Тайны осенних улиц - сказка для взрослых

Глава 1

Я мог бы рассказать тебе о девушке, которая так сильно любила своего молодого человека, что каждый день откусывала от него по кусочку, пока не сожрала его полностью. Тогда она стала проделывать тоже самое с новым возлюбленным, но она не знала с кем связалась. Ее новый друг кое-что понимал в магии и вовремя спохватился. Он призвал каких-то потусторонних существ, которые утащили ее в свой мир.

Я мог бы рассказать и про знаменитого изобретателя, который придумал множество полезных механизмов и автоматов. Жители города почитали и любили его. Он как-то собрал робота с искусственным интеллектом, который неожиданно для всех осознал себя женщиной. Она с первого взгляда безумно влюбилась в своего создателя и в любовном порыве так сильно обняла изобретателя, что сломала ему ребра и позвоночник. Он умер мгновенно, а у робота от осознания того, что она натворила, перегорел позитронный мозг.

Но эти истории не очень интересны и полезного в них мало. Лучше я расскажу тебе про Джер. Я был с ней немного знаком и, надо признать, она произвела на меня хорошее впечатление.

Пожалуй, стоит начать с того, как она ушла от Ингва, своего мужа, а цветочно-романтический период, предшествующий этому событию, следует пропустить. Ничего интересного там тоже нет. Все как обычно.

Тот день начался так же, как он начинался в последние годы: Ингв молча собирался на службу. Уже одевшись, он сел завтракать и налил себе кофе, затем в чашку с кофе налил молока, добавил сахар и ложечкой, не торопясь, все размешал. Не говоря ни слова, он зажег сигарету, выпустил дым к потолку и стряхнул с сигареты пепел в пепельницу.

Все это время Джер сидела рядом и смотрела на него в надежде услышать от мужа хоть слово. Однако Ингв, словно не замечая ее, встал, надел шляпу и плащ, взял зонтик и не прощаясь вышел из дома под дождь.

И когда дверь за ним закрылась, Джер зарыдала, пряча лицо в ладонях.

В конце концов, она успокоилась, вызвала такси, погрузила чемоданы, которые ею были уже давно собраны, положила на стол заранее написанную записку и поехала на другой конец города, где ею в Заречном районе еще месяц назад была снята квартира.

В записке было написано: «Прощай. Не ищи меня!»

Вот тут имеет смысл процитировать еще один закон Вселенной: подобное притягивает подобное вне зависимости от обстоятельств. Казалось бы, этот закон никак не связан с историей о Джер, однако это только на первый взгляд. Если только вдуматься, то он пронизывает все аспекты нашей жизни и вполне адекватно объясняет все перипетии этого случая.

Но давай все же вернемся к самой истории.

Джер, конечно, не обладала сверхъестественными способностями и не была роботом с перегоревшим позитронным мозгом. Она была обычным человеком, но именно в этой обыденности, в этой тихой драме повседневности, и крылась та самая «подобность», которая, как магнит, притягивала к ней определенные обстоятельства. Ингв был человеком молчаливым, замкнутым, словно запертым в собственном внутреннем мире. Его дни текли по накатанной колее: кофе, сигарета, дождь, служба в бюро Прикладной магии, молчание. И Джер, в своей тихой надежде, в своем молчаливом ожидании, была его зеркальным отражением. Она тоже ждала, тоже надеялась, тоже, в конечном итоге, молчала, пока ее молчание не стало для нее невыносимым.

И вот, когда дверь за Ингвом захлопнулась, и ее рыдания вырвались наружу, это было не просто прощание с мужем. Это было прощание с иллюзией, с надеждой на то, что что-то изменится. Она уезжала не просто из квартиры, она уезжала из той жизни, где ее слова, ее чувства, ее существование, казалось, не имели никакого веса. И в этом ее поступке, в этом решительном шаге, было что-то, что резонировало с тем самым законом Вселенной. Она искала перемен, искала новую реальность, и эта новая реальность, как ни странно, уже ждала ее.

Для Джер началась новая жизнь. Чтобы иметь средства для существования ей пришлось устроиться на работу в гончарную мастерскую расписывать обожжённые горшки. Гончарная мастерская располагалась на улице Сдобных Булочек, недалеко от цветочной лавки Полины. В целом, работа ей нравилась и Джер пропадала на ней чуть ли не круглые сутки. Она старалась хоть как-то заполнить образовавшуюся пустоту. В связи с чем ее жизнь ограничивалась мастерской и квартирой, функции которой чаще всего сводились к ночлежке.

Несмотря на то, что Джер и начала новую жизнь, она постоянно думала об Ингве. Она вспоминала о канувших в Лету счастливых годах, когда она и Ингв наслаждались друг другом, жили друг для друга, были частью друг друга. И сейчас ей было грустно и обидно от того, что она вдруг стала ему не нужна. После того, как Ингв устроился на высокооплачиваемую работу в бюро Прикладной магии, он словно перестал существовать как живой человек. Сначала Джер думала, что у него появилась другая женщина. Она даже пыталась за ним следить, но никаких доказательств наличия посторонних женщин не обнаружила. Его путь на службу и домой Джер выучила наизусть: сначала он шел по улице Имбирных Пряников, затем сворачивал на улицу Цветных Витражей и далее по проспекту Железных Решеток до самого бюро. Вечером все повторялось в обратном порядке. Безусловно, Джер не могла знать все наверняка, возможно, действительно существовала какая-нибудь женщина, кто знает? Джер пыталась с ним поговорить, выяснить, в чем причина, но Ингв смотрел на нее как на пустое место. От этого Джер становилось не по себе. В конце концов, когда она уже не смогла выносить такое отношение к себе, Джер решила, что с нее хватит. И тем не менее… она постоянно думала об Ингве. Ведь она знала, какой он на самом деле. И она по-прежнему любила его…

Джер испытывала дефицит общения, а общение, как известно, для любой женщины имеет большое значение. Однако в мастерской она перекидывалась лишь парой фраз со своими коллегами или с покупателями. И в общем-то все. Джер подумала было о том, чтобы завести домашнего питомца, чтобы в квартире было бы не так пусто, но с ее графиком работы это оказалось невозможным. В конце концов, Джер решила, пусть все идет своим чередом, и махнула на всё рукой. Она подумала, что если уж чему и суждено случиться, то это обязательно случится, хочешь ты этого или нет.

Именно это смирение, эта готовность принять ход вещей, и стало тем самым тихим, но мощным импульсом, который начал менять ее реальность. Джер, погруженная в мир глины и красок, находила утешение в монотонности труда, в ощущении материальности, которое так контрастировало с эфемерностью ее прошлых отношений. Каждый мазок кисти, каждый узор, который она наносила на керамику, был своего рода медитацией, способом упорядочить хаос внутри себя. Она не искала активно новых знакомств, не стремилась заполнить пустоту громкими разговорами или суетливыми встречами. Ее потребность в общении трансформировалась, стала более тонкой, более избирательной. Она начала замечать нюансы в разговорах коллег, улавливать оттенки настроения покупателей, находить красоту в простых, повседневных взаимодействиях.

Однажды пасмурным осенним утром, когда у Джер был выходной и спешить в мастерскую не было особой нужды, ее разбудил птичий щебет. Она подошла к окну и увидела, что на дереве, растущего прямо перед ее окном, сидела целая стая каких-то перелетных птиц. Это было удивительно, ведь поздней осенью птицы уже должны были бы быть в теплых краях. Джер нашла в кладовке небольшой фанерный лист, закрепила его на своем балкончике и насыпала на него хлебных крошек. Голодные птицы в одно мгновенье склевали угощенье, а в качестве благодарности оставили некоторое количество помета. Затем они взлетели в небо, сделали несколько кругов над домом, в котором жила Джер, и полетели на юг.

Не знаю, стоит ли это происшествие считать первым в череде странных событий, которые впоследствии произойдут с Джер, но, однозначно, о нем обязательно стоило упомянуть.

Птицы улетели, оставив после себя лишь легкое ощущение чуда и легкий беспорядок на балконе. Джер улыбнулась. Это было такое простое, но такое настоящее взаимодействие. Не требующее слов, не обремененное ожиданиями. Простое присутствие, короткий обмен, и вот уже мир кажется немного ярче. Она почувствовала, как внутри нее что-то тихонько оттаяло. Возможно, именно этого ей и не хватало – таких вот маленьких, незатейливых моментов, которые не требуют усилий, но наполняют душу.

На этом птичья тема не закончилась. Буквально через неделю Джер разбудил настойчивый стук в окно. Подойдя к окну, Джер увидела удивительных птиц сине-фиолетовой окраски, клюв и лапки которых были ярко-красного цвета. Такие птицы в нашем регионе никогда не водились, тем не менее, они откуда-то прилетели и упрямо тарабанили в окно.

Джер замерла, глядя на необычных птиц. Их яркая окраска казалась нереальной, словно сошедшей со страниц сказки. Сердце ее забилось быстрее, смешивая удивление с легким трепетом. Она не могла понять, что означал этот визит, но что-то в их настойчивом стуке говорило о важности момента.

Джер подумала, что птицы голодные и просят есть. Она насыпала крошки на фанерный лист, который закрепила на балконе еще на прошлой неделе. Птицы перелетели на балконные перила, но клевать корм не стали. Они внимательно разглядывали Джер и при этом издавали довольно странные звуки, словно переговаривались между собой на своем птичьем языке. Затем птицы, как по команде, разом взлетели и скрылись за домом.

Джер долго была под впечатлением от увиденного. Она не могла понять, что это было? Откуда взялись эти птицы? Чего они хотели? Ответов на свои вопросы она не получила и по этой причине событие начало постепенно забываться.

На следующей неделе, опять в выходной, Джер разбудила какая-то возня за окном. Она подумала, что вновь прилетели странные птицы, но подойдя к окну, Джер ахнула. За окном, на узком карнизе сидел рыжий кот и просился, чтобы его пустили в дом. Как он попал на карниз, для Джер осталось загадкой, поскольку ни одному коту это было не под силу.

Оконные рамы от старости разбухли, и окно не открывалось. Джер распахнула форточку, чтобы, как-то изловчившись, затащить бедное животное в комнату. Однако кот ее опередил и легко в два прыжка оказался в квартире. Он по-хозяйски обошел новые владения Джер, сел посреди комнаты и мяукнул. Джер налила в миску молока и поставила на пол. Кот несколько раз осторожно понюхал молоко и принялся лакать.

Джер сидела на табурете и с радостным удивлением разглядывала своего гостя. Кот не был похож на уличного бродягу, он был хорошо упитанным существом и больше напоминал домашнего. Джер захотелось, чтобы он остался у нее, потому что почувствовала, что с приходом этого кота в доме стало как-то уютнее. «Просто магия какая-то!» - с улыбкой подумала она.

Кот тем временем выпил все молоко, важно подошел к хозяйке, запрыгнул ей на колени и вдруг лизнул ее в нос. Пока смеющаяся Джер утирала рукой свой нос, кот уже забрался на подоконник и замяукал.

- Поняла, тебе пора, – сказала ему Джер и открыла форточку.

Кот, словно мотылек, в два прыжка оказался за окном на узком карнизе.

- Осторожно! – воскликнула Джер. – Не упади!

Но кот не собирался падать. Он ловко переступал своими лапами по кирпичам.

- Приходи завтра вечером! – крикнула ему вслед Джер. – Я угощу тебя колбасой и сметаной.

Кот остановился и обернулся, будто бы понял, что сказала Джер. Они долго смотрели друг на друга и Джер вдруг показалось, что кот кивнул! Затем он вновь засеменил по карнизу и скрылся за углом дома. Джер вышла на свой балкончик, чтобы посмотреть, куда пойдет ее новый знакомый, но кота уже и след простыл. Зато она обнаружила во дворе прямо перед домом спящего на лавочке грязного бомжа. Джер фыркнула, зашла в квартиру и задернула шторы.

В этот день Джер пришлось несколько раз пройти мимо бомжа, развалившегося на лавочке. Она ходила на рынок за продуктами, где помимо всего прочего купила самой вкусной колбасы для кота, который, как она надеялась, придет вечером к ней в гости. Еще она зашла в обувную мастерскую, куда она отдала в починку свои зимние туфли.

