающие из под снега по велению Самер.

Тем временем Гриф почти уничтожил ещё нераскрывшиеся бутон. И, пока он пытался это сделать, в него уже летели снаряды из шипов. Почти от всех он сумел защититься своими крыльями, но несколько всё-таки достигли цели его - под крыло и в брюхо Грифа, прямо между пластинами, попали те самые шипы, но Гриф не упал. Своим клювом и когтями он ещё раз ударил этот огромный бутон и тот, наконец, раскрылся прежде времени ему предначертанного. Этот бутон небольшим туманом из пыльцы охватил Грифа и его настигла сонливость.

Страшно представить, что могло бы произойти, если бы он раскрылся сам... все бы уснули? Сколько у Самер ещё припрятано таких особенных бутончиков и фокусов?

Как говорилось, сонливость охватила его. Он взлетел, хотел продолжить этот бой, но не смог. Гриф заснул и полетел вниз, прямо на Самер...

У Самер округлились ее рубиновые глаза, когда она увидела эту падающую на нее тушку. Она перенаправила все свои касты на Свена, после чего попыталась отпрыгнуть.

Самер так же попыталась поменять направление падения выступающим маленьким стволом, но до конца она не верила в то, что она сможет сдвинуть его этим маленьким стволом, из-за чего она всё-таки отпрыгнула.

Тем не менее, из-за этого грифон упал и слегка задел беседку, выступающую от дома и не задел ее. Сама же Самер упала к ногам Эмиля, который все это время потихоньку отползал от места битвы, но даже щас Самер оказалась рядом с ним.

Его везению можно позавидовать.

Помимо Самер, рядом с ним оказался его отец, который прямо щас направил меч на Самер и оказался в нескольких сантиметрах от ее головы. Вместе с этим и шипы с вырастающими из под снега стеблями перестали атаковать Свена.

—Хоть поубивайте друг друга, но мой дом крушить не позволю, - сказал он тихо, но не менее грозно.

На мгновение повисла тишина, и только дуновение ветра с сопением грифона нарушали ее.

—Ладно-ладно, я ухожу, - она медленно стала подниматься. Кончик меча все это время сопровождал ее и ее это немного напрягло, она решилась тоже медленно убрать его конец в сторону от нее. Но, к сожалению, это не осталось без следа - на кончике меча осталась ее кровь.

Антимаг сейчас находился рядом с грифоном, который сейчас спал, но его дыхание, оно же и сопение, было очень тяжёлым. Только сон помогал грифону от мучительной боли.

Свен гладил Грифа по его перьевой шерстке и смотрел на эти огромные шипы. Ему было страшно делать что-либо с этим, он хотел вытащить их и сразу же прижечь эти раны, но не мог осмелиться сделать это. Вдруг не получится? Может, он сможет выжить и без этого, а его действия сделают только хуже? Всё-таки его делом всегда было воевать, частенько возвращать девушку по имени Самер домой, чтобы она и дальше работала на королевство.

Капризная девчонка!

Всегда удавалось усмирить ее, иногда силой, но удавалось. Раньше они часто проводили время вместе, росли... И в один момент он стал антимагом, а она гонцом. После этого он перестал понимать ее вообще! Маленькая девочка повзрослела? Или её судьба оказалась тяжелее судьбы обычного рыцаря, хоть и избранного королевством в отряд антимагов? Он не знал... и она сама не открывалась ему. Одно известно точно - сейчас Самер перешла все границы. Свен был готов совершить непростительное для себя, для королевства... Без причуд взять и обезглавить ее и свалить все на этого варвара. И он видел это уже перед своими глазами, как ее голова слетает в сие мгновение...

—Я могу помочь... - Оливия положила свою руку поверх руки Свена, надеясь его этим успокоить.

Рука Свена дрогнула. Он посмотрел на девушку и увидел перед собой красавицу с белоснежными волосами. Он не смог сказать ни слова. Просто смотрел и не дышал, а когда вдохнул, то почувствовал исходящий от нее запах берёзы.

Берёза в зиму... манящая девушка.

—Я люблю берёзу, - неожиданно заявил Свен.

—Что? - не поняла его Оливия и убрала свою руку.

—Что? - Свену было очень жаль. Ему и дальше хотелось чувствовать теплоту ее руки, ее белоснежных тонких пальчиков, и, конечно же, березка... - Извините...помогите, пожалуйста, - виновато промолвил он.

Оливия закатила глаза. Сейчас она пыталась сконцентрироваться. Всё-таки она очень волнуется. Ее страх никуда не ушел.

Оливия положила свою руку на то место, где торчали те самые шипы. Жестом показала Свену, мол вытаскивай...Свен их вытащил, после чего Оливия закрыла глаза и... по ее телу начало расходиться тепло. Не то, от которого становится жарко и не то, от которого может растаять снег. Это было тепло души, которое дарует тебе покой и ясность мыслей. Именно с такой теплотой в сердце жрицы и помогают людям. В данном случае - грифону.

По ее руке прошлись пять белых линий и каждая из них остановилась на кончиках пальцев, после чего появился тусклый свет, но даже днём он был хорошо виден.

Свен чувствовал это тепло. Ему приходилось уже видеть такое и даже чувствовать это на себе. Но, раз за разом, он не мог привыкнуть к этому теплу. Он не мог им насладиться. Каждый раз был для него новым.

Как рыцарь, он держался достойно, но в его взгляде все равно читалось уважение.

Раны грифоны начали заживать, а кожные покровы затягиваться. Разве что перья так и остались в крови, но это была ничтожная проблема на фоне того, что дыхание грифона, наконец, стало ровным и спокойным. Он стал просыпаться.

Свен чувствовал прилив сил, его энергия била через край, даже спина перестала болеть, но эта боль все равно скоро вернётся. Всё-таки причиной этой боли был сжатый нагрудник. Но это второе. Важно то, что он был всего лишь рядом с этой жрицей, а уже чувствовал эффекты ее магии. Щас это было насыщеннее, чем прежде, но, может, это было из-за того, что сейчас на месте жрицы была красивая девушка?

Грифон проснулся. Свен был вне себя от радости! Он поблагодарил жрицу и уткнулся в шерстно-перистый бок грифона. Сам же грифон не проявлял никакой враждебности к рядом сидящей девушке. Похоже, он чувствовал, что это ей он обязан жизнью.

Пока он обнимал своего грифона, Свен заметил, что у Оливии трясутся руки. В один момент все ее спокойствие сошло на нет. Тепло, что согревало ее изнутри испарилось и ей стало плохо. У нее закружилась голова и дрожь пробрала все ее тело.

Оливия посмотрела на свои дрожащие руки и поднесла одну из них к своей голове, пытаясь успокоить себя. Понемногу, это получалось у нее и то самое тепло стало возвращаться, хоть и очень слабое.

—У вас все хорошо? - побеспокоился за нее Свен.

—Да, все хорошо, уже лучше, - она улыбнулась и, со слезами на глазах, немного посмеялась. Она искренне рада тому, что ей удалось спокойнее к этому отнестись. Ей все также страшно, но продвижение имеется и это видно...

Свен увидел ее ребяческую улыбку и смех, она словно была похожа на солнышко, и ему тоже стало от этого хорошо. Только вот вместе с этим он заметил недобрый взгляд одного мужчины, похожего на викинга. Свен хотел сказать, что это недоразумение и они не ворковали, но вместо этого он просто сказал:

—Спасибо за помощь. Нам, наверное, пора, леди Самер, - решил он не ввязываться в конфликт.

Самер послушно собралась уйти...

Эмиль смотрел на всю эту сцену в целом и думал о том, что все кончается хорошо. Он был рад маме, всё-таки он впервые ее увидел. Но и был расстроен тому, что она даже не окинула его взглядом. Жизнь медленно покидала его ведь...а она... Даже щас. Нет слов.

Он отполз за дверь и теперь его никто не видел. Что он хотел этим сделать? Наверное, не видеть никого и просто смотреть вперёд. Сейчас впереди был достроенный сарай, который полтора года назад угробил его. И смотреть до последнего, никому не могу дать.

Хотел он так сделать, но он решил выбрать себе другой конец. Рядом с ним была палка. Необработанная, вся в зазубринах. Эмиль взял ее и напряг все свои силы, чтобы встать и пойти через огород к речке.

Когда он шел, он услышал Самер, но она была далеко. Должно быть, услышал ее опять же благодаря ее способностям и этим странным видениям. Она сказала:

—Ты слишком наивный мальчик, Эмиль. Легко и быстро открываешься человеку, даже почти сразу готов считать его другом. Я уверена, что ты много думаешь об этом, что ты ошибаешься, а потому ты щас находишь мои слова правдивыми. Впредь будь осмотрительней. Не верь сразу человеку... И я ещё вернусь за тобой, - дала она ему наставления.

Последняя фраза звучала уже не просто в голове, а обычным криком. То ли звучало угрожающе, то ли заигрывающе. Непонятно, да и неважно. Смысл от этого не поменяется.

Эмиль увидел ее уже летящей на грифоне. Она увидела его и слегка улыбнулась, мол "пока", но сам он не отреагировал на это никак. Он просто развернулся и уже перешёл ограду. И думал о том, что это "впредь" уже не наступит.

Когда Самер сказала последнюю фразу вслух, Оливия словно очнулась. Эмиль... Со всеми этими событиями она потеряла его. Сломя голову, она стала его искать...

Эмиль в силу своих возможностей шел очень медленно к реке. Не утопиться конечно же. Просто остаться там до своего последнего "впредь". Все его тело уже замёрзло, стоп, да и ноги он уже не чувствовал... Ему было очень холодно, но падать здесь он не собирался. Только не здесь...

Стал подниматься ветер, а вместе с ним и снег, который просто перелетал с места на место. Но там, где сейчас находился Эмиль, было пусто. Высохшие кустарники малины и чистая белая гладь в небольшом овраге при выходе за ограду с огорода. Из-за этого образовалась метель от обычного легкого ветерка. Эмилю было очень тяжело. Не только от холода. Но ещё и из-за снега, по которому приходилось пробивать себе путь.

Неожиданно, Эмиль остановился. Он почти дошел уже, но решил вдруг остановиться... "И зачем я это сделал? Просто сдался. Не я ли хотел бороться, терпеть это? Видимо, не я..." - сказал он последнее вслух, треща зубами от холода.

Что ему теперь делать? А уже ничего не поделать... Слишком холодно. Эмиль в буквальном смысле опустил руки. И не вернутся, и не дойти до речки. Ради чего оно все было? Щас просто упасть и все закончится...

—Эмиль! - отозвалось где-то за его спиной. Оливия.

Эмиль обернулся и увидел ее, она бежала к нему, от чего он невольно улыбнулся. Наверно потому, что он был счастлив этому. Тому, что хоть кто-то его спохватился. Только вот, он сделал шаг назад. И упал. Снег полностью поглотил его, ему совершенно ничего не видно...

Он закрыл глаза. Все его тело остолбенело. Дыхание стало редким. Кожа синяя. Одно лишь чудо удерживало его в сознании. Но и это чудо угасало, а вместе с ним и он. Эмиль уже перестал слышать дуновение ветра, остальные звуки природы... и маму. Последнее, что он услышал - это было его имя из ее уст. И, это было не так плохо для него, но в тишине он не хотел оставаться. Он попытался вспомнить что-то хорошее, веселое, но заместо этого он вспомнил себя, сидящем на дереве. Его свисающие ноги барахтались барахтались по воздуху, а сам он смотрел на лес, находившийся рядом с деревней. Рядом никого, только он. Спокойная обстановка... И это спокойствие наигрывало ему спокойную, немного грустную, мелодию одиночества. Он уйдет, но ничего не изменится. Все и дальше пойдет своим чередом.

Эмиль открыл глаза. Он увидел перед собой маму. Запыхавшаяся, растрёпанная. Он заметил, что она шевелит своими губами... "Должно быть, она мне что-то говорит...прости, но я ничего не слышу", - слеза сама по себе стекала по его щеке...

И он закрыл глаза, так как сил у него уже не было ни на что.

Я уже готов, даже и не страшно... Слишком холодно, чтобы чувствовать боль.

Но, не ему это было решать. Он стал чувствовать тепло в груди, которое распространялось по всему его телу. И, раз уж холод покидал его, то и боль, притуманенная этим холодом, начала проявляться.

Он вновь открыл глаза и увидел ее. Сейчас она уже не выглядела запыхавшийся и растрёпанной. Теплая энергия, исходящая от нее, создавала в ней образ не какой-то неопрятной девушки, а, наоборот, любящей и внимательной к другим.

Эмиль вновь смог двигаться. Он чувствовал тепло почти во всем своем теле...и он заплакал. Казалось, что заплакал. Все выглядело куда страшнее. Резкая нахлынувшая боль сводила его с ума и он только что и мог дёргаться, почти беззвучно, но казалось, что он кричит. Эта боль убивала его, но в то же время все его тело залечивалось в этих судорогах. Оливия же старалась не обращать на это внимание, чтобы не терять концентрацию. И, когда он просто обмяк без сил, он уже заплакал. Он перестал быть тем сильным мальцом. Сейчас Эмиль выглядел как обычный ребенок.

—Тише-тише...прости меня. Прости меня, дурочку. Пожалуйста, Эмиль, - и она тоже заплакала, сильнее прижала его к себе и не желала отпускать.

Эмиль тоже обнял ее как можно сильнее, прижался к ней и рыдал в эту ее шубу.

Казалось бы, трогательная сцена, но тепло разнеслось уже по всему его телу. И его застывшая нога вновь напомнила о себе.

Эмиль стиснул зубы и твердо взялся за ее шубу, удерживая себя от вновь нахлынувшей боли и нового обильного кровотечения...

Оливия поняла, что что-то не так, посмотрела на него всего и увидела его ногу. Страшные мысли пронеслись в ее голове, она испугалась за него и поспешила ему помочь. Но только не здесь, а дома.

Оливия сняла с себя шубу и укрыла ею Эмиля, при этом цокнула на себя же за то, что не сделала этого раньше. После этого она понесла его домой. И, хоть Эмиль немного подрос за эти полтора года, весить от этого он больше не стал. Наоборот, меньше. Ещё не успел он набрать массу, а потому ей было легко его нести.

