Траствуд: Расколотая Корона

Пролог. Звёздная соня

Я открыл глаза и понял, что больше не чувствую своего старого тела. Ни боли от аварии, ни холода.

Вокруг меня нет стен или пола, я буквально парил посреди бескрайнего, завораживающего открытого космоса.

Повсюду мерцают далёкие звёзды, кружатся разноцветные туманности, впереди раскинулся величественный Млечный Путь.

Прямо передо мной на парящем роскошном диване, заваленном подушками, полулёжа сидела женщина и... зевала, прикрывая рот ладонью.

Её тело казалось сотканным из самой ночной галактики: глубокий тёмно-синий и фиолетовый оттенок кожи, по которому плыли живые звёзды и туманности.

Длинные, волнистые волосы цвета яркой голубой звезды мягко колыхались, словно в невесомости. На голове величественная золотая корона в форме острых, изогнутых рогов. Белоснежное платье с золотой отделкой подчёркивало фигуру.

Она широко зевнула, прикрыв рот ладонью, отчего на мгновение её лицо стало почти обыденным и милым, несмотря на всю космическую мощь.

— Мммм... ну наконец-то очнулся, — произнесла она хрипловатым от усталости голосом. — Эймон, да? Или как там тебя... в прошлом мире звали.

— Ну, вроде того.

Женщина лениво махнула рукой, и передо мной появилось удобное кресло из света.

— Садись. Не стой столбом, а то я ещё сильнее захочу спать. Я Лю́нис, богиня... Обычно я просто отправляю души дальше по конвейеру. Но... — она чуть прищурилась, и в её взгляде мелькнуло что-то тёплое и заинтересованное, — ты меня немного зацепил. Может, потому, что в последние секунды своей жизни думал не только о себе.

Люнис опёрлась подбородком на ладонь и улыбнулась уголком губ.

— Хочешь второй шанс? Новое тело, новый мир. У меня есть один на примете: мечи, магия, таверны, красивые девушки. Я даже подарочек приготовила. В мире, в который я тебя отправляю, у всех есть магия, поэтому...

Она щёлкнула пальцами, и рядом с ней появились песочные часы.

— Я дарую тебе часть моей собственной силы — Контроль времени. Но сильно ограниченный, чтобы ты не натворил глупостей и не сломал реальность. Сам разберёшься по ходу.

Богиня подхватила мимо летящую звезду, сжала и бросила в меня. От неожиданности я подался назад.

— Не бойся, это и есть часть силы времени.

В тот момент, когда шар света влетел мне в грудь, я будто почувствовал удар сердца самой вселенной. Мир содрогнулся, в голове послышалось неспешное тиканье часов, а перед глазами на секунду промелькнули золотые искры. Богиня же почему-то улыбнулась.

— А у тебя интересное представление о моей силе. То, что ты сейчас почувствовал, целиком зависело от твоего восприятия силы времени.

Девушка снова зевнула, но продолжала внимательно наблюдать полуприкрытыми глазами, в которых отражалась бесконечность.

Часы выглядели так, словно были не созданы, а вырезаны из фрагмента ночного неба. Их стекло оставалось почти невидимым — тонким, холодным, отражающим редкие отблески света, будто поверхность застывшего космоса.

Внутри вместо песка медленно осыпалась звёздная пыль: густая, тёмно-синяя, с фиолетовыми переливами, напоминающими далёкие туманности. Среди неё вспыхивали крошечные белые кристаллы, похожие на мёртвый свет далёких звёзд.

— Так, я смогу останавливать ход самого времени? Это очень щедрый подарок. Спасибо.

— Контроль времени сильно ограниченный, как я и говорила. Можешь останавливать его на короткий миг для всех, кроме тех, кого держишь за руку. Но никого не убивать, понял? А эти часы... — она провела пальцем по стеклу, — позволят тебе вернуться максимум на неделю назад. Для этого их нужно разбить. А вот чтобы их починить, придётся собирать время. В округе города есть слабые чудовища, они подойдут для этого. Так что думай головой перед использованием, ладно?

Люнис улыбнулась уголком губ — устало, но тепло.

— Ааа... Как пользоваться остановкой времени?

В мыслях я уже был готов остановить время прямо сейчас для того, чтобы подольше полюбоваться на её милые зевки.

Божество, услышав мой вопрос, на секунду замерло с приоткрытым ртом как раз в середине очередного зевка. Её звёздные глаза слегка расширились, а потом она тихо фыркнула от смеха, прикрыв губы тыльной стороной ладони.

— Ох, ты серьёзно? — она наклонила голову, и её космические волосы плавно колыхнулись. — Это твой вопрос после всего, что я тебе рассказала... про остановку времени? Мальчик, ты либо очень практичный, либо ещё не до конца пришёл в себя. Я называю это хроностазисом. Чтобы остановить время вокруг, сосредоточься на ощущении «момента», представь, как песок в часах замирает. Сначала получится всего на 3-5 секунд. Чем чаще будешь тренироваться, тем дольше. Пока ты держишь кого-то за руку, на него остановка не действует. И да, не злоупотребляй этим. От использования хроностазиса сильно устаёт тело и разум. А для твоего непривыкшего к магии тела это может плохо закончиться. Во время применения хроностазиса нельзя убивать. Нарушишь запрет — на тебя обрушится кара.

— Нельзя убивать во время хроностазиса? Даже монстров?

— Даже монстров.

— Почему? Это весомое ограничение, для чего мне тогда эта сила?

— Потому что миг, в котором всё замерло, не должен становиться местом для убийства.

— Могу я попробовать применить его сейчас?

— Ну, попробуй.

Она ухмыльнулась — или мне показалось?

Я глубоко вдохнул, сосредоточился на ощущении «момента» и представил, как весь мир вокруг замирает. В воздухе раздался тихий, гулкий «удар» — словно кто-то остановил огромное невидимое сердце. Время вокруг замерло.

Люнис стояла передо мной абсолютно неподвижно пару секунд, с лёгкой улыбкой на губах. Её космические волосы перестали колыхаться. Всё вокруг застыло.

Три секунды.

Я протянул руку и уже почти коснулся её сияющих голубых волос, но... Она тихо прыснула со смеху, прикрыв рот ладонью, и время мгновенно «отпустило». Её волосы снова мягко заструились, а звёздные глаза искрились от веселья.

— Пф-ф-ф... ой, не могу больше! — она откровенно рассмеялась, чуть откинувшись назад. — Ты такой милый, когда пытаешься меня «заморозить». Я даже подыграла пару секунд, честно. Но я же богиня времени и космоса, Эймон. Меня нельзя остановить, как и солнце нельзя попросить не вставать.

Она наклонилась ближе.

— Но лучше не стоит. Твоя душа пока слишком слаба, чтобы прикоснуться к божеству без последствий.

— Можно вопрос? Почему ты решила даровать мне перерождение?

— Я обычно не делаю таких исключений, но... Эта бесконечная, беспросветная скука. Поверь мне, она съест даже божество.

Она чуть наклонилась ближе, и вокруг неё закружились маленькие звёздочки.

— Ладно, уже пора, Эймон. Я отправлю тебя в город Элде́рвин — довольно уютный городок на границе королевства Тра́ствуд.

Богиня щёлкнула пальцами, и перед тобой раскрылся красивый серебристо-голубой портал, внутри которого виднелись очертания ночного города и огни таверн.

— Элдервин. Центральная площадь, рядом с «Золотым львом». Иди. Я... буду присматривать... иногда...

Она недоговорила. Люнис устало улыбнулась в последний раз, её звёздные глаза окончательно закрылись, и она медленно растворилась в серебристом сиянии, засыпая прямо в пространстве. Портал остался висеть, слегка мерцая.

Я сделал шаг вперёд и вошёл в портал. В момент перехода что-то пошло не так. Я почувствовал резкий толчок — будто чья-то чужая сила вцепилась в поток энергии и грубо перекрутила его.

Глава 1. Незапланированная остановка

Портал дёрнулся, цвета в нём смешались, и вместо мягкого приземления меня резко вышвырнуло.

Сенгерхейм. Тёмная подворотня.

Я рухнул на удивление мягкую, хотя и жутко пыльную кучу старой соломы. Судя по звукам, это точно не тихий курортный городок.

— Кхе-кхе! Твою мать, где я?

В нос тут же бьет резкий, ядреный коктейль из запахов дешёвого эля, жареного на углях мяса не первой свежести, конского навоза и сырости. Я отряхнулся и осмотрелся. Небо над головой затянуто серыми тучами, а прямо впереди бурлит оживленная, но явно злачная улица.

Мимо переулка проходят подозрительные личности в рваных плащах, уличные торговцы хриплыми голосами орут, предлагая сомнительный товар, а где-то за углом слышны крики и звон бьющихся кружек. Вдалеке возвышается колоссальная, неприступная каменная стена. За ней сверкают шпили роскошных замков. Похоже, местная знать отгородилась от этого «рая» максимально надежно.

Я был в узком, темном переулке между какими-то покосившимися деревянными зданиями. Из тени показалась фигура. Навстречу мне вышла высокая девушка в странной одежде. Её наряд был облегающим, одна сторона чёрная, другая тёмно-фиолетовая.

— Смотрите-ка, кто пожаловал, — протянула она.

— Говоришь так, будто я к тебе домой завалился.

— Ну, в каком-то роде трущобы этого города и есть мой дом.

Я отступил на пару шагов назад.

— Кто ты такая?

Она же плавно, покачивая бёдрами, делает шаг следом за мной, сокращая дистанцию. Её разноцветные глаза, голубой и фиолетовый, будто пытались загипнотизировать меня.

— О-о-о, как грубо... Сразу начал с вопросов.

Хватит играть. Я ведь вижу, как ты наигранно дуешь губки. Неужто суккуб?

— А ведь я только что спасла тебя от невыносимой скуки! Наша дорогая Люнис хотела запереть тебя в Элдервине. Знаешь, что это за место?

— Откуда мне знать?

— Это город пенсионеров и фермеров! Ты бы там сошел с ума от тоски через три дня, собирая лечебные ромашки.

Она наклоняет голову набок, и её длинные серебряные волосы скользят по плечу. Острые эльфийские ушки слегка подрагивают.

— Меня зовут Альбе́до. И я... скажем так, давняя «поклонница» нашей звёздной сони.

Она делает еще один плавный шаг вперед, и её глаза внезапно вспыхивают хищным, почти безумным блеском. На её щеках проступает лихорадочный румянец, а дыхание становится глубоким и прерывистым. Она жадно втягивает носом воздух, словно безумный парфюмер, почуявший идеальный аромат.

— О боги... Этот запах, — выдыхает она, и её голос падает до хриплого, дрожащего шепота. — Эймон... Ты ведь даже не понимаешь, что она тебе дала, верно? Люнис никого не благословляла последние две тысячи лет! На тебе не просто её след... от тебя буквально разит её чистейшей, сладкой энергией космоса и времени!

— Не подходи ближе, демоница!

Она удивлённо и обиженно охнула:

— Ох! Догадался, кто я? Но не бойся, я не хотела ничего плохого. Твоя энергия... Ты ведь отдашь её мне, правда? Нам будет очень хорошо вместе... Я высосу из тебя всё, до последней секунды твоей жизни, если ты позволишь...

Нет-нет-нет! Надо сваливать! Спокойно, Люнис говорила... Время застывает, песчинки замирают.

В ушах раздался хлопок воздуха. Мир окрасился в серые тона, а капли, падающие с крыши, застыли в воздухе.

— Работает... Чёрт, работает. Ладно-ладно, подвинься...

Я отодвинул Альбедо в сторону и помчал прочь из переулка.

Какой-то банальный эффект остановки времени. Хотя погоди, Люнис же сказала, что восприятие зависит от того, как я это вижу в голове. Хмм...

— Чёрт, больше не могу.

Удалось удержать время всего на четыре секунды, после чего лёгкие начали гореть. Бежать было сложно, но я успел выбежать на дорогу, растолкав несколько человек. Прохожие теперь ошарашенно оглядывались, пытаясь понять, что это сейчас было.

— Твою ж! Почему так сложно? Никчёмные четыре секунды, а я будто марафон три дня бежал.

С восстановившимся ходом времени оглушительной волной вернулись и звуки рыночной площади. Я замер на месте, судорожно оглядываясь на темный зев переулка. Сердце колотилось так, что ребра трещали. Сейчас выскочит. Точно выскочит, шаги у неё бесшумные, нагонит в два счета... Но из темноты доносился лишь этот жуткий, ломаный смех. Прошла секунда, две, три... Никто не бежал за мной. Она будто застряла там, захлебнувшись собственным безумием.

— Ха... ха-а... О боги... Этот вкус...

По спине пробежал холод.

— Да она больная.

Идущая рядом женщина странно покосилась на меня.

— Простите, это я не вам.

Обливаясь холодным потом и едва волоча ноги от жуткого истощения, я отошёл, как мне показалось, на пару кварталов глубже в город. Сердце колотится в ушах как бешеное. В глазах немного темнеет от отдачи. А ведь это были всего четыре секунды магии времени! Организм буквально умоляет о сочном стейке и кружке чего-нибудь холодного, чтобы восстановить силы.

Я добрёл до торговой площади, как мне показалось. Вокруг снуют люди в бедных одеждах, пахнет жареной рыбой, сыростью и специями. Чуть в стороне мой взор выхватывает вывеску кузницы, откуда доносится мерный, тяжелый стук молота о наковальню — дзынь! дзынь!

Возле открытых дверей кузницы стоит пара крепких стражников в помятых кожаных доспехах. Они о чем-то громко, на повышенных тонах спорят с кем-то, кто находится внутри здания.

Колени подкашиваются, да что со мной? Иду как после драки за дешёвый алкоголь.

Пытаясь казаться уверенным прохожим, я делаю шаг в сторону кузницы, надеясь опереться о деревянный столб навеса, но координация подвела. Я споткнулся о какой-то камень и полетел вперед, прямо к порогу кузницы.

— Да твою ж!

Падение прервало мою фразу. Благо успел выставить руки и не так сильно ушибся. Стук молота внутри прекратился.

Из глубины темного, пропахшего углем и раскаленным железом помещения к выходу уверенным шагом направляется фигура среднего роста, вытирая руки о грубый кожаный фартук. Её сильный, гордый взгляд тут же падает на меня, а затем переводится на опешивших стражников.

— Так, я не поняла, — раздается её звонкий, твердый голос с явными нотками раздражения. — Вы мне теперь еще и должников своих под двери подкидывать будете, чтобы я за них налоги отрабатывала?

— Прошу прощения, леди, просто вымотался. Не подскажете путнику место, где можно перекусить?

Стражники, услышав мой голос, недовольно хмыкнули. Один из них, сплюнув в сторону, презрительно осмотрел мою покрытую пылью одежду.

— Ещё один бродяга... Слышь, парень, шёл бы ты отсюда. Сенгерхейму не нужен очередной карманник.

Девушка резко перевела взгляд на стражников. Её светлые брови грозно сдвинулись, а рука в перчатке легла на кожаный пояс, увешанный инструментами.

— А ну заткнулись оба! Вы у моей кузницы стоите, а не у себя в казарме. Проваливайте, пока я цену на починку ваших нагрудников втрое не задрала. Налог я выплачу к концу недели, как и обещала вашему капитану. Пошли вон.

Стражники скривились, явно не желая связываться с острой на язык девушкой. Они переглянулись и, ворча что-то под нос, нехотя побрели в сторону площади.

Поправив светлые волосы, хозяйка кузницы подошла ближе. Её взгляд смягчился, но молот в руке она сжала покрепче. На миг её взор скользнул к моему поясу, и в глазах мелькнуло удивление.

— «Леди»? — иронично произнесла она, протягивая крепкую, испачканную в саже руку, чтобы помочь подняться. — В Нижнем городе меня так ещё никто не называл. Сразу видно — приезжий. Ну, вставай, путник.

— Благодарю. У вас не принято вежливое обращение к незнакомцам?

— Парень, ты в Нижнем городе Сенгерхейма. Тут за кошельки режут быстрее, чем здороваются. А насчёт места, где перекусить... Если тебе дорого здоровье, не суйся в таверны на этой улице — там вместо мяса подают крыс, а в эль подмешивают сонную траву, чтобы обобрать до нитки. Чуть дальше по переулку, у старого моста, есть лавка дядюшки Тома. У него старая пекарня, там можно взять сносный горячий пирог и чистую воду без риска для жизни. Хотя, судя по твоему виду, ты до моста не дойдёшь, а просто свалишься где-нибудь в канаве, и те двое, что ушли, снимут с тебя эти красивые часы.

— Часы? Чёрт...

Я попытался их чем-то прикрыть, но длина одежды не позволяла.

— Заходи внутрь, присядь пока на ящик, — вздохнула девушка. — У меня осталась половина вчерашней лепешки и немного козьего сыра. Не еда дворян, но на ноги поставит.

— Ваша доброта противоречит вашим предыдущим словам о местных, — заметил я, проходя внутрь. — Что, если бы я тоже оказался убийцей?

— Пф! Не смеши меня. Ты на ногах-то еле держишься, мне и молот не пригодится, чтобы уложить и вышвырнуть тебя.

— Справедливо... — уже тише произнёс я.

Она указывает на крепкий деревянный ящик, стоящий возле верстака с аккуратно разложенными напильниками и зубилами. Сама же подходит к небольшому навесному шкафчику, достаёт завёрнутую в холщовую тряпицу лепёшку и кусок козьего сыра. Рядом на стол опускается глиняный кувшин с прохладной водой.

— На, ешь. И воду пей не торопясь, а то обратно пойдет, — она садится напротив, на край пустой наковальни, свободно закинув ногу на ногу.

Я отломал кусок лепёшки и сыра. Вкус оказался неплохим. Не сравнится с блюдами моего мира, но, по правде говоря, это было куда вкуснее моих ожиданий. Тело начинает жадно впитывать калории.

— Очень вкусно, вы сами их печёте?

— Конечно, что за вопрос? Я же не из знати, чтобы слуги готовили.

— Простите, не подумал.

Она махнула рукой:

— Не бери в голову. Что важнее: твоя одежда, манеры, эта побрякушка с сияющей пылью... — она кивнула на артефакт. — Ты точно не из наших краев. И даже не из Верхнего города — тамошние напыщенные индюки из знати скорее сдохнут от голода, чем зайдут в кузницу к эльфу. Так откуда ты свалился на мою голову? И почему выглядел так, будто из тебя только что выжали всю жизнь?

Она, конечно, была добра ко мне, но сколько правды я могу раскрыть? Рассказать о богине? Да она меня за сумасшедшего воспримет. А демонесса? Часто ли здесь видят суккубов?

— Я и правда не местный. Прибыл сюда с далёкого востока и мало что знаю о стране и этом городе. А моё состояние... переборщил с магией. До сих пор ощущение, будто меня изнутри вывернули.

— Бывает. Новички часто вливают много маны, из-за чего их тело остаётся истощённым. Но ты что, впервые пользуешься магией?

— Просто плохо её контролирую.

— Плохо контролируешь, да?

Она поднялась, подошла к наковальне и взяла молот.

— Всё нормально?

— Знаешь, что странно?

— Что?

— Даже когда я кую железо и своей явно слабой магией проверяю металл на наличие изъянов, это оставляет след. Но на тебе нет и намёка на применение магии.

Она подошла на пару шагов.

— У всех в Нижнем городе есть секреты. Но врать мне в лицо в моём же доме — это уже наглость.

Я невольно подобрался, приподнимаясь с ящика.

И что я должен ей ответить? Откуда мне знать, почему моя магия не оставила следа?

— Прости, но то, что я сказал тебе, — правда. Я не знаю, почему ты не видишь следа моей магии, но я действительно её применял.

— И какой же магией ты владеешь?

— Не знаю, как это назвать. Что-то связанное с ускорением восприятия. Для меня мир словно замедляется на пару секунд.

— Никогда не слышала о чём-то подобном, но это явно не сила простолюдина. Это уже больше похоже на способности боевых магов.

Эльфийка опустила молот на стол не ослабляя хватку.

— Манеры у тебя не как у местного бродяги.

Она прищурилась.

— И держишься ты не как вор или наёмник. Так ты кто? Ученик мага? Гвардеец? Погоди... Тебя выгнали из гвардии из-за плохого контроля магии?

Внезапно. Но версия рабочая. Единственное — я ведь вообще не знаю, как здесь всё устроено, и соглашаться на первую подходящую мне версию опасно. Вдруг она таким образом проверяет меня на ложь.

Я понуро опустил голову.

— Не совсем... Но меня и правда изгнали.

— Гремлин с тобой. Можешь не продолжать, если не хочешь. Но и новые проблемы из-за тебя мне не нужны. Поэтому доедай и иди на все четыре стороны.

Мда... Она кажется слишком доброй для того мира, который она мне описала.

— И блестяшку свою прикрой. Не то в первом же переулке горло перережут за неё. Вот, держи.

Она бросила в меня старый кузнечный плащ.

— Мне нечем за него заплатить.

— За эту пыльную тряпку? Не смеши, тебе не нужно за неё платить.

Странная девушка. В месте, где меня готовы обчистить за часы, она отдала мне собственный плащ.

— Спасибо большое вам за помощь. Я обязательно верну вам долг, леди.

Я поклонился, выражая свою признательность.

— Выпрямись, живо. Я не та, кому стоит кланяться. И хватит уже звать меня «леди». Моё имя Икси́я, а твоё?

— Меня зовут Эймон. Что ж... Будем знакомы.

Я протянул ей руку в приветственном жесте. Она, секунду помешкав, крепко её сжала. Я даже слегка скривился от боли.

— Хватка, достойная кузнеца.

— Ой, прости, — усмехнулась она.

Я накинул плащ на плечи и подвязал его на поясе, надёжно скрывая часы Люнис. Едва мы вышли наружу, как левее по улице раздался мерный стук десятка копыт.

— Что это?

— Сейчас узнаем.

Люди начали расступаться, прижимаясь к стенам домов.

— С дороги! Гвардия Короны!

— Королевская гвардия?

— Странно... Королевская гвардия не являлась в Сенгерхейм годами. Что же им нужно?

Она с подозрением посмотрела на меня.

— Я с этим никак не связан, клянусь, — я поднял руки в примирительном жесте.

Над улицей взметнулось изорванное бордовое знамя. В его центре распускался золотой лотос — острый, словно выкованный из клинков. Над ним пылало багровое солнце. Жители Нижнего города невольно опускали глаза, узнавая знамя Короны.

— Довольно грозное знамя.

— Поверь мне, им оно подходит.

Позади трёх рыцарей на статном коне ехала девушка. Она сидела, выпрямив спину так ровно, будто её с детства учили не показывать миру ни усталости, ни знаков слабости. Белый мех на плечах и чёрно-золотой наряд выдавали в ней высокое происхождение даже раньше, чем это делала стража вокруг.

— А это кто там, позади рыцарей?

— Где? Святые гро́ксы... Это принцесса!

Похоже, спокойной жизни мне не дадут.

Светлые волосы незнакомки спадали длинными золотистыми локонами, слишком идеальными для этого грязного города. Зелёные глаза — холодные и внимательные — скользнули по мне с той осторожностью, с какой знать обычно смотрит на людей низшего класса. Возможно, мне показалось, но её взгляд будто задержался на мне чуть дольше, чем следовало.

— Она на нас смотрит?

— Не дай богиня, у меня будут из-за тебя проблемы, Эймон...

Проезжая мимо нас, лошади почему-то нервно зафыркали. Судя по всему, принцессу это встревожило: она оглянулась и снова посмотрела в мою сторону. Дико захотелось скрыться в лавке Иксии, но я не мог так подставить эльфийку.

— У меня с одеждой что-то не так?

— Не говори со мной.

— Да что я опять сделал?

— Проблемы мне принёс!

— Ты думаешь, корона пришла за мной?

— Не льсти себе. Думаешь, принцесса будет гоняться за тобой по королевству?

Отряд наконец скрылся за поворотом, направляясь к внутренним воротам Верхнего города.

— Как думаешь, почему принцесса здесь? Насколько я понял, Сенгерхейм — не самое приятное место в королевстве.

— Не знаю. Сюда обычно приезжают либо за деньгами, либо за кровью.

— И какие у них планы на этот раз?

— Ой, иди уже, куда ты там собирался.

— Ты чего? Что я...

Она захлопнула дверь раньше, чем я успел договорить.

Ну и что это было? Что я сказал не так? И куда теперь?

Вздохнув, я побрёл по рыночной площади в сторону внешней стены, надеясь, что тамошние таверны будут более цивилизованными.

Спустя полчаса неспешного шага по петляющим улицам я вышел на широкую мощёную площадь прямо у подножия исполинской каменной стены. Здесь Нижний город выглядел чуть богаче. Дома повыше, а прямо у дороги красуется массивное двухэтажное здание из темного дуба с ярко освещёнными окнами. Над дверью покачивается кованая вывеска «Пьяный дракон». Изнутри доносится аппетитный запах запечённого окорока с травами, свежего хлеба и приглушенный гул приличных разговоров — никаких пьяных воплей и звона разбитых голов.

Толкнув тяжелую дверь, я вошёл внутрь. Зал просторный и чистый. У камина греются несколько торговцев в дорогих кафтанах, а за дальними столиками тихо переговариваются наемники в хорошем снаряжении. Я пошёл к массивной стойке, за которой упитанный трактирщик в чистом фартуке протирает бокалы.

— Здравствуйте!

— Чего тебе?

— Я в этом городе недавно, но меня уже успели обчистить местные.

— Тогда поздравляю, ты официально в Сенгерхейме.

— Я к вам с вопросом, сэр.

— И каким же?

— Мне нужна работа. Любая.

— Взгляни на доску. Вон та, справа от входа. Туда вешают всякие объявления.

Подойдя к доске, я ждал увидеть стандартный в играх набор квестов для новичков вроде «убей пять крыс», но здесь листки гласили совсем о другом:

«Новое средство от укусов Инсе́ктов!»

«Корона заглушила бунт в Го́строксе».

«Пропал мальчик лет пяти, тёмные волосы, синяя рубаха! Прошу, сообщите владельцу таверны, если что-то знаете!»

Я как будто сводку новостей смотрю... А это что?

«Готовится рейд на Тара́ска! Нужны сильные маги либо рыцари с хорошим снаряжением!»

М-да... Сюда мне точно рановато.

— Эй! — окликнул меня мужик из-за стойки. — Если не боишься проблем... Тут один человек как раз искал лишние руки.

После сегодняшнего дня меня уже сложно удивить.

— Где я могу его найти?

— А вон он, в углу сидит.

Мужчина сидел в углу спиной к стене. На нём не было рваного плаща разбойника — скорее добротное дорожное пальто, слишком дорогое для этого места. На столе перед ним стояла нетронутая кружка эля. Так сразу и не скажешь, что можно от него ждать.

— Можно?

— По делу? — коротко спросил он, не поднимая глаз.

— Да. Трактирщик сказал, вам люди нужны для...

— Не здесь, — резко перебил он. — Слишком много ушей. Давай выйдем.

Он поднялся и, подойдя к трактирщику, оставил пару серебряных монет и направился к выходу. Я поспешил за ним. Мы завернули в относительную глушь за таверной.

— В районе доков, возле старых складов, по слухам, пропало уже пять человек, — без предисловий начал мужчина. — Твоя работа заключается в том, чтобы осмотреть склады и найти хоть какие-то зацепки. Всё понял?

— И сколько обычно живут те, кого отправляют «осматриваться»?

— Никто не говорил, что работа будет чистой. Но не волнуйся, если тебе удастся что-то выяснить, награда тебя не разочарует.

— А конкретнее? За что я рискую?

Он мгновенно насторожился, когда неподалёку прошла группа прохожих, и понизил голос:

— Пол-золотого за что-то незначительное и золотой, в случае если улика окажется весомой.

— Как насчёт двух золотых?

Он посмотрел на меня так, будто я только что предложил купить ему половину Сенгерхейма.

— Парень, не наглей. Два золотых местные и за три месяца не заработают.

— Ладно. Я согласен.

— Тогда встретимся через день в этой же таверне после заката. И да... — мужчина пристально посмотрел мне в глаза. — Не лезь в катакомбы под городом. Что бы ты там ни услышал.

— Чего?

— Бывай.

Глава 2. Железные тиски

Странный мужик. Но если я правильно понял его реакцию, информация о старых складах может стоить хороших денег. По меркам этого города как минимум. Надо бы спросить трактирщика о старых складах.

Вернувшись в «Пьяный Дракон», я снова пошёл к хозяину.

— Опять ты?

— Да, хотел спросить. А где в городе находятся доки?

— Парень. Ты либо заказывай что-то, либо проваливай.

— Простите. У меня нет местной валюты, но я вам отплачу, когда заработаю.

— Я живу в этом городе достаточно, чтобы перестать верить в обещания.

— Ясно...

Я развернулся и направился к выходу.

— Кретин...

— Эй, кузнец! Уже всё пропил?

Прокричал какой-то пьяница.

— Смотри-ка, щенок решил с мужиками сидеть!

Раздался мерзкий гогот пьянчуг.

Отбросы.

Раньше я бы обязательно ответил. Но сейчас, ссориться с местными идиотами было последним, что мне нужно. Выйдя из корчмы, я понял, что на улице уже ночь.

Отлично. Денег нет. Ночлега нет. На улицах бродят пьяницы и бог его знает кто ещё.

Из вариантов куда можно пойти, была лишь кузница эльфийки.

Пустит ли она меня переночевать? Мы расстались не на самой приятной ноте... Либо остаться на улице. Но если верить словам Иксии, пока я буду спать, с меня сдерут последнее. М-да...

Проходя под мостом, боковым зрением я уловил движение и резко отступил на шаг, вглядываясь во тьму.

— Кто там?

Тишина.

— Я видел тебя! Хватит прятаться!

В темноте было тяжело разглядеть хоть что-то, но тут, из-за ящика послышался писк.

— Твою ж... Я что мышь испугался?

Но видимо зря я расслабился. В следующий момент раздался шорох и из-за ящика выскочила здоровенная крыса.

Она была размером с крупного кота, но жёлтые зубы и голый хвост делали её крайне отвратительной.

Что-то пискнув она ринулась в мою сторону. И двигалась эта тварь куда быстрее, чем должна двигаться обычная крыса.

— Ты серьёзно?

Сомневаюсь что этой твари по силам меня убить, но занести какую-то заразу, вполне возможно. Чёрт! И ничего подходящего для оружия не вижу. Кто бы мог подумать, что я буду использовать силу времени, для борьбы с городской крысой.

В ушах раздался всё тот же, хлопок ветра. Крыса уже была довольно близко.

Не убегать же мне от грызуна.

Я с разбегу вмазал ногой по агрессору. В тот же миг под дых словно ударили кувалдой, а грудь сдавило железными тисками. От боли я невольно согнулся и попятился назад. В памяти всплыло предупреждение Люнис:

Во время применения хроностазиса нельзя убивать. Нарушишь запрет, на тебя обрушится кара.

Время я больше держать не мог.

— Так это и есть, кара?

Я удержал время всего на пару секунд но отдача из-за того удара, полностью выбила меня из колеи. Крыса отлетела в сторону, скрывшись за грудой мусора. Я же пытался устоять на ногах упираясь рукой в стену.

— Я ведь, не убил её. Или...

Я попытался присесть, но мир качнулся. Темнота накрыла меня раньше, чем я коснулся пола.

В себя я пришёл от пронизывающего холода. Несколько секунд я тупо смотрел на серое каменное сводчатое перекрытие, пытаясь понять, где нахожусь. Потом память услужливо подкинула крысу, хроностазис и знакомство с карой.

— Вот же дрянь...

Судя по утреннему свету, пробивавшемуся между опорами моста, провалялся я здесь до самого рассвета.

— Чёрт, часы!

Пошарив под плащом я с облегчением выдохнул.

На месте, целые. И как это меня не обчистили, всю ночь здесь провёл.

Посидев ещё пару минут, вспоминая вчерашний день, я поднялся на мост и направился к вчерашней кузнице.

Хоть и было только раннее утро, людей на улице было не сосчитать.

И куда они все торопятся?

Наконец дойдя до рабочего места эльфийки я постучал. А в ответ — тишина.

Её здесь нет? И у кого теперь о складах спрашивать?

Я уж было собирался уходить, но из-за двери послышался шорох и лишь сейчас я обратил внимание.

Дверь. Она приоткрыта.

— Иксия? — и тишина. — Это, Эй... Твой вчерашний посетитель. Я войду?

Открыв дверь, я увидел мужика в рваной рубахе. Вещи эльфийки разбросаны.

— Что ты здесь делаешь?

— А ты ещё кто?

— Это мастерская Иксии.

— Уже нет. Проваливай если жизнь дорога! — Он достал кинжал.

Да почему я на каждом шагу встречаю проблемы!? Млять! Я не могу это просто так оставить. Я должен ей отплатить, за вчерашнюю доброту.

— Ты что завис, придурок!? Вали пока я тебе брюхо не вспорол!

Заткнись осёл! Дай подумать... Убивать нельзя... Какие варианты?

Похоже терпение бандита кончилось и он полетел на меня с ножом.

Хлопок ветра уже почти прозвучал в ушах и я невольно замер. Перед глазами вспыхнула вчерашняя ночь под мостом.

Чёрт... Только без убийств.

— Но если я не могу убить, тогда заставлю его врасплох.

Пока время прекратило свой ход, я вырвал кинжал из рук незадачливого ворюги. Это было непросто, скажу я вам. Хоть он и не двигался, но и хватка на оружии не ослабла.

Просто обезоружить врага? По-моему слабовато. Точно!

Я приметил пустое ведро рядом. Накинув посудину ему на голову, я треснул его под зад, а после отпустил время.

Четыре секунды, как и вчера, но отдача уже не такая сильная. Одышка есть и слабость накатила, но лёгкие не горят как до этого. А значит потихоньку адаптируюсь.

Как только время снова пошло, неизвестный с ведром на голове, влетел по инерции в стену. А после, сидя на полу, ошарашенно посмотрел на меня.

— Маг! Чёртовы маги ветра, с вашей скоростью!

— Где Иксия?

— Почём мне знать?!

— Тогда что ты здесь искал?

— Ничего я не искал! — Спохватившись он бросился к двери. — Ты ещё за это ответишь!

Хоть он и кричал проклятья, в глазах был страх. Судя по всему, не у каждого здесь магия хотя бы на моём уровне. Это хорошо, меньше будет проблем. Но где же сама Иксия?

Осмотрев разруху я обратил внимание что вор рылся не в вещах, а в бумагах.

Странно. Что здесь? Накладные, заказы... А это? «...остаток долга...наследуется родственником...».

В углу бумаги была печать: Глаз перечёркнут крестом.

— Долги? И судя по всему с налогом, за которым приходили вчерашние стражники, здесь мало общего.

Я вышел наружу и осмотрелся:

Шумная, грязная улица Трущоб жила своей обычной жизнью. Пахло гнилой капустой, дешевым элем и потом. Рядом теснилось несколько торговых лавок. Наверняка кто-то из этих торговцев видел, куда делась эльфийка, или хотя бы знает, чья это печать.

Выбрав лавку с какими-то железками по соседству, я подошёл к прилавку.

— Здравствуйте!

— Ага. Чего надо?

— Почтеннейший, не подскажете что случилось с кузницей местной эльфийки? Ну, той, что через дорогу.

Мужик побледнел.

— Не знаю я ничего. И тебе, не советую в этом копаться.

— Так вы что-то знаете? Поймите, мне...

— Вон из моей лавки!

— Вы чего? Я просто спросил...

— Прочь, кому сказано! Стража! Эй, стража, тут побирушка ошивается!

— Да тише, тише. Ухожу. — я примирительно поднял руки и отступил.

Больной старик. Что на него нашло?

Ладно, зайдём с другой стороны. Я подошёл к женщине, торговавшей вялыми овощами с деревянного лотка.

— Извините? Вам знакома эта печать?

Женщина скользнула взглядом по перечёркнутому глазу и аж шарахнулась назад, едва не перевернув ящик с луком.

— Уходи... — прошептала она — Богини ради, уходи, мне не нужны проблемы.

— Скажите хоть что-то об этом, мне очень нужно.

— Иди своей дорогой, парень. — отрезала она и отвернулась, делая вид, что усердно перебирает овощи.

Да уж... Разведаешь тут обстановку, с такими-то разговорчивыми гражданами. Страх в этом городе можно было буквально потрогать руками. Для местных эта печать сродни черной метке.

В этот момент мимо меня, весело вопя, пробежала стайка чумазых детей в обносках. Настоящие беспризорники, играющие в какую-то свою войнушку прямо в грязи.

План Б. Дети замечают всё.

— Мальчик? — я перехватил за плечо самого шустрого пацана. — Прости, а ты не видел, что с утра случилось возле вон того дома с наковальней?

— Какие-то злые мужики пытались забрать тётю с длинными ушами! — звонко отозвался он, шмыгнув носом.

К нам тут же подскочила резвая девчонка, размахивая деревянной палкой:

— Тётя крутая! Она своим молотом Бах! Бах! И двое громил сразу упали!

Мальчишка авторитетно добавил, уперев руки в бока:

— Но их было слишком много, а тетя одна. Они окружили её, связали, забрали большой молот и утащили к старым складам у доков.

— Склады у доков? А где это?

— Тристан! — Раздался яростный, испуганный окрик из лавки напротив. Толстый торговец тканями всполошился. — Закрой варежку и не говори с ним! Живо марш домой!

— Ну дядя!

— Я сказал — марш! И ты сюда, Мира!

Дети понуро опустив головы поплелись к лавке.

— Спасибо Тристан! — негромко бросил я вслед мальчишке.

Надеюсь ему не сильно влетит... Склады значит. Мой наниматель как раз послал меня узнать о пропажах людей. Кто б знал, что я столкнусь с этим так быстро.

Я оторвал от накладной часть с печатью.

Это пригодится как зацепка. Итак, я пришёл к тому с чего начал. План понятен, цель ясна, но есть одно «но»: где, черт возьми, эти доки? Карты у меня нет, навигатор в телефоне не работает за отсутствием телефона и спутников.

В конце улицы как раз показались двое стражников, закованных в стальные латы.

— Извините, что отвлекаю, бравые мужи.

— Чего тебе?

Они презрительно посмотрели в мою сторону.

— Мне бы к докам добраться. Но дороги я не знаю, поможете доброму человеку?

— Ха, нету в Сенгерхейме добрых людей. Особенно здесь, в трущобах. Доки находятся на Юго-Востоке города.

— Благодарю вас.

Юго-восток. Ну что ж, сон это или реальность, а спасать эльфийскую «Леди» придется по-настоящему. Я поправил плащ и зашагал в указанном направлении.

Вот ведь влип. Ещё вчера я искал работу. Сегодня иду штурмовать бандитские склады ради едва знакомой эльфийки. Люнис бы точно посмеялась.

Город был не маленьким. Только к обеду мой нос наконец-то учуял резкий запах соли и рыбы. Желудок к этому времени уже окончательно упёрся в спину и требовательно урчал. Да уж, впереди меня вряд ли ждёт радушный шведский стол.

Я вышел к причалу. Вокруг высилось несколько угрюмых деревянных зданий, но какое из них — нужные мне склады? Присмотревшись к контингенту у воды, я не увидел ничего подозрительного: обычные работяги, матросы да купцы, проверяющие тюки с товаром.

Ходить и спрашивать о печати? Да вроде уже пройденный вариант. Местные боятся знака как огня, а если не повезёт попасть на их человека... Там меня и примут.

Пока я стоял, погрязнув в собственных размышлениях, моё внимание привлекла странная компания. Я увидел, как группа мужчин волочит какого-то человека в рваной одежде. Со стороны выглядело так, будто они несут мертвецки пьяного друга. Может, так оно и было, но подозревать мне больше было некого.

Стараясь не отсвечивать, я незаметно двинулся за ними следом. Они вывели меня к старому, массивному зданию. Оно выглядело так, словно его наспех сколотили из прогнивших корабельных останков, а из крыши уродливо торчала настоящая мачта. По всему периметру стояли хмурые люди. Похоже, я пришел по адресу.

Я осторожно затаился за углом соседнего строения и прислушался к доносившимся голосам.

— Вы ведь не подняли новый балаган?

— Да пошёл ты! Никто не предупреждал, что эта ушастая стерва окажется такой буйной!

— Вас ведь было семеро! Не смогли с одной бабой справиться?

— Ну всё упырь, ты договорился!

Похоже, среди своих намечалась знатная драка. Я чуть подался вперед, но тут сверху раздался тяжелый, властный голос:

— Порядок! — Рявкнул кто-то со второго этажа, и все мгновенно притихли.

На деревянный балкон вышел мужчина среднего роста. Короткие темные волосы, цепкий взгляд и глубокий шрам, перечеркивающий правый глаз.

— Вы, идиоты, привели за собой хвост!

— Хвост?

Хвост? Меня заметили? Надо валить!

Паническая мысль обожгла мозг. Я приподнялся, собираясь рвануть обратно в переулки.

— Стоять! Ты думаешь, я дам тебе просто так уйти?!

Дешёвый блеф. Он меня даже не видит оттуда.

Увы, я жестоко ошибся. Стоило мне сделать шаг назад, как из-за поворотов переулка, отрезая путь к бегству, молча вышли четверо крепких мужчин.

— Мужики, я просто мимо проходил. Правда, я не собирался вам мешать, — я примирительно поднял ладони.

— Ты идёшь с нами, — грозно произнёс один из громил, доставая из-за пояса тяжелую дубинку.

— Нет, честно, господа. Я тут случайно оказался... Заблудился. Да, чёрт возьми, я заблудился!

— Ничего, мы тебя проводим, — отозвался второй, ухмыляясь.

Они не стояли на месте. Медленно, шаг за шагом, бандиты подходили ближе, сужая кольцо и не оставляя мне ни единого шанса на побег.

Ну что ж.

— Ладно, — выдохнул я опуская руки и ухмыляясь. — Сами напросились.

ХЛОП!

Мир вокруг мгновенно потерял краски и застыл. Звуки стихли, а в воздухе зависла поднятая сапогом бандита грязь. Помня о Каре за убийство, я действовал быстро и аккуратно.

Развернувшись, я со всей силы ударил по опорной ноге первому мордовороту. Второму резким движением натянул плотный капюшон глубоко на глаза. Третьему и четвертому, которые уже заносили руки, я нанес быстрые удары ногами по запястьям, выбивая дубинки из пальцев.

Я удерживал это мгновение всего четыре секунды, но внутри будто открылся клапан, выпускающий всю жизненную силу. Меня накрыло волной такого дикого, сокрушительного истощения, что перед глазами поплыли круги. Я и так был не в лучшей физической форме, а магия времени буквально выпила остатки моих сил.

Я мысленно отпустил момент. Время запустилось. В ту же секунду во дворе вспыхнул абсолютный хаос. Один бандит с матом полетел лицом в грязь, второй начал бешено крутиться на месте, пытаясь сорвать капюшон, а двое оставшихся, растерявшись от внезапной боли в выбитых руках, в непонятках начали яростно месить друг друга.

Несмотря на то, что стоять на ногах сейчас было чертовски трудно, наблюдать за этими идиотами было потешно.

— Что произошло!?

— Бей его!

— Свои! Свои, придурок, это я!

Я сделал шаг в сторону складов, надеясь воспользоваться суматохой и скрыться, но порадоваться успеху не успел. Сзади на моё плечо мертвой хваткой легла чья-то тяжелая рука. Рефлексы сработали быстрее мыслей — я начал разворачиваться, но не успел.

Жесткий кулак прилетел мне прямо в грудь. Воздух с хрипом вышибло из легких, рёбра отозвались дикой болью, а в глазах мгновенно потемнело. Земля ушла из-под ног.

Последнее, что я услышал, теряя сознание и проваливаясь в черную пустоту, был чей-то далекий, встревоженный крик:

— Ко мне мага!

Глава 3. В тумане доков

— Агх... Где я?

Когда я пришёл в себя, всё тело отозвалось тяжестью, будто меня залили бетоном. Секунд пять я просто разглядывал грязные деревянные половицы прямо перед своим носом.

Попытался опереться на руки, но не смог — запястья за спиной были намертво стянуты грубой, врезающейся в кожу верёвкой. Изнутри пахнуло сыростью, дегтем и застоявшимся табачным дымом.

— Босс! — Рявкнул кто-то слева надо мной, отчего в ушах неприятно зазвенело. — Он очнулся!

— Поднимите его.

Меня бесцеремонно сгребли за шиворот и плечи, рывком вздернув на колени. Голова кружилась, но я заставил себя сфокусировать взгляд. Как оказалось, я находился в просторном, мрачном кабинете.

На стенах висели потемневшие от сырости карты побережья, а за массивным дубовым столом восседал тот самый мужчина среднего роста со шрамом через правый глаз, которого я видел на балконе. Главарь этой шайки.

— Кто ты такой? Явно не местный, раз полез на мою территорию.

У меня во рту пересохло, а ребра после недавнего нокаута ныли при каждом вдохе. Нужно было срочно что-то придумывать.

— Я простой путешественник... С востока.

— С востока? — Шрамированный едва заметно приподнял бровь, и на его губах появилась жесткая ухмылка. — В нашу страну когда-то уже приходили люди с востока. Ничем хорошим это не кончилось. Может, мне тебя сразу повесить у ворот, людям напоказ? Чтобы другие «путешественники» дорогу сюда забыли?

— Не надо, я правда мимо проходил. Случайно забрёл на вашу территорию. Я ведь города совсем не знаю, заблудился.

Мужчина ничего не ответил. Он неторопливо достал трубку, разжёг её и выпустил под потолок струю сизого, горького дыма. От его грозного, пронизывающего взгляда становилось по-настоящему не по себе. Казалось, он видит меня насквозь.

— Видел я эту твою случайность. Моих людей у ворот тоже случайность подкосила?

— Возможно...

Он резко и сокрушительно ударил ладонью по столу. Звук получился странным — не просто хлопок, а глубокий, вибрирующий гул, от которого у меня внутри задрожали кости, а на столе подпрыгнула чернильница.

Магия? Но не стихийная. Не просто огонь или земля. Что он сделал?

— Думаешь, я с тобой в игры играю!? Если не начнёшь говорить, мои парни тебе помогут.

Сзади над ухом раздался хруст пальцев.

— Да нечего здесь скрывать! — поспешно выкрикнул я, вспоминая слова того неудачливого вора из кузницы Иксии. — Маг ветра я! Обычный маг ветра! Скорость — это всё, что я имею!

Шрам разочарованно вздохнул и коротко щёлкнул пальцами.

В ту же секунду стоящий сзади громила наступил тяжёлым сапогом на мои связанные кулаки, прижимая их к полу, а здоровой пятерней с силой надавил мне прямо на свежий ушиб в центре груди.

От резкой, ослепляющей боли в глазах вспыхнули белые искры. Воздух с хрипом вырвался из моих лёгких, рёбра будто треснули, а тело невольно согнулось пополам. Я уткнулся лбом в холодный пол, судорожно пытаясь сделать хотя бы маленький вдох через сжатые зубы.

— Не смей мне врать, щенок, — Главарь поднялся из-за стола, нависая надо мной, словно скала. — Может, этих олухов во дворе ты бы и провёл своей мнимой скоростью, но не меня. Моя магия чувствует каждый шаг на этих складах. И то, что ты сделал час назад... ты не бежал. Я бы уловил вибрацию досок либо воздуха. Ты просто исчез из одного места и материализовался в другом.

Тяжёлый сапог на моих руках сдвинулся, позволяя мне со стоном приподнять голову. Сердце бешено колотилось.

— Да что я сделал-то?.. — прохрипел я, чувствуя, как к горлу подступает тошнота от истощения и боли. — Да. Возможно, моя магия кажется необычной. Для меня это выглядит как... ну, как ускорение собственного восприятия.

— Говори дальше...

— Я... Я не так давно научился этому...

БАХ!

Договорить мне не дали. Снизу, прямо из-под пола, раздался глухой, раскатистый грохот, от которого в кабинете задрожали оконные стекла. Звук был похож на взрыв или удар тарана. Я инстинктивно сжался, ожидая нового удара, но наемник сзади резко отпустил меня.

— Что произошло!? — Крикнул шрам.

Дверь кабинета с грохотом распахнулась, и внутрь влетел запыхавшийся, бледный как смерть бандит.

— Босс! — выдохнул он, хватаясь за косяк.

— Докладывай!

— Там... Внизу...

— Говори чёрт тебя дери!

— Массовый побег рабов из тюрьмы! Они сломали загоны!

Шрам буквально перекосился от ярости. Трубка выпала из его пальцев, рассыпая искры по полу.

— Как?! Вы куда смотрели, идиоты?! Их стерегли десять вооруженных человек!

— Простите, босс! Мы не знаем, как они сломали решётки.

— Чего встали!? Живо все вниз! Не дайте им прорваться к выходу из доков! Перебейте зачинщиков!

Охранник, державший меня, мгновенно потерял ко мне всякий интерес. Бандиты, обнажая оружие, лавиной ринулись вон из кабинета, тяжело топая сапогами по коридору.

Я проводил их глазами и, едва дыша от боли в груди, тихо пробормотал:

— А шумно тут у вас...

— Это твоих рук дело?

— Моих? — Я выдавил из себя слабую, горькую ухмылку и приподнял связанные запястья.

Босс на секунду задержался, бросив на меня беглый, полный подозрения взгляд. И яростно прорычав что-то нечленораздельное, он развернулся и быстрыми, тяжёлыми шагами бросился на выход. Он Понимал, что каждая секунда промедления вверху стоит ему контроля над складами.

Если что-то не предпринять, он просто запрёт меня в комнате. Арх... Колени затекли, руки онемели от веревок, в животе пусто, но другого шанса не будет.

ХЛОП!

Мир вокруг мгновенно потерял краски, затянувшись серой пеленой, а вылетающие из трубки искры застыли в воздухе неподвижными оранжевыми каплями.

Превозмогая дикую, парализующую слабость, я неуклюже поднялся с колен. Связанные за спиной руки мешали удерживать равновесие — меня сильно шатало. Наклонив корпус вперёд, я сделал три тяжёлых, вязких шага к дверям, на ходу набирая скорость, и со всего маху врезался плечом в спину застывшего Босса.

Чуть сам не грохнулся. В Хроностазисе всё вокруг ощущалось плотным, как глубокая вода, а массивное тело главаря под моим весом сдвинулось лишь на пару дюймов, словно я толкнул каменную статую. Надеюсь, этого импульса хватит.

Твою ж мать! Ну и махина, я себе едва плечо не вывихнул!

Не тратя драгоценные секунды, я боком протиснулся мимо него в дверной проём и выскочил из кабинета в длинный коридор.

Вправо или влево? Чёрт! Ладно, идём вправо.

Снова лишь четыре секунды. С моим диким голодом и полным истощением я вообще был удивлен, что ноги до сих пор держат меня. Серость мгновенно отступила, мир вернул свои краски и звуки. И в ту же секунду из кабинета позади меня раздался оглушительный грохот — запущенное время передало Шраму весь накопленный импульс моего толчка.

Время на исходе. Надо бежать.

Я бежал на шум, вскоре коридор резко оборвался. Я едва не перелетел через низкие деревянные перила, выскочив на разгрузочную галерею второго яруса. В лицо тут же ударил плотный запах дыма, крови и горящего масла, а снизу донёсся такой оглушительный рев, что у меня заложило уши. Я глянул вниз, через ограждение помоста, и замер...

Толпа из побитых людей, эльфов и пары зверолюдов яростно сражались у запертых ворот. Если им сейчас не помочь открыть эти чёртовы ворота, они погибнут.

Оглядевшись по сторонам, я заметил на самом краю галереи, прямо над воротами, массивный механизм. Из пола торчал толстый железный шкив, удерживающий стопор, а под самым потолком склада на толстых цепях зависли гигантские противовесы — огромные каменные глыбы, окованные сталью. Вот он, мой шанс.

Подскочив к рычагу, я со всей дури ударил по нему плечом. Железо даже не звякнуло. Я зарычал от боли, навалился на него всем весом, пытаясь сдвинуть стопор корпусом. Цепи натянулись, как струны, но механизм сидел намертво под тяжестью многотонных камней.

— Чёрт!

Сил у меня почти не осталось, да и связанные за спиной руки не давали нормально упереться. Сорвать эту махину в одиночку я уж никак не смогу.

Время поджимало, из коридора позади в любой момент мог выскочить разъяренный главарь банды.

Тут мой взгляд зацепился за стену рядом. Тяжёлая деревянная лестница, ведущая на первый этаж, была поднята к галерее и удерживалась на массивных железных крепежах-крюках.

— Ну давай же... — прошипел я, подлетая к стене.

Разогнавшись, я нанес точный удар подошвой сапога прямо по нижнему фиксатору. Железо со звоном отскочило. Второму крепежу хватило веса моего тела — я навалился бедром, и массивная лестница с оглушительным грохотом рухнула вниз, подняв тучу щепок и едва не придавив парочку дерущихся бандитов.

Пролет между этажами теперь был открыт. Пробежав к перилам, я набрал в лёгкие побольше воздуха и заорал вниз, перекрикивая звон стали и рев толпы:

— Если вы хотите жить, наверху нужен кто-то крепкий! Живо сюда!

Внизу на секунду кто-то замер, оборачиваясь на мой крик, а затем, оценив обстановку, яростно взревел и ринулся к упавшей лестнице. Это был один из зверолюдов. Крупный, широкоплечий, он напоминал смесь человека и льва. Густая грива почти скрывала его шею и плечи, отчего зверолюд казался ещё массивнее. Рыжая шерсть местами была испачкана копотью и кровью.

Зверолюд взлетел по ступеням за считанные секунды и запрыгнул на галерею, тяжело дыша и глядя мне прямо в глаза. В его вертикальных кошачьих зрачках не было страха, лишь стальная, первобытная решимость.

Я мотнул головой в сторону механизма ворот:

— Туда! Нужно чем-то ударить и выбить стопор!

— Это я запросто, — он хищно облизнулся, обнажив острые клыки, и достал из-за спины какой-то огромный боевой молот — похоже, прямо из оружейной. — Отойди-ка.

Метнувшись к рычагу, львиноголовый замахнулся и с глухим звоном впечатал молот прямо по железному фиксатору.

Сталь со свистом отлетела. В тот же миг стопор сорвался, шестерни бешено закрутились, и гигантские каменные противовесы под потолком с грохотом полетели вниз. На другом конце цепей огромные ворота склада со скрежетом взлетели вверх, впуская внутрь холодный портовый воздух доков.

Внизу восторженно взревела толпа рабов. Зверолюд резко обернулся ко мне:

— Ты с нами, брат? Тут скоро станет жарко! — проревел он, отчего мне захотелось прикрыть уши.

— С вами, конечно! Но я не смогу спуститься! — Я развернулся к нему боком, показывая туго связанные за спиной запястья.

— Не проблема, брат!

После этих слов гигант, даже не напрягаясь, за секунду сгрёб меня за шиворот и одной рукой поднял над настилом, как тряпичную куклу. Мои многострадальные рёбра снова отозвались вспышкой боли.

— Эй-эй! Ты что делаешь!?

Шагнув к перилам, он зычно гаркнул вниз, перекрывая начавшуюся в доках суматоху.

Внизу, у самого выхода, сражался второй зверолюд, удерживая наёмников подальше от рабов. В отличие от своего рыжего собрата, этот был заметно уже в плечах, а белая шерсть с тонкими чёрными полосами ярко контрастировала с тёмными складскими стенами. Несмотря на размеры оружия, длинная глефа двигалась в его руках с удивительной лёгкостью. Вокруг зверолюда образовался круг пустоты — каждый, кто пытался приблизиться, тут же натыкался на стремительный взмах широкого лезвия.

— Не дрейфь! Гарм! Лови!

Мир вокруг меня резко качнулся, деревянный настил ушел из-под ног, и в следующий миг я со связанными руками полетел с трёхметровой высоты второго яруса прямо в кипящий котел Трущоб.

— А-а-а! Гха! — Я со всего маху влетел во второго зверолюда.

Воздух из лёгких тут же выбило с глухим хрипом, в глазах на секунду потемнело от боли в рёбрах, но великан удержал меня на весу. В следующий же миг он рванул меня на себя и одним мощным, небрежным движением когтей разорвал верёвки на моих запястьях, словно гнилые нитки. А затем поднял своё воткнутое в землю оружие.

Огромные ворота склада со скрежетом ползли вверх, и в образовавшийся проём лавиной хлынули испуганные люди и эльфы. Почти на всех рабах были следы побоев. Они толкались, кричали, падали в портовую грязь и поднимались снова, безумно стремясь к свободе.

Но стоило мне твёрдо встать на ноги, как подошвы сапог ощутили странную, зловещую вибрацию в досках. Это точно не было связано с бегущей толпой. По ощущениям казалось, будто прямо под нами, в полуметре, запустили гигантский, дрожащий станок, от которого зубы начинали ходить ходуном.

Гарм тоже мгновенно напрягся, его уши прижались к голове. Он вскинул взгляд наверх:

— Раджа́р, уходи оттуда!

— Да знаю я! — донёсся яростный рык сверху.

Второй ярус трещал по швам. Стоило львиноголовому сгруппироваться и сигануть через перила, как вся разгрузочная галерея с жутким грохотом начала рушиться. Огромные несущие балки лопались с треском ружейных выстрелов.

Внизу поднялась дикая паника: толпа бросилась врассыпную. Прямо передо мной тяжёлая, подгнившая балка перекрытия рухнула на бегущего человека. Раздался мерзкий, мокрый хруст, и парня мгновенно раздавило.

Чуть дальше молодая эльфийка-рабыня, споткнувшись, упала, и падающий сверху острый кусок стропила насквозь проткнул её спину, пригвоздив к полу. Она даже не успела закричать — лишь судорожно дёрнулась, и изо рта хлынула темная кровь, заливая грязные доски.

У меня перехватило дыхание. Закружилась голова, а к горлу подступила тошнота. Вопли раненых смешались с торжествующим ревом оставшихся позади бандитов. В голову наконец пришло жестокое осознание.

Это не сон. И не кошмар, от которого можно проснуться. Брызги крови эльфийки на моих руках были настоящими.

— Брат! Приди в себя! — меня тряс рядом стоящий Гарм, приводя в сознание.

— Нам нужно шевелиться... Это дело рук их Босса! — заорал я ему, пытаясь перекричать поднявшийся ад.

— Уверен!?

— Нет! Но он что-то говорил о вибрации! Вы ведь тоже это чувствуете!?

— Ещё бы! — прорычал Раджар, тяжело приземлившись рядом с нами и на ходу отряхивая шерсть от обломков.

Раздался оглушительный скрежет металла — массивная верхняя арка ворот, потеряв опору из-за разрушенных стен, покосилась и начала стремительно падать прямо на головы застрявших в проходе людей. Бегущая толпа в ужасе отшатнулась назад, оказавшись в ловушке между рушащимся зданием и наступающими наемниками.

Склад трещал по швам, но продолжал стоять. Этот ублюдок не действовал вслепую. Его магия вибрации была хирургически точной — он пустил импульс ровно по несущим балкам над выходом, отрезая нам путь и при этом сохраняя само здание склада и жизни оставшихся внутри наёмников. До меня наконец дошло, что его сила — это не разрушение, а абсолютный, пугающий контроль.

Зверолюды среагировали одновременно. Взревев от дикого напряжения, они метнулись вперёд и выставили мощные руки, буквально ловя скользящую вниз многотонную арку на свои плечи. Их сухожилия натянулись, из пастей вырвался хриплый рык от этой чудовищной тяжести.

— Эта тварь собралась похоронить здесь всех! — проревел Раджар, и на его лбу вздулись толстые вены. — Иксия! Веди людей прочь из доков! Скорее!

Иксия здесь?

Я завертел головой и сквозь тучу пыли действительно увидел знакомую эльфийку. Размахивая каким-то обломком железной арматуры, она отбивала назад наседавших бандитов, расчищая путь для напуганных женщин и раненых.

— Беги со всеми, брат! Мы справимся! — тяжело выдохнул Гарм, чей хребет сейчас трещал под весом ворот.

— Да вы больные! Нужно уходить, сейчас! Склад рухнет!

— Ещё не все вышли!

В этот момент краем глаза я заметил, как на уцелевшем клочке второго яруса показался бандит с арбалетом. Оружие было направлено прямо в незащищённую грудь Гарма. Времени на раздумья не было. Почти вслепую я схватил валявшийся под ногами крупный, тяжёлый обломок дубовой половицы и наотмашь выставил его перед собой, словно щит.

ДРРРТ!

Арбалетный болт со свистом вонзился в дерево. Остриё с сухим хрустом вышло с обратной стороны, распоров мне рукав кофты и едва не задев плечо. Руки обожгло отдачей, но щит я удержал.

— Чёрт! Вас просто расстреляют, лохматые вы идиоты!

Зверолюды яростно переглянулись. Вокруг них свистели щепки, разлетаясь веером, а из глубины склада уже доносился тяжёлый топот очередного подкрепления наёмников. Видимо, даже до этих упрямых громил дошло, что умирать здесь и сейчас под завалами — это худший исход.

Там, в глубине рушащегося зала, метались люди. Старик с перебитой ногой полз по полу, протягивая руку к выходу. Чуть дальше двое молодых парней отчаянно пытались вытащить своего товарища, которого придавило тяжёлым ящиком, а прямо на них из темноты уже наваливались наемники, безжалостно всаживая клинки в беззащитные тела. Они кричали, звали на помощь, глядя прямо на нас через сужающуюся щель ворот. И в их глазах был такой первобытный, дикий ужас, который я не забуду до конца своих дней.

Мы бросали их. Обрекали на смерть. Но был ли у нас выбор?

— Гррах! Простите нас, братья! Мы вернёмся за вами! — оглушительно проревел Раджар тем рабам, что ещё не успели покинуть треклятые склады.

Львиноголовый взглянул на меня и коротко мотнул головой, приказывая отойти.

Они одновременно отпустили арку. С оглушительным грохотом каменная кладка и железный каркас обрушились вниз, намертво перекрывая выход со склада. Плотная стена из обломков полностью заблокировала проход, похоронив под собой крики и стоны тех, кто не успел сделать последний шаг к свободе. Ни выйти, ни войти. Оставшиеся внутри бандиты были отрезаны, но и часть выживших осталась там.

— Уходим! — крикнула Иксия, подбегая к нам и дёргая меня за плечо.

Я заставил свои онемевшие ноги двигаться. Мы ринулись за эльфийкой в темноту портовых переулков, оставляя позади братскую могилу, в которую превратились рухнувшие склады.

Вскоре мы добежали до жилых кварталов Трущоб. Мои ноги уже совсем не слушались. Оступившись на скользком булыжнике, я полетел лицом в грязь, но бежавший рядом Раджар вовремя подхватил меня под мышки.

— Не теряй землю, брат.

Он без лишних слов закинул меня себе на плечо, словно мешок с мукой. У меня даже не было сил на сопротивление. Тряска при беге отзывалась тупой болью в рёбрах, но это было лучше, чем остаться там.

— Слушай... — прохрипел я, глядя на проносящуюся внизу грязную мостовую. — Как такая толпа сумела освободиться в столь короткий срок?

— Это всё благодаря сестре Иксии, — подхватил Гарм, тяжело дыша на бегу. — Она сломала клетки с помощью своей магии.

— Сперва она освободила нас, а после...

— Мы с Раджаром приструнили крикливых тюремщиков.

Я приподнял голову и взглянул на бегущую впереди эльфийку, чьи длинные уши прижимались к голове от встречного ветра.

— А ты говорила, у тебя слабая магия.

— Я не беру своих слов назад, — коротко отрезала она, даже не оборачиваясь. — Я всю свою ману в тех подвалах выжгла...

— А почему первыми она освободила вас?

— Грмм! Ну, вообще-то... — начал было Раджар, но Иксия резко его перебила:

— Они были друзьями моего отца. Я, честно, не ожидала вас там увидеть.

— Ха-ха! Это долгая и неинтересная история, верно, брат!? — Раджар звучно похлопал Гарма по спине.

— Ага...

А по реакции Гарма, так и не скажешь...

— А куда мы идём-то?

— К дядюшке Тому. Помнишь? Я тебе говорила о нём.

В уставшей голове всплыл наш разговор при первой встрече.

Точно, она ведь упоминала его лавку, стоящую у старого каменного моста. «Старая пекарня, где можно взять сносный горячий пирог и чистую воду без риска для жизни» — так, кажется, она говорила?

— Да, вроде что-то такое было...

— Мы с ним... давно знакомы. Он нас прикроет, пока шум в порту не уляжется.

— Думаешь, нас преследует банда?

— Да какая банда? У Хо́рста сейчас и без меня гора проблем.

— Хорста?

— Да, брат, так зовут ублюдка, заправляющего всей бандой «Ржавых клыков» на тех складах.

— Понятно... Так от кого тогда прячемся?

— От стражи... — помрачнев, продолжила эльфийка. — Эти сволочи будут искать виноватых в хаосе, что мы устроили в порту. И первым делом они, конечно же, придут трясти всех нелюдей. У Тома при пекарне есть небольшая гостиница, он нас спрячет на какое-то время.

В этот момент мой живот громко, требовательно заурчал. Я болезненно скривился.

— А поесть мы там сможем?

Зверолюды на секунду переглянулись, а затем громогласно, во всю глотку рассмеялись на весь переулок.

— Естественно там будет еда, брат! Мы и сами жуть какие голодные!

Пекарня дядюшки Тома встретила нас глухими, наглухо запертыми ставнями. Во всём здании не горело ни одного огонька — Том явно пытался не привлекать внимания.

И его можно было понять: со стороны порта доносились крики. Здесь слышался колокольный звон, который, судя по всему, извещал городскую стражу о происшествии в доках. Похоже, слухи в трущобах разносятся быстрее чумы.

Раджар аккуратно сгрузил меня с плеча, придерживая за локоть. Иксия скользнула к дубовой двери пекарни и трижды коротко, а затем дважды затяжно стукнула кулаком по дереву.

Внутри послышался шорох, усталый вздох, а затем лязг засова. Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы в щели показался массивный силуэт пожилого мужчины со взведенным арбалетом в руке. Его фартук был испачкан мукой и сажей, а бледное лицо блестело от пота.

— Иксия! — выдохнул Том, и его глаза округлились от смеси ужаса и облегчения. Он мгновенно опустил арбалет. — Великая богиня, девочка моя, ты жива... Мне сказали, эти твари из «Ржавых клыков» утащили тебя прямо из мастерской!

Взгляд старика скользнул за спину эльфийки. Из темноты переулка выступили две огромные фигуры Раджара и Гарма, а между ними стоял я — грязный, в чужой крови и с разорванным рукавом.

Том вздрогнул и перевел дикий взгляд обратно на Иксию.

— Так этот грохот в доках... Это... это ваших рук дело?! — старик схватился за сердце. — Стража уже оцепляет портовые выезды!

— Дядя, пожалуйста, впусти нас, — тихо, но твёрдо попросила Иксия, и её плечи устало опустились. — Нам нужно укрытие. Всего на пару ночей.

Том секунду колебался, переводя взгляд с избитой эльфийки на хмурых зверолюдов, а затем яростно выругавшись, он схватил Иксию за руку затягивая внутрь.

— Живо! Живо заходите, пока эта ищейка-капитан со своими псами не принеслась сюда! — затараторил он, буквально втаскивая нас в пахнущую теплом, корицей и печным дымом темноту пекарни.

После того как мы вошли в пекарню, я помню происходящее лишь отрывками. Меня посадили на какую-то кровать, и я тут же завалился набок без сил. А потом пришли кошмары.

Сначала мир вокруг просто рушился: многотонная каменная арка склада медленно, со скрежетом опускалась прямо на меня, а связанные за спиной руки не давали даже закрыться.

Я пытался активировать Хроностазис, но вместо серой пелены перед глазами разливалась темнота, и секунды беспощадно текли дальше.

Затем картинка резко сменилась. Я снова стоял посреди Трущоб, но портовая грязь под ногами вдруг стала липкой и багровой. Из этой жижи ко мне протягивала руку та самая молодая эльфийка с пробитой спиной. Она беззвучно шевелила губами, а её стекленеющие глаза смотрели на меня с немым упрёком:

— Почему ты выжил, а мы остались там?

Воздух стал плотным, как вода. Дышать становилось невозможно.

...и вдруг из кошмара меня выдернул запах.

Чей он? Не знаю, но он был до боли знакомым. Дарил ощущение комфорта и будто забирал меня из страшной реальности.

А потом... пирог. Организм грубо и властно напомнил мне, как долго он страдает без еды. Аромат запечённого мяса со специями буквально пробил пелену ужаса, заставив меня судорожно вдохнуть и открыть глаза.

Реальность возвращалась рывками. Я всё ещё лежал на кровати в полумраке, а кто-то бережно затягивал чистый бинт на моих исстрадавшихся рёбрах.

Изголодавшийся мозг, учуяв источник тепла прямо перед носом, сработал быстрее, чем вернулся здравый смысл. Я сослепу чуть не укусил руку Иксии.

— Тише, тише! Я не пирог, Эймон!

— Но пахнешь вкусно~

— Что?

Я невольно потянулся в её сторону и...

БАХ!

— Ай-ай-ай... — я наконец окончательно очнулся, обнаружив себя зажатым на полу между кроватью и перевёрнутым табуретом.

— Боже... какой ты дурачок, — она тепло рассмеялась.

Её длинные ушки и щёки тут же покрыл лёгкий румянец. Пожалуй, я ещё ни разу не видел эту эльфийку с такой милой стороны.

В дверях комнаты показался Том.

— Спускайтесь вниз, вам надо поесть. Особенно тебе, Эймон, ты... бледный как мертвец.

— Вы знаете моё имя?

Старик лишь ухмыльнулся усатой улыбкой и прикрыл за собой дверь, а Иксия легонько стукнула меня по голове.

— Конечно он знает. Мы ведь ему уже всё рассказали, пока ты тут дрых.

Она помогла мне подняться на ноги, и мы вместе пошли на манящий запах горячей выпечки.

— Ааа... Ну понятно...

Пока она вела меня под руку, я всё размышлял о природе её магии. И, собравшись с мыслями, спросил.

— Иксия, как ты освободила людей там, на складах?

— Да ничего особенного... просто сломала прутья. Надавила в местах, где металл был слабее всего.

— Ты так умеешь? То есть ты чувствуешь сам металл как свою кожу?

Она взглянула на меня снизу вверх с ухмылкой.

— Как кожу? Ты что, ещё бредишь, Эймон? Это же просто магия.

Чарующий запах выпечки вёл нас дальше, отбивая все другие мысли.

Когда мы спустились, из кухни донеслись возмущенные крики Раджара:

— Да к Дра́злу эти приборы! Лапами удобнее!

На кухне уже шёл полным ходом разгром запасов еды. Раджар и Гарм сидели прямо на полу, скрестив ноги в позе лотоса. Высоты торсов зверолюдов вполне хватало, чтобы с комфортом дотягиваться до столешницы.

Посреди стола, на огромной деревянной доске, покоился он — король этой ночи. Истекающий соком, пышущий жаром пирог, начиненный рубленым мясом со специями. Запах стоял такой, что у меня мгновенно потекла слюна.

— Гррм, человеческие блюда — это магия, — пророкотал Раджар, отправляя в пасть огромный кусок мяса.

От удовольствия его хвост, высунувшийся из-под одежды, мерно колотил по полу.

— Ешьте, ешьте, лохматые проглоты, — ворчал Том, выставляя на стол еще и миску с запечённым картофелем, густо посыпанным зеленью. — На вас муки не напасёшься. Иксия, девочка, тебе надо налегать на бульон.

Я сел на свободное место, и Том тут же пододвинул ко мне тарелку и кружку с пенистым, холодным элем.

— Не примите за неуважение, Том, — я аккуратно отодвинул кружку в сторону. — Я не пью алкоголь.

Все в комнате даже есть перестали, разом зависнув. Раджар первым прервал неловкую тишину:

— Гррм! Не пьёшь алкоголь, брат!? Ха-ха! Ну ты даёшь!

— Сонной травы там нет, Эймон, — вдруг хмуро бросила Иксия. — Прояви уважение к дяде, он сильно рискует, прикрывая нас.

— Простите, если вы поняли меня превратно, но я действительно совсем не пью алкоголь.

— Да ладно тебе, сестра! Я не думаю, что он проявил бы неуважение к друзьям своего близкого человека! — неожиданно вступился за меня зверолюд.

— Ты его знаешь ещё меньше моего. С чего такая уверенность?

— В сонном бреду брат повторял твоё имя. Я полагаю к Хорсту он шёл за тобой.

— Раджар, это лишнее! — я почувствовал, как мои щёки стремительно предательски теплеют.

И снова, очень вовремя прерывая разговор, громко проурчал мой живот.

— Да поняла я, ешь уже... — пробурчала эльфийка демонстративно отвернувшись. — дурак...

Когда я вонзил зубы в хрустящую корочку пирога, по телу словно разряд прошел. Тягучий, мясной сок брызнул на пальцы. С каждым укусом я буквально чувствовал, как тепло расходится по всему телу. Под лёгкими словно завёлся моторчик, а затем я услышал тихое, неспешное тиканье часов.

Что это было?

Я перевёл дух, откладывая пустую тарелку, и посмотрел на Гарма. Один вопрос не давал мне покоя.

— Раз уж мы заговорили о Хорсте... Зачем «Ржавые клыки» похищают людей? Иксия, ты ведь кузнец, зачем ты им сдалась?

— Из-за долга отца перед Слепцами...

— А это ещё кто?

— Угх, Эймон. Ты хоть что-то знаешь о Сенгерхейме?

— Прости.

— Есть у кого-то настроение для рассказа? Потому что с меня достаточно на сегодня... — эльфийка уныло уткнулась в кружку пенного.

— В нижнем городе, — решил пояснить Том. Он подошёл к печи, тяжело звеня чугунной кочергой, и поправил прогоревшие дрова: — Всем заправляют три банды: Ржавые клыки, Слепцы и Чёрные крысы. Банду Хорста люди кличут палачами. Но Хорст любит повторять, что он не бандит. Мол, пока город наверху делает вид, что Трущоб не существует, порядок здесь приходится наводить ему. Они стоят за пропажами людей. Чаще всего похищенных продают в рабство.

— Они что, просто крадут людей средь бела дня? — я нахмурился, разламывая картофелину.

— Обычно это не превращается в громкое событие. — Том вернулся к столу и принялся раздавать деревянные ложки, с глухим стуком бросая их перед нами.

— Но что в таком случае изменилось в происшествии с Иксией? — я перевел взгляд на эльфийку. — Почему полплощади видели её борьбу?

Раджар в этот момент потянулся было за последним куском пирога, но Гарм молча и весомо опустил ладонь поверх его запястья, заставив приятеля недовольно зарычать.

— Потому что я, в отличие от других должников Лиса, не хожу и не пропиваю последние гроши в пустых подворотнях! — огрызнулась Иксия. Она со стуком опустила кружку, расплескав немного пены на деревянную столешницу. — Я пытаюсь зарабатывать деньги, выживаю на гроши, которые остаются после поборов короны и Слепцов.

— Всё равно не понимаю... Если ты платишь Лису, зачем тогда убирать тебя?

— Потому что после вчерашнего прихода стражи за налогом, а затем и приезда принцессы, я напилась в трактире. А когда пришёл ещё и человек Слепцов за деньгами... — она сделала долгий глоток эля. — Я разбила ему морду и сказала, что не собираюсь платить им ни монеты больше.

Том резко поднялся из-за стола.

— Так вот почему пришли головорезы Хорста! Я догадывался, что Ржавые клыки и Слепцы работают вместе. Сейчас это только подтвердилось. Но Иксия!

Старик в сердцах стукнул по столу кулаком.

— Как у тебя ума хватило противостоять Лису!?

Эльфийка просто в очередной раз прильнула к кружке.

— М-да... Запутано у вас тут всё...

Мы доели в тишине, прерываемой лишь сытым урчанием зверолюдов и стуком кружек. В этот момент, глядя на то, как Иксия торопливо доедает свой кусок, а Гарм подозрительно, но довольно принюхивается к солёному огурцу, я поймал себя на мысли... мне уютно.

Среди бандитов и беглых рабов, в чужой пекарне, я впервые за всё время почувствовал себя в безопасности.

— Твой аппетит может посоперничать с нашим, брат! — Рассмеялся до этого хмурый Гарм.

— Куда в тебя столько лезет... — уныло бормотала лежащая на столе, выпившая эльфийка. — бочка бездонная...

— А чего вы хотели? Я со вчера совсем ничего не ел.

Пьяная компания лишь разразилась смехом. Вскоре все разошлись по комнатам. Я хотел было провести Иксию к её кровати. Но она послала меня к гроксам, кто бы это ни был...

Солнце за окном садилось, а это значит — мой наниматель уже скоро будет у «Пьяного дракона».

Я сказал Тому, что мне срочно нужно по делам в город. Распрощавшись со стариком, двинулся к таверне.

Город ещё не до конца отошёл от происшествия. По улицам ходили недовольные рыцари. Сомнительные личности, которых днём здесь было навалом, попрятались по домам.

Я спокойно шёл к назначенному месту. Капюшон плаща не стал накидывать, только больше ненужного внимания привлечёт. Вскоре я добрался до того же закутка, в котором и получил свою работу. Здесь никого не было, поэтому я присел на ящик, ожидая заказчика.

Долго сидеть не пришлось — он показался. Как и при первой встрече, одет он был в добротный, для этих районов, дорожный плащ.

— Хм... Живой.

Он что сейчас удивился?

— А что, должен быть мёртвым?

— Кто знает... Узнал что-то полезное?

— Ну, типа того... — я достал оторванную часть накладной, на которой был изображён перечёркнутый глаз.

— Что это? — он принял протянутый мною листочек.

— Улика. Вы же сами просили принести что-то полезное. Но это не всё... — я похлопал по ящику. — Присядьте.

Неохотно, но неизвестный всё же принял моё предложение.

— Ну говори, что удалось узнать.

— За пропажами людей стоит банда «Ржавые клыки». Возглавляет её человек по имени Хорст.

— Ну ничего себе... — наигранно удивился тот.

— Он искусно владеет магией вибрации. Использует её как радар.

— Радар? Какой ещё радар?

А, ну да... Крестьяне средневековые, что с них взять...

— Ну, это... В общем, он может чувствовать шаги на полу. Как слух для нас, он ориентируется по малейшим вибрациям в досках, и даже в ветре... По его словам.

— Это, — наниматель задумался. — Многое объясняет...

— Это не всё. Хорст не убивает похищенных. Он держит их на старых складах, в доках. И продаёт их в качестве рабов. А печать у вас в руках, принадлежит банде Слепцов. И если верить словам моей недавно похищенной подруги, нацелились на неё из-за долгов перед неким Лисом — главой банды. А это нам говорит о том, что Слепцы и Ржавые клыки как минимум сотрудничают друг с другом.

— Подожди. Ты сказал «если верить словам похищенной». Как ты с ней связался?

Я ухмыльнулся, обнажив клыки, пародируя знакомого мне зверолюда.

— Случилось так, что я наведался к Хорсту на склады.

— Стой, ты?..

— Ну, не совсем я, но... Скажем, я принял непосредственное участие в разгроме убежища Ржавых клыков и массовом побеге оттуда рабов.

— Ты не перестаёшь меня удивлять, парень. Предыдущие оборванцы, нанятые мной, либо приходили ни с чем, либо не возвращались вовсе.

Он потянулся под плащ.

— Хоть мне с трудом верится во все твои басни, но шум в доках и эта печать, подтверждают, что часть правды в твоих словах есть. Свою награду ты заслужил.

Он протянул мне золотую монету.

— Может, всё-таки две?

— Хех! Я подумаю над этим. После того, как разузнаю, сколько правды было в твоих речах.

Он резко поднялся и зашагал прочь.

— А сейчас прошу меня простить, у меня ещё много дел.

Глава 4 Цена одного золотого

— Ага, расскажешь ещё мне, — тихо пробормотал я вслед уходящему силуэту.

Мне до безумия стало интересно, кто этот загадочный наниматель и куда он направится. Рискованно? Определённо. Но сидеть сложа руки и слепо плыть по течению хотелось ещё меньше. Я поднялся с ящика и осторожно двинулся следом, стараясь держаться в густых тенях переулков. В каком-то смысле глубокий капюшон на его голове мне даже помогал — периферийное зрение у мужика было ограничено, и заметить хвост ему было гораздо сложнее.

Пройдя лабиринт из нескольких грязных подворотен, мы вышли на широкую, относительно чистую центральную улицу. Заказчик, ни разу не обернувшись, уверенно направился прямиком к монументальным воротам Верхнего города.

Неужели?

Внутри всё похолодело.

Выходит, я всего лишь разменная монета в руках тех, кто правит Сенгерхеймом? Ну ладно, посмотрим ещё, кто кого разменяет...

Хотя ворота и были открыты, пускали явно не каждого прохожего. Дорога к верхам была абсолютно свободна. Мой незнакомец, подойдя к посту, лишь едва заметно кивнул головой. Реакция стражников заставила меня невольно вжаться в стену дома: двое закованных в латы бойцов тут же выпрямились и почтительно склонили головы.

Кто он?

Прорываться за ним следом — чистое самоубийство. Даже с моим Хроностазисом четырёх секунд не хватит, чтобы миновать этот пост и затеряться внутри.

Ладно, на сегодня приключений достаточно, пора возвращаться.

Я, не привлекая лишнего внимания, направился обратно к лавке Тома.

Тук тук тук! Тук—тук!

Дверь приоткрылась, и в щели показался хозяин.

— Простите, что не даю спать, Том, но мне правда нужно было по делам.

— Чепуха, я всё равно ещё не ложился, — старик зевнул и пошире распахнул дверь. — Входи.

Я проскользнул в тепло кухни и, пока Том запирал засов, как бы между прочим спросил:

— Слушайте, Том, а как попасть в верхний город?

Старик даже поперхнулся воздухом и уставился на меня:

— Верхний город? Зачем тебе?

— Да так... Просто интересно.

— Туда не попасть просто так, парень. Там живёт знать Сенгерхейма. Пройти через ворота могут лишь те, кто занимается крупными поставками, стража или... Корона. — Том, видимо, вспомнил вчерашний визит принцессы и нахмурился.

— Вообще без вариантов?

— Стража не будет возражать, только если у тебя будет специальный пропуск или личное приглашение от кого-то сверху.

— Спасибо за пояснение, дядя, — я отвесил ему лёгкий поклон.

Том замер, хмуро оглядев меня с ног до головы.

— А ты и правда не местный...

— А?

— В Сенгерхейме не кланяются простолюдинам. Иди спать. Твоя комната на втором этаже, справа от окна в конце коридора.

— Спокойной ночи.

— Храни нас Богиня.

— А... кому вы молитесь?

Хозяин внезапно напрягся. Его плечи под засаленным фартуком окаменели, а рука на засове сжалась так, что побелели костяшки. Том резко обернулся, испуганно покосился сначала на меня, а потом на зашторенные окна, словно за ними прямо сейчас стояли шпионы.

Том подошёл ко мне вплотную.

— Попридержи язык, парень, — едва слышно, сипло прошептал старик, хватая меня за плечо. — В Сенгерхейме не задают подобных вопросов. Никогда. Иди спать.

От такого резкого перепада настроения у меня мурашки прошли по коже. Решив не ворошить улей, я пошёл в свою комнату.

Я лёг, но сон долго не приходил. В голове всё ещё крутились слова Тома. Почему обычный вопрос о Богине вызвал у него такой страх?

Проснулся я в холодном поту, резко сев на кровати. Несколько секунд я не мог понять, где нахожусь. Сердце бешено колотилось. Во сне меня преследовал разъярённый Хорст, а под конец в какой-то тёмной подворотне я поймал нож под ребра.

Судя по глухому шуму снизу, проснулся не я один. Натянув сапоги и выйдя в коридор, я почти сразу пересёкся взглядом с Иксией. Она выглядела бледной и уставшей.

— Доброе утро!

— С чего это оно доброе?

— А, что-то случилось?

— Не говори, что ты забыл вчерашнее. Стража вряд ли успокоилась. — Она со злости пнула стоящий у стены деревянный ящик. — Теперь приходится прятаться тут, словно крысы.

— Иксия, девочка моя, — на лестнице показался Том. — Пожалей моё имущество, я на этот ящик полдня муку просеиваю.

— Прости, дядюшка, — она тут же понуро опустила голову и прижала уши.

Я кашлянул, привлекая к себе внимание, и запустил руку в карман штанов, нащупывая тяжёлый металлический кругляк.

— Слушайте, я тут... денег немного раздобыл вчера...

Иксия резко вскинула на меня глаза, полные подозрения:

— Вчера? Когда ты успел? Ты что, склады Хорста обнёс?

— Нет, ты что, — я поспешно замахал руками. — Нашёл небольшую подработку у «Пьяного дракона». Помог одному господину, он щедро заплатил.

— Ага, как же. И сколько же ты заработал?

— Хм... Одну монету.

— Пф! — Иксия прыснула от эмоций и залилась смехом. — Одну монету? Я надеюсь не медную? О Богиня! Ха-ха-ха!

— Иксия, тише! — вдруг серьёзным тоном оборвал её Том.

— Да, да... Прости дядюшка, — успокоившись, она снова посмотрела на меня. — И что ты собрался делать со своей монетой?

— Хотел купить новую одежду, сумку, возможно, и какое-то снаряжение.

— Ага, и полцарства в придачу. На один серебряный много не купишь, но ладно, я могу поводить тебя по рынку. Тебя-то торгаши до нитки обберут.

— У меня не один серебряный.

— Ммм... Ну, с парой уже попроще. Тогда найдём тебе что-то.

— Да дослушай же, — я устало выдохнул. — У меня... один золотой.

Я достал монетку из кармана. У Тома с эльфийкой даже челюсть отвисла.

— З-золотой? — попытался что-то выдавить старик.

— Это много?

— Эймон, ты что, кого-то убил вчера?

— Да как ты можешь быть такого мнения обо мне?

— А как иначе? День назад ты завалился в мою лавку без гроша. А сейчас держишь в руках мой заработок за два месяца работы без налогов и долгов.

— Тот тип, которому я вчера помог... Он точно не простой дядька.

— Понятное дело. У простых золото в карманах не водится.

— Вчера я проследил за ним и тот привёл меня к воротам Верхнего города.

Иксия шумно выдохнула.

— Ты, возможно, даже не понимаешь, насколько бредово это звучит...

— Тем не менее я тебе не вру, прошу, поверь мне. И, может, не будем обсуждать это в коридоре, прямо перед комнатами?

— Согласна, — Иксия, воровато оглянувшись на лестницу, затеребила край фартука. — Дядя Том, ау! Приди в себя уже. Нам нужно на рынок. Если этого дурня с золотой монетой увидят местные пройдохи, его «богатому господину» придётся искать нового помощника.

— Кхм! Да, прости... Что!? — Том наконец опомнился и уставился на эльфийку. — Ты? На рынок? Не забыла, что стража сейчас ищет крайних в инциденте в доках? Неугодная эльфийка-кузнец им только на руку.

Внезапно со скрипом открылась дверь соседней комнаты.

— Гррм... Я могу составить вам компанию, — басовито заявил показавшийся из проёма рыжий зверолюд.

— Раджар!? — всполошилась Иксия, едва не подпрыгнув. — Ты всё слышал?

— С вашими криками в коридоре, уверен, нас уже и на улице слышали.

— Подтверждаю, — из другой двери высунулась заспанная физиономия Гарма.

— Твою ж... Ладно. Если тебя это не затруднит, Раджар, я почту за честь идти в сопровождении гордого льва.

Зверолюд на секунду завис, нахмурив густые брови:

— Кого?

— Не бери в голову, — я усмехнулся, спасая положение. — В моих краях так кличут самых сильных и несломимых воинов.

— Гррм! Стража не посмеет к вам приблизиться, брат.

Мы втроём вышли на оживлённую улицу. Стражи действительно стало больше по сравнению с прошлыми днями. Иксия натянула на голову капюшон, пряча свои длинные ушки. Один из проходящих патрульных покосился на эльфийку и, кажется, хотел что-то сказать, но, наткнувшись на свирепый взгляд грозного зверолюда, резко осёкся и прошёл мимо.

— Куда пойдём? — спросил я, поправляя воротник плаща.

— Лучше всего пойти к Центральному рынку, — отозвалась Иксия, стараясь держаться чуть позади Раджара. — Там полно сомнительных торговцев, да и карманников пруд пруди, но именно там чаще всего можно найти что-то стоящее за вменяемые деньги.

— Центральный рынок, значит. Это возле «Пьяного дракона»?

— Нет, ты что. Таверна находится на южной стороне, ближе к воротам Верхнего города. А из важных построек возле рынка — только Казино «Слепцов» да церковь Ха́рхида на противоположной стороне.

— Кто такой Хархид? — Мне стало искренне интересно, кому ещё здесь поклоняются.

— Хархид — это бог пространства. Ходит легенда, что именно он в своё время даровал ксантийцам магию.

— Извини... ксантийцам?

Иксия резко остановилась и воззрилась на меня так, будто у меня выросла вторая голова:

— Ты вообще хоть что-то знаешь о мире, в котором живёшь?

— Я тоже не знаю, кто это, — басом отозвался Раджар, шедший чуть впереди.

Эльфийка страдальчески закатила глаза.

— Вы что в пещере всю жизнь провели?

— Наше племя издревле живёт обособленно от других рас, — невозмутимо пояснил Раджар. — Мы познаём себя, живя в гармонии с природой.

— А что же вы с Гармом делаете в Сенгерхейме?

— Нам с братом стало скучно в племени, — рассмеялся зверолюд.

— Меня окружают олухи, — пробормотала Иксия себе под нос, но всё же продолжила: — Ещё двести лет назад в Траствуд прибыла некая империя — Ксантия, как они тогда себя называли.

В этот момент мимо нас с диким топотом пробежал оборванный мальчишка, прижимая к груди горсть спелых яблок. Сзади донёсся яростный крик лавочника:

— Вор! Держи вора!

Иксия лишь покачала головой вслед беглецу и как ни в чём не бывало вернулась к рассказу:

— Так вот. Во главе империи всегда шёл могущественный маг пространства. Поговаривают, этот чародей мог уничтожить крепостную стену одним взмахом руки.

— Ничего себе силища.

— В такую силу верится с трудом, — добавил Раджар.

— Да ладно вам, скорее всего, обычные преувеличения летописцев, — Иксия ловко перешагнула через большую лужу, в которой плавал какой-то мусор. — Суть в том, что ксантийцы разбили войска Траствуда и подчинили страну. Нынешняя Корона — это как раз потомки тех самых захватчиков.

Мы свернули в длинный, узкий переулок, зажатый между глухими стенами двухэтажных лавок. Воздух здесь был спёртым, пахнуло дёгтем и дешёвым табаком.

— Поэтому Верхний город отделён от вас? — спросил я, зацепившись взглядом за возвышающуюся впереди монументальную стену.

— Хех, наивный, — невесело усмехнулась эльфийка, поправляя капюшон, который так и норовил съехать назад, обнажая её острые уши. — Знать Траствуда и до них никогда не жила подле простых людей. А сама Ксантия... Ну, огромной империей она никогда не была. Почти все они осели в Ве́нтрисе — нашей столице.

Шедший впереди Раджар вдруг глухо рыкнул, плечом отодвигая с нашей дороги подвыпившего мужика, который перегородил проход со своей тачкой. Бедолага хотел было возмутиться, но, оценив ширину плеч зверолюда и блеск его клыков, молча вжался в стену.

— Вентрис, да?.. — повторил я для себя, мысленно ставя галочку на карте этого мира. Название звучало легко, словно дуновение ветра, что плохо сочеталось с образом суровых завоевателей.

— А до таких дальних окраин, как наш город, у Короны просто руки не доходят. Ну, или им банально нет до нас дела, пока мы исправно платим налоги.

Мы наконец выбрались из тесного переулка, и перед нами раскинулась огромная, бурлящая площадь Центрального рынка. Шум ударил по ушам сотней голосов: торговцы орали, зазывая к палаткам, где-то визжали свиньи, звенела посуда. В нос ударил резкий запах специй, жареного мяса и рыбы. Прямо посреди этого хаоса тянулись бесконечные ряды пёстрых навесов, под которыми копошилась плотная толпа людей.

По краям площади этот муравейник зажимали два каменных гиганта. Справа высилась мрачная церковь Хархида — её тёмные готические шпили вонзались в небо, словно иглы, заставляя соседние дома казаться мелкими и невзрачными. Слева же, в противовес святыне, сверкало яркими витражами помпезное казино с резной вывеской «Обитель Фортуны».

Фортуна?

Я на секунду замер, перечитывая буквы.

Совпадение или...

Иксия остановилась на краю площади, скинула капюшон, окинула взглядом бурлящую человеческую массу и обернулась ко мне:

— Ну вот, мы и пришли. Это Центральный рынок. Держи карманы закрытыми, Эймон. Пройдох тут больше, чем блох на бродячей собаке. Сперва мы пойдём к моему знакомому. Тебе нужно разменять монету, ведь ни у одного торгаша на рынке не найдётся достаточно серебра.

Она решительно шагнула в толпу, и нам не осталось ничего другого, кроме как последовать за ней. Мы моментально погрузились в шумный, пёстрый хаос.

Вокруг сновали не только люди, но и представители самых разных рас. Пробираясь мимо палаток, я то и дело уклонялся от лезущих в лицо связок сушёной рыбы и каких-то трав.

За прилавком с добротной кожаной одеждой, лениво сощурившись, сидел крупный ящер-гуманоид. Возле соседней лавки я заметил парочку зверолюдов-барашков — они выглядели на удивление мило и безобидно.

Чуть дальше фавны бойко зазывали покупателей, демонстрируя изящные резные кинжалы, а сквозь толпу, аккуратно огибая грязные лужи, неторопливо прогуливалась группа статных эльфов.

— Я думал, стража сейчас ищет нелюдей, на которых можно спихнуть инцидент в доках, — негромко заметил я, пригибаясь, чтобы не задеть плечом низкий навес гномьей палатки.

— Так и есть, — эльфийка скривила губы, ловко лавируя между тележками с овощами. — Но не будут же они отлавливать всех без разбора. Происшествие в доках им только на руку: под шумок можно упрятать за решётку любого, кто давно стоит поперёк горла местной знати.

— А что же такого сделала тогда ты?

— Продавала качественное оружие... — невинно пожала плечами Иксия.

— И всё?

— И обанкротила несколько крупных кузниц, сотрудничающих с Верхним городом, — усмехнулась она, и в её глазах на миг блеснула гордость. — Наглядно показала всем, что их хвалёная работа и ржавого медяка не стоит.

— Стоило ли оно тех проблем?

— Тебя что-то не устраивает? — вскинулась эльфийка, резко обернувшись на ходу и едва не налетев на какого-то носильщика.

— Нет, просто... — я не успел договорить, так как Раджар мягко, но весомо положил мне лапу на плечо, одновременно заслоняя нас обоих от толкнувшегося в суматохе торговца.

— Сестрица очень серьёзно относится к кузнечному делу. Для неё это дело чести.

Мы углубились в более тихие торговые ряды, прошли мимо лавок какого-то старика и испуганно озирающегося полурослика, после чего свернули в тупик и приблизились к нужной двери. Иксия резко застыла на месте, словно наткнулась на невидимую стену.

— Нет... Быть не может...

Я выглянул из-за её плеча и заметил на дверном стыке грубую сургучную печать с оттиском в виде лотоса.

— Что произошло?

— Стража... они были здесь.

— Пс! — вдруг раздалось из-за соседнего прилавка. Оттуда выглянул тот самый полурослик-торговец. — Вы к Барна́би? — Можете не ждать его, ребята. Рано утром его сгребли гвардейцы.

— Что им было нужно? — нахмурился я.

— Мне почём знать. Если вы пришли к нему для обмена монет, вам лучше поискать кого-то другого.

— Кого, например?

— Да хоть в казино к Лису, хоть в городской банк. Ну всё, не желаю я с вами дальше болтать. Не нужны мне проблемы. Проваливайте!

Мы поспешно отступили вглубь тупикового переулка, подальше от любопытных глаз.

— И что теперь будем делать? — я взглянул на притихшую эльфийку.

— Я не знаю... — она растерянно опустила взгляд.

— Я смогу вас прикрыть. И от стражи, и от людей Лиса, — отозвался Раджар, сжав кулаки.

— Не переоценивай свои силы, пушистик, — вяло огрызнулась Иксия, но в её голосе уже не было прежней уверенности.

— Пушистик? — зверолюд недовольно повёл ухом.

— Да хватит вам. Не обязательно идти всем троим. Монету нужно обменять мне, вот я и пойду.

— Не нужно тут играть в героя. Ты не понимаешь, куда суешься.

— А чем я рискую? Кто в этом городе меня знает? Для них я просто очередной парень с монетой.

— Может и так, но...

— Я пойду. Вы с Раджаром и так мне много помогаете, не обязательно ещё и жизнями рисковать.

— Гр-р! — Иксия в сердцах стукнула кулаком по обшарпанной каменной стене. — Как знаешь! Тогда лучше идти к Лису. У стражи в банке сразу возникнут лишние вопросы, а в казино всем начхать, откуда у тебя золото.

— Окей. Подождёте здесь?

— Нет. Мы пойдём с тобой и будем ждать у входа, если тебя долго не будет — мы с Раджаром разнесём это здание.

— Гррм! — лев одобрительно кивнул. — Мы с тобой, брат.

Снова пройдя через рыночную площадь, мы приблизились к городскому казино.

На фоне уличной суеты резное здание выглядело почти давящим. Я остановился у массивных дубовых дверей и оглянулся. Раджар скрестил руки на груди, возвышаясь над толпой, словно скала, а Иксия нервно теребила край капюшона.

И вот я оставляю свою подстраховку снаружи и снова иду на риск совершенно один.

Сглотнув подступивший к горлу комок, я коротко выдохнул:

— Ну... была не была.

Эльфийка тихо кивнула мне, и в её взгляде читалась не просто тревога, а немое: «Только попробуй не вернуться».

Я потянул на себя тяжёлую створку и ступил внутрь.

Тяжёлая дубовая дверь отсекла шум рыночной площади, и я словно провалился в другой мир. В нос тут же ударил густой, душный коктейль из запахов дорогого табачного дыма, пролитого вина и плавящегося воска.

Обитель Фортуны внутри оказалась огромным трёхэтажным колодцем, уходящим вверх под самую крышу. Архитектура кричала о вычурной, почти вульгарной роскоши: резные деревянные галереи второго и третьего ярусов опоясывали зал по периметру, опираясь на массивные колонны, сплошь покрытые тусклой позолотой. С потолка свисали гигантские хрустальные люстры, сотни свечей которых заливали пространство дрожащим жёлтым светом.

Я поднял голову, разглядывая верхние этажи. Оттуда, облокотившись на бархатные перила, вниз лениво поглядывали господа в дорогих шелковых камзолах и масках. Кем бы они ни были, смотрели они так, будто для них этот бурлящий первый этаж был просто колонией муравьёв.

А внизу, у подножия этой роскоши, кипела совсем другая жизнь. В сизом дыму метались десятки не очень опрятных людей, звенели монеты, стучали игральные кости. Матросы, торговцы и портовые бандиты толпились у круглых столов, срывая голоса в азарте.

Прямо напротив входа, подковой огибая лестницу на верхние ярусы, тянулась массивная стойка из чёрного дерева, за которой скучали вышибалы. Именно туда мне и было нужно.

Но не успел я и шагу сделать, как в меня врезался какой-то мужчина.

— С дороги!

— Эй! Мог бы и обойти!

Он резко обернулся и посмотрел мне в глаза. Его лицо показалось мне смутно знакомым.

— А мы не...

— Ты! — перебил меня неизвестный, глаза его округлились от удивления, а затем он быстро зашагал к лестнице, ведущей наверх.

— Что? Куда ты?

Я пошёл было за ним, но один из вышибал у стойки предостерегающе приподнял ладонь, заставив меня остановиться.

Да и к чёрту его! Не за этим я здесь.

Я повернулся к меняле:

— Здравствуйте, уважаемый.

— Пришёл обменять медяки на фишки? — равнодушно спросил тот, даже не поднимая глаз.

— А могу я поменять, к примеру, серебряные монеты на медные?

— Не собираешься играть?

— Не хочу просаживать всё сразу.

— Хех! Тогда ты уже будешь умнее половины пришедших сюда идиотов, — рассмеялся один из стоявших рядом громил.

— Так это возможно?

— Возможно. Но часть суммы мы всё равно выдадим игровыми фишками. Мы тут, сударь, всё же не городской банк.

— И какую часть вы возьмёте за это?

Я аккуратно положил на сукно стойки золотую монету. У менялы даже зрачки расширились, а вышибалы мгновенно подобрались, растеряв всю свою скуку.

Неужели один золотой здесь и вправду настолько большая сумма?

— Вижу, — изменившимся, вкрадчивым тоном пробасил меняла, быстро накрывая золото ладонью. — Ты не простой оборванец, парень. Тод!

— Чего? — отозвался второй охранник.

— Принеси маску с верхней полки. Быстро.

— Опять я?

— Не ворчи.

Меняла сунул руку под стойку и достал два небольших кожаных мешочка. Один приятно звякнул металлом, второй отозвался глухим стуком дерева.

— Вот. В этом — восемьдесят серебряных монет. А в этом — две сотни игровых фишек. На них можешь пить, играть или купить девку.

В этот момент подошёл вернувшийся Тод и протянул мне плотную серую маску, искусно вырезанную в виде волчьей морды.

— Можете подняться на второй этаж и развлекаться, сударь, — вежливо наклонил голову меняла. — Игрокам с золотом в карманах на первом ярусе делать нечего.

— Благодарю, — я забрал мешочки и надел маску. Она легла на лицо на удивление удобно.

Решив не привлекать к себе лишнего внимания, я направился к лестнице и спокойно поднялся на второй этаж.

Силуэт того странного мужчины уже растворился где-то впереди, среди пёстрой толпы верхних ярусов. Мысль о том, откуда я могу его знать, ещё скреблась на краю сознания, но я быстро отмахнулся от неё. Сейчас у меня были проблемы посерьёзнее. Нужно было просто переждать полчаса, сделать пару символических ставок ради приличия и возвращаться к ребятам.

На втором этаже большинство людей ходили в масках зверей, хотя некоторые обходились и без них. Не могу сказать, что здесь ошивались сплошь богачи, но одежда у публики была явно подороже, да и держались они куда более статно. С другой стороны, оценивать мне пока было трудно — я всё же провёл в этом мире слишком мало времени, чтобы судить о местном социальном расслоении.

Осматривая казино, я то и дело ловил себя на странном ощущении.

Интерьер, фишки, карты, игральные кости... Да и само название — «Обитель Фортуны». Вроде бы ничего необычного, да? Вот именно. Для меня всё это выглядело абсолютно обыденно. Но для этого мира? Могла ли местная культура настолько точно обыграть казино из моего родного мира? Вот в чём вопрос...

Из раздумий меня выбила подошедшая девушка с пушистыми кошачьими ушками.

— Вам помочь осмотреться, сэр?

На ней тоже была маска, но не такая, как у меня. Её полумаска лежала на переносице, прикрывая лишь глаза, и не скрывала приветливую улыбку.

— Я был бы вам признателен, леди, — ответил я, сообразив, что фишки в кармане нужно как-то тратить.

— Тогда прошу за мной.

Она повела меня вдоль резных перил, и я получил возможность рассмотреть второй ярус поближе. Здесь не было той толкотни, что внизу. Столы были просторнее, за ними сидели люди и эльфы в изящных одеждах, а воздух казался чище.

— Второй ярус — место для тех, кто приходит ради удовольствия, — мелодично просвещала меня кошкодевушка, плавно указывая рукой на столы. — Внизу люди надеются спастись от нищеты, а здесь... здесь просто любят вкус риска и готовы легко спустить пару-тройку золотых за вечер.

— Что же до Небесных лож на самом верху, — она уважительно взглянула на третий этаж, где гости носили не звериные морды, а изящные серебряные и золотые маски, изображающие человеческие лица. — Там игры совсем иного масштаба, а господин Лис лично приветствует каждого гостя на вершине. Ставки могут превышать пятьдесят золотых. Люди там ставят на кон артефакты и собственный бизнес, хотя и столь значимые игры — редкость. В основном там проходят аукционы и светские встречи...

Она не успела договорить. Из тени одной из колонн бесшумно соткался тот самый мужчина, который врезался в меня у входа. Сейчас на нём была маска ворона. Он проскользнул мимо меня, словно не замечая, наклонился к уху моей спутницы и что-то быстро прошептал. Девушка едва заметно вздрогнула, её ушки на макушке нервно дёрнулись, а приветливая улыбка на лице на миг превратилась в натянутую маску.

Незнакомец тут же растворился в толпе, а девушка-кошка повернулась ко мне, и в её голосе появилась странная, приторная вежливость:

— Прошу прощения, сэр. Хозяин заведения приглашает вас пройти в особое место — в VIP-ложу для личной беседы.

Внутри у меня всё похолодело. Меня раскрыли слишком быстро.

— Благодарю за приглашение, леди, — как можно спокойнее произнёс я, отступая на шаг назад. — Но я, пожалуй, откажусь. Мне пора возвращаться к друзьям.

— Боюсь, я не могу принять ваш отказ, — всё с той же улыбкой на лице ответила она.

Я хотел было развернуться к лестнице, но дорогу мне тут же перегородили двое. Из полумрака шагнули огромные вышибалы — один человек с перебитым носом, второй — массивный, тяжело дышащий ящер.

Они встали так плотно, что между ними и мышь бы не проскочила. Человек демонстративно прохрустел пальцами, а ящер глухо зарычал, скрестив руки на мощной груди.

— Прошу вас, сэр, не создавайте сцен, — мягко повторила она, указывая вглубь коридора. — Хозяин не любит ждать.

Меня провели вглубь яруса, за плотные бархатные портьеры глубокого изумрудного цвета. Шум казино тут же заглушился, превратившись в далёкий, мерный гул.

Это была изолированная ложа — уютная балконная ниша с отличным видом на весь первый этаж. В центре стоял широкий стол из тёмного дуба.

За ним, откинувшись на спинку резного кресла, восседал человек, впечатляющий своей массивностью и шириной плеч. Совершенно лысый, с тяжёлым волевым подбородком и густой бородой.

На нём был вычурный зелёный камзол с парчовой накидкой, а на запястьях звякали широкие позолоченные браслеты. Вся его фигура буквально излучала силу человека, который поднялся с самого низа и привык брать своё.

На столе перед ним лежала необычная маска — одна её половина была золотой, а вторая — серебряной.

Заметив меня, мужчина медленно взял маску, на миг шутливо поднёс её к лицу, словно соблюдая формальность заведения, и тут же со стуком опустил обратно на полированное дерево.

— Ну здравствуй, — он добродушно усмехнулся.

Его голос оказался совсем не таким низким и раскатистым, каким я его себе воображал, глядя на эти гигантские плечи. В нём звучали лёгкие, почти приятельские нотки.

— Говорят, ты в последнее время немало шороху навёл, — Лис вальяжно махнул рукой в сторону свободного кресла. — Присаживайся, поболтаем.

— Здравствуйте, гос... — он приподнял ладонь, перебивая меня.

— Давай без формальности. Фелиция, детка, оставьте нас.

Девушка покорно поклонилась и вместе с вышибалами покинула комнату. Мы остались одни. Я не стал садиться — слишком уж неспокойно было на душе.

— Чем я обязан такому вниманию? — постарался произнести я как можно спокойнее, хотя сердце колотилось о рёбра.

— О, пустяки, — Лис небрежно постучал пальцами по столу. — Просто не каждый день ко мне заходит парень, который сначала помешал моему человеку тихо зачистить концы в кузнице, затем устроил погром в доках Железного Хорста... а после как ни в чём не бывало пришёл ко мне разменивать золото.

У меня внутри всё похолодело. Он знал. Знал каждый мой шаг.

Заметать концы? Так вот кем был тот незнакомец — воришка, с которым я вчера столкнулся.

— Ты работаешь на Хорста? — прямо спросил я, сжав кулаки в карманах.

— Я работаю на себя, Эймон, — ухмыльнулся Лис.

Назвал меня по имени?

— Хорст — лишь мой партнёр. И, признаться, довольно топорный. На его рабах я потерял кругленькую сумму, но... — он сделал паузу, внимательно изучая моё лицо, будто мог видеть сквозь маску, — смотреть на то, как ты разрушил его планы, было весьма забавно.

— И что теперь? — я сделал полшага назад. — Выдашь меня ему? Или уберёшь сам, чтобы не мешал?

Лис тихо, искренне рассмеялся. Звук был почти добродушным, но от него мурашки бежали по спине.

— Зачем? Ты сделал за меня работу, до которой у меня не доходили руки. Но запомни: здесь у стен есть уши, а у каждой лавки — хозяин. В следующий раз, когда захочешь пустить чьё-то дело под откос, убедись, что колесо не переедет мои интересы.

— Я не ищу с тобой вражды, — твёрдо ответил я.

— И правильно делаешь, — Лис прищурился. — Я не буду тебя трогать. По крайней мере, пока ты приносишь в мой город интригу, а не убытки...

БАМ!

Внизу, прямо под балконом, послышался глухой грохот, звон битого стекла и раскатистый, знакомый львиный рык.

— О боже... — выдохнул я.

— У меня наверху важные гости из Верхнего города, — Лис вздохнул, ничуть не изменившись в лице, но в его глазах мелькнуло лёгкое раздражение. — Если ты немедленно уведёшь своих пылких друзей, я закрою глаза на эту строчку в счёте за ремонт.

— Понял! — я не стал ждать второго приглашения и метнулся к выходу из комнаты.

Краем глаза я успел заметить, как Лис совершенно безмятежно потянулся за бокалом вина.

Глава 5 Шёпот улиц и тень

Подбегая к перилам второго яруса, краем глаза я увидел распахнутые входные двери и отлетающего в стену людоящера. Того самого, что недавно преградил мне дорогу. Один из вышибал рядом со мной достал арбалет. Я машинально дёрнул рукой, сбивая прицел.

— Нет! Я сам разберусь, это приказ Лиса!

Мужик готов был прибить и меня, но, услышав имя босса, отступил.

Сбегая по резной лестнице через две ступени, я едва не запутался в собственных ногах. Внизу среди людей царила лёгкая паника, но до полноценного хаоса дело не дошло. А на втором ярусе, кажется, этого вообще никто не заметил.

Для вас это обыденность что ли?

К Раджару приближались четверо вышибал с клинками. Он же не выглядел испуганным. Даже не достав оружия, он схватил одного из громил за руку и вышвырнул за стойку с фишками. Иксия отбивалась каким-то древком.

— Эймон! Где ты!?

— Да здесь я! — крикнул я, срывая на ходу маску. — Остановите этот балаган!

— Гррм! Живой. — Радостно прорычал лев.

К нему подступали вышибалы:

— Отставить! Лис нас отпустил!

— Ты вообще кто такой? — развернулся мужик с перебитым носом. Его взгляд скользнул куда-то мне за спину, на балкон второго яруса, и ярость в его глазах сменилась удивлением. Вышибала молча отступил.

Я обернулся и увидел подмигивающую мне Фелицию. Иксия медленно опустила своё древко, подошла ближе и почти шёпотом спросила:

— Ты сказал... приказ Лиса?

— На улице поговорим, пошли, пока он не передумал.

Эльфийка с Раджаром переглянулись и направились за мной к выходу. Оставшиеся у входа двое громил расступились перед нами.

На улице, к моему удивлению, всё шло своим чередом.

Не услышали? Или для них это и правда норма?

Меня дёрнули за руку.

— Что это было? — возмутилась Иксия. — Что произошло между тобой и Лисом?

— Он был возмущён вашим вторжением, но, похоже, погром на складах Хорста оказался ему на руку. Только благодаря этому мы и вышли оттуда без боя.

Эльфийка прищурилась, разглядывая меня:

— Мы предполагали, что они партнёры.

— Думаю, в этом вы были правы. Но чтобы быть партнёрами, необязательно быть друзьями...

— Ладно, забыли. Пошли тебе за снаряжением. Не хочу находиться рядом с пристанищем Лиса дольше необходимого.

Мы прошли по нескольким лавкам. Мне нужна была какая-то сумка и набор ниток, чтобы подлатать свою порванную кофту. Хоть она и плохо вписывалась в местную моду, мне не хотелось так быстро расставаться с вещами из родного мира. К тому же я прикрывал её кузнечным плащом Иксии.

— Сколько стоит эта сумка?

— Усс! — прошипел змееголовый зверолюд. — Вижу, к нам пожаловал ценитель качессства! Взгляни, парень! Настоящщая кожа перито́на! Легкая, как перышшко, а вода с нее скатываетсся, будто с гуся. Для похода — лучшше не найдешь. Цена ей десять ссеребряных.

— Десять!? За эту сумочку?

Иксия подошла поближе:

— За сумку из перитона это нормальная цена, Эймон. Но не каждому она по карману.

— Хм... Ессли эта вещь для васс слишшком дорога, я готов пойти на всстречу. Ессли возьмёте сейчасс, отдам за семь ссеребряных.

— А может, за шесть?

— Да вы разорить меня хотите, ссударь! — Змей всплеснул руками, запричитав и хватаясь за голову. — Убить перитона непросто, а так, чтобы ещё и кожу не повредить... Каково вашше решшение? Берёте?

— Только если это действительно перитон, — вклинился Раджар, принюхиваясь. — Мне доводилось охотиться на этих тварей, и я хорошо запомнил этот запах. Можно?

Змей замялся:

— Кхм! Поссле обработки кожа теряет былой запах. Можете в этом убедитьсся.

Раджар взял сумку в лапу и, едва поднеся к носу, тут же отдёрнул руку, бросив вещь обратно торгашу.

— Аккуратно, лохматый!

— Грар! — с отвращением зарычал лев. — Мерзость...

— Да как ты смеешшь говорить такое о работе масстера?!

— Это никакой не перитон. Это шкура троглоди́та. Эту едкую вонь нечистот ты не смоешь, хоть десяток раз её вывари.

— Вонь? — я принюхался, но не ощутил ничего подобного. — Ты уверен, Раджар?

— Мой нос не проведёшь. Ты и сам почуешь запах, как только эта дрянь промокнет.

— Тишше, тишше! — прошипел взволнованный змееголовый. — Вы правы. Это кожа троглодита, но уверяю, у меня в лавке ессть и стоящщие вещи! Для васс я сделаю сспециальную сскидку.

Он достал бархатную поясную сумку тёмно-синего оттенка.

— Если это снова окажется подделкой... — Иксия скрестила руки на груди. — Мы со зверолюдом позаботимся о том, чтобы ты больше ничего не продал на этом рынке. Поверь, разоблачать мошенников мы умеем.

Глаза эльфийки блеснули хищным огоньком, отчего змей, казалось, сжался ещё сильнее.

— Это правда перитон! Прошшу, проверьте, ссударь! — он протянул сумку Раджару, и тот, принюхавшись, одобрительно кивнул:

— Грмм... Подтверждаю. Этот запах не забыть...

— Вот видите! Настоящщщий перитон! Вссего девять монет.

— Мне помнится, ты хотел дать нам скидку, разве нет?

— Вссё верно! Дессять серебряных — исстинная её цена, как подтвердила вашша спутница.

— Может, и так. Но ты пытался нас обмануть, — я ухмыльнулся, выложив на стол семь монет и потянув на себя сумку, которую змей всё ещё удерживал. — Так уж и быть, я куплю её по той цене, которую ты предложил изначально.

— Ссударь! При добыче этой кожи посстрадали двое охотников! Я обязан отдать им процент с продажи за такой рисск!

— Это уже не наши проблемы. Либо я покупаю эту сумку за семь монет, либо люди вокруг узнают, что ты торгуешь подделками. А после этого ты вряд ли выручишь за неё хотя бы пять.

Торгаш скривился и выпустил ремень:

— Удачной дороги...

— И тебе всего хорошего. — улыбнулся я.

Мы прошлись ещё немного по рынку, прикупили хороший набор для шитья за двадцать медных монет, и на остаток серебряного взяли вяленого мяса, твёрдого сыра и ржаных сухарей. Для одного человека этого хватит дня на три, но с друзьями зверолюдами... хоть бы на вечер хватило.

Внезапно в меня кто-то врезался.

— Ой! Простите меня, пожалуйста!

Парень дружелюбно похлопал меня по плечу и быстро пошагал дальше.

Погодите-ка...

ХЛОП!

Взметнувшийся в воздух мусор застыл, а шум рынка затих, уступив место гулкой тишине.

Слишком уж подозрительным было это столкновение. И правда, из кармана исчезла по ощущениям добрая половина серебра.

Стоять!

Мысленно произнёс я подходя к застывшему воришке. Его руки глубоко покоились в карманах потёртого плаща. Недолго думая, я запустил руку в его карман и выудил оттуда увесистую горсть серебряных монет.

Забрал ли я только своё или прихватил заодно и его личные сбережения — считать в Хроностазисе я не собирался. Ограбить вора, как по мне, вполне справедливо.

Вернувшись на своё место рядом с Иксией и Раджаром, я отпустил контроль.

Мир снова взорвался красками и сотней орущих голосов. Вор спокойно продолжал свой путь дальше, даже не подозревая, что его карманы только что заметно похудели.

Я ухмыльнулся, звеня возвращёнными монетами.

— Ты чего лыбишься? — подозрительно спросила Иксия, перехватывая мешок с сыром.

— Да так... Вспомнил, что в этом мире тоже есть честные люди.

— Тебе нужно какое-то оружие. В Сенгерхейме, да ещё и с деньгами в кармане... — размышляла эльфийка.

Мы подошли к палатке фавна с кинжалами. Иксия принялась умело подбирать клинок, совершенно не обращая внимания на заливистый лепет ушлого торговца. Она ловко постукивала по лезвиям ногтем, проверяя звук, и проводила пальцами вдоль клинка.

Как она ещё не порезалась? Это из-за того, что она кузнец, или это часть её магии?

В конце концов эльфийка выбрала, по её мнению, лучший вариант и протянула его мне рукоятью вперёд:

— Подержи сам. Как тебе вес?

Я неохотно взял кинжал. Прохладная рукоять легла в ладонь, но как только меня посетила мысль о том, для чего предназначена эта сталь... В зеркальной глади лезвия на миг мелькнуло искаженное отражение — и вместо своего лица я увидел ту самую эльфийку из складов Хорста.

Внутренности мгновенно скрутило хлёстким давлением, а пальцы сами собой разжались. Клинок со звонким цоканьем упал обратно на деревянный прилавок.

— Ты чего, Эймон? — Иксия нахмурилась, удивленно переводя взгляд с кинжала на моё бледнеющее лицо.

— Я... Нет, всё в порядке, — выдохнул я, отступая от прилавка.

Впереди, на деревянном помосте посреди площади, собирался народ. Трое мужчин в просторных, но добротных плащах зазывали прохожих.

— Подойдите ближе, жители Сенгерхейма! — заговорил главный агитатор, вышагивая по доскам. — Мы знаем, как тяжела сейчас жизнь простым ремесленникам и торговцам. И мы пришли не с пустыми руками!

Помощники глашатая разом взмахнули руками, и над толпой пролился скупой дождь из медяков и потёртого серебра. В одном из них я узнал человека, который только что в меня врезался.

Сначала обокрасть людей, а потом бросать им их же деньги. Умно, но для чего?

— Примите этот скромный подарок от тех, кому действительно не всё равно на вашу судьбу! — выкрикнул воришка, посылая в толпу очередную горсть монет.

Площадь закипела. Люди наперебой бросились подбирать упавшие деньги, вталкивая друг друга в грязь.

— Эй! Это же мои деньги! Он украл мои деньги! — отчаянно завопил какой-то мужик совсем рядом со мной, указывая пальцем на помост.

Он дёргал за рукава соседей, но те лишь отмахивались от него, раздосадованные тем, что им мешают пробиться к монетам. Голос бедолаги мгновенно утонул в нарастающем гуле площади.

Я лишь качнул головой.

Украсть у бедняка, чтобы бросить ему же под ноги часть отобранного и прослыть благодетелем... Гениально.

— А теперь спросите себя! — голос агитатора на помосте стал строже и набрал силу. — Почему эти гроши отдаем вам мы, а не те, кто прячется за высокими каменными стенами Верхнего города?! Сколько нам ещё смотреть, как они упиваются роскошью, пока мы барахтаемся в грязи?!

Толпа ответила одобрительным гулом.

— До нас дошли слухи о прибытии принцессы из страны-захватчика! — подлил масла в огонь второй помощник. — Зачем она здесь?! Забрать последнее?! Когда-то ксантийцы уже приходили на нашу землю. Они оставили после себя разрушенные стены, выжженные поля, уничтоженный порт, а затем, позабыв о своих деяниях, спрятались за стенами Вентриса аки знать Сенгерхейма!

Накал рос с каждой секундой. Люди вокруг сжимали кулаки, выкрикивая ругательства в сторону Верхнего города.

— Похоже, разгорается что-то недоброе, — я осторожно ткнул Иксию плечом.

Но эльфийка даже не повернулась — она стояла, полностью поглощенная речью бунтарей, а её пальцы сжимались в кулаки.

— Согласен, лучше уйти, — пробасил Раджар, с опаской оглядывая закипающую толпу.

— Эй, пошли, — я потормошил эльфийку за рукав.

— Э?.. А, да, простите... — она встряхнула головой, с трудом вырываясь из оцепенения.

— Нам нужно сплотиться! — загремело над площадью. — Когда весь Сенгерхейм встанет под наши знамена, мы поднимем восстание и против Короны! Свободу Траствуду!

— Свободу Траствуду! — единым порывом рявкнули сотни глоток.

Когда мы уже собирались уходить, мне показалось, что на крыше одного из домов мелькнул чей-то силуэт с белыми волосами. Но когда я моргнул и взглянул ещё раз, там уже никого не было.

Внезапно глухой топот копыт перекрыл гул площади. Торговцы спешно стали оттаскивать свои лотки в стороны, толпа подалась назад, сбиваясь в плотные, закипающие группы.

— Разойтись! Соблюдайте порядок! — рявкнул стражник во главе колонны.

На площадь врезался верховой эскорт. В центре, на статном гнедом скакуне, гордо восседала девушка, которую я имел честь видеть день назад — принцесса Траствуда. Её золотистые, завитые локоны ниспадали на меховую накидку, а зелёные глаза с холодным вызовом сканировали разбушевавшуюся толпу. Слева от неё двигался гвардеец, с головы до ног закованный в глухие тёмные доспехи, но всё моё внимание приковал рыцарь справа.

На чёрном, как ночь, жеребце ехал седовласый воин. От одного его вида веяло давлением, будто рядом находился не человек, а тяжёлый монолит. Массивный тёмный доспех с багровыми элементами, длинный плащ за спиной и глубокий взгляд человека, прошедшего сотни битв.

— Люди Сенгерхейма! Прошу вас, успокойтесь! — чистый, резонирующий женский голос заставил ближайшие ряды на секунду замереть. — Не слушайте речи этих бунтарей! Это люди из «Чёрных крыс» — паршивые карманники и воры!

Но агитаторам уже удалось натравить народ. Из глубины толпы, куда стража не могла дотянуться, полетели первые выкрики:

— Катитесь прочь из Сенгерхейма, захватчики!

— Да! — подхватили десятки голосов, подаваясь вперёд. — Вы нам тут не нужны!

Стража вскинула щиты, сдерживая напор. В этот момент седовласый воин легко соскочил со своего чёрного скакуна. Толпа перед ним машинально качнулась назад.

— Как уроженец Сенгерхейма, я прошу вас выслушать её высочество Беатрис Валериан, — громко и глухо произнёс он, стоя перед разъярёнными горожанами.

Напряжение на площади достигло предела. По рядам, словно сухой шелест, прошёл многоголосый шёпот:

— Сэр Уильям Дрейк...

— Герой Траствуда?

— Пёс на поводке у короны.

— Убийца драконов...

— Жалкий предатель.

Не все комментарии были лестными. Но из этой разноголосицы я понял главное: Уильям — крайне весомая и неоднозначная фигура в Траствуде.

— Иксия? Раджар? Кто этот мужик?

— Я уже устаю всё тебе пояснять... — устало вздохнула эльфийка.

А вот наш лев выглядел не просто удивлённым — на его морде расплылся оскал предвкушения, а в глазах вспыхнул дикий боевой азарт.

— Дрейк... — тихо, утробно зарычал он. — Наконец я сражусь с тобой.

— Ч-чего?! — в один голос вскрикнули мы.

Но зверолюд нас уже не слышал. Он сгруппировался и, расталкивая плечами опешивших горожан, двинулся прямо сквозь толпу — к стражникам и Уильяму.

— Его же зарежут, — шепнул я Иксии. — Надо что-то делать.

— Да, но что?! Его сможет остановить разве что Гарм!

— Мы можем попробовать по-другому...

— О чём ты?

— Дай мне руку, — я протянул ей ладонь.

Эльфийка удивлённо и с опаской взглянула на неё, но, немного поколебавшись, всё же сжала мои пальцы.

— Что теперь?

— Не пугайся и действуй быстро. Меня надолго не хватит.

ХЛОП!

Мир, уже привычно для меня, затянуло серой пеленой, поглощая шум толпы. Девушка же остолбенела широко раскрыв глаза. Она дико огляделась на застывшие лица вокруг.

— Быстрее, нужно его остановить!

Мой голос, будто удар грома, пронзил тишину.

— Д-да!

Мы подбежали к Раджару.

— Почему двигаться так тяжело? Я словно под водой...

— Давай с ощущениями потом! Забери его молот сперва.

— А сам-то чего не заберёшь? — Несмотря на пререкания, Иксия прислушалась к моей просьбе и ловко стянула тяжелющий двуручный молот со спины здоровяка.

— Потому что я его вряд ли подниму, — я тем временем расстегнул ремень на поясе Раджара и туго связал им его щиколотки. — Этого момента должно хватить, чтобы привести его в чувства.

— Будем на это надеяться...

Площадь мгновенно взорвалась привычным шумом толпы — время продолжило свой ход.

— Гарх!?

Наш горе-защитник запутался в собственных лапах и с грохотом полетел мордой вниз — прямо на испуганных зевак.

— Что за чёрт?! — последовали возмущённые выкрики, а со стороны эльфийки послышался смешок.

— Гра!.. Чего? — Раджар обернулся, в шоке уставившись на свои ноги, затянутые его же собственным ремнём. — Это как так?

— Слезь с меня, кретин! — заверещала женщина под ним, хлёстко отвесив ему звонкую пощёчину.

Лев лишний раз мотнул головой, огорошенно пробормотав:

— Простите... Я, видимо, запнулся о камень.

— Раджар, нам нужно уходить. Сейчас, — спокойно произнесла подошедшая эльфийка, держа его огромный молот.

— Но как же...

— Не сейчас. Ты охрану не видел? Честной дуэли тебе там не видать. Вставай, мы возвращаемся.

Раджар на секунду замер, переводя тяжелый взгляд с Иксии на сэра Уильяма, словно отмеряя расстояние до рыцаря. Наш пушистый спутник разочарованно помрачнел, но рациональность всё же взяла своё. Он быстро освободил ноги, вернул ремень на место и поплёлся за Иксией.

Наша сценка всё-таки привлекла ненужное внимание. Несколько рыцарей, включая сэра Уильяма, теперь внимательно смотрели в нашу сторону. И хотя все они разглядывали поднимающегося массивного зверолюда и эльфийку с огромным оружием, у меня по спине пробежал мороз.

Почувствовав чужой пристальный взгляд, я повернул голову — и встретился глазами с принцессой.

Снова, как и при первой нашей встрече, Беатрис изучающе смотрела на меня — словно на опасную и нераскрытую диковину.

— Ребят... Нам и правда пора уходить.

Свернув в ближайший узкий переулок, мы прибавили ход, петляя между обшарпанными фасадами домов, пока гул разъярённой площади окончательно не утих за спиной.

Только оказавшись в относительно тихом дворике, Иксия остановилась, опёрлась о стену и тяжело перевела дыхание. Эльфийка медленно повернула голову ко мне, глядя так, словно перед ней стоял чужак, а не напарник.

— Эймон... — тихо, почти шёпотом произнесла она, отдавая Раджару его молот.

— М?

— Что... это сейчас было?

Я потёр виски. После очередного применения Хроностазиса в голове привычно разливалась тупая усталость.

— Это сложно объяснить.

— Тогда попробуй.

Я замолчал, а Иксия сделала шаг ближе.

— Ты остановил время?

— Нет.

Ответ вырвался слишком быстро, эльфийка прищурилась.

— Тогда почему мы могли двигаться, а остальные — нет?

— Я не знаю, как это правильно объяснить.

— Не знаешь? — в её голосе впервые прозвучало не раздражение, а настоящее беспокойство. — Эймон, я кузнец с магией металла. Я могу не разбираться в чужой магии, но я своими глазами видела, как весь рынок замер.

Она покачала головой.

— А ты вёл себя так, будто для тебя это совершенно нормально.

— Потому что я уже привык.

Иксия замерла.

— Привык?..

Я понял, что сказал лишнее.

— Я хотел сказать...

— Кто ты вообще такой?

— Да такой же простой человек, как и остальные!

— Нет, — тихо ответила она. — Не такой.

ДЗЫНЬ!

Глухой удар навершия молота о мостовую заставил нас обоих обернуться.

— Прекратите, — спокойно пробасил Раджар. — Сестрица, Эймон не давал повода сомневаться в нём. К чему эти допросы?

Иксия поджала губы. Несколько секунд она переводила взгляд с меня на Раджара, после чего тяжело вздохнула.

— Может, и так... — Она отвернулась и натянула капюшон. — К бездне... Идём домой.

Всё время пути мы шли в тишине, а меня не покидало липкое ощущение, что за нами кто-то следит. Я остановился в десяти метрах от пекарни Тома.

— Раджар? — я протянул ему сумку с провиантом. — Начинайте без меня. Нуж

но кое-что проверить.

— Не задерживайся, брат. Мы с Гармом можем съесть всё, не дождавшись твоего прихода. Ха-ха!

Я подождал, пока мои спутники скроются в здании. Сам же шагнул обратно в затенённый переулок — и в ту же секунду вокруг моей шеи обвились чьи-то тонкие руки, уволакивая меня в тень между домами.

— Ну наконец-то ты избавился от надоедливого зверя и этой противной эльфийки...