Светило освещает всех, даже грязных свиней

Глава 1

Сквозь замаранное оконце постоялого двора лучи принялись освещать некогда просторную комнату. Сейчас же она была заставлена деревянными ящиками разных размеров, из-за которых почти превратилась в кладовую.

Широко расставив ноги, голый мужчина сидел на полу, спиной уперевшись в один из ящиков. Его руки были сложены за головой, на каждом из указательных пальцев светилось по похожему друг на друга кольцу. На их фоне массивное кольцо из потускневшего металла с большого пальца правой руки словно было мёртвым. Тёплые лучи ласкали его грудь, понуждая сильнее переливаться и без того светившийся аккуратный амулет в форме Светила. Мужчина что-то тихонько бормотал себе под нос, а затем резко открыл глаза и нехотя приподнялся, когда в дверь громко и нагло постучали.

— Входи, — вытянувшись вверх пригласил он известного ему гостя.

Дверь спешно отворилась, и в комнату вошла молодая девушка. На ней была чистая ярко-белая мантия с исправно вышитым знаком Светила на груди, над которым располагался изысканный амулет с точно такой же формой. Девушка держала в руках сложенную мантию и уверенно смотрела в глаза мужчине.

— Учитель, в общем, тупая хозяйка сказала, что пятно от вина вывести до конца не удалось, но свиным говном теперь всё же не пахнет.

Мужчина взял протянутую ему мантию и надел без особой спешки.

— Где Вискар? — вынимая из-под застиранной мантии амулет, задал вопрос учитель.

— Шляется по рынку и обирает торговцев, как обычно.

— Ясно, — кратко бросил мужчина, повернувшись к окну, вдохнув поглубже. — Всё равно воняет говном. Да всё тут воняет этим самым свиным говном, — с этими словами он начал нервно стаскивать с себя мантию.

— Потому что тут все разводят свиней?

Мужчина скомкал и молча бросил мантию в дальний угол, после чего начал копаться в одном из ящиков. Наконец вытащил смятую чёрную тряпку.

— Что ж… пойду в старом, без парада, — ловко накинув на себя пропитанный гарью балахон, пробормотал мужчина, обратившись будто не к своей ученице, а к недавно ласкающим его лучам.

***

… В исключительных случаях для выполнения поставленных Орденом задач или для спасения представителей Ордена, при добровольном отказе в помощи, можно реквизировать всё необходимое и только лишь необходимое. Если того требует ситуация, применение силы допускается. …

Особая памятка мастеру-инквизитору Ордена «Восходящего Светила»

Утверждено Высочайшим Советом Инквизиции 1363 сезон от ПВ

Рыночную площадь заполняли люди. Казалось, весь городок при монастыре вышел сегодня.

Учитель и ученица сидели на криво сколотой скамье под массивным ветвистым деревом.

— А вот и он, — девушка слегка коснулась руки соседа.

Однако учитель никак не отреагировал, так и продолжил сидеть с закрытыми глазами.

Широкоплечий и высокий юноша в белой мантии приближался к ним неспеша. И без того светящийся амулет дополнительно бликовал на ярком свету. Это был тот самый Вискар, который нёс по мешку в каждой руке. Подойдя к скамье, он поставил оба мешка на землю, после чего закопошился в самом большом. Вытащив смятый рулет, ученик обратился к девушке, которая всё это время молча наблюдала за его неторопливыми действиями:

— Эрика, смотри. Специально для тебя взял, — в сжатом внушительном кулаке Вискара рулет смялся дополнительно. — Помялся, правда, слегка.

В общем-то, «слегка» было явным преуменьшением. Товарный вид мучного изделия, очевидно волновавший Вискара меньше всего, был явно потерян. Благодаря небрежному отношению ещё до попадания в мешок.

Эрика тяжело выдохнула и слегка закатила глаза, затем потянула к себе второй мешок и стала в нём что-то искать.

— Ну, не хочешь, как хочешь. А я не ем рулеты, — Вискар швырнул рулет в сторону. Пролетев какое-то расстояние, рулет упал на грязную дорожку, где смялся пуще прежнего.

— С каких это пор? — поинтересовалась Эрика.

Вискар достал колбаску и принялся зажаривать её в пылающей огнём ладони.

— Никогда в жизни не ел и не собираюсь.

— Только что придумал эту чушь?

Он откусил кусок обугленной колбаски и сразу выплюнул.

— Из-за твоих тупых вопросов передержал. Ну, спасибо тебе большое.

Снова порыскав в мешке, Вискар достал на удивление немятый рулет, который стал постепенно перемещаться в ненасытное брюхо.

Эрика принялась жарить такую же колбаску, но со знанием дела:

— Дело не во времени, а в силе пламени, дурачок. И жарить надо над огнём, а не в нём. Вот, смотри, как надо.

Ученик, чавкая, наблюдал за процессом готовки.

— Мастер, вы же не ели. Покушаете? — Эрика протянула учителю еду.

— Не хочу, — ответил учитель, потирая виски.

После этой фразы Вискар выплюнул рулетное месиво изо рта и вырвал колбаску прямо из рук отвлёкшейся ученицы.

— Эй! Ты совсем уже обнаглел! — начала свирепеть Эрика. — Учитель! Учитель! Ну как так можно?!

Учитель молчал.

— Это моя колбаска, — не унималась Эрика.

— Нет. Моя, — с нескрываемым удовольствием Вискар медленно прожёвывал правильно прожаренную еду.

— Отнимай у торговцев!!! А у меня не смей, засранец!!! — Эрика закричала настолько громко, что многие люди обернулись, а некоторые даже зашептались.

Наконец учитель вмешался, не прекращая натирать виски:

— Успокойтесь, — он выходнул и твёрдо добавил: — Ссоритесь из-за пустяков, — он повернулся к Эрике и продолжил: — Вискар — не засранец, Эрика. Это твой брат, страж Ордена. Он ничего не отнял, а реквизировал…

Ученица опустила голову.

— … Отнимает лишь всякое отребье: вроде бродяг и разбойников, а мы как верные стражи Ордена только реквизируем на его нужды. Запомни и больше не совершай такой ошибки, Эрика. — учитель окинул взглядом поодаль стоявших людей, продолжая: — Особенно прилюдно. Немедленно попроси прощения у брата.

Наставления были закончены. С каменным лицом Эрика сухо бросила скупое «прости» в сторону Вискара.

— Я тебя прощаю, сестра, — с ехидной ухмылкой он закинул последний кусочек колбаски в рот. — Ты же моя любимая сестрица всё-таки.

— Старший мастер-инквизитор Имавин Нелаверский, — показательно официально ученица обратилась к своему строгому учителю, — позволите мне продолжить приём пищи?

— Конечно. Позволяю.

Эрика открыла мешок.

— Учитель, а можно я скажу? — Вискар перевёл взгляд с Эрики на Имавина.

— Говори, — Имавин всё сильнее натирал виски с уже плотно закрытыми глазами.

— Это было, конечно, забавно. Но, я думаю, вы были не справедливы по отношению к Эрике. Всё-таки…

— «Забавно»?.. — Имавин перебил, а затем резко повысил голос. — Я?! Был не справедлив?!! Как ты смеешь заявлять подобное, ублюдок?!

— Я хотел сказать… — замешкался Вискар.

— Ты уже достаточно сказал!

Вискар перевёл взгляд на Эрику, которая дала понять своим выражением лица, что лучше больше ничего не говорить. Имавин поднялся, глаза его залились кровью, вены на шее заметно вздулись.

— Никто не смеет сомневаться в справедливости вынесенных мной решений, — на удивление ровным тоном произнёс учитель. — Никто. Я! Я единственный в радиусе тысяч шагов, кто несёт саму справедливость Светила, даже в этой обосранной свиньями дыре. Я страж и защитник Ордена в этих проклятых землях. Только я, старший мастер-инквизитор Имавин Нелаверский, могу рассуждать тут о справедливости, ублюдок.

Учитель подошёл к своему ученику и поднял голову последнего. Удерживая ученика за подбородок, Имавин пронзительно посмотрел прямо в осушенные пустотой янтарные глаза Вискара, а затем резко влепил сильную пощёчину.

— Никогда больше не ставь под сомнение справедливость вынесенных мной решений, поганец, — сказал старший мастер-инквизитор и отпустил подбородок.

Вискар по-прежнему молчал, только лишь внимательно смотрел на своего учителя.

— Думаете, что надели на себя знаки Инквизиции, — Имавин приподнял амулет Вискара, закрутив на цепочке, — вырядились в наряды моих настоящих братьев и сестёр, и теперь можете нести при мне ересь безнаказанно?! ...

Старший мастер-инквизитор с силой пнул стоявший подле Эрики мешок.

— ... Жрёте харчи за счёт Ордена. Веселитесь, как вам вздумается. Не за это я терял моих братьев и сестёр! — Имавин сделал краткую паузу и добавил: — Не за это...

Ученики продолжали смиренно сидеть. Данная сцена давно приковала внимание окружающих людей, но, по всей видимости, Имавина Нелаверского нисколько это уже не заботило. Пока ещё он не заканчивал свою тираду:

— Вы, оба, просто-напросто мелкие ублюдки! Ни один из вас не достоин зваться мастером-инквизитором. Вы насмешка надо мной и ошибка, которую я совершил; бремя, которое я на себя взвалил.

Имавин наконец замолчал, резко отвернулся и сквозь ладонь устремил взгляд к яркому Светилу.

— Похоже, пришло время рассказать вам, ублюдкам, правду.

Учитель посмотрел на опешивших учеников, которые теперь уже не понимали о чём он завёл речь, однако были уже привычны к подобным нравоучительным сценам. Оглянувшись на косо посматривающий и перешёптывающийся между собой народ, Имавин добавил:

— Расскажу. Время пришло, — он на миг призадумался. — Но не здесь и не сейчас. Пора в монастырь! — Имавин снова взглянул сквозь ладонь на Светило. — Вискар, Эрика… вставайте.

Ученики знали, что обращение по именам вместо ублюдков было знаком успокоения учителя. По крайней мере временного.

Вискар проворно подхватил мешки.

— Брось их тут, Вискар. Путь неблизкий, — спокойным и заботливым тоном произнёс учитель.

— Подождите чуть-чуть. Не пропадать же добру, мастер, — посетовал Вискар, оглядываясь. — Эй, старик! Иди сюда.

Вискар подозвал полностью седого пожилого мужчину в обносках, проходившего с несколькими свиньями недалеко.

Старик поковылял к скамье. Вискар поднял мешки и скомандовал прикрикнув с раздражением:

— Двигай быстрее, старый придурок.

— Что случилось, господин инквизитор? — с наигранным недоумением поинтересовался старый свинопас.

Вискар протянул ему оба мешка, продолжая приказывать:

— Отнеси их на постоялый двор. Скажи, чтоб поставили в мою комнату. Скажешь: в комнату достопочтенного мастера-инквизитора Вискара. Понял?

— Я старый человек, господин инквизитор… старый больной человек… Разве я смогу дотащить эти огромные, тяжеленные мешки?

