Вежливый Клинок
Глава 1
Человек, на вид не старше тридцати лет, в буром кожаном плаще и в высоких сапогах, сидел в углу, закинув ногу на ногу. На его лице был шрам, проходивший через переносицу. Его черные вьющиеся волосы ниспадали на плечи, а нижняя часть лица была закрыта повязкой. Он барабанил пальцами по столу, двигал ногой в такт ударов пальцев.
Вокруг был повседневный шум трактира: пьяный смех, нестройная лютня, удары кружек, басистый голос местных бородатых пьянчуг.
Человек в плаще начинал нервничать. Его напарник, Алиери, который выслеживал одного человека, должен был уже вернуться. Вряд ли что-то могло случиться, опоздание скорее всего обусловлено тем, что Алиери опять заболтался с какой-нибудь бабой. Работы у них обоих осталось немного, скоро они получат то, что им нужно. Вернее, то, что нужно Таллару, человеку в плаще. Алиери, ожидаемо, попросил лишь деньги. Таллар даже немного завидовал ему – не много нужно человеку для полной и красочной жизни.
Таллар, немного опустив повязку, допил оставшийся в его кружке эль, далеко не самый лучший, слишком кислый. Оторвался от своих мыслей, когда увидел четверых человек, подошедших к нему. Все, как один, были одеты черт знает во что. Засаленные рубахи, порванные кафтаны, видавшие виды сапоги. Все были небритыми, но один, нужно отдать ему должное, более-менее следил за своей порослью. Самый мерзкий из них, с изъеденным оспой лицом и большим красным носом уставился на Таллара красными глазами.
- Он, - прохрипел красноносый. – Да, точно этот.
- Вечер добрый, господа, - поздоровался Таллар, перекинув ноги. – Чем могу вам помочь?
Уродцы рассмеялись.
- Чтоб меня трахнула свинья! – рявкнул красноносый. – И правда этот сучий портах! А чевой это, думаю, его прозвали Вежливым.
- Прошу прощения, - спокойно вставил Таллар. – Если вам неизвестно, то полностью мое прозвище звучит как Вежливый Клинок. Я думаю, такие приличные господа должны были слышать это.
- Смеешься? – кривясь, спросил красноносый.
- Не посмел бы, - поднял брови Таллар. – Если не возражаете, я готов заказать четыре пинты эля на каждого приличного господина, и приличные господа пойдут своей дорогой. Что скажете?
- А ты не дури нам голову! – выпалил другой бородач, с длинным лицом и вздернутым носом. – Мы знаем, что это ты убил Норка.
Таллар сделал вид, что вспоминает, покачал головой.
- Простите, господа, не могу понять о ком вы.
- Да брешешь, скотина! – рявкнул красноносый, скинув кружку Таллара со стола. Весь трактир косо смотрел на них, лютня чуть поутихла.
Таллар спокойно посмотрел в глаза красноносому, снова перекинул ноги, сплел пальцы на коленях.
- Кажется, - задумчиво произнес он, - начинаю припоминать. Ах да! Вспомнил! Пару дней назад, на рынке, ростовщик, который не хотел возвращать деньги клиенту. Точно, точно.
- Ты убил его…
- Да нет же, я вежливо попросил его вернуть деньги, а когда он решил, что моя мать была шлюхой, я пару раз силой принудил его выполнить мою вежливую просьбу, даже повторил суть просьбы, если хотите знать. Но он наотрез отказался. Тогда я вспорол ему живот, вытащил его кишки и намотал ему на шею, пока он кричал и корчился от боли.
Незваные гости с круглыми глазами смотрели на Таллара, который глубоко вздохнул и пожал плечами.
- Что поделать? – выдохнул человек в плаще. – Я ведь попросил, и даже повторил несколько раз. А повторять несколько раз я очень не люблю.
- Ах ты… ублюдок…
Красноносый выхватил из-за пояса нож, остальные его спутники повторили за ним.
- Я тебя выпотрошу точно так же!
- Господа, я прошу вас уйти своей дорогой, - спокойно сказал Таллар, не шелохнувшись. – Прошу один раз. Тогда никто не пострадает.
Красноносый размахнулся и кинулся на Таллара, но тот был гораздо проворней этого дряхлого и пропитого мужика. Он увернулся, вскочив со стула, схватил руку красноносого, вывернул ее с хрустом. Мужик закричал, Таллар схватил нож, выпавший из руки красноносого, резким движением полоснул его по горлу. Красноносый упал на пол. Его лицо покраснело еще сильнее, из горла хлестала кровь. Остальные трое отошли подальше от Таллара.
- Господа, я предупреждал, - разведя руками сказал Таллар.
- Давайте, нападайте, - сказал длиннолицый своим товарищам. – Чего стоите, вместе его завалим!
Но «господа» не спешили нападать, а Таллар стоял перед ними и крутил в руке окровавленный нож.
- Да хрен с ним, Кермер, - сказал один из бородачей длиннолицему, готовый смотаться ко всем чертям. – Хрен с ним, он завалил Косорукого.
Вдруг, длиннолицый охнул, развел руками. Посреди его груди образовалось острие меча. Так же внезапно оно пропало, а длиннолицый свалился на пол. Оставшиеся двое тут же рванулись бежать, расталкивая посетителей и переворачивая мебель.
Убил второго «господина» Алиери. Молодой парень в зеленом дублете с позолоченными пуговицами и высоких дорогих кожаных сапогах. Парень был сложен отменно, красив, глаза его были голубыми, каштановые волосы, заплетенные в косу, блестели в свете ламп. Он улыбался, и понятно было, почему он имел такой успех у женщин. Этой улыбкой он мог получить любую.
- Как раз вовремя, - усмехнулся Алиери. – Что ты тут устроил?
- Я устроил? – возмутился Таллар. – Боги, как я не хотел никого убивать в этой убогой дыре. Все твоя вина. Никто тебя здесь не узнает, Таллар, здесь спокойно. В Росогоне меня теперь каждая крыса знает.
- Я так думал, - пожал плечами Алиери, продолжая улыбаться. – Во всяком случае, меня тут точно никто не узнал бы. Кроме, пожалуй, жены трактирщика, но она сейчас все еще отсыпается в конюшне…
- Избавь, мне не интересно.
Таллар опустился и обыскал труп красноносого.
- Ага, все-таки есть…
Он достал потрепанный кошель, оценил содержимое. После чего подошел к недовольному трактирщику с пышными усами, который смотрел на трупы из дальнего угла, уперев руки в бока.
- Господин, я приношу извинения за это недоразумение. Прошу, возьмите, я думаю это покроет весь… ущерб.
Таллар протянул трактирщику кошель, а тот мигом повеселел. Коротко кивнул и удалился.
Таллар и Алиери вышли из трактира. Ночь была лунной и практически безоблачной. Улицы города Росогон, что стоял в провинции Алсогон, в империи Авиран, были спокойны. И неудивительно, ведь ночь была уже поздняя. Алиери вышел на середину улицы, чавкая сапогами по грязи, потянулся.
- А, люблю ночь, - сказал он, глядя на Таллара.
- Ты нашел ту женщину? – спросил Таллар, поправляя повязку на лице.
- Само собой, - сказал Алиери, пожав плечами. – Она живет на улице Швей, хотя сама не швея, что интересно, а шлюха.
- Это нас не интересует, - поморщился Таллар. – Дом знаешь?
- Ага.
- Где ее муж?
- Сегодня он точно не дома.
- Хорошо, тогда идем.
Росогон вонял. Вонял, как большинство городов, где ему довелось побывать. В этой части города, которая все время расширялась, можно было найти все, что нужно простому люду – трактиры, бордели, гостиницы и харчевни. Кроме того, это было постоянное пристанище всяких отбросов. Кучи бездомных лежали вдоль улицы прямо в грязи. От них несло мочой и дерьмом. Таллар сморщился и отошел подальше.
Из трактиров то и дело выходили пьяные люди, некоторые вылетали и падали в грязь. Из борделей слышался непрерывный стон и крики блаженства, а иногда и плач младенцев. Таллар и Алиери наткнулись на троих пьяных вусмерть, спящих мужиков, которые лежали друг на друге и храпели все как один. Алиери обыскал их карманы, но ничего не нашел. Развел руками и пошел дальше, чавкая по грязи.
- Как же здесь разит дерьмищем, - сказал Алиери, сморщив нос.
- Какая работа, такая и обстановка, - усмехнулся Таллар.
- Скоро закончим, осталось немного. Ты получишь то, что нужно тебе, а я заберу свои денежки и отправлюсь куда-нибудь на юг, трахать баб, пить самое лучшее вино и есть самую лучшую еду.
- Если к тому времени от мира еще что-нибудь останется, - сказал Таллар. – Тень наступает все сильнее.
- А, - махнул рукой Алиери, - Тень. Сколько можно о ней говорить? Церковники уже все мозги прожужжали этой Тенью.
- Что верно, то верно. Но Тень - вещь реальная, и она уже уничтожила половину континента.
- Ну и хрен с ним. Нас она не трогает. Войска императора стоят на границах и убивают нечисть, которая ползет вместе с этой Тенью. Пока они стоят, ничего не случится.
- Ключевое слово – пока, - угрюмо сказал Таллар.
- Не хочу о плохом. Давай побыстрее разберемся с этой работой. Осталось совсем немного. Еще одно дело и карга выплатит нам то, что мы заработали нашим честным, справедливым трудом.
Таллар улыбнулся.
- Общаясь со мной, ты перестаешь разговаривать как сапожник. Радует.
- И верно. Мать его перемать, твою душу в задницу, кого трахнуть в этом сраном городишке? По-моему, так даже лучше, - засмеялся Алиери.
- Улица Швей, - сказал Таллар, разглядев в лунном свете табличку с почти выцветшим названием улицы, которая тихо скрипела над их головами.
- Значит, почти пришли. Главное – не наткнуться на стражу.
- В этой части города они предпочитают не появляться ночью.
Улица швей, как ни странно, не была на самом деле улицей швей. Она была узкой и уходила вверх, к более благополучным районам. А домики здесь были жилыми. Темные и ветхие, скрипящие от порывов ветра, со скатными крышами. В этих домах, даже в такой части города, жили люди, семьи которых когда-то были состоятельными. Ныне эти дома либо пустовали, либо их занимали люди, состояние которых угасало с каждым днем.
