Волки

Глава 1

Энтони поудобнее перехватил рукоятку своей убивалки. Он с тревогой вслушивался в ночь и всматривался во тьму, которая его окружала. Только бы не пропустить почти незаметное движение, мельчайшее изменение пейзажа ночной улицы. В книгах писали, что они оглушительно воют по ночам, что их когти высекают искры, когда они бегут по мостовой, что их низкое, утробное рычание ни с чем не спутаешь и что оно парализует страхом любого, кто услышит его, потому что рычание это означает смерть.

В реальности же дело обстояло иначе. Редкая их жертва успевала даже вскрикнуть, зато все умирающие издавали хрипы своими разорванными глотками. Судя по повреждениям на телах погибших, они атаковали один раз и прямо в горло. Их челюсти были такого размера, что одного укуса было достаточно, чтобы повредить обе сонные артерии и трахею. У жертвы не было шансов. Энтони видел десятки убитых ими.

Когда всё это началось, Энтони было пять. Он был обычным ребенком, с обычными родителями. Мама работала продавцом в мясной лавке, а отец плотником. Энтони был очень похож на маму за исключением глаз. Даже если кто-то при первом взгляде сомневался, что Энтони может быть сыном своего отца, то глаза быстро развеивали сомнения. Зеленые глаза с тонкой голубой полоской около зрачка правого глаза — были отличительным знаком и Энтони и его отца. В остальном же сходство и правда было сомнительным.

И вот, однажды ночью, пятерых бедолаг в городе загрызли волки. Причем случилось это в разных районах города и по словам специалистов почти одновременно. На следующий день это стало самой обсуждаемой новостью в городе. На следующую ночь всё повторилось. Снова несколько бедолаг были растерзаны дикими животными. Город сразу же начал погружаться в панику. Никому не хотелось быть следующим. Мэр объявил премию для местных охотников, которые убьют этих зверей. В тот же день был введен комендантский час. На ночь охотники собрались на площади и приготовились к ночной охоте. Как оказалось утром, охота велась на них. Из 9 охотников ни один не пережил эту ночь. Все были убиты с особой жестокостью, но при этом ни один капкан или арбалетный болт не нашел свою цель. За следующие четыре ночи была только одна жертва. Все боялись после заката выходить на улицу кроме Джеффри Спенсера. Он решил, что опасность преувеличена и отправился навестить свою девушку. За это решение от поплатился собственными внутренностями. Ещё две недели после никто не погиб, потому что никто не осмелился выходить из дома ночью.

Всё изменилось в один момент, когда звери атаковали запертый дом. Каким-то образом, они додумались как открыть окно в подвал и убили целую семью, которая в безопасности спала в своем доме. Для Энтони же все изменилось спустя ещё неделю. Его мама не успела вернуться домой до заката. Утром её нашли в квартале от порога собственного дома. Отец Энтони сначала начал пить и всё чаще порывался ночью отправиться на улицу, чтобы закончить эти мучения, но родственники отговорили его и напомнили, что у него ещё жив сын, ради которого и стоит жить. Тогда отец Энтони решил растить сына, а заодно попытаться убить как можно больше зверей.

И он стал первым, кто убил волка. Точнее сначала все подумали, что это волк. Как сказал мэр города — “Если кто-то выглядит как волк, бегает как волк и рычит как волк, то это, вероятнее всего волк”. Тогда никто не стал спорить. Потому что никто не знал, что в двух пунктах мэр ошибся. Они действительно выглядели как волки, но на этом сходство заканчивалось. Они были бесшумны, они были быстры и они были жестоки. Первое, что вспомнили люди, что волки обычно убивают из-за голода, эти звери же никогда не ели своих жертв. Разрывали или быстро убивали, очень редко загоняли, как будто играя, но никогда не ели. Так что мысль, что это не просто волки, постепенно поселилась в головах жителей городка. Некоторые собирались уехать, но через час возвращались напуганные и рассказывали, что несколько волков преграждали дорогу, всем видом показывая, что следующий шаг станет последним для всех пассажиров повозки. Поэтому горожанам ничего не оставалось, кроме как начать придумывать способы защиты от смертельной угрозы. Дома каждый день всё больше походили на крепости, разрабатывались системы фальш-дверей, сложных замков, укрепленных дверных полотен, всё жилье теперь начиналось со второго этажа. Жители быстро организовали службу самообороны и отец Энтони вместе с парой охотников возглавили её. Служба самообороны разработала несколько хитроумных ловушек, которые тестировались при ночных налетах волков. Большинство из них оказались бесполезными, потому что волки необъяснимым образом понимали или чувствовали опасность и избегали устройств запуска механизма ловушки. Поэтому спустя две недели работ и неизбежных потерь среди жителей города, отец Энтони разработал ловушку, которую окрестил “Волкодав”.

Целую улицу превратили в одну большую ловушку. Сложная система канатов, рычагов и нажимных плит на мостовой, приводила в действие лезвия и арбалеты, которые располагались в окнах домов и скрытых нишах прямо дороге. Арбалетные болты и лезвия быстро уничтожали жертву. Ловушку разместили на входе в город, а остальные улицы забаррикадировали так, что пройти было невозможно. Волкодав же имел одну примечательную особенность. Каждую ночь триггерные канаты и рычаги менялись в случайном порядке так, что нажимные плиты, которые вчера активировали арбалет или лезвие, сегодня становились совершенно безопасны и наоборот. Там где вчера не было ничего опасного, сегодня поджидало заряженное лезвие, которое в мгновение ока превращало волка в две независимые половины волка. От людей требовалось только одно, встать в конце улицы и служить одновременно приманкой и барьером для удачливых волков, которые смогли преодолеть волкодава. Таких обычно были единицы и они не представляли большой опасности для дежурных дружинников. Разработка и установка “волкодава” помогла снизить количество еженочных жертв с полутора десятков до одной-двух. Погибнуть теперь могли только дружинники, которые принимали на себя удар прорвавшихся волков. И хотя с крыш и балконов их прикрывали бойцы с арбалетами, всё равно пара человек гибли в схватках с быстрым и сильным врагом. В городе стало существенно спокойнее. Страх практически покинул город и отец Энтони был героем. Но он не успокоился и не пользовался своими привилегиями героя. Он как и все включал себя в график дежурств дружины и также ночами выходил к “Волкодаву” с убивалкой или арбалетом, чтобы защищать город и мстить за смерть жены.

И вот два дня назад отец Энтони стал единственным погибшим за ночь. Двое волков из, как минимум трех десятков, смогли преодолеть “Волкодава” и оказались перед дружинниками. Бой был коротким и жестоким. Через полминуты оба волка были украшены торчащими арбалетными болтами и проломленными черепами, однако один из них успел сделать роковой бросок и разорвать живот отца Энтони. Теперь, спустя два дня, Энтони очень понимал своего отца. Он должен быть здесь. Он вложит в каждый удар убивалки всю свою ярость и боль потери. Он убьет каждую тварь, которая ещё посмеет появиться в городе. Он не забросит дело отца. Он уже придумал несколько нововведений в конструкцию “Волкодава”. Осталось только протестировать их и воплотить. Он предложит Мэру назвать улицу после “Волкодава” именем своего отца.

Но это будет потом, а сейчас Энтони сидит в засаде напротив выхода из “Волкодава” и ждет сигнала. Он знает, что как только сработают ловушки, по всей улице включатся фонари и это дезориентирует волков и они совершат ещё больше ошибок и вляпаются в ещё большее количество ловушек. А для дружинников это станет сигналом выйти из укрытий на свет. Тогда волки не только чуя, но и видя своих врагов бросятся на них и снова начнут попадать в ловушки. А те счастливчики, что пройдут, будут встречены арбалетным залпом и ударами убивалок. Энтони потряхивало от накатывающей волны адреналина и предвкушения. Он стоял на колене за невысокой каменной стеной и сжимал убивалку. Вот сейчас зажгутся фонари и начнется. Вот сейчас. Но фонари не зажигались. Внезапно в нескольких метрах, где должен был сидеть Курт — сын пекаря, раздалось негромкое хлюпание.

- Эй, Курт. Ты в порядке, я ни черта не вижу. - сказал Энтони, поворачивая голову на звук.

В ответ он услышал низкое утробное рычание. Он обернулся и уперся взглядом в пару мерцающих зеленых волчьих глаз. Они смотрели прямо ему в глаза и Энтони подумал, что уже видел эти глаза. Зеленые с тонкой голубой полоской около зрачка.

- Отец? Этого не может… - остальные слова не смогли покинуть горло Энтони, потому что на нём сомкнулись волчьи челюсти.