Имавин выдвинулся в путь, не дожидаясь разрешения ситуации.

— Вискар, оставь его в покое, — буркнула Эрика, устав молча наблюдать. — Нам пора.

— Тогда пусть свиньи дотащат, тупой свинопас, — Вискар бросил мешки на землю, указал на них поочерёдно пальцем, — эти мешки должны стоять в моей комнате до обеда.

— Позвольте, господин инквизитор… Но мои свинки — не вьючные животные… — пожилой человек погладил одну из животинок по спине, она же пару раз хрюкнула в ответ и уткнулась пятачком в гладкую и мягкую ладонь старика.

— Ничего не знаю: вьючной старик, вьючные свиньи — мне плевать! — прикрикнул Вискар. — Этим мешкам лучше быть на месте к моему возвращению. Иначе я скормлю тебя по частям живьём твоим же поганым свиньям, а потом съем их сам, пока они не успеют просраться!

В середине угрожающей речи Вискара Эрика отправилась за учителем.

— Съедите моих миленьких свинок?! — наигранно-фальшиво запричитал старик, сделав максимально жалостливый голосок, провожая взглядом Эрику. — Не надо, мастер-инквизитор, — хотя он вообще не смотрел на Вискара, всё же негромко продолжал жалостливо причитать, — пожалуйста, прошу вас! Всё сделаю, как велите, мастер!

— То-то же! — Вискар смерил старика суровым взглядом. — Ничего без угроз не понимаете, твари. Никакой помощи… никакого уважения… Что алчные торговцы, что вонючие свинопасы… Тьфу! — в конце он сплюнул в сторону старика и случайно попал на одну из резвящихся около старика свиней.

Вискар быстро нагнал Имавина с Эрикой, и троица инквизиторов удалялась всё дальше от оставшегося наедине со своими свиньями и не своими мешками старика. Ученики нехотя плелись позади учителя. Они то и дело прыгали с темы на тему в обсуждении и осуждении еретических постулатов, которые им удалось узнать за всё время пока ещё их короткой инквизиторской жизни. Они пытались выбрать самую худшую ересь из представленных; заслуживающую самое суровое наказание по их мнению. Как только дискуссия переключилась на наказания, Имавин мгновенно остановился на фразе Вискара:

— Нет-нет-нет! Вот мастер Баглис Таманский писал, что только огонь, как проекция могущества Светила...

— Странно… — пробубнил Имавин.

— Учитель? — обратилась Эрика.

— Старик-свинопас… — Имавин начал с силой натирать виски, — этот старик… не могу понять…

— Дерзкий, да? Надо наказать его, мастер? Только прикажите! — оживился Вискар.

— Нет. Нет… Ладно, забудьте... — прошипел в сторону учитель.

***

В просторной зале инквизиторов встретила красивая девушка-маг в зелёной мантии, цветах её ордена. Зала была наспех отремонтирована, что сразу бросалось в глаза. Отголоски былых неспокойных времён заставили замелькать краткими вспышками глубоко зарытые в разуме Имавина воспоминания .

— Здравствуйте, достопочтенные мастера. Меня зовут Аммэ, — представилась девушка-маг. — Я проведу вас, куда вам угодно.

Ученики ждали ответной реакции от учителя. Имавин же, заблудившийся в лабиринте памяти уже, пока молчал.

— Итак? Вам нужно?.. — поинтересовалась Аммэ.

Наконец-то Имавин выбрался и заговорил:

— В первую очередь к настоятелю, к мастеру Дозуду, будьте любезны. Он, должно быть, давно ожидает нас. Дело в том, что…

Имавин хотел добавить, что они задержались на несколько суток, но предпочёл умолчать о причине — своём неважном самочувствии.

— Ох! Мастер Дозуд… — Аммэ отвернулась и всхлипнула, — к сожалению, покинул нас…

— Ну, а когда вернётся? Мог бы и дождаться, знаете ли. Столько тащились сюда! — искренне завозмущался Вискар.

— Она имела в виду, что мастер умер, дурачок, — вмешалась Эрика.

— Ну, так в любом случае не дождался. Так? Так! — не унимался Вискар.

Аммэ повернулась и захлопала большими слегка влажными глазами, забыв о всяческих приличиях.

Имавин вздохнул, затем с нескрываемой досадой дежурно произнёс:

— Наши искренние соболезнования вам. Кто же замещает настоятеля сейчас?

— Я, мастер. Мы, то есть... мы получается... — невнятно и путано затараторила Аммэ, — я? Я лично приняла на себя обязанности. Пока временно, конечно. Если...

— Вы? — Имавин перебил её в попытках разъяснить ситуацию и пару раз смерил размеренным взглядом снизу вверх. — Как такое может быть? Где кто-то старше? Опытнее наконец?! Вы кто вообще?!

Конечно старший мастер-инквизитор знал, кто был перед ним — подмастерье, даже несамостоятельный маг. Имавин окончательно взорвался:

— Что за ерунду ты несёшь мне тут?! Куда делись все маги этого проклятого места?! Объяснись передо мной немедленно!!!

Девушка-маг с давно привыкшими к такому учениками оторопели и стояли в молчаливом оцепенении.

— Это что?! Какая-то шутка надо мной?! Где все?! Где все, дура?! Я тебя спрашиваю! Не смей лгать старшему мастеру-инквизитору! — не унимался Имавин.

— Умерли, — глядя в глаза старшему мастеру-инквизитору Имавину Нелаверскому спокойно и ровно произнесла это слово Аммэ, а затем добавила: — Все. Кроме меня, пяти учеников и подруги... К радости, они... мы... они и я остались живы…

— Э… — попытался придумать что сказать Вискар.

— Как это все? Прямо все сразу? — задала вопросы Эрика.

Имавин отвернулся, с силой зажмурился, махнул рукой и не глядя отошёл присесть на стоящий неподалёку богато обитый стул, где принялся пуще прежнего натирать давно ставшие красными виски.

Аммэ проводила Имавина хорошо замаскированным презрительным взглядом, затем перевела его на Эрику:

— Мор.

— А как же жители городка? Не заметно, что прошёл мор, — подчеркнула Эрика.

— Город, к радости, почти не затронуло. Лишь монастырь, насколько нам известно.

Вискар оглянулся на учителя и направился к нему, но тот уже успел подняться и на ходу принялся орать:

— Заткнись! Заткнись! Хватит нести этот бред! Веди меня к выжившим, по твоим словам. Живо!

— Как угодно, мастер, — согласилась молодая настоятельница.

— Для тебя я старший мастер-инквизитор, сука! Только так! Их, — он обвёл руками своих учеников, — ты могла бы обдурить и заболтать. Но со мной так не выйдет! Ты поняла, мразь?!

Имавин нервно теребил массивный перстень на большом пальце — печать старшего мастера-инквизитора.

— Я прекрасно поняла вас, — спокойным и ровным тоном произнесла Аммэ и добавила иронично отчеканив каждое слово: — старший мастер-инквизитор. Пройдёмте?

— Учитель?.. Вы в порядке? — поинтересовалась Эрика.

Вискар начал рассуждать вслух:

— Всё правильно учитель делает, Эрика. Тут все распустились совсем: торговцы, свинопасы, теперь ещё и маги оборзели, даже подмастерья наглеют. Куда всё катится? Ну? Мор или не мор, умер ты или не умер, а всё равно всегда надо проявлять уважение к Ордену! На то и мы здесь. Да, учитель? Я правильно говорю?

Имавин молчал. Эрика закрыла ладонью лицо.

***

… Воплощение — краеугольный камень магического естества, без которого маг не мог бы стать магом. …

… Обращённому ученику необходимо помнить, что после воплощения он перестаёт быть примитивным человеком, а будет являть собой ничто иное как новую форму жизни; удивительную форму жизни, которая должна даровать свободу от примитивных людских страстей и слабостей. Конечно, если в итоге обращённый сможет выжить после Воплощения. …

«Сущность мага», Величайший мастер Гриар «Мудрейший архимаг» Акридский,

612 сезон от ПВ

— А кто знает, что такое Воплощение? Давайте, давайте. Не стесняйтесь! — послышался голос из кабинета.

Инквизиторы в сопровождении Аммэ вошли в кабинет. За партами сидело всего две послушницы и три послушника. Скудное количество, даже по меркам данного весьма небольшого монастыря. Преподавательница стояла за кафедрой и уже смотрела на вошедших. Её одеяние совершенно ничем не отличалось от мантии Аммэ.

Послушники также обернулись на гостей и хором поприветствовали Аммэ: «Здравствуйте, настоятельница! Приветствуем вас во славу…»

— Тише-тише, детки, — перебила их Аммэ и засмеялась, неловко добавив: — совсем не нужно так кричать. Также поприветствуйте мастеров-инквизиторов отдельно.

Дети молча переглядывались. Упитанный мальчик всё же спросил:

— А в белых тоже мастера-инквизиторы, настоятельница Аммэ?

— Да, Астер, конечно же, они тоже мастера-инквизиторы, — вмешалась преподавательница, смущенно заулыбавшись.

«А как их надо приветствовать?», «А зачем они пришли?», «Как всё-таки обращаться к ним?» — посыпались наивные детские вопросы сквозь оживлённые смешки.

Аммэ жестами просила детей приумолкнуть.

— Хватит! Заткнулись! Заткнулись все живо! — нетерпеливо закричал Имавин.

Старший мастер-инквизитор уже привычно для себя зажмурился и начал интенсивно натирать виски. На мгновенье повисла тишина, сменившая собой живой детский интерес.

— Потом узнаете как нас надо приветствовать, если мор вас не прикончит или не сдохнете после Воплощения, — нарушил тишину Вискар и беспардонно схватил лист одного из учеников. — Так-так… посмотрим.

Преподавательница быстрыми шагами приблизилась к Вискару и попыталась выхватить лист, в который уже уставился мастер-инквизитор. Вискар повернулся к ней спиной и эта попытка преподавательницы оказалась тщетной. Вдруг ехидно прищуренные Вискара глаза моментально округлились, он вскрикнул:

— Учитель, посмотрите на это!

Имавин взял протянутый лист и прочёл про себя: «Эрея — мать магов. Путь Светила — путь греха без богини Эреи.»

— Ересь! Ересь! Сожгу всё дотла! — взбесившийся Вискар начал крушить и поджигать всё вокруг.

Ученики побежали прятаться за кафедру подле своей преподавательницы. Эрика мгновенно сориентировавшись: схватила настоятельницу, которая попробовала сбежать.

— Не так быстро, сучка! — повалив Аммэ, победно прикрикнула Эрика.

— Вискар! Хватит заниматься ерундой! Хватай эту мразь, — Имавин указал на преподавательницу, которая, несмотря на творившееся безумие, пыталась хоть как-то успокоить испуганных послушников.

Быстрыми широкими шагами Вискар приблизился к преподавательнице. Она даже не пыталась сопротивляться, только заклинала ещё до ударов пылающих кулаков Вискара:

— Умоляю, мастера, только не трогайте детей! Они ни при чём!

