Торговец роялями

Пролог

В мощёных переулках Вирнвика, где фонари мерцали пойманными звёздами, волшебник Зоратакс держал чудную лавку. Вывеска — золотая лира, перечёркнутая знаком вопроса, — слабо светилась, обещая «Решения для отчаявшихся». Местные шептались, что он торгует "роялями в кустах" — чудесами, появляющимися в самый нужный момент, подобно роялю, нелепо спрятанному в зарослях.

Зоратакс, с бородой, подобной лунному свету, и острыми, как у ворона, глазами, протирал за прилавком хрустальный шар, тихо гудящий. Полки ломились от диковинок: склянки с удачей, плащи из тумана, свитки, шепчущие повороты сюжета. Но главным товаром были мгновения — идеальные, незаслуженные спасения для тех, кто в тупике.

Молодой рыцарь Кальден ввалился в лавку, доспехи помяты, лицо искажено страхом. «Червь Чернотернского пика схватил моего оруженосца! Его чешуя отражает магию, мой меч бесполезен. Я пропал!»

Зоратакс усмехнулся. «Классическая беда. Тебе нужен рояль.» Порывшись за шторой, он достал потёртое кольцо. «Надень его перед боем. И ничего не бойся.»

Кальден нахмурился. «Кольцо? Чем оно поможет?»

«Момент, — мурлыкнул Зоратакс, — решает всё.»

На рассвете Кальден взобрался на пик. Червь ревел, сотрясая скалы, его чешуя сверкала, как расплавленное железо. Когда зверь бросился, Кальден надел кольцо. Небо треснуло, и валун — непонятно как оказавшийся наверху — рухнул, придавив хвост чудовища. Червь взвыл, отвлёкся, и меч Кальдена пронзил его сердце. Оруженосец, связанный в расщелине, был спасён.

Вернувшись в Вирнвик, Кальден ворвался в лавку. «Этот валун! Его не было вчера! Ты подстроил!»

Зоратакс хмыкнул, полируя шар. «Ты хотел спасти оруженосца или нет?»

«Это жульничество!» — выпалил Кальден.

«Разве? — глаза Зоратакса блеснули. — Каждой истории нужен толчок. Потерянный ключ, вовремя начавшийся дождь. Я лишь… ставлю декорации.»

Слухи разлетелись, и герои Вирнвика повалили к Зоратаксу. Вору нужен чих стражника во время обхода? Флакон с перцем. Маг ищет книгу заклятий врага? Ворон роняет её к ногам. Но шепотки росли: спаситель Зоратакс или мошенник, что дергает нити судьбы?

Однажды ночью вошла фигура в плаще — чародейка, посох искрил морозом. «Я знаю твою игру, — прошипела она. — Ты подбрасываешь рояли, но какова цена? Судьба не гнётся без трещин.»

Зоратакс наклонился ближе. «Каждый рояль оставляет волны. Спасённый герой может погубить деревню. Найденный меч — начать войну. Я лишь даю ноту — мелодию играешь ты.»

Она фыркнула, но купила амулет — медальон, чтобы смягчить сердце короля. Уходя, Зоратакс вздохнул, глядя в шар. Тот показал будущее Вирнвика: гобелен триумфов и трагедий, связанных с его вмешательством. Он мог бы остановиться, дать судьбе волю. Но где тогда музыка?

Он улыбнулся, повесил новую вывеску — «Рояли в кустах: сделано с душой» — и стал ждать следующей истории.

Глава 1

Тень в мотиве

Вирнвик просыпался под звон колоколов, но в лавке Зоратакса царила тишина, нарушаемая лишь скрипом старого деревянного пола. Хрустальный шар на прилавке мерцал слабо, словно предчувствуя беду. Зоратакс, с его серебристой бородой и глазами, острыми, как клинки, перебирал свитки, когда дверь распахнулась, впуская холодный ветер и фигуру в тёмном плаще.

