Воин Света

Глава 1

Чем старше становится человек, тем меньше он помнит из своего прошлого: сначала стирается младенчество, затем раннее детство.

Но Дерек не забыл ничего. Юноша до сих пор помнил ту ночь, когда его жизнь изменилась навсегда. Каждый день он видел во сне все, будто наяву.

Что-то гремело и трещало в ночном мраке. Маленький Дерек накрылся одеялом с головой, сжался в комок на кровати. Веяло зимним холодом, хотя была еще середина лета; сильный ветер продувал деревянный дом со всех сторон, однако, это не была гроза или буря, И оттого становилось еще страшнее.

За окном мелькали багровые отблески, метались и корчились уродливые тени, ветром доносило обрывки вскриков и проклятий. Мальчик окаменел от страха, когда услышал на улице человеческие крики. Они до ужаса были похожи на визги свиньи перед тем, как ее зарежут.

Дерек осторожно выглянул из под одеяла. Он подтянулся на подоконнике, аккуратно выглядывая из-за него. На улице бушевало пламя, ревел и трещал пожар, а в блеске огня метались люди, за которыми гнались громадные черные фигуры. Ржавые доспехи покрывали их худые тела, глазницы сияли ярким серым светом. Один живой мертвец, настигнув жертву — молодую девушку — ударил ее тесаком по спине и она, как подкошенная, рухнула на землю. Ходячий труп осмотрел тело и поднял голову, встретившись взглядом с Дереком.

Мальчик спрятался под подоконник. Неужели, все это было правдой? Будто ожили старые сказки, которые рассказывала ему мать — те самые, о темных лесах, в которых ходят рогатые уроды и живые трупы. Дерек дрожал, он съежился, зажмурил глаза, щипал себя за руку, надеясь как можно быстрее проснуться.

Оглушительно хлопнула дверь, в комнате сразу стало холоднее, Дерек услышал в сенях возню, крики и грохот. Мальчик открыл глаза, когда увидел на пороге комнаты свою мать. По лицу женщины текла кровь, она с трудом дышала, глаза ее были полны ужаса. -Дерек, сынок, - шепотом позвала она. Мальчик бросился и прижался к матери. Та схватила его за руку и потащила прочь.

Краем глаза Дерек увидел своего отца. Большой и широкоплечий, он стоял в сенях, освещенный багряным пламенем. В руках мужчина сжимал тяжелый топор, и под его ударами гибли с расколотыми черепами и сломанными костями живые трупы. Их было много, гремя ржавыми доспехами мертвецы ломились в дом, но встречали ожесточенное сопротивление отца Дерека. На минуту мальчик обрадовался, решив, что отец сможет их победить. Но лишь на минуту.

Что-то ярко блеснуло в воздухе, с глухим вздохом тело отца осело на пороге, а голова мужчины улетела в дальний угол. Мать спешно откинула палас, открылаподпол и почти силой запихнула Дерека во тьму. Последнее, что он увидел — в горницу, сбрасывая с головы капюшон черной робы, вошла девушка с окровавленной косой в руках. Она не видела Дерека, но мальчик заметил, как та обезглавила его мать одним ударом и вскрикнул от ужаса.

Неизвестная присела, отложив в сторону оружие, открыла крышку погреба и встретилась взглядом с Дереком. Мальчик, дрожа от страха, смотрел на ту, кого счел своей смертью. Девушка была также прекрасна, как и страшна. С чистой, беломраморной кожей резко контрастировали черные, словно базальт глаза и длинные вьющиеся волосы цвета вороньего пера. Она смотрела прямо в глаза Дерека.

-Лукреция! - раздался невдалеке рычащий низкий голос. Девушка дернулась, обернулась, подняла косу и с грохотом захлопнула крышку погреба.

Дерек остался один, во тьме. Над головой еще некоторое время что-то гремело, разбивалось, выло. Потом все стихло.

Дерек не знал, сколько просидел в подполе. Однако, он отлично изучил погреб, и даже на ощупь смог найти сушеные яблоки, которые готовила его семья прошлым летом, крынку со сметаной, колбасу, купленную у мясника Орвальда, мешок сухарей, подаренный отцу мальчика благодарным за помощь мельником. Даже раздобыл Дерек с десяток морковок, которыми так любил похрустеть.

