Такая вот зебра в клеточку.

Глава 1

Я проснулась. Настроение прекрасное. Молодое упругое тело соскочило с кровати легко и непринуждённо. Лепота! Я с наслаждением потянулась, на автопилоте сделала несколько раз дыхательные упражнения. Сколько лет я не чувствовала себя так прекрасно? Дай бог вспомнить. Жизнь хороша — и это главное. Умничка я, умничка. А зовут меня… И тут я зависла. Как же меня зовут? Я начисто забыла, как звучит моё имя. Кто я? Я стояла в большой светлой комнате с огромной шикарной кроватью под богатым ажурным балдахином. Я стояла посреди этой комнаты и в потугах морщила лоб, напрасно ожидая озарения. Не озарило. Мой мозг был чист, как лист бумаги. А что говорит обстановка жилища? Вся комната была оформлена в лёгких сиреневых тонах. Прикольно, миленько. Это я придумала? Я здесь живу? Не знаю. Я прошлёпала босыми ступнями к зашторенному окошку. Подоконник оказался неожиданно высоко, мой подбородок почти касался подоконника. Выглянула в огромное окнище. Там яблоки висели на деревьях, а среди веток открывался кусочек ясного синего неба. Так, это мне не интересно, не сейчас. Пошлёпала в обратную сторону и почти дошла до дверей. Ага, шкаф огромный с большим зеркалом до пола. То, что надо! Я подошла поближе и увидела в зеркале девчонку в длинной розовой и в рюшечках ночнушке. Из ночной рубашонки торчали тоненькие ручки и ножки. Так я ребёнок! Хотя этот факт не объясняет, почему я ничего не могу вспомнить. Что ж, идём дальше. Толкнула входную дверь, и она распахнулась с трудом, но подалась под моим напором и освободила проход. Вышла. Ноги приятно холодил каменный пол. По привычке прикрыла за собой дверь. Ого, я ещё и воспитанная девица! Надо же! Широкий коридор куда-то вёл, и я отправилась на его изучение. Окон не наблюдалось. Светильники были подвешены высоко над полом и горели тускло. Неожиданно коридор закончился залом. Пустоватый какой-то зал. На самом видном месте висел огромных размеров портрет. На портрете была намалёвана тётенька сидящая верхом на крылатом звере. Даже на картинке зверь вызывал ужас, такой был страшный. Все три головы зверя разевали пасти и пускали из ноздрей струйки дыма. Тётенька на портрете недобро улыбалась оскалив зубы. Не, я её не знаю и никогда не видала раньше. Пошлёпала дальше, а дальше была каменная и очень широкая лестница ведущая вниз. Я решительно пошагала по широким ступеням. Шлёп, шлёп, шлёп, вышла в огромный зал со множеством чудесных люстр под потолком. Блестящие камушки свисали с потолка длинными струями дождя. Камушки переливались разноцветными огоньками под лучами солнца. А солнце попадало на роскошные люстры из широко распахнутых дверей. Двери выходили в сад. В саду как в раю весело щебетали невинные пташки, сияло в окружении пушистых облаков яркое солнышко и пронзительно голубело бездонное небо.

Меня так магнитом и потянуло в это райское место. Я ускорилась, ножки затопотали по чисто намытому полу. Звук моих босых ножек гулко раздавался по огромному залу. Ну и эхо здесь! Я счастливо рассмеялась. И тут откуда-то сбоку появилось чудовище. Это была огромная кошка размером чуть меньше человека. Киса уверенно шагала ко мне на задних лапах. Более того, на чудовищной кисе было надето красивое длинное платье зелёного цвета в чёрный горошек. Белая киса с голубыми глазами подошла ко мне, взяла за руку и повела обратно к лестнице.

— Ах, дорогая Тильдочка! Ты не должна сбегать с утра в сад, да ещё в таком непотребном виде. Надо переодеться и позавтракать, — неожиданно ласковым тоном произнесла киса. Значит, она не съест меня?

— Давай-ка я тебя, дорогая маркизочка, наряжу покрасивее и отведу в столовую. За одно продолжим учить этикет, — вещала киса ведя меня по лестнице. Спускаться было куда веселее. Мы шагали неровно. Она делала шаг, я же успевала ступать два раза, но мелкими шажками. Её пушистые лапки ступали почти бесшумно.

— Я не хочу учиться, — вырвалось с моего непослушного языка.

— Ну же, дорогая Тильдочка, не надо капризничать. Тебе надо дорасти до настоящей маркизы и заниматься взрослыми делами.

— Не хочу быть взрослой и делами заниматься тоже не хочу, — буркнула я сердито смотря на кису исподлобья.

— Тильдочка, мы это уже обсуждали. Ты должна, дорогая, набраться сил, управлять своими многочисленными вассалами.

— Кто такие вассалы?

— Вассалы — это твои подданные и в основном крестьяне.

— Кто такие крестьяне?

— Ты и это не помнишь? Странно. Крестьяне — это люди, что работают на благо маркизы Матильды Техбесской.

— Кто такая маркиза Матильда?

— Это ты, Тильдочка! Ты дорогая, — голос кисы сорвался и зазвучал по-другому.

— Я маркиза? А ты кто?

— Я Леда, твоя служанка. Ты меня не помнишь? — голос кисы стал озабоченным, как у взрослой тётеньки. Кошачья мордочка с печальными глазами смотрелась презабавненько.

— Ле-еда, — протянула я. Слово-то какое! Словно леденец во рту перекатывается. Киса Леда — моя служанка. Ага. А я её маркиза. Ага… Ничего не понимаю!

Леда поставила меня посреди комнаты, стянула через голову ночнушку, помогла надеть пышное в рюшах платье. Застегнула его сзади на пуговицы и подала туфельки с бантиками:

— Надевай, — я всунула ножки в обувку и топнула по полу. Каблучок звонко стукнул по поверхности каменного пола. Я с удовольствием хохотнула. А потом и вовсе подпрыгнула, опля!

— Ну-ну, не шали, дорогая. Пошли в столовую, — большая киса повела меня снова вниз, но не в тот большой зал с видом на сад. Мы были где-то рядом с кухней, оттуда приятно тянуло свежими булочками. Киса усадила меня во главе длиннющего стола, а сама метнулась к неприметной дверце и скрылась за ней. Не успела я разглядеть помещение, как перед моим носиком поставили тарелку с ложкой.

— Фи, каша, — вырвалось из меня презрительное. Я что, каши не люблю?

— Тильдочка, милая девочка, кашу надо кушать. С каши ты быстро-быстро вырастешь и станешь красавицей, — приговаривала ласково Леда, а сама в это время совала мне в рот ложку за ложкой. Это было мерзко. Я что всегда так завтракала? Наконец с кашей было покончено. Леда подала мне в руки высокий бокал с тёплым какао. О, вот это я уважаю! Да ещё со сладкой булочкой! С этими лакомствами я вмиг расправилась сама. Вдруг мои глаза стали слипаться, я потёрла их кулачками и тюкнулась носиком в столешницу.

В то ничем не примечательное утро Леда пришла, как обычно будить несносную Тильдочку. Она легонько постучала в дверь и вошла.

— Тильдочка, дорогая, ты уже проснулась? — спросила Леда едва переступив порог комнаты. Именно сегодня ей было не по себе, что-то волновало, сердце предчувствовало неприятности. И не спроста. Постель девчонки была пуста. И куда эта шалунья убежала? И что ещё она собирается натворить? А может, просто спряталась?

— Тильдочка! Ау, детка! Ну и куда подевалась эта несносная девчонка? — Леда заглянула в шкаф, но и там не обнаружила своей подопечной. Под кроватью девчонки тоже не было. Не выскочила она и из-за ширмочки. Не прилетела из угла, как в прошлый раз деревянная стрела из детского игрушечного лука. Тишина. Неужели снова в сад сбежала? Помнится, её в прошлый раз едва стащили с яблони. Тильдочка тогда отчаянно брыкалась и даже кусалась, пришлось на помощь звать гоблинов, тех что за драконом присматривали. Ужас! Хорошо ещё, что девчонка не вошла в силу, магии в ней крошка.

Тильду служанка в то утро обнаружила на первом этаже. Девочка шлёпала босыми ногами по направлению к парадному входу. Аура колдуньи больше не искрила. Мерлиновы качели! Да что опять случилось с этой невезучей маркизой? Вечно она вспылит и наломает дров, а разгребает всё Леда. Вот и в этот раз Леда знала, что делать. Маленькая маркизочка проснулась во второй раз за утро и снова ничего не помнила.

— Тильдочка, зайка, как ты себя чувствуешь? — спросила Леда, а сама не сводила с девочки внимательных глаз. Что-то пошло не так.

— Не знаю, — пискнула Тильда. Её глаза оглядели беспомощно комнату и остановились на большой кисе.

— Ты кто?

— Тильдочка, зайка, ты так играешь со мной? — ахнула Леда. Её носик задёргался, Леда вдруг чихнула. Вот раньше девчонка на «зайку» реагировала остро и даже могла броситься в собеседника чем попало. Маркиза терпеть не могла прозвище «зайка» и воспринимала его, как личную обиду. Хозяйка замка могла запустить в так назвавшего её человека чашкой, ложкой или даже тяжёлым винтажным стулом. Девчонка не смотря на внешний хрупкий вид обладала силой взрослого среднестатистического человека.

Последний раз Тильдочка баловалась с фонтаном. Садовые гномы наблюдали за капризницей. Девчонка баловалась, барахталась в фонтане, брызгалась во все стороны и очень радовалась, когда ей удавалось облить водой какого-нибудь нерасторопного гномика. Гномы в притворном испуге отскакивали. Им тоже было весело, они хихикали.

— Тильда! Тильдочка! — смеялись номы и дразнили девчонку. Гномы высовывали длинные языки и презабавно шевелили ушами. Фонтан, есть фонтан, он был неглубокий, и Леда особенно не беспокоилась за хозяйку замка. Да и гномы рядом, вытащат, если что. Они и выволокли дурочку за ноги из воды. Тильда не дышала. И как она умудрилась подскользнуться и упасть навзничь в середине фонтана? Не девчонка, а какая-то ходячая катастрофа! Леда прибежала на вопли и визги гномов и тут же принялась хлопотать над тельцем великой волшебницы. Служанка не долго думала, метнулась в свою комнатушку и притащила оттуда беспроигрышное лекарство. Леде пришлось применить капельку драгоценного эликсира жизни. Служанка капнула хозяйке в открытый ротик малюсенькую росинку сока дерева бессмертия. Колдовское средство едва коснулось посиневших губ утопленницы. Прошла минута, и наконец Тильдочка вздохнула, щёки чуть-чуть порозовели. Леда успокоилась и отнесла шалунью в спаленку, переодела в сухую пижамку и ушла. Тильдочка дышала ровно и без натуги. Ведьмочка проспала крепким сном младенца около суток и очнулась совершенно другим человеком, ну или правильнее сказать, существом. Леда даже начала подозревать, что в тело легендарной ворожеи подселилась чужая сущность. Леда была только служанкой великой колдуньи и не могла предположить насколько опасна данная сущность.

Леда смотрела на тельце девочки, пыталась заглянуть в её пустые глаза и с отчаянием понимала, что это всё не маркиза. Маркизы Матильды больше нет. Она погибла, погибла окончательно и бесповоротно. Где-то внутри сознания всё же слабо шевельнулась надежда. А вдруг эта сущность покинет тело Тильдочки, и в один прекрасный день Матильда, эта великая маркиза, вернётся в свои покои? Ну сначала в образе баламутки Тильдочки, а потом и возмужает, вырастет до великой маркизы. И тогда всё вернётся на круги своя. Да будет так. В напиток Тильдочки, в то самое какао было подмешано снадобье, изгоняющее подселенцев, но оно не сработало.

— Ты не Тильда, — печально сказала Леда.

— Я не Тильда. Тогда кто же я?

— А ты не знаешь?

— Не-а, не знаю. Я очнулась в этом теле, и всё.

— Что ты помнишь? — допытывалась строгая Леда.

— Кажется, ничего не помню.

— И как попала в это тело, ты тоже не знаешь? — съязвила большая киса. В этот момент Леда была так красива, а её мимика так походила на человеческую! Было забавно наблюдать, как она разговаривает, подёргивая ушами, шевеля усами. Дама с длинными шикарными усищами! Это же здорово! И так непривычно.

— Вспомнила! Я вспомнила, что ранее не встречала таких, как ты, — воскликнула Тильдочка, глаза её лихорадочно заблестели. Где-то под полом замка раздался рокот, а потом и гул ровный и протяжный. Тильдочка вздрогнула. «Я ещё даже не привыкла к своему тщедушному тельцу, я ещё ни к чему не привыкла в этом мире. Значит, у меня дома всё было по-другому, в настоящем, дома. Хоть это вспомнила, и то хорошо,» — в голове девочки появились здравые мысли.

— Что это такое? — вслух сказала Тильдочка, поёживаясь от неприятных звуков.

— Это Витя орёт. Давно не выгуливали его, застоялся паренёк, — вздохнула киса.

— Что за Витя и почему его не выгуляли? — эта тема показалась девочке интересной. Тильдочка находилась в теле ребёнка, но не до конца осознавала себя маленьким человеком. Даже скорее ощущала себя достаточно взрослой особью и возможно даже женской.

— Витя — это дракон. Его выгуливала обычно маркиза Матильда. Она любила Витю и каталась на нём верхом, — терпеливая Леда пыталась втолковать Тильдочке прописные истины.

— Я не знаю, кто такие драконы. Их нужно бояться?

— Да, их многие боятся. Драконы в гневе страшны и могут испепелить, — устало ответила большая киса.

Маркиза Матильда любила покататься верхом на драконе Вите. Она его содержала, словно породистого коня. За драконом ухаживали два гоблина Гарольд и Тимоша. Они чистили конюшню, кормили дракона тушками баранов, иногда по ночам выгуливали зверюгу за стенами замка в ближнем лесу. Служанка Леда предпочитала всем видам транспорта банальный велосипед. На велосипеде большая киса появлялась при необходимости в соседней с замком деревеньке и закупала там на рынке молоко и мясо.

После традиционного обеда служанка, а по совместительству и нянька выгуливала Тильдочку в саду. Как собачку выгуливала. Ах, эта несносная девчонка! Только бы ещё чего не натворила. Служанка вышагивала по мощённым камнем дорожкам среди фруктовых деревьев и тащила молчаливую Тильдочку за руку. Вдоль дорожек были высажены яркие цветочки. Тильдочку цветочки не радовали. Наглая девчонка лениво поглядывала на открывавшиеся красоты сада. Солнце сияло. Лёгкий ветерок путался в кронах яблонь и вишен. Из-за кустов нет-нет да и выглянет какой-нибудь любопытный гном и скорчит уморительную рожицу. Тильдочка искоса поглядывала на гномов, но не делала никаких попыток, чтобы догнать кого-нибудь из них и щёлкнуть по носу.

— Леда, ты кошка? — спросила бесцеремонно Тильдочка. Она смотрела своими детскими глазками снизу вверх на Леду очень серьёзно.

— Да, я из рода кошачьих. Но я совсем не кошка. Моё племя называется мурлыками, — ответила большая киса так, словно гордилась своим происхождением.

— Как? Мурлыками? — несносная девчонка расхохоталась.

— Что тут смешного? — нахмурилась Леда, и это было заметно даже по её совсем нечеловеческой мимике.

— Признайся, Леда, ты же большая киса! — завопила безобразница Тильдочка, отскочила от Леды в сторону и указала на неё пальчиком. Гномы высыпали из-за кустов и деревьев и принялись хохотать держась за животики. Ах, эти маленькие прохиндеи! «О, маркиза вернулась! " — обрадовалась служанка, и тут же её радость угасла — у Тильдочки аура обычного человека. Нет, не вернулась великая маркиза.

— Жаль, очень жаль, — прошептала верная прислужница маркизы.

— Что жаль? — услышала её Тильдочка. Ну и слух у этой девчонки!

— Ты домой не хочешь?

— Куда домой?

— Ну домой, откуда ты появилась. Ты хочешь туда? — заинтересовалась девчонкой Леда.

— Наверное, хочу, все хотят домой. Но я не помню откуда пришла, — без тени насмешки ответила девочка.

— Тебе там было хорошо? — Леда снова внимательно, словно изучала, посмотрела на неё. Девочка, как девочка, а рассуждает, словно жизнь прожила.

— Наверное было хорошо, — Тильдочка замерла вслушиваясь в собственные ощущения. — Определённо, мне там было хорошо.

— Тильдочка, золотко, ты уверена? — встрепенулась большая киса.

— Я больше ни в чём не уверена, — взрослым тоном умудрённого жизненным опытом хорошо пожившего человека ответила Тильдочка.

