В чаще леса

Глава 1

Прошла неделя. Боголеп и Ярослав едут по лесной тропе, сидя в телеге. Они везут что-то огромное, накрытое одеялом. Внезапно из леса с разных сторон выбегают люди в лохмотьях со старыми пищалями, арбалетами и саблями. Они окружили героев и нацелились из своего оружия.

— Стоять! — крикнул один из них. — Если двинетесь, то получите пулю в лоб!

— А вы попадёте? — усмехнулся Ярослав.

— Очень смешно, паскуда. Слезайте с телеги!

Ярослав и Боголеп медленно встали и спрыгнули. Грабители подошли ближе и взяли героев под прицел. Тот грабитель, который первым заговорил, подошёл к телеге, развернул одеяло и крикнул:

— Твою мать! Это что?

— Это боровик! — ответил Ярослав.

Под одеялом было огромное существо, похожее на медведя без хвоста, с длинными, загнутыми когтями. Его шерсть была покрыта мхом и кровью.

— Какого чёрта? — крикнул грабитель. — Вы что, охотники на чудовищ?

— Нет, мы просто люди, которым повезло убить этого огромного зверя, — усмехнулся Ярослав. — Чёрт, конечно мы охотники на чудовищ, идиот.

— Отлично! Разворачивайте карманы.

— Нет.

— Что?

— Мы не будем.

— Жить надоело?

— Если вам, то да.

Когда один из грабителей ткнул Боголепа пищалью в голову, тот достал кинжал из-за пояса, повернулся назад и отрезал тому грабителю обе руки так быстро, что он заметил это, только когда кровь полилась струёй. Грабитель заорал, но Боголеп вспорол ему горло, затем зарубил других двоих, которые стояли рядом. Ярослав достал свой нож, убил стоящего рядом грабителя ударом в шею и уже собирался убить следующего, но тут этот разговорчивый грабитель оглушил его, ударив по лицу пищалью, прижал к телеге и принялся душить этой же пищалью; он не смог ничего сделать. Ярослав мельком посмотрел на Боголепа, который уже шёл к нему, но вдруг упал на одно колено, опустив голову.

— Боголеп… — прохрипел Ярослав, пытаясь бороться с грабителем, который был на удивление силён. — Помоги…

Ярослав не мог сопротивляться этому грабителю, который казался хилым. Он уже начал терять сознание, как вдруг Боголеп встал, схватил грабителя за волосы на затылке и стал бить его лицо об телегу, пока оно не превратилось в месиво. Он отпустил грабителя, который упал без признаков жизни.

— Что с тобой? — спросил Ярослав, тяжело дыша. — Ты будто отключился.

— Всё нормально… — сказал Боголеп, облокотившись на телегу. — Поехали уже… Нас староста ждёт…

— С тобой точно всё нормально?

— Да, поехали.

Боголеп медленно залез на телегу и взял поводья. Ярослав, увидев что-то блестящее на шее грабителя, присел на корточки и раскрыл его воротник. Это был медальон, на котором было нарисовано три меча. Когда Боголеп крикнул: «Поехали!», он накрыл боровика одеялом, вытер кровь с губ, потёр шею, сел рядом с Боголепом, и они поехали.

— Посмотри, — сказал Ярослав, протянув Боголепу медальон. — Знаешь, что это?

Боголеп рассмотрел рисунок медальона и сказал:

— Нет. Не знаю.

Когда Боголеп взял его в правую руку и понюхал, он сказал:

— Пахнет гнилыми деревьями. Странно…

— Что будем с этим делать?

— Ничего. Его нужно либо выбросить, либо продать.

Боголеп отдал медальон Ярославу, и они отправились дальше. Через некоторое время герои доехали до небольшого лесного города Мироград. Когда они въехали, их встретили местные жители, которые были безумно рады их возвращению. Герои остановились у дома старосты, который вышел с улыбкой.