Вискар поволок её за волосы ближе к Имавину под неумолкающее рыдание детей и скулёж своей жертвы. Аммэ же вовсе не сопротивлялась, но всё же Эрика решила не спускать с той глаз.

— Вынесете тут приговор, мастер? — Вискар ударил несколько раз кулаком по залитому слезами лицу, избавив таким образом его от влаги, оставив при этом яркие ожоги. — Прямо тут уничтожу проклятую еретичку! Вынесите приговор!

— Не здесь… — сухо ответил старший мастер-инквизитор.

— Почему?! — вырвался простой вопрос от недоумевающего Вискара, который всё яростнее запинывал сжавшуюся на полу девушку.

***

… Природа сущностей до конца непонятна. Наверняка известно только то, что именно они являют собой проводников магической энергии и позволяют прошедшим Воплощение созданиям использовать магию.…

… Автор книги называет их «сущностями», хотя на момент написания данных страниц непосредственно моя сущность противится подобному и периодически вставляет едкие комментарии по этому самому поводу.…

«Сущность мага», Величайший мастер Гриар «Мудрейший архимаг» Акридский,

612 сезон от ПВ

Светило выглянуло из тучи и озарило сад при монастыре, через которой проходили инквизиторы с задержанными девушками. Вискар успел вставить им кляпы из их же порванных мантий. Пленницы шли впереди, их вёл перед собой мастер-инквизитор Вискар, не спускавший с них глаз. В руках он постоянно подбрасывал мешочек, куда положил кольца обеих.

«За садом давно никто не ухаживал,» — подумал Имавин. — «Теперь понятно почему.»

— Вискар? — Имавин обратился к своему ученику.

— Слушаю, учитель, — не повернув головы отозвался Вискар.

— Стой.

Имавин медленно потёр виски.

— А ну легли на землю, еретические мрази. Быстро! — Вискар заставил девушек лечь на землю с помощью пинков и слов.

— Ученики мои, — начал Имавин, немного замявшись, что было ему несвойственно и бросилось в глаза и Эрике, и даже Вискару, — я должен сказать, что я…

Имавин старался подбирать слова:

— В общем, я не могу вынести приговор этим еретичкам с соблюдением всей процедуры, — протараторил Имавин, неуверенно натирая печать.

— Что?.. Я не понимаю… — Эрика хотела пояснений.

— Мастер, вы о чём? — Вискар перевёл взгляд на Имавина, после чего ударил по паре раз каждую из пленниц; для профилактики, как он обычно говорил, а на самом деле ему просто это нравилось.

— Я утратил связь с сущностью.

— Вы? Вы… вы что?! — Эрика была шокирована.

— Понятно… И сколько ждать возвращения этой связи? — холодно процедил Вискар, не забывая отвешивать тумаков пленницам.

— Вискар, ты не понимаешь серьёзности произошедшего… — Имавин снова начал стараться подбирать слова.

— Это мор?! Это магический мор и есть?! Правда он?! — завопила Эрика. — Я не хочу так умирать! Я тоже заразилась?!

Эрика стянула с себя мантию и бросила на землю, следом отскочила от неё уже голышом. Вискар начал смеяться над паникующей Эрикой.

— Эрика, успокойся, — учитель попытался вразумить ученицу. — Это точно никакой не мор. Вы же не утратили связь с сущностями? Вы можете использовать магию без проблем. К тому же…

— Погодите, мастер. Простите, что перебил вас. Я понимаю о чём вы. — Вискар повернулся к учителю.

— Вискар, сомневаюсь, что ты знаешь о таком явлении… — Имавин пытался быть максимально мягким в формулировках, ему не хотелось усилить панику.

— Мастер, ну, со всеми бывает иногда, — Вискар задумался, — со мной бывало по крайней мере.

— Этого не может быть, Вискар! Когда?! — Имавин повысил голос от удивления.

— Неважно. Я знаю средство. Сейчас всё будет, — он резко схватил валяющуюся под ногами палку, в миг поджёг её и запустил в своего учителя.

Старший мастер-инквизитор, сбитый с ног горящей палкой, даже ничего не успел понять, получив резкий удар в грудь. Эрика, уже успевшая натянуть мантию обратно, подбежала к учителю и помогла тому подняться.

— Ты спятил, придурок?! Ты что творишь вообще?! — заголосила Эрика.

— Обычно срабатывает, — пожал плечами Вискар. — Сущность должна была защитить учителя. Разве нет?

— О чём говорил учитель тебе, тупица?! О чём он тебе только что говорил?! — Эрика верещала так, что у стоявшего рядом Имавина заложило ухо. — Он же утратил связь с сущностью! Он беззащитен!

— Погромче кричи, Эрика… Ещё не все, наверное, услышали в этой проклятой дыре, — с грустью пошутил над собой Имавин.

— Ладно-ладно… Понял. Я не о том подумал просто. Когда я сильно выпью…

— Это другой случай, Вискар, — тихо сказал Имавин.

— Простите, мастер. Я просто хотел помочь.

— Так и что теперь нам делать? — уже спокойно задала весьма уместный вопрос Эрика.

— Вискар, отведи еретичек на постоялый двор. В мою комнату. Жди меня там. Только сильно не увлекайся. Им всё же надо вынести приговор по процедуре. Эрика, тебе надо заняться детьми.

На словах о детях унисон послышались приглушённые кляпами визги обеих пленниц. Даже пинками Вискару не удавалось заставить их умолкнуть.

— Мастер, а можно наоборот?.. — с надеждой спросила Эрика.

— Не-не-не! У меня свои планы на счёт этих сучек! Не выдумывай, Эрика! — Вискар был серьёзен, его тон стал грубым.

