Волшебная зима

Глава 1

Глава 1. Неожиданный гость

Посреди леса стоял небольшой домик, из трубы которого валил белесый дым. Дом был покрыт инеем. Окна светились приглушенным светом, отбрасывая на снег небольшую световую дорожку. Вокруг стояли высокие деревья в зимнем одеянии. Постепенно на небе стали появляться яркие звёзды.

Внутри дома, в просторном кресле возле зажжённого камина, сидела невысокая девушка. Её тёмные волосы спадали на плечи. Девушка была укрыта шерстяным пледом. Читая книгу, она пила горячий напиток из кружки.

Стук в дверь прервал её приятное времяпрепровождение. Пришлось встать и открыть дверь незваному гостю.

Со скрипом дверь отворилась, и на пороге она увидела небольшое существо, похожее на медвежонка, но с большими выразительными голубыми глазами.

— Простите, хозяйка, я замерз, а идти мне больше некуда, — тихим и мелодичным голосом произнёс гость.

— Заходи, но перед этим будь добр, сообщи своё имя, — она внимательно разглядывала непрошеного гостя.

— Прошу меня простить, где же мои манеры! — воскликнул он и, тут же поклонившись, продолжил: — Меня зовут Аан.

— Аан, какое красивое имя, — девушка улыбнулась и пропустила гостя в дом.

— Сегодня ударил мороз. Все попрятались по своим норам. Даже белки не приходили ко мне на обед, — тяжёлый вздох вырвался у неё.

— Я не успел дойти до своих родных. Просчитался.

— Ты, наверное, устал с дороги и проголодался? — ласково спросила она, доставая свои скромные запасы.

— Да, если честно, — Аан уселся за обеденный стол и за несколько минут съел порцию супа. — Очень вкусно, спасибо. А как вас звать-величать?

— Айыына, — скромно произнесла она. — Ко мне редко захаживают гости. Я всё же — не Айболит, хотя, если честно, мне бы этого хотелось.

— Зато вы прекрасны и гостеприимны. Не каждый в наше время впустит незваного гостя. Все как будто боятся чего-то...

— Некоторые стали слишком злы и обидчивы, о доброте и взаимопомощи стали забывать. Тяжко и грустно от этого.

— Всему своё время.

За окном был слышен вой ветра, в камине потрескивали дрова, а языки пламени танцевали, отбрасывая тени на стены дома.

В этом доме, вдали от всего мира, царила своя, особенная атмосфера — атмосфера доброты, ведь именно этого так не хватает в наши дни.

Глава 2. Карта из инея

— Иччи! — громкий резкий голос ворвался в тишину.

Девушка была обескуражена: незваный гость исчез так же неожиданно, как и появился.

— Ты вроде дух моего дома, а ведешь себя хуже ребенка, — в ее голосе чувствовались раздражение и непонимание.

— Айыына, я и сам не понял, как он ушел, — промурлыкал дух, материализуясь в кота. — Я ночами тоже сплю, как и ты, хозяйка, — добавил он обиженно.

— Ох, Иччи, Иччи, — девушка потерла глаза ладонью и зевнула, — и где мне его теперь искать? Может, ты знаешь?

— Понятия не имею, — кот потянулся и прыгнул на обеденный стол. — Смотри-ка, тут какая-то книжка... Это явно не наше.

— Наверное, он оставил. Тот, Аан, — Айыына села на стул и, взяв в руки кожаный блокнот, начала его листать.

— Что там? — дух вскочил ей на плечо, уперся лапами и стал вглядываться в страницы.

— Я не пойму, что тут написано? Выглядит как карта мира, но...

— Это задание... Его задание! И оно про тебя!

Они замолчали на мгновение. Девушка нервно прикусила нижнюю губу. Кто-то знал о ней больше, чем она сама. И этот кто-то был достаточно умен, чтобы подослать неведомое существо, которого Айыына ни за что не прогонит.

Она слышала биение своего сердца и завывание разыгравшейся за окном вьюги. Но где-то вдали её, казалось, звали в неизведанный мир. Голос звучал так отчётливо, что она на миг зажмурилась, пытаясь отогнать этот навязчивый зов.

— Здесь написано, что я смогу всё изменить к лучшему... Может, это как раз тот шанс — вернуть в мир добро? Почему тот — другой — мир истончается? Может, всё дело в нас?

— Ага, конечно, — скептически хмыкнул дух. — Прямо только нас там и ждут.

— Это твой выбор, а я согласна... Если я и правда та самая, — девушка вновь взглянула на карту, — то я согласна! Добро должно вернуться в мир!

— И почему ты решила, что именно добро? — фыркнул Иччи, возвращаясь в свой привычный облик — бестелесную серебристую каплю. — Но раз ты хочешь идти, мне ничего не остается, как отправиться с тобой. Ведь мой дом там, где ты.

Айыына лишь улыбнулась своему духу, предвкушая приключения.