Это была Лирен, чародейка с посохом, искрящим морозом, та самая, что недавно купила медальон для смягчения сердца короля. Её лицо было бледнее обычного, а глаза горели тревогой. «Твой *рояль* сработал, старик, — сказала она, бросая медальон на прилавок. — Но теперь всё хуже.»

Зоратакс поднял бровь. «Король смягчился?»

«О, да, — Лирен сжала посох так, что лёд затрещал. — Он стал добр, как ягнёнок. Отменил казни, открыл казну для бедных. Но его советники… они видят слабость. Заговор зреет, Зоратакс. Я слышала их шепот в тенях дворца. Они хотят трона.»

Волшебник погладил бороду. «Мой товар даёт момент, Лирен. Что ты сделаешь с ним — твоя мелодия.»

«Не играй со мной! — рявкнула она. — Твой медальон начал это. Ты знал, что так будет?»

Зоратакс взглянул на шар. В его глубинах мелькнули образы: кинжалы в темноте, кубки с ядом, трон, залитый кровью. Он знал, что каждый *рояль* — это нота, которая резонирует, порождая гармонию или хаос. Но говорить об этом? Нет, она не готова.

«Ты хочешь исправить мелодию?» — спросил он вместо этого.

Лирен кивнула. «Дай мне что-то, чтобы остановить заговор. Но без твоих фокусов. Никаких валунов с неба.»

Зоратакс хмыкнул и скрылся за шторой. Вернулся он с маленьким зеркальцем, оправленным в чёрное железо. «Смотри в него, когда будешь во дворце. Оно покажет правду за масками.»

Лирен скептически осмотрела зеркало. «И это всё?»

«Правда — самый острый клинок, — ответил он. — Но осторожно: она режет всех.»

Той ночью Лирен прокралась в дворец, сжимая зеркало. В тронном зале, где тени танцевали под факелами, она взглянула в него. Отражения советников исказились: один стал крысой с когтями, другой — змеёй с ядовитыми клыками. Их слова о «благе королевства» были ложью, скрывающей жажду власти. Но в отражении короля Лирен увидела нечто странное — тень, не принадлежащую никому в зале, тень с глазами, похожими на глаза Зоратакса.

Она вернулась в лавку на рассвете, зеркало дрожало в её руках. «Ты в этом замешан, — прошипела она. — Твоя тень в отражении короля. Что ты скрываешь?»

Зоратакс улыбнулся, но в его глазах мелькнула усталость. «Каждый *рояль* — это сделка, Лирен. Ты хотела правду. Теперь реши, что с ней делать.»

Она ушла, полная решимости разоблачить заговор, но вопрос о тени Зоратакса не покидал её. Вирнвик дремал, а в лавке хрустальный шар показал новую картину: Лирен, идущая по тонкой нити между предательством и спасением, и тень, что следовала за ней — тень, которая знала больше, чем говорил её хозяин.

Глава 2

Ноты под масками

Лирен шагала по мощёным улочкам Вирнвика, сжимая зеркало так, что костяшки побелели. Тень Зоратакса в отражении короля не давала покоя. Она чувствовала, что её втянули в игру, где правила известны только старому волшебнику. Но отступать было поздно — заговорщики во дворце уже плели свои сети, и король, ослеплённый добротой, не видел угрозы.

В таверне «Кривой Ключ» Лирен встретилась с Каэлем, вором, чьи пальцы были быстрее молнии, а уши — острее клинка. Он был её глазами в тенях города. «Советники собираются сегодня, — шепнул он, подливая эль в её кружку. — В старой башне, под видом охоты. Но я слышал, там будет не дичь, а кинжалы.»

Лирен кивнула, взглянув в зеркало. В отражении Каэля мелькнула лисья морда — хитрая, но не злобная. Она доверяла ему… пока. «Идём со мной, — сказала она. — Мне нужны твои руки.»

Ночью они пробрались к башне. Лирен держала зеркало, а Каэль обезвреживал ловушки. Внутри, в тусклом свете свечей, советники шептались, их голоса звенели, как натянутые струны. Зеркало показало их истинные лики: крыса, змея и теперь ещё ястреб с кровавым клювом. Они обсуждали яд для короля и делёж трона. Но в углу зала Лирен снова увидела *ту* тень — с глазами Зоратакса, наблюдающую, но не вмешивающуюся.

«Это он, — прошипела Лирен Каэлю. — Зоратакс играет в свою игру.»

Каэль пожал плечами. «Тогда сыграй в свою.»

Лирен шагнула вперёд, подняв посох. Лёд хрустнул под её ногами, и советники обернулись. «Ваша измена раскрыта, — заявила она, показывая зеркало. — Уберите яд, или я заморожу ваши сердца.»

Крыса — лорд Вейрис — рассмеялся. «Ты одна, чародейка. А нас трое.» Но Лирен была готова. Она ударила посохом, и ледяные шипы пронзили воздух, пригвоздив ястреба к стене. Каэль метнул кинжал, заставив змею отступить. Крыса сбежала, но Лирен знала: он вернётся.

Когда всё стихло, она снова взглянула в зеркало. Тень Зоратакса исчезла, но в глубине отражения мелькнула новая картина: Зоратакс в своей лавке, перебирающий струны огромного рояля, чья мелодия звучала, как сердце Вирнвика. И рядом — другой силуэт, незнакомый, с короной, скрытой в тенях.

Лирен стиснула зубы. «Ты не просто торговец, старик, — пробормотала она. — Но я узнаю, что ты затеваешь.»

Она покинула башню, оставив за собой лёд и вопросы. Каэль следовал за ней, но его взгляд был прикован к зеркалу. «Оно показывает правду, да? — спросил он. — А что оно говорит о тебе?»

Лирен не ответила. Она боялась взглянуть.

Глава 3

Струны судьбы

Лирен и Каэль укрылись в заброшенной часовне на окраине Вирнвика. Холодный ветер свистел сквозь разбитые витражи, а зеркало в руках Лирен дрожало, будто живое. Она знала: Зоратакс следит, и его игра становится опаснее. Но кто был тот силуэт с короной, мелькнувший в отражении? Новый игрок или марионетка старого волшебника?

Каэль, чистя кинжал, бросил взгляд на зеркало. «Ты слишком доверяешь этой штуке, — буркнул он. — А если оно врёт?» Лирен покачала головой. «Оно не врёт. Но показывает не всё.»

На рассвете они отправились к лавке Зоратакса. Улицы были пусты, только ворон каркнул, сидя на вывеске «Рояли и тайны». Дверь скрипнула, и Лирен вошла, держа посох наготове. Зоратакс ждал её, полируя чёрный рояль, чьи клавиши светились, как звёзды. «Ты быстро учишься, чародейка, — улыбнулся он. — Но видишь ли ты мелодию целиком?»

Лирен направила зеркало на него. В отражении Зоратакс был не стариком, а вихрем света и теней, с нитями, тянущимися к городу, словно паутина. «Ты манипулируешь всеми, — сказала она. — Зачем? Что за корона в зеркале?»

Он рассмеялся, и рояль издал низкий, гулкий аккорд. «Корона — это выбор, Лирен. Не моя игра, а твоя. Зеркало показывает, кем *ты* можешь стать. Но захочешь ли?»

Каэль, стоя у двери, напрягся. «Не слушай его, Лирен. Он запутывает.» Но она уже смотрела в зеркало. В нём мелькнула она сама — в ледяной короне, с глазами, полными силы и холода. Вирнвик лежал у её ног, но город был мёртв, покрыт льдом.

Лирен отшатнулась. «Это ложь!» — крикнула она, но Зоратакс лишь пожал плечами. «Зеркало не лжёт. Оно предлагает.»

Внезапно дверь лавки распахнулась. Лорд Вейрис — крыса — стоял с отрядом наёмников. «Ты зашла слишком далеко, чародейка, — прошипел он. — Король умрёт сегодня, а ты с ним.»

Лирен сжала посох, лёд закрутился вокруг неё. Каэль метнул кинжал, но наёмники были быстрее. Зоратакс не двинулся, лишь сыграл короткую мелодию, от которой воздух задрожал. В зеркале мелькнула тень — та самая, с короной, — и бой замер. Вейрис побледнел, глядя на отражение, где его собственная тень рассыпалась в пыль.