— А вы что подслушиваете? Ну-ка кыш отсюда! — рявкнула на гномов большая киса. Те обиженно попискивая бросились врассыпную. Леда смотрела на Тильдочку и молчала. Пауза явно затянулась. Тильдочка успела заскучать. Они остановились недалеко от фонтана, того самого фонтана, где совсем недавно тонула несносная девчонка. Тильдочка неспешно подошла к фонтану, наклонилась к воде и помочила ладошки. Девчонка подставила под прохладные брызги личико, улыбнулась. Она совершенно не помнила того, что произошло здесь, на этом самом месте пару дней назад. Не помнила и не печалилась. Тильдочка вела себя как обычная деревенская девчонка. Она принялась перемигиваться с гномами, немного даже погримасничала. Гномы умели прятаться в саду, они чувствовали себя вольготно. Садовые негодники побаивались Леду, а вот с Тильдочкой вели себя, как ровня. Проказники были маленького росточка, всего около пятидесяти сантиметров и буквально в пуп дышали Тильдочке. Гномы быстро надоели торопыге.

— Леда, а можно я посмотрю на Витю? -

— На Витю? Зачем тебе?

— Я хочу посмотреть на Витю. Вдруг я его вспомню? Это же Витя! Он тот ещё зверюга, он же дракон, — глаза Тильдочки наполнились восторгом.

— Ну пойдём, провожу, — согласилась большая киса и повела Тильдочку в драконью пещеру, или как её ещё называли, на конюшню. Они долго спускались по узкой совсем не парадной лестнице с каменными ступенями. Чем ниже спускались, тем гуще и тяжелей становился воздух. Из огромной сырой пещеры пахло плесенью. Сюда никогда не заглядывало солнышко. Здесь было не только темно, но и мрачно и жутковато. Где-то там в глубине этих каменных покоев волновался, рычал Витя. Он так громко и страшно рычал, что Тильдочке захотелось немедленно убраться подальше от этого жуткого места. «Чужой это праздник, не твой», — бурчала себе под нос Тильдочка, но упорно двигалась за большой кисой. И вдруг она упёрлась в спину Леды.

— Всё, мы пришли, — обернулась Леда и глянула на Тильдочку. А Тильдочка выглянула из-за спины кисы. Это Витя? На картинке он казался не таким грозным. Это не Витя, а монстр какой-то трёхголовый! Три головы, три пасти, шесть огромных змеиных глаз, и все пялились на вошедших! Б-р-р! И эти три пасти ещё реально плюются огнём, если верить рассказам очевидцев. Витя рыкнул, и дым накрыл всё видимое пространство завесой. Стало ещё хуже, ещё страшнее. Тильдочке показалось, что одна из голов сейчас нависла над девочкой и вот-вот её проглотит. Ужасное ощущение беспомощности.

— Ну ты что, Тильдочка! Витя хороший, добрый. Ты всегда любила на нём верхом кататься.

— Ледочка, милая, пойдём отсюда, — чуть не плача взвыла Тильдочка. Она ухватилась за подл широкого платья большой кисы и потянула её обратно к выходу.

— Хорошо, Тильдочка, мы поиграем с Витей в другой раз, — согласилась Леда.

— В другой раз, в другой раз, — пискляво передразнила большую кису ведьмочка, невольно прибавляя шагу.

— Тильдочка, ты что-то вспомнила? — голос Леды звучал озабоченно.

— Вспомнила. Я вспомнила, что очень не люблю драконов! — завопила Тильдочка.

— Так-таки и не любишь? Совсем-совсем не любишь драконов? — в голосе Леды явно слышалась усмешка.

— Надо признаться, что Витю я не помню и очень боюсь.

— Он же совсем домашний, — растерялась Леда.

— Ни фига себе домашний зверёк! — вырвалось из Тильдочки.

— Покататься на драконе ты тоже не хочешь? — Леда остановилась и строго посмотрела на Тильдочку.

— Не-а, не хочу, — Тильда потянула Леду к лестнице. Лапка у Леды была словно мохнатая рукавичка, так и не хотелось её отпускать. Почему у людей руки не такие нежные и приятные?

— Тильдочка, ты же говорила, что порхать среди облаков — это круто, — не сдавалась служанка Леда.

— Я такое говорила? Не может быть! — ахнула девочка и отбросив церемонии, потянула большую кису за подол платья.

— Ты мне так платье порвёшь, — заворчала Леда и выдернула из рук Тильдочки кончик платья.

— Ледочка, пойдём уже отсюда, моя миленькая, — Тильдочка смотрела на кису умоляюще.

— Пойдём уже, — вздохнула Леда обречённо. Остаток дня Тильдочка провела в своей фиолетовой комнате. Ей никуда не хотелось выходить и узнавать что-то новенькое. Тильдочка неспешно обследовала свои апартаменты, разглядывала украшения и безделушки. Кое-где попадались книги на неизвестном ей языке. Господи, да умела ли она вообще читать? Вопрос конечно, интересный. Но картинки в книжках оказались красочными и заманчивыми. Вот бы ещё знать, что там написано! В положенное время заглянула к ней Леда. В этот раз служанка не потащила девчонку в обеденный зал, принесла ужин в комнату.

— Маркиза Матильда, извольте откушать, — большая киса вошла в комнату, робко постучав в дверь. Леда низко поклонилась и поставила поднос на столик. Она подняла голову, голубые глазки задорно блеснули.

— Тильдочка, дорогая, Витя передаёт тебе привет.

— Огромное спасибо за привет. Я Витю совсем и не боюсь, — девчонка капризно надула губки. А когда Леда закрыла за собой дверь, то оказалось, что губки подрагивают, а глаза вот-вот грозятся налиться слезами. Этот длинный и нелепый день подходил к концу.

Перед сном Леда переодела Тильдочку в смешную розовую пижамку. Ну девочка и девочка. Где там в ней может прятаться Великая Маркиза? Шутка провидения.

Глава 2

Тильдочка смотрела на большую кису серьёзными глазами. Да что такое? Балованная вечно капризничающая ведьмочка не сводила строгих глаз с Леды. В последнее время маркиза резко изменилась, повзрослела что ли. Или всё же в несчастное тельце залетела нечаянная блуждающая душа? Магические искры так и сыпались дождём рядом с Тильдочкой, а ведьмочка и не пыталась сотворить какую-нибудь хотя бы мелкую пакость.

— Спи спокойно, дорогая маркизочка, — Леда нежно поцеловала Тильдочку в лоб и укрыла тёплым одеялом. Она погладила мелкую маркизочку по её светлым кудряшкам и ушла осторожно прикрыв дверь. Светильники, как по чьему-то распоряжению приглушили свет. В спаленке воцарил полумрак. Тильдочке зазевалось и не удивительно, после такого полного впечатлений дня организм требовал продолжительного отдыха. Один дракон Витя чего стоил! «Да не, Витя хороший», — подумала Тильдочка и отбыла в страну грёз.

Спала Тильдочка беспокойно. Она металась во сне во все стороны, хорошо что кровать широкая, не упала девочка с неё. И сон видела странный. Тильдочка вдруг увидела себя в образе старой тётки, даже не тётки, а бабки. И эта бабушка варила внуку кашу. Потом она кормила с ложечки кашей внука и приговаривала:

— Кушай, Ваня, кашку. Будешь большим и красивым, как папа.

Внук горделиво восседал на детском стульчике и покорно открывал рот, бабушка Тильдочка ловко совала туда ложку с манной кашей. Ой, приснится же такое! Проснувшись Тильдочка отчётливо помнила непонятный сон, но Леде ничего про него не сказала. Что-то подсказывало маркизочке, что большой кисе не надо знать про такое. А в остальном утро ничем не отличалось от предыдущего. То же яркое солнце, свежий ветерок из приоткрытого окна и платье в кружавчиках после ритуального омовения. Разве же это умывание, если тебе на руки поливают пусть и тёплую воду, но из кувшина? Натуральное омовение. Потом причёска.

— Ай, Леда, ты мне делаешь больно! — Тильдочка как всегда не любила расчёсывать свои кудряшки.

— Тильдочка, дорогая, я только чуть-чуть поправлю локоны, — привычно суетилась большая киса. После завтрака Леда куда-то ненадолго отлучалась, выходила из замка. Вернулась с вылазки в деревню Леда печальная. Тильдочка в это время бегала по саду, как обычная девчонка, нюхала цветочки и беззастенчиво заигрывала с садовыми гномами. Гномы бросили свои обязанности и играли с маркизочкой. Они бегали от девчонки, а та их догоняла и почёсывала их за ушками. Гномы хихикали и прятались в кустах. А Тильдочка веселилась от души. Девчонка делала своей маленькой ручкой «козу» и щекотала очередному гному-садоводу пузико. Леда подошла и вмиг поймала упирающуюся девочку за руку, потащила внутрь замка. Разговор предстоял приватный, и чужие уши были не нужны. Гномы, конечно, глуповатые создания, но могли шпионить от соседей. Тильдочка перестала улыбаться, она капризно надула губки. Большая киса так мрачно глянула на маркизочку, что Тильдочка почуяла, что-то случилось. Опять эти проблемы! Когда ей разрешат пошалить? Она же не взрослая. Леда довела девочку до фиолетовой спальни, усадила её рядом с кроватью в кресло, плотно прикрыла дверь, затем закрыла окно. Большая киса сама осталась стоять. Леда смотрела на девочку виновато и всё время нервно теребила фартук. Было видно по ней, по её порывистым движениям, что разговор будет непростой.

— Тильдочка, ты хорошая девочка, но мне приказали проверить тебя, — с видимым трудом выдавила из себя Леда.

— И как это проверить? — насторожилась Тильдочка и сузила глаза. С ангельским личиком, со светлыми кудряшками и узкими тёмными глазами она стала походить на какое-то потустороннее существо. В глазах появилось не то отчаяние, не то злость.

— Ты должна доказать, что ты, Тильдочка, — это восставшая из пепла Великая Маркиза.

— Да я и сама об этом не знаю. Как я это докажу? — узкие почти чёрные глаза расстреливали Леду яростной ненавистью.

— Ты должна выгулять Витю, — тихо, но твёрдо произнесла Леда.

— Что-о? Выгулять Витю? Того самого Витю, такого страшного и трёхголового? -Тильдочка задохнулась от возмущения.

— Того самого трёхголового Витю. Да там ничего страшного нет! Для Великой Маркизы Матильды Витя был домашним питомцем, что-то вроде домашней собачки, — Леда запиналась и нервничала при разговоре.

— Ничего себе собачка! Да он чихнёт, и от меня мокрого места не останется! — развозмущалась Тильдочка. Её маленькие и очень нежные ручки непроизвольно сжались в кулачки.

— Ну не драматизируй так, деточка! Ты же являешься хозяйкой этого пусть и грозного пёсика, — служанка пыталась успокоить госпожу.

— Отказаться можно? — последняя фраза прозвучала очень даже по-взрослому.

— Нет, нельзя, — Леда не смела поднять глаз на свою госпожу, она смотрела в пол где-то рядом с туфельками капризницы.

— Что так? — пискнула её подопечная.

— Я получила приказ от Великого Магического Совета самого Губернатора, что возродившаяся маркиза Матильда обязана предоставить некоторые доказательства своего существования. В противном случае самозванку сожгут на костре.

— Что? Сожгут на костре? Не надо костра! — заорала во всю мощь своих лёгких Тильдочка и по совместительству хорошая девочка.

— Я пыталась донести до Совета, что ты ещё очень юная и не готова к испытаниям, но кто же послушает служанку? — Леда подняла глаза на Тильдочку, в них мерцали невыплаканные слёзы.

— Я не хочу на костёр! Я выгуляю вашего Витю! — визжала Тильдочка своим детским высоким голосом. И не только визжала, она попыталась пнуть служанку по лодыжке. Леда почувствовала удар и зашипела от боли. Тильдочка глянула на большую кису с неприкрытой ненавистью, словно та виновата во всех бедах юной ведьмочки.

— Так-то оно лучше. Ну пошли, — проворчала Леда. Она была обижена на Тильдочку за капризы и визги. Леда любила свою подопечную, но всё имеет свои пределы. Капризы Тильдочки всё больше задевали самолюбие большой кисы. Служанка как могла скрашивала неприглядное существование юной ведьмочки, а та не торопилась с благодарностями. Возможно, по глупости Тильдочка ещё и не допонимала, какая угроза нависла над её существованием? Всё это время Леда не могла подобрать нужных слов, чтобы уговорить капризницу на решительные действия.

— Что уже? А может мы завтра погуляем с драконом? — Тильдочка сделала просящие полные невинности глазки.

— Нельзя завтра. Витя разнесёт все преграды и ворота выломает. Застоялся паренёк в конюшне, — голос Леды заметно погрустнел. Она что, жалеет Витю? Серьёзно? Леде жалко этого большого зелёного рычащего монстра?

— А гоблины? Ну эти зелёненькие такие и большие. Они же ухаживают за Витей! Я им зачем?

— Ну это же гоблины! Ты сама их зелёненькими называешь. Они только кормят ящера да навоз выгребают, — Леда вела Тильдочку в подвал замка по узкой каменной лестнице вниз, а потом по длинным тёмным коридорам. В этот раз к дракону Вите они шли другим путём. Горящие не ярко факелы освещали им дорогу. Тильдочке стало не по себе в подземелье, её раздражали блики от факелов, раздражали и пугали мечущиеся тени. Девчонку и так пугала предстоящая встреча с драконом. Она полагала, что летать на драконах ранее ей не доводилось. Или всё же доводилось? Тильдочка так ничего и не смогла вспомнить. Тильдочка так боялась ящера Витю, что и не предполагала, как будет выгуливать его, как подойдёт к этому громиле. Но костра она страшилась ещё больше. Жить хотелось, как никогда прежде. Молодое тело, новая жизнь. Нет, погибнуть на костре она никак не жаждала. А в этом коридоре девочка чувствовала себя настоящим агентом секретной службы. И где Тильдочка слов-то таких нахваталась? Да кто бы знал.

Леда с Тильдочкой уже подходили к дракону поближе, и это чувствовалось судя по нарастающему запаху затхлого болота. Рычал Витя тоже неистово, видать истосковался по вольному ветру. Леда завела Тильдочку в какую-то комнату.

— Что это? — удивилась девочка, когда увидела натуральную гардеробную вместо конюшни.

— Здесь маркиза хранила костюмы для верховой езды. Сейчас тебе какую-нибудь накидку подберём.

— Костюм для верховой езды?

— Там наверху ветрено и холодно. Оденься, дорогая, потеплее.

— Там ещё и холодно, — заныла девчонка. — Я не хочу туда.

— Вот шапочка, перчатки и накидка на плечи, — Леда знала своё дело. Потом служанка подвела Тильдочку к ящеру, она тоже сильно нервничала:

— Успокойся, не боись! Тебе нечего бояться! Ты же его хозяйка! Дракон добрую сотню лет доставлял тебя во все уголки королевства, — вполголоса наставляла ведьмочку Леда. Леда, всегда добрая и очень покладистая Леда была неумолима.

— Значит, он меня не тронет? — пискнула Тильдочка.

— Конечно, не тронет. Ты же пахнешь магией, — сказала Леда, правда не совсем уверенно. Магии в Тильдочке было настолько мало, что едва улавливалась та крошечная искорка, что теплилась в этом тщедушном тельце.

Гоблины выскочили откуда-то из глубины пещеры. Эти несуразные крупногабаритные зелёненькие с острыми ушками создания сегодня показались юной маркизочке добрыми молодцами. Леда махнула рукой, и эти добры молодцы споро оседлали дракона Витю. Гоблины осторожно вывели Витю на улицу. Витя вдохнул свежего воздуха и затих в ожидании долгожданного полёта.

— Полезай в седло, — скомандовала строго Леда.

— Я, что ли? — пискнула девчонка.

— А я, что ли? — усмехнулась Леда и подтолкнула маркизочку к Вите поближе.

— Я не умею, — заартачилась вдруг Тильдочка. Леда кивнула гоблинам, и те подхватили Тильдочку под руки и закинули в высокое и не очень удобное седло, ловко и быстро пристегнула ремнями, сунула в руку повод и отошла. Седло было рассчитано на взрослого человека, и девочке в нём было не комфортно. Тильдочка восседала на спине огромного Вити ни жива, ни мертва. Витя почуял крохотного, но всё же седока и рванул в небо. Громогласный рёв огласил округу. Ящер радовался возможности размять крылья. Ветер немилосердно хлестал по щекам. Тильдочка судорожно сжимала уздечку одной рукой, а другой держалась за седло. Девочка сидела с плотно зажмуренными глазами и не могла себя заставить приоткрыть их хоть немного. Ящер набрал высоту и принялся кружить над полями и лесами королевства. Холодный ветер уже не обжигал нежное личико. Тильдочка осторожно приоткрыла левый глаз. Ветер уже не так рьяно свистел в ушах. Девчонка осмелела и открыла правый глаз. Головы ящера покоящиеся на длинных жилистых шеях, мешали что-либо разглядеть. Тильдочка поёрзала в большом седле, устраиваясь поудобнее. Наконец, ей удалось найти просвет между двух голов Вити. Надо полагать, что внизу мелькали королевские земли и часть из них принадлежала Великой Маркизе Матильде. Дракон совершал обычный и довольно привычный для него облёт территории. Витей управляла многолетняя дрессировка.