Глава 3. Тихий шёпот старого дома

«Интересно, о чём она думает? Неужели решила, что здесь, на чердаке, найдёт что-то важное? Ой, а ведь важное — это я! Как бы ей об этом сказать? Это же ей поможет!»

Девушка ходила по чердаку взад-вперёд, пытаясь понять подсказки, оставленные в блокноте незваным гостем. Но всё было настолько безуспешно, что она уже начала отчаиваться, как вдруг из давно неработающего радио послышались звуки.

«Почти вспомнил, как это было раньше... Всё стало настолько забытым, что даже моё чувство радости... стёрлось после долгого сна.»

Шипение нарастало. Айыына подошла к столу, где стояло радио, и начала крутить ручку настройки, пытаясь поймать волну.

— Дорогая наша доченька, — внезапно прозвучал из динамика чёткий, тёплый голос, — сегодня ты узнала то, о чём мы скрывали долгие годы. Ты — та самая, кто сможет всё изменить!

«Давно я не слышал голос её отца... Она уже ничего не помнит из той жизни. Но как же она похожа на свою мать.»

— Что это? — тихо прошептала Айыына. — Голос... будто знакомый, но такой далёкий. Я не понимаю...

— Я тоже, — материализовавшись прямо над столом, промолвил Иччи. — Я дух этого дома, но я этого не помню... Странно, правда?

— Ещё как странно, — подтвердила девушка. — Говорящее радио, блокнот, который твердит, что я «избранная». Голоса родных, которых я не помню... Что вообще происходит?

— Тебе нужно спуститься в наш сад. Все ответы — там, — прозвучал из приёмника новый голос, мягкий и печальный.

«Бедная девочка. Ей приходится исправлять ошибки своих предков. Но она пока этого не понимает.»

Глава 4. Волшебство для ремесла

Некогда величественный зимний сад стал лишь напоминанием о былой славе. Деревья стояли редкими скелетами, небольшой ручеёк давно высох, а фонтан превратился в обветшавшее изваяние, почти рассыпавшееся от времени. О прежней красоте забыли много лет назад. Теперь эти отголоски прошлого, укутанные в зимнюю шубу, лишь намекали на времена, когда здесь кипела жизнь.

Айыына стояла перед воротами, а точнее —перед тем, что от них осталось: искорёженный металл, отсутствующие створки, накренившиеся и давно упавшие в снег части забора.

Казалось, когда-то именно отсюда начиналась магия, которая теперь истощилась. Возможно, виной тому — добро, которого стало слишком мало, а может, что-то другое, более хрупкое и ранимое. Девушка пока не знала ответа.

— Иччи, я боюсь, — прошептала она.

Её пугало всё, что происходило с ней в последнее время. Она многое забыла и никак не могла вспомнить. Это было страшно.

— Не поверишь, я тоже, — дух замер в воздухе рядом. — Но нам необходимо во всём разобраться и всё вспомнить.

Его голос звучал спокойно, без тени страха. Боялся ли он на самом деле? Возможно, он просто старался казаться перед ней опорой, скалой.

— Что ж, выбора у нас нет. Довольно мы пребывали в неведении...

Она шагнула вперёд, пересекая границу своих владений и вступая во владения зимнего сада. Дух поплыл следом.

Снег искрился в свете луны — единственного источника света в этой тишине. Уснувший сад принял их в свои объятия, от которых по коже девушки бежали мурашки. Так продолжалось до тех пор, пока её взгляд не привлекла странная деталь на одном из деревьев.

Паутина, сплетённая, казалось, из самого прочного материала на свете. Девушка дотронулась до неё кончиками пальцев — и паутина шевельнулась. Айыына отшатнулась от неожиданности, её глаза расширились от удивления, а тело содрогнулось то ли от страха, то ли от предчувствия.

— Иччи, паутина... светится.

— Дотронься ещё.

— Ещё?

— Нам ведь терять нечего, верно?

— И снова ты прав...

Девушка снова подошла к дереву. На этот раз паутина засветилась ярче от её прикосновения, и тонкие нити заструились мягким сиянием.

— Здесь не хватает чего-то ещё, — пробормотал Иччи, подлетая вплотную к светящемуся узору.

— И что должно произойти?

— Думаю, сад хочет, чтобы в начале пути ты создала амулет.

— От чего?

— Вот это мы и узнаем.

Айыына наклонилась, подобрала с земли искрящуюся снежинку, по размеру идеально подходившую к центру паутины.

— Ого! — только и вырвалось у неё. — Как же красиво...

Она осторожно поднесла снежинку к светящимся нитям.

Внезапно стало светло, как днём. Яркая вспышка постепенно угасла, и паутина, теперь переплетённая со снежинкой, мягко соскользнула ей на ладонь, превратившись в холодный, мерцающий кулон на тонкой серебристой нити.