— О Велегор милостивый! — вскрикнул староста, подойдя к телеге. — Я молился за вас!

— Похоже, молитвы были услышаны! — крикнул Ярослав, спрыгнув с телеги. — Вот ваше чудовище!

Ярослав раскрыл одеяло. Все жители, включая старосту, громко ахнули при виде боровика. Боголеп медленно слез с телеги и, слегка пошатываясь, подошёл к старосте.

— Двадцать ауронов, — сказал Боголеп, протянув руку.

— Да, конечно! — сказал староста, достав из кармана мешочек с золотыми монетами и отдав его Боголепу. — Мы хотим отметить это, вы останетесь?

— Мы с радостью… — начал Ярослав.

— Нет, мы едем, — перебил Боголеп.

— Что? Мы едем?

— Да, нам нужно в Медвежий Угол, — Боголеп развернул мешок и стал пересчитывать монеты.

— Нам нужно в Медвежий Угол? Неужели?

— Да.

— Вот прямо так сильно нам нужно?

— Да.

— Ты точно уверен?

— Точно. Так, здесь не хватает пяти ауронов.

— Что? — спросил староста.

— Здесь не хватает пяти ауронов.

— Но как так? Я же всё пересчитал! — староста начал рыться у себя в карманах и достал пять ауронов. — Похоже, они выпали.

— Неважно, — Боголеп взял деньги и, вывалив тушу чудовища на землю, сел в телегу. — Ярослав, садись!

Громко и тяжело вздохнув, Ярослав с кислым лицом сел в телегу, с тоской смотря на жителей, которые собирались праздновать. Боголеп дёрнул поводьями, лошади тронулись с места, и герои выехали из города. Чтобы добраться до Медвежьего Угла, нужно было ехать по дороге в густом лесу, которая проходила через деревню Грибное. Когда герои уже заехали в самую глубь леса, всё вокруг стало тёмным и мрачным. Боголеп не узнавал места, по которым пробирался раньше. Стоял сильный запах гнилых деревьев. Всё так же, но деревья были полностью чёрные, без единого листочка, а трава и вовсе была серой.

— Что здесь произошло? — спросил Ярослав, крутя головой по сторонам. — Так всё и было?

— Нет, — ответил Боголеп. — Раньше здесь было лучше. Гораздо лучше.

— Что могло произойти?

— Не знаю…

Проехав дальше, из леса на них выскочила группа вооружённых людей в лохмотьях.

— Они похожи на тех, что были по пути в Мироград, — заметил Ярослав. — А как у них получилось спрятаться в этом лесу?

— Спроси у них, — ответил Боголеп.

Люди подошли, один из них крикнул: «Стоять!», и телега остановилась.

— Слезайте! — крикнул тот грабитель.

Боголеп попытался встать, но тут же рухнул обратно. Сил в ногах не хватало.

— Нет, — сказал Боголеп.

— Что? — вскрикнул грабитель. — Я сказал: слезайте!

— Нет.

— Почему?

— Не хотим.

Ярослав с удивлением и лёгкой улыбкой смотрел то на Боголепа, то на грабителя.

— В чём дело? — тихо спросил Ярослав.

— Слезайте, а не то мы пустим по пуле в ваши головы! — яростно крикнул грабитель, направив на героев пищаль.

— На хер пошёл! — крикнул Боголеп.

— Что? Ты как со мной разговариваешь?

— Как с мелким бандитом, который тайком пробирается в хлева и трахает свиней, ведь даже самая последняя шмара даёт тебе деньги, лишь бы ты отвалил от неё!

Ярослав вдруг стал давиться очень громким смехом, пока грабитель закипал от злости.

— Да я сейчас тебя… — промямлил про себя грабитель, подойдя к телеге и замахнувшись пищалью.

