Старый След

Глава 1

Легкий порыв ветра сорвал шапку с головы. Девочка потянулась было за ней, но её мать придержала её. Женщина наклонилась к извозчику, и шепнула ему что-то на ухо. Тот, оглянувшись на девочку, улыбнулся и чуть встряхнул поводья. Раздался чуткий лошадиный храп, и телега двинулась заметно медленней.

Как только колеса вовсе прекратили вращаться, девочке, наконец разрешили спуститься. Спрыгнув с телеги, она по голень очутилась в мягкой траве, и капельки расы щекотали щиколотки, скатываясь в струйки воды. Она ступила по траве, прокладывая путь назад по проталине, и пройдя пол пути от того места где потеряла шапочку, она оглянулась и помахала всем сидящим в телеге, уверяя их в своей безопасности. Дорога слегка петляла так что, когда она добралась до нужного места, телега скрылась из виду. Не много погодя, она оглядывала округу в поисках тряпицы. Та нашлась на одной из веток куста, растущего на возвышенности, чуть правее дороги.

Ей пришлось нелегко, обувь скользила по мокрой траве, так что забраться на самую вершину оказалось сложной затеей. Она кое-как выпрямила спину, и решила было потянуться сквозь ветки к шапке, как вдруг, сильный порыв ветра чуть не скинул её с холма, а шапочка слетела с ветки куста на другую сторону холма. Как только ветер стих, она вновь выпрямилась и оглядела место, что скрывалось по ту сторону холма, но ничего толком не увидела. Сразу внизу, у подножья начинался лесной бор, и густые кроны деревьев скрывали собою землю.

Она оглянулась, но отсюда телегу не было видно, подумав не много, девочка пришла к выводу, что ничего страшного не случиться, если она спуститься. И чуть прижавшись спиной к земле, стала спускаться по крутому склону. Как только ноги коснулись ровной земли, она двинулась сквозь деревья, и не успела пройти пару штук, как пред ней открылась совершенная невообразимая картина.

Среди общей темноты под кронами деревьев, в паре метров впереди открывалась освещённая солнцем площадка. Посреди яркой травы, прямо в середине освещённой местности, лежал большой белый камень. Так что же было в нём невообразимого? Так это то, что этот камень чуть колыхался, вздрагивая и вздымаясь, время от времени. Всё это выглядело так несуразно, что лежащая шапочка пред живым камнем была будто бы из другой вселенной. Солнечные лучи падали, на этот камень и отражались бликами об его грубые углы. Но что-то было в этом такое, что тянуло девочку подойти. Что-то звало её к нему.

Она медленно шагнула к свету, камень сильнее вздрогнул, но, похоже, что он давно уже почувствовал биение чужого сердца. И это спокойное, равномерное колыхание, успокаивало сердце девочки, что в ожидании чего-то, неустанно билось. Она сделала пару шагов, и вновь камень сильно вздрогнул и мягко принял прежние формы. Но она уже не боялась этого. Что-то ей подсказывало что происходит. Она лёгким шагом, почти не останавливаясь шла к камню. И чем ближе подходила, тем больше убеждалась, что камень не был и камнем вовсе. Камни не умеют дышать. А этот камень не просто дышал, он издыхал. Она была уже настолько близко, что ей не составило бы труда поднять шапку. Но теперь она была слишком увлечена. И сделав ещё пару шагов, оказалось на расстоянии вытянутой руки. Подождав, когда камень ещё раз вздохнёт, она вытянула свою руку, чтобы успокоить его.

Откуда она знала, что нужно делать, ей было не ведомо, но, она медленно, плавным движением, коснулась камня кончиками пальцев. Тот, на удивление оказался не холодным и грубым на ощупь, а был даже мягче и приятнее, чем кожа её первой лошади, за которой она всегда бережно ухаживала. Она повела пальцами вверх, и потом осторожно прислонила к камню всю ладонь. Тепло разлилось по руке, и она почувствовала, как толчками пробегала по её руке пульсация.Она подошла к камню в плотную и прислонилась к нему всем телом, пытаясь успокоить эту дрожь. Камень слегка замер, но через мгновение смог успокоится. Ненадолго, но ей всё же удалось успокоить его. Как бы сильно она не старалась помочь, это было всё, что было ей под силу сделать. Та дрожь, что пробегала по её руке – это был страх живого существа, и теперь это существо перестало бояться. Бояться смерти. Края камня дрогнули, и девочка отшатнулась. Она поняла, что времени у него почти не осталось. Камень пришёл в движение, так быстро, что девочка испугалась, и изо всех сил зажмурилась. Прошла секунда, другая, и девочка вдруг поняла, что лучи солнца больше не ласкают её лицо. Сильный порыв ветра, снова обдал её маленькое тело, но не причинил никакого вреда. Ветер стих, и она приоткрыла один глаз.

То, что предстало перед её глазами, запечатается в её памяти на всю жизнь. Белоснежные крылья, расправленные в стороны, закрывали собой солнце, и еле пробивающийся свет четко очерчивал вены и сухожилия. Мощная и длинная шея взвилась ввысь, и голова часто усаженная опасными на вид рогами, гордо возвышалась над землёй. Под лучами всё его тело блистало, отражая свет. Хвост развился сзади белой дугой. Камень оказался вовсе не камнем, это был свернувшийся на солнце дракон, который на крыл себя крыльями. Но теперь, когда девочка разбудила его, вернув тем самым волю к жизни, он вспомнил, что у него осталось совсем мало времени. Выгнув свою спину, он потянулся всеми мышцами, расправив свои крылья ещё шире, гулко встряхнув хвостом, и гордо выпятив свою голову. Увидев его таким, не нашлось бы человека, что посчитал бы дракона, страшной и ужасной тварью, какими они и описывались в старых сказках. И уж точно девочка не считала его таковым. Однако же, сколь не был бы его вид величественным и завораживающим, она не могла не заметить выражение его лица. И ей становилось грустно, когда она смотрела за тем, как дракон расправляет свои крылья, для полёта. Во всех его движениях читалась чёткость и уверенность. Ведь это – был его последний полёт. И если в начале девочка могла лишь догадываться, то, когда дракон выгнулся для первого взмаха крыльев, на свет выступила его грудь, вдоль которой, по наклонной от начала правого крыла шли три красные полосы. Столько же, сколько было когтей на его передних лапах. Плоть была разрезана глубоко, так что даже было удивительным, как существо всё ещё двигалось. Крови почти не было. Но люди не в силах понять драконов. И то почему он, будучи в таком состоянии, продолжает дышать, и пытается взлететь.

Людям не дано понять, что такое честь и сила воли в глазах дракона, рождённого королем неба и его пленником. Разве что эта девочка. Она почувствовала, как он дышит. Как его сердце рвётся жить. Но что-то ему мешало. И теперь он освободился от этой ноши. Жёлтые зрачки глаз опустились вниз. Он осмотрел девочку, и вдруг закрыл глаза. Она испугалась, что он не успел. Ей показалось, что он вот так вот замер, и не успел. Что он умер в этой гордой позе, но… Драконья пасть раскрылась, оповещая этот мир о своей решимости. Оглушительный рёв раздался по долине отражаясь в горах затихающим эхом. Она уже не могла сдержать слёз. Она слышала его. Быть может, только одна она поняла смысл этого крика. Это был символ его решимости, что в мгновенья растворился в воздухе. Он, не раскрывая глаз, напряг все свои мышцы так как, как никогда не делал. Сквозь боль, и прижимающую всё и вся гравитацию, он сорвал с себя цепи, в последний раз. В своём последнем взмахе. Никогда он ещё не чувствовал себя живее чем сейчас. Крылья опустились вниз, создав такой сильный поток воздуха, что деревья вокруг натужно заскрипели. Ещё взмах, боль уже не волновала его. Это был последний полёт.

Девочка наблюдала, как он поднимался высь, наплевав на законы, и на свою судьбу, в своём последнем взлёте. Возможно, где-то там всё ещё летал его враг, или же он вышел победителем, и теперь лишь по полной использует выигранные в бою мгновенья своей жизни. Так или иначе, он победил, добился того, что стремился сделать каждый в этой жизни. Он прожил её, не жалея ни об одной секунде. Далеко ли он улетел, ей было не ведомо, белая, яркая фигура поднялась высоко в небо, и в короткое мгновение скрылось с глаз девочки. Казалось, всего секунду он был перед ней, а теперь она осталось совсем одна. Но вдруг, она заметила, что там, где некогда лежал дракон, на земле ярко блестел шар, в котором плавала стрелка, указывающая только в одну сторону. Подобрав его, она с силой прижала его к груди, как последний след, оставшийся от величайшего существа что ей, доводилось встретить. После, она не могла вспомнить те моменты, когда к ней прибежала её мать, теребя её за плечи и плача. Что же с ней стало дальше? Это уже другая история.