В наступившей полутьме, всё ещё заворожённая только что совершённым магическим действием, Айыына увидела чью-то тень между деревьями и прошептала:

— Не может быть...

Глава 5. Врата в застывший мир

Весь мир перевернулся для Айыыны в тот миг, когда она увидела то, чего видеть не должна была, — Тень прошлого, скользившую по мёртвому саду. Это было предупреждение: всё возвращается на круги своя. И то, что должны были решить её предки, взвалилось на её хрупкие плечи.

Айыына прижала амулет к груди, и в нём смешались отчаяние и надежда, всё ещё теплившаяся в сердце. Света в ней было больше, чем тьмы. Да и была ли та тьма, что погрузила её сад в запустение, настоящей? Или это была просто забывчивость?

— Мы жили с тобой все эти годы в глубоком сне и продолжали бы спать, если бы не тот гость, — с грустью прошептала она.

— Он нас разбудил...

Девушка застегнула амулет на тонкой шее. Холод металла обжёг кожу, но почти сразу тепло её тела сделало его своим.

— Значит, мы с тобой — избранные. Держись рядом.

Айыына выдохнула, и тёплое облачко пара повисло в морозном воздухе.

— Мы готовы! — произнесла она с неожиданной для самой себя уверенностью.

И в тот же миг мёртвый сад начал меняться.

Всё произошло так быстро, что испугаться они просто не успели.

Только что они стояли среди знакомых, умирающих деревьев, как вдруг перед ними раскинулось озеро с идеально прозрачной, словно стекло, водой. И лес вокруг был таким же — прозрачным, размытым, исчезающим. Деревья не колыхались от ветра, до них было невозможно дотронуться — рука проходила насквозь, не встречая сопротивления. Земля под ногами утопала в призрачной листве.

— Вроде и лес, а вроде и призрак. Будто время остановилось вместе с магией, — тихо сказала Айыына.

— Я ничего не чувствую, — даже дух дома казался сломленным увиденным. — Такое ощущение, будто все мои чувства заморожены.

— Как магия может просто исчезнуть? Древняя магия, что жила в этих землях испокон веков... — вопрос повис в воздухе, не требуя ответа.

Они подошли к самой кромке озера и осторожно протянули руки к воде. Прикосновения не получилось — пальцы встретили лишь ледяной, невидимый барьер, от которого по коже пополз пронизывающий холод, окутавший их прозрачным туманом. Когда туман рассеялся, Айыына с ужасом заметила, что её тёмные волосы стали абсолютно белыми — плата за переход. Но только ли волосы изменились? Любое вмешательство в ход миров всегда требует жертв.

Глава 6. Стерегущий забытые истории

Громкий голос разрезал тишину:

— Кто вы? Зачем потревожили мой покой?

— Нас послал незваный гость — Аан, — ответила девушка.

— А-а... Нашёл он всё-таки тебя и твоего друга, — откликнулся голос, и в нём послышались нотки усталости.

— Друга? — с осторожностью переспросила Айыына.

— Раньше именно им ты считала Иччи. Но сколько времени прошло...

Над озером вспыхнули и закружились огоньки, переливаясь и сливаясь в фигуру исполинского медведя, выточенного из чистого алмаза. Он буквально затмил собой озеро, нависая над водой и героями.

— Я когда-то был хозяином этой тайги. А теперь посмотрите, во что превратился, — послышалось скорбное эхо. — Теперь я лишь хранитель тайн мира, который не сумел сберечь.

Из его алмазного глаза скатилась слеза, упавшая в воду с тихим хрустальным звоном.

— Ну что вы, — тихо сказала Айыына, — неужели всё настолько плохо? Кто мог сотворить такое?

— Его имя — Улуу.

Едва имя было произнесено, как небо мгновенно заволокло чёрными тучами, подул леденящий ветер, и всё тепло, вся радость бытия на несколько мгновений испарились из мира.

— Видите, какой силой обладает одно лишь его имя. А должно быть наоборот — твоё имя, Айыына, должно нести свет. Но он сумел, опираясь на людское равнодушие, усыпить всё светлое, навести морок, а меня превратить в эту неподвижную глыбу. Я не могу ни есть, ни спать — ни-че-го! Я не чувствую даже дуновения ветра, — в голосе хранителя звучали многовековая усталость и горькое раздражение.

— Добро... Я же говорила!

Дух, всё это время молча наблюдавший, завис над её плечом и наконец вступил в разговор:

— Неожиданно, но... ты права.

— Кто он такой? Откуда у него сила, чтобы украсть магию и наши воспоминания? Я ведь правильно всё понимаю?

— Да, Айыына. Всё именно так. Он — верховный дух Нижнего мира. У него в подчинении абаасы. Не стоит их недооценивать.

— Так же, как и нас. Мы с другом, — последнее слово она произнесла с теплотой, — со всем справимся! — Айыына сжала кулаки так, что побелели костяшки.

