Сценарии Судного Дня

"Зачем мёртвому богатство?" или Апокалипсис от Гнома

- "... И сотрясается твердь земная, разверзаются огненные глубины, рушатся скалы..."

- Знаю я этот бред! И про "взывающие ветра", и про "вскипающие океаны". Мне мудрецы уже давно все прочли. Все уши прожужжали и дырку в голове продолбили. Чушь! Чушь всё это и бред полоумный! Вы мне тут ещё сказания гоблинских шаманов начните цитировать! Тоже мне, кладезь мудрости!

- Тан!

- Что, посланник?

- Веди себя достойно. Заветы предков велят нам чтить мудрость седых бород.

- Заветы предков велят нам, заботится о благе своего народа. И это главное. А что касается мудрости: вот когда у лесного народа бороды вырастут и поседеют, тогда с ним и поговорим. Вас послушать, так всё вокруг священно и неприкосновенно. Кара Создателей, говорите. Сколько эльфийских священных рощ срублено? Сколько храмов разрушено? А сколько деревень, стойбищ и поселений всех народов драконы в прах превратили? Некроманты мертвецов на погостах подымают, а вурдалаки по ночам кровушку едва ли не в бочонки цедят. И где же кара, которая святотатцев каждый раз настигнуть должна? Молчат Создатели. И вы молчали, когда к вам обращались за помощью. Так что же вы теперь все всполошились, когда в ваших советах никто не нуждается более?

- Нельзя нарушать покой Столпов Неба! - визгливо заорал увешанный амулетами из костей тучный гоблин, - Нельзя! Гнев Великого Зверя...!

- Да заткнись ты, отрыжка болотная! Иди вон мухоморчика скушай и поганкой заешь. Вдруг тебе тайна Создателей откроется, что были созданы гоблины по ошибке. Спьяну, может быть.

- Злые слова сказал, тан, - проворчал могущий орк, внешностью не менее колоритный, чем гоблин, - Злые и глупые. Плохой дух шептал тебе их во сне.

- А какие духи вам в уши гудели, когда орда в наши пещеры рвалась?

- То наши скалы! Зачем приходили в них?

- На кой они вам?! Вы же в степи живёте. Камнями разве что палатки укрепляете. Супротив ветра.

- Достопочтимый тан. Орки согласны уступить Вашим кланам Соколиную Гряду. Если Вы согласны, то...

- Раньше. Раньше надо было, дорогой лорд, со своими бумажками суетиться. Напомнить, что Ваш Совет моим послам ответил? По лицу вижу, что не надо. Вот тогда радость то была. Как же: орки с гномами великую войну затеяли, так мы можем пахать спокойно. Глядишь, и перебьют друг дружку.

- Злые слова! Гони духа прочь!

- Да не маши ты оглоблей, орк! Не ровен час эльфу ухо заденешь.

- Ради благой цели мои уши готовы стерпеть и не такое.

- Ого! Я же, вроде как, и не пил сегодня! Что случилось с лесным народом, если он смертельное оскорбление от смертельного врага готов стерпеть? У вас там травы какие новые выросли, али что-то ещё стряслось?

- Угомонись, тан. Правители народов договорились, что Соколиная Гряда будет передана твоим кланам. Все согласны пойти на уступки, ради соблюдения спокойствия Хребта Мира. Драконы гарантируют полсотни лет мира, этим землям. Вы получите право беспошлинной торговли во всех землях на это время. Ты сможешь основать новое владение, укрепить и обустроить его.

- Прости, посланник, но я уже основал владение. Ну, соглашусь с вашим предложением и что дальше? Полсотни лет пройдёт, и мои кланы снова окажутся в одиночку перед Великой Ордой. Какие такие богатства лежат под Соколиной Грядой? Может ты, посланник? Молчишь. А здесь мифриловые жилы, золотые самородки и драгоценные камни уже найдены. Я таких богатств и не видел за четыре сотни лет. И сегодня Вы предлагаете нам бросить всё и вернуться туда, откуда нас сами же и изгнали? Шиш вам всем! Никуда отсюда не уйду! И мой народ не уйдет!

- Ваша алчность погубит всех, тан, - печально проговорил эльф, - Сгорят леса и степи, закипят океаны, рухнут скалы. Зачем мёртвым богатство?

- Надоело мне всё это. Мои кланы остаются здесь. Баста! Хотите торговать - милости просим, а не хотите - как хотите.

- Будет война, тан.

Гном зажал толстым пальцем одну ноздрю и высморкался прямо под ноги своему сородичу.

- Передай Правителю, посланник, что я - тан Торгрим, предлагаю ему подтереться теми бумажками, которые мне недавно человек подсовывал. Прислал бы помощь, когда его просили - копали бы мы сейчас шахты под Соколиной Грядой безо всяких этих договоров. А войны я не боюсь. Так то.

***

Десять лет не стихали сражения в ущельях и пещерах у основания Хребта Мира. Бесчисленное количество гоблинов и орков, многие тысячи людей, гномов и эльфов сложили головы в том каменном лабиринте. Ветры и дожди выбеливали на склонах кости погибших драконов и великанов.

Велика была мощь объединённого войска, но мятежные кланы Торгрима устояли. Глубоко под землю уходили их пещеры, надёжно укрыв поселения от противника. Не решились маги, шаманы и заклинатели применить Великие Заклятия, чтобы освободить Великих Духов Земли и обрушить каменные своды на головы мятежников. Боялись совершить ещё большее святотатство. Пугало всех древнее пророчество. Громче всех вопили шаманы гоблинов о том, что нельзя нарушать сон Великого Зверя.

И не выдержал союз. Начались подозрения, что одним людям выгодна эта война. Снова начали гоблины и орки грабить поселения, люди осушать болота и пахать степи. Зазвенели топоры в священных рощах эльфов. Проснулся голод у драконов.

И вместо армий пришли к Хребту Мира торговые караваны. А первыми оказались длинноухие эльфы. Мифрил и драгоценные камни, золото и серебро, железо и медь - всё скупали бывшие враги у мятежных гномов. Скупали, и просили продать ещё. Покой и благополучие пришли в новые владения подгорного народа. Всё глубже и глубже становились их шахты. Наступил Золотой Век.

Но прошли десятки лет, и оскудел поток караванов. Словно вымер мир за пределами Хребта Мира. Забеспокоился тан Торгрим, и послал отряды разведчиков в большой мир. А ну как снова какую пакость его народу готовят?

***

- Хаос твориться в мире, тан.

- Что так? Ну, дрожат скалы иногда. Бывает, что и вулканы огнём пыхнут. Но ведь нет ни "глубин огненных", ни "волн всесокрушающих". Чего им там не живётся? Ведь чего только не просили, все продавали. Чего им не хватает?

- Безумие овладело всеми. Леса остроухих высыхают, ибо все силы их друиды направили на выращивание Великих Древ. Маги людей построили огромные Врата. Гномы, оставшиеся на родных землях, высекли Арку неслыханных доселе размеров. Шаманы гоблинов и заклинатели орков из костей драконов и великанов выложили в степи Большой Аркан. Очень многие ушли из этого мира. Драконов почти не сталось: улетели к звёздам. Раздолье для некромантов: орды скелетов и мертвецов заполонили покинутые города. Те, кто не верит в пророчества и не присоединился к Исходу, воюют с нежитью и грабят друг друга.

- Много мертвецов?

- Их полчища, тан. Личи гонят отряды к нашим владениям.

- Плохо. Здесь много погибших и похороненных без положенных ритуалов. Значит, снова война? Что скажете, советники?

- В первый раз что ли, тан? Отбились от живых - отобьёмся и от мертвяков. Сдюжим.

- Много мифрила продали. Супротив нежити - лучше него ничего нету.

- Тогда углубляйте шахты. В глубинах его несметное количество.

- Чем глубже роем - тем больше дрожат скалы, тан. Опасно.

- А тучи мертвецов тебе не опасны, советник. Этот противник страха не ведает и пролитой крови не боится. Нужно вооружить всех оружием из чистого серебра. И доспехи из него же всем выковать. Только так и отобьёмся.

***

- Да сколько же их?! Со всех погостов поднялись, что ли?

Словно могучая река вливалась в долину армия мертвецов. Чётким размеренным шагом двигались вперёд отряды скелетов, волоча ноги, брели толпы полуразложившихся зомби, скакали своих демонических скакунах рыцари смерти, мельтешили в небе нетопыри. И не было конца этому потоку умерших, но не подчинившихся смерти. Жуткая картина.

Но гномы не дрогнули. Обрушились на врага камнепады, полетели тучи стрел, потекли ручьи жидкого огня. От ударов мифриловых лезвий рассыпались в прах древние кости. Чёрный дым потянулся в небеса, и смрад протухшей горелой плоти проникла в самые глубокие пещеры. Живые сражались с мёртвыми, и не было видно победителя в этом сражении. Одни старались взять верх количеством, а другие всё черпали и черпали богатства недр.

Но прервалась битва. Задрожала земля так, что не удержались на ногах даже цепкие гномы. Скалы трескались и обрушивались вниз неудержимыми лавинами, погребая под собой отряды подгорных жителей и полчища мертвецов. Ущелья превращались в бездонные провалы. Вулканы выплюнули в небеса потоки огня. Тучи пыли и пепла закрыли солнце. Огромные смерчи опустились с небес на землю. Мир стонал, словно умирающий великан.

Тан Торгрим не удержался на краю пропасти. Последнее, что он увидел - тянущиеся вверх скалы. Их вершины устремились к тёмным тучам так, словно хотели распороть небесную твердь. И вспомнилось ему в это последнее мгновение печальное лицо эльфийского посланника и его вопрос: "Зачем мёртвым богатство?"

***

Зверь поднялся, отряхнулся, и тщательно почесал себе за ухом. Проклятые паразиты! Шкуру хотят прогрызть, что ли? Совсем обнаглели: поспать не дадут. Только прилёг отдохнуть после очередной схватки, но куда там.

Кстати, где эта рыбина ненаглядная прохлаждается? Спит, небось, вражина? Г-о-о-у!!! Да нет, вот же она. Ну что, продолжим наш древний спор? Кто здесь, говоришь, хозяином будет?..

"Цена ошибки" или Апокалипсис от Эльфа

В год 103 от Исхода Драконов совет эльфийских князей издал указ о созыве войск. Эта новость взбудоражила все кланы: "Война? С кем? Кто осмелился бросить нам вызов?" И такая реакция была вполне понятна: вот уже 103 года не было в этом мире мало-мальски серьёзного врага у эльфов. Ушли в небытие гиганты, давно пали последние города дроу, вот уже несколько веков не было слышно ни о ограх, ни о троллях. Прячутся в самых гнилых болотах кланы гоблинов, остатки некогда могучих орков скитаются в пустынях, беспрекословно платят дано потомки гордых гномов, а люди давно превратились в покорных слуг владык мира. И тут такая новость. Неужто исполнилось пророчество отступивших в иные реальности драконов?

Как оказалось, враг всё же отыскался. Точнее сказать, совет князей нашёл таки способ добраться до того единственного существа, которое для всех эльфов воплощало вселенское зло. Множество веков мудрецы потратили для решения этой проблемы и вот все их усилия увенчались успехом. Когда перед выстроившимися идеально стройными рядами воинами появились князья и объявили цель грядущего похода, неописуемое ликование охватило эльфов. Робкие голоса отдельных скептиков, вопрошающих о необходимости этой войны и опасности её последствий. Призывы о необходимости Равновесия в Мироздании утонули в восторжённых кличах: "Зло будет повержено! Великое Древо должно расти без помех!"

Правители эльфов не стали откладывать дело на будущее и, не мешкая, приступили к выполнению своих обязанностей. Вскоре сотни магов закончили подготовительные работы и открыли сотни врат в иные измерения мироздания. Родные прощались с теми, кому предстояло свершить заветы предков и положить конец эпохе, в которой существует Зло. Никто не знал, вернуться ли смельчаки домой, потому что никто до этого не покидал эту реальность живым. Наконец была дана команда, и стройными колоннами двинулись полки эльфийского воинства в сверкающие всеми цветами радуги магические порталы, чтобы ступить на кору Игдразиля.

Эпический поход начался

На многие десятки, а может и на сотни миль растянулась колонна ельфийских войск. Долгим отнюдь не лёгким был их путь по стволу необъятного древа. Плоские участки коры мирового древа представляли для эльфов огромные равнины, складки - горные хребты и огромные ущелья, из огромных нор-пещер выползали монстры-древоточцы. Но все эти невзгоды только закаляли дух смельчаков, делали их сильнее и опытнее. И с каждой новой потерей у остальных только крепла уверенность в том, что нужно отыскать и уничтожить первопричину всех этих бед. С каждой новой победой всё сильнее и сильнее разгоралось в душах перворождённых желание сразиться с самым огромным чудовищем в истории мироздания.

Очень необычным был ход времени на поверхности Игдразиля. Уже давно армия проделал путь, который позволили бы несколько раз обойти по экватору родную планету, а цель похода была всё так же далека. Эльфы погибали в лапах невообразимо жутких чудовищ или срываясь в пропасти невероятной глубины, но никто не постарел даже на час. Не ржавели доспехи, не тупилось оружие, и даже подошвы походных сапог не стирались о твердую как камень кору. События текли своим чередом, но само время словно стало не властно над смельчаками, которые осмелились изменить порядок вещей.

Никто не знает, сколько длился этот поход. Может столетия, может и целые эпохи, а может и просто один бесконечно длинные день. Но как и всё во вселенной, достиг своего конца и этот эпический марш. На невообразимую высоту вознеслись колонны эльфийских войск горы, которые, в сущности, были ни чем иным как началом уходящих в преисподнюю корней мирового древа. Мудрецы быстро определили тот из них, который вел к цели похода. По дну титанических размеров ущелья направились войска к месту, где обитает Великий Змий Нидхёгг, известный перворождённым, как Пожиратель Корней. Вдоль нескончаемого корня, во тьме и сырости колодца Хвергельмир спустились они в Нибльхейм - в страну мрака и обитель туманов. И там, на краю бездны Гинунгагап, отыскали они наконец цель своего похода.

Великий Змий словно ожидал противника. От его рева содрогнулась ледяная равнина. Глыбы льда, каждая размером с горный пик, рассыпались в ледяную пыль от ударов громадного тела. Ледяные поля ракалывались во всех направлениях. Дыхание Нидхёгга порождало ураганные ветры и снежные торнадо. Свет пылающих глаз чудовища разогнал вечную тьму, а его клики сверкали, словно вспышки тысяч молний.

Ужасен, очень ужасен был облик Пожирателя Корней. От вида чудовища кровь застывала в жилах и предательски дрожали руки с оружием. Но чувства куда сильнее страха пылало в душе каждого перворождённого - ненависть и жажда мести за погибших товарищей. Словно души всех ушедших поколений эльфийских воителей, положивших свои жизни ради этого момента, слетелись сейчас к месту битвы и наполнили сердца воинов отвагой.

И закипела битва. Тысячи заклинаний обрушились на огромное тело Великого Змия. Тучи стрел устремились к глазам и пасти чудовища. Тысячи и тысячи острых как бритва лезвия мечей и наконечники копий ударили о гигантские чешуи брони дракона. Перворождённые гибли тысячами раздавленные ударами громадного тела. Сотнями исчезали они в пасти чудовища. Порывы ледяных буранов уносили воинов в вечную тьму Ни́бльхе́йма. Они проваливались в разломы и погибали под ледяными лавинами. Их засыпали обломки брони дракона. Эльфы умирали, но продолжали сражаться, хотя битва казалась безнадёжно проигранной.

И когда казалось, что всё уж кончено, а остаткам некогда огромной армии остается только погибнуть, Нидхёгг взвыл как от невыносимой боли. Чудовищное израненное тело взметнулось вверх, словно змий пытался пробить своей головой твердь небес Ни́бльхе́йма. Всей массой змий обрушился на ледяные равнины Страны Мрака, превращая в снежную пыль хребты ледяных пиков. Промёрзшая земля не выдержала этого удара и словно расступилась перед бесчисленными кольцами тела древнего монстра. Пожиратель Корней рухнул в этот невообразимый разлом и исчез с глаз тех немногих перворождённых, кто ещё оставался в живых к этому моменту. Чудовищные ветры устремились к разлому, неся туда невообразимое количество снега и ледяной крошки. Один за другим следовали чудовищной силы подземные толчки, от которых ледяные равнины колыхались, словно океанские волны. Казалось, что сам Игдразиль зашатался от ударов агонизирующего Нидхёгга.

Наконец подземные толчки стали утихать, а потом и вовсе прекратились. Постепенно утихли ветры. Осела на израненную землю ледяная пыль. Чудовищный разлом оказался почти засыпан снегом и льдом, которые навеки похоронили Великого Змия. Горстка чудом уцелевших эльфов после всего пережитого отказывалась верить в своё спасение, и уж тем более в свою победу. Израненные и обмороженные выбирались они из спасительных убежищ на стылые земли Ни́бльхе́йма. Остатки некогда эпической армии начали готовиться к возвращению домой.

Долог был путь к логову Пожирателя Корней, а вот обратная дорога заняла совсем немного времени. Оставшиеся в живых маги с трудом открыли одни единственные врата в родной мир прямо на ледяных равнинах Страны Мрака. Но и этих врат хватило для того, чтобы горстка перворождённых, чудом уцелевших в битве и последовавшим за ней светопреставления, без проблем вернулась домой. Вернулась из царства мёртвых обратно к свету и жизни.

Именно так казалось поначалу этим героям. Сотни тысяч воинов, целые поколения перворождённых сложили свои головы ради того, чтобы Великое Зло было наконец повержено и Добро восторжествовало навсегда. Отныне Великое Древо - тень Игдразиля, эльфийское воплощение Добра - могло расти без помех, набираясь сил и увеличиваясь в размерах. Сбылась извечная мечта эльфийской расы, ради достижения которой она вела бесконечные войны и щедро поила землю кровью других рас. Теперь перворождённые могли с уверенностью сказать, что наступил Золотой Век. - Век Добра и Справедливости.

Так должно было быть. Но так не случилось.

Великое Древо действительно начало расти и увеличиваться в размерах, будто достигло корнями Источника Жизни. Но вместе с тем после возвращения героев сам мир словно потерял покой. Начались землетрясения, цунами и ураганы. Сначала они не вызывали беспокойства, ведь и раньше случалось подобное. Но подземные толчки всё учащались и набирали силу. Просыпались древние вулканы. Ураганы вырывали с корнем целые леса. Перворождённые пытались с помощью магии защитить свои города, но слишком много магов осталось навеки в ледяных равнинах Ни́бльхе́йма. Мир словно сошёл с ума и стремительно катился к своей гибели.

И тогда эльфы вспомнили и последнее пророчество ушедших драконов и возражения противников эпического похода, которых тогда никто не захотел услышать. Вспомнили, но было уже поздно. Всё, что сталось им - это с горечью и отчаянием наблюдать за гибелью мира. Наблюдать за Апокалипсисом, виновниками которого они сами и были. Они уже ничего не могли поделать с Великим Древом, которое своими корнями разрывало мир на куски. Поздно вспомнили они предостережение о том, что и Добра в мире может оказаться слишком много.

"Принцип подобия" или "Апокалипсис от Гоблина"

Обсерватория и лаборатории метра Николы Коперни располагались на чердаке левого крыла здания Академии Познания, отчего редко посещались лицами не сведущими в той области знаний, в которой трудились метр и его немногочисленные помощники. Но десятого числа пятого месяца ... года в этом весьма обширном, но уже требующем ремонта помещении, было весьма многолюдно. Впрочем, ситуация требует некоторого объяснения: посетителей было достаточно много, вот только людей среди них была едва ли половина.

- Признаться, я впечатлён, метр Никола. Весьма и весьма впечатлён, - сказал, словно прогудел в тромбон, тучный лысеющий гном с длинной белоснежной бородой, - Ваше упорство таки дало свой результат. М-да, - гном пожевал толстыми, как сардельки, губами и поправил пенсне, - Я впечатлён. На следующем же заседании совета попечителей я поставлю вопрос о дополнительном финансировании Вашего отдела. М-да. Всенепременно поставлю. И я уверен, что меня поддержат. Прошу Вас подготовить смету.

В толпе загудели. Гномы и люди в основном выражали ободрение произнесённой речи, тогда как эльфы явно противились такому развитию событий. Немногочисленные орки и халфинги предпочли хранить молчание.

- Годовой план расходов уже утверждён, и я с коллегами не вижу оснований пересматривать его, - мелодичным голосом, в котором откровенно звучали нотки высокомерия, заявил эльф в зелёной мантии паучьего шёлка, вышитой сложным растительным орнаментом, - Этот шаг повлечёт за собой уменьшение расходов на исследования других отделов нашего учреждения. Это недопустимо.

- Что, ушко тебе прищемили, метр Эльнуар? - осклабился гном в простой рабочей одежде, чей кожаный фартук носил следы взаимодействия с многочисленными реактивами.

- Боятся, что для их травок и кустиков меньше навоза закупят! - гаркнул его коллега, от мантии которого тянуло продуктами перегонки нефти и не только.

Многие их присутствующих заулыбались, а некоторые откровенно захохотали.

- Чего же ещё ожидать от гномов? - ответил коллега Эльнуара, в столь же роскошном одеянии, - Невоспитанность этих бородачей известна во всем мире.

- И их дурной вкус, - добавил ещё один эльф.

- Но-но! Чего-то я не слышал ничего плохого о наших вкусах, когда вам, длинноухие, требуются изделия наших мастеров!

- Особенно ювелиров!

- Точно! А сами навозом всё здание провоняли! Мух развели - страсть!

- Это ложное обвинение, и всем это известно, - возмутился Эльнуар, - Специфический запах ощущается только возле компостных куч.

- В отличие от Вашей мантии, коллега.

- И чем тебе, ушастый, моя мантия не по вкусу?!

- Тише! Тише, коллеги! - перекрыл галдёж своим зычным голосом мужчина в чёрной хламиде с подвеской в виде черепа на груди, - Решение о пересмотре финансирования отдельных отделов не в нашей компетенции!

- Но, справедливости ради, следует отметить, что некоторые из наших коллег уж слишком рьяно тянут на себя это одеяло. Лишь бы им было тепло.

- Наши потребности обоснованны. Благодаря нам и нашим коллегам из других учреждений обыватели уже позабыли слова такое слово, как голод.

- А благодаря нам, они без опаски посещают могильные склепы и не боятся выходить ночью во двор, - парировал человек в чёрном одеянии.

- Да с кем ты споришь, Никрос?! - не желал успокаиваться гном, чьё одеяние эльфы сочли слишком "пахнущим", - Они любое открытие, из которого их длинные уши не торчат, стараются тут же выбросить на свалку!

- Это уже слишком!

- Что, правду слышать не нравиться?! А вот фиг вам, ушастые!

- Да! Не только ваши отделы пользу приносят! Деньги всем нужны!

- Тихо!!! - рявкнул вдруг один из орков, лицо которого носило следы многочисленных ранений и ожогов, - Разгалделись тут, словно вороны на тр... К-х-м. Не важно, в общем, где. Меня, лично, кое-что интересует. И не только меня.

- Да, - поддержал его, как ни странно, халфинг - Вопросы, так сказать, к автору изобретения имеется. И главный из них вот какой: а практическая польза нам от всего этого изобретения какая?

Соглашаясь с этими словами, и уточняя предмет вопроса, орк со шрамами указал своей лапищей на могучий лабораторный стол из морёного дуба, над которым висела чёрная магическая сфера. В глубинах этой черноты сверкали многочисленные необычайно яркие разноцветные точки.

- Но как же... Это же самая настоящая картина окружающего наш мир пространства, - удивился просто до изумления гном в пенсне, - Это же... Кладезь новых знаний.

- Да, это открытие. Согласен. Но какой нам от этого прок?

- Видите, не только эльфы могут быть скептиками.

- Да помолчи ты, коллега, - шикнул на эльфа орк, - Я разобраться хочу. Вон Туладин нефть кипятит и получает жидкости, от которых враг и безо всякой магии горит так, как сухое сено летом не горит. Тут спору нет - нужное дело. Вы вот в навозе ковыряетесь и червяков всяких разводите, но от того на полях пшеница родит и всё такое. Пожрать, тоже дело нужное. Даже необходимое. Некроманты нежить упокаивают. В общем, все чем-то полезным заняты. А здесь что? Ну, картина мира. Понятно. Так ведь её нам и духи поведать могут. И безо всяких сфер. Глазами, правда, не увидеть, но всё же.

Гомон в зале утих, и взгляды присутствующих сосредоточились на хозяине обсерватории. Метр Никола смущённо откашлялся, подошёл поближе к сфере и заговорил, помогая себе жестами и магическими пасами.

- Видите ли, это картина окружающего нам мир обычного пространства, а не его астральной проекции. Я смог создать её, используя принцип подобия. И она позволяет нам видеть и визуально изучать объекты, которые вызываем шаманами духам, как бы это сказать, не интересны. А нам знать некоторые детали происходящего во всемирной пустоте весьма познавательно. Вот, например, комета в подробностях.

Послушное воле метра изображение в сфере поплыло, увеличивая в размерах одну из сверкающих искр. В зале послышались несколько восхищённых вздохов: в черноте висело сверкающее овальное облако, за которым тянулся искрящийся шлейф.

- При детальном изучении, можно увидеть, что в этом облаке скрывается твердое тело. По всей вероятности это кусок льда. Каким-то образом происходит испарение вещества, в результате которого мы и видим движущуюся в небесах хвостатую звезду.

- Красиво. Но что там относительно пользы? - напомнил халфинг.

- Видите ли в чём дело, - несколько неуверенно ответил метр Никола, - Я ещё не совсем уверен в своих предположениях. Это только гипотеза.

- Смелее, коллега. Смелее, - подбодрил его гном в песне.

- Я подозреваю, что некоторые небесные тела могут столкнуться с нашим миром.

- Небесные камни? - уточнил орк.

- Да. Но не только они. К тому же камни бывают разных размеров, и я полагаю, что результаты их столкновений с поверхностью нашего мира тоже могут быть весьма различными.

- Г-м. Это интересно. Сто десять лет назад селение Хиртум было разрушен и сгорело в огне, когда с неба упал один из таких камней.

- Я думаю, что моё открытие позволит предсказывать падение небесных камней.

- Это поможет спасти несчастных.

- Или подсказать момент для нападения на врага, - зловеще оскалился орк.

Все повернулись к нему.

- Ну, если знать, когда достаточно большой камень упадёт на их столицу, то можно многого достичь, - пояснил он.

- Боюсь, что пока я не могу делать подобные прогнозы.

- Оно и понятно: здесь ещё работать и работать. Но польза от этого открытия есть, - орк был явно доволен, - Можно задать вопросы духам, а потом уточнить детали с помощью вот этой штуки. Или наоборот.

- Иными словами, коллега, Вы поддерживаете моё предложение о дополнительном финансировании этого отдела? - уточнил гном в пенсне.

- Обеими руками. Метру нужны действительно толковые помощники, а не эти вороватые ушастые недоразумения, которые только и горазды, что крутиться под ногами да проблемы создавать.

- Тогда предлагаю перенести обсуждения этого вопроса в зал собраний.

Все загалдели и потянулись к выходу. Могучий орк шагал рядом с метром Никола, положив ему свою тяжёлую руку ему на плечё и о чем-то шепча на ухо. Метр утвердительно кивал: он был заинтересован предложением коллеги из отдела "Шаманских практик". Эльфы выглядели откровенно недовольными, и на ходу что-то быстро обсуждали. Гномы восхищённо галдели. Люди шагали с видом победителей.

И никому не было дела до оставшегося в зале "ушастого недоразумения" - одного из тех помощников метра Никола, которых мог позволить ему скромный бюджет отдела.

Оставшись в одиночестве, гоблин Жмих осторожно шагнул к висящей над столом сфере. Необычайно реалистичное изображение кометы на фоне угольно-чёрной тьмы завораживало его.

- Красивая! - восхищённо пискнул гоблин, и воровато оглянулся по сторонах.

В зале не было ни души, если не считать его. И это только подлило масла в огонь соблазна завладеть такой восхитительной вещью. Жмих встал на ципочки и потянулся к сфере. Длинный указательный палец коснулся незримой эфирной плёнки и, не встречая сопротивления, погрузился во внутрь сферы.

В следующее мгновение гоблин взвизгнул, отшатнулся и, не удержав равновесия, упал на дощатый пол.

- Ой-йой! Плохая игрушка! Больно! - пищал он, баюкая отчаянно болевший от прикосновения к невероятному холоду палец, - Жмих больше не будет воровать! Не надо так кусаться! А далеко в пустоте космоса ядро кометы, после того, как его коснулся коготь возникшего прямо из пустоты гигантского пальца, изменило направление полёта и устремилось к размеренно двигающемуся вокруг звезды голубоватому шарику планеты.

"Борьба со скукой" или Апокалипсис от Хоббита

- Что-то ты мне не нравишься, друг Андиас, - промолвил оценщик, не прекращая разглядывать драгоценный камень в монокль.

Худощавый, что для его рода довольно необычно, полурослик, вальяжно развалившийся на потёртом кожаном диване в углу комнаты, лениво зевнул, и только после этого обратил свой взор на человека.

- Чем именно?

- Да всем. Смурной ты какой-то. Как с последнего дела вернулся, так и потухло в тебе что-то. Будто дрова в камине прогорели, да и погасли.

- А-а-а, - протянул полурослик, - Ты об этом. Ну, так брось в меня поленом, пока уголья окончательно не угасли.

Человек удовлетворённо хмыкнул, опустил камень в обшитую бархатом коробочку, снял монокль, и только после этого повернулся к собеседнику.

- Тут такое дело: среди моих учителей псиоников не было.

- Умгу, - буркнул Андиас, - Понял, не дурак: мысли читать ты не обучен.

- А раз понял, то давай колись: в чём проблема?

- Скука да рутина. Вот лежу я у тебя, друг Хильмар, на диване и вижу свое будущее. И вот хочешь верь, а хочешь не верь, но оно, будущее это, меня в тоску вгоняет. В самую глубину тоскливости, понимаешь.

- А подробней.

- Ась?

- Про это будущее свое, говорю, подробности выкладывай.

Полурослик пожевал губами, устроился удобней, и заговорил.

- Я ведь из фермерской семьи родом-то. Земледельцы мы с деда-прадеда. Отец мой, помню, с поля вернётся, усядется в кресло-качалку, да и пыхтит трубкой, пока мать ужин на стол накрывает. Он в обхвате был, как меня трое, да и мать не шибко отставала. И ведь не бегали оба от трудов никогда, А вот так вот. Все от размеренной благоустроенной жизни.

- Это ты к чему?

- Ску-ука-а, - протянул полурослик, - Я ведь и сбежал то из дома, потому что уже невмоготу было. Потрудился, поел, поспал, и снова по кругу. Они ведь мне уже и невесту присмотрели, веришь? Иммина Кудряшка из Буковой Рощи. Вся такая свеженькая да миленькая. Губки бантиком. Ресницами хлоп-хлоп.

- Ну и женился бы.

- А сам чего бобылем? То-то. А ещё умничаешь. В общем, поглядел я на неё, подождал, пока гости уедут, а семейство моё уснёт, котомку на плечи, да и в окно. Ведь молодая девчушка, а уже округлости начали угадываться. И я как представил, что прихожу с поля, а она мне на стол всякие вкусности выставляет... Рутина, в общем. Пруд с тиной, а то и вовсе трясина болотная.

- Гм-м, - человек почесал себе сначала переносицу, а опосля передвинул руку на затылок.

- И вот лежу я на твоем диване, друг Хильмар, и понимаю, что не сбежал я никуда. Скука да рутина всё же настигли меня. Я - лучший вор Хайена, Ормаша и Тралии. Вот ты сейчас разглядывал алмаз, похищенный из родовой сокровищницы княжеского рода Хайена. Это добыча из последнего моего дела. Вот скажи: сколько он стоит?

Человек ещё раз взглянул на камень, гордо сверкающий на чёрном бархате, пожевал губами и ответил.

- Не меньше тысячи полновесных дукатов. Но думаю, что князь Хайена заплатит и больше, чтобы вернуть семейную реликвию на место.

- Вот! И половина, согласно уговору, моя. А это ведь только часть добычи. У меня денег, сколько моё семейство вместе за десять поколений не заработает. Я могу уже ничего не делать. Да и делать то уже нечего. Купцов обворовывать? Рутина. Не хочу. Не интересно! Ску-ука-а! Я скоро разжирею, как мой отец, вот только жены мне для этого не надо.

- То есть, всё уже украдено?

- Да не всё, конечно. Не в этом дело. Пойми, я уже наперёд всё знаю: где сидит и когда заснет отравленный охранник, где ловушки и какие отмычки для какого замка. И даже могу с точностью до десятков угадать количество монет в сундуках. Всё знакомо, привычно и бессмысленно.

- Мда.

- Вот и я говорю: рутина. Тихая и размеренная жизнь. И нет разницы, кто я: благопристойный фермер или отпетый вор.

Человек снова поскрёб затылок.

- Беда. Даже и не знаю, что тебе посоветовать. Разве что...

Полурослик внимательно посмотрел на него.

- Чего умолк?

- Видишь ли, в чём дело, - начал Хильмар, - Ты воровал только то, что имеет цену, измеряемую в золоте или серебре. Такие вещи либо уже заказаны, либо продаются без особых проблем. Так и делает всякий нормальный вор. Но ты, похоже, не всякий. Можно попробовать изменить подход к делу. Я думаю, что тебе стоит украсть то, цену чего установить невозможно. Украсть, и уже самому понять, чего стоит твой трофей.

- И?

- Обитель Хранителей. Они бедны, я это точно знаю. Все пожертвования и все доходы обители уходят на обеспечение скромного существования этих отшельников. И что-то они тщательно охраняют. Но вот что? И зачем? Многие пытались пролить свет на этот вопрос, но всё безуспешно.

Полурослик уже сидел на диване, а в его глазах словно зажёгся некий огонь.

- Хранители? Кто это?..

***

Воздух был практически неподвижен в этом глубоком подземелье. Пламя свечей отбрасывало на каменные стены многочисленные тени, но возле круглого пьедестала было видно, словно в летний полдень на улице. Свет играл в многочисленных рубинах и изумруда, сверкал на золотой поверхности, и лениво струился серебристым ручейком по искусной гравировке.

Стоящая вещица лежала на пьедестале, ничего не скажешь. Такая стоила целого состояния. Наверное, даже баронского титула, если правильно подойти к делу. И охранялась она соответственно: зачарованная решётка со сложным замком, смертельные и не очень ловушки, десяток недремлющих бойцов-монахов с жрецом-заклинателем. Ещё и металлический голем в придачу.

Однако незримый посетитель, укутавшийся в "Покрывало Теней", даже не сделал попытки приблизиться к охраняемой вещи. Он скептически оглядел помещение и охрану, после чего незаметно ускользнул прочь.

"Серебро, золото, драгоценные камни, - думал незваный гость, тенью скользя по обители, - Мишура для глупцов. Нет, дорогая штука, правда. Сам бы такую умыкнул ещё лет пару назад. Но не сейчас. А за подсказку спасибо, братия. Сейчас мы поищем вашу истинную ценность именно там, где ей и положено быть. А то нашли простачка!"

Вор, а кто это ещё мог быть, незаметно поднялся на верхний этаж обители. Голый камень вырубленных в толще скалы пещер. Грубые деревянные двери скромных келий. Скупой свет редких лампад.

Возле двери, к которой направился незваный посетитель, прислонился к стене послушник в скромном бойцовском одеянии из домотканого полотна. Молодой парень уже производил впечатление: наголо обритая голова, загрубевшая до твердости камня кожа на костяшках и пятках, узлы мышц и верёвки кровеносных сосудов на тренированном теле. Парочка "кама" за поясом выглядели даже лишними.

Впрочем, крадущийся в тени, полурослик имел относительно этого подпирающего стену бойца своё мнение. И охранником он его не считал. Во всяком случае, охрана у этого послушника была далеко не самым главным задание. А вот послушание - самое оно. Принеси-подай, короче. Иначе стал бы этот парень скрывать зевок и перебирать чётки, чтобы не уснуть. Но в любом случае, не потревожив послушника дверь не открыть. А в сражении с ним шансов на победу наверняка мало.

Словно паук, полурослик скользнул по стене буквально в локте от бритой макушки. Со стены дальше на потолок коридора, в котором чернела дыра вентиляционной шахты. Узкая, зараза, но благодаря принятым заранее дорогим эллексирам вор скользнул в неё, словно угорь. Шахта воронкой уходила вверх, и дальше пролезть в неё не могли помочь уже никакие ухищрения. Но этого и не требовалось. Отнорок от этой шахты, тоже сужающийся, вёл в охраняемую келью. Каменная решётка закрывала дальнейший путь в помещение, и вор едва не выругался от восхищения: неужели придётся отступить и подготовиться заново?

И тут Покровительница Ловкачей подарила ему своё благословение. В призрачном свете колдовского зрения полурослик увидел на груди спящего старика искомый предмет. Правда, он был одет на весьма прочную с вида цепочку, но это были уже нюансы. Извиваясь, словно в его роду были змеелюди, ночной посетитель извлёк нужные инструменты и приступил к делу. Осторожно, миллиметр за миллиметром он продвигался к намеченной цели. И наконец пальцы ощутили холод бронзы.

"Дело сделано. Теперь нужно аккуратно выбраться отсюда и попытаться отыскать ответ на вопрос: что же вы храните столь тщательно, братья?"

Полурослик едва успел. Когда он наконец выбрался из узкого отверстия дымохода, действие эллексиров как раз заканчивалось. Спускаться по отвесной стене ущелья ему пришлось уже в обычном облике. А на дне ущелья и "Покрывало Теней" расселось. Небо над вершиной горы уже начинало розоветь. И в это время в горной обители ударил тревожно колокол.

- Заметили таки, - восхитился полурослик, - А дело то всё интересней да интересней. Придётся попотеть.

***

- Это конец, - тусклым голосом сказал настоятель, ни к кому конкретно не обращаясь.

Трое из четырёх человек, также присутствующих в этом каменном жилище, единственными предметами мебели которого являлись жёсткая кровать, стол и книжные полки, вздрогнули при этих звуках.

- Братья ещё ищут, настоятель. Вор не мог далеко уйти.

- Это ложные надежды, брат, - ответил мужчина, не многим моложе настоятеля, - Раз он догадался о истинном назначении безделушки в хранилище, то это очень неординарная личность. Такой не попадается.

- Но у нас есть преимущество, наставник, - сказал монах, тело которого было словно вытесано из дерева, после многолетних тренировок.

Все вопросительно уставились на него.

- Он же не знает, где находиться "ДВЕРЬ", к которой он украл "КЛЮЧ". Разве не так?

- Я бы на это не надеялся.

- И это нам не поможет, - прежним голосом отозвался настоятель.

- Но почему?

- Я думаю, что пора открыть им тайну, настоятель. Они имеют право узнать, коль это уже произошло.

Старик устало кивнул.

- Вы посвящены в одну из тайн нашего общества, - заговорил после непродолжительной паузы тот, кого называли наставником, - Вторая, согласно заветам основателей нашего братства, известна только двум из всей братии. Ею владеют настоятель и наставник. Иначе наша братия утратила бы веру, и тогда... Тогда наступило бы то, что нас всех ожидает в скором будущем... У нас нет преимущества потому, что мы не знаем, где находится "ДВЕРЬ". Наши противники охраняют её не менее тщательно, чем мы хранили "КЛЮЧ".

- Тогда почему его не уничтожили? Ведь это всего лишь пару кусочков бронзы?! Огонь!...

- Да, - промолвил настоятель, - огонь бы расплавил этот металл. Но тогда БЕЗЛИКИЙ обрел бы возможность создать новый КЛЮЧ в другом месте. Неужели ты думаешь, что основатели нашего братства были глупее тебя? В темнице БЕЗЛИКОГО есть только одно отверстие, сквозь которое он был туда помещён при сотворении мира. Вера всех существ, населяющих наш мир, создала ДВЕРЬ, которая заперла это отверстие. Но он всё же успел бросить семена соблазна, и они дали всходы. Вкусившие эти плоды своим отступничеством позволили ему создать КЛЮЧ. Этот предмет неуничтожим, поскольку неразрушимы стены и ДВЕРЬ темницы.

- Но в отличии от стен, ДВЕРЬ можно открыть. И если мы не поймаем вора, то так и случится, ибо КЛЮЧ укажет вкусившему плоды соблазна путь. И тогда... Безликий многие эпохи копил силы...

В кельи повисла гробовая тишина.

***

(Прошло время)

Андиас сидел на поросшей мхом ветке и вглядывался сквозь плетение лиан на громаду древней уступчатой пирамиды.

- Это было действительно интересно, друг Хильмар. И я надеюсь, что ты всё же узнаешь, из-за чего погиб в схватке с теми фанатиками. Надеюсь, ибо не уверен в этом. Я уверен только в одном: это было замечательное приключение. Жаль только, что оно близится к завершению. И мне снова предстоит познать скуку. И полурослик скользнул по лиане вниз.