В одном из этих домов жил торговец, имя которого Таллару было неизвестно. Известно было лишь то, что нужно было для работы, а именно имя его жены – Перея, и что она жила в его доме, и что она этой ночью должна была находиться в этом самом доме. Таллар предложил Алиери выследить эту женщину, которая торговала овощами на местном рынке, на что Алиери охотно согласился. Вдвоем идти было опасно. Тем более, что Таллар, с его повязкой на лице, которую носил из необходимости, вызывал подозрения.
Наконец, они дошли до дома торговца. Света внутри не было. Таллар подошел к двери, проверил. Она была закрыта на засов, с другой стороны. Таллар подождал пару мгновений.
- Охраны нет, - заявил он. – Дверь закрыта на засов, и, к тому же, на цепь. Засов бы я открыл, но вот цепь…
- Есть и другие варианты, - сказал, задумавшись, Алиери. – Дымоход, канализация, если ты не боишься искупаться в дерьме…
Таллар отошел от дома под вопросительный взгляд Алиери, поднял с земли камень и швырнул в окно, стекло разлетелось.
- Тоже вариант, - пожал плечами Алиери. – Но я думал, что мы войдем тихо.
- В этом нет необходимости, - сказал Таллар и пролез в разбитое окно.
Интерьер внутри был совершенно не подстать зажиточной семье. Пол устлан пожухлой травой, грубый стол с деревянной грязной посудой, забитый золой камин.
- Вот так радость, - сказал влезший в дом Алиери. – Даже пожрать нечего. Видать, не ждали гостей.
Вдруг, в помещение вошла женщина с маленьким подсвечником в руках. На вид ей было около тридцати, волосы светлые, лицо приятное, но опухшее, а глаза красные. Она, очевидно, рыдала. При виде непрошеных гостей она застыла с ужасом в глазах.
- Я бы ей засадил, прежде чем…- шепнул Алиери, но Таллар его перебил.
- Просим прощения за столь поздний визит.
- Вы кто такие? Ч… чего вам надо?
- Не так много, - ответил Таллар. – Скажите, в доме есть кто-нибудь еще?
Женщина по имени Перея не ответила, но замотала глазами.
- Значит есть, - Таллар опустил глаза. – Алиери, будь добр, глянь в других комнатах.
- Слушаюсь, сэр, - наигранно кивнул Алиери и пошел проверять, по пути пробежавшись взглядом по Перее. – Мазэль, я в восторге от вас.
Таллар не спеша подошел к женщине, а та вперла в него взгляд полный ужаса. Ее грудь тяжело вздымалась и опускалась, тело дрожало.
- Не беспокойтесь, я не дам своему коллеге надругаться над вами.
- П… п… прошу вас… берите ч… что хотите, т… только не трогайте меня… и…
- Вот черт! – послышался крик Алиери, а за ним детский плач.
Женщина напряглась.
- Вот же, - выпалил Таллар. – Нет, только не это.
Алиери появился позади Переи, с удивленной ухмылкой на лице.
- Вот так неожиданность. Про ребенка старая карга ничего не говорила.
- Не говорила… - подтвердил Таллар. – Госпожа, я считаю необходимым сказать вам, почему мы здесь. Только быстро и в двух словах, не могу я слышать… плачь… Ваш муж давно изменяет вам с одной особой, имя которой, к сожалению, я не могу вам назвать. Эта особа хочет забрать его себе, занять ваше место в этом доме. Но ваш муж, должен отдать ему должное, отказывает ей, ссылаясь на то, что он женат. Данная особа решила исправить ситуацию очевидным образом – убить вас, для чего мы и пришли.
Перея судорожно выдохнула. Из глаз брызнули слезы. Она пыталась что-то сказать, но слова застряли в горле.
- Мне очень жаль, но это необходимо, - сказал Таллар, хлопнув женщину по плечу, потом глянул на Алиери. – Сделай это сам, я… не могу.
- Все никак не могу понять почему на тебя так действуют дети. – Алиери вытащил кинжал. – Ну да ладно.
Таллар отвернулся. Дошел до входной двери и вышел на улицу.
Криков женщины он не услышал. Но плачь ее ребенка резал по ушам. Он не мог его слышать. В голову лезли мысли, от которых становилось дурно. Он отошел подальше, закрыл уши.
Алиери появился спусти некоторое время.
- Дело сделано, - коротко сказал он без улыбки. – Ребенок…
- Замолчи, - отрезал Таллар. – Идем к карге, отчитаемся.
***
Карга, то есть Ребера Ноир, обитала в подвалах известного заведения «Бодрые кобылки», имевшего славу за неплохую выпивку, еду и пару неплохих шлюх, с которыми нестрашно было идти в постель. Ребера руководила небольшой сетью, в которую входили наемники, вроде Таллара и Алиери, информаторы и даже, по слухам, кто-то из церкви. Она давала информацию за деньги, деньги за информацию и предлагала работу. Но на данном рынке она была далеко не лидером, а, скорее, так, периферийной фигурой. Однако в Росогоне ее знали многие. Те, кому было позволено знать. Таллар искал такого человека больше трех лет. Такого, который сможет достать ему информацию по людям из прошлого. Остальные либо не могли, либо не обладали выходами, для поиска этой информации.
- А вот и он, - сказал Алиери, улыбаясь, когда напарники подходили к «Бодрым кобылками». – Дворец удовольствий.
- Получишь деньги и спустишь их здесь же? – спросил Таллар.
- Победу надо обмыть. Но, соглашусь, это не лучшее место. Есть бордель в Парагосе, давно хотел там побывать. Но он, демон его так, дорогой. Представь, тридцать золотых за ночь.
- Тридцать? – поднял брови Таллар. – И что они там будут делать, за тридцать золотых?
- Да все, что душе угодно! Да к тому же, там самые красивые шлюхи, если не во всей империи, то в Скараграсе точно. Боги, видел бы ты их! Груди богинь, задница словно сладкий персик, а между ног…
- Оставь подробности, - усмехнулся Таллар. – Мне это противно.
- Скоро мы с тобой разбежимся, а я так и не узнал ничего о тебе. И почему мы не поговорили с тобой раньше об этом? Ведь знакомы уже… сколько? Полгода?
- Вроде бы да. Но ничего интересного я тебе не расскажу, уж извини.
- Что у тебя за боязнь детей? Вот это мне было бы очень интересно.
- Давай закончим, а там уже поговорим. – Таллар открыл люк, который вел в подвал борделя. Из заведения доносился смех, стоны и крики удовольствия. Люк вел к ступеням, ступени к помещению, где находился шкаф, забитый свертками пергамента и стол, за которым гордо восседала женщина, на вид которой было около сорока. Она была похожа крысу. Вытянутое лицо, длинный нос, на котором сидели очки-половинки, волосы были собраны в хвост, в них виднелись крупные пряди седины. Кожа на лице обвисла, как и все остальные ее, некогда притягательные, части тела. Одета она была в черное платье, на котором были вышиты розы. Ребера что-то писала на куске пергамента, а когда вошли Таллар и Алиери, подняла голову и взглянула оценивающе через очки-половинки.
- О, вы уже вернулись, - улыбнулась Ребера, продемонстрировав пожелтевшие зубы. – Как быстро.
- Доброго вечера, - немного поклонился Таллар. – Дело сделано, женщина умерщвлена. Вы говорили, что это последняя работа для нас. Теперь бы мы хотели получить нашу награду. За всю нашу работу. За полгода.
Ребера Ноир улыбнулась снова. Таллар надеялся, что в последний раз.
- Дорогой мой, - проворковала она. – В какой раз удивляюсь, насколько мне приятно общаться с таким мужчиной, как ты. Не даром твое прозвище Вежливый. Остальные мои работники общаются как портовые шакалы. Ты словно глоток воздуха, в моей душной работе.
- Благодарю, - кивнул Таллар. – Но прошу помнить, что полностью меня кличут Вежливый Клинок. И не просто так.
Ребера прищурилась, улыбка немного сползла с лица.
- Это я помню, дорогуша. Так, значит награда. Эй, красавчик, - она обратилась к Алиери, который с недовольным лицом наблюдал за женщиной. – Насколько я помню, у нас был уговор на четыре сотни золотых авиров.
- Все верно, - коротко ответил Алиери.
- Что ж, - пожала плечами Ребера. – Пока вы меня не покинули, должна сказать, что на меня работают люди, которые получают неплохие деньги за очень простую и приятную работу. И если тебя интересует такой заработок, то я могу предложить…
- Что за работа? – поднял брови Алиери.
- Сразу к делу, - подмигнула ему Ребера. – Я плачу по десять золотых авиров мужчинам, которые… делают мне приятно.
Алиери рассмеялся.
- Нет уж, мазель, на эту работу я точно не подхожу.
Ребера все еще улыбалась, но в глазах блеснуло явное недовольство.
- Ладно, - сказала карга. – Как пожелаешь. А тебе, - она обратилась к Таллару, нужна была информация о кое-каких людях, которые имеют непосредственное отношение к церкви, а точнее, к инквизиции.
- Совершенно верно, - кивнул Таллар.
- Хорошо, - улыбнулась Ребера. – Я дала распоряжение все подготовить. И деньги, и информацию. Все это будет ждать вас на заброшенном складе у городской стены. Знаете такой?
- Знаем, - ответил Таллар. Но почему было не отдать нам наше здесь?
- Безопасность, дорогуша, - улыбнулась Ребера и засунула в рот курительную трубку, предварительно облизнув ее несколько раз. Закурила. – Прежде всего моя.
Таллар глубоко вздохнул.
- Хорошо, но мне нужны гарантии.
- Дорогуша, ты меня обижаешь.
- Я извиняюсь, если обидел вас, мазель. Но я хочу знать, правда ли вы дадите мне нужную информацию. Назовите имя.
- Орвагас, - недовольно сообщила Ребера.
Таллар задумался. Такое имя действительно было.
- На том складе ты найдешь кусок пергамента, - продолжила Ребера. - На котором будут записаны имена и место, где ты найдешь этих людей.
- Хорошо, - сказал Таллар. – Тогда, прощайте, мазель. Было приятно с вами работать.