У дома поломанную беседку уже убрали, вместе с ними убрали и огромные стебли с лианами, поэтому все это не мешалось на пути к летней кухне. Почему туда? Потому, что там она жила на протяжении года. Именно из-за этого Эмиль не видел её в доме. Благо, в летней кухне есть печка, которая как раз спасала ее от холода.

Оливия уложила Эмиля на свою кровать и пофиг, что ее кровать, как и шуба, пропитается кровью. Ей сейчас важнее спасти сына.

Эмиль тяжело дышал. Там, в снегу, он был намного живее, чем сейчас. С него стекал холодный пот. Ногу сводило, но и пошевелить он ею не мог, а сердцебиение становилось все быстрее и быстрее, от чего все перед его глазами светлело, слепило его.

Оливия опустило руку на его голову, после чего появился тусклый свет - не такой яркий, как тогда с грифоном. Но даже этого тусклого света, ее небольшой мощи, хватило на то, чтобы ему полегчало. Он успокоился и картинка перед глазами прояснилась.

Странное явление, магия обманывает организм человека, или, она же может восстановить потерянную кровь? Интересно...

Эмилю вновь стало легче, но это опять временно. С секунды на секунду все вернётся на круги своя.

Оливия увидела этот тусклый свет и поняла, что она недостаточно собрана. Ей страшно. От ее действий зависит человека, ее сына. Но и ей сейчас было тяжело полностью себя перебороть. Вся ее уверенность ушла на грифона, но и тот все же не был ее сыном. Немного другое.

Она навела свою руку на самый главный источник проблем - его ногу. И стала изо всех сил стараться его излечить...чтобы получился такой же яркий свет, как с тем грифоном. Она много думала об этом, пыталась вспомнить, возобновить то чувство теплоты... Но не получалось. Она не может. Просто не может. И из-за этого она терялась ещё больше. Возможно, груз ответственности давит на нее, а может быть недостаток сил, которые она до этого почти не развивала.

Слёзы стекали по ее щекам от ее же беспомощности. "Почему, ну вот почему я такая? Почему у меня не получается? Как преодолеть этот страх? Жрицы...лечат и лечат, не щадя себя. Я так не могу. Много их угасло в попытках спасти других, но они ведь много кого спасали! А я, дурочка, после первого ужасного опыта замкнулась... Почему он мне достался? Этот дар..." - кричала она в душе.

Эмиль посмотрел на нее. Видел её слезы, ее панику. Он хотел ее успокоить, что-то сказать, но не смог. Этого небольшого прилива сил хватило лишь на то, чтобы сохранять сознание. На самом деле, на другое у него сил уже не было. Одно лишь сказанное слово могло спровоцировать боль в ноге, рвоту, боли в голове и, наконец, панику...

Он закрыл глаза в надежде на то, что ему станет лучше. Но это, может быть, потом станет лучше, а сейчас у него опять участилось дыхание. Он взял лежащую рядом мокрую тряпку и накрыл ею глаза. Он не видел, что было дальше и постепенно все становилось тише. Он просто уснул.

Пока он спал, Оливия лечила, что есть сил. Тусклый свет ярче не становился и она взяла временем. Не переставая, она лечила этим слабым лучом надежды. Она буквально выжимала всю свою энергию, из-за чего у нее опять началось перевоплощение... Ее и без того белая кожа начала светлеть, все больше приобретая аристократичный вид. Но, вместе с этим, ее руки становились прозрачными. Одежда, что была на ней, стала перекрашиваться в белый цвет с синими линиями на рукавах. Все тот же капюшон, халат... Хорошее перевоплощение для ее прежней одежды, но она, к сожалению, ниточкой за ниточкой вернётся вернётся в свой первоначальный вид...

Оливия закончила. Она посмотрела на его ногу ещё раз, на его руку. Его нога вновь стала целой. Даже шрамика не осталось от былого месива, только память об этом тяжёлом времени. Что касается его руки, то она перестала выглядеть такой болезненной. Здоровый цвет, да и сами мышцы наполнились энергией. Все мышцы. Как будто бы он и не был в этой коме, которая как раз-таки и ослабила все его тело... Сколько она уже колдует над ним? Может быть, час? А может быть и часы. Но она не переставала, не отходила от него ни на шаг. И, когда она закончила, после осмотра его тела она легла рядом с ним. Ей нужно было отдохнуть, чтобы это перевоплощение не закончилось для нее плачевно. Так она и лежала, спала, пока все ее видоизменения не вернутся обратно...

Эмиль проснулся. Увидел рядом лежащую маму, причём очень сладко спящую. За окном было до сих пор светло , но это не выглядело как продолжение того дня, который он помнил. Следовательно...наступил следующий день? Забавно...

Он почесал затылок и очень удивился. Все тело такое лёгкое? И рука, ее слабости и бледности словно не бывало!

Эмиль, воодушевленный этим событием, решил полюбоваться на все свое тело, почувствовать его каждую мышцу... И вот щас он уже был в шоке. Боли в ноге не было, а сама нога...целая?

Эмиль встал с кровати на обе ноги. Сначала он чуть ли не упал, он словно заново учился ходить. Но, благодаря этому лечению, научился он почти мгновенно. Ничего не поломано, ничего не болит, даже шрамов не осталось! Как так!? Словно он такой был всегда... Он недоумевал. Магия исцеления слишком невообразимая.

Он прыгал на ней, после чего засмеялся, что есть сил. От этого смеха проснулась его мама и смотрела своим сонным недоумевающим взглядом. Все поняла и обрадовалась за своего сына, но после смутилась вовсе:

—Мам, - задался он странным смехом, но через несколько мгновений затих и посмотрел на маму недоумевающим и в то же время удивлённым взглядом, мол:"А что, так можно было что ли?", - а сразу так нельзя было?

Том 2 Глава 5: Праздник

После того казуса миновало двадцать четыре дня. Земля была сравнима небу: что то, что это были идеально белыми. И только тропинки с дорогой вдоль дома нарушали этот покой.

С неба продолжал падать снег большими хлопьями, разве что слабый ветерок подгонял их. И где-то там, вдали, сквозь эту заснеженную пелену пробивался свет. Лучики солнца отражались от земли, добавляя этой пелене снега блеска...

Где-то там, из окна дома, виднелся мальчик. Шел домой по уже протоптанной собой же тропинке. Но, хоть он недавно проделывал себе этот путь, за время его отсутствия она уже почти полностью покрылась снегом, от чего ему опять, вновь и вновь, приходилось проделывать этот путь.

Было видно, что через каждое плечо у него была продета веревка, и каждая из них несла за собой что-то длинное, укутанное в плащ. Видимо, чтобы то, что внутри, не намокло от снега

У ворот каждого из встречающихся домов стояли снеговики. Встречались и сами дети, которые озорно игрались, веселились, кидались друг в друга снежками и скатывались с горки. Много где дома были по-праздничному украшены, точно так же каждый, у кого росла ель у дома, украшали ее. Сами же взрослые сейчас готовили салаты, горячее. Мужья и жёны помогали друг другу и тоже смеялись, смотрели друг на друга влюблёнными глазами и продолжали готовиться к Новому году. Везде было новогоднее настроение. И Эмиль тоже хотел податься ему. Хотел поиграть с другими, посмеяться, украсить ёлку. Точно заняться не тем, что он делает сейчас - тащить эти два отбитых ковра домой. Он смотрел на других детей и тоже хотел присоединиться к ним, поязвиться с ними, но он не смел и подойти к ним, поэтому он охватил все это лишь косым взглядом и пошел себе дальше, чтобы его не признали и не случилось чего похуже, смахивая с себя при этом седьмой пот.

Придя домой, никто не посмотрел на него. Да и он не окинул никого взглядом. Разве что, Эмиль приметил запах готовящихся блюд и красоту их дворика. У дома стояла ель, которую щас наряжал Рёма.

Эмиль скинул с себя шерстяную кожаную куртку, отряхнул ее у выхода и понес к себе на второй этаж. Ковры он оставил у выхода, чтобы налипший на них снег сначала растаял. После этого он отправился к себе на второй этаж. У себя в комнате он сделал небольшой костерчик на маленькой железной пластине. Поставил сверху котелок закипятить воду и поставить чай.

Уже с чаем, Эмиль отправился к маме в комнату. Там, под столом в ящике, он хранил вкуснейшие печеньки. Скрывал их от всех, кроме мамы, которая как раз их и приготовила. Вкуснейшие песочные печеньки...

Эмиль сразу съел одну и отправился на балкон. По пути накинул накинул сухую кофту, после чего уже сел на кресло-качалку. Сидит-качается...попивает чай, ест печеньки. И смотрит как всегда на холмики. Всегда идеально белые, такой же лес в дали, но он все равно смотрит. Должно быть, надеется увидеть что-то новое? Не что-то сверхъестественное, а просто новое... Пусть даже и обычное.

Пока он отдыхал, Эмиль слышал то, как снизу вся семейка готовится к празднику. Даже было слышно маму, которая как раз таки готовила там всё вместе с остальными братьями. Они тоже все вместе смеялись и болтали о всяком. И, хоть они так и разговаривали вместе, мама до сих пор жила от них отдельно в летней кухне. Там иногда спал вместе с ней Эмиль, когда, по возвращению домой, он оказывался закрытым, так как было уже поздновато.

—Что же вы так шумите? - заворчал он, всё слушая и слушая какие-то разговоры, и ведь почти ничего не разобрать...

Спустя время он всё-таки встал и пошел на первый этаж, чтобы расстелить ковры. И, пока он их расстилал, может быть кто-то и обратил на него внимание, но сам Эмиль даже не обращал внимания в их сторону.

Закончив с этим, он опять поднялся к себе на второй этаж. Взял коробку с печеньками и пошел к выходу, предварительно накинув на нее свою мокрую шерстяную куртку, чтобы не смотрели всякие...

Уже у выхода, он накинул на себя эту куртку, после пошел на улицу. В свое место, где он и будет праздновать Новый год, и это место - летняя кухня. Эмиль зашёл и увидел, что его мама попыталась добавить немного праздничного настроения из того, что осталось: немного украсила окошко красным дождиком и повесила на это же окно две ёлочные игрушки по бокам. Повесила в разных местах штуки три самодельной снежинки, ну а само окно разукрасила синей снежинкой из краски. Скудно, но и этого было достаточно. Сам Эмиль и не думал праздновать, но его мама настояла на обратном. И настояла на том, чтобы он всегда праздновал этот праздник, ну и все остальные по возможности.

Эмиль ещё раз осмотрелся. Взял вазу и присел за пустой стол. Достал из внутреннего кармана куртки еловую веточку и поставил ее в вазу. Там же из кармана достал игрушку и повесил на нее, после чего отодвинул вазу от себя на другой конец стола. Эту игрушку он случайно нашел на снегу.

Он поудобней устроился на столе, лег на свои руки, и так смотрел на эту вазу с веточкой, пока не уснул...

Проснулся он от злорадного "Хо-хо-хо!" Почему злорадного? А потому, что он предпочел бы ещё поспать... Эмиль посмотрел в окно и увидел того самого безумца, разъезжающего на санях с одомашненным оленерогом. По бокам его сани были украшены зеркальными гирляндами и, конечно же, фонарями, которые как раз таки светили на эти гирлянды. Они же, в свою очередь, выпускали небольшие лучики света, называемые солнечными зайчиками. В вечер это выглядело довольно волшебно. Эмиль даже любовался этими санями, пока они не скрылись за окном...

В кухне становилось холодно. Хоть его кофта была достаточно теплой, он все равно решил добавить себе уюта, бросив в печь пару дров. Он смотрел на разрастающийся огонь и, когда он уже разбушевался, закрыл дверцу в печи. С этой теплотой он опять уселся за столом и так же прилёг головой на руки, закрыл глаза... Но не заснул, так как за его спиной открылась дверь. Он не смотрел на пришедшего гостя. И так было понятно, что это мама. Однако, Эмиль все равно смотрел вперёд каменным взглядом, ибо был очень недоволен тем, что его прервали от засыпания. Его глаза, да и лицо, выражали ту ещё сонливость.

—Эмиль, ты так всю жизнь проспишь, - упрекнула она его.

Он потянулся и сказал:

—Да! И я не вижу в этом ничего плохого. Да и ты сама видела, что я весь день делал... Я устал, мам.

Наконец, он повернулся и увидел с чем пришла его мама! Это были салатик, другое горячее, которое, конечно же, нужно уже ещё раз подогреть.

Эмиль невольно улыбнулся, он очень обрадовался этому, а его мама, в свою очередь, обрадовалась тому, что угодила сыну.

Из всех салатиков Эмиль очень сильно любил крабовый салат, а из горячего ему доставляла удовольствие отбивная, покрытая плавленным сыром под фирменным соусом мамы. Какой-то там волшебный майонез.

Он мигом подошёл к маме, чтобы помочь ей разложить все эти блюда. И да, было все, что он любил. Сейчас он был по-настоящему рад. Конечно, он заметил, что ему досталось то, что осталось. Многие из всех приготовленных блюд оказались съеденными, некоторые остались там на продолжение празднования, но и спасибо на том, что ему хоть что-то осталось.

Когда они вместе разложили все блюда на стол, Эмиль сразу же уселся за стол и, с улыбкой на лице, подозвал маму к столу, чтобы она тоже присоединилась к трапезе.

Оливия не сразу села за стол. Она положила ему на тарелку его любимый салат с отбивной и присела рядом с ним, но не ела, а смотрела на счастливого Эмиля, поедающего свой салат. Она улыбалась, и, почти сразу, встала и подошла к нему, усевшись перед ним на коленки. Лицо ее стало виноватым...она взяла Эмиля за руки и поднесла к себе, поцеловав их.

Он смотрел на нее и, кажется, понимал, что она собиралась сказать ему.

—Эмиль, - голос ее дрожал, - прости меня, но мне уже пора идти. Я должна быть там...

Как он и ожидал...

—Почему ты должна? Они ведь тебя сами сюда прогнали...

