Упыри победили.

Глава 1

Рука с трудом сжимала окровавленный меч, кольчуга богатыря была разорвана в клочья. Голодные твари уже поедали сырую плоть его коня, который ещё дёргался в агонии. Лишь со спины они были похожи на людей, а когда поворачивались лицом, то хорошо было видно, что вместо лиц у них клыкастые морды. Эти морды не были способны на какую-то мимику, они были неподвижны, как лик мертвеца. Богатырь уже срубил пять отвратительных голов, но сам был изранен, и, самое страшное – покусан. Меч опустился, но жизнь ещё бурлила в жилах русского воина, и упыри знали, что он ещё может поднять своё оружие для удара, а потому наступать не спешили.

- На что ты надеешься, витязь? – спросил его один из упырей. Этот и одет вроде был поприличнее, помыт и причёсан, видимо, главный в клане.

- Вам не победить, - сквозь зубы молвил богатырь.

- Разве? Оглянись вокруг. Все, кто бились с тобой плечом к плечу – погибли. Твоё дело безнадёжно. Держава заполнена нами, мы уже повсюду.

- Даже если бы я остался один человек на земле, я бы всё равно продолжал сражаться против вашего отребья.

- Почему? Чего ради?

- Тебе не понять, кровосос.

- Ну хорошо, так и быть. У меня есть ещё немного магии, я покажу тебе будущее твой страны.

Упырь достал какой-то порошок из складки своих лохмотьев и тут же распылил его в воздухе. Богатырь почувствовал запах муската, а в следующее мгновение реальность растворилась. Повсюду выросли многоэтажки, асфальтированные дороги, по которым ехали металлические повозки на жидком топливе. Но вот вдали показался близкий сердцу облик – православный храм. Богатырь невольно побрёл к нему, при этом он быстро понял, что его никто вокруг не видит и не слышит, будто бы он был призраком. Возле храма, прислонившись к стене, плакала маленькая девочка, казалось, такой пронзительный плач вызвал бы сочувствие даже в самом чёрством сердце. Но все проходили мимо, не обращая внимания. Подошёл один плешивый, в пиджаке, с чемоданчиком, спросил:

- Ты за кого плачешь девочка, за власть или за оппозицию?

- За оппозицию, - зарыдал ребёнок.

- Фу, гадкий ребёнок.

И отвернулся, и пошёл дальше, прямо к храму. Убедившись, что ребёнку он помочь не сможет, богатырь решил направиться в храм. Прямо у входа просили милостыню нищие. Одна старушка, судя по всему, устав стоять на коленях, собралась уходить. Возле угла её подловил лысый паренёк в спортивных штанах и куртке. Бабка остановилась возле него и стала отдавать все выпрошенные ей за день деньги.

- А это что, бабка? – парень залез к ней в карман и достал оттуда сторублёвую купюру, - закрысить решила?

- Ты что, милый, я забыла просто про неё.

- Забыла? Смотри у меня. И чего вам только не хватает? Кормишь вас, поишь, а вы ещё бабки тырите. Ещё раз так забудешь, останешься без пенсии.

У богатыря закружилась голова, и он бросился в проулок. Но здесь он тут же наткнулся на трёх здоровых злобных хлопцев, которые избивали ногами четвёртого, лежащего на земле. Били яростно, с куражом, с матом, с плевками. Внезапно появилось четверо сотрудников полиции в форме, схватили этих троих, стали оттаскивать.

- Вы чего? – возмутился один, - свои.

И достал удостоверение. Полицейские взглянули на удостоверение, убедились, что те в штатском тоже свои, и присоединились к избиению. Всемером они ещё немного попинали несчастного, а потом один не удержался, вцепился ему зубами в шею и начал пить кровь. Клыки, бледная кожа, пустые глаза. Так это же упырь! Богатырь инстинктивно ринулся в бой, позабыв о том, что он всего лишь призрак. Он не смог схватить супостата, руки прошли насквозь через тело, слово через мираж. В отчаянии богатырь бегом побежал в единственное, как ему казалось, чистое место в этом мире – в храм. Здесь довольно объёмный священник читал молитву на вроде бы знакомом языке. "Господи помилуй, господи помилуй!". А прихожане в это время резали себе руки и сливали в чашу кровь. Затем священник взял эту чашу обеими руками и с видом довольного кота, дорвавшегося до сметаны, осушил.

Богатырь в ужасе выскочил на улицу. Неужели в этом мире не осталось ничего святого? С огромных экранов бледные лица в пиджаках и галстуках рассказывали про какие-то цифры, про возросший уровень чего-то там, про улучшенные экономические показатели. Возле экранов стояла толпа нищих, голодных людей и заворожённо слушала каждое слово. Вдруг какой-то сумасшедший выскочил из толпы и громко заговорил:

- Люди, опомнитесь! Нам лгут в каждом слове, нас лишили последних свобод. Каждый день власть принимает новые запрещающие законы. Нас лишили права выбора, а наши товарищи, которые хотели хоть немного сделать вашу жизнь лучше – сидят за решёткой.

- Иностранный агент, - зашептались в толпе. Тревожный ропот всё усиливался среди людей, пока не появились двое полицейских в касках и с дубинками.

- Так, гражданин, нарушаем?

- Это вы нарушаете, вы – преступники! – бросил им в лицо смутьян.

- О, да здесь настоящий шпион. Ты чего, не слышал про запрет публично собираться.

Не успел бедолага им ответить, как дубинки стали энергично обхаживать его по туловищу и голове. Несчастного быстро избили, скрутили и утащили – как будто его и не было. А собравшиеся продолжили с отупением смотреть на экран. Там говорили, что на самом деле все страны вокруг – их враги, что иностранные агенты повсюду хотят всех захватить и поработить, что никакой хорошей жизни за границей нет. Да, там сытно едят и хорошо зарабатывают, но ведь у них нет главного – духовности.

Богатырь совсем опустил голову. Повсюду он видел бледные клыкастые морды, только теперь они были одеты в пиджаки и галстуки или в полицейскую форму. Простые люди молились, трудились, рожали детей, а в это время упыри собирали с них кровь и, довольно причмокивая, пили её из широких бокалов. Даже в церкви служили теперь кровососы, которые тоже убеждали всех, что кругом враги. И пока люди верили, у них понемногу пили кровь.

- Почему же они молчат, почему не взбунтуются? – спросил вслух богатырь.

- Всё просто, - послышался вкрадчивый голос упыря, - 20 лет назад ими правили совсем гадкие упыри, которые не скрывались, жрали всех подряд и не врали. Потом пришли другие, в пиджаках, которые научились врать. Старых кого изгнали, кого приодели и взяли в свои ряды. И вот теперь людей пугают, что если они взбунтуются, то вернуться те упыри, что были 20 дет назад, и опять начнут всех жрать.

- Но это же глупость. Как можно так легко одурачить людей?

- Его величество голод. Заставь людей много работать за копейки, и они все начнут жрать друг друга, чтобы выжить. Донесут на брата, продадут мать, собственных детей отдадут на растерзание. Когда начинается голод, люди превращаются в стадо. Они не задумываются, что сам голод придуман нами – кровососами. Видишь, богатырь, мы создали свой мир. Здесь никто никому ничего не делает просто так, всё за деньги, за барыши, услуга за услугу. Мы уничтожили щедрость, похоронили её, и даже тропа к её могиле заросла травой. Мы заставили поверить, что голод – это естественное состояние, а чтобы жить, нужно работать, много работать. Мы превратили жизнь в выживание, мы сделали вас такими же больными, как и мы.

- Нет! – в отчаянии прокричал богатырь, и видение растворилось в воздухе. Теперь он снова был в лесу, израненный, в засаде упырей. Рядом лежал труп его коня, который уже перестал биться в агонии. К его телу, словно пиявки, присосались с десяток кровососов.

- Теперь ты понял? - послышался рядом до омерзения знакомый голос главного в клане, - твоя борьба бессмысленна, она ни к чему не приведёт. Ты уже покусан, прими это, как дар, и примкни к нам. Ты будешь жить вечно.

- Не жить, выживать.

- Не всё ли равно? Главное – это жить. Хоть в грязи, хоть в дерьме, хоть больным и измученным. Но жить!

Но богатырь уже принял решение. Он поднял меч и направил лезвие себе прямо в сердце. Ещё мгновение, и сталь пробила кость и рассекла плоть. Переживая мучительную боль, богатырь свалился на землю и улыбнулся.

- Несчастные, ваша жизнь – это жлобство, - лишь произнёс он и почувствовал невероятное облегчение. Дух его покидал плоть.