Ночевал Дерек прямо здесь, в погребе, устроив себе удобную лежанку на соломе. По ночам шуршали в темноте крысы и мыши, но мальчик не боялся их. Самое страшное в своей короткой жизни он уже пережил. Наконец, Дерек все-таки решил выбраться. Страшно было ему — а вдруг чудовища не ушли, а ждут его, чтобы зарубить кривыми мечами? Что, если и та девушка все еще здесь, вместе со своей косой? И тот, кому принадлежал жуткий голос, был наверняка, страшнее всех — и девушки, и мертвецов. Он тоже тут?

Но Дерек набрался храбрости, решив, что даже если его убьют, это будет не так страшно, ведь он снова встретится с родителями, которые сейчас где-то там, где блестят ночью звезды. Интересно, какие они — звезды? Старая бабушка-целительница говорила, что древняя богиня рассыпала свои алмазные бусы, но решила не собирать их, а оставить на небе, чтобы и смертные могли смотреть на их красоту. Даже если Дерека убьют, он хоть узнает, из чего сделаны звезды...

Дерек осторожно приподнял крышку погреба. Глаза его, отвыкшие от света, на несколько мгновений застила тьма. Ноздри резал удушливый запах крови, гари и гниющего мяса. Дерек на ощупь вылез из погреба, пополз по полу, когда его рука коснулась чего-то мягкого и холодного. Мальчик с ужасом отскочил от трупа своего отца. На опухшем и бледном теле копошились черви, по потемневшему обрубку шеи ползали мухи и личинки. Голова, выпучив глаза и вывалив язык из открытого рта, лежала в дальнем углу горницы. Дерек отряхнулся и бросился прочь из избы.

От села осталось лишь пепелище. Всюду валялись трупы, по улицам кружили листы бумаги и обрывки ткани, от домов остались обугленные бревна и почерневшие от дыма и сажи каменные печи. В мокрой земле явно виднелись следы нескольких десятков человек и двух лошадей. Дерек с щемящей болью осматривал свой бывший дом. Он медленно шел средь руин, не веря своим глазам. У этого двора он играл со своими друзьями, а вот в том доме жил старый солдат, который рассказывал ребятишкам истории о войнах и походах. Даже мельница на холме, которую держал добрый толстяк Герман, сейчас лежала в руинах, сожженная дотла страшным врагом.

Дерек, спотыкаясь, добрался до середины села, где стояла когда-то деревянная часовня Эльратара. Среди развалин ходил кто-то в черном. Дерек сразу вспомнил девушку, убившую его родителей, и спрятался за большим пнем и аккуратно выглянул из-за него.

Фигура развернулась в сторону мальчика и Дерек с облегчением выдохнул. Это была не та жутка девушка, а приятного вида старик с длинной седой бородой. Роба его была расшита белыми нитками, на груди блестел маленький крест Эльратара.

- Подойди, кто там есть, - голос старика звучал тихо, спокойно, не предвещая опасности. Дерек выглянул из-за пня и подошел. Мальчик знал — нечисть и плохие люди Святой крест не носят, а значит, этого человека бояться ему не было повода.

- Ты кто ? - старик аккуратно подошел, протягивая руку мальчику. - Откуда взялся?

- Я Дерек. Живу здесь с мамой, с папой, - мальчик потер глаз грязным кулачком. - А ты, дедушка, кто такой?

- А я, - старик погладил Дерека по голове. - Я монах. Живу в лесу отшельником.

- Это как?

- Ну вот, ты жил с папой, с мамой. В деревне еще люди были. А я живу один, без родителей, без никого. Понимаешь?

- Ага, - Дерек кивнул. - А ты мертвецов видел, дедушка?

- Мертвецов? - монах нахмурился. - Видел. Но потом когда они уходили уже. Ни одного я не победил, не успел.

- А мой папа аж трех. Целых трех мертвецов. Топором, - Дерек на миг улыбнулся но потом вновь нахмурился и шмыгнул носом.

