Вероятность и Смерть

Глава 1

Он бежал. Бежал настолько быстро, насколько позволяло его теперешнее положение.

Рваная рана на боку лишала его организм крови, с каждой секундой заставляя онемевать конечности, все быстрее и быстрее, как будто бы они были сделаны из глины, постепенно твердеющей, под гнетом жара печи.

- Лять, Лять, Лять, - повторял он имя богини несчастий, словно заклинание, способное помочь ему в сложившихся обстоятельствах.

За ним гнались. Он знал это, а также понимал, что у него нет шансов дожить до следующего восхода Электуса, чтобы увидеть свою семью.

Больная мать, три сестры, ворчащий отец – в этот момент он не хотел думать об их недостатках, представляя лишь их улыбающиеся лица. Его попеременно кидало в дрожь, он желал вновь оказаться среди них, но рваная рана на боку как будто бы твердила ему о том, что его чаяния так и останутся лишь чаяниями.

Они были бедны, очень бедны, будто бы и не жили в столице королевства. Он брался за любую работу, две его младшие сестры помогали в мастерской отца, а старшая сестра… Она возвращалась домой поздно ночью, неизменно сжимая в руках горсть железных монет…

«Возможно», - подумал он. – «Возможно, она уже вернулась, и сейчас старается позаботиться о матери, даже и зная, как и все мы, что до конца месяца она не протянет».

Ему была противна такая жизнь, жизнь свободного по праву, но раба по состоянию. Он пошел на это, чтобы ему больше не пришлось никогда в жизни соскребать с городских улиц все, что оставалось после разборок между бандами головорезов, решающих, кто же из них займет территорию, получит право собирать с нее «проценты».

Из сети мелких улочек он выбежал на главную. В этот час здесь не было никого, лишь чье-то безмолвное присутствие у него за спиной, с каждым пройденным шагом становившееся все более осязаемым.

Но у него еще были силы. Пускай ноги слушались его команд с большим трудом, пускай миазмы и старались застопорить его, но он делал еще один шаг, а за ним другой, и еще один, и еще. Боль служила ему и препятствием, и стимулом, одновременно останавливая и подгоняя.

Умереть вот так? Смертью, наполненной страхом перед его преследователем? Ах, если бы не нож, выскользнувший у него из рук в момент нанесения вражеского удара, он бы встретил смерть с большим достоинством, нежели сейчас.

Ноги его подкосились, и он упал в пыльную грязь. В этом месте улица резко уходила вниз, так что он покатился, чувствуя, как каждое соприкосновение с неровностями дороги стократ отдается в его кишках.

Наконец, он достиг некоторого ровного участка улицы. Это недопадение стоило ему последних остатков воздуха в легких, и он задышал, хрипло и громко, попытавшись свернуться в калачик и забыть о своих невзгодах.

«Как больно, мама, как больно…»

- Эй, животноухий, че там с тобой?

Застонав, он перевернулся на другой бок, в направлении чьего-то недовольного голоса.

Человек стоял на пороге одного из больших домов, сжимая в руке плотно скрученный, дымящийся клочок бумаги. На большой деревянной вывеске, приколоченной аккурат над его головой, гордо красовалась надпись: «Пришибленный огр». Его занесло именно сюда! Какое везение! Кой только могла быть вероятность того, что он, в своем беспорядочном бегстве, окажется здесь!

Он поднял глаза чуть выше и, задыхаясь, прохрипел:

- Б-бюргера… з… з… знаешь?

Человек слегка удивился, но кивнул, и даже направился в его сторону, к его распластавшейся фигуре.

- Ты че, пьяный?

- С-скажи… - он весь затрясся, его зубы начали стучать друг об друга, грозя раскрошится от частоты ударов.

«Как холодно, почему так холодно?»

- С-с-с-с… кажи ему, что я не с-с-с-с… справилс…

Человек подошел достаточно близко, чтобы увидеть лужу крови, которая уже успела натечь под его телом. Не медля, он вытащил из ножен меч, и заозирался вокруг, постепенно отступая назад.

Человек протянул вперед руку:

- «Огонек»! - и на кончиках его пальцев засиял неярким светом огонек. Он успел увидеть, как тень, плавным движением выплывшая из подворотни, на миг удлинилась так далеко, что чуть было не охватила его ноги.

Он почувствовал, как кто-то хватает его за шею сзади, что было полнейшим бредом, ибо спина его плотно прилегала к редкой каменной мостовой, словно была еще одним слоем грязи.

Давление на шею усилилось, и он, на мгновение ощутив себя падающим с большой высоты, провалился вниз.

- Эльф побери!

Человек отпрыгнул назад:

- «Огненный шар»! - и магический огонек в руке, погаснув, явился в ту же секунду огненным шаром, опалившим место, где только что лежало недвижимым тельце зверочеловека. На его глазах тень засосала животноухого, и исчезла, предварительно совершим движение по такой немыслимой траектории, по которой не двигалась ни одна нормальная тень.

