В объятьях разума

Святой Грааль

Глава 1

Бах! БАХ!

Оглушающий грохот прошёлся по всей долине, высеченной горной рекой. Пару веков она пробивала себе путь между двух великанов с седыми шапками.

– Ой, мам, что это взорвалось? - с неподдель­ным удивлением поинтересо­вался мальчик, крепко сжимая руку своей матери.

– Малыш, послушай, это забрали, чью-то душу, поэтому ты должен быть аккуратен! – женщина спустилась на одно колено и заглянула в глаза ребенку. Нежно ткнув в грудь, она посмотрела на своего сына в надежде, что тот поймет.

Они шли вдоль высокого забора из толстых прутьев арматур и сетки, поверх которого была натянута колючая проволока. «Сомнительная защита» - подумала женщина. Мальчик же долго вглядывался в разрез между гор, будто ожидая еще одного взрыва. Своими небесно-голубыми глазами, которые прикрывали светло-русые локоны волос, он искал то, чего до конца не понимал.

– Пойдем скорее домой, Рим. - женщина не же­лала утаивать правду от мальчика, но также боялась за него. С теплотой она смотрела на сына, сжимая в кармане маленький камушек янтарного цвета в металлическом футляре, вдвое меньше того, что висел на шее ребенка. Но маленький чело­век лишь кротко вздохнул, продолжая смотреть в глубину долины. Пройдя мимо Академии, сын и мать спустились по тропинке к своему маленькому желтому, словно тусклому солнцу, домику.

«Они снова вернулись!» - внутри Реи Сильвии словно пульсом, разжигался страх, и в глубине души она понимала, что душа слишком уязвима.

Горная чаша хранила в себе маленький городок Вязь, разделенный на два лагеря. По одну сторону жили в незамысловатых домиках, стоявшие впритирку друг к другу, люди, жизни которых управляли пороки и страхи. По другую сторону с изящными и редкими домами жили эльфы, существа, которые были награждены упорством и благородством. За хребтом долины простирался лес, и никто не знал, что за ним, кроме тех существ, которые зовутся Неясытями. Высокие исполины похожие на сов с длинными конечностями и черными глазами, словно бездна, чудовища. На вопрос, откуда они и как их много, ответа никто дать не мог, поскольку дьяволы танцевали на этой земле задолго до образования города. Неясыти появляются бесшумно, не зависимо от времени суток эти хищники являются идеальными охотниками сакрального.

Манил их святой Грааль, который как проклятье был дарован каждому человеку. Камушек похожий на янтарь хранил в себе душу, что хоть как-то спасала людей от бесчинства и войны, и то единственное ради чего были под защитой эльфов. Люди прятали эти камушки под домами, в подвалах, замуровывали в стены, хранили в самых различных и невероятных местах, чтобы только Неясыти не добрались до них. Коснувшись «солнца» можно обжечься и сгореть, но людское «солнце» тускнеет быстрее, становясь причиной интереса Неясытей. Эпоха, когда правят страхи, злоба и нежить, которая притаилась в тени, неблагоприятная для людского народа, и каждый коллапс ожесточает его.

Около трех веков назад эльф по имени Ромул был влюблен в человека, хотя он не привык доверять людям. Точнее, верил лишь в одно - что, если подойти к ним близко, они непременно причинят тебе боль. И в этом люди никогда его не разочаровывали. Но с появлением Рем, которая покорила его, своей находчивостью и азарту в создании нового, до глубины души. В последствие Ромул убедился, что в людях есть то, ради чего стоит бороться. Он добился строительства академии для эльфов, которые посягнули на верность и дали клятву о защите душ людей, взамен получали разработки и идеи человеческого народа.

Глава 2

– Ирида! А ну отдай! – щупленький мальчик с эльфийскими ушами, запыхавшись, пытался догнать подругу.

Смех девушки раздался по всей аллеи. Кожаная броня, которая была похожа на платье, облегало стройное тело. За спиной висели пустые ножны.

– А ты догони меня! – разливаясь в хохоте, Ирида с легкостью уворачивалась от мальчишки, держа в руках шапку.

– Не смешно уже, мы же опоздаем – молодой эльф, выбившийся из сил, оперся на колени, бросая обидчивый взгляд на эльфийку. Хиленький мальчик глубоко дышал, чтобы восстановить дыхание. Его костюм из зеленого хлопка был велик ему и большой колчан за спиной без стрел, делали эльфа еще меньше в глазах других.

– Не будь таким скучным, Хага - девушка замедлилась и изящными движениями направилась к парню в очках.

– Эй. Вы что там делаете?! Ведёте себя как дети – как гром разразился голос у ворот башни. Он принадлежал высокому, статному эльфу, одетому в кольчугу. Его уши, как ножи прорезали густые темные волосы, а на поясе склонялись увесистые ножны без меча.

– Рохан, это называется веселье! – Ирида, с неудовольствием крикнула в сторону ворот и показала язык эльфу. Закатив глаза, направилась к замку, так и сжимая в руках шапку Хаге. – Какие же вы нудные!

Троица зашла в замок. Белым шумом раздавались разговоры по всему залу, полным учеников. Одни стояли в углу около высоких, витражных окон, на которых мозаикой был собран портрет основателя, и что-то эмоционально обсуждали, тыкая в учебник по архитектуре. Другие, проносились мимо троицы, спеша на очередной урок. А третьи, «особые», стояли около винтовой лестницы в центре зала, как будто ожидая только что вошедших эльфов.

Рохан поступил в академию, когда ему исполнилось 6 лет, его отец был старшим профессором и поэтому его ребенок нес бòльшую ответственность за свои поступки. Через три года в академию поступила Ирида, импульсивная и вспыльчивая девушка, которая никогда не давала себя в обиду. В один из дней, несколько ребят захотели усмирить эльфийку, к счастью это заметил Рохан, хотя потребности в его помощи не было. С тех пор Ирида заинтересовалась своим защитником и позволила ему хранить свои мысли. Еще через год поступил Хага. Все удивлялись, как такой мягкотелый, и робкий эльф сможет стать защитником душ, но Ирида увидела в нем столько сопереживания и интеллекта, которым в этой академии никто не обладал. Так троица держалась вместе и, защищая друг друга, двигалась к общей цели.

Стены помещения были обвешаны картинами посвященные Ромулу. Лестница поднималась по одной из башен замка состоящая из 12 этажей. На каждом находятся индивидуальные залы, и полигоны, где эльфы прорабатывают свои инстинкты и способности. Поступить в академию может каждый представить расы, кто посягнул на верность защите человечества и прошел обучение базовых знаний и умений. Взамен, эльфы получают полное право пользоваться разработками и исследованиями людей. Идеи, которые в неправильных руках, могут стать оружием массового поражения и превратить эту долину в поистине настоящий ад.