- Пойдем ко мне, - предложил монах, положив мальчику руку на плечо.

- Пойдем, дедушка, - Дерек улыбнулся и посмотрел в глаза монаха. Они были серо-синие, добрые и мягкие, глядящие в самую глубину души.

Вместе монах и Дерек прошли по разрушенной деревне к лесной опушке. Отсюда был виден стоящий на невысоком холме черный замок — за громадными елями высились его островерхие башни. Дерек знал — здесь жил барон Крюгер, на которого работали многие из жителей села. Монах погрозил замку кулаком и повел Дерека в противоположную жилищу барона часть леса.

Монах вел Дерека куда-то в лес, подальше от деревни, ставшей местом страшной ночной бойни. Мальчик не боялся незнакомого дедушку — от него веяло чем-то теплым и добрым, он сам был будто небольшим солнцем, скрытым под черной робой. Монах тем временем шел по одному ему известным тропам, пробираясь через колючие кусты, раздвигая лапы елей. Наконец, за густым малинником, показался домишко с позеленевшими стенами. Монах отряхнул от репейника робу, с шеи снял темно-серый ключ, поковырялся в замке и открыл дверь. Изнутри жилище оказалось гораздо приветливее, чем снаружи. Стены были затянуты драпировками, щели между бревен законопачены мхом, пахло хлебом и сухим деревом, в углу каменная печь согревала маленькую комнатушку с низким потолком и лампадой на столе.

Усадив мальчика на лавку у стола, монах подошел к печке, открыл заслонку, сунул туда ухват и вытянул тяжелый чугунок.

- На вот щи, покуда теплые, - монах поставил котелок на стол. - Ешь, небось, оголодал, пока от мертвяков прятался.

Дерек взял лежавшую прямо здесь деревянную ложку и принялся за еду. Щи были действительно вкусные, наваристые, мясные. Мальчик ел и осматривал тем временем жилище монаха. В углу висел металлический образок, в котором угадывалось знакомое Дереку правильное лицо с приятными чертами. Эльратар, бог света, покровитель Империи, внимательно смотрел на мальчика своим праведным взором. Бабушка-целительница говорила, что одним взглядом лучезарный бог мог испепелять своих врагов. Дерек пожалел, что не умел так.

На стене напротив стола висел длинный меч в черных ножнах. Золоченая перевязь и богато украшенный золотыми пластинками дворянский пояс были здесь же, рядом с оружием, которое когда-то носили. Эфес старинного меча венчало яблоко — плоский диск с впаянным в него блестящим красным камнем. Концы гарды по форме напоминали наконечники стрел, а сама полуторная рукоять была обмотана блестящей кожей, какой Дерек никогда не видел. Это не была обычная бычья кожа, какой всегда обматывали свое оружие воины барона Крюгера.

Монах проследил взгляд Дерека и улыбнулся.

- А это ведь мой меч был, - произнес он, подойдя к стене с сняв клинок с гвоздя, на котором он висел. - Когда-то я звался Лонгином Ваффенштайном и был рыцарем-храмовником Эльратара.

Дерек затрепетал от волнения — неужели сейчас он увидит этот меч. Наверняка, он очень красивый.

Монах одним привычным движением выхватил меч, поудобнее перехватил его, влюбленно оглядывая лезвие. Оно отливало золотистым светом, на безупречной поверхности неярко светились рунические надписи.

- Этот меч отправил многих к праотцам, - себе под нос шептал монах. - Но до одной твари я так и не добрался... Я уже слишком стар. - тут взгляд его упал на замершего в восхищении Дерека. - Ты, я знаю, ты закончишь то, что я не успел.

Мальчик непонимающе смотрел на монаха, а тот прошел по комнате, делая ловкие взмахи и выпады. Дерек ахнул — монах управлялся с мечом гораздо лучше, чем солдаты барона или бойцы вольных рот.

- Решено, - произнес монах. - Я буду обучать тебя. Хочешь владеть мечом также? - спросил он у Дерека, вложив оружие в ножны. Мальчик улыбнулся и кивнул.