«Выбирай, Лирен, — сказал Зоратакс, закрывая крышку рояля. — Спасёшь короля или город? Или, может, себя?»

Она не ответила. Лёд хрустнул, и битва началась.

Глава 4

Рояли в тенях

Ледяные осколки разлетелись по лавке Зоратакса, отражаясь в зеркале, которое Лирен всё ещё сжимала. Наёмники Вейриса наступали, их клинки сверкали в тусклом свете. Каэль отбивался, но перевес был не на их стороне. Зоратакс, стоя у рояля, лениво наигрывал мелодию, от которой воздух дрожал, будто подчиняясь его воле.

Лирен направила посох на наёмников. Ледяной вихрь отбросил двоих, но третий прорвался, целясь в её сердце. Внезапно рояль Зоратакса издал оглушительный аккорд, и пол под нападавшим треснул, поглощая его в чёрную бездну. «Осторожнее, чародейка, — хмыкнул Зоратакс. — Мои рояли не любят грубиянов.»

Вейрис, отступив к двери, зарычал: «Ты не спрячешься за фокусы, старик!» Но Зоратакс лишь щёлкнул пальцами. Из углов лавки, где тени сгущались, появились новые рояли — призрачные, сотканные из дыма и света. Их клавиши двигались сами, играя хаотичную, но завораживающую мелодию. Наёмники замерли, их глаза потускнели, будто они забыли, зачем пришли.

Лирен, тяжело дыша, повернулась к Зоратаксу. «Что это за рояли? Они… живые?» Он улыбнулся, поглаживая крышку ближайшего инструмента. «Каждый рояль — это выбор, нить судьбы. Они поют то, что ты боишься услышать. Сыграешь?»

Каэль схватил её за руку. «Не смей, Лирен. Это ловушка!» Но зеркало в её руках нагрелось, показывая новую картину: король Вирнвика, истекающий кровью в тронном зале, и тень с короной, стоящая над ним. Лирен поняла — времени мало.

Она шагнула к роялю. Пальцы коснулись клавиш, и мелодия изменилась. Лавка исчезла. Они с Каэлем оказались в пустыне, где сотни роялей стояли под звёздами. Каждый издавал свой звук, сплетая какофонию. В центре возвышался огромный белый рояль, а на нём — корона, которую она видела в зеркале.

«Выбери, — раздался голос Зоратакса, теперь в её голове. — Сыграй спасение или разрушение.»

Лирен нажала клавишу. Звук был чистым, но за ним последовал рёв — тень с короной обернулась к ней, и её лицо было её собственным.

Вейрис, рояли, король — всё смешалось в диссонансе.

Глава 5

Клавиши Хаоса

Пустыня звенела от мелодий сотен роялей, их звуки сливались в какофонию, от которой песок дрожал. Лирен, стоя у белого рояля, смотрела в глаза собственной тени с короной. Каэль крикнул: «Не играй, это ловушка Зоратакса!» Но её пальцы уже легли на клавиши, и звук, чистый, как раскат грома, разорвал пространство.

Небо над пустыней треснуло, будто стекло. Из разлома вырвался *эпический рояль* — гигантский, усеянный рунами, парящий на крыльях из чистого света. На его крышке восседал Зоратакс, теперь в мантии, сотканной из нотных листов. «Добро пожаловать на мою настоящую сцену!» — провозгласил он, а его глаза горели, как две чёрные звезды.

Лирен отступила, сжимая посох. «Ты обещал ответы, а не ещё больше роялей!» Зоратакс расхохотался, и его рояль издал аккорд, от которого песок под ногами Каэля превратился в зыбучие ноты, затягивая его. «Каждый рояль — это выбор, чародейка. Но этот, — он похлопал по инструменту, — это *Рояль Хаоса*. Он играет судьбы миров. И ты только что нажала его первую ноту.»

Тень Лирен с короной шагнула вперёд, её голос был холодным: «Ты хочешь корону Вирнвика? Сыграй её. Или я сыграю твою смерть.» Лирен поняла: тень — это её собственное желание власти, усиленное магией Зоратакса. Она взглянула на зеркало в своих руках. Теперь оно показывало не короля, а разрушенный Вирнвик, где рояли росли из земли, как деревья, играя реквием.

Каэль, выбравшись из нотного песка, бросил кинжал в тень, но та лишь рассмеялась, превращая оружие в россыпь клавиш. «Зоратакс, хватит игр! — крикнула Лирен. — Дай мне правду!» Торговец прищурился. «Правда? Тогда сыграй на Рояле Хаоса. Одна мелодия — и ты узнаешь, кто ты. Но ошибись, и мир станет моей новой партитурой.»

Лирен коснулась клавиш. Рояль загудел, и пустыня исчезла. Они оказались в сердце Вирнвика, перед троном, где король всё ещё дышал. Но теперь над ним стояла не тень, а фигура в плаще, держащая… ещё один рояль, маленький, карманный, из которого лилась мелодия, парализующая всех.

«Рояли повсюду, — прошептал Каэль. — Это конец?»

Глава 6

Козырной Тостер

Тронный зал Вирнвика дрожал от мелодии карманного рояля, что сжимала фигура в плаще. Лирен, стиснув посох, пыталась пробиться сквозь звуковые волны, но они приковывали её к месту, как магические цепи. Каэль, уворачиваясь от падающих с потолка нот, крикнул: «Это не рояль, это… что вообще?!»

Фигура сбросила плащ, явив миру Зоратакса, но теперь с нелепой поварской шляпой на голове. В его руках сиял *Козырной Тостер* — артефакт, испускающий золотистые искры и аромат свежеподжаренного хлеба. «Рояли — вчерашний день, чародейка! — ухмыльнулся Зоратакс. — Этот тостер переписывает реальность. Один тост — и ты мой поджаренный слуга!»

Лирен моргнула. «Тостер? Серьёзно?» Но тут тостер щёлкнул, и из него вылетел горящий тост, который, пролетев над троном, превратил стражника в танцующего гоблина с булкой в руках. Зал наполнился хохотом и запахом выпечки. Тень Лирен с короной зашипела: «Ты профанируешь судьбу Вирнвика!»

Каэль, уворачиваясь от очередного тоста, схватил зеркало Лирен и направил его на Зоратакса. Отражение показало не торговца, а его истинную форму — хаотичный вихрь нот, хлеба и клавиш. «Ты не волшебник, ты ошибка мироздания!» — рявкнула Лирен. Она швырнула посох в тостер, и тот, издав обиженный *дзынь*, выплюнул тост, который угодил прямо в тень, обратив её в кучу крошек.

Зоратакс взвыл: «Мой тостер!» Но Лирен уже схватила артефакт. «Теперь я задаю мелодию!» Она нажала на рычаг, и тостер издал аккорд, от которого тронный зал начал складываться, как оригами, открывая портал в… пекарню?

«Это ещё что за рояль в кустах?» — простонал Каэль.

Глава 7

Инопланетный Батя с Блинами

Пекарня, в которую выплюнул портал Козырного Тостера, оказалась не просто пекарней. Стены пульсировали неоновым светом, а булки на прилавках шептались на языке, напоминающем помехи старого радиоприёмника. Лирен сжимала тостер, Каэль пинал булку, которая пыталась укусить его за сапог. «Это не Вирнвик, — пробормотал он. — Это какой-то космический бред!»

Из-за стойки выплыл Зоратакс, теперь в серебристом комбинезоне и с антенной на поварской шляпе. «Добро пожаловать на мой межгалактический рынок роялей!» — провозгласил он, размахивая *Блинометроном* — диском, испускающим блины с лазерной точностью. «Земные рояли — прошлый век. Теперь я торгую судьбами миров!»