- А как мне было приятно, - пискнула Ребера, словно девчонка. – Надеюсь, наши пути еще пересекутся.
Алиери ограничился кивком.
- Ну и мерзкая же тварина, - сморщился Алиери, когда они вышли из подвала. – Ты слышал, что она мне предлагала?
- А что, работа как раз для тебя, - усмехнулся Таллар.
Алиери засадил ему в плечо.
- Да ладно тебе, я же шучу, - рассмеялся Таллар.
- Мерзость.
- Идем к складу. Потом пойдем выпьем, что скажешь?
- Отличная идея. Смою из башки этот разговор с этой… гадиной.
***
Склад был заброшен, по меньшей мере, с десяток лет. На фоне массивной городской стены он выглядел последней рухлядью. Таллар предполагал, что здесь хранили зерно, когда его еще было в достатке. Теперь же это место выглядело плохо. Потолок провалился, стены еще кое-как держались, все было покрыто паутиной и толстым слоем грязи и пыли.
- Странное место, чтобы передать нам деньги и… информацию, тебе не кажется? – спросил Алиери.
- Кажется, - сказал Таллар. – Но разве у нас есть выбор?
- Давай посмотрим, - пожал плечами Алиери.
Они обнажили мечи, Таллар на всякий случай достал еще и кинжал. Алиери вошел первым в узкий проход, образованный дырой в стене. Таллар зашел следом. Осмотрелись, прислушались. Было тихо. В центре склада стоял стул без спинки, совершенно не вписывающийся в интерьер. Напарники подошли к нему. На стуле лежал кусочек пергамента и мешочек.
- Неужели не обманула, старая тварь? – спросил Алиери.
Таллар взял пергамент, повертел в руке. Сердце упало, глаза застлал гнев. Пергамент был пуст.
- Дерьмо! – выругался Алиери, тряся мешочек. – Просто камни!
Вдруг Алиери вскрикнул, упал на колени. Таллар увидел стрелу, торчащую из его бедра.
- Не шевелись! – рявкнул кто-то, появившись из тени. У него был лук, который он нацелили на Таллара.
- Твою мать! – взвыл Алиери, держась за ногу. – Таллар…
- Кто вы? – спросил Таллар, оглядываясь. Лучник был не один. С ним было еще трое человек.
- Вежливый, - сказал лучник. – Не узнал, что ли?
Это был Йорг, с которым они с Алиери ходили на одно из заданий карги. Таллар плохо его знал. Видимо, слишком плохо.
- Что ты творишь, Йорг? – спросил Таллар.
- Выполняю свою работу, - усмехнулся Йорг, подойдя ближе к Таллару.
Теперь его было видно. Крепкое телосложение, широкое лицо с пышными, завивающимися усами. Остальные тоже приблизились, но Таллар их не знал.
- Ах ты ублюдок! – рявкнул Алиери. – Зачем ты выстрелил в меня?
- Очевидно, потому что я хочу тебя убить, идиот! – резко ответил Йорг. – И я убью тебя! Вежливый, - он обратился к Таллару. – У нашей общей знакомой предложение на его счет. Она не намерена платить ему. Вместо этого, мы грохнем его, и две сотни золотых разделим на всех, кто тут есть. Такой у нас с ней уговор. А тебя она сказала грохнуть за компанию. Уж извини.
Таллар опешил.
- Брось меч, - приказал Йорг.
Таллар бросил. Но кинжал он успел незаметно засунуть в рукав.
- Йорг, - позвал Таллар. – Давай договоримся.
- О чем мы с тобой можем договориться? – наемник направил лук прямо в лицо Таллару.
- Я просто уйду.
- Еще чего.
- На этого парня мне глубоко насрать. У меня есть свои дела, которые я обязан закончить. Прошу тебя. Если хочешь, я могу заплатить тебе.
Йорг поднял одну бровь, немного ослабил тетиву. Алиери с удивлением и обидой смотрел на Таллара.
- У тебя есть деньги?
- Есть кое-какие сбережения, я могу сказать тебе, где я их храню.
- Отлично, скажешь, когда мы разберемся с этим подонком.
Йорг пустил еще одну стрелу, но уже в другую ногу Алиери. Тот жутко закричал и упал на четвереньки.
- Ах ты подонок! Нет! Стойте! Я тоже могу заплатить!
- В отличие от Вежливого, ты мне не нравишься, - сказал Йорг, вынув из ножен меч.
- Нет! – завопил Алиери, размахивая мечом, но Йорг выбил его ногой. – Нет, прошу!
Одним уверенным движением Йорг снес голову парню. Его роскошная каштановая шевелюра окропилась кровью и грязью, когда голова прокатилась по земле.
- Вот так, - довольно произнес Йорг. – А теперь…
Таллар крутанулся на месте. Его окружили. Сердце бешено колотилось. Он не мог погибнуть сегодня.
- Что ты мне предложишь? – спросил Йорг, снова взяв лук в руку и наложил стрелу. Он старался держаться подальше от Таллара.
- Предложу? – тяжело дыша переспросил Таллар. Страх сковал разум, но чувства обострились. Он уже бывал в таких ситуациях. – Я же сказал, деньги. Позволь мне сказать, где их найти.
- Ну, говори.
- И как я могу быть уверен, что вы меня не убьете?
- А у тебя есть выбор?
- Не думаю. Но у тебя он есть. Либо ты получишь деньги, либо нет.
Йорг задумался. Отпустил тетиву.
- Ну, - сказал Таллар, вынув кинжал из рукава. – Не подведи.
Размахнувшись, Таллар метнул кинжал в Йорга, попав тому ровно в грудь. Наемник опешил, ахнул, выронил лук. Пока остальные сообщники Йорга не поняли, что произошло, он кувыркнулся, схватив по пути свой меч, поднялся и рубанул по шее Йоргу. Его голова слетела, обдав Таллара кровью. Он развернулся, остальные наемники явно не ожидали такого поворота.
- Я предлагаю вам просто уйти, - прорычал Таллар. – Иначе будет бойня, в которой кто-то из вас погибнет. А может и все!
- Сволочь, - сказал один из них, с тупым лицом и широким носом. – Да мы тебя…
- Уверяю вас! – крикнул Таллар. – Многие мне это говорили! Лучше не надо!
Наемники начали двигаться, пытаясь взять Таллара в кольцо, но тот постепенно отходил от них.
- Убьем его, и все деньги будут наши, - проговорил самый тощий из наемников.
- Ну попробуй, - предложил Таллар.
И они попробовали. Накинулись все сразу. Таллар отскочил, отбив удар тупорылого. Крутанулся, вышел из окружения.
- Да отстаньте же вы! – крикнул Таллар. – Ничего из этого не выйдет!
Наемник с мерзким прыщавым лицом накинулся на Таллара. Он легко парировал удар, ударил ногой и повалил противника. Но убить не успел, наскочил тощий. Чуть было не задел Таллара, но он успел отскочить. Прыщавый поднялся на ноги. Теперь наемники снова пытались его окружить.
Таллар отошел немного назад, выискивая краем глаза обезглавленный труп Йорга. Нашел. Метнулся к нему и вытащил из его груди кинжал. Покрутил, поймал баланс, размахнулся и метнул в тупорылого. Самая крупная цель. Попал безошибочно прямо в сердце. Тупорылый свалился.
- Еще? – спросил Таллар. – Ну давайте. Вас было четверо, а я один. Теперь же вас двое, а я по-прежнему жив!
Тощий кинул взгляд на труп тупорылого, потом на труп Йорга. Не сказав ни слова он, резко развернувшись, дал деру.
Прыщавый отвлекся, повернувшись посмотреть, куда драпанул его товарищ, но Таллар не дал ему этой возможности. Сделав выпад, он проткнул живот прыщавого, и резко отскочил. Прыщавый упал, истекая кровью.
- Теперь ты умрешь медленно и мучительно, - сказал Таллар, глубоко вздохнув. – А я вас предупреждал.
Таллар подошел к трупу Йорга, поднял его голову за волосы.
- Пойдешь со мной.
Труп Алиери лежал рядом.
- Прости, друг, так и не выпили с тобой.
Дорога до подвала под «Бодрыми кобылками» заняла гораздо меньше времени, нежели до склада. Таллар практически бежал.
Когда он спустился в подвал, то выдохнул, услышав голос Реберы. Если бы она сбежала, то он упустил бы последнюю нить. И полгода работы были бы насмарку.
- Йорг? Что-то ты долго, - голос карги звучал бодро.
- Йорг немного задержался, уж простите его, мазель, - холодно сказал Таллар, зайдя в помещение и швырнув голову Йорга на стол Реберы.
Женщина подскочила, вперла в Таллара глаза, полные ужаса. Улыбка то появлялась, то исчезала.
- Что вы так на меня смотрите? – спросил Таллар, разведя руками, залитыми кровью. Он часто дышал. – Будто увидели труп. А, я им и должен был стать. Если вам интересно, то Алиери им стал, к сожалению.
- Что бы Йорг там тебе не сказал, - дрожащим голосом сказала Ребера, пытаясь улыбнуться. Она инстинктивно вжималась в стену. – Это все ложь. Я ничего… я не имею… не к этому… не имею отношения…
- Информация, которую я просил вас достать, мазель, - сказал Таллар, опустив голову. – Выкладывайте все.
- Да… да, конечно. Имена…
- Имена мне известны, - холодно перебил Таллар, уставившись в пол.
- А… тогда… все дело в том, что из тех людей жив только один…
- Что? – Таллар поднял глаза.
- Да, жив только один. Редрик. Остальные погибли на границе с Тенью. Они были там в качестве капелланов. А Редрик сейчас живет в Горадрасе, на улице Рубинов. По крайней мере, жил там три месяца назад, но из-за Тени сейчас все бегут, так что я…
Таллар подошел к женщине, которая тряслась, как лист на ветру. Ее глаза были полны ужаса, а Таллар был спокоен.
- П… прошу тебя… Веж… вежливый…
- Вежливый Клинок, - поправил Таллар, засадив клинок чуть выше паха карги, резким движением вспорол ей живот до самих ребер. Глаза Реберы вылезали из орбит, она издала сдавленный крик. Потом ее внутренности выпали на грязный пол, а тело карги свалилось рядом.
