Твой лабиринт

Глава 1: Недорогие герои

Нрис, окинув взглядом ещё трёх путешественников, устроившихся на лавках крытой телеги, предложил:

— Нам ехать ещё несколько уров*, как насчёт того, чтобы познакомиться?

Но спутники его не обратили внимания на предложение, словно его и вовсе не существовало. Только возница с интересом решил поддержать беседу:

— А ты, парень, зачем сюда подался?

— Ну так, за те деньги, что дают... — Нрис замолк, оставляя недосказанность, ведь всё и так было очевидно.

Возница не одобрительно поцокал:

— Ох, не стоит оно того. Не стоит.

— Это от чего же? — поинтересовался Нрис, подписавшийся на дело, не особо почитав условия.

Знал он только, что тварь из подземелий не давала покоя окрестным деревням, которые вскладчину решили заплатить «героям», способным её изничтожить. Сумма получилась действительно немалая, даже по меркам центральных миров, чего уж говорить об этих почти что окраинах? Вот только отдать её готовы были только после выполнения задания... Выжившим... А по слухам, одна команда наёмников уже бесславно почила.

— На ту тварь надо бы колдунов Ордариума2, ну или отрядец Псов войны, вроде тех, что кормились с руки Империи Гоузерт, в крайнем случае — вымуштрованную армию какого-нибудь аристократа из центров, которая зачистит подземелье ко всем богам. Одиночки вроде вас подохнут, не дойдя даже до тринадцатого поворота.

— А Вы-то откуда знаете? — поинтересовался Нрис, поёжившись от мрачно расписанных перспектив.

— Так я же вожу всех вас на убой. Больше дураков туда кататься нету. И ведь я же не просто возница, я почти что аристократ. Знаешь про род Адиева? Когда они пали, мы свиснули из их имения не мало добра, пока Тиллери не добралась.3Так что я знаю о центрах получше любого из местных неучей, видевших аристократию лишь на сканах.

— А ничего тебе не будет с того, что так запросто сплетничаешь о власть имущих? — с ухмылкой поинтересовался Нрис, не став добавлять, что сам он был пусть из бедного рода, но всё же из центров.

— Да я съем свои сапоги, если сюда занесёт хоть кого-то из тех, кто реально что-то может. Правители мимо пройдут, на нас с тобой даже не посмотрят, чего уж слушать? Уж поверь мне, видел я их — всё о возвышенных материях или жратве да девках думают.

Нрис понимающе поджал губы. Ему тоже доводилось пересекаться с истинными аристократами, и все они были весьма и весьма специфичными. Пожалуй, вознице удалось дать самую меткую характеристику их интересов. Объединяло же всех их одно — наличие немереного количества денег. И сумма за убийство твари была достойна разве что бедного одиночки вроде самого Нриса, а ни маги, ни Псы не взялись бы работать за такие гроши. Чего уж говорить об армии?

Воспользовавшись тем, что возница явно что-то знал, Нрис полюбопытствовал:

— А почему в контракте найма прописано, что мы не можем переместиться в пространстве ближе чем на день пешего пути к пещере?

Все прочие спутники тоже подались немного вперёд, ожидая ответ, который и им не был дан.

— Так а мага они всё-таки позвали. Он сказал, что энергетический фон нестабильный, советовал не рисковать с перемещениями, а то мало ли как исказится пространство.

— То есть маг Ордариума здесь всё-таки побывал? — включилась в разговор девушка, сидевшая в дальнем углу телеги.

— А то как же? — усмехнулся возница. — Но этот хромой поганец цену назвал такую, что местные вознесли хвалу Пяти, когда жмот удалился. Только за вызов ему пол-имперской выложили.

Путешественники понимающе переглянулись. У каждого из них промелькнула мысль о том, что жадные крестьяне в их лице нашли просто более дешёвый способ решения проблемы. Но местных нельзя было ни в чём упрекнуть — они все сами выбрали этот путь.

***

Деревенский староста лично вышел поприветствовать путешественников, и пока он говорил какие-то возвышенные речи, Нрис понял, что возница действительно был не местным. Ещё в городе Нрис приметил, что большинство горожан имели забавнейшие раздвоенные ушки на макушке, теперь же он понял, что именно эти ушастые и были коренным видом планетки. Во всяком случае, все деревенские были именно такими.

Староста провёл путников в таверну, велел подать еды и выпивки. За составленными специально для них столами, помимо тех троих, с которыми Нрис ехал в телеге, сидело ещё четверо таких же чужеземцев. Нрис пристально оглядел всех собравшихся, приметив на другом конце стола знакомое лицо — парень явно принадлежал к виду скирсов, как и сам Нрис. Возможно, он даже где-то его видел... Да и тот смотрел на Нриса с подобием узнавания — бирюзовые глаза его исподлобья пристально следили за каждым движением наёмника.

Сжав зубы до побеления дёсен, Нрис непроизвольно отвёл взгляд, тут же приметив ещё одного чудака — этот Нрису сразу не понравился. Он был рогатым, что уже было поводом задуматься о предыдущих жизнях поганца4, к тому же на роже его застыла гримаса отвращения, а кушанье так и оставалось нетронутым.

Это странное поведение рогатого заметил ещё один искатель славы и денег — мужик, чьи сероватые волосы были прихвачены золотым обручем, проходящим по лбу:

— Либо жри, либо проваливай!

Девица, так и льнувшая к сероволосому, нежно коснувшись его плеча, что-то тихо шепнула про Судьбу и «совет свыше», так что дальше ругаться он не стал, а Нрис смог расслышать, что мужика звали Вирдайн.

Однако теперь успокаиваться не хотел противный. Голос у него оказался ещё более лишавшим самоконтроля, чем морда:

— Я не согласен есть эти помои. Пусть принесут мне что-то более изысканное.

Теперь в разговор вмешался уже один из приехавших с Нрисом на одной телеге:

— Давайте не будем чинить разборки, пока до дела не дошли, — от слов его так веяло аристократическим благородством, что даже на противного подействовало.

***

В конце трапезы объявился староста, следом за ним, перескакивая с половицы на половицу так, чтобы не наступить на щели, вошла совсем ещё мелкая девчушка, с любопытством оглядывавшая всех собравшихся. При виде старосты противный глубоко вдохнул, рассчитывая выдать очередную претензию, но Вирдайн запустил ложкой ему в лоб, велев: «Зоракс, заткнись».

Староста смерил грозным взглядом девчушку, которая тут же послушно остановилась, принявшись ковырять носком туфельки что-то на полу, пока её отец рассказывал о задании.

По всему выходило, что дело скверно...

***

Хотя староста и сказал, что после того, как они узнают все обстоятельства своего задания, имеют полное право уйти, все восемь солдат удачи стояли перед валуном, преграждавшим вход в подземелья.

Всю ночь они совещались, успели познакомиться и подраться. Вернее, Вирдайн всё-таки набил морду Зораксу и порешил бы его на месте, если бы его не оттащили Кодир — тот самый благородный аристократ, что стал голосом разума в прошлой их стычке, да Велан — ещё один из приехавших с Нрисом на одной телеге. Горонна — всюду таскавшаяся за Вирдайном хвостиком, тут же побежала промакивать ему кровь с разбитой губы, а девушка, приехавшая во второй партии бравых охотников — Терона, с некоторым пренебрежением, но пошла помогать Зораксу. Нрис отметил, что девушка бросила взгляд, полный ненависти, на Вирдайна, которого сам он про себя обозвал стариком, ведь тот был явно самым старшим в компании.

К удивлению Нриса, никто толком и не знал, из-за чего Зоракс сцепился с Вирдайном на этот раз, и разбираться не собирались — рогатый ведь явно сам нарвался.

Наутро, потирая опухшее лицо, Зоракс отыскал ещё один повод не выйти из подземелья — пока местные оттаскивали валун, он с усмешкой посоветовал Велану, любовно полирующему остриё копья, куда более дорогого, чем всё его прочее снаряжение:

— Ты бы копьё оставил. Неудобно в пещере размахивать такой махиной будет.

Увидев замешательство копейщика и молчание всех прочих отрядников, Зоракс продолжил шутку:

— Да не переживай ты так, дождётся оно тебя в доме у старосты. Ну или не тебя, а того, кто отсюда живым выйдет.

Нрис не сдержал смешка, хотя тот и получился несколько истерическим. Его изнутри пожирало странное предчувствие, что тварь будет не самой главной их проблемой… Быть может, оно оказалось навеяно ощущением прожигающего спину взгляда?

Рывком обернувшись, наёмник обшарил глазами спутников. Все собравшиеся смотрели на зиявший перед ними провал пещеры, вот только взгляд его соотечественника Танриса был направлен на него, и в нём читалось искреннее презрение...

Поправив лямки рюкзака с запасом еды на акь*****, Нрис ступил во тьму.

___

*Ур — одна тридцать шестая часть дня по времени Империи, название меры времени, эквивалентное часу.

2Ордариум — организация наёмных магов, собирающая «любимых» мирами обитателей окраин, обучающая их и снабжающая работой. Маги Ордариума славятся в мирах высоким качеством работы и способностью в одиночку заменить армии, а также крайне высокой ценой.

3Эта история подробнее описана в трёх томах «Начала новой историй».

4Рогами отмечал ныне свергнутый правитель одного из миров мёртвых своих приближённых. Сейчас же их удостаиваются самые отвратительные личности. А в последующих воплощениях черты предыдущих форм проявляются тем ярче, чем дольше была «жизнь».

*****Акь — тринадцать дней по времени Империи, название меры времени, эквивалентное неделе.

Глава 2: Подземелье проклятых

Когда Кодир, ставший по всеобщему немому согласию лидером отряда, вытянул перед собой камень-светилиник, закреплённый на держателе, подомной тому, в какой наливали масло для факелов, валун с грохотом затворил их единственную надежду на спасение. Местные слишком боялись, что тварь всё-таки выберется из подземелий, что отказывались оставлять вход открытым. Им было проще снабдить охотников запасами на тринадцать дней и заряженными заклинание на отсчёт времени амулетами — времямерами. Крестьяне оказались в большей мере трусливыми, чем жадными, потому сумелиотыскать восемь сумок с дешёвым подобием Имперской магии, увеличивавшей объём внутреннего пространства. Правда, на своей Нрис заметил кровь, хотя и решил не задавать лишних вопросов о том, откуда же взялось снаряжение, ведь вроде как из прошлых героев ни одного не вернулось...

Кодир и Велан пошли первыми и Нрис решил держаться их, как самых адекватных в компании, хотя за плечом у Кодира висел чехол для чего-то вроде длинноствольного энестрела, так что ребята явно не умели выбирать оружие для битв в узких пространствах. Или что-то знали...

— Вот местные те ещё чудаки, — заговорил Нрис, чтобы хоть как-то заполнить воцарившееся молчание, прогнать гнетущее эхо их шагов и глухие звуки падения капель где-то вдалеке. — Так спокойно открывают вход, но при этом не соглашаются держать его открытым на постоянной основе. Если тварь не подходит к выходу, так и чего бояться?

