Ученица шамана

Глава 1

Прошел ровно год с тех пор, как Валери привели в стойбище шамана Пуаса и она стала «настоящим» гоблином. Обряд «превращения» в гоблина оказался не таким уж страшным и совсем не зрелищным. Пуас выбрал подходящее место недалеко от стойбища, покружился по нему, ударяя в бубен и выкрикивая заклинания. Этими действиями шаман очищал место и истончал границу между нашим миром и Верхними мирами, как пояснил Валери Гхол, стоявший рядом в толпе зрителей, окружавших площадку. Потом Пуас вывел девочку на середину очищенной площадки и приказал лечь на спину, что она и выполнила с некоторым трепетом. Но волнения оказались напрасны. Повторилось все то же самое, что Валери уже видела. Снова шаман кружил по краю площадки, колотил в бубен и выкрикивал заклинания, правда, уже другие. Потом он лег на землю рядом с девочкой и погрузился в глубокий транс. А когда вышел из него, то громко объявил всей собравшейся толпе, что духи предков приняли Валери, и теперь она настоящий гоблин. По поводу этого знаменательного события в стойбище даже небольшой праздник устроили, на котором все наперебой поздравляли виновницу торжества. Вот так Валери и стала «настоящим» гоблином.

Учить девочку Пуас, как и обещал начал не сразу. Сперва ее определили под присмотр вдовы, муж которой погиб два года назад. Звали эту еще не старую женщину Сарана, а ее одиннадцатилетнюю дочь звали Уни и была она неисправимой непоседой, с колючкой в одном месте, как однажды выразилась ее мать. Зато подругой Уни оказалась такой, что лучшего не стоило и желать. За год Валери сильно с ней сдружилась. Под мудрым руководством Сараны обе девочки учились выполнять женскую работу, которой оказалось как-то слишком много. Они учились готовить еду, шить одежду и обувь, выделывать шкуры, делать сосуды из плодов лагераха. Растением лагерах гоблины называли сразу несколько видов бутылочной тыквы с плодами разных форм и размеров. Из высушенных плодов делали чаши и бутыли, иногда расписывая их узорами. Зеленый молочной спелости лагерах можно было жарить над углями или тушить с кашей. Он хорошо шел с мясом быхдурка – лакомства племени гоблинов или с рыбой.

Кроме того девочки вместе с Сараной трудились в огороде. Поработать в поле им пока не пришлось. Там работа была тяжелой, и девчонок отстранили от нее по малолетству, от чего они совершенно не расстроились. Землю в поле рыхлили тяжелыми мотыгами. В этом нелегком деле женщинам помогали и мужчины. Сеяли крупные зерна нурги, из которых варили вкусную кашу. Все поля и огороды тянулись по ровной полосе земли на другой стороне ручья, напротив стойбища и дальше. В огородах выращивали крупные бобы, лагерах, репу и много разной зелени для еды и приправ. Репу гоблины любили, и под руководством опытной наставницы Валери и Уни научились её вкусно готовить. Репу можно было слегка поварить, а потом посолить и пожарить с красным луком и разными травками. Можно было запечь в котле под крышкой с травами и молодым лагерахом. Получалось очень вкусно.

Склоны каньона густо заросшие кустарниками и невысокими деревцами давали два сорта вкусных ягод и небольшие, но очень вкусные и сочные плоды называемые друл. Этого самого друла было так много, что его не только ели круглый год, но еще и делали из него хмельной напиток, правда, немного. Склонности к пьянству гоблины не испытывали. Друл рос вдоль всего каньона. Небольшие деревья были так усыпаны плодами, что ветки клонились до самой земли. Когда Валери впервые это увидела, она сильно удивилась тому, что ветки не ломались под таким грузом.

Кроме мяса скальных крыс и изредка быхдурков, что добывали охотники, гоблины ели еще рыбу разных сортов, а так же крабов и моллюсков. До Большой воды, как называли ее гоблины, от стойбища можно было дойти примерно за четверть дня. А если поторопиться, то и быстрее. Протекавший мимо стойбища ручей впадал в эту самую большую воду. Гоблины плавали по Большой воде на лодках, правда, только около берега и ловили рыбу сетями. А еще из большой воды добывали соль. Гоблины перетаскивали воду в мелкие пруды, выложенные камнями и глиной, и ждали, пока жаркое солнце испарит всю влагу и оставит только соль.

За прошедший год Валери заметно подросла. Вначале она была на две своих ладони ниже взрослого гоблина, а теперь она была выше любого из них почти на ладонь. Цвет своих волос она тоже узнала. Сначала от Уни, которая сообщила подруге, что волосы у нее желтые и блестящие. А потом уже сама тайком отрезала прядь и рассмотрела её. Волосы оказались золотистыми и действительно блестели на солнце. Глаза Валери были ярко фиолетовыми, что поначалу вызывало повышенный интерес черноглазой Уни, которая долго рассуждала: признали бы ее красавицей с такими необычными глазами или нет. Валери уже не носила одежду с чужого плеча. Сейчас она ходила в собственноручно пошитом платье из очень тонкой и мягкой кожи, которую в одном из миров называли замшей, и лоскутки которой использовали для протирания очков. Свою обувь Валери тоже изготовила сама. Кожами ее снабжали охотники по указанию шамана. За прошедший срок, стойбище Пуаса часто посещали другие шаманы гоблинов, и каждый из них хотел взглянуть на Валери. Наконец Пуас решил, что девочка достаточно подросла и начал ее учить.

В один из дней Валери сидела на скамейке из жердей в тени беседки с тростниковой крышей и одной стеной из вязанок тростника. Рядом расположился Гхол, а напротив, на такой же скамье сам Пуас и его сын Арах. Все они внимательно наблюдали за действиями девочки. В центре беседки находился стол. На нем были разложены предметы необходимые для сегодняшнего колдовства. В центре стола белел хорошо очищенный череп скальной крысы. Справа от него лежала тонкая кисточка, изготовленная Валери из собственных волос. С этим предметом необходимым любому шаману девочке пришлось повозиться. Сначала она срезала, высушила и очистила от коры тонкую прямую веточку друла. Затем, вставила смазанный клеем конец веточки в тонкую трубчатую кость, выданную Пуасом. Прежде эта кость принадлежала одной из птиц, живших вдоль побережья большой соленой воды и питавшихся рыбой. Мясо этих птиц было почти несъедобным. Урги охотились на них ради перьев для стрел.

После того, как клей высох, Валери воткнула палочку в землю, залила внутрь кости горячий клей и вставила прядь своих волос, обмотанную ниткой. После того, как клей застыл, ей оставалось только отмотать и обрезать остатки нити.