- Вежливый Клинок. - Таллар вытер кинжал о ее платье с розами. – Неужели так трудно запомнить?
***
Таллар решил провести остаток ночи в борделе. Нет, ему не требовалась женская компания, ему нужна была еда, выпивка и койка. За все это он заплатил немалую сумму, потому как кровать без девушки стоила дороже, что могло показаться странным на первый взгляд. Но на самом деле заведение просто теряло место для клиента, а значит и прибыль.
Денег теперь у него было в достатке, благодаря обчищенному до нитки «кабинету» Реберы Ноир. Там он нашел немного больше двухсот золотых авиров, что явно говорило о том, что платить Алиери она не собиралась. Таллару однако информацию она нашла, а значит мысль убить его пришла ей гораздо позже мысли об убийстве Алиери. Ну и пес с ними. Они все уже мертвы. Это не играет роли. Роль играет только информация, которую он нашел. Еще немного и он будет у цели, к которой шел три года.
Он решил немного поспать, чтобы на утро не быть совсем уж овощем. Но сон долго не шел. Потому что он боялся, как и каждую ночь последних трех лет. Боялся, что увидит кошмар, который уничтожил его жизнь.
Он думал об этом кошмаре невольно, потому что старался не думать о нем.
Как обычно это и бывает, именно тот кошмар ему и приснился.
Виновата ли тогда была его глупость, или все это стечение обстоятельств? Тогда он испытал такой ужас, что не мог рационально мыслить. Сон был словно явь.
Он сидел в доспехах и белых одеждах имперской армии на пеньке, точа свой меч. Три года назад Таллар служил в пограничном легионе. На то время большая часть войска стояла на границе Тени, подготавливая оборону. Перед их лагерем, там, где когда-то были поля, леса и деревни Авирана, висели черные тучи, а под ними – густой черный туман. Тень уже восемь лет стоит на одном месте, обозначая границы своих владений, которые она без каких-либо проблем отобрала у людей. Восемь лет имперские войска строят оборону на протяжении всей границы: линия башен и частоколов, линия кострищ и ям. Восемь лет солдаты легионов готовятся к тому дню, когда Тень наконец начнет движение. По слухам, когда она начинает движение, из тумана выходят существа. По слухам - потому что все, кто видел это событие – мертвы.
Таллар думал об этом каждый день. Мысль эта заставляла его просыпаться раньше остальных и проверять, не начала ли Тень движение. Иногда он подходил к границе этого черного клубящегося тумана и всматривался в него. Ожидая, что что-то на него нападет. Но все полтора года его службы все было спокойно.
Когда он закончил точить меч, он принялся его протирать.
- От того, что ты будешь его постоянно точить, убивать на расстоянии он не станет, - усмехнулся Верег, брат жены Таллара. Тоже солдат имперской армии.
- А если ты будешь постоянно пытаться шутить, все равно не научишься делать это хорошо, - улыбнулся Таллар.
Верег, молодой парень, которому тогда еще не было двадцати, был светловолосым и круглолицым. А когда он задумывался, его лицо приобретало глупый вид, что особо смешило Таллара.
- Лучше бы ты остался в библиотеке, - сказал, улыбаясь, Верег. – Там от тебя было больше проку.
- Там я был всего лишь подмастерьем, но даже так я умнее тебя.
- Зато я мечом владею лучше.
- Да ты вчера споткнулся о свою же ногу, - рассмеялся Таллар.
Верег тоже рассмеялся.
- Верно, но этот прием я взял у тебя.
- Да ладно.
- Слушай, Тал. – Верег присел на корточки. – Я тут слышал, что…
- Да, мне все уши уже прожужжали. Легат хочет отправить разведку в… туман.
- Что думаешь? Нас же тоже могут… послать туда?
- Я не знаю, Вер, - ответил Таллар. – Но надеюсь, что нас не пошлют. И зачем это все надо?
- Парни говорят, что никто не знает, что там, во тьме. Все, кто раньше с этим сталкивался – уже мертвы. Раньше ведь не было таких гарнизонов на границе с этой пакостью. Может император знает, что делает, и у нас получится, если что, остановить эту мерзость.
- Будем надеяться.
Страх перед Тенью с каждым днем становился сильнее. И Таллар начинал всерьез подумывать о том, чтобы дезертировать. Его жизнь превратиться в постоянные догонялки, но это лучше, чем быть сожранным Тенью. Он проработал подмастерьем в императорской библиотеке около четырех лет, а когда он стал готов к получению должности, от него быстро избавились те, кто за эту должность держался крепко. У него не было связей, так что очень быстро и его принудили пойти в армию. Последнее время возникла острая необходимость в людях, и Таллара это пугало.
Но были и плюсы, которые все еще держали его на службе. В первую очередь, это жалование, которое позволяло его жене и сыну не нуждаться в предметах первой необходимости. Во вторую – Верег, брат его жены, за которого она сильно переживала. Да и, к тому же, они с Талларом неплохо сдружились.
Таллар разрывался между страхом, и мыслью о том, что он все выдумывает, и Тень, возможно, по слухам, теперь начнет отступать.
Но в тот вечер Тень начала движение.
Протяжный вой сигнального рога заставил Таллара вздрогнуть. Бой колокола заставил его задрожать.
- К оружию! – кричали командиры. Началась суматоха. Ко всеобщей панике добавились сгущающиеся сумерки. – Строится!
- Боги всеблагие, прошу вас! – молил Верег, когда они с Талларом стали в фалангу и изготовились к бою. Шлем, который он постоянно поправлял, никак не мог сесть нормально. – Помогите нам! Простите нас за все! Пусть это будет ошибка!
Но это была не ошибка. Туман начал движение в сторону гарнизона. Медленно надвигаясь, словно подкрадываясь.
- Стоять! – кричали командиры. – Стоять на местах! Зажгите костры! Больше света! Не дайте Тени подойти к нашим позициям!
Легионеры зажгли линию костров, пламя взмыло в воздух. По задумке, огонь должен был остановить туман. Но когда он поглотил свет и пламя в миг угасло, шеренги фаланги начали медленно отступать перед надвигающейся тьмой. Таллар слышал дрожание доспехов и стук зубов. Своих, в том числе.
Из тумана показались существа, коих Таллар никогда не видел. Он сомневался, что такие вообще когда-либо обитали на континенте. Он помнил только, что рост их составлял не меньше трех метров, что они были тощими, а когти на лапах были длинной не меньше кисти взрослого человека.
Больше он практически ничего не помнил.
Их фаланги разметали как осенние листья на ветру.
Более-менее понимать происходящее он начал только тогда, когда они с Верегом бежали с поля боя так далеко, насколько это было возможно. Верега ранили. Но даже отсюда еще были слышны крики и сигнальный рог с того места, где горизонт был черным, как смоль. А спустя пару мгновений все затихло. Пока они с Верегом приходили в себя, мимо них пробежали пару лошадей, и всего один человек, который был весь в крови. В правой руке он нес свою оторванную левую. Из пятнадцатитысячного легиона в этой части границы остались всего пару человек.
Туман.
Черный туман.
А потом дом.
Дом в городе Геварсесе, где жила семья Таллара.
Кажется, они с Верегом добрались туда на краденых лошадях.
Агелия, его жена, миловидная женщина с копной рыжих волос и россыпью веснушек на лице сидела рядом с раненым братом. Разорванная рука Верега уже почернела. Его ранили существа из тумана, а значит он подхватил теневую хворь. Смертельную и опасную для окружающих болезнь. Таллар сидел недалеко от них, обнимая своего сына Рогора, который плакал при криках своего дяди. А Верег кричал жутко. Он лихорадил и бредил.
- Я не смогу ему помочь, - рыдала Агелия. – Это теневая хворь, я не знаю, как это вылечить.
- Ты Сестра Милосердия, ты ведь должна что-то знать, - спокойно, насколько мог, сказал Таллар.
- Таллар, - Агелия посмотрела на него красными от слез глазами. – От этой болезни нет лекарства.
Паника и беспорядок царили в голове Таллара. Он боялся. Не только того, что умрет Верег, не только Тени, которая сейчас двигается к их городу. Но и того, что он навлек опасность на свою семью. Он принес зараженного теневой хворью в город. Когда болезнь доконает его, он может распространить ее.
- Тише, сынок, - пытался успокоить сына Таллар. – Все будет хорошо.
Но сам Таллар в это не верил. Пустыми красными глазами он смотрел в стену.
- Таллар, мне нужно отрезать ему руку, - сказала Агелия. – Может, я смогу остановить заражение. Мне нужны кое-какие травы и маковый настой.
Таллар немедля встал, когда Агелия объяснила ему, какие травы ей нужны. Вышел из дома и направился к рынку. Он ловил удивленные взгляды и не сразу понял в чем дело. Только потом, когда его мысли немного прояснились, он сообразил, что на нем окровавленные одежды имперской армии.
Когда он купил все необходимое и вернулся, то обнаружил, что в доме есть посторонние люди. Этого он и боялся. На него накинулся солдат городской стражи с факелом. Началась борьба. Солдат ткнул факелом Таллару в лицо, в правую щеку, причинив сильные ожоги. Таллар ударом ноги откинул солдата, но тут же увидел, что сзади кто-то пытается перерезать ему горло. Он попытался увернуться, но нож полоснул ему по левой щеке и срезал кожу, обнажив зубы. После этого он почувствовал крепкий удар в челюсть и упал на пол. На спину ему поставили ногу.
- Дезертиры, - говорил человек в белом подряснике и белой шапочке на голове. Таких было еще двое. Это была инквизиция. С ними были еще несколько человек из городской стражи. – Да мало того, что дезертиры, так еще и решили принести заразу в наш город. Богохульники! Что вы хотели? Чтобы хворь распространилась на весь город?
- Послушайте! – умоляющее выпалил Таллар. – Тень начала движение! Армия разбита! Мы единственные выжили и…
- Все дезертиры, испугавшись шевеления Тени, поют одно и тоже, - сказал другой инквизитор. – Да, брат Орвагас?
- Именно, брат Редрик. Брат Хурин, будьте добры исполнить приговор.
Агелия лежала на полу под ногой солдата. Верег в бреду и лихорадке лежал рядом. Рогор, сын Таллара, вопил в соседней комнате. Таллар слышал только его крик.