— «Обычно» не подходит, — сухо поправил Кодир.

— А чем он питается, если вход всегда закрыт? — включилась в беседу Терона.

Шедший рядом с ней Тарис предположил:

— Может это не единственный вход в пещеру и есть парочка, через которые только мелкое зверьё пролезает.

— Мог остановиться на том, что это просто не единственные вход, — ядовито подметил Зоракс. — Хороши местные, о себе позаботились, а на других пусть охотится.

— Вовсе не факт, — каким-то непривычно спокойным голосом ответил Вирдайн. — Возможно она впала в анабиоз. Или, например, как те же арии, имеет достаточно большой запас энергии, чтобы не нуждаться в пище.

— Ты-то уж это наверняка знаешь? — зло хохотнул Зоракс.

Вирдайн вновь порывался было врезать зазнавшемуся кретину, но Гаронна, обхватив его руку, остановила, шепнув что-то на ухо.

«Как бы мы без твари тут друг друга не попереубивали», — мелькнуло в мыслях Нриса, пока он в очередной раз оглядывался на пристально следившего за ним Тариса, замывавшего шествие, потому державшего второй «факел», от чего Нрис поспешно отвернулся, утерев заслезившиеся глаза рукавом.

В какой-то момент Тарис остановился, резко обернувшись, осветив коридор за спиной. От резких движений тени поспешно разбегались, после поспешно возвращаясь, отвоёвывая обратно пространство и словно сильнее сгущаясь. Отрядники в гробовом молчании остановились, взяв на изготовку оружие. К удивлению Нриса, у Кодира действительно оказался при себе энестрел, при том ещё и отделанный имперский золотом, с узорами на ручке, залитыми бордовой эмалью и со звездой элемента Смерти на рукояти. Нрис даже залюбовался холодным блеском этого произведения искусства, позабыв о причине, по которой воину пришлось его извлечь...

— Я слышал шаги за спиной! — непонимающе и испуганно воскликнул Тарис.

На что Вирдайн расхохотался, убирая в чехол широкий клинок, явно снабжённый каким-то заклинание, ведь дол его лезвия изучал лёгкое желтоватое свечение, да и сам он был из Имперского золота — вот уж ошибся возница, решив что кто-то из непростых сюда не заявится:

— Это галлюцинации. Мы идём пару уров, так что тебе просто причудилось.

— А вдруг тварь вышла через одно из тех ответвлений, которые мы прошли и подкралась со спины!

— Не переживай, тварь бы услышали все мы.

— Уж больно много ты знаешь, — сквозь зубы негромко процедила Терона, но Вирдайн услышав её, поспешил ответить:

— Я учёный, мне положено много знать.

Зоракс хотел было вставить очередную шпильку, уже ухмыляясь едкой подколке поправил прилизанные светло-фиолетовые волосы, но группа, проигнорировав его, просто двинулась дальше, а Тарис вручил Зораксу факел, сказав: «Будем теперь меняться, чтобы не чудилось».

Когда на времямере светящаяся линия прошла больше половины деления первого дня, а на пути оказалась достаточно просторная полость чтобы все могли разместиться, ещё и с ручейком, струившимся из щелей в камне, группа остановилась на ночлег. За весь день не было ни одного происшествия, кроме того, что где-то справа послышался грохот обвала, и не имея других ориентиров, отряд решил двигаться на этот звук. Несколько раз они забредали в тупики, разворачивались и шли обратно. Нрис не раз задавался вопросом, а как его соратники собирались выбираться отсюда? Он-то рискнул и, выудив тринадцаток имперских из своего неприкосновенного запаса, прикупил Имперский планшет, который теперь, работая в фоновом режиме, отмечал весь пройденный Нрисом путь. Но ведь не могли же все прочие поступить так же, как минимум потому, что только Кодир, Зоракс и Вирдайн выглядели как те, кому бы хватило денег на такую «безделушку».

На привале они распределились по парам на дежурство, поели и устроились на ночлег. Нрис возблагодарил сначала так почитаемую ариями Судьбу, потом и пришедших на смену ей Пятерых, а под конец на всякий случай ещё и Хаос, за то, что в напарники ему выпал ни Зоракс или Тарис, а Вирдайн с Гаронной, отказавшейся дежурить без своего «милого»...

Не смотря ни на что, Нрис спал не до конца смежив веки, внимательно вслушиваясь во всё происходящее вокруг, как он это делал вот уже несколько ходов. Только из-за своей паранойи Нрис заметил, как Терона встала и ушла куда-то на ур, проворчавчто-то поинтересовавшемуся «куда она намоздрилась?» Велану. Когда девушка устроилась на лежавшемрядом с Нрисом плаще, он ощутил лёгкий и приятный запах сушёных трав, приоткрыв один глаз, приметил, что сине-фиолетовые короткие волосы девушки были чистыми, а рубаха, прикрывавшая небольшую грудь — мокрой, словно на неё попала вода, оставшаяся на теле.

***

Сев напротив Вирдайна и устроившейся у него на коленях Гаронны, Нрис выгнул затёкшую спину, так что каркас захрустел.

— Так тебе тварь нужна живой? — поинтересовался Нрис, усмехнувшись.

— С чего такие выводы?

— Ты же учёный. По тебе очевидно, что ты не из тех, кому нужны деньги, значит дело в научных изысканиях.

Гаронна что-то шепнула Вирдайну на ухо, от чего с лица его сошла настороженность:

— Да. Я изучал эту тварь, крайне интересный экземпляр. Но что насчёт тебя? Ты сюда пришёл за деньгами, однако на шее у тебя весит сума с целым состоянием.

Нрис нервно потянулся к своему тайнику, непроизвольно поёжившись от пристального взгляда неожиданно ставших золотыми глаз Гаронны.

Она знала!

Она что-то знала!

Она знала всё!

Облизнув пересохшие губы, Нрис сумел выдавить из себя:

— Это слишком памятные вещи.

Тонкие губы старика расплылись в поганой улыбке, а в красноватых глазах заплясали насмешливые искорки.

Эта короткая беседа всё никак не давала Нрису покоя, потому он решил составить компанию дежурившим после них Кодиру и Тероне. Не раз он бросал опасливые взгляды на спящую словно невинное дитя Гаронну, чьи фиолетовые глаза в миг словно разобрали его до каркаса, обнажили всё уродство фэтэ, пронзила беззащитное этэ. Терона, заметив эти пристальные взгляды, поинтересовалась:

— Что этот психопат рассказал тебе?

Нрис отрицательно мотнул головой, постаравшись отвлечься:

— А вы сюда какими путями пришли?

Кодир хохотнул:

— На спор. Брат всё говорил, что не смогу, ну я и решил попробовать. Если принесу ему голову твари, он мне свои права наследования уступит. А ты? — кивнул Нрису, вернувшись к осмотру бережно уложенного на колени энестрела.

— А я бедный аристократ из Ветоса.

— Это который теперь колонии Зузамеса? — с искренним любопытством уточнил Кодир.

— Скорее уж Империи Гоузерт, — зло сплюнул Нрис, — будь проклята эта Тиллери.

— Странно, обычно имперцев только верхушки не любят, низшие чины так наоборот встречают их с распростёртыми объятиями.

— Ты хотел сказать крестьяне, а не низшие чины? Не спорю — Империя всё ещё лучшая в плане технологий и магии, но им плевать на положение в обществе и чины — чешут всех под одну гребёнку. Кстати, это у тебя имперский энестрел?

Кодир с улыбкой указал на печать дома Гойс, рядом с именной печатью дочери Империи — Ар:

— Нет, но их мастер приложил к нему руку. Таких по всем мирам только девять — по количеству элементов. Я смог урвать себе Смерть. Они первые, у которых количество выстрелов определено точным числом — не подведёт.

Нрис попросил посмотреть энестрел ближе, но получив отказ понимающе кивнул, принявшись расспрашивать Терону, из которой удалось вытянуть только что-то про возлюбленного...

Продолжив странствие через несколько уров, отрядники наткнулись на обвалившийся свод пещеры.

— Вот она причина грохота, — прокомментировал Вирдайн, осмотрев камни. — Однозначно могу сказать, что это природный обвал.

— Главное, чтобы это не был единственный путь к твари, — едко хмыкнул Зоракс.

Нрис, оглядев противного рогатого, с усмешкой подумал, что ему, а не Теронне следовало бы заботиться о чистоте — волосы Зоракса жирно поблёскивали в искусственном свете двух факелов.

Гаронна, перебиравшая тонкими пальцами свою косу, отливавшую то фиолетовым то рыжим, что-то шепнула Вирдайну, взявшему один из факелов и без объяснений велевшему ждать его на месте.

Отрядники переглянулись, Велан высказал волновавший всех вопрос:

— Мы реально будем ждать?

Неожиданно голос подала Гаронна:

— Судьбы. Милый. Вернётся с благом. Нас ждёт жизнь, — глаза её в этот момент стали не привычно голубоватыми, а золотыми, но все списали это на игу света.

Фраза её на внесла ясности, но отрядники решили дождаться Вирдайна, ведь при попытке уйти Гаронна начинала ужасно визжать.

Вскоре Вирдайн возвратился с переброшенной через плечо дочуркой старосты, отчаянно пытавшейся вырваться, но оказавшаяся слишком мелкой, чтобы совладать с высоким и сильным мужчиной.

— Это что? — почти в один голос поинтересовались отрядники.

Девчушка, оказавшись на ногах, тут же обиженно надула губки, поджав уши, словно котёнок, знающий что он напакостил, но уже примеряющийся, как бы кинуться на журящую его руку:

— Не что, а кто, — обиженно выпалила она. — Моё имя Илла.

— И мы возьмём её с собой? — обеспокоенно уточнила Терона.

— Если иного выхода нет, — ответил Кодир, после чего обратился к дочери старосты: — Как ты сюда попала?

— Лаз был, мы с мальчишками пробирались. А вчера я залезла одна и он обвалился.

— Ой, маленькая! Голодная, — заключила Гаронна, протянув девчушке неизвестно откуда взявшийся сочный местный фрукт.

Девчонка лакомство приняла, но пояснила, что еду и воду она с собой и так взяла, ведь они не в первый раз ходили в подземелья и даже в тот день, когда сюда спустился хромой колун из Ордариума.

Отрядники тут же поинтересовались, а что же здесь делал колдун? На что девчушка охотно ответила, что: «Говорил сам с собой и вроде даже спорил. Один его голос твердил, что от двух этэ пользы будет больше, а другой говорил, что на дорогу он потратит больше сил, чем восстановит. Первый голос был каким-то злым, а второй словно потерявшийся мальчишка. А потом он дошёл до обрыва, и мы дальше спускаться не стали».

— Уж не упырь ли этот колдун был, — вслух поинтересовался Нрис, уцепившись за слова, про восстановление энергии. В поисках ответа он взглянул на Вирдайна, но тот как-то напряжённо рассматривал девчонку, поспешившую съесть угощение Гаронны. Неожиданно старик схватил Иллуза руку, так что только чтонадкушенный плод выпал и покатился по пыльному полу. Вирдайн тряхнулеё за руку, указывая на причудливый шрам, до этого прикрытый длинным рукавом:

— Что это такое?!

Нрис с любопытством взглянул на шрам, тут же озвучив пришедшее в голову предположение:

— Это Первый.

Тут же его слова дополнил Кодир:

— Судя по знакомым словам, это призыв кого-то. А вот это, — указал на две стоявшие рядом буквы, — «Ар».

Восемь пар ошарашенных глаз уставились на него.

— Ну та Ар, которая дочь Империи.

— Думаю, об этом можно будет поломать голову, когда мы уже выберемся, — прервал их всех Зоракс. — Скажи ка, девочка, а ты сможешь нас привести к тому обрыву, с которого спускался колдун?

Илла, воспользовавшись замешательством, высвободилась, охотно закивав.

Всю дорогу Нрис не сводил взгляда с Гаронны, только делавшей вид, что сюсюкается с Иллой — от него не укрылось, как девица пару раз бросила на него настороженные взгляды.

План созрел в его голове когда пришло время спускаться с обрыва. Девица сама подставилась!

Кодир закрепил на одном из сталагмитов две верёвки. По одной вызвались спускаться Велан ведь он был одним из самых крупных воинов, Гаронна и после Зоракс и Терона. Вторая же должна была послужить для спуска Вирдайна, пообещавшего встретить внизу свою «милую», Тариса, которогоНрис очень старательно убедил идти впереди, самого Нриса и под конец Кодира с Иллой за спиной. Пока все суетились у обрыва, Нрис... В последний момент остановился. Он ведь и с войны сбежал от того, что приходилось убивать не только Зузаместких захватчиков, но и бедолаг, которым выпало жить на территориях ублюдков. Пошатываться, глядя на собственные руки, которые, как ему чудилось, были покрыты кровью, Нрис пошёл к обрыву.

Но верёвка перетёрлась и слишком много знавшая девчонка даже не взвизгнув полетела вниз. Нрис готов был вновь возносить молитвы в благодарность богам, всё же решившим его проблему.

Спустившись, Нрис встретился с гневным взглядом Вирдайна, тут же бросившегося на него. Нрис тут же поспешил забраться в расщелину, слишком узкую, чтобы Вирдайн смог достать его. Вот только он не учёл, что тот был магом. Отойдя на несколько шагов, старик обратился к силам миров, но его прервал уже подоспевший Кодир, отвесив парочку отрезвляющих оплеух.

— Эта паскуда убила Гаронну, — проорал Вирдайн, схватив Кодира за ворот его рубахи.

Внегласный командир их остался всё таким же спокойным:

— Это несчастный случай — верёвка перетёрлась о камень. Или у тебя есть неопровержимые доказательства?

Вирдайн бросил на уже выбравшегося, помятого и взъерошенного Нриса ненавидящий взгляд, процедив сквозь зубы:

— Я требую суда поединком!

— Как только выберемся отсюда, — остудил его Кодир. — В сражении с тварью каждый воин на счету, а мы уже потеряли двоих.

— Двоих, — неверяще уточнил Нрис.

— Велан при падении сломал ногу, он дальше не пойдет, — объяснила подошедшая Терона.

Отрядники дотащили Велана до ближайшего ручейка и, оставив один мешок с припасами, пообещав что на обратном пути обязательно вернутся за нам. Но не смотря на все слова, они прекрасно понимали, что даже если вернутся, до выхода они вряд ли смогут дотащить на себе воина. Одна надежда была на то, что после смерти твари энергетический фон успокоится и они смогут уйти обратно через арку.

Тело Гаронны Вирдайн сжёг, сняв с него только рюкзак с припасами, ножи и брошь с гербом дома. Вручив брошь Нрису, старик пообещал забрать обратно её уже с трупа.

— Только если Судьба не окажется на моей стороне, — с напускной самоуверенностью ответил Нрис.

На ночлег устраивались в гнетущей тишине, бросая друг на друга настороженные взгляды, только Илла, от которой всё время происшествия закрывали глаза, непринуждённо попивала звар из металлической кружки, подогретой на вечном пламени, почти не создававшем дыма. Но даже ей передалась всеобщая тревога, что заставляло её неуютно ёжиться.

Первыми выпало дежурить Тероне и Зораксу, как только все уснули, поспешившим отойти от стоянки, Нрис с любопытством решил подслушать их разговор:

— Уж не знаю благодарить случай или нашего бледного, но Видящей с ним больше нет, — хмыкнул Зоракс шёпотом, от чего его голос прозвучал не так раздражающе.

Нрис, закутавшись в плащ как в кокон, незаметно коснулся собственного лица, за последние несколько сезонов его кожа действительно потеряла цвета — посерела, совсем он извёл себя со всеми этими бегами. Вот только не зря он боялся! Тарис явно был сыскарём, пущенным по его следу, уж слишком пристально тот следил за ним.

— К чему ты ведёшь? — с интересом подалась вперёд.

— Я узнал тебя. Ты бала на скане с одним из тех бедолаг, которых эта мразь пустила на эксперименты. Сейчас самое время мести.

— Я пришла сюда не за этим! — воскликнула девушка. — Один из тех двоих, что стали основой для этой твари был моим возлюбленным.

— Что ж, я как раз хотел понять суть его творения. Вот только Вирдайн мне этого просто не позволит. Убей его и я спасу твоего любимого.

В глазах Тероны затеплилась надежда.

Глава 3: Игра в слепых

— Зачем ты это сделал? — с напором потребовал ответа Кодир, смерив пристальным взглядом дежурившего с ним Нриса. Илла, отказывавшаяся хоть на мгновение оставить Кодира, бросила на Нриса такой же недоверчивый взгляд, глаза её блеснули зелёным, словно в глазницах её мерцали драгоценные камни. С Нрисом всё рвался дежурить Тарис, но Колиру и самому было что сказать наёмнику.

— Это не я, — опустив глаза в пол, проговорил Нрис. — Я хотел, но не смог. Я трус и дезертир. Даже верёвку перерезать не смог! — швырнул в ноги Кодира нож, которым собирался отправить в последний путь Гаронну.

— Что ж, теперь я могу тебе доверять.

Нрис поднял на собеседника ошарашенный взгляд.

— Я всё думал, чего ты в последний день маялся, уж не от вины ли? Ты и не мог быть убийцей. На краях верёвки я нашёл следы магического воздействия. У нас всего три мага, которые смогли бы создать заклинание по заданному расстоянию. Я, Вирдайн и Зоракс — нашёл его имя в списках выпускников Первой Академии. Думаю, тут всё уже очевидно.

— А Терону с Тарисом почему отмёл? — облегчённо выдохнув, поинтересовался Нрис.

— Тарис — такой же солдат, как и ты. На что-то слишком сложное ему не хватит знаний. А вот Терона... Хотя, это весьма по женски.

Словно почувствовав, что речь шла о ней, Терона проснулась, поднялась с места и шмыгнула куда-то в коридор. Кодир тут же поинтересовался, куда она собралась.

— Вымыться, а то пропахнем в этих подземелья потом, я не достаточно благородных кровей, чтобы подобно Зораксу патлы жиром смазывать.

— Не ходи одна, пусть уж да тот же Нрис тебя сопроводит.

Терона подозрительно посмотрела на Нриса, худого, потрёпанного, в разорванных после лазанья по расщелинам одеждах, так и не причесавшего всклокоченные волосы и за время их похождения с ещё более впавшими глазами.

— Нет уж, спасибо, а то вдруг камень какой обвалится.

Проследив за удалившейся Тероной, Илла вмешалась в разговор мужчин, заговорив всё тем же любопытный детским голоском:

— А папенька говорил, что Видящие становятся физическим воплощение Судьбы. Что если... — голос Иллы стал необыкновенно серьёзным: — «пришло время исполнить наши роли»?

— Чьи эти слова? — с сомнением уточнил Кодир.

— Того колдуна. Он сказал это у обрыва.

***

Когда Терона так и не вернулась к концу дежурства, Нрис предложил:

— Схожу, поищу её. Я слышал, как Зоракс подбивал её убить Вирдайна. Как бы не случилось чего.

Но Кодир остановил его, и Терону они отправились искать уже всем отрядом.

Тело девушка обнаружилось на берегу. Она опустилась на колени, собираясь склонить я к воде, но не успела — тварь настигла её. Именно тварь, ведь каркас девушки оказался разворочен, а внутренности изорваны и разбросаны шмотками вокруг.

Кодир поспешно развернул к себе Иллу, заворожённо уставившуюся на лицо девушки, искажённое страданием. Он не мог позволить девчонке смотреть на подобное, но и отдать её кому-то не решался, ведь слишком мало доверял, потому, подняв малышку на руки, попросил покрепче обнять его и не оборачиваться. На всякий случай прижав растрёпанную голову к груди, Кодир склонился над телом.

***

— Тут тоже ощущается возмущение миров. Её убили магией, — констатировал Кодир, выйдя прочь из пещеры, где осталось завалившееся на спину распластанное тело девушки.

— Тогда тем более это может быть тварь. Одно её существование возмущается миры, — неохотно признался Вирдайн.

Зоракс едко расхохотался:

— Или, например, заклинание по условию. Ну думаю, не я должен рассказывать о них. Ведь так, Вирдайн?

— Заклинания по условию? О таком даже я не слышал, — в задумчивости хмыкнул Кодир, бросив на Вирдайна заинтересованный взгляд. Если он не знал о чём-то, то значит информация была действительно важной и для ограниченного круга лиц. Значит доступ был у кого-то ещё более высокопоставленного, чем он сам.

— Этому не учат, — насмешливо пояснил Зоракс. — Это можно было только самому найти. Ар писала об этом теоретических рассуждения, но сборник просуществовал в открытом доступе меньше сезона, а потом его закрыли, так что даже у меня нет прав почитать. А я выпускник Академии!

— Спасибо, конечно, что приписываешь мне столь значимый титул, но получается, что даже у меня нет к нему доступа.

— Да, да… Что ещё скажешь, слуга Хаоса? — Расхохотался Зоракс.

Кодир, задвинув стоявшую возле него Иллу на спину, снял с плеча энестрел, лёгким движением сдёрнув тканевый чехол, навёл на Вирдайна, процедив сквозь зубы:

— А ну ка покажи удостоверение личности. И не думай что-нибудь выкинуть, ни одно твоё заклинание не обгонит спуск курка.

Вирдайн послушно вытащил из кармана пластинку, бросив на Зоракса ненавидящий взгляд. Кодир, кивнул стоявшему рядом Танрису, велев забрать пластинку, указав на свой карман, объяснил:

— Вытащи оттуда металлическую трубку — это сложенный планшет, объяснить как сканировать?

Тарис отрицательно мотнул головой. Увидев скан удостоверения личности, Кодир нахмурился — в графе принадлежности к знатному дому, у Вардайна красовался чёрный круг, изрезанный расходящимися от центра красными трещинами, упирающимися в белый круг по контуру — знак Хаоса.

— Назови мне хоть одну причину, по которой я не должен прикончить тебя прямо здесь и сейчас?

Вирдайн неопределённо пожал плечами:

— Я учёный, и если для доступа к знаниям нужно поклясться в верности Хаосу, пусть так. Можешь удостовериться, что я не совершил ни одного преступления, ведь в отличии от Имперцев мы подчиняемся законам тех знатных домов, выходцами которых являемся.

Кодир, кивнув, убрал энестрел, вернул старику пластинку.

— Ты на данный момент единственный, кто находится под подозрением, потому на ночь мы будем затыкать тебе рот и связывать руки — чтобы не колдовал. Но сейчас каждый воин на счету, поэтому будет неправильно лишать тебя оружия днём. — Переведя взгляд с Вирдайна на остальных собравшихся, Кодир спросил: — всех это устраивает?

Спорить никто не стал, только Тарис вытащил из сумки металлический цилиндр с приделанными к сторонам ремешками, протянув его вместе с небольшой коробочкой, в которую были впаяны три зелёных камешка, Кодиру, объяснил:

— Там у ремня на затылке замок, при открытии которого один из камней светится. Думаю, так будет проще.

Кодир с интересом рассмотрел простейшее по сути своей магическое устройство, с усмешкой прокомментировав:

— Боюсь предположить, для чего тебе такие артефакты…

— Особенности работы ловчего беглых, — мрачно ответил Тарис, от чего Нрис поёжился, словно его обдало ледяным ветром.

***

Постепенно, следы обитания твари становились всё заметнее. Здесь тропы пещер оказались более исхоженными, порой в размокшей от воды земле появлялись совсем свежие отпечатки, на стенах оставались отметины когтей, и клочья шерсти.

Подняв один из таких клоков Кодир поинтересовался у следовавших за ним магов:

— Может кто умеет запускать заклинание по энергетическому скану?

Вирдайн только отрицательно мотнул головой, Зоракс же поспешил объяснить:

— Это слишком много расчётов. Даже с планшетом, мы быстрее так тварь найдём, чем высчитаем её положение.

Все дальнейшие закутки отрядники осматривали держа оружие на изготовку, пока не завернули в самый крупный зал лабиринта пещер, в одном из углов которого была навалена куча хлама.

Вирдайн без опаски вышел в перёд, проигнорировав ошарашенный возглас Кодира, оглядел гору мусора.

— Поздравляю, мы нашли лёжку твари.

— Ты уверен, что она не выскочит сейчас из-за какого-нибудь поворота и не прикончит тебя? — с наигранной усмешкой уточнил Кодир.

По лицу Вирдайна расползалась снисходительная улыбка:

— Как минимум потому, что она уже мертва.

Больше ничего не объясняя, Вирдайн принялся разбрасывать собранные в кучу какие-то тряпки, останки разного зверья, успевшие высохнуть и задубеть, слипшись с веточками, камешками и другим сложно определимым хламом, в бесформенные шмоты чего-то тошнотворного.

Отрыв в уложенном в бесформенную кучу мусора, Вирдайн продемонстрировал камень, оплетённой сеткой проволоки из Имперского золота, с отходившими в разные стороны как лучи, длинными, загнутые во внутрь скобами.

— Потому, коллега, что эту штуку она никак не могла снять — только с мясом вырвать. А если эта метка сейчас вот так просто валяется, значит зверь уже мертв.

Отрядники облегчённо выдохнули, но убирать оружие не стали, просто опустив его.

Илла, воспользовавшись тем, что о ней на несколько мгновений забыли, выскочила вперёд, бахнувшись на колени у лёжки твари, сгребла с пола песок, удивлённо хмыкнув:

— Ой, а это пепел.

Вирдайн коснулся праха, оставшегося на месте лёжки твари, с удивлением поняв, пол покрывал не песок, осыпавшийся с каменных стен, а всё, что осталось от его творения:

— Это не пепел, а труха...

— А ты уверен, что колдун не был упырём? — режущим слух голосом хохотнул Зоракс.

— Девочка, ты говоришь, колдун хромал? — настороженно уточнил Вирдайн, впервые пристально оглядев дочурку старосты. А ведь девчонка могла что-то знать! Пусть для них и не было смысла зачитывать заклинание на руке девчонки, ведь любое обращение к мирам требовало колдуна назвать своё имя, но ведь могли же они хотя бы перевести — понять, что же оно всё-таки исполняло. Чего ждать от магии упоминавшей имя неограниченной временем и моралью арийской колдуньи...

Илла охотно закивала. Вирдайн слегка улыбнулся, ведь теперь подтверждалась сложившаяся у него всего несколько мгновений назад теория:

— Вот тебе и ответ, почему он ни был упырём. У этих тварей самовосстановление на уровне физической памяти. Упыри просто не могут быть хромыми.

— А если полукровка? — решил прихвастнуть знаниями Нрис.

— Не важно, — ни на мгновение не смутившись, ответил ему Вирдайн, кому как ни ему знать об упырях — тварях, тела которых он изучал на протяжении долгих ходов. Тварях, в регенерации которых, возможно скрывалось решение его задачи по слиянию двух этэ и фэтэ, ведь, вероятнее всего, регенерация нэсу восстанавливала не только тело, но и разум, приводя его в первоначальное состояние, нужно было только дополнительно придумать, как сохранить слепок сознания.

— Тогда кем же был колдун? — непонимающе хмыкнул Кодир.

— Девочка, а опиши внешность колдуна. Может быть слышала его имя? Или видела что-то примечательное? — не сразу оторвавшись от размышлений, поинтересовался Вирдайн.

Илла охотно рассказала:

— Высокий такой, та лице шрам, прямо на лбу. Перчатки всё время носил — белые. А когда в подземелье пошёл — снял и мы увидели у него золотую руку! Ну и глаза у него ледяные, словно камни. А ещё он только в подземельях капюшон снял и под ним у колдуна были волосы коротки такие, словно его обрили, белые.

— Золотая рука? Протез что-ли? Это вообще не упрощает задачу. Хотя редкий аристократ, которому хватает денег на протез из Имперсокого золота, так просто позволит себя обрить. К тому же шрам над бровью... — в задумчивости раздосадованно проворчал Кодир.

— Не протез, а рука! — недовольно поправила его Илла. — И он был выше любого из вас.

— Это был ария, — с усмешкой констатировал Зоракс. — Только они достаточно… Да вставьте любое что приходит на ум… чтобы не замечать проблем внешности. Одноглазый ублюдок тому подтверждение.

— Логично, — с лёгкой улыбкой подтвердил Вирдайн, — Имперцы одни из немногих, чью мотивацию нельзя объяснить с точки зрения всех прочих разумных. Кто-то из них запросто мог бы поразвлечься на окраинах.

— Или явиться за энергией двух этэ, — насмешливо напомнил Зоракс.

— Или прийти чтобы уничтожить тварь, противоречащую законам мироздания, — задумчиво хмыкнул Кодир, припомнив, что именно арии внесли наибольший вклад в уничтожение непонятно откуда возникших в своё время упырей.

Нрис переводил ошарашенный взгляд с одного своего попутчика на другого, похоже, он оказался втянут в нечто куда более значительное, чем захват его несчастной родины Зузамесом, ставшим колониями Империи Гоузерт.

В размышления аристократов из центров вмешался Тарис:

— Но ведь девочка говорила, что колдун говорил сам с собой!

Хохотнув, Вирдайн отмахнулся от него:

— Он мог просто созвониться с кем-нибудь без визуального канала, а передатчик в карман кинуть или на одежде закрепить. Губами шевелил потому, что обдумывал свою речь, а сходство голосов объяснимо родством или простым совпадением. Единственный вопрос, который должен нас сейчас волновать, так это то, как местным подтвердить смерть твари?

Вирдайн поднялся на ноги, пройдясь по пещере.

— То есть тебя не смущает аномалия с перемещениями? — стремясь поддеть его поинтересовался Зоракс.

Вместо учёного ему ответил Кодир:

— А открой-ка самую новую карту наложения миров и что-то со времён до появления твари.

Пристально рассмотрев обе объёмные проекции, Кодир не сдержал усмешки от того, насколько всё оказалось банально:

— Из-за смещения лепестков мира ткань бытия здесь немного истончилась. Подозреваю, что именно благодаря этому тварь здесь и появилась. Ведь сама она магичить не умела?

— Осознанно — нет, но токи энергии хорошо чувствовала, — подтвердил Вирдайн.

— Тогда для решения проблемы с порталами нужно просто подождать.

— Мы вот так вот просто возвращаемся? — неверяще переспросил помалкивавший до этого Нрис. Как-то всё слишком просто получалось… Он уже успел прекрасно понять, что что-то простое в последствии оборачивается слишком большими проблемами. Взять хотя бы тот злосчастный клад неудачливого барона, который он так и не решился распродать в страхе, что по вещам из схрона выйдут на него.

Глава 4: «Отдай мне своё имя»

— Давно я хотел с тобой поговорить, — мрачно начал Тарис, покручивая в руке датчик артефакта, сдерживающего колдуна. Наконец-то он дождался, чтобы им с Нрисом выпало дежурить вместе. Чтобы не разбудить сокомадников, ловчий предложил отойти вглубь единственного коридора, ведшего в карман пещеры, где они устроились на ночлег.

— Как-то ты сильно заморочился с моей поимкой, — зло хохотнул Нрис.

— Я тебя не ловить пришёл. Ты меня помнишь? Мы с тобой за одной партой в училище сидели. Я хочу просто узнать, зачем?

Нрис заставил себя усмехнуться.

— Разве нужна причина, когда есть возможность? Знаешь, я не хотел умирать. Что мы можем противопоставить Империи. Ведь воевали мы там не с Зузамесом! Я не подонок вроде вас, способный убивать мирных и готовый сложить голову под имперскими сапогами.

— Ты просто трус… — разочарованно выдохнул Тарис.

— Да, трус! — теряя самоконтроль выпалил Нрис. — А кто бы на моём месте не испугался? Кто бы не убежал?

— Я, — спокойно ответил Тарис, испепеляя былого друга взглядом, наполненным ненавистью. — Да, мы проиграли, но мы сделали это с честью.

— А что бы изменилось, останься бы я в вашей проигравшей армии?!

Тарис ничего не ответил, зря он надеялся образумить соотечественника, Нрис уже давно потерялся в лабиринте, выстроенном из собственных страхов.

— Молчишь? А я тебе отвечу! Ничего бы не поменялось! Наше поражение было предрешено! Наша смерть была предрешена и она ничего не решала. Все мы лишь фигуры в руках решающих судьбы миров — песчинки на их пути к какой-то своей непостижимой цели. Так что с того, что одна из этих никчёмных песчинок будет валяться на обочине?

— Что ж, буду говорить на твоём языку, — тяжело вздохнул Тарис, — песчинки все вместе образуют непреодолимые горы, но именно из-за таких как ты наша преграда рассыпалась. Даже мы, сплотившись, можем противостоять той же Империи, Хаосу или упырям.

— Хватит смотреть на мир через призму того дерьма, что верхушки залили тебе в глаза. Нет никакого великого общего целого. Ты слепой идеалист, заблудший в тупик собственного невежества. Все спасают только свои шкуры, оставив всё доброе светлое в детстве, когда папеньки в складчину платили учителям, а на соседском огороде росли самые вкусные молоки.

Тарис с искренним сочувствием взглянул на друга детства.

— Я обещал твоей матери тебя образумить, но видно…

Договорить он не успел, Нрис рывком выбил из его руки только показавшийся из ножен клинок, на одном дыхании выпалив обращение к энергии бытия на Первом: «Я, чьё имя от явления в миры живых Нрис, взываю к Первому элементу. Пылай!» — тут же метнул затанцевавшее на кончиках пальцев пламя в лицо противнику. Тарис завопил от боли, непроизвольно потянув руки к охваченной жадным пламенем голове, завопив леденящим голосом, какой просто не мог принадлежать кому-то из Этих миров.

Нрис поспешно отступил от ловчего, испуганно оглядываясь из-за явно ощущавшегося чьего-то присутствия. Только теперь до его сознания дошли слова, прозвучавшие в момент разговора где-то в глубине пещеры. Пусть он не знал Первый достаточно сильно, чтобы разобрать заклинание, но общую форму его начала не узнать было невозможно: «Я, чьё имя от явления в миры живых Ар...»

Позабыв о корчившемся на полу Тарисе, Нрис обернулся на приближавшиеся шаги. Лёгки и частые. Детские…

В карман пещеры вошла дочь деревенского старосты, вот только глаза её, некогда синие, теперь оказались неправдоподобно зелёными, какими могли бы быть разве что у излишне детализированной куклы — прорезанные сеточкой девяти лепестков цветка жизни. Пусть в остальном это была всё та же Илла, вот только за дочурку старосты её принял бы только слепой. Двигалась она величественно неспешно, не смотря даже на то, что оказалась в крошечном теле, которое до этого Нрис запросто мог оторвать от земли одной рукой — только теперь бы подобно даже не пришло бы ему в голову.

— Почему Пламя? — с любопытством обратилась к Нрису Ар.

Тот только неопределённо пожал плечами.

— Ты мог обратиться к Смерти и он, — кивнула на затихшего в углу, скорчившегося в попытка затушить руками оплавившуюся на каркасе кожу, Тариса, — умер бы куда быстрее и тише. Ну а теперь ты мой должник.

Она на мгновение замолчала, давая Нрису всё осознать, но тот до последнего не соглашался принимать очевидного.

— Я позаботилась о том, чтобы не проснулся кто не надо. И Илла всё видела, поэтому отдай мне своё имя.

— Что это значит? — ошарашенно спросил Нрис.

— Рано или поздно ты умрёшь. Поэтому обещай, что я могу забрать твоё имя после твоей смерти, а я пообещаю, что Илла никому не расскажет о произошедшем здесь.

— Всё будет держаться только на обещаниях? Это же просто слова.

— Не для арий, — с лукавой улыбкой ответила Ар, глаза её в полумраке блеснули зелёным и они дали друг другу обещания.

Мельком взглянув на искорёженное тело, Ар в отвращении поморщилась, бросив на последок: «В ближайший ур можешь хоть всё подземелье разнести — те кто спит не проснутся», — поспешила обратно к расстеленной для нее куртке Гаронны, обитой по воротнику мехом, о который Илла мило улыбнувшись потёрлась щекой, перед тем как вновь провалиться в сон, прерванный кошмаром, в котором Нрис объятый пламенем бросил огонь в Тариса, тут же поглощённого им — ведь не могли же великие герои, что пришли спасать их дом от чудовища, так странно ссориться между собой.

Нрис пошатываясь добрёл до входа в небольшой тупиковый зал лабиринта пещер, в котором они устроились на ночлег, уставившись в пустоту сполз спиной по стенке. Из ступора его вывели глухие хлопки и ощущение чьего-то пристального взгляда. Не без труда наёмник заставил себя поднять голову, тут же пожалев об этом, встретившись с насмешливым взглядом Вирдайна, особенно жутко выглядевшем из-за зажатой поперёк рта трубки, не дававшей сомкнуть ни зубы, ни губы, но позволявшей изобразить отвратительно искажённое подобие улыбки.

Вирдай указал на мешавшую говорить трубку, но получив от Нриса вместо ответа отрицательное покачивание головой, кивнул на спящих отрядников.

Когда Вирдайн расстегнул ремешки кляпа, Нрис не стал бить тревогу, так и не достав из кармана датчика, который поднял с пола у тела Тариса. Он оглядел колдуна обречённым взглядом, представляя как тот расщепит его на мельчайшие частицы одним сложным заклинанием, которое у Вирдайна, конечно же, хватит времени прочесть…

— Что ты сделал с телом? — поинтересовался Вирдайн, против ожидания Нриса не став нападать.

Наёмник неопределённо махнул рукой в сторону зияющего провала коридора. Ничего он не сделал. Не хватило сил...

Подхватив Нриса за плечо, Вирдайн заставил его встать, потащил прочь.

Пока колдун осматривал тело Тариса, Нрис стоял тупо уставившись в стену.

— Подойдёт, действительно очевидно, что его убил маг.

Нрис поднял на Вирдайна непонимающий взгляд:

— Зачем ты мне помогаешь?

— Потому что понял, что Гаронну убил не ты. И надеюсь на ответную помощь, — протянул дезертиру руку.

— Что делать? — ошарашенно уточнил Нрис, увидев оскал мага.

Ничего не говоря, Вирдайн поманил наёмника за собой.

Склонившись над мирно спавшим Зораксом, Вирдайн обратился к силам миров. С точки зрения Нриса ничего не произошло, только лицо рогатого как-то осунулось, глаза впали.

— Берёшь его за ноги и потащили, — велел Вирдан, бросив на замявшегося Нриса строгий взгляд.

Наёмник, чуть не за спотыкавшись исполнил приказ, старательно отводя глаза от бледного лица Зоракса.

— Если ты такой нежный, то чего в наёмники подался?

— А я больше ничего не умею, — пристыженно ответил Нрис, осознавая, как же нелепо теперь выглядел. — У меня отец — отставной военный. Отучил на дому чему смог, потом в военное училище послал, после ещё в корпусе промаршировал, а потом армия. Я ведь другой жизни и не знал.

— А бежал чего? — с усмешкой поинтересовался Вирдайн.

— Да само как-то получилось. Мы с товарищами тайничок барона нашли в одной из отвоёванных потом крепостей — на разведку тогда ходили. Ну вытащили, прикопали, так чтобы после сражения вернуться. Да только потерялись мы как-то при осаде. Я вообще в куче трупов очнулся — закапывать свои собирались. Вылез, а у меня и так голова раскалывается — шлем чуть ли не в каркас вмялся, так эти придурки решили, что я мертвяк воскресший, как раз же слушок про немёртвые легионы Хаоса прошёл. Ну и огрели по башке. Тогда я понял, что не моё всё это дерьмо. Как оклемался, пошёл искать товарищей, а их нет. Ну, думаю, похоронили уже меня, да на денежки отмечают. Но откопал, раньше них успел, да сбежал. Вот только потом понял, один их «другов» моих маячок в клад подбросил. Через пару ходов поганец явился — уж не знаю как меня нашёл, да только по дурости он один был. После этого решил получше на дно залечь. А теперь вот…

— В общем, — констатировал Вирдайн, покряхтывая перехватив бездыханное тело, — ты та ещё мразь.

— Уж не присягнувшему на верность Хаосу в этом упрекать, — огрызнулся Нрис, с ужасом осознавая, что он уже был не просто сбежавшим трусом, но ещё и пособником Вестника Хаоса.

— Ты меня с собой не сравнивай. Я на благо общества тружусь. Сам подумай, покровительство Империи мне теперь не выбить, да и с её падением это в любом случае мало что дало бы. А тут с другой стороны Хаос, силу Он набирает быстро, из-за их беспринципности с ними считаются и их боятся. Так что ещё надо жаждущему тайных знаний деятелю наук?

— Да ты прямо невинный Высший, — сквозь зубы бросил Нрис, заметно устав от неприятной ноши. — Сощурившись, он обратил внимание Вирдайна на только сейчас замеченную странность: — А что у этой рогатой по́гани на груди?

Вирнайн остановился, велев опустить тело на землю, выпустил руки. Присев на корточки, он рывком сорвал лёгкий кожаный доспех Зоракса, поспешно разорвав рубаху под ним. Поморщившись от увиденного, Вирдайн гневно выругался на своём родном языке, так что Нрис о смысле сказанного мог только догадываться. Подойдя ближе, наёмник с интересом заглянул через плечо Вестника, тут же поспешив отойти, спросил:

— Это вообще как?

Вирдайн аккуратно коснулся плоского отполированного прозрачного камня, сквозь грани которого просвечивали зажимавшие его детали каркаса и внутренние органы. Заросшая плоть наползала на камень, стремясь укутать его защитным слоем, если уж не получалось вытолкнуть.От самого камня по телу словно расползались корни, просвечивавшие чернотой из под натянувшейся на них кожи, грозя в какой-то момент прорвать её. Нрис тут же представил, как внутренности шевелились перекачивая кровь и поддерживая в рогатом жизнь, а через камень можно было разглядеть их искажённые движения.

— Тут больше вопрос не как, а зачем? — в задумчивость проговорил Вирдайн, с насмешливой улыбкой сильнее распахнув рубаху, чтобы рассмотреть нарисованную вбитыми под кожу чернилами печать Лорда Хаоса.

— Я Вестник, а ты, погань — слуга, — плюнув в лицо Зоракса, проговорил Вирдайн. — Как минимум мы теперь понимаем, откуда эта паскуда знала про засекреченные заклинания…

— А от начальства не прилетит за то, что своего убил? — с ноткой понимающего сочувствия уточнил Нрис.

Вирдайн в ответ ему расхохотался:

— Что он, что я, лишь песчинки в ладонях той великой силы, что зовёт себя Хаосом. Её деяния столь масштабны, что нет дела до нас. Ну, или, быть может, всё идёт по плану Лорда, ведь говорят, он Видящий, подобно тому, какой была Гаронна.

— А ты с ним никогда не пересекался? — поинтересовался Нрис, оглядев Вирдайна, производившего впечатление достаточно значимой личности.

— А ты никогда со своим королём не пересекался? — в тон ему усмехнулся Вирдайн, вновь подхватив тело Зоракса за руки.

Помогая нести тело, Нрис продолжил рассуждать:

— Ну видел издалека. Но я простой солдат, а ту учёный. Тварь вон создал.

— Таких как я среди Вестников… сшоды*, — ответил Вирдайн, на мгновение запнувшись, вспоминая название из Имперской системы исчисления. — Я говорил с одним из арий, которые общались с Лордом. Пожалуй это единственный вид, представители которого могу позволить себе просто поговорить с Лордом.

— Предполагаешь, что и он из арий?

— А больше некому, — вновь усмехнулся Вирдайн.

— Ох, не создай их в своё время Мироздатели, сейчас бы жили спокойно.

— Мироздатели тоже были ариями…

___

*Сшод — сто шестьдесят девять, 13^2

Глава 5: Трус всё же стал героем

— А ты уверен, что Кодир не решит найти Зоракса? — поинтересовался Нрис, швырнув в провал следом за рогатым и его мешок с вещами.

— Наша задача сделать так, чтобы не пошёл, — ответил Вирдайн, швырнув туда же зверски срезанный со своего пояса кошель. — Скажешь, что чуть задремали, а как глаза поднял, увидел, что он возле меня что-то делает. Поднялся, спросил что происходит, но он в тебя нож швырнул.

— Какой нож? — заинтересованно хохотнул Нрис.

— Вот этот, — ответил Вирдайн, резким движением резанув наёмника по плечу, пустив кровь.

Ойкнув, Нрис поспешил зажать рану, но маг его остановил:

— Нет, ты поспешил растормошить Тариса, а пока отвлёкся, рогатая паскуда тебя камнем по голове огрела.

Нрис недовольно проворчал, на что получил усмешку от Вирдайна:

— Ничего, ты хоть только камнем получишь, а Тарису ради дела вообще умереть пришлось.

Вирдайн показал Нрису где встать, заставил отвернуться, после чего сознание наёмника залила нестерпимая боль, последним что он увидел, было то, как маг, швырнул окровавленный нож в стену, как раз в том месте, где он должен бы был стоять, после чего надел кляп. Перед тем, как окончательно смежить веки, Нрис успел подумать, что колдун нарочно переборщит с силой удара и открыть глаза ему уже не суждено.

Вирдайн собирался было уже улечься обратно, но его остановил пристальный взгляд леденяще зелёных глаз совсем не Иллы, а той необъяснимой сущности, что использовала её имя.

— Ты действовал наверняка, — прокомментировала Ар.

Сняв кляп, Вирдайн с подобием обиды в голосе хмыкнул:

— Он всё равно умрёт, но не сейчас. Поэтому я не против, если он побудет свидетелем.

— Ты тоже… — безразлично пожав плечами, хмыкнула Ар.

— Не хотелось бы. Но вот сейчас вообще не удивила — Террона мне об этом уже сказала.

На кукольном личике Иллы отразилась наигранная обида:

— Если знал, то чего на мальчишку с кулаками бросался?

Лицо Вирдайна в миг помрачнело:

— Тогда я ещё не знал. Я не всегда мог её понять. Она из тех видящих, что служили прямым транслятором речей Судьбы, а они…

Ар понимающе кивнула, безразлично отвернувшись, улеглась спать.

***

Нрис очнулся от того, что кто-то нещадно тряс его за плечо, отвешивая пощёчины.

Морщась от нестерпимой боли, отдававшейся звоном в ушах, Нрис попытался подняться, но тут же поспешил опереться обратно на спину, благодарно приняв флягу с водой. Пил он жадно, влага приносила живительную прохладу, смачивая пересохшие губы.

Где-то на фоне звучали голоса, он вроде даже уже начал различать где была речь Вирдана, а где Кодира. Их силуэты мельтешили в неверном свете начавшего понемногу разряжаться светильника. Заставив себя сфокусироваться на происходящем, Нрис опустил взгляд на поглаживающую его по плечу Иллу, обычную, простую перепуганную девчонку — дочурку старосты.

Подчиняясь необъяснимому порыву Нрис опустил руку на голову девчушки, взъерошив волосы. Она чем-то походила на крутившегося под боком котёнка — такое же непоседливое чудо. Илла, против его ожидания, не испугалась того, что её трогали окровавленными руками, наоборот, прижалась, согревая застывшее на холодной земле израненное в схватке с Тарисом тело.

Наконец внимание на него обратил и Кодир. Присев на корточки заговорил, как-то слишком серьёзно. Или, быть может, Нрис это всё только надумал, в страхе что его тайны раскроют.

— Помнишь что-нибудь из того, что здесь произошло?

Поняв, что у него слишком мало сил, чтобы хоть что-то ответить, Нрис помотал головой, но тут же пожалел об этом — боль, распространившись от затылка, заполонила сознание, перед глазами всё потемнело.

— Дай я хотя бы его осмотрю, — проворчал Вирдайн, заставив Кодира посторониться.

Илла, оглядела мага настороженным взглядом, недовольно фыркнув, когда тот наклонил голову Нриса, разглядывая смятые пластины каркас. Вирдайн потянулся к поясу, тут же в удивлении одёрнув руку, принялся ощупывать себя.

— Что потерял? — поинтересовался Кодир, оглядывая как маг судорожно выкидывал всё из своей сумки.

— Мои инструменты! Они были в кошеле на поясе. Я точно помню что не снимал его! Руками я не смогу поднять детали каркаса, чтобы спаять их.

Оставив свою опустошённую сумку, Вирдайн принялся выгребать вещи Тириса, Нриса, но не найдя ничего, вопрошающе посмотрел на Кодира с его заплечным мешком в руках.

— Что именно тебе нужно?

— Тонкие ножи, шпильки, толстые иглы. Если отыщется пинцет или ювелирные щипцы да зажимы, будет вообще замечательно.

Но Кодир только отрицательно мотнул головой.

Внимание Вирдайна привлекла Илла, дёрнувшая его за подол кафтана. Маг обернулся на девчонку, ожидая, что же скажет её устами ария, но глаза аборигенки были всё такими же синими, какими и должны были быть у местных, без капли зелени или хотя бы бирюзы.

Илла протянула магу небольшой, расшитый речным перламутром кошелёчек, заговорив голосом, сильно отличавшегося от того, каким общалась Ар, не звучанием, а интонациями, от того производившим совершенно иное впечатления:

— Тятя, у меня есть крючочки и иглы, они же помогут?

Вирдайн поспешно развязал узелок, достав так необходимые ему инструменты, хотя и мало из того, что он отыскал, удалось приспособить к делу.

Несколько уров Вирдайн провозился над Нрисом. Кодир не раз порывался заговорить с магом, пока тот усиленно что-то рассчитывавшим на планшете самого Нриса, шепча неразборчивые заклинания, но решив всё же не отвлекать, пошёл прочь. Он постарался насколько это было возможно, проследить путь Зоракса, предполагая, что же всё-таки случилось, но ничего не найдя, вернулся, застав Нриса и Вирдайна отхлёбывавших что-то из одной фляжки.

— Отварчик? — усмехнувшись, поинтересовался Кодир.

— Своего рода, — хмыкнул маг, протянув аристократу выпивку.

Понюхав, Кодир сделал жадный глоток, поморщившись от алкогольной горечи.

— Что помнишь? — поинтересовался он, присев на корточки напротив наёмника.

— Да мы с Тарисом сидели, говорили, потом чего-то сон сморил. А в голове ещё мысль такая странная, что ну ничего же страшного, твари ведь нет. А сам себе твержу, что нам же мага сторожить надо, да и... Ну не доверял я Зораксу, больно уж рьяно он винил Вирдайна. Если учитывать, что Зоракс же Терону и подговорил, а значит как никто другой не знал о её намерениях. И вот, оказалось не зря. Сон у меня, даже так, очень чутки, ну да в училище не и не к такому привыкнешь. Проснулся от какого-то подозрительного шороха. Приоткрыл один глаз, и вижу как рогатая падла над колдуном склонилась и чего-то копошится. Ну я нож по тихому достал, правда чтобы незаметнее было, пришлось левой, встал и говорю ему, чтобы отошёл. А он в меня свой клинок запустил, руку задел, ну я от боли пальцы и разжал. Урод этот замешкался, ну, а я принялся будить Тариса, вместе мы с ним бы лучше справились. Что уж дальше было не помню — он меня видимо по голове шандарахнул, да я и выключился. Но он вроде куда-то убегал, а Тарис бежал за ним. Кстати, что с ним? — на лице Нриса читалось искреннее беспокойство, он попытался даже встать, оглядеться в поисках соотечественника, но тяжёлая рука Кодира заставила его сидеть на прежнем месте.

— А ты что скажешь? — обратился Кодир к магу.

— Теперь понимаешь? — с чувством собственного довольства но всё же печально, проговорил Вирдайн. — Эта паскуда стащила все мои исследования. Так понимаю, пропажа кошеля с инструментами и планшета с копией записей — его рук дело.

— Даже если он специально прикончил Терону, чтобы свалить всё на тебя, у нас нет доказательств. Он не мог предположить, что мы ограничим твои возможности обращения к мирам.

— Конечно! Он ждал, что вы просто прикончите меня и он сможет забрать с моего хладного тела свой трофей. Кто же знал, что вы окажетесь такими порядочными?

— Чего же он тебя не прикочил потом?

— С Хаосом ссориться не захотел. На кражу разработок я жаловаться не побегу — нет смысла, а вот мою смерть бы могли захотеть расследовать, и тогда рогатому придурку пришлось бы уже не сладко. К тому же, он ещё может успеть. Я бы посоветовал поспешить, мало ли какую ловушку он нам подготовит впереди — от несчастного случая никто не застрахован.

Кодир помог Нрису подняться, позволив опереться на своё плечо, чему наёмник оказался очень благодарен, ведь даже не смотря на лечение Вирдайна, перед глазами всё плыло, и каждый шаг в ушах отдавался эхом.

— Вот Нриса ты хорошо подлечил, чего тогда Велану не помог? — поинтересовался Кодир по пути.

— Вдруг в бой, а я уставший, — попытался отшутиться Вирдайн, периодически останавливавшийся, чтобы отдышаться.

Но поняв, что Кодир так просто от него не отвяжется, решил объяснить:

— Вот ты вроде аристократ, а в магии смыслишь не больше олуха с окраин. Что толку, что энестел эксклюзивный купил если даже не догадываешься о всём смысле его устройства? Что по твоему определяет уровень могущества мага?

— Степень любви элементов к нему? То, как много частиц и как быстро готово откликнуться на его зов, — неуверенно предположил Кодир, не ожидавший, что простой вопрос, нацеленный только лишь на то, чтобы пристыдить эгоистичного мага, явно помогавшего Нрису только лишь потому, что из него был замечательный свидетель, превратится в лекцию по магическому искусству.

От ответа Кодира Илла хохотнула, сверкнув зеленью глаз, но говорить ничего не стала.

— Если бы это было так, Нрис бы оказался куда более могущественным магом, чем я. Ведь миры отвечают ему куда быстрее и охотнее.

— А как же слова, про то, что арии любимы элементами и тот факт, что почти все они могущественные колдуны?

— Просто красивая и удобная для них фраза. Ведь куда проще сказать, что это всё благосклонность миров, чем объяснять, что их разум способен просчитывать сложнейшие алгоритмы за считанные мгновения — они просто созданы для магии. И то и другое получается крайне не справедливо, но первое хотябы оставляет надежду для всех прочих, жаждущих подчинить миры. Так вот, сил мага определяет возможность подчинить своей воли только необходимое для заклинания количество энергии и точность её использования. Если бы ты учился да хоть в то же Академии, тебе бы объяснили, что не всегда выигрывает тот, кто получил отклик быстрее, иногда наоборот нужно, чтобы частицы исполнили заданные тобой действия позже. И вот, эта точность и кропотливость, как раз таки решет могущество. На самом деле, чтобы взорвать планету, не нужно призывать всю энергию, её формирующую, достаточно сдвинуть сравнительно небольшое количество в районе ядра, дальше законы мироздания справятся сами. И вот пойми, что гораздо проще черпать горстями энергию мира, чем выуживать по частице.

Пока Кодир размышлял об устройстве миров, Вирдайн незаметно отстал, неслышно сползая по стенке. Его отсутствие замета Илла, тут же обратившая на это внимание аристократа.

— Что на этот раз? — немного обеспокоенно спросил Кодир, смерив колдуна оценивающим взглядом.

— Переоценил я свои возможности. Дай несколько уров вздремнуть.

— Прямо здесь? А кто говорил что нам нужно спешить? — напомнил Кодир, опустив рядом еле перебиравшего ноги Нриса.

— Думаю, ты не настолько силён, чтобы дотащить на себе Нриса, меня, а потом ещё и Велана. А нам ещё подниматься по отвесной скале...

Кодир, тяжело вздохнув, согласился, позволив спутникам немного поспать, сам остался на страже, приобняв устроившейся под боком Иллу.

Поглаживая девчонку по взъерошенной ушастой голове, Кодир заговори:

— И чего ты только полезла к нам, мелкая?

— А нам тут интересно. Тётеньке нравится, — ответила девчонка, уставившись огромными синими глазищами на Кодира.

— Какой тётеньке? — решил уточнить он, опасливо поёжившись.

Лицо Иллы засияло милой улыбкой:

— Она тоже колдунья. Очень хорошая. Она мне всегда подсказывает, если в лесу потеряюсь или ещё чего случится. А один раз я коленку разбила, она меня подлечила.

— Как ты с ней общаешься?

Илла отрицательно мотнула головой:

— Вообще не общаюсь, просто знаю, что ей нравится. Но я могу её позвать, — закатала рукав, показав вырезанное на коже предплечья заклинание.

Кодир вздрогнул, не желал он встречаться с ком-то из арий, тем более в такой ситуации. Может на балах они и были весьма приятными в общении ребятами, но кто знает, что один из них вздумает сотворить где-то на окраинах. Тем более, если речь шла об Ар, для которой даже планеты были просто игрушками. Не мало в мирах ходило слухов о том, как дочь Империи из интереса выкупила на окраинах планетку, заперевшись там ради невообразимых экспериментов. Это ведь именно она заставила Уд-и-у продать Зузамес Тиллери.

Кодир уже хотел было попытаться перевести разговор в иное русло, но оглушающий грохот, прокатившийся по коридорам подземного лабиринта, заставил его настороженно подскочить с места. Растормошив, на всякий случай, Нриса, он помчался посмотреть, что произошло, на ходу сдёргивая чехол с энестрела.

Нрис пошатываясь, подошёл к так и не двинувшейся с места перепуганной Илле, прижав девчонку к себе, попытавшись успокоить.

Сосредоточив внимание на дочурке старосты, наёмник совсем позабыл о происходящем вокруг. Осознав что что-то не так, только когда смог вычленить визг Иллы из гула, отзвуки которого всё ещё звучали в ушах.

Проследив за подрагивавшим детским пальчиком, Нрис поспешно подскочил на ноги, прикрывая собой Иллу. Думать было слишком поздно, необходимо было действовать. В голове очень кстати всплыли слова о скорости отклика миров. Это вселяло надежду на успех. Только вот он чисто физически не успевал всё рассчитать.

Неожиданно Нрис услышал уверенно звучавший голос Вирдайна, он уже закончил «шапку» заклинания, поспешно перейдя к «телу». Нрис вздрогнул, осознав, что маг запустил заклинание, начинавшее исполнение по ходу своего прочтения, ведь стена перед ними начала расти ещё до того, как Вирдайн смолк, отделив от Зоракса, воззвавшего к Ядовито-алому пламени.

Подхватив Иллу на руки, Вирдайн скомандовал Нрису бежать и наёмник, спотыкаясь и всё ещё не очень успешно ориентируясь в пространстве, всё же припустил следом, зачастую ориентируясь на ощупь по стенам, следуя за мелькавшим перед глазами фонариком, подвешенным на пояс Вирдайна.

— Если успеем достаточно оторваться, я смогу поставить заклинание по условию — прикончим тварь, — прокричал маг, обернувшись к отчаянно пытавшемуся поспеть за ним наёмнику.

— Можем просто добежать до Кодира, у его энестрел, — сквозь зубы процедил Нрис, заставляя себя ускориться. — Или ты решил здесь сдохнуть?

— Я должен попробовать остановить его!

— Почему он вообще жив?

— Он слуга Хаоса, не суди его обычными мерками. Сглупил я, надо было тело сжечь.

Неожиданно спину Нриса ожгло пламя. Замерев, наёмник оглянулся, увидев как к ним приближался Зоракс, шагая с насмешливой неспешностью.

Сцепив зубы, Нрис выхватил клинок. Кого он пытался спасти? Безумного мага, втянувшего его во всё это только лишь бы решить свои личные разногласия, и девчонку, которая была чуть ли не самой Ар. Из всех троих Нрис больше прочих нуждался в защите, однако же, именно он должен был всех защитить. Должен же он, трус, сделать в жизни хоть что-то хорошее...

Зоракс просто отмахнулся от вставшего на пути Нриса, который от удара тут же сполз по стене. В мыслях у наёмника прозвучал только лишь один вопрос: «Почему?» Почему именно он оказался втянут в разборки двух безумцев, служивших одному Лорду? В мирах ходили слухи, что Хаос, который принёс в них Лорд, развращал умы поклявшихся служить ему, теперь Нрис убедился в этом на собственном опыте.

Вирдайн оттолкнул Иллу, приказав ей отыскать Кодира, воззвал к силам миров.

Зоракс, жестом остановил противника, с наглой усмешкой заговорив:

— Ты наверняка задумываешься, от чего я всё ещё жив, ведь ты самолично остановил работу моих внутренних органов?

— Узнаю это на вскрытии, сквозь зубы процедил Вирдайн, вернувшись к прерванному обращению, бросил в грудь рогатого собранной в сгусток Смерти.

Зоракс не попытался хоты бы отстраниться, не то что нейтрализовать воздействие заклинание концентрацией противоположного элемента. Энергия, коснувшись его плоти, вступила в реакцию с ней, выбивая частицы Жизни, заставляя фэтэ гнить заживо. Но рогатый просто шёл к магу, с гаденькой улыбкой.

— Я ведь все закрытые заклинания арий изучил. В том числе и про перенос фэтэ на внешний источник энергии. И в отличии от Ар, я рассчитал всё, и не развалился в процессе на части. Я истинный...

Продолжить Зоракс не смог, отвлёкшись на всаженный спину нож, всё же сумевшим оклематься Нрисом. Обернувшись, рогатый увидел измазанное в пыли, перемешавшейся с грязью, но довольное лицо наёмника.

—...бессмертный, — гневно завершил свою речь Зоракс, одним движением выхватив из-за пояса нож и полоснув им Нриса по горлу.

Схватившись за вскрытую глотку, наёмник инстинктивно попытался зажать рану, но усилия были тщетны. Хрипя и булькая, в попытке обратиться к силам миров, он упал на землю, распластавшись на каменном полу. Кровь, струясь из раны растеклась лужей.

Воспользовавшись тем, что Зоракс отвлёкся на Нриса, Вирдайн вооружившись, нанёс неожиданные, но всё же бесполезный удар. Маг метил в грудь противнику, поняв, что именно камень был источником его жизни. Но жизнь проведённая в научных трудах не могла даровать крепкого тела, потому, пусть он и мог парировать самые опасные удары, множество мелких Вирдайн пропускал, морщась от боли, причиняемой очередным «касанием» клинка. Пусть маг и сумел несколько раз задеть противника, но тот был моложе и крепче, потому за каждый полученный удар платил троекратно, не давая времени даже на то, чтобы произнести обращение к мирам.

Уклоняясь от очередного выпада, Вирдайн заметил как за спиной его противника тень скользнула к телу Нриса, не сразу распознав Иллу. Он хотел уже было крикнуть девчонке, чтобы убиралась, но встретился с взглядом арийских зелёных глаз.

Глава 6: Не дитя вернётся к матери

Ар склонилась над умиравшим Нрисом, с сочувственной улыбкой проговорив:

— Хочешь, напоследок, исполню одно твоё желание? Чего жаждешь?

Нрис расхохотался бы, если бы только мог с перерезанной глоткой...

Воистину правдивый слухи, что арии пришли в их миры из иных реальностей. Как он мог ответить? Как мог сказать, что желал смерти?!

Ар кивнув, словно прочла его мысли, коснулась середины его лба изящным пальчиком и касание это несло в себе леденяще обжигающий холод смерти, вместе с успокаивающим теплом нового рождения.

Нет!

Как же не хотелось умирать!

Нрис схватился за касавшуюся его руку Ар, в последний миг различия за лицом Иллы лик прекрасной арии, чьи зелёные глаза сверкали подобно драгоценный камням. Страшные глаза, с нарочито идеальным рисунком. Глаза, смотревшие в самую его трусливую жалкую суть.

Ар безразлично отвернулась от испустившего последний мучительной вздох Нриса, прихватив один из его кинжалов, сбросив обличье Иллы, направилась к Зораксу.

— Это не истинное бессмертие, — сквозь зубы процедила ария, ударив Зоракса под колени тяжёлым сапогом.

Пока противник её не успел подняться, Ар схватила рогатого за волосы, приложив об пол лицом. Вывернувшись, Зоракс бросился на дочь Империи нацелив клинок прямиком в голову, но она скользнув в сторону, отправила противника на свидание с полом, прижав ускорение ударом локтя по хребту.

Утерев изорванным рукавом кровь с лица, рогатый вновь попытался задеть арию клинком, но она вновь словно просто отшагнула, позволив «бессмертому» самостоятельно напороться на кинжал животом, а отступая, повернула лезвие, рассекая плоть, выпуская наружу внутренности. Как бы Зоракс не кичился тем, что раны для него не смертельны, ведь энергия камня поддерживала жизнь в фэтэ, он не обладал регенерацией упырей, а потому не смог продолжить сражение со вспоротым брюхом.

Пинков выбив из руки рогатого кинжал, ария возила клинок ему в грудь, вырезав камень.

Вирдайн, наблюдавший за ходом сражения, поразился тому, как изменился до этого уверенный в себе Зоракс, принявшийся метаться в бесплотных попытках хоть как-то задеть арию. В последний момент маг даже пожалел рогатого, уж слишком жалко были его последние мгновения.

Ар, закончив с Зораксом, разбила каблуком камень из его груди, выпустив всю собранную в нём энергию.

Встретившись взглядом с леденяще-зелёными глазами, прорезанными сеточкой девяти лепестков цветка жизни, Вирдайн вздрогнул. Ария шла к нему, надвигаясь подобно неотвратимому року. Пышные рукава её зелёной рубахи почернели от пропитавшей их крови.

— Рад познакомиться, — издав нервный смешок Вирдайн, потянув Ар в приветствии руку.

— Так знакомы уже, — хохотнула дочь Империи, всё же ответив на рукопожатие.

— Как мы объясним это Кодиру? — попытался перевести тему Вирдайн.

— Оставь это на меня. Он, — кивнула на Нриса, — попросил две жизни.

Вирдайн на мгновение опешив, расхохотался:

— А ведь всё началось с того, что я связался с ариями. Что ж, нет смысла пытаться тебя переубедить?

— Ты тоже гад, — спокойно ответила Ар, взглянув на Вирдайна сверху вниз.

— Ну что же, хотя бы у моей смерти красивое лицо.

— В этом нет ничего романтичного…

***

Нрис с удивлением посмотрел на собственное мёртвое тело, перевёл взгляд на предплечье, где шрамы образовывали совсем не ту фразу на Первом, что «украшела» руку Иллы: «И мёртвых увидят живые» - доработанное заклинание, чтобы впредь было не так просто понять, кем же был его новый хозяин. Он вроде бы и осознавал, что его этэ давно уже в Иных мирах, а то, чем являлся он сейчас, было лишь копией, но он всё-таки жил и помнил всё былое. Пусть он и осознавал, что на самом деле был мёртв, но не мог признать что вот это вот — только лишь слепок Лица.

Нет!

Это всё ещё он!

Просто теперь у него появился Покровитель.

Различив поспешно приближавшиеся шаги, Нрис, послушно отступил на мгновение, давая власть над телом Покровителю, до этого любезно ждавшему, пока он пострадает. Ар натянула на тело Нриса личину Иллы, вновь отступив на глубокий план сознания.

Нрис ужаснулся от вида распластанного тела совсем ещё мелкой девчонки, с раскуроченным горлом. Невольно он потянулся к тому самому месту, где была рана, ставшая для него смертельной, но горло оказалось цело, хотя голова была всё так же пробита, лицо залито кровью, а одежда изорвана.

Кодир застал наёмника сидящим у стены, тупо уставившимся в пустоту. Аристократ помог Нрису подняться, несколько раз встряхнув за плечи, чтобы заставить сознание вернуться из тех далей, куда оно запряталось после жестокой бойни.

— Что здесь произошло?! — потребовал ответа Кодир.

— Как видишь, — кивнул на истерзанное ударами оставшегося в его руке клинка тело, — Зоракс нагнал нас. Он появился как только ты ушёл. Илла заметила его первой, мы пытались защитить девчонку, но как видишь… — повторил он словно в трансе, бессмысленно надеясь, что от повторения всё станет понятнее.

Отпустив Нриса, Кодир прошёлся осматривая тела:

— Это что за дрянь? — выпалил аристократ, присев на корточки у трупа Зоракса, аккуратно приподняв разорванную рубаху, прикрывавшую дыру по размеру чуть больше ладони.

— Из того, что я понял, в груди у паскуды был камень, который питал энергией, чтобы убить, пришлось вытащить.

Нрис с удивлением отметил, что в отличии от того спектакля с Вирдайном, теперь он говорил сущую правду, только вот соратник его наверняка получал толкование, сильно отличавшееся от реальности. Наёмник испытывал какое-то наслаждение от того, как ладно сплетался рассказ, стараясь сознательно не замечать, что мысли о том, как сказать, словно приходили откуда-то из вне.

Увидев тело Вирдайна, на котором не было вроде бы никаких слишком серьёзных повреждений, Кодир выругался, грязно и грубо, как ни позволил бы себе ни один помешанные на соблюдении законов приличия аристократ из центров. Нрис пошатываясь подошёл к соратнику, с удивление увидев, что маг улыбался.

— Ты явно не хочешь этого знать, — проворчал наёмник, пристегнув к плащу брошь Гаронны с печальной улыбкой, направился к телу Иллы, забрав её маленькую вязанную сумочку, обшитую кучей бусинок на верёвочках.

— Ты что делаешь?

— Думаю нужно матери передать. Всё лучше, чем не знать, что с твоим ребенком.

***

Поправив мешок, сильно потяжелевший от переложенных в него полезных вещей, Нрис поинтересовался:

— А как мы Велана потащим?

— У нас куча всякого добра. Соорудим носилки и как-нибудь донесём.

— Есть у меня вариант поинтереснее, — заговорщически предложил Нрис, достав висевший на шее кошель, изготовленный с помощью Имперской магии.

Кодир смерил спутника недоумевающим взглядом. Не раз за время пути он, после затягивавшегося молчания, казавшегося аристократу от чего-то гнетущим, словно не выдерживая, заводил странные разговоры о магии, от которых у Кодира волосы вставали дыбом, ведь насколько же беспринципным нужно было оказаться, чтобы хотя бы рассуждать об этом. Будь бы они в центрах, безумца вроде Нриса погнали бы прочь на окраины или… его наверняка бы приняли в ряды вестников Хаоса, только такие же спятившие могли бы отыскать нечто интересное в его речах.

— Разве тебе не интересно, а что будет если запихнуть кого-то живого в бездонную суму? — заговорил Наёмник, не замечая в последнее время начавшей сквозить в жестах аристократа настороженности.

Кодир отрицательно мотнул головой, на что Нрис тут же поспешил объяснить ход своих мыслей:

— Смотри, мы же можем спокойно заходить в комнаты, внутреннее пространство которых расширено Имперской магией. Однако, ведь искажение пространсва приводит ещё и к искажению времени, в теории, сжимая объекты внутри расширенного пространства «безразмерной сумки», сжимается и время тоже. Но при этом, тоже пока в теории, воздух должен циркулировать, хотя и концентрация полезных частиц будет меньше… или наоборот больше? — глаза Нриса горели необъяснимым огнём интереса. Он же был первым кто удивлялся этой странной перемене в себе, давно уже утратившем всякий интерес к существованию. Теперь он жаждал знать, к нему вернулся интерес к происходящему, словно бы он вновь очутился в беззаботном детстве, когда единственным стремлением было познание мира.

И как только он мог забыть о том, насколько же жить интересно?

Неужели, чтобы понять это, нужно было умереть, продав имя сущности за гранью понимания всех прочих разумных?

Пожалуй, арий им действительно не понять, но причиной тому была ни сила, а неугасающий интерес и стремление к открытию нового, приносившее ту самую силу.

Опасливо оглядев Нриса, сильно изменившегося, но вроде бы оставшегося всё тем же, Кодир неожиданно для себя осознал, что тоже заразился его необъяснимым любопытством и жаждой знаний, потому согласился.

***

Велан встретил их, приподнявшись на здоровой ноге, опираясь на копьё как на костыль. Ему Нрис тоже принялся объяснять свою идею, а Кодир, наблюдая со стороны, с удивлением отмечал как недоверие на лице воина постепенно сменялось интересом. Но вместе с этим он осознал, что говорил вовсе не Нрис. Не наёмнику принадлежали эти жесты и мимика, этот зажигающий огонь в глазах. Всё это казалось Кодиру смутно знакомым, вот только он никак не мог вспомнить, где же видел кого-то столь воодушевлённо посвятившего себя изучению сути миров, чьи безумные идеи зажигали… Был ли у него шанс отыскать этого чудака из прошлой жизни если даже лица его не знал?

Единственное, что теперь интересовало Кодира, так это то, от чего Нрис просто взял и переключился на иную личность, словно рычаг опустили. Ведь не возможно же, чтобы угрюмый молчаливый наёмник, опасливо оглядывающийся по сторонам и ищущий откуда бы мог прилететь удар, превратился в уверенного увлечённого мага.

***

Выпустив Велана из «безразмерной сумы» Нрис поспешил скользнуть в расселину, уклоняясь от копья. Если бы Велан только мог бы ходить, он бы придушил несчастного экспериментатора, но сломанная нога никак не позволяла о себе забыть, потому ему оставалось только нещадно ругаться, по началу припоминая слова из всех известных ему языков, но под конец скатившись на однообразное упоминание по кругу самых распространённых обзывательств на Имперском.

Когда запал Велана стих, Нрис выбрался из своего укрытия, подобрав валявшееся неподалёку копьё, потребовал воина рассказать обо всех своих ощущениях в мельчайших подробностях. Велан по началу взревел, намереваясь придушить так опрометчиво подошедшего к нему наёмника, но спокойный тон и сочувственный взгляд постепенно вернули холодность его рассудку, заставив действительно описать всё увиденное, сосредотачивая внимание на казавшихся даже незначительными ощущениях, ещё и радуясь, когда Нрис закадочно улыбался, что-то отмечая про себя.

***

К выходу отрядники подошли как раз к назначенному дню, посидев несколько уров у затворявшего камня, выбрались на свободу. А после были долгие рассказы об их похождениях, с опущением большинства деталей, которые не следовало знать обывателям, объяснения, что через тринадцаток ходов энергитический фон успокоится, слёзы и утешения матери Иллы, праздник и делёжка заработка.

Нрис, сунув деньги в заплечный мешок, шагнул через дверной проём в другой мир, не обратив внимания на возглас Кодира о том, что миры здесь слишком не спокойны и это может оказаться опасным. Что с ним случиться? Даже если тело окается разобрано на части, Покровитель без труда всё поправит — в крайнем случае просто Имя поменяет. А ему нужно скорее повидаться с матерью, которую так бессовестно бросил, убежав с наворованным. И стоило так прятаться, если смерть всё равно нашла? Причём такая нелепая, хотя вроде и благородная.

Ps: Возница брехал и сапоги так и не съел...