— Вам следует направиться туда, где в определённое время года необходимо поклонение, чтобы увидеть то, что было позабыто.

***

— Что же можно там увидеть? Духа? Ой, я не про тебя, — девушка слегка улыбнулась.

— Я чувствую, что в тебе что-то изменилось... Ты стала живее, несмотря на новый цвет волос, — Иччи, как всегда, парил рядом.

— Возможно. Я сама не до конца понимаю, что происходит. И главное — куда идти? Вокруг непроглядная зимняя тайга. Снега по пояс, я в нём буквально тону, — девушка вздохнула.

— Чтобы понять, куда идти, надо вспомнить. А чтобы вспомнить — надо найти это место.

— Всё так запутанно... Прямо как в сказке: «Сходи туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что», — Айыына хмыкнула.

— Когда живёшь в волшебном мире и должен его спасать — всегда так и получается.

— Вспомни любую историю. Как герои вообще догадывались, что от них хотят?

— Они были смышленными, и память им не стирали, — произнесли они почти одновременно и рассмеялись.

— Два героя — две судьбы. Забавно и странно.

За этим разговором они пересекли снежный лес и вышли на поляну. Посреди неё стоял пенёк, из которого, вопреки зиме, пробивалась ярко-зелёная трава.

Айыына и Иччи переглянулись, и во взглядах мелькнуло одинаковое удивление. Трава была самой настоящей, но они понимали — законы природы здесь нарушены. Равновесие сил искажало реальность Верхнего мира.

Девушка присела на корточки, разглядывая пенёк. Иччи, будучи бестелесным духом, нырнул внутрь него. Вынырнув через мгновение, он лишь выразительно закатил глаза. Ситуация стала казаться им ещё более странной.

— «Вам следует направиться туда, где необходимо поклонение... чтобы увидеть то, что позабыто», — повторила Айыына слова хранителя. — Позабыто...

— Позабыто... Айыына... Аан... — Иччи приблизился к своей хозяйке и подруге.

— Ты понимаешь? Это как-то связано.

— И у нас с тобой тоже есть связь. Ты — дух моего дома, мы стали друзьями. То, что обычно невозможно, но исключения всегда бывают.

Айыына села перед пеньком.

— Зима и лето, весна и осень... Но я помню только зиму. Весной всё цветёт, а наш главный праздник — летом, которого не было уже очень долго. Без своих корней мы угасаем, замираем, погружаемся в сон...

— Без них Средний мир забывает о нас и перестаёт чтить. Без них мы становимся чужаками среди своих. И всё это — дело рук Нижнего мира...— И только солнце, его лучи, могут нас пробудить, вывести из этого тумана, — девушка резко встала. — Мы должны поклониться солнцу, отдать ему дань уважения и надеяться на прощение.

Вокруг пенька, этого единственного посланца лета, они начали медленное движение по ходу солнца, покачиваясь в такт невидимому ритму и произнося слова, которые слились в единый голос:

— Высокое солнце, Солнце-божество! Благодаря тебе мы до сих пор живы! Верни в наши миры весну, лето и осень! Только с тобой, Солнце, будем мы светлы и счастливы! Слава тебе!

Обряд длился недолго, но даже за это короткое время солнце впервые за долгий сон ответило им — яркий луч пробился сквозь облака, пронзил пенёк, оставив на его срезе светящийся солнечный знак.

— Ух ты! — Айыына завороженно смотрела на это чудо.

Деревянный символ солнца был готов. Девушка осторожно взяла его и крепко прижала к груди.

Глава 7. Танец с тенью

— «Многое мы забыли, но не он. Он тот, кто не имеет тьмы в своём сердце. Всегда предан и верен, несмотря ни на что», — Айыына повторила вторую загадку. — Верен... — задумчиво проговорила она, прохаживаясь уже который круг вокруг пенька.

— Ты сейчас даже землю вытопчешь, — хмыкнул Иччи, подлетая к ней.

— Скажи... В доме ты можешь принять любую форму, а здесь остаёшься бестелесным. Это из-за нехватки магии? Или...

— Не знаю. С тех пор как мы здесь, я будто разучился это делать. Мои способности тают, как этот снег.

— Это плохо, — занервничала Айыына. — Нам нужно идти дальше. Чем быстрее отгадаем, тем скорее всё вернётся...

— «А вернётся ли? — прозвучал в её голове знакомый, но чужой голос. — Ведь ты не та, за кого себя выдаёшь.»

Девушка попыталась стряхнуть с себя наваждение, но от этого стало только хуже.

— «Ты себя-то в зеркале видела? Полные щёки, бесформенные брови... Ты не можешь быть избранной.»

Айыына хотела крикнуть, но горло сжала невидимая рука. Не могла вымолвить ни слова, лишь судорожно ловила ртом воздух.

— «Ты слаба. И всегда такой была. Понимаешь это, но упрямишься. Зачем? Выше головы не прыгнешь.»