- Таллар! – крикнула Агелия.
- Прошу вас! – завопил Таллар. – Не делайте этого! Они ни в чем не виноваты! Это я сделал! Я принес зараженного в город! Я думал, его можно спасти!
- А разве тебе неизвестны законы? – спросил инквизитор по имени Редрик. – Богохульная Тень, все, что с ней связанно, не должна появляться в богами хранимых городах! Нарушившие этот закон – признаются еретиками и опасными преступниками. И подлежат смерти.
- Нет! Нет! – завопил Таллар, когда Верегу пронзили сердце. – Остановитесь!
Он вопил, когда Агелии перерезали горло. Он вопил, когда затих плач его сына. А потом он чувствовал боль. Но ничего не понимал. Его избивали.
- Богохульники будут вечно тлеть во тьме, - сказал инквизитор по имени Орвагас и плюнул на Таллара. После чего один из солдат пронзил ему живот мечом.
Дом охватил огонь. Таллар видел, как полыхает комната, где лежала мертвой его жена и ее брат. Он попытался подняться, но тут же свалился. Пришлось ползти. Он старался зажать кровоточащую рану на животе, но это не давало результата. Кое-как он дополз до мертвой жены. Обнял ее, уткнулся в ее окровавленные волосы, зарыдал. Пламя все сильнее охватывало дом, Таллар практически не мог дышать.
Он просто лег на грудь своей жены и закрыл глаза.
Очнулся он, к своему великому сожалению, в лазарете. Его спасла подруга жены, одна из Сестер Милосердия, вместе со случайными прохожими.
Проснулся Таллар в борделе, далеко от того, места, о котором ему снился кошмар. Не в холодном поту и не в ужасе. Но с глубоким чувством отчаяния и вины.
Он встал, оделся и вышел на улицу.
Утром город оживал. В отличие от многих, кто лежал на улицах. Как обычно, в этой части города стража находила на улицах около пятидесяти трупов. Бывало и сотню, как слышал Таллар.
- Вот же затрахали! – выругался стражник, облаченный в доспехи и белоснежную одежду имперских войск. С ним были еще трое – обычный утренний патруль. – Сколько их еще будет?
Он недовольно пнул труп какого-то нищего.
- Погоди, прослужишь тут недельку – привыкнешь, - усмехнулся другой стражник. – Надо бы вызвать Сестер Милосердия, да пару парней с телегой. Пусть собирают. Как думаешь, сколько сегодня будет?
- Ставлю на полтинник. Один серебряный авир, - сказал третий стражник.
Второй задумался.
- Шестьдесят, - сказал он наконец.
- Я схожу за сестрами, - сказал первый стражник, который был недоволен количеством трупов.
Спустя некоторое время Таллар добрался до конюшни. Он поправил повязку на лице, нашел владельца.
- Доброго дня, господин, - поздоровался Таллар. – Могу я купить лошадь?
- На продажу нет. Извиняй.
- Шестьдесят золотых. – Таллар звякнул мешочком с монетами. – Сразу.
Конюший поднял бровь. Достал из мешочка монету и попробовал на зуб.
- С чего бы такая щедрость?
- Срочность дела, господин.
- Хм. Ну ладно, отдам тебе одну. Кобыла здоровая, зубы на месте, нрав хороший. Стоит в конюшне, белая в яблоках. Забирай.
- Премного благодарен, господин, - поклонился Таллар и удалился в конюшню.
Лошадь и вправду была нрава хорошего. Спустя полчаса он уже пустил ее рысью по дороге, держа путь к Горадрасу. Туда, где обитал последний убийца его семьи – инквизитор Редрик.
А вдали на востоке горизонт был черным.
***
Вежливый ехал два дня, останавливаясь, чтобы поспать и поесть. Он взял с собой немного хлеба и вяленого мяса. Приходилось поголодать лишний раз, но ему было не впервой. Дороги были пусты, к его удивлению. Лишь пару раз он увидел скачущих галопом всадников в красных плащах. Это были гонцы. Что такого могло случиться, что посланники глашатаев так резво рассекали по дорогам?
К концу третьего дня Таллар увидел вдали огни, но это не был ни город, ни деревня, а огней было много. Когда он приблизился, то понял, что это целый палаточный городок, который шумел, словно огромный базар. Таллар решил остановиться там, чтобы найти еды в дорогу. Если это какое-то массовое сборище торговцев, то ему повезло, если нет…
Палатки были необычными. Таллар тут же узнал в них солдатские шатры, с тонкой дешевой тканью, которая позволяла делать много таких палаток, но качество их было, скажем, не очень. Вот только солдат он почти не видел. Встретил лишь парочку, сидевших с пустым обреченным взглядом, заросшим лицом, и пахнущих не лучшим образом. Остальные жители этого городка были гражданскими. Испуганные и голодные.
- Господин, дайте хлеба, прошу вас, - умоляла его тощая женщина в лохмотьях, за ее ногу держался ребенок. – Прошу вас!
- Что случилось, мазель? – спросил Таллар, достав последний кусок хлеба и вручил ей. – Что вы тут делаете?
- Благодарю! – женщина тут же отдала кусок хлеба ребенку, который принялся уплетать его. – А вы не слышали? Тень наступила. Снова! Неделю назад. Внезапно, никто и не ожидал. Накрыла Дедрогор и всю провинцию.
Таллар задумался. Следом за Дедрогором был Росогон.
- Мазель, Тень еще движется?
- О, господин, я не знаю точно, но говорят, что движется.
Еды Таллар здесь не найдет. Значит придется ему потерпеть еще. Лошадь то проживет на траве и воде, а вот он, когда прибудет в Горадрас, будет без сил. Значит нужно поскорее добраться до города. Горадрас находится дальше Росогона, но люди в тех местах могут прослышать про Тень и начать бегство. Тогда он точно не найдет Редрика.
Он повел лошадь среди палаток, под безумные и испуганные взгляды людей. Ему и самому было страшно. Неизвестно, что могла учудить голодная и испуганная толпа.
- Слезь с коня! – рявкнул какой-то мужчина, выскочив прямо перед Талларом. С ним был еще один, он стоял немного позади. – Слезай с коня и отдавай!
- Господин, я заплатил за него немалую сумму, - спокойно сказал Таллар, пытаясь объехать мужчин.
- Да насрать! Слезь! Мы пустим его на мясо, у нас дети голодные!
- Я сожалею, но я вынужден отказать, - так же спокойно ответил Таллар.
- Да хрена с два! – Мужик подошел к лошади и схватил за поводья, второй попытался стащить Таллара с седла.
Вежливый выхватил меч и рубанул мужика по рукам, отрезав обе. Мужик завопил, смотря на свои обрубки. Второй немедля отбежал от лошади.
- Я же сказал, что вынужден отказать! – повысил тон Таллар, и поехал дальше.
Уже смеркалось. Таллар выехал за пределы лагеря к опушке леса, через который проходил большак, ведущий к Горадрасу. Убедился, что его не преследуют. Попытался выискать большак среди деревьев. Но вдруг он услышал крики. Крики девушки, а также ребенка.
Таллара передернуло. Как только он слышал крики ребенка, в голову тут же приходил образ сына, а с ним и образ жены, который практически ушел из памяти. Он двинулся на крики, ловя себя на мысли, что если бы он услышал лишь крик девушки, то поехал бы дальше.
Он увидел не самую приятную картину. Двое мужчин удерживали брыкающуюся светловолосую девушку, пытаясь стянуть с нее и без того видавшее виды платье. Еще один практически рядом стягивал штаны, стоя над десятилетней девочкой. Таллар немедля соскочил с лошади, обнажил меч и подбежал к мужику, который пытался изнасиловать девочку. Сбил его с ног.
Мужик, лицо которого покрывали язвы от оспы, оскалился.
- Детям не стоит видеть много крови, как считаешь? – С этими словами Таллар пронзил мужику глотку насквозь. Потом подскочил к двум другим насильникам, которые в порыве своего грязного дела и не заметили смерти товарища, и ударил одного с ноги в голову. Второму он со всего маха рубанул по шее. Когда раненый перестал дергаться, Таллар всадил меч в сердце тому, которого он вырубил ногой.
Девушка вскочила и тут же подбежала к рыдающей и трясущейся девчонке, обняла ее.
- Спасибо большое, - сказала она дрожащим голосом. – Огром… ное спасибо.
- Не стоит благодарностей, - коротко поклонился Таллар. – Не самое лучшее место вы выбрали, мазель, для того, чтобы путешествовать с дочерью.
- Она… моя сестра, - девушка была милой на вид, светловолосой, с высокими скулами. На лице была россыпь веснушек, которые очень напоминали Таллару о его жене.
- Где же ваши родители?
- Не знаю, - коротко ответила девушка и прижала к себе сестру. – Нас было шестеро. Родители, и еще двое детей. В суматохе мы разминулись и… мы их не нашли.
- Куда люди бегут после этого лагеря?
- Кто куда, - шмыгнув носом сказала девушка. – В основном в Горадрас.
- Могу предположить, что ваша семья отправилась туда, - пожал плечами Таллар. – И вам следует отправиться туда.
Он поклонился и направился к лошади, мирно щипавшей траву.
- Господин, постойте! – позвала девушка. – У вас не найдется… еды?
- Прошу простить, но я отдал последнюю еду.
- А можно мы… можно мы пойдем с вами?
Таллар тяжело вздохнул. Он не гнушался грязной работы, убийства невинных, ради достижения своей цели. А теперь цель была так близко, а из-за этих дам он мог ее упустить. Он ведь может просто отказать, просто отказать, ведь это не его дело… но ребенок…
- Да, я… можете идти. Я тоже иду в Гарадрас.
Девушка просияла.
- Огромное спасибо!
И они двинулись в путь. Таллар усадил девушку на лошадь вместе с сестрой.
***
- Сколько идти до Горадраса? – спросила девушка, проснувшись. Она спала долго, солнце уже поднялось высоко. Ее сестра все еще сопела, согнувшись в седле.
- С такими темпами мы придем туда через два дня, - ответил недовольно Таллар.
- Вы не спали всю ночь?
- Не спал. У меня срочное дело в Гарадрасе.