—Это все твой отец...дети же хотят видеть меня в этот праздник. Они твои братья, Эмиль, пошли со мной...

Тут он даже хихикнул.

—Меня они точно видеть не хотят, - твердо сказал он. - И ты это знаешь. И ты, тебя они хотят видеть только в этот день. В другие же дни ты все равно сидишь здесь. И они ни слова говорят о том, чтобы ты вернулась, - он решил не говорить про случай, когда каждый из них не помог ей вытащить его.

—Нет, Эмиль, наверняка это все Перон...- кажется, что она вот-вот щас заплачет.

—Нет, мам, и ты это знаешь.

Он отвернулся от нее и смотрел на этот, казавшийся ранее, праздничный стол.

—Эмиль, - вдруг что-то в ее тоне изменилось, она до сих пор держала его руки перед собой, - послушай сейчас то, что я скажу тебе. Будь сильным. Преодолевая все невзгоды, встречающиеся на твоём пути. И никогда. Запомни, никогда... - стала она говорить тише от надвигающихся эмоций, - не давай гневу взять над тобой верх. Нет смысла злиться на людей...прости меня...

Эмиль пустым взглядом смотрел на стол. Возможно, он не находил слов. Возможно, не хотел отвечать... Огорчение, злость...может быть все, что угодно.

Оливия ждала хоть чего-то, но ничего не было. От этого ее сердце разрывалось. Но она должна идти. Она лишь надеялась, что то время, которое она всё-таки провела с ним, Эмиль не забудет. Чтобы он действительно мог называть сегодняшний день праздником. Сама она была очень рада видеть счастливого сына, но будет ли он испытывать тоже самое сейчас? Она не знала. Или, точнее, не хотела это признавать... Может быть, стоило сказать:"Когда ты вырастешь - поймёшь меня", но она и не смела говорить такое и без того рано повзрослевшему Эмилю. И, хоть все так получилось, но он ведь все равно ребенок... её ребенок.

Оливия опустила взгляд. Ещё раз поцеловала его ручки, после чего уже опустила их и направилась к выходу. И, когда уже почти закрыла дверь, посмотрела на него и увидела, что он все также не сдвинулся с места и смотрел себе в тарелку. Должно быть, все с тем же пустым взглядом...

Дверь захлопнулась.

Эмиль ни о чем не думал, поднял вилкой отбивную и та развалилась на картофелины с сыром и мясом. Все раздельно. Такая мелочь как будто бы довела его. Он окинул взглядом весь стол с его любимым крабовым салатом, салатом "Цезарь" и его горячими отбивными. Теперь весь этот стол был предоставлен ему.

Эмиль откинулся на спинку стула, потянулся и с таким же пустым взглядом посмотрел в окно.

Оливия зашла ночью к Эмилю. Все другие члены семьи уже легли спать. И Эмиль тоже уже спал, повернувшись к стене. Она ненадолго занесла светящийся фонарь и увидела, что весь праздничный стол оказался нетронутым. Кроме, конечно же, развалившейся отбивной. Как Эмиль поел при ней свой салатик, так больше к нему он не притронулся. Совершенно ни к чему. Скорее всего, он вообще сразу же лег спать после ее ухода.

У Оливии стало опять больно на душе...

Муж ее уже смотрел на нее с равнодушием. Разве что в праздник решил немного развлечься с ней... Но это она пережила. С детьми она же всё-таки повеселились, они были рады.

Но не все дети.

Эмиль ведь тоже не ребенок. Она поступила ужасно, но по другому быть не могло. Не было правильного выбора. Можно разрываться так бесконечно долго, и все равно правильных действий не найти. Остаться с одним и обделить других?.. С одной стороны, она побыла вместе с Эмилем немного, с другой же она до наступления праздника готовила вместе с детьми. Все равно нет верного варианта. Но терзать это теперь будет ее всегда. Возможно, это ей следовало прислушаться к словам леди Самер?..

Она сама себе рабыня.

Тихонько, чтобы не разбудить Эмиля, она легла рядом с ним и укрылась сухой курткой. Неуверенно обняла его и заснула. Эмиль же, возможно, не спал...

Проснулась Оливия уже утром одна.

Том 2 Глава 6: Где?

Эмиль стоял у замёрзшей речки и смотрел на редкие падающие снежинки. В теплой куртке и перчатках он стоит и думает о сегодняшнем дне. Его седьмой День Рождения, его седьмая зима...

Эмиль поднес к себе ладошки и выдохнул на них теплым воздухом, который клубом пара поднялся вверх с его рук. Он проследил за ним взглядом, клуб устремился к небу, постепенно растворяясь и заменяя себя редкими падающими снежинками.

Следующая снежинка упала уже у входа на ярмарку. Сейчас, конечно, не назвать это место таким живым, каким он помнил его до этого, но и щас была своя зимняя атмосфера. Детишки стали использовать это место для своих увлечений, сделав на этот территории большую горку. И, пока они веселились, их родители тоже приятно проводили время, иногда поддаваясь общему настроению они вели себя как дети. Помимо этого, тут, пользуясь случаем, размещались некоторые продавцы еды. Продавали хот-доги, шаурму, конечно же горячий чай с лимоном и, Господи, пантелки! Та самая любимая сладость, на которую у него, к сожалению, не было денег. В целом, у него уже давно проблема с деньгами - полное их отсутствие. Недавно на свое День Рождения он хотел побаловать себя, но обнаружил, что его заначка теперь не только его. Ему пришлось искать себе другой подарок. Что-нибудь реальное. Что-нибудь вкусное. Свой любимый крабовый салат.

Ему пришлось постараться, чтобы стащить нужные ингредиенты. Если с яйцами проблем не было, то достать так называемый майонез, крабовые палочки и сладкую кукурузу было уже проблематично. Пришлось тайком пытаться доставать эти ингредиенты из холодной кладовой и других мест. Надыбал маловато, но на тарелочку хватило. И сейчас Эмиль хотел где усесться и достать из под куртки тарелочку с салатом. Снял полотенце и, наконец, он может насладиться этой трапезой с хорошей обстановкой вокруг.

Докушав, Эмиль накинул на тарелку то самое полотенце, встал и... подскользнулся. Его тарелка разбилась. Он посмотрел на нее и хотел было взбеситься, но, заместо этого, он сделал вдох - выдох, после чего подобрал осколки и унес на мусорку. Пока шел, ему пришла в голову интересная идея - скатиться по этой горке. Только вот...других он уже сторонился. Это щас он в куртке и шапке, издали непонятно кто он. Конечно так тоже выглядит странновато, стоит себе мальчик-изгой в стороне от развлечений с другими детьми. Полный изгой.

Он решил дождаться, когда никого не будет рядом с горкой. А это довольно-таки долговато, ибо скатываются по ней слишком много детей и делают они это не уставая, не говоря уже просто о нахождении рядом с ней.

Минута сменяется минутой, и так до часа ожидания. Эмиль отошёл подальше, чтобы не вызывать каких-либо подозрений. И вот, момент настал! Дети отошли от нее совсем. Похоже, родители их позвали. Настал его час.

Эмиль бежит к горке, поднимается на нее и... скатывается. Как говорится, "бабочки в животе" от этой горки. Он очень удивился и был рад старым добрым ощущениям...

Скатился он с горки так несколько раз, и, когда настала пора ему уходить, он поспешил отойти от этой горки, после чего на горке опять заиграла, забурлила жизнь с ещё большим народом. А Эмиль опять в стороне, но он был доволен этим маленьким мгновением счастья.

Эмиль решил уйти, но не сразу домой, а походить по улицам, выйти в лес, да и вернуться с другой стороны леса к деревне сразу к речке у дома, где он уже перейдет по мостику из обычной одной доски, которую он сам же притащил.

И пошел он вдаль домов. Где-то на балконах домов вешали белье на сушку, где-то из дымохода бани шел дым. Видимо, днём решили умыться. А кто-то так и лепил снеговиков, занимались многими делами. Ах, ну и щас на его глазах кто-то влетел в снеговика ногами вперёд.

Похоже, для этого они и были слеплены.

Долго он гулял по улицам. Лишний раз подумал о том, что его деревня Мерено большая...

Он вышел к "торговой" тропе, через которую все караваны заезжали в деревню. Помимо караванов, в деревню заходили и другие попаданцы, довольно-таки разные гости.

Эта тропа вела к развилке дорог. Одна шла вдоль леса, а другая вглубь. Через лес можно сократить расстояние, если путник куда-то торопится, но таких было мало, пусть даже они и торопились... по известным причинам. Разбойники.

Эмиль пошел в лес. Все равно ему не в глубь леса нужно идти, просто в какой-то момент свернёт с дороги и пойдет в направлении дома.

Так он и сделал. Свернув с дороги, он пошел через поваленные деревья, где на пути ему ещё встречались старые разрушенные кирпичные дома, в один из которых он и зашёл. Казалось бы, зачем ему туда, но один такой кирпичный домик служил ему укрытием, его личным убежищем, которое он удобно обустроил под себя. Конечно, с разломанной крышей в помещениях был снег, но он с начала нового года приходил сюда несколько раз и занимался им. Так он со временем и сделал для себя помещение, которое почти полностью было укрыто от снега. Там же было и старое отреставрированное им кресло, причем очень удобное и мягкое. Было пыльным, но он занялся и этим, накинув на него несколько старых тканей, пусть и порванных, но он их зашил как мог и отмыл.

Помещение хоть и было уютным, но при этом оно ещё было мрачным. Темные оборванные обои, которые он решил не трогать. Сохранившаяся старая картина. Конечно слишком просто ее назвать "сохранившейся", смотря на ее уже вялое состояние, не говоря уже просто о том, что отдельные ее места со временем обесцветились и почернели, из-за чего изображённая на ней бабушка с кошкой на коленях и, кстати, сидящая на том самом кресле, которое Эмиль оборудовал под себя, стала казаться ещё древнее и мрачнее. Если бы она улыбалась, то, может, это добавило бы загадочности. Можно было бы подумать о добром прошлом этого места, но, к сожалению, все в точности да наоборот. Ее тусклый строгий взгляд лишь отгонял все хорошее. Она словно была злой тётушкой из сказок, которая вечно очерняла судьбу своей внучки. Ну, или, просто злая тетя.

Бывают же просто злые тети? Конечно бывают, чего бы им не быть... Обычные злые тети без причины.

Но, почему злые тети - злые? Может быть из-за одиночества, а может быть из-за своей судьбы, историю которой они всегда держали при себе. Но, как и говорилось, это может быть просто злая тетя. Однако, злые улыбающиеся тети ещё страшнее...

Все в этом доме было дряхлым и едва ли целым, в том числе грубо заколоченные Эмилем комнаты и крыша. Доски приходилось выбирать такие же дряхлые, но ему удалось из этой одной комнаты сделать помещение, укрытое от снега, почти. Кстати, что самое главное, он обустраивал место с камином, который он сейчас и разжигал...

Эмиль опять зашуршал своей рукой в куртке. Должно быть, не только тарелка крабового салата была там скрыта? Наверное, вытащит опять что-то съестное... Шпикачка?

Он вытащил сырую сосиску-колбаску, кочергой проткнул ее насквозь и стал держать, жарить ее под огнем.

В комнате немного потеплело и Эмиль ещё больше окунулся в свою куртку, чтобы ему стало ещё теплее и приятнее, но при этом он не отпускал кочергу, продолжал держать на огне свою шпикачку.

Когда она начала шипеть и покрываться пузырьками с золотисто-коричневой корочкой, Эмиль сразу же поспешил ее убрать от огня, после чего покатал ее по снегу, чтобы та немного охладилась, ибо слишком горячее он не любил. Уж больно он чувствителен к горячему.

Эмиль опять поглубже окунулся в куртку и принялся есть свою шпикачку. И удобно, и вкусно.

От ветра он защищён, есть удобное кресло. Даже камин, в котором сейчас язвится огонь, отыгрывая своими искрами пламени интересные зигзаги...

Хорошо здесь...

От такого удобства он даже заснул.

Проснулся он уже под тускнеющее небо. Закрытый лес пропускал ещё меньше света, от чего вокруг Эмиля был уже довольно-таки темно... Огонь в камине уже потух, остались только, обугленные от огня, доски, которые еще немного раскалывались от былого пепелища.

Он понял, что ему давно уже пора домой.

Эмиль вышел из своего укрытия, из своего уютного места в холод и мрак. Это если не говорить о том, что в лесу начали выть волки... Но его это не испугало. Всё-таки он близко к деревне, а волки существо умные, не полезут. Конечно, если волки не почувствовали не очень умного парнишу, задержавшегося в лесу.

Пока Эмиль шёл по этому лесу, он заметил, что сам лес немного изменился. Из обычного труднопроходимого мрачного места оно превратилось в несколько странное место для зимы. Странность этому лесу добавляла... паутина. Очень большая паутина, плотная и затрагивающая дерево за деревом. Ну это там, в глубине леса. А там, где находится сам Эмиль, она лишь разрасталась редкими местами. Правда, странноват сам факт её наличия. Паутина обвивала широкую область в этом лесу, но это ведь ещё и зимой...

Да ее тут вообще не должно быть!

В один момент он вспомнил, что до ухода Самер ему снились сны... ужасные сны с пауком. Может ли быть такое, что он спит? Лежит там у себя в домике в лесу, где ему это все снится.

Да, я опять сплю.

С этими словами к нему пришла смелость побыть немного борзым в этом сне. Но не в том плане, что зайти в глубь всей этой паутины, а наоборот, просто уйти от нее. Он отходил из этой глубины леса, но на пути ему все равно встречались отдельные сетки из паутин, до одной из которых он решил дотронуться.

Эмиль обогнул упавшее дерево и подошёл к этой сетке паутины.

Такая большая...

Он смотрел на нее снизу вверх и поражался не только ее размерам, но и толщине ее ниток, а она, между прочим, была с его палец.

Как вообще такое может быть?

Он подошёл впритык к этой паутине и ещё раз сравнил размеры, сняв при этом перчатку. Эмиль немного прикоснулся к ней... Тронул указательным пальцем...она оказалась мягкой и в то же время можно быть точно уверенным в ее прочности.

