Страна потерянных детей
1. Милли
Доводилось ли вам слышать в полной тишине нежный тревожный звон колокольчика?
Нет? Как странно… ведь я всегда слышу его — звук встревоженной души, биение опечаленного сердца в пустоте.
Каждый раз, услышав его, вспоминаю…
***
— Меня зовут Сэмю, — добрый незнакомец в плаще и широкополой звездообразной шляпе протягивает руку малышке, и та, удивившись, чуть отступает назад. — Пойдёшь со мной? Вижу, тебе тут совсем одиноко. Как тебя зовут?
— Милли, — опасливо отвечает девочка, вытирая с лица слёзы.
— Прогуляемся, Милли? — голос незнакомца становится чуть веселей.
Услышав предложение юноши, Милли с удивлением и толикой страха заглядывает за его спину, куда тот указывает свободной рукой.
Откуда взялся этот лес? Раньше девочка никогда не видела рядом со своим домом таких густых зарослей.
— Милли! — грозный голос отца заставляет малышку вздрогнуть, и, обернувшись, она видит на крыльце размытую мужскую фигуру. Родитель спускается на две ступени и снова зовёт дочку, но теперь ещё громче. — Милли! Где ты там, несносная девчонка?! А ну живо домой!
Не дождавшись ответа, мужчина быстрым шагом направился в глубь придомового сада, где и пряталась всё это время малышка.
— Идём! — громко шепчет ей на ухо Сэмю, и Милли теряется всё больше в страхе и сомнениях.
— Милли! — помахав над головой ремнём, отец ускоряет шаг.
Сэмю не видит иного выхода. Сердце в его груди резко сжимается. Чувствуя мимолётный прилив сил, он подаётся вперёд и, подхватив малышку на руки, стремглав уносит ноги. Волнение подхватывает его и, не оставляя ни на миг, несёт туда — точно к лесу через поросшее высокой травой золотистое поле.
— Милли? Милли! — голос отца становится громче, прерывается, становится всё отчаянней, смешиваясь с едва различимым собачьим лаем… и вскоре теряется в шелесте трав.
Добежав до самой окраины леса, Сэмю сбавляет темп. Ноги его давно привыкли к бегу, но срываться на него так рано он был не готов.
Не отпуская девочку, а только крепче прижимая её к себе и прикрывая под плащом, юноша осматривается, оценивая обстановку: осеннее поле перед лесом шуршит на лёгком ветру и поблёскивает на ярком солнце, а впереди лишь тёмный непроглядный лес — но путь лежит туда.
— Ничего не бойся, — спокойно и со знанием дела наставляет сам себя Сэмю. Милли, посчитав, что обращались к ней, молча кивает, что чувствует юноша левым плечом.
Шаг вперёд. Второй. Четвёртый за третьим — Сэмю ступает на территорию леса, теряясь в его мраке.
Но что происходит? Вдруг тьму эту мягко озаряет золотое свечение. С каждым шагом юноши во тьму его белоснежное одеяние начинает всё ярче светиться, освещая всё вокруг на три вытянутых руки. И ярче всех светится она — шляпа, увешанная золотыми цепями и бусами в виде звёзд. Словно настоящие, они искрятся созвездиями на белой ткани и свисают на цепях до самых плеч юноши.
Шаг к шагу. Сэмю ступает осторожно. Оступиться нельзя. Назад не повернуть. А бедная маленькая девочка, что сидит у него на руках, вздрагивает, когда-то и дело в глубине леса раздаётся скрип, треск веток или звуки животных.
Сэмю идёт не спеша. Негромко напевает себе под нос приятную и успокаивающую мелодию. Приятный мотив. Под него обеспокоенная Милли совсем скоро начинает дышать ровно и тихо. Поняв это, Сэмю мило улыбается и продолжает идти вглубь леса.
Прямая тропа начинает петлять меж деревьев, заводя юношу всё дальше, но его это не пугает ничуть. Немного осмелев, Милли выглядывает из-за плеча Сэмю и растерянно окидывает взглядом лес. Он ей совсем не знаком, как и любой другой из всех существующих лесов. В своём совсем юном возрасте девочка ещё ни разу не бывала в таких мрачных местах.
Напугана немного, но виду не подаёт и даже звука не смеет издать. Откуда? Из сада при родном доме… А куда? Этого девочка не может и предположить, но сердце с каждым шагом юноши колотится всё сильнее.
Что ждёт впереди?
Сэмю заметно замедляет шаг и вскоре останавливается. Делает глубокий вдох… Моргнув, закрывает и медленно открывает глаза, давая им заново привыкнуть к обстановке. Прислушивается к собственному сердцу, чей стук перебивает тревожный звон колокольчика, доносящийся из самой чащи.
Уже близко. Уже совсем скоро.
— Если страшно, можешь закрыть глаза, — предлагает он девочке и делает шаг навстречу неизвестности. — Но, что бы ни случилось, Милли… я буду с тобой.
Через полсотни шагов становится вконец темно, и теперь даже свет, исходящий от звёзд, не способен разогнать эту кромешную тьму. Сэмю не теряется. Он продолжает идти уже на ощупь, выставив вперёд свободную правую руку.
Вдруг подол его белоснежного одеяния цепляется за ветку. Сэмю подаётся вперёд, под натяжением она с треском обламывается, и звук этот эхом разносится по всему лесу. Зловещий жуткий треск.
— Я на месте, — думает юноша и чуть хмурит брови.
Дёрнув рукой, он ломает ещё несколько сухих ветвей перед своим лицом и пробирается дальше. Милли всё крепче хватается за мешковатую одежду юноши и прячет нос в спущенном капюшоне плаща.
— Нет, здесь совсем не страшно, — подбадривает их обоих Сэмю. — Этот лес, как и все другие — конечен. И в конце нас ждёт прекрасный дивный сад.
Слушая эти слова, Милли успокаивается. Её ручки перестают так сильно дрожать, и она свободно повисает на руках Сэмю, давая одному своему глазу выглянуть из-за плотной белой ткани капюшона.
Юноша взмахивает рукой, посылая вперёд яркие звёздные искры, и те, зависая в воздухе, освещают чащу леса. На ветвях старых сухих деревьев повсюду висят клочки разодранной одежды: детские штанишки, рубашки, майки. Где-то повис на шнурке одинокий ботиночек. Старые вещи и те, что поновее — все они стали однажды жутким «украшением» этого места.