Вискар с агрессивным прищуром посмотрел на Эрику, потом на своего учителя. Имавин видел явно серьёзно настроенного Вискара.

«Не подходящее время, чтобы отнимать игрушки у ребёнка,» — пронеслось в голове Имавина. С небольшой надеждой он ждал отклика своей сущности. Отклика ожидаемо не последовало. Старший мастер-инквизитор чувствовал угнетающую слабость, угнетающую все эти дни в этой проклятой и забытой всеми богами дыре.

«Если бы только сущность откликнулась… Если бы только я вновь почувствовал силу, которую утратил…» — поток мыслей прервался. Нужно было что-то сказать, внезапно слова будто сами начали снимались с языка:

— Эрика, эти послуш... дети ещё не маги, просто дети. Они, к счастью, не прошли обряд Воплощения, — учитель попытался успокаивающим тоном наставить ученицу. …

С каждым словом инквизитора всё сильнее у пленниц лились слёзы, орошая землю заброшенного сада.

— … Выносить приговор не обязательно. Любой мастер-инквизитор в праве решить их судьбу по своему усмотрению. Во сла… во благо Ордена. Сейчас их разум окутан скверной, они уже пропащие еретики. Этого не изменить. Помни об этом, принимая единственное правильное решение, Эрика.

— Именно так. Учитель, как всегда, прав, — сухо бросил ученик.

Вискар ухватил пленниц за шивороты и поволок по земле за собой. Задумавшись, Эрика стояла неподвижно.

— Я отправлюсь в Святилище монастыря. Попробую восстановить… — Имавин прервал мысль, очевидно нужно было сейчас говорить не об этом. — Время пришло, Эрика. Пора стать настоящим мастером-инквизитором, — Имавин её приобнял по-отечески нежно (что случалось крайне редко), — я не могу вечно оберегать тебя от твоего предназначения.

— Я так не могу… не могу. Понимаете?! Не заставляйте меня, мастер! Учитель?.. — Эрика всхлипнула, по щеке прокатилась одинокая слеза.

Имавин приподнял и расправил её кулак в ладонь на уровне лица, затем сказал:

— Посмотри на Светило. Оно укажет тебе единственно верный путь. Не я, Эрика, а оно.

***

— Двигайте, тупые еретички, — Вискар с ухмылкой предвкушения подгонял пленённых жертв. Он уже вошёл в городок, проходил по знакомой ему торговой площади.

— Мастер-инквизитор, куда вы ведёте этих прекрасных девушек? — неопрятный бродяга с убранными руками за спиной преградил путь.

С разных сторон Вискара неспешно обступали люди.

— Для тебя я господин инквизитор, сраный свинопас. Совсем уже попутали все формы обращения в своей вонючей дыре, поганое отребье, — Вискар оглянулся по сторонам. — Ну, ничего… сучки подождут. Сейчас я вас научу уважению к Ордену, — ладони Вискара вспыхнули пламенем.

К удивлению, Вискара, толпа не отступилась, не разбежалась, а начала смеяться. Тут же кто-то подхватил девушек и спрятал за собой. Вискар даже потерял их из виду и завопил угрозами:

— Эй! Куда?! Еретики поганые! Всю дыру сожгу дотла! Каждый обосранный свиньями домишко!

— Мастер-инквизитор, вы явно не в духе. Вам надо остыть, — белоснежные зубы озарили улыбку на лице бродяги, из-за его спины показались руки, окутанные льдом. Каждый из толпы, начал доставать из карманов кольца и неспеша натягивать на пальцы.

«Мы не выживем…» — испуганная сущность Вискара всё же спокойно пробормотала эти слова в его голове.

— Без приговора не имеете права, еретики поганые!

— Будет тебе приговор! Не переживай, — выкрикнул кто-то из толпы.

— Я мастер-инквизитор Ордена «Восходящего Светила»! Я… — в горле Вискара мгновенно пересохло, он почувствовал разрывающую боль в груди, начал кряхтеть и задыхаться: — Я… мои… братья… мои… сёстры… отомстят…

— Будем их ждать, коли явятся! Нам же проще, — выкрикнул кто-то из толпы магов, после чего оная залилась смехом, но Вискар его уже не слышал: из ушей полилась кровь.

Пока ещё живой Вискар жадно глотал воздух. Вышел человек в чёрном одеянии, склонился над телом Вискара, собрал руки в замок, печать старшего инквизитора вспыхнула огнём на его большом пальце. Толпа затихла.

Инквизитор вещал громко и чётко, чтобы каждый из толпы мог расслышать зачитанный приговор:

— Я, старший мастер-инквизитор Эрдемон Акстонский, идущий по пути Светила во славу богини Эреи, беру на себя ответственность и выношу приговор, перед собравшимися свидетелями, Вискару, именующему себя мастером-инквизитором, — урождённому мастеру-инквизитору, ныне отступнику от истинного пути. Приговор — смерть.

Печать прожгла лоб Вискара с последним громким словом.

***

Эрика стояла перед тем самым кабинетом с оставленными наедине со страхом детьми и глубоко дышала.

«Ровное дыхание важно. Нужно успокоиться. Учитель прав. Давно пора показать кто я есть. Я мастер-инквизитор. Таково моё предназначение. К тому же я всё сделаю быстро. Я смогу.»

Эрика тихонько отворила дверь. Перевёрнутые опаленные парты, разбросанные книги — не это первым бросилось ей в глаза, а три старших мага в зелёных мантиях, один в чёрной рясе инквизитора, и никаких послушников.

— О! Вот и ты. Мы как раз тебя ждём. Вернулась всё-таки, — с игривой улыбкой сказал самый молодой, как раз тот самый в чёрном, со знаком Светила на груди, приятной внешности брюнет.

«Совсем как учитель, только симпатичнее,» — пронеслось у Эрики в голове, затем её настигло крайнее удивление.

В иных обстоятельствах Эрике такое знакомство бы очень понравилось. Однако этой встрече было предрешено стать скоротечной и роковой.

— Брат, я не понимаю… — изумлённая Эрика смогла выдавить только это.

— Не называй меня так, — на мгновение брюнет выдержал паузу, — пожалуйста. Так будет… тяжелее для меня.

— Тяжелее? Я правда не понимаю, бра… то есть. я так рада увидеть тебя тут! В такой дыре! — Эрика непроизвольно улыбнулась от наполняющей её радости, разговорилась, даже забыла все правила приличия и принятые формы (всё-таки перед ней стоял старший мастер-инквизитор, к тому же незнакомый). — Подумать только! Удивительно-то как! Учитель говорил, что мастера-инквизиторы далеко на севере уже, что…

— Прекрати, пожалуйста… Прошу тебя. Не надо… кхм… этих речей. Особенно про твоего «учителя», — на последнем слове лицо брюнета перекосило нескрываемое отвращение, смешанное с презрением.

— Что? Не надо так говорить о старшем мастере-инквизиторе Имавине…

— Нелаверском, — закончил за неё полное имя слегка погрустневший брюнет. — Да. К сожалению, я знаю кто это. К сожалению, знаю…

— Я всё ещё не понимаю… Так радостно, что мы встретились! Но… — Эрика бросила беглый взгляд на старших магов, которые до сих пор молчали. Лица их были угрюмы, при встрече взглядов они отворачивались. Один из магов подошёл к двери, запер её и встал позади Эрики.

— Эрика, мне действительно жаль. Но из моих братьев этот жребий… в общем, ты… выпала мне. Таково моё предназначение.

— Предназначение? Учит… — Эрика постепенно начинала понимать. — Нет! Нет! Пожалуйста! Только не так! Прошу вас! Я ничего не сделала! Я правда… я только следовала по пути Светила! Я…

Глаза Эрики наполнялись слезами. Мысли Эрики смешивались и перемешивались с репликами сущности. Началась паника. Только эмоции можно было разобрать однозначно. Её ладони вспыхнули огнём. Совсем невольно. Она даже не думала, что сможет что-то сделать в данной ситуации, но её сущность просто хотела жить.

— Эрика, дорогая Эрика… Мы можем пойти по сложному пути, а можем пойти по простому. Я предоставляю выбор тебе. Поверь, это действительно дорогого стоит, — брюнет снова на мгновение приумолк, затем добавил: — в данных обстоятельствах.

— Прошу пощады! — Эрика упала на колени, наконец-то она окончательно всё поняла, всё собралось вместе. — Я поверю в Эрею! Я смогу! Правда! Вот уже верить начинаю…

Мастер-инквизитор Эрика, сама не понимала, что она несёт. Вдруг она сбросила кольца с пальцев, сняла свой амулет и отшвырнула. Я отрекаюсь от прошлого ложного и греховного пути! Прошу тебя... — она окинула взглядом всех магов, — прошу вас! Пожалуйста! Я не буду мастером-инквизитором! Если хотите, то даже мастером не буду, буду делать что скажите… Я… я просто не хочу так умирать… — всхлипы усиливались.

— Мне жаль, Эрика, — брюнет подошёл, приподнял подбородок, чтобы прямо посмотреть в залитые слезами глаза. — Искренне жаль.

Старшие маги опустили головы. Эрика смотрела на губы брюнета, которые шевелились, шевелились… тем не менее его слова теперь разбирались плохо, она тонула в своих мыслях, картинка становилась всё яснее и яснее. Да, Эрика никогда не была глупой, даже напротив, она была слишком умна для её возраста. Эрика явно знала что сейчас произойдёт, видела достаточное количество приговоров, чтобы знать, однако сама не успела вынести ещё ни одного.

Наконец печать брюнета вспыхнула, и слова полились заученной мантрой:

— Я, старший мастер-инквизитор Илес Этрантский, идущий по пути Светила во славу богини Эреи, беру на себя ответственность и выношу приговор, перед собравшимися свидетелями, Эрике, именующей себя мастером-инквизитором, — урождённой мастеру-инквизитору, ныне отступнице от истинного пути. Приговор — смерть.

Печать инквизитора прожгла лоб Эрике с последним страшным словом.

***

Знакомая пещера не была темна везде, центр был очень хорошо освещён, лучи Светила пронзали чистый источник силы — место Воплощения; хорошо знакомое Имавину место. Давно не ступал Имавин по этим камням. Он неспешно разулся — ноги обдались прохладой. В центре стояла она… статуя Эреи, которую одновременно и любил, и ненавидел старший мастер-инквизитор Имавин Нелаверский. Почему-то ему стало вдруг очень спокойно, когда он подошёл к статуе и обнял её.

«Эрея!» — тепло вскрикнул Имавин, — «Проклятая, ты, сука!» — внезапно он ударил по статуе кулаком со всей силы, отчего ощутил нестерпимую боль.

Имавину пришлось согнуться и рефлекторно зажать руку между ног. Кожа на кисти слегка повредилась при неудачном ударе в заострённый выступ и немного обдалась кровью.

— Имавин, Имавин… Даже в святом месте не можешь не оскорбить богиню. Узнаю тебя. А ты меня узнаёшь? — человек в чёрной рясе вышел из темноты, после паузы добавил: — Или окончательно обезумел?

— Старик-свинопас? — рассмеялся Имавин.

— И когда ты понял? — улыбнулся великий мастер-инквизитор Баглис Таманский.

— Не сразу… — отмахнулся неповреждённой рукой Имавин, — учитель. Сколько вас тут? Все что ли собрались посмотреть? Выходите. Не стесняйтесь. Я беспомощен… — Имавин залился грустным смехом, затем выпрямился и сквозь окровавленную ладонь посмотрел вверх, на пробивающиеся лучи Светила.

Несколько фигур вышли из темноты. Кроме Имавина никто не смеялся.

— Ну, так что? Когда начнём? — задал Имавин первые пришедшие ему на ум вопросы.

— Почему ты не сбежал после потери связи с сущностью? — с интересом спросил Имавина учитель.

— Куда? — громче рассмеялся Имавин. — Я вернулся домой!

— Вернулся бы ты раньше… многое можно было бы ещё исправить, мой дорогой ученик.

— Плевать!

— На себя, возможно. А как же Эрика, Вискар? Ты до конца осознаёшь, что натворил, Имавин? Осознаёшь свою степень вины?

— На мне нет никакой вины! — взорвался Имавин. — Это вы, еретики поганые, предали истинный путь Светила!Продались этой шлюхе! — он плюнул в сторону статуи, но не попал.

Великий мастер-инквизитор Баглис Таманский только покачал головой. От фигур в чёрных рясах, которые по-прежнему молчали, послышались только редкие, но выраженные тяжёлые выдохи сожаления.

— Делай что должен, сраный свинопас! — Имавин сел на землю и залился безумным смехом, — Или всё-таки учитель? Как угодно вас называть? — с издевательски наигранной вежливостью поинтересовался Имавин.

— Как пожелаешь, мой дорогой ученик. Признаюсь, сложно было тебя сюда заманить. Честно говоря, не думал, что ты решишься проделать такой путь. Настолько поверил в своё безумное предназначение? — великий мастер-инквизитор укоризненно покачал головой.

— Плевать… я просто очень соскучился по дому…

— Имавин, ты даже не представляешь как мне жаль, но ты сам знаешь, что сейчас последует, мой дорогой ученик. Не вижу смысла с этим затягивать, ибо так будет тяжелее всем собравшимся тут.

Печать великого мастера-инквизитора вспыхнула.

— Погоди! Можно последнее желание?

— Говори, — сухо бросил учитель ученику.

— Вынеси приговор мне от моего имени!

— Что? — непонимающе переспросил великий мастер-инквизитор.

Фигуры начали перешёптываться между собой.

— Да заткнитесь вы! — бросил куда-то в сторону фигур Имавин. — Будто не знаете, что так можно делать…

— Имавин, ты и впрямь обезумел. Понимаешь ли… ты же отступник, признаёшь ты это или… — улыбнулся Баглис Таманский.

— Нет, учитель. Только после приговора я стану по истине признан отступником вами, свидетелями. Фактически… сейчас я старший мастер-инквизитор, который несёт ересь и сбился с пути — для вас так. Пока мне не вынесли приговор я имею полное право сам выносить приговоры, пусть они будут и признаны еретическими потом, признаны такими как вы. Такова процедура. Только в первой части, опустите «отступник», — улыбнулся Имавин. — Раньше времени не называйте.

— И давно ты придумал такой конец для себя?

Фигуры начали уже говорить громче, можно было распознать отдельные слова и фразы. Началась, своего рода, дискуссия по поводу данного прецедента. Светящиеся кольца прорезали тьму из-за бурной жестикуляции совещающихся, только тускловатые амулеты оставались практически неподвижными.

— Только что. В самом лучшем для этого месте, — Имавин с улыбкой посмотрел сквозь ладонь с запёкшейся кровью на настырные лучи Светила, полностью осознавая, что это последний раз.

— Я не уверен, что это правильно… Тем не менее пусть будет так. По крайней мере это будет…

— Забавно? — продолжая созерцать Светило, уточнил Имавин.

— Именно так, мой дорогой ученик. Именно так, — учитель звонко засмеялся.

Вскоре выражение лица великого мастера-инквизитора изменилось на суровое, он поднял руку вверх с выразительно светящейся печатью. Фигуры разом замолкли.

— А вопрос можно? — спросил Имавин. — Очень интересно напоследок узнать кое-что.

— Задавай уже свой вопрос, безумец, — учитель явно настроенный на вынесение приговора начал злиться.

— А как вы меня лишили связи с сущностью? Ослабили меня так? А?

— Ты всё равно не поверишь, Имавин.

— Почему же? Ну, расскажите.

— Эрея… — начал учитель.

— Бред! Заткнись! Заткнись! Лжец! Не произноси имя этой шлюхи! Читай приговор, сраный свинопас. Ненавижу вас, поганые еретики! Ненавижу вас всех, мрази! Ненавижу!!!

Имавин вдруг затих. По его щекам совсем беззвучно покатились слёзы. Печать снова зажглась, тишина вмиг прервалась:

— Я, великий мастер-инквизитор Баглис Таманский, идущий по пути Светила во славу богини Эреи, от лица старшего мастера-инквизитора Имавина Нелаверского, даровавшего мне исключительное право вынести данный приговор от его имени, беру на себя ответственность и выношу приговор, перед собравшимися свидетелями, Имавину Нелаверскому, именующему себя старшим мастером-инквизитором, — урождённому мастеру-инквизитору, ныне отступнику от истинного пути. Приговор — смерть.

Имавин привычно зажмурился, однако напряжение в висках больше не возникло. Напротив, пришло уютное облегчение. Печать прожгла лоб Имавину с последним спокойным словом.