Не успела Лирен рявкнуть, как потолок пекарни разорвался, и в зал влетел гигантский инопланетянин — зелёный, с тремя глазами и фартуком с надписью «Батя Галактики». «Зоратакс, опять ты за моё тесто?!» — прогремел он, размахивая сковородой размером с щит. Блины из Блинометрона отскакивали от сковороды, превращаясь в миниатюрные НЛО, которые атаковали булки.

Каэль схватил один из НЛО и швырнул в Зоратакса. «Лирен, жарь его тостером!» Лирен щёлкнула рычагом, и тостер выплюнул тост, который, пролетев через Батю, открыл портал в… другую пекарню? Батя, хохоча, нырнул туда, утащив Зоратакса за антенну. «Вернусь за оладьями!» — донеслось из портала.

Лирен посмотрела на тостер. «Теперь у нас два рояля в кустах. Или три?»

Каэль вздохнул. «И ни одного нормального пирога.»

Глава 8

Демонический Дирижабль Хаоса

Портал, открытый Козырным Тостером, швырнул Лирен и Каэля в новую пекарню, но вместо муки тут витали искры и запах серы. Небо над галактической забегаловкой пылало алым, а в центре зала возвышался Зоратакс, теперь в плаще из чёрного дыма, дирижирующий роем демонических булок с клыками. «Мой новый рояль — Армагеддон!» — хохотал он, размахивая *Скребком Бездны*, от которого реальность трещала, как дешёвый тост.

Лирен сжала тостер. «Каэль, это уже не пекарня, а цирк ада!» Каэль, уворачиваясь от булки с рогами (рогалик?), пнул её в портал, но та вернулась, теперь с вилкой. «Где Батя Галактики, когда он нужен?!»

Небо разорвалось, и на гигантском дирижабле, утыканном пушками, выпекающими круассаны-метеориты, влетел демон — рогатый, в кожаном фартуке с надписью «Шеф Пекла». «Зоратакс, ты украл мой рецепт апокалиптического теста!» — проревел он, швыряя сковороду, размером с луну. Сковорода врезалась в Скребок, вызвав взрыв, от которого булки запели хором в стиле оперы.

Каэль схватил круассан-метеорит, оказавшийся *Космическим Пылесосом Пустоты*. «Лирен, жарь!» Лирен щёлкнула тостером, и тост, пролетев через Шефа, включил пылесос. Тот засосал Зоратакса, булок и половину пекарни в чёрную дыру. Дирижабль, крякнув, улетел, оставив записку: «Вернусь за пончиками!»

Лирен посмотрела на пылесос. «Ещё один рояль. Сколько их уже?»

Каэль пожал плечами. «Главное, без рогатых булок. Но я бы съел нормальный тост.»

Глава 9

Холодильник Судьбы и Ангельский Шквал

Чёрная дыра выплюнула Лирен и Каэля в ледяную пустыню, где вместо снега сыпались замороженные круассаны. Посреди ничего торчал гигантский *Холодильник Судьбы*, мигающий неоновыми рунами и рычащий, как голодный дракон. Зоратакс, вылезший из сугроба в мантии из ледяных пончиков, орал: «Мой новый рояль заморозит реальность!» Его *Скребок Бездны* теперь искрил синими молниями, превращая круассаны в ледяных големов.

«Опять он!» — простонала Лирен, сжимая Козырный Тостер. Каэль пнул голема, но тот лишь чихнул замороженным джемом. «Нужен план, а не твой тостерный оптимизм!»

Небо треснуло, и на крылатых миксерах спустились ангелы в сияющих фартуках с надписью «Небесная Кондитерская». Их предводитель, архангел с венчиком вместо нимба, рявкнул: «Зоратакс, ты испортил наш небесный мусс!» Он швырнул *Ложку Божественного Крема*, от которой големы растаяли в лужи сиропа.

Холодильник, будто обидевшись, распахнул дверцу и выплюнул *Морозильный Скипетр Хаоса*. Каэль схватил его, крикнув: «Лирен, жги, пока я замораживаю!» Лирен тостером выстрелила огненным багетом, а Каэль заморозил Зоратакса в пончиковую статую. Ангелы, одобрительно хмыкнув, улетели, оставив записку: «Счёт за мусс пришлём позже».