Проходя мимо бомжа, Джер окинула его быстрым взглядом. Он лежал, завернувшись в пестрое рваное одеяло, его спутанные волосы, которые, видимо, никто никогда не стриг и неопрятного вида бороду трепал осенний ветер. Было непонятно, спит он или нет, так как темные очки скрывали половину его лица. Но ему было, по всей видимости, очень хорошо, поскольку на его лице застыла блаженная улыбка. Джер всякий раз отворачивалась от него, поскольку ей было неприятно на него смотреть.

С Джер чуть ли не каждую неделю начали происходить странные вещи, и ее серая скучная жизнь осталась позади. Сначала Джер получила посылку с вареньем от неизвестного адресата, потом кто-то на улице незаметно сунул в карман ее пальто шоколадные конфеты, а ее знакомый рыжий кот вдруг притащил ей в качестве подарка пойманную дохлую мышь. Причем к мышиной шкурке прилипла золотая монетка.

А потом случилось совсем уж что-то из ряда вон выходящее. Как-то вечером Джер возвращалась домой из гончарной мастерской и вдруг из подворотни вышли два сильно подвыпивших типа. Увидев Джер они припустили за ней и начали приставать. Она попыталась от них скрыться, но не тут-то было. Пьянчужки очень хотели общаться. И тут непонятно откуда на их пути появился лохматый бомж. Тот самый, который спал на лавочке во дворе дома, в котором жила Джер. Бомж так неожиданно материализовался как будто бы из ниоткуда, что Джер и оба пьяницы в недоумении остановились. Бомж и пьянчуги с интересом разглядывали друг друга. Вдруг у одного из пьянчуг что-то громко лопнуло и на землю упали его штаны. Его товарищ начал ржать как ненормальный, а бедолага, подобрав свои штаны, принялся скандалить со своим подельником. О Джер они сразу же забыли, чем она воспользовалась и незаметно сбежала от своих преследователей.

Событие это было настолько странным, что Джер даже не испугалась. Она никак не могла объяснить себе, что же случилось на самом деле, и какую роль во всем этом играл бомж. Однако Джер признавала, что бомж, этот неприятный тип, помог избавиться от пьянчуг. Теперь она прониклась к бомжу некоторым уважением и благодарностью, хотя по-прежнему он был ей неприятен, и она старательно его избегала.

К Джер часто захаживал в гости ее знакомый рыжий кот и, как правило, притаскивал ей какой-нибудь подарок. Про дохлую мышь, у которой к шкурке прилипла монетка, я уже говорил. А еще было несколько мертвых птичек, подавившихся монетами. Джер приходилось хоронить их трупики под деревом во дворе.

Однажды кот пришел в гости сам не свой. Он хромал и жалобно мяукал. Кое-как, запрыгнув в квартиру Джер, он лег на пол и выставил больную лапу.

- Где ты собираешь все это добро? – воскликнула удивленная Джер, вытаскивая из лапы золотую сережку.

Она обработала рану антисептиком и перевязала. Коту эти процедуры явно не нравились, но он терпел. Затем Джер покормила кота его любимой колбасой и сметаной. Поев кот мурлыча долго ластился к Джер, но, в конце концов, запросился на улицу. Она поцеловала его в шерстяной лоб и открыла форточку.

Пришла весна и работы в гончарной мастерской заметно прибавилось. Джер часто приходилось стоять за прилавком и общаться с многочисленными посетителями. И как-то раз в лавку заглянул проходивший мимо какой-то молодой человек. Он перекинулся парой фраз с Джер и купил какую-то керамическую безделушку. После этого он чуть ли не каждый день начал захаживать в мастерскую и изо всех сил старался привлечь внимание Джер. Когда это ему удавалось, он радовался как ребенок. Коллеги Джер подшучивали над ней и молодым человеком, но она не обижалась. Джер нравилось такое развитие событий. Она радовалась тому, что впервые за столько времени была хоть кому-то нужна.

И вот произошло то, к чему все и шло. Как-то вечером, когда закончился рабочий день, Джер вышла из мастерской и направилась было домой, но тут кто-то ее окликнул. Джер обернулась и обомлела. К ней несмело подошел тот самый молодой человек. В руках он сжимал букет цветов. Он робко попросил разрешения проводить Джер до ее дома, и она не смогла ему отказать.

Он был счастлив и, видимо, от этого рот его не закрывался. За короткое время Джер узнала, что ее поклонник приезжий, что он собирался уезжать и зашел в их мастерскую случайно, чтобы купить какой-нибудь сувенир, но увидев Джер решил немного задержаться. Хорошо, что контора, в которой он работает, имеет здесь филиал и он смог в него временно перевестись.

Молодой человек рассказал Джер о своей жизни, о том, что любит, чем увлекается, про своих родителей, про друзей и еще много всякой бесполезной ерунды. Джер слушала эту болтовню вполуха с легкой снисходительной улыбкой. И, несмотря на то, что ее поклонник изо всех сил пытался ее развлечь, ей все равно было немного грустно.

Они почти подошли к ее дому и уже был виден двор, как вдруг неожиданно неизвестно откуда материализовался бомж, живший на лавочке. Джер и молодой человек остановились и недоуменно разглядывали бомжа.

- Боже мой, – прошептала Джер.

Ее поклонник очнулся и пообещал:

- Не бойся, я сейчас с ним разберусь.

Молодой человек подошел к бомжу, и они принялись что-то обсуждать. Говорил в основном бомж, но говорил так тихо, что Джер не слышала ни единого слова. Она хотела было подойти, но тут в ладонях у бомжа что-то засветилось. Он показывал какой-то предмет молодому человеку. Тот удивленно воскликнул:

- Я же ничего не знал!

Он начал что-то рассказывать бомжу, и они медленно пошли куда-то вместе, постепенно растворяясь в вечерних сумерках.

Оказавшись в своей квартире Джер заплакала. Однако она быстро взяла себя в руки и принялась готовить себе ужин. Ее знакомый рыжий кот в этот вечер почему-то не пришел. Вероятно, у него были какие-то неотложные кошачьи дела, и поэтому Джер ужинала одна. Переделав немногочисленные домашние дела, она отправилась в постель. Но Джер никак не могла уснуть. Странные мысли крутились в ее голове, не давая ей покоя. Она встала, подошла к окну и раздвинула шторы. На скамейке во дворе прямо перед ее окнами спал бомж. Джер некоторое время разглядывала его в окно, потом накинула плащ прямо на ночную рубашку и решительно начала спускаться по лестнице.

Джер села на скамейку рядом со спящим бомжом и долго всматривалась в его чумазое лицо. Наконец она протянула руку, ухватила его за нечёсаные космы и потянула. В ее руках оказался парик. Бомж проснулся и снял темные очки.

- Я знал, что ты рано или поздно догадаешься, – улыбаясь, сказал он.

Джер не могла поверить своим глазам. Ей даже показалось, что это сон.

- Понимаешь, бюро просто высасывало из меня все человеческое, – продолжал бомж. – Но, когда я увидел твою записку, я словно проснулся и в тот же день уволился. Мне пришлось выплатить большую неустойку и отдать им нашу квартиру. Так я стал самым настоящим бомжом.

- И ты все это время был рядом? – спросила Джер, вытирая ладонью глаза.

- Нет, вначале я искал тебя, – произнес бомж.

- С помощью птиц? – уточнила Джер.

Он кивнул.

- И все эти странные происшествия тоже дело твоих рук? – вновь спросила она.

Он вновь кивнул.

- И рыжий кот? – продолжала задавать вопросы Джер.

Бомж молчал.

- Ну, не молчи! – воскликнула Джер.

- Это был я сам, – ответил он.

- Как это? – оторопела Джер.

- Ну… я кое чему в бюро научился, – промямлил бомж. – Понимаешь, мне так хотелось быть рядом с тобой, что я превратился в кота. Я бы так им и остался, но я не могу долго быть животным. Это очень трудно постоянно быть котом. Для этого нужен талант, а у меня нет способностей к настоящей магии.

- Почему же ты сразу не пришел ко мне? – всхлипывая спросила Джер.

- Я боялся, что ты меня прогонишь, – прошептал он.

Джер обняла его.

- Какой же ты глупый, – произнесла она.

Они сидели, обнявшись на лавочке. А тем временем незаметно начало светать…

Теперь Джер и Ингв живут в Заречном районе и вместе работают в гончарной мастерской, где Ингв помогает Джер расписывать горшки. А ближайшим летом они запланировали отправиться в путешествие в южные страны.

Такие вот дела… Недаром же говорят: «Время расставит все по своим местам».