"Бархатная..."- показалось ему, когда паутинка пощекотала его палец своими маленькими волосиками.

Эмиль решил убрать палец.

Пора просыпаться.

Благо, ничего страшного не случилось в этом сне, если не считать этой странности.

У него не получилось убрать палец. Эти маленькие волосинки оказались не только щекотливыми, но ещё и довольно-таки липкими.

"Какая-то слишком липкая", - сказал он, потянув чуть сильнее, но опять безрезультатно. Нитка мертвой хваткой удерживала его палец.

Эмиль ногой упёрся в дерево и потянул опять, но результат все тот же. Разве что, зашаталась сама паутина, от чего у него по всему телу прошлись мурашки. Он четко ощущал все вокруг: холод, дуновение ветра, свои же мурашки и, наконец, саму эту прилипшую паутину.

Да я скорее палец оторву, чем смогу отлипнуть от этой паутины!

Эмилю уже было больно тянуть...весь палец уже покраснел от боли. И почему ему так больно?

А как у меня было во сне? Что-то я уже и забыл...

Эмиль уже начал забывать эти страшные сны и тут опять. По сути, магия его мамы помогла ему преодолеть эти воспоминания о былой боли. И на тебе, снова...

Где-то там, в глубине леса, что-то случилось, от чего там все птицы перепугались и взлетели всей стаей в небо, пытаясь стать недосягаемыми для чего-то.

Эмиль ничего не понял. С подозрением посмотрел в ту сторону, где все началось. Из глубины леса стал слышен шум надломающихся деревьев, и передвижения...в его сторону. И хоть это все сон, но ему это все не нравилось ещё больше, чем в предыдущих снах. Наверное, из-за того, что сейчас у него есть выбор? Возможность двигаться, убежать от этого...ах,да...не может. Он словно мотылек, попавшийся на паутинку. Глупый мотылек.

Что-то стремительно двигалось к нему. Все макушки деревьев пошатывались и в один момент это существо издало крик. Словно пронзительный крик птицы:орла, коршуна, грифона, который пикирует на свою жертву.

Ох, не надо было ему шатать, да и касаться этой паутины.

Эмиль даже в темноте увидел какую-то темную фигуру и, слава Богу, оно было ещё далеко. Пока далеко. Всё-таки оно приближалось...

Задрали эти пауки!

Несмотря на сон, ему все равно было страшно. Он не хотел опять чувствовать это все, особенно видеть того паука вблизи.

Эмиль задёргался ещё сильнее, но уже от паники, отчаянно пытаясь отлипнуть.

Оно приближалось. Звук трескающихся деревьев стал ещё сильнее, становился ближе.

Он понял, что ему не отлипнуть просто так.

Тяжёлое решение для него...

Он своей свободной рукой начал рыскать в куртке, пытаясь отыскать нож и, найдя его, он прислонил лезвием его к пальцу и закрыл глаза.

Обычным движением он резанул по кончику пальца.

Он упал и чуть ли не закричал от боли, но, стоит сказать, что больно так не было, чтобы закричать от нее. Заместо этого его палец начал кровить и при том морозиться от окружающего его холода.

Просто так палец нельзя было оставлять в таком состоянии и он обмотал его своим носовым платком.

Небольшой кончик пальца остался на паутине...но такова его цена спасения. И не сказать, что большая. Главное, что догадался и то, что не схватился целой рукой. Теперь уж главное то, что он сразу же дал деру.

Эмиль бежал, перепрыгивая через поваленные деревья и обходя большие стволы с ямами, при этом снег его сильно уматывал и замедлял.

"Почему, ну вот почему так больно? До сих..."- не сумел он договорить во время бега то, что хотел сказать, так как он упал в одну из этих дыр, больше похожую на овраг. Он сразу встал в этой ситуации и понял, что подвернул ногу. И как он сразу этого не почувствовал?

Самое время проснуться! Давай же!

Но этого не случилось. Раздался опять тот визг, издаваемый наверняка пауком... От него просто кровь стынет в жилах, особенно у семилетнего мальчика, которому ничего не оставалось, кроме как, хромая, бегать дальше.

Он на секунду оглянулся назад и увидел уже темный силуэт паука, который с каждой секундой только что и делал, что приближался...хоть и не так быстро из-за этих скоплений деревьев, мешающих ему свободно передвигаться.

Из-за того, что он раньше свернул с пути в сторону своей деревни, он бежал к круто спускающемуся наклону, обрыву. Он уже видел просвет из этого леса, так близко...как и паук, который уже почти дышал ему в спину.

Прошло не так много времени с момента его падения в яму, минуты четыре. И все эти четыре минуты он бежал с хромой ногой. Только щас он решил опять повернуться. И он увидел его: паук с черно-желтым окрасом! И близко, очень близко. Горящие красным глаза смотрели на него и видели добычу.

Спасибо его большим размерам, из-за этого он и был таким медлительным. Только вот у этого паука были обычные длинные большие лапки, не лезвия, а просто волосатые. Но это его щас вообще не волнует.

Отстань, мать твою! Отвали, членостоногое ты создание!

Паук его не понимал конечно же, видел в нем только еду...

Эмилю оставалось несколько метров, чтобы выйти из этого леса, но и пауку...пауку же оставалось лишь десятка два метров, но с его размерами это было слишком близко.

Хоть ему оставалось всего-ничего, но облегчения ему это не приносило. Тяжело расслабиться, когда за твоей спиной паук уже несколько раз пытался своей длинной лапкой поймать тебя. К примеру, вот как щас: паук начал понимать, что его добыча сейчас может от него убежать и он сделал, хоть и себе во вред, но сильный рывок, от чего все деревья на пути поломались сразу же. И Эмиля он попытался поймать уже двумя лапками. Первой не попал сам паук, а второй...мог поймать его, но он, словно чуя опасность, отпрыгнул в сторону, где уже дерево мешало дальнейшим попыткам этой же лапкой поймать его.

Ох, как же у него болела нога от этого маневра! Но ничего не поделать, нужно бежать дальше. Нельзя останавливаться.

Эмиль уже плохо воспринимал информацию. Он слишком устал. Видел перед собой свет и воспринимал его как выход из этого леса. Просто цель, к которой нужно сделать его несколько хромых шагов... И Эмиль сделал их. Он почувствовал облегчение, которое сразу же сменилось недоумением. Заместо стойкой земли под ногой , он почувствовал чистое свободное падение, хоть и ненадолго.

В этот же момент, пока он летел вниз, за его спиной паук сделал ещё один отчаянный рывок, из-за которого дерево, служившее ранее укрытием для мальчика, разлетелось в щепки. Паук же осклабил все свои маленькие зубки, пытаясь поймать его, но дотянуться паук уже был не в силах...

Он упустил свою жертву.

Когда Эмиль всё-таки дотронулся до земли, о равновесии и речи быть не могло. Он сразу упал и начал крутиться кувырком. Крутился быстро, но мимолётно он успел увидеть всего паука с закрывающимся челюстями с его этими маленькими зубиками.

Выкуси!

Он уделал его, паука... Но крутиться от этого он не перестал. Вместе с этим его настигла тошнота и головокружение. Он попытался перестроиться со скатывания кувырком до скатывания на спине. Получилось плохо, да и вообще не получилось...

Когда он достиг ровной земли, он резко встал. Небо для него стало землёй, а земля-небом. Все для него кружилось и двигалось очень быстро, словно он даже и не стоял на месте. И тут он упал, отключился...

Очнулся Эмиль укутанным в спальный мешок. В воздухе витал запах горячего куриного бульона, от которого у него заворчал живот. Слышались звуки костра, чувствовалось исходящее от него тепло. Ему было так уютно в этом спальнике.

—Наконец-то я проснулся, мам... Я видел такое...страшное, - он не хотел говорить о пауке, потому ограничился лишь этими запутанными словами.

Эмиль немного подвигался в этом спальнике, из-за чего все его ушибленные участки тела дали о себе знать.

Много синяков.

Что?

Он вспомнил про палец, посмотрел на него: он оказался обязан новой повязкой, уберегая его небольшую отрезанную часть от заражения.

Эмиль испугался.

Он ничего не понимал, озадаченно смотрел на все вокруг. Ещё раз обработал информацию, которой он не предал значения. Он у какого-то костра, уже темно, над костром котелок с куриным супом и находится он не в деревне, а немного дальше от нее на безопасном участке торговой дороги, проходящей вдоль леса.

Выходит, его подобрали и перенесли? Если бы этого не сделали, то у него явно что-то отмерзло бы.

Меня спасли? Но при этом и украли.

Украли ребенка...

Черт! Просыпайся, просыпайся! Не может же это быть реальностью!

Всю свою злобу и недоумение он выплёскивал криками и бесполезными ударами по земле.

—Это реальность. И уж тем более не сон...- у костра неожиданно оказалась очень старая бабушка.

Ее сморщенное лицо, словно изюм, под бликами танцующего огня казалось совершенно безэмоциональным. Может быть, она улыбалась, но из-за сморщенности это было уже не разобрать. Однако, с чего бы ей улыбаться?..

Эмиль немного остолбенел от ее слов. Сначала напугался от резко появившейся бабушки, но, сочтя ее неопасной, решил временно проигнорировать факт его кражи, при этом все равно соблюдая осторожность. Только после этого он попытался понять смысл ее слов о том, что это реальность.

—Как же, реальность? Тогда все, что я видел до этого... - тут он взялся за свою голову, пытаясь сдержаться от нахлынувшей на него головной боли. Возможно, это случилось из-за воспоминаний о том пауке, но эти воспоминания были из снов, а сейчас реальность. Непонятно. - Но почему? Почему тогда все, что я видел - реальность? Этого же не может быть...

—А что ты видел, сынок? - она посмотрела на него своим старческим стеклянным взглядом.

—Лес в паутине, паук...очень огромный паук, который пытался меня поймать. Как видите, не получилось, - он демонстративно посмотрел на свой перевязанный палец, после чего посмотрел на бабушку, которая опять безэмоционально уставилась в горящий костер.

—Тут такие не водятся...- сухо сказала она.

Она что, называет меня сказочником? Который ещё сам взял и резанул себе палец? Вот и я так думаю, уверен в этом. Но почему тогда я тут? Почему не проснулся в заброшенном доме в лесу? Может, я все ещё там сплю? Или вообще стоит подумать о более раннем событии. К примеру, я до сих пор в кровати дома?

—Хмм... - почесала она свои седые волосы, после чего посмотрела на Эмиля и улыбнулась.

Сейчас ее улыбка выглядела отчётливо. Ее сморщенное лицо не перестало быть сморщенным, но улыбка добавила той старческой доброты, которая присуща всем пожилым людям, почти всем. Правда, показался и недостаток ее зубов, на которые Эмиль не привык смотреть, ибо таких старых людей он ещё не видел. Нет, они были в деревне, но он их видел только издалека. Родных же бабушек и дедушек у него нет. По крайней мере тоже не видел.

Бабушка игриво продолжила, словно на секунду повеселела: - Я бы хотела сейчас проснуться дома...в хижине у бабули Сони. Вокруг горы, и мне восемнадцать! - тут она задалась смехом, - И все подружки завидовали мои длинным золотистым волосам, а мужчины без ума! Хи-хи-хи , - ее старческий смех в конце стал больше похож на кряхтение, но она правда искренне смеялась, от чего Эмиль сам невольно улыбнулся. Он был рад тому, что эта бабушка повеселела...

Эмиль посмотрел на костер и в бликах огня он как будто увидел ту самую бабушка, но не старую, а, как она и описывала, молодую, танцующую...ее длинные косы танцевали вместе с ней, но в следующий сих это все растворилось. Всё-таки это все было игрой воображения.

—И чего это ты смеёшься? - вдруг из темноты показалась девочка с темно-зелеными волосами. Необычный цвет волос для этого места. На вид она была его ровесницей, но было видно, что она могла за себя постоять. Лук за ее спиной внушал эту уверенность. Такая маленькая и такая опасная...

Эмиль немного напрягся от появления незваного гостя, хотя правильнее сказать, что это он незваный?

—Не бойся, - она взглянула на него своими голубыми, как небо, глазами и продолжила: - Мы тебя не тронем. У нас хорошая мирная обстановка... - тут она молниеносно взяла свой лук и выстрелила. Стрела пролетела прямо рядом с его ухом и полетела дальше.

У него округлились глаза.

Не сводя глаз, он смотрел на эту девочку, впав в ступор...

Зачем она...это сделала? Она хотела не убить, а запугать меня?

Эта зелёноволосая девочка опустила лук, но не стала его убирать. Под светом огня показалось лезвие, проходящее вдоль последних двадцати сантиметров основания лука. Слишком боевой лук.

Девочка, с луком в руках, вдруг зашагала к нему.

Эмиль вздрогнул.

Первая естественная мысль - дать дёру. Может быть, у него получится? Убежать от такой лучницы...

Пошевелив своей ногой, она о себе напомнила. Он ведь её подвернул ещё тогда, в лесу. И как ему убежать?

Никак.

Эмиль разочарованно выдохнул. Посмотрел на эту девочку смирившимся взглядом. Но последние два года его жизни научили его кое-чему - нужно иметь при себе всегда что-то острое, колкое, чтобы хотя бы насолить своему недругу. Тогда, в случае с паутиной, это ему помогло даже убежать. И вот сейчас...

Он зашуршал в своих штанах, в штанине, в поисках того самого ножика с маленькими для него ножнами.

Он быстро его нашёл. Бесшумно отстегнул застёжку и достал его, скрыв под рукой.

Когда эта девочка подошла к нему близко, Эмиль, несмотря на неудобства в ноге, рывком встал и правым махом занёс свою руку. Нож в его кисти лежал лезвием вниз, потому он так и поступил. Быстрое движение, нежели чем он пытался бы совершить укол сверху вниз.

Девочка своими голубыми глазами изначально следила за его рукой. Сначала ей казалось странным и некрасивым то, что этот мальчик что-то у себя там поправлял, поэтому она пыталась не подавать виду, что заметила это. Чтобы не смущать этим ни его, ни себя.

Чистая случайность помогла ей в этом моменте.

Она держала лук в левой руке, поэтому ей не составило труда среагировать на левый выпад мальчика. Она направила свой лук движением снизу вверх прямо на его лезвие. Да, лезвие на её луке было и снизу тоже.

Ей было бы достаточно и такого лёгкого замаха, чтобы отразить его удар, но она решила ещё приложить силу своей другой рукой.

Достаточно дешёвый нож Эмиля зазвенел, когда два лезвия встретились друг с другом. Его слегка занесло влево, но во время этого он успел перевернуть нож лезвием вверх, после чего он потянулся к ней, стремясь сделать укол в её грудь.

Всё произошло быстро. Едва ли прошло чуть больше секунды, Но для него эта секунда с небольшим казалась вечностью. За это время он успел воспрянуть духом, испугаться, впасть в отчаяние, а за ним следовало такое состояние, словно тебя втоптали в грязь лицом. И только потом надежда, которая находилась на кончике его ножа...

Но и она рухнула. Он даже не успел увидеть нависший над его ножом лук. Всё произошло слишком быстро для него. Этот нависший лук метким ударом попал своим лезвием прямо по его ножу. И, если бы только по ножу, но лезвие задело ещё и его кисть, пройдя прямо по его большому пальцу. Лезвие на кончике лука плавно прошло сквозь него, словно никакой кости там и не было.

Палец, как и нож, вместе упали на землю...

Эмиль упаль прямо к ее ногам. Перед его глазами вырисовывалась кровавая картина из кровоточащей кисти и самого пальца... Боль была неимоверная. Его кость словно не просто разрезали, а ещё и перемешали изнутри.

Сейчас, стоя на коленях, у него совершенно нет шансов выжить. И он понимал, что сейчас умрёт. От её рук, рук такой же маленькой девочки.

Эмиль не смотрел ей в глаза. За прошедшую секунду он понял весь ужас его и без того отсутствующей судьба.

Наверное, поэтому ты отсутствовала?

С этими его тихими словами боль пробрала всю его руку. Он закричал, но направил этот крик не просто в пустоту: он выражал и его боль, и боевой клич. Он сопутствовал им своё рвение показать, что он даже такой стоит чего-то, что он не умрёт просто так. Не случится же это так легко в его же День Рождения...

Он взял левой рукой лежащий на земле нож и, с криком, грубо резанул им по стопе рядом стоящей девочке, пройдя своими грязным ножом через её пальцы, плоть и кость. Он ничего не отрезал, но с таким ранением она в ближайшее время не сможет ходить уж точно. Возможно, инфекция с грязного, в крови, ножа пройдёт по всей её стопе, а там и кровь заразится инфекцией, тогда... Тогда, он старался не зря. Да, пакость напоследок, но и ему уже всё равно. Его, мёртвого, не осудят. А если это и случится, то, не пофиг ли? Он этого и не узнает...

Девочка коротко крикнула, одёрнула свою порезанную ногу, после чего луком опять резанула Эмиля, но уже выше его кисти. После этого безостановочным движением продолжила вести лезвие своего лука к шее Эмиля... Всё было быстро. Сопротивления не было. Она перерезала ему горло, после чего сама уже упала на рядом лежащий спальник.

Эмиль опять упал на колени, но сейчас это уже не имело смысла. Жизнь покидала его. И очень стремительно. Он рукой держался за порез и смотрел на землю, на свою же кровь. Ничего не помогало. Он захлёбывался в своей же крови. Чувствовал, как его горло заполняет кровь...

Эмиль упал на бок. Он увидел сидящую девочку, державшуюся за стопу. Должно быть, она собиралась ее перебинтовать, а может быть помочь себе какими-нибудь более действенными лекарствами. Только вот он уже не узнает. Просто закрыл глаза, чтобы не бояться смерти. Не видеть ничего.

Что будет после его смерти? Наверное, найдет свой новый путь, где уже у него будет новая судьба. У нее будет смысл. И ему никто ничего не расскажет.

Так он думал. Так он хотел в свой последний момент.

Он издал свой последний булькающий выдох и больше не шевелился.

Неожиданно для него, его обдало жаром. Пот ручьем стекал по его лбу, коже, шее, а большой палец ныл лёгким звоном во весь порез, словно его вставили обратно и тот без проблем сросся. Были и другие бывшие ноющие порезы, но на фоне пальца и уж тем более на фоне шеи - они не имели никакой важности. Совершенно не стоит и секунды его внимания.

В это же мгновение он открыл глаза, при этом в его горле чувствовалась такая сухость, что, казалось, не попади в него хотя бы одна капля воды, то у него все там просто потрескается изнутри. Но ещё и воздух. Он словно не дышал уже очень долго, поэтому вместе с этой сухостью он начал дышать в очень быстром темпе, пытаясь поймать каждую толику воздуха.

С этим жадным глотанием воздуха Эмиль взялся за перерезанное горло. Вернее, оно было перерезанным, но вот щас все выглядело так, словно он себе все напридумал...

Но, как бы то ни было, рефлексы заставляли закрыть этот невидимый порез на шее. И, наконец поняв, что пореза нет, он неверяще опустил ее.

Что это было? Почему я жив? Меня же убили. Отрезали палец , порезали руку и шею ю. Я до сих пор ощущаю все это и это внутреннее чувство, когда ты захлёбываешься собственной кровью... Этот холодок по коже...

Но этого нет. Как? Меня убили...она меня убила.

Эмиль смотрел на нее, свою убийцу. На ее обычную вальяжную походку. Но это все обман. В тот момент она без труда отразила удар, всегда на готовое. Коварная, или...слишком осторожна?

И сейчас она опять рядом с ним. В прошлый раз он с ножом кинулся на нее, но сейчас Эмиль этого не сделал по причине того, что он своей рукой стал держаться за шею. Да и как можно было спокойно после такого повторить все прошлые действия?

Повторить всё...

Он понимал бесполезность этих действий, так как их итог он уже видел. Смерть. Ему до сих пор было тяжело поверить в это, и уж тем более поверить в возвращение к жизни. Это не могло быть воображением. Но и, судя по всему, явью... Тогда, что это вообще?

И уж если говорить об этом, то пережить это он ещё раз не хотел бы.

Однако, все ведь щас и закончится, щас он не сделал ничего для своей защиты. Да и если бы сделал, то, скорее всего, все закончилось бы так же.

Вот и всё...

Девочка просто прошла рядом.

Эмиль не понял ничего. Он на секунду поднял свой взгляд с земли и посмотрел ей вслед и сразу отвернулся:"Что? Почему она не убила меня? Зачем тогда так выстрелила?"

И тут перед собой, у костра, он опять увидел ту бабушку. Казалось, что он не видел её вечность.

Заместо ее прошлой улыбки сейчас она пыталась просверлить своим взором дырку в его голове. Строгий, и в то же время разочарованный взгляд. Быть может, она даже была зла на него? Только вот почему? Он же не сделал ничего. Сейчас не сделал. Сейчас...

—Ведьма, - шепотом сказал он. Должно быть, бабушка его поняла и с таким же недовольным и огорченным лицом повернулась опять к огню. Ее выражение лица вновь стало равнодушным.

Так, если она это все подстроила, то, может, эта девочка тоже все знает? Именно поэтому и отразила тогда удар? Если она возвращала ее тоже, то, должно быть, я даже побеждал? Только вот я знаю об одной своей смерти.

Может, это всё-таки ее осторожность? Ну или фиг его знает, почему она так вглядывалась...

—Мила, отличный выстрел! - вдруг за спиной услышал Эмиль.

Эмиль сразу же обернулся и увидел мужчину со стрелой в руке , а на стреле была насквозь насаженная Подснежная змея. Невероятно редкая, в противном случае зимой было бы очень опасно. Нужно бы было озираться на каждом шагу... Вся белая, под снегом. И единственное, что ее может выдать, это ее маленькие черные глазки. Укус же этой змеи не смертелен, но судороги вызвать может. И когда ты один это может сыграть с тобой в злую шутку. Собственно, с одним концом...

Только вот не сейчас. Эмиль не сразу подумал о мужчине. Он думал о том, что эта девочка его спасла. Да, сделала это, едва не удив его, но факт есть факт - она его спасла. Конечно, могла бы и сказать об этом. Всё-таки люди могут подумать разное. Особенно тогда, когда в тебя целится из лука незнакомец. И уж тем более тогда, когда натянутая тетива запускает стрелу и та пролетает в сантиметре от тебя...

Но, сейчас все обошлось. Он не напал на нее и она не убила его. Теперь его волнует резкое увеличение количества людей. В частности, этот мужчина. Если эта девочка может в случае чего постоять за себя, то этот мужчина с мечом в ножнах и шубой из меха дикого волка создаёт о себе куда грозное впечатление.

Если так подумать, то они все были в мехах диких животных. Бабушка и девочка предположительно в шубе из оленерога. Хорошая теплая одежда. Только, разве что, их обувь желает оставлять лучшего. Как будто лапти, обмотанные мехом, и всё, но, благодаря такому плохому материалу, Эмиль смог тогда порезать стопу той девочки...

У мужчины была утеплённая обувь. Как сапоги, только зимние. К тому же по бокам на слабом свету что-то там заблестело... Отличные сапожки.

Эмиль, увидев его, не испугался. Его уже обработала одна девочка. Есть ли смысл бояться воина, которому будет достаточно обычных вальяжных движений, чтобы просто избавиться от него? Конечно, смысла нет.

—Спасибо, Тошка! - обрадовалась она и застенчиво встала.

Сквозь этот окружающий мрак, Эмилю его имя показалось забавным, от чего и хмыкнул. Конечно же, без внимания самого Тошки не обошлось.

—Для тебя я Тоисей, малец. - сказал тот.

—Простите. - в ответ пробубнил Эмиль, не сводя с него глаз.

—Сколько тебе зим? - спрашивая это, он продолжал смотреть на девочку.

—Шес...сегодня седьмая.

—Оу, - он немного потупился и продолжил: - Поздравляю, выходит? У меня вот двадцать три... - посмотрел он озадаченно.

—Спасибо... - Эмиль всё-таки решил спросить эту девочку: - Ты не видела ничего?

—Что? - она повернулась и попыталась понять о чём он, но кое-что вспомнила и посмотрела туда, после чего скривило лицо и сказала:

—Нет...

Эмиль не понял её размышлений, но всё-таки очень похоже на то, что она и вправду не пережила ещё одну, грубо говоря, жизнь.

Может быть, я и вправду в безопасности. Они меня спасли, согрели...

—Простите...- повторил он опять, но на этот раз оно было направлено к бабушке. - И спасибо.

Бабушка лишь помахала головой, но это не означало "нет, не прощу". Она огорчена, но была рада тому, что все обошлось.

—И всё-таки, что это было? Если он, паук, не может тут быть, но при этом он был, что тогда это было? Как бы вы это объяснили?

—Ничем, малец. Я только что оттуда и там ничего не было. - Сказал он и уселся вместе с Милой у костра.

—Как это - ничего? - удивился он. - Да там весь лес был в паутине! А большой паук так вообще разламывал деревья налево и направо! - вылез он из своего удобного спальника и продолжил. - Прямо-таки ничего?

—Не кричи, малец! - пригрозил он. - Мы не одни в этом мире! - и руками показал на весь лес. - И да, ничего не было.

—Ясно...

Фигня какая-то... Я не сплю и не во сне. Реальнее некуда блин... И бабушка эта тоже. Манипулирует смертью или возвращает во времени просто. С такой спутницей волей неволей сильным станешь. Только вот она уже старая... Она не сможет так долго путешествовать. И вообще, я не вспомню о таких магах. Что нужно сделать, чтобы такое уметь?..

Ладно, - он зажмурился и сморщил лицо, после чего уселся на свой спальник и продолжил свои размышления: - Что-то я отошёл от темы. Может, это уже и не так важно? Нет, это очень важно, но можно подумать об этом уже и потом, если и стоит об этом думать уже вообще.

Следующие минут десять проходили в умиротворённой обстановке. Мила, оказывается, такая болтушка. Говорила о сегодняшнем дне, вчерашнем, позавчерашнем... и так далее: о её результатах на охоте, новых друзьях. Эмиль даже в одной из историй узнал о своей прошлой подруге Владе. Она рассказала Миле о здешних лесах, да и какие птицы там водятся. Мила же взяла её на охоту - охотиться на Сиреневеков. Где с луком, а где-то расставляя ловушки. Пол дня они провели вместе, с восхищением рассказывала... А мы слушали. Тошка время от времени поддакивал и хвалил ее, а бабушка, кажется, снова подобрела, слушая ее рассказы.

—А мальчика-то нашла себе? - вдруг она выдала.

От такого вопроса началась полная тишина. Эмиль удивился.

Мила сначала не поняла, но секундой позже до нее дошла суть вопроса и она сразу воскликнула:"Что-о-о?!", после чего с бревна решила упасть спиной в снег, чтобы уйти от допроса. Тошка же очень громко рассмеялся.

И он мне говорил про тишину? - сразу же подумал Эмиль, но, что забавно, сам начал улыбаться от его заразного смеха. Одна бабушка ничего не понимала от такой смены настроения у всех.

Наверняка думала, что спросила что-то уместное...

Так время и проходило, пока их компанию не пополнила ещё одна гостья:

—Эдит! - обрадовалась ей Мила. - Наконец ты пришла!

И действительно, наконец. Разве это нормально ночью приходить? Сколько вас ещё придет?

—Мила! Маленькая ты наша! - они обнялись, после чего Эдит засюсюкала её. Через некоторое время она заметила такого же маленького мальчика. - А пока меня не было ты сноровки не теряла, кавалера нашла?

И Тошка опять заржал. Даже бабушка, видевшая нечто иное в Эмиле, начала улыбаться.

А Мила опять в шоке.

—Что? Этого? Да он же... рыжий! Стрижка блин, сам явно стригся, хоть и неплохо... Да и ты на глаза его глянь! Чистый дуб... - возмущалась она.

—Хороший мальчик... - Эдит важно так приложила руку к подбородку, словно оценивала.

Эмилю в этой ситуации только и оставалось, что улыбаться, будто так все и должно быть.

—И как его зовут? - спросила Эдит.

И действительно, никто так и не спросил у меня имени.

Повисла тишина. Вдруг все осознали, что да всё это время даже и не спросили его.

—Я Эмиль. И, знаете, кажется, мне пора уже уходить.

—Да, тут тоже верно... Моя вина, тебя ведь ждут, а щас уже ночь... - сказал Тошка.

—На самом деле, все были бы только рады, если бы я щас не вернулся. - встал он и уже собрался уходить.

—Вот как, ну, тебя, может, проводить? - спросил воин.

—Знаешь, детей красть не в нашем духе, но если бы ты хотел с нами остаться...

—Да... - Эмиль замолчал на несколько секунд, после чего продолжил: - Я бы очень хотел. С вами весело. Можно многому научиться. Но я немного обобщил. Мама ждёт меня, поэтому я не могу уйти... И я дойду до дома сам, спасибо.

Обычная девушка с длинными коричневыми волосами и такими же глазами произвела приятное впечатление на него. Чуткая, добрая, милая и душевная. Никак не напрягает, чувствует обстановку окружения и тоже любит помолчать... Эмиль понимал, что их он, скорее всего, больше не увидит.

Так он и шел по торговой тропе домой, пока не решил опять свернуть в лес... Да, глупо, но он хотел увидеть всё своими глазами. Эту нереальную реальность...

В лесу остались только его беглые следы. Ни паука, ни паутины нигде не было.

Домой Эмиль вернулся почти ни с чем. Только и повторял себе под нос:"Где...?"

Том 2 Глава 7: Помни и не забывай

—И где ты был?! - мама выбежала ему навстречу. Взяла за плечи и продолжила спрашивать: - Где?! Ты хотя бы представляешь то, как я испугалась? Да меня до сих пор трясет! И ты... - она осмотрела его с ног до головы. - Почему твое лицо и руки в ссадинах и порезах?! И почему, почему ты хромаешь?

Она упала на колени перед ним и плакала. Ее хватка ослабла и уже едва ли держалась за его штаны. Оливия не хотела смотреть ему в глаза, просто смотрела вниз и плакала, чувствуя, что это все ее вина. Все произошедшее.

За все это время Эмиль не сказал ни слова. Просто смотрел и от нахлынувших эмоций у него потекли слезы, но мама их не видела, оно и к лучшему. Он не мог их сдержать, сам чувствовал свою вину. "Мог ведь вернуться и пораньше", - повторял он себе.

Он присел на колени и обнял ее.

—Похоже, ещё одно новое приключение, мам... - шмыгнул он носом. - Из которого целым, почти. А ты меня встречаешь... Встречай меня всегда, мам!

Так они и сидели вместе...

Когда мама успокоилась, Эмиль рассказал ей о своем приключении. Поначалу было все спокойно, потом она заулыбалась на моменте со старым домом в лесу. И, немного подумав, он решил умолчать о пауке, хоть и важность этого момента зашкаливает. Осталось только что-то рассказать, чтобы оправдать его искалеченное состояние.

Он вспомнил, как услышал в лесу вой. Собственно говоря, история про волков уже звучит лучше для этого. Все тоже самое, но без паука и паутины. Что же касается его битвы с той девочкой, то про нее он тоже умолчал. Какая мать захочет услышать про то, как ее мальчик погиб? Да никакая, вот Эмиль и не рассказал про этот удивительный момент в его жизни.

Дослушав его рассказ, Оливии все равно было неспокойно за него. В целом, оно и понятно. Даже такой отредактированный рассказ содержит в себе не мало опасностей. Можно только представить, что было бы, расскажи он правду? Да, можно только представить...

На этой ноте они закончили о тревожном. И, когда мама со всем разобралась, она начала:

—Эмиль... мальчик мой, тебе уже на самом деле исполнилось семь лет. Твое прошлое день рождения ты пропустил, но не пропускала я. И сейчас хоть время немного ушло, но полностью пропускать его я не пожелаю никогда. Поэтому я и сейчас поздравляю тебя с твоим днём... Желаю возвращаться тебе с каждого твоего путешествия целым и невредимым... - она увидела, как Эмиль что-то хотел сказать, но не дала ему этого сделать. - Просто возвращаться... И ладно, немного вредимым можно, - улыбнулась она. - Но не более!

—Хорошо, мам, - улыбнулся он в ответ.

Эмиль чувствовал окружающую обстановку, ее чувства. Хоть сейчас все было хорошо, но каждое слово она проговаривала с ноткой волнения, дрожь в голосе. И это волнение не относилось к произошедшей истории. Она волновалась за всё его будущее, которое она своими глазами так мечтала увидеть.

Нет судьбы? Она думала, что это означает. И явно ничего хорошего. Когда-нибудь это крупно скажется на ее сыне. Может быть, это случится в ближайшее время. Год, месяц, неделя, завтра...а может быть уже сегодня. Вот закроет она глаза, а когда откроет - его уже не будет. Словно и не было. Можно ведь так это понимать? А если ещё все забудут его... и забуду я? Она бы хотела помнить его всегда, даже если это случится. Ну, конечно же лучше видеть его. Не просто воспоминания, а вот он существует и все хорошо, а с остальным она поможет ему.

"Пускай у тебя всегда будет "завтра", сынок..." - вслух, но тихо пожелала она...

Эмиль мог только представить эти ее бурные рассуждения, но сейчас он думал совершенно о другом. А если быть точным, то ни о чем вообще. Он просто рад сегодняшнему дню. Да, физически было больно, но он это пережил. Тем более мама его излечила.

Сегодняшний день...у него есть "сегодня" и все хорошо.

Кстати, а ведь мое прошлое День Рождения я действительно провел лёжа на кровати. Если сравнивать текущее и прошлое, то это просто небо и земля!

Мама повернулась к столу и зажгла единственную свечу на небольшом тортике "черепаха". На нем шоколадом была нарисована цифра "семь", потому придираться к количеству свечей не имело смысла. Да Эмиль и не хотел. От самого факта наличия вкусного торта становилось теплее на душе.

Из очевидного, можно сказать, что согрел он не только душу, но и его живот. Этот сметанно-сгущённый вкус до сих пор ощущался на его языке... Этот торт такой простой и такой вкусный.

—Чуть не забыла! Эмиль, прими мой подарок! - она потянулась за коробочкой, которая все это время лежала рядом с ней у ее ног. Небольшая коробочка, но в ней все равно могло лежать что угодно.

Небольшая интрига, но продержалась она недолго. Мама почти сразу открыла ее...

Там оказался медальон, ну или его подобие. Темный, или может просто черный кристалл, который был вложен в такой же темный металлический сосуд. Своеобразный кулон-медальон. Не сказать, что это прям "вау-у". Обычный кулон. Но Эмиль большего и не просил. Он вообще забыл о том, что на День Рождения дарят имениннику подарки, поэтому он был очень рад ему.

Эмиль взял его и решил отложить в сторону, но мама перехватила его руку и настояла на том, чтобы он сразу же надел его. Он не понял этой ее настойчивости, но возражать не стал. Сразу же надел его

"Холодный..." - подумал он, но это неудивительно. Всё-таки зима, он мог вполне храниться в таком же холодном месте.

Так его день и закончился. Эмиль лег и задул свечу. Началась кромешная тьма...

Том 2 Глава 8: А не лес ли это?

Последующие дни не принесли ничего нового. После его Дня Рождения все вернулось на свое русло, стало обыденным: никаких путешествий, никаких изменений в жизни. Он просто стал взрослее на один год.

Изо дня в день копает снег, прокалывая всем дорожки. Каждый день моет полы, а свои старые добрые ковры он раскладывает на снегу и просто бьёт сверху палкой, толку мало с этого, но и...? Немного ранее он ходил с коврами на то место, где он всегда ковры и отбивал, но сейчас он решил себе облегчить ситуацию. Не нести их в далёкие края, а делать это рядом с домом, но и обязательно, чтобы отец и братья этого не видели. В целом, никто не видел, никто не придирался. Он даже немного разозлился с этого. Всегда носил их в ебеня, а им , оказывается, пофиг.

Необязательно так напрягаться. Сделать на пофиг и все равно никто не заметит...

С каждым днём погода менялась. Зима постепенно уходила, становилось теплее, а вместе с этим уходил и снег, из-за чего тратить время на расчистку от снега не приходилось. Только вот с его уходом пришли новые обязанности: опять нужно было тяпать огород, собирать первые распустившиеся лиственники, чтобы засушить их и использовать на чай. Даже ковры опять нужно было нести в ту даль. А раньше ведь он не возникал... обленился. Он видел в этом занятии возможность стать лучше. Физически, естественно. Постоянно держать свои мышцы в тонусе. Сейчас же его мышление изменилось. Ему хотелось больше тратить время на себя, быть предоставленным самому себе. Ну или лень, просто лень. Чтобы упростить себе задачу, он наконец решил сделать свою конструкцию, где он сможет отбивать ковер. Раньше сделать это было тяжело в меру его сил и роста. Щас же он немного подрос, прибавил сил и этого "немного" хватает на то, чтобы он сам мог ее сделать.

Помимо этого, зимние запасы травы для кроликов начали кончаться. Ему приходилось самому уже ходить за ними. Не всегда, но часто.

Много ещё разных дел, но он успевал сделать их все и заняться своими личными делами. В свое свободное время он любил лежать на траве на солнце. Иногда думать о чем-то неважном, а иногда ни о чем вовсе. Ещё он тренировал себя. Физические упражнения и метание ножей. В целом, из-за этого метания он стал больше тренироваться с ножами. Выполнял изо дня в день одни и те же приемы: короткие выпады, играючи уклонялся. Хотел бы он делать это с деревянным мечом, но у него его просто не было, а ножей до кучи... Весь цикл его ударов состоял из трёх последовательных ударов. В левый руке он держал нож обратным хватом, конечно же имеется ввиду держать не лезвие, а лишь его направление. Правой рукой держал его в обычном положении, уже лезвием к называемому воображаемому врагу. И первым его движением в этом цикле был режущий удар левым ножом. Просто по обычной траектории слева направо. Второй удар был просто обычным движением, несколькими движениями. Казалось бы, он просто водит правой рукой по воздуху, но в его голове он видел в них огромный смысл, как будто защищался от воображаемого противника: своим правым ножом Эмиль словно ловил и уводил в сторону оружие противника. После этого он делал небольшой рывок прыжком вперёд, чтобы сделать укол левой рукой. Может быть, правой рукой было бы удобней совершать укол, но пока он решил действовать так. В самом конце он делал удар ногой. Должно быть, чтобы оттолкнуться от человека, в которого вонзил нож. И так по новой. Бесконечно число раз, пока руки сами не отпустят эти ножи... Тяжело сказать, что одни и те же действия помогут тебе в реальном бою. Всё-таки там все происходит спонтанно, на уровне чувств, инстинктов. Одного отработанного движения не может быть достаточно на все случаи развития событий. Но, хоть и недостаточно, он все равно повторял их с необычной для все целеустремленностью. Возможно, он видел в этих тренировках не столько тренировки, а сколько просто способ разрядиться, занять себя чем-то. И сказать:"Я что-то умею". Только вот трёх ударов для этого все равно недостаточно.

Так дни Эмиля и проходили. Стало ещё теплее. От этой теплоты земля становилась суше, а от этой сухости уже засыхали растения. Такая смена погоды подразумевала собой необходимость ещё больше поливать огород. Когда же наконец начался ливень, Эмиль ликовал от счастья. Погода после такого ливня перестала быть такой жаркой и дождик время от времени лил, из-за чего взращивание огорода частично перешло в руки природы. Вместе с этим шла уже середина лета:

—Эмиль, иди в лес, собери трав! - крикнула Оливия.

Опять началось.

Эмиля словно вытолкнули из его собственного мира. Стоял себе спокойно, мыл полы будто бы уже в состоянии транса. И тут его выталкивают из него.

—Что? Каких трав?

—Вообще, нам нужны ростки Майа...

—И... и зачем же? - этот вопрос не звучал глупо. Их полезность действительно была минимальной. Их как-то использовали для девушек, а вот как... он не знал. Да и что они делают тоже не знал. Но одно точно можно сказать - никакими лечебными или бодрствующими свойствами оно не обладает.

—Надо...- она отвернулась и пошла к выходу. - Просто сходи.

Ничего не поделаешь. Придется сходить.

Эмиль собрал себе в дорогу все, что посчитал для этого нужным, а нужным посчитал он только маленькую лопатку и немного провизии. Собирать придется долго.

Особенностью этого растения является то, что оно растет везде. Вид его всегда разный. Иными словами, оно маскируется под рядом растущие растения. Выдать его могут насекомые, которые неестественно долго не сходят с этого растения. Но тут опять же сложность, что на уме у насекомых?..

Как оно может быть везде, так его может быть и нигде. Ты возьми и пойми, сидит ли жучок на нем долго по своей воле или потому, что это то самое растение...

Из всего растения нужен только его корень. Именно он содержит в себе все те свойства, которые могут быть хоть как-то полезны. Для этого и нужна лопатка, которая уже привязана к его шортам на специальном ремешке. Шортики же сами были на ремне. В противном случае, из-за всего этого груза они бы сами начали сползать.

Сверху на нем была надета рубашка темно-красного цвета, снизу и сверху наполовину расстёгнута. И украшал весь этот образ черный кулончик. Он то поглощал свет, то отражал... Странный кулон.

Эмиль вышел из деревни и уже вошёл в лес, но это был не тот выход и не тот лес. Вошёл он сейчас в сад, где почти всегда безопасно. Днём так точно нечего бояться, а вот ночью уже стоит быть начеку...

В этом саду отдельными местами растут посадники слив, абрикосов и обычные кусты с ягодами по типу малины, крыжовника и смородины. Хороший сад. Жители деревни и путники всегда пользуются его плодами. Эмиль держал путь в глубь этого сада - прямо к его окраине, на границе которого начинается лес. Там сад плавно переходит в густой смешанный лес, но в некоторых местах их отделяет лишь поле из самых разных цветов. Именно там и могут находиться ростки Майа. Правда, цветов много и чтобы их найти нужно не то что постараться, а буквально вывернуться наизнанку. И ещё, конечно же, верить в чудо.

