Сталь и Шёлк

Сталь и Шёлк

Часть I. Чужая шкура и чужие долги

Глава 1. Пробуждение на эшафоте

Запах нашатырного спирта был бы сейчас невероятной роскошью. Вместо него в ноздри ударил удушливый, приторный аромат дешёвых духов, намертво перемешанный с застарелым запахом пыльной обивки.

Вероника резко открыла глаза и тут же зажмурилась от острой, пульсирующей боли в висках. Карету трясло на ухабах так, словно деревянные колёса вот-вот разлетятся в щепки. Жёсткий корсет безжалостно сдавливал рёбра, не позволяя сделать даже самый минимальный вдох. Попытка поднять руку, чтобы потереть гудящий лоб, провалилась: пальцы мгновенно запутались в кружевах тяжёлого, помпезного платья цвета спелой вишни.

— Вы наконец-то соизволили прийти в себя, Элиана, — раздался со стороны противоположного сиденья сухой, скрипучий голос. — Ваша истерика в салоне модистки была излишней. Обмороки не изменят твёрдого решения вашего отца. Пора бы уже повзрослеть.

Вероника медленно повернула голову, преодолевая тошноту. Напротив неё сидела пожилая дама в строгом тёмном головном уборе. Её лицо, испещрённое мелкими морщинами, напоминало печёное яблоко, а в руках она сжимала крошечный серебряный флакончик с нюхательной солью.

«Элиана? Какая ещё Элиана?» — пульсировало в голове.

Последнее, что чётко помнила Вероника, — это её родная лаборатория в реставрационном центре, чашка давно остывшего чёрного кофе и древний полуистлевший свиток. Она пыталась стабилизировать его хрупкие волокна с помощью нового, экспериментального химического состава. Потом в памяти вспыхнул резкий силуэт — сильный взрыв реактива из-за скачка давления... или это был инфаркт от вечной усталости?

Она опустила взгляд на свои руки и оцепенела. Это были совершенно чужие пальцы. Натруженная кожа исследователя-практика, покрытая следами мелких ожогов и въевшихся красителей, бесследно исчезла. Вместо неё Вероника увидела тонкие, бледные, изнеженные кисти с длинными ухоженными ногтями, украшенные массивными перстнями с крупными камнями.

Вдруг в сознание мощным, ледяным потоком хлынули чужие воспоминания. Картинки сменяли друг друга с быстротой бешено вращающейся киноленты. Семья Вейн. Обедневший часовой магнат, чьи огромные заводы поглотил затяжной кризис. И имя... Элиана Вейн.

Вероника похолодела, её сердце пропустило удар. Месяц назад, чтобы хоть как-то отвлечься от диссертации, она прочитала бульварный исторический роман «Паутина Белого Города». Там главная героиня постоянно страдала от козней эгоистичной, капризной стервы по имени Элиана. Младшая дочь часового барона, пошедшая на глупый заговор против короны ради денег и возвращения утраченной власти, закончила свои дни на плахе под улюлюканье грязной толпы ровно через полгода после начала книжного повествования.

«Я в теле второстепенной злодейки, — это осознание ударило под дых сильнее любого корсета. — И прямо сейчас меня везут на принудительную помолвку, которая запустит всю цепочку событий, ведущих к топору палача».

— Мы уже подъезжаем к границе земель, — холодно обронила дуэнья, брезгливо выглядывая в окно кареты, за которым расстилался серый, унылый пейзаж. — Прошу вас, ведите себя достойно. Рейвграф абсолютно не терпит пустых девичьих слёз.

Глава 2. Хозяин Железной Пустоши

Пейзаж за окном окончательно утратил признаки жизни, сменившись угрюмыми, острыми скалами. Железная Пустошь полностью оправдывала своё суровое название: каменистая серая почва, редкие чахлые кустарники и висящий над самым горизонтом вечный жёлтый дым далёких рудников.

Тяжёлая карета с грохотом остановилась у ворот мрачной цитадели, выстроенной из тёмного, словно закопчённого гранита. Веронику, едва удерживающую равновесие в непривычных туфлях на неудобном каблуке, вывели во внутренний двор. Холодный порывистый ветер тут же принялся безжалостно трепать её сложную причёску, швыряя в лицо мелкую каменную пыль.

Её суженый ждал в огромном парадном зале, где из мебели присутствовали лишь массивный деревянный стол и пара грубо обтёсанных кресел. Рейвграф Вальдемар Крон, наместник этих проклятых земель, стоял спиной к дверям, неподвижно глядя в узкое окно.

— Оставьте нас, — глухой, рокочущий голос заставил слуг и дуэнью испариться в мгновение ока. Дверь за спиной Вероники захлопнулась с тяжёлым стуком.

Когда Крон медленно повернулся, Вероника приложила огромные усилия, чтобы не сделать шаг назад и не выдать своего потрясения. Живые описания из книги блекли по сравнению с реальностью. Вся левая сторона его лица, шея и плечо были покрыты плотной, глянцевой обсидиановой чешуёй, которая зловеще переливалась в неровном свете факелов. Чёрные каменные наросты доходили до самого глаза, делая взгляд наместника хищным и жутким. Левая рука, неподвижно покоившаяся на эфесе тяжёлого меча, была полностью каменной, с острыми чёрными когтями вместо ногтей.

— Ну же, начитайтесь вволю, Элиана, — Вальдемар усмехнулся, но из-за жёсткой чешуи его улыбка превратилась в уродливую, пугающую гримасу. — Ваш отец продал вас мне за полное списание долгов его часовых предприятий. Я прекрасно знаю, зачем вы здесь. Наш безумный король прислал мне не законную жену, а красивую шпионку в ярком фантике.

Он подошёл ближе, обдав её резким, пугающим запахом озона и калёного железа. Сила, исходившая от этого огромного человека, была почти осязаемой. Согласно оригинальному сюжету, Элиана должна была забиться в истерике, обозвать его чешуйчатым чудовищем и запереться в дальних покоях, окончательно ожесточив мужа и перекрыв себе пути к диалогу.

Вероника сделала глубокий вдох, заставляя себя смотреть прямо в его здоровый, пронзительно-серый глаз, в котором читалась бесконечная усталость.

— Ваша чешуя, должно быть, очень плохо держит тепло на таком сквозняке, рейвграф, — спокойно, без тени дрожи в голосе произнесла она, неторопливо поправляя съехавшую с плеч шаль. — И если бы я действительно была шпионкой короны, я бы вела себя намного тише и скромнее. Давайте наконец пройдём к столу, я чудовищно проголодалась в дороге.

Крон замер на месте. В его единственном человеческом глазу промелькнуло искреннее изумление, которое, впрочем, тут же сменилось глубоким подозрением.

Глава 3. Первый ужин в Одиноком Замке

Ужин оказался более чем скромным: кусок запечённой жёсткой дичи, чёрствый серый хлеб и местное терпкое вино, отдающее железистым привкусом. Одинокий Замок внутри казался заброшенным и полуразрушенным. Сквозь огромные щели в древней каменной кладке гулял сквозняк, а немногие слуги ходили бледные, безмолвные, словно тени.

Вальдемар молча наблюдал за ней, даже не прикасаясь к своей тарелке. Его левая каменная рука неподвижно лежала на деревянной столешнице, напоминая искусно выточенную статую из чёрного обсидиана.

— Вы не проронили ни одной слезы с момента приезда, — нарушил затянувшееся молчание хозяин замка, прищурившись. — Ваша игра слишком очевидна, Элиана. Чего именно вы добиваетесь этим напускным спокойствием?

Вероника аккуратно отложила столовые приборы, промакнув губы полотняной салфеткой. За всё время изнурительной поездки она лихорадочно сопоставляла химические факты из своей прошлой жизни и суровые реалии этого нового мира.

— Рейвграф, давайте отбросим ненужные условности, — Вероника опёрлась подбородком на сплетённые пальцы, глядя прямо на него. — Мой отец полностью разорён, его заводы стоят. Ваш регион находится в глубочайшей нищете, люди голодают. Единственное материальное благо, которое у вас есть — это глубокие шахты, из которых ваши рабочие достают так называемый «проклятый минерал». Каменный лён, верно?

Вальдемар едва заметно вздрогнул, его обсидиановые чешуйки на щеке пришли в движение, издав едва слышный сухой шелест.

— О нём знают все в королевстве, здесь нет секрета. Его волоконца крошатся при любой попытке пряжи, они абсолютно непригодны для ткачества, а рабочие в шахтах быстро гибнут от страшной лёгочной хвори. Это мусор, проклятый подземными тварями.

— Это не мусор. Это качественная асбестовая порода, смешанная с уникальным местным силикатным субстратом, — Вероника вовремя прикусила язык, заметив, как округлились глаза Крона от абсолютно незнакомых ему терминов. — Я хочу предложить вам честную сделку. Вы даёте мне полную свободу действий в замке, выделяете изолированное помещение под лабораторию и людей, которые будут беспрекословно выполнять мои технические приказы. Взамен я подниму Железную Пустошь из нищеты. Я создам материал, который перевернёт весь рынок. Вы получите такие доходы, что король сам станет искать вашей милости, а не диктовать условия.

— А если я прямо сейчас откажусь от этого сомнительного предложения и запру вас в башне? — спросил Вальдемар, подавшись вперёд.

— Тогда вы продолжите медленно и мучительно умирать в этой глуши, а меня казнят через полгода по ложному обвинению в столице, — Вероника слабо, но уверенно улыбнулась. — Никаких шпионских игр, рейвграф. Только чистый бизнес и голый расчёт ради нашего общего выживания.

Вальдемар долго, тяжело молчал, пристально всматриваясь в её лицо, словно пытался разглядеть за этой маской прежнюю капризную аристократку. Но перед ним сидел совершенно другой человек, обладающий ледяной уверенностью.

— Хорошо, — наконец глухо произнёс он, поднимаясь из-за стола. — У вас есть ровно один месяц, Элиана. Если вы лжёте или попытаетесь отправить донос в Белый Город, вы отправитесь обратно к отцу пешком.

Продолжение по ссылке в профиле.