Она схватилась за голову и рухнула в снег. Холод начал отрезвлять, но ядовитый голос продолжал уничтожать изнутри.

В сердце прокралось сомнение. Неуверенность. Ощущение собственной слабости и бессилия. Ей отчаянно хотелось, чтобы всё это прекратилось, чтобы они могли вернуться в свой тёплый, уютный дом. Чтобы это оказалось лишь дурным сном. Но реальность, увы, оказалась жёстче любого кошмара.

Иччи всё это время пытался до неё докричаться. Прикоснуться не мог — оставалось только звать.

— Не поддавайся! Это абаасы! Они проверяют тебя на прочность! — его голос дрожал от страха и отчаяния. — Вспомни, кто ты на самом деле!

— «Он такой же жалкий, как и ты. Тоже мне, друга нашла!»

— Друг... Верность... Преданность... — выдохнула она, и в этом выдохе мелькнула искра. — Я поняла... Тот, кто предан раз и навсегда... чья любовь не умирает... Лебедь! — последнее слово она выкрикнула изо всех сил. — А мы — те, кто справится и вернёт вас в ваш мир! Убирайтесь из моей головы!

Голос стих, будто его и не было. И когда тишина вновь наполнила сознание, Айыына, совершенно обессиленная, растянулась на белоснежном покрове, который искрился под робкими лучами солнца.— Я так испугался за тебя, — голос Иччи был тихим и до смерти напуганным.

— Всё хорошо, мой верный друг... Всё хорошо. Мы живы, и это главное.

В эту же секунду белоснежное лебединое перо плавно спустилось с неба и легло ей в ладонь. Второй этап был пройден. Верность и преданность доказаны ими обоими. Правда, на этот раз далось это куда тяжелее.

Глава 8. Цена магии

Они неслись по бескрайнему лесу, который, казалось, не желал заканчиваться. В глазах застыла паника. Пейзажи вокруг менялись, но ощущение было такое, будто они бегут на месте. Айыына выдохлась, но из последних сил мчалась вперёд — мысль о том, что в их руках спасение миров, придавала сил даже тогда, когда ноги заплетались, ритм сбивался и она падала в снег. Она тут же вскакивала, стиснув зубы, и бежала дальше, не обращая внимания на боль и усталость.

Внутри неё разгорался огонь, будто пытались прорваться воспоминания, но что-то могущественное им мешало. Огонь будил её наследие, кровь бурлила в жилах. Айыына была готова на всё — ради мира, ради того, что ей дорого. И голос Хранителя леса звучал в её памяти, не давая усомниться: именно они смогут всё исправить.

— «Дорог лишь тот, кто горяч внутри, но трезв в уме. Кто очищает и защищает.

В каждом он есть, но не каждый его находит.»

— Не знаю... Кажется, это ближе к тебе, чем ко мне.

— Иччи, мы одно целое! Мы друзья и не можем друг без друга. Я пойду на всё ради тебя...

— Как и я ради тебя. Ты мне дорога, хотя мы почти из разных миров.

— «Почти» — не считается, — за всё путешествие из её уст впервые вырвался смех — безмятежный и лёгкий, от которого казалось, будто всё вокруг расцветает, включая самого Иччи.

— Ты всегда была такой... удивительной, лёгкой и доброй. Я это помню... Я это вспомнил!

— Ох, Иччи... — только и смогла вымолвить она. — Мы вырвемся из этой тьмы и вернём себе силу! Мы едины, а значит — мы сила!

В этот миг земля разверзлась прямо перед ними. Из трещины, источающей зловонный пар, стали выползать абаасы — мерзкие твари Нижнего мира, способные отравить жизнь любому живому существу.

— Не-ет! — вскрикнула Айыына. — В самый неподходящий момент!

— Они уже давно просачиваются повсюду, я это чувствую. Они заполняют миры, словно яд. Спасения почти нет, но... в некоторых сердцах ещё теплится надежда.

— Надежда? Вот что может нам помочь! — девушка перевела дух. — Прыжок неширокий, но если Средний мир верит в меня, а главное — если веришь ты, Иччи, то я смогу!

Она оттолкнулась и перепрыгнула трещину. Иччи скользнул следом.

— Здесь становится жарко. Надо двигаться дальше.

— А ты уверен? Как мы найдём отгадку, если не останавливаемся? Они замерли. Всего на несколько секунд, но для них это был целый век. Айыына дышала тяжело, но постепенно дыхание выравнивалось, а силы возвращались — будто она возрождалась из пепла.

— Я многое вспомнила. Но ещё больше предстоит вспомнить. Огонь есть в нас. Мы одно целое, но мы разные: я — свет, ты — тьма. Исключение из правил...

— Огонь... Но в твоей руке должен оказаться он. Только тогда мы спасём всех.

— И да, и нет... — внезапно снег вокруг заискрился и превратился в лёд — кристально чистый и прозрачный. В нём, как в зеркале, отразился двойник Айыыны. — Огонь — да. Но как вы его достанете? И нужен ли он вам? Вот в чём вопрос.

— Лёд... Огонь... — прошептала Айыына, вглядываясь в своё отражение.

— И что? Смысл повторять, если у вас ничего нет! — двойник был язвителен.

— У нас есть мы сами!

— Неужели вы так уверены, что не будет последствий?

— Первый переход забрал цвет моих волос. Сейчас — чего ты хочешь меня лишить? — Айыына встретилась взглядом с ледяным отражением.

— Имя... Всего лишь часть имени. И тогда цель, ради которой вы здесь, — будет достигнута.

— Не верь ей! — воскликнул Иччи, но было уже поздно.

— Хорошо. Забирай!

— Отныне тебя зовут Айы, и никак иначе!

В ту же секунду в небесах произошла ослепительная вспышка, и с неба посыпались, словно гроздья, яркие звёзды, очищая землю от абаасов. В её руке материализовалась маленькая, но невероятно яркая звезда, озаряющая всё пространство вокруг мягким, не слепящим светом.

Глава 9. Звездная ночь для ритуала

Поляна, на которой они оказались, была идеальна для ритуала. Круглая, как полная луна, она будто ждала их. В самом центре лежал огромный плоский камень — древний алтарь, покрытый узором из инея. Айы перевела дух; погоня за артефактами вымотала её.

— Здесь, — только и вымолвила она, ощущая исходящую от этого места тихую вибрацию.

Она бережно разложила свои сокровища на камне в том порядке, в котором находила: деревянный знак солнца (память о свете), лебединое перо (верность) и сияющую звезду (надежду). Каждый предмет отозвался слабым свечением, признавая родство.

— Иччи, ты — живая граница между мирами. Нам нужно сесть друг напротив друга, — её голос звучал твёрдо, хотя в глазах читалась усталость.

Дух, словно понимая всю важность момента, безмолвно занял место напротив, его серебристая форма стала чётче, собраннее.

Айы закрыла глаза, собравшись с мыслями, а затем начала произносить слова. Сначала шёпотом, потом голос набирал силу, превращаясь в размеренный, древний напев. С каждым звуком мир вокруг отзывался: снег начинал искриться ярче, воздух звенел незримой струной, а свет от неё и артефактов растекался по поляне, делясь силой с замёрзшей землёй.

Она встала. Её движения были частью молитвы: взмах руки — и над ними появлялся след, похожий на кружащуюся птицу. Покачивание корпусом, словно маятник, — и это движение отдавалось в земле тихим, глухим эхом, будто сердце мира начинало биться в такт.

— Ради мира, который забыт! Ради света, который не должен угаснуть! Ради дружбы, которая сильнее всякой тьмы!

Её голос, окрепший и полный власти, гремел под звёздным небом. От его звука с ветвей деревьев осыпался снег, а на камне три артефакта вспыхнули ослепительно. Медленно, преодолевая незримую тяжесть, они поднялись в воздух, образуя над головами Айы и Иччи сияющий треугольник.

И в тот миг, когда она замолкла, воцарилась оглушительная тишина. Казалось, сама вселенная затаила дыхание в ожидании того, что будет дальше.

Глава 10. Оттепель

Вслед за оглушительной тишиной наступила ярчайшая ночь. На небе вспыхнули мириады звёзд, деревья будто сбросили с себя морок, укутавшись в пушистые снежные шубки. Воздух потеплел, но в нём ещё висела лёгкая, искристая изморозь. И запах... Запах настоящего праздника — мандаринов, корицы, можжевельника и хвои — наполнил лёгкие Айы густой, волнующей смесью. На её лице впервые за всё долгое путешествие расцвела беззаботная, радостная улыбка. Иччи, свернувшись у её ног, вновь обрёл свой любимый облик — тёплого пушистого кота.

Казалось, вот оно — спасение, и магия начала возвращаться в мир. Но там, где есть свет, всегда должна быть и тень — как Айы и Иччи, неразлучные и противоположные. Глубоко в чаще, под толстым одеялом переливающегося снега, проклюнулся маленький гриб. Его шляпка слабо светилась голубым светом, почти незаметным под снежной пеленой, но деревья в этой части леса стояли какими-то угрюмыми. Казалось, гриб тихонько тянул из них соки, превращая их в свои ядовитые споры.

— Иччи, скоро праздник, я теперь это чувствую кожей! Я чувствую настоящую, полную радость — всё вернулось ко мне. Это так...

— Потрясающе, — подхватил дух, игриво подпрыгивая на снегу рядом с девушкой.

— У меня будто открылось второе дыхание. И главное — наконец-то можно как следует размяться, а то я совсем закостенел за время этого перехода. — Из их уст одновременно полился беззаботный, лёгкий смех.