Девушка замолчала. Молчала еще долго, рассматривая поля, некоторые из которых были уже убраны, некоторые и вовсе запущенными. Наконец заговорила.
- Это уже второй случай.
Таллар вопросительно посмотрел на нее.
- Вот только в тот раз рядом не оказалось такого… доброго человека Мне пришлось отдаться добровольно, чтобы они не тронули сестренку.
- Сколько тебе лет?
- Двадцать пять.
- И где твой муж?
- Он… его забрали в легион, и я не видела его уже четыре года. Забрали почти сразу после свадьбы. Я так понимаю… он погиб. Мы женились по расчету, так что… это неправильно так говорить, но я не жалею.
- Я видел наступление Тени, - тихо сказал Таллар. – Три года назад.
- Вы были в легионе?
- Был, да. И чудом выжил. Не знаю даже, случайность это или воля богов. Но я выжил, дважды… и раз я выжил, то должен… кое-что сделать.
- И что же? – аккуратно спросила девушка.
- Не важно.
Снова повисло молчание. Поля сменились небольшим лесом, а за ним холмы, после которых была речка, разбитая на десятки потоков.
- Меня зовут Декка, - сказала девушка. – Сестру – Гилика.
- Таллар, очень приятно.
- Взаимно.
После речки снова начались поля. Солнце пекло голову. Таллара начинало клонить в сон.
- Почему у вас эта повязка на лице?
- Тебе не захочется узнать, - усмехнулся Таллар.
Ближе к вечеру Таллар окончательно выбился из сил. Они остановились в небольшом лесочке, где нашли мелкий ручей. Таллар напоил лошадь и привязал ее там, где было побольше травы. А сам набрал немного хвороста и развел костер.
- Сейчас бы целиком съела курицу, - грустно улыбнулась Декка, присев рядом с костром. Ее сестра все еще крепко спала.
- Девчушке нездоровится?
- У нее были не самые лучшие дни. Родители потерялись, на нас дважды напали насильники…
- Был бы у меня лук, я бы, может, подстрелил нам чего-нибудь.
- Но лука нет, - поджала губы Декка.
- Совершенно верно. Если ты не против, я посплю. Не могу уже стоять на ногах. Если вдруг что-то случится, разбуди меня. И затуши костер, я думал ночь будет холодной. В нем нет нужды.
- Хорошо, - энергично кивнула девушка, а Таллар лег спать. Заснул мгновенно. Он благодарил усталость. Спал он без сновидений.
Утром он проснулся свежим, несмотря на жуткую усталость прошлым вечером. Обнаружил, что повязка на лице снята. Натянул ее, взглянув на Декку, которая о чем-то говорила с сестрой. Девушка посмотрела на него и улыбнулась.
- С добрым утром.
- С добрым утром, - ответил Таллар хриплым голосом. В животе чувствовалась всепоглощающая пустота. Он не представлял, как чувствовала себя сейчас Гилика. Скорее всего, она не ела дольше Таллара.
Собрались в путь. На сей раз пошли быстрее. Таллар чувствовал, как с каждым мгновением таят его возможности найти инквизитора Редрика.
Декка что-то шепнула на ухо сестре, и Гилика похлопала Таллара по плечу.
- Господин, спасибо большое, что спасли нас.
- Не за что, - улыбнулся невидимой ни для кого улыбкой Таллар.
- Господин, можно вопрос? – спросила Декка.
- Смотря какой.
- А кто вы такой?
Таллар задумался.
- Теперь уже никто. Просто человек, идущий к последней в его жизни цели.
- А что за цель?
- Ну, я ищу одного человека, который мне кое-что должен.
- Должен… что?
- Это не важно, - малость несдержанно ответил Таллар. Декка больше не задавала вопросов.
Их путь снова лежал через лес, на сей раз более густой. Они сделали привал, чтобы немного отдохнуть от солнечного пекла, к тому же, Таллар жутко уставал идти пешком столько времени. Вежливый решил немного осмотреть место, где они остановились. Просмотрел кусты, в надежде найти ягоды, но ничего не было.
- Декка! – услышал он писк Гилики. – Декка, иди сюда!
Таллар пришел вместе с девушкой.
- Что-то случилось? – спросил он сидящую на корточках девчонку. Она указывала на грибы. Таллар просиял.
- Неужели! Это же хлебные грибы! Молодец, Гилика!
Девчонка зарумянилась.
- Что за хлебные грибы? – спросила с улыбкой Декка.
- Они съедобные. Если пожарить, то на вкус напоминают жаренный хлеб. Боги, нам повезло!
Приготовили они их сразу же. Большую часть отдали девочке. Таллар поел чисто символически. На запас ничего не осталось.
Эту ночь они остановились в заросшем сорняками поле. Таллар лежал на спине и смотрел в яркое звездное небо. Возможно, через пару десятков лет, никто не увидит эти звезды, потому что Тень окончательно поглотит мир.
Он размышлял о своей цели. О том, что он сделает с этим человеком, Редриком. Если у него есть семья – он убьет их у него на глазах. Медленно, чтобы этот выродок видел каждое мгновение. А потом убьет и его, предварительно проверив на нем самые жестокие из известных Таллару пыток. Сердце начинало биться сильнее от испытываемого гнева.
А время поджимало. Ему все сильнее начинало казаться, что он упускает инквизитора. Они не раз видели гонцов, мотающихся туда-сюда по большаку. Наверняка весть о Тени уже дошла до Горадраса. А если так, то из города могло уже начаться бегство. Не исключено, что и Редрик уже бежал.
Таллар вспомнил все свои деяния, которые ему пришлось совершить, чтобы добыть информацию у карги. Если он сейчас упустить Редрика, то возможно никогда не сможет его найти. А тогда вся его работа была насмарку.
Он встал, когда убедился, что Декка спит. Взял лошадь за поводья и тихо зашагал в сторону дороги.
- Господин, - позвала Декка, а Таллар скривился. Чего ему сейчас точно не хотелось, так это объясняться. – Вы уходите?
Она поднялась, подошла к нему, смотря растерянным сонным взглядом.
- Я… до Горадраса осталось совсем немного. Я боюсь упустить того человека…
- Скажите мне, что за дело, прошу вас. Это все, что я прошу вас сейчас.
- Хватить ко мне на «вы», - выдохнул Таллар.
- Я понимаю, что это ваша… твоя лошадь и твое решение, но я просто хочу знать, что ты хочешь сделать, что с тобой будет и… где можно будет тебя найти.
- Я иду убивать, - вздохнув, сказал Таллар, и отвел взгляд. – Ради мести. Человек, которого я ищу, убил мою жену, ее брата и моего сына у меня на глазах. И меня они пытались убить, но мне не посчастливилось выжить. И, решив, что такова судьба, я подумал, что должен найти убийц моей семьи, и вернуть им долг.
Декка опустила удивленный взгляд.
- Ты веришь в судьбу? – спросила она.
- С определенного момента верю.
- Я верю, что мы встретились не просто так.
- Это возможно.
- И… я бы не хотела, чтобы ты уходил. И сестренка моя не хотела бы. Ты хороший человек, Таллар.
- Ты меня не знаешь, - покачал головой Вежливый.
- Я знаю то, что вижу. Ты спас нас, не бросил одних, помогал нам все это время. Ты хороший человек.
- Я живу только ради того, чтобы убить человека, а вместе с ним и его семью. Это ты считаешь хорошо?
Декка попыталась что-то сказать, но потом замолчала.
Они простояли молча еще некоторое время, а потом девушка подошла к Таллару ближе.
- Месть порождает месть, - сказала она. – Боль порождает только боль. Если ты сделаешь то, что хочешь, то станешь не лучше тех, кто причинил тебе эту боль.
- Ты предлагаешь отступить?
- Только тебе решать, что сделать. Я не могу тебе указывать. Но знай, что жизнь не крутится вокруг только мести.
- Моя - крутится.
Декка резким движением сняла повязку с лица Таллара, обнажив его раны. Левой щеки и левой половины губ не было вовсе, все зубы были отчетливо видны, на правой щеке виднелся рубец от сильного ожога. Таллар опешил.
- Что ты…
Но Декка быстро чмокнула его в остаток его губ и отстранилась. Отвернулась и вернулась к тому месту, где спала. Таллар простоял на одном месте еще некоторое время. Потом развернулся и ушел.
***
Декка практически не спала, когда Таллар ушел. Она завидовала сестре, что та так крепко спит, хотя частенько ворочается от кошмаров. Она ничего не могла понять. Почему этот человек оказал на нее такое впечатление? Она никак не могла выбросить его из головы, жалела, что он ушел. Никак не могла понять, почему она его поцеловала. Ей было и стыдно, и радостно одновременно.
Когда Гилика проснулась, они вышли к большаку и побрели к Горадрасу. Ее грязное, местами порванное платье развевалось на ветру, песок, носимый ветром, бил по коже.
- Декка, а где дядя с повязкой? – спросила сестра.
- Ушел, - поджала губы Декка. – У него были важные дела.
- А он вернется?
- Я так не думаю…
Вдруг вдали она увидела всадника, скачущего галопом. Подумала, что это очередной гонец. Но всадником оказался Таллар.
- Таллар! – помахала она ему.
Он подъехал ближе, спрыгнул с коня.
- Бедная лошадь устала мотаться туда-сюда, - заявил он, улыбаясь одними глазами.
- Ты все-таки вернулся, - Декка смущенно опустила глаза. – Спасибо.
- Спасибо! – пискнула Гилика.
- Залезайте на коня, - сказал Таллар.
- Что же заставило тебя вернуться? – спросила Декка.
- Я поразмыслил над твоими словами. Ведь когда я отомщу, на этом жизнь не закончится. А у меня больше ничего нет. Я говорил, что верю в судьбу, и наша встреча – подарок судьбы. Я подумал… что должен помочь вам, пока это необходимо. Если я вас потеряю, то вряд ли найду потом. А тогда я буду жалеть об упущенной возможности.
Декка, незаметно для Таллара, улыбнулась.
Они шли без остановки до самого вечера. Гилика жаловалась, что хочет есть. Таллар и сам был не против перекусить.
Он рассказал Декке о движении Тени, которое он, к своему несчастью, увидел три года назад.
- Восемь лет армия строила оборону, - задумчиво сказала Декка. – И все было уничтожено за… десять минут?