Клей, которым пользовалась Валери, гоблины варили из рогов и копыт, полученных путем обмена от троллей, живших далеко на юго-востоке за широкой рекой. Крупные шкуры и толстую кожу для подошв, гоблины так же выменивали у троллей. Вся остальная кожа, применявшаяся для одежды и обуви, выделывалась из шкурок скальных крыс, созданий довольно крупных, с туловищем длиной в локоть и таким же хвостом.

Третьим предметом на столе была разукрашенная узорами чашка с особой краской. Узоры на чашке, и налитая в нее краска, были одного цвета – ярко фиолетового. Почти такого, как глаза Валери. Эту краску получали из моллюсков, собираемых на мелководьях большой воды. Колдовскую краску Валери варила под руководством Пуаса в его железном котле. Сначала приготовила отвар из особых трав, потом засыпала туда фиолетовый порошок и в конце добавила в остывавший раствор капли своей крови, сопровождая это дело соответствующими заклинаниями. Без крови в таком деле не обойтись. Пуас учил, что личная сила шамана дает корни любому его заклинанию, стволом служит магия его крови, а крону этому древу дают духи предков.

Валери вздохнула, собираясь с духом, поднялась со скамьи и двинулась вокруг стола, напевая длинное заклинание на гоблинском языке, который она давно уже выучила. Это простое вроде бы действо потребовало от девочки немалого напряжения. Валери чувствовала, как Сила вытекает из нее и устремляется куда-то вверх. Наконец, она всем своим существом мага ощутила, что таинственный Верхний мир действительно стал ближе. Склонившись над столом, девочка обмакнула кисточку в краску и, высунув от усердия кончик языка, начала выводить на черепе крысы первый магический знак. Один из многих заученных ею за прошедший год. Закончив дело, Валери на гортанном гоблинском наречии прокричала заклинание и хлопнула в ладоши. В тоже мгновенье свежая краска с черепа превратилась в крохотное фиолетовое облачко, тут же унесенное ветром, дувшим от большой воды. На белой кости не осталось никакого следа от краски. Но знак не исчез бесследно. Посмотрев на череп магическим зрением, Валери увидела тонкие нити магических энергий, складывавшиеся в слегка изменившийся знак.

Повторив процедуру еще восемь раз, Валери нанесла на череп все девять знаков необходимых для заклинания. Теперь их надо было скрепить Силой духов предков. Девочка снова пошла вокруг стола, напевая новое заклинания. Это было труднее, чем в первый раз. Сила юной шаманки, сосредоточенная вверху живота быстро утекала в Верхний мир. В какой-то момент Валери испугалась, что Силы не хватит. Но все обошлось. Закончив с заклинанием, девочка выхватила из ножен на поясе маленький нож с острым концом, подарок Пуаса, проткнула подушечку указательного пальца и протянула руку к черепу. На белую кость одна за другой упали пять алых капель. Валери прокричала завершающее заклинание и снова хлопнула в ладоши. После чего капли крови просто впитались в кость, и она снова стала девственно белой.

Валери ощутила изрядную усталость и слабость. Она доковыляла до скамейки, с облегчением плюхнулась на нее и тут же сунула руку в свою замшевую сумку, которую она теперь носила на плече, а перед обрядом оставила на скамье. Из сумки девочка извлекла маленькую кожаную фляжку, выдернула деревянную пробку и глотнула воды. Напившись, она сунула фляжку обратно, достав вместо нее плод друла. Валери надрезала тонкую кожуру своим ножом, после чего вытерла клинок о подол платья и сунула его в ножны. Ободрав ногтями кожуру, девочка впилась зубами в нежную и очень вкусную мякоть. Пахучий сок друла брызнул ей на подбородок, и она стерла его тыльной стороной ладони. К тому времени, когда она доела друл, ранка на ее пальце успела затянуться. Еще оно чудо, дарованное девочке от рождения.

Пока Валери подкрепляла силы, Пуас взял со стола череп и вернулся на скамейку. Держа череп в руке, шаман погрузился в легкий транс и обратил свой внутренний взор на созданный ученицей амулет. Вынырнув из транса, шаман одобрительно покачал головой.

- Ты удивила меня ученица, - признался Пуас, - такой сильный амулет сумел бы сделать только я.

Губы Валери сами собой расплылись в улыбку, похвала учителя была ей приятна.

- Теперь отдохнешь два дня, - продолжил шаман, - а на третий с моей помощью установишь защиту разума. Это не дело, что твой разум открыт для вмешательства.

Девочка в ответ только кивнула. Шаман поднялся с лавки и протянул руку с черепом на ладони со словами:

- Бери свой амулет, и возвращаемся в стойбище. Время к обеду и я уже проголодался.

Беседка, в которой работал шаман и его ученики, стояла на каменистом плато, поросшем травой и кустарником. Рядом находилась площадка, на которой два года назад Валери стала «настоящим гоблином». Недалеко от нее плато рассекала ложбина с пологими склонами. По ее дну можно было спуститься в каньон и выйти прямо к стойбищу. Спуск был удобным и не занял много времени. Добравшись до жилища шамана, Валери сразу включилась в домашние хлопоты. С тех пор, как девочка стала ученицей Пуаса она жила в его хижине, и поскольку жене шамана Нурлан было непросто накормить мужа и трех его учеников, Валери с самого первого дня помогала ей с готовкой. Вот и теперь, она сразу нашла себе дело. Перед хижиной Пуаса было два очага обложенных камнями. На одном из них Нурлан варила в железном котле кашу из нурги. Валери быстро притащила второй котел и корзинку. Поставив их у второго очага, она метнулась к куче дров, наваленной у стены хижины, и на ходу позвала приятеля:

- Гхол, будь другом, помоги.

Юный гоблин молча отправился следом. Он уже привык помогать шустрой ученице и считал ее своим другом.

Вдвоем они навалили кучу дров в свободный очаг, после чего Валери быстренько ее подпалила.

- Пока горит, надо сбегать в огород, - сообщила девочка, повернувшись к гоблину. - Поможешь?

Гхол утвердительно кивнул. Быстро дойдя до ручья, они разулись и оставили обувь на берегу, вместе с железным котлом. На середине ручья Валери пришлось высоко задрать подол платья, потому как вода в этом месте доходила до середины ее бедер. Гхол рубаху задирать не стал, хотя его положение было похуже, чем у подруги. Если ученице шамана вода доходила только до середины бедер, то низкорослому ушастому гоблину она доставала... в общем «до этого самого».

В огороде девчонка указала спутнику на подходящий плод лагераха. После чего Гхол придержал его снизу, а Валери обрезала ножом толстый стебель. Оставив гоблина с лагерахом, девочка быстро пробежалась вдоль грядок и накидала в корзинку подходящей зелени. На обратном пути она набрала в котел воды из ручья. Ко времени их возвращения, костер в очаге почти прогорел, но языки пламени еще поднимались над красными углями.

- Что-то мы сегодня долго, - покачала головой Валери, - тебе придется еще немного мне помочь.

- Помогу, раз просишь, - откликнулся Гхол. – Что надо делать?

- Сейчас! – крикнула на ходу девочка, направляясь в хижину за большим ножом.

Вернулась она с устрашающим тесаком и длинной доской. Валери вылила воду из котла в лагераховую бутыль, оставив немного на дне. Затем быстро покрошила на мелкие куски молодой и сочный лагерах светло-зеленого цвета. Порезала на этой же доске зелень, посолила, перемешала все и высыпала в котел. Обугленной деревянной кочергой девочка отгребла в сторону горящие палки, поставила котел на пышущие жаром угли и накрыла крышкой.

- Пойдем, - кивнула она Гхолу.

Вдвоем они притащили большую продолговатую корзину, стоявшую в тени у стены хижины. В корзине лежали две крупные рыбины, пойманные рыбаками на большой воде сегодня утром. Валери плюхнула одну из них на доску, быстренько выпотрошила и понюхала.

- Нет, еще не испортилась, - констатировала она, после чего порубила рыбину тесаком на части и слегка посыпала солью.

Затем то же самое она проделала и со второй рыбой. Оценив количество, рыбы Валери смешно наморщила носик и побежала к пристроенному сбоку к хижине навесу – любимому месту отдыха шамана.

- Учитель, - обратилась она к, сидевшему на скамейке Пуасу, - рыбы у нас сегодня много, мы столько не съедим. Зачем добру пропадать? Можно я отнесу немного рыбы Саране и Уни?

- Неси, - согласился шаман и милостиво кивнул.

Он уже привык к тому, что ученица таскала лишнюю рыбу вдове и ее дочери. Пуас не возражал против такого. Наоборот, он и сам не раз напоминал рыбакам, что вдовам, а в стойбище их было три, надо помогать.

Вернувшись к очагу, Валери быстро нанизала куски рыбы на деревянные прутья и разложила их над углями, оперев кончики прутьев о камни очага. После чего повернулась к приятелю и состроила просительную мордочку.

- Гхол, - промурлыкала хитрая девчонка сладким голоском, - мне надо отлучиться ненадолго. Пожалуйста, присмотри за рыбой, пока меня не будет.

- Ладно, иди уже, - ответил Гхол и улыбнулся своим широким ртом, - не подгорит рыба, я присмотрю.

- Гхол, ты самый лучший гоблин на свете! – произнесла Валери, сияя фиолетовыми глазами.

В ответ Гхол только махнул рукой. Девочка мило ему улыбнулась и покидала в корзинку из-под зелени кусочки рыбы. Затем достала из сумки заранее припасенный кожаный шнурок, подвесила на него свой новый амулет и, подхватив корзину, направилась к хижине Сараны. Пришла она очень вовремя, вдова тоже варила кашу, а Уни резала лагерах и нанизывала крупные куски на прутья вперемешку с кусочками рыбы. Железный котел был у них только один, поэтому приходилось выбирать.

- Пусть Великий Отец будет милостив к вам, Сарана и Уни, - поздоровалась Валери, приблизившись к очагу перед хижиной.

- И тебе, Валери, я желаю милости Отца и помощи духов предков, - ответила улыбаясь Сарана.

- Я тут вам рыбы немного принесла, - сказала ученица шамана, поставив у очага принесенную корзину.

- Спасибо, что помнишь о нас, - отозвалась Сарана.

- А... ерунда, - махнула рукой девчонка, - не принимай близко к сердцу. Все гоблины должны помогать друг другу.

Сарана с улыбкой кивнула. - Ты выглядишь уже как настоящий шаман, - сказала Уни и ткнула пальцем в череп скальной крысы на груди подруги.

- Угу, - кивнула Валери, - но до шамана мне еще далеко. У меня бубна нет. А без бубна, какой же я шаман? Давай помогу.

С этими словами она присела у очага и начала быстро нанизывать на прутья куски рыбы и укладывать их на камни.

- Да, - согласилась Уни, - а еще тебе нужно копье с заговоренным наконечником. У всех шаманов такие есть. Вот только парни говорят, что у нас железо закончилось. Где ты теперь наконечник найдешь?

- Это какие еще парни? – спросила Валери, окинув тринадцатилетнюю подругу подозрительным взглядом.

- Да какие там парни! Мальчишки соседские, - ответила за дочь Сарана.

- Гм, - хмыкнула Валери, - значит, у тебя есть друзья?

- Ну, да. А что здесь такого? – удивилась Уни.

- Ничего, – ответила подруга. – А луки у твоих друзей есть?

Уни ненадолго задумалась.

- Наверное, - нерешительно протянула она, - у них же отцы охотники. Должны же они сыновей учить. А зачем тебе это?

- Хочу научиться стрелять из лука.

Мать и дочь удивленно посмотрели на гостью.

- Но зачем тебе это надо! – воскликнула, не выдержав, Сарана. – Ты же будущий шаман! А когда ты станешь шаманом, тебе охотиться не придется. Тебе охотники сами добычу принесут.

- Ладно, засиделась я с вами, - свернула обсуждение Валери, - а у меня там рыба жарится и лагерах парится. Бежать мне надо.

После этих слов она встала и, подхватив пустую корзинку, быстро зашагала к хижине шамана.

У Валери ничего не подгорело. Спасибо Гхолу. Обед получился вкусным и сытным. Закончив с едой, Пуас по своему обыкновению прилег отдохнуть под своим любимым навесом. Арах куда-то ушел. Гхол присел в тени, опершись спиной о тростниковую стену хижины. Валери сходила к ручью и вымыла там оба котла. Заодно и воду в них принесла. Один котел она поставила в еще не остывший очаг и подгребла со всех сторон угли. Решив, что с мытьем деревянных мисок и ложек Нурлан и сама справится, девочка посчитала свою часть работы выполненной. Она обошла хижину и уселась рядом с Гхолом. За прошедший год Валери еще немного подросла и теперь выглядела как высокая и стройная четырнадцатилетняя девочка. Она была уже на голову выше Гхола и выше своего учителя. Замшевое платье у нее на груди оттопыривали два упругих полушария. Свои густые блестящие волосы цвета красного золота она заплетала в толстую косу. В своей сумке девочка всегда носила изящный костяной гребень, подаренный Сараной. Ее покойный супруг был большим мастером в работе по кости, и в доме вдовы осталось много костяных вещей.

Усевшись поудобней, Валери сняла с шеи череп и, наконец-то, смогла рассмотреть его как следует. Разноцветные паутинки магических энергий свивались в прихотливый узор. Присмотревшись, будущая шаманка поняла, что узор состоит не из тех знаков, что она рисовала. Её знаки усложнились и, соединившись друг с другом, образовали новые. Это была работа духа, вызванного ею из Верхнего мира.

- А ты быстро учишься, - заметил Гхол без всякой зависти.

- Угу, - согласилась Валери, - но ты тоже от меня не отстаешь. Думаю, со временем ты станешь великим шаманом.

- Да ладно тебе, - махнул рукой Гхол.

- Правда-правда, - покивала головой девочка, - я же не слепая и все вижу.

Покосившись на гоблина, она поняла, что ее похвала тому приятна. Вон, даже уши порозовели.

- Слушай, Гхол, а можно я еще на твой браслет посмотрю? – попросила Валери.

- Ты же уже смотрела, - удивился юный гоблин, снимая с левой руки украшение и протягивая его девочке.

- Смотрела, - согласилась она, - но тогда я просто глянула, а сейчас хочу рассмотреть, как следует.

- Хочешь увидеть то, чего не увидел Пуас? – догадался Гхол.

- Возможно, - не стала отрицать своих намерений Валери, но и вдаваться в подробности она пока тоже не спешила.

Браслет Гхола был единственной бронзовой вещью в стойбище. Всё остальное из дерева, железа, кости и кожи. Ну, еще хижины из тростника, который рос вдоль ручья у большой воды. Железа и хорошего дерева было мало. Ствол самого крупного друла девочка могла охватить ладонями и соединить кончики пальцев. Миску из такого тонкого ствола не вырежешь и лодку не выдолбишь.

Бронзовый браслет Гхола был его единственной памятью о погибшем отце и умершей матери. Отец юного гоблина выменял эту редкую вещицу у троллей. Браслет был украшен простеньким потертым орнаментом из треугольников, звездочек и кружочков. В магическом зрении браслет окружала алая с голубыми прожилками аура, похожая на светящийся туман, окутавший браслет тонким слоем. Валери подозревала что Гхол, да и сам Пуас видят только эту ауру. Она же видела больше. Девочка догадывалась, что способность видеть всю магию, дарована ей от рождения, как и способность понимать незнакомые языки.

Видеть магию Валери научилась еще до того, как стала ученицей шамана. Как-то она вспомнила тот момент, когда искрящееся голубое сияние охватило ее руку. Чтобы понять, как это у нее получилось, девочка попыталась вернуться в то состояние и повторить все, что она тогда делала. Четвертая попытка оказалась удачной. А с седьмого раза Валери поняла, что переключаться на магическое зрение можно и проще. И с того времени она наслаждалась новой гранью восприятия этого мира. Смотреть на мир через призму магии было весело и интересно. Валери могла видеть ауры обитателей становища даже сквозь тростниковые стены. Над ручьем она видела Силовые нити Воды. Здесь они были тонкими и слабыми. Зато над Большой водой, у которой Валери побывала всего два раза вместе с Гхолом и Уни, нити Силы Воды были толщиной с ее руку. Вдоль каньона часто дули ветры и прямо через стойбище проходила Силовая нить Воздуха. Но больше всего в ущелье было толстых нитей Магии Земли.

Широкий наконечник заговоренного копья – главного оружия Пуаса окутывала завораживающе сложная вязь нескольких заклинаний. Ее нити мерцали багровым светом, и Валери чувствовала, исходящую от них опасность.

Девочка научилась выпускать из пальцев голубые и алые нити своей магии, и худо-бедно управлять ими. Магию Валери не только видела, но и чувствовала. Как и чем - она объяснить не могла. Просто чувствовала и все. Неведомое чутье на магию подсказывало девочке, что алые нити это Огонь, а голубые Воздух. Она чувствовала свою близкую связь или даже родство с этими Стихиями и мечтала когда-нибудь научиться управлять ими. С Огнем у нее кое-что уже получалось. Однажды, разжигая очаг у Сараны, Валери отложила трут с огнивом и протянула руку к сложенным в очаге дровам. Выпустив сразу из двух пальцев алые нити, видимые только ей одной, она обмотала ими тонкую сухую ветку, глубоко вздохнула и очень ярко представила, как из источника Силы в ее животе идет тепло, проходит по нитям и превращается в пламя. Как только Валери представила языки пламени, охватившие ветку, она вспыхнула. Видевшая это Сарана покачала головой, но ничего не сказала.

С тех пор девочка разжигала очаг только магией. Со временем она научилась делать это очень быстро, не напрягаясь и не задумываясь о своих действиях. Когда Валери подожгла так же очаг у Пуаса, находившаяся рядом Нурлан, вскрикнула от неожиданности. На вскрик прибежал шаман, разбираться, что случилось. Валери ему объяснила, что научилась поджигать дрова магией. Пуас попросил показать. Девочка показала. Шаман покачал головой, похлопал ее по плечу и сказал, что со временем она станет великим шаманом.

Браслет Гхола привлекал Валери тем, что она чувствовала в нем близкую ей Стихию Огня. Один раз она уже разглядывала браслет, но это было давно, и тогда она только начинала свой путь к вершинам Магии. Сейчас она сочла, что пришло время повторить попытку и наконец понять, что за магия скрыта в древнем, судя по потертостям, браслете. За флером алого тумана, Валери видела светящиеся нити магического плетения, состоящего из переплетённых друг с другом знаков, образующих сложный орнамент, охватывающий весь браслет. Девочку сбивало с толку то, что одна часть орнамента была из алых нитей, а другая из голубых. Причем голубые нити не имели никакого отношения к Стихии Воздуха. Валери не чувства в них своей Стихии. Да и цветом они немного отличались от голубых нитей Воздуха. В них было больше синего цвета, и проскакивали серебристые блестки.

- Что же это может быть? – пробормотала себе под нос Валери.

- Вот и Пуас то же сказал, когда посмотрел, - отозвался Гхол. – Древняя вещь. Осталась от великих магов. Теперь таких магов уже нет. И никто в этом браслете не разберется.

Валери его не слушала, она скользила взглядом по алым нитям Огня, но в голову не приходило ни одной дельной мысли. Девочка выпрямила спину и вздохнула. «Похоже, Гхол прав, - подумала она. – Никто здесь не разберется. Я уж точно!». И тут ей пришла в голову безумная мысль.

- Гхол!

От волнения Валери схватила товарища за руку.

- Я кое-что придумала! Только все это не здесь. Гхол, - проговорила девочка просительным тоном, - давай мы немного прогуляемся. Ну, пожалуйста! Заодно и друлов поедим.