– Эй! Рохан! Все еще таскаешься с этими отбросами. Не позорься, давай к нам, пока я добрый – голос незнакомца раздался за спиной эльфа, после чего последовали хриплые смешки.

Эльф в кольчуге остановился на лестнице, но не обернулся в сторону насмехателей, крепко сжимая в руке пустые ножны.

– Ты посмотри на них! Трусливый очкарик, который не умеет даже держать лук прямо и хабалка, что не может удержать свой зуд в заднице – беловолосый эльф в стальных доспехах, держа в руках финский топор, разлился в смехе вместе со своими дружками.

Ирида скривилась и уже хотела набить лицо грубиянам, но Рохан схватил её за руку.

– Что ты сказал? – он медленно обернулся.

– Правду, я тебе хочу помочь, братец! – ехидно усмехнулся эльф с топором.

– Ты, сукин сын, мне не брат, Силко! И не смей говорить так со мной! – Рохан скользнул вниз по лестнице и схватил того за плечо, крепко сжимая его, от чего парень присел. Глаза темноволосого эльфа горели злостью.

– Отпусти меня или я всё расскажу отцу. – Силко, сжимая зубы от боли, пытался убрать руку с плеча.

– Трус!

Рохан отпустил парня и направился вверх по лестнице. Хага и Ирида последовали за ним, причем эльфийка оставила последнее слово за собой, показав парням непристойный знак.

– Мог бы и не заступаться за нас – взяв под руку эльфа, Ирида улыбнулась.

– Я не заступался за вас – Рохан оглянулся на хиленького эльфа позади – Я защищал свое достоинство. Если его папаша, директор школы и женился на моей маме, это не дает ему право так разговаривать!

– Спасибо тебе - девушка сильнее прижалась к плечу и расплылась в улыбке.

В ответ эльфийка услышала лишь тихую ухмылку.

Глава 3

Бах! БААХ!

– Рим! Малыш! Ты где? – обеспокоенная Рея Сильвия не смогла найти своего сына в кровати после очередного взрыва.

Ветхий одноэтажный домик бледно желтого цвета прямо у подножья хребта прошелся дрожью. Его вид угрюмо встречал всех проходящих мимо незнакомцев. Маленький и покривившийся от времени деревянный забор, вряд ли бы спас даже от случайно забежавших собак. Неудивительно, что людской народ такой хмурый и злой, живя в таких условиях и причина такого уровня жизни лежит сугубо на плечах этого народа.

– Боже правый! Сынок, прошу, не шути над мамой. Выходи! – ответа не последовало.

Не находя себе места, Рея Сильвия осознавала тот факт, что дьяволы вновь начали свой танец и пришли за ее чадом, необходимо действовать быстро. Единственным логическим решением ей показалось направиться к хребту, откуда бегут эти твари. Надежда на то, что её сын жив и его нескромный камушек все еще цел, не покидало обеспокоенную мать.

Выйдя из бледно желтого убежища, женщина окинула взглядом тропу к хребту. Около выбитой деревяшки забора лежал металлический футляр на цепочке. Такой же носила и Рея Сильвия, но он лежал у женщины в левом кармане, а этот был пуст. По извилистой тропе женщина направилась к «надежному» забору. Упершись в защиту, от леса женщину отделяла лишь высокая стена из прутьев и сетки.

Немой лес это густые и непролазные гектары, пролегающие далеко к горизонту.

Ни одна душа, попав туда, не возвращается, навсегда теряя свой голос. Оглядывая неприступную стену, она увидела брешь, маленькая дыра в единственной защите этого города.

– Мисс, прошу, отойдите от стены! – голос, будто гром послышался за спиной женщины.

Вздрогнув от неожиданности, Рея Сильвия обернулась в сторону владельца голоса. Она была уже на вершине своего эмоционального фона, нервы и страх окутали ее тело насквозь.

– Там мой сын, в Немом лесу, его забрали Неясыти – голос обеспокоенной матери дрожал, еле сдерживая слезы.

– Вы видели, как его утащили? - Рохан неспешно подошел к женщине и пристально смотрел ей в глаза.

– Нет, но я уверена, я нашла его футляр возле дома, он никогда не вынимает душу из него. Прошу помогите мне! – женщина отчаянным рывком схватилась за кольчужное плечо эльфа, ища в его глазах помощь.

– Мы слышали взрыв, вы уверены, что это был не ваш сын? – тактичностью эльф не обладал.

– Боже, конечно, я уверена. Я чувствую, что он там, совсем один. – Рея Сильвия не смогла сдержать слезы, и будто волной, эмоции вырвались наружу.

– Ирида! Хага! Бегом за оружием! - Рохан крикнул в сторону двора академии, где две тени хаотично передвигались, догоняя друг друга – Не волнуйтесь, мы поможем, но вы остаетесь здесь. Я не буду подвергать опасности еще одну душу – тихим и ровным голосом Рохан обращался к женщине, схватив ее за плечи.

– Нет! Я иду! И это не оговаривается. Я его мать и должна быть рядом – настойчиво сказала Рея Сильвия, глядя на высокого эльфа. Ее выражение лица отражало полную решительность и страха как не бывало.

– Вы понимаете, что я рискую своим положением! - огрызнулся эльф.

Женщина не отвела взгляда, тем самым дала понять, что не собирается сдаваться и собирается пойти в лес вместе с ними или же одной. Рохан лишь обременено вздохнул.

Глава 4

Спустившись с хребта, гости леса встретились с оглушающей тишиной, будто даже ветер тут не живет. Величественные деверья, жившие здесь несколько веков, закрывают кроной небосвод, погружая свою обитель в темное царство тишины.

– Прошу, никуда не отходите и делайте то, что вам скажут, беспрекословно, и ведите себя тихо. Это понятно? – обернувшись, Рохан прошептал. Он крепко сжимал в одной руке меч, на вид очень тяжелый. Женщина кивнула в знак согласия.

Ирида и Рохан двинулись вперед в гущу леса, а Хага не выпускал из виду женщину, держа в руках плетеный лук. Звон в ушах от тишины прерывал редкий хруст веток под ногами, что эхом углублялось в гущу леса. Из-за непроглядной темноты было непросто разглядеть какие-либо движения, поэтому хороший слух в этом месте имел бòльшую ценность.

– Тихо! – громким шепотом Рохан окликнул всех сзади стоящих, сжимая свой меч еще крепче.

Дергая острые уши, прислушиваясь, эльф смог отличить от тихого шелеста листвы копошения где-то впереди. Черная тень сгорбилась над землей, тянущая свои длинные руки к чему-то блестящему и янтарному. Прозвучал взрыв, который поглотил лес. Рея Сильвия рывком вырвалась из «стен» эльфийской защиты и направилась к хозяину тени, наплевав на указы Рохана. Хага направил свой лук в сторону незнакомца и приготовился стрелять. Тень тут же устремилась прочь.

– Стойте! – Рохан резким движением оттолкнул оружие эльфа и ринулся за женщиной.

Та, проигнорировав приказ защитника, приближалась к тени, пока не поняла, что это не дьявол с головой совы, а Силко. Рядом с ним лежал мальчик, аккуратно сложив руки на груди. Глаза закрыты, грудь не вздымалась, в руках у эльфа был Грааль, без защиты. Свет внутри постепенно гас. Рим пал!

Рея Сильвия прильнула к телу сына, пронзив тишину леса ревом скобящей матери. «Мой мальчик, мой милый Рим» шептала себе под нос, как мантру, женщина.

– Ты сукин сын! – минуя её, Рохан не раздумывая, обрушил на Силко резкий удар кулаком.

– Да чтоб тебя! Это не я, это была та тварь, я пытался помешать ей, но не успел! - от неожиданности эльф упал на колени рядом с мальчиком, держась за лицо.

– Тогда что ты здесь забыл вообще? – темноволосый эльф пылал от злости, не свойственной его статусу.

– Мой отец думает, что я трус и ничего не стою, я хотел доказать ему… доказать тебе. Да, я веду себя как урод, но я не хочу быть таким – поднявшись с колен, Силко бросил взгляд на женщину.

– Тогда мог бы лучше постараться – Рохан не успокаивался.

Ирида и Хаге встали между эльфов, которые наполняли вокруг себя воздух сквернословием, всячески успокаивая их пыл. Рядом сидела на земле женщина, держа на руках своего ребенка, и плакала, наполняя воздух скорбью. Лес в свою очередь начал поглощать эти звуки, становясь поистине немым, забирая голос и свет тех, кто не успел покинуть его обитель.

***

Вдоль забора из толстых прутьев арматур, поверх которого была натянута колючая проволока, шел мальчик, держа за руку свою мать. С интересом расспрашивая у женщины причину взрывов. Мать, скрывая страх в глазах, пыталась уберечь сына от правды и реальности.

Кровные узлы

Глава 1

«Внимание! Впервые в Пьемонт! Великий Августин Перегрин! 25 мая в 17:30 на ярмарке «Возрождения»! Не пропустите фееричное выступление!»

Все стены дома культуры были обвешаны брошюрами. Дети, проходя мимо, восторженно окликали родителей, чтобы они сходили на представление. Концерты и приезжие знаменитости такая редкость в этом небольшом городке, что люди точно не пропустят такую возможность, посетить выступление настоящего волшебника. В последнее время телевиденье заполонил Августин Перегрин, великий фокусник, тайны которого еще никто не смог раскрыть. Маленький мальчик в клетчатой рубашке подбежал к стене и начал внимательно читать текст.

­– Пап! А мы пойдем на ярмарку? – мальчик оглянулся, ожидая, когда отец подойдет ближе.

– Я думаю, это будет хорошая идея, сынок – улыбнувшись мальчику, он взял того за руку и вдвоем они направились вдоль дома культуры. В голове крутилось «всей семьей», и улыбка исчезла с лица мужчины.

– Ура! Может и сестренка приедет, она раньше любила ярмарки – такой расклад мальчика вполне устраивал.

Отец с сыном перешли на противоположную сторону дороги и углубились во дворы.

– Пап! А что значит фееричное? – по выражению лица, у ребенка назрел этот вопрос сразу, как увидел брошюры.

– Это значит волшебно, сынок.

Волшебно чаще собираться всей семьей. Волшебно, когда твой 9-летний сын и уже взрослая 19-ти летняя дочь проводят больше времени вместе. Волшебно, когда твоя жена жива и продолжает радовать тебя своей лучезарной улыбкой. Это было волшебно.

***

Придя домой после прогулки, отец принялся готовить обед для ребенка. На большой и светлой кухне было все, что требовалось для приготовления любого блюда, множество приправ, различные заготовки и несметное количество приборов и кухонной утвари. Женщина что была тут хозяйкой, однозначно, любила готовить, а может и вовсе была поваром.

­– Пап! А на Ярмарку пойдем только мы вдвоем? – мальчик уже без энтузиазма снова задал вопрос отцу.

– Я думаю, что сестра твоя приедет к нам. – не поворачивая к сыну, мужчина продолжал готовить.

– Я так по ней соскучился – кухню поглотила тоска.

– Да, я тоже, малыш. – отец поставив тарелку перед сыном, сел рядом.

Подождав, пока мальчик доест свою кашу и пойдет к себе в комнату, мужчина достал телефон и набрал номер, но кнопку вызова нажал не сразу.

– Слушаю! – на другой стороне провода были слышны гул и рев улиц столицы.

– Привет, дочка – голос мужчины был неуверенным.

– Пап, мне сейчас неудобно говорить, что-то срочное? – девушка, запыхавшись, куда-то спешила.

– Я просто хотел услышать твой голос. Куда бежишь? – этот разговор звучал так, будто отец разговаривает не со своим ребенком, а с чужим человеком.

– На собеседование, поэтому у меня мало времени, и я знаю, что ты не звонишь мне просто так. У нас так не заведено – последнюю фразу девушка кинула с обидой.

– Прости. Твой брат хочет, чтобы ты приехала на эти выходные к нам. На ярмарке будет праздник. Было бы неплохо провести эти дни всей семьей – он чувствовал вину, до конца сам не понимая за что.

– Ты знаешь, что я не люблю такие мероприятия. Да и семья наша уже давно развалилась, смирись – женский голос окрасился злобными красками.

– Дочь, пообещай хотя бы что подумаешь.

– Ладно, а мне пора бежать.

– Люблю тебя.

– Ага, и я тебя. Пока, пап.

– Пока – подождав, пока дочь сама сбросит вызов, отец какое-то время продолжал смотреть на высветившийся номер телефона во входящих.

Положив телефон, мужчина на некоторое время пронзительно вглядывался в фотография, которая стояла на полке над телевизором. На фотографии стояли, под развесистым деревом в парке Пьемонта, он с женой, рядом с ними по обе стороны стояли их дети. Четыре улыбки, и каждая будто говорила: «Мы счастливая семья!». Была.

Глава 2

На улице стояла отличная солнечная погода, легкий ветерок разгонял запах открывшихся лавок с едой. До представления осталось несколько часов. Все было украшено красивыми, похожими на китайские фонари, гирляндами, которые простирались по всей территории. Большие баннеры с лицом гостя были расклеены на всех лавках с сувенирами и едой.

В центре ярмарки стоял старый колодец, огражденный маленьким заборчиком, которому более 4 веков, памятник прошлым жителям этого места. Там же расположилась сцена, в виде небольшого ринга, огороженного лоскутной лентой, перед сценой был маленький пустырь, подходящий для корриды, возможно, именно тот знаменитый фокус он и покажет, ведь по телевизору как будто специально этот фокус никогда не показывали полностью, как бы оставляя интригу и мотивацию посетить представление лично. Лишь в интернете была полная его версия. Для этого организаторы подготовили самого лучшего быка, весом почти полторы тонны, на его счету не один десяток выступлений, в которых он выходил победителем.

Спустя час на территорию ярмарки, позади сцены, приехал пикап с небольшим вагончиком на прицепе с изображением Августина Перегрина на кузове. Неужели с такой славой он не смог позволить себе транспорт удобнее и больше. Когда Августин приехал в город, около пикапа собралось немало зевак, все хотели лично пожать ему руку или взять автограф, конечно же, для своих детей. Ведь глупо, будучи взрослым человеком, восхищаться, а тем более верить во всю эту магическую муть.

Двое широкоплечих мужчин разогнали людей. Августин не собирался покидать свой вагончик и встретить людей обворожительной улыбкой. Мужчина сидел внутри, держа в руках небольшую шкатулку, которая всегда сопровождала его на всех выступлениях. Что она хранила, никто не знал, но мужчина не выпускает ее из рук, будто это что-то родное и необходимое ему.

***

– Пап! Мы же опоздаем – мальчик неуклюже натягивает шорты на тонкие ножки, не тронутые загаром.

Папа сидел на кресле, уткнувшись в телефон. Он не ответил сыну, а лишь тяжело вздохнул. Через минуту, убрав телефон в карман, отец помог ребенку завязать шнурки на кроссовках. В 9 лет мальчик еще плохо обращался со шнурками, он предпочитал липучки, удобно и быстро, да и пальцы не застревают в этих веревках, но отец хотел, чтобы тот научился самостоятельности.

– Онане приедет, так ведь? – сверху вниз ребенок смотрел на отца, в его глазах была грусть и даже предстоящий поход на праздник не смог искоренить её.

– Сынок, я звонил ей, и она... - мужчину перебил звонок в дверь. Он встал с колена и открыл дверь.

– Привет, пап! – тонкий и нежный голос ворвался в коридор и обдал теплотой. Девушка с густыми темными волосами на плечах, стояла с небольшим чемоданом. – Привет, малыш! - Заглянув за спину мужчины, она подарила добрую улыбку мальчику.

Глава 3

На главной площади ярмарки начался переполох, люди постепенно стекали сюда, словно остатки пищи воронкой сбегали потоком в слив раковины на кухне.

Августин стоял около двери своего вагончика, готовясь выйти. Сквозь жестяные стены, обделанные только лишь фанерой, пробивались крики и возгласы людей, готовых к представлению. Он закрыл глаза, и этот шум унес его, куда-то далеко, будто погружая в транс. Мужчина на вид сорока лет с длинными темными волосами убранные в хвост, но гладким и аккуратным лицом, стоял в длинной мантии кроваво красного цвета.

***

17 век. Пьемонт.

Мужчина на вид сорока лет в длинной мантии стоял посреди небольшой площади, в центре которой был колодец. Деревня особо ничем не выделяющаяся среди других, с одинаковыми одноэтажными домами, но каждый со своим садом. Разрастаясь по кругу, она окружала площадь со всех сторон, а рядом был построен небольшой загон со скотом, который принадлежал местной церкви.

Воздух пропитался дымом и страхом, огонь пожирал дома и сады один за другим, двигаясь в центр. На руках у мужчины плакал новорожденный ребенок, укутанный в плед, который был испачкан в крови.

– Августин, что же нам делать, нас убьют эти люди или же мы умрем от рук бога огня - рядом с колодцем стояла женщина, с платком на шее сизого цвета, ее белое хлопковое платье в районе таза тоже было в крови.

– Не плачь дорогая, я не дам этим людям забрать у меня вас! Я виноват в том, что они пришли за нами, я все исправлю – крепче сжимая ребенка, мужчина попятился к колодцу.

Из всего общего фона звуков были различимы крики и злобные возгласы, адресованы толи Августину, толи его жене, толи ребенку.

«Это порочное чрево. Дитя сатаны, убейте его!» - дисгармония звуков окончательно заполонило пространство вокруг.

Мужчины и женщины, вооружившись вилами, окружили маленькую семью, которая беззащитна и безоружна, пятилась все ближе к колодцу. Рядом в загоне бесновался скот, обезумевшие они вот-вот сломают забор и тут же вырвутся на свободу. Но бежать некуда, вероломный огонь, словно небожитель, окутал деревню в объятьях. Языки пламени, двигаясь все ближе, дразнили и провоцировали к действиям.

Августин Перегрин основался со своей беременной женой в Пьемонт совсем недавно, до этого им нигде не удавалось удержаться на одном месте дольше полу года, их либо прогоняли, либо они уходили сами. Причиной стала особенность Августина, она заставляла людей насторожиться, его называли промыслом дьявола и порочным ребенком сатаны.

Перегрин называл себя пророком, но в то время это считалось не преимуществом, а проклятием. Родившись таким, его родителей повесили на глазах у всей деревни. Маленького мальчика успела спасти его тетя, спрятав в повозке, которая перевозила упряжки, седла и стремя для лошадей. С возрастом мальчик мог предсказывать засуху и дождь, мог безошибочно определить болезнь человека, а также имел необычную способность «поглощать» предметы, тем самым собирать всю информацию о нем и хронологию жизни тех, кто касался их. В возрасте 45 лет, мужчина понял, что не стареет.

Вооруженные жители Пьемонта сгущали круг, подходя все ближе к колодцу. Их внимание отвлек нарастающий рев скота, который, уже вырвавшись из загона, разбежался в разные стороны. Но только не тонный бык, его налитые кровью глаза были устремлены на Августина и его мантию кроваво красного цвета. Наплевав на огонь и людей вокруг, тот рванул в сторону колодца. Люди разбежались, но Августин, не успев среагировать, смог лишь свободной рукой обхватить женщину и прижать к себе также сильно, как и ребенка. Бык с огромной силой ударил мужчину в спину и тот вместе со своей семьей упали в колодец.

После жители Пьемонт замуровали эту обитель, пока новое поколение не сделало из него достопримечательность.

***

– Ты приехала! – мальчик бросился на шею сестры и заключил ее в крепкие объятья.

– Как я могла пропустить такое шоу, тем более папа сказал, что ты ждал меня – девушка опустилась на колено, чтобы быть одного роста с мальчиком, обняв его в ответ.

– Я так скучал по тебе – мальчику не хватала женской нежности и заботы. Отец не может подарить то тепло, что могла дать ему мать или же старшая сестра.

– Я тоже, малыш, я тоже – подняв глаза на отца, после обняла и его.

– Как добралась? Могла предупредить, я бы встретил тебя – мужчина забрал чемодан у дочери, закрыл дверь за ней и отнес вещи в комнату сына.

– Все хорошо! Я хотела сделать сюрприз – внимательно разглядывая отца, трепала волосы мальчика, который продолжал обнимать ее.

– Пойдем скорее, я помогу тебе разобрать вещи – брат взял за руку девушку и повел ее в свою комнату.

Отец, продолжая стоять в коридоре, провел взглядом своих детей. На лице появилась еле заметная улыбка, теплое чувство прошлось по всему телу.

Когда семья пришла на ярмарку, Августин уже выходил на сцену. Площадь ярмарки наполнилась шумом и в воздухе перемешались хлопки и возгласы детей. Подойти ближе к сцене не представилось возможности, поэтому отец поднял мальчика не плечи, а дочь достала камеру телефона, чтобы запечатлеть выступление на память.

Безэмоциональное лицо мужчины никого не смутило, никто даже не заметил, что в этот раз волшебник не улыбается и не встречает зрителей вдохновляющей речью.

Глава 4

Впервые за четыре века появившись в этом месте, Августин решил сразу приступить к делу и продемонстрировать, то ради чего он стал тем, кем является. Вот только этот город имеет честь увидеть его в первоначально задуманном виде. Мужчина спустился со сцены в специально подготовленный загон для корриды. Махнув рукой, один из его помощников открыл калитку и выпустил быка. Растянув свою мантию, Августин закрыл ею свое тело, потряхивая, будто дразня. Животное готовилось напасть, стуча копытом по песку, и рывком направился в сторону Августина, ускоряя свой шаг с каждым метром. Фокусник не стремился убрать тряпку, продолжая закрывать ею свое тело.

От перевозбуждения у быка, казалось, идет дым из ноздрей, глаза налились кровью, готовясь нанести удар. Подбежав вплотную, он уже касался рогами в тела мужчины, который даже не шелохнулся, как, словно в мёд, погрузился в него. Вот только тело мужчины пропустило быка не как мягкая субстанция, а подобно измельчителю сожрал его, поглотив полностью, оставив только копыта. Капли крови остались лишь на мантии фокусника, стерильно.

Площадь в тот час вместо ликующих возгласов окрасилась звуками ужаса и криков. Дети начали плакать, хоть возможно они и не понимали, что произошло. Мужчина, держа на плечах сына, тут же спустил его на землю и выхватил телефон у дочери. Он видел, как кто-то снимал представление Перегрина и выложил в сеть, но там было все безобидно и фантастически. Бык проходил сквозь Августина, словно облако, оказываясь, покади фокусника. Сейчас же весь праздник превратился в кошмар. Ужас отражает не тот, кто велик и страшен, а тот, кто одержим ненавистью и местью.

Толпа ринулись к выходу, но из-за паники и давки люди падали, а толпа шла прямо по ним. Когда ужас рвется наружу, разум становится бессилен, как лопнувшая парашютная стропа, и люди продолжают падать. Какой-то ребенок сидел на высоком столике возле лавки с едой, звал маму, но женщину, которая тянула к нему руки, унесло потоком живой массы. Как будто в бурлящей воде проходя пороги из камней, толпа поглотила её с головой.

Мужчина, который пришел сюда с 9- летним сыном и 19-летней дочерью успел увести детей поодаль толпы. Он держал дочь за руку, но в другой руке он больше не ощущал маленькую ладошку.

– О, боже мой! Сынок, где ты! – от испуга у мужичины затряслись руки, дыхание сбилось, а глаза быстро забегали, ища в толпе красную футболку сына. Крепче прижав к себе дочь, он стал кричать и звать ребенка.

– Пап, мне страшно. Что происходит? – девочка в отличие от отца не в состоянии сдержать слезы страха.

Мужчина смог заметить красное пятно в толпе, маленького мальчика сносило волной людей в сторону сцены ближе к вагончику фокусника. Схватив свою дочь на руки, родитель ринулся сквозь толпу на помощь своему ребенку.

С большим трудом добравшись до края сцены, где уже виднелся злосчастный вагончик, что-то кроваво красное скользнуло за сценой пробираясь за временное убежище. Толпа людей уже утекла прочь с ярмарки, оставив после себя хаос, жертвы которого так и остались лежать, словно никому не нужны. Присев на колено, отец поцеловал дочь в лоб и наказал ждать на месте, а сам направился в след неизвестного. Зайдя за вагончик, мужчина увидел, как Августин Перегрин держит за руку мальчика и что-то ему внушает, не выдержав напряжение, отец подбежал к фокуснику и уже протянул руки к ребенку, как мужчина в мантии перегородил ему путь.

– Прошу не убивай моего сына, прошу. Можешь делать со мной что хочешь, но только не трогай детей. – родитель уже не в силах сдерживать поток эмоций разразился в плаче.

– Я не какой-то монстр, каким меня видят, я был таким же, как и все с небольшими особенностями. Подумаешь. У меня была семья, жена, которую я любил больше жизни и наследник, сын, который даже не успел узнать своего имени, но такие люди как ты забрали их у меня, посчитав меня опасным. – Августин, медленно отшагнув от мальчика, пристально смотрел на собеседника и эмоционально размахивал руками.

– Мне очень жаль, я понимаю боль утраты, моя жена умерла 8 лет назад. Скорбеть это нормально, но люди не все такие, поверь. Дай упокоиться душам твоей семьи. Развяжи этот узел и отпусти их! - мужчина взял за руку своего сына и крепко прижал к себе.

– Да что ты понимаешь, я 400 лет живу с этим чувством, ваши жизни как ничтожная часть времени. Жестокие и эгоистичные люди, которые не видят света вокруг себя! – Августин разразился в крике, его поглотила злость. Высказав свои мысли, он замолк, тяжело дыша.

Мальчик, который вцепился в руку отца, отпустил его и медленно подошел к фокуснику. Ребенок аккуратно заглянул в глаза Перегрина и потянул за край мантии. Августин отстранился и без эмоций посмотрел на него.

– Дядя, мы не все такие злые, как вы говорите. Мой папа самый добрый на свете, моя сестра тоже очень заботлива. И мама была. Люди помогают и любят друг друга, просто поверьте в них – мудрые не по годам слова мальчика тронули Августина. Повисла оглушающая тишина.

Августин, какое-то время пронзал взглядом собеседника, а после достал из-под мантии небольшую шкатулку с золоченым узором и открыл ее и взору открылся кладезь скорби и боли. В коробочке лежал клочок сизого платочка, которым обмотана маленькая косточка, будто бы ребенка. Будто расстроенный оркестр вместе с солеными ручьями Августин Перегрин разразился в плаче, дав воле эмоциям. Два разных человека из разных эпох, но с одинаковой горечью стояли друг напротив друга, и развязывали свои клубки накопившейся обиды и злости.

В объятьях разума

Глава 1

7:57

— Уходи! Хватай вещи и беги скорее, – голос мамы звучал так отдаленно, но очень громко. Она держала меня за плечи и пыталась вернуть к чувствам. — Зоя, прошу тебя, выйди на улицу вместе со всеми, я тебя догоню!

С книжного шкафа начали падать книги, в соседней квартире, через стену были слышны крики, за дверью началась суета. Мама стояла на коленях и кричала на меня, но я не двинулась с места.

— Зоя! Зоя! – слова уходили в пустоту.

Стекла в окнах начали лопаться. После... тьма.

— Зоя! – более грубый голос наконец-то вернул меня в сознание.

В комнате было жарко, солнечный свет протискивался сквозь щели в шторах. Я вытягиваю себя из ночных кошмаров каждое утро, и нахожу, что в пробуждении нет никакого облегчения. Раньше меня спасал горячий шоколад по утрам и крепкие объятья мамы, сейчас же все по-другому. Прошло 12 лет, а я всё ещё не могу нормально спать.

— Зоя, быстро вставай, опоздаешь в школу, а я тебя не повезу! – этот голос прозвучал как гром и шарахнул по голове с неимоверной силой.

Дорогая тетушка Шура, с ней и никакого будильника не потребуется. Ее громкому и низкому голосу сможет позавидовать любой командир в армии. Раньше она работала в компании по производству кашемира, где занимала одну из руководящих должностей, но предприятие закрыли из-за отсутствия поставок.

— Да иду я уже! – сквозь зубы я скрываю раздражение.

Накидываю футболку и джинсы, беру рюкзак и поспешно иду на кухню. Выйдя из комнаты, я почувствовала запах, напоминающий детства, запах блинчиков и травяного чая.

«Беги... беегииии»

— Душенька, как ты? Выглядишь уставшей, снова кошмары? Ты пьешь травяной настой, что я тебе давала? – в глазах тётушки горело волнение, при этом сквозь ее строгость ни одна морщинка на ее лице не дернулась. Она была помешана на народной медицине и считала, что травками и настоями можно вылечить все болезни мира.

— Да, да, все хорошо, я пью те травы, - киваю в знак подтверждения слов, но это ложь, они ужасно невкусные и к тому же ни черта не помогают. — Просто было слишком жарко ночью, не могла уснуть. – Не поднимая глаз от завтрака, отвечаю без явных эмоций. Это снова ложь, но ей знать это было не к чему, я сама с этим справлюсь. Мне не хотелось беспокоить ее, ведь и так на ее плечи взгромоздилась ответственность и забота за мной.

Доев горячий завтрак и попрощавшись с тётушкой, я вышла из квартиры. Спустившись с третьего этажа, можно понять, что это за дом. Очень старый 4-этажный дом, с деревянными окнами, подъезд в нем обшарпан и изрисован ненормативными словами и рисунками. Все квартиры этого дома в таком же состоянии, затхлые и мрачные. Я убедилась в этом, когда заходила в гости к соседу сверху за шуроповертом. Тихий ужас. Исключением является, как мне кажется, единственная квартира моей тетушки, самая чистая и уютная из всех. Она слишком скрупулезна, чтобы допустить такого состояния в своем родовом гнезде.

Смотрю на экран телефона, время 8:03, осталось 27 минут до начала уроков, мне требуется поторопиться. Путь от дома до школы пролегает через гаражи и местное кладбище, небольшое, очень мрачное, но не для меня. Я часто там задерживаюсь с утра перед занятиями, но сегодня не получиться.

Проходя мимо гаражей, мой телефон стал разрываться от сообщений. Соня, подумала я. Не сбивая темп, проверяю телефон. Это и правда была она.

«Где тебя носит? Мы договаривались встретиться перед школой заранее. Прошу поторопись, сегодня очень важный день!»

Последний день в стенах школы действительно важен, но для каждого он несет свой смысл. Для Сони это шанс показать себя в танцах на выпускном, покрасоваться, для меня же это день, когда я смогу начать новую историю, где люди не знают мое прошлое.

Школа так устроена, что в ней ты узнаешь то, что самое важное ты узнаешь не в ней. Нас учат думать самостоятельно, мыслить шире, при этом указывают как себя вести, где сидеть и что писать. И самые важные решения по итогу решаются за тебя.

Я написала быстрый ответ Сони и ускорила шаг.

8:27.

Соня стоит около школьных дверей, одета в короткую кожаную юбку и воздушную белую рубашку с кружевными манжетами, по ее виду можно сказать, что она злится.

— Зой, где тебя черти носят, мы же договорились. – ее тон был строгий, с нотками обиды.

— Прости, я проспала. И кстати я успела, еще три минуты до звонка. – по правде говоря, я не очень горела желанием спешить сегодня в школу, если бы не Соня, возможно я бы притворилась, что простудилась и не пошла бы вовсе. – Смогу ли я получить твое снисхождение – ехидно улыбаюсь, в надежде на ответную улыбку.

— Ой, да иди ты, на тебя невозможно обижаться. – подруга улыбнулась в ответ и хлопнула меня по плечу. — Пошли скорее в класс, пока Илья Алексеевич не пришел. Не знаю как ты, но я не хочу оставаться после уроков и мыть доску. – Соня схватила меня за руку и потащила за собой вовнутрь школы.

Единственный человек, которому я могу доверить все свои переживания, это Соня. В 5 классе из-за опоздания нас оставили после уроков убирать класс, это нас и сдружило. Я хотела ей рассказать, что кошмары вернулись, но расстраивать её я не хотела больше. Она много раз вытаскивала меня из этого состояния, но кошмары всегда возвращались. На этот раз я справлюсь сама!

Глава 2

8:33

Мы вбежали в класс, выдохнув с облегчением. Учителя в классе не было. Гул разговоров одноклассников затих, переведя внимание на нас, но быстро вернулись к своим сетованиям. Мы и Соней заняли последнюю парту возле окна. Волны тепла стучали в окна, как будто желая обжечь меня. Спустя 5 минут заходит наш учитель истории и тотчас в кабинете наступает гробовая тишина. Молодой человек лет 27 с короткой стрижкой и жёсткой щетиной. Внешне Илья Алексеевич божий одуванчик, но на самом деле, помешанный на контроле и дисциплине человек. Бывший военный как-никак. Все боялись его, ведь если нарушить тишину или позволить себе вольность, можно схлопотать двойку или внеочередную контрольную работу.