- Лятские убийцы, - проговорил человек, и сплюнул.

Он ударился о каменную стену, образующую вместе с другими, близстоящими стенами, уютный тупичок. Тень, выросшая прямо за его спиной, стиснула его в своих почти неосязаемых, но крепких объятиях, зажав рот одной из своих многочисленных рук.

- Магическое мастерство на троечку, а исполнение убийства вообще не поддается разумной оценке, так она низка.

- Но учитель!

Тот, кто произнес первую фразу, сухо цыкнул, и тот, кто произнес фразу вторую, повторил ее, но тише:

- Но учитель!

- Сейчас не время думать об этом. Ты еще не выполнил всех своих обязательств по принятому тобою заказу, а уже отвлекаешься на посторонние мелочи. Понятия не имею, чему тебя учили.

- Простите, учитель.

Хватка, удерживающая его тело, опала, но вместе с этим еще несколько темных рук плотнее прижали его голову стене, почти прикрыв собою глаза.

Однако он все же смог увидеть, как другая тень, находящаяся на противоположной стене, подалась вперед, и вместо того, чтобы сползти вниз, начала обретать форму.

Фигура, одетая в просторные черные одежды, со скрывающей лицо грубо выполненной маской, плавно отделилась от каменной поверхности, и спрыгнула в грязь утоптанной земли. Ее ноги тут же слегка опустились ниже уровня мостовой, и она «подскользила» к нему. Тут же по его телу, его одежде, пробежали чьи-то цепкие пальцы. Со знанием дела они исследовали рваную ткань, пока не нащупали некое «утолщение» в районе груди.

Его тело тут же обожгло касание холодной стали. Вырезав аккуратный квадрат на рубахе, фигура запустила туда ладонь, и извлекла небольшой сверток, при ближайшем рассмотрении становившийся плотно сложенным листом бумаги, с маленькой подписью в уголке.

- «Вайро от графа», - прочитала фигура, поразив истекающего и почти мертвого его своим мягким и бархатистым голосом. - Я нашел его, учитель.

Однако на этом движение ее рук не остановились. Еще раз обежав всю его одежду, она извлекла из еще одного потайного кармана всего одну вещь.

- Золотая монета! – произнесла слишком громко фигура, и другой, старческий голос, еще раз одарил ее своим сухим цыканьем.

- Золотая монета, - повторила фигура тише. – Я нашел золотую монету.

- Отдай ее.

- Но учитель. Это моя законная награда, мой трофей…

- Ты почти провалил задание, а теперь еще смеешь говорить мне о трофеях? Они для настоящих убийц, а не для таких недоучек, как ты. Отдай ее.

Чертыхнувшись, скорее для вида, обыскивавший протянул руку с зажатым в ней золотым кругляшом в направлении впередистоящей каменной стены, где еще одним черным пятном расположилась тень, без близстоящего объекта, который мог бы ее отбрасывать.

Из нее, проделав те же метаморфозы, что и целая фигура до этого, явилась покрытая пятнами худая старческая рука. Когтистыми пальцами она выдернула из протянутой руки золотой, и вновь растворилась с ним в пространстве тьмы а сером камне.

- Теперь избавься от него, - скомандовал обладатель руки,

- В этом нет необходимости, учитель. Он уже давно мертв, истек кровью.

- Ты уверен?

На мгновение фигура застыла, а затем вновь вернулась к мертвому телу. Мертвому, без всяких сомнений. Но эта неуверенность, посеянная учителем, заставила ее совершить еще одну вещь.

Руки из тени, до сих пор сжимавшие голову мертвеца, одновременно усилили свое давление.

С-к-р-р-к! – и с тихим хрустом серая стена окрасилась в красный.

- Молодец. Теперь уходим.

- Да, учитель.

- Ты чем-то недоволен.

- Учитель, если я появлюсь после своего задания между своими одногодками без трофея, то меня засмеют.

- Это не проблема, ученик. Я позволю тебе показать этот золотой другим, но с тем условием, что ты обяжешься отдать его на нужды нашего клана.

- Спасибо, учитель! Богиня Света, среди старожилов нет ни одного, такого же мудрого и понимающего, как вы!

- Цыц.

- Да, учитель.

ВНИМАНИЕ! ДАННЫЙ РАССКАЗ ЯВЛЯЕТСЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ ИСТОРИЕЙ К РОМАНУ "APOCALEPTICON". ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО ЗНАКОМСТВА, ИЛИ ЧТОБЫ СКОРОТАТЬ ВРЕМЯ ДО ВЫХОДА ПРОДОЛЖЕНИЯ, А ТАКЖЕ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ НЕМНОГО ПОТЕШИТЬ ЭГО АВТОРА С ТАКИМ СТРАННЫМ НИКНЕЙМОМ, РЕКОМЕНДУЕМ ОБРАТИТЬ СВОЕ ПРОСМОТРЫПРИНОСЯЩЕЕ ВНИМАНИЕ НА ЭТО ПРОИЗВЕДЕНИЕ.