Пока он шел, по пути ему встречались самые разные лесные зверушки, но всех их можно было наблюдать только издали. Оно и ясно - боятся людей. Но есть и животные-пофигисты. Много животных вида Мио, похожих на кошечек, да и сами ластятся к людям. Разные окрасы, сильные хвосты, которыми они цепляются за ветки деревьев. Их миролюбивость к людям, наверно, объясняется их местоположением. В саду, нежели в лесу, люди их почти не трогают, не охотятся.

Также, к числу пофигистичных животных можно отнести кругляша Ени. Выглядят они как приплющенные мячики с коричневой шерсткой. Лапки коротенькие, мордочка серьезная и в то же время будто бы говорит:"Мне пофиг!" Там, где у людей брови, у них черным окрасом окрашена шерсть и вместе с этим уголки рта тоже имеют такой же окрас. Из-за этого кажется, что у него постоянно одно и тоже выражение лица. Забавное животное. Быть может, именно поэтому оно и выжило. Ну и ещё быть может потому, что ему реально пофиг даже на увечья. Как-то один парень пнул его и Ени полетел, при этом издав звук "пи", а когда стукнулся о дерево, то отлетел от него как мячик, но уже издал другой звук "пу". Вот и получается, что от такой серии отскоков он издавал звуки "пи-пу", "пи-пу"... Ну, как говорят, пнули его тогда случайно. А вообще, в этом саду то и слышится это "пи-пу", - это они падают с деревьев. Одним Богам известно, как они туда забираются...

Вот эти два зверька самые встречающиеся из всех. Остальные более-менее скрываются.

"Пи-пу!" Опять этот упоротый зверек. Падают и падают! "Пи-пу!" Ну вот, одно свалившееся с неба животное! Как, ну вот как вы там оказываетесь? И куда важнее, что вас заставляет туда лезть? Ходите тут, иногда целая колонна из больших шариков и комочков поменьше. Бегут себе, иногда перекатываются...

Пофигисты.

Но, стоит признать, вы выглядите мило. Да и Мио чрезмерно милые. Подходят, ластятся. Правда, так они выпрашивают взамен еду.

Через некоторое время Эмиль дошел до окраины сада. Все его деревья ровной линией проходили вдоль поля, на которое он вышел. Поле же было разукрашено золотисто-сиреневыми цветами. Море цветов. Где-то рядом есть другое поле с другими красками, но конкретно здесь выросли именно такие цветы.

Эмиль взглянул на это поле, на цветы перед собой... и срубил их так, как это делает ребенок палочкой. Он сразу же отбросил лопату и отчаялся. "Как, ну вот как тут вас искать?!" - крикнул он. Так как это поле состоит чисто из цветов, то и жучков в нем соответственно тоже много. Он этого и ожидал, но чтобы настолько много... Нет, к этому он всё-таки был не готов.

Тут не водятся какие-нибудь страшные жучки. Все они заняты своими делами: ползают, жуют. Да, есть еще паучки, птицы... Жуки будут не против и по тебе поползать, но в целом ничего плохо не случится, если ты просто вальяжно ляжешь на простыню, которую ты на такой случай и взял. Можно полежать на ярком солнышке, позагорать...

Эмиль лег и утонул в цветах.

Проснувшись...он увидел паука. Огромный паук. Он испугался и резко приподнялся. Думал, что это тот самый паук из снов, но оказалось, что у него другой окрас, да и размер куда меньше. Слишком меньше...

Паук просто сидел у него на носу. Было довольно близко, вот и показалось спросонья.

Благодаря этому, Эмиль быстро взбодрился и принялся разглядывать цветы. Там, где жучки долго сидели, он перекапывал все, но но пока что было безрезультатно.

Час спустя и истыканное поле, он всё-таки нашел этот корень.

Действительно, выглядит немного иначе, но это если вглядываться. Кончики его корней разветвляются волосиками, а у обычных цветов они острые. Ну и оказалось ещё, что его корень обвивал корни других растений.

За ещё один прошедший час он не нашел ничего полезного. Просто весь испачкался и устал. И только по случайности в самом конце он нашел еще один корень... Нужно было продолжать искать дальше, но ему это надоело.

Он вылил немного воды из фляжки себе на руки и умылся. Прицепил обратно лопату и пошел. Куда? За поле, но не обратно, а в лес, ища удачи там.

Перед входом в лес ему повстречались животные Хомы. Странные большие хомяки, которые могут ходить на двух ногах, или лапах? У них мягчайшая коричневая шерстка, выделяющиеся бровки, а на голове у них шерсть расположена так, что похоже на прическу обычного заросшего человека. Только все растет не вверх, а вниз, но бывают и исключения. Частенько бывает и так, что вся остальная часть тела тоже бывает переросшей. Выглядит это небрежно и так, словно вся его шерсть покрылась твёрдыми и острыми кончиками шерсти, но они все равно очень мягкие...

Несмотря на свой миролюбивый вид, хомо тоже охотятся. Охотятся они на мелких зверушек, но если хомо объединятся, соберутся в стаю...то могут осилить и большого зверя. Нередкое явление.

"Хом-хом-хомо-о-о-ом!" - прокричал боевой клич бравый вожак хомо, стоя на высоком камне. В этот момент все хомо выбежали из высоких, заросших листвой, кустов, кто на двух лапах, кто на четырех, а кто-то очень ловко прыгал.

Они бежали на большую ящерицу и, подбегая к ней, вгрызались в нее, оставляя глубокие порезы выдвигающимися когтями. В любой другой нормальной ситуации хомы не нанесли бы никакого вреда ей, но щас все, что она могла сделать - это издавать жалобные звуки и безрезультатно отбиваться хвостом, время от времени отбрасывая некоторых хом и кусая их. Только вот хом слишком много...

"Хом-хом-хо-о-ом", - было последнее, что услышала эта большая ящерица.

Забавные зверьки. Людей они не трогают, но надо быть все равно осторожными. Почему бы голодному хоме не напасть на человека? Может быть всякое, особенно ночью.

Эмиль прошел около семейства хом и побрел себе дальше. У него была цель и в то же время он шел бесцельно. Нужно было найти ещё ростков Майа, но найдет ли он их? В этом он уже был не уверен. Потому и шел себе бесцельно, ища удачу на своем пути.

Неожиданно поднялся ветер. Солнечный день окутали облака, предвещающие за собой дождь. Он уже даже не пытался найти этот росток, но пытался найти укрытие от дождя. И, пока он шел, он услышал то, как кто-то напевает мелодию. Не было каких-то отчетливых слов. Было обычное напевание мелодии: "ла-ла..." Говорят, что красота в простоте. Вот и у нее было просто, но звучало красиво, волшебно.

Эмиль решил пойти на звук, пробираясь сквозь плотные кустарники, при этом он старался делать это бесшумно. Так он и дошел, не потревожив девочку... Темно-красные, нет, темно-алые длинные волосы, свисающие из под ее большой шляпы. Одета же она в чёрно-белый сарафан, который был уже испачкан малиной. Но, ее это совершенно не тревожило. Она просто продолжала ее собирать своими тонкими ручонками и напевать свою мелодию.

Он немного продвинулся в сторону, чтобы увидеть немного больше, чем ее спина. Когда его взору удалось лицезреть что-то новое - его сердце заколотилось бешеным ритмом. Ему казалось, что он нашел что-то давно утерянное, но он пока не понимал что... И тут его осенило, но он сам пока не мог в это поверить:"Это правда та самая девочка?" Это определенно была она, но поверить он сам в это не мог.

Эмиль уже было обрадовался, пошел ей навстречу, но остановился. Ему очень хотелось окликнуть ее, может быть даже и потрогать ее...странное возникшее желание, но, как бы это не звучало, он видел в этом человеке что-то родное, именно от нее чувствовалась не горечь, а теплота прошлого. Может быть, он просто думал об утешении и покое?..

Несмотря на нахлынувшие его эмоции, он действительно остановился. Сердце ему так и говорило:"Давай, не теряй возможность!" Только вот разумом он понимал, что это неправильно. Что, если она его не помнит? Всё-таки прошло уже немало времени.

Он решил помочь ей вспомнить, намекнуть ей. Эмиль не задумывался над тем как это сделать. Он сразу же решил сделать так, как они делали до этого вместе...Он просто уселся и начал смотреть на нее. Ждать.

Но она так и не повернулась.

"Наверно, я делаю что-то не так?"- огорчился он самим собой.

Лучше бы просто сказал ей привет...

Эмиль встал и пошел к ней. Быть может, он действительно шел бесшумно и потому она все не оборачивалась. Эта девочка, словно в трансе, продолжала собирать малину и напевать какую-то песенку.

Настал момент икс. Все очень легко, возьми да сделай! Но нет... Появилась неуверенность. Только вот пути обратно уже нет.

"А она подросла",- заметил Эмиль. - Я и сам подрос, но она все равно выше. Ну это вроде нормально? Девочки же взрослеют раньше мальчиков, не все конечно, но она явный этому пример".

Он потянул к ней руку - на ее плечо.

Когда он дотронулся до нее, он начал говорить:"Приве...", но даже не договорил. Она быстро повернулась и своим ведёрком, в которое собирала малину, взмахнула ему в лицо, издавая короткое "А-а-а!"

Эмиль успел закрыться рукой, но ведро ударило прямо по костяшкам его кисти.

Теперь они кричат вместе.

Она быстро отошла от него. Кажется, она собиралась убежать, но, увидев обычного "танцующего" мальчика, решила остановиться...

—Эмиль..?- спросила она осторожно...

—Да-да, это я... - резко, жёстко, и все также танцуя, ответил он.

—Так тебе и надо! - неожиданно выдала она, после чего начала брать по ягодке из ведёрка и кидать в него, а ягодок там осталось прилично. Мало упало из-за удара, наверно это и хорошо? Не просто так же собирала.

—Да брось...

—А я их и бросаю! - не дала она договорить, продолжая кидать в него ягодки.

—Не про это же! Да всё, всё..! Ты вообще знаешь скольких мне это сил стоило? - отбивался от ягодок целой рукой, а своей покалеченной уже просто тряс, чтобы боль стала легче. - А ты по руке...

—Я ещё и виновата!? - офигела она от его наглости, сразу же пошарилась в ведре и достала что-то большое. Слива. Она достала сливу и, конечно же, кинула ее в него.

Эмиль привык уже к маленьким ягодкам и сразу не придал значения уже большему объекту в ее руке, а когда уже обратил внимание - было поздно. Слива зарядила ему прямо по голове. Больно не было, но теперь по его лицу стекало немного сливового сока... Хорошая была слива, вкусная.

Он совсем немного общается с девушкой и уже в шоке. Нет слов. Одни эмоции.

Нужно поумерить ее пыл, подойти к ней...

Сблизившись с ней, она кинула ещё сливы, но сейчас ему повезло уже куда больше, чем до этого.

Он не думал о том, что будет делать, когда дойдет до нее.

Все разрешилось само.

Дойдя до нее, она подсекла его и он начал падать. "А?" - ничего не понял он, но когда он падал, он схватился за ее руку, о падали они уже вместе.

Эмиль лежит, она лежит - на нем. Неловкая ситуация. И они оба это понимают. Он не мог что-либо сделать, потому просто лежал. Всё в ее руках. Но и она ничего не делает, не спешит...

Она слегка приподнялась, держа его запястья прижатыми к земле.

Он увидел ее лицо, которое украшали некоторые упавшие локоны. Она улыбалась и смущалась, при это она даже не думала убирать свой взгляд, направленный на его глаза. Словно из жадности хотела его рассмотреть.

А Эмиль ни о чем не думал. Он тоже просто смотрел на нее.

—Так как тебя зовут? - осмелился он спросить. Ранее он жалел о том, что не узнал ее имени, но сейчас он не упустит этой возможности.

—Селена. Я Селена! - улыбнулась она ещё раз, после чего присела и сразу же встала. Немного отряхнувшись, она подала ему руку, чтобы помочь встать тоже.

—А я... Эмиль, - сказал он и принял ее руку. Она помнила его, но он все равно решил представиться. "Кажется, так официальнее?"

Том 2 Глава 9: Детский каприз или простое упрямство

В такие моменты, как этот, обычно хочется провалиться под землю. В ливень весь лес преображается. Все растения тянутся вверх, чтобы всеми своими стеблями ощутить влагу и корнями вкапываются глубже, чтобы обмякшая земля не только кормила их, но и крепко удерживала их. Что касается тех, кому влаги и так хватает, те прячутся под этими растениями. Вот под одним из этих больших лапухов Эмиль с Селеной спрятались.

Кругом сыро, холодок проглядывает и лужа перед ними становится все больше и больше. Грозится скоро достать до них и их укрытие перестанет быть укрытием. Если Эмиль сам мог бы наплевать на свое удобство, да и вообще он мог бы побежать и так... Но не делать же этого без Селены. Не оставлять же ее одну. Только вот ситуация с каждой минутой становится хуже и хуже. Из-за этого ему было неуютно...обрекать ее на это.

Надо что-то сделать, но что? Сам тогда промокнешь, замёрзнешь. Смысл тогда был вообще укрываться?

Ничего не поделаешь... - смирился он и встал.

Эмиль взял свою лопатку и вышел из под укрытия. Начал вскапывать землю, чтобы вода ушла в другую сторону. Вместе с этим он подыскал ещё два больших лапухов, нет три... Из двух он сделал продолжение своему шалашу, а третий он постелил на землю, чтобы можно было вытянуть ножки. Удобства и комфорт.

Он полностью промок, но поставленную для себя задачу выполнил.

Эмиль присел рядом с ней и расслабился. Через некоторое время он услышал тихое "спасибо". Он посмотрел на нее... Она задумчиво смотрела вдаль, погруженная в свои мысли. Ну а чем ещё заниматься в такое время, правда же? Теперь они вместе смотрели и думали о своем.

Дождь закончился и они пошли домой. Пока они шли, Селена его спросила:"Что ты несёшь в своей сумке?" На это Эмиль ей ответил, мол это маме и не знает зачем. Показал и добавил разве что про то, что сумел найти всего лишь две штуки...

Селена засмеялась

—И одного бы хватило по горло! - не могла она успокоиться.

—Это почему же? - не понял он.

Она похлопала его по плечу:

—Ну...просто поверь мне, она бы была рада и одному, а тут их два.

Чуть погодя вновь показалось солнце. Она весело прыгала через лужи, а он просто шел за ней и нес ведёрко, параллельно подъедая из него ягодки. "Угощайся, все равно мало осталось", - сказала она тогда. И Эмиль угостился, не отказываться ведь.

Пока она прыгала, Селена посчитала нужным обрызгать и его. "Да брось же его!" - крикнула она, намекая на ведёрко. - Я его все равно нашла случайно!"

Чье-то ведро спёрла?

—Что? - не понял я. - Тогда что бы ты делала без него? В лесу?

—Ну, я не знаю... - задумалась она. - Но я его нашла и такая "почему бы не пособирать ягоды" и отправилась сразу же в лес.

—А?

Как же это... безрассудно. Хотел я это сказать, но не стал. Нет, я все равно так считаю, но мне не хотелось показаться ей занудой.

Ведёрко, конечно, жалко. Привык уже к нему, но ничего не поделать. Положил его на видное место у дороги и пошел с ней.

Она взяла его за руку и потянула за собой. Ему же ничего не оставалось, кроме как просто последовать ее настроению.

Так они и добежали до деревни, полностью запыхавшись, но зато счастливыми. Эмиль точно не жалел потраченного на это времени.

—Эй, Эмиль, а почему я не видела тебя столько времени?

—Просто я умею прятаться.

—От меня? - наигранно удивилась она.

—От всех.

—И где же?

—Дома, - так же непринужденно ответил он.

—Затворник... - огорчилась она.

Эмиль посмотрел на нее и улыбнулся. Много же она не знает, да и рассказать все не выйдет.

—Вовсе нет. Я довольно-таки часто гулял. Ну как гулял, работал. Но... видимо недостаточно хорошо. А так, пришлось полтора года полежать.

Пока они шли, кругом кипела жизнь. Все работали, разговаривали, ну и просто сидели на скамейках, опять же ведя светские беседы. Только вот не все решили продолжать эту мирную атмосферу.

—Что случилось?

—Я пробыл без сознания эти полтора года. Или, правильней сказать, кома? Да, кома, забыл уже..

—Выглядишь крепким для человека, который пролежал эти полтора года, - не поверила она, при этом демонстративно пощупала его руки и хлопнула по ноге.

Он лишний раз подумал о том, что эта девочка слишком открытая. Без стеснения делает то, что хочет. Однако, этого чувства она не лишена и он это наблюдал...

—Мама разминала их все это время. Спасибо ей за это, - он решил не рассказывать ей про способности мамы. Наверняка в прошлом много кто лицезрел их, но рассказывать сейчас об этом, ему казалось, будет лишним. Всё равно в случае чего узнает.

—Понятно... - она заметила, что он что-то не договорил. "Должно быть, на это была причина", - решила она. - Так из-за чего же ты столько пролежал? Что случилось?

Они проходили очередной деревенский домик, где играли в футбол уже взрослые, ну или подростки. Эмиль сразу же их приметил, но виду не подавал. Однако, незамеченным ему остаться не удалось. Они уже почти прошли их и в последний момент он краем глаза заметил...

В него кинули яблоко. Он успел выставить руку и поймать его, так бы оно попало прямо ему в голову.

Селена от неожиданности взвигнула, испугалась.

—Это одна из причин, - сказав это, он заботливо потянулся к шляпе на ее голове и опустил ее так, чтобы другие не увидели ее лица.

Селена посмотрела на него и удивилась. Его абсолютно невозмутимое лицо словно молча говорило ей, что все так и должно быть. Она хотела сказать ему:"Ты что, да в тебя кинули его! Если бы ты не поймал его, то от такого удара ты бы вообще упал, а то и отключился бы опять на полтора года! Если ты не можешь, то с ними могу разобраться я!" - и она бы пошла с ними разбираться, но, увидев то, что он продолжает смотреть вперёд, не обращая на них внимания, решила спокойно его спросить:

—Всё в порядке? Почему ты их...проигнорировал? - она немного помолчала и продолжила. - Хочешь я тебе помогу, поговорю с ними.

—Самое главное то, что они не попали, и спасибо за заботу. Только вот не нужно с ними говорить. Тут корень проблемы закопан куда глубже, чем могло тебе показаться.

Она вопросительно посмотрела на него. Он же посмотрел в ответ и спросил:

—Что ты думаешь о судьбе?

—О судьбе? Ну... - задумалась она над ответом. - У каждого она своя. Плохая или хорошая, всё одно слово - судьба. А если задуматься... - она посмотрела на небо и сказала: - Можно говорить об этом очень долго, но все это, наверное, не имеет значения.

—Почему? - просто так спросил он.

—Гиды. Высшие существа. Они предсказывают твою судьбу. Ты узнаешь ее и все, живёшь припеваючи.

—Почему? - задал он тот же вопрос, будто бы уже по наитию.

—Потому, что ты ее знаешь. Что не делай, а придёшь к ней, а там уже как пойдет. Можно дальше ей следовать, а можно пойти другим путем, но придёшь все равно к своей судьбе, в любом случае твоя дорога окажется рано или поздно на ее пересечении. Изменять ее до этого не имеет смысла, не получится.

Ее взгляд стал грустным, а вместе с ним и голос. Но в ее образе больше выражалась не грусть, а безвыходность. Словно она беспокоилась за таких людей.

—И ты, ты знаешь ее?

—Свою судьбу? Нет. И не хочу. Люди стремятся ее узнать, но для чего? Просто чтобы жить без сюрпризов? Смысл так жить... Если я и хочу кем-то стать, то я буду идти к этому. Там уже и будет виден результат. Другие же, видимо, хотят сразу знать, смогут ли они стать тем человеком, каким хотят стать. А потом узнают и радуются, мучаются, завидуют. Какая-то утопия по безвыходности. Жизнь, которая уже известна наперед...

Правильно ты сказала. Утопия по безвыходности...

Люди узнают ее, а после все их стремления и потенциал сходят на нет, ну или идут просто прямой дорогой к одному. От такого человека уже нечего ожидать. Да и ему от себя уже нечего ожидать... Скольких же они загубили людей своими предсказаниями судьбы?

—Предсказания - зло. Бег Гидов было бы лучше, - вдруг сказала она. Все ее мысли шли к этому, но так прямо сказать, что в мире без них лучше... Даже Эмиль эту мысль озвучивал лишь в своей голове.

Он посмотрел на нее, а она ведь даже не сказала это тише, произнесла ту фразу таким же голосом, что и всегда. Остаётся надеяться, что никто это не услышал. Ведь для всех Гиды - священные высшие существа, а тут говорить такое при всех...

—Почему ты так резко к ним относишься?

—Папа пострадал от его предсказания.

—А щас он как?

Она перевела свой взгляд на него, немного поправив шляпу, из-за чего Эмиль увидел ее глаза... Они казались светло-голубыми и выглядело так, словно он смотрел на небо, но при этом они были мокрыми, как будто это чистое небо было омрачено тучами и прошел дождь. Да, она была готова заплакать, но нашла в себе силы этого не делать.

—Прости... - почувствовал он вину. Тяжело и непривычно видеть ее такой опечаленной.

—Нет, ничего, - она вновь перевела своей взгляд и смотрела уже вперёд, при этом она слабо улыбнулась. - На самом деле, я считаю, что он обрёл покой, спокойствие. И я рада за него, искренне...

Эмиль немного не понял ее, но виду подавать не решил. Однако, Селена это заметила и сказала конкретней:

—Он погиб, - и замолчала.

—Что случилось?

—Я бы не хотела об этом сейчас говорить. Скажу только, что это не без помощи Гидов.

—Но зачем он к ним пошел?

—Глупый. Мне больше нечего по этому сказать...

После этого никто ничего не говорил. Они так и шли некоторое время в молчании. Те подростки уже давно скрылись за очередными домами, а другой встречающийся люд так агрессивно настроен не был, но и изменения в из "обычном" отношении Селена тоже заметила. Из-за этого она подумала, что Эмиль как-то не просто так же начал этот разговор про судьбу.

—Эмиль, а какая она у тебя? Эта судьба. Ты ведь не просто так начал этот разговор о ней.

—В том-то и дело, что судьба у меня фиговая, - они шли и он просто взял да пнул камень.

—Может, это ты её просто такой видишь?

—Вообще не вижу. Ее просто нет. У меня нет судьбы.

Она остановилась.

—Как это?

Эмиль держал в руке яблоко и на секунду задумался о нем:"А оно ничего, хорошим кинули", после чего бросил его ей. Она же поймала его без проблем.

—Сам не знаю, но это явно не всем известное "ты сам строишь свою судьбу!" Скорее всего, она просто быстро обрывается, из-за чего она просто перестала иметь смысл. Ну, это я так думаю. Скоро... узнаю.

—Из-за этого на тебя так реагируют?

—Да, из-за этого. Люди с такой судьбой, говорят, могут влиять на судьбы других. Потому от меня всем бы хотелось избавиться. Пока что везёт. За два года методы хоть и стали жёстче, но не такими радикальными. Однако, я ожидаю чего-то такого уже в ближайшее время... Но чтобы не провоцировать всех, я пытаюсь не показываться всем на глаза.

—И... как все пытаются это сделать?

Он посмотрел на нее и подумал:"Стоит ли такое рассказывать?" Странно ведь говорить о таком с девочкой. Но ладно, раз спрашивает, то почему бы и не рассказать.

—Ситуации наподобие этой, которая только что произошла. Они не редкость. Бывало, что меня на улице подкарауливали. Убегал тогда, что аж пятки сверкали. Но иногда не убегал... Думаю, сама понимаешь, что в таких случаях было. В целом, я из-за этого построил дома конструкцию для отбивания ковра. Остальное по мелочи. Дома я вообще живу только благодаря маме. Что касается отца, то это он отправил меня в кому. Дома ем в стороне от всех, живу неприглядно, чтобы меня не видели. Они знают, что я есть, но лишнего повода напомнить им об этом я не даю.

—И как это ты живёшь дома и при этом тебя не видят?

—Либо живу с мамой, либо забираюсь через балкон.

—И ты говоришь, что скоро меры станут радикальнее?

—Взрослые остерегаются меня, оберегают своих детей, когда видят меня... Сначала они шептались, но с каждым днём их голоса становились чётче и громче, в том числе и увереннее.

—И что они говорят?

—Что от меня нужно избавиться. Но уже и про семью что-то говорят. Поэтому, я считаю, что уже очень скоро для меня что-то решится. Отец дальше терпеть не станет. Это не "бельмо на глазу" и не "заноза в заднице". Все куда серьезнее для меня. Я вообще удивлен, что ты ничего не знаешь обо мне. Даже не слышала о каком-то там "мальчике?"

—У меня не такой большой круг друзей здесь. И с другими играю я недолго, потому таких слухов я и не слышала.

—Ты же приезжая, да? Тогда, когда я впервые тебя увидел, ты и приехала?

—Почти. Ах, ну и я немного странная! Из-за покойного отца, который оставил такую репутацию о нас, но я все равно на него не злюсь. Главное, что мой круг друзей это всё понимает, а другого мне и не нужно.

Такие слова заставили его улыбнуться, после чего он взглянул на развилку дорог перед ним и сказал:

—Это хорошо.

Эмиль думал, может ли он называться ее другом? А если и может, то поступил бы так с ней ее друг? Ведь если он будет с ней, то это только навредит ей.

—Тебе налево? - спросила она.

—Да, а тебе направо?

—Да... Когда увидимся в следующий раз?

—Не знаю, как ты отреагируешь, но нам, кажется, лучше не встречаться.

—Это почему ещё? - она не поняла его, от чего удивилась ещё больше.

—У меня ведь нет судьбы. Если ты можешь проигнорировать это, то твои друзья уже не смогут. Незачем жертвовать ими и собой.

—Может... давай я сама решу это? - последние слова она сказала немного громче.

Мне приятно, что ты не хочешь с этим просто так мириться. Говорить это все, ещё и сопротивляться... Правда, спасибо. Но все это выглядит глупо и по-детски.

—Если будет нужно, то и друзья поймут. Меня же они поняли, - не желала она отпускать его.

—Это немного другое. Знаешь, я сам очень не хочу с тобой прощаться. Мы ещё встретимся...

—И когда?

—Я сам найду тебя, обещаю.

—Хорошо...

Может быть, это все мой эгоизм, да так и есть в целом. Я просто не хочу оставаться один...

Эмиль понимал, что этим он тянет ее вместе с собой на дно.

Повисло неловкое молчание. Раньше он всегда был один, потому и прощаться ему не приходилось. В далёком прошлом у него были друзья и в такие моменты... Он уже позабыл, как было в такие моменты. Как люди друзья расходятся в конце прогулки?

"Да, неловко как-то... Думал просто уйти, но это как-то неправильно. А она что делает?" - он повернулся к ней посмотреть, что она делает, но рядом уже никого не было. Селена уже уходила в свою сторону к себе домой, а может она пошла искать еще приключений себе на голову?

Эмиль улыбнулся и сказал:"Как все просто, оказывается". И, что забавно, ему даже стало немного обидно. Даже не услышал обычного "пока".

Он развернулся и пошел домой. В своем, уже полюбившимся, одиночестве и тишине.

—Пока, Эмиль! - вдруг раздалось в дали.

Такая мелочь, но ему стало так приятно от услышанного. Давненько ему никто ничего подобного не говорил. Да, это прощание, но оно все равно было адресовано именно ему, и от этого чувствовалось на душе, что ты кому-то нужен. Не мамина любовь, а от кого-то ещё...

—Пока, Селена! - уже с веселой ноткой в голосе крикнул он. - До скорого, - сказал он уже тихо.

И все же, сколько магии в таких обычных словах?