Начались тренировки. Монах Лонгин ежедневно заставлял Дерека бегать и прыгать, отжиматься, таскать ведра с мокрым песком или лазать по деревьям. Всю физкультуру мальчик не любил, зато обожал боевые тренировки. Фехтовал Дерек тяжелой палкой. Он сражался с учителем или избивал подвешенный мешок с песком. Реже Лонгин давал ему заржавленный короткий меч и мальчик несколько часов рубил воткнутый в землю столб, тренируя точность и твердость удара.

Монах учил мальчика грамоте, письму и счету, а когда Дерек повзрослел, то немного алхимии и медицине. Одному не мог научить Лонгин воспитанника — не было у мальчика магических способностей. Дереку было уже четырнадцать. Он умело обращался с мечом и щитом, ездил на лошади. Мог несколько дней идти без еды и питья, зашивать раны. Знал, как изготовить яд или противоядие. Монах уже не всегда побеждал в дуэли с воспитанником, однако, не раскрывал всех секретов.

Годы шли, Дерек из невзрачного мальчишки превратился в хорошего юношу двадцати лет. Длинные русые волосы, яркие и живые зеленые глаза, правильные черты лица — с виду он мог сойти за дворянина, если бы не носил поношенную куртку и грязные бриджи со старыми солдатскими ботинками. Он владел мечом не хуже рыцарей, знал медицину на уровне студентов врачебной академии.

Лонгин тем временем старел и дряхлел. С каждым годом ему становилось все хуже, но огонек жизни все еще теплился в посеревшем теле со слепыми глазами, беззубым ртом и редкой бородой.

Погода испортилась с утра. Небо затянули низкие серые тучи, ближе к полудню начался дождь. Проснувшись, Дерек первым делом растопил печь. В старом чугунке еще оставалась вчерашняя овсянка на воде, которой он кормил Лонгина. Для самого Дерека в печи лежал недоеденный кабаний окорок. Юноша достал бутылку эля из под стола, налил с пол кружки, выпил и подошел к кровати на которой спал Лонгин.

- Учитель, проснитесь, - Дерек ласково потормошил монаха за плечо. Тот заворчал, повернулся с правого бока на спину, с трудом приоткрыл глаза.

- Дерек, - монах протянул дрожащую сухую руку. - Дерек, послушай, то, что я сейчас скажу — очень важно.

- Да, учитель, - юноша взял его руку в свои, сел рядом на край кровати. - Говорите.

- Всю... всю жизнь я готовил тебя, чтобы. Чтобы ты. Ты встретился с теми, кто уничтожил деревню. Ты, ты помнишь?

Дерек содрогнулся. Каждый день во сне он видел все события той ночи и просыпался, когда девушка с косой находила его. С каждым годом, однако, она все больше привлекала юношу. Каждый раз, глядя в ее глаза, черные и пронзительные, он осознавал, что она больше не пугала его, а только манила к себе своей неестественной красотой. Юноша несколько последних лет мечтал с ней встретиться, но не чтобы отомстить, а чтобы наоборот, сблизиться с ней.

- Я, - продолжал Лонгин. - Я знаю, кто был там в эту ночь. Это... был барон Крюгер. Эту тварь я выслеживал много лет, но так и не смог убить. Он мерзкий вампир-некромант, разоривший много деревень, набирая свою армию мертвецов, - Лонгин закашлялся. - Все, теперь я могу, могу уйти. Прощай Дерек, Дерек Ваффенштайн.

Монах в последний раз шумно вздохнул, закрыл глаза. Его рука обмякла, голова отклонилась, а сердце навеки замерло.

Дерек утирал скупые слезы краем плаща. С неба лил, не переставая, дождь, а потому капли на лице были не так заметны. Юноша закрыл дверь избы, где провел жизнь. Внутри остался лежать накрытый чистым одеялом монах Лонгин. Дерек в последний раз посмотрел на свой дом, затем навесил замок, закрыл его. Он вскочил в седло верного мерина, поправил седельные сумки и двинулся через лес.

