Тьмы хладное железо

Глава 1

- Тьма!

Синагил эр-Тариэнн, один из величайших магов этого мира, князь сидхе, владыка земель от Южной подошвы Паучьего хребта до северной границы Нарейских болот, и вообще до сих пор не король лишь потому, что ему самому это не нужно, он же мой хозяин, оторвался, наконец, от своего магического зеркала, потянулся до хруста, растер руками лицо. Ужин снова пропустил... И охота ему днями напролет наблюдать за тем, что происходит в когда-то давно покинутом сидхе мирке? Наблюдать, отлично понимая: повлиять на них он, как бы страстно того не желал, не может. Как и вернуться туда.

- Тьмуша! — в голосе его улавливались нотки нетерпения. Пока еще едва заметные, однако я за демонову прорву лет, что служу ему, уже научилась разбираться во всех тонкостях его поведения.

- Почти готово, хозяин! — пискнула я, быстро-быстро разламывая кусок коры кроведрева на маленькие кусочки и бросая их в кубок. Завершающий штрих в тонизирующем напитке по тайному рецепту Синагила эр-Тариэнна. — Уже несу!

И, стараясь не взбалтывать кубок, чтобы слои напитка не перемешались между собой, поплелась к нему.

Тьма — это я. За иссиня-черный окрас шерсти, разбавленный вкраплениями лазоревого на груди, лазоревых же кисточках на локтях и пятках, такого же оттенка локон на макушке, а также за особо вредный и пакостный характер (последнее — исключительно по мнению хозяина). Были у меня еще крылья, тоже черные, полупрозрачные, с замысловатым серебряным узором, однако теперь все, что от них осталось — это два бугорка на спине, которые при любом неосторожном движении отзываются разрядом маленькой молнии. Не больно, но ощущение очень мерзкое, вызывающее очень тяжелые для меня воспоминания и горький вкус от предательства самого близкого мне существа.

Тьма... Это не имя, это кличка — имена питомцам не полагаются. Как и свое мнение, воля, желания, и еще очень-очень многое, без чего разумное существо не может считать себя свободным. Увы, я не знаю, что такое свобода — я стала питомцем Синагила, в то время еще совсем мальчишки, едва появилась на свет. И являюсь таковой уже, без малого, шесть веков.

Я пикси, порождение чистой магии и, одновременно, результат трудов бессмертных, искусственно созданное существо. Название как ругательство... По сути, оно и производно от заковыристого ругательства, которым частенько характеризовали нашу расу люди за любовь к устроению мелких пакостей. Сидхе оценили и оставили.

Созданы мы были с одним лишь предназначением — служить верой и правдой своему хозяину. Таковым, кстати, может быть лишь чистокровный сидхе, коим Синагил и является. Плюс полноценный ритуал привязки фамилиара к хозяину... В общем, то, что никто не видит на мне ошейник с поводком, не значит, что его нет. Нет, я не ропщу — это участь всех пикси. Ну, по крайней мере тех, которых сидхе взяли с собой при последнем Исходе. Но как же это тяжело, как унизительно, и, порой, опасно...

- Тьма, мне еще долго ждать? — теперь в голосе хозяина лязгнул металл.

Ой, плохо! Снова узрел в зеркале то, что ему не понравилось, и теперь будет искать повод сорвать зло на мне. Сегодня надо быть вдвойне осторожной! Впрочем, вектор его злобы можно и перенаправить... Да, я много умных слов знаю, много книг прочитала, в теории изучила магию вместе с хозяином — глупую питомицу он бы рядом с собой не потерпел!

Я поспешила к нему. А демонов кубок в половину меня размером и примерно такой же по весу так и норовил предательски выскользнуть из рук. Страшно подумать, что хозяин сделает со мной, если я разолью это пойло! Но пикси созданы летать, а не ходить по земле! Это у меня теперь выбора нет.

Каким-то чудом я умудрилась не расплескать и не взболтать напиток. А готовить его я научилась давным-давно и, видимо, если не идеально, то близко к этому, раз уж Синагил, несмотря на дурное расположение духа, залпом осушил кубок и благосклонно кивнул. Для меня всегда оставалось загадкой, для чего он требует идеального вкуса с точки зрения рецептуры и пропорций ингредиентов, если выпивает все залпом и тут же проглатывает.

Видимо, Синагилу я угодила — тот крякнул, отшвырнул кубок и протянул мне ладонь, на которую я, покряхтев, не без труда взобралась.

- Загляни, — велел он, пересаживая меня к себе на плечо.

Я покорно уставилась в широкую полусферу, из непонятного материала и несколько минут наблюдала за происходящими в другом мире событиями: из огромного межмирового портала, открытого в самом центре большого города, лезут уродливые существа, а отряды людей, с ног до головы закованных в доспехи, под прикрытием магов и огромных крылатых кошек теснят их обратно. Уверенно теснят, век мне пыльцы не видать! Приглядевшись, я заметила среди группы прикрытия пикси — они резво сновали туда-сюда с какими-то светящимися штуковинами, швыряли их в толпу сражающихся. Не знаю, что это такое, но валящим из портала чудовищам это очень не нравилось.

На миг я ощутила сильное желание быть там, среди себе подобных — надоело быть единственной пикси на десятки миль вокруг. Сидхе, покидая обжитый мир, взяли с собой много моих сородичей, но... Ох уж это вечное «но», будь оно неладно!

Не знаю, с чего все началось, но дело было так. Сидхе, существа бессмертные, магически одаренные и прекрасные, кочевали по мирам в поисках своей прародины. Ну, как кочевали — открывали портал, очаровывали аборигенов (а тех, кто не попадал под власть их безмерного очарования, усмиряли мечом и магией), наводили шороху, жили некоторое время (продолжительность его зависела от уровня развития цивилизации аборигенов: более развитые оказывались менее терпеливыми к выкрутасам «высших» и быстро давали им пинка под то место, о котором не принято говорить в приличном обществе!), а после, окончательно поняв: «Не то!», начинали новый исход. Для местных — людей, орков, прочих разумных рас — эти существа становились настоящим проклятием, так как искренне считали сидхе выше других рас и вели себя соответственно, не останавливаясь порой ни перед чем. Надо ли говорить, что местные редко вспоминали их добрым словом?

Впрочем, иногда и бессмертным снобам удавалось создать что-то стоящее. Нас, например!

Синагил искоса поглядывал на меня.

- Побеждают, — констатировала я, понимая, что пауза затянулась. — Эдак, действительно, вытравят эту заразу из своего мира.

Радость за аборигенов предыдущего места дислокации моего хозяина я постаралась скрыть. Получилось. В компании Синагила быстро учишься скрывать эмоции.

- Так и есть, — согласился хозяин. — Ты наблюдательна, Тьма.

- Еще бы! — я позволила себе усмешку. — Уже сколько лет наблюдаю с твоей подачи, хозяин!

- Дерзишь, — он тоже усмехнулся, на этот раз беззлобно.

Рад, что хоть кто-то разделяет его увлечение. У него ведь, по сути, и нет никого, кроме меня. Жена... Это не то.

- И в мыслях не было, — ответила я и вновь перевела взгляд на магическое зеркало.

Нет, лезть в гущу битвы я, конечно же, не собиралась. Но вот желание быть кем-то большим, нежели просто питомцем, с которым обращаются, как левой пятке пожелается — дрессируют, натаскивают на безграничную преданность, правда, из страха, а не от любви, могут почесать за ушком, но чаще бьют или наказывают так, что лучше бы били... Желание, чтобы моя жизнь обрела иной смысл, позволяющий выпрямиться, расправить плечи и не обдумывать тщательно каждый свой шаг, стало очень сильным. Просто невыносимым! Настолько, что захотелось броситься на Синагила, вцепиться когтями и зубами в его самодовольную физиономию и рвать, рвать, рвать до самых костей, пока он не испустит дух! Ненавижу! Он по собственной прихоти лишил меня крыльев, и я не могу простить ему это! Не могу! Несмотря на то, что он мой хозяин...

Увы, это лишь фантазии. Я — фамилиар, питомец. Все мои инстинкты восстанут, если я попытаюсь напасть на Синагила, не говоря уж о том, что это будет последнее, что я сделаю в своей жизни. Пикси тоже бессмертны, да... Но только если их не убивать! А я, даже искалеченная, хочу жить! Не говоря уж о том, что смерть моя будет мучительной и, разумеется, во славу науки — Синагил ученый, постоянно какие-то безумные теории выводит, потом пытается экспериментально их подтвердить или опровергнуть. И подопытным его не позавидуешь... Брр! Я, как правило, вынуждена присутствовать при них, так что знаю, о чем говорю!

- Ты права, — вновь заговорил Синагил. — Смертные побеждают. Они закроют портал, из которого валят те... существа. И тут самое время появиться нам, пока они не зализали раны и не встали на ноги.

Вот это номер! Я едва с его плеча не свалилась. Неужели он всерьез рассматривает возможность вернуться обратно в мир, из которого сидхе ушли почти четыре века назад?! Ну, не совсем ушли, конечно, а были понемногу выдавлены людьми: города росли, стало не хватить площадей, сельхозугодий и строительных материалов, соответственно, леса, где обитали сидхе, вырубались, границы их владений медленно, но верно сжимались, а попытки показать мерзким человечишкам небо в алмазах провалились — те огрызнулись магией и хладным железом, да так, что сократили численность высшей расы едва ли не вполовину. В общем, сидхе решили, что этот мир им не подходит и вновь отправились на поиски покинутой тьму тысячелетий назад прародины. И на этот раз вроде бы ее нашли! Так, по крайней мере, считают старожилы — вычислили по каким-то весьма и весьма мутным признакам.

- Вы, хозяин, теоретически рассуждаете или как? — поинтересовалась я.

- Стал бы я с тобой теории разводить! — хохотнул он. — Нет, Тьмуша, я на полном серьезе! Прародина, не прародина, а я сидеть в этом темном болоте больше не намерен! Денька через три, когда обе луны в нужную фазу войдут. Что скажешь?

Я, как не пыталась скрыть беспокойство, не преуспела — нервно заерзала на пятой точке. Что, конечно же, не укрылось от внимания Синагила. Он едва заметно улыбнулся, а в аметистовых глазах блеснуло скрываемое пока еще торжество.

В одном он прав: мир, объявленный прародиной их расы, нельзя назвать гостеприимным, дружелюбным или хотя бы более-менее пригодным для жизни. Возможно, что когда-то это был цветущий край, где хватало тепла, света, чистой воды, жить можно было на любой полянке, а для того, чтобы добыть еду, достаточно было просто протянуть руку. Однако потом, когда сидхе неизвестно какая жидкость массово в голову ударила и потянула на поиски приключений, и для удовлетворения этой жажды перворожденные потребовалось ни много, ни мало, а исход в другой мир (они вообще любят все масштабное), случилось с прародиной что-то нехорошее. В результате бессмертные бродяги вернулись в темное, сырое, почти полностью затянутое болотами, изредка разделяемыми место, жить в котором они оказались не готовы. Небо днем и ночью закрывал непрозрачный полог туч, непроницаемый для солнечных лучей. Тысячелетние мэллорны, в свое время служившие сидхе домами, большей частью погибли и понемногу гнили в вонючей застоявшейся воде. Из еды только обитатели болот, да и то охотники рисковали в любой момент сами стать пищей. Насчет всего остального тоже все грустно. Но самым плохим для сидхе было то, что магия ушла из их родного мира. Полностью. А они, давно разучившись жить без нее, остались фактически беспомощными перед обстоятельствами.

Люди бы выжили. Не сразу и не все, но переломили бы этот мир под себя. Осушили бы болота, пробили бы в горах шахты и наладили добычу полезных ископаемых, придумали бы что-нибудь с жильем. А сидхе... Оказалось, за века странствий они совершенно утратили такие важные навыки как умение работать руками, объединяться и договариваться между собой. Другой, низшей, по их мнению, расы, против которой они могли бы дружить все вместе, здесь не было. Зато привычка кого-то грызть осталась. Вот они и взялись друг за друга — один на одного, семья на семью, обитатели одного болота на обитателей другого. Но мой хозяин и тут выделился — перессорился со всеми и, не сумей он, один из немногих, найти способность использовать магию, а после и сосредоточить ее в своих руках, точно был бы уже мертв. Ну, он всегда был умным, мыслил нестандартно и не гнушался... ничем. Вот и сообразил: раз магии в новом-старом мире нет, нужно брать ее от тех, кто в него вернулся — от самих сидхе и из питомцев. Скольких сородичей и пикси он истребил жестоким образом, чтобы творить свои заклятия — даже подумать страшно! Особенно если принять во внимание то, что тех сидхе едва ли пара тысяч осталась, а пикси... В момент перехода их насчитывалось около трех тысяч, а сейчас... Не знаю. Но во владениях Синагила из них осталась только я. Существа из чистой магии! После исхода это стало нашим проклятием, потому что другой магии здесь взять неоткуда.

Возможность вернуться в предыдущий мир, лазейку для открытия пространственного перехода, мой хозяин нашел уже давно. Правда перед возвращением туда решил, образно выражаясь, подсмотреть в замочную скважину. И увидел, что смертные там прекрасно справились с задачей по осложнению себе жизни — открыли другой иномировой портал, откуда рванули жадные до крови монстры. Такие же безумные экспериментаторы постарались!

Синагил тогда благоразумно решил отложить триумфальное (а на деле — как придется!) возвращение сидхе до окончания войны между людьми и теми жуткими существами. Свой портал, однако, закрывать не стал, просто сжал до диаметра первой попавшейся посудины, запечатал стазисом, а для сохранения способности наблюдать через него за событиями в покинутом мире ему потребовались мои крылья. И он отрезал их, не задумавшись!

Впрочем, мне ли жаловаться на жизнь? Я всего лишь утратила способность летать, после чего была вынуждена учиться жить заново, причем так, чтобы, не приведи священный мэллорн (гниющий в болоте, ха-ха!), не разозлить хозяина! А другие пикси — почти тысяча! — умерли ради того портала. Тысяча!!! Их крики и мольбы о помощи до сих пор стоят у меня в ушах. Но что я могла тогда сделать для них? Открыть магически запертую клетку? Мне это не под силу — во-первых, я не владею магией, а любой инициативой навлекла бы на себя гнев мага, и, во-вторых, даже если б я попыталась освободить пленных сородичей, они все равно не сбежали бы. Не смогли бы обойти клятву питомца-фамилиара — ведь оказались они в башне по воле своих хозяев, которые поверили Синагилу и тоже очень хотели вернуться в удобный для жизни мир. Освободить их от той клятвы я тоже не могла. Да я даже покинуть место проведения ритуала не могла, когда магическое пламя начало пожирать их заживо, сливая освобождающуюся магию в ритуальную фигуру! Хозяин не позволил. Хотел, чтобы я поняла: меня ждет что-то подобное, если я сделаю что-то, что ему не понравится. Эх, а когда-то я знала его совсем другим... Нормальным парнем, как сказали бы смертные, а не безумным магом-исследователем! Когда он стал таким? Жило ли это чудовище в нем всегда или разочарование от прародины его породило? Нет ответа...

- Тьмуша? — обманчиво мягкий, обволакивающий голос хозяина вырвал меня из омута страшных воспоминаний — Ты меня слышишь? Ты сегодня какая-то не такая... Плохо спала?

Прямо само участие! Ну, Синагил умеет пустить пыль в глаза, притвориться добрым и заботливым.

Я потерла лицо ладонями, машинально поправив лазоревый локон на макушке. Будешь тут «не такой», если смерть стоит за спиной и дышит холодом в затылок! Я не просто нутром чуяла — моих знаний о магии хватало на то, чтобы понять: для открытия портала придется умереть уже мне. Я ж единственная пикси на десятки миль вокруг! А других не будет, потому что Синагил, не став открывать портал в первый раз, испортил отношения практически со всеми остальными более-менее влиятельными сидхе — те в привычной самоуверенности своей считали, что и с иномировыми чудовищами справятся, и людишек к ногтю прижмут на раз плюнуть. Они не видели того, что видели мы с хозяином... Так вот, я, наблюдая сегодняшнюю картину истребления чудовищ, коих смертные между собой именовали демонами, уже не уверена, что возвращение для сидхе — это хорошая идея. И дело тут не только в огромном моем нежелании расстаться с жизнью, но и в том, что победители демонов их самих быстро обратно в болота загонят. Нет, возвращаться нельзя! И умирать я тоже не собираюсь! Правда, пока не знаю, как именно буду спасать свою шкурку... И у меня всего три дня, включая сегодняшний, чтобы придумать!

Я с трудом подавила волну паники, поднимавшуюся откуда-то из живота. Нельзя, нельзя дать ему понять, что я догадалась о его намерении! Тогда у меня, возможно, будет шанс на спасение!

- Засиделась вчера с Исилиэль, — ответила я и демонстративно зевнула. — Очень уж ей поговорить хотелось, на жизнь пожаловаться, просто поплакать в компании. Вы б навещали ее почаще, хозяин! А то скучно ей. Того и гляди, глупости творить начнет.

Исилиэль — это нынешняя жена Синагила. Совсем юная, даже двух сотен лет не исполнилось. Красивая, да. Но сидхе все прекрасны. Глупенькая... Уж и не знаю, хорошо это или плохо в ее положении.

Очередная. До нее было то ли семь, то ли восемь — в женах Синагила я, признаться, слегка путалась. Кто был раньше — та, черноволосая, с противным голосом, которая всегда меня мухобойкой прибить пыталась, или та, у которой розовые волосы и неуемная тяга к курению листьев черной осоки? Да что там! Я их по именам-то не всегда запоминаю! Как ту, что от хозяйского отношения на третий день брака с крыши башни сиганула. Или ту, которая, сговорившись со своими пикси-питомцами, попыталась его убить в первую брачную ночь... А, про всех в двух словах не скажешь. Так вот, качество невест с каждым разом падало, обратно пропорционально тому, насколько ухудшались его отношения с другими родами сидхе. М-да, не везло ему с женами. Но, положив руку на сердце, Синагил сам в том виноват — относился к бедолагам, как к мебели. Гораздо хуже, чем ко мне. Со мной он хотя бы разговаривал, изредка даже мог побаловать чем-то вроде копченой рыбы (или кто там в болотах плавает?).

Синагил и сам понимал, что не создан для семейной жизни. Однако мысль заиметь наследника поселилась в его голове уже давно, с тех пор, как один за другим были убиты его родители. Да-да, именно убиты, как бы не гласила официальная версия о несчастном случае с отцом (случайно напоролся на собственный клинок) и матери, которая не пережила утраты (трудно это сделать с тремя убойными дозами аконитового порошка в питье). Остальную родню — сестру матери, ее мужа и его родителей, волей судьбы, родителей хозяина и, как после стало известно, короля сидхе поселившихся во владениях эр-Тариэнн — хозяин истребил уже сам, узнав о причастности их к смерти отца и матери. И с тех пор никто посторонний в его дом не допускался, только жены, и то без свиты и прислуги, из сопровождения допускаются только питомцы, которые потом, кстати, становятся ингредиентами для магических экспериментов Синагила. А зачем тут кто-то посторонний? Уборкой, приготовлением пищи и прочими хозяйственными делами занимаются бессловесные гомункулы, привезенные хозяином из другого мира. Для компании ему вполне хватает меня. Жены... Да кого их удобство тут волнует?

Эти бедолаги даже пожаловаться на него не могли! Ну, кроме той, которая законспирированной убийцей оказалась. Потому что в традициях сидхе полная власть мужа над женой. Вот хозяин ею и злоупотреблял по полной — поначалу из опасения быть убитым, потом по привычке, а теперь даже своеобразное удовольствие получает. Впрочем, последней его жене, той самой Исилиэль, возможно, повезло больше, чем остальным — она беременна, а владыка эр-Тариэнн не станет изводить мать своего ребенка. По крайней мере, пока тот не перестанет нуждаться в материнском молоке. Или, что более вероятно, пока тот не появится на свет — судя по выражению лица хозяина, когда он упоминает о будущем ребенке, он задумал что-то, что не имеет ничего общего с любовью и заботой. За малыша мне, если честно, просто страшно.

Кстати, в свете нависшей надо мной угрозы беременность жены хозяина мне очень даже на руку...

- Ну, думаю, сегодня тебя ждет еще одна бессонная ночь, Тьмуша! — усмехнулся хозяин, почесывая мне спинку, как раз между обрубками крыльев. — Моя жена, наверное, опять не в настроении, и ей жизненно необходимо кому-то пожаловаться на жизнь. Забавная тавтология, а?

Я еле сдержалась, чтобы не оттолкнуть его палец, а то и не вцепиться в него зубами. Промолчала, пожав плечами.

Конечно, Исилиэль не в настроении — она ж вынуждена день и ночь сидеть одна в своих покоях, гомункулов-слуг боится до одури (далеко не самые симпатичные ребята, если начистоту!), питомца у нее нет и, по бедности родителя, никогда не было, поэтому она, кстати, долгое время боялась меня. Общаться бедолага может только с мужем и со мной, а Синагил к ней не заходил уже... Да как узнал о беременности, так и не заходил, а с тех пор уже полтора месяца прошло! Сидит себе перед зеркалом-порталом, пялиться в него, планы строит.

А Исилиэль мечется в комнатах, как зверь в клетке, скучает, требует мужа. Не понимает, глупая, своего счастья! Пришла ей в голову идея отогреть Синагила своей любовью, нежностью и лаской, а тот и к ней носа не кажет, а если и кажет, не разговаривает особо — он на ней для какой-то романтической чуши женился. Такая же «гениальная», как и предыдущие вроде брака с моим хозяином, куда она, дочь простого охотника и рыбака, побежала сломя голову, не успел тот ритуальную фразу для предложения брачного союза до конца довести. Или, когда до нее дошло, что отнюдь не в сказку попала, идея написать бывшему возлюбленному, Аркенону эр-Арьену с каким-то несомненно героическим прозвищем, брошенному ею ради Синагила, со слезной просьбой спасти ее от злого мужа. Тот, дурачок, поверил бывшей возлюбленной и, желая спасти ее из плена страшного черного мага, сразу бросил хозяину вызов. Как благородный благородному, по всем правилам! И, собрав отряд, поперся, идиот, во владения эр-Тариэнна. Да-да, целый отряд набрался таких же молодых и горячих, желающих низвергнуть злого колдуна!

Ну, Синагил тогда действительно чуть не умер — от смеха. А, как просмеялся, просто шарахнул по месту дислокации освободителей прекрасной девы чем-то из своего арсенала, вмиг убив всех, на гневное письмо короля ответил, что они первые начали, а боевые трофеи он забирать не будет и погибших хоронить не позволит, на женушку ошейник со следяще-подчиняющим заклятием надел, чтобы впредь не отчудила что-то подобное, и забыл обо всей этой истории. Еще и мне досталось, мол, за Исилиэлью не уследила. А как я могу за ней следить, если почти постоянно при хозяине нахожусь?! Полчаса перед сном поболтать не в счет! После к моим обязанностям добавились еще и разговоры по душам с очередной леди эр-Тариэнн — утром, в обед и вечером. М-да... И не отвертишься теперь! Благо Исилиэль не злая, сознательно пакостить не будет. Просто дура. И, уж не знаю, к сожалению или к счастью, но она так и не поняла, что ее доля вины в смерти бывшего жениха и остальных тоже есть — в ее глазах во всем был виноват исключительно Синагил. Впрочем, плакала она по Аркенону вполне себе искренне. Так же, как и из-за того, что муж ее избегает. И все бы ничего, но выслушивать ее наивные рассуждения о жизни, стенания, подавать платки для вытирания слез и поить успокаивающими отварами, приходится мне.

Так было и сегодня, с той лишь разницей, что мне было не до разговоров и вытирания слез. Голова была занята другим: я лихорадочно пыталась придумать, как спастись, и не могла. На ум шли глупые и совершенно неосуществимые варианты вроде побега или уничтожения зеркала-портала. Сосредоточиться на самом важном у меня не получалось, мысли испуганными зайцами перескакивали с одного на другое, да еще и Исилиэль зудела постоянно о доле несчастного Аркенона, и о том, как он ее любил, раз умер ради нее. Потрясающая незамутненность! Впрочем, оный Аркенон, видать, тоже был ей под стать, раз явился освобождать ту, что всего три месяца назад дала ему отставку ради Синагила! М-да... И на что он вообще рассчитывал, бросая вызов хозяину?! Маг он, насколько я знаю, посредственный, беден, выходец хоть и из княжеского, но давно утратившего свое влияние рода, стало быть, хитрых артефактов в качестве козыря не имел, поддержкой влиятельных родов пользовался, но не настолько, чтобы те кладовые в помощь ему опустошили. Воин — это да, лидер, способный вести за собой, но и все на этом. Для боя с моим хозяином нужно нечто гораздо большее!

- В семье эр-Арьен уже несколько столетий храниться клинок из настоящего хладного железа, — неожиданно просветила меня Исилиэль.

Настолько неожиданно, что я едва не сверзилась со спинки кресла, на которой сидела. Я что, начала рассуждать о том малахольном сидхе вслух?! Не заметила... Хотя, тут впору кличку свою забыть!

- Мой бедный Аркенон как старший сын в роду мог владеть им с полным правом, — продолжила она и вновь грустно вздохнула. — Вот и решил, что сможет победить Синагила с помощью этого оружия. Бедный мой...

И снова залилась слезами.

А я только глазами хлопала. Вот это да! Хладное железо аж на целый меч! Тот самый легендарный металл, которым можно убить сидхе! Едва ли не единственный стопроцентный вариант отправить на тот свет окончательно и безвозвратно, даже обвешанного слоями магических защит Синагила!

Я машинально погладила Исилиэль по плечу, а сама задумалась. Хозяин точно не наведывался к месту гибели Аркенона за боевыми трофеями — счел это ниже своего достоинства. В самоуверенности своей решил, что ничего интересного на месте гибели боевого отряда, который — так, на минуточку! — шел его убивать. Кроме того, решил оставить тела без погребения — в качестве предупреждения и устрашения для остальных горячих голов. И это очень-очень-очень хорошо! Если, конечно, слова нынешней леди эр-Тариэнн правдивы. И если с клинком за то время, что он лежит там, в болотах, ничего не случилось. В любом случае, наведаться туда стоит. Только как объяснить свое отсутствие хозяину, чтобы еще и подозрений не вызвать?

Взгляд мой снова упал на Исилиэль. Та, вроде, немного успокоилась, но все равно готова была разреветься в любой момент.

- Иса, ты, вроде, хотела встретиться с Синагилом? — осторожно начала я.

Та замотала головой, теребя широкую полосу драгоценного металла у себя на шее. Тот самый следящий артефакт, по сути, рабский ошейник, который не позволит ей сделать что-то, что не понравится Синагилу. Ну, как не позволит — поставит в известность хозяина: опасность! Правда, штуковина эта не настолько умна, чтобы отличить реальную опасность от надуманной, и действует только в рамках заданных настроек, ее дело — поставить хозяина в известность, а он пусть сам разбирается. Хм... А что, если...

Я не стала уговаривать Исилиэль поучаствовать в моей задумке — как всегда, пришлось все делать самой. Навлеку на себя гнев хозяина, но без этого никак. Не в первый раз, конечно. Но от того ничуть не лучше...

- Давай-ка я сделаю тебе успокаивающий отвар!

Возражений не последовало. Не считать же таковыми пожелание мне утонуть в болоте вместе с Синагилом. Хотя, я немного обиделась — уж я-то ей точно ничего плохого не сделала, наоборот, трачу время и нервы на попытки скрасить ее будни.

Я полезла на полку с самыми безопасными ингредиентами, которые Синагил позволил хранить в комнатах жены, и якобы случайно свалила с нее несколько флакончиков. Исилиэль, изрядно накрутив сама себя, конечно, подняла крик, так что вскоре хозяин почтил-таки ее покои своим присутствием. Истерику ее он слушал молча, правда, хватило его всего на пару минут, а после он уже захотел услышать мою версию событий. Я и изложила ее ему на ухо: да, разбила склянки, но только потому, что мне показалось, будто Исилиэль там что-то прячет, и вообще она как-то странно на осколки смотрела... Синагил скрипнул зубами. Ну да, как тут жену номер три не вспомнить! Ту, что с собой покончила.

- Нашла что-нибудь? — шепотом осведомился он.

- Нет, хозяин, — дрожащим голоском ответила я, покаянно опустив голову. — Говорю же: показалось.

- Раз так, иди на болота и собирай новый запас трав и прочей ерунды! — решил он.

Наказывать меня, конечно, вроде бы не за что — он сам не так давно требовал уделять больше внимания общению с Исилиэль. С другой стороны, он, видимо, считал, что такое решение успокоит жену — делать это самому Синагилу категорически не хотелось. Как ты предсказуем, хозяин... Ну, так или иначе, а я своего добилась. Вперед, на болота! И побыстрее, пока еще поручений вдогонку не надавали...

***

Ох и мрачное же это место — местные болота! Весь этот мирок крайне неуютен, но болота — это отдельная песня. Здесь в любое время суток царит тьма, едва разбавленная светляками, парящими над темной водой, да лучами светила, изредка пробивающимися сквозь плотную завесу черных туч лучами. Обычным зрением не отличить землю от воды, да и магическим особо тоже — все зеленое с черными прожилками. Покрытые мхом кочки, торчащие из черной, густо затянутой ряской и прочими болотными растениями воды. Да и очертания искореженных неведомой силой деревьев-исполинов не добавляли пейзажу красоты. А вот жути — сколько угодно. И это не говоря уже о существах, обитающих тут, на земле и под водой, поголовно хищных, очень живучих и трудноубиваемых! Я едва в обморок от ужаса не падала, когда эти чудовища всплывали рядом со мной пару раз и очень внимательно разглядывали неведомое чудо-юдо, по глупости забредшее в их владения. Не крупные, но проглотить меня, маленькую, вполне могли. Я, в свою очередь, придушив страх, противно верещала на все болото и с размаху била их промеж глаз большой деревянной ложкой, утащенной с кухни. Ну, а где мне еще веслом подходящего размера разжиться? А гомункулы найдут, чем свое варево мешать.

К счастью, хищники предпочли держаться от меня подальше. Подозреваю, по причине того, что я им на один зуб, а вовсе не из-за ложки. Эх, если бы у меня были крылья! Вмиг долетела бы, куда надо, без риска для жизни — птиц тут почему-то нет. И куда, интересно, подевались? А говорят, когда-то это был прекрасный мир! И какого овоща сидхе понадобилось покидать его, да еще и массово? И их ли это прародина или ученые-старожилы снова ошиблись? Уверена, они сами не знают. Да что мне, собственно, до заблуждений высшей вроде как расы? Сейчас мое дело — ложкой орудовать. Н-на, получи!

Цель своего вынужденного путешествия — остатки лагеря отряда Аркенона — я заметила еще с середины озера и, не в силах сразу совладать с эмоциями, подалась вперед. И тут же отскочила обратно, брезгливо отряхивая ноги — край плотного кожистого листа даже под малым весом пикси ушел под воду. Под мерзкую, вонючую, пронизанную склизкой разновидностью ряски и очень холодную воду! Брр! Счастье, что листья паалея кувшинистого достаточно широкие, чтобы на них могли поместиться две или даже три пикси, и толстые, выдержат и меня, и ложку, и пару кило металла. Или сколько там меч весит? Впрочем, риск переворота моего импровизированного суденышка все же не исключен, поэтому на край вставать не следует. Ну, давай к берегу!

Тело самого организатора похода против Синагила и неудачливого поклонника Исилиэль я тоже нашла без труда — помог тот самый меч из хладного железа. Вернее, то, что от Аркенона осталось. М-да, отвратительное зрелище, не говоря уж о запахе! Хищники и влажный противный климат сделали свое дело... Брр! Но деваться некуда, нужно забрать то, ради чего я здесь. У полуразложившегося и объеденного болотными зверями трупа! Фу-у-у! Ну почему мне всегда выпадает заниматься какой-то мерзостью, а?!

Сам меч из легендарного металла тоже был не в лучшем состоянии — перед гибелью Аркенон успел вытащить его из ножен почти наполовину, а от постоянной сырости ржавеет даже хладное железо. Так что сейчас признать в том густо покрытом темными пятнами куске металла благородное оружие можно лишь по наличию рукояти... Которую до сих пор крепко сжимали обглоданные до костей пальцы! Брр! Пришлось постараться, чтобы при помощи все той же ложки, используемой как рычаг, разогнуть их и вытащить застрявшую часть оружия. Которое усилий моих не выдержало: клинок почему-то переломился пополам! Ёёёё... Как ты биться им собирался, парень?! Впрочем, мне так даже лучше. В любом случае, спасибо тебе, Аркенон! Своей смертью ты дал мне шанс выжить, хоть и небольшой. И, возможно, шанс Исилиэль и ее будущему ребенку. А я даже отблагодарить тебя, предав твои останки священному пламени, не смогу. Разве что спеть для тебя и тех, кто пришел с тобой, поминальную песнь.

Я и спела. Звучало не очень, но, надеюсь, на фоне того, что этим ребятам довелось пережить перед смертью, пение мое оказалось не слишком тяжелым испытанием.

А потом еще долго, пыхтя, отдуваясь и до предела напрягая собственные хиленькие мускулы, кое-как затащила обломок меча на свой плот. Едва дух не испустила! И тут же без сил рухнула на холодную траву, пытаясь отдышаться. Зато, когда немного пришла в себя, чуть не испустила дух повторно, на этот раз от ужаса! Потому что прямо над собой я увидела полупрозрачного светящегося сидхе! Призрак?! Вот только этого мне не хватало! И память моя, как назло, молчала о способах спасения от подобных сущностей!

Впрочем, опасалась я зря. Гость из потустороннего мира нападать на меня не спешил. Просто смотрел грустно, задумчиво и, как мне показалось, оценивающе. А я, в свою очередь, разглядывала его. Ну, сидхе как сидхе. Высокий, стройный, уши острые, волосы длинные, заплетены в хитрые косы, доспехи. На поясе пустые ножны...

- Аркенон? — пискнула я.

Призрак, естественно, промолчал, только сделал мне знак следовать за ним, а после пошел куда-то вглубь островка, туда, где до сих пор виднелись остовы походных шатров. Через десять шагов обернулся, посмотрел на меня требовательно, мол, чего лежишь, глупая пикси. Ну... Убивать, вроде, не собирается, по крайней мере, сразу. Можно и сходить, тем более, раньше меня призраки погибших возлюбленных жены хозяина прогуляться не приглашали. Интересно же! Любопытство, увы, неискоренимая черта пикси. Я перевела дух, сгребла себя в кучку и на нетвердых ногах поплелась за ним.

Неупокоенный дух Аркенона привел меня в овраг за бывшим лагерем. Там прямо из земли бил родничок. Чистая прозрачная вода, не имеющей ничего общего с тухлой болотной, собиралась в явно рукотворное, выложенное камнями углубление, по краям которого росли удивительно красивые цветы — черные стебли, фиолетовые светящиеся лепестки лежали чашечкой, а в сердцевине каждого будто огонек горел. Я залюбовалась, да так, что не сразу заметила, что от тех цветов буквально фонило магией! Чистейшей силой, которую Синагил за все годы после последнего исхода так и не смог найти в этом мире! Но как?! Откуда?! Неужели из-за массовой гибели сидхе здесь? И почему хозяин ничего не знает о плантации? А, какая разница?!

Мысли испуганными птицами метались в голове, а руки сами оторвали лепесток от ближайшего цветка и жадно запихнули в рот. Первый я проглотила, не чувствуя вкуса и практически не жуя, да и второй, собственно, тоже, лишь на третьем распробовала сложный, переходящий из сладости в легкую кислинку, вкус. Успела глотнуть из родничка, мельком отметив, что вода тут тоже не простая. А потом меня будто изнутри распирать начало — проглоченная магия сконцентрировалась в животе и оттуда рванулась лучами во все стороны сразу. И только я успела постичь суть выражения: «Разорвало от жадности», как энергия внутри меня нашла-таки выход: остатки крыльев охватил страшный зуд, а после на спину как будто навалилось что-то тяжелое. Я рухнула на четвереньки и закричала, изо всех сил напрягая руки и ноги. Почему-то мне казалось, что нужно сопротивляться тому давлению, пока могу. Не знаю, сколько это продолжалось, но в тот миг, когда я уже поверила, что меня сейчас расплющит, вдавит в этот мягкий мох, все прекратилось. И, боясь поверить собственным ощущениям, распахнула два черных крыла с серебристыми прожилками, складывающимися в замысловатый узор! Ого! Вот это да! Я снова закричала, на этот раз от счастья. Крылья! Я снова могу летать! Я снова полноценна!

Счастливая донельзя, я тут же воспарила над землей, сделала круг над разрушенным лагерем, и завертела головой в поисках Аркенона — надо же поблагодарить его за наводку на родничок с чудо-цветами! Увы, призрак исчез, будто его и не было. Зато я увидела, как мой плот с ценным грузом уплывает все дальше от островка. Ну вот, оставила на минутку! Схватив по пути ложку-весло, я устремилась к нему. Ой, мне ж еще травы собирать! Иначе Синагил домой не пустит, и пойдет мой план прахом...

***

- Тьма, ты уже вернулась?! — удивился хозяин, наконец-то заметив меня. До того он битых полчаса что-то писал в своем лабораторном журнале и на внешние раздражители не реагировал. Уверовал в абсолютную безопасность в пределах своего жилища. — Что это с тобой? Ты зачем прикроватный коврик на себя намотала?

Я громко чихнула, поежилась под большим пыльным половиком, отлично скрывавшем мои заново выросшие крылья, и жалобно пропищала:

- Простудилась на болотах, хозяин.

- Сама виновата! — равнодушно констатировал он. — Ты приготовила тоник?

- Конечно, хозяин, — хлюпнула носом я и вновь сделала вид, будто меня сотрясает озноб. — Только поднести его Вам не могу, уж простите.

Синагил великодушно кивнул, сам оторвал зад от кресла и сходил за кубком, попутно подсадив меня на свой рабочий стол. Я от неожиданности едва коврик не выпустила! С чего такая забота?

Однако, оказавшись на столешнице, на одном из лучей хитроумной фигуры, я поняла: дело не в заботе. Просто Синагил решил начать ритуал открытия портала раньше, чем планировал. И, самое поганое, что меня тут же пригвоздило к месту, на котором я сидела! Все, конец! А я думала, еще день-другой у меня есть...

- Что... Что это значит, хозяин?! — спросила я, изо всех сил изображая испуг.

Да и изображать-то особо не пришлось. Одно дело просто догадываться о намерениях самого близкого тебе существа, а получить им подтверждение — совсем, совсем другое. И, как бы ты не готовился, столкновение с реальностью всегда жестоко.

- Вы решили и меня принести в жертву своим желаниям, хозяин! — горько вздохнула я.

- Посмотри на это с другой стороны, Тьмуша, — Синагил, как и всегда, одним глотком опрокинул в себя зелье, а после вернулся в свое кресло и сочувственно погладил меня по голове — Твоя смерть не будет напрасной, благодаря ей я получу возможность вернуться в более дружелюбный мир, и уж там-то развернусь... А свою новую питомицу я назову в твою честь, обещаю!

- Ты?! — удивилась я. — То есть, остальные сидхе остаются здесь?

Синагил развел руками, мол, зачем они мне.

- Даже Иса? — я, хоть и подозревала что-то подобное.

- Ее придется забрать с собой, — хозяин досадливо поморщился. — Пусть хоть на чистое небо посмотрит. Родит — избавлюсь от нее. Надоела.

Я хотела сказать ему, что не хочу умирать, но промолчала — бесполезно. Он уже все решил.

- А ребенок? — убитым голосом осведомилась я.

- Тоже послужит великой цели, — ответил Синагил.

Улыбка хозяина дала мне понять: ничего хорошего этого ребенка не ждет, по крайней мере, в руках его отца. Что ж, я получила еще одно подтверждение правильности своего решения. Очередное. И, видимо, последнее.

- План-то хоть есть? — я взглядом указала на видение в линзе-портале — У короля людей мощная поддержка! Армия, маги, мантикоры, даже пикси, хотя эти всегда предпочитали держаться как можно дальше от людей. А ты будешь один...

Синагил ожидаемо начал рассказывать мне о придуманном им плане, о том, как он колдовством, болезнями и отравой сделает жизнь в королевстве людей невыносимой, тем самым вынудив их пойти на свои условия. Охваченный эмоциями, он вскочил и начал расхаживать по кабинету, активно жестикулируя. Правильно, так и должно быть.

Он даже не сразу обратил внимание на боль, медленно разгоравшуюся у него внутри. А когда заметил ее, было уже поздно. Вернее, поздно было уже тогда, когда он выпил тоник, в котором вместо кусочков коры кроводрева плавали частички лезвия клинка Аркенона. Всю ночь откалывала — где молотком, где щипцами, а где и собственные когти пустила в ход, благо, прежнюю прочность меч утратил. Руки до сих пор ноют и горят! Ржавое хладное железо на вид ничем не отличалось от этого ингредиента, а на вкус... Синагил все равно ничего не понял, проглотив напиток залпом. Кроме того, семена полосатника серебристого, которые и так входят в состав напитка, имеют легкий дурманящий эффект, так что боль от порезов поначалу притупил, лишив хозяина возможности спастись, выплюнув зелье. И теперь хладное железо, не утратившее своих смертоносных свойству после всех выпавших на долю клинка испытаний, разрывало его внутренности изнутри. Аркенон отомстил за себя, пусть даже и чужими руками.

- Тьма-а... — только и прохрипел мой бывший хозяин, инстинктивно сжимаясь и оседая на пол.

Больше он уже ничего не смог сказать — давился собственной кровью и корчился на полу от страшной боли, не в силах даже закричать. О том, чтобы приложить меня магией напоследок тоже речи не было — хладное железо блокирует способность творить волшебство.

Зато я, пригвожденная его волей к ритуальной фигуре, вынуждена была сидеть там, пока он не испустит дух. И меня тоже потянуло на откровенность:

- Понимаю, неожиданно. Ты и помыслить не мог, что твоя питомица обернется против тебя, клятва фамилиара не позволит. До недавнего времени так оно и было. Однако беременность Исы... не то чтобы развязала мне руки, но точно дала больше свободы. Помнишь, как звучит текст клятвы? Я вот не воспроизведу его полностью и дословно, но в ней точно говорится, что фамилиар служит и защищает хозяина, его семью и его потомков. Вот и я воочию уверилась, что защищаю твоего ребенка от твоего же исследовательского пыла, соответственно, смогла обойти клятву в части непричинения вреда хозяину. А через твое нерожденное дитя я и себя спасла. Как-то так. В общем, вины в твоей смерти я за собой не чувствую, и прощения просить не собираюсь. Знаешь, я почему-то думаю, что ты меня поймешь. Но мне жаль, что так получилось. Правда, жаль. Как бы я хотела, чтобы все было по-другому. Как раньше, когда мы с тобой были юны и чисты душой, когда ты еще умел любить и дорожить теми, кто рядом.

Не уверена, что Синагил дослушал мою речь до конца — упустила момент, когда хозяйская воля перестала удерживать меня в ритуальной фигуре. И последний вздох мага сидхе я упустила тоже. Что ж... Я бы сказала, что буду скучать по нему, но это было бы ложью. Не буду. Да и некогда мне — сейчас столько всего сделать предстоит...

***

- Он мертв?! — уже в который раз за последние полчаса спросила меня Иса. — Это точно? Ты не шутишь?

Новость выбила ее из колеи, и теперь жена хозяина в растерянности комкала носовой платок. Не знает, бедная, скорбеть или радоваться.

- Хочешь увидеть тело? — поинтересовалась я.

Исилиэль позеленела, однако, пересилив страх, кивнула. Пришлось спуститься вместе с ней в подземелье башни, где в деревянном ящике под артефактом стазиса и лежало то, что осталось от моего бывшего хозяина. Час назад гомункулы принесли. К счастью, слуги Синагила лишены дара речи, как, собственно, и мозгов, так что вряд ли кому-нибудь расскажут, откуда на самом деле принесли труп. Так что мою версию событий опровергнуть некому.

Новоиспеченная вдова не сразу поверила своим глазам, еле отважилась дотронуться до безжизненной руки сидхе и тут же отдернула пальцы, ощутив мертвенный холод. Слезы лить не стала, чем меня порадовала.

- Синагил один из величайших магов! — рассуждала она будто сама с собой. — Как он мог погибнуть?! Тьма, как?!

Конечно, я не стала рассказывать ей правду. Обошлась удобоваримой для нее версией: Синагил отправился на болота проводить какой-то очередной эксперимент по пробуждению магии этого мира. Поначалу та вроде бы ответила и даже вернула мне крылья, однако потом все пошло не так, и хозяин погиб, а я еле крылья унесла. Я понятия не имею, что и как именно он делал, даже толком не запомнила порядка проведения ритуала. Да и хорошо — не хочу пережить этот кошмар еще раз! Нет, записей не сохранилось, Синагил не доверял бумаге. Вернее, не доверял окружающим, которые могут прочесть его записи...

И про родничок с цветами я тоже никому не расскажу — он мне самой нужен. Надо бы принять меры для того, чтобы его существование и местоположение так и оставалось тайной для сидхе.

- То есть, мужа у меня больше нет, — констатировала Иса. — И все тут принадлежит мне.

- Вашему ребенку, — уточнила я, скрывая торжествующую ухмылку. — Наследнику или наследнице Синагила эр-Тариэнна.

Исилиэль меня, кажется, не услышала. Слишком заволновалась, осознавая открывающиеся перед ней перспективы. На меня обрушился просто-таки поток возгласов, восклицаний, пожеланий, страхов и мечтаний, связанных с обретенной свободой. Аж голова закружилась! И я далеко не сразу смогла вычленить в нем конкретные планы Исы на ближайшее время. А, вычленив, схватилась за голову. Впрочем, чего я хотела? Я же знала, что жена хозяина умом не блещет! Надеялась, правда, что брак с Синагилом способствовал появлению у нее хотя бы редких проблесков разума. И зря.

Впрочем, я подстраховалась на случай ее опрометчивых шагов.

- Надо немедленно рассказать отцу! — сидхе подхватила юбку и ринулась к лестнице наверх, однако тут же остановилась и схватилась за шею.

- Нет, Иса, не нужно, — мягко сказала я, радуясь, что следяще-подчиняющий браслет работает и после смерти его создателя, а я уже давно разобралась в его настройках. — Никому нельзя рассказывать о смерти Синагила. Вообще!

И погрозила ей пальцем.

Сидхе только глазами хлопала, открывала и закрывала рот, силясь что-то сказать, и обеими руками оттягивала с шеи украшение «с начинкой». Удивлена. И напугана. Теперь точно напугана. Хорошо, быстрей поймет, что я не шучу.

- Тьмуша, Син не запрещал мне писать родителям! — пролепетала она, когда, наконец, смогла сделать полноценный вдох. — И этот ошейник никогда не душил меня! А почему сейчас... Или это ты?!

Я аж восхитилась. На глазах умнеет девчонка!

- Я. Не хочу, чтобы ты совершила какую-нибудь глупость, которая будет стоить нам обеим свободы, а то и жизни.

- Это подло! — возмутилась Иса. — Сними его! Немедленно!

Я покачала головой.

- Ты меня вообще слышишь? Я не хочу из-за твоей глупости сдохнуть или снова угодить в подчинение. А ты?

Сидхе, царапая шею, разразилась руганью, из глаз брызнули злые слезы. Пришлось объяснить ей элементарные, с моей точки зрения, вещи:

- Иса, в обществе давно циркулируют слухи о несметных богатствах Синагила, и, когда все узнают о его гибели, найдется куча желающих наложить на них лапу. Вдова, не владеющая магией, сама по себе не имеющая положения в обществе или сильного рода за спиной, в этом случае будет всего лишь помехой, досадной и, представь себе, легко устранимой. А ребенок... При таком раскладе он не успеет появиться на свет. И он — единственная гарантия твоей безбедной и относительно спокойной жизни, кстати. Кроме того, нельзя забывать, что Синагил нажил себе немало врагов, которые ждут не дождутся, чтобы расквитаться с ним без риска для собственной шкуры, пусть даже после смерти. В этом случае мишенью для мести вполне может стать вдова.

- И питомица! — подсказала, сверкнув глазами, Исилиэль.

Злится, да. Но в истерику не впадает. Неужели небезнадежна? Боюсь поверить своему счастью!

- Ну, меня убивать не станут, — усмехнулась я — По крайней мере, сразу. Я слишком много знаю о делах и опытах Синагила, чтобы убить меня просто так, не попытавшись вытряхнуть нужные сведения. И мне придется очень плохо, Иса. Очень плохо. Такого исхода событий я не хочу.

Я на миг замолчала, переведя дух. И закончила:

- Ты, в лучшем случае, снова окажешься запертой в своих покоях. В худшем... сама понимаешь.

Исилиэль задумчиво смотрела на меня.

- И что ты предлагаешь, Тьма? Делать вид, будто ничего не произошло?

Я кивнула.

- Именно! Синагил предпочитал затворничество, что нам только на руку. Никто не удивится, если он сделает жену своим представителем в свете. И — я подпустила меду в голос — позволит ей некоторые вольности.

Иса изогнула бровь.

- Закроет глаза на некоторые ее шалости, — со вздохом продолжила намекать я.

А мысленно взмолилась: ну же, давай, просчитывай свою выгоду от моего предложения!

Вдова Синагила не разочаровала — согласилась. Возможность пошалить перевесила опасения насчет меня и доверие к папе. Видимо, засиделась в четырех стенах на положении бесправной вещи, заскучала, а тут еще и свобода в перспективе. Относительная, конечно, но раньше у нее и того не было.

- Даже папе нельзя, значит, — протянула она уже как-то по деловому.

- Никому! — подтвердила я.

- Ошейник снимешь?

Я покачала головой. Нет, не сниму. И в настройках артефакта еще покопаюсь, чтобы сократить ей простор для глупостей. Уж не знаю, насколько это реально...

- Ты мне не доверяешь! — Иса сделала вид, что обиделась.

- Подстраховываю, — дипломатично ответила я.

Конечно, не доверяю! Но обойтись без тебя, дурынды, не смогу. Потому что другие сидхе вряд ли будут вести переговоры с пикси. А вот жена Синагила эр-Тариэнна — совсем другое дело.

Увы, для комфортной жизни нам придется договариваться и с соседями, и с королем. Это Синагилу всего хватало, а у нас появление наследника не за горами. Да и вообще запасы неплохо было бы пополнить.

- И потом, надеть рабский ошейник на жену — вполне в духе Синагила эр-Тариэнна, — миролюбиво улыбнулась я. — Тебе ли не знать!

Иса сказала, что подумает, однако я уже понимала: она уже почти согласна. Осталось только обговорить детали. Ну, убеждать я умею. Надеюсь, вдове Синагила хватит ума вести себя благоразумно и не путать мне карты хотя бы до тех пор, пока ее дитя подрастет и окрепнет настолько, что сможет обходиться без матери. А дальше... Будет сотрудничать — будет жить. А если нет, то сама виновата.

Я потянулась, расправила крылья. И запасы пополним, и Ису к порядку призовем, и ребенка вырастим и воспитаем, и либо владения свои в порядок приведем, либо в другой мир переберемся. Своей компанией — нечего всех сидхе туда тащить! Лишь бы сил хватило, и не мешал никто. А если будут мешать... Моих запасов хладного железа на всех хватит. А не хватит, еще что-нибудь придумаю — у Синагила в лаборатории еще много всего полезного хранится.