Создай себя сам

Между молотом и магом

Чем заняться молодому человеку в мире, где миллиарды людей уже занимаются всем. Огромные мегаполисы пресыщены тысячами видов профессий: от более-менее полезных(вроде уборки улиц), до самых абсурдных(кто оригинальнее намусорит). И никому нет дела друг до друга, всем и каждому неважно мнение общества на свои действия. Можно понять, какие, в таком случае, у людей воспитываются моральные ценности, у их детей и последующих поколений. Чем больше люди старались выделиться, тем более похожими они становились друг на друга. А тем, кто пытался воспитать в себе личность… у них мало что получалось. Общая Масса таких просто «съедала», и либо они приспосабливались к общему порядку, либо… давали работу для уборщиков улиц, убиравших за решениями таких «личностей» с тротуаров с помощью соды, щелока и прочих химических средств.

Леан же был из тех, кто пока не задумывался об таком исходе, но и из тех, кто не принимал себя в общество. Возможно, в силу молодого возраста, или по причине какого нибудь взбрыкнувшего гена от предков. Не сказать, что бы это доставляло ему особого удовольствия, то, что ему противно принимать существующие правила, царящие вокруг, но и следовать им Леан не мог в силу личной воли и имеющегося характера.

Вот только времена, когда сильная личность мог стать лидером масс – давно прошли. Быть во главе чего-то – уже не модно, да и само понятие лидера упразднилось, встречаясь только в каких нибудь филологических сборниках устаревших понятий.

Все эти размышления вновь пронеслись в его голове, когда он подошел к невзрачной конторе на самом дне мегаполиса. Он раз за разом прокручивал в своём сомневающемся разуме эти мысли, надеясь найти в них хоть какой-то изъян, что заставит его передумать входить в эту деревянную дверь.

Вздохнув, Леан взял за ручку и застыл в очередном приступе нерешительности. И тут же, дверь начала открываться вовнутрь и потянула за собой Леана. В небольшой приёмной его встретил мужчина, одетый в деловой офисный костюм и приветствовал его.

- Мы уже заждались вас, входите же скорее.

Леану ничего не оставалось делать, ведь он уже переступил порог, поэтому просто прикрыл за собой дверь и осмотрелся. Хотя, смотреть тут особо было не на что, приёмной служил небольшой коридор, обшитый деревянными панелями и с парой висящих на потолке и мигающих ламп. Помимо средних лет мужчины, встретившего меня, слева от двери стоял стол, за которым сидела молодая девушка в очках и в весьма элегантной офисной одежде.

Девушка ободряюще кивнула Леану, и он немного расслабился. И правда, чего это он боялся сюда заходить, всё проклятая нерешительность. Ему даже понравилась эта древняя винтажная обстановка. Подобное нигде ему больше не попадалось, каждый так и норовил выплеснуть свою индивидуальность в виде палитры безвкусно подобранных красок, размазанных по всем поверхностям своих рабочих мест. А здесь вон, по стенам висят плакатики мотивационные, причем в достаточно провокационном для нынешнего времени стиле. В частности, проповедующие личностный рост в коллективе, или, что без общины невозможно движение вперёд, и сделаны плакаты с минимумом цветов и деталей, зато максимально информативно.

- Понравились?- спросил мужчина, замечая направленный взгляд Леона.

- А?- он совершенно забыл о том, где находится, вновь погрузившись в размышления.- Да, очень необычно… для нашего времени.

В целом, офис создавал самое необычное впечатление, в жизни Леана, из самых обычных, казалось бы, элементов. Которые, только, никто не использует, в страхе, что их осмеют, и скажут самые страшные слова: что это очень обыденно и не впечатляюще. От таких слов и происходит самое большое количество суицидов в мегаполисе.

- Прошу за мной,- указал мужчина рукой дальше по коридору на приоткрытую дверь.- Меня зовут Кюулер, девушку за столом – Меаза.

- Рад знакомству, я Леан,- представился я, больше обращаясь к девушке.

Она кивнула в ответ и снова уткнулась в свои бумаге на столе.

Леан ещё подумал, как можно что-то читать при таком тусклом освещении мигающих ламп, и только позже до него дошло: читать бумаги? При тусклом электрическом свете? В каком веке застряли эти люди?

В офисе, куда Леан вошёл вслед за Ианом, ситуация с освещением была лучше: комната освещалась из огромного, на пол стены окна, откуда лился чистый солнечный свет… и вот тут уже его любопытство не смогло сдержаться внутри.

- Откуда это…

- А-а, заметили,- довольно улыбаясь, сказал Кюулер, садясь в своё кресло за столом, и указывая Леану на то, что стояло перед ним,- ничего необычного, просто хитрости нашей фирмы.

- О которой мне до сих пор ничего не известно,- напомнил ему Леан

- Что ж, сейчас мы исправим этот недостаток. Вы уж извините, но не в наших интересах разглашать подробную информацию о своей деятельности в нынешних реалиях. Мы хотим помочь только тем, кто действительно хочет чего-то добиться в жизни.

- Но ведь все этого хотят,- не совсем понимая к чему клонит Кюулер, сказал Леан.

- Все, но не все это могут сделать. Вот и наше объявление может увидеть не всякий. Лишь тот, кто не хочет ничего добиваться в современном мире.

Кюулер сделал акцент на последнем слове.

- А Вы предлагаете возможности в другом мире?- хотелось рассмеяться от нелепости своих слов Леану.

Кюулер подвинул на столе бумагу ближе в Леану.

- Выбирайте, и советую делать это максимально честно,- и он развернув кресло боков, повернув голову в окно.

Леан совершенно ничего не понимал, но и пришёл сюда он от безысходности. Его пытливый ум и любознательность могли безоговорочно подтолкнуть на любую авантюру, в которую, кажется, он уже влез, прочтя то объявление о работе.

Бегло осмотрев листок с рисунком, Леан опять не смог удержать любопытство.

- Вы набираете актёров для фильма? Сценаристов? Писателей?

- Если захотите! Уже выбрали?- поинтересовался Кюулер.

Леан смущённо замолчал и внимательно разглядел рисунок. Он представлял из себя четырёхлистный цветок с написанными на листках различными обозначениями, характерными для концепта художественной книги, фильма, ролевого развлечения в виде виртуальной игры, или настольной. Внутри лепестков проходил круг, пересекающий некоторые слова.

Леан долго вглядывался в слова, к тому же, его никто не торопил и он погружался в фантазии, задумываясь над каждым выбором. И когда свет из окна стал тускнеть, превращая день в вечерние сумерки, Леан, наконец, поднял глаза.

- Я вижу, что не ошибся,- довольно произнёс Кюулер.

- В чём?

- В том, что доверил вам Выбор,- рассмеялся тот.

Листок под рукой Леана потеплел и самый центр лепестка, где располагался ещё один кружок, засиял. Кюулер подтянул листок к себе и прочитал то, чего раньше там написано не было.

- Мастер-ремесленник в Ильсуивине?- слегка удивился Кюулер.- Необычный выбор профессии. И как вы представляете себе вашу профессию? Говорите не стесняясь.

Леан всё же стеснялся, так как до сих пор не мог понять к чему всё идёт, но уже в который раз встрепенувшись, напомнив себе, что уже поздно отступать от авантюры, выложил.

- Я немного умею работать руками, могу понять, как устроена вещь и починить её, при наличии необходимых инструментов. Обладаю плотническими навыками и знаком с рабой по металлу. И суть в том, что я всегда задумывался над некоторыми книгами, в которых люди, наделённые магией управляют только ею, и ни один автор ни разу не показывал, как эти маги что-то создают руками. Не ахти какое объяснение, в голове оно звучит лучше,- немного смутился Леан.- И я придумал свой мир, в котором маги могут сделать абсолютно всё, но не делают, потому что разленились и перестали мыслить логически.

- Интересно,- выслушал его Кюулер.- Что ж, и вы бы хотели отправиться в такой мир?

Леан с усмешкой кивнул.

- Меаза!- громко позвал секретаршу Кюулер.

Та мигом, словно только и ждала сигнала, вошла в дверь, внося на вычурном деревянном подносе с витиеватой резьбой ручку и стеклянный шар на подставке из, кто бы мог подумать, лакированного деревянного кругляша. Поставив поднос перед Леаном, она отошла в сторону, но не вышла.

- Получилось, вы отправляетесь? Как я Вам завидую, пройти через это в первый раз.

- Меаза,- прервал её Кюулер,- не давай человеку ложной уверенности, что ему там действительно понравится. Уже были прецеденты.

Она кивнула, но продолжала стоять с довольной улыбкой и смотрела на Леана.

- Поставьте подпись на листке с тестом вот этой ручкой,- попросил Кюулер.

Леан, ощущая внутреннюю дрожь, словно перед свершением великого деяния, поставил свою заковыристую закорючку и отложил ручку.

- Готовы отправляться? Пробный срок пребывания – две недели, после, если захотите, можете вернуться.

- Куда отправляться?- встревожился Леан.

- В Ильсуивин, конечно же,- удивился вопросу Кюулер.- Просто положите ладонь сверху на стеклянный шар.

Ощущая себя со стороны очень глупо, и ожидая в любую секунду выкрика розыгрыш… он замер с занесённой ладонью в сантиметре от шара. Ведь так и есть, это розыгрыш и он попался в него. Шар активирует какой-то механизм, вся комната засияет яркими лампочками, стены разъедутся и покажутся зрители, или куча камер, снимавших его с самого начала. И он окажется в центре шоу очередного искусного выпендрёжника, решившего оригинально пошутить над другими.

Или нет?

Но Леан провёл за тестом немало времени и успел погрузиться в мир фантазии, так что настроение у него было хорошее. Решив, что хуже в его жизни не станет, он положил ладонь на холодное стекло.

Открыв глаза после яркой вспышки, у Леана подкосились ноги и он присел на кочку у дороги. Грунтовой дороги, по которой ездили телеги с впряженными лошадьми. Ярко светило солнце, и лето было в самом разгаре, как он и представлял себе своё появление в Ильсуивине, только не ожидал, что это возможно. Пусть даже если он и попал в искусную иллюзию, он использует эту возможность по полной. Теперь оставалось решить, что делать дальше.

И подсказка пришла в виде треска и грохота посыпавшихся коробок с телеги совсем недалеко. Рядом с Леаном стояла деревянная коробка с крышкой. Наверняка она появилась вместе с ним и он, взяв её в руки, направился к пострадавшему.

- Помощь нужна!?- спросил он обычного деревенского крестьянина, одетого в нечто, напоминающее одежды, на «цивилизованный» взгляд Леана, конечно же, в широкую соломенную шляпу и лубяные сандалии.

Крестьянин окинул Леана оценивающим взглядом, сплюнул травинку и ответил.

- Не больно ты похож на господина мага, господин, хоть и одёжка на тебе странная. Щас я пошлю запрос в гильдию, мож до завтра и пришлют кого,- тяжело вздохнул он, говоря последние слова.

- Хм, я и не маг, правильно сказал,- после паузы удивления от простой манеры речи, вымолвил Леан.- Разве я должен быть магом, что бы помочь починить колесо? Смотри, оно просто слетело с оси, потому что крепление выпало.

- Ну, раз ты так говоришь, то и правда, стал похож на мага, по весу, конечно не скажешь, но на подмастерье похож,- вновь оценил Леана взглядом крестьянин.

- Если хочешь видеть во мне мага, ни чего не имею против,- весело отозвался Леан.

Ему так нравилось находиться в этом мире, под настоящим солнцем, с настоящим свежим воздухом, что о раздражении в его нынешнем состоянии и речи быть не могло. Осталось понять, что он может сделать и чем располагает. Пора заглянуть в ящик. Первое, о чём подумал Леан, что ему может понадобиться домкрат, для поднятия телеги, без выгрузки с неё ящиков с овощами и фруктами. Но вижу небольших размеров ящика, он посчитал это желание излишне оптимистичным и надеялся найти хотя бы молоток и что-то наподобие стального штыря.

Но, открыв ящик, он ничего не увидел, вообще. Всё, что было ниже верхнего обода ящика скрывал непроглядный мрак. Не поддавшись секундной панике, Леан запустил руку в кажущуюся бездонной темноту и нащупал… нет, он отказывался в это верить, пока не достал на свет именно тот домкрат, который представлял. Обычный механический, для поднятия тяжестей до полутонны, причем размерами превышающими высоту ящика, почти в два раза.

- Вот значит какие у меня способности будут,- довольно прошептал Леан.- Не так как я представлял, но даже лучше.

- И почему эт вы врёте первым встречным,- сплевывая очередную травинку, произнёс крестьянин.- Чай не ремесло мытаря то, что его скрывать. Мы вас, магов, пусть и подмастерьев уважаем, так то, хоть и разленились вы в последние годы, ох разленились. Иногда по несколько деньков приходится ждать на спил сухой ветки.

Пока крестьянин говорил, Леан устанавливал домкрат, но смысл слов дошёл до него.

- А в чём проблема самому спилить?- удивился он.- Там ведь работы от силы на десять минут, и то, если ветка толстая.

- Да ты чего?- округлил глаза крестьянин,- кто ж нам инструмент то даст. По закону не положено, двоешник, что ли, законы не изучал в академии, по бабам бегал, небось.

Леан ничего не ответил на столь грубое заявление, закончив с домкратом и достав из ящика необходимый штырь и молоток. Что ж, пусть он и придумал в своём воображении мир Ильсуивин, он ведь не издавал в стране законы, не устанавливал порядки, а ведь в нём должно проживать немало людей. Причём не просто проживать, а жизнеспособно функционировать для своего блага и развития страны. Видимо, ему предстоит ещё много узнать о своём де мире.

Сделав последний звонкий удар молотком, Леан с облегчением вздохнул.

- Получилось, готово!

- Спасибо, господин маг! Садитесь на телегу, подвезу до города, да и в самом городе то мне по пути подвести к гильдии будет.

- Спасибо, не откажусь,- ответил Леан, пряча инструменты обратно в темноту ящика.

К тому же, при себе у него не было ни еды, ни воды, и вряд ли ящик предназначен для подобных целей. Поэтому он попросил у крестьянина разрешение съесть несколько яблок. Задавать вопросы сверх тех, что он уже задавал, Леан не стал. Крестьянин крестьянином, но подозрение закрасться может. А прикинуться иностранным «магом» не получится, не зная, какие страны в этом мире.

Вокруг царила летняя жизнь: люди работали в полях, из рощ доносилось пение птиц и звуки животных. Леан никогда не то что в живую подобного не видел, даже в видео хрониках старого мира подобного не было. Самыми отдалёнными записями являлись видео многочисленных городов и первые признаки окончательного упадка мировой экосистемы. Если это и иллюзия, или происходящее всего лишь в его воображении, а тело где-то там – всё равно, он рад быть в этом месте, а не в загаженной яме, под названием Мегаполис

Где то вдалеке, за горизонтов дорожной ленты, по небу разливалось радужное сияние. Спрашивать, опять же, не вызвав подозрений, было подозрительно. Оставалось ждать подходящего случая и узнать самому.

Крестьянин всю дорогу что-то немелодично напевал себе под нос, а Леан посетовал, что ему попался столь неразговорчивый спутник. Пусть бы тот болтал без умолку, зато дал бы Леану столь необходимую информацию о политическом устройстве страны (в чем же ещё простонародье разбирается лучше всех, как не в политике).

Чем ближе они подъезжали к городу, тем унылее становилось окружение. По мощёному булыжником тракту был ехать сложнее и неприятнее, чем по сельским размытым колеям, ввиду отсутствия половины камней то на одной стороне дороги, то на второй половине, а иногда и смешано. И так как вокруг дороги рос запущенный кустарник, или располагались огромные ветвистые деревья, телегам приходилось жутко маневрировать, отчего по обочинам валялось куча хлама в виде сломанный колёс, осей, частей телег, а то и самих телег. Нам повезло, что мы не попали в час пик, как объяснил Леану не представившийся первый встречный в этом мире человек, иначе здесь творился бы ад из криков, ругани и мордобоя.

Поездка по мощёной дороге, к висящим на ржавых петлях воротам города, заняла у нас больше времени, чем по грунтовой, хотя по ощущениям, путь был намного короче. Но, такая ситуация стала прояснять положение дел в стране. И, если это столица, то страшно представить – что творится в провинции.

Внутри же город поражал своим величием… когда-то. Сейчас же обшарпанные, с облупившейся краской и штукатуркой, покосившиеся постройки нагоняли уныние, создавая гнетущую атмосферу безысходности.

Таким ли Леан представлял себе Ильсуивин в своих фантазиях?

Явно нет, так почему же он оказался именно в этот период упадка? Ему хотелось увидеть…

И тут он с усмешкой вспомнил результат тестов: мастер ремесленник. Пусть понятие довольно аморфное о его роде деятельности, но, с его способностями к пониманию вещей, труда найти своё место не составит. А может, открыть свою фирму.

Он уже представлял себе красочную вывеску среди этого тусклого поломанного городишки, и народ толпами вялящий к нему, пока они не приехали к зданию Гильдии магов.

О-о, Леан словно очутился наяву своей фантазии. Здание гильдии было больше похоже на замок: огромное, этажей десять, с не менее огромным двором, по которому сновали толпы людей, стоя в очередях к людям, сидящим за столами у стен замка и что-то записывающими. Подняв глаза вверх, к десяткам развевающихся стягов над множеством шпилей и башенок, Леан увидел разлитое по воздуху то самое радужное сияние.

- Даа, выглядел бы весь город так же,- мечтательно сказал за спиной Леана крестьянин.- А мои родоки то говорили, что так и было раньше. Ладно, вот тебе расписка за помощь.

Он протянул Леану измятый клочок бумаги с вполне понятной надписью – починка телеги и закорючка в виде росписи.

Странно, почему понятной, было первой мыслью Леана, а второй то, что ничего странного,- ведь это он придумал этот мир, в частности Ильсуивин.

И что с этим теперь делать, не идти же к столам, за которыми сидят мелкие служки. Насколько Леан понял ситуацию, работу выполняют маги и получают за это вознаграждение, но где, в самом замке?

- Что ж, попробуем, как действует наглость в этом мире,- произнёс Леан и направился к большим дверям.

Его никто не остановил, когда он вошёл внутрь. Оказавшись в шикарном огромном зале с кучей ковров на мраморных полах, гобеленах, свисающих с резных колонн, множество плакатов с лицами (видимо, лучшие работники месяца, подумал Леан). Сам же холл освещался за счет множества огромных окон, тянущихся почти по всем поверхностям, выходящим наружу, и непонятно, как каменная громада, нависающая сверху не обрушила это архитектурное безобразие, с точки зрения логики, а так, выглядело очень даже необычно и красиво. Вид портило ограждение, разделявшее одну часть зала с другой и всего с двумя очень широкими арочными проходами, рядом с которыми крутились упитанного вида люди в темных просторных одеждах.

Явно охранники, подумалось Леану, направившемуся через одну из арок.

Никакого сигнала, звукового или светового, не последовало, но посмотрев на руки и наги, Леан обомлел: всё его тело светилось красной аурой, что и заметили снующие по залу маги в темных одеждах, и направились к нему.

- Охрана Гильдии, предъявите свой пропуск на вхождение в Замок,- вежливо, но очень напыщенно произнёс первый подбежавший.

- Зачем?- поинтересовался Леан.

- Как зачем,- опешил задавший вопрос.

За него ответил второй.

- Потому, что ты не маг и тебе требуется особое разрешение на посещение от того, к кому направляетесь.

- А с чего вы взяли, что я не маг?- пытаясь не выказывать робость, ответил Леан.

Тут уж они все удивились и переглянусь.

- Нуу, наверно потому, что детектор магических способностей не нашёл их и пометил тебя.

- Хорошо,- решил Леан и показал им свой козырь.- Тогда откуда у меня может быть вот эта расписка о выполненной работе.

Охранники повертели её в руках и ничего не могли ответить, пока она переходила от одного к другому. И когда один неуверенно промямлил о том, что возможно детектор неправильно сработал, подошёл ещё один человек и при его виде Леан понял, что прикидываться больше не получиться. Хотя, как подошёл, несмотря на множество пушистых ковров, я почувствовал вибрацию и смотрел на то, как он подкатывался к нашему сборищу. Настолько у него был огромный, властный, грозный и, снова нельзя не отметить огромность живота, вид. Такой, явно, за малейшую провинность и на кол посадить может, или что у них тут за наказания используются. Хотя по его виду, как бы каннибализмом не брезговали.

- Что происходит!

- Маг главный бухалтер,- представил его мне один из охранников,- этот человек утверждает, что он маг и принёс расписку за работу, но детектор пометил его как не обладающим магией.

- Украл!?- грозно спросил главный бухалтер Леана.

- Ни в коем случае, честно выполнил работу, починил телегу крестьянину на дороге,- попытался не теряться под тяжёлым взглядом Леан.

- Что ж, не врёшь, ладно, идём, получишь свою плату.

Главный бухалтер взял Леана под локоть и они в миг оказались в совершенно другом помещении. За локоть Леана уже никто не держал, а сам главный бухалтер оказался сидящим за высоким и просторным столом, заваленным бумагами, деньгами и… кто бы мог подумать, кучей объедков.

- Итак,- изрёк маг и первым делом потянулся к не до конца обглоданной ножке, а второй рукой начал шарить что-то под столом.

Достав пару цветных бумажек, он подержал их в жирных руках и протянул Леану. Что бы достать их, ему пришлось перегнуться через весь стол, за ещё и упереться коленками в него, что бы не вытереть своим животом лужи жира на столе. Ему было очень неприятно находиться в обществе этого человека, и он хотел поскорее уйти из замка.

- Итак,- жестко повторил маг, когда Леан взял деньги, но бухалтер не отпустил свой конец.- Теперь рассказывай – кто такой.

- Мастер-ремесленник,- коротко ответил Леан, пытаясь вытянуть из крепкой хватки бухалтера свои первые заработанные деньги.

- Врёшь,- продолжая держать деньги, сказал маг.- Никто не может быть ремесленником без инструментов. А их ни у кого нет.

- Я видел,- скривив лицо ответил Леан.- повсюду запустение и разруха. Поэтому я и научился сам создавать инструменты и пришёл в этот город, что бы основать частную практику. Не магическую,- добавил Леан после секундного раздумья.

Видимо это пояснение было не лишним, и правильным. Бухалтер отпустил деньги и Леан смог наконец отодвинуть свою одежду подальше от опасной близости с жутью для уборщика, творящейся на столе.

- Тогда ладно. Нас не интересуют такие, как ты. Вы не выдерживаете конкуренции.

Он рассмеялся.

- Даже интересно будет посмотреть.

- И вас не интересует, откуда мои познания и инструменты?

- Нет! Мы не деспоты и живём в строящейся демократии. Делай что хочешь!

- Тогда почему на мой вопрос, почему человек сам не может спилить сухой сук, он ответил, что ему никто не даст инструмента?

- Потому что мы и не даём их. Мы предоставляем услуги быстро и качественно,- самодовольно ответил бухалтер и подчеркнул свою важность,- магически. Нам не нужно корячиться и лезть на дерево. Достаточно просто посмотреть, что бы ветка переместилась в другое место.

- А что же мешает починить главный городской тракт? Главные ворота? Неужели нет заявок от правительства?

- Наши услуги стоят деньги,- похлопал маг себя по животу и казалось сама комната поплыла вместе с колыханиями объёмного чрева.

- Понятно, значит, если я буду брать меньше за работу, найму работников и начну составлять конкуренцию, мне не будут мешать? Мы же в демократическом обществе?

- Именно, юноша, именно, а теперь проваливай, у меня ещё дела.

Мановением его руки Леан оказался за стенами замка и вздохнул от облегчения. Никто не спрашивал о его происхождении и откуда он. Вот только не понятно, откуда в придуманном мире оказалась демократия. Такой установки он, кажется не делал. Может поэтому и возникла?

Напротив здания гильдии магов стояло очередное обветшалое здание не жилого типа. Оно больше напоминало заброшенную кузню, с горнилом, мехами но без мелких инструментов и людей. Хотя нет, присмотревшись, Леан увидел одного чумазого старика, прислонённого к наковальне.

Если расценивать подобный объект для старта карьеры, то совсем неплохо. Может получится и задаром получить его.

- Вы владелец здания?- спросил Леан старика.

- А что, вам, гадам, было недостаточно моего унижения, лишив работы. Хотите теперь и крова лишить?

- Я не имею отношения к магам, но меня интересует ваша кузница, как предприятие для создания конкуренции магам.

- Я видел, как ты появился из воздуха, и как заходил в здание,- не поверил старик.- С чего это вдруг кому-то понадобилось работать, да ещё такому молодому. Ты хоть молот держать умеешь?

- За молот не скажу, не держал, а вот в здание ходил за платой, пусть я и не являюсь магом, но починил телегу и главный бухалтер заплатил мне. А после вышвырнул, когда я сказал, что хочу создать им конкуренцию.

Старик почесал густую бороду.

- Забавный ты паренёк. Починил телегу и уже думаешь, что можешь справиться с целой кузней?

- Не думаю. Для начала хотел начать с малого и постепенно нанимать помощников. Так что, это здание ваше? Сдаёте в аренду?

- В аренду не сдам, сам живу тут, в пристройке,- показал он слепленную из глины и досок халупу.- Но поработать дам, может чего и выйдет путного. Жаль кузню то, наследственная, а теперь простаивает.

- Почему же? Я так понимаю, вы кузнец?

- Да, кузнец, чёрт бы вас побрал,- яростно крикнул он, потрясая кулаком в сторону замка магов.- И был весьма успешный… пока они не выкупили все мои инструменты,- добавил он, отводя краснеющее от стыда лицо.

- Как это так?

- А как это бывает,- огрызнулся кузнец.- Предложили много денег за всё и дали бумажку подписать…

Он явно не договорил конец предложения и пауза затянулась, а Леан догадался.

- В которой был маленьким шрифтом пункт, обязующий вас больше не работать инструментом?

- Нет,- смутился кузнец,- не производить больше инструмент.

- Почему же тогда не купить было его у других ремесленников? Хотя, это глупый вопрос. Странно, что они не заставили меня ничего подписывать. Может, решили, что их гильдия вне конкуренции. Что ж, поможешь доказать им, что они ошибались и вернём… для начала этой кузне, приличный вид?

Почесав свои заросшие седые заросшие патлы, кузнец предложил.

- Если ты сможешь дать мне острый нож, то приступай хоть сейчас.

Достав ему из своего «тёмного» ящика опасную бритву, Леан приступил к уборке, в первую очередь. А спустя пару часов к нему присоединился и Крон, изрядно посвежевший кузнец.

Посмотрев на выбритое лицо, Леан осмотрел улицу, толпу перед замком магов, которая уже с интересом поглядывала на заброшенное здание, из которого столбом валит пыль и разносятся удары молотка. В этой толпе почти все были либо очень заросшими, либо кое как обкорнанных. У Леана вновь закралась мысль о каком то несоответствии.

- Неужели в стране не осталось никаких ремесленников, даже цирюльников?- спросил он Крона.

- Ты из какого леса вышел?- подозрительно спросил тот.- Маги заняли все виды ремёсел, вытеснив людей, делающих работу некоторое время, они делают её за несколько секунд. И это продолжается уже очень давно, сначала народ привык к быстрому способу получения услуг, а потом и качество упало и скорость. Вот только, опомнившись, было уже поздно. Всех, кто умел что то делать купили с потрохами, вроде моей ситуации. Простому народу же ничего не запрещали, но те настолько поглупели, что даже домашние ножи заточить не могут.

Спустя некоторое время его слова подтвердились одной робкой женщиной, попросившей за одну красную бумажку, с цифрой один на ней, заточить кусок металла, по её словам – ножа. Его, видимо, не точили с момента выделки, или же очень продолжительное время резали кирпич.

Достав из ящика точильный камень с устройством для крепления в поверхности, Леан за пять минут привёл нож в приличный вид и даже отказался брать деньги, попросив приводить новых клиентов и не только за точкой ножей. Обрадованная женщина убежала, а спустя час у перед кузней хаотичной очередью выстроилась толпа людей… с ножами и топорами.

Леану было дико смотреть на этих людей. Он понимал бы, будь в стране война и всё способные люди ушли воевать, но глядя на вполне здоровых взрослых и молодых мужчин, стоящих в очереди, с глупым выражением лица орущего как базарная баба. Но мирное время, а в мире какая то идиократия творится. Неужели маги настолько облегчили жизнь людей, что те настолько же оглупели? Но как такое вообще возможно, если в деградирующем, упадочном настоящем мире Леана находились способные люди, вроде него.

А здесь этих способных скупили на определённых условиях, и теперь маги заправляют всеми делами.

Не такой мир я придумывал, думал Леан про себя, и тут же отбрасывал от себя эту упадническую мысль и сосредотачивался на размышлении – как всё исправить. Ведь в первую очередь маги попытаются и его купить, но это не проблема. Значит, надо учить людей снова что-то делать своими руками и возрождать страну из хаоса разрухи, как бы пафосно это ни звучало. Ведь именно для подобного приключения он и направился в тот офис, посулившим пришедшему небывалый личностный рост.

Насыщенный событиями день подходил к концу, и люди стали расходиться, даже те, кто ещё не дождался очереди.

- Здесь что, действует комендантский час?- спросил Леан Крона

- Ты всё таки не из этих мест,- ответил тот.

- Я путешественник из очень далёких мест, где магов нет, а людей, умеющих работать настолько много, что не всем хватает. А в Ильсуивине мне понравилось, и природа, и работы полно.

- Из очень далёких мест, видимо,- ворчливо добавил Корн.- В стране осталась почти единственный вид деятельности – фермерство и занятие сельским хозяйством, которые активно поддерживаются магами всех стран. Поэтому и почти все люди работают на полях, а работа на полях начинается с восходом солнца. Если все, кто сейчас ушёл не лягут спать раньше, то могут не выспаться и плохо работать, за что получат меньше пособия.

- А почему ты не работаешь в полях?

- Потому что я потомственный кузнец!- яростно воскликнул Крон.- Мне не позволила бы гордость. Хотя, не появись ты сегодня, я, быть может и передумал. Деньги от продажи своей гордости и чести почти закончились.

- А ты хорошо знаешь таких же, кто что-то умеет, но остался без инструмента? Много ли их на самом деле?

- Ты что-то задумал?- удивлённо спросил Крон.

- Именно! Создать конкуренцию гильдии магов не ради обогащения а… из принципа. Не люблю магию!

Пусть Леан и лукавил, используя явный магический, в рамках реалий этого мира, ящик. Ему даже не столько и магия была неприятна, как те, кто её использует, и как они это делают. В мире наступил явный дисбаланс сил, и он именно тот, кто всё изменит. Для чего же ещё он появился в этом мире.

Заночевав в кузне, устроив себе лежанку в углу на досках, Леан пережил свой первый день в новом амплуа. Если верить (а с чего бы не верить) Кюулеру, у него осталось тринадцать дней на окончание пробного периода.

В течении последующих нескольких дней, проведённых за активной работой, Леан напрочь забыл о своём реальном мире, где он родился и радовался тому, что может здесь реализовывать свой потенциал и развивать его. Ведь помимо заточки ножей стали поступать более сложные заказы на ковку инструментов для тех, кто продал их ранее магам.

С таким людьми Леан встречался по вечерам и обсуждал стратегию развития их предпринимательства и того, каким образом он сможет им помочь. Но только при одном условии, что никто больше не поддастся на щедрые посулы магов.

Странно, что они ещё не пришли в кузню, напротив их замка. Считают, наверно, что один человек не составит им конкуренцию.

Неоценимую помощь оказал Крон, учивший Леана азам кузнечества. Инструменты пришлось доставать из ящика. Леан надеялся, что в скором времени с этим можно будет завязать, когда он научится делать вещи сам, или нарисовать чертежи более сложных деталей, которые Крон, или приглашенный, по его рекомендации, к нам коллега смогут воплотить в реальную форму.

Раз за разом Леан чувствовал свою причастность к чему-то значимому, а не просто быть клоуном для публики. Мечты о будущем заходили так далеко, что в них он видел себя родоначальником технического прогресса, не вытеснившего магию, но заставившей её работать на него. А для этого необходимо было одержать победу над зажравшимися, самодовольными снобами.

И первая победа состоялась спустя неделю его пребывания в Ильсуивине, когда Леан перед сном обнаружил у себя в кармане аккуратно сложенную бумажку. Развернув её, он обнаружил контракт на прекращение всей своей деятельности до конца жизни и некоторую сумму денег. Леан ещё плохо разбирался в местной экономике, но за таким предложением наверняка должна стоять внушительная сумма. Внимательно изучив бумагу, он не обнаружил на ней своё имя, словно это была копия контракта для образца.