— Мы вроде как герои, но я этого не ощущаю. Мне кажется, это долг каждого живого существа — хранить баланс между светом и тьмой. Хочется, конечно, чтобы был только свет, но... Вспомни тень от дерева в зной. Она же спасает от палящего солнца.

— То есть ты считаешь, что свет и тьма всегда идут рядом? Как союзники?

— Мы с тобой — лучшее тому доказательство, — Айы снова рассмеялась. — Мы не можем друг без друга, но при этом учимся друг у друга. Ты меняешь моё восприятие, а я учу тебя... ну, например, просто валяться в снегу!

Её глаза сияли настоящим счастьем. В тот же миг Иччи, разбежавшись, свалил её в сугроб мощным, но аккуратным толчком лап. Их звонкий, радостный смех ещё долго звучал в морозном воздухе, разносясь по спящему лесу.

Глава 11. Праздничный перезвон

Лес ожил. Звонкие голоса птиц и шорохи зверей наполнили его, смывая многолетнее одиночество. Все, кто когда-то покинул эти места, начали возвращаться. Казалось, мир по кирпичику складывается в единую гармоничную картину. И радостный смех героев был лучшим тому подтверждением. Начало было положено: магия и миры снова начали сплетаться воедино. Но и тёмная сторона, как тень от яркого света, набирала свою особенную, коварную силу.

***

Одиннадцать лет назад.

— Этот день запомнят все! День, когда у Света отняли самое главное — не только память, но и силу! — Повелитель Нижнего мира Улуу, пребывал в приподнятом настроении. Он уже предвкушал момент, когда все миры будут принадлежать ему одному.

— Повелитель, — абаасы поёжились от удовольствия. Портить жизнь верхним было их любимым занятием: наслать болезнь, навеять кошмар — работы всегда хватало. — Мы можем погрузить их дитя в вечный сон...

— Сон не сработает. А вот заморозить её обитель, стереть память — это в наших силах. Она будет жить простой, сонной жизнью, общаясь лишь со своим Иччи, почти не покидая дома. Этот дом станет её крепостью.

— И её могилой, — мерзко захихикали абаасы, предвкушая разгул зла.

— Именно. Как думаешь, что происходит со светом, если его надолго запереть во льду? — Улуу оскалился, обнажая острые клыки.

— Он... угасает? — предположил один из приспешников.

— Почти. Она сможет существовать довольно долго, пока в неё верят люди. Но стоит вере угаснуть — и она растворится в небытии. А всё, к чему стремились её родители, превратится в прах.

— О ней забудут навсегда?

— Да. И мы приложим все силы, чтобы так и случилось. Нам не удалось сделать это восемнадцать лет назад, но сейчас мы не промахнёмся!

— А память как исчезнет?

— Постепенно. День за днём, год за годом. Она будет расти, но сила в ней будет усыхать. То, что было родным, станет чужим, а чужая тьма будет казаться домом. Мы перепишем историю, и все миры будут нашими!

***

Три года назад.

— Иччи! Напомни, когда мы здесь поселились?

— Мы тут, по-моему, всегда жили, — дух в этот момент увлечённо гонялся за собственным хвостом. — Появился дом — появились и мы.

— Странно как-то... Живём в глуши, вдали ото всех. В гости ходят только лесные жители. Ни одного человека! Разве так бывает?

— Айыына, бывают вопросы, на которые даже у меня нет ответа. Может, время всё расставит по местам? Не знаю...

***

Наши дни.

Звуки природы стали такими отчётливыми, что девушка на мгновение замерла, растворяясь в этой симфонии.

— Как же прекрасен этот мир... — закрыв глаза, она слилась с окружением, чувствуя каждое шевеление под снегом, каждый вздох живого существа, дуновение ветра и таинственный шёпот деревьев. Этот ансамбль звуков будил в ней воспоминания — медленно, неумолимо, шаг за шагом они становились ярче и болезненнее.

«— Доченька, сегодня твой праздник! Вот твой торт, который ты так любишь... — голос молодой женщины звенел у неё в ушах. — Семь лет, а какая уже большая!»

— Я ничего не понимаю, — прошептала Айы. — Ничего не понимаю...

В этот миг с ветки сорвалась птица, уронив к её ногам свёрнутый в трубочку листок. Дрожащими руками девушка подняла и развернула его.

«Дорогая доченька!

Если ты читаешь это письмо, значит, время всё вспомнить настало, в том числе и твоё предназначение! Тёмный правитель Нижнего мира жаждет власти над всеми нами! Он всех обманул! Но тебя тронуть не смог — твой свет в день твоего рождения был ослепителен. Ты была так прекрасна и умна, пока мы были рядом! Уверена, ты стала ещё прекраснее! Но сейчас тебе предстоит сделать выбор — твой путь только начинается!»

— Мы возвращаемся домой, — тихо, но твёрдо сказала девушка. — Все ответы ждут нас там, я это чувствую. Мы разбудили магию, вернули свет в миры. Теперь люди станут чаще вспоминать о нас. Ведь ради этого мы и прошли такой долгий путь.