- Около того. Не помню, как мне удалось уйти живым. Не помню существ, которые вылезли тогда из Тени. Но помню, что было очень страшно.
- Само собой. Представить только… восемь лет, теперь три года. Что, если Тень начинает ползти все быстрее?
- Тогда у рода человеческого осталось очень мало времени, - выдохнул Таллар. – Но я очень сомневаюсь, что он проведет его с пользой.
Вечером, когда Таллар уже выбился из сил, они увидели вдалике зарево города. Наконец-то они добрались. Таллар уже должен был быть там, уже должен был найти этого ублюдка…
«Нет, - подумал он. – Хватит жалеть о выборе. Кабы да если. Если бы у бабки был хрен, она была бы дедкой». Таллар улыбнулся. Он не любил такого рода выражения, но это было сейчас очень кстати. Если он не ошибался, то ее часто произносил Верег.
Уставший, он довел лошадь с двумя наездниками до Горадраса. У главных ворот стояли палатки, горели костры. Беженцев собралось уже довольно много. Слышался шум и гам, крики детей, голоса их матерей. Но сам город не бежал. У Таллара отлегло от сердца.
Они подошли к главным воротам, где стояли около десяти человек стражи.
- Кто такие? – спросил солдат с красной повязкой на белоснежном рукаве куртки – сержант.
- Вечер добрый, господин, - поздоровался Таллар. – Мы беженцы.
- Лагерь не видел, олень? – махнул рукой в сторону палаток.
- У нас есть деньги на гостиницу, - сказал Таллар. – Позвольте пройти.
- Все гостиницы уже давно заняты. А на кой тебе повязка на морде? Что скрываешь?
Таллар выдохнул. Он не хотел начинать перепалку с солдатами. Он снял мешочек с деньгами с пояса, высыпал пять золотых монет. Треть жалования простого солдата. Пятая часть жалования сержанта.
Сержант молча взял монеты, убедившись, что этого никто не видел, и махнул головой в сторону ворот.
Таллар поклонился, и они вошли в город.
В городе, несмотря на ситуацию с беженцами, суматохи не наблюдалось. Вероятно, потому, что в город их не пускали. Таллар узнал у первых попавшихся горожан, где можно найти приличную харчевню.
Наконец-то Талла присел. Ему жутко хотелось спать, ноги и спина ныли. Он заказал грибную похлебку и курицу, а себе еще и немного эля.
Гилика накинулась на еду как сумасшедшая, Декка старалась вести себя более сдержано.
- Не знаю даже, как нам найти наших родных, - сказала Декка, закончив трапезу.
- Я найду вам гостиницу. – Таллар аккуратно стянул повязку, допил эль, поднял обратно. – Дам денег. На какое-то время хватит. Рано или поздно все беженцы стекутся сюда. Есть, конечно, вероятность, что они направятся к Кильдерану, но он гораздо дальше.
- Ты не отказался от своего плана? – Декка впилась в Таллара взглядом.
- Само собой, нет. Я не могу. Просто не могу.
Декка положила свою руку на руку Таллара.
- Делай как знаешь. Но не соверши ошибку, о которой потом будешь жалеть.
- А ты не жалеешь? – задумчиво спросил он, смотря на ее руку. О том, что сделала тогда в поле?
Декка убрала руку.
- Это было глупо, извини, я понимаю, насколько ты любил свою жену, у тебя был сын… это было глупо. Я сглупила.
- Хватит твердить одно и тоже, - улыбнулся Таллар, взял ее руку в свою. – Все хорошо. Я же говорил, что верю в судьбу. Я не представлял, что я буду делать после того, как дойду до своей цели. Это была черта, за которой ничего не было. А теперь будто бы есть.
Декка улыбнулась.
- Я рада это слышать.
- Давай найдем гостиницу, - Таллар встал. – Жутко хочу спать. Вряд ли я усну, но попытаться стоит.
Гостиница была рядом. Стражник, можно сказать, не соврал. Народу было много, и, вероятно, так дела обстояли и с остальными заведениями. Таллару удалось договориться на небольшую тесную комнатушку с одной кроватью, и выложить пришлось почти в два раза больше, чем это обычно бывает.
Таллар лег на полу, Декка с сестрой легли на постель. Он, как и ожидал, не мог заснуть. Мысли крутились в голове, сменяя друг друга. Но мысли были об одном – месть. Он плохо помнил лицо жены, плохо помнил лицо сына, но отчетливо запомнил их крики. Крик сына он никогда не сможет заглушить. Таллар подумывал, что было бы, если он бросил Верега. Очевидно, что Агелия и Рогор были бы живы. Да, парень погиб бы, но он и без того был обречен. Что тогда заставило его притащить его домой? Шок? Страх? Он просто боялся остаться один на пути домой. Тот страх, который он испытал тогда, когда Тень начала движение, вынудил взять Верега с собой.
Таллар попытался уснуть, думая о двух людях, которых он спас, которые сейчас были с ним в одной комнате. Это помогало. Это внушало ему надежду, что он действительно пока еще чего-то стоит. Вспомнить только, что он совершил за последние три года, дабы найти след убийц. Он и сам стал убийцей. Можно ли сказать, что цель оправдывает средства? Стоит ли месть стольких жертв, через которые Таллар просто переступил, без сожаления, без оглядки. Он делал это, потому что не видел после своей цели ничего. Больше не было жизни. Вся его жизнь была только в мести. Он выжил ради этого. Но что изменилось сейчас? Эти двое, кого он спас – вот, что случилось. Пройди он тогда мимо, все было бы иначе. Но теперь, неведомо почему, он чувствует, что они ему нужны.
Сон уже подступал, когда он услышал шорох. Декка села на краю кровати, поправила растрепавшиеся светлые волосы.
- Не спишь? – спросила она, увидев, что Таллар открыл глаза.
- Не могу, - тихо сказал он.
- Я тоже.
- Думаешь о родных?
Декка прикусила губу, посмотрела на сестру.
- Я… да. Думала, как нам их найти. В голову ничего не идет. Не знаю, сможем ли мы теперь их отыскать.
Таллар тоже не мог ничего предложить. Единственный вариант, который приходил ему в голову – искать по лагерям, да ждать у ворот.
- Можно я лягу с тобой? – спросила Декка, немного смущенно.
- На полу? – удивился Таллар.
- Ага.
- Ну… как хочешь.
Она легла перед ним. Заглянула ему в глаза.
- Я не знаю, что бы мы делали без тебя. Ты нам очень помог, и продолжаешь помогать.
Таллар пожал плечами.
- Я бы сделал это снова.
Декка аккуратно стянула повязку с его лица.
- Зачем ты… ты же видела, что сделали с моим лицом.
- Видела, но лицо внутри тебя осталось прежним. И оно прекрасно.
Она снова поцеловала его. На сей раз дольше, чем в прошлый раз. Это было странное ощущение, думал Таллар, потому что у него не было части губ. В то же время ему было приятно, он забыл о своих проблемах на какое-то время. Они просто растворились.
- Я уверена, что это судьба, - прошептала она, улыбнувшись.
- Не может быть иначе, - прошептал в ответ Таллар.
После этого, Декка поднялась, села сверху Таллара. Их дыхание ускорилось, она не стала снимать платье, в этом не было нужды, но потянулась к тесемкам на штанах Таллара. Он ей не мешал. Но вдруг перед глазами, как наяву, возник его горящий дом. Его мертвая жена.
- Нет, - выпалил он, но как можно тише, чтобы не разбудить девочку.
Декка слезла, с жутким смущением на лице. Таллар поднялся на ноги.
- Я… извини, я не могу, - сказал виновато он. – Не в тебе дело, просто… не могу.
Он одел свой кожаный плащ, взял вещи, нацепил пояс с мечом, как следует спрятал его под плащ и вышел, оставив на стуле мешочек со своими деньгами, прихватив с собой лишь пару монет.
***
Заснуть он все же смог, на столе в гостиной, где спал еще один мужчина, но тот был пьян вдрызг. Наутро он был разбит, но полон решительности. Наконец-то он сделает то, зачем приехал в этот город. О прошлой ночи он старался не думать. Все эти события очень сильно все усложнили. Да, он будто бы обрел что-то новое в своей жизни, но это что-то новое будто бы не воспринималось. Не мог он воспринять это, хотя и очень сильно желал.
Таллар постарался максимально отвлечься от этого. Вспомнить, скольких людей он убил, без оглядки, без угрызений совести. Может, стоило и в этот раз поступить так же? Он сделал для Декки и Гилики все, что мог. Помог им так, как никто другой не помог бы. Может стоит оставить их и пойти дальше своей дорогой? Но тогда возникал вопрос: а какой дорогой? Куда ему тогда идти и что делать?
Он не мог себе представить.
Он увидел огромную толпу людей. Среди них были и крестьяне, и горожане, и, судя по одежде и растерянному виду, беженцы. Таллар даже увидел пару знатных людей, в окружении охраны. Вся эта процессия шла за тремя пожилыми людьми в белоснежных подрясниках. Они звенели золотыми колокольчиками и кричали без остановки:
- Воздайте богам! Покайтесь! Тень идет! Тень, посланная нам за грехи наши!
Таллар сначала подумал, что сможет увидеть среди людей в белом Редрика, но, присмотревшись, понял, что его там нет.
Он с трудом протиснулся через процессию и пошел дальше. Прошел через местный базар, где толпились беженцы, прося еды. Кое-как он нашел торговца, у которого была веревка, и то, он не хотел ее продавать сразу, пришлось долго его уговаривать.
По информации от Реберы Ноир, Редрик жил на улице Рубинов. От первого встречного Таллар узнал местонахождение улицы и был рад, что такая действительно существует. Нашел ее. Ничем не примечательная улочка с небольшими домиками. Он постучал в первый же.
Ему открыла женщина лет сорока в платке и с ребенком на руках.
- Доброго дня, мазель, - поклонился Таллар. – Прошу прощения, я ищу брата Редрика, инквизитора, мне сообщили, что он живет на этой улице, подскажите, где я могу найти его.
Женщина с подозрением смотрела на Таллара. Но ответила:
- В конце улицы. Большое владение, с амбаром и загоном для коров. Увидите, такое здесь одно.
- Премного благодарен, - поклонился Таллар и двинулся дальше по улице.
С каждым шагом сердце билось сильнее. Ему казалось, что в этот момент его должен переполнять гнев, но гнев был притупленным, отдаленным.
Наконец он добрался. Дом, большое земельное владение, амбар, загон с коровами, которые мирно щипали траву.
На крыльце дома сидел полный мужчина, с лысиной на голове, в широкой рабочей одежде. Он мирно курил трубку, задумавшись о своем. Таллара он не видел. И хорошо, потому что Таллар узнал в нем того ублюдка, который перерезал горло его жене. Брат Редрик, инквизитор.
Вежливый обошел дом, подошел с той части крыльца, которое мужчина не видел, поднял с земли камень и тихо подкрался сзади. Со всего маха саданул Редрика по голове. Тот упал. Таллар связал ему руки и ноги веревкой, купленной на рынке, затащил в дом. Усадил на стул.
- Редрик, Марета просила вернуть ей ведра, что ты…
В помещение вошла женщина, одетая в платье земляного цвета, в руках у нее было ведро с водой. Таллар немедля достал кинжал и приставил его к горлу Редрика.
- Мазель, поставьте ведро, повернитесь и дайте мне вас связать. В противном случае я перережу горло вашему мужу.
Женщина тяжело дыша поставила ведро, медленно подошла к Таллару, смотря на него глазами полными ужаса.
- Вы кто? – дрожащим голосом спросила она.
- Скоро узнаете. Ваш муж поведает.
Он связал ее и усадил на стул рядом с Редриком, завязал ей рот. Потом осмотрел остальные помещения, было пусто. Вышел на улицу и увидел то, что искал. В платье, похожем на плате матери, в загон для коров шла девочка лет четырнадцати. Она тащила ведро, переминаясь с ноги на ногу. Ведро было для нее тяжеловато. Таллар направился к ней, зашел в загон. Девушка даже не заметила его, пока он не подошел к ней вплотную. Взяв ее за руку, сказал:
- Прошу, не кричи и не вырывайся. Твои родители в доме, они связны. Если ты закричишь, я убью их. Идем со мной.
Девчонка, с каштанового цвета волосами (которые невольно напомнили Таллару об Алиери), побледнела, губы задрожали, но она не закричала. Таллар завел ее в дом. Жена Редрика завопила, но ее криков слышно не было из-за кляпа во рту. Девочка зарыдала. Редрик начал постепенно приходить в себя. Таллар потянул девчонку за волосы и приставил кинжал к ее горлу. Мать завопила как обезумевшая, хорошо, что рот ее был плотно закрыт.
- Ну привет, брат Редрик, - поздоровался Таллар.
- Что… кто… кто ты такой? Что ты делаешь? Отпусти мою дочь! Отпусти ее!
Редрик завопил как сумасшедший, его второй подбородок задрожал.
- Заткнись, - холодно и спокойно сказал Таллар. – Я убью ее, если ты этого не сделаешь.
- Что тебе нужно? Деньги? Я скажу, где я их храню, забирай все, что хочешь, но отпусти мою дочь!
- Мне не нужны твои деньги, - медленно покачал головой Таллар, не сводя взгляд с Редрика. А потом стянул повязку.
Лицо Редрика скривилось от ужаса и отвращения.
- Что у тебя с лицом?! – невольно выпалил он.
- А ты не помнишь?
- Боги… я… да что ты хочешь?!
- Три года назад, в Геварсесе, ты служил инквизиции.
- Геварсеса давно не существует, его сожрала Тень.
- Совершенно верно. Но три года назад он стоял на своем месте, а Тени там не было. Ты и двое твоих дружков инквизиторов – Орвагас и Хурин, наведались ко мне домой, когда я пришел туда с братом моей жены, которого заразили теневой хворью.
По потному и искаженному лицу Редрика становилось понятно, что он начал вспоминать.
- Теперь ты узнал этот шрам? – спросил Таллар.
- Ты… я лично видел, как тебя… убили… дом сожгли, этого не может быть!
- Да? Но я здесь. Ты наверно думал, что призраки прошлого не нагонят тебя? Они нагоняют всех. Меня в свое время тоже нагонят… Но о чем это я? Вы убили мою жену, вы убили моего сына, брата моей жены, сожгли мой дом.
- Это… это было необходимо! Нам сообщили, что в вашем доме есть больной хворью! Ты же знаешь, что это за болезнь! Если бы мы оставили это на самотек, то твой брат или кто он там, он сошел бы с ума! Он начал бы кидаться на людей, превратился бы… в невесть что! Хворь распространилась бы по всему городу! Мы не могли поступить иначе, мы спасли кучу народу!
- Моя жена и мой семилетний сын не были заражены. Вы об этом знали, но все равно убили их.
- Мы не могли рисковать!
- Вы убили их у меня на глазах.
Таллар говорил совершенно спокойно, но из глаз сорвались слезы, горло перехватило.
- Мне очень жаль, правда, но мы не могли…
- Ты перерезал моей жене горло.
- Я…
- А потом вы убили ребенка. Ребенка! А ведь ему было страшно. Он плакал, я слышал это. Он звал маму, звал отца. Как у вас хватило сил убить семилетнего ребенка?
- Я…
- Я, я, я. Ты, Редрик, ты. Сегодня я верну тебе монету, которой ты мне заплатил. Я убью твою семью у тебя на глазах.
- Нет! – завопил бывший инквизитор. – Нет! Нет! Они тут ни при чем! Нет! Это я виноват! Убей меня!
Таллар услышал свои же слова, который он кричал в тот день. Снова потянул рыдающую девочку за волосы. Она зажмурилась, а Таллар приставил кинжал к ее горлу.
- Нет! Сволочь! Не тронь ее! Она тут ни при чем! Не-е-е-е-ет!
- Мой сын тоже был ни при чем.
Девочка зажмурилась и жутко рыдала. Таллар увидел, как трясутся ее руки, как подгибаются колени, как побледнело лицо.
«Если ты сделаешь это, ты будешь не лучше них. Тех, кто причинил тебе эту боль»
Он прижал кинжал, кровь начала проступать на лезвие.
- Нет! – вопил Редрик, покраснев, как помидор. – Остановись, умоляю, ради всех богов! УБЕЙ МЕНЯ!
Его жена была такой же красной, вены вздулись. Она раскачивалась на стуле и вопила до такой степени, что голос ее почти охрип.
«Ты будешь не лучше них»
«Я должен отомстить»
Таллар готов был уже дернуть рукой и закончить все это, но убрал руку. Редрик облегченно вскрикнул, зарыдал.
Таллар отпихнул девчонку, та упала.
- Я не могу этого сделать, - сказал Таллар, подойдя к Редрику. – Я не могу убить ребенка.
- Боги… прошу… оставь мою семью! Я обещаю заплатить! Обещаю сделать все, что ты скажешь.
Таллар улыбнулся. Его оскал мог напугать даже бывалого вояку, который видел и не такие ужасы. А потом из глаз брызнули слезы, руки задрожали.
- Я не могу убить ребенка! – выпалил он, брызжа слюной на лицо Редрика. – Не могу поступить как вы, несносные выродки! Но я могу сделать кое-что другое!
Он размахнулся и пырнул кинжалом в сердце жену Редрика. Бывший инквизитор завопил, его дочка завизжала. Жена умерла быстро, опустив голову на грудь. Последние моменты жизни она смотрела на дочь.
- Нет! Нет! Нет! – рыдал Редрик. – Ах ты подонок! Ублюдок!
Таллар рыдал, его руки дрожали как у больного.
- Это то, ради чего я выжил. Ради чего я прожил три года. Ради чего я прошелся по десятку трупов! Ради мести!
Таллар вновь размахнулся и всадил клинок в сердце Редрика. Он судорожно вздохнул. Взглянул на Таллара полными ужаса глазами, после чего его голова упала на грудь. Все это время девчонка жутко визжала.
Таллар оставил клинок в сердце Редрика, а сам пошел к выходу. Когда он вышел, то обнаружил, что начался дождь. Тяжелые капли били по его лицу. Он все еще слышал крик дочери инквизитора.
Он стоял под дождем, смотря пустыми глазами перед собой. И что это дало ему? Он не чувствовал того удовлетворения, о котором мечтал. Вместо него теперь образовалась огромная дыра. Месть. Месть совершилась. Он был отомщен. Но он чувствовал только пустоту.
Вдруг он увидел Декку, которая бежала к нему, чавкая заношенными башмаками по грязи, ее платье было мокрым и липло к телу. Она остановилась у забора, обозначавшего владения Редрика.
Смотрела на Таллара, на его окровавленные руки. Таллар смотрел на нее. Декка придумывала, что сказать.
Но в этом уже не было необходимости.
Таллар почувствовал резкую боль в груди. Охнул. Дыхание перехватило. Декка закричала. Таллар опустил глаза на грудь и увидел торчащий арбалетный болт. Медленно повернулся и увидел дочь Редрика, красную и заплаканную, она заряжала второй болт. Таллар не двинулся с места. Он ничего не сказал. Он только улыбнулся. Потому что он встретил родственную душу. Потому что он увидел месть.
- Таллар! – Декка завопила и побежала к нему, когда он рухнул на колени.
- Нет, - попытался крикнуть Вежливый, но еле выдавил это шепотом. – Нет… Декка…
Второй болт прилетел в Декку, сбил ее с ног. Она упала лицом в грязь и больше не двигалась.
Таллар начинал терять сознание. Уперся руками в землю. Она была влажной, руки утопали в грязи.
Краем глаза он увидел платье девчонки, которой было суждено убить его. Суждено, потому что он верил в судьбу. Последняя его мысль была не о жене или сыне. Даже не о Декке, которая напрасно погибла, влюбившись не в того. Мысль была о девочке, по имени Гилика. Он всей душой надеялся, что у нее все будет хорошо. Что она не станет новой частью этой череды мести. Что она не продолжит эту кровавую линию, которую начал Таллар. Он надеялся, что у нее все будет хорошо.
Последний выстрел пришелся в шею Таллару, которого в Росогоне многие знали, как Вежливый Клинок. Он упал лицом в грязь.
И он благодарил судьбу, что это была его последняя черта.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге