Справедливость

Глава 1

Справедливость без силы не может ничего изменить. Но сила, поддерживающая нашу справедливость, может превратить нас в деспотов. Где та грань, которую нельзя пересекать? Или может до неё лучше даже не доходить? Стоять поодаль и смотреть как твой мир рушится.

Грех безучастности - худший из всех возможных. Этому Ронана учили еще с раннего детства. Король не может быть безразличным к судьбам своих подданных. Сегодня ему придется вынести решение, которое может спасти, а может и похоронить.

Мальчик вышел на помост, под возгласы приветствующей его толпы. Она ликовала, упиваясь и предвкушая грядущую расправу. Келек положил Ронану руку на плечо, надеясь, что это сможет унять дрожь. Не помогло.

На улицу вывели двух мужчин, закованных в кандалы. У одного из них был рассечён правый глаз, из-за чего он смотрел только одним. Его спутник наоборот, выглядел еще хуже, он был одет в лохмотья, свисавшие с его исхудавшего скелета и прихрамывал на обе ноги, палачу приходилось волочить его по земле. Пальцы на его руках... Всемогущий, их превратили в кровавую кашу. Он не мог говорить и только что-то лепетал своим израненным языком.

"Что я тут делаю? Мне всего лишь десять, я не вправе принимать такие решения." Ронан как будто бы похолодел и ему сразу захотелось убежать прочь от этого страшного места, забиться в угол и оплакать отца. Вот он то действительно был королем.

К сожалению, в Горакке не предусматривались регенты и несовершеннолетний наследник должен был править, опираясь на верных его семье людей. В противном случае, найдется кто-нибудь из великих князей, кому хватит смелости свергнуть его династию и самому вскарабкаться на трон.

Келек начал озвучивать обвинения.

- Бальд Укромный и Фило Умный, вы обвиняетесь в подготовке и осуществлении убийства его святейшего величества Ронана II. Вы воспользовались его доверчивостью, чтобы попасть на работу в придворную кухню и выждали подходящего момента, чтобы подсыпать яд нашему королю. Вам есть что сказать в своё оправдание?

- Мы этого не делали! Он лжет, все обвинения против нас сфабрикованы. Эти выродки строят интриги при дворце, а сами сваливают всю вину на таких как мы, простых работяг. Когда-нибудь придет наше время и мы раздавим ваши жирные морды. Нас много и наша сила крепнет с каждым дворянином, который в очередной раз избил своего слугу из-за плохого настроения. Наша сила крепнет с каждым королём, заявляющим, что он заботится о наших интересах, пока смотрит на нас со своей башни в небесах. Он упивается нашими голодными смертями, закатывая пиры и вечеринки. Видит Бог, ни я, ни Фило не убивали вашего короля, но как же я рад, что он наконец подох.

Келек терпеливо выслушал обвинения от черни. Древний закон не позволял прерывать последнюю речь обвиняемого на суде. Если это конечно можно назвать судом.

Ронан-младший медленно подошёл к Фило, который вперил свой взгляд в пол. Мальчик поднял его за подбородок и посмотрел ему прямо в голубые глаза. В низ стояли слезы. Повар с трудом пытался что-то сказать.

- Это... Ыли... Не ммм... Ммы.

Наследник повернулся с священнику и быстро кивнул.

- Понимаю, что вам было тяжело, ваше Святейшество, но уверяю вас: это был правильный поступок. - Келек первым нарушил затянувшуюся тишину в тронном зале. Суд закончился уже два часа назад. Ронан восседал на троне с задумчивым видом.

- Ты всегда учил меня видеть в людях только хорошее, Келек. Спасибо тебе за это, ты хорошо выполняешь свою работу священника. Я велю тебя наградить, когда все уляжется и приедут послы из отдаленных королевств. Но скажи мне, как должно было поступить согласно заповедям. В чем истина? Когда нужно быть справедливым, а когда милосердным?

- Я думаю, ваше величество, вы оказали им действительно достойную милость. Не каждый монарх на вашем месте поступил бы так. Нужно обладать определенными качествами.

- Эти качества есть в заповедях, Келек?

- Не в буквальном смысле, ваше величество.

- Эти люди были очень добры ко мне. В худшие дни отца, Фило развлекал меня игрой в шахматы, а Бальд кормил вкусными пирожными на кухне. Они были моими лучшими друзьями, пусть даже и не подходили по статусу. Отцу это сильно не нравилось и он приказывал высечь их. Постоянно. Но они прекращали заботиться обо мне.

- Не думаю, что они делали это из большой любви к вам. Мне кажется, они просто хотели насолить покойному монарху, ваше величество.

- Помнишь нашу притчу? Про короля и двух преступников. Расскажи мне ее еще разок.

- В одном королевстве далеко на севере, в стародавние времена, один солдат убил служанку, перед этим он надругался над ней. Король поручил начальнику своей стражи расследовать дело и найти виновного. Улики вели к двум подозреваемым, но их было недостаточно, чтобы обвинить одного или другого. У той служанки осталось двое детей сирот, мальчик и девочка. Королю нужно было принять трудное решение. Либо всех повесить, либо всех помиловать. В первом случае, зло будет справедливо наказано, но пострадает невиновный, а во втором насильник избежит кары и повторит преступление снова.

- И как же он поступил? - спросил Ронан, уже зная ответ.

- Осознавая, что сын служанки вырастет, поступит в армию и когда-нибудь может найти убийцу своей матери, король казнил обоих, чтобы предотвратить кровную месть.

- То есть никакой справедливости нет? Невиновного человека повесили и королю сошло это с рук. Вдруг у него тоже была семья, которая захочет отомстить. И что тогда?

- О, конечно у него была семья. У обоих подозреваемых. Беременная жена и брат. Король вырезал их всех, чтобы обезопасить себя.

- Ну, и в чем же тут мораль?

- В том, что справедливость никогда никого не защищает, она слепа. Только люди определяют границы дозволенного. Выясняют кто прав, а кто виноват. Силу справедливости направляет человек и только ему решать насколько праведно то, что он делает. И Господу Богу, конечно, но он давно не вмешивается в дела людей. Я боюсь, что мы стали ему противны.

Келек направился к выходу, но недалеко от него, Ронан снова окликнул священника.

- Я не нашел эту притчу ни в одной книге, Келек. Нигде в библиотеке нет даже упоминаний про нее. Зато в летописях нашего королевства есть любопытный отрывок. Где ты в этой истории?

- Сын служанки, ваше величество. Король ошибся, когда посчитал, что я стану солдатом. После всего я обратился к Богу и ни о чем не жалею.

Тем же вечером, Ронан III прогуливался по своей столице в окружении пары телохранителей. Он погрузился в тяжелые размышления.

Сложнее всего было рассчитать дозу. Если подсыпать слишком мало порошка, то отец не умрет и может обо всем догадаться. Королевский врач бы точно сознался под пытками, что мальчик шантажом вынудил отдать ему яд. Он боялся, что вскроется его связь с некоторыми придворными мужчинами, которые приходили к нему якобы на прием. Но у дверей большие щели, а скучающий наследник престола замечает больше погруженных в свои дела унылых взрослых. По законам, за мужеложство кастрируют и стригут в монахи. Что же, он ненадолго отсрочил свою участь - думаю, стоит обвинить его в измене на следующей неделе. Стражники случайно зарубят его при попытке ареста и последний свидетель канет в историю.

Дальше нужно было попасть на кухню и подсыпать яд в еду, после того как ее продегустируют, то есть прямо перед подачей. Благодаря Фило и Бальду у него был неограниченный доступ на кухню. Потом нужно было подкинуть остатки яда одному из поваров в сумку и ускользнуть в трапезную. Там снова поссориться с отцом под любым предлогом, чтобы тот оставил его без ужина и отправил в его комнату.

Государство под угрозой. Из-за множества исторических книг, Ронан знал, что большинство стран развалилось в первую очередь из-за престарелого монарха, который уже не в себе. А его отец очень часто был не в себе.

Разруха, голод, раздрай в армии... Это лишь малая часть проблем Горакка и их было необходимо решить. Так или иначе. Келек с рождения готовил Ронана к правлению. И вот, наконец, этот момент настал. Ему еще многое предстоит сделать, чтобы упрочить свою власть и сделать королевство сильнее и могущественнее. Но пока он хочет просто полюбоваться плодами своих трудов.

Головы Бальда и Фило навесили на пики, чтобы выставить на всеобщее обозрение на городской площади.

Ронан без зазрения совести казнил их обоих. Этот поступок был справедливым. Теперь он это понимал.