Лирен посмотрела на скипетр. «Ещё один рояль. Это уже коллекция». Каэль пожал плечами, слизывая сироп с ботинка. «Главное, Зоратакс — кубик льда. Но я бы не отказался от горячего тоста».

Глава 10

Космический Шредер и Пирожковая Война

Лирен и Каэль вернулись в лавку Зоратакса — ту самую, где всё началось, с её скрипучей вывеской «Рояли на любой вкус». Только теперь вместо полок с артефактами там громоздился *Космический Шредер Абсурда* — рояль в кустах размером с небольшой замок, жующий реальность и выплевывающий пирожки с начинкой из хаоса. Зоратакс, размороженный и ещё более язвительный, восседал на троне из подгоревших булочек. «Скучали, неудачники? Мой новый товар разорвёт ваш жалкий мирок!»

Лирен сжала Козырный Тостер, вспоминая их первую встречу с этим шарлатаном. «Ты всё ещё торгуешь хламом, который ломает законы физики?» Каэль, жуя трофейный пирожок, пробормотал: «Вкусненько, но я чую подвох».

Подвох не заставил ждать. Шредер загудел, и из его пасти вылетел рой демонических кондитеров в передниках с надписью «ПеклоПирог». Их предводитель, рогатый шеф Горгулио, заорал: «Зоратакс, ты украл наш рецепт Апокалиптического Эклера!» Он швырнул *Вилку Вечного Голода*, которая начала пожирать лавку.

Лирен выстрелила из тостера огненным круассаном, но вилка лишь хихикнула. Каэль, пнув Шредер, случайно активировал *Кнопку Абсурдного Спасения*. Из недр машины выкатился *Пирожковый Голем* — гигантская булка с глазами, плюющаяся сливочным кремом. Голем смял демонов, а Зоратакс, уворачиваясь от крема, завопил: «Это не мой рояль, это ваш идиотизм!»

Когда пыль осела, лавка была в руинах, а Горгулио сбежал, утащив Вилку. Лирен посмотрела на дымящийся Шредер. «Ещё один рояль. Серьёзно?» Каэль, облизывая крем с пальцев, хмыкнул: «Зато вкусно. Но я бы добавил специй».

Глава 11

Бешеные Тапочки Судьбы

Лирен и Каэль, едва отмывшись от сливочного крема, стояли в руинах лавки Зоратакса. Волшебник, поправляя треснувший монокль, ухмылялся: «Пирожки — вчерашний день! Созерцайте мой новый шедевр!» Из-под обломков он вытащил *Бешеные Тапочки Судьбы* — пару светящихся кроссовок с крылышками и характером бешеного дракона. «Они найдут любую цель, но не спрашивайте, как!» — гордо заявил Зоратакс.

Лирен закатила глаза: «Твои рояли всё ещё выглядят как мусор с распродажи богов». Каэль, ковыряя тостером в зубах, пробормотал: «Если они взорвутся, я пас».

Тапочки, будто услышав, завизжали и рванули в небеса, утащив Каэля за собой. Лирен, схватив второй тапок, понеслась следом. Небо разорвал портал, и на них налетела армада — демоны на реактивных котлах и ангелы на летающих арфах. А посреди хаоса кружил инопланетный дрон, вещающий: «Галактический штраф за нарушение правил парковки реальности!»

Зоратакс, телепортировавшись на дрон, орал: «Это не мой косяк! Тапочки сами выбирают судьбу!» Лирен, уворачиваясь от демонической метлы, выстрелила из тостера сгустком антиматерии, случайно попав в ангельский хор. Арфы взорвались серпантином, а демоны начали танцевать под их вопли. Каэль, болтаясь в тапочке, крикнул: «Зора, твой рояль — худший GPS в истории!»

Тапочки, решив, что шоу достаточно, приземлили всех в болоте, где поджидал Горгулио с *Вилкой Вечного Голода*. «Сдавайте тапки, или я съем вашу реальность!» — прошипел он. Зоратакс хмыкнул: «Попробуй, рогатый. Эти кроссы брыкаются».

Глава 12

Дикий Сосед из Другого Плана Бытия

Болото чавкало под ногами, а *Бешеные Тапочки Судьбы* всё ещё дёргались, будто мечтая о новом побеге. Лирен, вытряхивая тину из волос, шипела: «Зоратакс, твои рояли — это карма за мои грехи!» Каэль, у которого тостер теперь издавал звуки диско, пробормотал: «Я просто хотел кофе, а не межпланарный цирк».

Зоратакс, поправляя мантию, испачканную слизью Горгулио, ухмыльнулся: «Расслабьтесь, я вызвал подмогу!» Небо треснуло, и из портала вывалился *Дикий Сосед из Другого Плана Бытия* — двухметровый гуманоид в трениках, с сигаретой и аурой, от которой демоны начинали нервно хихикать. «Чё за кипиш? Я вышел покурить, а тут вечеринка!» — прогундосил он, выдыхая кольца дыма, которые превращались в миниатюрные черные дыры.

Горгулио, размахивая *Вилкой Вечного Голода*, заорал: «Сдайте тапки, или я проглочу ваш мир!» Сосед зевнул: «Бери выше, рогатый. Я как-то проглотил целую реальность. Похмелье было то ещё». Он щёлкнул пальцами, и болото взорвалось фейерверком из демонических котлов и ангельских арф. Инопланетный дрон, всё ещё жужжащий про штрафы, врезался в черную дыру и исчез с воплем: «Нарушение протокола 42-B!»

Лирен, уклоняясь от летающей вилки, рявкнула: «Зора, твой сосед — худший рояль в истории! Он вообще кто?» Зоратакс, уворачиваясь от падающей арфы, хихикнул: «Мой старый должник! Он должен мне за три рояля и полгалактики!» Каэль, танцуя с тапочками под диско-тостер, крикнул: «Если мы выживем, я закажу пиццу. Без магии!»

Сосед, докурив, швырнул окурок, который взорвался, как сверхновая, утащив Горгулио в другой план. «Ладно, я спать. Зора, не зови больше без пива», — буркнул он и растворился.

Глава 13

Эпичный Эпилог

Болото превратилось в арену хаоса. Небо пылало, инопланетные дроны пели гимны в стиле техно, демоны размахивали *Вилками Вечного Голода*, а ангелы, забыв про святость, швырялись арфами, как бумерангами. Зоратакс, стоя на парящем *Космическом Унитазе Энтропии* (новый рояль, купленный с межпланарной скидкой), орал: «Это мой лучший товар за века!» Лирен, уворачиваясь от летающей вилки, рявкнула: «Твой товар — это мой личный ад!» Каэль, чьи *Бешеные Тапочки* теперь танцевали брейкданс, пробормотал: «Я просто хотел кофе…»

Горгулио, вернувшись из другого плана, притащил армию демонических хомяков, которые грызли реальность, как сыр. Инопланетяне, размахивая штрафными квитанциями, вызвали *Межзвёздный Бюрократический Молот*, который начал штамповать всех подряд. Ангелы, во главе с архангелом в шлепанцах, запустили *Хоровод Божественного Сарказма*, от которого у всех звенело в ушах: «Сдавайте тапки, грешники, или вечно будете заполнять форму А-38!»

Зоратакс щёлкнул пальцами, и унитаз выплюнул *Вихрь Абсурда* — радужный торнадо, засасывающий всех. Хомяки, дроны, ангелы и демоны закружились в безумном танце. Лирен, цепляясь за Каэля, крикнула: «Зора, это твой худший рояль!» Тот ухмыльнулся: «Это не рояль, это шедевр!» Каэль, у которого тостер теперь выдавал рэп, простонал: «Я сдаюсь. Где тут выход?»

Внезапно вихрь замер. Из него вылез *Дикий Сосед* с пивом: «Зора, я же сказал — без пива не зови!» Он хлопнул в ладоши, и реальность схлопнулась, оставив лишь записку:

«Продолжение следует. Ищите рояли в соседней галактике».