Когда грабитель ударил, Боголеп схватил пищаль правой рукой, дрожащей рукой поднял её вместе с грабителем, взял его за горло левой рукой и свернул ему шею. Когда тело предводителя упало в ноги Боголепу, другие грабители запаниковали, и Ярослав, взяв пищаль из руки Боголепа, выстрелом убил первого, скинул пищаль и, достав пистоль из-за пояса, убил второго. Оставшиеся двое были с мечом и саблей, поэтому они ринулись к телам своих товарищей, чтобы взять их пищали, но Ярослав спрыгнул с телеги, подбежал к первому, достав саблю, и ударил его по спине. Грабитель закричал. «Паскуда! Мразь! О Ярогор, как же больно!» — кричал он. Ярослав поднял саблю и отрубил ему голову. Второй грабитель взял пищаль и прицелился в Ярослава, но тут раздался выстрел, и он упал замертво. Это выстрелил Боголеп. Скинув тело самого предводителя с телеги, Боголеп с тяжёлым вздохом взялся за левую ногу.

— Что с тобой? — спросил Ярослав, вытерев кровь с лезвия сабли.

— Ничего… — ответил Боголеп, тяжело дыша.

— Ну уж нет! Ты всю эту неделю выглядишь очень хреново! Ты бледный как кора берёзы! Что, на хрен, творится, Боголеп?

Боголеп очень тяжело вздохнул и сказал:

— Там, в пещере, когда я отбивался от этих тварей, одна из них меня укусила.

— Твою мать… — сказал Ярослав, убрав саблю.

— Да. Укус на ноге, а снимать сапог и закатывать штанину я не хочу.

— О Ярогор! Твою мать! Чёрт! — Ярослав взялся за голову и стал ходить кругами. — И сколько… тебе осталось?

— Неделя… Может, две, может, месяц.

— Вот зараза… И что дальше?

— Ничего. Будем дальше делать свою работу.

— А лекарства нет никакого?

— Нет. Так мой товарищ умер. Слёг через неделю, которую постоянно мучился. В боях, которых тогда было немерено, он был бесполезен. Постоянно терял сознание. За всё это время он становился всё бледнее и бледнее, его глаза буквально тускнели. В какой-то момент он просто упал и больше не поднимался. Ужасная смерть.

Ярослав остановился и спросил:

— И что нам теперь делать? Лекарства нет?

— Нет лекарства, — ответил Боголеп. — Я не хочу умирать лицом в грязи. Либо в бою, либо в тёплой постели с пониманием того, что меня запомнили как героя.

— Значит, так и будет… — Ярослав подошёл к телу одного из грабителей и со всей силы пнул его. — Сука!

На шее мертвеца Ярослав увидел какой-то медальон. Он сорвал его с шеи грабителя и увидел точно такой же, какой был у грабителей по пути в Мироград.

— У них такие же медальоны, — сказал Ярослав.

— Странно… — сказал Боголеп.

Ярослав убрал медальон в свой карман, сел в телегу и сказал: «Поехали».

Телега тронулась, и герои отправились дальше. Через пару часов пути они наконец добрались до Грибного. Герои въехали в полуразрушенную деревушку, которая напоминала уже давно заброшенную. Некогда хорошо сконструированные и уютные дома превратились в ужасные халупы. Люди были грязные и измученные. Их бледная кожа, красные глаза, худые тела и дёрганые, неловкие движения говорили об их страшном изнеможении. Они с удивлением смотрели на Боголепа и Ярослава. Когда герои остановились у разрушенного дома старосты, местные жители собрались вокруг них и, не шевелясь, стали пялиться на них.

— Как статуи, — тихо сказал Ярослав Боголепу.

Из дома вышел ужасно худой мужчина с длинными седыми волосами и бородой. Помимо внешности, которая не отличалась от других жителей, на нём была коричневая рубаха, которая когда-то была белой, порты, босые ноги и какие-то мятые железные пластины, привязанные к ногам, рукам и туловищу верёвкой, будто самодельные доспехи.

— Кто такие? — крикнул мужчина скрипучим голосом.

— Мы — обычные путники, — ответил Ярослав. — Мы едем в Медвежий Угол, а остановились мы…

— Езжайте отсюда! — перебил мужчина. — Живо валите в свой Медвежий Угол!

— Как-то не очень-то гостеприимно с вашей стороны.

— Гостеприимство ищите в Медвежьем Углу! Валите!

— Хорошо, мы уезжаем, — сказал Боголеп.

Телега тронулась, и герои проехали мимо мужчины, который вдруг крикнул: «Стойте!»

Герои остановились, и мужчина подбежал к телеге и спросил:

— Это кровь боровика?

— Да, — сказал Ярослав, смотря на мужчину через плечо.

— Вы охотники?

— Ну да.

После слов Ярослава мужчина улыбнулся, продемонстрировав свои грязные гнилые зубы.

— Если охотники, то вы можете и задержаться, — сказал мужчина, подойдя ближе к героям. — Наш лес, как вы уже заметили, увядает. В этом виновата ведьма. Она обитает где-то там. Ночью приходит к нам и устраивает пир.

— Звучит неплохо, — усмехнулся Ярослав.

— Только звучит. Еда вкусная, но нам от неё только хуже. Нас манит к ней, и мы буквально заталкиваем её в рот, но когда пир заканчивается, мы начинаем страдать от ужасной боли в животе, которая перерастает в боль во всём теле! Помогите нам!

— Нам некогда, — сказал Боголеп и дёрнул поводьями.

Ярослав пихнул Боголепа в руку локтём и тихо сказал:

— Ты чего? Помнишь, ты говорил, что хочешь в бою умереть? Так, может, это тот самый момент?

— Нам надо в Медвежий Угол, — сказал Боголеп.

— Зачем? Ты так и не объяснил.

— Перед охотой на боровика к нам подходил мужчина и говорил, что нужна помощь в Медвежьем Углу, там завелось чудовище. Ты не помнишь?

— Нет. Я тогда пьяный был. Так представь: если ты попытаешься убить ведьму, то ты умрёшь как истинный герой, а если уедешь и убьёшь чудовище в Медвежьем Углу, то ты умрёшь как показушник вроде Роланда Броксона.

Боголеп задумался и через пару секунд крикнул:

— Староста! Когда она приходит?

— Вечером, когда солнце уже почти опустилось.

Ярослав взглянул на пасмурное серое небо и сказал:

— Будет трудно дождаться…

— Растопи печь или что у тебя там есть, — сказал Боголеп.

— Понял, — сказал мужчина.

Когда уже стало темнеть, в деревне стал слышен свист — мелодия, похожая на колыбельную. На главной дороге, будто из ниоткуда, появился силуэт женщины в плаще с капюшоном, который закрывал лицо, и в платье. Она медленно двигалась к дому старосты. Жители стояли статуями и пялились на неё. Подойдя к двери дома, она прекратила свистеть и постучала в дверь. Через пару минут дверь распахнулась, и женщина испуганно вздохнула, когда увидела, что староста бросил в неё раскалённые угли прямо в лицо. Она громко закричала и упала на землю, схватившись за лицо. Женщина стянула капюшон, показывая своё лицо, которое засияло фиолетовым светом. Из дома вышел Боголеп с раскалённым в огне мечом в правой руке, занёс его над головой. «Нет! Не надо!» — кричала женщина, протягивая правую руку Боголепу. Он немного замешкался, а потом нанёс удар, отрубив ей голову и два пальца на левой руке, которой она держалась за лицо. Ярослав вышел из дома и сказал:

— Было жутко и быстро.

— Зато покончили с этим, и всё, — сказал Боголеп. — Я когда-то очень давно сталкивался с одной. Она такой ужас устроила.

Тут из земли вылезли тёмные корни, которые за несколько секунд обвязали Боголепа и поставили его на колени. Корни так сильно сжали его правую руку, что она непроизвольно разжалась, и меч упал на землю. Корни обвязали меч и затащили его под землю. Ярослав успел только взяться за рукоять сабли, как его тоже связали и поставили на колени. Староста закричал и закрыл дверь, оставшись в доме. Тело ведьмы растворилось, а повсюду стал слышен громкий женский смех. Боголеп и Ярослав стали крутить головами, чтобы понять, откуда смех, и увидели, как к ним идёт та же ведьма.

— Как же на это было больно и жутко смотреть! — сквозь громкий смех крикнула ведьма. — А если бы я лично постучалась в дверь? Ужас…

Ведьма подошла к Боголепу и нагнулась, сравняв своё лицо с его лицом.

— Так значит, это ты — охотник, который убил моего братца, — сказала она, погладив щёку Боголепа правой рукой. — Должна признать, то, как ты это сделал, — очень глупо. Ты пёр на огромного волка с мечом! Ты либо очень храбрый и сильный, либо очень глупый и самоуверенный.

— Твою мать… — сказал Боголеп, тяжело выдохнув. — Ты устроила весь этот хаос из-за мести?

— Нет. Этот хаос даёт мне силу, а твоё появление — просто небольшой подарок.

— Какая радость-то.

— Я бы не стала радоваться.

Ведьма повернула голову в сторону дома старосты, выпрямилась и крикнула:

— Ты хотел убить меня, старик? Мой черёд.

Тут из-под земли вылезли гигантские корни, которые обхватили дом, внутри которого очень громко вопил мужчина. Корни сжались, и за считанные минуты дом превратился в груду разрушенных досок. Крик мужчины стих, а корни спустились обратно. Из-под досок стала медленно сочиться тёмная кровь. Ярослав смотрел на это с широко открытыми глазами, Боголеп — с искажённым от злости и удивления лицом, а жители — всё с таким же безразличием.

— Так… — вдруг сказала ведьма. — О чём это я… А, охотник и его любовничек!

— Что? — крикнул Ярослав. — «Любовничек»? Ты серьёзно?

— Из всего, что сейчас произошло, тебя только это зацепило?

— Смерти наступают всегда — это грустно и печально, но слухи-то доходят до живых!

— Ярослав! — крикнул Боголеп. — Завали хлебало, мать твою!

— Сам завали!

— Ты что, умом тронулся?

— Нет, я-то как раз в здравом уме, в отличие от тебя!

— Что?

— Ты ведь от яда подыхаешь, и он, возможно, до мозгов добрался! Поэтому на хер пошёл!

— Сам на хер пошёл!

— Нет, ты!

— Нет, ты!

— Так! — крикнула ведьма. — Что за херня здесь происходит? Я вас убить, вообще-то, собираюсь!

— И что? — возмутился Ярослав. — Это даёт ему право охреневать?

— Это я-то охренел! — крикнул Боголеп. — На хер пошёл, паскуда!

— Сам на хер пошёл!

Тут Боголеп резко скинул корни и набросился на ведьму. Всё это время он пилил корни кинжалом, и Ярослав это видел. Боголеп замахнулся правой рукой, в которой был кинжал, но вдруг в него на большой скорости влетел один из жителей. Он ударил Боголепа головой в живот, отчего послышался очень громкий хруст его шеи. Боголеп отбросил его на несколько метров, и тот влетел в дерево, но за считанные минуты на охотника уже побежала небольшая часть всех жителей, которые врезались в него, хватали и кусали его, били своими тонкими руками. Боголеп рухнул на землю под натиском жителей, которые навалились на него. Ведьма как стояла, так и стоит с надменной улыбкой на лице. Пока Боголеп отбивался от разъярённых селян, Ярослав освободился с помощью кинжала в сапоге, подкрался сзади к ведьме и пырнул её в правый бок. Корни схватили его и прижали к земле, пока ведьма держалась за бок, который вдруг засиял, и рана затянулась. Ярослав стал резать корни, которые медленно затягивали его под землю. Боголеп, увидев, что его друг в опасности, растолкал этих людей в стороны, метнулся к ведьме и изо всех сил ударил её кулаком в лицо. Она отлетела на семь метров и, ударившись об стену одного из домов, упала на землю лицом вниз. В это же мгновение Боголепа пронзили тысячи острых корней. Корни, затягивающие Ярослава, замерли. Ведьма встала, вытерла струящуюся кровь с обезображенного лица, подошла к Боголепу и сказала:

— Это было очень больно… — лицо ведьмы вмиг восстановилось.

Корни, пронзившие Боголепа, стали шевелиться, вызывая острую и жгучую боль у него. Боголеп пытался кричать, но корни проткнули его лёгкие.

— Что ж, это всё мне надоело, — сказала ведьма. — Все умрут.

Тысячи корней вылезли из-под земли, обхватили и разорвали всех местных жителей и сравняли всю деревню с землёй.

— Мне бы тебя тоже разорвать, но лучше будет, если ты истечёшь кровью, — сказала ведьма, погладив щёку Боголепа.

Лицо Боголепа ужасно исказилось от ярости.

— Я тебя убью… — прохрипел он. — Я вернусь с того света, выдавлю тебе глаза и растопчу твою голову…

— Удачи, — усмехнулась ведьма, после чего корни вышли из тела Боголепа и спрятались под землю.

Боголеп рухнул на землю лицом вниз. Ярослав пытался что-то сделать, но корни только сильнее стягивали его руки и ноги. Ведьма подошла к нему и спросила:

— Как дела, охотник?

— Да пошла ты на хер, паскуда драная! — крикнул Ярослав. — Чтоб тебя черти по кругу пустили! Чтоб тебя Ярогор, на хрен, молнией убил! Чтоб тебя на куски разрубили и закопали каждую часть отдельно!

— Видимо, плохо… — ведьма широко улыбнулась.

— Иди в жопу, шмара драная!

— Спасибо, но нет.

Корни, связывающие Ярослава, стали сильнее стягиваться. Ярослав кричал от дикой боли. И когда он уже думал, что это его конец, он увидел, что тело Боголепа пропало. Осталась только лужа крови. Вдруг за спиной ведьмы появился Боголеп с обезумевшим от злости лицом. Он схватил ведьму за голову, поднял над собой и принялся выдавливать ей глаза. Ведьма громко заревела, и Боголеп разорвал её голову голыми руками. Воцарилась мёртвая тишина. Корни отпустили Ярослава, когда тело ведьмы с кашей вместо головы упало на землю. Боголеп снял свои перчатки, которые были в крови и мозгах, и кинул их на тело.

— Боголеп? — спросил Ярослав, с трудом встав с земли. — Как ты выжил?

— Я не выжил, — спокойно ответил Боголеп.

— Это как?

— Боги реальны. Они меня вернули.

— Чёрт возьми…

— Да.

— А как там всё выглядит?

— Как во дворце у богача.

— А боги как выглядят?

— Я видел только Велегора. Он показался как человек, но у богов много форм. Они же боги.

— Ну да… А ты больше не умираешь?

— Вроде нет.

— Ну… что дальше?

Боголеп осмотрелся и, увидев весь этот погром, ответил:

— Поедем в Медвежий Угол. По пути, вроде, таверна есть.

— Придётся идти пешком, — сказал Ярослав. — Лошадей корни разорвали.

Боголеп посмотрел туда, где оставил телегу, и увидел то, что осталось от лошадей и самой телеги.

— Вот сука… — прорычал Боголеп. — Значит, пешком.

— Твою мать… — выдохнул Ярослав. — Сегодня просто безумный день.

— Да… Это ещё очень мягко сказано…

Боголеп и Ярослав, пошатываясь, прошли к главной тропе и направились вдаль.