В школе я была изгоем и тихоней, поэтому на его уроках проблем не возникало. До 5 класса со мной даже никто не здоровался, настолько я была незаметна, но за общением и новыми знакомствами я не стремилась, мне было хорошо в своих мыслях, вместе с мамой. В 10 лет, у меня начались проблемы с успеваемостью, я опаздывала в школу, засыпала на уроках, оценки вовсе испортились. Кошмары начали посещать меня каждую ночь, они как липкая субстанция сковывала мои движения, заполонив все мои мысли. После очередного опоздания, уже приняв тот неизбежный факт провести вечер в школе, я была не одна. Ещё одна девочка зашла в кабинет и взяла в руки метлу, это была Соня.

— Эй, мы, похоже, единственные кто не сделал тот реферат по феодальной раздробленности, звучит то как. Эти даты, имена кому нужны они. Не думаю, что мне пригодится знать, как Иван 3 пошел на Новгород чтобы те не присоединились к Литве, вряд ли - она начала эмоционально говорить о сегодняшнем уроке.

Я, не обращая на нее внимания, продолжала мыть доску. Моя тетя Шура говорила, что я часто погружаюсь в себя, и вытащить меня может либо крепкий кофе, который стирал следы сна, либо громкий звук, либо крепкие объятья, но со временем я перестала понимать их смысл.

— Ау, ты меня слышишь? Я же с тобой разговариваю или ты немая? - с вопросом в глазах она таращилась на меня.

Своим высоким и пронзительным голоском она смогла достучаться до меня. Не поднимая глаз, я пошла на диалог.

— Просто я не привыкла, что со мной разговаривают, думала ты не со мной – голос был неуверен, как будто сейчас заплачу, но глаза были сухими.

— Ой, да брось, ты здесь видишь еще кого-то. Я вот не вижу. Ты всегда такая тихая. У тебя всё в порядке? – взгляд Сони был сочувствующим. Она смотрела прямо на меня, ища ответ в моих пустых глазах.

Раньше никто не спрашивал, как у меня дела, никому не было дела до моих мыслей. Только тетя Шура пыталась заботиться обо мне, но времени на это у нее было не много. В кабинете повисла тишина. Соня ждала ответа.

– Я в порядке – впервые за весь диалог, я посмотрела на Соню. Аккуратно сплетенная косичка свисала с плеча, а ее глаза внимательно изучали мои эмоции.

– Оно и видно. Тебе необходима компания. Я тебе помогу в этом, садись на уроках со мной, будем дружить! – Соня широко улыбнулась, и как ни в чем небывало, продолжила подметать кабинет.

­– Х..Хорошо – теперь искренняя улыбка появилась и на моем лице. Закончив разговор, мы продолжили убираться, но Соня не умолкала, рассуждая о системе образования.

Я верю, в вероятность добра, но также я верю, что зло это что-то неизбежное и фундаментальное. Предполагаю, благодаря вероятному добру от Сони, у меня в жизни появился человек, которому я смогла доверить свои темные тайны, рассказать про кошмары.

Глава 3

15:35

После школы мы с Соней разошлись по домам, и я все-таки решила задержаться на кладбище. Нет, я не какой-то гот, что любят эту мрачную обстановку. Я ненавижу кладбища всем сердцем, но тут моя мама, и я прихожу к ней в гости.

Самый крайний квадрат на пригорки мамина могилка, простая и очень маленькая, торчит лишь крест, который огорожен низкой оградкой. На что-то более стоящее и опрятное денег нет, а тетя не ходит сюда уже много лет, объясняя это тем, что не может смотреть на то, как ее сестры больше нет.

«Мне проще думать, что она уехала в Европу, и занимается своим делом, рисует картины и ходит на выставки» - так она говорит каждый раз, когда я задаю вопросы о маме. Конечно, проще не думать об этом и отнекиваться. Но я так не могу.

Каждый раз, проходя мимо всех надгробий, холодок пробегал по спине. Я плюхнулась прямо на землю возле креста матери, и, глядя на табличку с именем, воспоминания снова охватили меня. Сумбурные и такие мимолетные. Мамины руки, которые словно мягкое одеяло охватывали меня в объятья, кружили и похлопывали по голове. Мамин голос, который успокаивал меня, когда я потеряла свою любимую игрушку в парке во время прогулки. Губы, которые целовали меня в лоб каждый раз перед сном. После появлялись расплывчатые образы и глухие крики. Все как в тумане. Все как во сне.

«пип»

Этот звук вывел меня из размышлений. Сообщение от Сони.

«Помнишь Рому? Он со своими друзьями зовут нас прогуляться сегодня вечером. Пойдешь со мной? Пожа-а-алуйста)»

Сейчас не самое удачное время для новых знакомств, но Соня все уши прожужжала мне про этих парней из университета с 2 курса, куда мы поступаем в этом году и, если я не пойду, обреку себя на еще большее возмущение подруги. Неохотно набираю сообщение.

«Без единого желания. Но только если недолго, мне надо быть дома к 10 вечера.»

Ответ не заставил долго ждать

«Да, да, конечно. Спасибо дорогая, ты не пожалеешь»

Глеб, Ян, Рома и Денис. Студенты политехнического университета 2 курса, знакомые Сони. До сих пор не понимаю, как они начали общаться, но знаю только то, что она сохнет по Роме, вероятно вот и ответ. Рому она увидела на матче по волейболу. Нас всех загнали в спортзал, без выбора не приходить, где играли студенты 1 курса, среди игроков был и Рома. Высокого роста, с острыми чертами лица, спортивного телосложения. Для меня он слишком слащавый. Но Соня все не упускала момент познакомить меня с его другом Денисом. Ужасно. Я была не готова к новым знакомствам.

19:00

Мы встретились с Соней около школы. Там нас уже ждали ребята. Они хохотали и нас не замечали. Подойдя ближе, Рома крикнул всем остальным.

– Парни! Они уже пришли – после его слов все обернулись в нашу сторону.

Соня засеяла, увидев Рому. Она крепче схватила меня под руку и расплылась в улыбке.

– Ну что, куда пойдем? – Соня бросила взгляд на меня. Было не комфортно.

— Ребят, погнали на заброшку? - с неподдельным интересом спросил Денис.

— А это идея, расскажем девчонкам пару историй - ехидно засмеялся Глеб.

— Мальчики, вы вроде уже не дети, какая заброшка? - Соня, зная мою нелюбовь к таким местам, пыталась отговорить ребят, но все тщетно.

19:57

Проходя мимо пустых дворов, сгущающая пелена ночи закутывала в чувство тревоги, которая постепенно перерастала в страх, он же в свою очередь превратился в панику. Почему я не отказалась от этой затеи и не пошла домой, определенного ответа у меня не было. Я не могла бросить Соню одну, но мое чувство паники она уловила.