- Ты же в обед ела, - удивился гоблин.

- Да сколько я там съела! – возмутилась Валери. – Всего три друла, я еще хочу.

- Ох, - вздохнул Гхол, - придется идти, иначе, ты ведь не отвяжешься.

- Мудрое решение, - подтвердила опасения парня несносная девчонка.

Прогулялись молодые гоблины далеко и добрались до той ложбины, по которой можно было подняться на плато.

- Хорошее место. То, что нужно, – сообщила девочка своему спутнику, оглянувшись назад и осмотрев высокие склоны. – Давай браслет.

Получив просимое, Валери быстро нацепила браслет на правую руку и развернулась к высокому склону, густо поросшему травой и кустарником. Девочка вытянула руку и сжала кулак. Потом она сосредоточилась и всеми своими силами потянулась к Огненной составляющей браслета. Когда Валери ощутила родственную Стихию, она тихо прошептала: « Ну же, давай, покажи, что ты можешь!» - вместе со слова девочка послала мысленный импульс и резко разжала кулак. В то же мгновенье перед ее раскрытой ладонью возник красный огненный шар, размером чуть меньше кулака девочки. А в следующее мгновенье шар унесся вдаль. Спустя еще пару мгновений на склоне полыхнула алая вспышка, и по ложбине прокатился грохот. Гхол аж присел от неожиданности.

- Это... это... что сейчас было? – запинаясь, спросил гоблин.

- Твой браслет, - пожала плечами начинающая шаманка. – Так, теперь ты.

- Что я? – Гхол попятился.

- Как что? – удивилась девочка. – Будешь учиться использовать свой браслет. На, надевай!

С этими словами Валери протянула браслет Гхолу. Тот покорно его надел.

- И что дальше? – спросил юный гоблин с трепетом в голосе.

- Все просто, - успокоила его спутница. – Вытяни руку, направь на склон, дай команду браслету и разожми кулак.

- Как? – не понял гоблин.

- Что как? – не поняла девочка.

- Ну как я дам команду? – уточнил Гхол.

- А-а-а, вот ты о чем, - поняла суть проблемы Валери. – Все очень просто, прикажи браслету, как Пуас учил нас приказывать духам. Мыслью и магией.

Гоблин повернулся к склону, вытянул руку со сжатым кулаком, долго сосредотачивался, потом резко разжал кулак и от его ладони в сторону склона улетел второй шар и прогремел второй взрыв.

- Ну вот, - удовлетворенно кивнула ученица шамана, - у тебя получилось. И ничего сложного в этом нет. Все что нужно, браслет делает сам.

И тут же подумала: «Так, этот браслет, вещь, несомненно полезная, но он только один и принадлежит Гхолу. Сделать себе такой я не могу. У меня бронзы нет. Но ведь я могу сделать огненный шар и без браслета! Наверное».

- Гхол, - окликнула она гоблина, - это еще не все. Дай-ка сюда браслет.

Перед этим «выстрелом» Валери перешла на магическое зрение и увидела, как алые нити вылетают из браслета и формируют перед раскрытой ладонью сложное плетение из шести незнакомых магических знаков. У девочки была великолепная память, в другом мире ее назвали бы феноменальной. Но все произошло слишком быстро, и с первого раза она мало что запомнила.

- Значит, надо повторить, - заключила вслух юная экспериментаторша.

Повторить не получилось. Четвертый шарик не появился. Валери сняла браслет и повертела перед глазами.

- Сломался он, что ли? – обескуражено пробормотала она. – А если подумать?

Валери уселась в густую траву и занялась браслетом всерьез. Первое, что она обнаружила: алые нити сильно потускнели, а голубые наоборот стали ярче и кажется, немного толще.

- И что бы это значило? – поинтересовалась исследовательница вслух.

- Что там? – спросил Гхол, усевшийся рядом.

- Ты знаешь, Гхол, - повернулась к нему Валери, мне надо сходить на Границу миров. По-другому боюсь, не разобраться.

Гоблин в ответ тяжело вздохнул, но упираться не стал. Наверное, ему и самому хотелось, чтобы чудесный браслет снова заработал.

- Раз надо, то сходим. Когда пойдем?

- Да прямо сейчас! – сообщила девочка бодрым тоном.

После этих слов она резво подскочила с травы и принялась отряхивать платье. Следом поднялся и Гхол.

По ложбине они поднялись на плато и добрались до места, где из Валери «делали гоблина».

- У тебя же бубна нет, - осторожно заметил Гхол.

- Обойдусь, как-нибудь, - самоуверенно заявила дерзкая девчонка.

- Я помогу, - заявил гоблин твердым тоном.

Дальше началась тяжелая работа. Они несколько раз обошли площадку по кругу, напевая хором длинное заклинание, истончавшее Границу миров. Затем Валери легла в центр круга, закрыла глаза и унеслась к Верхним мирам. Преодолеть Границу миров она еще не могла и зависла в преддверии. Дух девочки парил в каком-то сером тумане. Валери уже бывала здесь и знала, что смотреть тут не на что. Поэтому, не тратя времени на разглядывание пейзажа, она мысленно потянулась к браслету, зажатому в руке в нормальном мире. Прошло несколько томительных мгновений, и астральная копия браслета появилась у нее и здесь. Тут, на пороге Верхних миров, Валери смогла увидеть больше, чем в обычном мире. Прежде всего, она обратила внимание, что голубые нити здесь просто полыхали, да еще и искрились. Да и тусклые алые нити, вроде бы, тоже начали разгораться. Наделенная острым чутьем на магию, Валери сначала почувствовала, а потом и поняла, что голубое плетение собирает рассеянную по миру Силу и подпитывает ею алое плетение. А это значит, что браслет не сломался. Он просто растратил вложенную в него Силу. Когда истраченный запас возобновится, можно будет выпустить еще три огненных шара. Еще Валери заподозрила, что голубые с искрами нити имеют какое-то отношение к Силе Верхнего мира. Не зря же они так полыхают в его преддверии?

Решив все вопросы, она потянула за нить, связывавшую ее дух, с телом, и одновременно мысленно потянулась к нему. После короткого и головокружительного полета, она ощутила свое тело и открыла глаза. Сидевший рядом Гхол, протянул ей фляжку, которую Валери тут же жадно ополовинила.

- Ну что? – спросил гоблин.

- Все хорошо, - успокоила она его, - браслет не сломался. Он просто растратил Силу. Завтра снова можно будет пустить три шара.

На другой день, после обеда ученики Пуаса снова отправились в ложбину. В этот раз Валери подготовилась, как следует. Девочка недавно сшила себе новое платье, и у нее осталось несколько кусков мягкой светло-коричневой замши. Эти лоскуты она сунула в сумку сразу после возвращения. Туда же отправила свою кисть. Тратить на такое простое дело колдовскую краску, Валери сочла излишним. Краска хранилась у нее в красивой блестящей бутылочке лично расписанной фиолетовыми узорами и собственноручно изготовленной из высушенного плода лагераха. Вместе с бутылочкой девочка изготовила себе и фляжку для воды из толстой кожи, и помазала её внутри клеем из рыбьей чешуи. Замшевую сумку, что она носила через плечо, Валери тоже сшила сама. Только короткий нож в коричневых ножнах с рукояткой из черного дерева ей подарил Пуас. Миска для краски у Валери уже была. Выпрашивать у Пуаса фиолетовый порошок ей не пришлось. У девочки еще осталось немного из того, что шаман выделил на роспись фляжки и бутылочки. Валери решила запоминать плетение по частям. Сколько получится. И сразу зарисовывать на коже.

Как и предсказывала будущая шаманка, браслет выпустил три шара. Кое-что она успела запомнить и зарисовать. А на следующий день Пуас с учениками отправился на плато, ставить Валери защиту разума. Вначале действо было похоже на посвящение в гоблины. И проходило на том же самом месте. Как и в прошлый раз Пуас ходил по кругу, бил в бубен и пел длиннющее заклинание, истончавшее Границу миров. Потом шаман и его ученица легли в центре круга и взялись за руки.

- Идем вместе, по моей команде, - напомнил Пуас. – Приготовься.

Девочка закрыла глаза и расслабилась.

- Пошли! – услышала она и рванулась вверх.

В этот раз ученица не зависла в преддверии, как обычно, потому что шаман летел дальше и тащил ее за руку. Они быстро пронеслись сквозь серый туман и вылетели...

- И это Верхний мир?! – в смятении подумала Валери. Мир богов и старших духов она представляла себе голубым и светлым, как небо днем. - А здесь!

Они висели в какой-то черной бездне, в которой, однако, не было темно. Хотя никаких источников света девочка не видела. Тут и там парили островки разных форм и размеров. Одни вверху, другие внизу. Одни дальше, другие ближе. На некоторых даже было что-то вроде леса из неизвестных Валери деревьев с серыми кронами и стволами. Под серыми деревьями росла серая трава. Вдали между островками возвышались жуткие витые колонны из клубящейся тьмы. И вверх и вниз они уходили, насколько хватало взгляда, и терялись в темноте. Ученица шамана была разочарована увиденным, поэтому не сразу обратила внимание, что чувствует Силу разлитую вокруг. И эта Сила была родственна голубому плетению с браслета Гхола. Валери переключилась на магическое зрение, и мир изменился. Сила была здесь везде, и теперь девочка ее видела. Между островками тянулись длинные полосы голубого тумана усыпанного серебристыми искорками. Где-то туман собирался в облака, где-то полосы тянулись вдаль. От созерцания ученицу отвлек шаман. Он потащил ее к ближайшему островку, и они вместе опустились на серую «землю». Не теряя времени даром, шаман достал из сумки кисточку и начал рисовать магические знаки прямо в воздухе. Некоторые знаки девочка уже знала, другие были ей пока не знакомы. Пуас нарисовал длинный ряд из двадцати четырех знаков и убрал кисточку. Вместо нее он извлек костяную пластину. Это был ключ для вызова одного из старших духов. Зажав пластину в кулаке, Пуас прочел длинное заклинание. Довольно долго ничего не происходило. А потом, откуда-то сбоку на островок влетело крылатое существо с телом гоблина и головой неизвестного девочке животного.

- Зачем ты меня вызвал, - спросило существо на языке гоблинов.

- Мне нужна твоя помощь, – ответил шаман. – Помоги наложить защиту на разум моей ученицы.

Существо внимательно посмотрело на девочку, кивнуло каким-то своим мыслям и, приблизившись сбоку к висящим в воздухе знакам, набрало полную грудь и дунуло на них. Изо рта существа вырвался поток светящегося голубого тумана, в котором мерцали серебристые искры. Туман окутал ряд знаков, и они начали усложняться, опутываться новыми линиями и соединяться между собой. Получившаяся в итоге полоса свернулась в обруч. Старший дух повел рукой и обруч, подлетев к Валери, наделся ей на голову, как корона. Пока девочка стояла в растерянности, дух прочел короткое заклинание на незнакомом языке и хлопнул в ладоши. У Валери закружилась голова, но это быстро прошло. Она подняла руку и потрогала голову, но ничего на ней не обнаружила.

- Я выполнил твою просьбу, - обратился дух к шаману.

- Благодарю тебя, - ответил тот, - и подтверждаю, что просьба выполнена.

Дух кивнул и улетел, не прощаясь.

- Теперь и нам пора, - сказал Пуас, повернувшись к девочке. - Тяни за свою нить, помогай мне.

Через несколько мгновений они оказались в своих телах и дружно потянулись к воде, поданной Гхолом и Арахом. Напившись, Валери поднялась на ноги легко, а Пуас с заметным трудом.

- Учитель, - тут же обратилась она к нему, - а почему Верхний мир такой темный? Я думала, что Мир богов красивый и светлый.

- Это был не Мир богов, - ответил шаман. – Великие маги древности называли это место Астрал. Об этом мне говорил мой учитель, а ему его учитель. Мир богов выше и попасть в него очень и очень трудно. Но ты меня не отвлекай. Мы еще не закончили. Плетение в твоей голове должны скрепить своей магией духи предков. Только после этого оно станет поистине необоримым. И тут уж я тебе помочь не могу. Дальше, ты сама.

Валери кивнула и принялась за дело. Сначала она прошлась по кругу и повторила заклинание, истончавшее Границу миров. Затем вышла на середину и громко прочла заклинание, в котором призывала духов предков прийти ей на помощь. Закончив, она вынула нож и резанула по ладони. Кровь потекла тонкой струйкой под ноги девочки, а она, тем временем, повторила заклинание. И едва произнесла последнее слово, как лужица крови на твердой каменистой земле превратилась в красное облако и рассеялась. В то же мгновенье Валери словно дубиной по голове ударили. Она упала на четвереньки, успев в последний момент развернуть левую руку, чтобы грязь не попала в рану.

- Ну, вот и все, моя ученица. Ты отлично справилась! – подбодрил ее шаман. – Теперь твоя защита поистине необорима. Если кто-то захочет проникнуть в твой разум, его ждет много... нехорошего, – произнеся эти слова Пуас недобро усмехнулся.

Валери помотала головой и медленно поднялась на ноги. Добредя до сумки, она открыла ее одной рукой и достала заранее приготовленный лист лечебного растения. Прилепив его на рану, будущая шаманка достала узкую полоску, сшитую из нескольких кусочков замши. Подскочивший Гхол, помог ей замотать ладонь.

За остаток дня и ночь, порез на ладони успел зажить так, что утром Валери не обнаружила никакого следа от раны. После обеда ученик и ученица вновь отправились в ложбину. И на следующий день тоже. И на следующий. Валери расстреляла двенадцать шаров, прежде чем зарисовала всё плетение целиком. Сидя вечером над куском кожи, она думала, что быстро запомнить всё это будет нелегко. Потребуется время. А ещё, плести из своих нитей такую сложность она будет долго. Пока сплетет и шар не понадобится, потому что её к тому времени съедят.Ждать не хотелось. Душа требовала дела и результата. И тут ее осенило. Поводом к озарению послужил ее амулет из черепа скальной крысы. Это был очень полезный и ценный амулет. Правда, таскать на груди череп размером с кулак было не слишком удобно, поэтому амулет большую часть времени хранился в сумке. Валери носила его только первые несколько дней, чтобы все в стойбище видели, что скоро она станет настоящим шаманом. Но девочке это быстро надоело, и она убрала череп в сумку.

А теперь вот, вспомнила. Амулет мог выполнять две мысленных команды. По одной, он изменял ауру, словно бы замораживая ее верхние слои, и защищая хозяина от энергетического вампиризма. По другой, амулет уплотнял ауру и покрывал ее тонким пологом из магических энергий. Уплотненная аура и сама по себе служила хорошей защитой от ушибов, а прикрытая магическим пологом, могла отразить стрелу из мощного лука, пущенную с близкого расстояния. Недостаток амулета заключался в том, что энергию он брал из Источника магии своего носителя. И «кушал» ее с большим аппетитом. В общем, если у мага сильный и емкий Источник, то его и пятью стрелами не убьешь, а если слабый, то вторая или третья стрела станет последней для оного чародея. Валери пришло в голову, что красные линии Огня с браслета Гхола она вполне может перенести на другой браслет. А голубое плетение начинающая шаманка сможет заметить плетением с черепа. И тогда ее браслет будет швыряться огненными шарами, пока не опустеет Источник хозяйки. А он у Валери емкий. Это уже проверено. «Ха, да с таким браслетом я смогу не три шара в день, а три десятка за раз запулить! – подумала она. – Но где мне взять заготовку браслет?» На несколько секунд Валери задумалась, а потом вскочила и понеслась к хижине Сараны. Она вспомнила, что ее муж был мастером по кости. И вспомнила покрытые изящной резьбой костяные браслеты, что Сарана иногда надевала.

Уни дома не оказалась - играла с мальчишками. После первых приветствий и вопросов, «горящая» от нетерпения Валери перешла к делу:

- Сарана, а вот твои браслеты... я просто не могу представить себе зверя с костями такой толщины. И мне вот жутко интересно, где твой муж брал такие кости?

Произнеся эти слова, девочка вопросительно уставилась на вдову. Рассмеявшись, Сарана ее просветила.

- Это не кости такие толстые. Просто мой муж умел их гнуть. Распаривал и гнул.

- Ну, надо же! – искренне удивилась гостья.

- А брал он кость у Леса Смерти. – Продолжила хозяйка. – Все что у него было это старые запасы. Большую часть костей он притащил из Старых пещер. До сих пор не пойму, почему их там бросили. Ну и наши, когда плавали за хорошим деревом и железом, тоже зверей разных убивали. Оттуда и кости. Инрах у нас единственным мастером был. Больше никто такие фигурки и узоры вырезать не мог. Он ведь там и погиб. У этого проклятого леса.

Валери сочувственно вздохнула и согласно покивала головой. А потом с затаенной надеждой спросила:

- Слушай, Сарана, а после него никаких костей не осталось?

- Как не осталось? – Удивилась хозяйка. – Целый короб возле моей пастели стоит.

- А можно мне посмотреть? – попросила гостья.

- Пойдем, - позвала Сарана и направилась в хижину.

Валери проскользнула за ней. Подойдя к плетеному коробу, хозяйка подняла крышку.

- Вот смотри, - предложила она.

Ученица шамана присела перед коробом. Сверху лежали завернутые в замшу инструменты для резьбы. Под ними куча костей разных форм и размеров. И... «О Великий Отец, прими мою благодарность!» - мысленно завопила Валери. Сверху лежал почти готовый браслет прямо под ее руку. Он был уже обточен и согнут. Осталось только резьбу нанести. Не думая, девочка схватила браслет и надела. Незаконченное украшение сидело на руке Валери так, словно для нее его и делали.

- Не успел Инрах резьбу на него нанести, - сказала вдова и тяжело вздохнула.

- Сарана, - обернулась к ней девочка, - ты хорошая и добрая женщина. Ты меня кормила, учила, гребень красивый подарила. Я твоей доброты и так никогда не забуду. Признаюсь честно: мне сейчас нужен браслет. Хочу новый амулет сделать. Особенный. Подари мне этот, а когда стану шаманкой я за всю твою доброту расплачусь сполна.

- Да ладно тебе, - махнула рукой хозяйка, - раз он тебе так нужен – забирай.

- Сарана, ты самая лучшая женщина во всем стойбище! Нет! Во всем племени! – радостно воскликнула Валери и обняла свою бывшую наставницу.

Получив браслет, Валери задумалась, как нанести на него все знаки. Ширина браслета всего два пальца. Рисовать надо чем то тонким. Та кисть, что у нее была, не годилась. Повздыхав немного, юная исследовательница приступила к опытам. Остро заточенная палочка рисовать отказалась. Немного подумав, экспериментаторша аккуратно расколола ножом ее кончик. И снова мимо. «Перо! Надо попробовать перо». Пробежав по стойбищу, Валери выпросила у охотников два крупных пера, из которых делали оперения для стрел. Расколов кончик одного, она обмакнула его в краску, но желаемого результата не добилась. После чего надолго выпала из реальности. Просидев с пером в руках с обеда и чуть ли не до вечера, Валери, наконец, догадалась срезать его наискось. Результат не заставил себя ждать, но был все еще далек от идеала. Над вторым пером она работала вдумчиво и аккуратно. И, наконец, была вознаграждена за свое усердие. Перо рисовало тонкую линию, как раз то, что надо.

Получив инструмент для работы, нетерпеливая исследовательница готова была нестись в шаманскую беседку немедленно, но багровый диск солнца уже почти касался желтых скал каньона, и поход пришлось отложить. Ночью Валери беспокойно ворочалась и часто просыпалась, но убедившись, что ночь продолжается, засыпала снова. Сразу после завтрака она, наконец, получила возможность заняться своими придумками. Гхол без колебаний согласился прогуляться вместе с ней.

В тростниковой беседке на плато Валери повторила почти все то же самое, что до этого проделала с черепом скальной крысы. Сначала истончила Границу миров, потом принялась рисовать знаки на браслете колдовской краской. После каждого знака ученица шамана призывала одного из младших духов, и он непонятным образом «приклеивал» нити магической энергии к кости браслета. На череп Валери нанесла девять магических знаков, а на браслет нужно было нанести всего шесть. Так что в этот раз работа шла быстрее и легче. В конце она скрепила знаки силой духов предков, для чего пришлось опять прокалывать палец ножом.

- Кажется, получилось, - сообщила Валери, рассматривая браслет магическим зрением.

Полной уверенности в результате она пока не чувствовала. Духи, по своему обыкновению, немного изменили знаки и соединили их головоломным узором из магических нитей. Ученице захотелось прямо сейчас надеть браслет и запулить огненный шар в сторону большой воды. Но она сдержалась. В первую очередь потому, что хотела увидеть взрыв. А здесь на ровном плато шар мог улететь так далеко, что и не разглядишь ничего.

- Будешь пробовать? – поинтересовался, сидевший на скамейке Гхол.

- Не сейчас, - отозвалась ученица, - в ложбине попробую. Пошли быстрее, мне еще надо помочь Нурлан с обедом.

- Угу, - кивнул гоблин, поднимаясь, – тебе надо помочь Нурлан, а мне надо будет помогать тебе.

- Ой, - поморщилась девчонка, - не придирайся к мелочам. Ты же такой сильный, такой милый, ну что тебе стоит мне немного помочь?

От «милого» стеснительный гоблин покраснел. На серой с зеленым оттенком коже это было слабо заметно. А вот предательские уши зарозовели. А учитывая их выдающиеся размеры и то, что они торчали в стороны, не заметить этого было невозможно.

Спустившись в ложбину, ученики шамана остановились перед изрытым воронками склоном. Валери надела свой новый амулет, вытянула руку, сжала кулак и мысленно потянулась к браслету. Через какое-то время она почувствовала, что прочная связь установлена и амулет подключился к ее Источнику магии. Выбрав цель, экспериментаторша дала команду и резко разжала кулак. В полутора локтях от выставленной ладони возник желто-белый шар, столь яркий, что Валери непроизвольно зажмурила глаза. Жар, источаемый шаром, коснулся ладони и лица. Длилось это, к счастью, меньше мгновения. Так что получить ожоги ученица не успела. Глаза она открыла как раз вовремя. Шар врезался в многострадальный склон, и там полыхнула ослепительная бледно-желтая вспышка, над которой тут же вырос столб пламени. Вверх полетели комья земли. Клубы дыма рванулись во все стороны. В лицо Валери дунул горячий ветер. Грохот взрыва больно ударил по ушам. «Интересно, а в стойбище тоже услышали? – как-то отстраненно подумала ученица, созерцая круг выжженной земли с дымящейся по краям травой. – Как бы пожара не случилось».

К счастью для незадачливой экспериментаторши трава была зеленой и сочной. А позавчера прошел сильный ливень с грозой.

Пришедшие от большой воды, низкие тёмные тучи затянули небо над каньоном. Стало темно, как вечером. Потом подул сильный ветер, сверкнула первая молния, по ущелью прокатились раскаты грома и на стойбище сплошной стеной обрушились струи воды. Молнии били в окрестные скалы одна за другой. Легкие стены хижин сотрясались от грохота и порывов ветра. Тростниковые крыши не выдержали и начали протекать. После полудня все прекратилось, и гоблины выбрались из хижин. Ручей, протекавший у стойбища, вышел из берегов. Вода в нем стала грязной и мутной. После грозы глава стойбища Пуас отправил всех взрослых мужчин к большой воде. Валери тоже напросилась идти с ними, а за ней и Гхол. Шаман разрешил.

Между желтыми скалами и большой водой тянулась широкая песчаная полоса. Потревоженная штормом большая вода колыхалась и была покрыта крупной рябью. Волны с шумом накатывались на песок и оставляли на нем клочья пены. О том, с какой силой недавно бушевала большая вода, можно было судить по тому, что, выброшенные штормом охапки водорослей, валялись по всему берегу и даже у подножия скал. В свежем воздухе висел острый запах водорослей и соленой воды. В тот раз гоблины насобирали корзины рыбы, крабов и съедобных моллюсков, выброшенных штормом. Валери тоже собирала еду, а заодно нашла себе большую и красивую витую раковину и еще насобирала мелких ракушек кари. Они были размером с ноготь большого пальца, овальные, белые, блестящие с загнутыми внутрь зубчатыми краями. Женщины и девушки гоблинов делали из них бусы, чередуя белые ракушки с темно-коричневыми, блестящими семенами дерева акар.

Валери с трудом отвела взгляд от склона и повернулась к спутнику. Гоблин застыл с открытым ртом, и смотрела на выжженное пятно. Наконец, он закрыл рот и покачал головой.

- Кажется, ты что-то напутала, - сказал Гхол.

- Это не я, - поспешила оправдаться ученица шамана, - это, наверное, духи что-то начудили.

- Нет, - покачал головой гоблин, - духи не ошибаются, это ты что-то сделала не так.

- Ну почему сразу «не так»? – перешла в наступление Валери. – По-моему вышло отлично. Признайся, Гхол, тебе просто завидно, что мой шар взорвался сильнее.

- Ничего мне не завидно! – возмутился юный гоблин. – Ты мой друг! А завидовать друзьям нехорошо!

- Не злись, - сказала девочка примирительным тоном, - я тоже считаю тебя своим другом и не хочу с тобой ссориться. Да и ссориться нам не с чего. Ведь ничего страшного не случилось. Вон, даже трава еще дымиться, но огня не видно. Значит, пожара не будет. Что до браслета, я, кажется, поняла, в чем тут дело. Твой браслет питает Силой магическое плетение, в котором я не разобралась. А в моем браслете такого плетения нет. Его питает мой Источник магии. И он, видать, посильнее, чем плетение в твоем браслете.

- Может все и так, - ответил Гхол недоверчивым тоном, - вот только как ты объяснишь, что мой браслет пускает красные шары, а твой светло-желтые и такие яркие, что смотреть больно?

Валери вздохнула и ответила:

- Думаю, это как-то связано с моей магией. Магия у меня другая, не такая, как у того, кто сделал браслет. Ладно, хватит тут стоять! Обед скоро. У меня куча дел. Пошли!