Цена верности

Том 1

ГЛАВА 1

Люпшин, конец 1264 года.

Артегард шёл в своих наполовину проржавевших стальных накладках по крупному рынку Люпшина. Именно оттуда этот юноша был родом, именно Люпшин воспитал и заставил возмужать его.

Артегард шёл медленно, не спеша, ведь тщательно обдумывал своё решение вступить в армию Летоффира, а именно в подразделение охотников за остроухими.

Почему же он решил пойти на этот шаг?

Дело всё в том, что ни единой ломаной кроны не было в его денежном мешке уж порядочный промежуток времени. И не сказать, что он был бездельником или лентяем, просто его профессиональный профиль был маргинален и осуждаем в обществе добропорядочных людей, да и нелюдей тоже. Он был наёмным разбойником, пока, дескать, не наступили лояльные и правовые времена в некогда свободном Люпшине.

Услуги наёмников теперь исполняла городская стража и проверенные люди на жалованье. Казалось бы, невозможное дело, но указы Его Величества Харальда Первородного были порой невероятны.

Ему было десять, когда пришлось впервые украсть мешочек крон у каррабского купца за тарелку похлёбки с гузкой индейки. Для десятилетнего Артегарда эта работёнка была не то чтобы равноценной, но голод порой творит невероятные вещи с разумом всех существ, населяющих мир. Благодаря своей ловкости рук мальчик оказался на попечении местного люпшинского криминального купца. Своих родителей он не знал, да и помнил-то себя только с шести лет, но это уже иная история.

К своим шестнадцати годам Артегард сформировался умным и смышлёным малым, у него были такие мировоззрения, где превыше всего стоял Летоффир. Будучи глубоко патриотичным подростком, он ни минуты не раздумывал о том, чтобы записаться в ряды армейского подразделения, тем более с неплохим жалованьем.

****

Артегард шёл по улицам Люпшина, и впереди уже виднелся штаб армии летоффирского противоборства эльфам.

Осенний ветер развевал каштановые волосы подростка. Холодные порывы заставляли слезиться тёмно-зелёные глаза.

Юноша подошёл к рядовым стражникам, шлёпая по грязевому месиву. Караульный с густо усыпанным прыщами лицом начал с ходу:

— Эй, парень, ты заблудился? Оруженосцы дворян в другой части города!

Артегард понял, что ему будет нелегко убедить бывалых вояк в своей пригодности к службе.

— Я не оруженосец. Я пришёл записаться в ряды армии, — волевым и твёрдым тоном сказал Артегард.

Стражники, переглянувшись, лишь коротко усмехнулись.

— Да что ты! Какой бравый малой... — всё ещё посмеиваясь, произнёс прыщавый и добавил уже более серьёзным и неприятным тоном: — Вали отсюдова. На кой ты нужен господину Райли? Разве что ботинки чистить.

Артегард не был готов так просто сдаться:

— Я пригоден для службы: у меня есть броня, меч и твёрдые помыслы. Или этого недостаточно? Я готов бороться с эльфами, как самый заядлый армеец!

— А я сказал — ты нам не нужен! Иди отседова, нечего беспокоить командира по всяким пустякам.

Артегард понял, что от этих упрямых баранов ничего не добиться. Он решил пробраться в штаб собственными силами и самолично переговорить с командиром Райли.

Юноша оценил обстановку: помимо этих двоих штаб охраняли лишь трое усталых сторожей, и Артегард сразу же нашёл взглядом лазейку — кладовую с винными бочонками и провизией. Она никогда не запиралась, ведь в том не было нужды: тот или иной бедолага заглядывал туда круглые сутки.

Артегард дождался, когда пекарь принесёт свежую партию булочек для армейцев, чтобы проскользнуть в дверь и спрятаться за бочкой вина.

Для того чтобы всё прошло тихо и без происшествий, пришлось снять ржавые стальные накладки. Артегард был готов и без лишних нервов прошмыгнул в помещение. Пекарь довольно долго возился с раскладыванием своего товара, так что Артегард даже устал прятаться: спиртовой запах вина ему уже изрядно приелся. Но вот пекарь вышел, захлопнул дубовую дверь и, естественно, по халатности не потрудился её запереть.

Юноша выдохнул, выпрямился и пошёл к двери, выходящей во внутренний двор штаба. Ему, по сути, нечего было терять: ну запрут его в темницу, и что с того? Зато без ветра, без дождя, да и какую-никакую баланду принесут. Всё выглядело в голове беспроигрышно.

— Эй-эй-эй! Ты кто нахрен такой?! — заорал внезапно появившийся солдат. — Как ты сюда пробрался, щенок?!

— Э-э... Извините, но это был единственный шанс стать одним из вас... Мне нужен господин Райли.

— Щас ты получишь господина Райли, повиснув на этом поганом суку! — солдат угрожающе указал на сухую ветку ближайшего дерева.

— Но... — попытался выкрутиться Артегард, но его перебили.

Высокий седовласый командир с бородой стоял на небольшом крыльце. Его глубокий взгляд был прикован к юноше.

— Я уверен, молодой человек, вы могли бы избрать и иной способ, чтобы поговорить со мной, не нарушая закон Летоффира, — командир Райли сделал небольшую паузу. — Эта выходка говорит о том, что у вас острый ум, но, увы, возраст берёт своё: вы слишком молоды.

— Господин Райли, я вас прошу, возьмите меня хотя бы оруженосцем! Да, я рассчитывал на жалованье, но я готов служить на благо страны и без него.

Райли прищурился и на мгновение задумался.

— Чёрт... Солдатни действительно не хватает, — вполголоса выругался Райли и добавил громче: — Ладно, малец. За твой ум ты можешь рассчитывать на должность оруженосца без жалованья. Тебе дадут обмундирование и довольствие... Ох уж эти малолетние патриоты...

Артегард расплылся в лучезарной улыбке: ему было уже всё равно на деньги, он был готов служить.

Солдаты провели его с плаца в казарму для подручных конюхов, оруженосцев и поваров. Ему выделили вещи, провизию и койку, хотя это было сложно назвать койкой — просто охапка наваленного сена в углу грязного лошадиного загона.

Артегард прилёг после напряжённого дня. Все его мысли были лишь о предстоящей службе во славу Летоффира и короля Харальда. С этими мыслями он и заснул.

ГЛАВА 2

Утренний марш армии короля Харальда разбудил Артегарда. Вскочив на грязный пол, он выбежал во двор. Стояла мрачная осенняя погода, моросил мерзкий дождь. Его сразу приметил десятник и рявкнул:

— Что стоим, оруженосец?! Готовь коней и провизию. Мы выдвигаемся!

Артегард по тону командующего понял, что лёгкой эта вылазка не будет, и бросился выполнять приказ.

Через пятнадцать минут кони и припасы были собраны, да и сам Артегард был готов к дороге. На нём были всё те же ржавые накладки, а под ними — плотная куртка из старой козьей шкуры.

— На тебя нет отдельного коня, поэтому поедешь со мной, — прозвучал мягкий женский голос.

Перед ним стояла удивительной красоты женщина в рыцарских доспехах. Её волосы были аккуратно собраны в белый пучок, а глаза сверкали холодными голубыми огнями. Несмотря на то что воительница сидела в седле, Артегард отметил её внушительный для женщины рост.

— Благодарю... — только и смог вымолвить Артегард.

Водрузив на плечи вьюки, он взобрался на предложенного коня позади всадницы.

— Я Белла. Белла Гарт, — улыбнулась женщина-рыцарь. — А тебя как кличут?

— Арте... Артегард. Просто Артегард, — смущённо проговорил он.

Белла Гарт приветливо улыбнулась: ей явно приглянулся этот молодой паренёк. Женщина пояснила, что теперь он назначен её личным оруженосцем, так как волей судьбы всё решила банальная нехватка лошадей. Артегард чувствовал огромную ответственность.

Отряд выдвинулся на вылазку.

Весь маршрут пролегал через глухие чащобы и топкие трясины. Естественно, риски были колоссальными, но только так можно было провести разведку и зачистку приграничных рубежей страны. Сердце Артегарда колотилось как безумное. Он не понимал своей реакции: вроде бы явного страха не было, но мелкая дрожь предательски отзывалась во всём теле. Под копытами коней хрустели ветки и глухо чавкала грязь, делая продвижение по пограничному лесу ещё более тревожным.

— Артегард, почему ты решил связать жизнь с таким неблагодарным ремеслом, как мнимое рыцарство? — неожиданно спросила Белла.

— Я предан своей стране. Я жажду её величия и процветания, поэтому готов на всё, лишь бы послужить Летоффиру, — гордо ответил Артегард, хотя со стороны это прозвучало с детской наивностью.

Белла усмехнулась и слегка прищурила глаза:

— Я тоже люблю Летоффир. Но так слепо любить своё государство нельзя: слишком быстро и горько разочаруешься и повиснешь как черешня на ближайшем ольховнике.

Артегарда до глубины души поразили слова женщины, заставившие прокручивать их в мыслях всю оставшуюся дорогу.

— ПРИВАЛ! — гаркнул десятник, и всадники принялись осаживать лошадей.

Артегард спешился с вьюками и, как подобает верному оруженосцу, помог спуститься на землю Белле Гарт.

— Вычистишь мечи и кинжалы — и можешь отдыхать, — бросила наставница, отдавая ему поводья.

Артегард весь вечер с упорством приводил в порядок клинки и в итоге добился блеска, вполне удовлетворившего рыцаря.

Наступила ночь — из тех, что барды зовут колдовскими. Воздух пах сырой прелой листвой и болотным мхом, в невысоком кустарнике звенели цикады. Под эту лесную симфонию утомлённый Артегард быстро провалился в глубокий сон.

Наутро весь лагерь разбудили истошные птичьи крики. Солдаты, вскакивая со своих лежанок, тут же хватались за алебарды и мечи. Этому примеру последовал и наш герой: подхватив первый попавшийся клинок весьма сомнительного вида, он подбежал к десятнику, чтобы услышать приказ из первых уст.

Десятник же жестом потребовал тишины. Давящее, нехорошее безмолвие вызывало липкий страх, но за добрый десяток минут томительного ожидания ничего не произошло. Тогда десятник отдал приказ на спешный сбор и выдвижение дальше по забытому богом тракту.

Стоило отряду только тронуться, как раздался оглушительный визг лошади одного из всадников, а следом разнеслись человеческие вопли. Засвистели стрелы. Люди начали падать замертво, утыканные эльфийским железом. Заметно поредевший отряд в панике не понимал, что делать. Десятник был мёртв в первую же секунду: стрела пробила ему глазницу и вышла навылет через затылок. В следующее мгновение из лесной чащи хлынули эльфы.

Белла Гарт, будучи раненной в бедро, тут же обнажила клинок и вступила в бой. Её примеру последовали многие уцелевшие воины отряда.

Артегард тем временем растерянно метался среди суматохи: его юный разум никак не ожидал, что реальная битва может быть настолько беспощадной и жестокой. Собрав остатки воли в кулак, парень последовал за своей наставницей и вместе со всеми ринулся в бой.

Эльфы, вооружённые бритвенно-острыми клинками, верхом на скакунах молниеносно рассекали ряды пехотинцев, а их стрелки с флангов осыпали поляну градом стрел. Схватка была неравной: у людей не оставалось ни единого шанса на спасение.

Белла Гарт сражалась до последнего вздоха. Стоя на коленях с перерубленными подколенными сухожилиями, она яростно отбивалась мечом от полудюжины эльфов и в конце концов рухнула на сырую землю, сражённая очередным метким выстрелом.

Все воины из отряда короля были мертвы...

Артегард, корчась от невыносимой боли, извивался в грязи с переломанными рёбрами и пробитым лёгким. Он непрерывно кашлял, выплёвывая тёмные сгустки крови. Его гибель была лишь вопросом времени: его либо прикончат как раненного зверя, либо бросят медленно умирать в лесной глуши.

Взор Артегарда уже застилал густой туман, но сквозь кровавую пелену он отчётливо различил приближающуюся фигуру. Это был высокий эльф с длинными смоляными волосами, мертвенно-бледным лицом и глазами цвета холодной стали. Остроухий склонился над ним и, не проронив ни звука, с брезгливым презрением посмотрел в широко распахнутые, полные первобытного страха глаза умирающего подростка.

Вдали послышался вопросительный эльфийский глас. Высокий эльф медленно выпрямился и бросил соратникам глухим, властным голосом:

— Да. Все передохли. Уходим.

Развернувшись, предводитель эльфийского народа на прощание одарил Артегарда холодной ухмылкой, обнажившей белоснежные клыки. Горько было осознавать, последним, что юноше суждено было увидеть в этой жизни, станет жуткий оскал тёмного эльфа.

****

Глухие обрывки чужих голосов на долю секунды выдернули Артегарда из смертельного небытия. До его затуманенного слуха донеслось лишь:

— ...грузи... на телегу... выживет...

ГЛАВА 3

Очнулся Артегард в тёплой избе, озарённой мягким приглушённым светом. Грудную клетку пронзило острой болью. Из соседней комнаты доносился густой, манящий запах жареного мяса — настолько аппетитный, что в пустом желудке поднялась настоящая буря.

Артегард попытался опереться на локти и приподняться с постели, но тело будто налилось свинцом. Всё, на что хватило его сил — это издать сдавленный стон.

В ту же минуту к кровати поспешила немолодая женщина с усталым, но добрым лицом.

— Куда ж ты это? Ну-ка тихо, лежи вот так, вот так... — ласково приговаривала она, бережно поправляя подушку под его спиной. — Как славно, что ты очухался, болезный... Кузя вернётся — обрадуется-то как!

Артегард понял, что обязан всем за спасение именно этой женщине и этому Кузе. Когда женщина отошла от постели, всё поправив, он снова провалился в глубокий сон.

Проснулся он не по своей воле: рядом с его постелью шли оживленные разговоры. Открыв глаза, он увидел уже знакомую ему женщину и мужичка ростом с половину этой женщины — по всей наружности мужик был гномом. Завидев, что Артегард проснулся, гном кряхтящим, но вполне дружелюбным голосом сказал:

— Здарова, страдалец несчастный! Говорил же я, что выживет, как пить дать, хе-хе. Меня Кузьмой звать.

Артегард расцепил сухие, потрескавшиеся губы и попытался представиться, но вышло что-то несуразное:

— Аррр... тгавд...

— Кузя, он слаб ещё, оставим его пока что, — жалобно произнесла женщина.

— Да уж… Человеки… Херовая, кхм… наружность. Марта, налей ему похлёбку, а тож без харчей-то и помрёт совсем, хе-хех.

От слова «похлёбка» у Артегарда так сильно заурчало в животе, что он пропустил мимо ушей имя женщины, так бережно с ним обходившейся. В следующее мгновение горячее блюдо уже стояло перед ним. Тело всё ещё не слушалось, и поэтому Марта невозмутимо принялась кормить его с ложки. Кузьма же сидел возле печи и точил топорище, насвистывая знакомую мелодию гимна Думпельгайской империи*.

От сытной, горячей еды Артегарда приятно бросило в жар — казалось, силы действительно наполняют его тело. Он снова попытался произнести хоть слово, и на этот раз вышло:

— Я… Артегард… Артегард из Люпшина…

Подав голос, он обратил на себя внимание Марты и Кузьмы.

— Мой отряд разбили под Серебряным лесом… Эльфы… — продолжал Артегард.

Кузя встал с табурета и подошёл к лежанке с крайне опечаленным видом.

— Знаю, парень, что случилось. Сам же видал, как вас разбили… Ты единственный, кто остался жив, и то — чудо чудное, что это так. Вовремя мы с Мартой подоспели.

У Артегарда пошла кругом голова. Белла Гарт… Воинственная Белла сложила голову в этой бесславной битве, оставшись гнить на сырой лесной земле вместе с остальными воинами.

— Среди всех этих эльфов был один с чёрными волосами. Кто он? — неожиданно задал вопрос Артегард.

Марта испуганно зажмурила глаза, а Кузьма с миной отвращения ответил:

— Очень не повезло твоему отряду наткнуться именно на Серафимида, чёрт бы его побрал… Он известен в этой округе как самое безжалостное эльфийское чудовище, самый молодой генерал Эльфийской республики*.

Артегард, помолчав, произнёс то, что не покидало его сознание:

— Он видел, что я остался жив, но не добил. Он как будто знал, что я выживу… Но зачем? Просто почему…

Кузьма задумался. Ничего не ответив, он вернулся к своему топору.

****

На пятый день пребывания в мирной лачуге Кузьмы и Марты Артегард наконец смог самостоятельно вставать с постели и держать в руках ложку с миской. Усталая Марта по-прежнему заботилась и во всём помогала подростку, который учился заново ходить.

Однажды вечером Артегард наконец задал вопросы, которые его интересовали:

— Кто вы друг другу и почему решили меня спасти?

На лице Кузьмы скользнула улыбка. Он вздохнул и сказал:

— Понимаешь, парень, в этом мире, где каждый день люди да нелюди рубят и кромсают друг друга, должно быть хоть что-то светлое да доброе, что ли… Вот мы с Мартушкой и решились на подобное, — Кузьма сделал паузу и, как будто стыдливо, продолжил: — Кто мы друг другу? Да муж поди да жена поди. Знаю, о чём думаешь: межрасовые браки запрещены, но что ж поделать, хе-хех.

Артегард решил промолчать: он был слишком благодарен этой семье, чтобы продолжать столь неудобную тему.

Шли недели, и Артегард уже вовсю помогал по хозяйству Кузьме и Марте: рубил дрова, охотился. Семья людогномов была действительно рада появлению в их жизни такого парня, как Артегард: ведь союз человека и гнома исключал появление детей, и они относились к нему как к родному сыну.

Раны же затянулись и только изредка ныли, каждый раз напоминая Артегарду о пережитом ужасе и зловещей ухмылке тёмного эльфа Серафимида.

Спустя полгода пребывания под уютным кровом Артегард полностью восстановился и с упоением тренировался боевому искусству с одним из многочисленных топоров Кузьмы. События прошлого поставили перед ним цель стать сильнее во всех отношениях. Он понимал, что сама судьба выстроила ему путь воина, способного защитить как себя, так и других, да и лицо Серафимида, бесконечно всплывающее в его сознании, подсказывало, что война людей и эльфов не окончена.

Убеждения Артегарда насчёт родины сильно изменились: он стал во всех отношениях взрослее и теперь рассматривал её лишь как место рождения и промежуточного взросления. Одним словом, королевство Летоффир для него стало ничем. Во многом к этим заключениям его привели рассуждения покойной Беллы Гарт о долге и родине.

****

Королевство Летоффир располагалось в самом сердце материка и не имело выхода к морю. Это осложняло экономическое положение государства, но тем не менее королевство оставалось одной из сильнейших держав.

Летоффир славился изготовлением лучшей стали и железа, а также густыми лесами, благодаря которым экспорт древесины был наивысшим среди всех прочих государств. Лес был и тяжёлым бременем для королевства, ведь за владение и пользование им шли и шли войны уже который десяток лет. А всё дело в том, что граница крайне неопределенна, и соседняя Республика Эльфов предъявляет притязания на владение своей исторической землей.

ГЛАВА 4

На деревенской ярмарке было не протолкнуться. Существа всех рас и народностей пытались втюхать свой товар любому прохожему, который хоть как-то проявил интерес. Здесь было буквально всё, что пожелаешь: от каррабских* пряностей и любого рода выпечки до свежей рыбы и мяса.

Артегард пробирался сквозь толпу, ища глазами всё то, что попросила его купить Марта. Выбор действительно был огромен, и неопытный Артегард потратил добрый десяток минут, чтобы выбрать «правильные» лимоны и репу.

Совершив все нужные покупки, Артегард стремительно направился прочь с этого шумного места, но его быстрый шаг остановила доска объявлений. На ней поверх всяких грязных пергаментов висела красивая мелованная бумага. Мимо неё просто так было невозможно пройти, и Артегард внимательно изучил текст:

«Свято-Наирская церковная академия.

Юноши и девушки, способные к мышлению и обучению, приглашаются подмастерьями в академические корпуса нашей церкви.

Оплата: крыша над головой, пища в желудке, неоценимые знания»

Подпись: епископ Вальдес

Артегард сорвал объявление и засунул внутрь своего потёртого кожаного дублета.

По дороге домой он всё размышлял над возможностью начать новую жизнь под началом самой известной в округе академии. Ему было неплохо у Кузьмы и Марты, но так продолжаться вечно не могло: людогномья семья и так еле сводила концы с концами, и они слишком многое сделали для него, чтобы пользоваться их добротой вечность. Да и давняя мечта получить крупицу образования сильно привлекала Артегарда. Он был убеждён, что, получив необходимые знания и навыки, сможет быть полезен как в обществе, так и на поле боя.

****

Подходя к лачуге, он увидел двух рыцарей летоффирской армии. Их выделяли ярко-голубые кожаные вставки в доспехах и вышитые шевроны, говорившие о принадлежности к тыловой службе в гражданской среде. Одним словом, этот род воинов считался отребьем среди действительно бравых бойцов.

Артегард пытался понять, что им надо, но, когда послышались душераздирающие рыдания Марты, осознал, зачем явились эти «демоны» в мундирах. Из дома вышел третий рыцарь, который вёл за плечо гнома. У Кузьмы было настолько серое и поникшее лицо, что Артегарду стало не по себе.

Артегард стремительно подбежал к этой процессии, а тем временем один из рыцарей громогласно объявил:

— Именем добродетельного Его Величества Харальда Первородного, каждый взрослый мужчина обязан быть мобилизован для прохождения военной службы на поле боя за независимость нашего славного королевства Летоффир! Сей Кузьма, сын Румальда, имеет честь служить Его Величеству и гордо носить мундир нашего государства.

Пока произносились эти громкие, красивые слова, Марта не переставая рыдала и умоляла не забирать мужа.

Артегард не мог просто стоять и молчать:

— Вы не смеете так поступать, оставьте его в покое! — почти криком вырвалось у него.

Рыцарь-глашатай с недоумением глянул на него и бросил:

— Заткнись, пацан. Закон есть закон, не мешай выполнять работу, а то щас тоже поедешь к остроухим биться.

Рыцари глупо засмеялись.

Артегарда взяла такая злость и отвращение, что он быстро метнулся к пню с топором.

— Вы невинных силой забираете в мясорубку, а сами ни дня не провели на поле боя! Какие же вы рыцари?! Вы позор и отребье!

Рыцари выхватили из ножен мечи и двинулись в сторону Артегарда.

Артегарда заволокла слепая ненависть — он уже не ведал, что творит. Быстро сориентировавшись, он двинул топором ближнего рыцаря в бок, отчего тот согнулся и замертво рухнул на землю. Опешившие воины кинулись на юношу, но тот, извернувшись, сумел зацепить топором руку рыцаря-глашатая в районе локтя, и меч выпал из окровавленных пальцев. Оставшийся последний рыцарь с проплешинами на макушке принял единственно верное решение — подхватить раненого товарища и как можно быстрее убираться восвояси.

Адреналин вперемешку с ненавистью, накрывшие сознание непроглядной пеленой, начали спадать, и Артегард начал осознавать, что натворил. Он медленно перевёл взгляд на Кузьму.

Смертельно бледный Кузьма смотрел на труп рыцаря и произнёс твёрдым, неузнаваемым голосом:

— Уходи. Никогда не возвращайся. Забудь дорогу в это место. Уходи.

Артегард хотел что-то сказать в ответ, но, видя лица семьи людогномов, понял: любые слова излишни. Оставалось лишь смириться с участью изгнанника.

****

Артегард решил не ждать утра или вечера. Он немедленно собрал все свои немногочисленные пожитки: меч, кожаный походный дублет и те самые проржавевшие стальные накладки.

Собравшись, он поспешил удалиться. Кузьму он больше не видел, но Марта стояла у выхода со двора с небольшим кульком в руках.

— Мне жаль, что всё так получилось… — начала вполголоса она, — но ты и сам знаешь, что по-другому никак. Вот, держи, тут немного еды и пару крон. И не смей отказываться.

Артегард молча принял узелок из рук усталой Марты и шагнул на дорогу, ведущую к большому тракту. В его голове роились тысячи тяжёлых мыслей: он понимал, какие смертельные проблемы создал для этой доброй семьи — теперь вояки точно не оставят их в покое. Но острее всего в сердце отзывалось другое: куда бы он ни пришёл, к кому бы ни привязался, за ним неизменно следовали беды.

Неужто он проклят? Или просто рождён под несчастливой звездой?

Во всём этом юноше — уже заметно повзрослевшему, познавшему кровь и утраты — ещё только предстояло разобраться. А пока перед ним лежал лишь один путь. Путь к большой дороге, и куда именно приведёт его эта полная неожиданностей и страха тропа, не ведал никто.

Конец 1 тома.

ПРИМЕЧАНИЯ*

Королевство Летоффир - одно из сильнейших государств материка. Ведет непрерывную борьбу с Эльфийской Республикой за спорную территорию - Серебряный Лес. Нынешний король: Харальд 1 (Первородный)

Люпшин - столица королевства Летоффир.

Эльфийская Республика - самопровозглашенное государство эльфов, гномов и других нелюдей. Нынешний предводитель-король: Херванд (Острый прищур). “Правая рука” и генерал: Серафимид (Темный эльф).

Думпельгайская империя - одно из первейших государств материка, которое населяли преимущественно гномы и полугномы. После кровожадной человеческой аннексии перестало существовать.

Людогномы - любовный союз гнома и человека.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Эта история была написана под влиянием многих фэнтезийных миров. Писал эту историю довольно долго и с продолжительными перерывами.

Скорее всего будет видно насколько меняется темп и качество повествования если сравнивать начало и конец, но я надеюсь это не сильно повлияет на само впечатление от придуманной мной истории.

В этом томе я отразил малую часть своих идей, которые еще предстоит выпустить наружу в дальнейших частях.

Артегард это ни в коем случае не мое альтер-эго, просто имя пришло в голову спонтанно и пришлось мне по вкусу.

Всё только начинается и дальше будет еще интереснее. Всем спасибо за прочтение этой незаурядной истории.

Анисимов Артём,

27.09.2026