Подходя к злополучному заброшенному дому, который стоял особняком около леса, уйти уже не получилось, мальчики уговаривали нас, а Рома и Денис взяли нас под руки и повели в дом. Липкий страх проник так глубоко, парализовав тело. Мгновенье спустя Рома начал свой рассказ, правда, я знала эту историю, так как была ее участником и жила в этом доме.

— 11 лет назад, этот дом кипел жизнью, во дворе бегала малышня, а в доме, у одних играла музыка, у других были слышны звоны посуды. И вот одним летним днём, случилось необъяснимое, хотя люди говорят, что это утечка газа, ха-ха, что за глупость. Этот дом проклят, тут жил, а может и живёт до сих пор, злой дух женщины, которую повесили на перилах пятого этажа, за то, что она не шла на уступки и не продавала свою квартиру, поэтому ее дух решил выжить всех жителей этого места...

— Ром, прекрати... - обеспокоенная накаливанием ситуации Соня пыталась унять молодого человека.

— Да ладно тебе, Сонь, это всего лишь страшная история, у каждого подобного места она есть. - Денис оскалил зубы и посмотрел в нашу сторону

— Я, пожалуй, пойду домой - я, наконец, открыла рот, но глаза были опущены вниз.

— Нет, нет, оставайтесь, мы не долго - подключился Глеб, взяв меня за плечо, он толкнул вглубь дома.

В голове мысли кричали: «Нужно бежать!». Но тело не слушалось, да и при большей возможности, мне не справиться даже при помощи Сони с четырьмя крепкими парнями. Пришлось приять факт беспомощности и надеяться, что эта история закончиться хорошо. Хотя бы в этот раз.

Глава 4

Собственная паника, которая отразилась в глазах подруги, возросла не в геометрической, а в какой-то небывалой, не поддающейся математическому закону, прогрессии. Зачем я согласилась на это, сейчас бы сидела дома и прекрасно провела вечер в обществе собственных мыслей.

Роман не переставал рассказывать историю. Ситуация накаливалась, глаза парней будто горели голодом и желанием.

Поднявшись на пятый этаж, мои глаза поймали образ двери с номером 33, номер маминой квартиры. Глеб открыл дверь в квартиру, и меня будто перенесло обратно в детство. Я знала, что произойдет что-то плохое, надо убегать отсюда, но эти уроды не позволят, так же держа меня и Соню под руки Рома и Денис затащили нас в квартиру.

Дверь захлопнулась за нашими спинами. От резкого звука все обернулись, на сквозняк было не похоже, воспоминания поглотили разум. Выпутавшись из оков, Соня схватила меня за плечи и пыталась привести в чувства, успокоить и попытаться уйти отсюда. Ян и Глеб разразились в хохоте, а Глеб с Ромой пытались открыть дверь, но тщетно.

Пол под ногами начал дрожать, как будто дом оживает. В соседней квартире через стену доносились крики, а за дверью началась какая-то суета, будто бы толпа людей выбегают на улицу, но это все иллюзия, это все тот демон или древнее проклятье, которое забрало мою мать и сейчас заберет меня. Я онемела от страха и не могла пошевелиться. Соня мне что-то кричит, но я не понимаю ее слов.

Парни в панике пытались открыть дверь и покинуть дом, но безуспешно. По итогу Ян решил выпрыгнуть из окна, но учитывая, что это пятый этаж, сомневаюсь, что у него получилось удачно приземлиться. Он же не кошка. Денис, начал кричать, и казалось, плакать. Он сел возле двери и накрыл голову руками. Рядом стоящий платиной шкаф от тряски рухнул прямо на парня и крик прекратился. Двое оставшихся молодых людей ринулись за Яном в надежде на другой исход. Как глупо...я просто стояла и смотрела как Соня кричала и трясла меня.

— Зоя... Очнись же...Беги...беегииии. - до меня донеслись слова подруги.

Стекла в окнах начали лопаться. Потолок начал сыпаться, как будто небо обрушилось на голову. После тьма.

– Отзовись! – мягкий мужской голос звучал очень отдаленно, но так маняще.

Я очнулась и поняла, что оказалась заложником, метала и бетона. Тело меня не слушало, маленьким комочком я лежала под грудой обломков боясь дышать. Голос продолжает доноситься откуда-то сверху. Вероятно, это кто-то из тех парней, неужели кто-то выжил. Понимая, что это последний шанс на спасения из последних сил вырываю из себя несвязные слова, походящий на хриплый крик.

Через некоторое время бетонный заслон начал подниматься, аккуратными движениями мужские руки поднимали обломок за обломком. Освободив меня, мужчина подал руку.

– Ты слышишь меня? Можешь встать? – хозяин того манящего голоса оказался крепкий мужчина средних лет в защитном костюме МЧС. Я не видела его лица.

– Да. Вроде да. – Мои глаза округлились, что-то с моим голосом. Он звучит иначе. Тоньше и выше чем обычно, прямо как у ребенка.

При попытке встать, мои ноги не слушались, как будто не пару часов, а несколько дней я лежала под этими обломками. Как же странно я себя чувствую. Все нереальное, как в тумане, но боль что я ощущаю вполне настоящая.

– Ничего, мы тебя отвезем в больницу! – с заботой, он подхватил меня на руки и направился на улицу.

– Стойте, где моя подруга? Где Соня? Что случилось с теми ребятами?

– Я не знаю, про кого ты говоришь, все люди успели выйти вовремя, кроме вас. – добрые глаза спасателя отражало непонимание и волнение.

Вас. Про кого он говорит. В моем виде явно была заметна тревожность. Спасатель вышел на улицу со мной на руках и посадил возле машины скорой помощи, ко мне тут же подбежали два медбрата.

– Кого вы имеете в виду? Эй! – я в надежде получить конкретный ответ, вопросительно смотрю на мужчину.

– Мне очень жаль, девочка, Мы не смогли ее достать вовремя...Утечка газа произошла очень неожиданно. – опустив взгляд он, виновато вздыхая и не сказав ничего больше, отходит к машине МЧС.

Он сказал про Соню, она умерла? Нет, не может этого быть. Все из-за меня. Что происходит, черт возьми. Непонимание и растерянность убивает меня. Ко мне подходит женщина, с очень знакомым лицом. Это наша соседка, мамина подруга, но она же уехала к сыну на юг. Почти все жители того дома уехали в другие города. Что она тут делает?

– Зоя, девочка моя, мне так жаль! Мои соболезнования. Твоя мама была замечательным человеком. – хриплый голос женщины доносится до меня с ударной волной. И каждое последующее ускользало от меня.

Мама?..

И тут обухом минутное понимание приходит ко мне. Звук лопающего стекла, крик мамы и оглушающий взрыв.

7:58

Это всё была иллюзия!