В его настоящем мире без идеального знания официальной документации нельзя было бы выжить, не попадая постоянно впросак. А здесь, по всей видимости, даже такие гиганты монопольной деятельности не особо вникали в детали своих требований. Леан ведь уже думал над тем, почему маги скупали только инструменты, а не людей и их способности. И пришёл к неутешительному выводу, что они не настолько умны. Жизнь в, по сути, средневековье, мало способствует развитию мозговой деятельности, тем более когда жизнь течёт спокойно и размеренно. Это не индустриально и информационно развитая эпоха, где, отстав на пару дней от общего течения жизни, рискуешь больше не вернуться в русло, и остаться на задворках цивилизации. Что, собственно, с Леаном там и произошло.

В этом же мире, он, если и не гений, с быстро работающей мозговой извилиной, то, как минимум, умнее большинства. Что Леан и хотел доказать. Посоветовавшись с Корном, он выбрал одну женщину, оставшуюся без мужа и сына, после недавнего пожара в лесу. Обсудив с ней сделку, и что от неё требуется, Леан отдал ей бумагу на подпись и попросил, не мешкая, отнести магам. А уже спустя час эта женщина с мешком за спиной, довольная, снова заглянула к нам в кузницу.

Радость Леана, что ему удалось провернуть такой трюк с документами, была сравнима с радостью женщины, получившей целую гору денег. Но, по условиям нашего с ней, пусть и устного, соглашения, часть денег она раздать настолько же обделённым судьбой людям.

Что ж, маги так просто не сдадутся, с их-то ресурсами. Леан больше переживал за физическое воздействие на свой бизнес, или себя самого. Потеря денег для богача может затуманить рассудок и толкнуть на самые безрассудные поступки. И Леан задумал укрепить свои позиции, направившись к… президенту, как бы странно это ни звучало в средневековом выдуманном мире.

Кузница уже и доход приносила, люди охотнее несли заказы к нам, пусть и приходилось бы дольше ждать, но мы денег и не требовали, а расплачивались в основном, продукцией. Тем, кому помогли вновь стать плотниками, обеспечивали нас необходимыми деталями. У них так же появились свои заказчики, и плотники смогли набрать людей для рубки дерева. И это только одна отрасль.

Всего за десять дней Леан совершил невозможное - рядом с гниющей «маговской» экономикой построить свою - здоровую и развивающуюся.

Леан уже успел изучить город, увидеть все его достопримечательности, в частности замок, резиденцию правительства, выглядевшей втрое дешевле и никчёмнее замка магов. Это было квадратное здание с миниатюрным внутренним двором и небольшой главное городской площадью, где располагалась стела – символ мира и магии всех магов. Да уж, вот в чём нельзя было упрекнуть всех магов, так это в солидарности друг к другу. Им не было нужды разворачивать друг против друга войны, выясняя, чья магия цветастее, или кто дальше дотянется магией воон до того камушка.

Леан направился в приёмную президента с надеждой, что о нём уже говорят в городе, и проблем с пропуском возникнуть не должно. Но в приёмной его ждал сюрприз: там сидел тот самый бухалтер гильдии магов, ожидающий приёма.

- Доброе утро,- решил первым проявить вежливость Леан.

Бухалтер ответил хмурым взглядом.

- А вору что здесь понадобилось. Я пришёл подать жалобу на тебя и твоё самоуправство.

- И как, долго сидите?

Маш ответил не сразу.

- Несколько дней,- сквозь зубы процедил бухалтер.

Леана подмывало позлорадствовать, но это могло пойти наперекор его далеко идущим планам, в которых и магам было отведена огромная роль, если, конечно, он сможет добиться нужных результатов в переговорах с ними и правительством. В комнату вошёл камердинер и попросил Леана пройти с ним, на что маг вспылил и резко встал со старого дивана, отчего тот со скрипом треснул.

Невозмутимый камердинер не повышая голоса осадил нетерпеливого мага. Обстановка и отношение к магам в доме правительства явно указывало на отсутствие к ним какого либо пиетета.

- При выходе не с вас будет взята стоимость поломанной мебели.

Невозмутимый камердинер провёл Леана в следующую комнату, где его уже с нетерпением ожидал средних лет истощённый и измученный мужчина, в приличном костюме с белой перевязью через плечо.

- Я президент Харащев,- поприветствовал он Леана.- Прошу в мой кабинет.

Из небольшого тамбура в стороны вели четыре двери, и Харащев провёл Леана в одну из них. Кабинет президента выглядел, пусть и на неискушённый взгляд Леана, весьма непрезентабельно: всего один стол для работы, небольшой комод со стеклянными бутылками, пара кресел затертый до дыр ковёр. Хотя, висевшие портреты выглядели очень внушительно. С них на Леана смотрели десятки грозных, великодушных или наставительных взглядов, по всей видимости, бывших правителей Ильсуивина.

- Полагаю, вы знаете кто я такой?- спросил Леан.

- Иначе я имел бы неудовольствие разговаривать не с вами, а с тем жирным…- начал было в сердцах Харащев, но сдержался и не договорил.- До меня дошли слухи о ваших способностях. И раз мы разговариваем здесь, значит, маги до вас ещё не добрались.

- И не доберутся, будьте уверены.

- Хотелось бы верить. Но, пришли ко мне именно вы, хотя я уже на днях собирался послать приглашение.

- Да, так и есть.

Леан решил не скрывать почти ничего, кроме того, что он из другого мира и перейти к делу.

- Я не являюсь подданным Ильсуивина, и прошу не спрашивать из какой другой страны я пришёл. Мне понравилось здесь, и я хотел бы остаться, если позволите, на официальных условиях и продолжать работу. И именно по поводу работы я и пришёл. Насколько я уже успел заметить, дела в государстве очень плохи и виной всему трудовая монополия магов, которые разленились и перестали выполнять свои обязательства.

- Именно так, и какие вы можете предложить работы?

- Любые, но для начала строительные.

- И чего хотите взамен? Вы наверняка уже заметили разность убранства нашего замка и замка гильдии магов, и сделали необходимые выводы.

- Да, заметил. Но меня не столько деньги интересуют, сколько возможность выполнения своей масштабной задачи по восстановлению страны. Конечно, где то жить и питаться необходимо, но не больше.

- Слишком уж подозрительно,- недоверчиво смотрел на Леана президент.- И в чём же подвох подобного предложения?

- Полная поддержка государства и населения, выражающаяся в агитации моего пути по восстановлению, и частичный отказ от магических услуг.

Президент всё ещё недоверчиво смотрел на Леана и продолжил задавать наводящие вопросы.

- Почему частично?

- Потому что в стране практически не осталось самодостаточных производств. Кроме магов и торговцев, торгующих тем, что им дают маги и по той цене, которой они скажут. Я уже открыл кузницу, и с моей помощью возобновили практику плотник и портной.

Закончив с перечислением достоинств союза государства с собой, Леан закрыл глаза, набираясь наглости совершить следующий шаг. Пусть он и не испытывал никакого страха перед правителем истощённой державы, всё же следовало учитывать, что люди, стоящие у власти, обычно привыкли, что им должно оказывать почтение и уважение, заслуживали они того или нет.

- Но пришёл я ещё по одной причине – узнать, как правительству удалось настолько обосраться и довести страну до такого состояния? Как вы умудрились отдать всю свою экономику на растерзание магам?

Мгновение казалось, что худшие опасение Леана подтвердятся, но президент зарыл лицо руками и тяжело вздохнул, показываю свою слабость, усталость и бессилие.

- Упадок длится уже не одно поколение,- начал рассказ Харащев.- Если верить первым историческим сведениям о рассвете гильдии магов, то всё было очень радужно, в перспективе. Они предлагали, вот как вы сейчас, новый виток развития экономики, мотивируя свои тем, что любую работу любого ремесленника они могут сделать мгновенно, потребовав взамен лишь малость – не мешать им ни на законодательном уровне, и пресекать людское недовольство. Тогдашний правитель ещё не понимал последствий, и с радостью согласился. Пару десятков лет государство, как наше, так и соседние, согласившиеся на такие же условия, действительно процветали. Маги вмиг выполняли трудоёмкие, затратные и опасные работы всего за секунды: возводили мосты меж ущелий, делали проходы в скалах, вспахивали гектары одним взмахом руки, а если им дать чертёж устройства – могли точно воспроизвести его.

Все настолько привыкли полагаться на гильдию, что переставали работать на себя, предпочитая идти в услужение магам и работать на их полях и убирать за ними. По сути это и стало началом конца, потому что и маги спустя несколько поколений настолько разленились, что на выполнение простейших заказов уходили дни. Просто из за того, что им становилось труднее передвигаться, и, как я подозреваю, настоящие маги стали вырождаться, породив поколения изнеженных и самовлюблённых гордецов.

- Но откуда берутся тогда маги?- удивился Леан.

- Никто этого не знает, как и того, откуда они пришли. Строились теории, что они появились из стран за многие тысячи миль отсюда, или то, что они пришельцы иных миров.

У Леана промелькнула мысль, что не является ли он далеко не первым «пришельцем» в этом мире? Хотя нет, откуда, ведь это он создал основы этого мира, но, видимо, недостаточно точно в некоторых аспектах, из которых и вытекла демократия и неизвестное происхождение магов.

- И поэтому вы не можете доверять мне, так как я предлагаю почти тоже самое?- напрямую спросил Леан.

- Именно, но иного выбора у меня, по всей видимости нет,- сокрушённо ответил президент Харащев

- Что ж, я постараюсь подкрепить свои слова кое чем. Можете позвать сюда того мага, что сидит в приёмной?

- Зачем?- несказанно удивился правитель.

- Есть одна идея. Хотелось бы обсудить её со всеми сторонами сложившегося конфликта. Если мы не придём к консенсусу, то мои потуги на восстановление страны могут пропасть втуне.

Президент несколько неуверенно позвонил в один из трёх колокольчиков, лежащих на столе в футляре, обитом синим бархатом. Колокольчики различались цветом и, видимо, звучанием, так как позвонил Харащев в жёлтый, а красный и синий остались не у дел. Спустя пару минут, после продолжительного и неторопливого грохота грузных шагов, в дверь постучали и камердинер открыл дверь перед Бухалтером.

- Замечательно,- с порога начал он.- Значит я могу рассчитывать на немедленный выговор этому человеку?

- Успокойтесь и сядьте,- остудил его пыл Леан.- Вы здесь только потому, что я попросил.

- Да ну!- не успокаивался маг.

- Да, и если успокоитесь, я могу предложить то, что удовлетворил обе стороны. Иначе, я продолжу уничтожать ваш бизнес, пока вы сами не придёте к нам за помощью,- жестко ответил Леан.

- Я не намерен выслушивать подобные заявления от выскочки…

Президент наблюдал за перепалкой с интересом, и сейчас решил вмешаться.

- Присядьте, господин Бухалтер. Я уже заручился поддержкой этого молодого человека, и мне интересно выслушать. Если же и дальше будете артачиться, я сделаю всё, что бы люди не давали вам заказы.

- Вы не сможете так поступить, у нас древний договор.

Вот именно, что древний, и путей его обхода, не нарушая условий, накопилось достаточно.

Немного подумав, маг замолчал и докатился до дивана, кресло вряд ли бы вместило его объём в себя.

Не желая подводить издалека, Леан начал.

- Я предлагаю гильдии магов сотрудничество.

Удивились, казалось, все, даже за дверью послышались громкие охи не говоря уже об удивлении, написанном на лице президента и изумлении Бухалтера.

- Что это ещё значит, какое между нами может быть сотрудничество?

- Я хочу объединить технологию и магию для создания более совершенных вещей,- с улыбкой ответил Леан, весь погруженный в мечты о мире техномагии.

- Во первых: это невозможно, а во вторых – зачем это нам нужно?- без долгих раздумий сказал Бухалтер.

- Это невозможно только потому, что вы, заплывшие жиром лентяи, даже писать и читать разучились. Не говоря уже о создании вещей по чертежам. Я же предлагаю совместить усилия ремесленников и магов в рамках программы развития государства. Вот почему вам это нужно, помимо того, что вы должны этому государству, за его упадок.

Воцарилось тягостное молчание.

- Условия, я считаю приемлемыми,- первым нарушил тишину Харащев.

Но, судя по лицу мага, багровеющему ещё больше того, чем обычно, он хотел ответить решительным отказом. Президент тоже это заметил и поспешил с речью.

- Советую не отвечать сейчас, как минимум отказом. Даю время на обдумывание решения. И помните, что я сказал насчёт поддержки ремесленникам. В договоре ведь указано не препятствовать на законодательном уровне гильдии. Я же могу на правительственном уровне оказать влияние на всё, чем владеют маги. Налоги можно повысить специальным указом. Давно пора было уже это сделать.

Дослушав это, маг молча встал и покатился на выход. Леан также решил не задерживаться.

- Спасибо что приняли, выслушали и поняли - к чему я стремлюсь,- поблагодарил Леан президента Харащева.

- В моём положении следует цепляться за любую возможность. Иначе государство вскоре развалится. Хотя я и сомневаюсь, что маги согласятся, буду на это надеяться.

Несколько следующих дней Леан провёл в ожидании ответа, но его всё не было. И вот наступили последние часы перед окончанием пробного срока. Леан не знал, сможет ли, или, точнее, позволят ли, ему вновь вернуться сюда; без него ведь изменений не произойдёт. Конечно, он всего лишь предполагал, что появившись в этом мире в полдень, то в этот момент и закончится его срок.

И даже за этот срок он сделал так, что теперь площадь перед замком гильдии пустовала, а на главной улице ремесленников только и слышен был шум толпы и звон инструментов. Стоило Леану только моргнуть, как перед ним оказался Бухалтер, главный, по всей видимости, маг. Других Леан просто не видел, а с этим сталкивался постоянно. Хотя, может он просто из тех, кто способен передвигаться на ногах, поэтому и решает публичные вопросы.

- Мы подумали,- коротко сказал он, выражая всем своим видом недовольство.

Леан ждал продолжения.

- И,- наконец не выдержал он.

- Мы не хотим ничего менять.

Заметив отвращение на Лице Леана, Бухалтер дополнил ответ.

- Мы не хотим, но понимаем, что сделать это необходимо. Мы действительно не в состоянии выполнять то количество заказов, что может предложить народ, или правительство.

- То есть, подтверждаете, что зажирели и разленились?

Маг дернул щекой.

- Не так категорично, мы там не совсем дураки, и признаём, что со временем часть наших знаний была забыта, а само искусство магии зашло в тупик.

- Значит, мы можем договориться о взаимном сотрудничестве?- почти не скрывая улыбку спросил Леан.

Маг вновь помедлил с ответом, а часы показывали уже почти полдень.

- Для начала, мы уже запустили процесс реорганизации и установлении новых распорядков внутри гильдии. Так что, в ближайшее время мы не будем готовы на полноценную помощь.

- Но вы согласны с моим предложением о создании новой экономики на основе нашего союза?

- Как я и сказал…

- Не юлите,- грозно прикрикнул на него Леан, который начал подозревать, что главный маг о чём-то умалчивает.

- Согласны!- в ярости воскликнул Бухалтер.- Но мы хотим попросить не только времени, но ещё и…

Леан тяжело вздохнул, представляя, как тяжело ему будет оправдываться перед магом, если он вернётся в Ильсуивин.

Обстановка в кабинете совершенно не изменилась, словно и не прошло тех двух недель. Напротив сидел Кюулер, за спиной стояла Меаза.

- Вы довольны своей работой?- улыбчиво спросил Кюулер, рассматривая стоящий перед ним на столе тот самый шар, к которому заставили прикоснуться Леана.

- Более чем,- с воодушевлением ответил он, но побоялся задать главный вопрос.

Что не оказалось проблемой.

- Значит, вы согласны вернуться и остаться в том месте навсегда?

- Ещё бы! Но позвольте задать вопросы, мучающие меня на протяжении всего этого времени: как это возможно и какая выгода вам?

Кюулер с Меазой горько усмехнулись.

- Всю технологию возможности описать почти невозможно, просто скажу, что за столетия существования пустошей вокруг Мегаполисов образовались любопытные аномалии, связанные со сложными метафизическими изменениями во вселенной. Мы же получаем необходимые сведения от вас, участника этого проекта.

- Ясно,- неуверенно ответил Леан, но мыслями он уже вновь был в кузне и добивался от Бухалтера необходимых ему условий договора.

- Мы можем оставить в Ильсуивине лазейку, что бы вы могли в любой момент вернуться обратно…

- Нет!- категорично перебил Кюулера Леан.- Пожалуйста, отправьте меня обратно и забудьте о том, что я существую. Я не хочу больше возвращаться в этот мир. Прямо сейчас, без долгих разговоров и уговоров, что этот мир реален, а тот – плод фантазии. Я хочу остаться там, прожить жизнь и закончить её тоже там.

- Что ж, тогда не будем задерживать,- казалось со вздохом облегчения сказал Кюулер и подвинул сферу к Леану.

Едва подопытный исчез, Меаза бережно взяла сферу и поставила на большой застеклённый стеллаж, где уже находились несколько похожих объектов, только светившихся другим цветом.

- Первый удачный опыт,- сказала она, отнюдь не радуясь этому.- Можно поздравить нас… и его.

- Да,- устало ответил Кюулер.- Но одного мало, а от остальных исходит слишком мало энергии.

- Можем не успеть?

- Можем не успеть,- подтвердил Кюулер.- Прошло уже двадцать лет, и осталось четыре, пока механизм вновь не воссоздастся. Ладно, хватит о грустном, идём встречать нового клиента,- сказал он, услышав стук входной двери.

Путь воина

Многие в этом городе проводят всю свою молодость оттачивая выбранные навыки, что бы посвятить оставшуюся жизнь реализации Себя более успешно, чем другие. Не у всех это получается, а даже у тех, у кого получилось не факт, что завтра не придёт такой же и не оставит тебя без рейтинга. А может произойти и того хуже.

В мире побеждённой преступности, благодаря тоталитарным методам и, как бы странно не звучало, свободе слова и действия (ведь на выбор тебе давались два варианта – либо ты исправляешься, либо изгоняешься в радиоактивную пустошь за пределами Мегаполиса). Но, места заключения остались, ведь в любом обществе найдётся умник, считающий себя умнее и круче остальных, или случайный проступок, за который так же придётся нести ответственность. Вдвойне обидно, когда этот случайный проступок вписывается в то, чему посвящаешь себя с детства.

- Глупец, никчемный идиот,- зло ругался в пол голоса Итакои, уже не первый год браня мертвеца, который при жизни решил бросить ему вызов проиграть.

За победу в тюрьму обычно не сажают, а вот за непреднамеренное убийство, не согласованное в договоре перед поединком, вполне. И вот, только сегодня вышедший после длительного заключения в тюрьме, Итакои брёл через весь мегаполисна окраину, в один офис, откуда получил на днях предложение о работе. В городе ведь не очень жалуют бывших заключенный, они люди даже не второго сорта, ещё хуже, и работу они получают соответствующую.

Итакои был злой, рассерженный, подавленный после отказа от него семьи, а помимо этого они продали и его помещение под тренировки и поединки, оставив его на улице нищим. Иного выбора, как согласиться на странное письмо, предлагающее ему собеседование, не было.

В своё время Итакои был весьма успешным и привык к роскоши, несмотря на долгое заточение и лишение многих благ. И находиться в бедном районе, перед невзрачной дверью было чуть ли не приговором самолюбию. Решив не тянуть, и узнать, хотя бы из вежливости, он заходил с твёрдым намерением отказаться от работы.

Войдя внутрь, Итакои скривился от убогости и невзрачности обстановки, особенно эти мотивационные плакаты, коим место на свалке уже лет триста как. Встречавшие его мужчина с девушкой тоже внешним видом восторга не вызывали, несмотря на их дружелюбный и открытый вид. Представившись Кюулером и Меазой (весьма идиотским именам, даже по нынешним временам, подумалось Итакои), Кюулер провёл его в ещё хуже обставленный кабинет.

Цепкий взгляд Итакои мигом прошерстил все пустые углы, и зацепился лишь за полку со стеклянными сферами, стоящими на деревянных подставках. Полки были заняты не до отказа, и на пустых от сфер местах торчали короткие стальные штыри. Ему подумалось, что они служат для устойчивости подставок под сферы.

- Мы очень рады, что вы ответили на наше предложение, и надеемся дать именно то, чего желаете,- заговорил Кюулер.

- Да, насчет этого,- решил Итакои не тянуть и сразу высказать им свои мысли.- Я не думаю, что вы сможете помочь мне, и решил придти только из вежливости. Так что…

- И хорошо, что решили придти, иначе потеряли бы уникальную возможность. Вы, Итакои, человек решительный, поэтому сразу к делу. Вот анкета, выберите в ней то, что подходит вашей личности наиболее точно. Лучше не лукавить.

Итакои скривился от отвращения. Он терпеть не мог использование слов, оставшихся от старого мира. Зачем, ведь надо развиваться, идти в ногу со временем, а оно постоянно подкидывает пачку слов каждый год.

Бывали случаи, что отдельные индустрии настолько креативно подходили к своим занятиям и придумывали слова, отражающие их род деятельности, или усложняли и упрощали общепринятые, что встреться их представители в одном месте, то могли бы не понять друг друга.

Повертев в руках листок с рисунком и надписями, Итакои готов был уже высказаться по поводу всей убогости всего, что он увидел за пару минут, но прочитав надписи, заинтересовался, к чему они могут привести. А минут через пять уже удостоверился, что тест-анкета весьма занимательна и достаточно подробна для выбора своего я. Только для чего.

- Готово,- Итакои положил листок и протянул его на середину стола. Середина рисунка засветилась и проявила несколько мелких иероглифов.

Это уже заинтересовало Итакои, пусть он и не мог их прочитать, но при выборе пунктов он представлял себя в одном древнем государстве, использовавшим это письмо.

- Интересный выбор, как и всегда бывает,- сказал Кюулер, посмотрев на результат.- Оживлённый нефритовый воин, скрывающийся от правосудия за массовые убийства.

- А вот теперь я бы хотел услышать подробнее о том, чем вы тут занимаетесь,- сдерживая удивление, попросил Итакои.

- Мы предлагаем стать тем, кем вы выбрали, согласно этой анкете.

- И что я за это получу?- деловито поинтересовался Итакои.

- Стать тем, кем вы выбрали, согласно этой анкете,- невозмутимо повторил Кюулер.

- Как долго?

- Как пожелаете! Первые две недели пробные, после вернётесь сюда и тогда примите окончательное решение.

- Получается,- обдумывая возможности начала Итакой,- это какой-то эксперимент, но за участие в нём я денег не получу?

- Это давно уже не эксперимент. Рассматривайте подобную возможность как новую технологию. Но все действия и поступки вполне реальны, для того места, где вы окажетесь. Так же, деньги и все остальные блага придётся добиваться трудом там, согласно вашим выборам. Не захотели стать королём – не обессудьте, становитесь им сами.

Секунду подумав, чем он мог бы заняться выйдя за двери этой конторы, Итакои ничего не смог придумать, но и соглашаться на сомнительное предприятие без оглядки… Дотронувшись до пустых карманов, и, понимая, что с уничтоженной репутацией он не сможет вызвать на поединок никого, даже человека с минимальным рейтингом.

Пока он обдумывал, в дверь вошла ассистентка, или секретарша, и поставила перед Итакои на стол сферу на деревянной подставке.

- И, что дальше?- непонимающе спросил Итакои.

- Как будете готовы, просто дотроньтесь до сферы,- объяснила Меаза.

Итакои потянулся рукой и пальцами коснулся прохладного стекла. Словно электрический разряд прошёлся от этого прикосновения, по телу. Зажмурив рефлекторно глаза, у него, к тому же заложило уши, словно от резкого перепада давления.

Сначала Итакои начал слышать звуки: шум дождя, потом он почувствовал холод стучащих по телу капель, а перед закрытыми глаза промелькнула вспышка молнии. Гром заставил Итакои присесть от неожиданности и резко открыть глаза. Помимо изумления от внезапной смены обстановки, он ощутил на себе совершенно непривычную одежду, состоящую из кожаного доспеха с проклёпанными на него каменными зелёными пластинками. Казалось бы, должно быть тяжело, но пошевелив суставами, Итакои не обнаружил никакого стеснения или неудобства. За спиной висели ножны с длинным двуручным мечом. Таким же, какой был у сражавшихся совсем рядом двоих воинов в тяжёлых пластинчатых доспехах и чешуйчатых рогатых шлемах. Они стояли друг напротив друга и через короткий промежуток времени с дикими криками бросались в атаку, скрещивали мечи, обменивались одним двумя выпадами и снова расходились. Итаки было известно про этот стиль ведения боя, он и сам его практиковал и даже считался мастером.

Битва вызывала достаточно поэтические эмоции, будь Итакои поэтом. Ночь, гроза, проливной дождь стекает по доспехам, которые влажно отблескивают во вспышках молний, а при сильных порывах ветра по воздуху летают розовые лепестки, сорванные с цветущих вокруг деревьев.

Будучи обесчещенным, Итакои не забыл что это такое, и вмешиваться в бой не собирался. Который уже близился к концу. Итакои заметил разницу в мастерстве, и один из воинов уже порядком устал, что выражалось в тяжёлом дыхании и постепенной скованности движения. Различить бойцов внешне при тусклом свете было сложно, и только их стили нападения и обороны отличали для Итакои - кто есть кто.

Его прогноз оказался правильным, и спустя две атаки более искусный воин нанёс сильный рубящий удар по доспехам на груди противника, рассекая те. Ожидая, что сейчас будет нанесён смертельный удар, Итакои разочарованно скривился: победитель просто стоял рядом с упавшим на колени от усталости противником и ждал. Побеждённый, наконец, поднялся и протянул правую руку своему, более искусному, собрату, иначе по их поведению и не скажешь.

Выйдя из за дерева, Итакои выразил почтение победителю.

- Я наслаждался видом вашего искусства, поздравляю с победой.

Воин повернулся к Итакои и сделал легкий поклон.

- Поблагодарить стоит и моего противника, позволившего продемонстрировать мои умения.

Но Итакои было плевать на побеждённого.

- Я хочу сразиться с вами, немедленно!

Оба воина возмущённо фыркнули.

- Мы не знаем ни имени твоего, ни рода. К тому же, я устал после тяжёлого боя,- можешь заглянуть в кодошадлёз неподалёку, там и поговорим. Не ранее завтрашнего полудня.

Они перестали обращать внимание на Итакои и вполголоса о чём-то заговорили, направляясь по тропе к выходу из аллеи.

Итакои просто взбесился. Он несколько лет ждал возможности сразиться на мечах. Сидя в своей камере он сутками отрабатывал и тренировал движения и приёмы. И вот, когда подвернулась возможность – его высмеяли и повернулись к нему спиной? Нет, подобного он не стерпит. К тому же, он не верил, что этот мир реален, и подозревал, что это всего лишь симуляция, направленная только на мозг, и что все последствия действий фиктивны.

Итакои побежал за ними и схватил одного из воинов за плечо.

- Вы оскорбили меня отказом и я требую немедленного поединка. Иначе нападу без предупреждения.

Воины опешили от такой наглости.

- Ты хоть представляешь, к кому ты смеешь обращаться таким тоном,- зарычал проигравший свою схватку воин.

Итакои выхватил из-за спины меч, накинул на руки защитные откидные щитки и встал в свою силовую стойку.

Яростно зарычав, проигравший бросился на Итакои и обрушил на него сильнейший удар. Итакои играючи парировал его, совершенно не почувствовав отдачи в руках, чем и сам удивился. А затем понял, что не ощущает холода дождевых капель, слепящие молнии на самом деле не причиняют неудобств глазам.

«Оживлённый нефритовый воин»,- прозвучал у него в голове результат анкеты.

Итакои проверял свои защитные навыки, отражая, отбивая и парируя удары, и совершенно не уставал, в то время как противник тяжело дышал и уже просто не мог активно продолжать битву. Итакои решил дать тому отдохнуть и во время уклонения от очередной атаки со всей силы ударил противника эфесом меча по шлему. Шлем разлетелся на десятки мелких кусков, и в блеснувшем зареве Итаки увидел, что осколки вонзились в глаза, а сам удар эфесом пробил не только шлем, но и череп.

Противник не издавая больше никаких звуков осел на землю и мешком завалился на бок.

Итакои повернулся к замеревшему от шока спутнику убитого.

- Теперь моя обида удовлетворена, Увидимся завтра после полудня в твоём кодошадлёзе.

Развернувшись, Итакои направился в противоположном от их пути направлении. Он чувствовал свою полную безнаказанность. Теперь оставалось переждать ночь и осмотреть окрестности. Итакои не задумывался о такой незначительной вещи, как создание репутации, он даже не думал о том – хочет ли остаться здесь жить. Он просто не воспринимал этот мир всерьёз, и не догадывался об абсолютно другом мнении жителей этого мира, одного из которых Итакои только что лишил жизни, пусть и в честном поединке, по его мнению.

Гроза закончилась и наступила непроглядная тьма. Итакои остановился и присел на поваленное дерево у дороги. Усталости он не чувствовал, как и дождевой прохлады, да и спать не хотелось. Не придавая этому какого либо сверхъестественного значения, даже помня о словах Кюулера, он просто остался сидеть на месте. Дождавшись рассвета, и первых путников, бредущих по раскисшей дороге, он стал спрашивать дорогу до города, предпочитая самостоятельно разобраться в этом, и направился по дороге навстречу идущим людям, предположив, что они идут из города на работу в полях или выполнение других загородных работ.

Люди косились на Итакои, но никто ничего не спрашивал и не выказывал особо интереса, видимо принимая его доспехи за признак благородного воина, и предпочитали не связываться.

Город возник перед взором Итакои внезапно, когда он вышел на пригорок и внизу, в большой цветущей долине раскинулся не слишком большой, но достаточно развитый провинциальный городок, иллюстрации которых он видел раньше. В центре города даже возвышался небольшой замок правителя. Архитектура зданий в точности соответствовала его представлениям об этой культуре определённой эпохи: ровные ряды зданий, почти что в идеальном шахматном порядке, выстроенных из дерева с четким границами своих владений, ровные ряды мощёных камнями улиц; с каждой стороны города стояли выбивающиеся из общей массы построек – пагоды, и люди проходили именно по этим улицам, выкраивая минутку, чтобы совершить утренний молитвенный ритуал, а после уже отправлялись по своим делам.

Присвистнув от удивления, насколько же эта симуляция огромна и разнообразна, Итакои направился вниз по дороге в город, в надежде найти там школы боевых искусств и хоть как-то развлечь себя. Ему уже порядком надоело просто ходить.

Люди уступали перед ним дорогу и опасливо кланялись, отчего Итакои заважничал и стал вальяжно расхаживать, расталкивая всех, пока на его пути не встретился облаченный в похожие доспехи воин. В отличие от Итакои, его шлем был снят, и на лице воина была точно такая же самодовольная ухмылка. Они шли навстречу друг другу, но демонстративно отвернулись в стороны. Пока не столкнулись и толпа вокруг замерла.

- Ты что, не видишь на кого прёшь, щенок?- зарычал неизвестный воин.

- Не видел необходимости уступать,- презрительно бросил Итакои.

От такой наглости лицо воина побагровело, и, казалось, его услышат даже в других городах.

- Как ты смеешь обращаться таким тоном к старшему по рангу, ничтожество? Немедленно идём в казарму, там ты у меня получишь сполна. Лишишься не только доспехов, а если твои мольбы будут недостаточно убедительны, то и жизни.

Воин резко схватил растерянного таких исходом Итакои за локоть и резко кинул вперёд себя.

- Иди!- зло крикнул Воин и достал меч, ткнув его в спину Итакои.

- Ну нет,- рассердился уже тот, доставая свой меч.- Сейчас я покажу тебе, кто тут главный,- и резко бросился на своего обидчика.

Воин с первых секунд показал себя хорошим бойцом, легко отразив удары Итакои и проведя пару неплохих атак. Одна из которых могла бы кончиться плачевно, после скользящего удара по запястью. Если бы Итакои был в этом мире обычным человеком, тот тут же выронил меч, а так остриё лишь скользнуло по отливающей зеленью коже, не оставив и царапины. Неизвестный воин был взбешён и не заметил такого момента, а вот в толпе, наблюдающей за поединком, прошёл ропот. Симпатии были явно не на стороне не подчинившегося приказу Итакои.

Упоённый битвой и тем, что не уступает такому искусному противнику, Итакои прозевал, как воин бросил за его спину быстрый взгляд и коротко кивнул. Что то начал подозревать только тогда, когда сильный удар по затылку сбил Итакои с ног, и на него навалились ещё трое, невидимо подошедших со спины. Сбив с него шлем, они в несколько ударов по голове отправили Итакои плавать в забвение.

Ему показалось, что прошло мгновение с момента подлого удара, но открыв глаза, Итакои обнаружил себя подвешенным за руки к потолочной балке в каком-то здании. Вокруг стояли трое, одним из которых был тем самым воином с улицы. Все они потирали кулаки, но явно не от нетерпения поиздеваться над пленником, а от того, что запястья распухли, а на кулаках стояли свежие синяки. Итакои совершенно не чувствовал ушибов, если они были.

В комнату вошел ещё один человек.

- Это он, Отаринан?- спросил один из потиравших кулаки.

- Была ночь, я не видел его лица. По доспехам невозможно было понять – к какой касте он принадлежит, или какое у него звание.

- Наверняка, этот он, тот кто в бесчестном бою убил Еинадшио,- зло плюнул на тело Итакои один из пленителей.

- Согласен, кроме него в городе не появлялись незнакомцы в элитных доспехах.

Итакои смотрел на них, и не понимал, что он вообще здесь ещё делает. Иллюзия пошла не так, как ему того хотелось, так, может, пора пожелать, что бы она закончилась? Он не слушал, как эти люди обсуждали, как с ним стоит поступить, сконцентрировавшись на желании выбраться в реальный мир.

Сильный удар кованной перчаткой в живот прекратил его бесплодные попытки, и выдавил из тела весь воздух, но боли опять же не было.

- Сам видишь, Митаятозу, он не чувствует боли, и висит с таким скучающим видом, будто не его судьбу обсуждаем. Давайте бросим его в яму, к тошкогуам. Посмотрим, сколько волн он сможет выдержать.

Все одобрительно закивали и загалдели, предвкушая если не интересное, то, по крайней мере, занятное зрелище.

- Жаль, что не удалось узнать, откуда он пришёл,- скривившись от презрения, сказал один из воинов.

- Да с материка, откуда же ещё берутся все эти выродки, оскверняющие нашу священную землю.

- А не может он быть тем самым преступником, которого разыскивают за массовые убийства?

- Имеешь в виду Нефритового Голема?- расширив глаза додумался один из них.

- Да ну, разве попался бы он так нелепо, разве потерял бы сознание от удара по голове? Голем обладает невероятной силой и неуязвимостью, он не стал бы терпеть такое обращение с собой и давно вырвался из пут.

- У всего есть пределы возможного, даже у Богов. Но, для публики мы его представив как Нефритового Голема, звучит поэтично.

Остальные одобрительно закивали, а Итакои с нарастающей тревогой стал более внимателен к их словам. Почему он ещё здесь? Он не этого хотел?

Вот только мысли, насчет того, что он хотел – придти, подраться и уйти в другое место, подраться доказать своё мастерство и уйти. О том, что он уже убил одного человека - как то не доходило до сознания. Да и с чего бы, ведь выживает сильнейший. Именно за это своё мировоззрение он и лишился всего в реальном мире, а теперь, не успев появиться в новом, также поставил крест на адекватном и правильном, согласно нормам данного общества, отношении к себе и своим целям.

Единственным утешением была нечувствительность и невероятная стойкость тела. Интересно, а распространяется ли она на внутреннее истощение организма, не принимающего пищу и воду.

Итакои оставили в покое до вечера, когда за ним пришли одетые в доспехивоины, связали ноги и туловище цепями, сняли с балки и ещё раз связали руки. В таком виде его потащили волоком по земле через весь город, на окраину, где бросил в яму, окружённую вместительной трибуной. Итакои гордость не позволяла просить пощады, и на все расспросы о том кто он и откуда отвечал лишь спесивым молчанием. Но от пережитого унижения он загорелся не просто безразличием к жизням этих людей, а лютой злостью и ненавистью. И сейчас, стоя обнаженный на виду у заполняющихся трибун желал смерти каждому, от своей руки. Итакои скинули меч, только не тот, что был с ним при появлении в этом мире. Он сразу этого не заметил, но сейчас, взяв в руки этот утяжелённый, несбалансированный под его руку, кусок железа, ему стало некомфортно.

Трибуны заполнились и солнце уже совсем село, зато по краям ямы зажглись лампы. Толпа зашумела, предвкушая начало зрелища, а Итакои в напряжении ожидал голоса диктора, или герольда, оповещающего о начале поединка. Хотя, почему то Итакои сомневался, что сражаться ему придётся с людьми. Что, через минуту подтвердилось скрипом открываемой в углу ямы решётки, настолько незаметной, что если бы не заржавевшие плети, то Итакои ни за что не увидел бы её со своего места.

Ничего не происходило, но толпа замерла в ожидании. Итакои осторожно, вдоль стены ямы, подошел к решётке и рассмотрел её. Хотя смотреть там было не на что особо, вот только крутой спуск под землю давал пищу для размышлений о своём противнике. Сперва послышалось далёкое эхо, напоминающее собачий лай, и он становился всё громче, пока на поверхность не выкатилась стая из пяти существ, напоминающих облезлых такс. Удлинённые тела, длинные носы и очень злобный нрав. Они выбежали из под земли и стали носиться по всей арене, оглашая окрестности громким лаем, но не нападали. Больше походило, что они представляли собой глашатаев, объявляющих о выходе главной звезды, или то, что будет в следующем, номере представления. Наконец, они уселись по краям арены и выжидательно уставились на проход.

Итакои никогда не имел раньше собак, и не особо интересовался этими животными, и не мог понять – нормальное это у них поведение, или происходит что-то неправильное, в любом случае, ему не нравилось происходящее. От этих странных собак, от этой жуткой людской тишины на трибунах смердело некой мистикой и жуткой таинственностью. Итакои занервничал ещё больше, услышав из ямы новый шум и попытался как можно скорее вспомнить больше известных тактик против различных видов противников, ведь ясно одно, что драться придётся уже не с людьми.

Из тоннеля выскочили ещё три собаки черного окраса, раза в четыре крупнее такс, глухо рыча, они осмотрелись, заметили Итакои и начали окружать. Итакои не понравилась эта их тактика и он решил напасть первым, сколько ждать то можно, нервы и так напряжены до предела.

Приняв стойку меча для нападения сверху вниз, собаки то были ниже его самого, он резко кинулся на ближайшего пса. Животное даже понять ничего не успело, как было разрублено напополам, и после этого толпа на трибунах впервые за веер загудела, только одобрения в этом не слышалось. Итакои задумался о правильности своего поступка, снова. Может собаки и не собирались на него нападать, но он отбросил все сомнения, и принял решение атаковать всё, что есть на арене и всё то, что выйдет потом.

Шесть остальных животных, что уже были на арене, увидев, как жестоко расправились с их собратом зарычали и зло залаяли, у Итакои мурашки побежали по телу, что не остановило его от очередной стремительной атаки против громадного черного пса. Тот попытался увернуться, но ничего не вышло и меч начисто срубил голову с оскаленной пастью. Все остальные решили накинуться после такого безобразия разом. Мелкие шавки кинулись вертеться под ногами и грызть щиколотки, а последний из крупных псов обладал, видимо, кое каким разумом и опасался подходить на длину удара меча, наматывая круги, заставляя Итакои постоянно оборачиваться к нему лицом. Мелкие шавки не причиняли его коже вреда, а вот неприятного беспокойства вполне, к тому же, мешали нормально переставлять ноги, поэтому он предпринял дерзкий шаг и отпрыгнул далеко назад, и в момент приземления резко атаковал мелочь, одним выпадом убив двух животных, и столь же стремительным следующим ударом поранил оставшуюся мелочь.

Жалобно заскулив, они поджали хвосты и побрели в тоннель, орошая белые кости капающей кровью - им явно не дожить до следующего дня. Наконец, ничто больше не отвлекало внимание Итакои от большого пса, но послышался вполне человеческий свист и пёс, злобно скалясь, поджал уши и отошёл к туннелю.

Итакои недоуменно остановился, тяжело дыша, от играющей в крови энергии, и смотрел, как из прохода ползком выбирается невероятно заросший человек богатырского телосложения. Даже удивительно, как он смог проползти по такому узкому месту. Расчесанная, но точно не мытая, борода свисала до колен, а серые, седые волосы, заплетённые в одну толстую косу, доходили до пояса.

Зло осмотрев трибуны с притихшими зрителями, он обратил горящий взгляд на Итакои, который поёжился от тяжести взора.

- Снова нашли себе потеху?- обратился зычным голосом неизвестный подземный житель к зрителям.

Те лишь молча, но с интересом, с безопасного то расстояния, наблюдали.

- А ты, чертов заморыш, нахрена ты моих питомцев убивал? Что они-то тебе сделали.- Он внезапно расширил глаза и презрительно зарычал,- или ты живодёр? За это тебя ко мне кинули? Ох и потешусь я теперь. Ненавижу людей, обижающих тех, кто не способен защититься теми способами, что и нападающий.

- Предупреждать надо было, что собаки – почетный эскорт,- пытаясь не выказать страха, процедил Итакои.

Старик от удивления дар речи потерял.

- Ты из какого леса вышел парень?- искренне непонимая спросил тот.- Эта яма известна на все окрестные империи. Сюда специально свозят самых значимых преступников.

- Не знаю такой,- продолжал строить из себя храбреца Итакои.

- Не знал о яме Презренных? Что попавший сюда уже никогда не возвращается на поверхность? Не знаешь, что уже пол века я не могу найти достойного противника и единственной отрадой служили мои верные питомцы? Да о обо мне все знают…

- Ну я не знал, и что?- Итакои уже надоело стоять без дела, пора было заканчивать с этим представлением. И ему наконец стала понятна негативная реакция публики, когда он начал убивать животных.

- Не за себя, буду биться, ради мести я обещаю – ты будешь мучиться,- пафосно выкрикнул старик и направился в сторону Итакои.

В его руках не было никакого оружия, но Итакои услышал его слова о том, что он здесь уже пятьдесят лет, значит он тоже неплохой боец, возможно рукопашного боя, значит, надо держать дистанцию. Старик изменил свою походку, сделав её более пружинистой, слегка согнул спину, значит, собирается атаковать стремительно и, скорее всего, с боков. В данном бою Итакои посетовал на длину двуручного меча, она только мешала, не давая возможности к быстрым и стремительным атакам. И он атаковал первым, что бы показать, что подходить не стоит и старику победы не видать. Старик оказался весьма ловким и увернулся от прямых атак Итакои, продолжая кружиться вокруг него, как это делали черные псы, выискивая слабости и подходящий момент для атаки. Постоянные отпрыжки Итакои, для сохранения расстояния не особо помогали – противник в тот же миг оказывался на прежней позиции, пока в один миг не подскочил и резким ударом в плечо заставил Итакои покачнуться, но не потерять равновесие и Итакои резко рванул меч в сторону старика. Но тот уже отпрыгнул ему за спину и снова нанёс удар, а Итакои лишь беспомощно крутился и следующий уже удар ногой в колено заставил потерять равновесие. Старик в тот же миг подскочил, голой ладонью схватился за лезвие меча и выдернул его из цепких рук Итакои.

Толпа получила, что хотела – интересное и кровавое зрелище, и шумно загалдела. Но Итакои так просто не собирался сдаваться, пусть даже без меча…

Старик явно не бахвалился своими годами побед. Он не дал Итакои и шанса на победу в рукопашном бою, благодаря своей стремительности и необычайной ловкости. Схватив Итакои огромной ладонью за горло он сжал руку, прекращая любые попытки к сопротивлению.

- Вот и всё, любитель убивать животных, ты встретил равного себе и оказался слабее, какого ощущать свою беспомощность?- презрительно вымолвил старик, продолжая держать горло своего поверженного противника и поднеся близко к своему лицу.

Итакои лишь хрипел и со всей отчаянностью пытался вернуться обратно, в реальный мир. А старик не спешил заканчивать с ним, второй рукой он принялся наносить сильные удары в голову Итакои, от чего та моталась во все стороны. Не было ни крови, ни боли, лишь чувство сильнейшего унижения и злости. Старика удивляло, что его противник до сих пор в сознании и ещё сильнее сжал хватку на горле и Итакои начал задыхаться. У любого бессмертного есть своя ахиллесова пята, возможно, была и у него,- чем потребность в кислороде не слабость?

Оставшаяся в живых черная собака радостно залаяла и подбежала к своему хозяину, а со стороны прохода под землю послышался жалобный скулёж, и глаза старика мгновенно повлажнели, когда он повернулся в ту сторону. Но, снова взглянув на Итакои, он был преисполнен ненависти и злобы.

- Я оставлю тебя здесь, в яме, на эту ночь, и займусь лечением своих любимцев. Если ещё хоть кто-то не переживёт эту ночь – ты не умрёшь, нет, я заставлю тебя мучиться, вечно, раз ты такой непробиваемый.

И старик с силой швырнул Итакои на каменную стену, затем забрал с собой меч, опустился на четвереньки и заполз в свою нору. Итакои же не вставал до самого рассвета, просто не мог заставить себя встать. Лишь когда запели первые птицы, он поднял голову и осмотрел высокие каменные стены, а спустя час уже смотрел на свои истертые до костей пальцы, после бесплодных попыток хоть как-то достичь верха арены.

Трибуны пока пустовали и никто не видел его очередного поражения, чего Итакои страшился больше всего, особенно после вчерашнего унижения.

- Если я не смог за все эти годы выбраться отсюда, то ты и подавно,- зарычал за спиной старик и грозным шагом двинулся на Итакои.- Умерли почти все животные, и ты ответишь своей честью за каждого. Сегодня вечером тебя будет ждать очередная порция тумаков. И это будет продолжаться до тех пор, пока ты не умрёшь.

Итакои вновь попытался напасть, но его руки были чуть ли не вдвое короче. Чем у противника, и старик вновь схватил его за горло и со всего размаху ударил о землю. Затем достал из-за пояса грубую верёвку и начал связывать Итакои ноги, затем обмотал вокруг горла и продолжил руками. Теперь любое движение Итакои причиняло ему удушье и приходилось вновь подгибать ноги и заводить руки подольше за спину, что бы не задохнуться.

А спустя пару дней он уже мечтал о том, что бы найти в себе силы и сделать это… и не мог. Он ничего не мог противопоставить старику, которого возненавидел больше, чем своего соперника, погибшего по своей глупости, подставив Итакои и из-за которого он провёл несколько лет в тюрьме. Он ненавидел толпу, приходящую каждый вечер смотреть на то, как над ним издеваются. Во время пыток он закрывал глаза и представлял, как со всеми ними расправляется самыми жестокими способами и жалел себя, что провёл большую часть своей жизни в тренировках, а они ничего ему не дали.

В один из вечеров, заканчивая очередной сеанс, Старик прошептал Итакои.

- Знаешь, я не такой как ты, и мне не доставляет удовольствия мучить людей. Если бы ты молил о пощаде, перед людьми, и, что самое главное, раскаялся в содеянном передо мной, то я попробовал бы найти способ убить тебя.

Но наткнувшись на полный ненависти взгляд молодого живодёра, старик плюнул ему в лицо и ушёл, оставив Итакои жалеть себя.

Прошло уже семь дней в этом мире, и шесть, как он находится в этой яме. Терпеть ещё столько же? Нет, Итакои после очередного приступа озлобленности и ненависти ко всем, решил устроить им неприятный сюрприз – решившись наконец натянуть верёвки.

- Да! С мрачным торжеством тихо сказал он.- Завтра вы все будете сожалеть!

И с силой рванул ногами и руками, натягивая вокруг шеи верёвку. Через пару секунд он уже сожалел об этом, когда в лёгкие перестал поступать кислород и он, выкатив глаза, начал отчаянно барахтаться, пытаясь ослабить нажим, но ничего не выходило, и спустя минуту он вывалил посиневший язык на песок арены, и только его конечности некоторое время продолжали судорожно подрагивать в конвульсиях.

К офисе Меаза, следящая за всеми сферами, первая заметила произошедшую перемену.

- Этот и суток не продержался, как угодил в красную зону,- со вздохом обратилась она к Кюулеру.- Что будем делать?

- Как обычно,- сдержанно, но с явным разочарованием ответил Кюулер,- поставим в сторонку и посмотрим. Надеюсь этот хоть не почернеет. Он показался мне способным, неужели я опять ошибся!- в сердцах воскликнул он.

Меаза с очередным тяжёлым вздохом переставила сиявшую красным сферу на нижнюю полку, сплошь заставленную такими же. Спустя первую половину срока, Меаза почернела и Кюулер решил вернуть «работника» в этот мир.

Судорожный вдох огласил офис. На них смотрел взгляд полный дикого затравленного ужаса и ненависти ко всему сущему. Кюулер даже растерялся, в таких случаях стандартные фразы не подходили. Он сделал короткий кивок Меазе, что бы та подстраховала.

- Вижу, вы не в восторге от своей работы?

- Работы?- хрипло закричал Итакои.- Какой ещё к черты работы? Я думал это какая-то виртуальная реальность… могли и предупредить…

- Я предупреждал. Что отправляю вас в новый мир новых возможностей,- отрезал Кюулер, поняв, чем тот недоволен.- А вы, значит, решили сразу поиграть в то, что можно тут, но нельзя в реальности: принялись убивать просто так, думая что безнаказанны?

Речь его становилась всё более презрительной.

- Надеюсь, что там с вами поступили правильно? Потому что вы возвращаетесь.

Итакои, более чем несогласный с таким положением дел, резко встал, намереваясь побороться за шанс быть живым и свободным, но на плечо мягко легла ладонь, и он снова очутился в яме. Живой, сломленный, плачущий от безысходности.

- Хочешь остаться там, или нет, войдя в эти двери – не выйдет уже никто,- мрачно посмотрел на сияющую красным сферу Кюулер.

- А я продолжаю настаивать, что мы должны предупреждать людей об этом условии,- печально напомнила ему Меаза.

Начать с конца

Даже если всю жизнь посвятить изучению выбранного пути – он не обязательно приведёт тебя к успеху, или, даже, к стабильности. Помимо преобладающих медийных профессий, существуют и действительно важные, благодаря котором Мегаполис до сих пор стоит и… не умирает. Но подобные занятия не пользуются спросом при выборе своего будущего. Кому хочется копаться в земле сутками, выращивая продукты, или сидеть и выводить скучнейшие математические расчеты, высчитывая объёмы выработка необходимой энергии для нужд города, или химические формулы, для выведения новых сортов пищи.

Большинству легче пользоваться, чем создавать

Хотя, есть и такие, кто умудряется сделать из науки шоу, мало что представляющее из себя впоследствии науку. И всё это при населении в несколько миллиардов человек, прошивающих на площади в тысячу квадратных километров, им это только в горизонтальном соотношении. Есть районы, уходящие вглубь земли на километры, и возвышающиеся на столько же.

После войны прошло уже много времени, и сейчас никто не задумывается над тем, как это создавалось и кто был теми людьми. Нет, им стоят памятники в некоторых значимых местах, о них говорят на уроках истории, но никто не знает – чего им стоило создать этот огромный оазис жизни на выжженной земле. Как эти люди додумались создать многоуровневый город с возможностью не выживать, а жить и не задумываться о том, какие беды ожидаются завтра.

Мирея с самого детства грезила о том, как она строит нечто, настолько же монументальное. А началось это с того, как она попала на самое высокое здание Мегаполиса и с него раскрылся вид на десятки километров вокруг. Если смотреть в установленные на крыше телескопы, то можно было разглядеть и пустыню и невероятно далёкие горные вершины. Но больше всего её поразили размеры города, и то, как он функционирует. Чему и посвятила всё своё время, пока не пришла пора идти и применять знания… оказавшиеся никому ненужными. Людей, требующихся на поддержание функционирования жизненно необходимых систем города требовалось немного, и, обычно, их занимали люди, которым повезло устроиться много лет назад, и не желающих расставаться с должностью, пока не умрут прямо на рабочем месте. Ей вот не повезло, и везде Мирею просили закрыть дверь с обратной стороны.

Пока она не наткнулась на загадочное объявление, чем-то мигом её заинтриговавшее и вот она уже сидит, проходит странный тест. С фантазией у неё было не очень, и не очень хорошо она относилась к её плодам в художественном виде. Поэтому, многие пункты она даже не рассматривала и уже начала жалеть, что вообще пришла сюда, а эта контора набирает людей для очередного развлекательного шоу.

- Так вы можете сказать более определённо – что за работы вы предлагаете?- раздражённо повторила вопрос Мирея, отдавая листок с тестом обратно Кюулеру.

- Какую пожелаете,- с добродушной улыбкой ответил тот.

Центр листва осветился белым светом и проявил надпись.

- А вот и подходящий вариант…- он запнулся, увидев результат.

Молчание затянулось на неприлично долгое время и Мирея с возрастающим раздражением уже начала готовиться уйти. Меаза, непонимая причины, решила разрядить обстановку.

- Видимо, вы действительно необычный клиент, Мирея, раз на обработку результатов ушло столько времени. Ну же, господин Кюулер, озвучьте, наконец предполагаемую должность.

Выйдя из задумчивости, Кюулер прокашлялся.

- Согласно вашим ответам, вы хотите работать в числе основателей этого города – Мегаполиса, так? На заре его развития, после Трёхдневной войны?

Мирея округлила глаза, ведь именно об этом были все её мечты последние несколько лет.

- Возможно,- осторожно ответила она, не имея понятия, как об этом узнали посторонние.

- Никакие мои последующие слова не изменят вашего скепсиса, поэтому предлагаю просто дотронуться до этой сферы,- показал Кюулер рукой на поставленный Меазой предмет на стол,- и увидеть всё самой.

Он понял, что перед ним сидит девушка, полная скепсиса к всяким авантюрам и перешёл сразу к делу. Ему уже заранее было жаль девушку, ведь если Мирея согласится сейчас и попадёт в те смутные времена, он не позволит ей вернуться обратно. Меаза тоже это понимала, и внимательно следила за реакцией своего начальника.

- Но учтите, что произойти там, куда вы отправитесь, может всякое, и гарантировать свою безопасность можете только вы сами.

Меаза с облегчением вздохнула, надеясь что после этих слов девушка точно откажется, но начальник не хотел так просто сдаваться, одержимый свое жаждой справиться с возложенной на себя миссией.

- Конечно, мы не предлагаем работу кому попало, и опираемся на частичку авантюризма, существующей в каждом из нас. Если вы не готовы открыться новому, что, кстати, полностью соответствует вашей специальности, найдётся другой, кто будет не против начать жить по новому.

Кюулер пытался надавить не на дух авантюризма в Мирее, а на её профессиональный азарт и стремление к личностному росту, что будет невозможно, останься она в реальном Мегаполисе.

- А обдумать предложение можно?- в замешательстве спросила Мирея, склонная уже принять предложение, но здравый смысл предупреждал, что со спокойной жизнью и каким-никаким комфортом будет покончено.

- Не позднее, как вы решитесь пройти через выход наружу. Не смотря на то, что и находимся мы не в самом престижном районе, и офис обставлен не по современным стандартам, у нас есть клиентура. Сами ведь знаете людей, выбравших похожий вашему, Мирея, путь, и точно также находящихся в бесплодных поисках.

Глаза Миреи вспыхнули и она с отвращением вспомнила тех неадекватных недоносков, с которыми приходилось сталкиваться во времена учёбы. Ну уж нет, никто из них не достоин, что бы по специальности работать, не говоря уже о строительстве города, поднимая его с руин. Стоп…

- А каким это образом я окажусь в том месте? Ведь это же прошлое, и не говорите только, что изобрели машину времени,- внезапно рассердилась Мирея.

- Нет, не машину времени,- вступила в разговор Меаза, почувствовав, что Кюулер сейчас просто не способен совладать с ситуацией. А девушка ей понравилась, и тем как держится, и как разговаривает. У неё точно не должно будет возникнуть проблем с уживчивостью. К тому же, она знала, с кем Мирея встретится в этой симуляции, и была бы не против такой подруги.- Кое что получше, что сможет создать новую реальность, исходя из сознания человека, но, конечно же, опираясь на все существующие законы в природе. И если вы, Мирея, согласитесь, то получите именно то, чего желаете, ни больше, ни меньше, и всё остальное будет зависеть только от вас самой.

И сомневающаяся девушка дрогнула от дружелюбия, исходящего от Меазы, и её явно откровенной речи.

А вот начальник Меазы был не совсем доволен подобной откровенностью, и считал, что применяемую ими технологию следует скрывать. Но с нескрываемым удивлением и удовольствием выслушал вердикт молодой специалистки по градостроению.

- Что ж, это более чем убедительно, и я… я с удовольствием соглашусь. Что подписать?

- Ничего, просто коснитесь сферы и окажетесь там, где хотите.

Меаза поставила перед Миреей стеклянную прозрачную сферу. Мирея посмотрела на улыбающуюся Меазу и с легким вздохом опустила ладонь на теплое стекло, только и успев услышать раздражённое шипение Кюулера, обращенное к Меазе.

- Насчет подобного самоуправства ещё поговорим.

И Мирея открыла глаза, привыкая к яркому дневному свету и шелестящему в волосах сильному ветру, носящему по воздуху странное, и немного жуткое, ощущение произошедшей беды.

В сотнях километрах от города во всех отдалённых уголках горизонта вспыхивали огромные шапки ядерных грибов. Лишь их город пощадила чистая случайность, о которой Мирея ещё не подозревала. Она наблюдала закат прежней эпохи и стояла у истока начала новой. Какова же её роль в этом новом мире. Мирея уже не сомневалась в правдивости слов той девушки-ассистента, что здесь её ждёт новая жизнь. Но наблюдая за расплывающимися вдалеке взрывами, она чувствовала ужас случившегося. Она знала из истории, как всего за два дня разговорного конфликта, лидеры всех стран, обладающих ядерным оружием, решили разом прекратить существование своих народов и поставить крест на развитии цивилизации.

Внезапно налетевший порыв ветра чуть не скинул Мирею с крыши. Она смогла удержаться, лишь упав на колени и уперевшись в ограждающие от падений перила. Скорее всего, это был отзвук далёкой ударной волны, принёсший отвратительную вонь едких химикатов, и неся в себе тучи мусора и пыли. И Через минуту такие порывы ветра стали швырять Мирею во все стороны и она сильно испугалась, что не пробыв и часа в новом мире, как может умереть по собственной глупости. Ведь её предупреждали, что следить за сохранностью своей жизни должна она сама, также как и том, бывшем реальном мире.

Собрав всю имеющуюся волю в кулак, она ползком, прикрывая глаза от облаков витающей пыли, направилась к центру крыши, где краем глаза успела заметить будку, с лестницей внутрь здания. Претерпев несколько минут ужаса от дикого воя ветра, наглотавшись пыли, Мирея, вся растрёпанная, с трудом открыла тяжёлую дверь и ввалилась в спасительное помещение. Дверь за спиной закрылась настолько быстро, что едва не отрезала её ногу, Трясущимися руками, Мирея принялась отряхиваться от пыли и попыталась привести свой растрёпанный вид в подобие порядка приличного человека. Пышные растрёпанные волосы никак не желали укладываться, и Мирея плюнула на бесплодные попытки, всё-таки, она пережила крайне неприятные минуты борьбы за жизнь и смогла выстоять. Сделав пару раз вдох-выдох, она успокоилась и начала спускаться вниз под аккомпанемент дикого завывания ветра и яростно мерцающих ламп.

Мысли Миреи теперь направились в чисто деловое русло, и она начала думать о том, какова её роль в этом городе, точнее, статус, положение. Дальше задумалась над тем, как планировать свои действия, что бы в городе сохранились блага цивилизации в виде электричества и водоснабжения.

Навстречу по лестнице уже слышался легкий топот шагов и тяжёлое, запыхавшееся дыхание. Мирея остановилась в ожидании, и невероятно удивилась, увидев уже свою недавнюю знакомую – Меазу.

- Госпожа Завос, наконец-то,- Меаза остановила и тяжело перевела дыхание.- Вас уже давно ждут в зале совета. А когда налетела буря, то все заволновались.

Мирея никак не могла понять – над ней подшучивают, или что? Как эта девушка из реального мира оказалась в прошлом? Или все персонажи созданного мира взялись из её подсознания? Каждый увиденный, когда либо, человек станет здешним жителем? Или, всё-таки, это настоящее, альтернативное, прошлое, с настоящими людьми?

- Вы не пострадали?- участливо поинтересовалась Меаза, заметив растрёпанный вид Миреи.- Такие бури теперь не утихнут очень долго, и они были прогнозируемы. Потому мы и попросили жителей спрятаться, если повезёт, и бомбы минуют наш город. А вы поступили неразумно.

Отчитав не совсем ещё вникнувшую в происходящее девушку, Меаза повернулась и начала спускаться. Мирея последовала за ней. Она знала, что раньше даже крупные города были населены не так сильно, как современный Мегаполис, но громко стуча подошвами по плитам коридора, она не ожидала, что здесь будет настолько тихо. Заметившая её недоумение Меаза пояснила:

- В связи с чрезвычайными обстоятельствами, всех отправили домой. А после, как нас миновало самое страшное, главы служб собрались на экстренное совещание по решению и прогнозированию сложившейся ситуации.

В большом застеклённом зале сидело по меньшей мере человек пятнадцать, и от их криком сотрясалось всё здание. На вошедшую девушку никто не обратил внимание, видимо слова Меазы о том, что её ждут, были несколько преувеличены. Мирея, в силу своего возраста просто не могла быть сколько нибудь значимой фигурой. Тихо усевшись с краю стола, Мирея принялась рассматривать присутствующих, тех, с кем её придётся восстанавливать разрушенную инфраструктуру, попутно отряхивая волосы и одежду от въевшейся грязи.

Вспомнив о девушке, Мирея посмотрела, куда та ушла, и увидела ещё одно знакомое лицо. Кюулер также тихо сидел, переговариваясь лишь с Меазой, и скользил взглядом по окружающим. Мирея вызывающе встретила его мимолётный взгляд, но Кюулер словно и не знал её.

Что ж, оказывается люди, подарившие ей направление в новый мир не такие простые. Неужели они действительно стояли у основ возникновения Мегаполиса?

Закончив разговаривать с Меазой, Кюулер негромко крикнул всем остальным.

- Замолчите все, рассаживайтесь на места и начнём,- спокойно сказал он так, что услышали все.

Явно Кюулер был не последним человеком в зале, и его все послушались, но тут же некоторые начали снова переходить на крик.

- Что начинать, Кейн, что?- визгливо выкрикнул толстячек средних лет.- То, что бомба не разорвалась не значит, что мы не обречены. Ты же сам видишь, что творится на улицах.

- Не вижу, Теотот, просвети же меня,- с деланным удивлением ответил Кюулер крикуну, но ответил его сосед.

- Радиоактивные бури расползаются по всему миру, уничтожая на своём пути всё живое. И наше спасение – это и наше проклятие. Теперь мы будем мучиться, умирая в муках. В бункера то нас не взяли.

- Согласно моим данным, полученным совсем недавно, вся связь с бункерами прервалась. Вероятно, что момент начала боевых действий там были произведены диверсии,- ответил ему пожилой мужчина в приличном деловом костюме.

Мирея никого из этих людей не знала, и её пугала возможность, что к ней обратится кто нибудь, а она даже имени собеседника назвать, не говоря уже о его должности, и своих обязанностях в этом мире, не сможет. Неужели этот Кейн Кюулер так подставил её, не дав ничего для подстраховки, хотя бы распечатку с фотографиями тех, с кем придётся работать.

- Я повторяю ещё раз,- резко сказал Кюулер,- воздух не радиоактивен, ничего не радиоактивно. Противник нашей державы был куда более гуманным и технологически продвинутым. Они давно уже создали оружие массового поражения без использования радиоактивных элементов в качестве заряда. Они и затеяли эту войну, что бы только уничтожить города и людей; земля им нужна была самим. А вот наше правительство, действительно, превратило весь сторонний континент в выжженную радиоактивную пустыню.

- Но это всё по твоим словам,- визгливо заметил Теотот.- Откуда нам знать, что ступив за порог этого здания – мы не получим смертельную дозу радиации?

За Кюулера ответил другой, вполне разумный на вид старичок с блестящей лысиной.

- Теотот, ты видимо очень плохо учился в школе,- прозвучало утверждение а не вопрос.- Даже странно, как с таким уровнем знаний ты до сих пор в городском совете. Будь за окном и в самом деле радиация, мы бы уже почувствовали её дыхание. Здание не является абсолютно герметичным, а с таким уровнем скорости ветра - радиацию бы вмиг разнесло по всему зданию. А мы даже слабых отголосков не слышим,- указал старик на безмятежно молчащий на полу счётчик Гейгера.

- К тому же,- взял слово Кюулер,- вот эта девушка только что с улицы, и на крыше она чудом спаслась от бури.

Мысли Миреи дико заметались в панике.

- Как вы себя чувствуете, Мирея Завос?- произнес он её имя и фамилию.

- Вполне себе хорошо,- волнующимся голосом сказала Мирея, встав со стула.

По залу прошли шумные перешёптывания.

- Кто она вообще такая?- спросил уже довольно неприятный для Миреи Теотот.

- Новенькая, Мирея Завос, заступила на службу сегодня, вместо ушедшей на пенсию всеми «горячо» любимой Жеонетты Тарноо,- представил волнующуюся девушку Кюулер.

У неё сразу отлегло и стало спокойнее. Оказывается, её появление в этом мире оказалось вполне логичным и правдоподобным.

- Из отдела развития и планирования, значит,- задумчиво протянул довольно молодой и нагловатого вида парень.

- Не слишком ли девушка юна и неопытна для подобной должности?- удивился Теотот.

- Заверяю, что она справится со своей задачей, даже лучше некоторых, и хватит об этом, у нас полно ещё тем для обсуждения,- тоном, не терпящего возражений сказал Кюулер, и кивнул Мирее.

Та поблагодарила его ответным кивком и, наконец, села. Стоять под прожекторами десятков пронзительных, и не отличающихся дружелюбием глаз, было неудобно и неприятно.

- Теперь, прежде чем начнём, хотел бы затронуть ещё одну животрепещущую тему: денег нам платить никто не будет, и коррупция в данных обстоятельствах будет пресекаться на месте.

- Каким образом?- ехидно усмехнулся незнакомый чиновник.

- Смертью!- спокойно ответил Кюулер.

- А кто примет решение о наказании и кто исполнит его?- презрительно выкрикнул ещё один напомаженный и щегольски одетый чинуша.

- Все, кто останется в совете,- ответил пожилой лысый старичок.- Поэтому, кого не прельщает взваливать на себя реальный груз ответственности за тысячи настоящих людских жизней – могут просто выйти в дверь и больше здесь не появляться.

- Те же, кто решит остаться и продолжит использовать своё служебное положение в целях личной выгоды – будет ждать неминуемое наказание,- продолжил Кюулер речь своего старшего сослуживца, при этом пристально следя за некоторыми членами совета, которые поёжились под тяжёлым и сильным взглядом.

Мирее показалось, что у них слишком утопические цели в создании утопического правления. Но, спустя несколько секунд, трое встали из-за стола и молча вышли. Среди был и тот щеголь, а вот Теотот, так не понравившийся Мирее остался сидеть за столом, пусть и с кислой миной, видно, и за ним были грешки, раз так отреагировал. А когда дверь за бывшими чиновниками закрылась, он решил стать более важным, хотя Мирея и не знала, какая у него должность, но выглядело это именно так. За столом осталось сидеть всего десять людей, в чьих руках было и возможностях было спасти тысячи жизней.

- Теперь надо решить, кто будет главным,- громко заявил Теотот.- Предлагаю голосование.

- Нет!- жестко ответил Кюулер.- Теперь, когда мы слегка почистили наши ряды, займёмся непосредственно тем, ради чего собрали совет. В данный момент, и ближайшем будущем, все глобальные вопросы решаются только здесь и большинством. Если вопрос касается какой либо отрасли и не требуется его вывода на обсуждение, то решается главой подконтрольной службы.

Все внимательно слушали, а за окном уже сгущались сумерки, или это были грозовые тучи, или новый шквал пылевой бури. В помещении явно стало темнее, и это заметил сам Кюулер.

- Первыми глобальными вопросами, которые необходимо решить – это водоснабжение, продовольствие и добыча энергии из альтернативных источников. Запасов, что хранятся на складах, на всё население города, хватит максимум на несколько месяцев, без урезания пайков, значит, немедленно следует заняться вопросом о создании ферм внутри самого города.

Кюулер многозначительно посмотрел на добродушного старика с лысиной.

- Я уже начал об этом думать. Главное, создать оросительную сеть.

Теперь Кюулер смотрел уже на Мирею.

- Мирея, мы все понимаем, что вы молоды, но, в данных обстоятельствах, не позволительная роскошь делать на это скидки.

От его слов громко, и не скрываясь, хмыкнул Теотот, но все предпочли не обращать внимания, а занимающийся собранием Кюулер продолжил.

- От вас требуется в кратчайшие сроки составить план проводки линий водоснабжения от главного водохранилища к местам, которые укажет уважаемый Генкаст Хирм. Далее,- обратился он уже ко всем остальным,- я считаю, что пока не улягутся пылевые бури, местность за городом следует признать непригодной для жизни. Поэтому, предлагаю вынести на общее голосование вопрос о расширении города вниз.

Сидящие за столом зашумели, а неугомонный Теотот выкрикнул.

- Морлоками хотите нас сделать?

Но никто больше не стал возражать и внимания на Теотота не обратили, а Кюулер продолжил свою идею.

- Город стоит на огромном скальном массиве, поэтому создать развёрнутую сеть пещер без большого риска обрушения будет весьма логичным. К тому же, в нескольких километрах под городом есть огромное подземное озеро, к которому ведут несколько скважин, бывших в частном пользовании нескольких предприятий. Именно на эти источники и будем опираться для питьевого снабжения населения. Воду для технических нужд продолжим использовать и ближайших рек, пока они не пересохли.

Заседание продолжалось ещё очень долго, и закончилось только к утру следующего дня, когда у всех уже животы сводило от голода, а головы сами клонились на жесткий стол. Ночью сидели при свечах, что было несколько дико для Миреи, никогда не знавшей, что такое отключение электричества. Когда Кюулер закончил с перечислением перспективных идей, началось общее обсуждение их реализации, и Мирее пришлось использовать всю свою увёртливость и ум, для ухода от некоторых вопросов, связанных с городом в его нынешнем состоянии, и вносить крайне оригинальные поправки и идеи в общее обсуждение. Девушка понимала, что теперь ей предстоят десятки бессонных ночей изучений планов города, составления по ним проектов и согласования с другими членами совета. Теотот был, как оказалось, ответственным за логистику, метро и дороги. Несколько раз чиновники посылали с поручениями своих помощников, что с лёгкой завистью отмечала Мирея, ей-то придётся всё делать одной, поначалу во всяком случае, надеялась она.

Ещё ночью к двери их застеклённого помещения встали охраной несколько людей в военной форме при оружии. Все это заметили и Кюулер пояснил.

- Я отдал распоряжение об охране здания и всех вас.

- В этом есть нужда?- с удивлением спросил Леар Родне, средних лет мужчина, с избыточным весом и высоким давлением, отчего его лицо походило на большую мокрую свеклу. Он ранее отвечал за ремонтные работы, следил за чистотой в городе и заведовал зелёным хозяйством.

За время обсуждения, Мирея в первую очередь пыталась запомнить имена и закреплённые за ними ведомства.

- Как вы знаете, двое из ушедших «крохоборов»- позволил Кюулер себе некоторую вольность в отношении покинувших их ранее коллег,- ведали правоохранительными и военными частями, расположенными в городе. Так вот, все их силы, я взял на себя смелость временно принять ответственность, были брошены на борьбу с мародёрством. Множество людей было эвакуировано, некоторые просто покинули город. А людскую натуру не изменить, поэтому я ввёл чрезвычайное военное положение. В скором времени, нам потребуется ещё раз собраться и выдвинуть кандидатов на эти должности.

Когда в окна небоскрёба подкрались серые утренние сумерки, всё ещё находящиеся во власти бушующих пылевых бурь, было решено закончить совет, и вымотанные мозговым напряжением и дикой сонной усталостью, чиновники стали расходиться.

Мирея сама чуть ли не спала в жестком кресле, но после слов о завершении, усилием воли скинула усталость и задержалась, необходимо было перекинуться парой слов с Меазой и её загадочным начальником.

- У вас есть вопросы?- сам спросил Кюулер, заметив, что девушка не собирается уходить, когда все уже покинули помещение.

- Я бы хотела прояснить несколько вопросов,- начала она.

- Тогда быстрее, или, можете решить их с моей помощницей, я очень тороплюсь.

Бросив взгляд на Меазу, Кейн получил от неё утвердительный кивок.

- Она поможет со всем, что попросите, а теперь прошу прощения,- и он стремительно вышел.

- Итак?- выжидательно спросила Меаза.

- Итак…- рассеяно повторила девушка, ошеломлённая и огорченная таким обращением, хотя понимала, что дел много и ей также следовало бы заняться ими немедленно. Мирея собралась, и задала то, что не давало ей покоя все эти долгие часы.- Вы знаете, кто я и как здесь оказалась?

Меаза задумалась над ответом, поправила очки на переносице.

- Вероятно, наш эксперимент, который находится ещё на стадии планирования, сработал.

- Но в том времени, где я проходила тест в вашем офисе, ни ты, ни Кюулер не узнали меня? Если я правильно поняла и отправилась назад во времени.

- В нашем проекте не предусмотрены столь сложные материи, как изменение пространства и времени. Лишь манипуляции с отдельными структурами,- туманно ответила Меаза.- Больше я не могу сказать, так как ещё не представляю о чём речь.

Мирея не успокаивалась.

- Но с этого дня, и момента, когда я пришла в офис… вчера, прошла не одна тысяча лет. Почему же вы здесь и там ни на год не постаревшие?

- А вот это знание необходимо заслужить,- хитро улыбнулась Меаза, на что Мирея совершенно не обиделась, она была рада хоть каким-то ответам, тем более дружелюбным. Меаза ей искренне нравилась и неплохо бы наладить с ней дружественные отношения.- Ладно, тогда начнём по существу, насчёт моей работы. Можете что нибудь подсказать? Хотя бы где находится моё рабочее место.

- Могу,- с готовностью ответила Меаза.- Жеонетта проработала в городе очень давно, и я успела запомнить дорогу к ней.

Девушка повела Мирею по лабиринтам тёмных коридоров и спусков.

- Предшественница была неплохим специалистом,- продолжила беседу Меаза.- Но с жутким бюрократическим характером. Если в документ закрадётся хоть одна ошибка, которую легко исправить, она заставляла переделывать весь договор, заново рисовать чертежи и макеты.

- Понимаю,- кивнула Мирея,- в нынешних условиях подобные меры стали бы серьёзной помехой.

Когда они вошли в кабинет, Мирея совершенно не ожидала ничего подобного, представляя мрачную сырую каморку с маленьким окошком. Но просторный угловой кабинет с окнами от пола до потолка, большим удобным рабочим столом и чертёжным в углу, много шкафов с книгами и копиями чертежей оказался приятной неожиданностью. Похлопав по кожаному дивану, Мирея удовлетворённо хмыкнула.

- Вот и мой дом.

Но на эти, казалось бы невзначай сказанные слова, Меаза обратила внимание и смутилась, покрыв всё лицо густым румянцем.

- Прошу прощения, но мы и правда не предвидели ничего подобного, и как минимум, через несколько дней мы предоставим квартиру. Больше половины населения города уже не вернётся. А пока, можешь пожить у меня. Я живу в том доме,- указала девушка через окно на многоэтажку неподалёку.

- Спасибо за предложение, но пока не разберусь с делами, я вряд ли смогу вообще выйти из офиса.

Они попрощались, но Меаза пообещала вскоре заглянуть.

Стоило Меазе выйти, как в дверь тут же снова вошел помощник одного из советников и принесли кипу документов. И с этой минуты Мирея практически перестала покидать офис, по голову погрузившись в изучение нынешнего будущего Мегаполиса. И если бы не Меаза, напомнившая, что и принимать пищу необходимо тоже, она бы так и умерла с голоду. Разносчиков еды ведь не было, а та, что была в городе – раздавали на главной городской площади, аккурат перед зданием, где заседал совет. Площадь была окружена красивым парком с фонтанами, вяло текущей речушкой, но уже спустя пару дней пылевых, песчаных бурь, принёсших жару и засуху, засыпав весь город песком, не осталось ни следа от зелени. Всё листья и трава пожухли, оставив город во власти грязно серых и жёлтых красок. Там же раздавали и воду, пробурив скважину на несколько сот метров, расходуя ставшую невероятно ценным горючую энергию.

Помощника Мирее прислали уже к вечеру второго дня, как она находилась в этом мире. Обычный парень чуть старше её возраста, но обделённый талантами, был готов выполнять любую работу, лишь бы отвлечься от творящегося вокруг хаоса. Мирея, конечно, была рада помощи, но всё равно предпочитала работать одна. Сомин лишь избавил её от утомительной беготни по другим ведомствам.

Несмотря на масштабы города, вмещавшего десятки миллионов людей, их осталась всего горстка из нескольких тысяч, и всех необходимо было занять работой, невзирая на то старик ты, или ребёнок, женщина, или больной мужчина. Иначе от безделья в голову к людям начнут лезть нехорошие мысли, примеры которых озвучивали на совете приглашенные специалисты психологи. В их обязанности также входило устраивать большие уличные собрания для всех желающих, помогая людям пережить переломный момент в их судьбах, судьбах их детей, и всей цивилизации в целом. Были и такие, кто не смог смириться со смертью привычного уклада жизни и либо уходил в пустошь, как стали именовать окружающую город необозримую пустыню, или находили какой нибудь другой способ сдаться. Один раз услышав про подобную ситуацию, Мирея предпочла в будущем игнорировать такую информацию, не несущую в себе ничего, кроме негатива, а его и так хватало в избытке, особенно от некоторых членов совета, которые заваливали молодого специалиста кучей работы, причём зачастую не несущей её профессионального направления, а потом ещё и жаловались на неё всем кому можно.

Одним из таких был тот самый Теотот, который не понравился Мирее с первых минут появления на первом совещании. Но это были мелочи, благодаря своей дружбе с Меазой, общаясь с которой она несколько раз упоминала трудности с этим человеком, ни на что даже не намекая. Но спустя день этот вопрос уже был улажен Генкастом Хирмом, самым возрастным, уважаемым и авторитетным человеком из всего совета, который вызвал их обоих в свой кабинет и отчитал одного за плохое выполнение своих обязанностей и перекладывание их на другого в свете ужасающей катастрофы. Спросив, нет ли у Миреи претензий, он отпустил их. Девушке неприятности и враги были не нужны, поэтому она и сказала, что всё в порядке. Больше с противным ей толстяком она почти не пересекалась, и тот перестал докучать. Пока, во всяком случае.

Но несмотря на все эти дрязги, поток новой информацию, горы работы, бушующего за окнами апокалипсиса Мирея не жаловалась и была в абсолютнейшем восторге от того, что она стоит у истоков возрождения человечества, или того Мегаполиса, который она ещё помнит. Пусть итог и был ей известен, в виде огромной инфраструктуры будущего, но это знание заставляло ей только ещё больше стараться. Используя уже известную ей информацию из своего, она выкраивала время и пыталась воссоздать тот город в нынешних реалиях, стараясь внести коррективы в уже готовые проекты, и свои, отсекая то, чему не было места в городе будущего, или являлось неэффективным сейчас. Зря она, что ли, десятки лет, с самого детства, посвящала себя изучению своей профессии и её многогранных особенностей, когда нужно быть подкованным не только в архитектуре и инженерии, но и иметь эстетический вкус, развитый в изучении истории прошлого мира и философии былых народов, чтобы воплотить многонациональные культурные и религиозные различия.

В своих начинаниях и конечных идеях Мирея пользовалась безоговорочной поддержкой самой загадочной для неё личности Кюулера. Он редко к ней заходил, и уж тем более, они никогда не общались просто так, ради беседы, всё строго в официальном виде, из-за невероятной занятости последнего, требующего своего присутствия на каждом объекте, и везде, где требовалась жесткая рука руководителя для организации процесса. К нему всё доходило через его ближайшую помощницу - Меазу, которая как и он сам практически не имела свободной минуты, хотя изредка и находила время зайти в своей подруге и отвлечь Мирею от изматывающего трудоголизма.

Так проходили дни, недели, месяцы. Истощение сказывалось на всех, даже Теотот изрядно осунулся и потерял половину объёма. А обстановка снаружи никак не желала улучшаться. Пусть засушливые бури и стали реже, пусть они не принесли с собой радиации, но озоновый слой наверняка был сильно повреждён, что проявилось в сильнейшей жаре и засухе. Но это было не так страшно, благодаря инициативной идее Кюулера, мистическим образом предугадавшего такое развитие событий, строить подземные убежища. И вот спустя несколько месяцев в бывших стациях метро, расширенных канализациях покинутых частей города вовсю проводилась аграрная политика. Мирея была далека от земледелия, поэтому мало что понимала в способах выращивания различных культур пищевых и иных типах потребляемости растений.

Оставалась, конечно, ещё одна проблема, не требующая немедленного вмешательства, но могущая доставить огромные неприятности в будущем – это атомные электростанции. В городе и поблизости их не было, но когда те что есть начнут излучать радиацию – мало не покажется и мир может захлестнуть очередная волна разрушений, только ещё хуже прежнего.

Четырнадцать дней прошло со дня её появления в альтернативном прошлом, но назад, в реальный город её никто не вернул. Девушка и сама не желала этого, ведь здесь она нашла своё вдохновение и не желала ничего бросать. Пусть её и предупредили о двухнедельной «стажировке», она и забыла про сроки, а когда вспомнила, уже давно прошли недели, и Мирея лишь хмыкнула на эту так и не ставшую важной проблему, и забыла о ней насовсем.

Единственной неразрешимой проблемой для всех выживших стала нехватка действительно высококвалифицированных кадров, как в медицине, в инженерном и строительном деле, так и сведущих в точных науках: математике, физике, химии. Среди тех пары сотен тысяч выживших были, в основном, простые люди, которых никто не приглашал в бункера. Поэтому самый важный и ценныё ресурс – детей, следовало оберегать, пестовать и выковывать в горниле знаний будущих гениев. Людей попросили, по возможности, не выбрасывать и не уничтожать никакие книги, журналы, а сохранять их, или нести на сохранение в городские библиотеки, которым внимания стало уделяться намного больше внимания, чем до апокалипсиса. К тому же, все ещё переживали по поводу возможной ядерной зимы, ведь весь соседний континент оказался погребенным под тысячами радов. В атмосфере, после Двухдневной войны, витали миллиарды тонн пыли, и не смотря на жару в дневное время, ночами было очень холодно. Что ж, предусмотрительность Кюулера, об обустройстве подземелий для жилья, работы и существования в целом, казалась для всех остальных не такой уж плохой.

Спустя несколько месяцев трудной работы и бессонных ночей, Мирея, наконец, смогла втянуться настолько, что появилось пусть и немного, но сколько то свободного времени. Тратить его на прогулки по засыпанному песком и пышущему жаром городу она не стала, зато задумалась над тем, что являлось центром всего Мегаполиса, будущего этого города: Памятный памятник. Он представлял из себя скульптуру: взрыв в виде грибовидного облака, высотой в пятнадцать метров и уходящий на пять в воронку вокруг основания. Этот памятник должен был служить напоминанием будущим поколениям о том, как человечество едва не погибло.

Конечно, в будущем появились памятники и конкретным лицам, которые внесли огромный вклад в развитие города. Мирея помнила многих из них, и использовала их достижения уже сейчас. О том, что она присваивает чужие заслуги – совесть угодливо молчала, ведь они уже сейчас могли спасти тысячи жизней и скорее вывести город из выживающего к жизнеспособному состоянию.

Так памятник помог бы сплотить людей, и служить напоминанием прижизненному поколению об их глупости, беззаботности и беспечности. Потому что потомки будут судить всех, кто жил в те времена и не сделал ничего, что бы изменить ситуацию.

А вот кто предложил идею ставить солнечнее панели внутри здания, уже никто не знал, но идея оказалась очень полезной, ведь после пылевого шторма панели приходили в негодность. Пусть сбор энергии был менее эффективен, зато надёжен.

Но, как бы всё хорошо ни выглядело в перспективе для Миреи, суровая действительность временами угнетала девушку, привыкшую к самым примитивным удобствам, будь то централизованное водоснабжение или доступная электроэнергия, или уже готовая еда, которую открыл и употребляй.

Тех крох солнечной энергии, добываемоё в здании, с трудом хватало на тусклое освещение некоторых рабочих офисов в тёмное время суток. Воды в дефиците не было, благодаря вовремя пробуренным скважинам и создания линий снабжения, но вот на насосы, которые подавали бы воду потребителям, энергии не хватало. В нескольких точках города, на бывших станциях метро, оборудовали общественные душевые, и Мирея с содроганием от отвращения вспоминала свои очень редкие походы в те места. А иначе было нельзя, находясь сутками в невероятно душном кабинете, без возможности открыть окно, чтобы не запустить ещё большую волну жара. Скудных консервированных пайков хватало, что бы не умереть с голоду, но эстетического удовольствия приём пищи не доставлял никакого. Хотя Меаза несколько раз приглашала уже ставшую подругой девушку на сборища, что-то подобное ярмаркам, и всякий раз получала отказ.

Мирея не чувствовала себя частью этого мира и никакого родства с людьми этой эпохи не ощущала, так она постоянно себя успокаивала, когда в очередной раз не испытывала при виде людей никаких эмоций. Но вот чувство родства с городом, с маленьким мирком в большом мире, у неё было развито больше, чем у кого либо. И спустя месяцы работы, она с цинизмом осознала, что с удовольствием выполняет свою работу не для людей, а для того, что бы город функционировал, что бы в нём появлялись всё более и более сложные механизмы работы. И когда новая шестерня становилась на место, успешно работая, она испытывала настоящее удовлетворение. За всё время её пребывания, лишь несколько раз кольнуло сожаление, но и то касалось лишь уже перечисленных общих проблем.

Свободное время Мирея не любила, в голову начинали закрадываться нехорошие мысли, философские. О том, что она не увидит плодов своих трудов в будущем, ведь она смертна, в отличии от тех же Меазы и Кюулера, к которым, может быть, уже пришла пора завалиться и попросить ответов.

Тщательно подготовив свой ещё пока не озвученный никому проект Памятного памятника, путём долгих подкарауливаний и вычислений, Мирея выудила момент, когда эти двое были в одном месте в одно время, и зашла к ним.

Девушка не выбрала тактику подхалимства, заискивания, или другого типа лизоблюдства, а поприветствовав Кюулера и подругу, она твёрдо положила папку на стол.

- Надеюсь, этого достаточно, что бы наконец посвятить меня в детали вашей, так сказать, необычности,- без предисловий начала Мирея.- Считаю, что заслужила знание упорным трудом.

Кейн не казался удивлённым, словно только и ждал этого разговора, а вот Меаза выглядела несколько растерянной, будто не желая, что бы этот разговор вообще состоялся.

- А зачем вам это знание?- спросил Кейн.

- Потому, что это – знание, единственно оставшаяся ценность этого мира,- ответила Мирея, сделав упор именно на последние слова.

- И это правда,- задумчиво кивнул Кюулер.

Повисло молчание, но Мирея не желала ждать и задала интересующий её вопрос.

- Почему сейчас вы выглядите точно так же, как тогда?

- А те мы говорили куда именно ты отправишься?- отбросив ненужный официоз спросил Кюулер.

- В альтернативный мир, который станет им именно потому, что я окажусь в этом прошлом,- своими словами пересказала Мирея.

- Да, и так с каждым новым человеком, прошедшим тест и согласившимся на «работу». Мы создаём альтернативные миры, чтобы в будущем использовать их для воссоздания человечества как на земле, так и в иных мирах.

- Кто – вы?- спросила ошарашенная глобальностью и фантастичностью замысла Мирея.- Вы и Меаза, вдвоём?

- Нет, мы лишь исполнители воли.

- Но чьей,- допытывалась Мирея.

- А вот это знание мы, я и Меаза, ещё сами не заслужили. Мы такие же, как ты, однажды, в одном мире пришли в скудно обставленный Офис, где нас встретил человек и предложил «работу».

- Так вы тоже из мегаполиса будущего?- вконец запуталась девушка.

- Нет,- наконец включилась в разговор Меаза,- мы из другого мира, где подобной этой катастрофы не было. Но произошло кое что другое, и мы пришли в этот мир, не подозревая, какая катастрофа произойдёт здесь.

- Значит, эта реальность является одним из продолжений вашей истории, а я всего лишь гость? Если я правильно поняла.

- Нет!- уверенно ответил Кюулер.- Данный тест, который мы и сами проходили, является уникальным достижением чье-то высокоразвитой, как мы подозреваем, науки, возможно, даже, что человеческой. Не все альтернативные миры настолько убоги, в каких оказывались мы, есть такие, которые люди создают сами, точнее, создаёт тест, на основе мыслей и чувств этого человека.

- Но должен же быть изначальный, первый мир?

- Мы можем только гадать с ямы своего невежества,- горько заметил Кюулер.- Наше мышление отражает нашу действительность, и кто знает, сколько метаморфоз оно произвело с возникновением всё новых и новых ответвлений. Насколько «мы» отличаемся от «нас» других миров.

Снова повисло молчание, но на этот раз Мирея пыталась осмыслить всю фантастичность услышанного. Хотя и сомневаться в правдивости слов, или догадок, более опытного и зрелого человека, причин не было.

- Но я не понимаю, зачем создавать столько новых миров? Разве это не приведёт к перенасыщению…всего и всем?- замялась Мирея, сказав не совсем то, что вертелось в мыслях, но и озвучить более чётко она не могла, пока.

- Сейчас я скажу то, что сказал нам с Меазой наш наниматель, когда мы хорошо справлялись со своей работой и захотели большего.

Но сказала за него Меаза.

- Вселенная расширяется, и образуются пустоты, в виде явлений, связывающих одну часть вселенной с другой и сталкивая их в разрушительных потоках времени,пространства и материи.

- Не так поэтично,- скривился Кюулер,- но суть верна.

- А кто-то, значит, нашёл способ создавать миры и не давать образовываться таким пустотам?- спросила вконец ошеломлённая знанием Мирея, испытывая внутри груди очень странное, но приятно чувство причастности к чему-то, очень важному, по настоящему.

- Вероятно, да!- согласился Кюулер.

Казалось, какие ещё фундаментальные вопросы могли возникнуть, но Мирея внезапно осознала одну простую и одновременно сложную вещь.

- А разве действие не порождает противодействие? Вот мы создаём миры, и заполняем пустоты, разве это не породит ещё большее раздвижение «границ» и порождения ещё больших пустот? Разве не настанет момент, когда на один созданный мир будет возникать одна пустота, взамен уже закрытой?

Судя по недоумённым взглядам двоих своих нанимателей Мирее удалось их удивить истиной, которую она выучила очень давно и опиралась на неё при любой работе и ориентировалась им своими поступками и принципами.

- Видимо, мы не ошиблись в вас, когда нанимали, точнее, тест не ошибся,- потрясённо сказал Кюулер.- И своими полномочиями…

- Нет, отец!- воскликнула Меаза, прерывая готовые вырваться слова Кюулера. И видимо очень важные, раз Меаза настолько взволновалась, что впервые при людях очертила свои реальные отношения, разрушая образы начальника и помощницы.

А Мирея удивлённо уставилась на свою подругу, но её отец не принял возражения.

- Девушка сама к нам пришла за ответами, которые заслужила, а теперь и я, и ты видишь, что она понимает и может продолжить.

- У нас не было выбора – принять или отказаться, у Миреи же есть, но она не понимает, на что подписывается.

Странное заступничество подруги и в целом разговор, который касался Миреи, но без её участия раздражал.

- Может, всё таки, объяснитесь, а я уже сама попробую принять решение?

- Ты ответишь да,- грубо отозвалась Меаза.- Ведь отец хочет предложить тебе нашу роль, стать таким же агентом вербовки.

- И что в этом плохого?- удивилась Мирея, уже мысленно захваченная перспективами.

- А то, что мы занимаемся этим уже более пятидесяти лет, и я поняла, что нет ничего ужаснее бессмертия, как бы поначалу не казалось обратное.

И Мирея, привычная принимать обдуманные и взвешенные решения, задумалась, так ли это действительно хорошо? На судьбы большинства людей её всё равно, но вот быть частью самого мироздания, причём не последней важности, очень заманчивая перспектива. И тут помог Кюулер.

- Так помоги ей тогда, Меаза. Этот город слишком мал для двоих групп агентов, и я смогу, хотя бы в этой реальности, прожить жизнь до видимого конца.

Перспектива помощи, ставшего единственным за всю жизнь, близким человеком ещё более укрепила уверенность Миреи, но готова ли подруга поступиться кровными узами.

- Отец,- неуверенно пыталась возразить Меаза.

- Прекрати, мы оба знаем, что я не настоящий твой отец, и потому…- сказал Кюулер, чем в очередной раз удивил Мирею.

- Потому ты роднее, и…- Меаза грустно притихла, принимая решение.- Потому ты прав, ты достоит нормальной жизни, хотя бы здесь.

Она подошла к сидящей Мирее и положила ей ладонь на плечо.

- А мы вместе справимся с любыми трудностями,- обратилась Меаза к своей подруге.- Мой опыт и твоя сообразительность, мы много добьёмся вместе.

Мирея в порыве чувств обняла подругу, чего в принципе никогда себе не позволяла.

- Да, мы справимся с любыми трудностями.

- И это хорошо, правильный настрой!- Пусть Кюулер и говорил, что рад отказаться от своего бремени, вид у него был печальный, видимо, ему ещё придётся некоторое время смиряться с передачей полномочий.- Сейчас я передам тебе листок, Мирея. Я не говорил, потому что не сомневался, но именно от него зависит – станешь ли ты новым Агентом.

Кюулер протянул Мирее чистый листок зеленоватого оттёнка, идентичный тому, что девушка держала, когда проходила тест. Сейчас он был пуст, но стоило Мирее подумать о новой работе, в очередной раз проникнуться её важностью, закрыть глаза и сделать глубокий вдох, как с ней заговорили.

- Приветствую, новый Агент,- сказал приятный женский голос.

И Мирея открыла глаза… и тут же их закрыла, не поверив в то, где очутилась. Но на самом еле она не ощущала ни глаз, ни век, ни тела. Она была в бескрайнем пространстве, купающемся в потоках красок и темноты. Всюду, куда бы ни посмотреть пространство пронизывали разноцветные спирали, идущие и уходящие снизу вверх, или наоборот. Поприветствовавшую её женщину Мирея не видела, но осознала её вокруг себя, в этих бесконечных движущихся цветов. Внезапно, одна из спиралей, самая серая и блёклая распалась на миллионы оттёнков и растворилась в окружающей пустоте.

При гибели этого мира Мирея испытала странную грусть и возникшую пустоту, но когда где-то вдалеке вспыхнули несколько новых витков, испытала небывалый духовный подъём сил.

- Ты достойна стать им,- сказал приятный голос, после череды реакций на увиденное Миреей.

И, спустя мгновение, девушка вновь осознала себя стоящей посреди офиса с Меазой и Кюулером, с напряжением ожидающих вердикта.

Но листок оставался чистым, зато Мирея задала вопрос.

- Вы тоже это видели?

- Бесконечность, пронизанную бесконечными мирами, бесконечно возникающими и исчезающими?- риторически спросила Меаза, с нескрываемой радостью обнимая своего нового напарника по поддержанию бесконечности.

- Ничего этого не видел,- ворчливо заметил приёмный отец Меазы.- Мне просто дали листок, и он подтвердил, что я могу вступить в должность Агента.

Мирея не чувствовала никаких кардинальных изменений, но что-то изменилось, где-то на грани восприятия своего Я и осознания Вселенной внутри себя и вокруг.

А Кюулер начал наставления.

- Ближайшие лет тридцать можешь занимать свою должность, но потом тебе придётся уйти с неё, скрываясь от людей, которым ты не сможешь объяснить почему не стареешь. Одиноко, я думаю, вам вдвоём не будет. Теперь уходите, мне срочно надо заняться поиском нового помощника.

Меаза обняла отца, и вышла с Миреей. Им теперь было что обсудить из ставшей общей темы. Да и от работы по восстановлению города никто не отменял, а Мирее с Меазой ещё нескоро придётся нанять нового «работника».