К вечеру этого дня дождь кончился. Ночь накрыла лес своими крыльями, из-за тонких облаков выбралась половинка луны, молочно-желтая, похожая на сыр. Дерек ехал через лес, накинув капюшон на голову. Юноша чувствовал слежку, но понять, кто именно не отрывал от него глаз, пока не мог. Он ощущал холод, слышал приглушенное дыхание во тьме. Зло вышло на охоту. И добычей был сам Дерек.

Юноша откинул капюшон и натянул поводья, останавливая коня. Дерек слышалглухое сопение, звучащее во тьме. Впереди ярко, как раскаленные угли, сияли пары красных глаз.

Ладонь сама легла на рукоять меча, с тихим шелестом клинок покинул ножны. А враг приближался. Дерек чуял запах, слышал рычание кровожадных зверей, которых спустили на него. С трудом юноша разглядел нескольких черных волков, окруживших его. Один, самый нетерпеливый, прыгнул вперед.

Клацнули челюсти, едва не сомкнувшись на горле Дерека. Клинок описал яркую дугу, взлетев снизу вверх, отделяя голову зверя от тела. Туша тяжело шлепнулась на землю. Выждав мгновенье, остальные волки бросились вперед.

Дерек спрыгнул с коня, рассекая ближайшего волка пополам. Другой кинулся на него, вцепившись зубами в меч. Дерек рванул оружие и с силой шваркнул волка о ближайшее дерево. Еще два прыгнули одновременно с разных сторон. Дерек отошел, дав зверям врезаться друг в друга. Затем оба волка были выпотрошены по одному.

Юноша обтер лезвие краем плаща. Нет, это не были обычные волки — слишком неестественно сияли их глаза, слишком велики для обычных зверей они были. А значит враг, которого Дерек искал, был рядом.

Дерек привязал коня к выступавшей коряге, сам воткнул меч рядом и сел, скрестив ноги, закрыл глаза. Он успокоил дыхание, сосредоточился. Через несколько мгновений он встретит врага, которого помнил, но не мог достать все эти годы. Слава Эльратару, учитель успел поведать, кто в ту ночь сжег село. И, скорее всего, Дерек вновь встретит ту девушку. Будет ли она вновь к нему милосердна, да и узнает ли в красивом юноше того маленького мальчика? Или теперь, после стольких лет, они все-таки будут врагами. В глубине души Дерек понимал, что в случае чего убьет девушку не задумываясь.

Ветер донес трупную вонь. Едкий запах резал ноздри, а значит враг был совсем близко. Уже слышался хруст костей и бряцанье ржавых доспехов, глухой рев и стук копыт двух лошадей.

Дерек легко поднялся, вытащил меч из земли, шагнул и встал посреди лесной тропинки, положив руки на гарду. К нему приближалась небольшая процессия, которую во тьме можно было принять за дворянский эскорт. Впереди всех на гнедом коне ехал лысый бледный мужчина, облаченный в черные доспехи. Рядом с ним на таком же коне сидела молодая девушка в робе с капюшоном. Ее лицо было спокойно, в руках она держала длинную косу. За всадниками шагала колонна из двух десятков вооруженных солдат. И принял бы их Дерек за людей, если бы не горящие серым пламенем глаза.

- Кто ты такой? - рычащим низким голосом спросил мужчина, откидываясь в седле. - Отвечай, пока ты жив. Я милосерден и даю право человеку рассказать, кто он и откуда, прежде чем убить.

- Я Ваффенштайн, - спокойно ответил Дерек. Вампир оскалился, его конь отшагнул, фыркнул.

- Ты должен был сдохнуть. Давно. Как ты выжил? - зарычал вампир. - Ты сгорел, я сам видел.

- Храмовники не горят, - ответил Дерек. - Ты поплатишься за все свои злодеяния, Крюгер.

Вампир тихо зарычал. Он зло махнул рукой, и отъехал в сторону, дав колонне живых скелетов броситься вперед.

Дерек сорвал щит со спины, прокрутил меч, разбив первого мертвеца на куски одним ударом. Старинные руны ярко вспыхнули на клинке, юноша повел его вперед, под удар кривого топора. Два удара принял Дерек на щит, прежде чем разрубил другого скелета пополам. Юноша не носил доспехов, он надеялся только на свою ловкость.

Скелеты подходили, атаковали с разных сторон, но Дерек оказывался быстрее. Его меч взлетал и падал, свистел, кроша кости, ломая ржавые латы и разрывая старую ткань. Вокруг него росли кучи разрушенных костей, а сам ое еще не получил ни одного серьезного ранения. Но его щит изрубили в щепки, плащ порвали в лохмотья. Лишь старинный меч Лонгина оставался целым, без единой щербины. Через несколько мгновений последний скелет разрушился и осел горкой костей и железа.

Дерек с кривой ухмылкой взглянул на Крюгера. Вампир изменился в лице — злоба захлестнула его. Барон видел в Дереке Лонгина, своего давнего врага. Теперь он вернулся и нашел его, разметал, словно шторм, его стражу.

Вампир сделал знак своей спутнице, они оба спешились и двинулись к Дереку. Юноша перевел дыхание. Он понял свою ошибку. Живые мертвецы измотали его, чтобы их хозяин смог добить ослабленного врага.

Первым в бой бросился Крюгер с мечом в руке. Вампир двигался быстрее Дерека, пока юноша отражал один удар, в него уже летел другой. Клинки их не скрещивались, Дерек подставлял щит под атаки, но его собственные выпады, уколы и взмахи не достигали цели.

Следом, словно черная тень хозяина, Дерека атаковала Лукреция. Вампир отводил клинок для нового удара — и на юношу обрушивалась смертоносная коса. Одним ударом Лукреция рассекла его щит, едва не отрубив и руку. Дерек отскочил, одновременно отражая выпад вампира.Коса вновь сверкнула, Дерек нырнул под удар, захватив древко. Крутанувшись, он отшвырнул Лукрецию прочь и бросился на вампира. Как молния мелькнул черный клинок, распоров ткань на боку Дерека. Юноша дернулся, но не остановился и ударил барона кулаком в лицо. Хрустнул сломанный нос, ошарашенный, Крюгер отступил, а сверху на него обрушился горящий клинок Дерека.

Зачарованный меч разрезал стальную броню и плоть под ней, достав до сердца. Вампир зашипел, задергался и вскоре затих. Дерек утер пот, выпустил рукоять. Он развернулся и, зажимая рану, подошел к лежавшей в стороне Лукреции. Девушка не шевелилась, онавнимательно следила за каждым движением Дерека. А юноша тем временем подошел к ней ближе, встал рядом и протянул Лукреции руку.

Девушка с недоверием посмотрела на Дерека. Он вспомнил, как когда-то она уже смотрела на него своими пронзительными глазами. Девушка приняла руку. Лукреция подалась вперед, в свободной руке блеснула сталь. Она резко встала, прижалась к Дереку и тот согнулся пополам с тихим хрипом. Под ребрами его торчал кинжал.

- Глупец, я сохранила тебе жизнь, чтобы ты смог бежать и начать новую жизнь где-нибудь еще, - злобно выплюнула Лукреция. - Но ты вернулся. Зачем? Теперь же умри, раз не использовал шанс, данный судьбой.

Лукреция развернулась и быстро вскочила на лошадь, развернула ее. Она только успела дать шпоры, когда ей в спину, блеснув в свете луны, вонзилось лезвие собственной косы. Девушка сдавленно вздохнула и выпала из седла.

Дерек сплюнул кровь. Одной волей он заставил себя встать и нанести последний удар. Тяжело дыша он поковылял к своему коню. В седельных сумках нашел он и лечебную мазь, и ткань для перевязки. Он улегся в кустах, вынул нож, очистил раны, наложил повязки на бок и живот . Остаток ночи Дерек проспал там же.

Наутро, Дерек взгромоздился на коня и двинулся к краю леса. В одном Лукреция была права — не стоит упускать шанс, который тебе дает жизнь. Дерек его получил и терять не собирался. Он начал новую жизнь, как и говорила убитая прислужница вампира, теперь его путь лежал вперед и только вперед. Империя огромна, мир еще больше. Наверняка в нем есть место и для Дерека. И он его обязательно найдет