Неожиданно Тильдочка успокоилась. Её захлестнул восторг полёта, никогда ранее неизведанное чувство.

— Уху —ху-у! — заорала Тильдочка во всю глотку. Сериалов что ли насмотрелась? Хотя какие сериалы может видеть ведьма в магическом мире? Вопрос конечно интересный. Тильдочка тутже забыла нелепые мысли о сериале, что вдруг ненароком всплыли перед лицом реальной опасности. Девчонка предалась восторгу полёта в романтичной облачной дымке. Где-то далеко внизу копошились людишки такие мелкие и такие смешные, словно муравьишки. Скорей всего это и есть те мужики и селяночки, что трудились на маркизу. О, мои вассалы! Йо-хо-хо! Стало так хорошо, так безудержно весело, что сердце запело от счастья. «Я богата!» — подумалось Тильдочке. — «В кои-то веки я богата и вольна делать всё, что пожелаю!» И от этой мысли ей вдруг захотелось совершить какой-нибудь уж совсем безумный поступок. Хотя в данный момент она летела верхом на драконе, куда уж безумнее? Безумнее только начать колдовать. «Вот полетаем и ворожить попробуем», — подумала Тильдочка. Ворожить она точно не умела, но вдруг…

Летать на драконе девчонка тоже не рвалась, а ведь почти получилось. Весь вопрос, как теперь на землю спуститься. У девчонки давно уже чесались руки попробовать совершить что-то такое магическое. Правда Тильдочка совсем не понимала с чего начать это столь ответственное и надо думать очень сложное дело. Магия витала в воздухе, а на высоте полёта дракона и вовсе полыхала энергетическими молниями. Только как их использовать? Как укротить стихию? Как вообще управлять этим процессом укрощения магии? Тильдочка силилась со всех своих возможностей, но не могла вспомнить. Она до сих пор не вспомнила ни единой секундочки из того времени, что было в её жизни до того памятного утра в сиреневых тонах. Она оказывается совсем не боится высоты, да и Вити тоже. Витя — домашний ящер. Своей хозяйке трёхголовый паренёк точно не хотел причинять зла. Через три часа беспрестанного полёта дракон Витя устал, ему надоело кружить над королевскими землями, и он плавно опустился перед пещерой, где и был подхвачен под узцы. Гоблины со всеми предосторожностями извлекли из кресла Тильдочку. У девчонки от переживаний тряслись руки и ноги. Она жутко замёрзла там на ветру наверху. Леда распорядилась, и юную ведьмочку один из гоблинов дотащил прямо до спаленки и аккуратно положил на кровать поверх покрывала цвета лаванды и расшитого золотыми нитями. Потом зелёный ушастик поклонился в пол и довольный покинул помещение. Тильдочка лежала тихо и слушала своё тело. Тихо вошла Леда, осторожно раздела Тильдочку и уложила под пушистое одеяло. Поднесла к губам Тильдочки стакан с тёплым молоком. Тильдочка выпила с жадностью весь напиток.

— Вот и умница, — прошептала Леда и с поклоном покинула маркизочку. Несносная девчонка задремала.

— Изволите отобедать, маркиза? — Леда зашла в спаленку, словно почуяла, что Тильдочка уже проснулась. Это был недолгий дневной сон.

— Изволите отобедать, маркиза? — Леда была необычайно заботлива, помогла одеться Тильдочке в строгое коричневое платье и за руку повела её на первый этаж в роскошную малую столовую залу. За длинным столом было накрыто только одно место, то что во главе стола. Туда её Леда с поклоном и усадила. Шикарные позолоченные столовые приборы проговаривались о том, что отныне статус Тильдочки повысился. На столешнице рядом с Тильдочкой был водружён тяжеленный бронзовый канделябр, должно быть очень старинный. В канделябре горели настоящие восковые свечи. Тильдочка быстро восстановилась от полёта на драконе и теперь весело рассматривала нововведения и при этом непринуждённо болтала ножками. На высоком стуле сидеть было вполне удобно, вот только одна незадача, короткие детские ножки не доставали до пола. И это забавляло Тильдочку.

— Кушайте на здоровье! — поклонилась низко большая киса и принялась прислуживать хозяйке. Самой Тильдочке ни за что было бы не справиться без посторонней помощи с этим безумным количеством всевозможных ложек, вилочек и столовых ножей. Леда вместе с очередным блюдом подавала и столовые приборы и не просто подавала, а совала в руки балованной девчонке. Тильдочка пробовала различные деликатесы. Сначала подали наваристый суп. Тут несносная девчонка закапризничала:

— Не хочу супа!

— Тильдочка, золотко, только одну ложечку, — уговаривала большая киса маленькую девочку. Леда даже сама почерпнула из тарелки эту ложечку и засунула в негодующий рот маркизочки. Леда проделала это так виртуозно, словно не в первый раз. А супчик оказался пряным и очень даже вкусным. Неожиданно Тильдочка выхватила из лап Леды ложку и принялась уплетать суп за обе щёки. Тушёное мясо, овощи, рыба, — всё был особенным и необычайно вкусным под различными соусами. Поданное на десерт клубничное мороженое привело маркизочку в полный восторг. Девчонка, есть девчонка.

Тильдочка, хорошая девочка после обеда вышла в сад. И снова сияло солнышко. И снова по саду сновали гномы, но вели они себя много почтительнее по отношению к юной маркизочке. Они теперь при виде Тильдочки выползали из пряток и кланялись в пояс. В этом новом для маркизочки мире по времени было начало священного месяца Августа. Как и полагается в этот период гномы сновали по саду и собирали урожай. Юная Тильда сидела на лавочке у фонтана и с ленцой наблюдала за работой гномов. А гномы ловко лазили по по деревьям и собирали в корзинки фрукты. В этот день воздух в саду был пропитан духом спелых яблок. А ещё почему-то ветер приносил с порывами лёгкий привкус сливочного мороженого.

Тильдочка в этот день была необычайно тиха и задумчива. В какой-то момент девочка заметила. как к ней на лавочку подсела Леда. Большой кисе совершенно не нравилось состояние Тильдочки.

— Поделись со мной своей печалью, — Леда, как верная подружка хотела быть и в этом непростом случае полезной.

— Я живу сейчас чужой жизнью, и это неправильно, — по взрослому заговорила Тильдочка. Вот тебе и несносная девчонка!

— Почему неправильно?

— Потому, что ты скучаешь по Великой маркизе.

— Конечно, я скучаю по Великой маркизе, но и ты, Тильдочка, мне не чужая. — мягко ответила большая киса.

— Я даже не знаю Тильдочка ли я. Может я и не Тильдочка вовсе, — голос несносной девчонки стал совсем печальным.

— Откуда ты знаешь? Вдруг ты всё завтра вспомнишь.

— Что-то прошлое не хочет никак вспоминаться, — вздохнула жалобно Тильдочка.

— Ну это нормально. Великая волшебница получила такой мощный удар заклинанием, что любой другой на её месте умер бы безвозвратно.

— А она вернулась? — в голосе Тильдочки слышалось недоверие.

— А она, то есть ты, вернулась. Я уверена, пройдёт ещё чуть-чуть времени, и память тоже к тебе вернётся.

— Но я не чувствую себя Великой волшебницей, — в глазках Тильдочки заблестели слезинки, а голос вдруг осип.

— Тильдочка, ты как нераскрывшийся цветок. Придёт время, и в тебе проснётся магия.

— Леда, ты же сказала, что я — это другая неведомая сущность.

— Я могла и ошибаться. А эта неведомая сущность может быть кусочком Великой маркизы.

Так они просидели до самых сумерек, а потом отправились в недра замка. Тильдочка бродила в задумчивости по залам замка и нечаянно наткнулась на парадный вход в какую-то залу. По всему видимо это была большая обеденная зала. Там посреди всего пространства буквой «п» стояли и обеденные столы. Тут когда-то давали балы. Когда-то здесь командовала Великая маркиза Матильда с размахом. Замок раньше не пустовал, по нему не гуляли сквозняки. Во всём зале окон не наблюдалось, свет был тусклый от горящих свечек. Все стены зала были увешены портретами, надо думать, владельцев замка бывших и настоящих. Вычурные наряды, замысловатые причёски, кое-где напудренные парики, причудливые аксессуары. Родовитое семейство отличалось большой численностью населения. Картинная галерея заканчивалась выдающимся большим портретом дамы во весь рост. Дама была наряжена в шляпу с пером, в обтягивающие брючки и приметные сапоги с высокими голенищами. Эта дама ослепительной красоты сидела верхом на трёхголовом драконе. Надменный холодный взгляд дамы не оставлял никакого сомнения — это и была великая маркиза Матильда.

— Неужели это Витя? — вслух сказала Тильдочка и сама испугалась своего голоса. Здесь на картинке дракон кажется необычайно уродливым. Девчонке подумалось, что дракон вживую был более мирный и приятный, ну насколько ящер может быть привлекательным. Не смотря ни на какие обстоятельства, Тильдочка с трудом, но созналась себе самой, что дракон Витя ей приятен. Картина была так хорошо прорисована, что девочка почти видела, как ящер машет крыльями. Дама же сверху вниз взирала на Тильдочку с явным презрением и превосходством. Тильдочка поёжилась под этим взглядом. Ей стало страшно находиться в этом пустом зале, где возможно совсем недавно устраивались пышные сборища местной знати. Девчонка развернулась и побежала обратно к входным дверям. По залу гулко раздавались лёгкие шаги Тильдочки. На портрете чёрные как смоль локоны органично смотрелись с надменными холодными глазами. Взгляд Великой маркизы Матильды давил холодом, проникал внутрь и выжигал морозом душу. Тильдочку зазнобило. И почему она так разволновалась? Маркиза была так сильна? И что же будет, когда Матильда окончательно возродится? Что будет с ней, с Тильдочкой? Нет, девочка не желала превращаться в эту стальную леди. Она не желала командовать замком, не желала распоряжаться жизнями ни в чём неповинных крестьян. И вообще, пусть бы крестьяне жили своей жизнью, работали в полях, охотились в лесах. Ну чем там селяне привыкли заниматься? Не лезли бы они в суматошную жизнь Тильдочки. Девице и без них непросто. Её тело стремительно росло и формировалось. Так стремительно формировалось, что интеллект не поспевал. В душе она ещё была ребёнком.

Глава 3

Тело по волшебному росло быстро и без затей. Наверное, так и должно было быть, ведь Тильдочка — это будущая Великая маркиза Матильда, и никак иначе. Иначе, говорят, нельзя. Тильдочка мрачно прислушивалась к состоянию своих внутренних органов. Где-то чуть-чуть тянуло, где-то немножко даже ломило. Бывает что-то кольнёт в грудине словно тупой булавкой. Руки так откровенно по ночам стало выкручивать. Вечернее посещение малого зала ознаменовалось грандиозным ужином. Кстати, Тильдочка теперь и ела за троих. В этот вечер вообще проснулся звериный аппетит. Она сметала себе в рот всё подряд из тарелок. Леда только подсовывала очередное лакомство и улыбалась одними глазами. Поначалу девчонка испугалась своего состояния, но потом доверилась добрым глазам Леды и расслабилась. В эту ночь уже после полуночи большая киса ступая бесшумно по холодному каменному полу мягкими лапками, неслышно подошла к кровати и долго так стояла любуясь Тильдочкой. Потом она укрыла поплотнее Тильдочку одеялом, легко дотронулась своим кошачьим котиком до лба девочки и едва слышно одними губами прошептала:

— Уже скоро, госпожа!

Леда низко поклонилась спящей маркизочке. Та вдруг вскрикнула во сне. Леда легонько погладила Тильдочку по голове. Скоро, очень скоро в этом теле вырастет и созреет настоящая Великая ворожея. И всё будет по прежнему, всё будет как всегда. Большая киса вышла вон, а девчонка вдруг заплакала во сне. Ей привиделось что-то страшное. Во сне она снова варила неведомому внуку кашу. Она бродила по крохотной кухоньке, привычно хлопотала по хозяйству. Вот она зачем-то вышла в прихожую и невольно увидела своё отражение в зеркале большого платяного шкафа. На Тильдочку взирала старуха, одетая в простенький фланелевый халатик в цветочек. На тощих ногах лягались старенькие видавшие виды шлёпанцы. Совершенно седые волосы выбивались из-под ситцевого платочка в горошек. Но не это привело в ужас девочку. Та заплакала навзрыд, когда поняла, что выцветшие за долгие годы глаза принадлежат ей. Нет, это не она! Не может такого быть! Крик застрял в открытой глотке. Она по сути юная и прекрасная и вдруг в таком страшном дряхлом теле! Тильдочка проснулась. Девочка тяжело дышала. Щёки были мокрыми от слёз. Светильники романтично озаряли богато убранную комнату, но кошмар не желал отпускать девицу. Она рывком села в постели, попыталась успокоиться. Тильдочка не чувствовала себя близкой к этой старухе, но и к ведьме, что красовалась на портрете тоже не испытывала тёплых чувств. Чужая, везде-то она чужая. Так кто же она такая? Откуда взялась? Рядом с кроватью на резном столике как нарочно был поставлен кувшин с питьём с изящным стаканчиком. Девочка дрожащими руками плеснула в стакан немного напитка и поднесла к губам. Зубы стучали о край стакана. Отпила несколько глотков. Это нервы. Ну и кошмары, конечно. Девица встала с постели, прошлась по комнате по мохнатому узорчатому ковру. Подошла к зеркалу. Робко в него заглянула. Ого. как подросла! Тильдочка испуганно потрогала свои наметившиеся груди, плоский животик. Прозрачная ночная рубашка почти не скрывала слегка округлившуюся фигурку. Девушка порывистым стыдливым движением погладила груди, бёдра. Она словно осваивалась в новом теле, привыкала к нему.Эмоциональное напряжение спало, глаза вдруг затуманились. Тильдочка зевнула и снова улеглась. Укуталась в белейшее пушистое одеяло и сомкнула усталые веки.

А на утро ближе к обеду объявился вдруг Йорик. Барон Йорик фон Кришинский — великий ведьмак и магистр оккультных наук. Во всяком случае он так назвался. В целом Йорик, как Йорик. Наглый беспардонный ведьмак прискакал верхом на кобылке и без подобающей свиты. Явно, что Йорик прибыл на разведку. Ведьмак, как хозяин переступил порог чужого дома, прошёлся по первому этажу замка, придирчиво всё осмотрел. Видимых изменений в интерьере не заметил и удовлетворённо хмыкнул в усы. Да-да у него были усы и даже не усы, а усищи, которые сей господин имел привычку иногда подкручивать. С Ледой он разговаривать не стал. Много чести для обслуги! Белая киса бегала за господином чуть поодаль сзади, как и подобает вышколенной служанке. Йорика слышно было издалека. Его шпоры бряцали по каменному полу, а шаги гулкие и решительные раздавались по всему замку. На ту беду Тильдочка сидела в саду в беседке и пыталась прочесть очередную книгу. Не смотря на огромное желание девчонки овладеть знаниями, последние не стремились попасть Тильдочке в головушку. Наконец ей надоело разглядывать картинки и девчонка направилась в замок. Ещё с порога она услышала грохот и очень испугалась. На замок напали грабители? Она моментально спряталась за доспехи, что красовались при входе и осторожно выглянула из-за них. К Тильдочке спешила Леда.

— В малой зале вас ожидает барон фон Кришинский Йорик, ведьмак и магистр наук, — Леда представила Йорика очень официально и беседовала с Тильдочкой, как с великой маркизой.

— Кто ожидает?

— Ваш друг и близкий человек, — большая киса поклонилась девчонке в пояс. Шутки закончились, теперь всё по взрослому. Если уж Леда так себя ведёт, то этот человек много значит в жизни маркизы Матильды. Большая киса подвела Тильдочку к Йорику. Она низко поклонилась перед бароном. Начинающая маркизочка присела, как её учила большая белая киса. По этой же причине Тильдочка уважительно склонила голову и потупила скромно взор. Тильдочка испугалась гостя. Общение с таким важным господином не сулило ничего хорошего.

— Наше вам почтение, — громко поприветствовал маркизочку ведьмак, снимая с головы шляпу с внушительными полями и длинным пушистым пером, наверное страуса. Почтительно щёлкнули каблуки, последовал уместный в таких случаях поклон. А он ещё и выпендрёжник! На этом Йорик посчитал, что традиции соблюдены и немедленно перешёл к делу. Он уселся в кресло, вальяжно закинул ножку на ножку, изучающе посмотрел на притихшую юную маркизочку. Ну и собственно озвучил то, ради чего объявился.

— Я видел, как ты летала на драконе, дорогая! Это ведь ты летала?

— Я летала, — пискнула Тильдочка. Ей совсем не нравилось, как этот господин смотрел на неё, словно раздевал.

— Ясненько. И как теперь тебя называть?

— Тильдочка, — снова, замирая от ужаса, пискнула девочка.

— Как, как? Тильдочка! — зашёлся в хохоте мужчина. Отсмеявшись он продолжил:

— Ну ты, Матильда, и омолодилась! Дашь рецептик?

— Я не знаю, как это произошло, — под взглядом данного господина Тильдочка не могла врать. Она робко из-под опущенных ресниц смотрела на Йорика. Даже присесть на соседнее кресло не посмела.

— Ну не хочешь, не говори. Ты всегда была барышней скрытной, но такое! Как ты проделала эту штуку с воскрешением, с омоложением?

— Я не знаю. Это не я, — снова пискнула Тильдочка. Девчонка вся сжалась под пытливым взглядом ведьмака.

— Ну я же видел, как ты испепелилась дотла! Матильда, ты всегда была горячей штучкой, но в этот раз ты, моя прелесть, превзошла все ожидания, — Йорик довольный собой и своей жизнью лихо подкрутил усы.

— Я ещё не выросла до Матильды, — мягко возразила Тильдочка.

— Ты летаешь на Вите, значит ты Матильда. Других к себе Витя не допускает, — сказал, как отрезал Йорик и сдвинул хмуро брови. Старая маркиза барону больше была по душе, с ней было всё понятно и никаких интриг.

— Я только один раз летала, — растерянно почти шёпотом проговорила девчонка и замолчала надолго.

— Надеюсь, наши договорённости в силе? — пустой разговор начал надоедать господину.

— Какие договорённости? — удивилась Тильдочка.

— Маркиза Матильда Техбесская собиралась по предварительному соглашению выйти за меня замуж. — тоном обиженного ребёнка заявил Йорик.

— Замуж! Зачем? — Тильдочка предполагала, что ведьмы не выходят замуж. Её глаза от изумления широко распахнулись и неприлично уставились на барона.

— Как это зачем? Мы с тобой, дорогая Матильда, или если так хочешь, то Тильдочка, договорились ещё весной, что породнимся и объединим наши владения, — вкрадчиво пояснил Йорик.

— Но я тебя совсем не знаю!

— Ты хочешь сказать, что ты меня совсем не помнишь? — вскочил барон с кресла, как ужаленный.

— Нет, не помню, — снова пискнула испуганная Тильдочка.

— И наши жаркие ночи для тебя ничего не значат? — барн сделал шаг навстречу к Тильдочке, та невольно шагнула назад.

— Какие жаркие ночи? Я этого не знаю.

— Всё поправимо, дорогая, начнём любовь сначала. — ухмыльнулся в усищи Йорик.

— Не хочу никакой любви, — прошептала растерянно девчонка.

— Да ты не знаешь от чего отказываешься, — хохотнул барон и подмигнул одним глазом.

— И знать не хочу, — насупилась Тильдочка.

— Как так? Я что тебе не нравлюсь?

— Да ты чуть красивее гоблина! — с детской непосредственностью воскликнула юная маркизочка.

— Какие пустяки! Зато в постели я неотразим, — отбил атаку Йорик.

— Я ещё не выросла, — нашла новый аргумент девочка.

— А по мне так уже ничего, — Йорик похотливо облизал губы. «Фу, какая мерзость!» — подумала Тильдочка и передёрнула плечиками.

— Я не люблю тебя, — у Тильдочки иссяк запас аргументов. Она стояла столбом и растерянно хлопала глазами.

— Во как! Раньше ты мне такое не говорила! Ты, дорогая, наоборот утверждала, что я являюсь образчиком для подражания.

— Не может быть!

— Ну знаешь ли, дорогая моя маркизочка, на вкус и цвет товарищей нет, — раздражённо фыркнул Йорик. Он тоже начал сердиться. Весь этот глупый разговор барон посчитал крайне оскорбительным для себя. Надо признаться, что Йорик низенький толстенький с окладистой бородкой и длинными усами совсем не выглядел героем страстного любовного романа. Себя же ведьмак считал самим совершенством и никак иначе. Да и кто бы ему посмел перечить?

— Давай не будем жениться. Я не хочу, — Тильдочка смотрела на чужого дядьку исподлобья. А вдруг поможет?

— Не начинай, зайка! Мы обо всём давно договорились. Условий брака менять я не намерен, — Йорик посмотрел на Тильдочку укоризненно. Не прокатило.

— Правда-правда договорились? — в голосе девочки так и сквозило недоверие.

— Железно! Слово даю, — вдруг снова повеселел великий маг Йорик.

— Но я же ничего не помню да и теперь обитаю в детском теле, — находясь в отчаянном положении завозмущалась маркизочка.

— Ой, какая ерунда! да кому до этого есть дело? — Йорик был неумолим. Жениться и всё тут!

— Я могу отменить свадьбу? — отчаяние придало девчонке решимости.

— Не можешь. Подписано соглашение, — усы у барона потешно затопорщились, но Тильдочке было не до смеха.

— Но свадьбы же не было, — возразила Тильдочка. Решалась её судьба, и девчонка не могла отсидеться в сторонке.

— Свадьбы не было по причине твоей безвременной и как оказалось ненастоящей смерти. Свадьбу просто отложили на всякий случай. Вдруг ты воскреснешь? — барону уже поднадоело перепираться с этой глупой малолеткой.

— Так я умерла?

— Так ты ещё и сомневаешься в собственной смерти?

— Нет, не сомневаюсь. Умерла так умерла, — прошептала обречённо Тильдочка.

— Ага, умерла. Тебя убили, — скучным голосом оповестил Йорик. Ну и мерзкий господин!

— Меня убили? Кто меня убил? — Тильдочка беспомощно оглянулась на Леду. Большая киса весь разговор стояла скромно опустив голову. Служанка не смела не только участвовать в беседе с господами, она даже не смела поднять на них своих больших и очень мудрых глаз. Казалось, что если сейчас обрушится в зале потолок, служанка и бровью не поведёт. Воспитанная служанка, во всяком случае.

— Тебя убил твой прадед. А ты разве не знала?

— Как убил прадед?

— Сильное заклинание отрикошетило от зеркальной поверхности щита, что висел на стене. Ну, доспехи висели на стене. Щит принадлежал твоему доблестному прадеду. Так вот, заклинание отрикошетило от щита, попало в маркизу Матильду и испепелило её. То есть тебя не стало по существу.

— Ну ничего себе! — вырвалось из девочки.

— Таким образом сбылось древнее пророчество — прадед погубил свою правнучку блестящим видом.

— Но если я умерла, то как смогу выйти замуж?

— Ты же воскресла, моя дорогая! — последовал обескураживающий ответ.

— Но я не хочу замуж! — Тильдочка в бешенстве топнула ножкой. Все её страхи, как ветром сдуло.

— Это не имеет значения. Видишь ли, дорогая моя маркиза, я не могу отменить свадьбу только по той смешной причине, что ты умиропокоилась. Ха-ха! Пострадает моя репутация, а я ценю свою ничем не запятнанную репутацию, — Йорик как-то быстро перестал подшучивать.

— Пострадает твоя репутация? Только и всего? А я? Как же я? — в глазах Тильдочки заплескались слёзы.

— Началось! — Йорик закатил кверху глаза. — Ты сама бегала за мной на всех балах и развлечениях и мечтала стать моей третьей женой. Заметь, не я это придумал. Я с трудом уговорил этих двух дур не выносить мне мозг из-за тебя.

— Что-о? Третьей женой? — слёзы полились градом. Юная девушка выскочила из зала и понеслась опрометью в сад. Третья жена — это совсем не круто. Третья жена — это уже слишком.

Леда нашла девицу в дальней увитой плющом беседке. Та плакала горько безнадёжно роняя слёзы себе на грудь. Всё лицо было зарёвано. Слёзы лились и лились сплошным потоком.

— Ну-ну, зачем же так убиваться. Тебя же не на виселицу тащат, а только замуж, — Леда погладила Тильдочку по кудряшкам. Девчонка плакала и никак не могла успокоиться.

— Не хочу замуж, — с трудом выдавила из себя девочка.

— Вот подрастёшь ещё немного и сама попросишься.

— За этого пузатого дядьку? Да никогда! — воскликнула Тильдочка, и слёзы полились новым потоком.

— Ну не плачь, моя хорошая. Всё у тебя будет хорошо. Всё ещё образумится, — Леда приговаривала и ласково поглаживала девочку по головушке.

— Как отменить эту чёртову свадьбу? — глаза Тильдочки умоляли, просили пощады, наливались новой порцией отчаяния.

— Я не знаю, как отменить свадьбу, но я знаю, как облегчить твою участь, — голос Леды звучал умиротворяюще. Большая киса хотела для своей воспитанницы только добра. Девочка стала реже всхлипывать. Наконец, Тильдочка высморкалась в вовремя подставленный Ледой большой носовой платок и успокоилась. Потом Леда из кармана передничка вытащила пузырёк со снадобьем и сунула Тильдочке в руки:

— На вот выпей, полегчает.

Девица покорно глотнула лекарства. Её тут же всю передёрнуло. Фу, какая гадость! Вернула пузырёк хозяйке, и та поспешно убрала его в кармашек.

— Полегчало? — Леда смотрела на неё пристально.

— Угу, полегчало. Рассказывай. что можно сделать, — тон девочки резко сменился. Рядом с большой кисой сидела уже не убитая горем девчонка, а собранный для битвы воин. Ого, какие перемены!

— Тебе надо освоить Великую Книгу предсказаний и попытаться колдовать.

— Леда, ты умеешь читать?

— Да я обучена грамоте.

— У меня с этим проблемы. Ты научишь меня читать? — голос девчонки звучал напряжённо.

— Конечно, научу. Да ты и сама умеешь, просто забыла на время свои способности.

— Да я ничего так и не вспомнила.

— Жду тебя завтра после утренней трапезы в классной комнате. Когда-то там ты, маркиза, учила меня грамоте. Теперь всё наоборот.

— Да теперь всё наоборот. Ура! — завопила вдруг воодушевлённая Тильдочка. Ну ей простительно, она же ещё была ребёнком. Леда заулыбалась в усы. Только она так умела улыбаться. Ей нужна сильная хозяйка замка, сильная и образованная. Она в порыве обняла девочку, прижала к себе, словно защищая от невзгод и передряг. Когда же, когда маркиза повзрослеет и начнёт как прежде всем заправлять? Тильдочка освободилась от объятий Леды и как всегда принялась спрашивать:

— Ледочка миленькая, расскажи, откуда взялась Тильдочка?

— Откуда ты появилась? Появилась ты из зёрнышка. Зёрнышко то я в саду прикопала. На том месте и вырос цветочек с бутончиком. А цветочек поцеловала феечка. Как-то по утру раскрылся тот цветочек аленький, а там лежала ты, Тильдочка, только очень маленькая. Вот такусенькая махонькая. Ты была такая крохотулечка, что умещалась у меня на ладошке. Я тебя отнесла в свою комнатку. И спала ты, девонька, в позолоченной шкатулочке на подстилке из лепестков роз. А кормила тебя пыльцой цветочной феечка Зиночка.

— Феечка Зиночка?

— Феечка Зиночка умывала тебя росой утренней. А ты лежала довольная и агукала Зиночке.

— Где теперь феечка Зиночка? Она умерла?

— Почему умерла? Жива здорова Зиночка, только прячется от тебя, издали наблюдает.

— Что-то случилось?

— Я ей запретила к тебе приближаться, — большая киса прикрыла свои голубые глазки. Она не желала, чтобы Тильдочка заметила в них слезинки. Может, для Тильдочки лучше было превратиться в феечку?

— Но почему запретила?

— Я боялась, что под неусыпным присмотром Зиночки ты превратишься в феечку, — голос Леды стал печальным.

— А я увижу Зиночку?

— Конечно, увидишь. Она так любит тебя, что чуть не превратила в цветочную фею. Нам этого не надо было.

— А что нам надо было?

— Нам нужно чтобы Великая маркиза Матильда всё же вернулась, — Леда опустила в пол виноватые глаза.

— Ух ты, как интересно! А откуда взялось то волшебное зёрнышко?

— Какое зёрнышко? — служанка казалось задумалась о чём-то своём сокровенном.

— Ну то зёрнышко, из которого вырос цветочек аленький. Откуда взялось это волшебное зёрнышко? — Тильдочка не отрывала своих невинных глаз от мордочки большой кисы.

— Я нашла это странное зёрнышко. Оно было таким малюсеньким и таким необычным, что я решила посадить его в саду. Сердцем чуяла, что так надо было поступить.

— Так откуда взялось зёрнышко? — девчонка буквально расстреливала служанку своим немигающим взглядом.

— А я тебе не сказала?

— Не-а не сказала. Ни разу не сказала.

— Это необычное зёрнышко словно изумруд светилось изнутри зелёненьким. А нашла я это зёрнышко на пепелище.

— Зелёненькое словно изумруд, — вторила зачарованная Тильдочка и тут же задала неприятный вопрос:

— На каком таком пепелище?

— После того, как погибла маркиза Матильда, я собрала пепел оставшийся после её сожжения. Мой долг был устроить достойные похороны маркизы. Я осторожно с особой тщательностью собрала пепел, дабы упокоить Величайшую волшебницу всех времён и народов. И вдруг в пепле я обнаружила это изумрудное зёрнышко. Я его аккуратненько посадила на пригорке недалеко от фонтана.

— И поливала водичкой из фонтана? — встряла неугомонная Тильдочка.

— Не угадала. Я поливала этот пригорок драконьими слезами. Слёзы дракона обладают целительными свойствами. Витя специально плакал для тебя в ведро.

— Ой, бедненький Витя! Я так его люблю!

— Ты же боялась Витю, — снова улыбнулась в усы большая киса.

— Боялась раньше, тогда, а теперь ни капельки не боюсь!

— Так-таки и ни капельки не боишься?

— Ну чуточку боюсь пещеры, она тёмная и пахнет невкусно, — болтала Тильдочка совершенно забыв пр свои беды. Так они долго просидели в беседке.

— Леда, можно тебя спросить о личном? — киса белая напряглась, но ответила вполне лояльно.

— Можно.

— Леда, ты колдунья? — детские глаза уже не веселились.

— Нет, конечно, нет! Никакая я не колдунья.

— Ты столько всего знаешь и умеешь.

— Колдунья ты, Тильдочка, а я всего лишь травница.

— Тогда почему ты сразу решила, что я не маркиза?

— А, это! Это всё гномы. Они разбушевались и вконец обнаглели. Не знала, как их и утихомирить. При маркизе Матильде садовые разбойники вели себя куда тише и во всём слушались меня. После кончины маркизы они почуяли свободу и принялись безобразничать. Они даже потребовали увеличить плату своего труда.

— Гномы что-то получают за свою работу?

— Испокон веков садовые гномы получают долю фруктов и овощей.

— Вы им платите за работу? — очень удивилась Тильдочка. Мы же в магическом мире!

— Конечно, платим. Они же не рабы и не зверушки какие-либо. Только монет им давать нельзя, они от их прикосновения дуреют и перестают работать.

— А ты?

— Что я? — не поняла или сделала вид, что не поняла Леда.

— Ты получаешь жалованье?

— Сейчас не получаю., а раньше как и все получала.

— И что случилось? Почему теперь не получаешь?

— А ты не догадываешься? — кошачьи глазки превратились в щёлочки.

— Не-а. Ты же продолжаешь работать на маркизу.

— Да я продолжаю работать на маркизу. На сегодняшний день маркиза — это стало быть ты, дорогая. Так вот, почему ты мне не платишь жалованья?

— Я не плачу?

— Ага, почему ты мне не платишь жалованья?

— Я не умею платить. Научишь, я тебе и заплачу, — и тут они обе рассмеялись. Тильдочка смеялась звонким детским смехом вторя большой кисе.

Этой ночью Тильдочке снова приснился странный и даже немного страшный сон. В этом глупом сне её кто-то крепко обнимал и страстно чмокал в щёку, а потом и вовсе пребольно ущипнул за грудь. Какой ужас! Кто поселился в теле Великой ворожеи маркизы Матильды? Девочка проснулась и долго смотрела на пламя свечи. Кто она такая? Кто сейчас командует тщедушным тельцем Тильдочки? Взрослеет Тильдочка. Взрослея она начинает задумываться о происхождении собственной сущности. Кто она?

Глава 4

Утро было туманным. А потом и вовсе за окном пошёл дождь. От шума дождя девчонка и проснулась. Тильдочка ещё не знала, что такое дождь и очень ему обрадовалась. Она вскочила с постели и ринулась к окошку, открыла его, вдохнула свежий пахнущий травой и пылью воздух. Немного послушала шум дождя. Понравилось. Тогда глупая девчонка в чём была босая пошлёпала вниз по лестнице. Она промчалась по лестнице подобно урагану. А уж распахнуть входную дверь и вовсе не составило большого труда. И вот девчонка уже заплясала по мокрой мощёной дорожке высоко вздымая к небу руки. Она словно молилась. Тильдочка запрокинула голову и слизывала языком дождинки. Вскоре во двор выбежала и большая киса.

— Ой, Леда, это же большой фонтан! — бегала по саду Тильдочка. Леда бегала по саду следом за девчонкой и пыталась её поймать и затащить в помещение. Обе основательно промокли. Со стороны казалось, что двое играют в догонялки.

— Стой, Тильдочка, стой! — кричала Леда и не оставляла попыток схватить подопечную за руку.

— Леда, давай поиграем! Этот большой фонтан такой интересный! А почему его вчера не было?

— Это дождик, и он приходит сам по себе, когда захочет, — большая киса устала бегать за юркой Тильдочкой и остановилась, чтобы немного отдышаться.

— Так позови его, этот дождик. Пусть он к нам почаще приходит, — смеялась Тильдочка подставляя каплям лицо.

— Нельзя, Тильдочка, нельзя бегать по дождику.

— Откуда берётся этот дождик? Я его ещё хочу!

И тут дождик вдруг закончился. Тильдочка остановилась в попытке поймать открытым ротиком последние капельки.

— Какие сладкие капельки, — почти простонала в экстазе юная маркизочка.

— Это дождь, — машинально поправила Тильдочку большая киса и крепко взяв за руку потащила переодеваться в фиолетовую спаленку.

— Какие сладкие дождинки, — поправила сама себя вслед за прислугой маркизочка. Она милостиво разрешила снять со своего дражайшего тела мокрую пижамку. А вот с платьем получилась заминка. Девочка начала брыкаться и выворачиваться, а ещё она кричала гневно:

— Не хочу замуж! Не хочу замуж!

— Никто тебя сегодня замуж не выдаёт, — Леда устала успокаивать капризницу. Она безвольно опустила свои прекрасные плюшевые лапки. Ещё только утро, а несносная девчонка уже основательно попортила большой кисе настроение. Почему-то к маркизе не торопится возвращаться память. Что-то тормозит вполне естественный процесс. Где-то на полпути застряла та самая память Великой маркизы Матильды. В любом случае, Тильдочка должна вспомнить всё и стать самой маркизой. Другого пути нет, всё давно предрешено. Маркиза Матильда переродилась материально, обновилась телесно, пришло время обновиться и духовно.

— Дорогая, Тильдочка, давай я застегну твоё платье. И мы потом отправимся вниз завтракать.

— Я не хочу замуж, — ныла на одной ноте несносная девчонка.

— И не надо. Сегодня тебя точно никто замуж не выдаст.

— Ура! Пойдём пить какао!

— Пойдём, пойдём. Дай только я причешу тебя, негоже маркизе лохматой бегать, — ворчала больше для проформы большая киса. Когда с косичками было покончено, Тильдочка перестала походить на отвязного бесёнка. Вниз отправилась завтракать вполне приличная юная девица с бантиками и в нарядном с оборочками платьице. Ну и подросла она, конечно за последние денёчки. Это же не человеческое дитя, это дитя магического вмешательства и растёт своевольно не по дням, а по часам. Леда улыбнулась своим мыслям скупо в свои длинные кошачьи усы.

За завтраком Тильдочка вполне пристойно себя вела. Только в самом конце трапезы, насытившись девчонка противно хихикнула и запустила в Леду кексиком. Леде всё это безобразие очень быстро надоело. Она взяла девочку за руку и повела по замку в отдалённую ей часть.

— Леда, куда ты меня тащишь? — заныла юная негодница.

— Сейчас всё увидишь сама, — буркнула уставшая от выкрутасов подопечной белая киса. Между тем, Леда подвела юную маркизочку к большой кованой двери. Положила лапку к месту, где на дверях должен был располагаться замок. Дверь медленно и со скрежетом распахнулась сама. Неожиданно за дверью оказалась вместительная и очень ухоженная комната. От дверей вдоль стен принялись бойко зажигаться свечи, что были вставлены в металлические светильники. Тильдочка в восторге наблюдала этот процесс. Она от избытка чувств даже захлопала в ладоши и запела на все лады:

— Топы-топы, хлопы-хлопы, я иду плясать!

— Это любимая комната маркизы Матильды. Это всего лишь гардеробная, — мягко наставляла разбушевавшуюся ведьмочку Леда. Не сказать чтобы в помещении было тепло и уютно, но комната отличалась необычайной чистотой почти стерильностью. Тильдочка вбежала в комнату и замерла от восторга. Комната совсем не походила на жилую. Гардеробная и не должна походить на жилое помещение, это было скорее что-то подсобное. Вся комната была заполнена одеждой, обувью и шляпками, причём всё это было тщательнейшим образом рассортировано и разложено по местам и полочкам. Большая часть комнаты была уставлена вешалками и манекенами. Вдоль стен стояли стеллажи. Как есть гардеробная.

— Маркиза Матильда умела и любила красиво одеваться. Вот ещё немножечко подрастёшь и всё это будешь носить, — Леда лапкой показала на открывшееся великолепие.

— Леда, ты хочешь сказать, что я не маркиза Матильда? — девица гневно надломила бровку и была, как никогда раньше необычайно схожа с одним из портретов молоденькой маркизы.

— Что ты, деточка, ты как есть маркиза Матильда, — поспешила заверить несносную девчонку служанка.

— Тогда не перечь мне, служанка Леда, а принеси сюда килограмм мороженого фисташкового! Живо! — лицо девицы медленно наливалось ненавистью. Леда отшатнулась к стене и прошептала:

— В этой комнате нельзя кушать. Это приказ маркизы Матильды.

— Успокойся, киса! Я пошутила, — залилась хохотом мерзавка. Леда сжала кулачки и прикрыла свои голубые глазки. Она еле сдержала себя, чтобы не высказать что-нибудь лишнее. Она всего лишь прислуга и всегда ею была. Тильдочка ничего этого не заметила, она продолжала веселиться и бегать вдоль стеллажей. Её глаза только и замечали это огромное количество хорошо сделанных и явно на заказ красивых туфелек и сапожков. А шляпки! Какие здесь были выставлены великолепные шляпки! Тильдочка привстала на цыпочки и стянула с полочки красивую шляпу с большими полями. Шляпа была украшена алыми маками. Божечки, маки были совсем, как живые.

— Леда, — они живые! — завопила Тильдочка, понюхав цветочки.

— Маркиза обожала живые цветы, — сухо прокомментировала происшествие большая киса. Она была жутко обижена на Тильдочку. Белая киса разумом понимала, что нельзя обижаться на госпожу, но ничего не могла с собой поделать. Глупая обида глодала её изнутри и рвалась отомстить. Через полчаса Леда успокоилась и думать забыла о мести.

Тильдочка водрузила себе на голову шляпное творение опытных модисток и запрыгала козликом между многочисленными вешалками и манекенами. Манекены её особенно забавляли. Они все, как один были безликие, но с тонкими талиями и высокими грудями. Несносная девчонка как на базаре прошлась по рядам вешалок, потрогала подолы нескольких нарядов, заценила. Тильдочка понимающе поцокала языком — дорого, богато. Леда держалась поближе к входной двери, словно собиралась спасаться бегством, опасаясь, что манекены вдруг сорвуться с места и наваляют им по первое число.

— Ой, а это что, свадебное платье? — засуетилась вокруг почти королевского наряда несносная девчонка. Она скакала вокруг огромной прозрачной коробки, куда было помещено даже не платье, а умопомрачительный шедевр из щёлка, бриллиантов и перьев. Это совсем не походило на платье, это больше походило на полное боевое снаряжение девицы на выданье.

— Маркиза Матильда готовилась к бракосочетанию, — коротко напомнила большая киса.

— Ой, я тоже замуж хочу! — тут же завопила Тильдочка и запнулась под укоризненным взглядом большой кисы.

— Но за этого противного старикашку я не хочу замуж!

Тильдочка в сердцах топнула ножкой. С чего начали, к тому и вернулись.

— Этот старикашка младше тебя на двести лет, — улыбнулась в усы большая киса.

— Правда, младше? — Тильдочка озадаченно на неё посмотрела.

— Правда, младше.

— А сколько мне лет?

— Тебе, дорогая маркизочка, недавно исполнилось 543 года. Дата, конечно, не круглая, но внушительная, — усмехнулась в усы служанка.

— Это много? — с каждым ответом Леды, Тильдочка всё больше мрачнела.

— Это очень много.

— Я должна буду выйти замуж за этого мерзкого Йорика?

— Ну не такой уж он и мерзкий, раз маркиза Матильда очень хотела с ним породниться. Придёт время, и ты всё это вспомнишь.

— Я вспомню, почему мне нравился этот пузан?

— Чем-то этот джентльмен покорил маркизу Матильду.

— Я что такая дура была? — голос зазвенел от слёз.

— Великая маркиза никогда не была дурочкой. Она видела в каждом существе даже самом невзрачном скрытое обаяние.

— Какое ещё скрытое обаяние? Фу! Этот гадкий Йорик ещё и обаятельным может быть? — заверещала Тильдочка сжав ручонки в маленькие кулачки.

— Я не знаю. Я с ведьмаком тесно не общалась. По мне так вполне вежливый господин.

— Вежливый господин? Ах, этот вежливый господин! — взревела Тильдочка страшным голосом. Леду всю передёрнуло от неожиданной агрессии подопечной.

— Этот вежливый господин так и прожигал меня своими наглыми глазищами! — вопила Тильдочка писклявым голоском.

— Это ведьмак так сканировал твоё тело. Так сказать, исследовал потенциал, — снова попыталась успокоить воспитанницу Леда.

— Зачем я ему? — искренне недоумевала девчонка.

— Как это зачем? Вы же много времени вместе проводили. И пардон, иногда даже ночевали в одной комнате и в одной постельке, — хихикнула не сдержавшись большая киса.

— И ничего тут смешного нет, — совсем по взрослому нахмурила бровки Тильдочка и по совместительству умная девочка.

— Прости, я не хотела тебя обидеть. Ты так забавно ругаешь Йорика, а ещё совсем недавно души в нём не чаяла. На балах ты почти все танцы с ним танцевала.

— Это была не я! — взвизгнула истошно Тильдочка.

— Хорошо, не ты. Тильдочка, дорогая, давай подождём немного.

— Чего ждать?

— К тебе память вернётся, рано или поздно. Если ты захочешь, то память вернётся куда быстрее, — добрые голубые глаза Леды смотрели на Тильдочку, как на родную кровиночку. Леда всегда тепло относилась к маркизе. Не просто тепло, а Леда была предана матёрой волшебнице до кончиков своих кошачьих коготков. Когда-то Леду ещё несмышлёнышем котёнком выкрала из дома банда наёмников и продала в рабство. Маркиза Матильда выкупила несчастную кису, и с тех пор хозяйка не расставалась с ней. Маркиза Матильда подозревала, что Леда не простая кошка и активно искала её родственников. Дела продвигались туго. Леда оказалась из очень далёкой страны, с которой почти не имелось связи. Дело осложняла ещё и не прекращающаяся в стране кошек гражданская война. Великая маркиза Матильда как-то обмолвилась, что Леда похожа на пропавшую принцессу из Королевства разумных кошек Лумбардии Бамбадур. В переводе эта страна называлась не иначе, как «Королевство пушистых хвостиков». Леда и здесь не была простой служанкой. Она скорее являлась компаньонкой маркизы, её доверенным лицом, то есть мордочкой. Маркиза вырастила Леду, как собственную дочь. Леда отвечала любовью за заботу о себе.

Теперь по воле рока, они поменялись местами, теперь большая киса пестует юную маркизочку. Этот день прошёл ровно и без приключений. На ночь Леда по традиции укладывала Тильдочку в постель. Она поцеловала маркизочку в лобик ещё ничем не обременённый, заботливо подоткнула пушистое одеяло.

— Леда, почитай мне сказку, — попросила наглая девчонка.

— Хорошо, почитаю. Какую тебе сказку почитать?

— Ту что ты чаще всего мне читаешь, — Тильдочка приготовилась слушать, даже глазки прикрыла.

— Ну тогда я почитаю тебе про феечку.

И Леда взяла с журнального столика толстую книгу сказок и прочитала вслух удивительную сказку про царство цветочных феечек. Всё было в этой сказке: и добро, и зло, и добро как всегда победило злыдней, и была там любовь, ну и конечно сами феечки весёленькие и очень обаятельные. Когда сказка благополучно закончилась, большая белая киса прошептала:

— А теперь, Тильдочка, баю-бай!

Тильдочка не услышала шагов уходящей Леды. Она только заметила сквозь дрёму, что кажется дверь в комнату чуть-чуть скрипнула. А может юной маркизочке это просто показалось или даже приснилось. Больше Тильдочка уже ничего не слышала, она крепко спала. На прикроватном столике осталась тускло гореть свеча в богатом бронзовом подсвечнике.

А утром едва проснувшись Тильдочка принялась донимать вопросами большую кису.

— Леда, ты что-то не договариваешь.

— Тильдочка, как ты подросла за последнее время! Дорогая, ты взрослеешь и скоро станешь полноправной хозяйкой замка и прилегающих земель.

— Леда, ты меня смущаешь, — произнесла несносная девчонка. Она довольно улыбалась.

— Садовые гномы снова тебя боятся. Ты заметила это? И не только гномы тебя опасаются, не только гномы.

— А кто ещё должен меня бояться?

— Селяне, конечно, — глаза Леды погрустнели.

— Чего ещё я не знаю? Рассказывай мне всё без утайки. Я же достаточно повзрослела, ты сама говоришь.

— Что ты, Тильдочка, дитя моё, я с тобой совершенно честна, — ответила Леда и в глубокой задумчивости смежила свои кошачьи глазки. Люди так не умеют, ну во всяком случае, не так эффектно.

— Ну тогда расскажи, как погибла маркиза Матильда.

— Я же рассказывала, что её испепелило мощное заклятие.Это был несчастный случай.

— Эту историю я уже слышала. Но вот кто выпустил страшное заклятие, ты мне так и не сказала.

— Поверь моему слову, Тильдочка, тебе лучше не знать этого, — таким загадочным ответом Леда только подстегнула любопытство девчонки.

— Так вот, большая киса, ты обязана мне всё рассказать. Я должна знать всё о маркизе Матильде. Тем более, ты сама утверждаешь, что я та самая маркиза Матильда.

— Да ты маркиза Матильда.

— Так кто же хотел убить меня и едва это не совершил?

— Поверь, никто не желал твоей смерти.

— Но маркиза Матильда погибла! И я — это новая возродившаяся сущность.

— Совершенно верно, маркиза Матильда погибла. Я по-прежнему утверждаю, что никто не желал её гибели. Никто и не убивал маркизу, — Леда твёрдо не мигая смотрела Тильдочке в глаза. У Леды это были большие светло-голубые глазки, а у Тильдочки карие и яркие как спелые вишенки.

— Но маркиза погибла! Я погибла! — завопила глупая девчонка.

— В тот вечер маркиза и Йорик проводили время в уединении в большой господской опочивальне. Потом они поругались и в пылу страсти выскочили в коридор. Маркиза бегала в корсете и панталонах, а Йорик красовался подштанниками ручной работы.

— И что подштанники задушили Великую маркизу? — съехидничала мерзкая Тильдочка.

— Не безобразничай, деточка! Заклинание хлестнуло Матильду со всей дури, а вовсе не какие-то там подштанники. В коридоре на ту беду стояли доспехи прадеда маркизы Матильды. Вот от этих доспехов и отрикошетило заклинание и попало прямо в маркизу и свалило её наповал.

— Это я поняла. Кто же выпустил это страшное заклинание?

— Да сама маркиза и выпустила это страшное заклинание испепеления всего сущего. Йорик шустрый малый и сумел увернуться и отскочил в сторону. Твоё заклинание угодило в доспехи, отрикошетило и угодило в тебя же, то есть в маркизу Матильду. Ну и как полагается, испепелило её, то есть тебя.

— Маркиза сама себя убила! — Тильдочка мгновенно насупилась, сморщила носик, словно вот-вот зарыдает. Тут и всё её личико сморщилось. Она шмыгнула носом. Леда на автомате подала маркизочке носовой платок. Та высморкалась.

— Вот видишь, тебе это не понравилось, — Леда смешно пошевелила усиками.

— И какие дела у маркизы Матильды были с этим мерзким Йориком?

— Как какие? Сердечные.

— Ты шутишь? Какие у них могут быть общие интересы?

— Например, они были любовниками, — по кошачьей мимике было трудно определить, что по этому поводу думает большая киса.

— Я не хочу за него замуж, — Тильдочка постаралась придать своему голосу твёрдости.

— Ты не хочешь за барона замуж, но настоящая маркиза Матильда желала воссоединения с Йориком. Ну ты можешь и не ходить за него замуж.

— Как не ходить?

— Найди подходящее заклинание, зря что ли я тебя грамоте учу? Вот и уничтож соглашение о браке.

— Разве это возможно?

— Всё в жизни возможно, надо только приложить усилия, — закончила этот разговор Леда, совсем как великий философ.

— Ты сама в это веришь?

— Тильдочка, дорогая, сбылось же пророчество.

— Какое ещё пророчество?

— Древнее пророчество гласило, что великий прадед и ведьмак погубит свою не менее великую правнучку своим блестящим видом.

— Глупое такое пророчество, — фыркнула Тильдочка.

— Глупое, неглупое., но ведь сбылось.

— Ну-да, сбылось, — Тильдочка озадаченно почесала затылок. Но этот широко известный жест не дал ничего позитивного. Умные мысли не торопились посетить упрямую головушку.

— Тильдочка, солнышко, Витя застоялся в стойле. Выгуляй его, пожалуйста, — взмолилась Леда.

— Да, конечно, выгуляю. Мне и самой не помешает развеяться.

Большая киса повела Тильдочку в подвал по крутой лестнице. В этот раз подземелье не казалось таким уж мрачным. Тильдочка шла уверенно за Ледой и вдруг становилась, когда до входа в драконью пещеру осталось всего пару поворотов. Почему-то юной ведьмочке нестерпимо захотелось повернуть в другую противоположную сторону. Леда тоже замешкалась, видя состояние подопечной.

— Оно тебя зовёт? Ты его чуешь? — тихо спросила большая киса.

— Не знаю что, но я хочу туда пойти.

— Сегодня надо выгулять Витю.

— Ах, да! Витя! — Тильдочка стала крайне рассеянной.

— Дорогая, поторопись, пожалуйста, — потянула Леда за руку девчонку.

— А что там за поворотом?

— Там специальные для ведовства комнаты. Маркиза Матильда туда никого не пускала.

— И даже тебя?

— И даже меня, — задавать вопросы не имело смысла. Между тем, они подошли к стойлу Вити. Гоблины вывели дракона поближе к выходу из пещеры. Тильдочка от радости всплеснула ручками. Она смело подошла и погладила одну из голов дракона по носу. Голова Вити в блаженстве зажмурила змеиные глаза и пыхнула лёгким дымком костра. Две другие головы обиженно заморгали и потянулись к девице.

— Витя, я тебя люблю. Я по тебе соскучилась. Ах, Витя, — кожа дракона оказалась чешуйчатой и необычайно грубой. Потом она погладила другую голову со словами:

— Витенька, солнышко! — вторая голова тоже довольная пыхнула дымком.

— Витюшка, — досталось новое прозвище третьей и тоже уже довольной голове. Как она это сделала? Как девчонка сообразила, что надо было делать? Леда стояла в сторонке с меховой накидкой наготове и искоса наблюдала за Тильдочкой. Большая киса только делала вид, что заскучала. На самом деле она ловила каждый жест, каждое невинное движение девчонки. Все три головы выстроились в ряд и млели от присутствия любимой хозяйки. Тильдочке почему-то всегда казалось, что драконы наощупь холодные и скользкие, а всё оказалось с точностью до наоборот. Чешуйки были большие, величиной с ладонь и грубые, но дышали живым теплом. Ах, какая милота! Леда наблюдая за этой сценой, украдкой смахнула из глаза набежавшую слезинку. А может, это и соринка в глаз попала. Леда и не человек вовсе, хотя юная маркизочка постоянно об этом и забывала. Как забывала она и о том, что скоро, очень скоро она повзрослеет и превратится в настоящую маркизу Матильду. А может, просто не желала становиться этой злобной фурией? Тильдочка со свойственной всей юности беззаботностью отмахнулась от всех проблем, взгромоздилась в не совсем удобное сиденье, заменяющее седло. Леда подскочила и укутала девчонку в большой меховой плащ.

— Ещё простудишься, — заботливо хлопотала большая киса.

— Не, я закалённая, — улыбнулась Тильдочка.

— Ну, с богом! — прошептала Леда и поспешно отошла в сторону. Витя начал перебирать огромными когтистыми лапами, готовясь к полёту. Короткий мощный разбег, и вот они уже кружат над землёй. Тильдочка с удивлением совсем рядом с собой увидела шпиль самой высокой башни замка. По шпилю скользили солнечные лучики. А дракон поднимался всё выше и выше. Под ногами разбегались в разные стороны малюсенькие домики с неизменными хозпостройками и огородами. Между деревеньками простирались неправильной формы поля. Змеились дороги от села к селу. Дальше пошёл лес.

Вдруг всё вокруг затянуло липким туманом. «Б-р-р! Как промозгло!» — подумалось Тильдочке. Откуда здесь туман? Девчонка запоздало сообразила, что они влетели в облако. И вот снова засияло солнышко. А впереди, сзади и вообще везде до самого горизонта словно сугробы стелилось под ногами что-то белое и очень пушистое по виду. Ага, Витя поднялся выше облаков. Дракон словно сказочная птица планировал и даже крыльями сейчас не махал.

Глава 5

Тильдочка наслаждалась полётом. Её не мучил холод. Только в лицо задувал пронизывающий ветер, но его девица не страшилась. Появилось ощущение привычности противостоянию разбушевавшейся стихии. По всему видимо, что это она сама Великая маркиза Матильда. Сердце в отчаянии заколотилось в груди, норовя из неё вообще выскочить. Тильдочка не хочет превратиться в в эту злобную ведьму. Пусть маркиза и была красива, но какой-то нехорошей красотой ядовитого цветка.

Куда нёс грозный дракон свою хозяйку? Тильдочка понятия не имела. Да не всё ли равно? Под ногами плыло что-то большое и зелёненькое. Вдруг внизу блеснули тёмные воды. Озеро! Озеро было небольшое и почти правильной круглой формы. Тильдочка хорошо это видела. Особенно всё видно стало, когда дракон лёг на крыло и пошёл на снижение. Посредине озера явно виднелся зелёный островок утыканный высокими соснами. Витя осторожно как на шасси приземлился, сделал несколько шагов по инерции и встал, как вкопанный. Тильдочка кряхтя, как вековая бабка освободилась от ремней безопасности. Она заторопилась и чуть не вывалилась из седла. Витя деликатно подставил маркизочке лапку, и девчонка осторожно сползла со спины дракона. Дракон затоптался нетерпеливо на месте. Он явно просился на водопой и отдохнуть после перелёта. Как это поняла Тильдочка? Она юная, но всё же ведьмочка. Витя затопал к воде и громко фыркая принялся жадно пить тёплую озёрную водичку. Девчонка в нетерпении скинула меховой плащ и непринуждённо повесила его на ближайший куст. Светило солнышко. Было тепло необычайно. Девчонка отошла подальше от дракона. Потрогала ладошкой воду в озере. Действительно, тёплая! Сняла ботинки, вошла босыми ступнями в воду. Хорошо! Вдруг ей захотелось искупаться. Она быстренько стянула с себя платье, осталась в тончайшей нижней рубашке. Платье птицей полетело на траву. Тильдочка осторожно переставляя ножки, пошла вглубь озера, ступая по мелким камушкам и прислушиваясь к шелесту камышей. Птицы вспугнутые драконом ещё не пели, где-то прятались. Над водой в солнечных лучах летала в сумбурной пляске стая стрекоз. Мелкие голубенькие стрекозки так и сновали между узких листьев осоки. Большая и очень красивая стрекоза уселась юной маркизочке на плечо как брошь. Прозрачные крылышки стрекозы походили на алмазные срезы или каменную слюду. Тильдочка засмеялась довольным смехом. Она чувствовала себя русалкой, нет не русалкой, а всемогущей волшебницей. Всё ей было подвластно в этот миг. Тильдочка осторожно направилась вглубь озера подальше от мелководья. Вода прогретая солнцем постепенно обхватывала тело девушки. Под ногами среди мягкого песка попадались и камушки, но это не портило настроения девицы. Наконец она окунулась и поплыла. Тильдочка желала бы купаться нагой, но природная скромность одержала верх над инстинктом. Юная маркизочка по чисто крестьянской традиции купалась в нижней рубашке. Такой она себе больше нравилась. Такая она больше походила на человека. Босая в рубашонке до пят, лёгкой и струящейся мягкими складочками с волной каштановых волос она очень походила на невинную юную селяночку. Так и было задумано. Так и хотелось ей. Последние денёчки свободы. Тильдочка заплыла подальше и перевернулась на спину. На неё словно опрокинулось огромное синее небо. Над головой кучерявые облака принимали причудливые формы. Во, зайчик плывёт! А там вдали виднеется замок прекрасной королевишны.

Леда предупреждала, что обычно ворожеи плавать не умеют. А у Тильдочки кажется неплохо получалось. Ну это и понятно, она же не была обычной ведьмой. Её же воспитывала феечка Зиночка и большая белая киса Леда. Сколько ей ещё таких беззаботных деньков осталось? Скоро Йорик назначит день свадьбы. Как её отменить? Скоро, очень скоро приедет Йорик сватать Тильду. Потом ожидается официальная церемония обручения. Потом будет бал и долгая подготовка к самому торжеству бракосочетания. О-о-о! Эта неизбежная и оттого ещё более ненавистная свадьба! Вся округа только и ждёт, что официального оглашения обручения. К собственному ужасу Тильдочка подросла и чувствовала себя вполне созревшим и оформившимся человеком. Гномы в саду шептались, что Йорику не терпелось обновить брачное ложе. Тильдочка поплыла к берегу, отгоняя мрачные мысли о бракосочетании. Вышла из воды грациозно, как лесная нимфа. По пути маркизочка нарвала кувшинок и тут же сплела длинные стебли в венок. Венок получился красивый и не подумаешь, что это её первый венок. Тильдочка прошла по мелководью вдоль самого берега в венке и рубашке обсыхая под тёплыми дуновениями ветерка. Интересно, маркиза Матильда тоже здесь купалась? Она тоже здесь грелась на солнышке и смотрела на стрекоз? Дракона Витю девчонка нашла на том же месте, где они приземлились. Очевидно, что Витя тоже любил погреться на солнышке.

Позже Тильдочка почувствовала, когда надо было, взгромоздилась на сиденье, укрылась меховым плащом, исхитрилась и почти правильно пристегнулась ремнями безопасности. И йо-хо-хо! Они полетели обратно. А там обед, занятия грамотой с Ледой, всё по расписанию. После ужина, когда стало уже совсем поздно и за окном стемнело, Леда укладывала в постель тихую Тильдочку. Девчонка отчаянн зевала:

— Леда, можно я завтра на Вите полетаю?

— Конечно, можно. Так понравилось?

— Очень, — сонно пробормотала юная маркизочка и тут же буквально вырубилась. Большая киса чмокнула Тильдочку прямо в лобик и привычно подоткнуло одеяло.

— Спокойной ночи, Тильдочка.

Утро не предвещало ничего новенького. Завтрак прошёл и вовсе томно и однообразно, как заученный урок. Тильдочка наскоро перекусила и отправилась прямиком к дракону. Ей снова хотелось попасть на остров, не терпелось там побыть одной. Ну как одной, с драконом Витей на пару. Ей хотелось просто купаться и просто сидеть на берегу и ни о чём не думать. Леда не успела оглянуться, как Тильдочка уже стучала каблучками по лестнице ведущей в подземелье. Тильда и по подземелью шла уверенно. Она шла по бесконечным коридорам подземелья и чувствовала себя как рыба в воде. Интуиция работала, как никогда чётко. Она знала, куда надо сворачивать и где. Девица торопилась к дракону, которого ещё недавно отчаянно боялась. Наоборот, сегодня на сердце теплело при упоминании дракона Вити. Как так? Какой-то вид памяти всё же сработал. Вот и сегодня, Тильдочка пробежала бы мимо той малой освещённой скудно ниши, но что-то буквально заставило её притормозить, а потом и остановиться. Что это было? Какой-то шорох? Что странного было в этом тёмном месте? Ага! Тильда пригляделась и заметила, что здесь спрятана какая-то дверь. Любопытство взяло верх, и девица попыталась открыть эту дверцу. В конце концов, это же её замок! Это её родной дом и кому, как не ей, не Тильдочке знать все его закоулки? Дверь оказалась заперта, что и не удивительно. Тильдочка начала потихоньку злиться. Какие могут быть секреты от хозяйки замка? И тут поняла, что замочная скважина ей что-то напоминала. Ага, ещё вчера перед ужином Леда передала юной маркизочке родовой перстень со странными знаками. Так вот, эти вырезанные в металле знаки удивительно совпадали с узором на замочной скважине. Тильдочка не долго думая, приложила печатку к месту замочной скважины двери, и та с натужным скрежетом распахнулась. Ого, да здесь тайник! Тильда с любопытством перешагнула через порог в комнату.Там оказалось небольшое, но очень уютное помещение. В углу сами собой запылали поленья в камине. На камине засияли приглушённым светом свечи в витиеватых начищенных до блеска канделябрах.

Перед камином из мрака показался низенький журнальный столик на изящной ножке и два глубоких и видимо удобных кресла. Чуть поодаль стоял секретер с письменными принадлежностями.

— Вот это да! Здесь наверное Великая маркиза Матильда письма сочиняла, — вслух произнесла девица.

— Маркиза Матильда здесь сочиняла письма и не только письма, — ответил ей приятный мужской голос.

— Ой, кто здесь? — взвизгнула от неожиданности Тильдочка.

— Это я твой верный Нянюнь, — сказал голос. Прямо перед Тильдочкой вдруг материализовалось нечто похожее на мыльный пузырь, на очень большой размером со среднюю человеческую голову, переливающийся всеми цветами мыльный пузырь. Вот только этот пузырь имел глазки, носик и весело улыбающийся рот.

— Какой ещё Нянюнь?

— Как какой Нянюнь? Самый преданный твой прислужник. Если ведьмочке за пятьсот лет отроду перевалило, то без такого помощника уже никак нельзя обойтись.

— Мне больше пятисот лет? — рассеянно спросила девочка. Её очень занимал сам Нянюнь.

— Увы, много больше. тебе уже 543 года.

— И кто ты, Нянюнь?

— Я Нянюнь. Я хранитель твоих воспоминаний, — мягко сказало существо. Оно добрыми глазками разглядывало девицу.

— И я должна забрать воспоминания у тебя?

— Вот это совсем не обязательно. Сейчас ты уже не глупая Тильдочка, но ещё и не Великая маркиза Матильда. Если пожелаешь стать Великой маркизой Матильдой, то я с радостью подарю тебе все воспоминания о прожитых годах, — Нянюнь запереливался всеми радужными оттенками с быстротой молнии.

— Я могу отказаться от этого щедрого дара? — посерьёзнела девица.

— Конечно, можешь. Ты вольна навсегда остаться Тильдочкой, ну или Тильдой, а не Великой маркизой Матильдой и проживёшь свою предназначенную судьбой жизнь.

— Как интересно! Можно, я пока подумаю, как мне лучше поступить?

— Конечно, можно. В любом случае, всё что находится в этом замке принадлежит тебе, тебе и подчиняется. Ты вольна поступать со всем имуществом, как тебе вздумается.

— Тогда я пойду? Меня Витя ждёт, — девица растерянно кивнула в сторону дверей.

— Иди и помни, что я тоже буду ждать тебя.

— Сколько времени будешь ждать меня?

— Сколько понадобиться, столько и буду ждать тебя, — ровным спокойным голосом ответило существо.

— До свидания, Нянюнь.

— До свидания, госпожа Тильда, — девушка почувствовала, что Нянюнь улыбается. Она тоже в ответ улыбнулась Нянюню. Потом девица выскочила в коридор. Дверь за ней бесшумно захлопнулась. От этой встречи у девчонки остался неприятный осадок. Она заторопилась в пещеру к дракону. Гоблины низко поклонились хозяйке замка и расторопно приготовили дракона к выходу. Витя довольно пыхнул всеми тремя головами сразу. Тильдочка чихнула, резко вдохнув в лёгкие дым. Чихнула и рассмеялась. Разве можно сердиться на дракона? В голове ещё лягались остатки разговора с тем странным существом. Да ну его, этого непонятного Нянюня! Жизнь хороша и жить хорошо! А тут и Леда подоспела, притащила меховой плащ. Ну куда без преданной Леды? Кто пожелает воспитаннице лёгкого полёта? Кто накинет тёплый плащ на Тильдочку и грамотно пристегнёт её ремнями?

В этот раз Тильдочка уже в полной мере наслаждалась свистом ветра в ушах, как и наслаждалась быстротой самого полёта. Девчонка забавлялась видом пробегающих внизу деревень. У Тильдочки создалось впечатление, словно она движется по излюбленному маршруту. Свежий ветер лупил нещадно в лицо, а ей всё было ни почём. Её только раззадорила разбушевавшаяся стихия. Вдалеке блеснуло озеро. У Тильдочки от радости защемило сердце. Чем-то приглянулось ей это водное пространство. И снова ветер запутался в высоких болотных листьях, узких и невероятно длинных. И снова кувшинки покачивались на волнах, словно маленькие лодочки. Стрекозы привычно вились над самой водой. Какие-то жучки пробегали по поверхности воды и не тонули. Всё забавляло Тильдочку. Пока на солнцепёке отдыхал Витя, маркизочка купалась, плескалась в тёплой водичке. Здесь хорошо. Здесь вода теплее, чем в фонтане, да и бесстыжие гномы за ней не подглядывают. Тоже мне няньки нашлись! Может, и водятся на этом острове феи да русалки, но никто ей на глаза не попадался. Такое красивое место и неужели не популярное? Прячутся, боятся Витю? Может быть. Хотя дракон оказался добрейшим души существом. По виду к стати, и не скажешь. Вдоволь накупавшись и подсохнув, Тильдочка надумала домой лететь. Второй раз самостоятельно Тильдочка уже немного грациозней забралась на сиденье и даже ремни безопасности не перепутала. Её ждал обед в малой зале в обществе преданной Леды. На этот раз Тильдочка была тиха необычайно. Жевала медленно и рассеянно. Леда не узнавала капризную девчонку. Что-либо спрашивать у Тильдочки про полёты на драконе служанка не решалась. Сама расскажет, если сочтёт нужным. Девчонка менялась на глазах. А Леда что? А Леда всего лишь служанка. Тильдочка — будущая ведьма, и этот факт большая киса ни на секундочку не могла забыть. Юная маркизочка являлась преемницей Великой маркизы Матильды. Да и не просто преемницей, она ею и была. Ближе к вечеру девчонка мрачнела всё больше. А потом она решительно направилась в подземелье. Ей нужен был, нет, необходим был как воздух, этот самый странный Нянюнь. Что он там сказал? Что хранит все её воспоминания? Что в его силах помочь Тильдочке? Что она в одну секундочку станет Великой маркизой Матильдой? Разве такое возможно?

А если Леда права, и в этом юном и очень нежном теле прячется другая неведомая никому сущность? Глупости, Леда простая служанка и мало в чём разбирается. Да неужели? Иногда в большой кисе проглядывают такие черты, словно она королевских кровей. Что за тайну скрывает Леда? Почему даже гномы, эти глупые садовые гномы не всегда с почтением относятся к ней к Тильдочке, а побаиваются кису? Пора покончить со всеми загадками и сомнениями! Пора навестить Нанюня и принять в себя спрятанные воспоминания. А если в теле Тильдочки сейчас засела непонятная чуждая сущность, и она погибнет при вмешательстве Нянюня? А если свет померкнет в глазах Тильдочки? Эти последние прожитые дни выстраданные и полные надежды на новую прекрасную жизнь умрут вместе с тем существом, что сейчас отзывается на имя Тильда-Тильдочка. Больше не будет этой доброй девушки с трепетным сердцем в груди. Появится кто-то другой. Каким будет этот кто-то другой? Таким же жестоким, как маркиза Матильда? Таким же несдержанным и непредсказуемым?

Тильдочка вдруг резко затормозила и остановилась. Каблучки цокнули в последний раз. Что она здесь делает? Что делает здесь Тильда-Тильдочка в этом старом затхлом помещении? Она реально хочет прекратить своё существование? Нянюнь — это всего лишь магическая игрушка набитая доверху старыми воспоминаниями и ничего больше. Тильдочка не наигралась в куклы? Девушка окончательно растерялась. Стать злобной и беспощадной маркизой Матильдой она не торопилась, но и нелепые сны о каком-то внуке пугали девицу. Какой такой внук? В какой жизни? Нет, Нянюнь ей точно не помощник в этом деле. А кто помощник? Леда? Она как услышит про внука, тут же начнёт выгонять из тела неведомую сущность. А вдруг заодно и Тильдочку выгонит? Нет, это не вариант. Тильдочка развернулась и побежала обратно. Только бы не передумать! Девчонка решительно уселась за большой обеденный стол. Она совершенно готова к ужину, а об остальном она подумает потом. На голодный желудок важные решения не принимаются. И тут Леда принесла золотую шкатулочку тончайшей работы.

— Презент от барона фон Кришинского Йорика Обалдуина, — торжественно провозгласила Леда, ставя шкатулочку на край стола.

— Что там? — вяло поинтересовалась Тильдочка.

— Не сказали, — Леда не смела лишний раз прикасаться к подарку.

— Открой, пожалуйста, — скучным голосом протянула девчонка. Она не привыкла к дарам и не помнила ничего об этой церемонии.

— Сейчас, сейчас, — большая киса осторожно приподняла крышечку шкатулочки. Оттуда выпорхнула стая серебристых мотыльков и закружилась в танце где-то под высоченным потолком. А из самой шкатулки донёсся приятный мужской голос. И он нараспев вещал:

— О, моя дорогая маркизочка! Я беззаветно тебя люблю! В этом новом ещё не созревшем теле ты ещё прекрасней! О моя Матильдочка! О, Матильда! Звёздочка моя неугасаемая! Я жду не дождусь того момента, когда ты позволишь обнять тебя, приласкать тебя, прижать к своей трепетной груди. В первую брачную ночь мы сольёмся в экстазе. Я подниму тебя наверха блаженства. Ты ж моя хорошая!

Голос затих. Мотыльки исчезли в недрах замковой вентиляции. Тишина. Леда фыркнула закрыв мордочку лапками. Тильдочка сглотнула приходя в себя от потрясения, тихо звякнула ложечка о блюдечко. Слышать такие откровения невинной девица по меньшей мере неподобающе.

— Фу, какая мерзость! Йорик жаждет потискать маркизу в юном теле. Кобель! — Тильдочке было крайне неуютно под завораживающим и явно очаровывающим голосом барона. Может, тому виной была магия, что витала в самом воздухе старинного замка и готова была в любой момент вспыхнуть с небывалой силой и развернуться новым миром? Вот если бы Йорик был высоким симпатичным юношей, наверное всё было бы по другому. Наверное, Тильдочка бы так негативно не реагировала на этого джентльмена с замашками мужлана. Возможно даже девчонка простила бы Йорику взгляды, что буквально раздевали Тильдочку. Пузатый с крючковатыми ручонками колдун больше походил на огромного нескладного паука, чем на обаятельного мужчину, каким сам себя считал.

— И это всё? Он подарил мне свой голос? — Тильдочка скорчила на своём невинном личике презрительную гримаску.

— Не только голос, здесь ещё и украшения лежат, — отозвалась большая киса.

— Покажи, — распорядилась Тильдочка. Она мечтала раскритиковать подарок противного Йорика, и у неё это почти получилось.

— Там ещё это, — достала из шкатулке очень аккуратненько рубиновое ожерелье Леда. Оно было таким большим и таким красивым, что Леда ахнула от восторга.

— Дай примерить! — несносная девчонка мигом оказалась в другом конце малого, но всё же зала рядом с Ледой и уже тянула свои тоненькие ручки к роскошному гарнитуру. Тильдочка еле дождалась, когда служанка застегнула на её шейке тяжёлое ожерелье и надела на её пальчик перстень с внушительным камушком. Тильдочка подскочила к большому зеркалу и принялась перед ним вертеться.

— О, эти камни оттеняют мою природную красоту, — юная маркизочка подвигала едва наметившимися бёдрами и повертела своей тощей попой. Минут через пятнадцать она наигралась и вспомнила, кто преподнёс ей это сокровище. Тильдочка тут же решила окончательно и бесповоротно никогда-никогда не пользоваться этими дарами.

— Леда, сними с меня это! — потребовала капризница. Большая киса легко расстегнула ожерелье и уложила в шкатулочку на специальную подушечку. Шкатулка вдруг щёлкнула каким-то механизмом и с лёгкой переливистой мелодией сама захлопнула крышку взметнув над столом пучок разноцветных искр. Тильдочка схватилась за перстень и попыталась стянуть его со своего почти детского пальчика. Но перстень не снимался.

— Застрял, вот зараза, — пыхтела упрямая девчонка и вертела перстенёк на тоненьком пальчике в новой попытке стянуть его.

— Зачарован, — поставила диагноз Леда.

— Как зачарован? — голос девчонки звучал испуганно.

— Заколдован на любовь. Мужчина признаётся с помощью перстня тебе в любви. Если в твоём сердце хоть чуть-чуть теплится ответное чувство, то перстень останется на пальчике и пошлёт кавалеру знак одобрения.

— Но я терпеть не могу барона Йорика! — возмутилась вполне искренне Тильдочка.

— Великая маркиза Матильда обожала своего ухажёра, — ненавязчиво напомнила большая киса.

— Но я не маркиза Матильда!

— Но ты можешь стать ею, — прошептала почти себе под розовый носик Леда.

— Леда, что ты там шепчешь? — забеспокоилась юная маркизочка. С мнением Леды она считалась, тем более что больше и поговорить ей было не с кем. Ну не с садовыми же гномами откровенничать?

— Перстень считает вас с Йориком подходящей парой.

— О, все звёзды мира против меня! — запсиховала Тильдочка. Ну, не отрубать же пальчик, в самом деле! Должно быть какое-то заклинание на этот случай. Слёзы негодования брызнули из детских глаз. Несколько горьких слезинок упало на перстень, может и не совсем даже случайно. Девчонка посмотрела на перстень. Ничего не изменилось. Никакой реакции не последовало. Потянула перстенёк с пальчика. Бесполезно, не снимается! «Да ладно, подумаю об этом позже, скажем завтра», — решила неунывающая Тильдочка. На сон грядущий она полистала одну из многочисленных книг маркизы Матильды. У маркизы в наличии имелась огромная библиотека. Тильдочка уже брала книгу в руки и не только рассматривала картинки, а и читала оглавление и пыталась сообразить насколько данная книга может ей помочь в решении проблемы .Получалось пока плохо. Читала Тильдочка медленно и по слогам, а смысл прочитанного и вовсе понимала через раз. Текст отличался большим количеством незнакомых слов. Несносная девчонка улеглась спать немного взвинченная. Леда уже по традиции пришла пожелать спокойной ночи госпоже.

— Спи, дорогая. Утро мудрее вечера. Завтра что-нибудь придумаем, — утешала большая киса, а про себя думала, что всё безнадёжно. И что тут в самом деле можно было придумать? Тильдочка послушно закрыла глазки и постаралась заснуть.

Глава 6

В эту ночь Тильдочка спала беспокойно, она металась по всей кровати. А приснилась ей старая ещё чёрно-белая фотография. Он и она стояли рядом подручку в свадебных нарядах. Наряды были не шикарные, а простенькие. Недорогой костюм-тройка на нём с обычным дешёвым галстуком. На ней — простенькое белое платье и лёгкая короткая фата. Фата была такая лёгкая словно паутинка и казалось, что она вот-вот вспорхнёт от едва уловимого дуновения ветерка и улетит с головы невесты. Так, в целом ничего особенного. И кольца были простые хоть и золотые. Кто это? Тильдочка точно не знала. Она не могла вспомнить, кто эти молодые люди, и когда утром проснулась. Девчонка рывком села на постели. Задумчиво покрутила на пальце перстень с рубином. Солнечный лучик пробился в щёлку между тяжёлыми шторами и заиграл алыми огоньками на самом рубине. Тильдочка раздражённо дёрнула за кольцо, и оно вдруг свободненько соскользнуло с пальчика. Ну, что сказать? Ура! Девица осторожно, словно неразорвавшуюся гранату положила на столик рядом с подсвечником ненавистный перстень. Уф-ф! Выдохнула. «Это хорошо или плохо?» — пришла запоздалая мысль. Неслышно отворилась двери и заглянула верная Леда. Увидела, что Тильдочка проснулась и поднесла к ней красивое платье в цветочек. Наряд не девочки сопливой, но юной девицы. Белая киса увидела перстень на столике и покачала головой. Ничего не сказала. Тильдочка зыркнула на служанку грозно, и та даже ротика своего кошачьего не открыла, побоялась гнева хозяйского. Взрослеет девчонка, характер крепчает как ветер. Северный ветер.

За завтраком Леда отлучилась буквально на пять минут и принесла похожую, но уже другую шкатулочку и не менее великолепную, водрузила на краешек стола.

— Курьер доставил, — прокомментировала Леда коротко.

— Посмотри, что внутри, — сухо распорядилась Тильдочка. Леда достала из шкатулки неимоверно красивую диадему всю усыпанную сияющими голубенькими кристаллами. Протянула на вытянутых лапках такую прелесть девице.

— Нет, не буду примерять. Вдруг тоже зачарована, — помедлив немного буркнула Тильдочка. Леда послушно начала укладывать корону на место.

— Нет, стой! Примерь её на себя! — заулыбалась вдруг Тильдочка. Леда выполнила распоряжение и водрузила диадему себе на голову между торчащих мохнатых ушек. Хлопок, полетели голубые искорки. И вот уже на голове у Леды не только ажурная диадема, но и длинная прозрачная фата. Фата искрилась и колыхалась, словно от порывов ветра. Тильдочка в восторге захлопала в ладоши и захохотала во всё горло. А потом и вовсе вскочила с высокого стула и забегала вокруг большой кисы подпрыгивая на бегу.

— Леда, ты похожа на королеву! — и правда в глазах служанки мелькнуло что-то холодное и величественное. Мордочка Леды преобразилась, заострилась. На кончиках ушек появились пушистые кисточки, а взгляд вдруг стал неимоверно надменным.

— Леда, дорогая, очнись! — вскричала в отчаянии Тильдочка. Такой Леду она не видела никогда. Сама Леда себя такой не помнила никогда. Большая киса тряхнула головой, сгоняя с себя морок, сняла поспешно диадему с головы. Хлопок, и фата испарилась, оставив за собой лёгкий сизый дымок, что немедленно уплыл под потолок.

— Опасная штучка, — грудным каким-то чужим голосом произнесла большая киса.

— Так убери её подальше! — испуганно пискнула маркизочка.

— Хорошо, я снесу в сокровищницу, — не перечила Леда.

— У нас есть сокровищница?

— Конечно имеется сокровищница, ты же богата, — голос большой кисы вернулся в привычную тональность.

— Да неужели я богата? — слух Леды резанула горечь и насмешка.

— В самом деле ты очень богата, — подтвердила служанка.

— Не верю! Богатые люди обладают свободой и делают всё, что им заблагорассудится. А я как в кандалах, только и слышу, что я обязяна делать то, это, ходить туда.

— Куда ходить?

— Никуда. Замуж ходить, — Тильдочка обиженно поджала губки.

— Ой, дорогая, это исполняются твои прежние желания.

— Мои прежние желания?

— Конечно, ты ворожея первой гильдии, и все твои желания рано или поздно исполняются.

— Все-все? — Тильдочка подняла на Леду глаза полные надежды.

— Конечно, все.

— Хочу мороженое! — Тильдочка в задоре топнула ножкой.

— Сейчас, сейчас принесу, — Леда понеслась на кухню.

— Стой, Леда, не так! Пусть исполнение будет волшебным!

— Но зачем волшебным? Зачем тратить силы на такую безделицу?

— И правда глупо. Не хочу мороженого, — передумала несносная девчонка.

— Что ты теперь хочешь?

— Даже и не знаю.

— Мороженого точно не хочешь? Я принесу.

— Неси, милая Леда. Неси две порции и на себя тоже. Пойдём с тобой в беседку и там полакомимся, — так они и поступили.

Потом Тильдочка поднялась в свою фоилетовую комнату и долго стояла перед большим зеркалом. Её внешность пугающе быстро менялась. Она теперь видела в зеркале не ребёнка, но юную робкую девицу. Белёсые кудряшки постепенно превратились в волну тёмных как смоль тяжёлых локонов. Карие глаза из-под длинных ресниц смотрели на мир внимательно, но немного наивно. Тильде совсем не хотелось становиться Великой маркизой. Девчонка не хотела, чтобы весь мир с её обитателями ненавидел и боялся её, Тильдочку. Повзрослевшая Тильда жаждала только мира, мира и покоя. Она трусила даже себе самой признаться, что хотела бы выйти замуж за простого смертного человека, нарожать ему детишек. Связывать свою судьбу с Йориком она по прежнему не стремилась. Этот злобный эгоистичный колдун всё меньше нравился Тильдочке. Девушка даже видеть его не желала. Она вдруг вспомнила ту молодую пару, что рассматривала во сне на старой фотографии. Они оба так и светились там счастьем. Голубые добрые глаза невесты похожи на глазки Леды, только человеческие. Но почему Тильдочка решила, что глаза девушки были голубыми? Ведь на чёрно-белой фотографии этого не поймёшь. И почему юной маркизочке кажется близка судьба этой девушки? Вот только с именами беда-бедная, ничего не всплывает. Тильдочка ничего не помнила и о прежней жизни, ни о Великой маркизе Матильде, ни о о той сущности, что заботилась о внуке и выходила замуж в каком-то своём мире в чёрно-белых тонах. Постепенн она становится похожа на маркизу, а душа её тянется к далёкой и непонятной жизни в другом мире, где имеется даже внук-проказник. И кто она после этого? Сплав страстей? Сплетение двух сущностей? А барон Йорик совсем распоясался со своими волшебными дарами да ещё и с намёками. Что он дальше пришлёт с гонцами после перстня и диадемы с фатой? У Тильдочки не срабатывала фантазия, опыта маловато в любовных похождениях. Подумалось только, что после таких многообещающих даров, Йорик сам пожалует к маркизочке на свидание. Вот уж этого Тильдочка не желала совсем. Она терялась в присутствии колдуна и не посмела дать ему достойный отпор. Девица находилась в смятении чувств и отправилась прогуляться, покататься на драконе. Ноги сами привели в пещеру к Вите. Что-то она в последнее время туда зачастила. Леда украдкой поглядывала на госпожу и потихоньку надеялась, что к девчонке возвращается память за прожитые годы Великой маркизы Матильды. Но Тильдочка почему-то этому противилась. Не смотря ни на что, с Витей у девчонки наладились тёплые отношения, дракон слушался маркизочку и любил её всеми тремя головами. Тильдочка отвечала любовью за любовь. Она прибежала в пещеру к Вите и принялась ластится с питомцем. Девчонка гладила по носу каждую голову. Витя как любимый домашний питомец приносил только радость.

— Ты мой проказник, унеси меня туда далеко-далеко, где озеро плещется, где всегда солнечно и нет никаких забот, — шептала юная маркизочка Вите. Витя жмурил свои огромные жёлтые глаза с вертикальными зрачками и довольный пыхал дымом. Всю пещеру задымил. Гоблины вывели Витю во дворик. Тильдочка тут же легко вскочила в сиденье. Она снова ночью немного подросла и теперь сиденье ей было впору. Теперь издали, сидя на спине дракона, девчонка очень напоминала Великую маркизу. Леда, верная Леда, как всегда в таких случаях стояла в сторонке и махала Тильдочке мохнатой белой лапкой. Когда появилась эта традиция? Сейчас или ещё в годы правления маркизы Матильды? Тильдочка не хотела этого знать, не хотела об этом даже думать. Как не хотела девчонка знать и насколько она сейчас напоминала Матильду. «Очень похожа», — сказала бы Леда. Она бы ещё сказала, что одно лицо, но молчала. Боялась обидеть воспитанницу. Боялась, что от таких слов Тильдочка будет совсем не в восторге, а наоборот расплачется. Тильдочка — это ещё не маркиза. Хотя Тильдочка и сама по себе хороша.

И вот Витя взмыл в небо, расправив крылья. Дракон наслаждался полётом. Так получилось, что теперь Тильдочка выгуливала дракона не по обязанности, а по велению души. Ей так понравилось летать в небесах, что с утра она уже мечтала о полёте. Так быстро привыкла, словно годами это проделывала каждый день. Тильдочка радовалась порывистому ветру, что свистел у неё в ушах. Она уже не прятала личико, наоборот подставляла его под упругие струи ветра. В этот раз её не интересовали деревеньки, что мелькали внизу. Да надоели они уже своим однообразием! Её юная душа сегодня рвалась в небо к солнцу. Дракон поднялся высоко-высоко, как только мог. Вокруг Тильдочки словно море бушевало синее-синее небо, а внизу под ногами простиралась сказочная страна из пушистых облаков. «Хочу купаться в облаках!» — мелькнула безумная мысль в головушке у Тильдочки. Она в ажиотаже отстегнула ремни безопасности, в едином порыве страсти выскочила из сиденья, сползла со спины дракона и раскинув руки широко в стороны полетела рядом с Витей. Она полетела! Дракон одобрительно рыкнул огнём. Это он так смеётся? У Тильдочки как и у феечки вдруг выросли стрекозиные крылышки, только размером конечно побольше. Ну ничего себе пассаж! Прозрачные крылья держали девчонку в воздухе. Вау! Сто раз вау! Лететь над миром паря, как самолётик над лесами, полями и где-то там обитаемыми деревеньками — это было круто. Где-то там внизу бегали, жили, радовались, горевали и ничего не знали о Тильдочке люди. Хотя селяне обычно днём трудились в полях.

Тильдочка с драконом опустились пониже. Вокруг совсем рядом летели подгоняемые вездесущим и никогда не устающим ветром, летели пушистые облака. Тильдочка смеялась в безуспешной попытке потрогать облачные замки.

— Нет, мой замок лучше! — заразительно хохотала Тильдочка. Дракон Витя любовался на маркизочку всеми тремя головами, всеми шестью глазищами. Ну и от восторга иногда коротко пыхал дымком. Реветь он, не ревел, не хотел пугать селян. Да и зачем их пугать? Селяне и так боялись и уважали дракона. Он же дракон!

Когда-то очень давно, уже и не помнит никто когда, прогуливаясь в тёмном лесу под корягой маркиза Матильда нашла очень необычное большое яйцо. Маркиза утащила яйцо в замок и посадила на него высиживать птенчика большую птицу. Птица и высидела дракона и долго ещё считала его своим птенчиком.

Дракон Витя плавно приземлился на остров. Тильдочка последовала его примеру. Едва девица коснулась земли, как крылышки тут же исчезли. Тильдочка не была феей. Тильдочка полетала в своё удовольствие и теперь также с наслаждением ступала по траве. Витя топал пыхтя в одну сторону, Тильдочка направилась в другую, туда где купалась раньше. Она в нетерпении разделась и бросилась в воду. Нестерпимо чесалась спина, там где прорезались стрекозиные крылья. Омытые водой раны перестали чесаться, зажили. Тильдочка наплавалась вволю, вышла на берег держа в руке одну единственную кувшинку, белую как невеста. В этот раз Тильдочка пожалела цветки и не стала рвать кувшинки. Они столь величественны и прекрасны, что хотелось любоваться наблюдая, как они покачиваются на волнах, а не вянут в веночке. На полянке, где девица расположилась цвело много больших ромашек на длинных стебельках. Девице захотелось сплести из полевых цветочков венок. Вот Тильдочка и сидела на полянке и плела себе веночек. Маркизочка сосредоточенно вплетала в своё творение цветочек за цветочком, ромашку за ромашкой. А вот и колечко получилось размером с голову, кончик перевязала упругой травинкой. Венок был готов и немедленно надет на шевелюру. Летали стрекозы, различные мелкие жучки. На руку Тильдочки опустилась яркая божья коровка. Воздух пах солнцем и дождём. Почему дождём? Да вокруг острова плескалось лесное озеро. Это всё исполняются старые желания маркизы Матильды? Да не может того быть! Не может быть, чтобы купаться в озере — это было только желание умершей маркизы. Да и желание девицы побегать в веночке из полевых цветов — это только её желание и больше никого. «Я — Тильдочка!» — кричало всё внутри у девчонки и легче не становилось.

И тут она услышала шаги. Шаги? Здесь? Шелестели под быстрыми уверенно ступающими ногами стебли цветков и злаковых трав. Тильдочка вскочила в испуге. А потом улыбнулась сама себе. Вот дурочка! Чего бояться? Она же ворожея да и Витя рядом. Витя не долго размышляя разорвёт всякого, кто только посмеет поднять руку на юную маркизочку.

На полянку вышел молодой человек. Он был высок, статен. Всё, как любят женщины. Тильдочка засмотрелась на юношу. На такого симпатягу не грех было и засмотреться. Таких парней она не пропускала, раньше не пропускала. Мысль о том, когда это было то самое раньше, Тильдочка не успела додумать. Парень так же воззрился на девицу. Глаза их встретились, и вспызнула магическая искра, та самая что навеки соединяет два любящих сердца. И они полюбили друг друга с первого взгляда, сами того не осознав. Тильдочка шагнула навстречу незнакомцу. Мир вокруг неё перестал существовать. Все её чувства сосредоточились на этом человеке. Остров закрутился под её ногами в бешеном темпе. Стрекозы все, что обитали на острове поднялись в воздух и принялись кружить вокруг молодых людей.

— Ты кто? — спросила Тильдочка юношу.

— Ярослав, — ответил юноша не отрывая взгляда от глаз ведьмочки.

— Так ты человек?

— Да, я человек. А ты кто такая? Ты фея?

— Я не фея. — Тильдочка сказала это так словно извинялась за то, что она не являлась феей.

— Ты тоже человек?

— Не знаю, — совсем тихо молвила девчонка.

— Как тебя зовут?

— Я — Тильдочка.

— Тильдочка. Какое красивое имя!

— У тебя тоже красивое имя, — пролепетала очарованная маркизочка.

— Здесь на отмели спит дракон. Я могу убить его, — невзначай заметил Ярослав. Он хотел похвастаться своей молодецкой удалью.

— Это Витя! Это мой дракон.

— Твой дракон?

— Я прилетела сюда на драконе, — пискнула Тильдочка.

— Так ты ведьма! Только ведьмы летают на драконах, — заверил свою новую знакомую Ярослав.

— Я не ведьма. Я не умею колдовать, — растерялась Тильдочка.

— Ты не умеешь колдовать?

— Не-а, совсем не умею.

— Тогда скажи мне, пожалуйста, что это? — Ярослав показал рукой на небо. Там наверху из белых облаков сложилось имя «Тильдочка» и медленно проплывало над головами у молодых людей.

— Это не я. Оно само как-то вышло, — начала неуклюже оправдываться девушка. Она так расстроилась, что слёзы брызнули из карих глаз.

— Объясни тогда, почему мне очень хочется тебя поцеловать? — яркие голубые глаза смотрели пристально на девушку.

— Я не умею колдовать, я не умею привораживать, — лепетала Тильдочка. Ярослав принялся утешать девицу. Он положил ей на плечи свои ладони, словно хотел защитить от всех невзгод. Девушку лихорадило. Ей вдруг стало нестерпимо холодно. Тильдочка стояла в мокрой тонюсенькой рубашонке с венком из ромашек на голове и больше походила на испуганную селяночку, чем на матёрую колдунью. Ярослав в порыве жалости обнял девушку. Он тоже был мокрый и тоже был не одет, как подобает этикету. Парень в лёгких белых подштанниках не смотрелся крестьянином. Да он и не был крестьянином. Выдавали не натруженные тяжёлой работой руки. Это были бы руки девчонки или писаря, если бы не характерные мозоли от владения оружием.

— Я защищу тебя от всех бед, — пообещал Ярослав.

— Ты спасёшь меня от Йорика? — Тильдочка вспомнила свою главную беду.

— Кто такой Йорик?

— Йорик — это барон, и он хочет на мне жениться, — пожаловалась Тильдочка.

— Ты не хочешь замуж за Йорика?

— Он противный и старый, — заныла девчонка.

— Я сам женюсь на тебе. Пойдёшь за меня замуж?

— Да.

Тут парень наклонился и припал к её сочным губам. Тильдочка прильнула к парню. У девицы внизу животика запорхали бабочки. Такого буйства эмоций девушка ещё не испытывала. Эти сильные крепкие руки держали её за талию так надёжно, что хотелось чтобы этот миг продолжался вечность. От рук Ярослава исходило живое тепло. Девушка истосковалась по крепкому надёжному мужскому плечу. Ну как истосковалась. У неё вроде никогда и не было надёжного мужчины. Или что-то там было? Тильдочка не хотела об этом думать. Она просто хотела целоваться с парнем. Она хотела с ним долго-долго миловаться. Мокрая одежда вдруг стала обузой. Тильдочка стянула с себя рубашку. Ярослав тоже оказался нагим. Тепло его тела притянуло девицу. О-о-о! Его могучие плечи хотелось целовать и одновременно ей хотелось, чтобы его губы не отпускали её губочек. Ноги девицы подкосились. Она прилегла среди ромашек и притянула к себе поближе Ярослава. Как-то само собой получилось, что её пальцы запутались в русых волосах Ярослава. Парень накрыл её своим телом и согрел. Тильдочка задыхалась от поцелуев. Ей хотелось чего-то большего, но она не понимала ещё чего именно.

И тут взревел Витя. Дракон ревел грозно и требовательно. Парень вскочил на ноги:

— Я убью зверя!

— Не трогай Витю! — закричала Тильдочка. Её глаза метали молнии. Магия любви разрушилась не успев окрепнув.

— Да ты ведьма, настоящая ведьма! — испугался девушки Ярослав. А тут ещё из кустов показались все три головы дракона. Дракон защищал девицу, а девица защищала дракона. К такому повороту событий парень был явно не готов.

— Да вы сговорились! Я никогда не женюсь на ведьме, — бросил резко Ярослав, круто развернулся и бросился с разбегу в озеро.

— Уплыл мой кавалер, — печальная Тильдочка сидела на поляне и плакала. Она теребила в руках подвявший венок. Стрекозы порхали вокруг юной ведьмочки, порхали и бабочки. Все старались утешить Тильдочку. А больше всех ратовал дракон Витя. Он умильно поглядывал на Тильдочку всеми шестью влюблёнными глазами. Девица подсушила на кустах свою рубашонку, натянула её на тело. Поцеловала своего доблестного Витю в закрытые от счастья глазки, в каждый из шести. Витя довольный не смог сдержаться и пыхнул огнём. Дракон совершенно нечаянно подпалил куст шиповника. Он тут же его загасил, сбив пламя хвостом.

— Фу, Витя, ты несносный, — отчитывала любимца Тильдочка, а тот в ответ только фыркал как лошадь.

— Ну вот, Витя! Я только успела влюбиться, а он тебя увидел, испугался и сбежал. Теперь я снова одинокая, — выговаривала дракону хозяйка. А дракон только жмурился от счастья. Хозяйка с ним беседует! Он снова стал полезным хозяйке в очередной раз и очень гордился собой.

Наконец Тильдочке поднадоел этот пустынный остров, да и покушать захотелось. Захотелось домой и к Леде. Девушка оделась собрав по кустам разбросанную одежду, взобралась на спину дракона, уселась в сиденье, и как подобает пристегнулась ремнями.

— Полетели! — скомандовала Тильдочка, и они полетели. И ветер свистел им навстречу. Закатное солнце окрасило небо багровым цветом. Их встречала встревоженная Леда. Гоблины стояли рядом.

— Тильдочка, дорогая моя! Мы вас заждались. У вас всё в порядке? — подбежала к приземлившемуся дракону большая киса.

— Всё в порядке, — бодро отрапортовала девица и спрыгнула со спины Вити. Дракона уже подхватили гоблины и повели в стойло. Тильдочка решила ничего не говорить Леде. Да в общем, ничего и не случилось.

— Вы сегодня так долго летали, что я заволновалась.

— Зря волновалась. Я искупалась в озере и задремала на полянке под солнцем, — почти правду сказала Тильдочка. Девчонка чувствовала себя нашкодившим котёнком. Сегодня она вдруг поняла, что относится к Леде как к родственнице, а не служанке. Ну дела!

А в фиолетовой комнате Тильдочку ждал сюрприз. Там она увидела странное существо. По столу бегала малюсенькая девочка в голубой юбочке и тоненько пищала:

— Ах, моя девочка! Ах, моя доченька!

Тильдочка протянула ладошку, и существо запрыгнуло на неё, уселось и горько зарыдало.

— Кто это? — Тильдочка растерянно взирала на чужую трагедию.

— Это Зиночка. Она фея и твоя мать.

— А ты тогда кто мне? — совершенно растерялась девица.

— Я была твоей няней. — по голосу кисы, Тильдочка догадалась, что та улыбается.

— Мама? Моя мама?

— Ну пойдёмте отмечать воссоединение семьи в малом зале, — предложила Леда. Вся компания спустилась вниз.

— Какая ты, доченька, стала большая и красивая, — тоненько пищала феечка. Она летела рядом с Тильдочкой и без устали быстро-быстро махала своими прозрачными крылышками.

— А ты такая маленькая и смешная, мамочка, — в тон ей ответила маркизочка. Она не могла поверить, что такое маленькое существо может быть её близким родственником.

— Ну зачем ты так. Зиночка очень тебя любит, — укорила маркизочку Леда. за ужином Зиночка сидела на перевёрнутом стакане и пила вино из напёрстка. Она не сводила своих глаз с Тильдочки. После неудавшейся влюблённости новые родственные связи были как никогда кстати юной девушке, как бальзам на израненную душу. Ей ещё предстояло окрепнуть телом и духом. И этот путь будет долог и тернист.

В этот миг в зал ворвался молодой паренёк. Чернявые волосы, глаза тёмные и с задорным огоньком. Зашёл, словно давний знакомый, поклонился до земли:

— Маркиза моя, радость моя! Приветствую тебя и твоих родных!

— Ты кто, юноша? — засмеялась Тильдочка. Леда переглянулась с Зиночкой.

— Не узнала? Я твой суженый. Я — барон Йорик фон Кришинский Обалдуин.

— Не может быть! Барон Йорик старый и смешной, а ты молодой и рьяный.

— Дорогая Тильдочка! Я омолодился ради тебя! — вскричал чернявый юноша.

— А твои жёны? — Тильдочка ревниво сузила глаза.

— Жён я выгнал. То есть я их выдал замуж за своих братьев. Ну короче, все счастливы.

— Все счастливы? — насупилась девица.

— Только я не счастлив. Ты выйдешь за меня, дорогая? — барон подкрутил свои смешные усики, ловко встал на колено и протянул Тильдочке колечко в бархатной коробочке. Тильдочка медленно поднялась с высокого стула, отодвинула его и сделала шаг навстречу жениху. Леда и Зиночка замерли в ожидании.