Сэмю собирает в кулак свою волю и ступает вперёд, но с Милли начинает твориться что-то неладное. Съёжившись, девочка прижимается к юноше сильнее и тихо всхлипывает. Вот она — та самая поляна, что так напугала её. Оттолкнувшись от земли, Сэмю пересекает её в несколько широких прыжков и продолжает бежать вперёд что было сил. Быстрее, чем в самом начале. Резво. Прытко. А лес так и норовит оставить их двоих в самом тёмном своём уголке: ветки опускаются, нависают, скрипят, цепляются за одежду, за широкополую шляпу, увешанную золотыми цепями со звёздами.
Оступившись, Сэмю едва не падает, но в последний момент выставляет руку вперёд и, помогая ею, с новой силой отрывает ноги от вязкой сырой земли.
Сухие ветки устремляются следом. Обратившись чёрными костлявыми руками, они изо всех сил тянутся к юноше, что уносит ребёнка прочь. Вот оно! Ещё один миг! Ещё один шаг!
Тьма рассеивается. Милли больше не плачет на его плече. Сэмю останавливается перевести дух и с облегчением вдыхает свежий и прохладный, не затхлый воздух с запахами травы и сырой после дождика земли.
Спокойно. Уже без всякой торопливости юноша шагает дальше по освещённой первыми солнечными лучами тропе. Так быстро здесь ушло, а теперь и вновь восходит солнце. Целая ночь пролетела так быстро? А была ли то ночь? Был ли день?
Деревья расступаются, и вскоре их становится уже так мало, что где-то вдалеке начинает виднеться небольшое поле из цветов. Сад.
Сэмю останавливается на границе леса и медленно опускает Милли на ноги. Девочка вытирает последние слёзки и оглядывается: море цветов предстаёт её изумлённому взору.
— Ну, тебе вперёд, — обращается к ней добрый юноша. — На этом нам пора прощаться, — присев на корточки и взяв девочку за руки, он шепчет. — Знаешь, Милли, ты очень храбрая девочка. И ты должна всегда помнить это, когда пойдёшь дальше.
Милли обращает свой взгляд вдаль: там, за цветами, едва-едва виднеются крыши домов.
— Вперёд?
— Верно. Тебе туда.
— А… ты? — боязливо спрашивает она.
— А я буду стоять здесь и следить, как у тебя всё получится. Только ты мне пообещай, что обязательно пройдёшь через этот сад. Ничего не бойся. То, что ждёт тебя там… тебе обязательно понравится.
Оставляя Сэмю на краю леса, Милли медленно ступает в сторону сада. Тысячи цветов колышутся на лёгком ветру, приветствуя её в своих владениях. Шаг за шагом девочка продвигается всё дальше по ровной тропинке, то и дело оглядываясь назад: её проводник всё ещё стоит там и слегка помахивает рукой на прощание. Всё вокруг заливается солнечным светом, обволакивает добрым и нежным теплом, забирая с собой всю прежнюю боль и страхи.
2. Валери
Доводилось ли вам слышать в полной тишине нежный тревожный звон колокольчика?
Нет? Как странно… ведь я всегда слышу его — звук надежды на спасение в полной тишине.
Каждый раз, услышав его, говорю…
***
— Вот бы и мне так! Ты прекрасно танцуешь, Валери! — искренне восклицает Сэмю и хлопает в ладоши перед своей новой подружкой.
Девочка лет двенадцати по имени Валери грациозно кружится в танце на золотом осеннем поле. Так она увлечена, что Сэмю в душе беспокоится — успеют ли они выйти из леса за ночь, до рассвета. Вновь ловя себя на этой мысли, юноша решает поторапливаться.
— Я смотрел бы на тебя всю дарованную мне вечность, но нам пора в путь.
Отряхивая своё белоснежное одеяние, Сэмю встаёт с большого камня и протягивает руку девочке. Та с улыбкой принимает приглашение и, всё ещё немного пританцовывая, идёт следом — к лесу.
Они идут так, держась за руки. Неспешно, но бодро. Весёлая Валери никак не может остановиться — её тоненькие ножки так и рвутся в пляс, и оттого с лица Сэмю не сходит радостная улыбка.
Непривычно для себя Сэмю ступает обычным шагом, ведь вприпрыжку девочка тут же нагоняет его, а иногда даже вырывается чуть вперёд. Такие моменты юноша тут же пресекает — идти впереди куда опасней, чем ступать следом, и вскоре Валери и сама понимает это.
Приятная прогулка по ещё не затянутому тьмой лесу длится уже довольно долго. Час ли прошёл с момента, как они покинули золотое поле? Два?
Теперь же лес начинает сгущаться, а из его глубины доносятся крики ночных птиц. Когда становится темно, Сэмю зажигает рядом с собой несколько десятков звёздных огоньков и продолжает идти, глядя то вперёд, то вверх, то под ноги.
Золотистый лес резко зеленеет и начинает спешно темнеть.
— Началось, — думает Сэмю, набираясь смелости идти дальше.
Валери уже не прыгает на месте — что-то напугало её в глубине души и чаще этого леса. Девочка делает шаг назад и цепляется рукой за липкую склизкую лиану. Вскрикивает от испуга! Холодная влага противно обволокла всю руку и потянула в сторону.
— Сэмю! Спаси! — кричит ребёнок и исчезает в темноте, случайно отпустив руку юноши.
— Я здесь! Я иду! — восклицает он, срываясь в сторону своей подопечной, но в тот же миг ловкие лианы обвивают его ноги!
Не удержавшись, Сэмю падает на землю, а хищные лозы всё тянут и тянут его к себе, в противоположную от девочки сторону.
— Валери! Держись! Я иду! — надрывается юноша, тратя все силы, чтобы освободиться от пут, но лианы так быстро утаскивают его всё глубже в чащу, что крики девочки быстро теряются вдалеке.
Выхода нет! В молитвенном порыве Сэмю складывает свои всё ещё свободные руки. А лозы тянут его наверх, отрывая от земли! Обвивают, давят, душат! Не дают сделать и глотка воздуха.