— Хотя наш сон, как выяснилось, был куда длиннее.

— Тьма умеет опутывать разум и гасить свет. Но сейчас... прислушайся к этому лесу. Он живёт! Айы отряхнула с одежды снег, бережно спрятала письмо в карман и с лёгким сердцем направилась к дому. За ней, весело подпрыгивая, бежал огромный пушистый кот Иччи, намеренно сбивая с нижних веток хлопья снега.

— Иччи, лови! — скомканный снежный комочек метко полетел в сторону духа.

— Ах ты! Ну я тебя сейчас! — В несколько мощных прыжков он нагнал её и аккуратно повалил в сугроб.

— Вот ты забавный!

— Сама такая!

— Вот он, этот самый момент... — Айы лежала в снегу, а кот упёрся лапами ей в плечи. — Счастье — жить полной жизнью! Радоваться мелочам, несмотря на все проблемы! Наша жизнь должна быть соткана из воспоминаний. И даже если нам не удастся восстановить всё прошлое... ничто не мешает нам создавать новые, потрясающие моменты здесь и сейчас!

— А как иначе? — Их звонкий, беззаботный смех пронзил лесное безмолвие,

словно победный колокольчик.

Глава 12. Дом, милый дом

В доме царили покой и умиротворение. В камине весело потрескивали поленья, наполняя комнату живым теплом. Воздух был густым и сладким от запахов корицы, мёда, печёных яблок и хвои. Казалось, всё во Вселенной наконец-то встало на свои места. Айы и Иччи стали ещё ближе — их дружба, проверенная не раз, теперь была крепче гранита.

— Знаешь, Иччи, — девушка вынула румяный яблочный пирог из печи, — а я уже скучаю по нашим приключениям.

— Какой дивный запах, — дух запрыгнул на стол, блаженно поводя усами. — Приключения — дело хорошее, но там таких пирогов не подавали.

— Тебе бы только брюшко набить, — рассмеялась Айы.

— Я ведь почти что кот, — промурлыкал Иччи, щурясь от удовольствия. — Но спасать миры было... захватывающе. Как думаешь, наша помощь ещё понадобится?

— Я уверена, что да, — Айы потрепала духа за ушками и подошла к окну, зажигая первую предновогоднюю свечу. — Посмотри, как преобразился наш лес. Деревья стоят в пушистых снежных шубках, а все его жители собрались у самой высокой ели. Скоро Новый год, начнётся хоровод. Как же давно этого не было.

— Мы потихоньку вспоминаем прошлое, но это будет медленно. Будь готова.

— Я готова, мой дорогой. Но сейчас я счастлива здесь и сейчас. В моём сердце — спокойствие и радость. Этот дом теперь по-настоящему наш, родной. И в этом — особая магия.

— Как давно мы этого не чувствовали, — дух запрыгнул на подоконник, подставив мордочку холодному стеклу. — Всё изменилось. И мы тоже. Мы поняли, что дружбу нельзя предать. Она — священна. И как бы ни было трудно, нужно всегда быть рядом.

— Да, этого так часто не хватает... Не все это понимают. Дружба возможна между кем угодно: между девушками, между парнями, между человеком и духом...

— Именно, — мечтательно протянул Иччи. — Вот что я хочу пожелать в наступающем году. Чтобы у всех было счастье — основа всего сущего. Здоровья — оно нужно каждому, особенно в наших краях. И дружбы — без неё мы погружаемся во тьму.

— Дружба, преданность, ответственность и любовь — вот основа Света. Нам нужно нести это в мир. Мы справимся?

— Конечно! Вместе мы сможем всё!

— А я желаю в новом году просто больше света. И чтобы тьма всегда оставалась лишь тенью, которая оттеняет его яркость.

Краткий словарик

Мифологии и духи:

Аан — корень или основа. Часто используется в значении «вселенная» или «мать» (например, Аан Алахчын Хотун — великая мать-земля, дух природы).

Абаасы — злые духи и демоны Нижнего мира, которые приносят людям болезни и несчастья.

Айыына (Айы) — светлые, добрые божества и творцы, которые живут в Верхнем мире и помогают людям.

Иччи — дух-хозяин любого предмета, места, дерева или воды. Якуты верят, что у всего в природе есть своя живая душа.

Улуу — Могущественное и грозное божество, прародитель племени абаасы (злых духов/демонов).

Миры Олонхо:

Верхний мир — дом светлых божеств (Айыы). Там чисто, светло и живут могучие крылатые существа.

Средний мир — земля, где живут люди, животные и духи-хозяева (Иччи).

Нижний мир — темный подземный мир, где обитают злые духи (Абаасы) и чудовища.

Праздники:

Ысыах — главный летний праздник народа саха. Он посвящен встрече лета, солнцу, возрождению природы и божествам Айыы.