Но является свет! Он идёт от тела, из души лесного волшебника, охватывая все спутавшие его лианы до одной и разрывая их изнутри.
Упав на землю, Сэмю делает рывок вперёд и устремляется к девочке.
— Валери! Валери! — кричит он в надежде услышать ответ — и слышит!
— Сэмю! Сэмю! Помоги!
На детский голос он сворачивает с тропы и, освещая себе путь огоньками, устремляется в кромешную тьму. Оступается раз. Спотыкается два. Из-за чего-то становится больно в ноге, но Сэмю и не думает остановиться и отдохнуть, пока ребёнок в ужасной беде!
Поворот за поворотом, огибая хищные лозы, что так и норовят вновь утащить в свои силки! И вот она! Бедная маленькая девочка, что запуталась, словно бабочка в паутине!
— Я здесь! Я с тобой! — кричит ей Сэмю и, набросившись, вырывает одну из лиан, держащих её, с корнем из земли!
Растение с шипением визжит — его добычу вызволяют из плена и уже уносят прочь на сильных, но дрожащих от страха руках. Подхватив Валери, Сэмю победно устремляется прочь. Боль в его ногах проходит по мере того, как оба они выбираются на свет.
Вот, замедлившись, Сэмю отпускает девочку, и та вновь идёт рядом с ним, немного пританцовывая, словно не случилось совсем ничего, и они только-только вошли в лес, в котором не было никаких страшных лиан.
— А здесь нам с тобой пришла пора прощаться.
Остановившись на опушке леса у самого края цветочного сада, юноша присаживается и поправляет на девочке загнувшийся неровно воротничок пышного платья.
— А ты со мной не пойдёшь? — мило спрашивает Валери, пританцовывая на месте.
— Не пойду, — мотает тот головой. — Этот сад создан для тебя. А мне нужно будет вернуться.
— Зачем?
— Затем, чтобы проводить сюда ещё одного заблудившегося малыша, — погладив девочку по голове, он слегка приобнимает её на прощание.
Поглядывая, Валери медленно идёт по цветущему саду, оставляя Сэмю где-то позади. Вскоре с шага она переходит на лёгкий бег вприпрыжку и радостно теряется в высоких цветах.
3. Дерек
Доводилось ли вам слышать в полной тишине нежный тревожный звон колокольчика?
Нет? Как странно… ведь я всегда слышу его — зов о помощи, когда никто не слышит.
Каждый раз, услышав его, отзываюсь…
***
Где-то вдали раздаётся слабый звон колокольчика. Удивлённо приподняв брови, Сэмю по привычке поворачивает голову в сторону и видит размытый детский силуэт, который почти тут же теряется в высокой золотой траве.
— Где… — негромко и расплывчато доносится до юноши незнакомый взволнованный голос.
— Здесь! — откликается в ответ Сэмю и спешно направляется на звук. — Я здесь! Иди ко мне!
— Где… — повторяет голос, быстро пропадая в тишине.
Никого. На месте, где должен стоять хоть кто-то — пустота. Лишь слегка вытоптанная трава в одном месте даёт юноше понять — ему не показалось.
Минутное замешательство одолевает Сэмю.
— Был и исчез? — думает он, глядя на примятые золотые колосья.
Несколько минут Сэмю неподвижно стоит посреди поля, пока чья-то ручка не начинает дёргать его за подол длинного одеяния.
— Дядя? Дядя, вы кто? — спрашивает маленький мальчик.
Юноша приходит в себя! Как он мог не расслышать звон колокольчиков? Или он настолько слился с предыдущим? А может, именно этот мальчишка и звал его тогда. Испугался, притаился, обошёл Сэмю стороной?
— Ох! Привет, малыш! Меня зовут Сэмю. Не бойся меня, — как обычно улыбается он и присаживается на корточки, чтобы мальчику не пришлось с болью в шее запрокидывать голову, глядя на него.
— Где мои мама и папа? — спрашивает мальчик.
— Родители? Ах, так ты потерялся? — понимает Сэмю. — Как тебя зовут?
— Дерек.
— Дерек, — повторяет волшебник. — Ох, милый Дерек, как жаль, что ты заблудился… А знаешь, быть может, твои родители уже ждут тебя за этим лесом? — он показывает рукой в сторону густо поросших деревьев и мальчик почти уверенно кивает. — Хочешь, я отведу тебя к ним? — уже чувствуя, какой ждёт его ответ, Сэмю протягивает ему руку.
Мальчик ожидаемо соглашается.
— Тогда в путь. Не переживай, я всё время буду с тобой.
Сэмю берет Дерека за руку и неспешно ведёт за собой, пока лес медленно сгущается и темнеет. Сегодня он на редкость быстро теряет свои краски и сгущается. Недобрый знак.
Дорога петляет. Не такая прямая, как обычно, и это заставляет юношу нервничать. Вот из земли торчит кривой суховатый корень. Дерек едва не запинается об него, но Сэмю вовремя подхватывает ребёнка на руки — так самому ему намного спокойней. Или же нет… Что-то волнует его неустанно весь путь. Сам того не замечая, Сэмю начинает слегка прихрамывать на правую ногу. Это замечает и ребёнок.
Хнык. Хнык.
Что-то в глубине испугало Дерека. Что же это могло быть? Не слышно ни зверя, ни птицу. А ведь лесные обитатели почти всегда сопровождали Сэмю на всём его пути. И лес всё темнее и гуще. Нет ни просвета, ни лучика сквозь густые кроны.
Сэмю зажигает свой свет в этой тьме и продолжает путь. Им нельзя опоздать на свидание с рассветом в прекрасном саду. Ведь только так из леса можно выбраться раз и навсегда.
Юноша делает шаг, и камни с землёй обрушиваются вниз под его ногами. Отшатнувшись назад, Сэмю падает, но не отпускает испугавшегося ребёнка.
— Всё хорошо. Всё в порядке, — успокаивает он малыша и поднимается на ноги. — Яма… — с ужасом констатирует он, видя перед собой большое углубление. — Неужели.
Взгляд поднимается, и тогда юноша приходит в ужас: вся дорога — яма за ухабом, и ухаб за ямой, прикрытые опавшими листьями. Дело плохо. Неужто вопреки всем страхам придётся свернуть с дороги? Там, вне проторённой тропы вмиг легко заблудиться. И как же теперь идти сквозь этот лес, раз под ногами не дорога, а сплошь да всюду сокрытые листвой ловушки? Упадёшь так в одну — и к утру уже не выберешься!
Сэмю думает. Время идёт, и ноги от страха остаться в лесу навсегда предательски продолжают болеть. Что же делать?
Чуть сдав назад, юноша разбегается и, оттолкнувшись от земли, ловко перепрыгивает через первую яму. Пошатывается на краю. Цепляется за ветку кустарника, поднимается. Прижимает Дерека к себе ещё сильнее. Ещё один прыжок! Ещё! Как самый настоящий волшебник, Сэмю парит, зависает над углублениями в земле и уже спокойней приземляется на той стороне небольшого оврага.
Спасены?
Сэмю оборачивается назад и оглядывает проделанный ими путь. Спасены.
— Ну, вот и всё.
Светлый лес принимает путников в объятия густой яркой листвы.
— Дальше беги сам.
Сэмю опускает мальчика на ноги. Дерек, забыв обо всём, бежит вперёд, оставляя своего волшебника позади. Лишь раз он оборачивается на середине цветущего сада, а после исчезает где-то там, в его центре, подзывая к себе родителей.
— В добрый путь, Дерек.
4. Томас
Доводилось ли вам слышать в полной тишине нежный тревожный звон колокольчика?
Нет? Как странно… ведь я всегда слышу его — звон детского сердца на холодном ветру.
Каждый раз, услышав его, прошу…
***
— Не убегай от меня! Иди рядом! — Сэмю хватает Томаса за руку и притягивает к себе, когда тот оказывается в шаге от раскрытого капкана. — Здесь опасно, — подмечает добрый волшебник, показывая пальцем на страшную угрозу для ребёнка.
Томас вскрикивает и от страха забирается Сэмю на руки.
— Так-то лучше, — успокаивает его Сэмю и продолжает идти сам, минуя первое препятствие.
На повороте он осторожно отламывает от кустика ветку и начинает прощупывать ею дальнейший путь. Томас молчит, но внимательно наблюдает за происходящим, зачем-то поджимая к себе левую ногу. Он больше не рвётся в лес и не смеётся задорно, заставляя Сэмю, сломя голову, мчаться за собой.
Этот мальчик оказался на редкость бойким и бодрым. Представился первым, да и в лес побежал охотно. Сам. Без приглашений. Не то что-то понимал, не то вовсе ничего не боялся. И всё же не-ет: испугался мальчуган, стоило показаться впереди первой опасности.
Тревожно. Сегодня в лесу опасней обычного, хоть свет в чаще так и не померк окончательно и даже лишний раз освещать путь не нужно.
Сэмю прощупывает дорогу.
Клац!
Сомкнулись зубья капкана!
Клац!
За вторым и третий! Ногам некуда ступить.
Юноша обламывает вторую палку, да подлиннее. Делать нечего. Будь в этом лесу капканов хоть сотня, Сэмю не тот, кто сдался бы. И не сдаётся — вперёд идёт, а позади остаются лишь обезвреженные ловушки.
— Я с тобой, не бойся, — всё время повторяет он Томасу, что прижимается к его плечу.
Клац!
Из рук Сэмю выпадает последняя палка. Пошатнувшись, он удерживает равновесие и отступает назад. Что же дальше: пред ним раскидывается поляна, утыканная капканами. И каждый клацает своими хищными зубьями. Схватить! Сгрызть! Разжевать добычу!
— Не отдам! — восклицает волшебник, обнимая ребёнка.
Его одного жаждет эта лесная чаща, что отделяет от чудесного сада. Лишь туда путь, а лесу должно остаться позади!
Сэмю обламывает большую ветвь сухого древа и тут же обращает её в сверкающий меч. Капканы клацают, подпрыгивают, словно пираньи, ждут, когда в их железные пасти попадётся свежая дичь. И как отважный рыцарь из детских сказок Сэмю сражает их одного за другим в прекрасном грациозном танце. На каждое хищное смыкание зубов — звёздный звон меча. Так и последний разбитый враг падает на землю…
Светлеет лес, зеленеет трава под ногами. Не прячется в ней больше страшной зубастой напасти. Волшебник втыкает меч в землю, и прорастает тот высоким деревом. Радостный Томас залезает на самую его макушку и, сорвав спелое красное яблоко, спускается к Сэмю.
— Это тебе! Спасибо! — говорит он с улыбкой и убегает по дороге вперёд.
Где-то там за деревьями уже виднеется заветный сад. Сэмю притормаживает на окраине леса по эту сторону. Его подопечный уже добрался. Он в безопасности.
5. Лия
Доводилось ли вам слышать в полной тишине нежный тревожный звон колокольчика?
Нет? Как странно… ведь я всегда слышу его — звук, от которого в трепете моё сердце.
Пока его нет, я слушаю тишину…
***
Прекрасный осенний день. Слегка прохладный и свежий ветер касается шляпы, надеясь колыхнуть висящие на ней золотые подвески-звёздочки. Взволновавшись от внезапного порыва, они всё же мило побрякивают, невольно заставив своего хозяина негромко намурлыкать себе под нос тихую убаюкивающую мелодию.
Сэмю делает глубокий вдох и продолжает свой неспешный путь по золотистому полю. Как никогда тихо и спокойно сегодня. Не волнуют душу встревоженные колокольчики.
— Где я… — слышит Сэмю и тут же вскакивает с большого камня посреди золотых колосьев. — Где…
— Я здесь! Я иду к тебе! — откликается волшебник.
И вновь как голос, так и неизвестный ребёнок пропадают в высокой траве. Лишь притоптанные в одном месте колоски дают понять Сэмю — он не сошёл с ума, он слышал. Слышал…, а кого? А как?
Тихо звенят вдали колокольчики и на тропинку выходит маленькая девочка. Совсем кроха. Кажется, ей не дашь и больше десяти.
«Что же ждёт её в тёмном лесу?» — уже думает Сэмю и медленно бежит к ней почти вприпрыжку.
— Привет, солнышко! — здоровается он. — Что ты делаешь тут совсем одна? Что-то случилось? Где твои родители?
После недолгого разговора девочка Лия идёт за ним. Сегодня волшебник как никогда разговорчив. Ведёт Лию за руку, а сам описывает всё подряд, что есть вокруг них.
— Смотри, какая белочка. А вот бурундучок пробежал. Ты любишь животных?
И их, зверей, сегодня больше обычного. Птицы шумят, грызуны щёлкают орехи. По дороге пробегает большой серый заяц, задерживается ненадолго, заставляя девочку улыбнуться, и убегает дальше, маня Лию за собой.
— Зайка! Зайка! — восклицает она и бежит вперёд.
Сэмю устремляется следом.
А заяц быстрый, поймать себя не даёт. Но вот мелькает его пушистый хвостик меж деревьев. Всё дальше и дальше заводит он путников, пока сгущается и темнеет светлый золотистый лес. Усыхают ветки, наклоняются и сдвигаются к тропе деревья. Ни шагу в сторону с узкой тропы не сделать.
Ауууу!
Фыррр!
Уф! Уф!
Ночные животные медленно выходят из своих нор на охоту. Но кто же добыча?
Подкараулив зайца на повороте, огромный серый волк набрасывается на беднягу и в тот же миг разрывает в клочья!
Взвизгнув, Лия подаётся назад и, оступившись, падает Сэмю на руки. Тот берёт ребёнка и поднимает, закрывая под своей широкополой шляпой.
А волк не один — уже целая стая окружает путников на крошечной полянке. Один из них бросается в бой! Сэмю выставляет руку вперёд и тут же ослепляет волка ярким светом. Второго! Третьего! Сорвав ветку с дерева, он хлещет зверей по зубастым мордам, и те нехотя отступают!
Но вот и хищные ночные птицы слетелись на сладкий пир. Завывая, совы пикируют вниз с веток деревьев, цепляются клювами за золотистые звёздные цепи. Сэмю не теряется — он поворачивает шляпу другой стороной, и та вмиг делает его и Лию невидимыми для любого зверя.
Растерянные животные рыщут по округе. Нюх их подводит. Они сбились со следу. Держа Лию на руках, Сэмю медленно идёт вперёд, пока над лесом восходит ласковое солнце.
— Вот мы и пришли. Дальше тебе придётся идти самой, — сообщает он и останавливается на краю леса перед чудесным садом.
— А ты не пойдёшь? — спрашивает девочка, изумлённая красотой цветов.
— Этот сад цветёт лишь для тебя, я не могу пойти. Мне нужно вернуться.
— Хорошо, — соглашается Лия. — До свидания, Сэмю! — она крепко обнимает юношу, что наклонился к ней, и убегает по тропинке к саду.
— Прощай, Лия, — говорит ей волшебник.
Разворачиваясь, он уходит в лес.
6. Безымянный
Доводилось ли вам слышать в полной тишине нежный тревожный звон колокольчика?
Нет? Как странно… ведь я всегда слышу его — звук, что тревожит моё собственное сердце.
Каждый раз, услышав его, удивляюсь…
***
— Так мал…
Так мал. Так беззащитен. Ещё совсем кроха лежит в свёртке на краю леса. Какая бы ждала его жизнь? А какие страхи поджидали бы малыша, проживи он чуть подольше?
Сэмю осторожно берёт ребёнка на руки и неспешно идёт в тёмный лес, прикрыв малыша от любой опасности своим волшебным плащом.
Не плачет — тихо спит невинное дитя.
Так мал. Так чист. Так беззащитен.
И даже самые жуткие монстры в этом лесу склоняются при виде него, не познавшего ни страха, ни боли. Не коснуться и не приблизиться им к тому, кто не видел их, не осознавал себя и чувств своих.
Медленно, но опечаленно ступает звёздный волшебник. Столько боли в его собственных глазах, сколько не было ни разу до того. И всё же лес не бесконечен.
Недвижимые лианы повисли, забились в норы дикие звери. Не кричит в чаще хищная сова. И ни одной веточки, ни корня единого на пути. Но и нет в темноте ни единого светлого луча, кроме того света, что исходит от широкополой шляпы юноши. Под ней, как под большой тёплой лапой, укрыто дитя.
Идёт, тихой песней убаюкивает малышку, и под песню эту засыпает сама ночь, давая взойти над лесом яркому солнцу.
Край леса уже виден. Сэмю останавливается там, где всегда отпускал детей в путь. Но как дойдёт это дитя? Как миновать ему цветущий райский сад, где только лишь ему одному предназначена дорога?
Сэмю собирается с мыслями. Первые лучи солнца уже озарили землю, а значит — времени мало.
Оставить малышку здесь? На окраине леса у самой границы сада? Что будет с ней тогда? Отправится ли её безгрешная душа в счастливую страну, где нет ни зла, ни боли? Нет…
Где-то в глубине закричала стая ворон. Все громче и громче — птицы приближались.
Времени больше нет. Сэмю делает шаг и сразу же срывается на бег, прижимая к груди ребёнка.
Вороны, что преследуют волшебника, вырываются из леса и летят вслед за ним дальше и дальше. Под крыльями их вянут чудесные цветы, но Сэмю не сдаётся. Ещё немного. Ещё чуть-чуть. Он ведь уже близко! Он видит домик в центре сада. Добежав до него, Сэмю останавливается и бережно кладёт ребёнка на порог.
Тук-тук.
Юноша постучался в дверь и сделал шаг назад. Обернулся: леса почти не было видно, как и злых ворон — от тьмы их укрывал священный сад.
Ручка двери повернулась — кто-то, кто был внутри, услышал стук.
Пора назад. Сэмю даёт себе ещё одно мгновение. От маленького свёртка на пороге начинает исходить лёгкое свечение, которое усиливается по мере того, как медленно открывается дверь.
Уходить! Ему дают время уйти — понимает Сэмю. Ему здесь не место, но и его тело начинает едва заметно испускать золотистый свет. Заметив это, Сэмю резко разворачивается и начинает убегать — надо успеть! Покинуть сад! Это место не для него!
Ещё один рывок и юноша покидает пределы сада!
За спиной слышится тихое пение, но оно не для ушей Сэмю… ему ещё рано… ему уже поздно.
7. Рэма
Доводилось ли вам слышать в полной тишине нежный тревожный звон колокольчика?
Нет? Как странно… ведь я всегда слышу его — колокольный звон в золотистом поле.
Каждый раз, услышав его, начинаю сначала…
***
— Как тебя зовут? — мило улыбаясь, спрашивает Сэмю и по обыкновению протягивает ребёнку свою нежную, но крепкую руку. Однако девочка молчит, пряча руки в карманы своего тёмного широкого пальтишка длиной чуть выше колен. — Что, не скажешь? — юноша слегка наигранно удивляется и вновь одаривает её своей приятной улыбкой. — Мы ведь так с тобой не познакомимся. Нехорошо получается. Чтобы гулять вместе, надо друг друга знать.
Девочка всё так же молчит, что заставляет Сэмю немного занервничать. Виду он не подаёт — лишь улыбается ещё шире, да щурится не то от солнца, не то от смущения.
— Ну же, ладно. Давай начнём сначала, — элегантно расположив своё тело в приветственной позе, он решает представиться снова. — Меня зовут Сэмю, — кланяется юноша, положа руку на сердце, — и я буду безумно рад, если ты позволишь мне прогуляться с тобой по этому лесу.
Девочка делает шаг назад, глядя на Сэмю с явным подозрением.
— Что? — теряется тот. — Нет, я не хочу тебя обидеть, и, поверь, вместе со мной в этом лесу совсем не будет страшно. Вот удивишь, мы выберемся из него с другой стороны целыми и невредимыми.
Дав девочке время на раздумья, он вновь выпрямляется и протягивает ей руку.
— Ну, что думаешь? Пойдёшь вместе со мной?
Не издавая ни звука, ребёнок стоит перед ним больше минуты. В глазах её поблёскивает неминуемое осознание, но озвучить свои мысли она так и не решается. И всё же, не желая задерживаться на этом странном осеннем поле, она делает выбор, принимая приглашение юноши.
— Рэма, — негромко представляется она, внимательно всматриваясь в глаза и образ незнакомца.
— Рэма, — нежно повторяет он. — Спасибо, что согласилась, Рэма.
Сэмю берёт Рэму за руку и вместе они отправляются в путь.
Эта девочка лет четырнадцати ведёт себя на удивление по-взрослому. Не бежит, не веселится. Она тихо и молча идёт рядом со своим проводником всё дальше и глубже в лес. Не тёмный, но и не светлый. Он застревает в сумерках. И слышно лишь дятла, монотонно стучащего по старому сухому дереву.
Тук-тук.
Тук-тук.
— Сэмю? Да? — негромко спрашивает Рэма, и юноша шире открывает свои блестящие голубые глаза. — Как тебя зовут? Полное имя есть?
К такому он был не готов. Никто никогда не переспрашивал. Не просил его о таком.
— Сэ… мюэль… Лю… майн. — растерянно отвечает Сэмю и смущённо отводит взгляд в сторону, не прекращая при этом косо поглядывать на дорогу.
Тук-тук.
Тук-тук.
— Я уже видела тебя, Сэмю, — тишину светлой ночи снова прерывает голос девочки. Сэмю вздрагивает от неожиданности, но не издаёт ни звука, чтобы не спугнуть разговор. Впервые за долгое время кто-то сам решил заговорить с ним?
— Год назад, когда заболела.
— Вот как, — растерянный Сэмю не знает, что ещё можно ей ответить, и продолжает идти вперёд. К долгим беседам он совсем не привык и даже не знает толком, каково это — разговаривать по душам.
Этот лес. Такой спокойный и вовсе не опасный. Сэмю теряется. Куда же подевались все дикие звери? Где ямы и капканы? Где страх и ужас? Только одинокий дятел на всю округу издаёт монотонные звуки.
Тук-тук.
Тук-тук.
— Скажи, — с печалью в голосе просит Рэма почти шёпотом. — Как ты умер, Сэмю?
Гнетущая пауза продолжается около минуты.
Что сказать? Как ответить? Девочка догадалась! ОНА ВСЁ ПОНЯЛА!
— А ты? — ещё тише шепчет он в ответ.
Что ещё сказать?
— Ты не знаешь? — переспрашивает Рэма.
— Я не могу знать.
Девочка делает паузу.
— Болела, — кратко отвечает она, немного подумав.
— И год назад?
— И тогда, — подтверждает Рэма, с грустью вздыхая. — Скажи, Сэмю, тебе страшно?
— А тебе?
— Нет… Почему ты не отвечаешь?
— Потому что не знаю ответа.
Они вдвоём идут всё дальше, не встречая никаких преград и угроз. Во всём белом, в плаще, он — звёздный волшебник в чёрном лесу. И рядом ступает тёмное пятнышко: чёрные волосы, чёрное пальто, чёрные сапожки — она, девочка по имени Рэма.
— Что это за лес?
— Я называю его «дорогой» из мира одного в другой. Дорогой, которую каждый должен пройти, чтобы переродиться на той стороне.
— Переродиться?
— Вновь обрести жизнь.
— Но зачем?
— Затем, что жить — это прекрасно! — восклицает Сэмю, в попытках поддержать девочку. — Разве… — в голосе его слышится сомнение. Он слегка наклоняется к девочке, чтобы поинтересоваться. — Разве это не так? Разве тебе не нравилось жить? Ты ведь помнишь?
— Помню, — Рэма протяжно вздыхает и останавливается. — Когда была маленькой, всё было хорошо, а потом…
— А потом? — с опаской произносит Сэмю.
— А потом заболела… — девочка поджимает губы. — В моей жизни не было ничего особенного.
— Значит, нам тем более нужно торопиться! — восклицает юноша и пытается сдвинуть девочку с места, утягивая за собой. — Там, в следующей жизни, всё будет куда… Нет, намного, НАМНОГО ЛУЧШЕ! Поверь!
— Если ты знаешь, что там так хорошо, почему сам не переродишься?
Вопрос Рэмы выбивает Сэмю из колеи. Отпуская руку девочки, он падает на землю. Волшебник долго смотрит на Рэму, не зная, как ответить на её столь важный, но такой сложный вопрос. Он делает это уклончиво.
— Если я войду в свой сад, то кто останется за меня? Кто будет помогать детям выходить из леса? Кто спасёт их?
— Сад? — удивляется девочка.
Сэмю встаёт на ноги. Ему удалось заинтересовать Рэму! Только это важно сейчас!
— Да! Место, где люди перерождаются — это самый красивый сад на всём свете! — он снова берет ребёнка за руку и ведёт за собой.
— Много садов ты видел при жизни?
— Не знаю. Но этот… этот точно самый красивый! Там есть все цветы, которые ты знала и не знала!
Лес становится всё светлее — так восходит над Междумирьем тёплое солнце.
«Выходит, у этой девочки совсем не было страха смерти? — думает Сэмю, ведя Рэму всё ближе и ближе к саду. — И смерть её была тихой и спокойной. Лес её не тронул… Ну, это хорошо. Значит, сегодня была хорошая ночь. Осталось только довести Рэму до сада, и…»
— А… Почему ты помогаешь им? — интересуется она так же тихо и с неким трепетом.
Сэмю задумывается на мгновение, но тут же отвечает:
— Просто подумал: «Через этот лес вовсе не обязательно идти одному».
Волшебник и его спутница останавливаются на опушке. Наконец-то! Наконец Рэма видит этот чудесный сад, о котором говорил ей Сэмю. Красивый. Поистине прекрасный и райский, он раскинулся до самого горизонта, и за ним не видно ничего, кроме неба. Цветами усыпана яркая зелёная трава перед лесом, цветами поросли ближайшие деревья. Так красиво, что глаз не оторвать!
— Вот, — подбадривает Сэмю. — Теперь ты должна идти вперёд. Как дойдёшь…
— А что с ними случается потом? — Рэма нехотя перебивает его.
— Потом? — переспрашивает он.
— С детьми. Которым ты помогаешь. Они тебя помнят?
— Они обретают новую жизнь в новом мире. Я становлюсь для них никем, а они навсегда остаются в моей памяти приятным тёплым отпечатком… Так я и живу.
— Забытый всеми, но помнящий всё? — переспрашивает Рэма.
Сэмю с грустью кивает.
— Тогда… можно мне остаться? — спрашивает Рэма, и Сэмю вконец теряется в ответе.
Как можно отобрать право на рождение! Право на новую жизнь, пусть даже по воле её обладателя?! Нет! Он строго отвечает: «Нет, я не могу тебе позволить. Ты должна уйти в сад».
Чего ожидает Сэмю? Гордой душе никто не указ! До чего же капризная и дерзкая девчонка. Сжимает кулачки и, ловко обойдя юношу, убегает обратно в лес. Немедля же Сэмю бежит за ней, но поздно… Солнце уже прошло зенит над садом. Рэма останется в лесу навсегда.
8. Сэмю
Доводилось ли вам слышать в полной тишине нежный тревожный звон колокольчика?
Нет? Как странно… ведь я слышу его каждый раз на исходе дня, когда души зовут меня к себе.
Каждый раз… одна и та же ночь.
***
— Рэма… — с грустью повторяет Сэмю, но девочка, сидящая рядом, не хочет откликаться.
Колокольчики звенят, и они отправляются в путь. Уже трое.
— Привет, Мия!
— Привет, Джек!
— Привет, Луиза!
Рэма встречает каждого из них с улыбкой.
— Хочешь прогуляться с нами? В лесу ночью бывает очень весело! Это настоящее приключение.
В глазах детей нет страха. Они радостно идут следом и к утру оказываются по ту сторону. Девочка смотрит на цветы, словно в первый раз, и восторгается их видом.
— Почему ты такой грустный, Сэмю? — спрашивает Рэма, стоит Остину, очередному ребёнку, оказаться в центре сада.
Горе по потерянной душе Рэмы терзает его. Юноша не в силах отвечать снова и снова: “Ты не должна была оставаться!”. Как же может улыбаться ОН, когда невинная душа застряла с ним здесь навечно. Сколько дней они шли от сада через лес вдвоём? Сколько раз проходили этот путь?
Рэма почти не замолкает по дороге. Говорит обо всём на свете. Не скучно ей, не страшно, не больно. Такой беззаботный ребёнок. А какой печальной была в самый первый день.
Сэмю не сомневается ни на миг — войди она в сад, её ждала бы прекрасная жизнь… но она осталась. Осталась с ним, где нет ничего. Только поле, только лес и его предсмертные кошмары.
— Сэмю, ты правда не помнишь, как умер?
Юноша мотает головой.
— Странно, а почему тогда помню я?.. А какой был самый страшный лес? Мне камнепад показался довольно жутким, а та хромая лиса совсем не страшной… Мия умерла, потому что её укусила лиса?
— Я… я не знаю… — отвечает Сэмю, хотя в выводах Рэмы он почти уверен. Смышлёная девочка.
— То есть, ты был таким же ребёнком?
— Кажется…
— Неужели ты не помнишь?
— Не помню…
— Но, если ты был ребёнком, таким, как они, откуда же у тебя взялись все эти силы?
— Силы? Я… не помню… не знаю…
Тёмный лес вновь расступается перед путниками и они видят такое родное и знакомое золотистое поле. Сэмю садится на свой большой камень и уже по привычке освобождает место Рэме.
Ох, сколько раз они садились так вдвоём и говорили обо всём на свете, чтоб скрасить своё посмертное одиночество. И всё так же разговор заканчивается одним: Сэмю теряет улыбку и вздыхает.
— Тебе нельзя было оставаться здесь, Рэма… Твоё место в мире живых, где ещё есть надежда.
— Где есть надежда и для тебя? — переспрашивает девочка. — Ты можешь? — она пододвигается ближе. — Ты ведь можешь войти в сад и остаться там?
— Я не знаю, что будет со мной тогда… — снова вздыхает Сэмю. — А что будет с теми, кто без меня заплутает в этом лесу навеки?
— Но ведь до тебя тут никого не было! И что-то я не вижу сотен заблудших душ.
— Потому-то они и заблудшие, что потерялись в чаще и не смогли найти из неё выход. Таким душам уже не выйти на тропу и не дойти до сада.
— Они дойдут! Останусь я! — предлагает Рэма, но эти её слова волшебник воспринимает в штыки.
— Нет! Тебе нужно войти в сад!
— Взгляни на меня, Сэмю, я уже не ребёнок!
— Нет! Ты ещё дитя! Тебе нужно переродиться! Прожить свою долгую и счастливую жизнь, которую ты заслужила! — восклицает он в сердцах и спрыгивает с камня.
— Моя жизнь ничуть не важнее твоей, — возражает Рэма, подбирая под себя ноги. — Не важнее жизней тех, кого ты уже спас и собираешься спасти… Твоя важна ровно настолько же!
Звонко звенит колокольчик.
Доводилось ли вам слышать в полной тишине нежный тревожный звон колокольчика?
Нет? Верю, это непросто…
Впервые услышав его, понимаю...
— Пора? — озираясь, спрашивает Рэма, но нигде в траве не видно ни одного малыша.
— Ты что-то услышала? Колокольчики? — не слыша громкий звон, Сэмю в панике мечется из стороны в сторону, не понимая, где же спрятался очередной ребёнок, и только девочка видит вдалеке убегающую к лесу маленькую тень.
— Там! — вскрикивает Рэма и бежит следом за ней. — Он в лесу! Он сам вошёл в лес! Это мальчик! Мальчик, постой! Постой! Не ходи один!
Не отставая, Сэмю несётся следом. Ну что за проворный сорванец! И не думает остановиться и подождать. А лес сгущается так быстро…
— Стой! Стой! — кричит уже в одиночку волшебник и пробегает вперёд мимо замершей отчего-то Рэмы.
— Сэмю!
Ещё один рывок. Нога не ощущает под собой земли, и Сэмю камнем срывается вниз, в пропасть!
Не растерявшись, Рэма подбегает ближе и, опустившись на колени, смотрит вниз. Шляпа юноши повисает на ветке куста, что растёт из оврага, а сам он — бедный Сэмю сидит на самом дне. Живой.
Рэма уверенно надевает шляпу волшебника на свою голову и медленно, цепляясь за землю, спускается к нему.
— Сэмю! Сэмю! Ты цел?!
Словно маленький ребёнок, потерянный и всеми забытый, юноша плачет, сидя на земле. Одна из ног его неестественно вывернута, а открытые части рук покрыты порезами и синяками.
— Уходи! Нет! Зачем ты пришла?! Зачем ты осталась?! — кричит он. — Нет… — закрывает Сэмю руками лицо от горя и боли. — Не смогу… я больше не смогу помочь. Теперь мы здесь застрянем. Какой дурак, что не смотрел под ноги… какой дурак… — глаза его озаряет ясность и слёзы тут же исчезают. — Тень… Ты ведь увидела её — мою тень, верно?
Рэма испуганно кивает — да, именно его, светловолосого мальчика видела она впереди себя, прежде чем это видение не растворилось перед оврагом.
— Я вспомнил, Рэма, вспомнил, как я умер, — Сэмю касается рукой своей сломанной ноги и всхлипывает. — Теперь мы останемся в лесу навечно.
— Нет! Нет, мы здесь не останемся, я тебя вытащу! — решительно выкрикивает она и приобнимает Сэмю в попытке поднять. — Посмотри на меня! Посмотри на меня, Сэмю! Я уже не ребёнок!
Протерев глаза, юноша открывает их, как будто в первый раз. И вот уже всё наоборот. Не он взрослый юноша, а она — юная прекрасная девушка в широкой звёздной шляпе тянет к нему, ребёнку, свои нежные руки. Как он не заметил? Столько лет прожили они вдвоём в этом лесу между жизнью и смертью.
— Почему? — надрывно плача, шепчет он и уже почти задыхается в этих слезах. — Почему? Ты вовсе не обязана мне помогать. Выбирайся сама, пока можешь!
— Потому что через этот лес вовсе не обязательно идти одному! — в сердцах восклицает Рэма.
Девушка подаётся вперёд и крепко обнимает юношу. Всеми силами она отталкивается от земли и с трудом поднимает Сэмю на ноги, закинув его руку себе через плечо.
— Ты сам так говорил, — продолжает Рэма, в попытках сделать хоть шаг. — Клялся, что не оставишь никого в этой чаще. Ни одной душе не дашь попусту пропасть. Так и я тебя здесь не оставлю!
— Рэма... — тем же шёпотом слетает с его уст.
— Позволь... Сэмю. Позволь мне стать для тебя никем и разреши себе остаться в моей памяти. Тебе выпал шанс пройти через свой лес. Так дай мне тебе помочь!
Сделав вдох, она подхватывает ребёнка на руки и медленно идёт вперёд, видя, как лес сам редеет перед ней, той, что несёт к свету давно потерянную детскую душу. Небо светлеет — над миром поднимается совсем не настоящее солнце, выталкивая за горизонт совсем не настоящую луну.
“Почему?” — думает Сэмю, что стал так же мал и беззащитен в руках Рэмы, как были малы и беззащитны дети в его собственных руках.
“Сейчас? Почему сейчас?”— и воспоминания нагоняют его.
Да, именно так когда-то давно начался и его путь. Но почему бы ему наконец не закончиться здесь, раз уж так решило само Небо?
Теперь он готов. Он принимает свою судьбу. И лес расступается перед ними.
— Через этот лес вовсе не обязательно идти одному… — повторяет Рэма и останавливается на границе с волшебным садом.
Она бережно и медленно опускает Сэмю на землю. Нога его уже совсем не болит и выглядит так, будто бы никогда не была сломана… Какое чудо.
Рэма снимает с себя шляпу и пытается надеть её на голову мальчика.
— Нет, — возражает тот и вновь принимает образ юноши. — Теперь она твоя. Начинается твой путь, Рэма Люмайн.
Снимая с себя плащ, он накидывает на плечи девушки тысячи звёзд — передавая все свои силы.
Ты светом будь во тьме…
Ты все найди пути…
Преодолеть сумей…
И к свету возврати…
Сэмю делает шаг навстречу яркому райскому саду и идёт вперёд по уже знакомой тропинке к домику в самом его центре. Там, оказавшись на пороге, он постучится в дверь и дождётся, пока кто-то, живущий там, не откроет ему путь в новую жизнь; а Рэма, проводив его, развернётся и уйдёт через лес обратно к золотистому полю.
Потому что через этот лес вовсе не обязательно идти одному…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге