Современные сказки

Прогресс

Под срубом избушки между куриными ногами обнаружилось три яйца, из которых в скором времени вылупились строеньица, напомнившие Бабе-Яге сарай Лешего. Избушата были страшненькие, кривенькие и не обладали устойчивостью к болезням, поэтому пали жертвами древоточца. Мать-избушка, не переживая, сделала поползновение снова сбегать к сараю, чтобы предаться пороку, однако куриная нога провалилась в лисью нору и безнадежно сломалась. Допрыгав до места дислокации на одной ноге, бревенчатая тварь закряхтела и застонала, пытаясь надавить на жалость хозяйки. Яга ругалась. Прибежавший Леший, звериный лекарь, наложил на сломанную ногу лубок. Избушка грустно смотрела окнами на закат. Ей было плохо, Бабе-Яге тоже. Леший галантно предложил бабке пожить у него и выслушал в ответ фразу, в которой объяснялось, куда он должен идти вместе с любвеобильным сараем. Леший ушел, но вскоре Яга сама разыскала его за партией в покер с двумя медведями и нагло мухлюющим зайцем. Партнеры сидели на корме танка, давно брошенного в лесу и сохранившегося стараниями Лешего. Лесной лекарь разбирался в технике не хуже, чем в медицине.

- Кранты, - проскрипела старуха.

На всякий случай заяц прикрыл лапой третий джокер.

- И тебе добрый вечер, - несмотря ни на что, Леший оставался кавалером.

- Избе худо! - Баба-Яга забралась на танк и турнула Лешего вниз.

Бросив карты, лесной лекарь отправился к пациентке. Та помирала. Лежа на боку и прикрыв ставни, она издавала предсмертные звуки, напоминавшие клокотание и поскрипывание. Из-под лубка от ноги шел нехороший запах.

- Гангрена, - уверенно определил Леший и дал полную клиническую картину: - только ампутация.

- Садист, - проговорила Яга, села на пень и зарыдала.

Леший почесал заросший мухоморами затылок.

- Ну не будет ходить... - заговорил он и понял, что его сейчас убьют.

- А застой от неподвижности? Остеопороз стропил? Остеохондроз бревен? Атеросклероз дымохода? - блеснув познаниями, Яга протянула костлявые руки к избушке. - Ма-а-аленькая моя!

Лесной лекарь задумался. Понимание того, что в случившемся косвенно виноват его, Лешего, сарай, заставило принять суровое решение.

- У Кикиморы недельки две пожить можешь? Операцию буду делать, - Леший бросил взгляд на избушку. Та подслушивала. Яга прекратила рыдать, посмотрела подозрительно.

- Залечишь голубку мою, чудище лесное, - проговорила она, смахнув слезу концом платка, но после недолгих уговоров вытащила из избушки вещи, упаковалась в ступу и отбыла.

На открытой веранде две старухи пили чай из древнего самовара. Труба самовара дымила, как ТЭЦ соседнего поселка городского типа. Бабки пыхтели и отдувались.

- Попробуй вареньица, Ягуся, - угощала старуха с пышными волосами ядовито-зеленого цвета.

Поблагодарив Кикимору, Яга потянулась за вареньем и замерла: из глубины леса, где проходила заброшенная дорога на старую вырубку, послышался неприятный лязг. Он приближался. Старухи переглянулись и нахмурились. Яга потянулась к метле, Кикимора взяла волшебную палочку, подаренную триста лет назад заграничным поклонником на Лысой горе. Враг через такой рубеж обороны не прошел бы, но это оказался не враг - из леса выехала избушка на гусеничном ходу. Лязгая траками, она лихо развернулась, явив отчищенные от ржавчины танковые катки, и устремилась к владениям Кикиморы, повернувшись к лесу задом, к хозяйке передом. В дверях избушки гордо стоял Леший.

- Убью! - завопила Баба-Яга, устремившись наперерез. - Что ты с моей красавицей сделал, ирод?!

Избушка озадаченно остановилась, хлопая ставнями. Леший промедлил лишнюю секунду и получил метлой.

- Стой! Погоди! - пытался он отбиться от рассвирепевшей старухи.

Интеллигентная Кикимора, отложив волшебную палочку, не без труда оттащила подругу.

Разборки продолжались до вечера. Наконец все охрипли и успокоились.

На веранде Леший с синяками на физиономии, Яга и Кикимора пили чай. Неподалеку на лужайке избушка тренировалась в плавном торможении.

- Зачем было сразу метлой по голове? - судя по тону, Леший всё простил. - Сама посуди: проходимость отличная, скорость до 60 кэмэчэ по дорогам, на холмы заезжает, радиус разворота маленький, запчастей по лесам и болотам полно. Ноги, конечно, ампутировать пришлось, зато больше никаких переломов, плюс удельное давление на грунт низкое. У тебя теперь не просто изба, а изба-внедорожник.

Баба-Яга свирепо втянула в себя чай из блюдца.

- Ты бы еще на этот внедорожник пушку поставил, - хихикнула Кикимора.

- А что? - серьезно спросил Леший. - Для защиты дома совсем не лишнее.

Кикимора придвинула Лешему блюдо с баранками. Яга прищурилась:

- Где ты операцию делал?

- У себя, - отозвался Леший, обмакивая баранку в чашку. - Проще было избушку притащить к танку, чем наоборот.

- Значит, рядом с сараем оперировал, мастер-ремонтник?! - Яга так треснула кулаком по столу, что чайная посуда подпрыгнула.

- Изба все время на глазах была! - Леший отодвинулся.

- Ну-ну, - проговорила Яга, знавшая характер игривого жилища, и не ошиблась в своем скептицизме, потому что скоро изба-внедорожник снесла два яйца, чем не удивила никого, кроме Лешего.

Еще через три недели из них вылупились гусеничные вездеходы.

- Интересное нарушение законов генетики, - резюмировала умная Кикимора, которая знала, что приобретенные признаки обычно не наследуются. - Но для нас это прогресс. Сказочный прогресс.

Японский бамбук

В избушке Бабы-Яги сильно пахло канифолью.

Леший прикурил от паяльника, затянулся самокруткой и, выпуская сизый махорочный дым, нырнул в нутро телевизора. Бывшая избушка на курьих ножках, ныне на гусеницах, снятых с легкого танка, вела себя прилично: не перекатывалась вперед-назад, не прыгала на амортизаторах и даже не скрипела. В окно было видно, как на полянке ездит наперегонки потомство избушки и сарая Лешего - мелкие избушата-внедорожники. Из растянутого меж двух сосен гамака на них изредка покрикивала загостившаяся у Бабы-Яги Кикимора. Попутно Кикимора изучала книгу "Искусственные генетические системы" и, поглядывая на избушат, качала головой.

Яга готовила обед на троих: сняла с плиты кастрюлю борща и поставила жариться сковороду с картошкой. Модернизированная Лешим многотопливная плита ухнула и выпустила из трубы клуб черного дыма. Сегодня она работала на солярке, которую наученные Лешим же медведи сливали с маневровых тепловозов, опрометчиво оставленных в тупиках за депо.

Лесной хозяин припаял очередную лампу к плате старого "Славутича".

Черно-белый телевизор достался Яге в подарок от Полевого, который медленно разбирал несанкционированную свалку. Поначалу бабка хохотала над подарком, поскольку выручки от проданных на интернет-аукционе старинных монет ей хватило бы на десяток новых плазменных панелей, но спустя день смеяться перестала, так как по единственному каналу "Славутич" показывал прошлое. Самым замечательным было то, что телевизор крутил даже те фильмы и передачи, записи которых были утрачены.

А речь Хрущева в ООН вызвала у Бабы-Яги такую ностальгию, что, когда телевизор сломался, она немедленно позвонила Лешему, и тот прибыл чинить технику. В процессе починки Яга с Лешим переругивались, вспоминая интимную жизнь избушки и сарая.

- Нечисто что-то с твоим сараем, - бабка выложила на вторую сковороду куски свинины.

- Нормальный он, - пропыхтел Леший, яростно тыкая в телевизор паяльником. Последняя лампа упорно не хотела держаться. - Я в нем жил, пока дом не построил.

Процесс строительства сарая Яга не могла вспомнить, хоть ты убей. Как-то быстро соорудил его сосед.

Леший припаял лампу, пошевелил гнездо для антенны.

- Всё на соплях, - пробормотал он.

В избушку пришла Кикимора, сняла пенсне, сложила на столе книги по генетике аккуратной стопкой и откашлялась:

- Предлагаю провести эксперимент.

Яга с Лешим сразу сообразили, откуда ветер дует.

- Ни за что, - Баба-Яга пошевелила вилкой картошку. - Тут неэкспериментальных избушат двое, а куда я экспериментальных дену?

- Раздашь в добрые руки, милочка, - Кикимора бросила взгляд на фолиант по прикладной генетике. - Одного я возьму, другого Леший заберет, Полевой наверняка не откажется.

- Тэнгу тоже, - вставил Леший.

Яга живо повернулась к нему. Лесной хозяин перепугался, уронил самокрутку, рассыпав остатки махорки по снятой задней стенке телевизора.

- Какой такой Тэнгу? - нахмурилась Яга и потянулась к кочерге.

Кочергу Леший приравнивал по ударной силе к баллистической ракете, поэтому заторопился с ответом:

- Коллега из Японии по обмену, он мне в подарок бамбук привез, тебе веер.

Веер Яга помнила, вспомнила и японского лешего:

- Та большая собака была Тэнгу?!

- Нет, он мужик, - терпеливо объяснил Леший, - а в собаку превращался, когда тебя видел. Он стеснялся.

- Бамбук? - вдруг спросила Кикимора. Она знала и про Тэнгу, и про веер. - А куда тот бамбук делся?

- Мы из него сарай-времянку соорудили, надо же было где-то жить, - объяснил Леший, который до визита японского коллеги жил в покинутой медведем берлоге и не жаловался.

- Та-а-ак, - неопределенно отозвалась Кикимора. - Ягуся, одолжи ступу: кой-куда слетать надобно.

Кикимора улетела надолго. Яга с Лешим успели пообедать, поругаться, поковыряться в телевизоре, поужинать, вспомнить Тэнгу с его веером и бамбуком, отловить удравших за плетень избушат-внедорожников и объяснить им, как находить дорогу домой по звездам. Избушата внимали, мать-избушка прислушивалась, поглядывая окнами на небо - видимо, пыталась отыскать Полярную.

Отправив избушат спать под навес, Яга с Лешим вернулись в избу.

- Сыграем в дурака? - лесной хозяин достал карты.

Баба-Яга включила настольную лампу, переделанную рукастым Лешим из танковой фары.

- Раздавай.

Не успели они доиграть первый кон, как ступа приземлилась у избушки, и Кикимора бодро взобралась по каткам и гусеницам к дверям.

- Милые мои, вы ахнете, - Кикимора потрясла прибором в черном кожаном чехле. - Бамбук-то не простой был, а...

- ...ценный?! - подскочил Леший.

- ...волшебный? - высказала свое соображение Баба-Яга.

- ...а из префектуры Фукусима, - Кикимора извлекла из чехла счетчик Гейгера. - До сих пор фонит. Счастье твое, Леший, что радиационный фон держится в радиусе пяти метров, иначе половина леса мутировала бы.

На сказочную нечисть радиация не действовала, и на том спасибо.

- Получается, на избушкино потомство повлияла радиация, - Леший почесал пятно мха на щеке. - Ну, Тэнгу, удружил.

- Интересно, если избушке приделать крылья и хвост, ее дети полетят? - спросила Кикимора, накладывая в тарелку жареное мясо с гарниром.

- Да здравствует прогресс! Я знаю, где лежит разбитый самолет, - с ухмылкой сообщил Леший, но Баба-Яга треснула его по голове железной миской.

- Даже не думай! Авиации нам тут не хватает, - она повернулась к Кикиморе. - Душенька, возьми себе веер на память, только счетчиком его проверь.

Поутру счастливая обладательница японского веера попрощалась и отбыла к своему болоту, обещав через пару месяцев забрать одного подросшего избушонка.

Лешего домой Баба-Яга не отпустила, потому что починенный им телевизор вкрадчиво вещал:

- You're travelling through another dimension. A dimension not only of sight and sound, but of mind. Your next stop: the Twilight Zone. Big Mac, fries to go... - и показывал американский фантастический сериал 1959 года.

Разумеется, без перевода.

Заговор

Баба-Яга смотрела двадцать восьмую серию "Сумеречной Зоны" на английском и даже начала понимать кое-какие реплики героев. Подлый телевизор после всех попыток ремонта упорно показывал прошлое США, перемежая сериал выступлениями Эйзенхауэра и экстренными выпусками новостей, в которых то сообщалось о столкновении самолетов над Нью-Йорком в 1960 году, то о ходе Второго Ватиканского собора, то о других малоинтересных событиях. Иногда изображение вырубалось, но звук с отличным стерео воспроизводил песни Боба Дилана, "The Rolling Stones" и почему-то группы "The Who".

Рок-оперу "Томми" прервал рев шестицилиндрового двигателя.

Выключив "Славутич", Яга выглянула из избушки. По лесной дороге на новенькой "Хонде Валькирии" ехал Кощей.

Любопытные потомки избушки на гусеничном ходу и бамбукового сарая высунулись из-за колодца, оценивая мотоцикл. Сама избушка, раздавив траками семейство поганок, красиво развернулась навстречу байкеру, по традиции повернувшись к лесу задом: Кощей был свой в доску.

Заглушив мотор, Бессмертный поставил "Хонду" на подножку и пошел по тропке к избушке, снимая шлем, стилизованный под голову Хищника.

- Однако, - Кощей с профессиональным интересом осмотрел ходовую часть избушки, - натуральный вездеход.

- Зачем явился, сын анархии? - подколола Яга.

- Во-первых, ходят слухи про твой внедорожник, - Кощей полез по гусеницам в избу, - во-вторых, я кое-что тебе привез.

Он бросил шлем на стул, расстегнул косуху, посмотрел на черно-белый ламповый телевизор, хмыкнул, но от комментариев воздержался.

- Ну-с, чем порадуешь? - Баба-Яга уселась на стильный офисный стул.

Кощей томить не стал.

- На, - протянул он старой подруге красочный буклет и посмотрелся в зеркало.

Для своего возраста, приближающегося к бесконечности, выглядел он ого-го, особенно когда натирал лысый череп средством для полировки мебели. Вся ближняя и дальняя нечисть женского пола вздыхала по такому кавалеру.

- "Окруженный ореолом тайны и страхом, рожденным жуткой легендой, замок Бран возвышается на скале на границе Мунтении и Трансильвании..." - прочла Яга и нехорошо глянула на гостя. - На кой черт мне эта туристическая реклама?

- Ты что, мадам? - возмутился Кощей. - Одичала в глуши?!

Он коснулся буклета старинным золотым перстнем с печаткой, и тот разительно изменился, став мрачно-черным. Серебристые готические буквы сообщали, что в Замке Дракулы в ночь с 30 апреля на 1мая пройдет выставка-продажа атрибутов для черной и белой магии. Баба-Яга застонала: ей давно хотелось приобрести волшебную палочку, как у приличных европейских ведьм, и на этот раз деньги были.

- Слетала бы, - поддержал ее желание Кощей.

- Убивец, - несердито проворчала бабка, прикидывая варианты.

Смерть как хотелось слетать, купить палочку и что-нибудь для души, потрепаться с зарубежными знакомыми (наверняка будут), сфотографироваться на фоне замка и привезти, наконец, домой черешневой палинки.

- Слетай, - сказал Кощей. - Иначе потом жалеть будешь.

- А кто за избушатами присмотрит? - начала сдавать позиции Яга.

Кощей сделал вид, что задумался.

- Кикимора? - спросил он.

Хороший вариант, тем более, Кикимора все равно собиралась брать себе одного избушонка.

- Убедил, соблазнитель, - притворно вздохнула Яга и пошла собираться, поскольку до означенного в буклете срока оставалась неделя, а сделать предстояло немало.

Кощей вежливо попрощался и уехал.

- Ну что, получилось? - нетерпеливо спросил Леший, когда "Хонда Валькирия" затормозила у бамбукового сарая.

- А то, - высокомерно отозвался Кощей. - Избушат к Кикиморе повезла, ступу отчистила, не сегодня-завтра отчалит.

Леший кивнул:

- Везет ей все-таки: ступа есть, летать может, на радарах ПВО не отображается.

- Если получится, у нас тоже авиация будет, - Кощей заметил переминающихся с лапы на лапу медведей. - Бери своих зверей и пошли. Работы у нас много!

Подозвав медведей, они направились к болоту, где лежал разбитый истребитель.

С него сняли шасси, крылья и хвост. В болоте самолет сохранился хорошо, но вытаскивали его с превеликим трудом, при помощи запряжки из четырех лосей. Кощей руководил.

Винт снимать не пришлось; вместе с коком он валялся на кочке. Медведи потащили все добро к дому Лешего, недовольные лоси ушли по делам.

Леший разглядывал эмблему на фюзеляже - меч на щите с черно-красным полем. Эмблема ему решительно не нравилась.

- Чует мое сердце, прибьет нас бабка за этот эксперимент, - сказал он.

- Не догадается, - самоуверенно ухмыльнулся Кощей.

Поставленный на шасси сарай делал героические попытки самостоятельно катиться, но проржавевшие колеса не крутились. Леший выругал бамбуковое сооружение, велел стоять спокойно и продолжил крепить крылья. Занятие это требовало недюжинной смекалки и помощи медведей. Значительно проще было присобачить винт и хвост.

- Как мы доставим к избушке этого донжуана? - спросил Кощей,

- Сама приедет, - пропыхтел Леший, которому пришлось оборудовать сарай стойками и расчалками.

Медведи взирали на Лешего, как на божество, так же смотрел и зашедший в гости заяц. Его-то Леший и поймал за длинные уши.

- Смотайся быстренько к избушке Яги, скажи, что ее ожидает герой-любовник, - приказал Леший и, кашлянув, негромко добавил в заячье ухо: - не сделаешь - всем расскажу, как ты в карты мухлюешь.

Едва он отпустил зайца, как косой стрельнул в лес и исчез.

Леший осмотрел сарай, счел работу законченной, вынес медведям-помощникам мед в берестяном туеске и пригласил Кощея в дом. Отмечали заговор против Яги вечер и ночь, выхлебав весь самогон запасливого Лешего.

Среди ночи Кощей вдруг поднял костлявый палец, призывая ко вниманию, и Леший торопливо прикрутил звук оравшего на пол-леса кассетника.

Со двора слышался равномерный скрип, возвещающий о том, что в ближайшем времени, быть может, на свет появятся избушата с хорошими летно-тактическими характеристиками.

- За потомство! - провозгласил захмелевший Кощей, и два полных стакана самогонки встретились.

Поздним утром, спровадив избушку обратно во владения Яги, Леший принялся демонтировать самолетные останки. Кощей, который никогда не мучился похмельем, распрощался и укатил в свой коттедж, перед отбытием обещав следить за избой-мамой и стащить у нее яйца, если она таковые снесет. Далеко идущий план предусматривал дальнейшее пребывание яиц под сильной лампой в подвале Кощеева особняка. Установку Леший смонтировал загодя.

Яга вернулась из Румынии в превосходном настроении, с волшебной палочкой, новой модной шляпкой и подарками для Кикиморы и Лешего. Обе бабки охали и ахали, разглядывая фотографии из Замка Дракулы на планшете, Леший хмуро поддакивал: получив в подарок курительную трубку, табак и бутылку палинки, он каждую минуту помнил о договоре с Кощеем и чувствовал себя неловко. Пару раз ему даже хотелось во всем признаться, но понимание того, что Баба-Яга будет его долго бить, пресекало благие намерения.

Оба избушонка по-прежнему жили у Кикиморы и выросли размером с "Запорожец". Хотя сидеть в них было еще тесновато, ездить по лесу Кикимора попробовала и осталась довольна.

Для тайной слежки за избой Кощей устанавливал камеру видеонаблюдения сам, выбрав отличную снайперскую позицию, с которой участок Бабы Яги просматривался великолепно. Лешему он дорогущую камеру с ночным режимом не доверил.

Сидя перед монитором в особняке, Кощей наблюдал и за избушкой, и за бабкой. Изба вела себя пристойно, ездила только по делам Яги, старательно избегая неровностей дороги и резких поворотов, что, как решил Кощей, служило хорошим признаком.

Через месяц свершилось.

Кощей дожидался нужного момента двое суток, лежа в лесу с биноклем в руках.

Изба снесла яйцо ночью. Одно-единственное. Огромное.

"Моё", - алчно подумал Кощей, подполз к избушке, вытащил из зазора между гусеницами яйцо и бодро пополз к спрятанному мотоциклу.

- Кто здесь?! - раздался от дверей зычный голос Бабы-Яги. - Как выскочу, как выпрыгну, пойдут клочки по закоулочкам.

Кощей замер, не сомневаясь, что выпрыгнет.

Мать-избушка тревожно закудахтала.

- Если кого-нибудь найду - пеняйте на себя, - зловеще предупредила Яга, спустилась на землю и моментально нашла залегшего среди грядок визитера.

Избушечье яйцо в руках Кощея возмутило Бабу Ягу-больше несанкционированного визита.

- Ах ты, сволочь лысая, - ласково сказала бабка и воздела карающую кочергу. - А я думала, чтой-то Кошенька такой милый, буклет домой привез. На!

Кочерга прошлась по ребрам Кощея, тот подскочил и заорал.

- Вот тебе за сводничество! - Яга с размаху ахнула Кощея по спине. - Думал, я по следам не вычислю, куда моя избушка каталась? А? - кочерга врезалась в Кощееву голову, но всю силу удара принял заблаговременно надетый мотоциклетный шлем. - Заговор против меня сплели?

Кочерга лупила больно, однако бессмертному существу повредить не могла. Кощей орал, не выпуская ценное яйцо из рук. Попробовал подняться, получил по коленям, и снова рухнул. Баба-Яга озверела не на шутку.

- Ишь ты, академик Вавилов! Генетик чертов! - На шлеме появилась трещина. - Избушонка захотелось, мразота костлявая!

В пяти километрах от разыгравшейся трагедии содрогался Леший. Он давно подключился к камере Кощея, и нынче вместе с зайцем-картежником смотрел на акт кровавой мести. После удара, разбившего шлем Кощея, заяц прижал уши и закрыл лапами глаза.

Леший нервно закурил.

- П-поеду-ка я в Японию, - сказал он зайцу, - поживу у Тэнгу.

Он глубоко затянулся подаренным табаком.

- Иначе бабка и меня прибьет, - проговорил Леший и начал рыться в шкафу, разыскивая рюкзак. - Чего-чего, а заговор она не простит.

Люфтваффе

Кикимора протянула Кощею свинцовую примочку.

- Доигрался, зайчик? - ехидно спросила она.

Кощей приложил примочку к великолепному бланшу, оставленному кочергой Бабы-Яги. Синяк был не единственным украшением - бабка отделала Кощея с любовью. Хохломская роспись хорошо сочеталась на черепе с гжельскими узорами, Кикимору изрядно веселила комбинация красно-желтых шишек с синяками цвета морской волны.

- Обидно не это, - сообщил Кощей, глянул на себя в зеркало и поморщился, - обидно, что избушкино яйцо уже в руках было.

- Зачем тебе яйцо? - Кикимора выразительно посмотрела на новый мотоцикл, припаркованный у веранды. Неподалеку носились значительно выросшие избушата-внедорожники - первый удачный приплод от сарая Лешего.

- Как зачем? - Кощей рассказал про улучшенный самолетными частями сарай.

- Думаешь, самолет вылупится? - недоверчиво спросила Кикимора.

- Хотелось бы, - буркнул Кощей. - У Яги и ступа, и метла, а у нас?

- Мне достаточно вездехода, - высунувшись из окна, Кикимора крикнула избушатам, чтобы были аккуратнее и не провалились в болото.

Те послушно выехали с кочек.

Избушонок, обещанный поначалу Лешему, теперь предназначался Полевому: Баба-Яга разозлилась на лесного хозяина за участие в эксперименте над избушкой и сараем с целью выведения авиаизбушонка. Бедолага Леший сбежал в Японию, жил у друга Тэнгу и возвращаться пока не планировал, боясь возмездия.

Кощею, идейному вдохновителю эксперимента, возмездие прилетело на стадии похищения избушкиного яйца. Отобранное яйцо вернулось к избушке-маме, и она его в данное время высиживала.

- Печально, - заметил Кощей.

Кикимора повернулась к нему и прониклась.

- Сделай вот как, - решила она дать сержантский совет. - Подожди немного, да и приди к Яге с извинениями: мол, черт попутал, прости меня, Ягуся. Не возбраняется посыпать голову пеплом, - ядовито хмыкнула Кикимора. - Извиняйся подольше, Яга это любит, потом попроси у нее избушонка. Понял?

Кощей просиял.

Первый подкат не удался. Поскольку Яга еще не остыла, в покаянную голову Кощея полетели обломки камеры наблюдения: бабка умудрилась отыскать ее в лесу. При этом избушка на гусеничном ходу глумливо кудахтала.

Пришлось ретироваться и выждать пару недель.

Яйцо избушка высиживала дольше обычного. Кощей караулил момент в лесу с биноклем, хорошо замаскировавшись, чтобы Яга нечаянно не заметила его. Наконец, после томительного ожидания, утром вылупился авиаизбушонок с крыльями, пропеллером, хвостом, но вместо шасси все же были гусеницы, да и фюзеляж оставался избушечного типа, поэтому на скорость надеяться не приходилось. Пасынок аэродинамики оказался резвеньким, сразу укатился к плетню и застрял на грядке.

"Ну и ладно, - утешал себя Кощей, - "фарманы" и "ньюпоры" тоже летали".

Что характерно, он прекрасно помнил эту эпоху.

Налюбоваться на избушонка не удалось: пошел дождь и шел так нудно и долго, что нервы Кощея не выдержали, и он поехал домой.

К следующему визиту Кощей подготовился основательно, купив в соседнем поселке букет хризантем и долго тренировав перед зеркалом печально-виноватое выражение лица.

Яга встретила его неласково, но без кочерги в руках.

- Признавайся, тварина, с какого самолета запчасти сняли? - спросила она таким тоном, что Кощей вздрогнул и уронил букет.

- Случилось что-то? - осторожно осведомился он.

Подняв хризантемы, бабка чуточку смягчилась и поставила цветы в вазу.

- Сейчас сам увидишь, - Яга вывела гостя из избы, обшарила взглядом окрестности.

Самолетный зародыш копошился на грядках, раскатывая себе взлетно-посадочную полосу. "Надо же, - умилился Кощей, - такой маленький, а уже соображает".

- Мелкий, иди сюда, - позвала Яга.

Избушонок не реагировал, хотя его старшие братья на такой зов мчались, как дрессированные собаки. Яга позвала его несколько раз, меняя слова и интонации. Призывно закудахтала избушка.

Никакого эффекта.

- Я его принесу, - дернулся было Кощей, но Яга придержала его за кожаную байкерскую куртку.

- Смотри, что будет, - бабка откашлялась и взревела командирским голосом: - Люфтваффе, хальт! Ахтунг!

Избушонок замер и сделал попытку вытянуться. У Кощея начала отвисать челюсть.

- Керт аух! Марш!

Избушонок сделал четкий разворот и подкатил к гусеницам мамаши. Яга стукнула снизу по челюсти гостя, вернув ее в исходное положение.

- Я не ручаюсь за свой немецкий, - сухо произнесла бабка, - но он худо-бедно слушается. Рут, майн Кляйне. Шпацир.

Избушонок послушно вернулся на грядки.

- Что это было? - обалдел Кощей.

- Тебе лучше знать, - ответила Яга, забираясь в избушку. - Дойчланд, как говорится, юбер аллес. Говори, гад, с какого самолета крылья сняли?! С крестами был?

- С крестами, - печально признался Кощей и рассказал про эмблему на фюзеляже.

Включив планшет, Яга полезла в гугл. Через полчаса нашелся суррогатный папа избушонка, которым оказался Мессершмитт Bf-109 из 52-й истребительной эскадры. Еще поковырявшись в гугле, Яга заметила:

- Между прочим, 52-я тут и близко не воевала. Я всегда подозревала, что со здешним пространственно-временным континуумом не все ладно.

- Плевать, - перебил Кощей. - Лучше скажи, куда денешь избушонка?

Бабка сурово глянула на собеседника.

- Тебе отдам на воспитание, так и быть, - сказала она, - вкупе с русско-немецким словарем. Только учти, что ты на нем не полетаешь.

- Почему? - изумился Кощей.

- В окрестностях части ПВО дислоцируются, старый дурак! - гаркнула Яга. - И этот кляйне мессер наверняка на радарах будет виден, потому что волшебства в нем нет. Кретины, химмельдоннерветтер, что ты, что Леший. Генетики, чтоб вас недобрым словом помянули...

Пропавший Леший

Избушка заскрипела так громко и протяжно, что Баба-Яга отвлеклась от захватывающей серии "Стар Трека" и выглянула в окно. У колодца стояла делегация в составе двух медведей, лося с разбитым носом, трех взлохмаченных волков, хромой лисы и десятка зайцев. Медведи держали плакат с кривой надписью "ВЕРНИ ЛЕШЕГО". В материале для плаката бабка узнала собственное банное полотенце, которое вчера вывесила сушиться на плетень. Поскольку надпись звери делали соком черники, полотенце было безвозвратно утрачено, и поначалу Яга рассвирепела, но потом задумалась - где, в самом деле, столько времени пропадает Леший? В Японию к другу Тэнгу он свалил четыре месяца назад.

Долгонько.

Выключив телевизор, Яга высунулась в окно:

- Эй, митингующие!

Медведи подняли плакат выше.

- Я простила вашего Айболита, - хмыкнула бабка. - Сейчас ему позвоню.

Разряженный айфон нашелся в хлебнице. Пока он подзаряжался, делегация зверей не расходилась, зайцы украдкой дергали с грядки морковь, лось тоже что-то жрал втихаря, остальные завидовали травоядным, но, объединенные общим делом, хищники держались.

Позвонив Лешему, Яга сильно удивилась: звонок не проходил. Япония, конечно, далековато, однако хозяин леса запросто созванивался с Тэнгу и со своего телефона, и с айфона бабки. Старуха вздохнула, отложила современную технику и полезла в сундук, откуда через десять минут, сдобренных ворчанием и руганью, извлекла древний артефакт в виде серебряного блюдечка и наливного яблочка.

Оттерев девайс от пыли, Яга покатила яблочко по блюдечку, приговаривая:

- Катись, катись, яблочко наливное, по серебряному блюдечку... черт, как там дальше? А! Покажи мне не города и поля, не леса и моря, не гор высоту и небес красоту, а покажи мне Лешего, соседа моего пропавшего.

Раздался тихий звон, яблоко катилось по блюдцу, но изображения не было.

- Тьфу, и это не работает! - в сердцах высказалась Яга и вдруг услышала голос Лешего:

- Яга, ты?! Как ты меня нашла?

Голос шел от блюдца.

- Ты где, сосед? - бабка потыкала купленной в Замке Дракулы волшебной палочкой в яблочко и блюдечко.

Изображение все равно не появилось.

- Да хрен знает, где я! - судя по тону, Леший чуть не плакал. - Третий месяц кукую. Холодно, вокруг трава жухлая, твари какие-то ходят непонятные: олени огромные, лошади на лошадей не похожи, львы не львы. Носорог, скотина, и тот с шерстью.

- То есть, ты не в Японии, - поняла Яга.

Из дальнейших переговоров выяснилось, что друг Тэнгу два месяца назад отправил Лешего домой через пространственно-временной туннель, но тот дал сбой, и лесной хозяин очутился где-то далеко во времени. Яга вспомнила немецкий истребитель, неведомо как попавший в болото, и кивнула: японская линия транспортировки жила своей жизнью.

Подробно расспросив собеседника и поэксплуатировав планшет с гуглом, Яга поняла, что Леший, по всей видимости, застрял в плейстоцене.

Неудивительно, что не удалось дозвониться.

- Что делать будем, сосед? - спросила Яга.

- Позвони Тэнгу, он по-нашему говорит, - подумав, ответил Леший. - Объясни ситуацию.

Номер японского приятеля Лешего бабка в телефонной книге нашла.

- Здравствуй, Ресий, - приветливо поздоровался Тэнгу после третьего гудка.

- Это не Леший, это Яга, - мрачно произнесла бабка. - Леший твоими стараниями застрял в третичной эпохе.

- Где застряр? - удивленно переспросил Тэнгу.

- В плейстоцене, япона мать!!! - рявкнула бабка. - Миллион лет назад!

Ну, может, и поменьше, но слово "миллион" внушало.

- Миррион... - до Тэнгу дошло.

Яге захотелось обругать его по-японски, но вспоминались только немецкие ругательства, почерпнутые во время попыток наладить общение с младшим сыном избушки и сарая.

- Слышь, самурай, - кашлянув, произнесла бабка, - давай думай, как Лешего вытащить.

Тэнгу честно подумал.

- Просто, - сказал он. - Надо войти в переход, туннерь отправит в то место, куда попар Ресий, и выйти обратно вместе.

Зашибись перспектива.

- Вход-то где?! - заорала Яга.

- На бороте, где немецкий саморет режит, - ответил Тэнгу. - Рядом. Увидис.

- Ладно, - сдалась Яга. - Не увижу - позвоню, и попробуй только не приехать. Саёнара, - бабка завершила разговор единственным известным ей японским словом и отключила айфон.

После чего позвонила Кощею.

- Гутен таг. Их бин унглюклих, - зловеще произнесла она.

- Не надо по-немецки!! - в истерике крикнул Кощей, замотанный воспитанием доставшегося ему избушонка, который понимал исключительно язык гордых германцев. - В гроб меня вогнать хочешь?

- Вгонишь тебя, - проскрипела Яга. - Далеко смерть твоя: игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в ларце, а ларец в ячейке швейцарского банка.

- Старая вешалка, - пробубнил Кощей, но так неразборчиво, что бабка решила не реагировать.

- Так, производитель отечественного Люфтваффе, - сказала Яга, - жду тебя сегодня в пять у останков суррогатного папы... - бабка притворно всхлипнула. - Папы твоего избушонка. Вопросов не задавать, у нас намечается операция по спасению Лешего.

Так как яблочко по-прежнему каталось по блюдечку, Леший слышал все переговоры и сердечно поблагодарил, добавив, что далеко от того места, куда его выбросило, не отходил.

Яга снова высунулась в окно. Звериный митинг стал больше: прибавились две белки, лось, барсук и медведица.

- Кто знает дорогу к разбитому самолету? - воззвала Яга.

Медведи, лось и заяц переглянулись и подняли лапы.

- Ведите, - скомандовала бабка. - Эй, избушка, езжай за зверями.

Плавно покачиваясь на гусеницах, изба покатилась в открытые ворота. Лось неспешно бежал, указывая дорогу. На его спине сидел заяц, который не хотел пропускать ничего интересного. Медведи тоже держали скорость потока, остальные звери потихоньку разошлись.

Приехали быстро, Кощея пришлось ждать. Пока ждали, Яга рискнула осторожно обследовать местность и обнаружила вход в туннель: словно поставленное вертикально овальное зеркало в тонкой серебряной раме чуть покачивалось над ковром из мха.

На "Хонде Валькирии" подъехал Кощей. Яга быстренько ввела его в курс дела и велела идти в туннель. Естественно, Кощей возмутился:

- Почему я?

- А что тебе будет, бессмертному-то? - осведомилась бабка.

Вспомнив, как Яга безжалостно била его кочергой за генетический эксперимент, Кощей беспомощно огляделся. Он не сомневался, что в случае отказа влетит сильнее.

- Хоть веревкой меня обвяжи, что ли, - проговорил он.

Длинная веревка нашлась. Кощей обвязался и, обреченно шагнув в туннель, исчез. Подглядывавшие из кустов медведи на всякий случай отошли. Любопытный заяц остался.

Яга бросилась в избушку, где на столе яблочко с постоянством вечного двигателя каталось по блюдечку.

- Леший! - крикнула она. - Встречай Кощея.

- Ага, я его уже вижу, - донеслось в ответ. - С меня причитается, до связи.

Приблизительно через полчасика из туннеля вылезли несколько обалдевший Кощей и помятый Леший. Приятели тянули несколько веревок. Увидев бабкину избу на гусеничном ходу, Леший радостно вскрикнул и привязал веревки к буксировочному крюку.

- Поезжай малым ходом, - скомандовал лесной хозяин, ничего не объясняя.

Избушка поднапряглась, шевельнула траками, и пространственно-временной переход нехотя выпустил обвязанного веревками лохматого слоненка величиной с лошадь.

- Это что? - Яга уставилась на пришельца из третичной эпохи.

- Это Васька, мамонтенок, - Леший бесстрашно подошел к новому любимцу, тот ласково обвил его хоботом. - У Васи мамка погибла, ему там не выжить, - заворковал лесной хозяин, по очереди посмотрев на мамонтенка, Кощея и Ягу. - Я ж хорошо сделал?

- Хорошо, - сказала Яга, почесав бородавку на крючковатом носу.

Леший удивился ее словам, Кощей ухмыльнулся.

Бабка выдержала театральную паузу и заключила:

- Хорошо, что ты не попал к динозаврам.

Кощеевы собаки

Бегущий по лесной дороге мамонтенок Васька трубил от ужаса, потому что по заднице его лупил Кощей. Лупил со всего размаху доской от забора, с руганью в адрес собственно мамонтенка и приютившего его Лешего. Петляющая дорожка, которую пересекали могучие сосновые корни, не давала беглецу возможности набрать скорость, поэтому Кощей не отставал.

Наконец мамонтенок выбежал к лужайке, где обитала Яга, и бросился прятаться за избу.

Изба угрожающе заскрежетала, развернулась на гусеницах и медленно надвинулась на Кощея, сильно напоминая тяжелый танк времен Второй Мировой. Из дверей высунулась Яга, глянула на мамонтенка, перевела взгляд на злющего Кощея и рыкнула:

- Совсем рамсы попутал? Ваську бить?!

К мамонтенку бабка питала слабость, баловала его едва ли не больше Лешего и позволяла ночевать близ избушки. В свою очередь, изба практически усыновила Ваську, ласково поскрипывала при его появлении и закрывала ставни того окна, которое было обращено на яблоню, если мамонтенок втихаря лакомился плодами.

- А ты знаешь, что наделал этот выползень из третичной эпохи?! - взбешенный Кощей метнул в мамонтенка обломок доски, но тот не долетел. - Ползабора своротил, теплицу сломал, все ананасы сожрал!

- Так тебе и надо, - безапелляционно заявила Яга. - Вот если б ты делился...

Кощей остолбенел.

- Хорош-ш-шо, - прошипел он, когда малость пришел в себя. - Погоди, я вам устрою. Я вам такое устрою, что вы близко к моему дому не подойдете. А тебе, лохматый, - крикнул он мамонтенку, - боком выйдут мои ананасы.

Едва Кощей скрылся из виду, мамонтенок высунулся из-за избы, помахал хоботом и деловито потопал домой. Нахмурившись, Яга вытащила айфон, позвонила Лешему.

- Васька опять Кощееву теплицу разгромил, - доложила она, - жди теперь санкций.

- Блин, - с досадой сказал Леший.

Яга по опыту знала, что лесной хозяин дождется нахального мамонтенка, выругает его и отправится с покаянием к Кощею, где не первый раз будет восстанавливать теплицу и забор. Но ананасы Бессмертный не простит, потому что выращены они были с превеликим трудом, при помощи большого колдовства, и Кошенька сам планировал ими полакомиться.

На следующий день Леший на мамонтенке, как индийский раджа на слоне, приехал к Яге поговорить. Васька, видимо, получивший еще и от лесного хозяина, вел себя прилично и чинно вышагивал, качая хоботом.

Из разговора выяснилось, что Кощей выгнал Лешего, а восстановлением разрушенного занимается сам при помощи Полевого, и забор они делают основательный, из бревен. Причем бревна взяли толстые лиственничные, с места, где пару лет назад потерпел аварию лесовоз.

- Васька не прорвется, и это неплохо, - резюмировал Леший, которому надоели скандалы.

Финальную точку Кощей поставил через недельку, явившись к лесному хозяину с двумя огромными зверями на поводке. Черные твари с горящими глазами, похожие на собак, люто скалились, роняя капли тягучей слюны. Слюна пахла серой. Даже медведи по-быстрому ретировались, увидев охранников Кощея, и долго не заходили играть в карты.

Бессмертный злорадно ухмыльнулся, бросил собакам отпиленный кусок рельса, те играючи раздербанили сталь на куски, как деревяшку, после чего Кощей погрозил Лешему пальцем и удалился.

Перепуганный Леший бросился к Яге. Та, выслушав сбивчивое описание и подключив гугл, выяснила, что бессмертный любитель ананасов обзавелся хеллхаундами. Адскими гончими, проще говоря. Заводчик из Норфолка, известный в Британии колдун, давно промышлял продажей этих псов.

Леший тихо завыл:

- Они ж Ваську сожрут.

- Ну привяжи его, что ли, - сказала Яга.

- Привяжи. Мамонта, - Леший горестно ударил себя по лбу. - Мать, ты спятила, а?

- Так поговори с Василием, он же не дурак, - начала сердиться бабка, - объясни, что нельзя к Кощею ходить и теплицы ломать.

Когда Леший ушел воспитывать мамонтенка, Яга включила телевизор. Старый "Славутич", словно издеваясь, показал именно эпизод про адских гончих из сериала "Сверхъестественное", а потом бабка увидела этих зверей вживую, когда Кощей гордо продефилировал мимо в сопровождении огненноглазых тварей. Избушка заскрипела на них не по-хорошему и повернулась к лесу передом, к гостям задом, но Кощей не посмотрел в ее сторону, скомандовал псам "Рядом!" и строевым шагом направился в сторону болота Кикиморы - похвастаться приобретением.

Вечером позвонила Кикимора.

- Видала? - спросила она.

- Видала, - вздохнула Яга.

- Водяного напугали, Полевому штаны порвали, домовые из окрестных деревень клянутся, что в лес больше не зайдут, - перечислила Кикимора злодеяния собак. - Мавки орали как резаные целый вечер, одна сдуру перекрестилась и померла.

С того дня Кощей ходил по лесу с видом олигарха, чувство собственного величия у него взмыло в мезосферу; для работы в теплицах он нанял мелких бесов, сам снисходил только до указаний.

- Мы его потеряли, - хмуро вынес вердикт Леший, явившийся к Яге в гости дивным летним вечером.

- Перебесится, - отмахнулась бабка. - А где Васька?

Леший выглянул в окно и замер: мамонтенок, на котором он приехал, исчез.

Следы, между прочим, вели на дорогу.

- Избушка, гони к Кощею! - скомандовала, мигом оценив обстановку, Яга.

Заботливо смазанные и подтянутые гусеницы не громыхали, когда изба вырулила на дорогу и понеслась следом за неуправляемым Васькой.

- Хоть бы живой-то остался, - причитал Леший.

- Если с Васькой что-нибудь случится, - грозно сказала Яга, отыскивая взглядом кочергу, - и Кощея порву, и собак Кощеевых.

Искренне переживая за мамонтенка, изба летела, как болид "Формулы-1", лихо вписываясь в знакомые повороты, и, выйдя из последнего поворота на финишную прямую, едва не проутюжила гусеницами застывшего на дороге Кощея. Бессмертный ошалело смотрел на свой особняк, не замечая ничего, кроме одного зрелища: по периметру двора, доламывая забор, бегал Васька, вскинув хобот и победно трубя, за ним с лаем носились радостные гончие, делая вид, что вот-вот схватят мамонтенка за лохматый хвост. Совершенно апокалиптический оттенок придавал картине парящий невысоко над домом неуклюжий дирижабль с крыльями - потомок избы Бабы Яги и сарая Лешего.

Добежав до вмятой в землю некогда красивой резной калитки, Васька развернулся и бросился на собак, те с веселым щенячьим визгом улепетнули от него...

...увидели хозяина, притормозили и прыснули в разные стороны.

Кощея в избушке отпаивали самогоном.

- Это что? - спрашивал он перед каждым глотком. - Это как?

- Брак породы, - попытался утешить его Леший и стукнул по хоботу, который шарил по столу в поисках съестного.

Получив шлепок, хобот утянулся за окно, чтобы снова показаться через пару минут.

- Нормальные собаки, молодые, игривые, - заговорила Яга.

- Да поправим мы твой забор, не переживай, - сказал Леший.

Кощей опрокинул в себя полный стакан, содрогнулся, торопливо зажевал сивуху коркой хлеба.

Васькин хобот пошарил по столу, схватил две баранки и убрался. Снизу послышался хруст.

Леший выглянул в окно и увидел, как обе проштрафившиеся собаки грызут баранки. Рядом стоял мамонтенок.

Потом все трое подняли морды и завиляли хвостами.

Чудо-аппарат

Вытащив из лапы медведя острый шип, Леший продезинфицировал рану самогоном. Медведь поморщился, но не от боли, а от резкого и противного запаха сивухи. Лесной лекарь посмотрел на пациента и вспомнил, как Кощей на днях тоже воротил морду от домашнего алкоголя, причем Бессмертный, критикуя, не постеснялся в выражениях, заметив напоследок, что политуру Лешего стало невозможно пить.

- Аристократ недобитый, - вслух подумал Леший и выплеснул остатки самогона на милую поляну, усеянную желтыми купальницами. Несколько невезучих цветов мгновенно съежились и почернели.

Следующую неделю Леший провел в путешествиях по свалкам, где собирал запчасти для усовершенствования аппарата. Мамонтенок Васька, на котором он ездил, обнаружил близ свалки небольшую банановую плантацию, явно появившуюся при помощи колдовства. Кто там химичил - Полевой ли, Кощей ли экспериментировал, либо кто-то приезжий - Леший не знал, но обожравшегося бананами мамонтенка пришлось экстренно лечить.

Наконец, после всех мытарств, лесной хозяин вплотную занялся самогонным аппаратом. Со двора грустный Васька хоботом подавал нужные детали.

Дело спорилось. На последней стадии помог заглянувший в гости Полевой, вместе с ним Леший довел аппарат до желаемого результата.

Первой заметила отсутствие соседа Баба-Яга. Леший не показывался, его телефон не отвечал, мамонтенок Васька не прибегал есть яблоки, наглый заяц-картежник не приходил таскать морковь. Яга занервничала, позвонила Кощею с нулевым результатом, затем попробовала вызвонить Полевого - попытка также не удалась. К облегчению бабки, на звонок ответила Кикимора, тоже малость напуганная тишиной в лесу.

Сговорившись встретиться у дома Лешего, обе старухи приехали туда на своих транспортных средствах: Яга в избушке на гусеничном ходу, Кикимора - на избушонке-внедорожнике.

Гусеничные вездеходы пришлось остановить на дороге, потому что двор лесного хозяина был завален спящими зверями: медведи, лоси, волки, зайцы, белки, барсуки - если не половина, то треть окрестных животин храпела, расположившись вокруг дома. Мохнатая тушка мамонтенка Васьки лежала у крыльца. Василий храпел громче всех, а рядом с его хоботом стояло полупустое ведро, от которого несло медовухой.

- О поле, поле, кто тебя усеял пьяными телами? - вырвался у начитанной Кикиморы почти экспромт.

Яга фыркнула.

Осторожно обходя тушки павших в неравной борьбе с зеленым змием, старухи вошли в дом и узрели спящих в обнимку Лешего и Полевого. Поперек кровати лежал мертвецки пьяный Кощей.

Царившая в комнате смесь стойких запахов винокуренного завода на новоприбывшего человека действовала не хуже фосгена.

- Противогаз бы, - выдохнула Яга.

Кикимора вдруг замерла, подняв указующий перст. Перст был направлен в угол, где всегда стоял самогонный аппарат, давным-давно собранный Лешим из подручных материалов. Яга глянула в угол и оторопела - аппарат стоял по-прежнему, но вид его разительно изменился. Хромированный кожух, сверкающая индикаторная доска, толстые кабели придавали перегонной конструкции вид неизвестного инопланетного устройства. На видном месте стояли два бака с надписями: "вода" и "остальное". Из второго бака торчали дубовые ветки, колосья ржи и пшеницы, сосновые шишки и какой-то древесный мусор.

Прямо над краном, с торца кожуха, располагалась большая красная кнопка с приглашением "ЖМИ!", что было вполне в стиле Лешего.

Старухи переглянулись. Практичная Яга пошарила в навесном шкафчике, нашла банку из-под кофе, подставила под кран и нажала кнопку.

Аппарат протяжно загудел на низкой ноте, втянул в себя ветки и колосья, забулькал и накапал в банку полстакана светло-коричневой жидкости. Яга нюхнула, потом осторожно попробовала продукцию на язык.

- "Белый аист", - уверенно определила она.

Кикимора выхватила банку у приятельницы, глотнула и признала, что Яга не ошиблась.

- А ну-ка, - сказала она, сбегала на кухню, принесла яблок и забросила их в бак.

Готовая к экспериментам Яга сунула под кран чашку.

После нажатия на кнопку аппарат вылил изрядное количество живительной влаги, в которой бабки опознали чешское пиво. Его было так много, что Яга наполнила две чашки, чайник и ведро.

- Интересно, - проговорила Кикимора.

- Н-наливай... - не просыпаясь, изрек Леший и захрапел пуще прежнего.

Дальнейшие опыты показали, что в бак "остальное" можно было запихивать всё - от черствого хлеба до морковной ботвы. Аппарат выдавал разный алкоголь и в разных количествах. Кальвадоса он выплюнул грамм сорок, зато с джином не поскупился, от щедрот налив пятилитровую бутыль. Яга принесла из избушки всю имеющуюся тару, и старухи резвились, пытаясь угадать, чем и в каком объеме осчастливит их прибор.

Кнопку жали по очереди.

Буль-буль-буль.

- Сливовица!

Буль-буль-буль.

- Виски. Шотландский! Помню, мне такой в Инвернессе наливали, когда я с брауни познакомилась. Ах, милочка, какие были времена...

Буль-буль-буль.

- О, водяра пошла.

Буль-буль-буль.

- "Чинзано", лопни моя печень!!

Буль-буль-буль.

- Вроде "Мартини"? Да?

- Похоже.

Буль-буль-буль.

- А это что?

- Ром! Ямайский, выдержанный.

Буль-буль-буль.

- Токайское, стопудово.

Буль-буль-буль.

- Вермуть какая-то невкусная. Бе-е-е-е.

Буль-буль-буль.

- Неужели опять водка?!

- Что ты, дорогуша! "Баккарди" светлый.

Буль-буль-буль.

- А-а-а-а-а! "Хеннеси", клянусь ступой.

Буль-буль-буль.

- Тьфу, гадость.

- Хы-ы-ы-ы... получается, технический спирт он тоже выдает?

Буль-буль-буль.

- А вот это хорошо, это вкусно. Не знаю, что это, но вкусно.

- Ты права. Ммммм, а запа-а-а-ах...

Буль-буль-буль.

- Это сакэ! Я его пила, когда к Лешему Тэнгу приезжал.

- П-поражаюсь твоими поз-знаниями.

Буль-буль-буль.

- Что за горькая дрянь?

- К-кампари, м-милочка.

Буль-буль-буль.

- Сидр!

Буль-буль-буль.

- Фу, "Жигулевское".

Буль-буль-буль.

- Бордо!

- М-милочка, мы, кажется, с тобой уже надег... г... густировались.

В глазах Кикиморы начало двоиться после "Хеннеси". Яга держалась крепче, у нее хватило сил и ясности сознания перенести полные бутылки в избу и довести приятельницу до транспорта. Избушонок, доросший до размеров "Мицубиси Паджеро", послушно ждал, пока Кикимора залезет в кабину.

- Домой отвезешь, - приказала Яга.

В кабине поместились еще две канистры токайского, которого аппарат выдал особенно много. Бабка сунула приятельнице в довесок бутылку сидра, попрощалась и хотела идти в избу, когда Кикимора трезвым голосом произнесла:

- Вот чего я не ожидала от Лешего, так это создания трансформатора материи. Впрочем, - Кикимора вульгарно икнула, - впрочем, узкой направленности. Поехали!

Избушонок покатился по направлению к дому, Яга задумалась.

- Сопьемся мы с такой узкой направленностью, - проговорила она, сходила в избу и вернулась с кочергой.

Через минуту из дома Лешего послышался грохот: Яга крушила аппарат. Расчетливо, основательно, деловито...

...Но с великим сожалением в душе.

Активация волшебной палочки

Приобретенная в Замке Дракулы волшебная палочка не действовала, как ни пыталась Яга заставить ее произвести что-нибудь полезное. Магический прибор подло отказывался работать, хотя при покупке продавец весьма лихо извлек из палочки два пробника французских духов и букет гладиолусов.

Потратив два дня и ничего не добившись, старуха рассвирепела, вытащила айфон и позвонила Кикиморе, у которой похожая палочка была с незапамятных времен. Выслушав проблему, та думала недолго:

- Милочка, ты прочла инструкцию?

Яга сконфузилась. Смутно припомнилась белая книжица на румынском языке, которую бабка пустила на растопку плиты. Видимо, это и была инструкция.

По долгой паузе Кикимора поняла всё.

- Ну и ладно, - сказала она, - можно обойтись без руководства. Ты какие заклинания пробовала?

- Чего? - ошарашенно спросила Яга.

- Так, - Кикимора перешла на деловой тон. - Как ты работала с палочкой? Выкладывай пошагово.

Всё описание свелось к одному шагу: Яга тыкала палочкой в разные предметы и направления и требовала от нее выполнения желаний.

- Понятно, - Кикимора посмотрела на часы. - Слушай, мне с минуты на минуту выезжать надо, ты сходи к Кощею, попроси у него книгу заклинаний. Палочка без нее работать не будет.

Яга вспомнила, что подруга собиралась поехать в гости к заграничной родственнице Ундине. Ради быстроты перемещения Кикимора рискнула даже задействовать пространственно-временной переход, сделанный Тэнгу, японским другом Лешего. Тэнгу обещал содействовать бесперебойной работе перехода и клялся, что Кикимора попадет куда надо, а не в плейстоцен, как однажды Леший.

Попрощавшись и пожелав доброго пути, Яга кисло посмотрела на волшебную палочку. Хочешь не хочешь - приходилось ехать к Кощею, и бабка сурово скомандовала избушке взять курс на особняк Бессмертного. Изба на гусеничном ходу недовольно заскрипела, но двинулась в путь.

Ворота Кощей держал открытыми, потому что питомец Лешего мамонтенок Васька приходил в гости к собакам Бессмертного - адским гончим, очень оригинально названным Фобос и Деймос. Нынче, однако, Василий отсутствовал, а хеллхаунды лежали на солнцепеке. При виде знакомой избы лениво постучали хвостами о землю, не соизволив ни подняться, ни залаять.

Сам Бессмертный ковырялся в мотоцикле, меняя фильтр. На лязг гусениц обернулся, подождал, пока Яга остановит избу, спустится и подойдет, и недовольно спросил:

- Что понадобилось?

- Книга заклинаний, - ответила бабка.

У Кощея глаза полезли на лоб. Он выронил фильтр.

- Спятила на старости лет, - уверенно поставил диагноз Бессмертный.

- А кочергой по загорбку? - осведомилась Яга, намекающе покосившись на лежащий тут же мотоциклетный шлем Кощея. Предыдущий был расколочен упомянутой кочергой из-за разногласий в плане потомства избы на гусеницах и сарая Лешего.

Кощей вытер руки.

- Хорошо, - чересчур покладисто произнес он. - Подожди, я вынесу тебе... кхе-кхе... книгу заклинаний. Все четыре тома.

Он ушел раньше, чем Яга осмыслила услышанное. Сколько-сколько? Четыре тома?!

Бессмертный выносил огромные инкунабулы торжественно, по одной.

При взгляде на первый том с арабскими закорючками, Яга поняла, отчего Кощей обалдел, когда она попросила книгу заклинаний. Второй том выглядел еще хуже. Бессмертный злорадно пояснил, что написан он на арамейском с примесью древнееврейского. Третий был написан на санкрите.

Только от четвертого повеяло чем-то родным: Яга узнала латинские буквы и схватила книгу.

- Думаешь, с латыни переведешь? - съехидничал Кощей.

- По-латыни умный человек что-нибудь да разберет, - с достоинством ответила Яга и отбыла восвояси.

Со сказочной скоростью завершив ремонт "Хонды", Кощей поехал следом.

Устроившись в засаде, Бессмертный навел отличный цейсовский бинокль на участок Бабы-Яги и настроился на ожидание. Некоторое время было тихо, но ближе к вечеру Яга вышла из избы, держа в одной руке палочку, в другой листок бумаги, близоруко поднесла листок к глазам, откашлялась, взмахнула палочкой и громко произнесла:

- Игнис магнус!

На грядках взорвался ком огня, вместе с землей выбросив почти созревшую морковь. Кощей млел в ожидании других заклятий: он не сомневался, что с латыни Яга перевести не сможет и будет действовать методом тыка.

- Велум ноктис!

Участок немедленно заволокло тьмой. Из темноты донеслось:

- Блин горелый! Фламма минор!

Несколько огненных вспышек пронзили темноту.

- Да мать твою за ногу! Фригидус имбер!

Ледяной дождь из ниоткуда прошел над затемненным участком. Яга ругалась, Кощей ликовал.

- Чтоб тебя через тридцать три забора... Аквилониус вентус!

Сильный порыв холодного ветра вышвырнул в лес морковную ботву и обгоревшую калитку.

- Зараза! - услышал Кощей отчаяние в голосе Яги. - Чтоб тебя перекосило... О! Люкс солис!

Тьма исчезла, явив пострадавшие от огня, воды и ветра грядки.

Яга злобно прокляла создателя волшебной палочки, книгу заклинаний, Кощея и ушла в избу. Не было ее очень долго, Бессмертный в своем укрытии заскучал.

Вдруг дверь избушки распахнулась.

Усмехаясь, старуха сделала палочкой плавное движение и звучно произнесла:

- Интеграцио!

Грядки мгновенно восстановились. Стройные ряды моркови и капусты предстали перед взором изумленного Кощея.

Яга наставила палочку на место, где прятался Бессмертный:

- Инфирма терра.

Кощей почувствовал, как он проваливается под землю. Его затягивало так, словно почва под ним мгновенно превратилась в болото. Решив, что пора завязывать, он заорал:

- Финис! - и земля выплюнула его на поверхность.

Бессмертный всю жизнь прекрасно обходился без волшебных палочек.

Выбравшись, он помахал носовым платком, как белым флагом, и был допущен в избу.

На столе лежали раскрытая книга заклинаний и планшет с открытым гугл-переводчиком.

- Полезная все-таки вещь, - Яга бросила на стол палочку. - Посидеть вечерами за переводом, поискать полезные заклятия - вот и новая ступень в развитии колдовства.

- Точно, - Бессмертный, прекрасно ориентируясь в избе старой приятельницы, вытащил из шкафчика молотый кофе и турку. - Я тебе презентую учебник латинской грамматики. Лет через десять, может, и переведешь этот том, - он кашлянул. - Только он, знаешь ли, первый: простейшие заклятия с описаниями побочных эффектов, основа основ для новичков, так сказать. Заклинания посложнее в остальных трех томах. Их-то как будешь переводить, а?

Серый волк

Злющий Леший держал за шиворот большого волка и тряс его, как щенка. Поджав хвост и прижав уши, волк ждал кары, но лесной хозяин пока просто орал:

- Ах ты, падла плюшевая, шкура линючая, гопник таежный. Тварь серая!

Присутствовавшие при этой сцене Баба-Яга с Кикиморой переглянулись.

- Что он натворил? - удивилась Яга.

Продолжая потрясать несчастным зверем, Леший проговорил:

- Ну скотина, скотина же! - пнул волка и, наконец, выпустил его из рук.

Волк сделал попытку отползти.

- Лежать, гнусь! - рявкнул Леший, и волк замер. - Не, вы представляете, что он выкинул, - повернулся лесной хозяин к недоумевающим старухам, - отправился по туннелю Тэнгу во Францию и гопнул какую-то девочку. Приволок полную корзину жратвы. Он, гад, так зайцу карточный долг отдавал. Пирожками.

Яга поперхнулась смехом.

- Погоди! - Леший снова пнул волка. - Эта паскуда предварительно подготовилась, учила матчасть, читала литературные источники и выучила полсотни французских слов. Ну-ка, мон ами, парле, пока я тебя не убил.

Волк открыл пасть.

- Бонжур, жён филь, - хрипловато проговорил он. - У ва ту?

- Произношение аховое, - поморщилась Кикимора. - Серый, тебе попался словарь без транскрипции?

Баба-Яга без стеснения хохотала.

- Я этих скотов воспитываю, я их лечу, я их из капканов вытаскиваю! - брызгал слюной Леший. - Нате вам в качестве благодарности грабеж в лесу.

- Карточный долг - это святое, - попытался оправдаться волк. - И между прочим, дело было не в пирожках.

- А в чем? - заинтересовалась Кикимора.

- Ну, заяц сказал, что я не смогу отобрать корзинку у Красной Шапочки...

- Мерд, - по-французски выругался Леший. - Что дальше? Дальше-то что? Инкассаторскую машину ограбишь?!

Волк мученически закатил глаза. Кикимора его пожалела.

- Отпусти его, он больше не будет. Не будешь? - спросила она серого.

- Экскузе муа, - проникновенно сказал волк. - Тьфу. Не буду.

- Врет, - уверенно ответил Леший. - Пшшшел вон! - скомандовал он серому.

Волк мигом исчез в зарослях.

- Чего ты завелся? - утерла выступившие от смеха слезы Баба-Яга. - Он никого не сожрал, ничего особенного не сделал. Отжал корзинку, да и черт с ней.

- Не в этом дело, - Леший вздохнул. - Вот какая везучая тварь, скажи? Планировал попасть через туннель в сказочную Францию - попал в средневековую сказочную Францию, а меня в реальный плейстоцен выкинуло на два месяца.

Цеппелин

Баба-Яга подумывала треснуть Кощея по голове.

- Ты что делаешь? - грозно спросила она.

Над особняком Бессмертного качалась уникальная конструкция - нечто среднее между дирижаблем и самолетом, но с гусеницами вместо шасси. С землей конструкцию связывал витой стальной трос.

- Змея запускаю, - огрызнулся Кощей.

Яга еще раз прицельно глянула на жертву генетики. Дирижабль с крыльями был ребенком ее избы и модифицированного сарая Лешего. Поскольку аэродинамические качества неудачного дитяти оказались крайне низкими, Яга и предположить не могла, что он поднимется в воздух.

Впрочем, он не летал, он парил. И не первый раз.

- Ты, никак, его летать учишь? - догадалась старуха. - Не смей! Это плохо кончится.

- С чегой-то вы взяли? - цинично сощурился Кощей. - Альтиметр и компас я ему поставил, взлетать и держать курс на малых высотах мой Цеппелинчик умеет, осталось отработать посадку.

- Цеппелинчик?.. - переспросила Яга.

- Как же без имени? - ухмыльнулся Бессмертный и, запрокинув голову, крикнул: - эй! Комм рунтер! Унд лянгсам!

Самолетодирижабль Цеппелин с рождения упорно отказывался понимать по-русски, зато немецкую команду выполнил охотно. Мессершмитт из 52-й истребительной эскадры, запчастями которого Леший улучшил свой сарай, гордился бы потомком.

- Смотри, наземный диспетчер, - погрозила Яга Кощею костлявым пальцем, - доиграешься.

Старшие братья Цеппелина, избушата-внедорожники, давно выросли и бодро возили по делам Кикимору и Полевого. Естественно, Кощея пожирала зависть.

- Доиграется Кошенька, - сказала Яга в тот же вечер Кикиморе. - Нет в Цеппелине никакого волшебства, собьют его ПВО в полете, говорила я об этом хрену лысому давным-давно.

Кикимора сочувственно кивала гостье и подливала в чай бренди.

Баба-Яга была плохой пророчицей, но в этом случае не ошиблась. Сорвавшись через пару дней со страховочного троса, величественный, как полная луна, Цеппелин поплыл над вечерним лесом. За ним, не разбирая тропок и периодически проваливаясь в болото, мчался Кощей.

- Цурюк! - кричал он. - Цурюк, флигенде креатур!

Яга, Леший и Кикимора - каждый из своего дома - наблюдали за покорителем воздуха.

Изба-матушка тревожно скрипела, переживая за судьбу летающего сына. Яга скорбно поджала губы. Она тоже жалела избушонка, предчувствуя, как в эти минуты в дислоцированной неподалеку части ПВО звучит тревога.

Когда Цеппелин скрылся из вида за южными сопками, послышались далекие звуки разрывов. Яга промокнула глаза платком и погладила избу по гусенице:

- Ничего. Он прожил короткую, но счастливую жизнь. Он научился летать.

Бабка неподдельно всхлипнула.

Изба печально заскрипела.

...Утром мимо прошел грязный Кощей, весь в засохшей тине, но сияющий. На тросе он тащил живого и невредимого беглеца, который держался над верхушками деревьев. Подумав, Кощей вернулся к избе, пнул по гусенице тяжелым мотоциклетным ботинком.

- Эй, в танке! - крикнул он. - Все нормально, будем осваивать полеты на малых высотах.

Высунувшись в окно, Яга увидела избушонка на тросе и выдохнула с искренним облегчением.

- Не попали? - спросила она.

Изба зашевелилась, захлопала ставнями, распахнула дверь.

- Попали, - Кощей ухмыльнулся. - Ты была права, когда говорила, что волшебства в этом выкидыше Люфтваффе нет, - Бессмертный победоносно посмотрел на Ягу. - Но зато он генерирует силовое поле!

Полет в стратосферу

Когда к Яге прибежали оба Кощеевых хеллхаунда, бабка почуяла неладное. Голодные собаки вытащили из погреба и сожрали тушку кабана-суицидника, который накануне бросился под гусеницы избы, после чего устроились спать у калитки.

- Ку-у-да, голубчики! - выскочив из избы, Яга поймала псов за дорогие ошейники из натуральной кожи и поволокла их к дороге. - Марш домой.

Адские гончие решительно сопротивлялись, упирались и мотали головами, но цапнуть старуху не смели, поскольку при недавней попытке стащить ветчину успели оценить, как больно бьет ее кочерга.

- Быстро к хозяину! - рявкнула бабка, запыхавшись от борьбы с верткими и сильными псами.

Собаки печально завыли. Удивленная Яга отпустила ошейники.

Усевшись перед калиткой, хеллхаунды подняли морды к вечернему небу и снова взяли верхнее "фа". Уверившись, что с Кощеем случилось нечто из ряда вон выходящее, Яга нашарила в объемном кармане передника айфон и позвонила Бессмертному.

Никто не ответил.

"Кранты, - подумала Яга, - то Леший пропал, теперь Кощей". Впрочем, когда пропал Леший, она беспокоилась сильнее.

Кощей исчез бесследно. Обыск леса, болота, соседнего поселка городского типа и небольшого озерка, произведенный силами Яги, Кикиморы, Лешего, Полевого с помощниками и Водяного с мавками, результатов не принес.

- Мы его потеряли, - подытожил Леший, когда большая часть сказочных поисково-спасательных отрядов собралась на участке Яги.

Бабкина изба на гусеничном ходу тоскливо скрипела, хеллхаунды заскулили. Яга, настроенная оптимистично, заявила:

- Что ему, Бессмертному, сделается.

- Так-то да, - задумчиво проговорил Полевой. - Помнишь, в позапрошлом веке его в погребе завалило? Сколько лет он подкоп рыл?

- Лет пять, - хмыкнула Баба-Яга. - Плюс еще подкоп на берег реки вывел и ночью прямо в воду ахнулся. Граф Монте-Кристо недобитый.

Леший засмеялся, словно филин заухал.

- Меня другое волнует, - Яга кивнула на адских гончих. - Этих чем кормить? Всё мясное в доме сожрали.

- Щас, - засуетился Полевой. - Щас я из Кощеева дома собачьи консервы привезу, у меня ключи есть. Эй, Джип, ко мне!

Большой и солидный избушонок-внедорожник, на котором ездил Полевой, подкатил к хозяину. Второй избушонок, поменьше, принадлежащий Кикиморе, медитативно раскачивался на гусеницах.

Полевой вернулся с консервами, но непривычно задумчивый.

- Цеппелина нет, - сообщил он.

- Гм, - отреагировал Леший.

Самолетодирижабль Цеппелин, младший сын избушки, обладал некоторыми летными качествами и уже успел полетать самостоятельно, засветившись на радарах местных ПВО. Похоже, он отправился в новый полет с Кощеем на борту. Тут Яга задергалась, потому что знала и Бессмертного с его придурями, и странности летательного аппарата.

- Надеюсь, Кощей обзавелся парашютом, - вставила Кикимора, - или установил кресло-катапульту.

Машинально все посмотрели на небо. Вечерело. В вышине мирно летел, оставляя пушистую полосу, обычный реактивный самолет. Избушка тоже уставилась окнами в синюю даль и призывно закудахтала.

Первой опомнилась Кикимора.

- В конце концов объявится наш Монгольфьер, - зевнув, сказала она. - Налетается - вернется.

Согласившись, сказочный народ начал разъезжаться.

Из окна избы Яга поглядывала на хеллхаундов. Отужинав консервами, собаки повыли на луну, переорав всех волков в окрестностях, и завалились спать.

Бабка включила старый черно-белый "Славутич". Капризный телевизор, показывавший прошлое, выдал новости от 1961 года, продемонстрировав окончание строительства Берлинской стены. Затем врубил древний сериал про Лесси, как обычно, без перевода.

Под него Яга и заснула.

Разбудил ее радостный лай адских гончих. Собаки прыгали вокруг вернувшегося Кощея. Одной рукой тот держался за поясницу, другой закрывал калитку. Псы мешали.

- ЛЕЖАТЬ! - рявкнула Яга из окна так, что собаки немедленно упали на грядки, а у Кощея подкосились ноги.

Бабке пришлось выйти, чтобы помочь ему подняться. Скрипя костями, Бессмертный кое-как распрямился и сквозь зубы поблагодарил.

Давно Кошенька не выглядел настолько плачевно.

Хромая и поминутно хватаясь то за бока, то за поясницу, он добрел до избы и уселся на землю, привалившись спиной к холодному металлическому катку. Кощея здорово перекосило: левое плечо торчало гораздо выше правого, с ребрами тоже что-то было не так. Бессмертный привычно вправил челюсть и заговорил:

- Это кошмар. Я пережил самые страшные десять минут в своей жизни.

Потрясенная трагизмом его тона, Яга участливо кивнула.

Бессмертный стукнул себя правым кулаком по левому плечу, кость с неприятным хрустом встала на место.

- Рассыпаешься, старичок, - подколола его бабка.

- Не то слово, - кивнул Кощей, заинтриговав Ягу.

- Колись уже, в чем дело, - не выдержала бабка, присев рядом на перевернутое ведро.

А дело было в неистребимом желании Бессмертного освоить воздушное пространство над окрестными территориями. Поскольку Цеппелин умел генерировать силовое поле, ракеты ПВО его не брали, и Кощей, поставив в кабину летающего избушонка кое-какие авиационные приборы, решился на полет.

Поначалу Цеппелин гордо реял над лесом, затем осмелел и начал набирать высоту. После атаки ПВО и попадания двух ракет избушонка ощутимо тряхнуло, но силовое поле смягчило удар, Кощея даже не выбросило из кресла. До ремней безопасности Кошенька, в силу бессмертия, не додумался.

Альтиметр показывал шесть с половиной тысяч метров, когда Цеппелин попал в турбулентность. Избушонка трясло, вертело и швыряло, Кощей вцепился в кресло, проклиная все на свете, цифры на альтиметре скакали, как бешеные. Когда тряска стихла, а Кощей глянул на прибор, он протер глаза: 14 982 метра. Внизу простиралась сплошная пелена облаков, наверху яростно светило солнце.

Холод стоял зверский.

Цеппелин продолжал величественно подниматься.

- Хальт, цурюк! - скомандовал ему Кощей, памятуя, что летательный аппарат понимает исключительно язык суррогатного папы-"мессершмитта". - Флиге нах унтен, тупая конструкция!

Тупая конструкция саркастически заскрипела, но подъем не прекратила.

16 500. В этих широтах тропосфера заканчивалась на высоте 12 км. Думать о более высоком Кощей боялся.

Цеппелин поднимался. Силовое поле спасало избушонка от обледенения.

Вдалеке проревели двигатели истребителей: скорее всего, "Су" или "МиГи" совершали высотный перелет. Интересно, почему пилоты не заметили неопознанный летающий объект на радаре? Цеппелинчик, кроме силового поля, научился генерировать еще что-то?

18 000. Кощей не на шутку перепугался. Он требовал от избушонка спускаться, ругал его по-немецки, по-русски и на старославянском, однако Цеппелин явно вознамерился побить рекорд высоты для пилотируемых аппаратов.

19 500. Кощей открыл дверь кабины, посмотрел вниз, увидел в разрыве между облаками далекую землю, оценил высоту и приуныл.

Подъем замедлился. Бессмертный захлопнул дверь, сел в кресло.

- Рунтер, шнелль! - рявкнул он.

Слова действия не возымели. Медленно, но верно Цеппелин поднимался в стратосферу, попутно протаранив какой-то объект. Поразмыслив, Кощей решил, что это был метеозонд.

24 000. Кощей искренне жалел о своей затее полетать на безмозглом избушонке, на которого не влияли ни холод, ни разреженный воздух. Все-таки немного волшебства в Цеппелине было.

25 500. Термометр показывал повышение температуры. Самолетодирижабль, встряхнувшись, стал подниматься быстрее. Кощей понял, что надо принимать меры, иначе появляются большие шансы выйти на орбиту и стать искусственным спутником. Надолго.

27 000. Предприняв последнюю попытку по-хорошему уговорить Цеппелин спуститься, Бессмертный не преуспел. Разгром кабины тоже ничего не дал.

29 000. Заметно потеплело.

29 600. В голове Кощея почему-то назойливо крутилось: "Наверх, о товарищи, все по местам, последний парад наступает. Врагу не сдается наш гордый "Варяг", пощады никто не желает!" Надо было решаться.

30 125. Он решился.

30 400. Распахнув дверь, Кощей выпрыгнул.

- С этого момента и пошли самые страшные десять минут, - закончил он.

Яга захлопнула приоткрытый рот.

Бессмертный, естественно, не разбился, однако кости вправлял всю дорогу. Все 94 километра по колеям, потому как упал Кошенька в соседней области средь полей широких.

- А Цеппелин? - посочувствовав, спросила бабка, поскольку изба прислушивалась к рассказу.

Судьба сына, судя по ее приглушенному печальному кудахтанью, не была ей безразлична.

- Тут три варианта, - Кощей гадко улыбнулся. - Упал и разбился.

Избушка закудахтала громче.

- Вышел на околоземную орбиту.

Избушка удивленно распахнула ставни.

- Полетел в глубокий космос.

- Куд-куда-а?! - от потрясения изба выдала первое в жизни слово.

- В космос, - повторил Кощей, с кряхтением вставая. - Яга, домой подбросишь?

Пока изба в сопровождении адских гончих катила к Кощееву особняку, Яге в голову пришла занятная мысль, и бабка, включив планшет, полезла в гугл. Пошарив по поисковику, разочарованно вздохнула.

- Ты чего? - покосился на нее Бессмертный.

- Думала, ты рекорд установил, ан нет, - откашлявшись, бабка прочла: - рекорд высоты на аэростате - 41 424 метра. Надо было тебе подождать чуток и прыгать с сорока двух кэмэ.

- Сама прыгай, - отозвался Кощей, хрустя суставами. - С меня хватит полета в стратосферу, - подумав, он добавил: - для сказочного существа, каковым я являюсь, это всё равно рекорд.

Гаргулья Клава

Пролетая над лесами средней полосы России, гаргулья Клава решила сделать большой крюк, навестить знакомых и пожаловаться на жизнь. Жизнь у Клавы была сложная - не всякий выдержит ежедневное окаменение до бесчувственного состояния и вечернее пробуждение с горьким осознанием того, что голуби опять насрали на голову.

Клава покружилась над знакомым домом у болота, определила направление ветра и мастерски села у плетня. Выбежавшая из дома Кикимора радостно взмахнула руками.

Подруги обнялись.

- Куда летим? - спросила Кикимора.

- Транзитом в Париж, - расположившись на веранде, Клава распахнула огромные перепончатые крылья. - Давно с родней не виделась, нес па?

- Ви, мадам, - хихикнула Кикимора и, зная о чем будет разговор, подстегнула его, спросив: - как жизнь-то?

Клава начала повествование. Кикиморе осталось только вставлять: "да-да", "ох", "грустно" и "да что ты говоришь!" Иная реакция гаргулье не требовалась.

- Кого я вижу! - прервав монолог, во двор ввалился Леший в сопровождении неизменного партнера по покеру - зайца-шулера.

Леший принес колоду карт, собираясь предложить Кикиморе сыграть дивным осенним вечерком партию-другую. Клава составила компанию, не переставая вздыхать и охать.

- Клавка, ты с годами не умнеешь, - Леший сдал карты. - Переселяйся на зиму в Мурманск.

- А что Мурманск? - оторвалась от карт гаргулья.

- Кла-а-ав, - разочарованно протянул лесной хозяин, - я, конечно, понимаю, что твой вечный маршрут - Рязань-Париж и обратно, но географию и климат надо бы знать. В Мурманске зимой полярная ночь, солнца нет, хоть зиму проживешь нормально.

Гаргулья открыла клюв и выронила карты, собравшие, между прочим, масть. Заяц-картежник недовольно скривился. Кикимора уставилась на гаргулью.

- В самом деле, - сказала она, - почему ты зимой в Мурманск не переселишься или, например, в Норильск?

- Бля... - жизнь в Рязани подействовала на лексикон Клавы не лучшим образом. - Ой, я дура-а-а... Ой, спасибо, что надоумили. Из Парижа сразу в Мурманск махну.

- Махни, - Леший подобрал карты. - Пересдаем?

Проведя следующий день в сарае в окаменелом состоянии, вечером Клава расправила крылья и стартовала по направлению к Парижу.

Кикимора проводила ее взглядом и задумалась. Потом позвонила Лешему.

- Отвечай честно, - проговорила она, - ты Клавдии про полярный день рассказал?!

Леший ругнулся.

- Не, не успел. Клавка мне этого не простит, - резюмировал он.

Но весной ведьмина служба доставки принесла открытку с видом на Кольский залив и текстом: "Милыи мои спасиба за наводку. Сдесь 23 гаргули, живут дружна. Я выхажу замуж за гаргула Славика патом летим в Анапу к ево мами. Целую. Клава".

Укушенная коза

Когда из села Заполье пришел домовой, Баба-Яга с Лешим смотрели старый телевизор. "Славутич" исправно показывал трансляцию парада с Красной площади от 7 ноября 1969 года. Звук работал плохо, что компенсировал Леший рассказом о японском друге Тэнгу - он, мол, недавно звонил и предупреждал о сбоях в работе пространственно-временного туннеля.

На деликатное покашливание домового Яга отвлеклась.

- Тебе чего, Матвеич? - спросила старуха, озадаченная явлением белобородого домовика.

Не часто он выбирался в лес.

- У Сяменовны коза спятила, - в речи Матвеича проскакивали фрагменты южнорусского говора, поскольку домовой был родом с Брянщины.

Яга знала обитателей Заполья, вспомнила и Семеновну.

- В каком смысле "спятила"? - удивился Леший, переглянувшись с Ягой. Кому-кому, а козе сходить с ума не полагалось, тем более, что Белка, принадлежащая Семеновне, умом не отличалась.

- Пошли - сами посмотрите, - лаконично предложил Матвеич.

Избушка Яги на гусеничном ходу недовольно заскрипела, напомнив хозяйке, что плановое ТО ходовой части они с Лешим не провели, поэтому пришлось задействовать мамонтенка Ваську, которого Леший полгода назад вытащил из плейстоцена. Лохматый Васька охотно и быстро повез в Заполье Ягу, Лешего и домового.

Коза обнаружилась на дальнем выгоне. Она сидела на прочной цепи и нехорошо выла, очень не по-козьи выла, знаете ли. Подходить ближе Васька решительно отказался, Яга с Лешим тоже не рискнули. Пришлось съездить к Лешему, взять древнюю подзорную трубу и, вооружившись восьмикратной оптикой, в деталях разглядеть спятившую зверюгу.

А смотреть на козу было страшно. Огромные желтые глаза с вертикальными зрачками, длинные острые клыки, с которых капала слюна, громадные конские копыта изменили мирное животное до неузнаваемости.

- М-да, - сказала Яга, опустив трубу, - давно это с ней?

- Учерась еще нормальная была, - Матвеич сворачивал цигарку.

Стоящий с открытым ртом Леший никак не мог отойти от увиденной трансмутации. Яга задумалась.

- Нет, - наконец изрекла она, - тут нужен специалист покруче. Приведите Вия! Тьфу ты, вчера это кино показывали... - старуха поправила платок. - Позовите Кощея.

Кощея пришлось подождать - Бессмертный не торопился с прибытием, набивая себе цену. За время ожидания, пока Леший с Васькой ездили за специалистом, Яга с Матвеичем налюбовались на одержимую козу всласть. Озверевшее животное скалило клыки, кидалось на зрителей и вопило.

- Такого я не видел века этак с пятнадцатого, - заметил прибывший Кощей. - Помнится, тогда в Валахии мы с Владом...

Ощутимо толкнув локтем старого приятеля, Яга прервала поток воспоминаний.

- Что с козой, знаток? - спросила она.

Бессмертный зловеще ухмыльнулся.

- Что будет, если вампир укусит человека? - задал он странноватый вопрос.

Сворачивая очередную цигарку, Матвеич ответил:

- Ну, человек станет вампиром.

- Во-о-от! - поднял палец Кощей. - А если вампир укусит козу?

Леший закашлялся.

- Вампир знает толк в извращениях, - заметила всё понявшая Яга. - Только скажи мне, Кошенька, откуда у нас взяться заграничному кровососу?

- Туннель, - с очередным приступом кашля выдохнул Леший. - Туннель Тэнгу!

Кощей задумчиво расхаживал по выгону, не обращая внимания на беснующуюся козу. Поковырял ногой в мотоциклетном ботинке землю, глянул на солнце и принялся руководить.

- Значит, так, - Бессмертный взялся за отвороты куртки и сделался похож на памятник Ленину. - Мне понадобятся: лопата, красная аэрозольная краска и восковые свечи.

Домовой опасливо спросил:

- Коза не пострадает?

- Как получится, - важно отозвался Кощей.

Орудия труда Леший доставил через часик, и Бессмертный вручил ему лопату:

- Копай тут.

- Похоже, тут уже копали, - заметил Леший, но лопату взял.

- Вот именно, - сказал Кощей, отбирая у Матвеича зажигалку. - Работай, и я поработаю.

Пока недоумевающий лесной хозяин ковырялся в земле под присмотром Бабы-Яги, Кощей вдохновенно рисовал краской пентаграмму, в центре которой находилась коза. При этом Бессмертный мурлыкал себе под нос:

- Роковой год, можете мне не верить - тысяча девятьсот девяносто девять. Дьявол повернёт золотыми рогами три девятки кверху ногами.

Матвеич подавился табачным дымом. Яга уже собралась поинтересоваться, с каких пор Кощей слушает "Сектор газа", когда Леший вдруг завопил и отпрыгнул от раскопок:

- Оно живое!!!

- Ну как сказать, - невозмутимо отозвался Бессмертный, расставляя по углам пентаграммы свечи, - сейчас подойду, не дергайся.

Он чиркнул зажигалкой, поджег фитили и, подождав пока свечи разгорятся, произнес:

- Тринадцать шестьсот шестьдесят шесть тринадцать. Первая линия.

Пентаграмма вспыхнула алым светом, коза в середине возмущенно заорала.

Низкий рокочущий голос пронесся над выгоном:

- Оператор первой линии.

- Цепеша пригласи, - Кощей обернулся к зрителям.

Эффект был! Даже привычная Яга вытаращила глаза.

Пентаграмма дважды мигнула.

- Цепеш слушает, - отозвался другой голос.

Что интересно, понимали его все, хотя Влад должен был говорить на валашском.

- Привет, господарь, - хмыкнул Кощей, - твои потомки опять хулиганят.

- О, дружище, - вздохнул Цепеш, - это, наверное, какая-нибудь побочная линия, уроды и вырожденцы, убогие и слабоумные. Кого покусали?

Бессмертный глумливо хихикнул:

- Ты не поверишь... козу.

- ЧТО?! - грянул господарь Влад. - ЧТО-О-О?! ГОРЕ МНЕ, НЕСЧАСТНОМУ! ПОЗОР МОИМ СЕРЕБРЯНЫМ СЕДИНАМ! ТАКОЕ БЕСЧЕСТИЕ! ТАКОЕ ПОНОШЕНИЕ!

Леший выронил лопату и заткнул уши. Матвеич машинально затянулся так, что выкурил добрую половину самокрутки. Баба-Яга потеряла дар речи.

- Хватит уже, - прервал излияния приятеля Кощей. - Тебе как, сразу его закинуть?

- Давай, - мигом успокоился Дракула.

- А козу? - спросил Бессмертный.

Господарь Влад протяжно вздохнул.

- Тоже давай.

Бессмертный сходил к яме и вытащил из нее обсыпанное землей мерзкое существо - синенькое, страшненькое, с раздутым животом и длинными руками, которые заканчивались изогнутыми когтями.

- Пакость, - от отвращения к Яге вернулась возможность говорить.

- Упыренок, - сформулировал Кощей и метнул пакость в пентаграмму.

Та полыхнула радужными переливами и погасла. Коза с упыренком исчезли.

- Ох, духи земли и воды! - ошалело проговорил Леший. - Вампиренок-упыренок! У нас, - он опомнился. - Ну я Тэнгу устрою, сейчас я ему покажу его туннель!! - выхватив мобильник, лесной хозяин набрал номер и начал орать по-японски.

Матвеич бережно сунул остатки самокрутки в карман суконных штанов и тихо спросил:

- А коза? Что с козой будет? Сяменовна огорчится.

Кощей пожал плечами.

...Поздно вечером в избушке Бабы-Яги сама Яга пила чай в компании Лешего.

- Вампир-извращенец, - проговорил лесной хозяин и захохотал.

- М-да, - сказала Яга, у которой держалось чувство, будто она как минимум еще раз посмотрела фильм "Омен". - Тэнгу не перезванивал? Туннель починили?

- Перезванивал, починили, тебе привет, - Леший отхлебнул из огромной керамической кружки.

- Аригато, - оказывается, Баба-Яга успела выучить второе японское слово. - Ты мне завтра к полудню Ваську подгони, - распорядилась старуха, - сгоняю в Заполье, к Матвеичу - надо же узнать, что с козой.

Козу из преисподней вернули через сутки в первоначальном состоянии.

Правда, доиться она перестала.

Полудикая Орхидея

Вечером накануне Ивана Купала после пирушки на болоте водяной Пертозерский преподнес Кикиморе подарок - цветок в самодельном горшке. Кикимора, ожидавшая от старого приятеля большего, удивилась.

- Оно хорошее, - сказал водяной, поглаживая растение по листочкам, - почаще с ним разговаривай, читай вслух стихи, сказки с хорошим концом, а не Лавкрафта, как ты любишь, и поливай колодезной или родниковой водой. Через месяц порадуешься.

Кикимора посмотрела на мавок - те все, как одна, хранили на лицах неопределенное выражение.

Подарок пришлось взять.

Дома старуха поставила его на подоконник, полила водой из колодца и внимательно разглядела растение. Обычная бегония. "Жлоб, - подумала про водяного Кикимора, - всегда букет лилий преподносил".

На следующий день заявился Леший, застав приятельницу в расстройстве.

- Что стряслось? - участливо поинтересовался лесной хозяин.

- Час назад открытку доставили от Ундины, прихворнула, помощи просит, - поделилась Кикимора.

- В чем проблема? - не понял Леший.

Кикимора моталась в Германию к знакомым и родственникам довольно часто, ее никогда ничего не останавливало.

- Да подарочек вот! - кивнула старуха на цветок. - Его поливать надо и разговаривать с ним.

- Подумаешь! - с чувством произнес Леший. - Дело выеденного яйца не стоит. Давай сюда твое растение, пусть у меня побудет.

От радости Кикимора поцеловала Лешего в бородавку на носу и отдала ему цветок.

Недельки через три, вернувшись от родственников, Кикимора прихватила пару бутылок баварского пива и отправилась забирать бегонию. Лешего дома не оказалось. Старуха оставила пиво в холодильнике вместе с пояснительной благодарственной запиской и потянулась к подоконнику, где в знакомом горшке росла бегония, пустившая пышные побеги. Почуяв руки, растение встрепенулось, хлестнуло по пальцам листьями и хриплым - не то простуженным, не то пропитым голосом - сказало:

- Прими лапы! Не твоё - не трогай.

Кикимора отшатнулась.

- Как это "не моё"? - оторопело спросила она. - Ты и есть мое растение.

- Какое я тебе растение, тётя?! - взвился подарок водяного, пытаясь достать старуху гибкими отростками. - Я Дикая Орхидея!!!

- Одичала, что ли? - развеселилась Кикимора.

- Слышь, бабка, не гони, - охреневшее растение зашелестело, как лес в бурю, - ты чё, оборзела, в натуре?

- Та-ак, - проговорила Кикимора и вышла во двор.

Перво-наперво она сходила к роднику и, набрав канистру ледяной воды, вернулась и вылила на бегонию, игнорируя проклятия и возмущенные крики.

- Ну что, нравится, полудикая орхидея? - поинтересовалась Кикимора.

- Это не по понятиям... - булькнуло растение.

Вроде бы интеллигентная Кикимора, в случае чего, могла пойти на крайности.

- Еще одну фразу на фене услышу - льдом обложу! - рявкнула она.

Дикая Орхидея задрожала и притихла.

- Привет, с возвращением, - на пороге материализовался Леший. - А мы...

Кикимора повернулась к нему, и лесной хозяин осекся.

- Поговорим, - сурово сказала старуха и, вытащив приятеля из дома, отвесила ему смачный подзатыльник. - Чем поливал, убивец? О чем с цветком базарил... тьфу, разговаривал?! Что за полудикая орхидея тут вылупилась?

Поначалу Леший отмалчивался, но после третьей оплеухи и угрозы затопить при помощи водяного дом, разговорился. Как оказалось, все началось с пролитого на бегонию стакана самогона и оставленного на ночь включенного телевизора, а завершилось визитами зайца-шулера, который учил растение разным нехорошим штукам.

- Ничего нельзя тебе доверить, - вздохнула старуха.

Леший поник.

- Сделать-то что-нибудь можно? - виновато спросил он.

Свистнув, Кикимора подозвала свой избушонок-внедорожник.

- Попытаюсь перевоспитать, - мрачно ответила она, представляя, сколько адовых мук предстоит вынести.

Три недели пребывания цветка у Лешего стоили Кикиморе полугода воспитательных мер.

А бегонию потом все так и называли - Полудикая Орхидея.

Каприз водяного

Водяной капризничал, что выражалось в сильном волнении на озере.

- Ма-а-аску хочу, - качаясь на волнах, ныл он.

Облаченная в дождевик Кикимора терпеливо внимала первые полчаса, потом терпение закончилось.

- Пертозерский! - окликнула она Водяного по фамилии. - Зачем тебе маска?

Водяной переселился в эти места из Карелии, поэтому носил фамилию по названию озера, в котором жил раньше. Карельские водяные все именовались по местам обитания - Кончезерский, Сегозерский, Шелтозерский, Онежский Первый и далее по порядку, поскольку в Онеге обитало десятка три водяных. Кстати, один представитель подводного народа страшно гордился своей царской фамилией Шуйский.

- Хочу маску! - ныл карельский переселенец - и нет, он не собирался на карнавал, ему хотелось заиметь маску для подводного плавания.

- Зачем она тебе?! - рыкнула Кикимора, подумав: "Ты бы еще партию рыбьих зонтиков заказал".

- Нравится! - ответил водяной.

- Верно, на дайверов насмотрелся?! - всплеснула руками старуха. - Ой, беда-печаль.

- Мы карьяла и нам всё похъёла, - с достоинством ответил Пертозерский, погружаясь в бушующие волны.

- Старый капризный идиот, - буркнула Кикимора и отправилась к Бабе-Яге советоваться.

Выслушав, Яга захохотала.

- А акваланг ему не нужен? - поинтересовалась она.

- Нет, только маска, - отозвалась Кикимора. - Опять воду мутит, опять рыба в дальние озера уплывет, опять понаедут всякие ученые и неученые изучать аномалию. Надоел до смерти своими капризами.

- Да, в прошлый раз он всего лишь хотел портрет Кусто, - проговорила Баба-Яга, вспоминая беготню по окрестным поселкам в поисках мастерской с услугами ламинирования бумаги. Озеро тогда бушевало зверски - похоже, что Пертозерский научился делать локальное цунами.

Переглянувшись, старухи включили планшет Яги и полезли в интернет. После долговременного насилия над гуглом выяснилось, что магазины области такими вещами не торгуют. Ехать в крупный город нечисть не решалась.

- Беда, - резюмировала Кикимора.

- Можно заказать через интернет, - Яга сноровисто листала сайты, - но придет через две недели. За это время водяной устроит идеальный шторм.

Кикимора вздохнула.

- Это дайверы, - сказала она, - пока их нет - Пертозерский не бесится.

- Золото ищут? - хмыкнула Яга.

Легенды о затопленной карете, набитой серебром, ходили по области аж с семнадцатого века. Нечисть лучше всех знала, что никакого серебра в озере нет, но дайверы постоянно появлялись на берегах, смущая водяного. Зато мавки оценивали спортивные фигуры пришельцев и втайне вздыхали по накачанным мальчикам.

- Достали конкретно, - сбилась на просторечие Кикимора.

- Так, - Яга задумалась. - А где лагерь этих дайверов?

- Где обычно, за осыпью, - сказала Кикимора.

- Навещу, - решила Баба-Яга, потянувшись за метлой.

Слушавшая разговор бабкина изба на гусеничном ходу недовольно заскрипела.

- Нет-нет, - поняла ее скрип хозяйка, - на тебе в другой раз поеду, ты там не пройдешь.

И скоро Яга неслась над верхушками высоченных сосен.

В палаточном лагере царило уныние: волны, украшенные барашками, вставали стеной, прежде чем злобно разбиться о камни. Что характерно, ветра не было.

У костра сидели угрюмые парни.

- Ну? - спросила бабка, безошибочно отыскав взглядом главного. - Доигрались? Не слышали, что в озере нечисть водится?

Явление суровой старухи немного удивило дайверов, но спросить, откуда она взялась, те не успели. Яга умело работала на опережение.

- Испортит водяной ваше ныряние, ваши отпуска и вообще всё испортит, - продолжала бабка голосом древней пророчицы, - надо ему жертву принести.

- Че-го? - опешил главный.

- Вот именно "чего", а не "кого", - Яга картинно оперлась о метлу. - Сегодня же оставьте на берегу маску для подводного плавания, - основное было сказано, но бабку понесло, - поклонитесь водному хозяину, попросите позволения в его озере плавать.

Бабка ловко отступила за камень, вскочила на метлу и унеслась.

Облетев озеро, она подкралась с другой стороны, застав дайверов спорящими. Все удивлялись появлению горбоносой бабки и ее словам, но сильная волна на озере в безветрие напоминала о нечисти, о древних страхах, о суевериях, и дайверы решились.

Маску оставили на камнях, где накануне выслушивала нытье водяного Кикимора.

Яга не сдержала хохота, глядя, как парни неумело кланяются в сторону воды и что-то вещают. За ударом волн о берега ничего не было слышно, но бабка догадывалась, о чем они просят.

Ночью озеро успокоилось.

Утром Кикимора, отправившись навестить Пертозерского, видела счастливых дайверов, которые готовились к погружению.

Не менее счастливый водяной наблюдал за ними, сидя на плоском камне в позе эриксеновой Русалочки. На большой голове с волосами-водорослями красовалась маска для подводного плавания.

Развлечение жабы Фроси

Встревоженная подозрительно долгим затишьем на озере, Кикимора в сопровождении Лешего отправилась навестить водяного. Звали они озерного хозяина дуэтом минут десять.

- Пертозерски-и-и-и-и-ий! Пертозерскии-и-и-и-и-и-й!! - разносилось над притихшими водами. В такт покачивались камыши заболоченного озерного заливчика. - Эй, иммигрант карельский!

Наконец из камышей выплыл водяной.

- Чего? - мирно спросил он.

Подохрипшая Кикимора откашлялась:

- Две недели уже не показываешься, беспокоимся мы.

Пертозерский растрогался и подплыл ближе. Протянул перепончатую лапу, на которой сидела молодая симпатичная жаба.

- Фрося, скажи "тё-тя".

- Ква-ква, - послушно отозвалась жаба.

Леший с Кикиморой переглянулись.

- Фрося? - спросил Леший.

- Ты что делаешь? - спросила Кикимора.

- Жабу говорить учу, - похвастался водяной, - она умная, на имя откликается. Фрося!

Земноводное квакнуло.

Леший засмеялся.

- Подожди, - остановил его Пертозерский. - Фрося, поздоровайся. Как я тебя учил?

Жаба внимательно посмотрела на Кикимору и вдруг отчетливо произнесла:

- Драсьте.

Кикимора охнула, Леший озадаченно почесал мухоморы на затылке.

Водяной сиял.

- Через неделю приходите, - сказал он, - еще не то увидите.

Через неделю, день в день, заинтригованные Кикимора, Леший и Баба-Яга, которой подруга всё рассказала, прибыли к озеру. Пертозерский с Фросей встречали делегацию, сидя рядом на большом валуне каменистого берега.

- Драсьте, - произнесла жаба, завидев визитеров.

Лесная нечисть вразнобой поздоровалась, причем удивленная Яга запоздала с приветствием.

- Фрося, давай, - скомандовал водяной.

- У юкомойя дуб зеёный, зьятая цепь на дубе том. И днем, и ночью кот ученый всё ходит по цепи кьюгом, - с произношением трехлетнего ребенка, зато с выражением начала Фрося и постепенно добралась до конца классического стихотворения.

- Над дикцией еще предстоит поработать, - съехидничала Яга, - но в целом очень даже ничего.

- Пасибо, - ответила жаба.

На самодовольную рожу водяного было неприятно смотреть, однако все вынужденно признали, что работу он проделал большую, а жаба, действительно, оказалась умной тварью. После этого Кикимора каждый день ходила к озеру читать Фросе сказки вперемешку с женскими глянцевыми журналами. Иногда ее сопровождал Леший. Жаба внимательно слушала и задавала вопросы, постепенно становясь эрудированным земноводным.

Как-то осенним вечером Леший шел в гости к Кикиморе - попить чаю с вареньем и перекинуться в картишки. Проходя берегом озера, он услышал вкрадчивый женский голос:

- Мушшшина! Мушшшина, вы мне не поможете?

- Кто тут? - остановившись, буркнул Леший.

- Ой, вы не пугайтесь, - голос шел от камней. - Посветите зажигалочкой либо телефончиком.

Прекрасно видевший в темноте лесной хозяин подошел ближе, прищурился и разглядел на плоском камне знакомую жабу.

- Фроська! - ахнул он.

- Святые головастики, - пробурчала жаба, узнав своего. - Привет, Леший.

- Ты чем это занимаешься? - нахмурил замшелые брови лесной хозяин.

- Ну вот не начинай, - земноводное скроило печальную физиономию. - Грустно мне, тоскливо, душа хочет чего-то светлого.

- И большого, - подсказал Леший.

Фрося поняла, что, давя на жалость, его не проймешь, после чего объяснила, как она от скуки придумала развлечение, окликая рыбаков, купальщиков из соседних деревень и просто проходящих мимо. Некоторые не пугались, таким она рассказывала печальную историю о заколдованной...

- ...принцессе? - начал догадываться Леший.

...дочери олигарха! Принцесса - это несовременно, кто сейчас верит в принцесс? А дочь олигарха - это в точку. У папы особняк на Рублевке, дома во Флориде и под Барселоной, три дачи и акции Газпрома, дочка же пребывает в несчастном состоянии, заколдованная, изгнанная жить на болото - тут вжившаяся в роль Фрося неподдельно всхлипнула - и только поцелуй смелого человека может ее расколдовать.

- Неужто целуют? - полюбопытствовал Леший.

- А как же, - отозвалась нахальная жаба.

- Так ведь не срабатывает, - с недоумением произнес лесной хозяин.

- В том и дело! - воскликнула Фрося.

Тогда она начинала рыдать, говорить, что ее слишком сильно заколдовали, собеседники утешали, пытались расколдовать повторными поцелуями, в общем, развлечение было еще то.

- Одно плохо, - открылась Фрося внимательному слушателю, - многие боятся, многие не верят.

- Тебе нужен антураж, - сказал Леший. Последнему слову он научился от Кикиморы. - Завтра-послезавтра он у тебя будет.

Оставив Фросю в надеждах, Леший изменил маршрут и заторопился к Яге. Насмешив бабку рассказом о развлечениях говорящей жабы, он полез на чердак избушки, где хранился сундук с хламом, и принялся творить антураж.

Вечером следующего дня Леший вручил потрясенной Фросе подушку красного бархата с кистями по углам (кисти отлично маскировали проеденные молью дыры) и кулон. Кулон на жабе смотрелся восхитительно, сразу придавая вес словам земноводного и убеждая неверящих в том, что она и вправду дочь олигарха.

- Какая прелесть! - визжала Фрося. - Это рубин, да? Рубин?!

- Рубин. Индийский, - отозвался Леший, всю ночь клепавший кулон из бутылочного стекла, елочных игрушек и медного подсвечника. Покрытая золотистой нитроэмалью цепочка от старых карманных часов довершила дело.

Сверкая украшением, жаба разлеглась на бархатной подушке, приняла умеренно скромную позу, подумала и сообщила:

- Леший, знаешь что? Не зови меня больше Фросей, я придумала себе новое имя.

Лесной хозяин поднял брови.

- И как тебя называть?

Жаба томно полуприкрыла большие глаза:

- Ираида.

Зажа

Размахивая эмалированным бидоном, Леший пересекал обширный двор Кощея, над которым в свое время поработали умелые ландшафтные дизайнеры. Тут имелся японский сад камней, миниатюрный водопад и прячущиеся в зелени мраморные статуэтки в восточном стиле. Кикимора утверждала, что одна из статуэток - вылитая богиня Аматэрасу, но Кикимора могла и пошутить.

Портили общий вид лишь теплицы в глубине двора. Леший опасливо покосился на них, потому как в жарких полиэтиленовых недрах произрастали ананасы, а воспитанник лесного хозяина, мамонтенок Васька, был к этим дарам тропиков неравнодушен, в результате чего теплицы выходили из строя, Кощей прибегал ругаться, Леший вздыхал и шел восстанавливать хозяйство, прихватив в помощь пару медведей посообразительней.

В данный момент теплицы пребывали в целости.

У входа в Кощеев особняк дремали хеллхаунды. Почуяв Лешего, адские гончие синхронно открыли глаза, получили в виде угощения горячих углей из бидона и снова задремали.

- Бессмертный! - заорал Леший.

- Что тебе? - высунулся из окна второго этажа Кощей.

- Ваську не видел? - лесной хозяин знал, что мамонтенок может быть либо у Кощея, либо у Яги, либо на свалке.

- Не видел, - Кощей выглядел до странности озабоченным. - Наверное, опять на свалке болтается. Кстати, поднимись-ка сюда, покажу кое-что интересное.

Леший воспользовался приглашением, поднялся в апартаменты Бессмертного и замер: на палисандровом столе лежало большущее яйцо. Правильно истолковав его замешательство, Кощей снисходительно успокоил соседа:

- Не бойся, это не бабкина избушка снесла, это мои собаки сегодня со свалки притащили. Играли, понимаешь, как с мячиком.

"Не свалка, а остров сокровищ", - подумал Леший и спросил:

- Что с яйцом делать собираешься?

- Да уж не глазунью, - порой Кощей становился ехиден. - Я вот думаю - вдруг собаки яйцо динозавра притащили?

Леший обалдело посмотрел на собеседника:

- Чего-о-о-о?!

- Чисто теоретически, - Бессмертный постучал ногтем по прочной скорлупе. - Помнишь, когда бабкина избушка яйцо снесла, мы его хотели... приватизировать?

Еще бы Лешему не помнить ту историю, финалом которой стало появление на свет авиаизбушонка Цеппелина. Лесной хозяин внутренне содрогнулся.

- У меня в подвале с тех пор сохранилась установка с лампами, - сообщил Бессмертный.

До Лешего дошло.

- Ты... хочешь яйцо под лампы положить? - слабым голосом спросил он.

- Будет великий эксперимент! - возгласил Кощей.

"Чтоб оно у тебя там вкрутую сварилось", - мысленно пожелал Леший, представив вылупление тираннозавра. Парк Юрского периода, ага.

Мало Кощею хеллхаундов.

От дальнейших поисков мамонтенка Лешего сильно отвлекли возникавшие в голове мрачные футуристические прогнозы с участием огромной зубастой твари, поэтому лесной хозяин вначале забрел к озеру, где его окликнула бывшая жаба Фроська, ныне Ираида, затем, опомнившись, Леший заторопился на свалку. Путь лежал мимо локомотивного депо, где лесной хозяин, привычно преподнеся сторожу Парамонову бутыль самогона, набрал в бидон мазута для многотопливной плиты Бабы-Яги. Обширные черные лужи всегда оживляли пейзаж близ депо, их периодические пытались засыпать песком, однако мазут не сдавался, разливаясь снова и снова. Откуда он брался, Леший не знал.

Васьки на свалке не оказалось, он обнаружился у Яги. Мамонтенок методично объедал яблоню с недозревшими молодильными яблоками, и Леший понял, что Васька никогда не вырастет во взрослого мамонта. Впрочем, сейчас его волновало другое.

Изложив Яге планы Кощея и свои соображения, Леший сел за стол. Баба-Яга задумалась.

- Динозавр в яйце давно сдох, наверное, - без особой надежды произнесла старуха. - Да и с чего вы взяли, что на свалке завалялось яйцо динозавра? Может, гаргулья снесла.

- У гаргулий яйца не такие, - покачал головой Леший.

- Плюнь ты, - посоветовала Яга, - еще неизвестно, чем закончится эксперимент.

Увы, эксперимент удался.

Довольно скоро у домика Лешего взревела Кощеева "Хонда Валькирия", и радостный Бессмертный, напугав игравших на крыльце в покер двух ежей, барсука и зайца-шулера, влетел в комнату.

- Динозавр вылупился!!! - завопил он.

- Ох, духи леса, воды и воздуха... - пробормотал Леший. - Не было печали.

Не слушая его причитаний, Кощей выволок лесного хозяина из дома, усадил на заднее сиденье мотоцикла и лихо, с пробуксовской, газанул к себе - хвастаться.

В подвале, где Кощей хранил инструменты, на стальной пластине под сильными жаркими лампами лежало чешуйчатое существо приятного бронзового оттенка, Леший разглядывал его со всех сторон, с радостью убеждаясь, что на плотоядного динозавра оно не похоже. Кого-то существо напоминало, но Леший не мог вспомнить, кого именно. Кощей тоже хмыкал.

- Определенно, это не динозавр, - заявил он так уверенно, словно всю жизнь занимался выращиванием древних рептилий, - хотя ящероподобность просматривается.

- Варан? - неуверенно предположил лесной хозяин.

Своенравный телевизор Бабы-Яги недавно демонстрировал цикл передач "В мире животных". Леший присутствовал.

В этот момент существо чихнуло.

Леший протер глаза - ему показалось, что из ноздрей ящерицы вылетели струйки дыма. Рядом изумленно открыл рот Кощей.

- Ты видел? - спросил он, совладав с отваливающейся челюстью.

- Дым? Видел, - ответил Леший, подумав: "Значит, не показалось".

- Не дракон ли... - Кощей бесцеремонно потыкал существо разводным ключом. Существо развернулось и вцепилось в сталь, причем Бессмертному понадобились время и усилия, чтобы его стряхнуть.

- Дракон, - с тоской резюмировал Леший. - Подрастет - начнет огнем дышать.

- Воспитаем! - Кощей треснул дракончика ключом по бронированной голове. Зашипев, тот встал на крошечные лапки, отступил и оскалился. Снова получил ключом. - Нельзя шипеть на папу.

- Я пойду, - Леший попятился, не решаясь вмешиваться в воспитательный процесс. - Звони, если что понадобится.

Понадобилось через месяц, когда лесной хозяин, занятый врачеванием перепивших в деревне бражки барсуков, подзабыл про нового питомца Кощея.

- Где ты берешь горючку для плиты Бабы-Яги? - осведомился по телефону Бессмертный. - Солярку с тепловозов сливаешь?

Кощей знал про этот промысел, однако знания его устарели.

- Уже нет, - отозвался Леший. - Солярку сливает начальник депо, потому что купил внедорожник на дизеле.

- Чертов расхититель, - сердито буркнул Кощей.

- Зачем тебе солярка? - поинтересовался Леший.

- Мне все равно - бензин, солярка, нефть! - Бессмертный повысил было голос, но опомнился и пояснил: - дракон, дрянь такая, залез в гараж и весь бензин из бака выжрал, сейчас сидит икает. Короче, он питается исключительно горюче-смазочными материалами. Чую, скоро начнет дышать огнем.

- Э... - Леший не на шутку испугался. - Он большой у тебя?

- Какое там! Примерно с крысу, и крылышки проклевываются.

Леший успокоился. Похоже, гигантом дракончик не будет, останется декоративного размера, что лесного хозяина устраивало.

- Есть идея, - сказал Леший и объяснил Кощею, как можно раздобыть еду для домашнего любимца.

После непродолжительных переговоров Бессмертного с начальником депо вечером за цехом профилактики сторож Парамонов встречал необычных посетителей. Хотя нет, необычными они стали бы для любого другого, Парамонов же привык ко всему: когда живешь у древнего леса, знаком с Лешим и успел хватить из горла, то ничему не удивляешься.

- Здорово, Парамонов, - кивнул Леший.

Тот не ответил, уставившись на высокого костлявого человека в байкерском прикиде. На руках мотоциклист держал чешуйчатую тварь с крохотными крылышками на спине. Высунув длинный язык, тварь зашипела на сторожа.

- Фу! Нельзя! - скомандовал байкер.

Существо мигом заткнулось. Леший с уважением посмотрел на Кощея - судя по быстроте выполнения команд, дрессировка дракона продвигалась успешно.

Парамонов снова отпил из горла, спрятал бутыль в карман и махнул рукой куда-то за закопченное здание цеха:

- Туда идите.

Леший с Кощеем прошли мимо цеха, бытовок и полуразобранного маневрового и оказались среди мазутных луж, где Бессмертный выпустил дракончика. Тот метнулся к первой попавшейся луже и припал к густой черной жидкости. Как сообщил Кощей, зверина могла есть про запас, как медведь на зиму.

Когда дракон наелся, лужа изрядно уменьшилась в размерах.

- Такими темпами мы быстро все уберем, - забеспокоился Кощей, - а в перспективе что будет жрать эта крылатая тварь?

- Тихо-тихо, - успокоил Леший, - рядом торфяное болото, перейдете на твердое топливо, потом опять тут мазут поналивают, вернетесь в депо. Великий круг жизни, - философски проговорил лесной хозяин и предупредил: - только аккуратно со своей тварью, научится огнем дышать - спалит всё к чертовой матери.

- Воспитаем, - отозвался Бессмертный. - Зажа, ко мне!

Дракончик подбежал к хозяину, сел слева и преданно заглянул в глаза Кощею.

- Зажа? - переспросил Леший.

Наклонившись, Бессмертный погладил дракона по бронированной голове.

- Зажа, Зажигалка. Что не так?! Хорошее имя для драконихи.

И Леший закатил глаза.

Спектакль

Баба-Яга с интересом смотрела суперсерию хоккея СССР - Канада 1972 года, что показывал ее своенравный телевизор, когда по гусеницам избушки постучали тупым, но звонким предметом. Выйдя, старуха узрела расхристанного мужика из деревни с милым названием "Мадамочки", сохранившимся от эпохи крепостного права. В правой руке мужик бережно держал бархатную подушечку, на которой лежала изрядно напуганная жаба Ираида, в левой сжимал алюминиевую лыжную палку - ею он, очевидно, и стучал по тракам. Местные знали, к кому обращаться в случае порчи, сглаза или какой-нибудь подобной ерунды, но, к чести их, бегали к Бабе-Яге редко.

При виде Яги мужик упал на колени, возопил:

- Бабушка, не дайте разбиться моему сердцу, расколдуйте эту девицу! - и, выбросив палку, обеими руками протянул старухе подушку с жабой, словно каравай желанным гостям.

"Влипла", - подумала про жабу Яга, но Ираиду взяла.

- Хе-е-елп, - почему-то по-английски прошептала воспитанница водяного.

- Целовал? - мрачно спросила Яга у мужика.

Тот поднялся с колен, отряхнул вытертые до белизны джинсы и кивнул:

- Четыре раза, а она всё не расколдовывается.

- Ну так заклятие шибко сильное, - прогундосила старуха, едва справляясь со смехом, - подготовиться надо. Ты через неделю подойди, в ночь полнолуния, помогу расколдовать твою девицу. Тебя как зовут-то?

- Иваном, - отозвался новоявленный жабий жених, и Яга все-таки фыркнула: события развивались почти по сказочным канонам.

Обнадежив Ивана, бабка спровадила его и живо обернулась к Ираиде.

- Рассказывай, - велела она.

Жабьи развлечения дали неожиданный эффект, поскольку Ванюша из Мадамочек не только не испугался говорящей жабы, но и оказался небрезгливым, а узнав про папу-олигарха, зацеловал Ираиду с головы до лап.

- Он же сказал "четыре раза", - усомнилась Яга.

- Четыре было взасос, - шепотом поделилась жаба.

Бабку прорвало - она ржала долго, со всхлипываниями, как целый табун сивок-бурок, пока не начала икать. Запив смех ключевой водицей, старуха потребовала окончания эпопеи. Ираида заключила, что Иван твердо решил жениться, поскольку папа-олигарх перевесил жабью внешность потенциальной невесты. Признаваться в своей выдумке Ираида отказывалась, опасаясь Ванюшиной мести.

Словом, говорящую жабу требовалось спасать.

Походив по избе и поразмыслив, Баба-Яга провозгласила:

- Нельзя расколдовать незаколдованное!

Жаба согласилась тихим утвердительным кваканьем.

- Поэтому будем играть спектаклю, - старуха полезла за айфоном, позвонила Кикиморе и пересказала ей занимательную сагу Ираиды. Пересказ затянулся, поскольку Кикимора хохотала гораздо продолжительнее подруги.

- Надо помочь, - выдавила Кикимора, выслушала план спасения, предоставленный Ягой, и снова зашлась в хохоте.

Ираида смотрела на Ягу с робкой надеждой, а когда прибыла Кикимора, надежда окрепла: старухи были полны решимости отбить у Ивана желание взять в жены волшебную жабу.

Детали, по выражению Яги, "предстоящей спектакли" обсуждали в подробностях. Кикимора с Ягой веселились, Ираида призадумалась - если Иван не побрезговал зацеловать жабу, будет ли толк от старухиных выдумок? Впрочем, на благополучный исход Ираида искренне уповала.

Яга тренировалась с волшебной палочкой, создавая загадочную атмосферу для предстоящего превращения, Кикимора договорилась с водяным, тот обещал в нужную ночь пустить в лес туман от озера, Леший притащил кучу гнилушек - в темноте они таинственно светились. Проинструктированная избушка не скрипела, не кудахтала и не раскачивалась на гусеницах.

В назначенную ночь Иван, пробравшись сквозь туманный лес и доведенный мистическим антуражем до нужной кондиции, явился к Бабе-Яге. Кажется, Ванюша начинал жалеть, что связался с жабой. Ираида оценила выражение его лица - Иван боялся до дрожи в коленках и, судя по выхлопу, вечером принял для храбрости.

Яга вынесла жабу на бархатной подушке, вручила потенциальному жениху, приказала:

- Целуй! - и взмахнула волшебной палочкой.

Проворчав "Сколько можно-то?", Иван зажмурился и чмокнул Ираиду.

Что-то бухнуло, владения Яги заволокло таким плотным дымом, словно тут целый день перестреливались из старинных пушек.

- Ванечка-а-а-а-а!!!

Иван почувствовал, как его сжимают в объятиях.

- Избавитель мой!!!

Иван рискнул открыть глаза и едва не перекрестился: его обнимала на редкость некрасивая пожилая женщина с растрепанными зелеными волосами, глазами навыкате и кожей оттенка свежего салата. "Жабой была, жабой и осталась", - обреченно подумал мужик.

- Совет да любовь, - сказала Яга, смахнув слезинку с морщинистого лица. - Поживите пару дней вместе, а там можно поехать папу обрадовать.

Протрезвевший от ужаса Иван ответил безумным взглядом. Пожить вместе?! Вести это порождение тьмы в деревню он не рискнул бы даже под угрозой расстрела.

- Да, милый! - радостно вскричала невеста. - Поживем вместе, познакомимся, тут домик есть неподалеку, пойдем туда, - и потащила спотыкающегося жениха за собой. Обернулась на секунду: - спасибо, бабушка!

- Живите в согласии, дети, - выдавила Яга и ушла в избушку, чтобы не выдать себя, поскольку хохот снова рвался наружу.

В избушке сидящая на подоконнике жаба Ираида провожала взглядом быстро удаляющихся Ивана и Кикимору, пока те не скрылись в тумане.

- Поверил? - спросила жаба.

- Ага, - кивнула старуха. - Теперь всё зависит от Кикиморы.

Та не подвела.

На третий день кто-то заколотил по гусеницам избушки. Яга выглянула и увидела понурого Ивана из Мадамочек. Сдерживая ликование, бабка спросила с умеренной суровостью:

- Ну?

- Не могу, - признался Ванюша, - она страшная, болтливая и... - он осмотрелся и шепотом завершил: - ...и в постель меня тащит. Не могу... - Иван шмыгнул носом. - Давай ее обратно в жабу.

- Ошалел? - поинтересовалась Яга. - Внушил девушке надежду, вернул человеческий облик, обещал жениться, а сам?

Иван заплакал.

- Ладно, погоди, - Яга сделала вид, что смягчилась. - Жди тут.

В избе она вытащила айфон и позвонила Кикиморе:

- Резвишься, плесень?

- Спектакль удался? - спросила Кикимора в ответ. - Я старалась, душенька.

Яга поведала о визите несостоявшегося зятя олигарха.

- Гы, - неинтеллигентно сказала Кикимора. - Будем опять шоу устраивать?

- Ну щас, - возмутилась Яга, - больно много чести, - она включила громкую связь. - Ты не отключайся.

Она вышла из избушки с потрепанной книгой в руках и зашелестела страницами. Хотя обложка отсутствовала, книга внушала уважение. Иван почтительно ждал.

- Ага, - Яга встряхнула книгу.

Запахло нафталином.

- Тут сказано, что если превращенную в девицу жабу не целовать, не ласкать и не любить, она снова станет жабой, - Яга увидела, как просиял Ванюша, - поэтому иди в свою деревню и не отсвечивай.

- Бабушка! - всколыхнулся Иван. - Да я... да я...

- Иди уже, - Яга вернулась в избу.

Ираида с подоконника душевно квакнула, старуха погрозила ей кулаком:

- Доиграешься! Кикимора, ты на связи? - окликнула Яга подругу.

- Конечно, - отозвалась та.

- Я только что подумала, - старуха глянула в окно на убегающего Ванюшу, - а вдруг спектакля бы не удалась?

- Не умеешь ты предвидеть, милочка, - самодовольно отозвалась Кикимора. - Роль папы-олигарха сыграл бы Кощей, - она хмыкнула. - Я с ним уже созвонилась.

Лезвие

За вечерним чаем Леший жаловался Яге:

- Всё ломается, как сглазили: у Кощея газонокосилка, у Кикиморы самовар, у Полевого фаркоп...

- Фаркоп? - нехорошо переспросила старуха. - Он к избушонку фаркоп приделал?!

Потомок избы Бабы-Яги и сарая Лешего, которого нарекли Джипом, честно служил Полевому, отличаясь великолепной проходимостью, как и полагается внедорожнику. "Весь в мать", - подумала Яга. Изба, услышав вести о сыночке, одобрительно закудахтала и закачалась на гусеницах.

- Джип, между прочим, не возражал, - сказал лесной хозяин. - Несанкционированную свалку разбирать надо? Надо! А мусор на чем вывозить? То-то! И вообще, надо бы над утилизацией подумать, - Леший хихикнул, - а то когда мы покрышки жгли, эмчеэсники на вертолете прилетели.

- Сделай измельчитель мусора, что ли, - посоветовала Яга.

- Мысля! - задумался Леший. - Только для начала надо Кощею газонокосилку отремонтировать, иначе остатний мозг вынесет.

Как выяснилось, Бессмертный, выкашивая газон, ухитрился на полном ходу влететь в камень, нож устройства сломался и восстановлению не подлежал, а сервисный центр находился в областном центре, куда Кощей без крайней необходимости не ездил.

- Пошарь в сундуке, - разрешила Яга, ткнув пальцем в направлении чердака, - там наверняка что-нибудь подходящее найдется.

Поблагодарив, Леший допил чай и полез на чердак, где с незапамятных времен старуха хранила сундук со всяким хламом. Лесной хозяин перерывал его не единожды, и всегда находилось нечто новенькое, в результате чего Леший стал подозревать, что вещи в сундуке магическим образом материализуются сами.

После тщательного досмотра хлама лесной хозяин нашел ржавый обломок и направился домой, где ожидала ремонта привезенная накануне Кощеем газонокосилка.

Починка удалась на славу. По размеру лезвие вписалось идеально, ржавчина отошла легко, легко прошла и заточка. Дольше всего Леший провозился, просверливая в лезвии дыру для крепления. Когда лесной хозяин сломал третье победитовое сверло, он плюнул, пошел к Кикиморе, и та, в конце концов, проделала отверстие чарами, причем волшебная палочка задымилась, а Кикимора взмокла от усилий.

Довольный Кощей забрал косилку.

В доме Лешего было тихо до вечера - заяц-шулер раскладывал на крыльце пасьянс, волк, побывавший в средневековой Франции, зубрил неправильные французские глаголы, мамонтенок Васька храпел на полянке.

Вечером на мотоцикле примчался Кощей и затормозил у крыльца с заносом, напугав волка и разбудив Ваську.

- Ты что сделал?! - рявкнул он в окно.

Леший не понял сути претензий.

- Починил, - осторожно ответил лесной хозяин.

- Ну поехали, - недобро проговорил Бессмертный, хлопнув по заднему сиденью "Хонды Валькирии", - посмотришь на дело рук своих.

Недоумевающий Леший поехал.

У ворот своего коттеджа Кощей сноровисто поставил мотоцикл на подножку, выволок стоящую меж мраморных фигур газонокосилку и пригласил невольного гостя пройти к лесной полянке, украшенной могучим неубиваемым пнем.

- Теперь внимание! - голосом конферансье, объявляющего смертельный номер, произнес Кощей и завел орудие массового истребления травы.

Заинтересованный Леший увидел, как Бессмертный недрогнувшей рукой направляет газонокосилку прямо на пень. Навалившись на ручку, Кощей вздыбил колесницу смерти, сверкающий круг бешено крутящихся ножей надвинулся на пень и за минуту превратил его в опилки.

- Это не всё! - прокричал Кощей, направляя газонокосилку на мирно торчащий из земли камень. Когда ножи справились и с ним, Бессмертный выключил адский прибор. - Видал? А траву мы не режем, траву мы мнем, - он сделал трагическую паузу и взревел не хуже движка косилки: - Отвечай, супостат, какие ты лезвия поставил?!

Вздрогнув, Леший рассказал о найденном в сундуке обломке. Кощей выругался, перевернул косилку и внимательно рассмотрел лезвия. Узорчатая сталь загадочно переливалась в лучах заходящего солнца, напоминая о давних богатырских временах.

Бессмертный охнул.

- Ё-моё, - вырвалось у него. - Неужто у Яги до сих пор обломок меча-кладенца сохранился?! Во запасливая старуха.

- Обалдеть... - вставил своё слово Леший.

Кощей перевел на него взгляд.

- Та-а-ак, - произнес он. - Ничего нельзя тебе поручить, голова мухоморная. Демонтируй к черту лезвия, новые ножи я по интернету закажу - мне надо траву косить, ясно? Двор зарос.

- А эти ножи куда? - спросил лесной хозяин.

- Обратно отнеси, - буркнул Кощей.

Спустя пару дней Леший снова пил чай в компании Яги и Полевого. Во дворе работал экспериментальный измельчитель отходов, в который любившая интересные опыты Кикимора подбрасывала мусор и наблюдала, как вертящиеся обломки меча-кладенца исправно перемалывают в труху металл, дерево, пластик. Порыкивал наскоро собранный двигатель, работающий от волшебной палочки.

- Одного не понимаю, - Леший намазал вареньем блин, - если эти лезвия даже с камнями справляются, КАК ухитрились сломать меч?..

Мазут, ревность и колдовство

Кикимора считала своим долгом навещать водяного: во-первых, проверяла, всё ли в порядке (из-за капризов озерного хозяина на воде могло произойти что угодно, вплоть до цунами), во-вторых, возникало желание потрепаться, а водяной жил ближе остальных.

На подходе к берегу, заслышав вопли и причитания, Кикимора почуяла неладное и ускорилась. Открывшаяся панорама ввергла ее в пучину ужаса - часть спускающейся к озеру каменистой осыпи была залита мазутом, на воде расплывалось могучее черное пятно. Поодаль рыдали мавки, одна из них делала потерявшему сознание водяному искусственное дыхание.

- Экологическая катастрофа? - спросила Кикимора, едва сумевшая сохранить присутствие духа. - Кто посмел вылить мазут в заповедное озеро?!

- Не зна-а-аем, - ответили мавки, прервав рыдания.

- Я немного в курсе, - жеманно проговорила сидевшая у камышей жаба Ираида.

Кикимора повернулась на голос.

- Погоди, - сказала она, вытаскивая айфон, - для начала попробуем ликвидировать последствия, потом расскажешь, - Кикимора начала названивать Кощею.

Гордо оглядевшись, жаба Ираида надулась от сознания собственной значимости.

Ко времени прибытия Кощея откачали водяного. Глянув на испоганенное озеро, тот залился слезами, мавки хором подвыли, причем та, что откачивала, завывала особенно усердно, при этом кротко потупившись. На всякий случай Кикимора взяла ее на заметку.

Бессмертный приехал в сопровождении адских гончих и декоративной драконихи Зажигалки. Дракониха выросла размером с крупного кота, но дальше вроде как расти не собиралась. Оставив мотоцикл у осыпи, Кощей со зверями спустился к воде, при виде пятна присвистнул и скомандовал:

- Зажа, обед!

Дракониха принюхалась, потрогала лапкой испачканные камни и совершенно по-кошачьи слизала жирный мазут с лапы. Ей, видимо, понравилась, поскольку она принялась поедать продукт нефтепереработки с космической скоростью.

- Она голодная, - проинформировал Кощей, - всё смолотит, будет чисто. Кстати, что тут произошло?

Кикимора предоставила слово жабе Ираиде. Солидно откашлявшись, та начала:

- Прошлой ночью я сидела на камне, любовалась на луну и размышляла о...

- ...о большой и чистой любви, блин! - рыкнул Бессмертный, знавший о развлечениях Ираиды, бывшей Фроськи. - Хорош уже.

- Да ну вас, - обиделась жаба, но продолжила проще: - короче, сижу это я и слышу - мотоцикл подъезжает. Потом тихо стало, вдруг что-то как лязгнет и как хрястнет, потом как забулькает! И мотоцикл уехал.

- Ясно, - понял водяной, - кто-то приехал ночью на мотоцикле, привез пару канистр мазута и вылил в озеро.

- Надо бы найти злоумышленника, - Кощей кивнул собакам. - Фобос, Деймос! - хеллхаунды оторвались от созерцания обедающей драконихи и вскочили, завиляв хвостами. - След! Зажа, ты кушай, маленькая, мы скоро вернемся.

Когда Бессмертный с собаками ушел, Кикимора повернулась к водяному:

- Пертозерский, кому ты насолил-то?

Водяной недоумевал:

- Сам в непонятках.

Пока размышляли о наболевшем, пока перебирали варианты возможных причин загрязнения заповедного озера, пока спорили, Зажа слизала мазут с камней и принялась за пятно на воде. Видя, как оно исчезает, водяной заметно успокоился.

Наконец явился Кощей.

- "ИЖ Планета-4", номер 4501ас, принадлежит жителю деревни Красноборье некоему Феоктистову, - сообщил о результатах расследования Бессмертный. - Рассказывай, Пертозерский, что ты сделал господину Феоктистову?

Водяной вытаращил глаза. Поскольку глаза у него и без того были сильно навыкате, Кикиморе показалось, будто они вот-вот вывалятся из орбит.

Судя по реакции, про Феоктистова Пертозерский слышал впервые, тогда Кикимора осторожно повела взглядом на мавок. Все, кроме одной, выглядели обалдевшими.

- Ну-ка, ну-ка, - поманила ее рукой Кикимора, - плыви сюда, деточка, разговор есть.

Деточка неохотно подплыла.

- И? - нежно проворковала Кикимора. - Поделишься воспоминаниями?

Поняв, что сейчас над головой разразится Нюрнбергский процесс, мавка разревелась. Кикимора, подождав уменьшения звука, начала допрос. Из всхлипываний выяснилось, что Борька Феоктистов, обладатель единственного мотоцикла на три деревни, слыл изрядным ловеласом. Возвращаясь из Заполья в свое Красноборье, он пробил колесо аккурат у заповедного озера, мавка с ним заговорила, давала советы по ремонту, расспрашивала о жизни, так и познакомились, в результате чего Феоктистов втихаря навещал озеро и изливал "умной чуткой женщине" свои проблемы. Точнее, проблему, которая заключалась в ревнивой Машке Чуприной. Машке он ничего не обещал, но та ревновала его даже к восьмидесятилетней соседке и следила за Борькой хлеще любой скрытой камеры.

Кощей громко заржал.

Не обратив на него внимания, мавка продолжала.

Из откровений господина Феоктистова она поняла, что Борька все-таки был изрядной скотиной, поскольку девкам прохода не давал, навещал каждую не по одному разу, хотя женится не предлагал.

А поговорить, излить, так сказать, душу Борис ездил к озеру: мавка хорошо слушала, не перебивала, в нужных местах восхищалась и поддакивала. Наверное, в те ночи ревнивая Чуприна отследила поездки Феоктистова и решила отомстить. Борькин мотоцикл она водить умела - научил на свою голову, вот и жахнула в воду набранный в депо мазут. Подумаешь, нечисть! Подумаешь, заветное озеро! Никакая cosa nostra не сравнится с ревнивой бабой в стремлении отомстить.

- М-да, - подытожил водяной. - Истеричная дура.

- Этак она еще что-нибудь сотворит, - забеспокоилась Кикимора.

Пертозерский зловеще хихикнул:

- Теперь уж нет, я колдовать умею, не забыли?

Зажа доела мазут, сыто рыгнула и устроилась спать, свернувшись калачиком на заднем сиденье Кощеева мотоцикла. Попрощавшись, Бессмертный уехал, затем ушла и Кикимора, но мрачное хихиканьеводяного ее заинтриговало.

К озеру Кикимора попала только через неделю - то погода, то домашние дела, то желание сходить в гости к Бабе-Яге. Наконец она собралась и дошла до владений Пертозерского.

На валуне у воды сидели две жабы.

Ираиду Кикимора узнала, вторую, поменьше, желтовато-коричневую, проливающую горючие слезы, она видела впервые. Ираида что-то говорила.

Подойдя, Кикимора услышала:

- Маш, ну не переживай, это ненадолго. Маш, всё обойдется.

- ААААААААААААА!!! - со слезами отвечала вторая жаба.

- А зачем ты мазут в озеро налила? Сама же виновата, - терпеливо внушала Ираида. - Ну не реви, Маш, водяной отойдет и расколдует.

Тихонько отступив в перелесок, Кикимора спряталась и начала хохотать.

Не четвертый!

Последний год знамения не радовали: внезапно случались природные катаклизмы, с которыми нечисть справлялась при помощи сильного колдовства, причем Водяной клялся, что озеро вышло из берегов не по его вине, а само по себе. Полевому тоже доставалось - на поля налетела воздушная армия саранчи, и если бы не Баба-Яга, окрестные деревни наверняка остались бы без урожая. После саранчи пришел колорадский жук, но с ним было попроще. Декоративная дракониха Зажигалка, летая ночами, опылила поля и огороды волшебным составом, после чего жуки свалили в неизвестном направлении, оставив под картофельными зарослями множество трупов. Леший замаялся лечить лесных обитателей - у тех вдруг появились забытые болезни и обострения. Деревья повально болели лишаем, дни стали холоднее и сумрачнее.

- Что ж такое происходит? - недоумевала Баба-Яга, делясь с заехавшей в гости Кикиморой.

- Какой-то локальный конец света, - поддакнула зеленоволосая подруга. - Я звонила в Германию, Ундине, у них такого нет.

- Верно говорят, что конец света начнется в России, - вздохнула Яга, затем решительно встала. - А не посоветоваться ли с экспертом?

Кикимора согласилась, и спустя минуту бабкина изба на гусеничном ходу резво покатила в сторону Кощеева особняка.

На перекрестке лесных дорог изба вдруг затормозила, тревожно закудахтав. Старухи выглянули в окно и обомлели: путь им пересекал всадник на белом коне в старинных одеждах. В руках он держал лук.

Не успели подруги обменяться впечатлениями, как следом из леса выехал всадник на рыжем коне в таком же древнем прикиде и с мечом. Третий всадник на вороном коне уныло размахивал большущими аптекарскими весами с медными чашами.

- Реконструкторы? - предположила Кикимора.

- Не похоже, - отойдя от увиденного, проговорила Яга. - Так, изба, двигай направо по объездной, на холме остановишься.

Избушка послушно покатила по старой дороге через вырубку. На холме старухи оставили транспорт, строго-настрого запретив кататься по склонам, и крадучись направились к Кощеевым владениям.

После того, как питомец Лешего мамонтенок Васька, играя с хеллхаундами, разнес забор, Кощей не стал его восстанавливать, ограничившись выращиванием живой изгороди. Чары выдохлись быстро, изгородь получилась невысокой. Пригибаясь, подруги подошли ближе и заглянули во двор. Там, привязанные к мраморным скульптурам, стояли белый, рыжий и вороной кони. Поодаль паслась омерзительного вида кляча, бледно-сивая, худая, с торчащими ребрами, но довольно бодрая, судя по тому, как она скакала с газончика на газончик.

Из открытого окна второго этажа доносился ор. Орал и ругался Кощей.

- Что вы за мной ходите, как Терминатор за Джоном Коннором? Достало от вас прятаться, тупицы, сто раз вам уже говорено, что я не четвертый всадник!!

Кикимора с Ягой переглянулись.

Незваные гости Бессмертного что-то пробубнили, в ответ Кощей снова заорал:

- Мне вообще плевать, что у вас конец света просрочен, и на вас мне плевать, и на ваше задание тоже, а я не избранный и НЕ ЧЕТВЕРТЫЙ ВСАДНИК, и задолбали вы меня ка-та-стро-фи-чес-ки!

Яга хлопнула себя ладонью по подбородку, отваливающаяся челюсть нехотя встала на место. Кикимора медленно моргала.

Такого они не ожидали, Кощей умел удивлять.

Шумное сопение заставило старух обернуться - в кустах стояли, с любопытством прислушиваясь к голосу хозяина, адские гончие Бессмертного. Неподалеку меж соснами мелькала, удаляясь, лохматая спина мамонтенка Васьки. Звери явно опять вместе где-то бесились с утра пораньше.

- Марш домой! - шепотом спровадила хеллхаундов Яга.

Собаки послушно поплелись к открытым воротцам, а в особняке тем временем страсти накалялись.

- Да отвяжитесь вы! Чтоб у вас цыгане коней попёрли! - со второго этажа во двор вылетели вначале весы, лук и меч, потом их обладатели. Разъяренный Кощей высунулся из окна, увидел вернувшихся хеллхаундов и злобно обрадовался. - Фобос, Деймос, гоните к чертям эту свору, чтоб духу их тут больше не было!

Адские гончие тоже обрадовались и немедленно приступили к исполнению - всадники едва успели вскочить на коней и поднять их в галоп. Перемахнув через изгородь, как заправские конкуристы, всадники помчались не разбирая дороги. За ними, клацая зубами, с подвываниями неслись хеллхаунды. Где-то вдали трубой Архангела загудел мамонтенок Васька.

Когда дикая охота скрылась в лесу, Яга с Кикиморой рискнули зайти в Кощеев двор. Бессмертный вышел из особняка, навесным футбольным ударом отправил валяющиеся весы за ограду и обратился к старухам:

- Которое тысячелетие нет покоя от идиотов. Сто раз им объяснял, что я не четвертый всадник, нет, талдычат свое, как запрограммированные.

Яга хмыкнула:

- Погоди, так они тебя Смертью считают? Ты ж как раз наоборот - Бессмертный.

- Вот! - Кощей с чувством плюнул на лук первого всадника. - Вот это их главный аргумент!! "Что может быть бессмертнее Смерти?"

Опасливо посмотрев на Кощея, старухи призадумались, а тот подошел к бледной кобыле и отвесил ей такого пинка, что лошадь ненайденного четвертого всадника заржала и улепетнула в лес.

- Всё, - зло проговорил Бессмертный. - Шиш им, а не конец света.

И почему-то посмотрел на небо.

Грила и ее кот

Баба-Яга воевала с сорняками на грядках, когда раздался звук мотора. Это не мог быть Кощей, поскольку его "Хонда Валькирия" рычала по-другому, это не могли быть избушата Полевого и Кикиморы, поскольку те ездили почти бесшумно. Яга заинтересовалась.

В скором времени из леса вынырнул квадроцикл.

- Ко-ко?! - недоуменно произнесла избушка и развернулась на гусеницах, чтобы лучше разглядеть технику.

Увидев движение избы, водитель квадроцикла резко тормознул и налетел грудью на руль. Потирая ушибленное место, он заглушил двигатель, снял шлем и робко подошел к Яге, оглядываясь на избушку.

- Здравствуйте, - тихо сказал водитель, пожилой мужчина, одетый в потрепанные спортивные штаны и фланелевую рубашку, как ходили мужики во многих окрестных деревнях. Ничего особенного.

- С чем пожаловал? - осведомилась старуха.

- Звягинцев я, - представился мужчина, - из Малиновки.

Звягинцевых в окрестных деревнях водилось не меньше двух сотен, опять-таки ничего выдающегося, зато Малиновка располагалась на границе с диким лесом. Одни топонимы там чего стоили: Жабьи выселки, Гадючье болото, Ведьмина поляна, Русалочья заводь, Крюковы овраги... За этими оврагами, числом два, и начинались места, куда люди не ходили.

- Внуки у меня пропали, - продолжал Звягинцев.

Яга нахмурилась. Леший внимательно следил за тем, чтобы заблудившиеся находили дорогу, Полевой с Кикиморой посильно помогали потеряшкам, периодически Кощей с собаками искал заплутавших грибников, поэтому местные, зная про свою нечисть, относились к ней хорошо.

- Каждое лето приезжали - всё нормально было, - гость говорил тише и тише, - а позавчера утром ушли рыбачить к запруде, да так и не вернулись. Я к участковому - тот пьяный спит. Звоню в МЧС - телефон не ловит. Вся деревня ищет по лесу...

- К Золовкиной запруде пошли?! - ахнула Яга.

Звягинцев вытирал слезы.

- Чтоб вас! - в сердцах крякнула старуха. - Фотка внуков есть?

Кивнув, гость вытащил из внутреннего кармана цветное фото двух пацанов на фоне бревенчатого деревенского дома. Глянув, Яга облегченно вздохнула:

- Живы. Сейчас попробую их найти.

Оставив Звягинцева у плетня, старуха забралась по тракам избушки внутрь и вытащила из шкафа серебряное блюдечко с наливным яблочком.

- Катись, катись, яблочко наливное, по серебряному блюдечку, покажи мне не города и поля, не леса и моря, не гор высоту и небес красоту, а покажи мне внуков Звягинцева из Малиновки.

Блюдечко потемнело, изменяя цвета от синего до густо-черного, непроглядного - казалось, в нем колышется осязаемая глубокая мгла.

- Плохо, - проговорила Яга и выглянула из избы. - Звягинцев, возвращайся в свою Малиновку да людей из леса отзови. Я сама твоих внуков поищу.

Сборы старухи заняли ровно четыре с половиной минуты. Еще полминуты занял звонок Кощею, который всё понял моментально и обещал помочь.

На метле Яга примчалась к особняку Бессмертного молниеносно. Кощей ждал старую подругу, оседлав "Хонду Валькирию". Рядом сидели оба хеллхаунда.

- К Золовкиной запруде! - гаркнула Яга, сделав разворот не снижая скорости.

Кощей газанул и помчался следом. Впереди, предвкушая что-то интересное, с азартом неслись неутомимые адские гончие.

У запруды Фобос отыскал бамбуковую удочку, хриплым лаем подозвал напарника. Деймос понюхал удочку, повел носом и взял след. Яга летела за увлеченными хеллхаундами на метле, Кощей ехал позади, все больше отставая - ему приходилось то объезжать камни и пни, то перетаскивать мотоцикл через поваленные деревья. След петлял, но адские гончие не сбились ни разу, захваченные новой забавой. Яга тревожилась, поскольку выходило, что пацаны направлялись в сторону Крюковых оврагов. "Зачем их туда понесло? - думала старуха. - Поганое место, и не может быть, чтобы парни об этом не знали". Да вряд ли местные показали бы городским пацанам туда дорогу, местные ее сами сторонились.

За оврагами Деймос с Фобосом ненадолго растерялись. Метнулись туда-сюда, причем Яге почудилось, будто воздух ходит волнами, потом Деймос тщательно принюхался и нырнул в просвет меж двух гнилых осин. За осинами стоял дом-полуземлянка из дерна, Яга таких не видела никогда. Перед дверью лежал черный кот, пушистый, размером поболе взрослого мейн-куна.

Завидев собак, он зашипел, изогнул дугой спину и выпустил когти длинные и блестящие, как лезвия. От такого зрелища хеллхаунды пришли в восторг и налетели на кота. Сообразив, что имеет дело с неправильными собаками, котяра истошно мявкнул, увернулся от зубов Деймоса и стрельнул в лес. Более ловкий Фобос успел ободрать ему хвост.

Предоставив адским гончим разбираться с котом, Яга пнула дверь и вошла. Внутри воняло прогорклым жиром, дубленой кожей и чем-то подгнившим. На широком столе горел в глиняной плошке жировой светильник, нещадно при этом чадя. По полу разбросаны были кости, среди которых старуха опознала человеческие.

- Гостья, - раздался из угла каркающий голос. Навстречу старухе поднялась великанша ростом не меньше трех с половиной аршин. - Гостья незваная.

Вроде как незнакомка говорила не по-русски, но бабка ее понимала.

- А ты вообще кто? - возмутилась Яга, перехватывая метлу поудобнее. - Понаехали тут!

- Я Грила, - и великанша бросилась на старуху.

Очень, надо сказать, опрометчивый поступок.

Метла у Яги была знатная - дубовый черен с бронзовыми накладками имел вес хорошей дубинки, и этой дубинкой великанше прилетело точнехонько по башке. Грила икнула, споткнулась, впечаталась лбом в стол и прилегла на пол, закатив глаза.

- Грила - дочь дебила, - победоносно срифмовала Яга.

Убедившись, что великанша в ближайшее время не очухается, старуха вытащила из кармана светодиодный фонарик и отправилась изучать помещение. Открыв четвертую по счету дверь, Яга посветила фонариком и увидела двух растерянных пацанов. Похоже, испугаться они не успели.

- Звягинцевы, из Малиновки? - уточнила бабка.

- Ага, - кивнул старший.

- Ну и чего застряли? - Яга указала лучом фонарика на выход. - Выметайтесь по-быстрому.

- А где эта тетка здоровая? - опасливо спросил младший.

- Марш отседова! - гаркнула Яга.

Пацанов вынесло из дома. Грила лежала за столом, светильник дочадился до того, что погас, поэтому жертву удара метлой они не заметили.

На воздухе парни отдышались.

- Что вас сюда понесло? - набросилась на них Яга. - Дед говорил не ходить за Крюковы овраги?

- Говорил, - засопел старший. - Мы и не ходили, да, Сань?

- Не, - подтвердил младший, - не ходили. Мы с котом гуляли, он черный, мохнатый и ласковый. Мурчал, игрался...

- Понятно, - сказала Яга.

Заманить детей в лес с помощью милой зверюшки - такое Грила практиковала не первая.

- А вы из МЧС, да? - предположил старший, разглядывая бабкину камуфляжную куртку.

Для полетов на метле самая практичная одежда: удобная, не намокает и не продувается. Яга купила ее в районном центре.

- Вы быстро приехали, - подхватил младший.

Вдалеке знакомо заревел мотор Кощеева мотоцикла.

- Ничего себе "быстро", - усмехнулась Яга. - Вас уже двое суток ищут.

- Не... - пацаны переглянулись. - Мы ж с утра на рыбалке. Часа три прошло...

Яга протяжно вздохнула: значит, опять начались искажения пространственно-временного континуума.

Подъехал Кощей, глянул на дом, покачал головой.

- Как оно? - спросил Бессмертный.

- Успела, - отозвалась Яга. - Давай-ка подкинь парней до Малиновки, а на обратном пути заверни ко мне.

Когда Бессмертный увез пацанов, старуха повернулась к дому, вытащила волшебную палочку и применила единственное заклинание, которое у нее хорошо получалось.

- Интеграцио!

Дом исчез вместе с гнилыми осинами, воздух перестал дрожать, пространство восстановилось до исходного.

- Отлично, - сев на метлу, Яга не спеша отправилась домой, гадая, куда подевались хеллхаунды.

Кощей приехал вечером, привез огромный, еще теплый открытый пирог с черникой от Звягинцевых; Яга как раз успела дополоть грядки. Она поставила чайник на плиту и уткнулась в планшет.

- Нас посетила людоедка Грила из Исландии, - сообщила Яга.

Бессмертный о зарубежной нечисти и без гугла знал порядочно.

- А где ее так называемый Йольский кот? - поинтересовался он.

- Если его не сожрали твои гончие, то где-то в лесу, - хмыкнула Яга.

Легкие на помине хеллхаунды гавкнули под окном.

- Ко-ко-ко? - удивленно вопросила изба, и Яга с Кощеем поспешили выйти к собакам.

В зубах Фобоса болтался ободранный полуживой кот.

- Отдай животное! - скомандовала Яга.

- Плюнь бяку! - скомандовал Кощей.

Фобос разжал челюсти, кот шмякнулся на землю.

Старуха взяла тяжелого зверя на руки, кот сразу обнял ее лапами и жарко задышал в ухо. Собаки отделали его изрядно, Яга поняла, что кота придется лечить.

- Ладно, - она погладила зверя, - оставлю себе.

Кощей кашлянул:

- Между прочим, Йольский кот вырастает до размеров быка.

- У меня не вырастет, - бабка кинула взгляд на яблоню с молодильными яблоками, - и вообще, какая Баба-Яга без черного кота?

- Действительно, - согласился Кощей, возвращаясь в избу к пирогу и кипящему чайнику. - Как назовешь, кхе-кхе, котика?

Сгрузив кота на кровать, Яга не задумываясь ответила:

- Традиционно - Бегемотом.

Новый год

31 декабря Баба-Яга с Кикиморой ждали новогодних подарков. На улице стоял крепкий мороз, зато в избе тепло с лихвой давала многотопливная плита, на которой с утра готовилось угощение.

- Подлещика хочу, - подал голос черный кот Бегемот, доставшийся Яге от исландской великанши Грилы.

Кот научился говорить по-русски, почти избавился от акцента и вечерами, если телевизор отказывался работать, развлекал хозяйку пересказом исландских саг.

- Мотя, ты сегодня уже четыре сожрал, - напомнила Яга.

- Куда только лезет, - неодобрительно проговорила Кикимора.

Показав старухам язык, кот развалился на подоконнике и принялся разглядывать ночное небо, временами подсвечиваемое зеленоватыми сполохами северного сияния. До Нового года оставалось три часа. Традиционно Дед Мороз одаривал нечисть в последнюю очередь, но лишь в том случае, если она не вредила людям. Яга с соседями без подарков не сидели. Самым замечательным было то, что Дед Мороз со Снегурочкой подарки для нечисти выбирали на свой вкус, всегда попадая в точку.

Включился старый "Славутич", начал показывать "Голубой огонек" 1968 года. Старухи смотрели его, пока не расслышали в лесу перезвон бубенцов. Бубенцы уверенно вызванивали камаринскую, звон быстро приближался, и по мере приближения к нему добавлялись мягкий перестук копыт, скрип полозьев и конское похрапывание.

Бабки выскочили из избы секунда в секунду, чтобы встретить тройку снежно-белых коней.

- С наступающим! - из нарядных саней выбралась Снегурочка.

Старухи загомонили, невпопад приветствуя дорогую гостью, помогли вытащить увесистые коробки с подарками.

- Прошу в избу, - пригласила Яга, - холодца отведай.

- Холодец - это хорошо, - призадумалась Снегурочка, - однако жарко у ваc там... Ну ладно!

Она вынула из саней толстостенный стеклянный термос с наклейкой "ОСТОРОЖНО: ЖИДКИЙ АЗОТ", открыла, глотнула и поднялась в избу по деревянной лестнице, которую смастерил Леший.

Усадив Снегурочку за стол, бабки принялись разбирать подарки. Водяному, который пребывал в спячке подо льдом, предназначалась камера для подводных съемок, его мавкам досталась бижутерия, жабе Ираиде новая цепочка для кулона. Как обычно, Яга обещала передать озерному народу подарки в апреле, после пробуждения. Кикимора взвизгнула от восторга при виде пергаментного двухтомника "Краткой волшебной энциклопедии", Яга извлекла из коробки страйкбольные очки - незаменимейшую вещь для скоростных полетов на метле - и удивилась, увидев вторую коробку с подарком.

- Это часы с кукушкой, - отвлеклась от холодца Снегурочка. - Кукушка волшебная.

Сняв слои упаковочной бумаги, Яга вытащила мастерски сделанные часы в виде терема. В чердаке терема красовалась фигурная дверца.

- Просыпаешься ночью, в избе темно, а тебе хочется время узнать, - заговорила Снегурочка. - Тамара Георгиевна, который час?

Фигурная дверца отворилась, оттуда высунулась кукушка и четким голосом профессионального диктора отозвалась:

- Двадцать три часа четырнадцать минут.

- Ух ты! - одновременно восхитились Яга с Кикиморой.

Яга повесила часы на стену. Выяснилось, что они отлично держатся на любой поверхности безо всяких приспособлений.

- А мне подарок? - мяукнул кот.

- Не заслужил, - отрезала Снегурочка. - Будешь себя хорошо вести - в следующем году получишь, - она хлебнула жидкого азота и вернулась к холодцу.

- Я могу песенку спеть... - угасшим голосом пробормотал Бегемот.

- Дай ему авансом что-нибудь, - попросила Яга. - Праздник все же.

Снегурочка пристально посмотрела на кота.

- Пой, - кивнула она.

Расправив лапой длинные усы, кот откашлялся и мягким баритоном запел:

- Рысью, рысью, берегом песчаным, уплывает солнце за холмы...

Старинную исландскую песню Бегемот исполнил душевно, поэтому, дослушав, Снегурочка зааплодировала, что-то пошептала в кулак, повела руками, и перед котом шлепнулся подлещик.

- Тамара Георгиевна, который час? - испытала кукушку Яга.

- Двадцать три сорок одна, - отозвалась волшебная птица и сварливо добавила: - а на циферблат посмотреть зрение не позволяет?

Бабка хмыкнула.

- Меньше хами, - предупредила кукушку Снегурочка, - не то придет Кощей и спросит, сколько ему жить осталось.

- Кстати, какой подарок получил Бессмертный? - заинтересовалась Кикимора.

- Набор юного взрывотехника, - ответила Снегурочка, увидела изумленные лица старух, засмеялась и сказала: - шучу. Ему Дед презентовал сказочный фейерверк и коллекционную модельку "Харлея".

- Где Дед-то? - спросила Яга.

- С Лешим остался, - отведав винегрет, Снегурочка показала Яге большой палец, - дискутируют на тему проходимости гусеничной техники. Дед на твою избу насмотрелся, хочет что-то подобное.

- Ко-о-о-о-о... - проворковала изба.

- Лучше аэросани, - заговорила Кикимора. - Классный агрегат!

Во дворе возмущенно зафыркали лошади.

- А традиции?! - встряла Яга.

- А прогресс? - возразила Кикимора.

Начался спор. Увлекшись, диспутантки не следили за временем, пока Яга не опомнилась:

- Тамара Георгиевна, который час?

- Без десяти минут Новый год, - кукушка мрачно посмотрела на Снегурочку вначале одним глазом, потом, повернув голову, другим. - И эти десять минут длятся довольно долго.

- Ай!!! - Снегурочка вскочила. - ДЕД!!

Чтобы наступил Новый год, ровно в полночь с 31 декабря на 1 января Дед Мороз должен стукнуть посохом и провозгласить: "С Новым годом!" Судя по всему, в этот раз Дед о своих обязанностях забыл.

Снегурочка, Яга и Кикимора оказались в санях одновременно, белоснежные кони тут же рванулись вперед. Лес расступался перед тройкой и смыкался за санями.

- Как сглазили! - кричала Снегурочка. - В прошлом году задержались на шесть минут, потому что Дед к финскому дружку Йоулупукки заскочил, напились вместе и заснули. Еле разбудила. Говорила ведь - не пей с финнами.

Красиво вписавшись в крутой поворот, кони вылетели к дому Лешего. На освещенном гирляндами крыльце стояли виноватый лесной хозяин и очень-очень виноватый Дед Мороз.

- Внучка, я извиняюсь, - покаялся Дед, стукнул посохом и громко сказал: - с Новым годом!

...В избе Яги часы, сдвинув стрелки на 12-ти, мелодично зазвонили. Кукушка Тамара Георгиевна высунулась из терема, нашла взглядом кота:

- Эй, мохнатый, на всякий случай напоминаю - я волшебная, меня есть нельзя.

Ничего не ответив, Бегемот стряхнул с усов рыбью чешую и сел на подоконнике. За окном черное небо расцветало первыми огнями сказочного фейерверка - Кощей Бессмертный тоже встречал новый год, неизвестно какой по счету.

Оборотень Анатолий

Ранним сентябрьским утром Бабу-Ягу разбудил громкий и тоскливый волчий вой. Изба тревожно закудахтала, качнулась на гусеницах.

Вой повторился, черный кот Бегемот спросонок произнес бранные исландские слова.

Кряхтя, Яга поднялась, накинула кофту, высунулась в окно и увидела сидящего меж грядок большущего лохматого волка.

- Анатолий! - строго сказала Яга. - Ты в курсе, который час?

В избе ожили часы - из своего домика высунулась кукушка, сказала:

- Пять часов пятьдесят три минуты, - и демонстративно зевнула.

- Бабушка-а-а-а, - провыл Анатолий, - опять нож спё-ё-ё-ёрли.

- Тьфу на тебя, - скрывая улыбку, отозвалась Яга.

В роду Анатолия испокон веков водились колдуны и ведьмы, Яга знавала его бабку, мразотную тетку, которую по молодости часто поколачивали за сглаз и порчу. Доморощенная ведьма не стыдилась делать односельчанам пакости, пока обозленная Яга не поговорила с ней по-свойски. Внук в бабку не пошел, вырос раздолбаем, зато стал любимцем окрестных деревень, поскольку играл на гитаре и баяне и славился как непревзойденный хохмач и тамада. Только в лунные ночи Анатолий заболевал - трясло его, колотило, бросало то в жар, то в холод. Перепуганные домашние как-то вызвали "скорую", у Толика заподозрили признаки эпилепсии и начали лечить. Анатолий таблетки пить не стал, из больницы сбежал и направился прямиком к Яге. Поспрашивав его и проконсультировавшись с Кощеем, бабка назначила Толику свое лечение. В ночь полнолуния она отправилась с перепуганным Анатолием в лес, воткнула нож в пень и велела трижды через тот нож перекувырнуться. Толик послушался и превратился в волка.

- Ты оборотень, Толик, - объяснила Яга обалдевшему парню. - Лекарств от этого нет, есть одно средство - становиться волком и уходить в лес. Штырить ночами тебя не будет, но превращениями не злоупотребляй, понял? Раз в два-три месяца, не больше.

- А обратно как? - Анатолий не утратил дар речи и способность соображать.

- Да так же, - усмехнулась Яга. - Но учти, Толик, если нож пропадет - останешься волком.

Анатолий не злоупотреблял, перекидываясь в волка раза четыре в год, однако время от времени случались казусы, как, например, сегодня: грибники, увидев торчащий в пне нож, забирали его себе, и Толик, возвращаясь с лесной прогулки, стать человеком не мог.

Тогда он матерился и бежал за помощью.

Одевшись, Яга вытащила из ящика стола старый кухонный нож и отправилась помогать Толику. До опушки, где стоял пень от сломанной ветром ели, шли неторопливо.

- Француз мне предлагает волком остаться, - доложил Анатолий, - говорит, махнем во Францию, там здорово.

Волк, побывавший в этой стране через пространственно-временной туннель, получил в лесу почетное прозвище "Француз". Теперь он изучал язык, желая переселиться или в современный департамент Лозер, или в средневековое графство Жеводан.

- Слушай его больше, - сказала Яга, - трепло еще то.

Они дошли до пня, где Анатолий привычно проделал процедуру превращения.

- Спасибо, бабушка, я твой должник, - Толик потянулся. - Вот что за люди у нас, а? Ну видишь ты нож в пеньке, ну пройди мимо! Нет, надо взять. Я уже китайские ножи купил, думал, на дерьмо не позарятся - всё равно тырят.

- Кстати, о долгах, - Яга разглядывала источенное темное лезвие своего кухонного ветерана. - С тебя набор керамических ножей.

Оборотень Анатолий задумался, кивнул:

- Поищу в городе, - и собрался уходить.

- Толик! - окликнула его Яга. - Сестрице своей старшей привет передай.

- А что такое? - мигом насторожился Анатолий.

- По бабкиным стопам пошла, - посуровела Яга. - Еще раз попробует на дочку Марины Скляровой порчу навести - мало не покажется.

- Да я ее!.. - Толик ругнулся и зашагал к деревне. Оглянулся. - Я ее сам отметелю!

Несмотря на оборотничество, Анатолий был хорошим парнем. Набор керамических ножей он принес.

А сестра его, говорят, три дня ходила с фонарем под глазом.

Сказка на ночь

Вечерело.

Черный кот Бабы-Яги вещал нараспев, подражая древним скальдам:

- Арн отправился в Исландию. Он пристал в Устье Белой Реки, и продал свой корабль, и купил себе землю у Утеса, и прожил там несколько зим. Он жил во многих местах на Болотах и оставил потомство, - кот сделал значительную паузу. - Здесь мы кончаем сагу о Гисли, сыне Кислого.

Яга сняла со сковороды готовый блин и налила новую порцию квашни.

- После твоих саг, Мотя, я поняла, что "Санта-Барбара" - фигня, - резюмировала старуха, устанавливая сковородку на плиту.

Кот Бегемот ничего не знал про "Санту-Барбару", но прочувствовал интонацию хозяйки и на всякий случай обиделся. Из часов высунулась кукушка Тамара Георгиевна:

- Саги закончились?

Отвернувшийся кот молчал, Яга занималась блинами.

- Ну хоть телевизор включите, - не унималась кукушка, - скучно же.

- Он теперь включается сам по себе, - обронила Яга, - когда захочет.

Сегодня "Славутич" включаться не пожелал.

- Расскажите что-нибудь, - заныла Тамара Георгиевна.

- Хорошо, - неожиданно согласилась Яга. - В некотором царстве, в правовом государстве жил-был глава Пенсионного Фонда, и как-то задумался он, почему у Кощея Бессмертного такая большая пенсия, а главное, сколько лет ему еще деньги выплачивать. Позвал глава своего зама по безопасности Ивана Ивановича и повелел отыскать смерть Кощееву.

Бегемот до того ошалел от услышанного, что резко повернулся к хозяйке и едва не упал с подоконника. Тамара Георгиевна разинула клюв.

Старуха добавила к стопке блинов следующий и продолжила:

- Пошел Иван в гараж машину выбирать, одна не завелась, вторая сломалась, у третьей масло потекло. Неоткуда взялся менеджер среднего звена, спрашивает: "Что, Иван Иваныч, повесил голову? Али тачка нужна с хорошей проходимостью? Иди в наш автосалон, подберем". Пошел Иван в салон, увидел там Bugatti La Voiture Noire, но денег хватило только на Гранд Чероки. Сел Иван в машину и поехал в наши края.

- Это по правде было?! - не выдержал Бегемот.

- Это сказка, - невозмутимо отозвалась Яга. - Так вот, долго ли, коротко ли, а приехал Иван сюда без единой поломки и начал местных опрашивать про смерть Кощееву, а местные только мнутся да за Иванов счет пьют. Всё ж у одного язык развязался, и направил тот Ивана к Бабе-Яге, а она в тот период как раз в конфронтации с Кощеем была.

Тамара Георгиевна вылетела из часов и опустилась на телевизор, поближе к рассказчице.

- Паркуется Иван на поляне, заходит в избу с поклоном и говорит: "Пожалей меня, добра молодца, скажи, где смерть Кощеева", а Яга и отвечает: "Смерть его в игле, игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в ларце, а ларец в ячейке швейцарского банка".

- Я не понимаю, как можно запихнуть яйцо в утку, а утку в зайца, - вставил кот.

- То есть, смерть в игле тебя не удивляет? - прищурилась Яга.

Бегемот задумался.

- Дальше, - потребовала кукушка.

- Приуныл Иван, заплакал и сказал, что он невыездной из-за санкций, визу в Швейцарию ему не дадут, а возвращаться с пустыми руками он боится, - старуха допекла последний блин, - и остался Иван Иваныч в наших краях, сменил документы, женился на Василисе Фроловой и работает охранником в "Пятерочке".

Яга вынула из холодильника сметану.

- Вот и сказке конец, а кто слушал - пошли ужинать.

Раб паяльной лампы

Леха Демидов копался в сарае с надеждой отыскать какую-нибудь вещь, которую можно продать или обменять на бутыль самогонки. Опухшее Лехино лицо страдальчески кривилось от похмельных болей, а надежда таяла с каждым исследованным квадратным метром. Впрочем, говоря по правде, всё, что можно было продать или обменять, давно было продано или обменяно - отцовские инструменты, кое-какие трофеи, привезенные дедом с войны, медицинские книги бабки-фельдшерицы, даже радио-тарелка нашла свое пристанище у городского любителя антиквариата.

Наблюдая с чердака за Лехиными страданиями, домовой Матвеич укоризненно качал головой. Последний отпрыск семьи Демидовых спился в хлам - явление в деревне Заполье нередкое.

- Ой, бл... - ругнулся Леха, запнувшись в темном углу и стукнувшись плечом. Плечо попало точнехонько в фанерный квадрат и продавило его. Вдохновленный Демидов оторвал фанеру и зашарил дрожащей рукой в углублении, веря, что нашел тайник с монетами, однако из тайника грязная рука извлекла лишь массивную закопченную паяльную лампу. Еще раз выругавшись, уже от разочарования, Леха потащил находку на свет. Матвеич осторожно растворил чердачное окно и продолжил наблюдение. Лампу эту домовой знал отлично, зато Леха не подозревал, какой сюрприз она хранит.

- Блин... - бормотал Демидов, поворачивая лампу то так, то эдак. - Нахрен это дерьмище прятать-то? В лом сдать, что ли? Кило полтора потянет.

Он пригляделся. На боку лампы выдавлен был какой-то знак, и Леха, чтобы разглядеть получше, протер его рукавом засаленной куртки.

БА-БАХ!

От испуга Леха выронил прибор.

Из трубы лампы вылетела струя густого синего дыма, повисела секунду и приняла облик человека в спецовке.

- Здорово, Демидов, - хриплым басом проговорил обитатель лампы.

Леха икнул и начал часто-часто крестить гостя.

- Деми... АПЧХИ!! ...дов! АПЧХИ!! Мать твою! АПЧХИ!! - между громовым чихом парень в спецовке пытался говорить. - Дур-рак! АПЧХИ!! У меня же... АПЧХИИИИИИИИ!! Аллергия на крест!

- Помогите... - пропищал Леха, покачнулся и вдруг стартанул со двора со скоростью мирового рекордсмена по бегу с препятствиями.

- Да-а-а, дела-а-а, - протянул Матвеич. - Здорово, Сярега.

- АПЧЧЧЧХИ! - обитатель лампы взглянул наверх. - Матвеич! Тридцать лет не виделись.

- Тридцать шесть, - уточнил домовой и не спеша спустился к Сереге. - А я думаю, куда Фядот лампу спрятал.

Домовой с Серегой братски обнялись.

- Да видишь... апчхи! ...в чем дело, - Серега поднял свое жилище, покрутил в мозолистых руках, - очень уж он не хотел, чтоб про меня прознали. Собирался лампу сыну передать втайне. Это ведь его сын был? - кивнул он в ту сторону, куда умчался Леха.

- Унук, - уточнил домовой.

Серега был джинном, но весьма специфическим: желания он не умел выполнять, зато быстро и качественно делал любые работы плотницкого, столярного и слесарного свойства, мог положить плитку и построить дом, мог сделать шикарный ремонт под руководством хорошего мастера. В Россию он попал случайно, в петровские времена, и немало поездил по стране с каменщиками и с плотницкими артелями - в общем, жизнь у него была разнообразная, как и жилища - от глиняных горшков до паяльной лампы. В лампе он и попал к Лехиному деду, в 43-м году в полевой ремонтной мастерской. Неизвестно почему Федот назвал его Серегой. Джинн не возражал, ему надоело жить без имени. То есть, имя у него когда-то было, но Серега его забыл вместе с родным языком.

Раб паяльной лампы вздохнул.

- Не в деда внук, - сказал он.

- Не в деда, - согласился Матвеич. - Фядот был мастер на усе руки, а унучок от белой горячки дважды лечился.

- Ну?! - огорчился Серега. - С таким каши не сваришь.

- Пора тебе отселя сматываться, - заявил домовой, - Леха к батюшке побежал в соседнюю деревню. Освятят твою лампу - чиханьем не отделаешься.

Джинн передернулся.

- Куда податься-то? - грустно спросил он.

Матвеич призадумался. Скучно Сереге в его лампе, работы хочется, а мастеров нынче нет в округе. Прислонившись к стене сарая, домовой свернул самокрутку, закурил.

- Есть мысля, - Матвеич выпрямился, - полезай домой, отнесу тебя в одно место.

Серега превратился в дым и втянулся в трубу паяльной лампы, домовой кряхтя поднял жилище джинна. Спустя час он был в лесу, а к дому Лешего пришел вечером.

- Не для меня приде-е-ет весна-а-а-а, - фальшиво завывал лесной хозяин, ковыряясь в разобранном утилизаторе мусора. Наверное, снова барахлил движок. - Не для меня Дон разолье-е-ется... - он увидел домового. - Привет, Матвеич, с чем пожаловал?

- Помощника принес, - Матвеич потер лампу.

Серега мгновенно материализовался и застыл. При виде разобранного устройства, инструментов и жестянки со смазочным маслом на его лице проступило высшее блаженство. Не спрашивая позволения, джинн метнулся к утилизатору.

- Муфта полетела, - определил он.

- Ну-ка, - отодвинул его Леший, - дай я гляну.

Пока Матвеич курил, они в четыре руки наладили двигатель и собрали утилизатор. Включили. Мотор заурчал, лопасти измельчителя, сделанные из обломка меча-кладенца, бесшумно закрутились.

- Класс, - одобрил лесной хозяин и протянул джинну измазанную маслом руку. - Леший.

- Серега, - назвался джинн, пожимая ладонь.

- А в танках ты разбираешься? - поинтересовался Леший.

Джинн чуть не обиделся.

- Да я их с 43-го по 45-й чинил!

- Замечательно! Завтра пойдем к Яге ТО избы делать, - развернул перспективу Леший, - потом к Полевому, у него на Джипе фаркоп сломался, там еще Кикиморе что-то сделать надо, у Водяного камера для подводных съемок барахлит...

Матвеич невозмутимо дымил очередной самокруткой, глядя, как джинн Серега кивает, расплываясь в счастливой улыбке.

Раб паяльной лампы снова оказался востребованным. Надолго.

Черная дыра

Леший и джинн-мастеровой Серега с упоением ковырялись в старом телевизоре Бабы-Яги. Ее "Славутич" оборзел окончательно, включаясь по своему хотению, чаще среди ночи. От того, находилась ли вилка в розетке, работа телевизора не зависела.

- Здесь кругом темная магия, - зловеще проговорил черный кот Бегемот и снова опустил морду в блюдо со сметаной.

Яга откормила его, кот растолстел, распушился, перестал ловить мышей и постоянно сидел на подоконнике, лениво переругиваясь с кукушкой Тамарой Георгиевной. Поразмыслив, старуха решил посадить зверя на диету.

- А кошачьего мнения никто не спрашивал, - отозвался Серега.

- Может, блок включения переставить? - предложил Леший. - Я прихватил.

"Тоже, поди, со свалки", - подумала Яга.

- Попробуем, - Серега включил паяльник.

Несмотря на золотые руки джинна и смекалку лесного хозяина, работа затянулась. "Славутич" скрипел, кряхтел и пытался бить ремонтников током, за что получил ручкой отвертки по кинескопу. Яга смотрела на происходящее спокойно.

- Вроде всё, - выпрямился Леший.

Отужинав тушеной картошкой с грибами, лесной хозяин прихватил паяльную лампу, в которой спал джинн Серега, и отбыл восвояси.

Ближе к вечеру следующего дня его телефон разразился песней "Дорожная". Леший нехотя нажал на кнопку, предчувствуя плохое.

- Я не спрашиваю, что вы сделали с телевизором, - сказала Яга, - но показывает он теперь исключительно ужасы - "Оно", "Техасская резня бензопилой", выступления Ельцина... Только это не самое гадкое.

- А что гадкое? - осмелился спросить Леший, быстро перебирая возможные пути эвакуации, поскольку страшнее разъяренной Яги он ничего знал.

Оказалось, во время показа очередного ужастика в избу через телевизор полезло существо в белом пеньюаре и с длинными черными волосами, которые скрывали лицо. Правда, дважды получив по голове кочергой, существо бодро утянулось обратно.

По счастью, Ягу этот инцидент не разозлил, а развеселил. Леший с облегчением выдохнул.

- Так что, ремонтнички, жду вас в гости, - завершила рассказ Яга.

На транспортном средстве Лешего, мамонтенке Ваське, ремонтнички прибыли к избе быстро. Мамонтенок остался лакомиться яблоками, Леший с Серегой занялись потрошением "Славутича".

- Тут что-то непонятное, - Серега посветил фонариком.

На блоке включения расплылось смоляно-черное пятно идеально круглой формы, Серега потыкал в пятно отверткой, та по рукоять исчезла в нем. Вынув инструмент, джинн глянул на Лешего. Лесной хозяин чесал мухоморы на затылке.

- Первый раз такое вижу, - признался он.

- Говорил же я - темная магия, - внушительно произнес Бегемот.

Серега крепко задумался, потом включил телевизор и бросил в пятно обрезок провода. Спустя минуту тот вылетел из экрана.

- И что сие значит? - осведомилась Яга.

- Да фиг знает, - джинн походил вокруг "Славутича". - Маленькая черная дыра образовалась - наверное, пространственный контур замкнуло. Что-то где-то падает в такие вот черные дыры, а вылезает из телевизора.

- Этого нам не хватало, - высказала мнение кукушка Тамара Георгиевна. - Представляете, если черная дыра во вселенной затянет планету.

Для птицы, даже волшебной, Тамара Георгиевна была чересчур умной. Кот Бегемот посмотрел на нее с уважением.

- Не будем рисковать, - сказал Леший, выключив телевизор.

Они с Серегой вернули старый выключатель. "Славутич", напуганный двухдневным ремонтом с перепайкой и другими издевательствами, вел себя хорошо и услужливо начал показывать хозяйке первый сезон "Игры престолов".

Блок с пятном Леший оставил себе - туда удобно было выбрасывать мелкий мусор. Тот исчезал, поглощенный черной дырой.

Серега, правда, изредка задумывался над тем, где мусор материализуется.

И он очень бы не хотел оказаться поблизости от этого места.

Мышиная королева

Попивая пивко, Леший наслаждался спокойствием на крыльце дома. Тихо пел починенный джинном Серёгой кассетный магнитофон, к которому Кощей принес кассеты - "ДДТ", "Гражданская оборона", "Сектор Газа", Круг и почему-то Сара Брайтман. Рядом волк, не оставивший надежду переселиться во Францию, читал в оригинале рассказы про маленького Николя, почти не пользуясь словарем.

Идиллию нарушил встрепанный и грязный черный кот Бегемот, прибежавший со стороны болота. Несмотря на габариты, котяра мчался с превышением скорости, чем привлек внимание волка Француза.

- С Мотей что-то не так, - заметил он.

Притормозив, кот перешел на шаг и подошел к крыльцу, переводя дыхание.

- Леший, - Бегемот опасливо огляделся, - приютишь... уф! ...на недельку?

Лесной хозяин помедлил с ответом, догадываясь, что кот чем-то разозлил хозяйку, а Баба-Яга могла прилететь следом и покарать Бегемота, причем под горячую руку досталось бы Лешему.

- Если ты расскажешь, в чем дело, может быть, я дам тебе политическое убежище, - сказал Леший, открывая третью банку пива за вечер.

Кот протяжно не то вздохнул, не то мяукнул, сел на крыльце между Лешим и волком, умылся и начал повествование.

Когда Яга с Кикиморой улетали на слет юных василис... тьфу, на встречу старых друзей у горы Брокен, Яга оставила Бегемоту еды на четыре дня. Естественно, вследствие своей жадности, он сожрал всё за день, потом сильно проголодался и, как всякий нормальный кот, принялся ловить мышей, чтобы пополнить запас протеинов. Голод сделал из Бегемота отличного охотника.

И вот, буквально за день до возвращения хозяйки, кот поймал необычную мышь. Во-первых, она была размером с крысу, во-вторых, умела говорить, в-третьих, обещала исполнить желание кота, чтобы тот ее отпустил, в-четвертых, показала золотую корону и объявила себя королевой грызунов. Практичный Бегемот мигом сообразил, насколько ему повезло.

Отыскав в хозяйстве Яги клетку, он посадил королеву грызунов за решетку и потребовал исполнения желаний. Желаний у кота было немного: подлещики, сметана, курица и маринованный лосось. Вопросом, почему волшебная мышь не могла выбраться из клетки, кот не задавался. Ему хватало материальных ценностей.

Идиллия продолжалась недолго.

Бабу-Ягу насторожило, что кот дома не ест и норовит свалить за баню, откуда возвращается сытый и ленивый, а Бегемот, обнаглев и потеряв осторожность, не заметил слежки и вывел хозяйку туда, где стояла клетка.

- Та-а-ак, - зловеще сказала Яга, - это что?

Королева грызунов при виде старухи несказанно обрадовалась - оказывается, они издавна дружили. Кот почуял нехорошее.

Яга сняла передник и медленно скрутила его жгутом.

- Я спрашиваю, это ЧТО?! - спросила она, кивнув на клетку.

- Т-трофей, - мяукнул кот и получил скрученным передником между ушей.

Прижался к земле, получил снова, понял, что надо делать лапы, развернулся, получил по спине и, пока набирал скорость, огреб еще два раза.

- Ой-ёй, - посочувствовал Леший, - за мышиную королеву Яга и прибить могла.

В магнитофоне кассета пошла на реверс. "Весна опять пришла, и лучики тепла доверчиво глядят в моё окно..." - запел Круг.

- Хотя ладно, оставайся, - лесной хозяин глянул на кота из-под замшелых бровей, - но учти, что из еды в доме одна картошка.

Взвесив расклад, кот решил остаться.

Леший не соврал - еды у него не было, картошку кот не ел, поэтому растолстевшему Бегемоту пришлось вспоминать охотничьи навыки. Навыки не вспоминались, Бегемот худел и с голодухи злился. Мелкие зверушки удирали от него запросто, звери покрупнее сами могли навалять пришельцу. Наконец, отыскав лесную речку, кот начал учиться ловить рыбу. Несколько раз срывался со скользких камней, падал в воду, и с удивлением обнаружил, что умеет плавать. Это обрадовало.

Еще два дня невольного голодания, и набравшийся терпения и осторожности кот подцепил когтями плотвичку. Вечером его отыскал Леший.

- Звонила Яга, - сообщил он, созерцая мокрого и сильно похудевшего кота, - сказала, что ты можешь вернуться при условии, если попросишь прощения у мышиной королевы.

- Шантажистка, - буркнул Бегемот. Одной плотвичкой сыт не будешь, поэтому думал он быстро.

- Вернулся, штрафник? - встретила Баба-Яга блудного кота.

В избе на столе возлежала королева грызунов с сыром в лапах.

- Прошу прощения, - выдавил Бегемот.

Мышь посмотрела на кота с сочувствием.

- Укатали сивку крутые горки? - неожиданно спросила она.

Встрепанный отощавший Бегемот кивнул.

- Хорошо, забыли, - королева отгрызла кусок сыра. - Держи в знак примирения.

Через секунду кот с упоением впился зубами в лосося.

Табачное дерево

После того, как Баба-Яга подарила Лешему трубку, тот перешел с самокруток на это приспособление. Жаль, ароматный кэптен блэк, презентованный вместе с трубкой, скоро закончился, и Леший, сунувшись в свои махорочные запасы, был неприятно удивлен ничтожным количеством табака. Объезд соседних деревень и визиты к домовым положительных результатов не принесли - табак не уродился, домовые курили кто что нашел. Наиболее пакостной смесью дымил Пантелеич из Заложья, отравляя воздух не хуже горящей мусорной кучи; он больше всех умолял Лешего раздобыть семена махорки-серебрянки. Попытка командировать за сигаретами в районный центр Ягу провалилась. Та заявила, что курить вредно, а если Леший еще раз даст политическое убежище ее коту, то лесному хозяину некуда будет вставлять трубку, поскольку Яга оторвет ему голову.

Оставалось последнее средство.

Свистнув мамонтенка Ваську, Леший взобрался к нему на шею и поехал искать Полевого. Васька уверенно потопал на свалку и угадал - Полевой пребывал там, без устали бросая мусор в утилизатор. За последний год, благодаря стараниям нечисти, несанкционированная свалка сильно уменьшилась в объеме. "Экология!" - провозгласила Кикимора, оценив труды Полевого, Лешего и домовых окрестных деревень.

- Труд на пользу, - сказал Леший.

Полевой кивнул.

Васька нацелился на бананы, неизвестно каким образом произрастающие на свалке. Вообще, это место было полно подозрительных чудес: отсюда Кощеевы собаки притащили яйцо, из которого впоследствии вылупилась декоративная дракониха Зажигалка, неподалеку пробивался родник, время от времени выдающий живую воду, иногда над свалкой в летний полдень появлялся серебристый непрозрачный туман, короче, волшебство тут водилось.

- По делу? - спросил Полевой.

- А как же, - лесной хозяин почесал мамонтенка за ухом. - Сосед, у тебя есть семена махорки?

- Есть, - Полевой был немногословен, - двигай ко мне, в буфете на второй полке банка из-под кофе с надписью "Соль". В ней.

Поблагодарив, Леший дал указания Ваське, и мамонтенок, жуя бананы, отправился в путь. Полевой жил на заброшенном хуторе, куда Василий благополучно притопал часа через три.

Обыск буфета дал результат.

В кофейной банке лежало одно семечко. Одно-единственное.

Дома, с трепетом посадив семечко в цветочный горшок, лесной хозяин задумался.

- Хм-м-м, - Леший набил трубку остатками табака. - Вроде индейцы курили ивовую кору, - он посмотрел на горшок. Пока махорка вырастет, наверняка придется воспользоваться заменителями... а хотя... - ВАСЬКА! Едем на свалку!

Озаренный идеей Леший забегал по дому, собирая в сетку наиболее приличные чашки и стаканы. Довольный Васька, понимая, что снова полакомится бананами, повез хозяина по привычному маршруту. Близ свалки, у родника Леший отпустил мамонтенка.

Родничок пульнул в лесного хозяина струйкой ледяной воды, Леший с трудом увернулся.

- Дай живой воды, очень надо, - попросил он.

Родник забил слабее и в другую сторону. Источник необыкновенной воды был дьявольски капризен. Леший покопался в сетке.

- Посмотри, какая чашечка, как раз для живой воды, - сказал он, показывая пивную кружку, и получил миниатюрное извержение гейзера точно в глаз.

- Ну вот эта!

Чайная чашка с отколотым краем тоже не произвела впечатления. Как и граненый стакан.

- О! - Леший извлек чашу для сакэ, подаренную другом Тэнгу. Приличного вида керамика.

Родник на миг перестал бить, булькнул и вновь выбросил ледяную струйку.

- Сакадзуки, - вспомнил название Леший, аккуратно придвинув чашу к роднику. Тот булькнул отчетливее и выплюнул в сакадзуки грамм сто чистейшей прозрачнейшей воды с тонким ароматом. - Спасибо! - Леший не стал звать Ваську, донес драгоценность до дома сам и полил живой водой землю с семечком.

Едва он вылил последнюю каплю, как из земли проклюнулся росток и стремительно пошел вверх, одновременно расширяясь. Оценив ситуацию, Леший схватил горшок и успел вынести его из дома, прежде чем тот развалился на черепки. Во дворе лесной хозяин воткнул получившийся саженец в землю, табак погрузил в нее корни и начал расти со вздохами и скрипом. Корни ушли глубоко, ствол с широченными листьями, пахнувшими крепким табаком, поднялся на высоту хорошей корабельной сосны и гибко качнулся под ветром.

- Ничего себе витамин роста, - пробормотал Леший, не ожидавший подобного эффекта.

Он задрал голову.

Нижние листья призывно шелестели метрах в трех над землей.

- Это ж сколько из них табаку будет... - лесной хозяин задумался.

И пошел делать лестницу.

Департамент Лозер, деревня Полак

Волк Француз ждал, пока оборотень Анатолий, перекувырнувшись через пень с торчащим ножом, сменит человеческий облик на волчий.

- Толян, - торжественно произнес Француз, когда превращение совершилось, - ты мне друг?

Анатолий отряхнулся, потянулся, разминая лапы, и не менее торжественно ответил:

- Друг.

- Давай смотаемся во Францию, - предложил волк. - Пространственно-временной туннель опять работает.

- С катушек съехал? - Анатолий с наслаждением вдыхал запахи соснового леса.

Ему хотелось пробежаться по звериным тропинкам, поймать неосторожного зайца, поужинать, повыть с приятелем на луну, рассказать о своей жизни и послушать о жизни волчьей.

- Мы быстро, - начал канючить Француз. - Посмотрим - и назад.

Во Франции волк уже побывал, ухитрившись снайперски попасть туда, где жила Красная Шапочка. Кощей Бессмертный потом много рассуждал об искривлении пространства и времени, о смещении границ реальных и сказочных миров, о взаимопроникновении этих миров. Леший же, которого выкинуло из туннеля в реальный плейстоцен, многозначительно качал головой.

Оборотень взвесил "за" и "против". С одной стороны, мотаться по каким-то туннелям казалось не слишком привлекательной идеей, с другой стороны - Франция. Как там говорится? Увидеть Париж и умереть?

- В Париж махнем? - уточнил он.

- Тронутый, - вздохнул Француз. - Прикинь, сваливаются из ниоткуда два волка где-нибудь на Площади Оперы - бонжур, ёпта.

Представив картину, Анатолий понял, что сглупил.

- Ладно, - сказал он, - веди, Сусанин.

Вход в туннель был похож на овальное зеркало в тонкой серебряной раме. Француз шагнул в него первым, Анатолий, секунду поколебавшись, прыгнул следом... и оказался у пыльной обочины каменистой дороги. Рядом чихнул друг-волк.

Вдоль дороги тянулось заросшее поле, постепенно переходившее в лес. Прислушавшись, Француз припал к траве и отполз с обочины, Анатолий, заслышав шаги, сделал то же самое. Шаги приближались с двух сторон - навстречу друг другу шли двое. Приблизившись, двое остановились.

- Э, ла виллаж Полак э пре? - раздался молодой мужской голос.

- Йя кюн ор а травер ле буа, мэ рэстэ сюр ля рут, сэ мьё, - ответил другой голос, принадлежащий человеку постарше. - Се де фуа плю лон, мэ он э плюз эн секюрите ком са.

Когда прохожие разошлись, волк сел и почесал задней лапой за ухом. Язык он учил не зря, поскольку общий смысл уловил, но произношение сбило Француза с толку. Анатолий, изучавший в школе английский и помнивший из него только "Хай, бэби, ю а файн", глянул на него вопросительно.

- Что-то про деревню Полак, - объяснил волк. - Вроде спрашивали, как дойти.

- Угу, - мрачно проговорил оборотень, - ты видел одежду здешних пейзан?

Француз обалдел: он не знал, что Толику известно слово "пейзане".

- Нет, - сознался он, - мне дорогу не видно было.

- А мне видно, - сказал Анатолий. - Мы точно не в двадцатом веке, - он подумал, - и вроде бы даже не в девятнадцатом.

- Отлично, - обрадовался волк. - Посмотрим на средневековую Францию, я так и планировал.

На самом деле он сильно сомневался насчет Средневековья - старофранцузского волк не понял бы вообще.

Несмотря на радость приятеля, оборотень заколебался, осознав, что от дома его отделяет не только расстояние, но и время. Кстати, ему здесь не нравилось. От леса слабо тянуло каким-то запахом, явно запахом зверя, но такого, с каким Анатолий не встречался. Он перебирал в уме: волк, лось, олень, медведь, заяц, рысь, белка, куница, росомаха. Нет, не так они пахнут. Кабан, лиса, выдра, бобр... Не то. Хорек, ласка...

- Толян, идешь? - окликнул его Француз. - Давай хоть деревню посмотрим, Полак или как ее там.

Волк и оборотень неспешно порысили вдоль дороги.

- А травер ле буа, - вдруг сказал Француз. - Блин! - опомнился он. - Пошли через лес.

До леса они не дошли, поскольку на опушке вначале отчаянно закричала женщина, затем раскатилось рычание зверя. Не сговариваясь, мохнатые приятели рванули туда и увидели растрепанную крестьянку, вилами отбивавшуюся от непонятной твари. Изумленный Анатолий остановился: на женщину напал широкогрудый зверь размером с теленка, длинная пасть его открылась, обнажив большие торчащие клыки, длинный, похожий на кошачий хвост с кистью на конце хлестал по бокам, покрытым желтовато-рыжей шерстью. "Вот он, этот запах!" - подумал оборотень и услышал:

- О секур! О секур!

Волк проникся просьбой о помощи.

- Толян, вали его! - скомандовал Француз, прыгая на зверя.

Поспешив помочь волку, оборотень вцепился твари в загривок. Не ожидавший двойного нападения зверь осел на задние лапы, но быстро пришел в себя и попытался стряхнуть повисших на нем приятелей. Не удалось.

Он закрутился на месте. Опомнившаяся крестьянка колола вилами, как заправский солдат пикой, в пылу битвы пару раз попав в Анатолия. По великому счастью, нанести рану оборотню могло только серебро. Орудуя вилами, женщина не переставал кричать:

- О секур! Лю-гару!!

Что-то бахнуло со стороны поля, запахло порохом. Взвизгнув, Француз отпустил зверя и нырнул в траву. Поняв, что надо сматываться, Анатолий напоследок еще раз крепко цапнул врага за спину и побежал за приятелем. Волк хромал, оставляя пятна крови. Что-то бахнуло ближе, заревел уже зверь.

- Толян, жми, - пыхтел Француз, ловко петляя в траве. - Блин, больше никогда не стану помогать француженкам.

На минуту остановившись, он выгрыз из неглубокой раны на лапе дробину, лизнул несколько раз поврежденное место и устремился обратно к дороге.

Выйдя из туннеля, волк и оборотень наткнулись на мрачного Лешего.

- Опять шляешься черт знает где? - набросился он на Француза. - Что, подстрелили? Дай лапу, урод мохнатый, - осматривая рану, лесной хозяин укорял оборотня. - Ну этот с мозгами, как у его предков эпохи миоцена, но ты-то, Анатолий, должен хоть немного соображать. Куда вас понесло?

- Во Францию, - признался оборотень.

Отпустив лапу, Леший всплеснул руками.

- Так и знал, - он съездил Французу ладонью по голове.

Волк прижал уши.

- Леший, мы такое видели! - Анатолий не отошел от пережитого. - Такое видели!!

Лесной хозяин опустил руку, готовую снова треснуть злополучного франкофила. Анатолий торопливо рассказал о двух часах, проведенных во Франции, Леший задумался.

- Пряммм интересно, куда конкретно вас выкинуло, - проговорил он. - Вы к Яге сходите, я пока с японскими коллегами созвонюсь, пусть-ка туннель проверят.

Леший потащил из кармана мобильник, лохматые приятели поторопились удрать. Француз прихрамывал почти незаметно и, судя по тому, что Леший не обратил особого внимания на лапу, рана была пустяковая.

- Лю-гару - это что? - Толик запомнил французское выражение.

- Оборотень, - перевел волк.

Анатолий остановился.

- Она про меня? - изумился он, гадая, как француженка опознала в нем такое существо.

- Размечтался, - буркнул Француз. - Это она про ту скотину.

Болтая, приятели дошли до избушки Яги. Выслушав их рассказ, бабка крепко почесала в затылке, вытащила планшет и надолго застряла в интернете. Наконец показала фотографию статуи - девушка насаживала на копье зверя, отдаленно напоминавшего того, которого волк с оборотнем потрепали.

- Вроде похож, - прикинул Француз. - Где этот памятник?

- Департамент Лозер, деревня Полак, - ответила бабка, прищурившись. - Носит вас, идиотов, по злачным местам. Знаете, с кем встретились?

- Не, - сказал Француз.

- Откуда? - сказал Анатолий.

Яга вздохнула.

- С Жеводанским зверем. Толик, придешь домой - погугли.

Птицы

В избе Бабы-Яги старый телевизор "Славутич" показывал фильм "Птицы". Триллер Хичкока не отрываясь смотрели бабкин черный кот Бегемот и кукушка Тамара Георгиевна, проживавшая в настенных часах. Хозяйка покинула дом утром, отправившись в гости к Кикиморе.

От кульминационного эпизода нападения птичьей стаи кота с кукушкой отвлекло деликатное покашливание - в открытое окно заглядывал здоровущий дрозд-рябинник.

- З-здравствуйте все. Тамарочка, т-ты не против прогуляться? - пробасил он.

Тамара Георгиевна величественно повернулась. С дроздом Максимом она встречалась третью неделю, восхищая Бегемота своим умением держаться по-королевски. Огромный Максим, способный отколошматить любую птицу в радиусе десяти километров, перед кукушкой робел и слегка заикался.

Избе дрозд нравился. Приветливо закудахтав, она качнула ставнями.

- Далеко не полечу, - отрезала кукушка. - Я сегодня за хозяйку.

Оторопевший от ее наглости кот, тем не менее, мудро промолчал.

Он остался досматривать фильм, кукушка с дроздом уединились на рябине меж цветущих кистей, откуда время от времени доносились игривый бас Максима и дикторский голос кукушки.

Бегемот не сразу понял, откуда взялся посторонний шум, а именно: вопли и крики, похожие на ругань. Тамара Георгиевна с Максимом удивленно примолкли.

- Убью тварь! - донеслось из леса, и к избушке с фантастической скоростью вылетел... футбольный мяч?

Да, это создание действительно напоминало футбольный мяч, да еще запущенный в полет мощным ударом какого-нибудь Зидана. Или Роналду.

Создание притормозило у сосны, на вершине которой сидел древний ворон Артемий Петрович, полуслепой, картавый, но отличный рассказчик, и проорало:

- Старый маразматик!

Пока ворон переваривал услышанное, существо метнулось к рябине и наградило Максима эпитетом "гопота крылатая", кукушку обозвало шалавой, а высунувшийся из окна кот получил:

- Тупая мохнатая нечисть!

Изба не осталась забытой:

- Курица на ржавых траках!

После чего существо включило форсаж и унеслось дальше, попутно нахамив беличьему семейству. Еще слышно было победное:

- Я от дедушки ушел, я от бабушки ушел, и от лесных дебилов тоже уйду-у-у-у-у-у-у-у-у...

Тут к избе выбежали волк Француз, заяц-шулер, злющая лиса и обитатель заросшего малинника медведь Комлев.

- Не догоним скотину, - пропыхтел медведь.

- А... э... - выдавил кот. - А что это было?

- Колобок, сука! - взвизгнула лиса. - У него опять обострение!

Среди ветвей рябины всхлипывала кукушка:

- Меня никто так не оскорблял...

Максим нежно обнимал ее крыльями.

Путем выспрашивания Бегемот выяснил, что на Колобка время от времени накатывает - он рассекает по лесу на огромной скорости, оскорбляя встречных, и сматывается. Догнать его не удавалось. Что конкретно подмешала в муку для выпекания охреневшего хлебобулочного изделия пожилая чета Семивратских из Васильевки, никто не знает, а дедушка с бабушкой молчат каменно.

Звери пытались отдышаться, кукушка рыдала, ворон Артемий Петрович интеллигентно возмущался.

- Паскудная сказка получается, - сформулировал медлительный Комлев. - Поймать бы Колобка да по морде его, по морде!

Все посмотрели на мощную медвежью лапу.

- Гм, - произнес дрозд Максим. - Тамарочка, н-не плачь, я разберусь.

Приобняв еще раз кукушку, дрозд попрощался и взмыл в воздух, набрав высоту боевым разворотом. Всхлипывая, Тамара Георгиевна вернулась в часы, звери разбрелись, кот развалился на подоконнике. Фильм закончился, телевизор выключился. С вершины сосны по-прежнему проклинал Колобка Артемий Петрович. В лесу гомонили, постепенно затихая, оскорбленные белки.

- Мучной придурок, - раздалось из часов.

- Дебил конченый, - поддержал кукушку кот.

Изба гневно заклокотала.

- Чегтов хлеб с синдгомом Тугетта, - прокартавил ворон и замолчал.

Внезапно лес взорвался птичьей перекличкой - от испуга Бегемот вскочил и зашипел, изогнув горбом спину. В часах, в кукушкином домике, что-то упало.

- Враг на шесть часов! - истошно заорали с соседней поляны.

Ж-жух! На бреющем пронеслось звено певчих дроздов. Другое звено пролетело на средней высоте. Раскатилась барабанная дробь дятлов, они что-то передавали морзянкой.

Над деревьями, сохраняя строгий боевой порядок, патрулировала эскадрилья черных дроздов. "Да сколько ж их?" - мысленно изумился кот, заметив тройку рябинников во главе с Максимом.

- В клещи его, братва! - Максим спикировал куда-то меж деревьев.

- Ай! Ой! Твою мать! - судя по этим возгласам, в лесу происходили интересные события.

Бегемот пожалел, что их не видит.

Замелькали птицы, выполнявшие фигуры высшего пилотажа с мастерством признанных асов.

- Воздушная кавалегия, в атаку! - не выдержал Артемий Петрович, устремляясь вниз. Спустя несколько секунд его голос раздался от земли. - Не нгавится, а? Не нгавится?

- Аййййййййййййй! - тонко завыл кто-то.

- Петрович, отставить! - по-военному гаркнул бас Максима.

- Что там происходит? - Тамара Георгиевна прилетела и села на подоконник рядом с Бегемотом.

Но в лесу уже стало тихо. Кот с кукушкой переглянулись - ясно, что Максим во главе воздушной армии дроздов и вспомогательных подразделений настиг и покарал Колобка. Ясно и то, что триумфатор Максим должен объявиться.

Он объявился вечером.

- Тамарочка, - совершив посадку на подоконник, дрозд по-гусарски приосанился, - позволь предоставить тебе трофей. Облепихин, тащи!

Крупный рябинник, как хищная птица держа в когтях круглое существо, подлетел к избе и разжал когти. Основательно поклеванный Колобок шмякнулся к ногам кукушки.

- Сильно извиняюсь, готов искупить, больше не повторится... - забормотал хлеб, пугливо косясь на дроздов.

- Ой, да пошел ты! - Тамара Георгиевна пнула Колобка так, что он слетел с подоконника и загремел по тракам избушки. - Максим, ты чудо!

Кукушка бросилась обнимать дрозда.

Выпрыгнув в окно, Бегемот успел настигнуть Колобка раньше Облепихина.

- Да-а, - сказал кот, разглядывая покалеченный хлеб, - вы его обработали на совесть.

- Эт не мы, - сознался Облепихин, - эт братья Молотковы.

- Кто? - переспросил Бегемот, не знакомый со всеми лесными обитателями.

- Дятлы, - пояснил дрозд, и кот задумчиво высказал то, чего не понял Облепихин:

- Вот где Хичкоку надо было фильмы снимать.

Десятый контакт

В тихую прелесть раннего утра нагло вклинился звонок мобильника. Леший взял телефон.

- Быстро ко мне вместе с Серегой, - не здороваясь приказал Кощей.

На этом звонок завершился.

Вздохнув, Леший поднял паяльную лампу - жилище джинна-мастерового Сереги - и отправился в особняк Бессмертного. Как назло, мамонтенок Васька где-то шлялся, поэтому пришлось топать пешком.

Кощей встретил Лешего у ворот. Лесной хозяин машинально отметил сие обстоятельство: обычно Бессмертный сидел за мощным компьютером в своем кабинете, отделанном эбеновым деревом, и создавал видимость деятельности. Именно создавал, поскольку не однажды Леший видел на мониторе заставку четвертого "Фоллаута".

- Пошли, - Бессмертный потянул гостя в глубину двора мимо искусственного пруда, скульптур, подстриженных кустов и цветущей сакуры.

За этим великолепием, неподалеку от теплиц с ананасами, стояла до боли знакомая конструкция, напоминающая одновременно дирижабль и самолет, но на гусеницах. Лесной хозяин ахнул, узнав избушонка Цеппелина, потомка избы Бабы-Яги и его, Лешего, сарая.

- Цеппелин вернулся?! - обалдел Леший.

- Хе, "вернулся", - хмыкнул Кощей. - Вернули!

Избушонок выглядел плохо. Мятый фюзеляж, сорванная левая гусеница, потерянный опорный каток, вырванный с корнем элерон правого крыла и множество мелких повреждений придавали Цеппелину вид пострадавшего в жестоком бою.

- Серега! - крикнул в трубу паяльной лампы Леший. - Наклевывается капитальный ремонт воздушного судна.

Джинн-мастеровой вихрем вылетел из лампы, принял человеческий облик, увидел избушонка и призадумался.

Пока Серега ходил вокруг Цеппелина, оценивая неполадки, Леший смотрел на ухмыляющегося Бессмертного и настораживался все сильнее.

- А пробоина откуда? - спросил джинн, трогая дыру под крылом.

- Метеорит, - кратко пояснил Кощей.

- Какой метеорит? - удивился Серега.

- Из потока Леонид, - продолжал ухмыляться Бессмертный.

- Да ты можешь объяснить?! - непонимание Лешего достигло крайней степени.

Кощей вынул из кармана мотоциклетной куртки мутный кристалл неправильной формы, нажал на выступ сбоку. Над кристаллом развернулась голограмма непонятного существа. После короткой паузы существо заговорило электронным голосом:

- Копия записи акта передачи. Бюро находок центра Галактики. Настоящим удостоверяется, что беспилотный аппарат за номером три тысячи двадцать два дробь пятнадцать дробь шестьдесят восемь, проходящий вне каталога, обнаруженный за орбитой девятой планеты системы желтого карлика - расстояние от центра Галактики двадцать шесть тысяч световых лет, возвращен владельцу. Список повреждений и причин повреждений в приложении номер один, координаты точки обнаружения в приложении номер два, описание аппарата в приложении номер три...

Кощей снова нажал на выступ, запись прервалась.

- Что это было? - выдавил изумленный Серега.

А было вот что.

Накануне вечером, после яркой зеленоватой вспышки во двор Кощея телепортировался столообразный робот из тусклого металла, причем сходство со столом усиливали четыре ножки. Бодро шевеля грунтозацепами, он подкатился к дверям. На лай и вой охранных хеллхаундов выбежал Бессмертный и увидел металлического визитера.

Робот заскрипел, зафонил, защелкал.

Хотя облик механизма был, мягко говоря, странным, Кощей не потерял присутствия духа. Впрочем, Кощей не терял его ни при каких обстоятельствах.

- Откуда ты взялся, Терминатор? - спросил он.

Вокодер робота издал резкий щелчок.

- Язык - русский, - вдруг сказал гость. - Время настройки системы тридцать секунд.

Хеллхаунды нерешительно гавкнули.

- Тихо, - буркнул Кощей.

Ровно через полминуты металлический стол заговорил:

- Согласно Федерального Закона УРД центра Галактики о находках за номером пять шесть пять от двенадцатого дробь восьмого, любое устройство для межзвездных перелетов, обнаруженное в секторах с тысяча триста восьмого по шесть тысяч двести двадцать первый включительно, обязано иметь владельца, каковому владельцу устройство должно быть возвращено не позднее одной галактической секунды после обнаружения... - роботостол прервался и выпустил перед собой конус серебристо-синих лучей, которые сформировали изображение летательного аппарата.

- Цеппелин! - радостно ахнул Бессмертный.

- Проверка подтверждена, владелец найден, - заключил робот. - Акт передачи завершен.

- Где завершен? - возмутился было Кощей, но замолчал, увидев, как рядом с роботостолом материализуется побитый космосом избушонок.

- Кристалл с копией записи акта передачи прилагается, - из крышки стола выдвинулось суставчатое щупальце, потянулось к Кощею.

Хеллхаунды зарычали.

- Лежать! - рявкнул Бессмертный, и адские гончие мгновенно бухнулись на подстриженный газон. Кощей взял протянутый кристалл. - Как оно работает?

- Кнопка активации записи на третьей грани, - пояснил роботостол.

Отыскав нужный выступ, Бессмертный нажал на него.

- Копия записи акта передачи. Бюро находок центра Галактики. Настоящим удостоверяется...

Дослушав до конца, Кощей кивнул.

- Имеете ли претензии? - поинтересовался робот, который, как выяснилось из записи, оказался курьером Бюро находок.

Бессмертный претензий не имел.

...Леший с Серегой слушали Кощея, пребывая в оглушенном состоянии. Лесной хозяин опомнился первым.

- Это же... сенсация, - тихо произнес он. - Первый контакт...

- Не первый, - буркнул Кощей. - На моей памяти десятый. Вот робота первый раз прислали - это да.

- Как десятый? - джинн Серега замер.

- Очень просто, - Бессмертный прищурился, вспоминая. - В древней Индии - раз, потом три случая в Бермудском треугольнике, когда у хумсов (раса такая) сломался телепортатор, и они случайно нашу технику к себе в М-31 перебросили, задолго до того в Шотландии было, где-то в районе озера Лох-Несс. Где еще? А, в Подкаменной Тунгуске, далее в Нью-Мексико чехарда с летающей посудой творилась, над Вашингтоном молодые йынтыки устраивали гонки и в каком-то заштатном Петрозаводске заметили экскурсию из М-33. Остальные случаи - липа и газетные утки.

- Так... э-э-э-э... - выдавил Леший, медленно начиная понимать, что Бессмертный встречался с инопланетянами.

- Чему ты удивляешься? - пожал плечами Кощей. - Мы для них что-то вроде заповедника, полудохлая цивилизация, разум в колыбели. Серега, чини Цеппелина, может быть, потом я рискну слетать за Плутон. Пора налаживать контакты.

Непарнокопытный светоч

Полевой заехал к Бабе-Яге испить чаю и поделиться радостью: он разобрал несанкционированную свалку близ Васильевки, уничтожил мусор и пребывал в состоянии тихой эйфории. Правда, в глубине свалки творились странные колдовские вещи, но во-первых, местные об этом знали и туда не ходили, во-вторых, повлиять на непонятные чары нечисть все равно не могла.

- Теперь займусь мусором у заброшенного колодца, - составлял планы Полевой, дуя в блюдце с чаем, - наведу порядок на пасеке в Заложье и починю мельницу. Леший с Серегой помогут.

- Эколог ты наш, - ласково сказала Яга, подкладывая приятелю клубничное варенье. Общение с начитанной Кикиморой изрядно пополнило бабкин лексикон.

В этот момент со двора раздался голос:

- Есть кто дома?

Голос был незнакомым. Избушка недовольно закудахтала, Яга высунулась из двери.

- Ну я дома, - проговорила старуха.

Не реагируя на слова хозяйки, гость изучал сруб избы, установленный на ходовую часть танка, причем чем больше его взгляд скользил по каткам и тракам, тем сильнее его лицо принимало дебильноватое выражение.

- Зачем пришел? - повысила голос Яга.

- А! - опомнился визитер. - По делу я. Лошадь у меня пропала.

- Али я цыганка? - подбоченилась оскорбленная бабка.

Незнакомец стушевался.

- Не... не так... лошадь пропала на свалке... я ехал, а она...

Яга жестом остановился гостя, поскольку фраза "лошадь пропала на свалке" заставила ее насторожиться. В избе Полевой перестал хлюпать чаем.

- Давай с самого начала и в подробностях, - с интонациями следователя по особо важным делам приказала старуха. - Ты кто?

Гость оказался жителем Васильевки Михаилом Петровым. Накануне он поехал к куму помочь с обшивкой бани, повез доски и гвозди, помог, отправился восвояси и по пути заснул. Проснулся рядом со свалкой, оглобли пустые, лошади нет. Вот, собственно, и всё.

Но бабка знала деревенских как облупленных.

- Могарыч был? - спросила она, сделав ударение на "был".

Потупившись, Петров нехотя кивнул.

- То есть, вы с кумом нажрались в сопли, он погрузил тебя в телегу, ты поехал домой, - выясняла детали опытная Яга. - Запрягали кое-как, да?

Петров кивнул второй раз.

- Долбодятлы, - припечатала бабка и продолжила: - подозреваю, что развязались гужи, и твоя лошадь попросту свалила куда-то. Ты ее искал?

- Искал, - буркнул любитель выпить. - Следы на свалку ведут.

- Лошадь жрать отправилась, - прокомментировал из избы Полевой, - там трава в рост пошла, сочная. Сходи на свалку-то, пьянь.

- Боязно, - шепнул Петров, быстро проведя рукавом под носом.

Переглянувшись с Полевым, Яга вздохнула:

- Диктуй номер мобильного, если найдем - позвоним.

Обнадеженный Петров, продиктовав номер, перед уходом дал приметы пропавшего непарнокопытного:

- Гнедая кобыла, маленькая такая, Майкой кличут.

Полевой допил чай, вздохнул. Его Джип, избушонок-внедорожник, стоял за бабкиной баней, готовый везти хозяина куда скажет. Мать-избушка довольно кудахтала при виде сына: Джип вырос стильным гусеничным вездеходом с отличной проходимостью, было чем гордиться. Однако сейчас на свалку следовало идти пешком - если лошадь пугливая, могла сбежать окончательно.

- Пойду поищу кобылу, - попрощавшись, Полевой отправился в путь.

Отсутствовал он долго, объявился только на следующее утро, ведя в поводу гнедую кобылку в хомуте и разорванной напрочь шлее. Кобыла ржала, мотая головой, на шее колыхались тяжелые пряди косматой гривы.

Набиравшая воду из колодца Яга приостановила процесс.

- Едет Илья Муромец по лесу и видит, - услышала она, - все разбросано, деревья вырваны с корнем, на поляне Змей Горыныч валяется побитый, Илья и спрашивает: "Кто это тебя?". Змей ему отвечает: "Да вчера ветер сильный был, занесло при посадке". А чуть подальше сидит Соловей Разбойник, всклокоченный, под глазом фингал. Илья спрашивает: "Что с тобой, Соловушка?" Тот: "Да вчера ветер был сильный, с дерева снесло, ударился". Илья поехал дальше, а Соловей говорит Горынычу: "Как трезвый - нормальный человек, а как нажрется: "Не так свистишь, не так летаешь..."

Кобыла заржала взахлеб. Оторжавшись, сказала:

- Слышь, повтори про монашку и проститутку. Классный анекдот.

- Это ш-ш-ш-што такое? - громко прошипела Яга. - Что тут за Сивка-Бурка, пошлая каурка?

Полевой осекся, лошадь остановилась.

- Это не Сивка-Бурка, это Майка, - осторожно пояснил Полевой и рассказал, как нашел лошадь на свалке, в самом эпицентре серебристого тумана. Видимо, чары тумана повлияли на кобылу, сделав ее говорящей и самую малость разумной.

Всю обратную дорогу Полевой с Майкой болтали, затем Полевой принялся травить анекдоты, кобыла ржала.

- Звоню Петрову, - сообщила Яга.

Прижав уши, Майка попятилась, таща за собой вцепившегося в узду Полевого.

- Не надо, тетенька! - взмолилась лошадь. - Он же работать заставит, огород пахать, дрова возить, доски-и-и-и... - карие выпуклые глаза наполнились слезами. - А я, может, в цирк поступлю-ю-ю-ю.

- Какой цирк, дура?! - рявкнула старуха. - В НИИ тебя заберут, будут эксперименты проводить, рентгеном просвечивать, наркотой колоть!

Перспектива кобыле не понравилась, и после уговоров она с неохотой согласилась вернуться к хозяину. По телефону Яга предупредила Петрова, что с Майкой на свалке произошли некоторые изменения. Петров оказался человеком продвинутым:

- Мутация? - мрачно спросил он.

- Больше похоже на импринтинг, - Яга тоже была не лыком шита.

Конечно, даже подготовленный бабкой, Петров поначалу не верил ушам, осматривал кобылу и бормотал про чревовещание, пока Майка не начала ругаться, требовать ужин и отдых. Печально покачивая головой, хозяин повел кобылу домой.

- Появилось еще одно разумное существо, - подытожил Полевой.

- Да их полон лес, - сказала Яга и сунула ему ведра. - Тащи воду в дом.

Две недели прошли мирно, если не считать подначек черного кота Бабы-Яги, который каждый раз при встрече с Полевым допытывался насчет анекдота про монашку и проститутку. Полевой отшучивался, упорно уходя от темы, чем окончательно растравил любопытство кота Бегемота. Пока хозяйка не огрела его метлой по спине, Бегемот не успокоился.

Когда всё вроде бы утихло, в один не очень прекрасный день у избы появился Петров с кобылой. Оставив Майку за плетнем, Петров поднялся в избу и виновато сказал:

- Жить стало невозможно.

Яга оторвалась от просмотра телепередачи. "Славутич" показывал программу "Время" от 1969 года. Восторженно сообщали о запуске с космодрома Байконур ракеты-носитель "Молния", которая вывела на траекторию полёта к Венере АМС "Венера-5".

- Петров, - повернулась к гостю бабка, - чем тебя не устраивает говорящая лошадь?

- Болтает много и пошлые анекдоты травит, - шмыгнул носом визитер. - А так дурой была, дурой и осталось. Можно ее как-нибудь опять сделать нормальной кобылой? Не говорящей.

Проникнувшись, Яга позвонила Полевому. Тот обещал подумать.

Петров оставил кобылу и отбыл домой.

Приехав через час после его ухода, Полевой сообщил Яге, что попробует отвести лошадь на свалку - клин клином вышибает. Возможно, серебристый туман повлияет на Майку, заставив ту инволюционировать, регрессировать... или как там называется этот процесс.

Кобыла обреченно потащилась за Полевым. Тот попытался развлечь ее анекдотами - не смог, и полдороги до свалки они шли в грустном молчании.

Яга ждала возвращения с любопытством. С одной стороны, ей жаль было терять разумное, хоть и бестолковое существо, с другой стороны, Майке будет лучше пребывать в прежней бессловесной ипостаси.

Наконец Полевой с лошадью показались на тропинке. Яга присмотрелась - хозяин полей и лугов выглядел странновато, кобыла шла, задумчиво косясь на резные листья папоротников. Яга подумала, что впервые видит на лошадиной морде ученую отрешенность и явный интеллект в глазах.

- Не сработало? - встретила бабка вопросом.

- Сработало, - буркнул Полевой, - но не в том направлении.

Старуха глянула на Майку. Кобыла дернула ушами и важным профессорским тоном произнесла:

- Дамы и господа! Я только что нашла новый случай сохранения структуры двух солитонов после взаимодействия.

С благоговением Баба-Яга и Полевой осознали, что им выпала честь присутствовать при рождении будущего светоча математических наук.

Правда, непарнокопытного.

Родственница

Совхоз, который домовые окрестных деревень ехидно именовали "Лучина Октября", существовал более или менее прилично за счет хорошего меда и невероятно вкусной картошки. Выращивали и рожь с пшеницей, снабжая мукой собственный хлебозавод. Продукция расходилась по области со сверхсветовой скоростью, причем один из пекарей хлебозавода, отчаянный грибник и хороший знакомый Лешего, снабжал нечисть тульскими пряниками.

В благодарность Полевой оберегал поля, особенно летом, когда полным ходом шла уборка урожая. Он периодически объезжал совхозные владения на избушонке-внедорожнике Джипе. Измотанные водители и комбайнеры на странное средство передвижения, изредка попадавшееся на глаза, не обращали внимания.

Как-то в душный полдень хозяин полей увидел отъехавшую от комбайнов "скорую". Вырулив на проселок, машина врубила сирену и понеслась по направлению областного центра. Случилось что-то, бывает. Оставив Джипа в лесу, Полевой подкрался к людям. Расходясь к машинам, те обсуждали тепловой удар, обрушившийся на голову комбайнера Митрича.

Нахмурившись, Полевой выпрямился и осмотрелся. Над полями висело марево, воздух подрагивал, и на секунду мелькнула вдалеке белая фигура.

- Нешто родственничков принесло? - вслух подумал Полевой.

А родню следовало встречать во всеоружии, поэтому, подсчитав имеющуюся наличность (он промышлял сдачей металла, который щедро поставляли свалки и заброшенные деревни), Полевой окликнул Джипа и покатил в город. Зной душил, ветер не поднимался, солнце палило нещадно, как в какой-нибудь Сахаре, полегчало лишь ночью.

На следующий день Полевой залег в засаду.

К полудню жара установилась адская. Далекие фигуры машин и людей казались дрожащими, призрачными, ненастоящими, как миражи, но шедшая по обочине разделявшей два поля дороги женщина в белом с серпом в руках была ох как реальна. В слабом колебании воздуха менялись лицо и осанка - Полевой видел то молодую девушку, то морщинистую седую старуху. Что девичье, что старушечье лицо одинаково сохраняло злобу, иссушающую, как сама жара.

Снимая с плеч рюкзак, Полевой вышел на дорогу. Женщина остановилась.

- Привет, Полудница, - сказал Полевой. - Объявилась? Неймется?

Не отвечая, Полудница взмахнула серпом, жара сгустилась, стала невыносимой, вдоль обочины затлела сухая пожелтевшая трава.

- Остынь, злыдня! - хозяин полей выхватил из рюкзака готовый к работе огнетушитель, направил раструб на родственницу и нажал рычаг.

Визгу было много, больше чем пены. Отмахиваясь и уворачиваясь, Полудница потеряла серп, белые одежды покрылись пятнами, пышные волосы преобразились в пенные сосульки.

- Пре... прекрати! Ай!! Идиот!! - обрела она голос.

- Сама дура, - невозмутимо отвечал Полевой, продолжая поливать родственницу.

- А бл... БУЛЬК! - Полудница открыла рот шире, чтобы с чувством обругать родича, но рот тут же забило пеной.

Хозяин полей поставил на дорогу опустевший баллон:

- Учти, у меня еще есть.

Отплевываясь, Полудница покрутила пальцем у виска.

- Сейчас второй огнетушитель достану, - предупредил Полевой, помолчал и рявкнул: - ты последнего ума лишилась? На кой черт людей калечишь?

- Мы - нечисть! - родственница выплюнула остатки пены. - Нам положено.

- Дура, она и в Африке дура, - резюмировал Полевой.

Полудница тихо ругнулась, осмотрела свою некогда белую хламиду и взялась за голову. Нащупав вконец испорченную прическу, расстроилась окончательно.

- Глянь, что ты наделал.

- Не, я еще и виноват! - дернул плечами хозяин полей. - А Митрич с тепловым ударом в больнице - это нормально?! Мужик-то хороший.

Чем больше уходила злоба Полудницы, тем скорей налаживалась погода: постепенно поднимался ветер, по небу потянулись облака, жара начала спадать.

- Совсем вы тут очеловечились, - проворчала гостья, - старые заветы забываете.

- Не рассказывай мне сказочку про козявочку, - произнес Полевой, - ишь, старые заветы вспомнила, ага. Мобильной связью пользуешься? Телевизор, ноут есть? Только не ври!

Родственница покраснела.

- То-то, - малость подобрел Полевой. - Признавайся, холера, с кем опять поругалась?

- С подружками, - буркнула Полудница.

Кто бы сомневался. Полаялась с такими же идиотками и помчалась зло срывать, а в злости Полудница могла натворить многое. Удушливый зной с тепловыми ударами - это так, разминка.

- В другой раз нахулиганишь - будет худо, - пригрозил Полевой, поднимая пустой огнетушитель и убирая его в рюкзак. - Мы нынче с людьми в дружбе, - он ухмыльнулся, бросив взгляд на запятнанную хламиду. - Ладно, поехали к Кикиморе, почистишь у нее свои шмотки да чаю попьем с тульскими пряниками.

Индийские пряности

Нацепив очки, Баба-Яга села за стол и придвинула толстую книгу. Подумав, что хозяйка решила повторить курс заклинаний для начинающих, черный кот Бегемот одобрительно мурлыкнул, но Яга разочаровала его.

- Итак, - сказала она, - "Кулинария", автор Якоб Карлик Нос.

- Ну-у-у-у, - протянул кот.

Старуха сурово глянула на него поверх очков:

- Цыц, пожиратель подлещиков! Хочу устроить себе праздник.

- Маринованный лосось, - шепотом подсказал Бегемот и получил кукиш под нос.

Некоторое время в избе было тихо, только в ходиках возилась кукушка Тамара Георгиевна.

- Хаукарль, - намекнул кот.

- Спасибо, поблевала, - не отрываясь от чтения, отрезала Яга.

Тамара Георгиевна в часах хихикнула.

- О! - старуха подняла палец. - Суп дал! Или дхал... Индийские названия такие индийские, - Яга погрузилась в изучение рецепта.

Кукушка высунулась из домика.

- Туда же миллион приправ надо, - показала она эрудицию.

- Одно время, - ответила Яга волшебной птице, - я переписывалась с индийским ракшасом, он прислал мне целую коробку специй, свечи с ароматом сандалового дерева и кассету с мантрами.

Кот, который давно отнес Лешему кассету, промолчал. Сейчас вместо исходной записи на ней были два альбома "Короля и Шута" - под них любил работать джинн Серега.

- "Рис сорта "Басмати" промыть в пяти водах", - с выражением прочла Яга. - Надеюсь, хотя бы не в водах Ганга.

Тамара Георгиевна снова хихикнула. Старуха встала.

- Сорт "Басмати" им подавай, - проворчала она и полезла в шкаф. - Что найдется, то и сварим.

Скоро в избе раскочегарилась многотопливная плита, в этот раз работавшая на дровах. Забулькала вода; в глубокой сковородке тушилось овощное ассорти. В ассорти Баба-Яга щедро сыпала специи из шкатулки, расписанной сюжетами из жизни Кришны.

Поскольку многие пряности пахли очень резко, Бегемот чихал без перерыва.

- Так, - старуха перечитала рецепт. - Разогреваем растительное масло, обжариваем щепотку горчичных зерен, щепотку зиры и мелко порезанную луковицу. Туда же два зубчика чеснока, корень имбиря, чайную ложку карри, помидор и стакан чечевицы. М-да, это напоминает мне составление одной волшебной мази.

- А что за мазь? - поинтересовалась любопытная кукушка.

- От ревматизма, - Яга кидала требуемые ингредиенты в казан.

Бегемот перестал чихать, принюхался и твердо решил, что пробовать варево не станет, зато Баба-Яга, когда все сварилось, щедрой рукой нагрузила в глубокую тарелку рис, овощи, непонятную чечевичную хреновину из казана и заработала ложкой.

- Вкусно? - осторожно спросил кот.

- Вкусно, - отозвалась старуха, - но остро.

По мере того, как пустела тарелка, Яга начала испытывать странные ощущения. Ей казалось, что она видит множество неярких лучей, пронизывающих избу. Яга посмотрела за окно - те же лучи были всюду. Ей захотелось произнести "Намо Лове Савва Сахнам", однако в этот момент истошно заорали кот с кукушкой, причем, оторавшись, Бегемот длинным прыжком сиганул в окно, а Тамара Георгиевна спряталась в домике.

- Вы чего? - удивилась старуха.

- В зеркало глянь, - посоветовала кукушка.

Последовав совету, Яга глянула в настенное зеркало и завопила сама, поскольку в дополнение к привычной паре рук появилась еще пара. Ничего такие руки, мускулистые, с гладкой кожей, в браслетах, но Бабу-Ягу они совершенно не украшали. Кроме того, на лбу старухи нарисовалась жирная красная точка.

- ...! ...!! ...! ..., на... .... в ...., от... с ... ...!!! - вырвалась у Яги непереводимая синтаксическая конструкция.

- Ого, - вполголоса произнесла Тамара Георгиевна.

Правая дополнительная рука пошарила по столу, нащупала кухонный нож и воинственно им взмахнула. Кукушка заперлась в домике изнутри.

Левая дополнительная рука делала подозрительные хватательные движения.

Яга взвыла.

Пометавшись по избе (правая рука по-прежнему размахивала ножом), Баба-Яга заставила себя сесть на кровать и попыталась размышлять спокойно. Спокойствие прервал Бегемот, забравшийся обратно в избу по бревенчатой стене. Он сел на подоконнике, внимательно изучил хозяйку и промурлыкал:

- Интересно, есть ли в областной больнице хорошие хирурги? Они должны знать, что делать с лишними конечностями.

- Мотя, заткнись, - устало сказала Яга.

Левая дополнительная рука показала коту кулак, правая погрозила ножом. Руки явно жили своей жизнью.

Постаравшись не обращать внимания на движения лишних конечностей и абстрагироваться, Яга включила планшет и загрузила скайп. После некоторых помех и неполадок со звуком на экране появилось лицо ракшаса.

- Вибхишана, дитя матери, чьи отцы выползли из грязной лужи возле хижины неприкасаемых! - одним духом выпалила старуха. - Какую дрянь ты мне прислал под видом пряностей?

- Со всем моим уважением... - недоуменно начал было Вибхишана, пригляделся, осекся и вдруг пал ниц. - О великая Кали, защитница богов и дарующая освобождение! - крикнул он, отбивая поклоны. - Яростная ипостась Шакти, уничтожающая демонов! Джай мата Кали, джай мата дурге, Кали, дурге - намо намах! Ом айм хрим клим чамундайе виччей намах ом.

Почему-то после песнопений Вибхишаны Бабе-Яге захотелось схватить меч-кладенец, вскочить на коня и помчаться на войну. С трудом подавив это желание, старуха рявкнула:

- Что в меня вселилось, падла индийская, и как вернуть всё обратно?!

- Ом айм хрим клим чамундайе виччей намах ом, - в экстазе завывал ракшас. - Старые боги возвращаются. Дакшине калике...

Яга вышла из программы и задумалась. Дополнительные руки вскинулись над головой.

- Хинди-руси бхаи, - распахнула дверцу домика Тамара Георгиевна. - Судя по всему, в тебя вселилась богиня Кали. Неприятная особа.

- У тебя кожа синеет, - заметил кот.

Яга со страхом посмотрелась в зеркало - мало того, что кожа, действительно, стала приобретать синюшный оттенок, еще и на лбу, на месте красной точки, начал прорезаться третий глаз.

Дико завопив, старуха схватила волшебную палочку, тыкала ею в себя и кричала:

- Интеграцио! Интеграцио!! ИНТЕГРАЦИО!!!

Заклинание не действовало. Выронив палочку, Баба-Яга зажмурилась в ужасе.

- Хозяйка!! - раздалось откуда-то сбоку.

- ХОЗЯЙКА!!! - орали уже два голоса.

Потом на старуху обрушилась ледяная вода.

Яга вскочила, открыв глаза.

На плите мирно кипела в кастрюле вода, на полу валялась шкатулка с рассыпанными пряностями, рядом стоял кот, сжимая в лапах пустой ковш. По спинке стула бегала встревоженная кукушка.

- Хозяйка, ты как? - с тревогой спросил кот. - Будим-будим, еле разбудили.

- Ты чего орала-то? - осведомилась Тамара Георгиевна.

Яга покосилась на зеркало, которое отразило мрачную старуху с одной парой рук, нормальной (тьфу-тьфу-тьфу!) кожей с огородным загаром и - уф! - безо всяких точек и третьих глаз на лбу.

- Кошмар приснился, - Баба-Яга вымела рассыпанные пряности за порог, и налетевший ветер унес их за пределы заповедного леса.

Убирая избу, старуха размышляла, было ли произошедшее сном или произнесенное трижды заклинание, сработав с запозданием, дало мощный эффект с откатом времени.

- Экзотические кушанья будут или нет? - спросил Бегемот.

Молча вынув из холодильника полкочана капусты, Яга принялась шинковать.

- Щи будут, - обронила она, - и больше никаких экспериментов в области кулинарии.

Концерт

Когда Баба-Яга с Кикиморой улетели на шабаш друзей в окрестности горы Брокен, оставшиеся в избе кукушка Тамара Георгиевна и кот Бегемот не скучали. Во-первых, время от времени бабкин своенравный телевизор "Славутич" включался и показывал все, что взбредало в его кинескоп. Кот с кукушкой посмотрели несколько выпусков передачи "Здоровье" с Белянчиковой, сериал "Мальчик со шпагой" (телевизор показывал и утраченные записи) и два финала Чемпионата СССР по хоккею с шайбой: 1977-78 и 1978-79 годов. Во-вторых, в перерывах между передачами Бегемот пел исландские песни, которые перенял от предыдущей хозяйки, великанши Грилы.

Кот пел хорошо, его баритон звучал мягко и верно, но Тамара Георгиевна кривилась.

- Мотя, это ужас! - решительно заявила она на четвертый день, в качестве аргумента процитировав исполненную котом песню: - "Ворон спит в седых горах. Замерзает всё вокруг, нет еды на берегу. Брюхо крутит голод, брюхо крутит голод". Кошмар!

- Не кошмар, а народная исландская песня, - важно ответил бывший Йольский кот.

- У вас все песни такие? - с ужасом спросила кукушка.

- Большей частью, - отозвался кот.

- При хозяйке не пой, - попросила Тамара Георгиевна.

Слова кукушки заставили Бегемота призадуматься. Он-то как раз и тренировался, надеясь прочувственно исполнить в честь Бабы-Яги несколько песен, надавить на эмоции и развести ее на лишнего подлещика и сметану, а если план сработает, то использовать манипуляцию песнями в дальнейшем.

- Тамара! - окликнул птицу кот. - А что бы такого спеть хозяйке?

Кукушка сама призадумалась:

- Может, что-нибудь русское народное? У Лешего, кажется, есть кассеты с записями.

Утром Бегемот прибежал к Лешему, правда, лесной хозяин отсутствовал, зато джинн-мастеровой Серега был дома и перепаивал акустический кабель, сооружая мощную стереосистему по заказу Кощея. Старый кассетник крутил "ДДТ".

- С рождеством вас, железо, повязка венцом. Медсестра Мать Тереза с симпатичным лицом... - подпевал Серега. Увидев кота, кивнул: - Здорово, Бегемотина! Как говорится, дело пытаешь аль от дела лытаешь?

- Дело! - устроившись рядом с джинном, кот втянул носом ядреную смесь запахов припоя, канифоли, раскаленного железа и чихнул. - У тебя есть кассеты с русскими народными песнями?

Серега ненадолго завис, перебирая в памяти фонотеку. Покосился на Бегемота, причем глаза джинна озорно сверкнули:

- Имеется подборочка.

Кот радостно подпрыгнул.

Серега переставил кассету и занялся своей работой, изредка весело поглядывая на кота. Бегемот насторожил уши, впитывая каждое слово новых песен. Память у кота была отличная: после двух прослушиваний он уже знал все мелодии, после трех - все слова.

Поблагодарив отзывчивого джинна, кот отправился домой, мурлыкая под нос наиболее понравившиеся куплеты. Серега смотрел ему вслед с ухмылкой.

Несколько дней после возвращения Бабы-Яги Бегемоту не предоставлялась возможность блеснуть вокалом, наконец выдался скучный вечер, когда телевизор отказался включаться, а интернет нещадно глючил. Помня о свежей сметане в холодильнике, кот дождался удобного момента и заговорил:

- Тоскливо... а ложиться спать рано.

- Ага, - поддержала разговор Яга, - я стою у ресторана, замуж - поздно, сдохнуть - рано.

Кукушка Тамара Георгиевна высунулась из часов и выдала кота с головой:

- Мотя хочет спеть.

- Чего?! - удивилась старуха. - Вроде не март.

- Русские народные песни, - важно произнес Бегемот, проигнорировав замечание насчет марта, - я готовился.

- Матчасть изучал, - подколола ехидная птица.

- Концерт, что ли? - поняла Яга. - Давай, Мотя, а то вечер, и правда, не задался.

Кот откашлялся.

- Мяяяяяяяяя... кхе-кхе... маааааа... мяяяяяяууу... - попав в тон, он запел: - мы лежим с тобой в маленьком гробике, ты костями прижалась ко мне, череп твой, аккуратно обглоданный, улыбается ласково мне...

Наблюдая, как у хозяйки хмурятся брови, Бегемот начал понимать, что поет не то, а когда Яга потянулась за метлой, к коту подступила паника.

Из часов выглядывала обалдевшая кукушка.

Рука Яги почти коснулась черена метлы, и кот по наитию резко перешел к другой песне:

- Решено, решено: заявленье - под сукно, я жениться не хочу и не умею. Отчего, отчего, отчего мне так тепло? Оттого, что я стою у батареи.

Бабка отошла на шаг от метлы, прислушалась.

На всякий случай прижав уши, кот продолжал:

- Мендельсон, Мендельсон, сочинил бы лучше он марш, которым в двери ЗАГСа не заманишь. Отчего, отчего нам жениться суждено? Оттого, что ктой-то хочет выйти замуж.

- Гм, - тихо сказала Яга.

- Для меня брак не враг, и невеста первый сорт, гармонист приедет завтра утром рано, - слегка приободрился кот. - Отчего, отчего, отчего гармонь поет? Оттого, что воздух давит на мембрану.

Брови старухи вернулись в исходное положение. Кукушка едва слышно хихикнула.

Выдохнув, Бегемот начал следующую песню, чеканя мотив:

- Сегодня с утречка я выпил коньячка - и вслед за этим водки выпил я. Потом портвейн "Кавказ", и ровно через час заплакала печёночка моя-я-я. Не плачь, печё-ё-ёнка, пройдет цирроз. Не страшен ве-е-ермут и каль-ва-дос. Не надо ду-умать, что в этот час синдром похмелья сломает нас.

Яга хмыкнула. Кот допел и перешел к четвертой:

- На твоих ресницах слезы, плачешь ты не понарошку. Стали явью все угрозы: нас послали на картошку. Ты в руках сжимаешь глобус, ищешь место дислокации. Поздно, Маша! Лезь в автобус, едем в поле тусоваться.

Яга с кукушкой посмеивались. Завершив песню, поощренный их смехом кот продолжил концерт:

- Мимо тёщиного дома я без шуток не хожу-у-у-у: я не то чтобы нескромный - просто душу отвожу. И душа безумной пти-и-и-и-ицей р-разобьет ее окно! То-то теща удивится, выпучит глаза... Смешно.

Баба-Яга захохотала. Тамара Георгиевна прыгала от восторга по крыше своего домика.

- Единственна-а-а-а-ая мо-я-я-я-я-я... - разошелся кот.

Киркоров помер бы от зависти, послушай он кошачье исполнение.

- Мотя, еще! - сквозь смех потребовала хозяйка.

- Сметана будет? - рискнул уточнить Бегемот по поводу гонорара.

- Будет, пой, - Яга смахнула слезинку.

- У нас богатый колхоз, мы производим навоз, - затянул кот под хохот Бабы-Яги и Тамары Георгиевны. - Зарплаты нет третий год, народ как пил, так и пьет. И все наше богатство - вилы без ручки, красное знамя, куча навоза, хромая корова, сломатый трактор, гармошка, три бабки и я. Пора картошку сажать, да тока где ее взять...

- Это же мотив "Shine on your crazy diamond", - выдавила кукушка. - Ой, я не могу!

- Ну, Мотя, ну отжёг! - дослушав, Яга в изнеможении плюхнулась на кровать. - Ты где эти песни взял?

У кота давно возникло подозрение, что подборочка песен джинна была какая-то не такая. Либо не русская, либо не народная.

- Серега дал послушать, - признался Бегемот, - сказал, на кассете русские народные песни, - он посмотрел на хохочущую хозяйку. - Не так, да?

- Русские они, русские, - отсмеявшись, сказала Яга и встала, - с большой натяжкой даже народные, но Серега тебя разыграл, - бабка направилась к холодильнику. - Спой-ка еще песенку.

При виде сметаны Бегемот вдохновился.

- Как упоительны рэйв-пати до утра: тусовки, "экстази" и танцы до упаду. Как грациозно вы со мной топтались рядом, как пел-насвистывал для нас певец Шура. Из рэйва слова ты не выкинешь - а жаль. К чему слова, когда в душе: "Tыдысь, тыдысь-тысь!" Как жаль, что с этого не смогут оттащиться те, кто под Лещенко балдеет втихаря, - заторопившись, кот пропустил куплет, но никто этого не заметил. - Как отвратительно в России по утрам, когда закончилась вчерашняя заба-а-ава, и что-то левое храпит в постели справа. Как отвратительно в России по утрам!

И ржущая Баба-Яга бухнула перед котом глубокую тарелку, полную свежей, восхитительно вкусной сметаны.

________________________________

Примечание: в Мотином репертуаре использованы тексты песен группы "Запрещенные барабанщики", Юрия Кудеева, группы "Мурзилки International", команд КВН "Дети лейтенанта Шмидта" и "Сибирские сибиряки".

Серегин пылесос

Волшебный родник, который делился живой водой, от щедрот налил Бабе-Яге половину супницы Кузнецовского фарфора - родник был неравнодушен к красивой посуде. Вернувшись к избе, Яга приняла отчет джинна-мастерового Сереги о проделанном ТО, по-хозяйски осмотрела подтянутые траки и осведомилась, заменен ли торсионный вал третьего правого опорного катка. Изба, давным-давно поставленная Лешим на ходовую часть легкого танка, привычно проверила амортизаторы и довольно закудахтала, хлопнув ставнями.

- Вал-то я поменял... - промямлил джинн, искоса поглядывая на Ягу. - Но кроме того... ты ругаться не будешь?

- Ну? - насторожилась бабка.

- Я в избе насвинячил, - признался Серега. - Нечаянно.

Поднявшись по лесенке, Яга заглянула в комнату. После короткого созерцания Серегиного свинства у нее вырвался долгий страдальческий вздох: джинн рассыпал графитовый порошок и пролил что-то липкое и мерзкое на вид. Кукушка Тамара Георгиевна из часов и бабкин черный кот Бегемот с кровати наблюдали за реакцией хозяйки.

- Кочергой бы тебя, - поставив супницу с живой водой на избушкину гусеницу, Яга повернулась к джинну. - Как это отмыть?!

- Не надо отмывать, - заторопился Серега. - Я принесу робот-пылесос, он у меня модифицирован и усовершенствован, не только пылесосит, но и моет. Все уберет, следа не останется.

Милостиво отпустив джинна за роботом, Яга поднялась в избу, перелила воду в бутыль и сообщила, что слетает к Полевому. Тот решил разбить виноградник, а чтобы ягоды росли быстрее, их следовало полить живой водой: опыт Лешего с семечком махорки показал, что она действует на растения изумительно. Поскольку у Полевого отроду не водилось красивой посуды, родник с ним не делился; ему пришлось звонить Бабе-Яге с просьбой о содействии.

- Прекрасно выглядишь, хозяйка, - льстиво мяукнул кот, стрельнув взглядом в сторону холодильника.

- Когда явится Серега, пусть настроит свою шайтан-машину и уберет гадость с пола. Завтра к обеду буду, - Яга посмотрела на кота. - Можешь поужинать топленым молоком, только все сразу не выхлебай - там два литра.

Морда Бегемота приняла блаженный вид.

Едва бабка верхом на метле, удаляясь, просвистела над лесом, как объявился джинн. Серега принес порядочный агрегат, размером, как определила просвещенная Тамара Георгиевна, не меньше советского пылесоса "Вихрь". Верхний кожух отсутствовал, являя взорам кукушки и кота платы с мешаниной проводов.

- Ацетилен кончился, - пояснил джинн. - Достану - сварю кожух.

Серега привычно нажал ряд кнопок сбоку, опустил уборщика на пол, воткнул вилку в розетку и пояснил:

- После зарядки аккумулятора загорится зеленый индикатор, робот съедет с базы и начнет уборку. Кстати, - джинн с подозрением посмотрел на розетку, - давно хочу спросить, откуда тут электричество.

Избушка самодовольно закудахтала.

- Изба генерирует, - пояснила Тамара Георгиевна, - при помощи магии.

От услышанного Серега отошел минуты через две.

- М-да, - джинн почесал в затылке. - Ну лады, я отбываю, отзвонитесь утром, как оно.

- Конечно-конечно, - кот уже пробирался к холодильнику, лавируя между грязными пятнами и потеками на полу.

Устроившись на подоконнике в обнимку с пластиковой литровкой, Бегемот переливал молоко порциями в широкую миску и медленно лакал, наслаждаясь вкусом. Попутно он созерцал, как перистые облака над лесом окрашиваются в розово-золотистый закатный оттенок.

- Ты скоро с брызгами лопнешь, - брезгливо произнесла кукушка, перебив поэтическое настроение кота, - надо же столько выпить.

Бегемот хотел огрызнуться, но в этот момент мирное жужжание стоящего на зарядке пылесоса сменилось низким утробным гудением. Недобрый был звук, таилось в нем что-то неприятное, предупреждающее, нехорошее.

Робот сошел с базы, мигнул красным индикатором, повернулся вокруг своей оси и решительно покатился в угол, где у Яги стояли веник, совок и швабра. Толкнув средства для уборки мусора, шайтан-машина уронила их и вытолкала за открытую дверь.

- По-моему, он избавляется от конкурентов, - осторожно высказала мнение Тамара Георгиевна.

Заниматься своими прямыми обязанностями, то есть, убирать избу кибергнида не собиралась. Покрутившись по комнате и окончательно размазав грязь по полу, робот издал мрачный рев, разбежался и таранил холодильник - наверное, принял его за следующего конкурента. Монументальный "ЗИЛ" наезда не заметил.

- Мне становится страшновато, - признался кот.

В тусклом свете сорокаваттной лампы (Яга экономила энергию) действия взбесившегося робота отдавали некоей инфернальностью.

Изба забеспокоилась.

- Ко-ко? - вопросила она.

Взвыв электронным голосом, киберсволочь снова набросилась на холодильник, но в столкновении проиграла: качественный советский чугуний оставил на передней панели робота трещину. После третьего неудачного тарана из трещины полезли провода.

- Терминатор, - хмыкнула Тамара Георгиевна.

Пылесос снова завыл. Кот прижался к подоконнику. Желание позвонить джинну и потребовать его обуздать дьявольскую технику росло и крепло, но единственный телефон Баба-Яга забрала с собой.

- Тамара, слетай за Серегой, - попросил Бегемот.

Кукушка глянула в окно, за которым разливалась ночная темнота.

- У меня нет прибора ночного видения! - отрезала она.

- Фонарик возьми, - кот не сводил глаз с елозящего по полу робота. Трещина на его панели разрасталась, пук проводов торчал снаружи, освещаемый красной индикаторной лампой. Лампа напоминала глаз киборга.

Следующей жертвой робот выбрал плиту, но та оказалась прочнее холодильника. Кибертварь добилась лишь того, что окончательно разбила панель, провода теперь волочились по полу. Индикатор слабо мерцал, робот завывал, как противоугонная сигнализация, внутри него побулькивало средство для чистки поверхностей.

- Чую, у нас будет веселая ночь, - сказал Бегемот.

В ответ на его слова робот вылил на пол лужу пенящейся жидкости.

- Проблевался, - констатировала кукушка.

Несмотря на загадочную и в какой-то мере жутковатую ситуацию, кот смешливо фыркнул. Кибергнусь отреагировала на смех, подвыв и бросившись к окну, причем от неожиданности Бегемот едва не вывалился наружу. Миска для молока упала с подоконника в избу, и озверевший робот принялся ездить по ней, утюжа бедную посудину, как танк окопы.

- Таких роботов надо врагам подбрасывать, - заметил Бегемот. - Тамара! Что делать будем?

У кукушки созрел план:

- Если вынуть вилку из розетки, то, когда пылесос разрядится, база ему не поможет, он и остановится.

- Вынимай, - милостиво кивнул кот.

- Чем?! - выбравшись из домика в часах, Тамара Георгиевна демонстративно помахала крыльями. - Придется, Мотя, идти тебе. Давай, Вальгалла ждет героев.

Попытка спуститься с подоконника не удалась - обнаружив жертву, кибермерзость резво покатила к коту, поэтому Бегемот, несмотря на тянувшее к земле выпитое молоко, взлетел обратно с легкостью тополиного пуха.

- Бунт машин, - проговорил он, глядя, как робот яростно колотится о стены.

Кое-где проводка начала искрить. Потянуло горелым пластиком.

- Ко-о-о-о-о... - тревожно проговорила изба.

- У меня дурные предчувствия, - сообщил Бегемот и потянулся лапами к бутылке с остатками молока - кот не терял аппетит ни при каких обстоятельствах.

- Стой! - рявкнула кукушка. - Ну-ка попробуй вылить на него молоко. Вдруг замкнет?

- Ответственность на тебе, - кивнул кот, свесившись с подоконника. - Иди сюда, тварь железная. Н-на! - молоко, вылитое меткой лапой, угодило точно в аккумуляторный отсек.

Завывая на ультразвуке, покалеченный уборочный девайс заметался по избе, ахнул, крякнул, откатился к открытой двери и задымился.

Кот понял, что настал момент истины, мощным прыжком покинул подоконник, вытолкнул пылесос во двор под одобрительные возгласы кукушки. Загремев по тракам избы, робот свалился на землю, булькнул и взорвался.

- Ты ж моя зайка, - похвалила кота кукушка.

К обеду Баба-Яга вернулась домой. Изба встретила ее стерильной чистотой и отсутствием в холодильнике не только молока, но и копченой колбасы.

- Мотя... - бабка укоризненно покачала головой.

- Он снимал стресс, - вступилась кукушка и описала события прошедшей ночи.

- Однако, - выслушав, проговорила Яга. - А кто избу убрал, если робот накрылся?

- Серега убирал, - проворчал Бегемот. - Мы уж поутру за ним сбегали.

Через неделю джинн принес коробку с новым пылесосом, при виде которого Бегемот зашипел и изогнул спину, а Тамара Георгиевна предупредила, что ей понадобятся транквилизаторы.

- Не-не, это нормальный! - поспешил успокоить Серега. - Я его опробовал.

- Опять сам отлаживал? - подозрительно осведомилась Яга.

- Не, - шмыгнул носом джинн, - на али купил. Я че-та зарекся связываться с такой техникой.

Техномант Мухин

Оборотень Анатолий выбрал для прогулки по лесу летнюю ночь с отличной погодой и, как водится, полнолуние. Даже суперлуние. Огромная сияющая луна висела над сказочным лесом, рождая страстное желание завыть. Приятель оборотня, волк Француз, ждал на поляне.

- Же сюи рави де те вуар, Анатоль, - церемонно поздоровался он.

За время общения Анатолий невзлюбил французский на всю оставшуюся жизнь, что не помешало нахвататься от волка порядочно слов и фраз.

- О, мон Дье! - рявкнул оборотень. - Ассе!

От изумления Француз осел на задние лапы.

- Достал ты со своим французским, - буркнул Анатолий. - Куда пойдем?

- На горку, - подумав, решил волк. - Оттуда дальше слышно.

Спустя полчасика обитатели леса услышали волчий дуэт. Француз с Анатолием выли на луну с чувством, громко и чисто, делая паузы в нужных местах и заканчивая музыкальные фразы почти йодлем. Они исполнили гимн великому полнолунию и собирались перейти ко второй части оратории, когда разбуженный Леший заорал:

- Француз, скотина!! Фиш ле кам!

Не ожидавший от лесного хозяина выражения "вали отсюда!" на сладкозвучном языке галлов, волк прервался. Анатолий шепотом предложил убираться, поскольку разозленный Леший мог примчаться и отходить приятелей тупым тяжелым предметом, например, ржавой лопатой. Прецедент уже был.

Посовещавшись, волк с оборотнем перебазировались к бывшей свалке, в прошлом году разобранной Полевым. Над свалкой поднимался серебристый магический туман, от которого следовало держаться подальше, потому как действие его на живые существа прогнозированию не поддавалось.

Этой ночью туман был особенно густ и искрист.

Едва Француз с Анатолием, задрав морды к луне, приступили к спевке, как в центре туманной завесы началось странное шевеление. Приятели мигом замолчали, насторожились и припали к земле, постаравшись затеряться в зарослях ольшанника.

Из тумана со скрипом выползла железная конструкция. Присмотревшись, оборотень с удивлением опознал древнюю кровать с пружинной сеткой и медными шарами на стойках. Кровать покачалась на ножках и неуверенно двинулась по тропе.

- Кес ке се? - прошептал Француз.

Кровать замерла. С неприятным скрежетом шары повернулись, как глазные яблоки хамелеона, и порядком напуганные приятели увидели у них зрачки. Кровать смотрела.

Смотрела на них!

Поняв, что оказался внутри романа Стивена Кинга, Анатолий бодро пополз по зарослям, затем вскочил и дал деру. Рядом на пятой передаче мчался волк.

- Как будто мало нам было драки с Жеводанским зверем, - выдохнул Француз, отмахав третий километр.

Оборотень остановился.

- Кошмар, - проговорил он. - Давно у вас в лесу такое?

Волк вспомнил и рассказал приятелю историю с ожившим пылесосом Бабы-Яги, но добавил, что джинн Серега такой некромантией с кроватью заниматься не станет.

Анатолий ненадолго задумался.

- Вернемся, а? - наконец предложил склонный к авантюрам оборотень. - Зайдем с другой стороны, поглядим, понюхаем. Удрать всегда успеем.

- Ну... пошли, - без энтузиазма согласился волк.

Они обошли свалку, подкрались со стороны заброшенной деревни и сразу учуяли запах железа и машинного масла, потом услышали неровные шажки: в лунном свете по заросшей тропе прохаживалась швейная машинка "Подольск" с ножным приводом. Образец советского машиностроения был сломан и заржавлен.

У Француза глаза полезли на лоб.

Анатолий толкнул его носом и взглядом указал на развалины деревенского дома. Оттуда выползал совершеннейший монстр - круглая стиральная машина "Волга" лязгала всеми частями своего организма. На верху машины непрерывно крутились валики для отжима белья, что выглядело устрашающе. Сбоку свисал шланг.

Цельнометаллическое чудище, хромая, подошло к швейной машинке, споткнулось, врезалось в "Подольск", и оба бытовых устройства рухнули в лопухи. Над местом катастрофы печально взвился и опал резиновый шланг.

- Они тупые, - шепнул Француз.

Не отвечая, Анатолий прислушивался, большие мохнатые уши оборотня дрожали от напряжения. Волк тоже вслушался. В лопухах гулко стучали друг о друга "Волга" и "Подольск" - то ли они пытались встать, то ли занимались чем-то другим, более интересным. Далеко-далеко скрипела и дребезжала кровать, а где-то чуть ближе раздавались шаги и тяжелое дыхание человека.

- Жмем, - оборотень скользнул в кусты и взял направление на шаги.

Довольно быстро приятели нагнали пожилого мужика с тачкой. На тачке возлежала прогоревшая печь. Мужик шел в сторону свалки, бормоча:

- Жизнь в металл, техника оживает, да. Некромантия, техномантия... Я техномант.

От техноманта попахивало дешевой водкой.

- Стоять, полиция! - по наитию рявкнул Анатолий.

Мужик, пискнув, осел на дорогу и схватился за сердце.

Тачка опрокинулась, вывалив печь в папоротники.

- Расхищаем? Мародерствуем? - вещал из кустов оборотень.

Мужик явно не понимал, что происходит, а когда увидел вышедших на тропу двух огромных волков, икнул и привалился к тачке.

- Отключился, - констатировал Француз.

- Надо разобраться, - сказал оборотень. - Кто ближе живет из специалистов? Яга? Леший?

- Кощей, - прикинув расстояние, ответил волк. - Сейчас сбегаю.

Заинтересованный Бессмертный приехал на своей "Хонде Валькирии" так быстро, что оживитель техники с мебелью не успел прийти в себя. Поскольку Кощей отличался предусмотрительностью, то прихватил нашатырный спирт. Он возымел действие.

- Ну-у-у? - вопросил Бессмертный, сияя лысым черепом в лунном свете.

Путем допроса выяснилось, что любитель металлолома носит фамилию Мухин и живет в деревне Малиновка. Однажды, обнаружив свалку и волшебный туман, он решил поэкспериментировать с магической субстанцией и принялся бросать в него разные предметы.

- Наверняка пьяный был, - заметил проницательный Анатолий.

По взгляду Мухина все поняли правоту оборотня. Впрочем, об этом следовало догадаться с самого начала - человек в здравом уме, твердой памяти и трезвом состоянии подобными экспериментами заниматься не будет с вероятностью 99,9%.

- Не ты, часом, потроха от пылесоса продал за бутылку? - осенило Кощея. Он напал на происхождение бешеного агрегата, который едва не разнес избу Бабы-Яги.

Эту историю знал весь сказочный лес.

- Я, - твердо сказал Мухин. - Но мне не в чем себя упрекнуть! Я чувствую в себе силу! Магическую силу. Я повелеваю серебристым туманом и металлом! Я - техномант.

Анатолий вспомнил ожившую кровать - ни разу не технику - и пробормотал:

- Ты идиот.

- Я техномант!! - брызнул слюной Мухин, и Француз опасливо отодвинулся, уловив изменение запаха и заметив расширенные зрачки.

- Конечно-конечно, - Кощей аккуратно ткнул техноманта Мухина пальцем между глаз.

Тот покачнулся и снова вырубился.

- Психи, говорят, активнее в полнолуние, - резюмировал Бессмертный. - Анатолий, придется тебе стать человеком: нужна помощь. Француз, ты свободен.

Француз ждал прихода следующей ночи с нетерпением. Не успела луна подняться над лесом, как волк опрометью бросился к заветной поляне в ожидании Анатолия и его рассказа о судьбе техноманта.

- Я его, значит, в тачке до деревни довез, - рассказывал оборотень, - родственникам сдал, мол, спятил ваш родич. Те: "Елки-палки, только месяц прошел, как он из психушки выписался". Я: "Опять готов". Они давай врачам названивать, а этот по дороге очухался и орет: "Я техномант! Я оживляю технику! У меня власть над металлом!" Цирк, одним словом.

Француз хмыкнул.

- А с ожившей техникой что сделали?

- Обратно загнали в... как его... в небытие, - приняв волчий облик, Анатолий потянулся. - Кощей посмотрел, поржал - машинки же так в лопухах и валялись - пальцами щелкнул, они затихли. Вот и всё. Пойдем на горку? Луна сегодня не чета вчерашней, но тоже хороша.

Они сидели на горке и выли дуэтом, пока Леший снова не заорал:

- Францу-у-у-уз! Лес муа ан пэ. Фиш ле кам!

...А по лесным тропам вокруг свалки печально бродила забытая кровать, порождение техноманта Мухина.

Антимидас

Из открытого окна избы вылетел веник, попав точно по голове зайцу-шулеру, который выдергивал из грядки морковь. Метательный снаряд сопровождался грозным возгласом Бабы-Яги:

- Вон отсюда, шантрапа лесная!

Успев подхватить выдернутый корнеплод, заяц стартанул в кусты с околосветовой скоростью. Старуха спустилась по лесенке и отправилась искать кумулятив справедливости... пардон, веник справедливости среди морковной ботвы. Путь к месту встречи снаряда с головой зайца прервал донесшийся из-за плетня мужской голос:

- Хозяйка?

Яга выпрямилась. Ее разглядывал плечистый мордоворот в полицейской форме с сержантскими погонами.

- Участковый уполномоченный Токарев, - представился он.

Бабка прищурилась:

- А Макаров иде?

- На пенсию вышел, - оповестил новый участковый.

"Интересно, сюда специально подбирают служивых с такими фамилиями? - подумала Яга. - Токарев, Макаров, до него, помнится, были Стечкин, Дегтярев и Ярыгин. И все, собаки, приходили с одним и тем же".

- На пе-е-енсию, - протянула бабка, привычно прикидываясь немощной дурой. - Быстро лятить время. Кажись, вот сейгод приходил Макаров бумаги проверять.

Токарев предсказуемо полыхнул радостью.

- Так-с, бабушка, - отворив калитку, он прошел во двор, - имеется фактик незаконного строительства.

Изба стояла в высоком бурьяне - Яга никак не могла собраться попросить Кощея, чтобы тот привез газонокосилку - поэтому сержант не видел, что сруб монументально покоится на ходовой части танка.

- Ить Макаров бумаги смотрел, сынок, - старуха недобро покосилась на участкового.

- Устарели документики, - полицай и глазом не моргнул. - Придется либо переоформлять, либо съезжать.

"Хоть бы новое придумали что-нибудь, - подумала Яга, - никакой фантазии".

- Что ж такое деется, - она согнулась, потерла поясницу, - куды мне, старой женшшшыне, в город иттить, по конторам ходить... Пожалей, сынок.

Из избы на хозяйку осторожно, как разведчик, поглядывал кот Бегемот, наслаждаясь спектаклем.

- Нет-нет, - Токарев браво выпятил грудь, - все должно быть по закону.

Яга добавила слезливости в голос:

- Одна я тута, родня далеко, хто ж меня возить-та будет. Свозил бы, сынок, а? За мной не пропадет.

В планы Токарева возить старуху по городу не входило, Яга это отлично знала.

- Али договоримся, милок? - подмигнула она. - Не пожалеешь.

На физиономии бравого сержанта отчетливо читалось: "Наконец-то!"

"Зайка, - нежно подумала Яга. - Зайка мой жадненький, жлобинушка ты моя полицейская".

Разговор перешел в деловую стадию, причем Яга не забывала хвататься за поясницу, говорить жалобным тоном и щедро пересыпать речь диалектизмами.

В конце концов она вынесла из избы и отдала участковому пухлый сверток, после чего Токарев отбыл восвояси. Приезжал он, оказывается, на горном велосипеде "Скотт Аспект".

Ожидая возвращения хозяйки, кот сгорал от нетерпения.

- Как он сюда попал?! - выпалил Бегемот.

Незваных гостей лесные тропы кружили так, что те выходили либо к своему жилищу, либо к черту на кулички. Попасть к Яге можно было исключительно по делу.

- На милицию-полицию наша магия действует плохо, - пояснила Яга. - Сюда еще околоточные хаживали. Хорошие были мужики, - вздохнула она, - душевные, не то что эти.

Из часов вылетела кукушка Тамара Георгиевна, заложила вираж и села на телевизор.

- Взяточник, - брезгливо сказала она.

- Про царя Мидаса слыхала? - усмехнулась Яга. - Который все в золото превращал.

- Конечно, слыхала, - отозвалась кукушка.

- Ну так этот сержант побудет Антимидасом, - старуха загадочно улыбнулась. - Не он первый, не он, полагаю, последний, но каждого учить приходится. Короче, подождем.

Тем временем одухотворенный Токарев жал на педали. Сердце участкового согревал сверток с деньгами, полученными от старой дуры. Ачотакова? Взятки все берут, а тут бабка из своего медвежьего угла не вылезает, тупая, без родни, кто ей объяснит про разводилово? Макаров говорил, она там безвылазно сидит.

Память, правда, напомнила, как Макаров предостерегал от поездок в заповедный лес, но бывший участковый ничего не объяснял, только мялся и нехотя бурчал: "Не связывайся с тамошними, Димка, хотя они старики денежные. Просто не связывайся".

- Дурак ты, Макаров, - радостно произнес вслух Токарев, - семьдесят косарей как с куста, а потом, мож, еще чего придумаю.

Жил сержант на окраине районного центра в частном доме, оставшемся от родителей.

Дома он выложил сверток на стол, и вдруг ему невыносимо захотелось пересчитать деньги. Он развернул газету, ловким движением большого пальца прошелся по краям пятитысячных, пересчитал - их было ровно четырнадцать - снова сложил купюры в аккуратную пачку и едва собрался убрать подальше, как внезапно по рукам словно прошлась огненная волна. Токарев уставился на ладони, не веря глазам и не осознавая, что из горла выходил сиплый звук: вместо денег на пол падали крупные мадагаскарские тараканы оранжевого цвета. У каждого на хитиновой спине фосфоресцировало число 5000.

Сержант заметался. Некоторые пятитысячники попадали под его уставные берцы, но почему-то не хрустели и не давились. Складывалось ощущение, что под подошвами находятся твердые камни. Одного из тараканов Токарев пнул. Тот ударился о стену, упал и отполз, недовольно шевеля усами.

Сержант тонко завыл, выскочил из комнаты и закрыл дверь. Внутри шебуршали бывшие купюры, наводя на Токарева панику. Рассудок вещал: "Этого не может быть!" Но это было. Обойдя дом, Токарев подтянулся на руках и заглянул в окно. Ползающие по полу насекомые разом остановились и, как по команде, развернулись на сержанта. Ужас заставил того шарахнуться, руки разжались, и сержант упал.

Он осознал себя минут через десять летящим на такой скорости, какую мог выжать из велосипеда. Соображать рассудок отказывался напрочь, но ужас чуть отступил, оставив бешеное биение сердца и колючую сухость в глотке. Зверски хотелось пить.

Понемногу Токарев опомнился. По тихим улицам, где он проезжал, спокойно шли по своим делам люди, ездили легковушки и грузовики; их водители, притормаживая, косились на Токарева, пока тот не сбавил скорость.

- Че это было-то? - в ретроспективе казалось, что превращение денег в тараканов просто почудилось. Почудилось - и все тут.

Наверное, следовало возвращаться.

Сухое горло скребло. Токарев остановился у магазинчика, пристегнул велосипедным замком "Скотт Аспект" к дереву и шагнул к крыльцу - хоть квасу купить.

Но стоило ему вытащить из кармана мелочь, как ужас поднялся в нем волной снова: на ладони лежала россыпь мокриц и сороконожек. С воплем участковый отшвырнул живность и помчался прочь. Забыв про велосипед, про все на свете, Токарев бежал, пока хватило сил. Остатки разума, собрав информацию, поступившую от выпученных глаз, вежливо доложили, что хозяин двигается по направлению к центру, к многоэтажке Макарова.

Задыхаясь, прижимая руку к боку, сержант поднялся на седьмой этаж без лифта и затрезвонил в дверь.

Открыв и посмотрев на визитера, Макаров сразу понял многое.

- Заходи, - сказал он, - умой морду и топай на кухню.

На кухне трясущийся участковый выпил холодного пива и малость очухался.

- Сходил все-таки в заповедный лес, - покачал умудренной головой Макаров. - Что бабке наврал-то? Небось, про документы на незаконное строительство?

- Угу, - булькнул между двумя глотками Токарев.

- Я тебя, выжигу, предупреждал? - укорял Макаров. - Говорил: "Не связывайся с тамошними жителями, Дима"? Говорил. А ты прямиком туда.

- Че со мной будет? - уставился на него Токарев.

- Ну, - Макаров налил ему еще бокал, - теперь в твоих руках бабло будет превращаться в насекомых. Антимидас это называется, заклинание от жадности. Чего смотришь? Я в свое время на этом попался, и Стечкин, до меня который, тоже вляпался.

Токарев приходил в себя:

- А если я картой буду платить? Или через тырнет?

- Попробуй, - зловеще усмехнулся бывший участковый. - Мало не покажется.

- Делать-то мне что-о-о? - не хуже волка провыл сержант, осознав безнадежность ситуации.

Впрочем, он сам догадывался, какие действия предпринять.

На следующий день Яга узрела покаянного участкового. Не успел тот подойти к плетню, как бабка окликнула его с порога избы:

- Проняло?

- Простите, - снял кепи Токарев, - черт попутал.

- Не черт пихал, сам попал, - отчитала старуха. - Урок понял? Закрепление не нужно?

- Понял! - перепугался участковый. - Заклятие снимите, а?

Для пущей солидности Яга погипнотизировала его жгучим взглядом.

- Снимаю, возвращайся, - проговорила она, - ко мне больше не езди, если по делу только.

- Эка ты его, - кот потерся о хозяйкины ноги, глядя, как отправляется в обратный путь сержант Токарев. - Напомни, как заклятие называется.

- Антимидас, - Яга нахмурила брови. - Кстати, учти, Мотя, если еще раз упрешь что-нибудь из холодильника, все, к чему ты прикоснешься даже зубами, превратится в тараканов, включая рыбу и колбасу. И заклятие я не сниму!

Мертвая вода

Опыты с живой водой и виноградом завершились превосходным результатом: обвившись вокруг дуба, лоза выросла за два дня и дала отменный урожай. Каждая ягода вымахала размером с большую сливу, кисти приходилось снимать с некоторым напряжением, но Полевой был доволен во-первых, вкусным виноградом, во-вторых, обещанием Лешего перегнать виноградный спирт и сделать коньяк. Портили настроение лишь сорняки, на которые тоже попала живая вода. Действуя как витамин роста, аква вита вывела сорняки на новый уровень, и под листьями разросшегося лопуха Полевой мог спрятаться от дождя.

Борьба с сорняками выматывала. Полевой вырывал их, скашивал, выпалывал, некоторые запущенные особи пришлось рубить топором. Сорняки умирали, но не сдавались.

Уставший Полевой сел в тени дуба и принялся размышлять. Если существует живая вода, должна существовать мертвая.

Так.

Родник близ свалки делится живой водой, когда ему нравится принесенная посуда. А если посуда ему очень-очень не понравится?..

- Вот это интересно, - вслух проговорил Полевой, сходил в дом, поковырялся в буфете и подозвал свой транспорт: - Джип!

Стильный избушонок-внедорожник, сын избы Бабы-Яги и сарая Лешего, подкатил к хозяину, крутнулся на гусеницах и гостеприимно распахнул дверцу.

Полевой развалился в удобном кресле.

- К свалке!

Клацнув траками, Джип поехал по лесной тропе. Леший с джинном-мастеровым Серегой снабдили его мощными бамперами, системой фар и лебедкой, вследствие чего избушонок сделался похож на машину спасателей и на участника джип-триала.

В будущем Серега обещал поставить магнитолу.

Избушонок довез Полевого почти до места. Покинув просторную кабину, хозяин полей огляделся, заметил бредущую к роднику кровать, порождение техноманта Мухина, и рявкнул:

- Брысь отсюда, пока в чермет не сдал!

Дребезжа пружинной сеткой, кровать испуганно уковыляла в папоротники. Оживший предмет мебели, похоже, становился местной достопримечательностью - во всяком случае, посмотреть на кровать приезжали родственница Кикиморы Ундина и японский друг Лешего Тэнгу.

Пройдя дальше по тропе, Полевой вышел к роднику. Источник живой воды развлекался, играя в зенитно-ракетный комплекс и сбивая меткими струями воды низколетящих насекомых.

- Посмотри, что я принес, - вкрадчиво произнес Полевой и поставил у родника грязную трехлитровую банку с потеками олифы снаружи и отбитым куском горлышка.

При виде такой посуды родник перестал от возмущения бить, потом забулькал, заклокотал и выплюнул в банку изрядное количество вязкой жидкости. Жидкость хозяину полей не понравилась интуитивно, но банку он взял. Посудина была изрядно тяжелой.

С сорняками требовалось покончить, а родник поделился явно не живой водой. Отнюдь не живой, как сказала бы интеллигентная Кикимора.

Поэтому Полевой привез воду, предположительно, мертвую, к разросшимся вокруг дуба с виноградом лопухам.

- Ну, держитесь, - проговорил он, плеснув на растения жидкостью.

Результаты воспоследовали молниеносно - сорняки почернели, обуглились и рассыпались. Обычные мхи, на которые случайно попала жидкость, тоже мгновенно умерли.

Напуганный дуб закачался, заскрипел и застонал, из ветвей вылетел дятел Молотков, посмотрел на дело рук Полевого и мрачно резюмировал:

- Ты бы еще огнемет взял.

Дятел оказался продвинутым.

- Это хуже, - кивнул птице Полевой, покачивая банку. - Ты-то хоть не переживай, - утешил он дуб, - на тебя не вылью.

Поскрипев, дерево успокоилось.

- Геноцид сорняков, - хмыкнул Молотков. - Чем плещешь? Напалмом?

- Мертвой водой, - пояснил Полевой.

- "Ворон брызнул мертвою водою - тело срослось, соединилось", - процитировал известную сказку дятел. - А что у тебя получается? "Полевой брызнул мертвою водою - все сгорело к чертовой матери". Не такая у тебя водичка, приятель, не такая.

Хозяин полей призадумался, окликнул Джипа и отправился к Кикиморе: поскольку она интересовалась наукой, то могла помочь.

Дом Кикиморы встретил Полевого открытым окном. С подоконника бегония по имени Полудикая Орхидея вполголоса напевала про голубей над зоной, пока хозяйка из комнаты не прикрикнула:

- Замолчи, приблатненное растение! Голова уже от тебя болит.

- Кикимора, мне нужна научная консультация! - выбравшись из Джипа, сообщил Полевой.

Полудикая Орхидея гыгыкнула. С воспитанием бегонии у Кикиморы не все ладилось.

Приглашенный в дом гость поведал о мертвой воде и предъявил банку. Кикимора разглядывала жидкость, нюхала и качала головой, при этом завитые зеленые волосы колыхались, как водоросли.

- Мертвая вода, говоришь? - старуха водрузила банку на стол. - Есть у меня догадка.

Она вытащила прозрачную посудину, плеснула в нее воды, аккуратно налила жидкости из банки Полевого, перемешала стеклянной ложкой и, кряхтя, полезла в дальний шкаф. Покопавшись в нем и погремев, Кикимора вынула белый порошок.

- Гашеная известь, - пояснила старуха.

- Хозяйственная ты, - похвалил соседку Полевой.

Не ответив на комплимент, Кикимора щедро сыпанула порошок в раствор. На дно посудины медленно начали оседать кристаллы.

- Что и требовалось доказать, - произнесла Кикимора. - Полевой, твоя мертвая вода - концентрированная серная кислота.

- Одна-а-а-ако, - протянул хозяин полей.

Посмотрев на него, Кикимора вздохнула.

- Поехали, - сказала она.

- Куда? - уныло спросил Полевой.

Кикимора сунула в карман платья старинного фасона футляр с волшебной палочкой.

- К тебе, - ответила старуха. - От сорняков тебя избавлю, иначе в следующий раз родник тебе выкинет какой-нибудь оксид дейтерия. Доиграешься.

Полевой обрадовался.

- Давай, - закивал он. - А эту мертвую воду куда?

- Себе оставлю, - Кикимора зловеще глянула на Полудикую Орхидею. Растение попыталось сделаться маленьким и незаметным. - В хозяйстве все пригодится.

Испытатель

На распродаже у горы Брокен Бабе-Яге удалось оторвать по дешевке миленькое покрывало, очень похожее на небольшой персидский ковер. Дома старуха набросила его на кровать. Покрывало легло идеально, радуя глаз длинным пушистым ворсом, приятной расцветкой и необычными узорами. Местами узоры напоминали древние иранские письмена.

Черный кот Бегемот, перепрыгнув с подоконника на кровать, свернулся на бабкином приобретении и довольно мурлыкнул.

- Увижу отпечатки грязных лап - пеняй на себя, - предупредила Яга, после чего отправилась поливать помидоры.

Из часов выглянула кукушка Тамара Георгиевна.

- Красивый коврик, - сказала она. - Узоры занятные, похожи то ли на арабскую вязь, то ли на фарси.

- Где? - Бегемот полез в центр покрывала, случайно провел когтем по вытканным абстракциям.

Письмена или что там было сверкнули фиолетовым огнем, коврик взмыл над кроватью, поднял края и вылетел в окно, точно вписавшись в проем. Далее он расправил складки, неторопливо набрал высоту и направился на юго-юго-восток, унося онемевшего от страха кота.

Спустя некоторое время его догнала кукушка.

- Ты живой? - осведомилась птица, поравнявшись и держа скорость ковра.

- Спаси-и-и-ите, - просипел кот.

Судя по его виду и по тому, как сильно он вцепился когтями в средство передвижения, Бегемот пребывал в панике. Тамара Георгиевна прищурилась.

- Хозяйка у нас везучая, - резюмировала она, - весьма удачно приобрела ковер-самолет.

- И не говори, - поддержала разговор Яга.

Кот осмелился повернуть голову: старуха летела на метле, закладывая лихие виражи вокруг ковра и внимательно разглядывая волшебное транспортное средство.

- Мне нравится, - заявила бабка. - Мотя, раз уж ты взял на себя роль летчика-испытателя (кукушка хихикнула), учись управлять ковром. Как ты его запустил?

- Спаси-и-и-ите, - Бегемот надеялся, что хозяйка сжалится и снимет его с ковра, но в Яге проснулся научный интерес экспериментатора.

- Помоги себе сам! - отрезала она.

Кажется, кроме научного интереса в Яге говорила злость за стыренную и сожранную позавчера котом щуку.

Заставив себя отцепить одну дрожащую лапу от ковра, кот провел по узорам. Безрезультатно.

- А если он упадет? - мяукнул Бегемот.

Как выяснилось из ответа, старуха немного разбиралась в коврах-самолетах.

- Он упадет не сразу, - хладнокровно отозвалась Яга. - Он будет медленно кружиться и планировать. Короче, в этих коврах есть авторотация.

- Получается, это не самолет, а вертолет? - встряла кукушка.

Яга ненадолго задумалась, продолжая лететь параллельным курсом. С легким креном ковер обогнул поросшую высоким лесом сопку, Яга машинально скопировала его маневр. Со стороны могло показаться, что пилоты волшебных летательных аппаратов отрабатывают слётанность в паре.

- Получается, да, - решила старуха. - Зависать может, взлет-посадка вертикальные, задом лететь способен, авторотация есть. Вертолет!

Вертолетчику Бегемоту от выводов хозяйки легче не стало. Кот провел лапой по другому узору - ковер увеличил скорость.

- Гм, - поблескивая страйкбольными очками в солнечных лучах, Яга наклонила голову. - Попробуй загнуть на себя угол ковра.

Кот подполз к краю, зажмурился, вцепился в угол и потянул его к себе. Ковер послушно изменил направление, теперь он летел строго на юг.

После непродолжительных опытов кот-пилот обнаружил, что, загибая углы летающего покрывала, можно менять курс. У Бегемота получилось развернуть ковер и направить его в сторону дома, причем курс персидский вертолет держал строго.

Чуток освоившись и потеряв часть страха, кот попробовал экспериментировать с узорами, но нажатие лапы лишь увеличивало или уменьшало скорость. Снижаться ковер не желал. Подниматься выше, впрочем, тоже.

- А если взять на себя не угол, а всю переднюю часть? - высказала соображение Тамара Георгиевна. - Как штурвал в самолете.

- Давай, Мотя! - распорядилась Яга. - Только плавно.

Кот приступил к исполнению.

Вертолетное покрывало начало набирать высоту.

- А-а-а-а! - взвыл Бегемот.

- Не ори! - приказала Яга. - Теперь жми от себя, заходи на глиссаду.

Через пару минут, когда до кота дошел принцип управления, Бегемот нажал на край, жестко контролируя угол наклона. Ковер пошел на снижение. По пологой дуге он проскользил до подлеска, завис над удачно подвернувшейся поляной и опустился на нее. Осознав свершившийся акт приземления, кот спрыгнул с ковра и исчез в кустарнике под хохот кукушки.

В избу он вернулся вечером следующего дня.

Ковра нигде не было. Яга тоже отсутствовала.

Тщательно проверив покрывало на кровати и не обнаружив ничего подозрительного, кот лег. Из своего домика в часах высунулась Тамара Георгиевна.

- Привет испытателям, - сказала она.

- Иди ты... - вяло отозвался Бегемот.

Все время, прошедшее с момента посадки, кот отлеживался в лесу: его укачало в полете.

- Успокойся, покоритель воздуха, - Тамара Георгиевна периодически включала ехидство, - кончились твои полеты: Яга ковер Кикиморе понесла. В подарок. Полдня сидела, летно-тактические характеристики расписывала. Мы же, пока ты по лесу шлялся ("Ага, шлялся", - горько подумал кот), испытания продолжили. Выяснили максимальную скорость, высотный потолок, грузоподъемность и много чего еще.

- Флаг ВВС вам в руки, - пожелал Бегемот и, развалившись, заснул.

Утром его разбудила Яга.

- На, - вывалила она на стол десяток жирных карасей, - это тебе от Кикиморы. И это.

Она перебросила на кровать умело сделанную на компьютере грамоту "Лучшему испытателю ковра-вертолета".

И кот расцвел.

Ледяная свадьба

В особняке Кощея окна сверху донизу разрисовало морозными узорами. Набивая трубку, Леший поглядывал на них - узоры напоминали ему склоненные под ветром колосья пшеницы. Хотелось лета, но морозы третий месяц жали за минус тридцать и не собирались сдавать позиции.

У включенного электрокамина спали адские гончие, ненавидевшие холода всей собачьей душой. Кощей с любовью посмотрел на собак, перевел взгляд на гостя. Тот как раз набил трубку. После приказа Бессмертного декоративная дракониха Зажигалка подлетела к Лешему, аккуратно выпустила из пасти тонкий и длинный язычок огня.

Леший раскочегарил трубку, затянулся, выпустил клуб дыма, погладил дракониху. Та зевнула и улеглась вдоль спинки его кресла, как кошка.

- Спасибо за табак, - поблагодарил лесной хозяин.

- Зима в этом году какая-то не такая, - невпопад отозвался Кощей.

Леший кивнул. Слишком темная, слишком морозная, слишком... мрачная, что ли.

Внезапно вскочили оба хеллхаунда, насторожили острые уши. Чуть погодя и Леший с Кощеем услышали знакомый перезвон бубенцов тройки белых коней, на которых ездил Дед Мороз и Снегурочка. Вот только ездили они под Новый год, а не в конце февраля.

Переглянувшись, гость и хозяин замерли, ожидая сюрприза, причем сюрприз не заставил себя ждать в лице злющей до синевы Снегурочки. В таком виде сказочная нечисть видела добрейшую внучку Деда Мороза впервые.

- Гутен Абенд, - почему-то по-немецки поздоровался Кощей.

Визит разъяренной ледяной внучки капитально выбил его из колеи, если Бессмертный заговорил на языке тевтонов. Немецкий он не любил с поры воспитания избушонка Цеппелина, который отказывался выполнять команды, отданные на другом языке.

- Ужас!! - провозгласила Снегурочка, выхватила из вышитой сумки термос с жидким азотом и выхлебала почти половину. - Кошмар! Дед женится!!!

Адские гончие нерешительно гавкнули.

Леший открыл рот, трубка выпала, но он успел ее подхватить. Стоявший Кощей брякнулся в кресло. Сообщение Снегурочки надлежало осмыслить.

- Когда? - опомнился Леший.

- На ком? - опомнился Кощей.

- Послезавтра, на Снежной Королеве, - Снегурочка забегала по просторной гостиной. - Я э-то-го не пе-ре-жи-ву! Полярная мымра околдовала Деда, слово даю.

Окончательно придя в себя, Бессмертный усадил гостью за стол, поставил перед ней торт из мороженого. За угощением Снегурочка поведала следующее: примерно в начале декабря Дед Мороз поехал в гости в Норвегию к Юлебукку, где и познакомился со Снежной Королевой. Поначалу ничто не предвещало. Дед покатал Королеву в санях, та показала ему свой ледяной дворец, они обменялись сувенирами, и вдруг...

- ...и вдруг Дед заявил, что не мыслит дальнейшей жизни без этой ледышки, - Снегурочка не заметила, как доела торт. Невозмутимый Кощей принес второй.

На удивленный взгляд Лешего Бессмертный шепотом ответил:

- Ну были у меня предчувствия, были.

Снегурочка услышала.

- Зато у меня не было! - воскликнула она, принимаясь за второй торт. - Всё так быстро произошло, я до сих пор в шоке. Вот мгновенно - ап! Дворец готов к свадьбе, Дед влюблен по уши, я мотаюсь по всему миру, приглашаю родственников и друзей от Йоулупукки до Сегацу-Одзи-сана, замаялась пространственные порталы открывать, - Снегурочка снова хватила жидкого азота. - Помяните мое слово, не к добру это. Снежная тварина явно что-то замыслила.

- Високосный год приносит неприятные сюрпризы, - вставил Кощей.

Лесной хозяин лишь сейчас заметил, что выкурил табак, и трубка недовольно хрипит при затяжках. Он выколотил пепел в глиняную пепельницу, почесал шейку проснувшейся драконихе и проговорил:

- Я-то думаю, почему морозы стоят.

- Вот именно! - доев торт, Снегурочка успокоилась. - Всюду зима холодная, всюду обновлен рекорд низких температур, даже в Оймяконе.

- У меня еще шоколадный пломбир есть, - сказал Кощей.

- Спасибо, не надо, - Снегурочка вздохнула. - Кстати, вас я тоже приглашаю на свадьбу.

- Ни за что! - испугался Леший. - Свадьбу в криогенной камере я не перенесу.

- Яга с Кикиморой тоже отказались, - внучка Деда Мороза сникла, грустно попрощалась и ушла

Следом в морозную ночь ушел Леший. Закрыв за ним дверь, Кощей опустился в кресло и сильно задумался.

Стены ледяного дворца Снежной Королевы окрашивались то в зеленый, то в фиолетовой, то в темно-красный оттенок, принимая величественные переливы северного сияния. Внутри было ужасно холодно, говорили, что в личных покоях Королевы температура достигала абсолютного нуля.

Новобрачных поздравляли в обширном зале с высоким сводчатым потолком. Декоративные балконы, где вместо перил ледяные буквы составляли слово "вечность", поддерживали атланты в виде гигантских снеговиков с носами-сосульками. Вкупе с глазами-зеркалами впечатление они производили неприятное. Занавеси из инея скрывали стрельчатые окна, в которых вместо стекол были вставлены пластины байкальского льда. Освещалось все неживым голубоватым магическим светом.

Родственники и друзья из разных стран, церемонно поклонившись молодым, рассаживались за длинным праздничным столом, уставленным блюдами из мороженого. Снегурочка сидела чуть поодаль от мест жениха и невесты, пытаясь улыбаться гостям. Улыбку то и дело перекашивало, особенно когда в поле зрения попадала невеста.

Увенчанная высокой ледяной короной новобрачная поднялась, желая произнести речь. Вертикальные складки ее тяжелого платья располагались строго симметрично, и оттого Снежная Королева напоминала бутон в граненом стакане.

- Друзья мои! - льдисто зазвенел ее голос. - Сегодня, 29 февраля, знаменательный день, запомните его. В этот день холод полярных широт сочетается с морозом бескрайних просторов. Пусть наша совместная жизнь длится вечно, пусть зима длится вечно, пусть вечный холод царит над миром.

Дед Мороз влюбленно смотрел на невесту, кивая при каждом ее слове. Не хватало фразы: "Да, дорогая", но она подразумевалась.

- Взгляните! - Снежная Королева обвела рукой зал. - Оцените совершенство форм, чистоту и прозрачность льда, танец метели, дыхание вьюги. Есть ли что-нибудь прекраснее снежинки, что-нибудь чудеснее морозной ночи под северным сиянием?

Приглашенные внимали. Снегурочка кривилась.

- Так сделаем же красоту холода вечной! - провозгласила невеста и осеклась, услышав:

- Женщина, а вы не охренели, часом?

Вздрогнув, гости обернулись на голос. У входа в зал стоял мрачный Кощей в байкерской косухе и с драконихой на поводке.

Снежная Королева гневно простерла руку, намереваясь заморозить наглеца, но Бессмертный опередил ее, отпустив дракониху:

- Зажа, фас!

Всем показалось, что Кощей натравил на свадьбу миниатюрный огнемет, поскольку Зажа выпустила ослепительную струю горящего напалма, от которой половина праздничного стола вскипела и испарилась. Невеста, потеряв большую часть величия, закрылась руками и заверещала.

Гости бросились врассыпную. Не обращая на них внимания, дракониха снова выдохнула огонь, снеговики-атланты слегка подтаяли. Снегурочка схватила Деда за плечи и потащила его в угол. Бородатый жених не сопротивлялся, невеста продолжала вопить.

- Бывают ситуации, когда таяние льдов и глобальное потепление обращаются во благо, - резонерствовал Кощей.

Снежная Королева сползла с трона.

Зажигалка веселилась, гоняя гостей и успевая время от времени дышать огнем на декорации. Балконы заволокло паром, по стенам весело побежали потоки воды.

- Что тебе надо? - пискнула невеста.

- Деда расколдуй, меркантильная особа, - приказал Бессмертный. - Вечной зимы ей захотелось, понимаете ли... Зажа, ко мне! Не трогай Йоулупукки, он хороший.

Злобно пошипев в спину финскому гостю, дракониха прилетела к хозяину. Снежная Королева опасливо выглянула из-за подтаявшего трона, убедилась, что ручной огнемет взят на поводок, и пошла к Снегурочке, брезгливо обходя лужи. Впрочем, они уже начали затягиваться льдом.

- На, - несостоявшаяся невеста сунула Снегурочке хрустальный флакон. - Глаза Деду промой.

Ледяная внучка ухмыльнулась.

Тройка белых коней мигом доставила Кощея с драконихой домой, а Снегурочка умчалась приводить Деда в чувство.

К утру температура на улице поднялась до приемлемых минус двенадцати.

Когда Бессмертный отправился выгуливать хеллхаундов, он обнаружил на крыльце канистру высокооктанового бензина с надписью "Для Зажи" и модель мотоцикла "Zundapp KS750" ручной работы. К подаркам прилагалась записка: "В глазах Деда были миниатюрные осколки разбитого зеркала тролля. Стервоза, а не Королева. Кощеюшка, огромное спасибо тебе и Заже за помощь. Ваша должница Снегурочка".

Кощей довольно потер руки, свистнул адским гончим и вернулся в дом кормить дракониху. Зажа еще спала, отдыхая после веселой ночи.

День Влюбленных

Вечером 13 февраля Кощей поставил бокал и заплетающимся языком признался Лешему:

- Х-хчу Ягу праздравить с днем в-сх влюб... бленных.

Пересчитав под столом пустые коньячные бутылки, лесной хозяин с сомнением покачал замшелой головой:

- Во-первых, ты сильно пьяный, во-вторых, чем ты ее поздравишь?

Кощей гордо выпрямился:

- Я - лушшший п-пдарок!

- Не оценит, - сказал Леший.

Бессмертный задумался. Оценив продолжительность его мысленных усилий, Леший расслабился и хотел было выставить следующую бутылку домашнего коньяка, когда Кощей подскочил:

- У меня идея! Буду косплеить Купидона.

Судя по правильной речи и отсутствию заикания, идея, озарившая Бессмертного, привела того к частичному отрезвлению. Леший застыл.

- Будешь что? - осторожно переспросил он.

- Явлюсь к ней с крыльями, с луком и стрелами, поздравлю! - Кощей больше и больше проникался идеей. - Она меня пирогами накормит.

- Значит, это ради халявных пирогов, - понял Леший.

А выпечка у бабки всегда получалась наивкуснейшей, лесной хозяин не отказался бы от такого десерта. "Надо бы тоже поздравить Ягу", - подумал он.

- Серега!! - воззвал Бессмертный.

Джинн-мастеровой Серега нехотя вылез из стоящей в углу паяльной лампы.

- По какому случаю суета? - джинн протер заспанные глаза, зевнул и уставился на Кощея.

- Нужны крылья, лук и стрелы, - распорядился Бессмертный. - Действуй.

Получив распоряжения, Серега забегал по дому лесного хозяина в поисках стройматериалов. Вскоре из чердачного люка в комнату посыпались разрозненные лыжи, палки, проволока и обрезки фанеры.

- На улице минус восемнадцать, - напомнив, Леший не удержался от сарказма: - к тому же бабку хватит инфаркт, если она увидит тебя в голом виде.

- А мы пелеринку соорудим, я ее поверх зимней куртки надену, - воспылал энтузиазмом Кощей. - Серега, пелерину сошьешь?

- Не вопрос, шеф.

С чердака упали серые от пыли кухонные занавески.

Подготовка к косплею набирала обороты. Леший забеспокоился. Под предлогом кормления мамонтенка Васьки лесной хозяин выскочил из дома и огляделся в поисках зверей. Заяц-шулер отсутствовал, волк Француз в своем логове наверняка зубрил французскую грамматику, семейство белок недавно переселилось в другое дупло. К счастью, с вершины сосны обозревал окрестности ворон.

- Артемий Петрович! - замахал обеими руками Леший.

Ворон расправил широкие крылья и по-орлиному спланировал вниз.

- Слушаю вас, - интеллигентно отозвалась птица.

- Петрович, выручай, - торопливо зашептал лесной хозяин. - Слетай к Яге, скажи, что ее Кощей завтра поздравлять придет в костюме Купидона. Пусть она в обморок не падает.

Артемий Петрович обалдел.

- Купидона? - переспросил он. - У Бессмегтного (ворон картавил) магазм? деменция?

- Нет, пять бутылок коньяка за воротником, - пояснил Леший. - Петрович, слетай.

- Хогошо, - ворон приготовился к взлету. - На это надо будет посмотгеть.

Насыпав мамонтенку сухофруктов, Леший вернулся в дом, где кипела работа. Стучала швейная машинка "Зингер", за которой сидел Серега. Кощей скручивал пассатижами из проволоки каркас для крыльев. На плите варился древний столярный клей.

К утру костюм был готов. Крылья, собранные из разных перьев, Серега выкрасил белой эмалью, из-за чего они стали на порядок тяжелее. Той же эмалью Леший покрыл сделанный из лыжи лук и стрелы, на которые пошли бамбуковые лыжные палки. Ярко-красные наконечники в форме сердец джинн старательно выпилил лобзиком из фанеры.

Облачившись, Бессмертный встал среди комнаты. В короткой пелеринке поверх зимней меховой куртки, с тяжелыми крыльями за спиной, вооруженный полутораметровым луком, слегка согнувшийся Кощей не выглядел Купидоном. Если не приглядываться, то более всего он напоминал средневекового лучника с выкладкой.

- Нет, не дойдешь, - обойдя его кругом, резюмировал Леший. - Так и быть, на Ваське отвезу.

Покрытый ковром Василий торжественно принял на спину хозяина и псевдокупидона. Поскольку в процессе сооружения костюма Кощей продолжал подпитываться коньяком, он не только не протрезвел, а еще и добавил, поэтому теперь, когда любитель халявных пирогов попытался придумать поздравление к Дню святого Валентина в стихах, с рифмой не заладилось: лучшее двустишие, выданное на-гора Бессмертным, звучало: "Поздравляю тя, Ягиня, с Днем святого Валентиня".

- Лучше поздравь прозой, - посоветовал Леший.

Пока Васька топал по заснеженному волшебному лесу, Кощей практиковался в актерском мастерстве, принимая различные торжественные позы, навеянные, по мнению Лешего, индийскими фильмами. При этом крылья тянули Бессмертного назад, заставляя периодически терять равновесие.

Такого Купидона никто никогда доселе не видел. Леший порадовался, что предупредил Ягу.

Наконец мамонтенок довез своих седоков до поляны, где располагалась уютно засыпанная снегом изба. Над трубой дрожал горячий воздух, вкусно пахло пирогами. Леший проглотил слюну.

Васька подошел ближе.

Неравнодушная к нему изба хлопнула ставнями и приветливо закудахтала. Подняв хобот, мамонтенок собрался затрубить, но его намерения пресек Кощей воплем:

- Поздравляю тя, Ягиня...

Дзинькнула тетива, отправляя стрелу с фанерным наконечником в полет. Полет прервался в сугробе.

Одновременно с этим дверь избы распахнулась.

На пороге возникла Яга в белом подвенечном платье со стразами и длинной фате, державшейся на голове посредством шпилек и скотча.

- Я согласна!!! - гаркнула старуха.

Стало очень тихо.

Кощей икнул.

За спиной Яги замаячила фигура Кикиморы с красной лентой через плечо. На ленте золотой краской были выведены кривенькие буквы "СВИДЕТЕЛЬНИЦА".

Кощей икнул громче и уронил лук.

- Согласная я! - повторила Яга. - Наконец-то! Всю жизнь ждала этого дня и дождалась. Когда свадьба, ми-и-илый?

Среди мохнатых лап высокой ели удивленно каркнул Артемий Петрович. Леший обернулся: на спине мамонтенка Кощей уже не сидел. Он мчался по сугробам, попутно избавляясь от крыльев и пелерины. Пелерина не желала сдаваться, упорно цепляясь за многочисленные "молнии" и заклепки кощеевой куртки. Взвыв, Бессмертный разорвал праздничные покровы и исчез в лесу.

Оставив Ваську во дворе у ведра со свежей морковью (для мамонтенка Яга ничего не жалела), Леший поднялся в избу, где ржущая Кикимора помогала Яге снять платье, наскоро напяленное поверх обычной бабкиной одежды. Как оказалось, старухи за ночь сшили это платье из простыни, а стразы бабкин кот Бегемот выбивал из разноцветной фольги дыроколом. Фатой послужила тюлевая занавеска - старухи, как и джинн Серега, не заморачивались с материалом.

- Терпеть не могу выпившего Кошеньку, - созналась Яга. - Ну приди ты нормально, угощу пирогами, - она поставила на плиту чайник, - но нет - надо нажраться и начать выделываться.

В дверь постучали.

Изба открыла сама, впустив Артемия Петровича. Ворон откашлялся:

- Погадовали стагика, посмешили. Этот День Влюбленных навеки останется в моей памяти.

- В моей тоже, - вставил кот.

Яга поставила на стол два большущих противня с открытыми пирогами.

- Отметим, что уж там, - сказала старуха. - Хоть и не наш, но праздник, да и повеселились знатно. Садитесь за стол, гости дорогие!

Черно-белое кино

Поскольку гусеничная изба Бабы-Яги в течение недели на что-то жаловалась, тоскливо скрипя и монотонно похлопывая ставнями, хозяйка вызвала ремонтников. Прибывшие на зов Леший и джинн-мастеровой Серега, поковырявшись в ходовой, выяснили, что треснула ось балансира. Пока Серега с помощью Лешего устранял неисправность, Яга поставила тесто, желая отблагодарить мастеров.

Ось заварили. Изба глянула просветлевшими окнами в лесную даль и удовлетворенно закудахтала.

Леший с джинном принялись за горячие пироги и едва не подавились от неожиданности, когда бабкин черно-белый "Славутич" включился, предварительно врубив звук на полную катушку, и начал показ концерта "Битлз" в театре "Колизеум".

- Опять своей жизнью живет? - осведомился Серега, кивнув на телевизор.

- Ой, не говори! - всплеснула руками Яга. - Давеча среди ночи заработал, показал Хрущева на Мавзолее и снова выключился. Развлекается он, тварь.

- Я чуть с подоконника не упал, - ввернул черный кот Бегемот, отрываясь от расстегая.

С экрана пел Пол Макартни. Динамики фонили.

Леший молча запустил в телевизор столовой ложкой, ложка ударилась о корпус, звякнув, отскочила. Звук убавился.

- Вы бы сделали с ним что-нибудь? - повернулась к гостям Яга. - Совсем берегов не видит.

Доев пирог с мясом, джинн задумчиво уставился на "Славутич". Телевизор опасливо мигнул и убрал звук до нормального: Серегу прибор побаивался.

- Можно попробовать... - проговорил джинн.

Телевизор резко улучшил качество изображения.

- Хотя есть другая идея, - договорил Серега и обвел взглядом присутствующих. - Ну что вы, в самом деле? Будет выделываться - мухобойкой по кинескопу.

"Славутич" протяжно запищал, выдал морзянкой три точки, три тире, три точки и отрубился. Яга смотрела на джинна с надеждой, Бегемот прижал уши: кот не доверял Сереге после истории с русскими народными песнями, Леший невозмутимо жевал. Привлеченная наступившей тишиной, из часов высунулась кукушка.

- Какая идея? - поинтересовалась она. - Цветным его сделаешь?

- Не, у меня мысля получше, - заважничал джинн.

Потом он засмеялся и рассказал историю о черно-белых телевизорах и нейлоновых чулках. Одобрив розыгрыш шведского телеведущего, Леший начал прощаться. С ним избу покинул Серега, обещав в скором времени вернуться и заняться переделкой "Славутича".

- Не нравятся мне его начинания, - важно произнес Бегемот, с сожалением поглядывая на седьмой расстегай. Пирог в кота не влезал.

Яга выразительно пожала плечами. Ей было все равно, что придумал джинн, лишь бы тот занялся телевизором, поскольку три-четыре месяца после ремонтов и наладок "Славутич" вел себя идеально.

Серега объявился через неделю, когда телевизор расслабился и начал развлекаться, показывая фильмы и передачи пятиминутными отрывками. Звук, разумеется, гремел так, что изба возмущенно кудахтала, кот закрывал лапами уши, а кукушка переселилась из часов на березу, где мило проводила время с давнишней компанией дроздов-рябинников.

Удары мухобойкой, которые щедро раздавала Яга, помогали мало. "Славутич" веселился, однако при виде джинна моментально затих и выключился.

- Так, - сурово произнес Серега, установив на столе большую телевизионную лампу, внутри которой мерцала и переливалась прозрачно-серебристая субстанция, - займемся делом.

- Это что? - влетев в избу, кукушка Тамара Георгиевна приземлилась рядом с лампой.

- Магический контур, - ответил джинн, - три дня с Кощеем и Полевым мастерили.

- И как он работает? - заинтересовалась Яга.

- На волшебстве, - туманно проговорил Серега, открывая ящик с инструментами.

"Славутич" мелко затрясся, включился, явив на экране щуплого человека в нацистской форме, и проорал:

- Их фраге аух: волт ир ден тотален Криг? Волт ир ин, венн нотиг, тоталер инд радикалер, альс вир ин унс хойте ибехаупт эрст форштелен кённен?

- WAS?! - рявкнула мигом озверевшая Яга. Общение с избушонком Цеппелином и коллегами на горе Брокен дало положительный эффект в плане изучения немецкого - старуха почти все поняла и рассвирепела. - Что?!! Ах ты, тварина помоечная, ты меня Геббельсом и тотальной войной пугать будешь?! Я тебе сама устрою тотальную войну, кинескоп недопаянный!

Яга схватила кочергу и замахнулась.

Поняв, что веселуха закончилась и он находится в секунде от гибели, "Славутич" притворился мертвым. На всякий случай притихли кот, кукушка и джинн.

- Еще один показ в таком духе - расколочу к свиньям! - выругавшись затем по-немецки, Яга швырнула кочергу в угол. Кот вжался в покрывало, кукушка спряталась за магический контур, Серега медленно закрыл открытый рот.

- Фигасе, - наконец проговорил джинн.

Сердито хмыкнув, бабка королевской походкой вышла. Бегемот выглянул в окно, увидел, как хозяйка занялась грядками, и облегченно вздохнул.

Серега снял с телевизора крышку и погрузился в изучение ламповых внутренностей. Взрыв бабкиной ярости настолько выбил "Славутич" из колеи, что своенравный прибор не дергался, не пытался бить током и даже не передавал морзянкой ругательства.

Вечером, когда все было готово, Серега давал Яге пояснения.

- Я там поставил предохранитель, - джинн похлопал мозолистой рукой телевизор, - если звук будет выше 50 децибел, телевизор коротнет, и он выключится, - при этих словах "Славутич" конвульсивно дернулся, - ну, встроена еще пара сюрпризов, но главное в другом!

Серега сиял.

- Он стал цветным?! - не утерпела кукушка.

- Не, - джинн повернул телевизор экраном к стене, - он теперь проецирует трехмерное изображение. Покажи!

Не став мудрствовать, "Славутич" продемонстрировал "Прибытие поезда", и это дало сказочный результат - присутствующим показалось, что паровоз, выбрасывая пар, едет прямо на них. В общем, реакция была точь-в-точь как у первых зрителей сеанса братьев Люмьер с той только разницей, что все остались на местах.

- Не слабо... - высказался кот.

- Черно-белое кино в современных технологиях, - резюмировал Серега и засобирался домой. Проводили его с благодарностями.

Телевизор смиренно показывал старые фильмы, создавая эффект присутствия, который усиливался стереозвуком. Яга наслаждалась несколько дней, пока однажды несколько обнаглевший "Славутич" не запустил ночной сеанс.

Проснувшись в полночь и увидев в углу комнаты Сталина на трибуне, старуха едва не лишилась чувств. С легким акцентом генералиссимус вещал:

- Сама буржуазия - главный враг освободительного движения - стала другой, изменилась серьезным образом, стала более реакционной, потеряла связи с народом и тем ослабила себя.

Телевизор продолжал развлекаться...

Заморский гость

Сидя на горке, волк Француз с чувством декламировал, размахивая в такт передней лапой:

- Иль не суан кё кан он э фэм

не сервис кё дэнми

не маше кан ботей дэ фэн

не фор ге кё дом андорми...

Полные иронии строфы плыли над лесом. В последнее время Француз пристрастился к стихам Вийона, с удовольствием заучивая их и читая вслух ночами. Кроме полуглухого филина Евлампия, который периодически вставлял свое одобрительное "Угу!", хотя ничего не понимал, слушателей у волка не было.

Эта ночь стала исключением.

- Бгаво! - услышал волк и от удивления замолчал.

Повернувшись на голос, он увидел на одинокой сосне картавого ворона Артемия Петровича. Тот деликатно похлопал крыльями.

- Бгаво, - повторил ворон. - Ты делаешь успехи в стагофганцузском.

- Угу! - подтвердил Евлампий.

- Тебе чего, Петрович? - недовольно спросил Француз, сбитый с лирического настроя.

- Ты нужен как пегеводчик, - Артемий Петрович хмыкнул. - В заповедном озеге объявилась иностганная лягушка... кхм... лягух! говогит по-фганцузски, водяной в шоке, жаба Игаида влюблена и хочет объясниться.

Волк поперхнулся.

- Угу-у-у-у?! - обалдел филин. - Нешто француз?

- Весьма вегоятно, - ответил Евлампию ворон и пафосно обратился к волку: - спеши же к озегу, не дай газбиться влюбленному сегдцу.

На влюбленность жабы Ираиды Француз плевал с Эйфелевой башни, но увидеть заморского гостя захотелось. К восходу солнца волк прибежал на берег озера.

Там сидела Ираида в компании другого земноводного с необычной окраской. Тело жабьего гостя отливало оттенками красного и коричневого, в солнечном свете новоприбывший лягух казался особенно ярким. Запашок от него шел специфический.

- Бонжур, ами, - поздоровался волк и слегка оторопел от потока обрушившихся на него французских слов.

- Энфан! Жатанд анфан ма лянг матернель! Тю компран бьян лё франсэ, мон ами?

- Немного, - поскромничал волк, спохватился и повторил на языке галлов: - ан пти пё.

- У жё сюи? Э бьян, коман жё сюи зариве ля? Эд муа пур ту ле сант! - не обращая внимания на кокетливо подобравшую лапы Ираиду, красный жаб попрыгал к волку.

Француз попятился. Правильно поняв его движения, заморский гость остановился.

- Что он говорит? - нетерпеливо спросила Ираида.

- Помощи просит, - отозвался волк. - Видать, опять пространственно-временной туннель дурит.

В глазах жабы отразились огни Елисейских полей, подсветка Эйфелевой башни, в воображении зазвучали колокола Нотр-Дам, но волк, заметив мечтательное выражение на морде отечественного земноводного, поспешил выдернуть Ираиду из грёз.

- Учти, выговор у него не парижский, - предупредил волк. - Э, ду вьян тю, мон пот?

Чутьем Ираида поняла, что он спросил гостя, откуда тот, и замерла в ожидании ответа, перебирая в памяти французские города.

- Ликуала, - ответил красный жаб.

Когда до Француза дошло, он посмотрел на томящуюся в ожидании Ираиду и захохотал, сверкая белыми зубами.

- НУ?! - квакнула жаба.

- Он из Конго, - доложил волк. - Чистокровный африканец из бывшей французской колонии.

Ираида заметно расстроилась.

- Да ети его мать... - проговорила она. - Спроси, он заколдованный или с рождения такой?

Гость вслушивался в переговоры с надеждой. Для начала Француз успокоил его, сказав, что постарается отправить его обратно на родину (волк умел обращаться с туннелем после путешествий во Францию), затем начал допрос.

Помрачневшая Ираида слушала, изредка требуя перевода. На голоса приплыли заинтересовавшиеся мавки, расселись на камнях. Тут же устроился водяной. Пришлось переводить для всех в режиме полусинхрона, хотя конголезский вариант французского волк разбирал далеко не полностью.

Красный жаб с замечательным экзотическим именем Августин Нтумба поначалу сбивчиво, потом с нарастающим воодушевлением рассказывал свою историю. Да, он не был заколдованным принцем, а прошел путь от простого головастика до красной жабы, как и все в его семействе, обитающем во влажном тропическом лесу. Семейство вело родословную от известной колдуньи, которая умела превращаться в жабу, в итоге застряла в этом состоянии и переселилась жить под корягу у притока реки Конго. При описании реки и тропического леса заморский гость впал в поэтический экстаз, находя удивительные эпитеты для флоры и фауны, особенно бабочек. Все эпитеты употреблялись в превосходной степени.

По мере рассказа господин Нтумба все чаще поглядывал на Ираиду. Увлекшись его описаниями, жаба вышла из состояния уныния, два раза ахнула и квакнула в неподдельном восторге, что довело Нтумбу до апофеоза поэтических преувеличений. Он даже раздул горловой мешок и издал низкий басистый звук. Решив, что он запел, Ираида вежливо похлопала передними лапками.

Мавки поддержали аплодисменты, водяной посоветовал Нтумбе писать книги: мол, он уже хочет в тропический лес. Ираида призадумалась, внимательно посмотрела на заморского гостя и решила, что он ничего такой, и бородавок мало, и голос приятный, и окрас необычный.

Польщенный Нтумба снова раздул горловой мешок, квакнул и шепотом спросил, как зовут местную жабу. Представив ему Ираиду, Француз откланялся - надо было проверить пространственно-временной туннель, а лучше всего это делать со специалистами, поэтому предварительно волк побежал к Лешему.

Спустя два дня Леший нес в сумке, позаимствованной у Кикиморы, двух жаб. Рядом рысил Француз, но болтающие земноводные редко просили его перевести. Они общались на жуткой смеси русского и французского, прекрасно понимая друг друга. Господин Нтумба не сводил с Ираиды влюбленных глаз, Ираида кокетничала напропалую.

- Лягушка-путешественница, - заметил Леший.

- Жаль, что Нтумба не из Парижа, - подколол Француз.

Жаба ласково квакнула что-то заморскому гостю и перевела взгляд на волка.

- Ну и что? - сказала она. - Может, и в Париже побываем. Начинать надо с малого!

Медвежьи игры

Заглушив старенький "Кавасаки" у дома Лешего, Анатолий снял шлем, поправил рюкзак и огляделся. На правах старого знакомого заповедный лес пускал Анатолия в самую чащу, не путая стежки-дорожки, а наоборот, открывая лучшие проезжие тропы. У оборотничества имелись свои преимущества.

Вокруг не было ни души, а из дома доносился звук работающего телевизора.

Оборотень поднялся по ступеням и вошел в просторную комнату, половину которой джинн Серега оборудовал под мастерскую. Серега как раз возился у верстака, зажимая в тисках какие-то детали. Телевизор смотрел медведь Комлев, сидя на полу. При этом он зачерпывал лапой и поедал мед из бочонка. Судя по цвету, консистенции и запаху, мед был искусственный, его Леший пускал на производство самогона. Комлева качество меда не смущало, он не сводил с экрана взгляда, сопереживая скачущему по прерии персонажу Гойко Митича.

- Привет, Толик, - махнул мозолистой рукой Серега. - Что стряслось?

- Ничего, - Анатолий вытащил из рюкзака увесистую книгу. - Французу передай, ладно? Он просил что-нибудь по истории Франции, так я вчера в городе в "Букинисте" купил.

- О! - оценил джинн. - "История франков"! Уважаю.

Комлев на миг отвлекся, глянул на книгу, зачерпнул новую порцию меда и снова вернулся к захватывающей погоне. Динамики телевизора исправно передавали индейский боевой клич.

- Комлев, - вкрадчиво произнес Анатолий, подмигнув Сереге, - ты знаешь, что искусственный мед - первый шаг к резиновой медведице?

- Иди ты... - испугался медведь и, торопливо отставив бочонок, вытер лапу о скатерть.

Несмотря на габариты и силушку, Комлев отличался изрядной трусостью.

Хихикнув, Анатолий подошел к джинну. Разложив на верстаке замысловатую конструкцию, тот сверялся с чертежами.

- Это что? - спросил оборотень.

- Семимильные сапоги, - рассеянно ответил мастеровой. - Или джамперы, если попроще. Пружинящие ходули. Можно набирать приличную скорость и прыгать метра на два.

Толик изучил детали джамперов, почесал в затылке и качнул головой.

- Хлопнешься с таких - костей не соберешь.

- Езди на мотоцикле, - отрезал увлеченный работой Серега.

- Ну и поеду, - обидевшись, оборотень ушел.

В деревнях Малиновка, Васильевка, Мадамочки, Заполье и двух десятках других знали про заповедный лес с его обитателями, поэтому привыкли и не удивлялись ни пролетающей время от времени на метле Яге, ни капризам водяного, ни питомцу Лешего мамонтенку Ваське, ни другим странностям. Случалось, деревенские хаживали вглубь леса за помощью, тогда чащоба, чувствуя беду, пропускала их.

Зато в обычные леса и перелески ходили часто. Дрова, ягоды, грибы, ивняк для любителей плести корзины, обычные, не сказочные животные и птицы для охотников, и, как водится, валка леса. Надо сказать, что лесхозы были более или менее приличными и пустыни после себя не оставляли, к тому же Леший и Полевой помогали подросту быстрее набирать высоту и толщину, капая на деревца с кустами живой водой, которая действовала как катализатор роста.

В общем, мир сказочный и мир обычный существовали, как правило, бесконфликтно.

Тем летом люди, бывало, возвращались из леса какие-то задумчивые и странные. Далеко не все, но многие. Бывший алкаш Леха Демидов, пребывающий ныне в глубочайшей завязке, примчался без дров, едва не разбив одолженный у соседа мотоблок, и бросился к священнику в райцентр. Бригада вальщиков тоже не слишком рвалась в лес. Бабка Сосипатровна, которая, несмотря на возраст, таскала лесные ягоды домой тоннами, дальше опушки ходить перестала.

Наблюдательный Анатолий чесал в затылке. Сколько бы он ни бродил по лесу, ему не встречалось ничего мистического. Он пробовал вызвать на разговор Леху, но был послан. Сосипатровна просто захлопнула дверь. Остальные неумно отшучивались.

Как-то поутру Толик проснулся от того, что кто-то называл его по имени. Повернувшись в сторону звука, он увидел торчащие в окне между горшками с геранью передние лапы и морду волка Француза.

- Мон Дье, Анатоль! - с укором сказал волк. - Полчаса тебя бужу.

- Ну? - зевнул оборотень.

Судя по прохладе и полумраку, солнце еще не поднималось.

- Во-первых, спасибо за книгу, - вместе с французским языком волк незаметно впитал изысканную галльскую вежливость, - во-вторых, одевайся. Идем в лес, ты должен это увидеть.

Толик нехотя извлек себя из-под одеяла.

Спустя некоторое время он шел рядом с волком по мокрым от росы лесным тропам.

Воздух стал прозрачным, из низин пополз туман.

Шли долго. Взошло солнце, растопив туман и высушив росу. Волк рассказывал об особенностях произношения в разных областях Франции, Анатолий машинально кивал, периодически отвлекаясь, чтобы пнуть особо красные мухоморы.

Наконец дошли до места, где длинная песчаная коса глубоко вклинивалась в реку. Пологие речные берега в тех местах, уходящие за поворот, сплошь заросли дикой малиной. Француз остановился, не доходя до косы, и залег в кустах.

- Подождем, - сказал он. - Не факт, что ты сейчас увидишь наше диво, но шансы есть.

Пока Анатолий завтракал прихваченными из дома бутербродами, волк окидывал берега зорким взглядом разведчика и постоянно принюхивался и прислушивался.

- Ага! - вдруг интригующе произнес Француз.

И Анатолий увидел.

Из-за поворота по мелководью с хорошей скоростью несся, делая прыжки метра полтора в высоту, здоровенный медведь. Медведь, облаченный в индейский убор из перьев, с томагавком в лапе. Взбивая пену, зверь проскочил мелководье, пробежался по косе, издал дикий боевой клич команчей, на миг исчез в малиннике, снова подпрыгнул над зарослями, крикнул:

- Мочи бледнолицых! - и удалился, треща кустами.

- Бля... - вырвалось у Анатолия.

Он боролся с желанием протереть глаза.

- Как тебе? - поинтересовался волк.

Казалось бы, после встречи с Жеводанским зверем и порождениями техноманта Мухина Толика ничто не должно было удивить, ан нет.

- Теперь понимаю, почему люди не рвутся в лес, - медленно проговорил оборотень спустя не одну минуту. - Это порождение белой горячки каждый день тут скачет?

- Не каждый и не всегда тут, - заметил Француз. - Кстати, это Комлев.

Анатолий смутно припомнил, как медведь смотрел в доме Лешего фильм с Митичем. Однако, сильно же подействовала на Комлева индейская тематика.

И как он исхитряется так скакать?

Судя по треску, медведь возвращался. Размахивая томагавком, Комлев пересек реку, заорал:

- Великий Маниту! - и запрыгал на противоположном берегу.

Пришедший в себя Анатолий успел разглядеть на задних лапах медведя какие-то изогнутые железки не железки, протезы не протезы, ходули не ходули... Ходули?! Джамперы, блин! Да, сделал Серега медведю развлечение, то-то народ от леса шарахается, как от лепрозория. Ну кому ты расскажешь, что видел прыгающего говорящего медведя в перьях и с томагавком?

- Комлев тронулся? - спросил Анатолий.

- У каждого свои причуды, - философски ответил волк. - Детство у него было тяжелое, не наигрался.

- Он же всех в округе распугал, - сказал оборотень.

- Зато приобрел хорошую спортивную форму, - съехидничал Француз. - Компрене ву?

- Ви, - машинально ответил Анатолий, но спохватился. - Не, надо прекращать Комлевскую развлекуху. Чувство у меня, что из-за него кто-нибудь в психушку попадет, если еще не попал.

Связываться с медведем Француз отказался, тогда Анатолий отправился к Лешему. Лесной хозяин оказался дома, внимательно выслушал рассказ оборотня и, помянув нехорошими словами медведя с его предками, пошел на речку, где впечатлился акробатическими номерами Комлева. Послушав крики прерий, лесной хозяин вышел на открытое место и страшным голосом произнес:

- КОМЛЕВ, СКОТИНА!

Застигнутый врасплох медведь неудачно оттолкнулся, замахал лапами, пытаясь поймать равновесие, потерял томагавк и рухнул в реку, подняв такой всплеск, как мощный осколочно-фугасный снаряд.

Решив не досматривать финал трагедии, Анатолий потихоньку удрал.

К началу августа люди снова потянулись в лес вначале с опаской, потом спокойно. Видение индейского медведя более не появлялось, но бывший алкоголик Демидов на всякий случай закодировался повторно, а бабка Сосипатровна зареклась ходить в малинник на речном берегу.

Купив в "Букинисте" для Француза серию про проклятых королей, Анатолий навестил Лешего. Серега вносил изменения в конструкцию джамперов, Леший играл с зайцами в карты, печальный Комлев вздыхал на крыльце. Анатолий подсел к нему.

- Скучно? - спросил оборотень.

- Ага, - признался медведь.

- Держи, - Анатолий протянул ему DVD-плеер, извлеченный дома из шкафа и оттертый от пыли, и коробку дисков. - Пусть Серега к телеку подключит и смотри себе, я тебе вестернов насобирал.

Покидая обалдевшего от счастья медведя, Анатолий обернулся:

- Только в ковбоев играть не вздумай, такого мы точно не переживем.

Игла для вышивания

Баба-Яга пришивала к рукаву камуфляжной куртки шеврон с надписью "Волшебные войска быстрого реагирования". Над надписью гордо сияли вышитые золотыми нитями две скрещенные метлы. Бабкин кот Бегемот поначалу фыркал от смеха, потом вдруг прислушался и сказал:

- Хозяйка, за дверью кто-то стоит.

Тут изба закудахтала, качнулась на гусеницах и распахнула дверь, впустив зареванную мулатку. Изумленная Яга уставилась на нее. Обалдел и кот.

Из часов высунулась кукушка Тамара Георгиевна, тихо сказала:

- Ой, - и снова спряталась.

- Ты кто? - осведомилась Яга.

Мулатка вытерла лицо и на чистом русском ответила:

- Ольга я, бабушка.

- А я думала, рабыня Изаура, - сказала Яга. - С чем пожаловала, Ольга?

Гостья захлюпала носом. Она была в таком расстроенном состоянии, что не обратила внимания ни на ходовую часть избы, ни на внешность хозяйки, ни на подозрительные внутренние интерьеры, ни на говорящую кукушку.

Яга усадила гостью на стул и велела рассказывать.

- Меня к вам моя бабушка отправила, она в Антоновке живет.

- Что-то не припомню негритянок в Антоновке, - ядовито заметила Яга.

Мулатка Ольга снова шмыгнула носом. Вообще-то девушка была весьма интересная, такая, знаете ли, экзотическая красавица лет восемнадцати-девятнадцати.

- Терентьева, - назвала фамилию гостья.

- Елена Степановна?! - до Яги дошло.

Она слышала, что дочь Терентьевой во время учебы вышла замуж за негра-однокурсника из Нигерии. Муж выучился на врача, получил гражданство и остался в России.

- Ага, - кивнула Ольга. - Я на каникулах у нее после практики.

Кукушка высунулась из домика, кот насторожился.

Яга начала допрос, и вскоре перед ней открылась драма разбитого девичьего сердца. Ольга до потери пульса влюбилась в первого парня на деревне Ваську Пивоварова, но тот не только не отвечал взаимностью, а шарахался от нее и обходил десятой дорогой.

"Дурак, - подумала Яга, - девка-то красивая".

- А потом у него на лице фурункулы вскочили, - Ольга вытащила вышитый платок, промокнула глаза. - Вся деревня говорит, что я ведьма... и на него п...порчу навела, - мулатка всхлипнула.

- Гм... - Яга по-особому присмотрелась к гостье.

Какая там порча! Деваха ни порчу навести, ни проклясть, ни сглазить не может. Хотя что-то темное мелькает. Слабенькое темное пятнышко, неуловимое, еле различимое.

- Ты, может, сказала ему что? - поинтересовалась Яга.

Ольга помотала головой, провела скомканным платком по щекам.

Кот с кукушкой незаметно переглянулись.

- Ну-ка дай полюбоваться, - Яга протянула руку к платку, Ольга отдала.

Расправив платок, старуха поцокала языком, оценив вышитые оранжевыми, темно-красными и желтыми нитями осенние рябиновые грозди.

- Сама, что ли? - получив в ответ кивок, Яга похвалила: - мастерица ты, - и вернула платок.

Мулатка улыбнулась сквозь слезы.

- Постой! - вдруг озарило старуху. - Ты Ваське-то ничего не вышивала?

- Портрет, - пробормотала Ольга. - Портрет его вышила. Для себя.

Старуха призадумалась.

- Вот что, дитя дружбы народов, - сказала она. - Ступай домой, собери все, чем ты пользовалась, когда вышивала: пяльцы, ткани, нитки, иголки, и отдай мне. Я тебя на опушке подожду.

Получив набор для вышивания и взяв на всякий случай номер Ольгиного мобильного, Яга вернулась в избу. Сгоравший от нетерпения кот крутился под ногами и мешал.

- Мотя, сгинь! - турнула его хозяйка и разложила на столе вышитый портрет.

- Обалденно, - подвела итог работе кукушка Тамара Георгиевна.

- Фигасе, - поддакнул Бегемот. - Как живой.

Ольга вышивала мастерски. С ткани смотрел зеленоглазый красавец, румяный и рыжий, как апельсин. Умело подобранные нити передавали объем, словно на пяльцах делалось 3D изображение.

- Талант! - похвалила кукушка.

Тем временем Яга внимательно изучала нити, потом взялась за иглу и отдернула руку. Снова взяла инструмент для вышивания.

- Вот в чем дело! - она торжественно поднесла иголку к свету.

Игла была костяная.

Яга всмотрелась пристальнее и тут же увидела черное колдовство: по игле, извиваясь, скользили темно-фиолетовые, черные и болотного цвета струйки, смешиваясь на кончике и нечто неприятное, пахнущее заразой и гнилью.

Завернув иглу в тряпку, старуха вымыла руки и позвонила Ольге:

- Иглу где взяла?

- В папиных вещах, - судя по всхлипываниям, мулатка до сих пор не отошла. - В рюкзаке.

- Что там еще лежало? - сурово спросила Яга.

- Маски черные... страшные, куколки плетеные, ножики, - отчиталась Ольга.

- Где папа? - продолжила допрос старуха.

- В командировке, - Ольга явно перепугалась.

- Когда вернется, чтоб ко мне зашел! - распорядилась Яга и отключила телефон. - Так-с, будем ликвидировать эту заразу.

Заразу бабка ликвидировала долго при помощи живой воды, ножа с серебряным лезвием и множества наговоров. Нити снимались с ткани по одной, бережно, отложенная в сторону игла в тряпке при этом издавала неприятные звуки и слегка вибрировала.

- Мерзость костяная, - шепнула кукушка.

Плеснув на иглу живой водой, Яга утихомирила неприятный инструмент.

- Вроде все, - сняв последнюю нить, старуха выпрямилась и взяла телефон. - Трофимыч, мое почтение, как жизнь в Антоновке?

Пока домовой изливал душу, Яга перебралась в кресло.

- У меня к тебе дельце есть, - вставила она, когда Трофимыч выдохся. - Найди завтра Ваську Пивоварова и посмотри, что у него с рожей. О результатах доложи.

Покончив с делами, старуха взяла куртку и занялась шитьем.

- А что такое приключилось-то? - спросила кукушка.

- А вот Ольгин папенька объявится, тогда и выясним окончательно, - Яга покосилась на иглу. Живая вода изгнала из нее колдовство, но инструмент старухе все равно не нравился.

Трофимыч отзвонился через день, сообщил, что с рожей у Пивоварова все в порядке, а сам Васька цветет и пахнет. Яга облегченно вздохнула.

Еще через неделю, когда Яга собирала невиданный урожай кабачков, ее вежливо окликнул высокий подтянутый негр в камуфляжной форме.

- Капитан медицинской службы Ибрагим Шагари, - без малейшего акцента отрапортовал он, браво кинув руку к кепи. - Меня дочка к вам отправила.

- Ну и кто из вас практикует вуду? - спросила Яга.

Капитан вздохнул и признался, что шаманами были у него и отец, и дед, и прадед, и прапрадед, и по наследству ритуальные инструменты достались ему, а он на родину не поехал и вудуизмом заниматься не собирается.

- Понятно, - кивнула Яга. - Иголочка, значит, служила для прокалывания куколок?

- Кстати, о куколках, - сказал капитан, снимая с плеча рюкзак. - Я вас попрошу эту пакость нейтрализовать, у меня не получилось. Тут шаманские маски ритуальные, куклы вуду, ножи... Они не горят, не тонут, а выбросить опасаюсь - вдруг подберет кто-нибудь.

Забрав рюкзак, Яга наказала капитану поговорить с дочкой и попрощалась с ним. Дособирав кабачки, старуха вернулась в избу, нашла большую картонную коробку, свалила туда все шаманское имущество, положила поверх костяную иглу и закрыла крышкой.

- Кощею на новый год преподнесу, - ухмыльнулась Яга, отвечая на вопросительные взгляды кота и кукушки. - Он у нас специалист по иглам, оценит.

Герой другой сказки

В избу Бабы-Яги ловко забрался волк Француз и остановился на пороге.

- Бонжур, мадам, - галантно произнес он. - Пространственно-временной туннель опять сходит с ума. Вчера двоих детей пришлось обратно в средневековую Германию отправлять, не туда забрели. Хорошо хоть крошки на дорогу бросали.

- Мерси, - мрачно отозвалась Яга, понимая, что опять надо ждать необъяснимых явлений и загадочных визитеров. Мало ей присмотра за Кощеевыми собаками.

Три дня назад Бессмертный умчался смотреть концерт какой-то рок-группы, оставив на попечение старой приятельницы своих адских гончих и декоративную дракониху Зажигалку, и если с драконихой проблем не было, напротив, она помогала, разжигая плиту с одного выдоха, то собаки хулиганили в лесу хлеще разбойничьей шайки. Волка Француза Яга подозревала в соучастии, причем волк явно об этом догадывался, поскольку поторопился распрощаться и исчез в чаще заповедного леса.

Бабкин кот Бегемот проводил волка недовольным взглядом.

Из часов высунулась кукушка:

- Судя по всему, нас навестили Гензель и Гретель. Интересно, кого еще принесет?

- Хоть бы никого, - буркнула Яга, демонстрируя триумф надежды над опытом.

И конечно же, едва старуха собралась ужинать, в дверь забарабанили, а изба недовольно закудахтала.

- Начинается, - прокомментировал кот.

Спящая у плиты дракониха пробудилась и зевнула.

Вытирая передником руки, Баба-Яга пошла к двери, но изба сама распахнула ее, треснув незваного гостя по голове. Послышись звук падения и ругательства.

Старуха выглянула из избы, с удивлением узрев лежащего в лопухах солдата в странной форме; похожее обмундирование Яга видела лет через двадцать после наполеоновских войн. Продолжая ругаться, вояка выбрался из лопухов, поправил саблю, кивер, лямки ранца, одернул короткий красный мундир и зло посмотрел на Ягу.

- Старая ведьма! - с чувством бросил он вместо приветствия.

Старуха подбоченилась.

- Обалдел, служивый?! А кочергой промеж глаз?

- Это кто еще обалдел? - возмутился солдат, картинно кладя руку на эфес.

Изба угрожающе заскрипела, повернулась на гусеницах, заставив бравого воина отскочить и приглядеться. По мере оценки обстановки лицо солдата менялось от злости к растерянности.

Опасливо отойдя от дома на гусеничном ходу, он спросил:

- Куда я попал?

К Яге вернулось чувство юмора:

- А куда ты целился?

После обмена колкостями выяснилось, что солдат направляется домой, но на пути должен встретить ведьму, которая даст ему задание. Ну и когда он пройдет квест, то женится на принцессе и станет королем. На добра молодца, богатыря, Ивана Царевича и Ивана-дурака вояка не тянул, да и мундир носил не отечественный, поэтому Яга предположила, что он из другого сказочного мира, а значит, попал сюда через туннель. Старуха вздохнула, представив путь к туннелю по вечерней росе.

- Пошли, - сказала она. - Верну тебя в твою сказку.

- В какую такую сказку?! - солдат аж ноздри раздул. - Это для тебя, может быть, сказка, а для меня - суровая реальность. Давай задание, ведьма старая!

- Долбоящер, - донесся из избы голос кота.

В часах засмеялась кукушка Тамара Георгиевна.

Поняв, что старуха в доме не одна, солдат поутих и неохотно извинился.

- Ладно, станешь ты королем, - недобро проговорила Яга. - Ступай во-о-о-он по той тропе, никуда не сворачивая, выйдешь к деревне, а там...

Солдат подбоченился:

- Щас, побежал. Я вроде в колодец спуститься должен. В нем собаки и много золота.

- Смотрите, какой меркантильный выискался, - пробормотала старуха и заговорила громче: - короче, служивый, я не та ведьма, которая должна дать тебе задание.

- Не мои проблемы, - нагло заявил солдат.

- Да, армия портит человека, - заметил кот.

- Бабка, не тяни, - вояка не собирался уходить, решив измором добиться желаемого. - Гони колодец, собак, золото и принцессу.

Яга хотела огреть наглеца кочергой, однако засомневалась в собственных фехтовальных навыках. Солдафон наверняка будет отбиваться саблей, а в таком случае исход боя неизвестен. Разумеется, убить Ягу вояка не убьет, но лечить глубокие порезы старухе ой как не хотелось.

- Со-бак! Зо-ло-то! Прин-цес-су! - скандировал вояка в сгущающихся сумерках. - И королевство!

Про колодец речь уже не шла.

Яга даже развеселилась. Она собиралась высказать солдату свои соображения о его нахальстве и умственных способностях, когда поднявшийся ветер принес ощутимый запах смолы и серы. Старуха принюхалась получше - да, серой несло особенно сильно.

Ухмыльнувшись, Яга громко свистнула, заставив солдата прервать скандирование. Стало отчетливо слышно потрескивание сухих веток и приближающееся частое дыхание, затем в темноте вспыхнули две пары огней, и два черных силуэта с горящими глазами рванули к избе.

Хеллхаунды Бессмертного изволили вернуться с прогулки.

Реакция у солдата оказалась отменная. Несмотря на тяжелый ранец и путающуюся в ногах саблю, он вознесся по стволу сосны, цепляясь за сучки с ловкостью акробата и оставляя там и сям клочья штанов и мундира. Собаки хрипло облаяли его и остались сторожить под деревом.

Яга ушла в избу.

Ей пришлось разогревать ужин второй раз и снова накрывать на стол. Кот Бегемот составил хозяйке компанию. Откусывая от сардельки, кот заявил:

- До чего наглый солдафон.

Из часов высунулась кукушка Тамара Георгиевна, поддержала беседу:

- Из туннеля вышел, не иначе. Я, кажется, его сказку узнала.

- Чего тут не узнать, - кивнула Яга, - ведьма, собаки, колодец, золото, огниво, принцесса. Солдатик-то наш датчанин.

- Как мы его понимаем и он нас? - проговорил Бегемот.

- А как я твою бывшую хозяйку понимала, Грилу? - сказала Яга.

Кот задумался. Он не знал, что Грила общалась с Ягой, поскольку пропустил тогда этот момент, спасаясь от адских гончих.

- Полный пространственно-временной сдвиг, - важно произнесла умная кукушка и хотела продолжить, но со двора раздалось:

- Бабуля!!!

Вежливость солдата эволюционировала от "бабки" и "старой ведьмы" к "бабуле".

- Чего орем? - крикнула в ответ Яга. - Собаками я тебя обеспечила, а золото и принцессу добывай сам.

- Это не те собаки!

- Не мои проблемы, - отплатила солдату старуха и сняла с плиты чайник.

Дракониха Зажигалка моментально перебралась на горячую плиту, свернулась калачиком и заснула.

Со двора донеслись звуки, словно пара здоровых мужиков пилила дрова двуручной пилой.

- Бабушка!!

Эволюция вежливости достигла вершины.

- Чего пристал?!

Кот с кукушкой тихо фыркали от смеха.

- Бабушка, они дерево грызут!

Зная, что адские гончие способны разорвать на куски рельс, Яга встревожилась и рявкнула:

- Фобос, Деймос, нельзя! Фу!

Звуки прекратились.

- Сказка "Огниво" в русском варианте превратилась в хоррор, - сказала кукушка.

- Да и оригинал-то не больно мягкий был, - заметила Яга, наливая чай. - Помнится, солдат ведьме голову отрубил.

- Бабушка!!! - в крике прозвучало отчаяние. - Их уже трое!

- Клонируются они там, что ли? - удивилась Яга, выглянув наружу.

К веселью адских гончих присоединился волк Француз, сверля колючим взглядом датского гостя и время от времени утробно завывая.

- Иди сюда, франкофил, - сказала старуха, поманив волка пальцем. Тот подошел. - Проводишь служивого до туннеля.

С момента путешествия в сказочную средневековую Францию волк разбирался в работе пространственно-временного туннеля. Проникнувшись, он обещал отправить солдата обратно в Данию.

Служивый согласился вернуться на родину очень быстро. Боязливо оглядываясь на адских гончих, он сполз с дерева, кое-как привел в порядок форму и зашагал по тропе в сопровождении волка. Хеллхаунды на всякий случай отправились следом, но все обошлось без эксцессов.

- Интересно, почему туннель выбросил его именно к нам? - вдруг спросила кукушка.

- Ну смотри: собаки есть, ведьма... - Яга кашлянула, посмотрелась в зеркало, поправила платок. - Ведьма тоже есть. Колодец неподалеку. Огниво, - она глянула на спящую дракониху, - имеется. Принцесса в соседней Малиновке живет - Ленка Королёва. Вылитая принцесса и гонору столько же. Поэтому служивый к нам и попал. Антураж почти одинаковый. Логично?

- Логично, - согласилась кукушка.

- Просто сказку перепутали, - заключил кот.

Система оповещения

После долгого перерыва пространственно-временной туннель задурил со страшной силой, выбрасывая в заповедный лес тварей, которых с трудом распознавал даже Кощей, знаток отечественной и зарубежной нечисти. Живший неподалеку от входа в туннель медведь Комлев, огромный, сильный и косматый, но трусливый до безобразия, с сожалением покинул берлогу и переселился к Лешему. Хозяину дома он не мешал, поскольку проводил дни за просмотром старых фильмов про ковбоев и индейцев, однако ситуация заставила Лешего задуматься, тем более, что убежавшую далеко от туннеля мантикору ловили при помощи адских гончих Кощея, самого Бессмертного, Полевого, Кикиморы и множества зверей под руководством Лешего. Баба-Яга координировала действия с воздуха.

- Не, с этим надо что-то делать, - сказал Леший после успешной отправки мантикоры через туннель в исходную точку.

- Звони Тэнгу, - пожал плечами Кощей, свистнул хеллхаундам, сел на "Хонду Валькирию" и укатил восвояси.

Коллега Лешего, японец Тэнгу, соорудивший туннель, на звонки не отвечал, чем привел лесного хозяина в уныние. Вечером он пришел к Яге, смутно надеясь, что старуха посоветует что-нибудь толковое.

Приготовив стол к чаепитию, Яга пригласила Лешего и сказала:

- Как я понимаю, до Тэнгу не дозвониться.

Лесной хозяин удрученно кивнул. Отрегулировать туннель мог лишь Тэнгу, местные не рисковали.

- М-да, - Яга придвинула приятелю блюдце с печеньем, - было бы проще, если б мы сразу знали, когда тварь... или не тварь выходит из туннеля. В общем, нужен датчик движения.

- Вау, - мякнул развалившийся на кровати бабкин кот Бегемот, - хозяйка, ты мудрая женщина.

Яга не поддалась лести.

- Заткнись, - не оборачиваясь, бросила она, - кто сгущенку сожрал? И ведь открыл же банку, мерзавец, когтями открыл!

Кот притих.

- Мысль хорошая, - одобрил Леший, - надо с Серегой обсудить.

Джинн-мастеровой Серега, обитающий в старой паяльной лампе, мог не только дать хороший совет, но и сделать искомый датчик из подручных материалов. Леший в джинна верил, Яга тоже, поэтому Леший постучал в кукушкин домик в настенных часах.

- Тамарочка, - ласково прощебетал лесной хозяин.

Кукушка Тамара Георгиевна высунулась из домика.

- Тамарочка, будь другом, слетай ко мне, - попросил Леший. - Там Комлев кино смотрит, пусть оторвется и принесет сюда паяльную лампу с верстака.

- Лампу, в которой Серега живет? - уточнила кукушка.

- Ее самую, - сказал Леший.

Кукушка вылетела из часов, сделала пару кругов, чтобы размять крылья, устремилась в окно, ловко обогнула ель, две сосны и, набрав высоту, взяла курс на дом Лешего.

Тамара Георгиевна вернулась быстро, а Комлев притащился ближе к ночи, вручил Лешему лампу, потребовал награду за марафон, получил от Яги банку засахарившегося малинового варенья и устроился смаковать у колодца.

Вызванный из лампы джинн выслушал проблему и возможный способ решения, сел за стол и крепко задумался.

- Датчик движения не поможет, - подвел итог размышлениям Серега. - Будут звери мимо туннеля сновать, у них же там тропа на водопой, датчик постоянно будет срабатывать. Нужна система распознавания "свой-чужой" и оповещение.

- Проще пост охраны поставить, - уныло проговорил Леший, достал мобильник и попробовал дозвониться до Тэнгу. Безрезультатно.

- Погодите-ка, - вздохнув, Яга поднялась. - На чердаке пошарю, есть у меня кое-что.

Старуха шарила на чердаке довольно долго, ворча, ругаясь и двигая какие-то сундуки. Из чердачного люка в избу вначале посыпались пожелтевшие свитки с изображениями неприятных и страшных существ, потом древние стертые монеты и в заключение парочка запакованных лицензионных аудиокассет, которые подхватил меломан Серега.

Наконец Яга спустилась, держа замотанный в пыльную холстину большой плоский предмет. Леший, джинн Серега, кот и кукушка с интересом уставились на старуху. Храня интригу, Яга медленно разматывала холст, в конце концов явив взорам свидетелей потемневший от времени музыкальный инструмент.

- Это что? - озадачился Серега.

- Гусли-самогуды, - сказала Яга.

Джинн скептически оглядел поверхность и отскочил: нарисованные на верхней деке глаза вдруг мигнули и открылись. Тренькнули две уцелевшие струны.

- И как нам это поможет? - спросил Леший, слегка удивившийся при виде хорошо знакомого сказочного инструмента. Гусли, оказывается, не сгинули во тьме веков.

- Ну... своих они знают, - старуха протерла инструмент чистой тряпкой. - Может, повесить их против входа в туннель?

Серега потыкал в корпус пальцем. Дерево как дерево, но глаза подозрительно следили на происходящим. Резонаторное отверстие напоминало рот.

- Повесить можно, - проговорил джинн, - и я верю, что при виде чужого они поднимут тревогу, но ручаюсь, что в десяти метрах их уже не будет слышно.

- А ты сделай, чтобы все слышали, - предложила Яга.

Расценив фразу старухи как руководство к действию, Леший подхватил гусли и начал прощаться. Джинн превратился было в дым, но снова вернул материальный облик, выпросил у Яги выпавшие с чердака кассеты и лишь тогда занял место в лампе. Прихватив медведя Комлева, Леший отправился домой.

По прибытии Серега первым делом осмотрел гусли и опечалился. Корпус сохранился прекрасно, зато отсутствовали колки и струны, кроме двух.

- Где взять тринадцать струн? - вслух подумал джинн, и, включив магнитофон, поставил одну из выпрошенных кассет. Под музыку Сереге всегда хорошо думалось и работалось, но когда динамики взревели, заставив Комлева испуганно обернуться, джинн понял, что на чердаке избы лежали отнюдь не записи классики.

Леший взял футляр от кассеты, по слогам прочел: "Ramm-stein" и почесал заросший мухоморами затылок. Мощные звуки, вылетающие из динамиков, неожиданно начали ему нравиться. Серега тоже не спешил выключать магнитофон, несмотря на нытье медведя.

- А ничего так, - резюмировал джинн, когда первая сторона кассеты закончилась, и поставил магнитофон на реверс. - Ладно, струны на Али закажу, там посмотрим.

Колки Серега сделал сам. Со струнами помог Кощей через каких-то своих знакомых, он же разрешил Сереге забрать стоящий в кладовой огромный дискотечный усилитель. Бессмертный сознался, что не может вспомнить, как и где он его приобрел. Заодно джинн-мастеровой забрал у Кощея старый аналоговый эквалайзер.

Для настройки инструмента пришлось одолжить у Бабы-Яги кота, поскольку тот обладал абсолютным слухом. Почитав найденную в интернете инструкцию по настройке и промучившись два дня, Бегемот привел гусли в соответствие с акустикой и удалился. Гонорар ему выплатили подлещиками.

- Работай, - обратился к инструменту Серега. - Выдай коронное.

Подумав, гусли затренькали "Барыню". Джинн поморщился. Инструмент сыграл "Ах вы, сени", потом исполнил "Гусачок", "Во лузях" и смущенно смолк.

- Зашибись репертуарчик, - сказал недовольный Серега. - Таким спящую мышь не разбудишь, какая тут, нафиг, система оповещения.

Глазки на гуслях заморгали, словно собираясь заплакать. Выражение верхней деки стало обиженным. Не обратив на это внимания, джинн включил магнитофон и принялся сооружать систему переходников, чтобы звук от гуслей передать на усилитель. По заверениям Кощея, тот способен был дать больше сотни децибел на выходе. Расположив усилитель в особом "кармане", джинн надеялся добиться еще большей силы звука. Может, и получится что-то толковое.

Пока Серега паял, монтировал и настраивал, Леший инструктировал гусли на предмет будущей деятельности, отнес их в лес и показал вход в пространственно-временной туннель. Инструмент оказался понятливым и сообразил, когда надо поднимать тревогу.

Собранный кошмар звукоинженера джинн устанавливал полдня при помощи Комлева. Серега хотел проверить работоспособность новоизобретенной системы оповещения, но помешал хлынувший дождь. Спасаясь от ливня, медведь удрал в укрытие, Серега последовал за ним.

Решив провести испытания системы после завершения дождя, Серега терпеливо ждал, пока пройдет туча, когда...

В общем, именно в разгар дождя из туннеля вышел очередной гость.

И гусли оповестили.

В заповедном лесу звери попрятались по логовам и норам.

Заполошно заметались птицы.

Нежившийся под летним дождем водяной Пертозерский соскользнул с прибрежного камня на другой камень и сильно ушибся.

Получила психологическую травму Кикимора.

Три дня заикался Леший.

Мывшая посуду Баба-Яга уронила и разбила фарфоровый заварной чайник.

Завыли хеллхаунды Кощея Бессмертного. Кощей, мирно сидевший за компьютером, упал с кресла.

Полевой решил, что начался Апокалипсис.

А гусли-самогуды продолжали гудеть, грохотать и греметь, всеми пятнадцатью струнами выводя на усилитель до боли знакомые Сереге аккорды, которые складывались в эпичный тяжелый металл:

- Du!

du hast!!

du hast mich!!!

du hast mich!!!!

du hast mich!!!!!

Самобранка

Погода вторую неделю стояла дождливая, а когда дождь переставал, над заповедным лесом поднимался густой туман, ограничивая видимость до нуля. Одним словом, погода была нелётная, что закончилось пустотой в холодильнике, поскольку Баба-Яга за продуктами в райцентр исключительно летала.

Проинспектировав холодильник и не обнаружив в нем ничего, кроме льда в морозилке и пустых полок, старуха мрачно захлопнула дверцу. За окном колыхалась пелена тумана, ставя крест на полетах. В избе внимательно наблюдал за действиями хозяйки голодный кот Бегемот.

- Мышей лови! - правильно истолковав упрек во взгляде, буркнула Яга.

- Каких?! Их в округе не осталось уже, - сказал кот. - Я вчера двух кротов поймал.

- Орден тебе землеройки первой степени, - кисло проговорила из часов кукушка Тамара Георгиевна.

Лишенная возможности размять крылья и пообщаться с дроздами-рябинниками, кукушка скучала, периодически откровенно нарываясь на ссору с котом. Бегемот обычно помалкивал, но сегодня обиделся и ответил грубостью.

- Тихо вы, - проговорила Яга, шаря по погодным сайтам в интернете.

Прогнозы не радовали. Старуха почесала бородавку на носу, проговорила:

- Эх, ладно, попробуем! - и полезла на чердак.

Заинтригованные кот с кукушкой терпеливо ждали. Спустилась Яга довольно быстро, неся с собой сверточек из ткани.

- Вроде долго не работала, не должна выступать, - бормотала старуха, разворачивая ткань. В чистой холстине завернута была узорчатая скатерть. Когда Яга расстелила ее на столе, в избе словно сделалось светлее.

Кукушка и кот замерли в ожидании чуда, и чудо произошло.

- Доброго дня, хозяйка, - раздался с середины стола певучий женский голос. - Чего изволите?

"Контральто", - подумала эрудированная кукушка.

- Обед бы, - сказала Яга, - да рыбку какую-нибудь включи в меню, будь добра.

- Сей минут!

Скатерть сама собой свернулась на короткое время, а когда развернулась, взорам обитателей избы предстал обед в традиционном стиле: щи в большой глубокой тарелке, чугунок гречневой каши, блюдо с жареным мясом, плошка сметаны, нарезанный каравай, уха из ершей в деревянной чашке и печеные караси. Точно в центре натюрморта дымился самовар, рядом с которым скромно притулились плошечки с медом и вареньями трех сортов. Ароматы от яств поднимались вкуснейшие.

- Ну, вообще! - вырвалось у лакомки-кота.

- Сказочный сервис, - поддакнула кукушка.

- Ой, спасибо, - отозвалась скатерть.

Ели, нахваливая. Кот вылакал уху, справился с карасями, через силу доел сметану, перебрался на кровать и заснул, пропустив окончание обеда.

Когда он проснулся, Яги в избе не было. В углу работал черно-белый "Славутич", показывая старые диснеевские мультфильмы. Как обычно, телевизор выделывался, в этот раз отключив звук и периодически искажая картинку. От нечего делать мульты смотрела кукушка.

- Куда хозяйка пропа-а-а-ала? - протяжно зевнул Бегемот.

- Кощей звонил, потребовал прийти, - доложила Тамара Георгиевна. - Будет совещание по поводу затянувшейся плохой погоды.

Яга не явилась ни вечером, ни следующим утром, что встревожило кота. Идти к Кощею Бегемот не рисковал, помня об адских гончих Бессмертного. Порвать кота они, конечно, не порвут, но встречу устроят веселую.

- А что мы есть-то будем? - обеспокоился кот, в двадцатый раз заглянув в пустой холодильник.

Подошло время обеда, но Яга так и не объявилась.

- Поймай кого-нибудь, - посоветовала кукушка.

Бегемот честно искал добычу до вечера и вернулся из леса злой и голодный.

- Где скатерть? - сухо спросил он у кукушки.

Тамара Георгиевна отвлеклась от мультяшной "Спящей красавицы", посмотрела на кота.

- Мотя, тебе не кажется странным, что хозяйка скатертью пользуется в исключительных случаях? При мне впервые.

Бегемот тоже видел скатерть первый раз, но доводы рассудка уступили голоду, и кот навестил чердак. Знакомый сверток он обнаружил быстро. Представив заливное и осетровую икру, Бегемот не спустился, а скатился с чердака со скоростью свободного падения, и, не теряя времени, расстелил на столе скатерть.

- А ну положь, где взял, тварь мохнатая, - сварливо проговорил скрипучим старушечьим голосом волшебный предмет. - Лапы загребущие, морда толстая. Наел ряшку на халявных харчах.

Бегемот остолбенел, Тамара Георгиевна перелетела подальше от стола, телевизор выключился.

- Положь на место, говорю, мышеед! - скомандовала скатерть, а поскольку кот не двигался, разразилась крепкой бранью. В довершение прямо в лоб Бегемоту угодил вылетевший из скатерти обглоданный мосол, едва не отправив кота в нокаут.

- Мотя, идиот! - появившаяся в избе Яга ловко увернулась от второй кости, торопливо свернула скатерть, упаковала ее в ткань и забросила на чердак. - Поздравляю, теперь в ближайшую пятилетку самобранку лучше не вынимать.

Пока Яга занималась лечением травмированного мослом кота, она объяснила, что все волшебные предметы и многие сказочные существа отличаются капризными и склочными характерами, а скатерть-самобранка среди них занимает одно из первых мест по склонности к немотивированному хамству, и лучше ее лишний раз не трогать. Попадешь не в настроение - мало не покажется.

- Браный - что такое? - спросила Яга.

- Узорчатый, отборный, - ответила кукушка.

- В древности так и было, - кивнула старуха, - а потом скатерть сама браниться начала... Самобранка такая само... бранка. В общем, как вы скатерть назовете, то через тысячу лет и получите, - подвела итог Яга.

Чертовы куклы

Дождь не прекращался вторую неделю, то стихая и поплевывая редкими каплями, то усиливаясь.

Пришедший в гости к Кощею Леший печально наблюдал, как текут по двору ручейки, собираясь в миниатюрную речку. Речка вытекала в открытые ворота и исчезала где-то в дебрях заповедного леса.

Кощей оторвался от установки очередной онлайн игры и посмотрел на гостя.

- Непогода нынче в моде, - проскрипел Леший, цитируя известную песню.

- Может, дилетант наколдовал, сейчас хватает любителей сунуть нос в практическую магию, - изрек Бессмертный. - Будем с этим делать что-нибудь?

- С дилетантом? - осведомился лесной хозяин.

- Его еще найти надо, - буркнул Кощей. - Не тупи. С погодой надо что-то делать.

Леший согласно кивнул.

- Я даже совещание собирал по поводу дождей, - продолжал Кощей, - но тебя угораздило притащить сакэ, и совещание превратилось в банальную пьянку.

- Ну... - Леший хихикнул. - Вы с Ягой под сакэ сочиняли душевные хокку, я их запомнил и потом Тэнгу переслал, ему понравилось.

Упоминание о японском лешем Тэнгу явно навело Кощея на какие-то мысли, поскольку он призадумался, затем повернулся к компьютеру, свернул игру и залез в гугл.

- "Чтобы затянувшийся дождь прекратился, под стрехой дома надо вывесить самодельную куколку, так называемую тэру-тэру бодзу", - с выражением прочитал Кощей. - Я же помню, что у японцев был ритуал! "Куклу надо подвесить вечером и сказать: "Тэру-тэру бодзу, пожалуйста, пусть завтра будет хорошая погода".

- Можно попробовать, - проговорил Леший. - Куклу сделать?

- Сде... стой! Яга на Новый год презентовала сундучок с африканскими сувенирами, - вспомнил Кощей, - там этих самодельных куколок на любой вкус.

Леший с Кощеем открыли подарочный сундучок, вытащили полдюжины плетеных куколок с разноцветными перьями на головах и, вооружившись зонтами и лестницей, не без труда развесили их на карнизе второго этажа Кощеева особняка, причем, спускаясь, Бессмертный все-таки оступился и навернулся с лестницы прямо в лужу.

- Тэру-тэру бодзу, пожалуйста, пусть завтра будет хорошая погода, - прокричал Леший, постаравшись перекрыть ругань Кощея.

Дождь перестал ночью, но на следующий день начались странности.

К Лешему прибежал напуганный волк Француз и доложил о появлении неприятных запахов в лесу. Резкие запахи, отталкивающие. Почуявшие эти ароматы звери потихоньку сваливали с насиженных мест, даже непритязательные скандальные белки мигрировали в сады ближайших деревень.

Над озером, где мирно жил водяной в компании мавок, из ниоткуда возникли стаи жирных навозных мух. Мухи изводили жужжанием обитателей озера, норовили сесть на головы и сводили на нет романтику вечерней болтовни мавок с нахальными парнями из Малиновки и Антоновки.

Под могучими соснами заповедного леса поселились тени. Извиваясь, они ползали по корням деревьев, заставляя тех скрипеть и жаловаться. Сосны испокон веков отличались брезгливостью, самая старая из них пригрозила Лешему, что выдернет корни и уйдет.

В довершение всего над лесом прошел дождь из грязи и небольших красных жаб.

Сбитый с толку и порядком испуганный Леший побежал к Кощею и застал у него разъяренную Бабу-Ягу. Она орала так, что Бессмертный сжался в своем кресле, за которым тихо поскуливали обе адские гончие. Хеллхаунды опасались старуху, когда та пребывала в ярости, потому что прошлым летом знатно получили кочергой при попытке залезть в погреб.

- Что ты натворил опять?! - Яга размахивала кулаками. - Только не говори, что ты тут ни при чем.

Бабка знала, кто в заповедном лесу может ляпнуть не к месту сильное заклятие или провести волшебный эксперимент.

Леший хотел смыться под шумок, но был замечен и остановлен повелительным:

- СТОЯТЬ!

Приняв это за команду, адские гончие вскочили, но тут же снова спрятались за креслом.

- НУ?! - Яга повернулась к Кощею. - Говори, пока бабушка добрая.

- Чесслово... - пробормотал Бессмертный, вжимаясь в кресло. - Чесслово... ничего...

- Дождь останавливали, - вякнул Леший, и Яга живо повернулась к нему.

- Так и знала, что вся пакость от вас, - вздохнула она. - Рассказывайте.

Помогая друг другу, Леший и приободрившийся Кощей доложили, как они провели японский ритуал. При упоминании о куколках Яга встрепенулась.

- Вы сами чертовы куклы, - сказала она. - Живая вода есть?

У запасливого Кощея нашелся хрустальный графин с живой водой, тогда Яга велела окропить кукол живой водой и немедленно снять, что и было выполнено с фантастической скоростью.

Вечером дождь снова начал накрапывать.

Яга, Кощей и Леший сидели за накрытым столом. Старуха мрачно молчала, Леший, вспомнив уроки оригами, преподанные Тэнгу, мастерил кукол из цветного картона.

- Куколки, они... куклы вуду, да? - робко предположил Бессмертный.

- Дошло до идиота, - буркнула Яга. - Я ведь еще когда дарила, сказала, что это и для чего, но ты ж не слушал. Иглу с ножами хоть никуда не про... не потерял?

- Не-не-не, все на месте, - Кощей щедро плеснул бренди в кофе старухе.

Мимо особняка Бессмертного прошествовала стая волков и два медведя, возвращавшиеся в родные края. Пролетели дрозды.

Яга допила кофе.

- В следующий раз ерундой не занимайтесь, - предупредила она и встала, собираясь домой.

Торопливо кивнув несколько раз, Леший собрал бумажные поделки и отправился повторять ритуал. Яга проследила, убедилась, что все сделано по толку, и отбыла на метле.

Ночью дождь наконец-то перестал. Чтобы завершить ритуал, Бессмертный отнес куколок к реке и спустил по воде.

- Саёнара, - с чувством произнес он им вслед.

Гость с Востока

Когда изба изрекла удивленное "Ко-ко-о-о?" и распахнула оконные створки, Баба-Яга поняла, что к ней пожаловал кто-то необычный, и бросилась к окну, опередив чуть менее сообразительного кота. Обитавшая в часах кукушка Тамара Георгиевна вылетела из домика и устроилась на створке, с любопытством глядя вниз.

Среди убранных грядок стоял молодой человек, одетый в узорный халат, шелковые шаровары, сапоги с загнутыми носками и чалму с пышным пером. За широкий пояс небрежно был заткнут изогнутый кинжал, рукоять и ножны которого украшали самоцветы. А на запястье красовались вполне современные электронные часы "Сейко". Не из дешевых, кстати.

- О почтеннейшая! - поклонившись Яге, заговорил визитер. - Убеленная сединами премудрая женщина...

Изба саркастически заскрипела и качнулась на гусеницах. Черный кот Бегемот незаметно для Яги ухмыльнулся. Гость продолжал, сравнив хозяйку избы с пери и процитировав отрывок из Фирдоуси, затем перешел на цитаты из Низами и увлекся.

- Так, стоп! - прервала поток восточного красноречия старуха. - Ты кто, вообще?

- Я - Аладдин, - торжественно провозгласил молодой человек.

- Дело пытаешь аль от дела лытаешь? - перехватила инициативу Яга.

- Не понял... - слегка растерялся Аладдин.

- По делу пришел или не туда свернул по дороге?! - гаркнула старуха.

Коту интонация не понравилась. На всякий случай он отодвинулся от хозяйки, зная, как сильно можно огрести, если попасть под горячую руку.

- По делу! - заверил Аладдин. - По очень важному делу.

- Тогда милости прошу в дом, - согнав кукушку, старуха захлопнула окно. - Изба, открой дверь.

Недовольно поскрипев, изба впустила гостя.

За чаем с блинами и клубничным вареньем Аладдин поделился горем. Лет восемь назад злой колдун из Магриба похитил единственный оставшийся ковер-самолет. Посовещавшись, Аладдин, Синдбад и Али-Баба как самые ответственные отправились на поиски колдуна, причем из солидарности с Али-Бабой поехали разбойники в каноническом составе сорок человек, а поскольку их атаман отличался умом и хитростью, он колдуна и обнаружил.

Переговорив с Магрибским злыднем (тут Аладдин почему-то почесал левой рукой кулак правой), сказочные герои выяснили, что колдун, не освоив управление полетом, продал ковер заезжему волшебнику из Европы и получил приличную сумму в евро, причем про умение ковра летать колдун не упомянул.

Яга давно ухватила суть, но все равно решила дослушать: уж больно красочно и образно говорил гость.

Далее расследование пошло быстро, в конце концов герои Востока проследили путь ковра до распродажи и вычислили последнего покупателя.

- ...и это вы, блистательная пери, - завершил повествование Аладдин.

- Ну допустим, - кивнула Яга. - А как ты сюда-то попал?

- В Аравии еще существуют честные и мудрые волшебники, жаждущие помочь в трудную минуту, - пылко начал восточный гость, но Яга быстренько прервала его.

- Ясно, - кивнула она. - Так вот, молодой человек, ковра у меня нет. Однако я не могу допустить, чтобы герои "Тысячи и одной ночи" лишились последнего волшебного ковра, поэтому... Изба! Вези нас к Кикиморе.

После лихого разворота изба покатила по наезженному маршруту.

- О! - восхитился Аладдин. - Ходовая от вездехода?

- От легкого танка, - отозвалась Яга, вслушиваясь. Судя по звуку, правую гусеницу следовало подтянуть.

В доме Кикиморы восточный гость повторил рассказ. Ему внимали Кикимора, Яга, отмечавшая новые эпитеты в речи Аладдина, и говорящая бегония по имени Полудикая Орхидея. Последняя изредка комментировала, сбиваясь на блатную феню, - сказывались прослушанные в ранней юности шансоны и самогон, которым бегонию поливал Леший.

- Охо-хо, - резюмировала Кикимора. - Надо организовать общество взаимовыручки между сказочными существами.

- Ты чоо-о-о? - прошипела Полудикая Орхидея. - Обштопай фраера, рыжьё требуй, бабки.

Кикимора отмахнулась и полезла в шкаф.

- Твой? - развернула она перед гостем персидский ковер.

Поток славословия не удавалось прервать довольно долго. Полудикая Орхидея что-то шипела про сказочных лохов, но Кикимора украдкой показала ей кулак, и растение примолкло, вспомнив про хранящуюся в том же шкафу губительную мертвую воду.

- А обратно ты как? - поинтересовалась Яга.

- На ковре, - пожал плечами Аладдин.

- Не замерзнешь? - озаботилась Кикимора. - Октябрь на дворе.

- Что вы! - удивился восточный гость. - У ковра есть функция обогрева.

Яга поняла, что испытания не выявили все особенности коврового транспорта.

- Тысяча тысяч благодарностей, о пери моего сердца, - Аладдин поклонился сначала Кикиморе, потом Яге.

Когда ковер взял курс на восток, Кикимора вернулась в дом, Яга поехала в свои владения.

Через неделю Кикимора позвонила подруге.

- Срочно жду на чай! Ведьмина служба доставки притащила здоровенную посылку со сладостями. Шербет, халва трех сортов, рахат-лукум, какой-то карамели килограмма полтора, пахлава, козинаки, нуга, земелах... Всё свежайшее. К черту ковер, все равно я на нем не летала! Такие связи с Востоком наладились!! Будем поддерживать.

Отвлекающий маневр

Водяной пожаловался Лешему на засоренное дно озера, лесной хозяин проникся и подключил к проблеме джинна-мастерового Серегу, но когда Серега явился к озеру переговорить с водяным, он застал на воде сильную волну и бурление. В водоворотах замечены были мелькающие чешуйчатые хвосты, взметающиеся руки со сжатыми кулаками и длинные зеленые волосы мавок.

- Пертозерский! - заорал, вызывая водяного, джинн-мастеровой.

И едва увернулся от запущенного комка жидкого ила с водорослями.

- Стервозы! - Водяной по фамилии Пертозерский на минуту показался из воды. - Твари!! - и он снова ушел на глубину.

Озеро закипело сильнее: похоже, дрались мавки всерьез, а это значило, что отсюда следует держаться подальше. Поразмыслив, Серега направился к Бабе-Яге, поскольку она могла помочь советом. Лучше нее водяного с мавками знала Кикимора, но та вторую неделю гостила в Германии у Ундины.

Добравшись до избы, Серега застал старуху в хорошем настроении. На столе кипел самовар и стояла на три четверти пустая бутылка коньяку в окружении закусок. Бегемот, черный кот Бабы-Яги, развалившись на кровати, прицельно смотрел на холодец. Кукушка Тамара Георгиевна, жившая в часах, прихорашивалась перед настенным зеркалом, собираясь на свидание с Максимом, дроздом-рябинником.

Выпив предложенную рюмочку, джинн поделился с бабкой увиденным на озере. Яга ожидаемо была в курсе событий.

- Димку Никишина из Антоновки не поделили, - сообщила она, придвинув Сереге закуску. - Давеча пришел на озеро понырять, так вся сказочная фауна в него втемяшилась. Пока в сентябре в город не уедет, разборки продолжатся. Как водится, рыбу распугают, дайверов... тоже распугают, водяного до бешенства доведут. До чего склочные дуры, а?

Джинн уплетал вкуснейший холодец, игнорируя намекающие взгляды кота. Кукушка хмыкнула и вылетела в окно.

- Дуры, - прожевав, согласился Серега.

Мавок он недолюбливал.

- Ты от водяного-то чего хотел? - спросила Яга.

- Не я от него, а он от меня, - отозвался джинн. - Озерное дно почистить надо.

- Дело нужное, - сказала Яга и задумалась.

Затянувшееся молчание прервал возмущенный вопль Бегемота:

- Серега, имей совесть, мне оставь!

Баба-Яга обратила взгляд на кота.

- Мотя, - произнесла она, - помнится, вы с Тамарой из интернета фильмы качали в промышленных масштабах.

- Всё на внешнем винте, - доложил кот, перебираясь за стол.

Пока Серега с Бегемотом доедали холодец, Яга включила ноутбук и долго изучала каталог.

- Ну у вас и вкусы, - резюмировала она. - Сплошь мордобой и хоррор.

- Это моя папка, - невозмутимо отозвался кот. - Кукушкину открой.

Яга пощелкала мышкой.

- Да, тут ситуация получше, - она вставила флешку. - В общем, может, оно сработает, может, нет, но попробовать надо. Отвлекающий, так сказать, маневр.

Выслушав подробности маневра, джинн с сомнением скривил рот, однако забрал флешку, ушел и приступил к работе.

Следующим вечером на берегу озера глухо зарокотал генератор. Вслед за этим на белом экране, который Серега натянул меж двух сосен, заплясал луч из проектора. Отлаженные динамики послушно воспроизвели музыку. В темноте все это выглядело таинственно и привлекательно, и скоро из волн высунулась мавка. По экрану пошли титры, затем название, голос из колонок озвучил:

- "Унесенные ветром".

Пока Серега возился с настройками эквалайзера, заинтересованная мавка подплыла ближе, а из озера появились еще две.

Фильм шел. Качество было отличное, дубляж отменный.

На двадцатой минуте озеро заметно успокоилось, почти все мавки устроились на прибрежных валунах, затаив дыхание. Последним вынырнул водяной, глянул на своих подопечных, выдохнул с облегчением и бесшумно уплыл на противоположный берег.

Утром Серега докладывал Яге о результатах:

- Сработало на "отлично". Дуры поголовно влюбились в Кларка Гейбла, сидят на камнях и мечтают. Что еще им можно показать?

...Ночью мавки с замиранием сердца следили за трагической историей Ромео и Джульетты в фильме Дзеффирелли, а водяной с Серегой тем временем лебедкой вытаскивали на понтон со дна озера ржавый остов "Запорожца".

Лиса и два волка

В деревнях Заполье и Антоновка хулиганила лиса. Хулиганила с фантазией, нагло и вывела из себя вначале хозяев курятников, затем домовых. Домовой Матвеич устал вскакивать и проверять обстановку, когда два дружка Семыкин и Кистеперов бахали из охотничьих ружей среди ночи, причем всегда мимо. Капканы помогали меньше дробовиков. Мало того, что рыжая тварь не попадалась, - отвязав капканы, она разложила их у домов особо ревностных охотников. По счастью, домовые обнаружили ловушки раньше деревенских и, ругаясь, прибрали капканы в ничейный сарай.

Все попытки домовых поймать рыжую нечисть закончились неудачей, тогда Матвеич отправился на поклон в заповедный лес, и на опушке встретил волка Француза. Выслушав домового, волк сказал:

- Это не из нашего леса, мон ами. Патрикеевна в окрестных деревнях не промышляет.

- Да я знаю, - печально сказал Матвеич и полез в карман за кисетом и бумагой, - можа, Яга что присоветует али Кощей.

- Давай мы с Анатолем сходим, - загорелся Француз. - Завтра полнолуние, Анатоль как лу-гару станет волком, вдвоем попробуем выследить твою бестию.

Матвеич соорудил самокрутку и задымил махоркой.

- А давай, - согласился он, и волк побежал разыскивать оборотня Анатолия.

Злой, как сатана, Анатолий стоял у курятника. С утра он недосчитался двух цыплят, обнаружил во дворе большие лисьи следы и озверел.

- Се ки се пассе? - деликатно спросил Француз, выходя из кустов.

- "Что случилось", бля... - Толик достаточно пообщался с любителем французского языка, чтобы понять вопрос. - Мерд случилось! Откуда взялась рыжая паразитка?!

Волк подбежал к курятнику, уткнулся носом в следы, но далеко не ушел. Следы терялись, пропал и запах.

- Гм... - произнес он. - Гм... Запах не совсем лисий и лапа большая. Кес ке села синифире?

Последнее слово Анатолий не понял, но свирепо пообещал следующей ночью поймать рыжую курожорку и как минимум ее отметелить. Француз подождал, пока приятель остынет, и предложил разработать план кампании.

- Ты мне лучше скажи, как она цыплят спионерила из закрытого курятника? - Анатолий изучал обе задвижки на двери. Лиса ну никак не смогла бы дотянуться до верхней, даже если бы встала на задние лапы. Пока они исследовали местность, Француз доложил все, что узнал от домового Матвеича.

Признаков подкопа ни Толик, ни Француз не нашли.

- Она открыла дверь, - уверенно заявил волк.

- И потом закрыла? Не слишком ли она умная? - сказал оборотень и призадумался. Потом проворчал: - где мы ее искать будем? От нас до Заполья километров пятнадцать, замаемся бегать.

Француз попробовал еще раз взять след и не преуспел.

- Идея! - внезапно волк подскочил. - Анатоль, о ревуар! Завтра вечером жди.

Оборотень ничего не успел ответить, поскольку волк растворился в кустах.

День прошел спокойно, зато раннее утро началось с дикой матерщины соседа, у которого лиса утащила лучшую несушку. Как выяснилось, залаяла цепная собака, но пока мужик собрался и вышел, было уже поздно. Речь соседа, состоящая из междометий и отборных матов, ввела Анатолия в курс дела: рыжая тварь проникла в курятник, несмотря на повешенный накануне амбарный замок.

Посочувствовав соседу, Анатолий проверил своих кур с цыплятами.

- Все на месте? - поинтересовался знакомый голос откуда-то с высоты.

Вскинув глаза, оборотень увидел старого ворона Артемия Петровича.

- Здорово, Петрович, - поздоровался Анатолий. - У меня порядок.

- Пгивет тебе от Фганцуза, - прокартавил Артемий Петрович. - По его пгосьбе наши ВВС обшагивают окгестности.

А-а, вот почему вчера дрозды носились туда-сюда. Молодчина Француз, соображает, но лиса-то хулиганит ночью.

- Вы разве ночные птицы? - чуть удивился оборотень.

- Кгуглосуточные, как супегмагкет, - съязвил ворон. - Не будь дугаком, ночью совы патгулигуют.

Ну, с такой поддержкой лису выследить вполне возможно.

Француз, как и обещал, объявился поздним вечером, когда Анатолий превратился в волка. Над лесом поднималась круглая луна, соблазняя завыть, но оборотень держался.

- Куда бежим? - осведомился Анатолий.

- В Заполье, - сказал волк.

- Угу! - подтвердил спрятавшийся среди деревьев филин Евлампий, и приятели помчались напрямик. Евлампий летел над ними, время от времени ухая. Периодически ему отвечали другие совы.

Необычный запах Француз почуял раньше Анатолия. Вроде лиса, а вроде не лиса.

Во всяком случае, похоже.

- За мной! - скомандовал волк, ныряя в овраг.

Анатолий метнулся за приятелем. С воздуха прикрывал филин Евлампий.

По дну оврага протекал ручей. Волк с оборотнем влетели прямо в него, промокли, но бег не замедлили. Услышав плеск, что-то темное взвизгнуло и бросилось наутек. Анатолий разглядел порядочных размеров лису в облезлой летней шкуре и... э-э-э... что-то не то у нее было с хвостом.

- Поднажми, - пропыхтел Француз.

Анатолий прибавил скорость. Приятели нагоняли беглянку.

Сверху на лису спикировал Евлампий и прошелся когтями по спине. От неожиданности лиса шарахнулась в сторону, лапа попала под корень дерева, и она кубарем выкатилась из оврага, свалившись точно в то место, где разливался ручей.

Спустя несколько секунд на загривке лисы сомкнулись зубы оборотня.

Держать грязную и мокрую лису было неприятно, хотелось сплюнуть, однако подоспевший Француз подбодрил Анатолия:

- Не отпускай!

Волк внимательно осмотрел пленницу, свисавшую из мощной пасти оборотня. В волчьем облике Анатолий имел изрядные габариты.

- Мон Дье! - выразил удивление Француз. - У нее девять хвостов.

Филин Евлампий изумленно ухнул.

Лиса очухалась, увидела перед собой волчью морду и, закатив глаза, снова повисла в зубах Анатолия.

- Несем к Лешему! - распорядился волк. - Лисичка-сестричка явно не из наших краев.

В сопровождении Евлампия приятели порысили к дому Лешего. В зубах оборотня висела обморочная лиса, ее девять хвостов волочились по земле.

Еще на подходе к жилищу лесного хозяина волк с оборотнем услышали пьяный дуэт:

- Ярен соран! Нисин кита ка то камомэ ни тоэба, ватаcа татсу тори нами ни кике чой. Яса э эн я са доккойсё.

Один пьяный голос принадлежал Лешему, другой приятели не опознали.

- По-каковски это? - спросил Евлампий.

- Всяко не по-французски, - отозвался волк.

Певцы затихли на полминуты, затем грянули уже по-русски.

- Напила-а-ася я пьяна, не дойду я до дому. Довела-а меня тропка дальняя до вишневого сада... - причем незнакомец вместо "л" произносил "р", а вместо "ш" - "с".

Взбежав на крыльцо, Француз уперся лапами в дверь, та открылась, и взору волка предстала замечательная картина. Вдрызг пьяный Леший сидел в обнимку с загадочным носатым существом в махонькой шапочке, широких штанах и свободной шелковой рубахе. За спиной у него трепетали крылья. Стол перед пьянчугами был заставлен пустыми бутылками из-под сакэ и домашней настойки.

При виде волка пение прервалось. Леший помахал Французу рукой:

- З-знак..мься - Тэнгу. Тэнгу, эт волк ик!.. Француз.

Тэнгу сложил руки у груди, поклонился, с трудом удержав равновесие.

- А-а-а-а, - дошло до волка, который слышал о японском друге Лешего. - Так это, значит, ваше... Анатоль, вноси!

Оборотень торжественно вошел в дом и разжал челюсти. Лиса шлепнулась на пол, открыла глаза и обомлела, уставившись на Тэнгу.

- Кур жрала, - выплюнув рыжую шерсть, сообщил Анатолий.

Тэнгу посмотрел на лису, и его красное лицо стало багровым. Лиса поджала все девять хвостов. Поняв, что обстановка накаляется, волк с оборотнем поспешили выскользнуть из дома. А в комнате Тэнгу начал орать на родном языке.

- Сейчас кто-то получит, - злорадно произнес волк.

Анатолий остановился.

- Погоди, - сказал он и вернулся в дом.

Японские проклятия смолкли.

Француз ждал возвращения приятеля довольно долго. Наконец Анатолий вышел.

- Дело такое, - произнес он, - ее зовут Юка, она кицунэ, лиса-оборотень. Увязалась за Тэнгу и попала к нам. За кур ей, кстати, сильно влетело, клялась больше не навещать курятники.

- Дальше, - хмыкнул догадливый волк, правильно предположив, что Анатолий видел Юку в человеческом облике.

- Чо дальше... - оборотень смутился. - Симпатичная женщина, не замужем.

- Пошли на холм, пока луна не зашла, - прервал его волк. - Повоем в удовольствие.

Приятели побежали к холму. Анатолий мялся, потом все же выпалил:

- Слышь, Француз, она хоть по-нашему плохо понимает, а номер телефона я у нее взял.

- Встретились два одиночества, - вздохнул Француз.

...Следующей ночью с холма на луну выли волк с оборотнем и время от времени звонко тявкала лисица с девятью хвостами.

Двигатель малой мощности

Потомок избы Бабы-Яги и сарая Лешего, самолетодирижабль Цеппелин, стоял во дворе Кощеева особняка на новеньких шасси. Кощей внимательно осмотрел фюзеляж, крылья, хвост и решил, что ремонт Цеппелина произведен на совесть. Ремонт был критически необходим, поскольку слетавший в космос избушонок вернулся побитым, помятым и с психологической травмой. Он очень боялся высоты.

Пока джинн-мастеровой Серега чинил воздушное судно, Кощей проводил с Цеппелином сеансы психотерапии, добившись результатов. Избушонок делал робкие попытки взлететь и уже отрывался от земли на три с половиной метра, чем радовал Бессмертного, который давно мечтал иметь под рукой волшебное средство перемещения по воздуху. Волшебства в Цеппелине, правда, было немного, зато сын избы умел генерировать силовое поле.

- Летно-технические характеристики у него неважные, - мрачно сообщил джинн, на досуге штудировавший книги по аэродинамике и самолетостроению.

- Что выросло, то выросло, - не менее мрачно ответил Кощей.

- Гм, - Серега обошел вокруг самолетодирижабля. - Может, ему вспомогательный двигатель поставить? Малой мощности.

- И бак на тонну керосина как минимум, - Бессмертный кое-что понимал в двигателях. - Он тогда вообще не взлетит. Поэтому иди домой, Циолковский, а мы будем летать по старинке.

Серега ушел, но идея создания двигателя его не отпускала. Леший насторожился, обнаружив в доме книги по химии, обработке металлов и ядерному синтезу, и вынес паяльную лампу, жилище джинна-мастерового, из дома во двор.

Серега не возражал и продолжил работу на просторе.

Периодически он исчезал на несколько дней, потом появлялся, и на сварном металлическом столе постепенно начал собираться движок. Джинн постоянно перебирал его, переделывал, чесал в затылке, заглядывал в справочники и что-то высчитывал в общей тетради.

Два раза приезжал Полевой, передавал Сереге пластиковые бутылки и канистры. Когда Леший прибежал выяснять, что происходит, джинн объяснил, что происходит синтез нового вида топлива, в которое, помимо прочего, входила живая вода и непонятная субстанция серебристого цвета с бывшей свалки. Субстанция была магического происхождения, и Леший начал беспокоиться.

Уверения джинна в полном соблюдении техники безопасности тревоги не уменьшали.

- Я делаю движок малой мощности, - говорил Серега. - Для придания незначительно ускорения.

Леший смотрел на собранную веретенообразную конструкцию. При небольших размерах выглядела она солидно и верилось, что будет работать.

- Не расплавится? - осведомился лесной хозяин.

- Сплавы от Велунда выдерживают до семи тысяч градусов по Цельсию, - отозвался джинн. - Это тебе не эпоксидка.

- Да, скандинавы дело знают, - кивнул Леший, - только эта... ты бы испытал свою систему. Малая мощность или нет, а испробовать надо. Помнится, робот-пылесос, который ты сделал, чуть не разнес избу Яги.

Серега поморщился, вспомнив о той неудаче, и согласился с Лешим: агрегат следовало испытать. Посоветовавшись с Полевым, джинн решил провести испытания на прямом участке заброшенной узкоколейки. Поставить двигатель на дрезину, запустить и посмотреть на результаты.

Дрезина сохранилась в относительно рабочем состоянии. Впрочем, от нее нужны были только колеса и платформа, куда Серега установил электростартер с аккумулятором, движок и бак с горючим.

- Все автоматизировано, - объяснил он Лешему, Полевому и медведю Комлеву.

Собственно, Комлев и доставлял до узкоколейки Серегины агрегаты.

- Я нажимаю на кнопку, - джинн-мастеровой показал прибор, похожий на пульт ДУ с телескопической антенной, - включается стартер, а дальше по мануалу: компрессор, топливный насос, зажигание.

Серега торжественно приложил палец к кнопке.

Двигатель мощно загудел, из сопла вырвался огонь. Дрезина дрогнула.

- Топлива там немного, - сказал джинн, - включится форсаж, и...

Двигатель взревел, длинная струя почти прозрачного пламени вырвалась из сопла, и дрезина рванула по рельсам, стремительно набирая скорость.

- Форсаж-то зачем? - закричал Полевой. - Ты характеристики топлива знаешь?

Горючее оказалось более чем годным, превратив малую мощность в немалую. Движок молниеносно разогнал дрезину до взлетной скорости, и она бы, пожалуй, преодолела земное притяжение, если б узкоколейка продолжала идти прямо, но увы - пути огибали болото. Лишенная управления дрезина вылетела с насыпи, скользнув колесами по низким чахлым кустам, ухнула в черную воду и утонула без взрыва и спецэффектов.

...Вечером Леший, Полевой и угрюмый Серега, сидя на веранде дома Лешего, пили пиво. Рядом зайцы играли в карты с медведем Комлевым. Медведь проигрывал, не замечая, что зайцы мошенничают.

- Хреновый из тебя физик, Серега, - резюмировал лесной хозяин.

- И химик тоже, - подхватил Полевой. - Говорил я тебе, что живая вода - катализатор во всех смыслах. Аккуратней с ней надо.

Серега не отвечал, о чем-то глубоко задумавшись.

Леший подозрительно на него посмотрел.

- Слушайте, - вдруг заговорил джинн. - Если живую воду разложить на составляющие, у нас будут живой водород и живой кислород, так? Интересно, можно ли методом ядерного синтеза получить живой плутоний?

- Даже не думай!!! - заорали в ужасе Леший и Полевой.

Принесенные ветром

Вернувшуюся от Кикиморы Бабу-Ягу встретил мрачный кот.

- У меня накрылся рейд, - сообщил он, - потому что с утра нет интернета.

- Ты никак опять в Варкрафт рубишься? - удивилась Яга, вешая камуфляжную куртку на вешалку так, чтобы был виден нарукавный шеврон "Волшебные войска быстрого реагирования".

- Скучно, - признался кот Бегемот, от безделья подсевший на онлайн-игры.

Из часов высунулась кукушка Тамара Георгиевна.

- А я кино скачать хотела, - грустно произнесла она. - Всё старое уже по пять раз пересмотрено.

- Ну, если вам двоим критически необходим интернет, спрошу у роутера, в чем дело, - Яга направилась у стоящему у стены добротному сундуку, окованному железом, не без усилий подняла могучую крышку и вытащила изящное овальное зеркальце на длинной ручке.

Протерев стекло, старуха откашлялась и звучно спросила:

- Свет мой зеркальце, скажи, да всю правду доложи: будет нынче интернет в нашем доме или нет?

Зеркало звякнуло, издало жужжание, как две капли воды похожее на звук подключения древнего модема, и ответило:

- Сегодня точно не будет. Не могу подключиться к магистрали.

- Это роутер?! - ахнула кукушка.

- Чтоб меня Йоласвейнары забрали... - на пике удивления кот вспоминал свое исландское прошлое.

Под взглядом Яги кукушка с котом замолчали.

- Что случилось? - тоном следователя спросила у зеркала старуха.

- Помехи магического происхождения, - волшебный роутер зевнул. - Ничего страшного, иногда бывает.

Убрав зеркало в сундук, Яга села за стол и задумалась.

- Гм... Не из-за магии ли погода портится? - предположила она.

Под порывами ветра захлопала открытая форточка. Изба закрыла ее, на всякий случай прикрыла ставни и включила свет.

- Ветер крепчает, - заметила кукушка.

- И направление сменил, - кивнула Яга. - Утром с юга тянуло, нынче восточный задувает, а это всегда к шторму. Ой, будет Лешему работа - поломанный сухостой вывозить.

Бегемот хихикнул. Медведи во главе с Комлевым периодически жаловались на лесного хозяина, который заставлял зверей чистить лес. Медвежья корпорация, отличавшаяся неистребимой ленью, подобные субботники терпеть не могла.

Предсказывая погоду, Яга не ошиблась. К ночи ветер серьезно разбушевался и буянил часов до трех, после чего начал успокаиваться и к рассвету утих.

Поутру Леший, прихватив Комлева, отправился обозревать владения. Медведь вздыхал, когда лесной хозяин тыкал пальцем в поваленные деревья.

- Все перетащите ко мне, - распоряжался Леший, - Серега на дрова распилит.

- Дык... много и тяжело, - вяло протестовал медведь. - Пусть Васька поможет.

Но попытку припахать мамонтенка Ваську Леший решительно пресек.

- Лосей прихватите, у них дури до небес, - отрезал он. - Кубышкин давеча у Малиновки коров на выпасе гонял, скотина горбатая.

- Кубышкин. Ага... тип со сломанным рогом? - вспомнил Комлев.

- Он самый, - лесной хозяин невероятно злился на наглых лосей. - И дружков его запрягите, вконец охамели, твари... - Леший глянул на высокие сосны и вдруг застыл, прервав излияния.

На всякий случай медведь тоже остановился, потом догадался посмотреть на сосны и замер. В кроне самой высокой застряла женщина, одетая в нарядный вишневый жакет и длинную клетчатую юбку. Женщина молча пыталась освободиться, сосна сопротивлялась, сжимая ветки. У корней местного держидерева валялись шляпка, ковровая сумка и вывернутый зонт со сломанными спицами.

- Высотникова, ты что творишь?!! - обрел голос Леший.

Противно заскрипев, сосна наклонилась, поставила пленницу на землю и напоследок съездила веткой по волосам, окончательно растрепав прическу. Характер у сосны Высотниковой был склочный.

- Хамло лесное, - буркнул Комлев.

Ни медведь, ни лесной хозяин не сообразили сразу, что поставленная на землю невольная гостья ни капельки не напугана и смотрит на происходящее с живым интересом.

- Я извиняюсь... - подойдя, начал Леший и осекся, услышав английскую речь.

Через час, кое-как объяснившись при помощи немногих английских слов и множества жестов, Леший выяснил, что гостью принесло ночной бурей, зовут ее Мэри Поппинс и она была бы крайне признательна, если бы ей помогли с починкой зонта, без которого гостья не может попасть на берега родной Британии. Слово "зонт" на английском, как ни странно, вспомнил Комлев, смотревший накануне "Обитель зла" и узнавший перевод названия корпорации "Амбрелла". В свою очередь, британская нянька выяснила, что оказалась в российской глубинке, и удивленно приподняла брови.

Приглашать дочь Альбиона к себе в неприбранный дом Леший постеснялся и повел Мэри Поппинс к Бабе-Яге, отправив Комлева с зонтом домой. Джинн-мастеровой Серега, способный из хлама и синей изоленты смастерить любой прибор, с высокой степенью вероятности должен был отремонтировать зонт.

Изба Яги, утвердившаяся на ходовой от легкого танка, заставила британскую гостью вторично приподнять брови. Хозяйка избы удивления не вызвала.

- Это кто? - недружелюбно спросила бабка.

Леший объяснил.

- Принесенная ветром, - хмыкнула Яга, ставя чайник на плиту. - Прошу к столу, будет у нас файв о клок прямо с утра. Мотя, интернет есть?

- Есть, - откликнулся сидевший за ноутбуком кот.

- Загрузи онлайн переводчик, я в аглицком ни бум-бум, - старуха сноровисто покрыла стол льняной белой скатертью.

Позавтракав в женском обществе, Леший отправился по делам и вернулся вечером с починенным зонтом. В избе пахло выпечкой и царило оживление.

- Мотя, унция - сколько в граммах? - Яга что-то торопливо записывала в тетради.

- Около тридцати, - погуглив, доложил Бегемот.

- Некст, плиз, - обратилась старуха к гостье, видимо, уже нахватавшись отдельных слов.

Лесной хозяин слегка обалдел.

- Уан энд халф аунсес шуга, - продиктовала Мэри Поппинс.

- Опять эти унции, - вздохнула Яга. - Олл?

- Ноу. Микст, андестанд? - англичанка покрутила пальцем в воздухе.

- Андестанд, не бойся, - кивнула старуха. - Смешать, значит. Проходи, сосед, сейчас закончим.

Леший прошел, вручил зонт, выслушал благодарности и деликатно присел к столу:

- Зелье варите?

- Пудинг делать будем, - Яга отложила ручку. - Восемнадцать рецептов записала, завтра выберу подходящий и начнем.

Бесконечно довольная Мэри Поппинс открыла записную книжку.

- Уат-руш-ка, - произнесла она. - С бру... рус...

- С брусникой, - кивнула Яга. - Брусники я тебе дам замороженной, дома сделаешь. Мотя, переведи.

Поковырявшись в интернете, кот прочитал английскую фразу с исландским акцентом. Британская нянька с трудом поняла, поблагодарила и взялась за зонт, но не успела она его толком осмотреть, как открылась дверь, и в избу протиснулся Комлев.

- Тут вообще такое... - проговорил он, найдя глазами Лешего. - У болота... короче, там обломки валяются и малая ревет с собакой в обнимку. Кажись, их тоже ветром принесло.

Волнуясь, медведь становился косноязычным, однако поняли его все, кроме англичанки, да и та по тону Комлева что-то сообразила.

- Еще одни принесенные, - засобиралась Яга. - Ну, пошли выручать. Малая, говоришь?

- Девчонка небольшая, - подтвердил Комлев.

Старуха повернулась к Мэри Поппинс.

- Нид хелп, - сказала она.

...Этой ночью в избе Яги сладко спала девочка Дороти с собакой Тото, а лесная нечисть и британская нянька ломали головы, как отправить ее обратно в Канзас.

Нарвались

Незваные гости застали Бабу-Ягу за созерцанием плодов молодильной яблони. Старуха думала, сварить ли яблочное варенье или приготовить шарлотку. В любом случае яблоки действовали омолаживающе, хотя эффект их в шарлотке несколько уменьшался.

- Хозяюшка, добрый день, - вежливый голосок заставил Ягу с недоумением обернуться.

Обычно чары заповедного леса не пропускали праздношатающихся граждан, но почему-то сделали исключение для двух женщин. Весьма прилично одетых, не для гулянок по лесу.

- Допустим, добрый, - отозвалась старуха. - Вы что-то хотели?

- Скажите, вам нравится нынешняя жизнь? - задала женщина постарше странный вопрос.

- Не жалуюсь, - сказала Яга, рассматривая гостей.

Их слишком одухотворенные лица доверия не вызывали.

- А вы не хотели бы поговорить о жизни, о будущем, о мироустройстве?..

А-а, вот вы кто, голубушки. Таких лес пропускает, с такими он бороться не в силах. Подавив понимающую ухмылку, старуха проговорила:

- Вы в избу поднимитесь по лесенке, там у меня философ сидит, с ним пообщайтесь, а мне яблоки собрать надо.

Бурьян, вымахавший этим летом до неприличной высоты, надежно скрывал ходовую часть избы, поэтому женщины не заметили ничего необычного. Они взошли по ступеням, вошли в сумрачную по причине прикрытых ставень комнату, и тонкий женский голос робко произнес:

- Здравствуйте.

Тут изба со зловещим скрежетом захлопнула дверь. Наступила давящая тишина.

Яга с интересом посматривала на вход.

Прошло пять минут.

Десять...

Ставни открылись, двери распахнулись, из избы вылетели обе гостьи, теряя какие-то брошюры и журналы с яркими обложками, скатились по лестнице и бросились наутек.

Вслед им с порога кричал огромный черный кот:

- А потом привязь не выдержит, пес Гарм вырвется на свободу у Гнипахеллира, и начнется Рагнарёк! Братья станут биться друг с другом, родичи близкие в распрях погибнут; тягостно в мире, великий блуд, век мечей и секир, треснут щиты, век бурь и волков до гибели мира; щадить человек человека не станет.

На подоконнике помирала от хохота живущая в часах кукушка Тамара Георгиевна.

- Хорош уже, - осадила Яга разошедшегося кота.

- Ну ты дал, - кукушка вытирала крыльями глаза. - напугал бедолаг до полусмерти.

Кот Бегемот развалился на широкой верхней ступени лестницы. Поскольку он был исландского происхождения, северные мифы и саги кот знал назубок.

- А чего они, - сказал он. - Лежу, смотрю в окно, вваливаются: "Что вы думаете о будущем, верите ли во Второе пришествие?"

- В избе темно было, - вставила кукушка, - они не поняли вначале, что с котом говорят.

- Сами нарвались, - важно заметил Бегемот. - Это я еще не старался.

- Ладно, - сказала Яга. - Я за яблоками, а ты продолжай свою сагу. Заинтересовал.

Кот сел, расправил лапой усы и с выражением заговорил:

- Вздымается снова из моря земля, зеленея, как прежде; падают воды, орел пролетает, рыбу из волн хочет он выловить. Встречаются асы на Идавёлль-поле, о поясе мира могучем беседуют и вспоминают о славных событьях и рунах древних великого бога.

И кукушка вежливо захлопала крыльями.

До полуночи

Баба-Яга с Кикиморой устроили пикник на берегу заповедного озера. Стояла теплая и тихая погода, сентябрьское солнце неторопливо шло к закату, бросая напоследок лучи на озерную гладь, на покрасневшие листья осин и желтые пряди берез. Компанию бабкам составил водяной Пертозерский. Устроившись на любимом плоском валуне, он целенаправленно накачивался пивом, Яга с Кикиморой употребляли напитки покрепче и уже готовы были затянуть на два голоса "На Муромской дороге".

Кикимора даже успела откашляться и взять первую ноту, когда захрустела под чьими-то быстрыми шагами прибрежная галька, и мужской голос сказал:

- Бабушки и дедушка, огромный привет.

Повернувшись на голос, старухи и водяной узрели оборотня Анатолия.

- Выручите, плиз, в долгу не останусь, - Толик посмотрел на расстеленную скатерть с богатой закуской и не менее богатым ассортиментом выпивки, хмыкнул и объяснил ситуацию.

Неделю назад к Толику приехала погостить кицунэ Юка из Японии, знакомство с которой состоялось при не лишенных драматизма обстоятельствах. Ради встречи девятихвостая лиса сосредоточенно учила русский, поскольку Анатолию японский не давался вообще, а пообщаться хотелось. Оборотни прекрасно поладили, Юке понравилась жизнь в деревне, а Толик, решив выпендриться, достал билеты на "Спящую красавицу" в театр областного центра.

- Утром у меня мотоцикл скапустился, - перешел к описанию проблемы Анатолий. - А выезжать через три часа. Рейсовый отменили, такси к нам не ездят.

- Пусть Серега починит, - напомнила о существовании джинна-мастерового Яга.

- Серега запчасти заказал, так когда они придут? - погрустнел оборотень.

Кикимора задумчиво посмотрела на резвящихся у дальнего берега мавок, перевела взгляд на торчащую из кармана волшебную палочку.

- Н-ничего обещать не буду, - едва заметно икнув, сказала она, - но на всякий случай через три часа выходите к остановке.

...Слегка элегантный в новом костюме Анатолий ждал на остановке, держа под руку маленькую, но гораздо более элегантную Юку, которую пришлось полдня уговаривать сменить кимоно на фирменные джинсы и изящную замшевую курточку. Туфли на каблуках под цвет сумочки возражений не вызвали.

Подсвечивая грунтовую дорогу сильными фарами, из-за поворота выбралась "Волга" желтовато-зеленого цвета с "шашечками" и затормозила у остановки. Такую машину Толик видел в кино и печально ржавеющую в соседней деревне.

"Газ-24".

Пассажирская дверь открылась, изнутри донеслось:

- Едем?

Анатолий опасливо заглянул в машину. На водительском сиденье развалилась молодая женщина в зеленом спортивном костюме и длинными волосами тоже зеленоватого оттенка. Водитель показалась Толику знакомой.

- Садитесь уже, - женщина хлопнула по коже сиденья.

Переглянувшись, оборотни устроились позади, и такси лихо, с пробуксовкой, рвануло с места.

- Во сколько спектакль заканчивается? - поинтересовалась водитель.

- Сейчас... - Толик подсчитывал в уме. Так. Балет в трех действиях, антракты. - В одиннадцать.

- Я вас подожду, - женщина глянула на утопленные в приборную доску часы со светящимся циферблатом, - только вы не задерживайтесь, сразу после спектакля бегите в машину.

- Слушай, ты кто? - не выдержал оборотень. - Лицо больно знакомое.

- Мавка я, Синклитикия.

Имена мавок успешно могли соперничать со скороговорками.

- А права у тебя откуда? - забеспокоился Анатолий.

- Тронулся. Какие, блин, права? Ты еще про курсы вождения спроси, - мавка заржала. - Один взмах волшебной палочки, и можешь хоть за штурвал самолета.

- Матрица, - уверенно резюмировала до сих пор молчавшая Юка.

- Кикимора тоже так сказала, - Синклитикия вела машину профессионально, словно имела права всех категорий и водительский стаж сравнимый с продолжительностью жизни Кощея.

Кикимора мощно поработала волшебной палочкой, превратив мавку из полурыбы в нормальную женщину, к тому же умеющую классно водить такси. Анатолий позавидовал бы умению Синклитикии, если б не знал, что у такого волшебства обязательно есть подвох.

- Посему мы должен спесить? - некоторые согласные и кое-какие грамматические согласования Юке не давались, что не помешало мавке прекрасно понять японского оборотня.

- Потому что, как всегда, волшебство действует до полуночи, - охотно ответила Синклитикия, отчаянно дрифтуя и идеально при этом вписываясь в повороты.

- По мотивам "Золушки", - пробурчал Анатолий.

До города добрались за час. Мавка высадила пассажиров у театра, заверив, что без четверти одиннадцать будет на парковке у театральной площади, и укатила в направлении гипермаркета. Как выяснилось позже, Яга с Кикиморой дали деньги и список покупок, объяснив никогда не бывавшей в магазине нечисти алгоритм действий.

Балет удался. Танцевали с душой. Костюмы и декорации сделали качественно, а не из говна и палок, и даже слабоватая акустика не мешала звучанию оркестра. Впечатление чуток подпортило падение во втором акте девушки из кордебалета, но в целом Юка осталась довольна. Анатолий, продремавший половину спектакля, восторг разделял частично.

Когда они вышли из здания на ярко освещенную площадь, на парковке нетерпеливо засигналила "Волга". Зарычал мотор, включились фары.

- Бегом! - опустив стекло, гаркнула Синклитикия. - Очумели от счастья? На часы не смотрите?!

А спектакль-то начался с опозданием, вспомнил Анатолий и припустил к машине. Рядом легко бежала японка.

"Волга" выбралась из города и помчалась по трассе, держа скорость гоночного болида. Часы показывали без двадцати двенадцать. Синклитикия ругалась и жала на газ, машина ревела, пожирая километры.

Анатолий теперь хорошо понимал Золушку, вынужденную сбежать с бала.

- Ой, не успеем, - проговорила мавка, свернув с трассы.

На грунтовке Синклитикия вынужденно сбавила скорость.

- Без одной минуты, - глянул на часы Анатолий.

Синклитикия взвизгнула и ударила по тормозам. "Волга" остановилась, но выбраться из машины пассажиры не успели. Раздался звук лопнувшего воздушного шара, всех обдало какой-то зеленоватой дрянью, а мавка шлепнулась на дорогу, проклиная все на свете: стройные женские ноги снова приняли исходную форму рыбьего хвоста.

- Бл... - не сдержался Анатолий, пытаясь стряхнуть с пиджака ошметки зеленой кожуры и крупные семечки. - Из какой херни бабки сделали машину?

- Из кабачка, - ответила Синклитикия.

Юка, отряхиваясь, жизнерадостно хохотала.

После недолгих препирательств Анатолий взвалил Синклитикию на плечо и потащил к заповедному озеру. Рядом шла, неся сумку с покупками мавки, Юка. Скользкий рыбий хвост при каждом шаге шлепал оборотня по ноге, Анатолий клял некстати сломавшийся мотоцикл, поздно начавшийся спектакль и заразу Кикимору с ее помощью.

Добравшись до озера, Толик свалил Синклитикию в набежавшую волну и сквозь зубы поблагодарил мавку. Та кивнула:

- Не за что. Твоей японке на полжизни хватило впечатлений.

- Торик, - сказала Юка, поставив сумку на прибрежный камень. - Торик, не ругайся, - кицунэ счастливо улыбнулась. - Мне понравирось!!

Рыбалка

Отвлекшись от сериала, черный кот Бегемот искательно посмотрел на хозяйку.

- Рыбки бы, - мяукнул он.

Баба-Яга ответила коту хмурым взглядом из-под седых клочкастых бровей.

- Удочка на чердаке, - сообщила она.

- У меня лапки, - попробовал пошутить кот, надеясь, что старуха улыбнется, но мрачное настроение Яги не рассеялось от древнего прикола.

- Сиди голодным или жри макароны, - отрезала она и погрузилась в чтение брошюры "Как выбрать средство для полировки метлы" издательства "Ведьма-книга".

Макароны коту не хотелось, сидеть голодным - тем более.

- С Кощеем поругалась, а на мне срываешься, - обиженно проговорил Бегемот.

Накануне Яга с Кощеем в онлайн-игре так сцепились, что дело закончилось для обоих баном чата, причем бабка еще не успокоилась.

- Потому что Бессмертный - идиот, - буркнула она.

Изба согласно заскрипела и открыла окно, впустив в избу теплый летний воздух. Погода стояла великолепная. Сказочный лес, пронизанный солнечными лучами, светился каждым листком, каждой хвоинкой. На озере наверняка дивно хорошо, можно посидеть на берегу, расслабиться, позабыть на время о придурочном Кощее и вчерашнем неудачном рейде.

Подумав, Яга слазила на чердак, извлекла удочку и начала приводить ее в порядок. Кот оживился.

- М-м, - произнес он. - Хозяйка, я с тобой. Куда пойдем, к водяному?

- Да щас, - сказала старуха, выбирая крючок, - мавки всю рыбу распугали. К Золовкиной запруде пойдем - место пакостное, зато рыбное. Кстати, я как раз там с твоей прежней хозяйкой повоевала.

Бывший Йольский кот живо помнил те события и не упустил случая кинуть в огород великанши Грилы камень.

- Нехорошая была женщина, - заметил он. - Ты гораздо лучше.

В часах цинично засмеялась кукушка. Она видела, как Бегемоту доставалось от Яги веником.

- Мотя, комплименты ради жратвы поднадоели, - заявила бабка, вытащив крючок размером с небольшой якорь. - Кстати, ужинать все равно придется макаронами, потому что на рыбалку пойдем утром. Тамара, разбудишь в четыре тридцать?

Кукушка Тамара Георгиевна высунулась из домика.

- Разбужу, естественно.

В четыре сорок пять Баба-Яга с котом погрузились в заранее подготовленную ступу и полетели к запруде. Ступа служила Яге товарным вагоном, вмещая нужные для дальнего путешествия вещи. Для недолгого или скоростного вояжа старуха пользовалась метлой. Любопытный кот, обнаружив зимой в сундуке солидный набор медалей за победы на отечественных и зарубежных соревнованиях по высшему пилотажу, зауважал хозяйку сильнее.

Устроившись на полуразвалившихся мостках, Яга забросила удочку. Кот улегся рядом, не сводя гипнотизирующего взгляда с поплавка. Поплавок не шевелился. Прошел час.

- Странно, - прошептала Яга. - Обычно за час полведра карасей набирается.

- Ни одной поклевки, - печально подытожил Бегемот.

Внезапно кот вгляделся в водную гладь и подскочил. Яга тоже заметила расходящиеся волны, словно в сантиметре от поверхности плыло что-то. Что-то направлялось к поплавку и было оно, судя по всему, длинным и гибким.

Волны пропали, видимо, существо ушло на глубину. Яга покрепче сжала удилище, ожидая рывка, и неведомая водяная тварь рванула наживку так, что леска натянулась струной и хаотично заметалась, а удилище изогнулось, как лук.

- Подсекай! - не выдержал кот.

Какое там! Удержать бы удочку.

Тварь билась под водой, Яга стояла на мостках, стараясь подвести добычу к мелководью.

Вода словно вскипела: окруженный радужными брызгами, в сверкании блестящей чешуи с диковинным отливом на поверхность вылетел змей в метр длиной, сильно дернулся, оборвал леску, плюхнулся обратно в воду и бодро поплыл против течения.

- Ой! - кот замер на мостках. - Что это?

Не терявшая хладнокровия Яга вытащила айфон из внутреннего кармана камуфляжной куртки.

- Матвеич, привет, - заговорила она, когда прошел звонок, - рыболовная сеть есть? С мелкой ячеей. Нет? У кого есть? Понятно, отбой... Данилыч, спонсируй неводом ненадолго. Понимаешь, в Золовкиной запруде водоплавающая гадюка завелась, поймать бы. Нет, вдвоем не справимся, мобилизуй домовых, я Лешему позвоню.

К полудню организационный период закончился.

На берегу собрались домовые, Леший, приехал на своем избушонке Джипе Полевой, привез в прицепе большой пластиковый бак. Корпус гусеничного сына избы и сарая блестел свежим лаком под металл, скрывая деревянную основу. Оснащенный могучим бампером и лебедкой, Джип превратился в хороший внедорожник.

- Где сеть ставить? - деловито осведомился домовой Данилыч.

- Где запруда раньше была, - указала Яга длинным узловатым пальцем. - В самом узком месте.

Она успела продумать стратегию. Пока домовые расправляли сеть и тянули ее с берега на берег, Леший забросил веревки с приманкой. По совету Бегемота приманкой сделали куски подпорченной колбасы, которую домовой Матвеич стащил в сельском продуктовом.

- А ну как не почует? - усомнились домовые.

- Почует, - уверенно сказал кот. - Не сомневайтесь.

- Ерундой занимаемся, - Леший набил трубку. - Ну завелась змеюка и пусть живет. Никто из местных сюда не суется.

И верно, о Золовкиной запруде ходила дурная слава.

- После того, как Один бросил змея Ёрмунганда в океан, он вырос и стал таким огромным, что опоясал всю Землю, - сообщил Бегемот.

Время от времени кота сносило на северную мифологию.

- Думаешь, гадючка в реке тоже вырастет? - засомневался Леший.

- Всё может быть, - вмешалась Яга. - Место загадочное. Помнишь, как сюда Грила попала вместе с этим? - старуха кивнула на кота.

Кивнув, лесной хозяин прикурил. Подошел Полевой.

- Итак, - сказал рациональный хозяин полей, - допустим, поймаем тварину. Куда денем?

- В бак посадим, - отозвалась Яга. - Ты воды набрал?

- Набрать-то набрал, - задумчиво сказал Полевой, глядя, как домовые заканчивают ставить сеть.

Леший затянулся, выпустил клуб дыма, почесал мухомор на голове и предложил:

- Можно аквариум на кубометр воды купить и возить змеюку по выставкам аквариумных рыбок.

- Шуточки у некоторых, - пробурчал кот под хихиканье Яги, которая представила эту картину.

В этот момент сеть хаотически задергалась. Полевой побежал к Джипу, подцепил крюком лебедки конец сети, которую с трудом удерживали домовые, и включил мотор. Тварь билась и рвалась, но освободиться не могла, сеть была прочная, а лебедка неумолимо тащила добычу на берег.

Все подошли посмотреть.

- Вылитый Ёрмунганд, - заявил кот. - Только маленький.

На суше змей продолжал трепыхаться, хотя и слабо.

Пока домовые распутывали сеть, вооруженный крепкой палкой Леший стоял рядом, готовый, в случае чего, оглушить змея. Вмешательство не потребовалось, змея извлекли из сети без проблем и плюхнули в бак с водой.

В воде тварина оклемалась, побила хвостом стенки бака, не преуспела и легла на дно.

- Откуда это у нас? - выжимая бороду, спросил Матвеич.

- От сырости завелся, - буркнул Данилыч, мокрый с головы до ног.

Яга огляделась, подозвала Полевого. Тот отцепил сеть, закрепил крюк, одобрительно похлопал Джипа по гусенице и подошел к старухе.

- Двигай к заповедному озеру, я подскочу, - распорядилась бабка. - Всем спасибо, все свободны.

На предложение завести питомца водяной отреагировал вяло, зато мавки дружным хором одобрили инициативу. Когда воду из бака вместе со змеем вылили в озеро, все мавки, плеснув хвостами, нырнули, чтобы разглядеть будущее домашнее животное.

Было видно, как перепуганный змей пытается уйти от преследования, но мавки преуспели в скоростном подводном плавании.

Водяной застонал.

- Не боись, Пертозерский, - подбодрила его Яга. - Будет у тебя озерный змей.

- Спасибо, - кисло отозвался водяной, нырнул и отправился наводить порядок, а Яга повернулась к Полевому. Тот сидел на гусенице верного Джипа, уткнувшись в планшет.

- Ты чего? - спросила старуха.

- Про Ёрмунганда гуглю, - не поднимая головы, сказал хозяин полей. - Вдруг наш змееныш действительно его родственник и вымахает до невероятных размеров.

- Ну-у-у-у, - Яга ненадолго задумалась. - Отвезем его на Каспий, там места много.

Полевой протяжно вздохнул.

- Сумасшедший дом, - резюмировал он, но так, чтобы Яга его не услышала.

Йольский кот и волк в сапогах

Черный кот Бабы-Яги принципиально не ел молодильных яблок, и к середине декабря перерос самого большого кабана-секача.

Вечером Яга завела разговор о неподобающем поведении кота.

- Мотя, - проникновенно сказала она, - ты скоро в избе не поместишься.

- Йольский кот должен быть большим, - важно провозгласил Бегемот.

- Йольский кот будет ночевать на улице, - довела до сведения бессовестного животного Яга. - А там мороз. Декабрь. Снег.

- Ну я только до Йоля, - заныл кот.

- Опять хулиганить нацелился? - прищурилась старуха.

В прошлом году кот тоже отказался от яблок, заматерел, вырос мало не с тигра, бродил по заповедному лесу, приглашая всех на Йоль. Всё бы ничего, поскольку сказочные создания и не к такому привыкли, но кота принесло в деревню и... ой, что было! Даже домовых проняло. Поднялась суматоха, имели место звонки участковому, батюшке и в психушку. Трое закодировались, один поехал на лыжах в наркологию и заблудился. Лешему пришлось потрудиться, чтобы направить мужика на дорогу.

- Раз в год, а? - ныл Бегемот. - Я же Йольский кот, не забыла?

- Вали на историческую родину, задолбал, - спокойно сказала Яга.

Кот надулся. Из часов высунулась кукушка.

- В самом деле, пусть он по туннелю смотается в Исландию или еще куда, - предложила она, - где от Йольского кота инфарктов не схватят.

- Гм... - пробурчала Яга, подумав о нестабильной работе пространственно-временного туннеля, который никак не могли отладить.

Кот тоже размышлял. Волк Француз слыл специалистом по перемещению через сказочные пространства, сходить к нему, что ли?

После обеда Бегемот отправился к логову Француза. Волк оказался дома. Отвлекшись от чтения толстой книги, он смерил гостя оценивающим взглядом.

- Опять? - понимающе спросил волк.

- Йоль на носу, - сказал кот и поведал о намерении побывать в Исландии. Или в Скандинавии. Попугать там народ, сожрать праздничные ужины и вернуться.

Француз, сам любитель оторваться, загорелся идеей, и кот с волком двинулись ко входу в туннель. По пути волк заметил:

- Ты у Грилы вроде не особо большим был.

- Большим я становился на время Йоля, - кот вздохнул, - а потом уменьшался. Какая-то магия, тут она не работает, вот и приходится молодильные яблоки есть.

- Зато не постареешь, - хмыкнул Француз.

Вход был виден издалека, и напоминал он поставленное вертикально огромное овальное зеркало в тонкой серебряной раме.

- Так, представь Исландию. Хорошо представь, - волк дал коту время сосредоточиться и вызвать в памяти суровые пейзажи. - Представил? Пошли, - волк шагнул первым, за ним поторопился кот.

Зверей словно подхватило ветром, закрутило-завертело, так что Бегемот от ужаса заорал и закрыл глаза. Когда круговорот утих, а кот шмякнулся на что-то мягкое, заорал кто-то еще противным тонким мявом. Замолчав, Бегемот приоткрыл глаза и увидел, как по мощенной булыжником дороге улепетывает другой кот, вопя при этом не хуже сирены "скорой".

Оглядевшись, Бегемот узрел остальных участников картины. На обочине сидел бледный паренек в старинной одежде, два парня постарше нырнули внутрь добротной мельницы и, судя по звуку, баррикадировали дверь.

Сам кот и волк лежали на телеге, груженной мешками с мукой.

- Вив ля Франс, - сказал Француз, обращаясь к пареньку.

Тот икнул.

- Какая Франс? - осведомился кот, спрыгнув с телеги.

- Сказочная, - вздохнул волк. - Меня постоянно во Францию кидает, миль пардон. Мое кунг-фу оказалось сильнее.

Бегемот отряхнулся, сел и принялся вылизывать белую от мучной пыли лапу.

Паренек закатил глаза и упал. Оттащив его с дороги, звери терпеливо ждали, пока парень очухается.

Придя в чувство, тот посмотрел на волка и громадного кота и выдавил дрожащим голосом:

- Ки эт ву?

В ответ волк не переводя дыхания разразился длиннейшей французской фразой. По мере изложения паренек успокаивался и начал поглядывать на кота с большим интересом.

- Бьен, - проговорил он и кивнул на кота. - Се мон эритаж. Ки е тю? - повернулся он к волку.

- Я его переводчик, - ответил Француз. - Ох. Же сюи сон традюктёр.

Паренек взялся за голову.

- Что ты сказал? - прошипел кот.

- Что ты достался ему в наследство, - отозвался волк. - Сказку надо вытаскивать.

- Какую сказку?! - взвыл Бегемот.

- "Кот в сапогах", - невозмутимо ответил Француз. - Так что впрягайся, Йоля не будет. Пока сказка не закончится, домой не попадем. Канон, он такой.

- Француз, ты меня извини, но ты свинья, - глаза кота засверкали, он выпустил когти... и обернулся на звук падения. От страха наследник вырубился второй раз.

- Хлебнем мы с этой размазней, - резюмировал волк и взял инициативу в свои лапы. Заприметив стадо овец, он разжился двумя баранами, затем потребовал у наследника сапоги и шляпу. Ходил он в сапогах с трудом, но выглядел представительно.

Доставив баранов на кухню королевского замка, волк был допущен пред очи короля, которому и наболтал о службе у щедрого маркиза де Карабаса.

Наследник построил шалаш, питался жареными кроликами (их ловил кот), шил из их шкурок рукавицы, продавал крестьянам и мечтал накопить денег на новую обувь.

Волк работал. Поставки королю овец с кроликами и вешание лапши на королевские уши продолжалось неделю, пока Француз не узнал, что король с принцессой собираются совершить прогулку по берегу реки. Диспозицию разработали согласно разведданным.

Наследника отправили купаться, кот затаился в лесу.

Завидев королевскую карету с эскортом, волк заметался вдоль берега и закричал:

- О секур! Вуаля маркиз де Карабас! Иль сё нуа!!

Пока охрана и слуги вытаскивали паренька, волк, конечно, наврал про стыренную одежду. Дальше все пошло по алгоритму: наследника приодели и посадили в карету, принцессе он понравился, поездка продолжилась.

Лошади шли шагом, поэтому кот и разувшийся волк значительно опередили короля.

На большом лугу вовсю шел сенокос.

- Ки те патрон? - гаркнул волк.

- Месье л'Огр, - почтительно отозвался косарь и указал рукой на темнеющий вдалеке замок.

Когда волк объяснил, что сейчас проедет король, и на вопрос "чей луг?" надо ответить "маркиза де Карабаса", косари опасливо покосились в сторону замка и замотали головами. Тогда на луг вышел достигший размеров теленка Бегемот.

- Ну-у-у?! - сурово спросил он.

Косари поняли Йольского кота без перевода и задергались. Самый сообразительный промычал:

- Маркиз де Карабас.

- Бьен, - одобрил волк, и звери помчались дальше.

Инструктаж провели на полях, принадлежащих месье Огру, у пастухов, на мельнице в и садах.

- Не Огр, а олигарх, мать его, - выдохнул уставший волк.

- Э-э, он же в сказке Людоедом был, - кое-что вспомнил кот.

- В оригинале Огр, - пояснил Француз. - Великан-людоед.

- Понятно, - сказал Бегемот. - Вот и замок. Иди, попроси Огра превратиться в зайца.

Француз облизнулся, натянул сапоги и пошел.

Представительного волка в сапогах и шляпе великан встретил приветливо. Француз рассыпался в комплиментах, попросил хозяина превратиться в льва, что тот и сделал. Лев, правда, получился халтурный, зеленоватого оттенка и с жидкой гривой, но волк благоразумно не стал критиковать. А вот на просьбу стать кем-нибудь поменьше, например, кроликом, Огр подозрительно прищурился.

Французу стало не по себе.

- Кхм, - великан протянул ручищу и сцапал волка за шкирку. - Хитрый, да?

По-французски эта фраза прозвучала особенно зловеще. Что-то пошло не по канону.

- Месье... - волк отчаянно искал выход.

И тут в зал вошел Бегемот. По сравнению с ним Огр не казался великаном, напротив, он выглядел обычным человеком среднего роста.

- Отпусти щас же, - тихо произнес Йольский кот, и Огр, понявший его интонацию, мигом разжал руку и даже дернулся погладить Француза, но тот отскочил.

- А теперь пшшшел отсюда! - рявкнул Бегемот, сопроводив указание выразительным кивком в сторону двери.

Великана унесло.

Пока он удирал по одной дороге, с другой стороны к замку подъехал королевский кортеж. Пока король, принцесса и придворные восхищались замком маркиза де Карабаса, Бегемот успел смыться тем же путем, что и бывший хозяин замка.

Скоро его догнал Француз, без сапог и шляпы, зато в шикарном кожаном ошейнике с золотой пряжкой и драгоценными камнями. Кроме того, волк стащил из замка рукописный "Роман о Лисе" на старофранцузском и был счастлив, а Бегемот прихватил с накрытого для Огра стола парочку внушительных золотых ложек.

- Яге отдам, - сообщил он.

А у открытого выхода в туннель добавил:

- Такого Йоля у меня еще не было.

Волшебная зеркалка

В избушке Лешего джинн-мастеровой Серега рассматривал на ноутбуке сделанные фотографии и недоумевал все сильнее. Он фотографировал заповедное озеро с водяным и мавками, избу Бабы-Яги с хозяйкой и котом, адских гончих Кощея Бессмертного и играющих в покер зайцев. На выходе получились одни пейзажи и ходовая часть избы.

- Ничего не понимаю, - Серега подозрительно осмотрел новенькую зеркалку. В режиме просмотра на фотографиях тоже остались лес, озеро и никого из живых существ, даже случайно попавший в кадр ворон Артемий Петрович исчез.

- Сразу-то спросить не мог? - ухмыльнулся Леший, наблюдавший за джинном.

Серега уставился на лесного хозяина.

- Не получаемся мы ни на фото, ни на видео, - сообщил Леший, - иначе тут такое бы началось, сам понимаешь... Думаешь, местные фоткать не пробовали? Ты что! Всех запечатлели, вот только без толку. А пейзажи красивые получились, ты их распечатай, в рамки вставим.

- Как же Яга тогда с горы Брокен фотки привозила? - удивился Серега.

- От места многое зависит, - пояснил лесной хозяин, - у нас тут охранительные чары - ух! А вообще, поговори с Ягой, вдруг что толковое посоветует.

Джинн-мастеровой призадумался, затем превратился в синий дым и утянулся в раструб своего жилища - паяльной лампы. Серега так делал, когда хотел обмозговать техзадание или внезапно пришедшую идею. Раб паяльной лампы был личностью творческой, вспомнить хотя бы его робот-пылесос или новый вид топлива, разогнавший дрезину до взлетной скорости.

Рано утром Лешего разбудил свет. Серега сидел за ноутбуком, отчаянно стуча по клавишам. Рядом лежали смятая инструкция к зеркалке, наполовину разобранный фотоаппарат и набор часовых отверток.

- Да не пошла бы ты! - вслух возмутился джинн, глядя на экран. - Много хочешь за осколок.

Серега явно что-то придумал. Леший забеспокоился и сел на кровати, отбросив служивший одеялом покров мха.

- Так, - повернулся к нему джинн. - Как связаться с Дедом Морозом?

- До Нового года семь месяцев, - напомнил Леший.

- У меня срочный заказ, - Серега с досадой кликнул мышью, закрывая вкладки, - и потом, я никогда ничего не просил в подарок, может, пойдет навстречу.

Вздохнув, Леший продиктовал адрес электронки и снова завалился спать.

Деловой джинн оккупировал ноутбук надолго. Сверяясь с какими-то чертежами и консультируясь с волшебниками из разных стран при помощи гугла-переводчика, Серега ковырялся в фотоаппарате до тех пор, пока ведьмина служба доставки не привезла маленькую бандерольку с пометкой "Сереге от Снегурочки. Прости, что не поздравляла". Вскрыв упаковку, джинн повеселел, придвинул потроха зеркалки, стеклорез, отвертки и начал творить.

Леший в процесс не вмешивался, полагая, что из фотоаппарата ничего страшного соорудить нельзя, и, в принципе, не ошибся.

Вернув зеркалке товарный вид, Серега прихватил два объектива и исчез в лесу до вечера.

Вернулся он довольный. Подключив фотоаппарат к ноутбуку, он продемонстрировал Лешему портрет Кикиморы, Полевого в героической позе на фоне избушонка-внедорожника, избу Бабы-Яги и медведя Комлева, перетаскивающего куда-то стыренный с пасеки улей.

- Ка-а-а-ак? - выдохнул лесной хозяин, когда обрел дар речи.

Серега счастливо улыбался.

- Да зеркала же! - сказал он. - В фотоаппарате два зеркала - основное отражающее и вспомогательное в системе фокусировки, я вместо них волшебные поставил. Ну, из тех, которые "свет мой зеркальце, скажи". У нас теперь волшебная зеркалка, спасибо Снегурочке.

- Ага, - Леший почесал мухомор на затылке. - А кого ты тогда послал в интернете?

- Снежную Королеву, - мрачно отозвался джинн. - Заломила триста баксов за осколок зеркала, жлобина.

- М-да, - лесной хозяин перевел взгляд на фотоаппарат и поднялся. - Ну-ка тащи его во двор, пока светло, мои портреты делать будешь. Давно мечтал!

Хейтер

Медведь Комлев сидел перед ноутбуком, одной лапой отправляя в пасть горстью малину из тазика, когтем второй бережно кликая мышкой. Кроме него, в доме Лешего за столом сидели джинн-мастеровой Серега и собственно Леший. Двое последних пили пиво.

- "Последняя экранизация "Гардемаринов" - попытка гальванизировать труп" хорошо звучит? - осведомился медведь.

Леший на миг задумался.

- Лучше, наверное, "современное продолжение кинохита девяностых", - предложил он.

- Угу, - Комлев отряхнул лапу и принялся тыкать по клавишам.

Начав с вестернов, Комлев увлекся и пересмотрел великое множество фильмов, после чего заинтересовался киноиндустрией и с головой погрузился в мир кино, изучая книги и статьи. С некоторых пор Комлев приобрел солидную эрудицию по части отечественного и зарубежного кинематографа и даже вел киноблог. Подписчиков у него пока было немного, всего десятка четыре; из них Леший узнал акки Кощея Бессмертного, кота Бабы-Яги и ракшаса Вибхишаны, с которым у медведя состоялась бурная дискуссия по поводу болливудских фильмов. Надо сказать, Комлев аргументами разбил оппонента вдребезги, причем Вибхишана не отписался, а зауважал медведя. Впрочем, кроме Кощея и кота Бегемота, никто не знал, что киноблог ведет медведь.

- Комлев, ты бы отвлекся, - сказал Серега, которому позарез был нужен ноутбук. - Сходил бы прогулялся, с зайцами в карты сыграл.

- Не буду, - буркнул медведь, - шулер вконец охамел, на глазах мошенничает.

Леший глянул в окно. На широких ступенях крыльца закончилась партия в покер, проигравшему барсуку зайцы лупили лапами по лбу. Аналог человеческих щелбанов.

- Опять крапленой колодой играете?! - грозно рявкнул лесной хозяин, и зверей унесло с крыльца.

Последним ушел барсук, потирая лоб.

Заяц-шулер вернулся, ходил вокруг дома, заглядывая в окна, и ныл. До увлечения кино Комлев был его постоянным партнером, теперь лишь изредка заяц собирал любителей азарта на партию-другую.

- Отвяжись, - пробасил медведь.

Сердобольный Леший угостил зайца морковью. Хрустя корнеплодом, тот сунулся под лапу Комлева и начал читать черновик разгромной статьи, при этом заяц мешал медведю настолько сильно, что Комлев не выдержал, сгреб косого за уши и вынес вместе с морковью из дома.

Закончив набор текста, Комлев прочел вслух наиболее удачные места, разместил статью в блоге и распрощался.

- Наконец-то! - джинн отбросил банку из-под пива, занял место за ноутбуком и открыл каталог фирмы шведских гномов "Сплавы от Вёлунда".

Проверить комментарии Комлев притащился к обеду следующего дня.

- Еще трое подписались, - с удовлетворением резюмировал он, открыл статью о творчестве Копполы и начал читать.

Джинн Серега что-то рассчитывал, периодически сверяясь со справочниками, Леший листал случайно завалявшийся старый номер "Науки и жизни".

Вдруг Комлев подскочил на табурете, который жалобно затрещал и едва не развалился под весом медведя. Леший с Серегой оторвались от своих занятий.

- Эт-то что? - медведь недоуменно смотрел на экран.

Джинн придвинулся ближе и прочел "Аффтор дибил, ни чиво ни панимает в кино".

- Поздравляю, у тебя первый хейтер, - сказал Серега.

- Забанить? - потянулся к мышке Комлев.

Джинн подумал.

- Не-а, погоди, - произнес он. - Ответь ему.

"Иди мульты смотреть, школота", написал Комлев, обнаружив хорошее знакомство со сленгом. Хейтер ответил руганью, медведь тоже не сдержался, и пошло-поехало.

- А забавная у него аватарка, - заметил Леший, разглядывая изображенную на аватаре хейтера россыпь денег и лопату с надписью "гребу капусту". Ник тоже был З.Капустин.

- Я его забаню, - пропыхтел Комлев. - Тварь безграмотная.

- Не надо, - сказал Серега, - пока вы с ним переругивались, на тебя еще шестеро подписались. Черный пиар - тоже пиар.

Два дня Комлев мужественно терпел нападки З.Капустина, в медведе теплилась надежда, что З.Капустин отвяжется и уйдет к другим блогерам, но хейтер оказался липучим, как смола. Он оставил комментарий под каждой статьей, он поставил минусы положительным отзывам, и он так крыл Комлева, словно был знаком с ним лично. В итоге обозленный медведь отправил его в бан.

Это не помогло.

Буквально через час после бана новый подписчик с ником З.Капустин 2.0 написал: "бань меня исчо, дибил", и Комлев осознал, что спокойная жизнь закончилась.

Стараясь не обращать внимания на комментарии З.Капустина 2.0, медведь разместил в блоге очередную статью, мгновенно получил дизлайк и фразу, от которой Комлев озверел, а Серега насторожился.

- Да я его... по ай пи... - заревел медведь и замолчал, остановленный жестом джинна.

- Ну-ка постой, - Серега повернулся к Лешему. - Оцени камент: "медоед тупой, скатина косалапая".

- Эге, - понял ситуацию Леший, - это кто-то из наших пишет.

До Комлева дошло. Он оскалился в такой неприятной улыбке, что лесному хозяину сделалось нехорошо, а Сереге захотелось превратиться в дым и смыться в лампу.

- Найду - пришибу, - кровожадно пообещал медведь.

- Так, давай рассуждать, - проговорил Леший. - Кощей такое писать не будет.

- Не будет, - согласился Комлев, - и Яга не будет. У водяного нет интернета.

- У Полевого тоже нет, - вставил Серега. - Оборотни?

Леший покачал замшелой головой.

- Толян у Юки в Японии гостит, им вообще ни до чего.

- Бегемот? - вспомнил про кота Бабы-Яги джинн.

- Не знаю, - проговорил Леший, понимая, что от кота можно ждать всего. - Хотя нет. Он с самого начала на блог подписан, вот его ник Йольский котэ.

- Не, - реабилитировал кота медведь, - котэ мне фильмы на флешке приносил. Помните? Я "Петра Первого" нигде скачать не мог, а Мотька скачал и принес. Это не он.

- У Кикиморы есть интернет, - вспомнил вдруг Серега.

Леший с медведем переглянулись. На Кикимору они подумали бы в последнюю очередь.

- Сомнительно, - сказал лесной хозяин. - Слушай, Комлев, сходи к Яге, пусть она яблочко по блюдечку пустит, может, чего и увидишь.

- Сходи, - сказал Серега, - я за тебя этому хейтеру отвечать буду.

- Ладно, - недобро произнес медведь и ушел.

В красках обрисовав Яге ситуацию, Комлев воззвал к состраданию и попросил помощи. Старуха прониклась, вытащила яблочко с блюдечком, но предупредила, что прибор не дает точных показаний.

- Катись, катись, яблочко наливное, по серебряному блюдечку, - заговорила Яга, и яблочко послушно начало разгоняться. - Покажи мне не города и поля, не леса и моря, не гор высоту и небес красоту, а покажи мне хейтера, который медведю Комлеву гадости пишет.

С тихим звоном яблочко наматывало круги по блюдечку. Темное серебро блюдечка медленно посветлело и показало знакомую комнату, слегка освещенную мерцанием монитора. Монитор был большой, поэтому ни Комлев, ни Яга не разглядели, кто за ним сидит, зато апартаменты Кикиморы опознали сразу.

- Я пошел, - сказал медведь . - Карачун тебе, З.Капустин 2.0.

Когда Комлев отправился на разборку, Яга попыталась рассмотреть хейтера, но увы, блюдечко не желало менять ракурс обзора. Радовало одно - Кикимора не была такой маленькой, чтобы полностью спрятаться за монитором, следовательно, под подозрения не подпадала.

Горящий жаждой справедливого возмездия медведь бежал к дому Кикиморы, как спринтер. Еще на подходе он услышал хриплый смех говорящей бегонии по имени Полудикая Орхидея.

- Напиши "худший киноблог в инете", - свесившись с подоконника, советовала она, увидела медведя и застыла.

Выпрямившись, Комлев выразительно продемонстрировал наглому растению могучую когтистую лапу и вошел в дом. За компьютером Кикиморы сидел заяц-шулер, сама хозяйка отсутствовала. Комлев успел ловко сцапать зайца за уши, прежде чем замерший от ужаса косой пришел в себя.

- Ну, катала, всё, - пообещал медведь, - хана тебе.

Заяц зажмурился, ожидая страшного, однако Комлев задумался, вышел во двор и тяжело побрел к дому Лешего.

- Принес, - продемонстрировал медведь трофей Лешему и Сереге. - Он не любит синематограф.

- Он тебя не любит, на синематограф ему плевать, - возразил джинн.

- И за что? - Комлев тряхнул зайца.

- За то что ты перестал с ним в карты играть, - продолжил объяснять Серега. - Ты ж постоянно проигрываешь, а потом что?

- Что? - медведь снова тряхнул зайца.

Полуживой хейтер пискнул.

- А потом ты капусту с морковкой для него с грядок тыришь по деревням, - в тон Сереге проговорил Леший. - Зайца бы деревенские шуганули, а медведя? А?

Комлев зло посмотрел на З.Капустина 2.0.

- Мы все равно будем гадить в каментах, - прошептал неуемный косой. - Нас много.

- Много?! Щас будет на одного меньше, - пообещал Комлев и услышал голос Лешего:

- Много, не сомневайся. Он капустой со всеми зайцами округи делится.

- Твари ушастые! - взревел медведь, осознав безвыходность ситуации. - Что я должен сделать, чтобы вы от меня отвязались?

- Пять партий в покер, - нагло заявил шулер. - В день.

- Одну, - начал торговаться Комлев.

- Четыре.

- Две.

- Три.

- Три и хорошие каменты в блоге.

- Согласен.

И медведь с отвращением выпустил зайца.

Выселки

Оборотня Анатолия разбудил голос, звавший его по имени. Толик с трудом приоткрыл глаза и увидел в открытом окне на фоне занимающегося рассвета фигуру Полевого.

- Анатолий, дело есть, - заявил хозяин полей.

Спавшая рядом с оборотнем кицунэ Юка спросонок что-то пробормотала по-японски и поползла с кровати. Разом проснувшийся Толик поймал ее за голое плечо:

- Прикройся, гейша.

На гейшу Юка не обижалась.

Полевой деликатно отошел от окна, подождал, пока хозяева оденутся и пригласят его в дом. За ранним завтраком он попросил Толика съездить с ним на оптовый склад областного центра. Анатолий согласился, Юка тоже напросилась.

Полевой, как всегда, ехал на Джипе, гусеничном избушонке-внедорожнике. Громыхая прицепом, Джип вез хозяина по сельским дорогам, рядом пылил "Кавасаки" Анатолия. Из кабины внедорожника доносилась музыка, поскольку джинн-мастеровой Серега выполнил давнее обещание и установил магнитолу, которая плохо ловила радио, зато исправно воспроизводила треки с флешки. Музыка играла до боли знакомая, и Анатолий до выезда на трассу мучился, пытаясь вспомнить название. Когда под колесами появился асфальт, музыку перестали заглушать грохот и скрипы, Анатолий опознал рок-оперу "Иисус Христос - суперзвезда".

Под нее и доехали.

На складе Анатолию пришлось поработать грузчиком. Вместе с Полевым он таскал и складывал в прицеп мешки с мукой, крупами, сахаром, упаковки макарон, соли и пряностей, дрожжи, коробки с консервами и кучу всяких мелочей. Джип занял место на самом краю парковки, в тени, подальше от любопытных глаз, поэтому катать к нему тележки с грузами приходилось через всю довольно обширную площадку.

Юка нашла магазинчик с сумками и зависла в нем.

Наконец Полевой объявил об окончании аврала, натянул на прицеп брезент и достал из кабины бутылку с холодным лимонадом и пластиковые стаканы.

- И куда пойдет этот продуктово-промышленный набор? - осведомился Анатолий, принимая стаканчик с газировкой.

- На выселки за Малиновкой, - ответил Полевой.

За время ночных скитаний оборотень хорошо изучил топографию области, но про выселки за Малиновкой услышал впервые.

Подошла Юка с новой сумочкой.

Полевой посмотрел на нее, на Анатолия, глотнул лимонада и рассказал грустную историю. На выселках, в единственном доме, живут четыре старухи, старшей из которой недавно стукнуло 92, младшей было 73. Живут за счет огорода и живности в виде коз, свиней и куриц.

Полевой с Лешим помогали им.

- А родственники у них есть? - спросил Анатолий.

- Есть, - хозяин полей допил лимонад.

Оборотень тихо выругался.

- Пусть к нам переезжают, - сказал он чуть погодя, - у нас шестнадцать домов пустует, я считал.

- Предлагали мы им переехать, не хотят, - Полевой собрал мусор, отнес в урну.

Юка морщилась.

- Это гадость, - с укором сказала она. - Бросать стариков гадость.

- Юка, про легенду о Нараяме напомнить? - мрачно проговорил Анатолий.

Кицунэ шмыгнула носом.

- Поехали, - скомандовал Полевой.

Ехали долго сперва по трассе, потом по проселку, потом по дорожке, где Джип недовольно поскрипывал, приминая гусеницами разросшиеся кусты. Вдоль дорожки выстроились могучие сосны заповедного леса. С ветвей помахал крылом дятел Молотков и пристроился выдалбливать насекомых.

Когда взорам открылся стоящий на холме ветрогенератор, изумленный Анатолий чуть не навернулся вместе с мотоциклом и Юкой на заднем сиденье.

Лопасти генератора равномерно крутились.

- Это откуда? - вырвалось у оборотня.

Полевой услышал.

- Серега сделал, - крикнул он из кабины. - Мощностей для одного дома за глаза!

- А ну как увидят? - спросил Анатолий, газуя, чтобы догнать Джипа.

- Кто увидит-то? - Полевой покрутил пальцем у виска. - Посторонние сосну видят, тут же чары кругом. Да и окромя почтальона, никто не ездит.

Точно, пенсию-то бабкам привозят.

Джип осторожно пересек узкий мостик над мелкой речушкой, миновал выгон, где паслись три козы с наглыми желтыми глазами, и остановился у приземистого бревенчатого дома. Встречать гостей вышли все обитательницы выселок, а разгрузкой командовала высокая старуха, назвавшаяся Феодосией Ардальоновной.

- Чей такой будешь? - осведомилась она у Анатолия.

- Бадалов, - буркнул оборотень.

- Тонькин внук? - угадала главная на выселках. - А с тобой кто? - кивнула бабка на Юку.

- Юка, она японка, - Толик поднял мешок с мукой и услышал шепоток бабок:

- Баская девка. Только малёхо на чукчу-от похожа.

Хвала Аматэрасу, Юка этого не услышала, зато услышала бабка Феодосия.

- Варвара, чего глаза таращишь? - рявкнула она. - Гостей кормить чем будем? Марш на кухню, и Юльку прихвати, пусть поможет.

Кицунэ, переименованная в Юльку, послушно отправилась на кухню в сопровождении трех старух. Толик разгружал прицеп, Полевой делал вид, что помогает.

- Вот и славненько, - резюмировала старуха, когда все мешки, коробки и упаковки заняли предназначенные места. - Можно и отобедать.

В доме вкусно пахло борщом и сушеными грибами. Приглашенные Анатолий с Полевым чинно вымыли руки и прошли в большую комнату, где на покрытый клеенкой стол бабки сноровисто ставили мелкие и глубокие миски. На втором столике у окна стоял новый системник с большим монитором, в углу задумчиво потрескивал холодильник "Атлант".

Бабка Феодосия проследила за взглядом Анатолия.

- Теперича со светом хорошо стало, а то зимами со "сталинградкой" сидели.

- С чем? - не понял оборотень.

- Ай в кино не видел? - удивилась старуха. - Гильза такая. Внутрь бензину нальешь, сплющишь...

- А, видел! - вспомнил Анатолий.

- Лампочек светодиодных мы купили, - вставил Полевой. - Феня, ты, может, с остальными переехала бы хоть в Малиновку, хоть в Антоновку.

- Тута жили, тута и помирать будем, - отрезала Феодосия. - Чем не житье нынче? Свет есть, холодильник с кампутером ты купил, тырнет опять же штука хорошая. Варька вон пристрастилась в танки играть ночами, дура старая.

- Я все слышу! - крикнула из кухни баба Варя.

- Дура и есть! - крикнула баба Феня. Не дождавшись ответной реакции, продолжила: - вечерами соберемся, кино посмотрим по тырнету, песни послушаем. Как благодатью осенило. Козы доиться лучше стали. Мыши сколько лет покоя не давали, в прошлом годе как отшептало. Пропали.

Анатолий вспомнил о дружбе Бабы-Яги с мышиной королевой. Заодно припомнил роутер Яги, не иначе, интернет раздавал он.

- Ну, давайте за стол, - распорядилась Феодосия. - Борщ утром варили, сметана своя.

Пообедав, Полевой засобирался по делам, Анатолий с Юкой поехали домой. Оборотень притормозил на развилке, оглянулся, но домик уже скрылся за лесом.

- Слушай, Юка, - проговорил Анатолий, - грустно всё это.

- Хай, - согласилась на родном языке кицунэ. - Туда ездить надо, Торик. Надо.

- Съездим, - обещал Анатолий. - Может, поможем чем.

Воспитательный момент

От сбора черной смородины Бабу-Ягу отвлекло явление встрепанной и расстроенной Кикиморы. Поставив ведро, Яга с интересом посмотрела на подругу, ожидая занимательного монолога. Монолог оказался коротким:

- Милочка, срочно! Очень срочно нужна помощь. Где Леший? Позвони ему, у меня телефон разряжен.

Попытка дозвониться до лесного хозяина потерпела крах, айфон в заповедном лесу брал не везде. Яга прищурилась:

- А что случилось-то?

Случилось ожидаемое. Гусеничный избушонок, принадлежащий Кикиморе, повез хозяйку в райцентр за покупками, из вредности свернул на бездорожье, покрутился на косогоре и, потеряв гусеницу, сел на грунт. Требовалась ремонтно-спасательная бригада в лице Лешего и джинна-мастерового Сереги.

- Тэ-э-эк-с, - протянула Яга, не понаслышке знавшая характер избушонка. - Почему Джип ездит как надо и где надо, а с твоим вечные проблемы?

Второй гусеничный избушонок по имени Джип, принадлежащий Полевому, хозяина никогда не огорчал.

- Выглядит, как трелёвочный трактор, - продолжала старуха, - а гонору, как у "Мазератти". Нафига ты его балуешь?

- Он маленький, - сказала Кикимора.

- Он охамевший, - возразила Яга. - Летим к нему, будем воспитывать.

Метла, обремененная двумя седоками, летела медленно, и доставила старух к косогору часа через полтора. Избушонок лежал на брюхе, основательно завязнув катками в мягкой земле. Другая гусеница бесцельно крутилась, не доставая до грунта, ибо перекосило сына избы и сарая основательно.

- М-да, - походила вокруг места аварии Яга. - Ох, беда-печаль, - она повернулась к Кикиморе и подмигнула. - Ничего-то тут не сделаешь, придется оставить бедолагу здесь на веки вечные.

Кикимора всхлипнула. Избушонок дернулся, вращение гусеницы остановилось.

- Дожди пойдут, снега. Заржавеет, рассыплется, - добавила трагизма Яга. - Древоточцы кабинку порушат, грибы поганые прорастут.

- Жа-алко, - подвыла Кикимора.

Избушонок задергался сильнее.

- И ничего не поделаешь, - припечатала Яга. - Пойдем, подруга.

- Куда? - испугалась Кикимора.

Яга подхватила ее под руку и потащила в лес.

- Тихо ты, воспитательный момент упускаешь, - зашипела Яга. - Пусть пострадает в одиночестве.

Покинув аварийный транспорт, старухи отправились в избу Яги, где поужинали, напились чаю и наконец-то дозвонились до Лешего. Лесной хозяин обещал прибыть к косогору утром с Серегой и необходимыми инструментами. Обговорив время встречи, Яга распрощалась и пресекла поползновения Кикиморы побежать с утешениями к избушонку.

- Угомонись! - приказала Яга. - Избаловала транспорт до безобразия, терпи теперь. Может, получится мозги вправить.

Изба Яги нервно закудахтала. Судьба сыновей не была ей безразлична.

- Цыц! - гаркнула старуха. - Наплодила мутантов!

Изба примолкла, Кикимора на всякий случай тоже.

Утром ремонтно-спасательная бригада собралась на месте аварии. Введенные в курс дела Леший и джинн-мастеровой Серега грустно смотрели на избушонка и перекидывались техническими терминами. Избушонок очень жалобно поскрипывал деревянной кабиной, Кикимора вытирала платочком глаза.

- Поднять его не проблема, - прошептал Серега на ухо Кикиморе, - и гусеницу надеть тоже. Только учти, Макаренко из тебя не вышло. Не умеешь ты воспитывать, он же тебя не слушается, гаденыш.

- Я буду с ним строго, - обещала Кикимора, но Серега с сомнением покачал головой.

- Есть у нас идейка, - переглянувшись с джинном, подошел Леший. - В общем, если он опять выкинет фортель, сбрасываешь гусеницу и оставляешь его на пару дней. Одумается.

- А как я ее сброшу? - удивилась Кикимора.

Леший с Серегой зашептали что-то, косясь на избушонка. Яга подошла ближе и расслышала: "малые хода", "балансиры", "в сторону спуска".

- Для этого ручное управление надо, - Кикимора была старухой сообразительной.

- Это я сделаю, - уверенно проговорил Серега и повернулся к избушонку. - Модернизация тебе будет, понял? И попробуй только после этого что-нибудь выкинуть, жертва неправильного воспитания.

Голова мумии

Лето отстреливалось от осени последними теплыми днями, к вечеру становилось прохладно, поэтому в наступающих сумерках Кикимора раскочегаривала во дворе летнюю печь и варила варенье. Жар от печи компенсировал вечерний холодок.

- По-о-одруга! - внезапно раздалось с высоты, и в объятия Кикиморы спланировала гаргулья Клава, похудевшая и счастливая.

Следом во дворе приземлилась вторая гаргулья, размером в полторы Клавдии, что в ширину, что в высоту. В соответствии с законом корреляции крылья тоже имели немалую площадь.

- Познакомься, мой муж! - радостно представила Клава.

- Владислав Аполлинарьевич, - солидным басом назвался гаргул и протянул мускулистую лапищу для рукопожатия. В другой лапе он небрежно держал набитую дорожную сумку. - Можно Славик.

- Кикимора, - пожав лапу, старуха зачем-то сделала реверанс.

Накрыв на веранде стол, Кикимора пригласила гостей к чаю. Оценив габариты Славика, вместо чашки хозяйка поставила перед ним колбу от кофеварки. За чаем Клава по обыкновению затарахтела, вываливая последние новости и перипетии своей жизни. Дети у бабушки в Анапе, они маленькие и шустрые, бабушка их балует, а они решили путешествовать, были у родственников в Париже, в Рязани и в Новосибирске, а теперь...

- Клав, у тебя техническая словострельность триста слов в минуту, - заметил Славик, отвлекшись от второй колбы чая с малиновым вареньем. - Убавь хотя бы наполовину.

- Ой, - гаргулья прервала скороговорку. - Я ж забыла. Мы в Египте были!

- Да что ты? - удивилась Кикимора. - И как там?

- Во! - показала большой палец Клава. - Там такой шикарный черный рынок для своих. В смысле, для нас, ну ты понимаешь.

- Понимаю, - кивнула старуха. - Не для людей. Почему в Египет-то полетели?

- Из-за меня, - Владислав Аполлинарьевич налил третью колбу. - Египтология - мое хобби. Давно хотел. Та-Кемет, та-мери, - задумчиво произнес он.

- Папирусов набрал, - заметила супруга. - Взял автограф у Анубиса. Жизнь удалась.

- У кого взял?! - ахнула Кикимора.

- У Анубиса. Он черным рынком заведует по совместительству, - сказала Клавдия. - Сувениров надарил, еле в сумку влезли. Я тебе сейчас один покажу.

Поковырявшись в сумке, гаргулья вытащила засохшую голову, плохо завернутую в грязные обрывки льняной ткани. Глаза у головы горели двумя красными точками.

Извлеченная на свет лампы, голова недовольно зашипела.

- Во, - сказала Клава. - Тулово не сохранилось.

- Кто это? - Кикимора взяла сувенир и принялась его изучать.

- А хз, - гаргулья, наконец, принялась за чай. - Может, фараонша, может, просто жрецам не понравилась в свое время.

- Гм, - рассматривая голову, Кикимора почему-то вспомнила продавщицу в районном сельпо году так в 1938-м. Такая же грымза. И шипела так же, и сходство даже какое-то было. - Вылитая Нина Евсеевна, - вслух проговорила старуха.

- Забирай, - радушно предложила Клава. - Только тряпку с нее не снимай, мы попробовали, так она кусаться начала.

В довесок к Нине Евсеевне гаргульи оставили несколько бутылок настоящего масла алоэ и крем для ухода за лицом. В ответ Кикимора нагрузила Славика пятью сортами варенья. Проведя следующий день в окаменевшем состоянии, вечером гаргульи стартовали в Анапу за детьми, а Кикимора осталась общаться с головой мумии.

Прежде всего, старуха подвесила голову на веранде и принялась тыкать пальцем в себя, терпеливо произнося: "Кикимора", и в нее со словами: "Нина Евсеевна". К полуночи несчастная мумия при упоминании Нины Евсеевны открывала глаза и шипела. Для начала хватит, решила Кикимора, и оставила голову в покое до утра.

Утром обнаружилось полное отсутствие в доме сахара, соли и специй.

- Заготовки - дело такое, - пробормотала Кикимора, осознав необходимость поездки в магазин.

Приведя себя в относительно благопристойный вид, старуха властно позвала своего избушонка-внедорожника:

- Майбах! Ко мне.

Получивший летом изрядную долю воспитания, гусеничный вездеходик моментально подъехал к крыльцу и застыл, проскрипев деревянной кабиной нечто напоминающее "чего изволите". Голова мумии повернулась к чуду генетики и зашипела так удивленно и протяжно, что Кикимора сняла ее с крючка и, подумав, повесила ее на резинке с помощью присоски в кабине Майбаха. Избушонок не возражал, Нина Евсеевна тем более. Она тут же развернулась сморщенным лицом к ветровому стеклу и зажгла красные огни в глазах.

Кикимора забралась в кабину, и путешествие началось.

Нина Евсеевна крутилась, разглядывая местность, шипела с некоторым одобрением. Путешествие на гусеничном Майбахе ей явно нравилось.

- Эй, ямщик, поворачивай к черту, новой дорогой поедем домой. Эй, ямщик, поворачивай к черту, это не наш лес, а чей-то чужой, - тихо напевала Кикимора.

Под конец Нина Евсеевна начала шипеть в такт.

Как всегда, отправляясь в магазин, Кикимора оставила Майбаха на парковке недалеко от входа, чтобы не бегать с тележкой. Обычно ей хватало пятнадцати минут, чтобы закупиться, но сегодня в кассу была очередь, вторую кассу упорно не открывали, и задержавшаяся Кикимора, выйдя из магазина, попала на интересную сцену.

Из кабины Майбаха торчали ноги в ботинках сорок четвертого размера. Ноги дергались. Изнутри доносился истеричный крик. Этот крик в совокупности с дергающимися ногами собрал человек пять зевак, двое из которых снимали происходящее на телефоны.

- Сука! - вырвалось у Кикиморы весьма неинтеллигентное слово, и, толкая тележку с сахаром, она помчалась разбираться.

Крик усиливался, ноги дергались сильнее.

Зажатый дверцей и кабиной обладатель ног выбраться не мог, хотя очень старался.

Между воплями из кабины доносилось низкочастотное шипение.

Подошли еще три зрителя, они перешептывались и доставали телефоны, но тут Кикимора, тараня тележкой хрупкий заслон зевак, подбежала к избушонку.

- Отпусти дебила! - крикнула она.

Майбах неохотно приоткрыл дверцу.

- Вылезай, - Кикимора заглянула в кабину.

Мало не дотягиваясь до носа здоровенного мужика, Нина Евсеевна шипела и щелкала зубами. От мужика несло водкой, но, судя по виду, он уже протрезвел. Ощутив свободу, он, извиваясь, выполз из кабины, буквально стёк по гусенице на асфальт и икнул.

Кикимора оглянулась. Происходящее снимали все подошедшие, человек двадцать. Некоторые хранили на лицах очумевшее выражение. При просмотре записи выражение усилится, подумала Кикимора, торопливо перегружая пакеты из тележки в кабину, потому что волшебные существа не записываются ни на пленку, ни на карту памяти.

Покончив с погрузкой, старуха наклонилась к мужику, который бессмысленно таращился на нее, продолжая сидеть у гусеницы.

- Ты зачем в чужую машину полез, пьянь? - ласково спросила Кикимора.

В ответ он икнул.

Махнув рукой, Кикимора оттащила его к магазину.

- Эй, там! - крикнула она. - Вызовите "скорую".

После чего нырнула в кабину избушонка. Не дожидаясь команды, тот рванул по газону на трассу. Кикимора оглядывалась, но погони, к счастью, не было.

Подуспокоившись, старуха удобно устроилась в водительском кресле и посмотрела на голову мумии.

- А неплохой противоугонкой я обзавелась, - резюмировала она и, протянув руку, почесала Нину Евсеевну за ухом.

Добытчик

Баба-Яга отодвинула листок бумаги с какими-то подсчетами, сняла очки и призадумалась.

- Наблюдается нехватка денежных средств, - подытожила она.

Черный кот выглянул из-за ноутбука. Зеленые глаза Бегемота выражали озабоченность.

- Это очень печально? - осторожно спросил он.

- Не очень, - старуха встала из-за стола и пошла к сундуку. Поковырялась в нем, вытащила резную деревянную шкатулку приличного объема. Следом за шкатулкой на свет были извлечены два матерчатых свертка.

Любопытный кот вытянул шею.

Из часов высунулась не менее любопытная кукушка Тамара Георгиевна.

Через десять минут Яга раскладывала на столе монеты - медные, серебряные, золотые, побитые жизнью и новенькие, отечественные и зарубежные. От удивления кот издал непонятный звук, то ли мяукнув, то ли произнеся на родном исландском vá, что переводилось как "yх ты".

- Это мы выставим на интернет-аукционе, - поразмыслив и перебрав монеты, старуха выбрала серебряную.

Монета показалась коту неряшливой. Поверх полустертого святого Георгия были надчеканены всадник с опущенным копьем, заключенный в круг, и клеймо с цифрами 1655.

- Подделка? - спросил Бегемот.

Кукушка молчала, с интересом рассматривая бабкину коллекцию.

- Сам ты исландская подделка под нормального кота, - отозвалась Яга. - Это ефимок, настоящий, 17 века. Между прочим, на аукционах меня давно знают. Подделок не держим, при Алексее Михайловиче такими платить приходилось, с тех времен и сохранились, - старуха взвесила монету на ладони. - У Кощея вообще римские ауреусы лежат. Как натырил после Второй Пунической, так и чахнет над ними.

- Ой, ё... - выдохнула Тамара Георгиевна.

- Именно! - Яга придвинула ноутбук. - Всё, отвяжитесь, бабушка будет деньги зарабатывать.

Аукцион принес старухе без малого полмиллиона. Ошарашенный кот долго не мог опомниться, зато потом начал ныть:

- Хозяйка! Давай еще что-нибудь продадим и купим игровой комп.

- Меня ноут устраивает, - отрезала Яга, но после паузы добавила: - хотя если внесешь свои... хм... 5 копеек, возможно, и купим.

Бегемот задумался. Для подсевшего на онлайн-игры кота мощный системник стал целью.

- Тут клады есть? - спросил он.

- Откуда? Крестьяне жили бедно, разбойников отроду не водилось, а слухи о потонувшей карете, набитой златом-серебром, кто-то из мавок распускает, - сказала бабка. - Дайверы на озере каждое лето тусуются, надоели до чертиков.

Кот заметно скис.

- Совсем ничего нет? - заинтересовалась кукушка.

- Ну... схроны с оружием оставались после Гражданской, - Яга почесала бородавку на носу, - да в них за давностью лет все проржавело да рассыпалось, - старуха внимательно посмотрела на кота. - Мотя, черным копателям здесь делать нечего.

Бегемоту вдруг вспомнились ролики с ютуба, и надежда вспыхнула с новой силой.

На следующий день кот пришел в дом Лешего.

Было жарко. Мамонтенок Васька обливался водой у колодца, лесной хозяин гнал во дворе яблочный самогон, джинн-мастеровой Серега скучал.

- Привет, раб паяльной лампы, - поздоровался кот.

- Здорово, Бегемотина, - флегматично отозвался джинн. - Тебе чего?

- Металлоискатель, - без предисловий озвучил желание Бегемот.

Джинн оживился.

- Для какой цели?

Кот честно рассказал.

- Схему спаяю, - обнадежил Серега, - и прибор подгоню под твой размер, вот блок питания какой бы приспособить... А! Погоди, есть идея. Через неделю приходи.

- Ничего у тебя не выйдет, Мотька, - буркнул от аппарата Леший.

- Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не тупым тяжелым предметом, - хохотнул Серега, потирая мозолистые руки, и исчез в доме. Получив техзадание, джинн начинал работу не откладывая.

Неделя показалась коту вечностью. На седьмой день, едва дождавшись восхода солнца, он бросился за обещанным прибором.

Металлоискатель Серега сделал маленький, как раз для стоящего на задних лапах кота, и конструкцию довел до совершенства.

- Тебе железо не надо, верно? Я сделал так, что на железо, чугун, сталь и стальные сплавы он не реагирует, - пояснял джинн, пока радостный кот цеплял специально сделанный ободок с наушниками, - но если поднести к поисковой катушке медь...

Серега поднес кусок медного провода, и чуть не оглохший от пронзительного писка кот сбросил наушники.

- Уровень звука регулируется тут, - джинна нимало не смутила ни ситуация, ни высказывания Бегемота. Он покрутил колесо регулировки. Кот снова нацепил наушники, они пищали, но терпимо.

- Теперь серебро, - Серега вытащил потемневшее серебряное кольцо. - Слышишь? Другой тон. На олово, латунь, бронзу тоже будет реагировать примерно в этом диапазоне, ты у нас слухач, отличишь. А вот золото, - джинн извлек из кармана синего рабочего комбинезона крошечный слиток. - Чуешь, ниже звучать стало?

- Такк фирир, - осчастливленный кот поблагодарил на родном языке, от великой радости позабыв русское слово.

Бегемот не появлялся дома четыре дня, и встревоженная Яга начала обзвон соседей. Узнав от Лешего про металлоискатель, старуха взвыла: "Ироды!" и, оседлав метлу, в сопровождении кукушки полетела производить поиск любимого питомца с воздуха.

Не нашла.

- Я этого черного копателя лопатой прибью, - вернувшись в избу, обещала уставшая старуха.

Изба согласно заскрипела.

- Может, у Кощея хеллхаундов попросить? - предложила кукушка Тамара Георгиевна.

- Откуда след-то брать? - мрачно спросила Яга. - У Лешего вокруг дома звери все затоптали, поди. Ладно, утро вечера мудренее, - старуха легла и моментально заснула.

Волшебная кукушка не спала. Она подумывала включить ноут и досмотреть старый триллер "Плата за страх", когда снаружи послышалось царапанье, и в открытом окне показалась черная кошачья морда, испачканная засохшей глиной.

- То-о-ома, - шепотом позвал Бегемот. - Хозяйка сильно сердится?

- Где ты шлялся, мохнатый? - обрадовалась кукушка.

Кот залез на подоконник и собирался что-то сказать, но изба треснула его по заднице оконной рамой, и Бегемот кубарем полетел вниз, точнехонько на спящую Ягу.

В дальнейших объяснениях главным аргументом со стороны обозленной старухи был веник, со стороны кота нечленораздельные вопли.

Потом все успокоились.

- Тварь, - с отвращением произнесла Яга.

- Я деньги добывал, - сказал взъерошенный кот из угла.

- Всё равно тварь, - произнесла старуха уже без отвращения. - Хоть бы сказал, скотина, куда и на какой срок пошел.

- На условный, - хихикнула кукушка.

- Гхм... - отозвалась на ее шутку Яга.

Обстановка разрядилась. Приободрившийся кот вылез из угла и отряхнулся.

- Как успехи на денежном фронте? - спросила кукушка.

- Сейчас, - кот метнулся за окно и обратно вошел цивильно, в дверь, неся металлоискатель и монетку. - Нашел на хуторе, где Полевой живет. Он сказал, раньше зажиточный хутор был. В доме нашел, под подоконником.

Яга включила настольную лампу, переделанную из танковой фары еще во времена реконструкции ходовой части избы.

- Ну-ка, - старуха взяла лупу на длинной ручке и принялась изучать монету. - Надо же, как хорошо сохранилась.

Кукушка тоже сунулась посмотреть.

- Пятак, - проговорила она.

Яга бережно протерла монету тонким платком.

- Внес все-таки свои 5 копеек, - сказала старуха. - Будет тебе, Мотя, системник с монитором, эти 5 копеек 1916 года на аукционе тысяч триста потянут. Я их выставлю, но с одним условием: больше такими делами не заниматься. Ясно?

Кот замялся:

- Я еще два бронзовых подсвечника нашел, красивые, только тяжелые, не донес. Куда денем, хозяйка?

- Добытчик, елки зеленые, - Яга сдвинула брови, понимая, что за трофеями Бегемота утром придется лететь ей.

Фейерверк с караоке

Баба Яга раскатывала тесто, когда зазвонил телефон.

- Мотя, включи громкую связь, у меня руки в муке, - сказала старуха коту.

Нехотя оторвавшись от компьютера, кот выполнил просьбу и снова вернулся к установке совершенно необходимого фотошопа.

- Милочка, доброго тебе дня, - раздался по громкой связи голос Кикиморы. - Маринованные огурцы есть? У меня закончились.

- Есть, - отозвалась Яга. - Еще есть кабачковая икра и компот из молодильных яблок.

- А лечо? - заинтересовалась Кикимора.

- У тебя намечается пир на весь мир? - подозрительно осведомилась Яга.

- Гостья намечается, - сказала Кикимора. - Родственница. Завтра приедет.

- Ундина? - догадалась Яга.

- И вы - наш финалист! Браво! Вы ответили на все вопросы без звонка друга и помощи зала, - воскликнула Кикимора.

Кот Бегемот заржал.

- Мотя, угомонись, - буркнула старуха, укладывая раскатанное тесто на противень. - Через туннель изволит прибыть?

- Естественно, - сказала Кикимора. - В общем, мне нужны маринованные огурцы. И кабачковая икра. И лечо. И от квашеной капусты не откажусь. Варенья навалом, а закусок ноль.

- Приезжай, - вздохнула Яга.

Она вытерла передником руки и выключила телефон.

- Ундина, говорят, красивая, - из часов вылетела кукушка Тамара Георгиевна и села на телевизор. Старый "Славутич" мигнул экраном.

- Ничего такая, - проговорила старуха, - но пиво хлещет, как истинная арийка, и если речь идет о закуске, значит, культурная программа не запланирована.

Вечером Кикимора приехала за заготовками на гусеничном избушонке Майбахе. Несмотря на громкое имя, избушонок более всего походил на трелевочный трактор, но там, где у тракторов такого типа находится платформа, Леший установил кузов от небольшого пикапа. В кузов и погрузили корзины с банками, щедро пересыпав их опилками, чтобы не разбились в дороге.

- Теперь ждем развития событий, - прокомментировала Яга, глядя, как удаляются габаритные огни избушонка.

События развивались медленно. На следующий день заглянул Леший, который встретил интуристку у выхода из туннеля и привез на мамонтенке Ваське к дому Кикиморы.

Перекусив, Леший на мамонтенке двинулись в сторону дома по тихому летнему лесу.

- Чего мы, собственно, ждем? - спросила кукушка.

- Пьяных выходок, - честно ответила Яга. - В прошлый раз была драка с пожарной командой, гонки на угнанных рысаках и пальба в небо из револьвера.

- Когда был прошлый раз? - Тамара Георгиевна слегка обалдела от услышанного.

- В 1882 году, - хмыкнула старуха.

Встревоженная кукушка посмотрела в окно. Оттуда повеяло теплым ветерком. Мирно покачивали ветками деревья, жужжали насекомые и перекликались дрозды. Изредка каркал ворон Артемий Петрович.

Вечер тоже был мирным, теплым и расслабляющим. Ничто не предвещало.

Но едва над верхушками деревьев показался молодой месяц, как что-то бухнуло, и небо взорвалось фейерверком. Среди огненных звезд заметались перепуганные и ничего не соображающие птицы. Вдалеке заревел медведь.

БУ-БУХ! В небе разлетелся настоящий салют.

Мимо избы пронесся лось Кубышкин с вытаращенными глазами.

- Во, начинается, - резюмировала Яга.

Когда салюты погасли, залязгали гусеницы как аккомпанемент к двум пьяным и счастливым женским голосам, которые исполняли старый хит Сальваторе Адамо. Один голос пел по-французски с русским акцентом, второй - с немецким. Лязг и песня то приближались, то удалялись, из чего Яга заключила, что успевших нажраться Кикимору с Ундиной Майбах возит между оврагом и заповедным озером. Время от времени раздавался хлопок, и в небо взлетала очередная ракета.

- Не так страшно, - сказала кукушка.

- Ну не зна-а-аю, - разбуженный кот зевал во всю пасть. - Нам это караоке долго слушать?

- Как минимум до утра, если не уедут, - сказала Яга.

Они не уехали. Старые хиты исполнялись с душой, к утру дуэт потрясающе спелся, хотя голоса становились все пьянее и пьянее.

- Устроили тут Сан-Ремо, - прокомментировала из часов кукушка.

- Угу, - Яга оторвалась от просмотра какого-то аниме. - И чует мое сердце, что одним пивом наши кумушки не обошлись. - Тамара, который час?

- Восемь часов одиннадцать минут! - отчеканила кукушка.

Старуха взялась за телефон.

- Леший? Привет, солнце мое незакатное, - вкрадчиво сказала Яга. - Признавайся, Кикимора у тебя самогон просила?.. Просила. Ты, конечно, не отказал... Сколько налил?!! Спятил, ирод лесной?

- Мы имеем ёрш, - все понял кот и выглянул из-за монитора.

Яга слушала откровения Лешего и поднимала брови.

Вдруг она вскочила.

- Что? Где?! Серьезно? Нет, я такое не пропущу, - Яга выключила телефон и бросилась к метле. - У них фотосессия на озере, Серега с зеркалкой туда пошел.

Фотоаппарат, в который джинн-мастеровой Серега вставил осколки волшебного зеркала, единственный мог запечатлеть лики нечисти.

Метла доставила Ягу к берегу заповедного озера точно к моменту начала фотосессии, Серега как раз закончил настраивать установленную на штативе зеркалку, мавки с водяным отплыли в сторону, Кикимора с Майбахом стояли подальше, за осыпью, чтобы не попасть в кадр. На любимом плоском камне водяного симпатичная стройная женщина с длинными светлыми волосами, одетая в некое подобие просторной ночной сорочки с золотыми рюшками, пыталась поймать равновесие.

- Встань как-нибудь эротично, - не выдержал Серега.

Яга ухмыльнулась.

Ундина протянула руки к восходящему солнцу, сделала неверный шаг и с воплем "Шайзе!" обрушилась в воду. Мавки, водяной и изрядно выросший озерный змей бросились ее спасать. Не понявшая их намерений Ундина отбивалась, как могла, и успокоилась только когда Кикимора, подбежав, объяснила, что опасности нет, змей хороший, а мавки спасают по привычке, они не в курсе, что Ундина прекрасно плавает.

Устроившись на камне в сидячей позе и подобрав под себя ноги, Ундина наконец-то начала выглядеть эротично, чему способствовала мокрая сорочка, облепившая отличную фигуру. Мавка Синклитикия посоветовала фотомодели расчесывать волосы и протянула гребень. Серега успел два раза щелкнуть интуристку, но тут озерный змей заинтересовался процессом, всплыл с дифферентом на нос, и испортил кадр. Обернувшись, Ундина замахала на него руками, радостный змей решил, что с ним играют, и дал хвостом по воде.

Фотоаппарат Серега спас, прикрыв его своим телом, а берега озера второй раз услышали "Шайзе!", когда волной Ундину смыло с камня.

Напуганный руганью водяного змей ушел на глубину. Мавки загомонили, что они тоже хотят фотографироваться, Серега проверил зеркалку и облегченно вздохнул. Яга тихо хохотала за деревьями.

Пока Ундина фотографировалась с мавками, водяным и Кикиморой, солнце поднялось высоко, стало жарко, и мокрая одежда высохла. Далее Серега без устали щелкал кнопкой затвора, снимая Ундину, расчесывающую волосы, Ундину, простирающую руки то к дальним берегам, то к солнцу, икающую Ундину (но это получилось случайно), Ундину с жемчужным ожерельем, с коралловым ожерельем, с бутылкой пива (это тоже получилось случайно), Ундину на фоне камышей, на фоне маленького водопада, который образовывала впадающая в озеро лесная речушка, на фоне глупой морды озерного змея (случайно же!).

Наконец Серега распрощался и ушел, а Ундина с Кикиморой, расстелив на камне клеенку, вытащили из кузова Майбаха корзины с закуской и выпивкой, угостили мавок, и Яга поняла, что 1882-й год повторяется.

Дружный коллектив мавок помог с уничтожением запасов спиртного. Обнаружив нехватку пива, Кикимора с Ундиной переглянулись, велели мавкам дождаться их возвращения и полезли в кабину Майбаха. Избушонок повернулся и повез пьяных кумушек в магазин.

Из кабины донеслось:

- К жене пришел молодой любовник, когда муж пошел за пивом...

- Ца-ца!

- Тра-ля-ля-ля!

- Когда муж пошел за пиво-о-о-ом!..

Оседлав метлу, Яга вернулась в избу. Кот спал. Кукушка шепотом спросила:

- Как там дела?

- Рискну предположить дальнейшее, - успевшая проголодаться старуха полезла в холодильник. - Вначале они затарятся пивом, попутно нарвутся на скандал с дракой, потом вернутся и продолжат банкет на озере с мавками.

- А потом? - кукушка Тамара Георгиевна явно не ожидала таких похождений от интеллигентной Кикиморы.

- Не знаю, - Яга вытащила кастрюлю с рассольником. - Один раз за полтора века можно и оторваться.

Вечером взревели гусли-самогуды, давным-давно подключенные к мощному усилителю, а следом очень пьяный женский голос закричал в зафонивший микрофон:

- Дамен унд хэррен! Не спите? Ща будет караоке в честь встречи двух родственниц! И-и-и-и-и-и-и-и... Феличита! Э тенерси пер мано, андаре лонтано...

- Я пошел играть, - сказал кот и утвердился за компьютером.

После песни над озером загрохотал фейерверк. После салюта снова запели.

- Вроде выдыхаются, - заметила Яга после третьего часа караоке.

- Я читала, что Ундина милая и кроткая, - продемонстрировала эрудицию кукушка.

- Зато тут отрывается, - буркнул Бегемот. - На Брокене слабо, что ли?

- На Брокене все цивильно, толерантно и скучно, - сказала Яга и прислушалась. - О! Точно, выдыхаются.

Женский дуэт хрипел "Любо, братцы, любо".

- Тэнгу к Лешему тоже приезжает повеселиться, - заметила Тамара Георгиевна.

- Угу, - кивнула Яга, ковыряясь в папках на рабочем столе ноутбука.

- И Йоулупукки с Дедом Морозом тоже отрываются, - вспомнил кот.

- Угу, - снова кивнула Яга. - И мы с Кощеем тоже время от времени хулиганим. Жизнь полна стрессов.

- Вы с Кощеем? - опасливо уточнил Бегемот.

Яга подняла палец.

- Если б не такие маленькие праздники, мы бы опять взялись за старое - добрых молодцев изводить, красных девиц в уё... в чудовищ превращать, делать гадости, сглаз и порчу.

Хлопнула последняя ракета, и воцарилась тишина.

- Вот и пьянству конец, - подытожила старуха. - Марш спать. Утром, чую, придется опохмелять наших кумушек.

Хакеры

Коловший дрова у себя во дворе оборотень Анатолий с удивлением увидел на опушке леса черного кота Бабы-Яги. Кот оглянулся и заторопился к деревне, держа курс к дому Анатолия. Опустив колун, Толик ждал.

Из дома вышла кицунэ Юка и тоже увидела спешащего Бегемота.

- О, бакэнэко! - встретила кота лиса-оборотень.

- Сама такая, - отозвался Бегемот и обратился к Анатолию. - Толян, у тебя можно пожить?

Оборотень хорошо знал кота, поэтому спросил:

- Из леса выгнали? Натворил что-то?

Обычно проштрафившийся Бегемот просил политического убежища у Лешего.

- Не выгнали. Просто в деревне меня не сразу найдут, - кот опасливо посмотрел в сторону леса. - Пока будут искать, остынут.

- Да чо ты натворил? - Толика порядком заинтриговало поведение Бегемота.

- Не расскажеc - не пустим, - поддержала Анатолия Юка.

Оборотни весело переглянулись, однако коту явно было не до смеха.

- Дело такое, - хмуро начал Бегемот. - Давным-давно Кикимора сделала Ундине почту и страничку в соцсети. Думаю, дай загляну, посмотрю на последние фотки.

Анатолий с Юкой, устроившись на широком чурбаке для колки дров, внимали. Кот сел перед ними.

- Открыл, смотрю, там скукот-а-а-а, - продолжал Бегемот. - На фоне нашего озера стоит Ундина, руки то вверх, как будто ей "хенде хох" скомандовали, то вперед, то волосы чешет, и такой тоски 54 фотки. Ее Серега снимал, если что. А хозяйка рассказывала, что на фотосессии поинтереснее было, и Ундина с Кикиморой упились, и мавки в кадр совались, и змеюка озерная, и в воду падали пьяные. Я Сереге на мыло написал: скинь нормальные фото, он скинул.

- Нехоросо, - осудила Серегины действия Юка.

Анатолий хмыкнул:

- На нормальных был угар и трэш?

- На нормальные было приятно смотреть! - заявил Бегемот. - Не унылые рожи на паспорт, а... как это? Движуха, вот!

- Ты эти фотки на страницу Ундине запостил? - начал догадываться Анатолий.

- Хуже, - пробормотал кот.

- Хуже? - удивилась Юка.

Кивнув, Бегемот заговорил снова. Как оказалось, на странице была указана почта, и коту взбрело в голову ее взломать.

- Подобрал пароль? - с живым интересом спросил Анатолий.

Бегемот помотал головой.

- Ответ на контрольный вопрос подобрал, - сказал он.

- Почта не привязана к терефону?! - изумилась Юка. С произношением "ч" она в последнее время справлялась, с "ш" и "л" - категорически нет.

- Не-а, - сказал Бегемот. - И двухфакторной аутентификации тоже нет. Ресурс древний, почти сдохший, я думал, им не пользуется никто.

- Ну ты хакер, - с уважением охарактеризовал кота Анатолий. - А какой вопрос-то был?

- "Моя единственная любовь", - ответил кот.

Оборотни одновременно рассмеялись.

- Вам смешно, а я бы в жизни не догадался, - заметил Бегемот. - Тамара подсказала.

Эрудиция кукушки Тамары Георгиевны зашкаливала.

- Два хакера, - резюмировал Анатолий. - Как она догадалась?

- Она Жуковского читала, - доложил кот, - сказала: "Попробуй "Гульбранд", я набрал и подошло. Кикимора же почтовый ящик делала, вопрос на русском, ответ на русском.

- Понятно, - сказал Анатолий. - Ты залез в почту, оттуда на страницу и запостил фотки?

- И пароли поменял вместе с контрольным словом, - повинился кот.

- Мотя, так нехоросо! - погрозила ему пальцем Юка.

Анатолий призадумался.

- Свинство, конечно, так делать, но тебя же не вычислить. Чего ты свалил?

- Уже вычислили, - вздохнул кот. - Кикимора увидела фотки, позвонила Сереге, тот сказал, что, кроме меня, никому их не посылал. Сижу сегодня за компом, играю, слышу - Кикимора во дворе орет, чтобы изба передом повернулась. Я в окно и сюда.

- Держись, хакер, - Анатолий потрепал кота по черной лоснящейся спине, - будут бить долго.

- Когда это еще будет, - не очень уверенно произнес кот. - Так я поживу у тебя на сеновале?

- Валяй, - разрешил Анатолий.

Бегемот честно проводил время на сеновале, спускаясь исключительно в силу необходимости. Юка не жалела для гостя ни мяса, ни рыбы, ни молока, и кот начал толстеть, однако мирное житие прервалось на исходе третьего дня, когда из леса потянуло серой, а затем, распугивая кур, во двор ворвались адские гончие. Покрутившись вокруг дома, черные огненноглазые псы метнулись к сараю и, подняв морды к сеновалу, залаяли.

Помахивая поводками, к дому вразвалочку подошел Кощей.

Анатолий встретил его хмуро. Он чтил законы гостеприимства, поэтому приготовился сражаться за кота.

- Фобос, Деймос, фу! Лежать, - успокоил псов Бессмертный и повернулся к Анатолию.

- Не бойся за кота, не тронем.

Кашлянув, Бессмертный с прищуром глянул на сеновал:

- Мотька, выходи. Не обижу.

- Не выйду, - донеслось сверху.

Бегемот живо помнил первое знакомство с хеллхаундами.

Кощей снова кашлянул, и Анатолий увидел, что тот давится со смеху.

- Не... - Кощей фыркнул. - Не бойся, хакер. Ситуация изменилась, веник и другие воспитательные меры отменяются.

В слуховом окне показалась морда кота.

- Докладываю обстановку, - Бессмертный боролся с хохотом. - Ундина просила передать, что нисколько не сердится. У нее тысяча триста лайков за сутки, запросы в друзья и три предложения руки и сердца.

- Вот что фотки животворящие делают! - не выдержал Анатолий.

С трудом справившись со смехом, Кощей добавил:

- Просьба вернуть контроль над почтой.

- Ладно, - размяк кот. - Собак убери, я спускаюсь.

Попрощавшись с Бегемотом и Кощеем, Толик вернулся в дом и обнаружил Юку, возящуюся с телефоном.

- Парори меняю, - не дожидаясь вопроса, пояснила кицунэ. - Номер перепривязываю, - она посмотрела на Анатолия. - В дзигоку твоих хакеров!

Японские демоны

Обжившаяся в деревне кицунэ Юка подала на стол капустный салат с тонкацу и заявила:

- Торик, мы неправирьно живем.

Оборотень Анатолий вдохнул аромат и сказал:

- А я тебе давно предлагал получить гражданство.

- Я не об этом, - Юка полила тонкие ломтики тонкацу на своей тарелке соусом. - Почему у нас нет дзасики-вараси?

Еда Анатолия почти скрылась под лавой кетчупа. Поначалу Юка пыталась уговорить Толика на соус, но поняв, что это бесполезно, смирилась и лила ему в тарелку кетчуп в промышленных масштабах.

- Чего? - Анатолий отрезал толстенный ломоть хлеба и приступил к ужину.

- Домасний дух, - кицунэ расправила складки кимоно и грациозно уселась на стул.

- А, домовой, - дошло до Анатолия.

Некоторое время он сосредоточенно поглощал еду, потом сказал:

- Потому что у нас три домовых на деревню, они за всеми хозяйствами присматривают. Яга говорила, раньше домовых полно было, и овинники водились, и банники.

- Я... - Юка насторожилась.

Анатолий тоже перестал есть, прислушался.

К дому кто-то шел знакомой семенящей походкой.

- Брядь, - выругавшись, Юка вскочила и исчезла в спальне.

Анатолий с тоской посмотрел на входную дверь.

На высоком пороге возникла его старшая сестрица с криво построенной улыбкой.

- Денег нет! - Толик сгреб остатки салата, отправил в рот и долго сосредоточенно жевал, всем видом показывая, что не рад визиту.

Отношения с сестрой у него были натянутые. После того, как она навела на деревенских порчу, а Толик дал ей в глаз, они долго не общались. Приходил ее муж Виталик занять деньжат, отдавал со скрипом и надоел Анатолию безмерно, потом зачастила сестрица по мелочам - то соли, то сахару, то ниток... Юка ее терпеть не могла.

Поскольку в роду Бадаловых хватало колдунов, ведьм и знахарей, старшая сестрица Анатолия много знала про заповедный лес. По деревням ходили слухи, что у лесных обитателей водятся деньжата. Анатолий водил близкое знакомство с лесным бомондом.

- А я заявление написала, что ты комнату мигрантам сдаешь, - сладко пропела сестрица.

Анатолий поковырял черенком вилки в крепких белых зубах.

- Морду начищу, - пообещал он.

- Заявление про побои напишу, - еще слаще пропела паскуда.

- Мы твою Забаву загрызем, - Анатолий швырнул вилку на стол.

- А мы ее вчера продали, - парировала сестра.

Кроме коровы Забавы и куриц, Анжелика Федоровна Бадалова, по мужу Задерищенская, никакой живности не держала.

Из спальни вышла Юка. Глаза кицунэ горели неприятными огнями.

- Уходи отсюда, - приказала она. - Бака!

Ни Анатолий, ни его сестра не знали значения этого японского слова, но догадались, что Юка употребила ругательство.

- Вали, - сказал сестре Анатолий, - иначе вынесу.

- Ты меня еще вспомнишь, - ухмыльнувшись, Анжелика пошла к выходу.

Юка топнула ногой.

- Мы ее вспомним? Хе. Она нас вспомнит.

- Ты это... - начал было Анатолий, однако Юка решительным взмахом руки прервала его.

- Гадости не будет, будет воспитание. "Кавасаки" возьму?

- Бери, - разрешил Толик.

Водить мотоцикл Юка умела отлично, и скоро "Кавасаки" повез кицунэ в заповедный лес.

Отсутствовала Юка долго. Анатолий, сваливший на нее приготовление еды, успел вспомнить старые навыки скоростной чистки картошки.

Наконец Юка объявилась, а в доме Задерищенских начали происходить странные вещи. Для начала ожил старый валенок, ночью слонялся по дому, загнав перепуганных хозяев на печь, кричал нехорошие слова про Анжелику и декламировал матерные частушки. Анжелика с Виталиком орали так, что сбежались соседи. Самый смелый выкинул валенок на улицу, где он снова превратился в мирную обувь, обиталище моли.

Вызванный из райцентра батюшка побрызгал углы святой водой, но это не возымело действия. Следующей ночью кто-то невидимый щекотал Анжелике пятки, переворачивал подушки, доведя женщину до приступа животного ужаса. Остаток ночи она с мужем провели у недовольных соседей.

Раннее утро нанесло контрольный в голову Виталика. Поскольку Анжелика наотрез отказалась возвращаться домой, кормить кур он отправился собственной персоной. Когда его внимание привлек шорох, Виталик обернулся и увидел потрясающую картину: на него двигался на четвереньках какой-то человек голым задом вперед и смотрел на него... ГЛАЗОМ, расположенным точно посреди задницы. Нервы Виталика не выдержали, и с воплем он бросился по улице, перебудив полдеревни.

Анжелика умела навести сглаз и порчу, сделать приворот и отворот и даже проклясть, но против этих порождений фантазий невменяемого сюрреалиста оказалась бессильна. Виталика она анестезировала самогоном и приложилась к чудодейственному напитку сама.

Другим жителям Антоновки странные существа не являлись.

Анжелика догадывалась, кто за этим стоит, однако пойти к брату мешало женское упрямство. Две ночи она героически терпела щекотанье пяток, мерзкое хихиканье под окнами и храп пьяного Виталика, пока выведенные из терпения соседи не отказали в приюте.

В доме ее встретил припрыгавший к порогу старый зонтик с длинным высунутым языком. Захлопнув дверь, Анжелика усадила не вполне протрезвевшего мужа на завалинку, стиснула зубы и направилась к брату.

Анатолий еще не вернулся с работы, Юка готовила суп мисо для себя и жареную рыбу для него. На гостью кицунэ посмотрела насмешливо.

- Твоих лап дело? - спросила Анжелика.

Зная про оборотничество Анатолия, она знала и про лисий облик Юки.

- У меня есть много чего, - сообщила кицунэ. - Рокуро-куби. Сагари. Иттан-момэн, - Юка прищурилась так злобно, что Анжелику затрясло. - Ты написи про Торика что-нибудь - такое поручис... у-у-у-у.

- Не писала я ничего! - вырвалась у Анжелики истинная правда.

- Сантаж тоже нехоросо, - мрачно сказала кицунэ.

- Да поняла я, поняла, - Анжелика и не рада была, что связалась с японским оборотнем. - Забери нечисть.

- Да, - кивнула Юка.

Вечером она рассказала Анатолию о результатах. Тот, правда, уже слышал о загадочных явлениях в деревне и кое-что понял, поэтому уточнил:

- Это разные твари или что-то одно превращается?

- Разные, - отозвалась кицунэ. - Завтра в туннерь отвезу. Домой. Дзасики-вараси оставить, а? У нас жить будет.

- Домового? - задумался оборотень. - Оставь. Я его с нашим Матвеичем познакомлю, пусть русскому учит, остальным обратно в Японию пора. Тут своих хватает.

Совещание

В заброшенном доме на окраине Малиновки прошло короткое производственное совещание, открыл которое домовой Матвеич словами:

- Зосимыч, тябя просто побить али ногами? У Кутеповых баня сгорела, это как?

В говоре домового проскакивали южнорусские элементы, все к этому давно привыкли.

Банник Зосимыч лениво отозвался:

- Иди ты под полок и за каменку. Вас по трое на деревню, я один на район, а Сашка Кутепов опять пьяный баню топил.

Домовые загомонили, ругая Кутепова и вспоминая его степенных и ответственных предков. После дебатов слово взял Данилыч:

- Мало нас осталось, не успеваем никуда, - свернув самокрутку, домовой повернулся к баннику. - А всё ж, Зосимыч, ты за банями плохо следишь. Кутепов-от раз в неделю из города приезжает дом протопить да в бане попариться.

- И нажраться, - негромко вставил кто-то из темного угла.

- Что мне, противопожарную сигнализацию в кажинной бане поставить? - огрызнулся банник.

- Хорошая мысль, - хмыкнул аккуратный домовой в белых штанах, украшенных тесьмой, короткой суконной куртке сине-чёрного цвета и красной шапке.

- Повыступай еще, инородец! - взвился Зосимыч.

Домовой в необычной одежде покачал головой:

- Никак не угомонишься.

- Я щас всех помирю, - сурово проговорил кряжистый Трофимыч из Антоновки, занимавшийся боксом, как и три поколения его хозяев.

- Зосимыч, хватит, - присоединился Данилыч. - Второе столетие с Деяном лаетесь, пора бы завязывать.

Сербский домовой-малич Деян, попавший в Россию в 1916 году, развел руками. Зосимыч сердито насупился.

- Кажин раз одно и то же, - вздохнул Матвеич и посмотрел на банника. - Кабы не заступились, ты и японца бы прибил.

Зосимыч покраснел.

- А чо он «конь ночевал, конь ночевал...»

Домовые грохнули. Познакомившись с японским коллегой дзасики-вараси по имени Дайске, они успели выучить японское приветствие «коничива». Зосимыч, мотавшийся по деревням, как всегда, многое упустил.

- Аригато, Зосимыч-сан, - блеснул Деян знанием японского. - Повеселил.

- Помрешь с вами, - Матвеич выдернул у Данилыча самокрутку и глубоко затянулся. - Я чего вас собрал-то. Дайске говорит, у них в префяктуре домовых штук десять бясхозных и столько же аканамэ, банников, то есть.

- Эхма, всюду с деревнями беда, - посочувствовал японцам Трофимыч.

- Они эмигрировать хотят? - догадался Деян.

- Не против, - кивнул Матвеич. - Им Юка про нас рассказала, и Дайске туточки понравилось.

- Юка - это которая в лису превращается? - уточнил Зосимыч. - Хорошая девка, добрая, - банник размяк. - Бабкам на выселках помогает.

- Ну, - подал голос молчаливый Макарыч из Заполья. - Ежели Юка рекомендует, - он усмехнулся, - надо принять. Дайске по-нашему научился, и эти научатся. Банников дадим Зосимычу под начало, остальных по деревням раскидаем. Голосовать будем?

- Да вроде никто не против, - обвел взглядом коллег Матвеич и поднялся. - Пойду к Юке, скажу, пусть приглашает. Пополним личный состав.

Специфика профессии

Жарким летним днем домовой Матвеич сидел в избе Яги и задавал риторические вопросы.

- Куда катится молодежь? - патетически возгласил он.

Яга придвинула гостю чай и блюдце с печеньем и сушками.

- Ты о японцах?

Несколько японских домовых и банников-аканамэ, рискнувших перебраться в Россию, осваивались на новом месте.

- Нет, я про людей, - Матвеич отхлебнул чаю, вздохнул и пояснил: - про студенток ныняшних.

- На каникулы приехали? - догадалась старуха.

- Приехали, - домовой покачал головой, - и решили погадать в бане.

Изба иронично заскрипела. Яга высоко подняла кустистые брови.

- Это же святочное гаданье! - сказала старуха.

- Им пофигу, - высказался из-за монитора черный кот.

Из динамиков доносился рев моторов и грохот разрывов, кот Бегемот явно опять влез в какую-то танково-самолетную игру. Подумав, кот выключил колонки, и в наступившей тишине Матвеич грустно подтвердил:

- Им пофигу. Но было интяресно. Зосимыч рассказывал...

Банник Зосимыч позвонил Матвеичу в час ночи. Поначалу он говорил исключительно междометиями, потом пришел в себя и принялся излагать историю более связно.

Приняв под руководство трех японских аканамэ, Зосимыч научил их паре сотен русских слов и доверил каждому по самой большой и часто посещаемой бане в деревне. Баннику Нобору досталось глобальное строение, принадлежащие семьям Воробьевых и Пивоваровых в Антоновке. Именно в ночь, когда Зосимыч пытался донести до японца суть должностных инструкций, Соньке Воробьевой после пива и шашлыков с подружками стукнуло в голову погадать на богатство.

Ночь и без пьяных студенток выдалась напряженной, потому что по ходу инструктажа кошке Пивоваровых приспичило окотиться в бане. Роды были тяжелыми, банники-акушеры, ругая кошку по-русски и по-японски, извлекали котят и откачивали мамашу. Поскольку кошка славилась как крысоловка, котят от нее расхватывали мгновенно, и за них банники сражались насмерть. Крыс никто не жаловал.

Полок уделали кровищей. Аканамэ Нобору походил на маньяка.

- Бой идет не ради славы, ради жизни на Земле, - пыхтел Зосимыч, у которого чувство юмора прорезалось в самые неподходящие моменты.

Ближе к полуночи, в разгар родов, Зосимыч услышал у бани тихие голоса и нервный смех. Кошка как раз ненадолго притихла, а дверь распахнулась, и в банном полумраке заблестела белой кожей заботливо откормленная задница.

- Мужик богатый, погладь рукой мохнатой! - пропищали снаружи.

Банники, конечно, видали и не такую эротику, но в этот момент роженица истерически замяукала, Нобору от неожиданности с грохотом уронил шайку, а потерявший голову Зосимыч изо всех сил звезданул по пятой точке веником и выдал совершенно замечательную конструкцию, в которой даже предлоги с союзами приобрели неприличный смысловой оттенок.

Задница вывалилась наружу, с улицы три или четыре голоса моментально заверещали и продолжали верещать, удаляясь по направлению к деревне.

Последний котенок родился без помощи акушеров.

Убедившись, что кошка с котятами в норме, банники смылись от греха, и тогда-то Зосимыч позвонил Матвеичу.

- Вот такая, значить, вяселая ночка, - закончил пересказ домовой под хохот кота Бегемота.

- Кхм, - Яга громко фыркнула. - Такова специфика профессии.

- И ня говори, - подтвердил Матвеич и полез за кисетом.

Болотный дед

Поутру к дому Кикиморы подъехали Полевой на избушонке-внедорожнике и Кощей на мотоцикле, вторым пассажиром Бессмертный привез Лешего.

- У нас проблемы, - сказал Полевой.

Тут прилетела Яга, красиво приземлилась у крыльца и спрыгнула с метлы.

- Все нормально, грибника до деревни проводила, - доложила она.

Недоумевающая Кикимора переводила взгляд с одного незваного гостя на другого. Леший спрыгнул с мотоцикла.

- Короче, мать, - сказал он, - твоя родня на Загулинском болоте живет еще?

- Живет, - ответила Кикимора и поспешила поинтересоваться: - в чем, собственно, дело?

Всё началось два дня назад.

Проезжая вечером мимо Загулинского болота, Полевой с удивлением увидел тусклые синие огни. Огни призывно мерцали, словно приглашая прогуляться на болото. Между кочками с чахлыми деревцами слабыми волнами ходил туман, который очень не понравился Полевому.

Затем кто-то басовито заорал. Избушонок Джип развернулся в сторону крика и врубил все фары, которые у него имелись, а имелось их у него восемь штук, из них две противотуманных. В почти дневном свете Полевой увидел полузатопленного между кочками лося Кубышкина. Он и орал. Позвонив на всякий случай Лешему, Полевой принялся извлекать идиота Кубышкина при помощи троса, лебедки и Джипа. Шестьсот пятьдесят кило живого веса удалось вытащить как раз к прибытию злющего Лешего, который обругал лося тупицей и позором лесного сообщества. На справедливое негодование лесного хозяина Кубышкин ответил, что болото ему, в принципе, нафиг не надо, однако зеленые существа на кочках поманили его необычайно вкусным мхом с россыпью черники. При виде крупных черных ягод лось всегда терял волю.

Леший велел Кубышкину убираться, сам побродил по краю болота, но ничего подозрительного не заметил. Словам лося о зеленых существах особой веры не было, поскольку в прошлом году Кубышкин выхлестал в сарае Семыкиных ведро бражки, вообразил себя куницей и пытался залезть на елку. Так что лось мог действительно видеть болотников, а мог и словить глюки.

Но днем на болоте пропали грибники, и если бы не Яга, отыскавшая их с воздуха, трудно предположить, чем бы все закончилось. С пристрастием допрошенные Кощеем любители маслят и подберезовиков клятвенно заверили, что не заметили, как зашли в болото, потому как видели только грибы. Нет, не так. ГРИБЫ! Крепенькие, без червей, ладные, как солдаты гвардейского полка. Правда, в корзинах у грибников оказались шишки и мусор.

Посовещавшись в чате, Кощей, Леший, Яга и Полевой решили навестить Кикимору: кто-кто, а она должна знать, что творится на болоте.

Созвониться с ней не удалось, звонок не проходил.

Последнего грибника, бредущего по кочкам, Яга увидела по пути и свернула, чтобы вытащить его из болота и направить в деревню со строгим наказом пока за грибами не шастать.

- Ох, - выслушав, сказала Кикимора. - С чего вдруг болотники людей и зверей заманивать начали? Раньше такого не водилось.

Болотники жили настолько тихо, что остальная нечисть вообще забывала об их существовании. Лишь поругавшийся с ними Полевой помнил болотную семейку.

- А ты их навести, - предложил Леший. - Хошь, мы с Серегой твой Майбах в болотоход переделаем?

Избушонок Кикиморы по имени Майбах, услышав предложение лесного хозяина, затрясся на гусеницах. Джинна-мастерового Серегу он боялся панически.

- Говорил я, надо держать под рукой что-нибудь на воздушной подушке, - подал голос Кощей и покосился на Ягу.

- Хрена тебе лысого, а не эксперименты над избой, - сразу поняла его Яга. - Цеппелина мало?

Зная, что дискуссия между Кощеем и Ягой может затянуться, Кикимора поспешно вставила:

- Схожу я на болото, схожу, - она повернулась к избушонку. - Майбах, перестань трястись, никто тебя не тронет.

Избушонок затих.

Относительно сухой и безопасный вход на болото был близ проселка между Малиновкой и Запольем. Туда-то все и отправились. По пути договорились, что Кикимора пойдет в сопровождении Лешего, поскольку семейство болотников Сысоевых в позапрошлом веке разругалось с Полевым и наверняка помнило этот факт, Яга жителей болота терпеть не могла, Кощей просто сказал, что никуда не пойдет. Точка.

- На, - предусмотрительная Яга сунула Кикиморе ракетницу с сигнальными патронами. - Если что - пали в воздух. Прилечу.

- Лучше пали в Сысоева, - угрюмо напутствовал Полевой.

Когда Кикимора с Лешим углубились в болото, лесной хозяин закурил трубочку, а Кикимора принялась орать:

- Сысоев! Сы-со-ев! Выходи!

- Надо было мегафон купить, - заметил Леший.

Кикимора отмахнулась и продолжила взывать к болотнику. Тот не отзывался.

Потихоньку двигаясь по ковру из мха, Леший с Кикиморой добрались до большой кочки. Взойдя на ее верх, Кикимора почти оперным голосом завыла:

- Сысо-о-о-о-е-е-е-ев! Это я, Ки-ки-мо-ра-а-а-а!

- Это было сильно, - сказали с другой стороны кочки.

Раздвигая ветки багульника, оттуда выбралось существо, поросшее густой мохнатой шерстью с зеленым отливом. Кикимора пригляделась.

- О, Сысоева, - недобро произнесла она. - Где муженек?

- Туточки, - из кустов показалось существо побольше. - Чего надоть?

- По ушам вам треснуть надоть, - сказала Кикимора.

Сысоевы одновременно пошевелили крохотными полукруглыми ушками и опасливо посмотрели на Лешего. Тот выдохнул дым и спросил:

- С чегой-то вы, любезные, людей на болото заманивать стали?

Болотник поманил лесного хозяина лапкой с перепонками меж пальцев и прошептал:

- Болотный дед проснулся, мяса хочеть.

- Во как, - проговорил Леший. - А послать его?

Сысоев помотал головой:

- Тады он нас сожреть.

Кикимора стояла задумчивая. Болотный дед, иначе болотный черт, был тварью кровожадной, вот только он пребывал в летаргии века примерно с семнадцатого. Угораздило же его проснуться.

- А если вам на другое болото переселиться? - предложил Леший.

- Тады он вас сожреть, - сказал Сысоев.

- Нас-то не сожрет, деревенским плохо придется, - буркнул лесной хозяин. - Кикимора, мож, деда того?.. - Леший выразительно чиркнул себя по горлу. - Нафиг нам тут Ганнибал Лектер?

- Он неубиваемый, - отозвалась Кикимора.

- Бля, - сказал Леший, подведя итог переговорам.

Внезапно хриплый низкий голос вдалеке пробулькал:

- Мя-я-яса.

- Ближе подбирается, - обеспокоился Сысоев.

- Гм... - Леший не спеша выколотил трубочку. - Дед ваш большой?

- Так-то с медведя, - прикинув, сообщила Сысоева.

Кикимора глянула на Лешего.

- Ну-ка запусти ракету, - прищурился лесной хозяин, - призови ВВС.

Прилетевшая Яга, с любопытством выслушав предысторию и инструкции, кивнула и умчалась. Пока она летала, болотный дед дважды потребовал мяса, а Сысоевы определили по звуку его примерное местонахождение.

Наконец Яга на бреющем подлетела к кочке и свалила на руки Лешему приличных размеров картонную коробку. По боку коробки шла надпись синим маркером «всё для эвтаназии».

- Ну и шуточки, - прочитав надпись, заметила Кикимора.

- Если бы, - Леший разрезал скрепляющий крышку коробки скотч и извлек тяжелый пневматический пистолет, компрессор для накачки, инъекционные дротики и кучу ампул россыпью. - Как, по-вашему, зверей усыплять? - сердито спросил лесной хозяин. - Чумку у зайцев помните? А бешеных лисиц?

- Думаешь, на болотного черта подействует? - засомневалась Яга.

- МЯ-Я-Я-СССА! - пронеслось над болотом.

Сысоевы содрогнулись.

- Не, можно, конечно, батюшку из райцентра пригласить с крестом и святой водой, - сказал Леший, - но это будет слишком радикально, - лесной хозяин почесал стволом пистолета пятно мха на щеке. - Пошли?

Первыми шли Сысоевы, которым до безумия хотелось уложить болотного деда в спячку еще лет на триста. Они сами его боялись. За ними шагал Леший, держа наготове заряженный дротиком пистолет. Прикрывала всех Кикимора с ракетницей.

Яга летела поодаль, и первой заметила болотного деда именно она.

- Вон он! - старуха жестом Ленина указала на островок, где лежала косматая туша, покрытая тиной.

Кикимора с Лешим выстрелили одновременно. В наступающих сумерках ракета осветила болото нереальным красным светом, опустилась в коричневую воду и погасла. Леший попал. Его пистолет с накачкой, тюнингованный Серегой, бил мощно и точно.

Болотный дед взвыл, попробовал одновременно встать и вытащить дротик, но Леший успел выстрелить еще два раза.

Когда Яга подлетела к нему, кровожадная тварь отрубилась начисто и храпела, пуская пастью пузыри, пахнущие метаном.

- Надолго он? - осведомилась Кикимора.

- Кто его знает, - озабоченно ответил Леший. - Эй, Сысоевы!

Болотники послушно пришлепали.

- Ваша задача - следить, чтобы дед пока не проснулся, - лесной хозяин высыпал в подставленные руки ампулы и шприцы. - Так. Наша задача - сделать так, чтобы он не проснулся в обозримом будущем.

О спящих красавицах

Оборотень Анатолий не жаждал видеть ни сестру, ни зятя, но однажды они явились, напуганные до усрачки, чем сильно удивили Толика.

Судя по всему, чета Задерищенских примчалась к родственнику прямо из леса, поскольку с ног до головы супруги были экипированы для охоты на грибы-ягоды, и пахло от них антикомариным парфюмом, от чего чувствительный к запахам Анатолий расчихался.

- Толян! - вцепился в него грязными руками зять Виталик. - Толян, на болоте гроб стоит, во те крест, сам видел.

Он перекрестился.

Сидевшая у окна за шитьем кицунэ Юка презрительно фыркнула. Анжелика, сестра Анатолия, державшаяся лучше мужа, повела глазом на японку.

- Я ни при чем, - заявила Юка.

Анатолий отцепил от рубашки руки Виталика, усадил его за стол и достал из шкафа незаменимое лекарство для снятия стресса. После первой стопки Виталик с Анжеликой пришли в себя. Юка нарезала колбасы и велела закусывать, Толик налил родственникам по второй и велел рассказывать.

Сбивчивый рассказ много времени не занял. Увлеченные сбором клюквы и подберезовиков, супруги Задерищенские углубились в печально знаменитое Загулинское болото, где, как слышал Анатолий от волка Француза, недавно Леший произвел отстрел болотного черта.

Поначалу супруги услышали гудение, время от времени переходящее в треск, потом увидели среди чахлых деревьев и кустов гроб. Гроб светился и раскачивался. Потом что-то завыло, над гробом поднялся густой туман, и Анжелика с Виталиком наперегонки пустились с болота, побросав корзины.

- Чего в гроб не заглянули? Вдруг там Спящая красавица лежит, - совершенно не проникся Анатолий. - Поцеловал бы ее в уста сахарные Виталий свет Алексеевич, и была бы у него нормальная жена, а не вот это вот, - он кивнул на сестру, с которой был в конфронтации с давних времен.

Юка неприятно засмеялась.

- Дурак, - сказала Анжелика.

- Ну не верю я в гробы на болоте, - произнес Анатолий, стараясь говорить убедительно.

На самом деле, знаясь с лесной нечистью, он понимал, что в заповедном лесу и на прилегающих территориях возможно всё - от появления генетических мутантов до визита инопланетян. Так что ящик со Спящей красавицей мог и появиться.

- Да?! - взвился Виталик. - Сам сходи!

Успокоив родственников, Анатолий кое-как выпроводил их и переглянулся с Юкой. Кицунэ сморщила нос:

- Про то борото Француз говорир, да?

- Оно одно в районе, - сказал Анатолий. - Отгул взять и сходить туда, что ли.

- И я! - воинственно выпрямилась Юка.

- Куда ж без тебя, - ухмыльнулся Толик.

Через день оборотни шагали по кочкам Загулинского болота. Вглубь километра на два все было выбито - и грибы, и ягоды, но подальше стали встречаться вначале отдельные представители этих видов, затем уже россыпи. Далеко люди заходить не рисковали, видимо, гроб являлся не одним Задерищенским.

Запахи над болотом витали странные.

- Какой-то дрянью шмонит, - не выдержав, признался Анатолий. - Лекарством или химией.

Юка помотала головой.

- Помнис, мы мимо старой сварки гуряри? Туман. Он так пахнур.

- Точно! - хлопнул себя по бокам Анатолий, вспомнив о знаменитом волшебном тумане, свойства которого изучали Кощей, Полевой и джинн-мастеровой Серега. - Блин, тумана нам не хватает, - он застыл, прислушиваясь. - Гудит.

- Хай, - согласилась кицунэ.

Крадучись, оборотни пошли на звук. Анатолий жалел, что нынче не ночь с полнолунием, в волчьем облике было гораздо безопаснее.

Если честно, он немного побаивался неизвестного, зато в Юке проснулся самурайский дух.

Отмахиваясь от комаров длинной веткой, как катаной, кицунэ бодро прыгала с кочки на кочку, напевая боевую песню на родном языке.

Гудение постепенно становилось громче, а скоро оборотни вышли на остров с низкими кустами, кривыми березками и недоразвитыми елочками. Мхи острова россыпями покрывала клюква. Поодаль от главного скопления ягод валялись почти полные корзины.

Меж кустами просвечивало что-то серебристое, оттуда же раздавалось гудение. Оборотни переглянулись.

- Ну чо, кричим «банзай!» и рвем в атаку? - шепнул Анатолий.

Юка нахмурила тонкие бровки, размышляя.

- Нет, - она моментально превратилась в лису и скользнула в заросли, взмахнув всеми девятью хвостами. Не было ее буквально минуту, затем она вернулась в человеческом облике, храня на лице озадаченное выражение.

- Идем, - скомандовала она, и Анатолий пошел.

В принципе, говоря о гробе, Виталик Задерищенский не сильно ошибался. Конструкция, установленная на деревянном помосте, напоминала формой хрустальное обиталище Спящей красавицы. Но сделана она была из металла.

Походив вокруг и послушав гудение, Анатолий рискнул взобраться на помост и глянуть на крышку, в которую вставлено было круглое, как иллюминатор, бронестекло. Как ни вглядывался в него Анатолий, ничего, кроме плотных серебристых облаков, внутри разглядеть не смог.

- Эт чо за саркофаг? - изумленно спросил он.

Юка пожала плечами.

- Это криогенная камера, балда, - сообщили из кустов.

Реакция у оборотней была отменная, оба метнулись на голос и столкнулись с существом, напоминающим медвежонка. Только шерсть его имела грязно-зеленый оттенок.

Убегать существо не собиралось.

- Храбрые люди, я смотрю, - буркнуло оно и принюхалось. - А не... не люди... зверем пахнеть.

- Ты кто? - сурово спросила Юка.

- Болотник я, Сысоев, - отозвалось существо.

Про болотников Толик не слышал, Юка тем более.

- Хорошо, ты болотник, а это что?! - перст Анатолия указал на металлический гроб.

- Криогенная камера, сказал же, - вздохнул Сысоев. - Ты глухой или тупой?

Юка обидно хихикнула. «Гейша девятихвостая», - подумал оборотень и сумрачно поинтересовался:

- Занахера она? Людей пугаете.

- Не надо тут шляться, - проговорил Сысоев. - А в камере болотный дед.

- Зачем? - изумился Анатолий и выслушал дивный рассказ о пробуждении кровожадного болотного деда.

- А потом Леший сказал, что деда надо заморозить, - закончил Сысоев.

- Дела, - оборотень прибил на щеке прорвавшегося через завесу репеллента комара. - Серега камеру сделал?

- Он, - с уважением произнес болотник. - Говорить, смешал жидкий азот с волшебным туманом, этого деду надо-о-о-олго хватить. Вот, ждем Серегу с миникраном, будем деда под воду спускать. Окончательно.

Обратно Анатолий с Юкой шли не спеша, не забыв подобрать брошенные корзины. Толик выглядел подозрительно задумчивым.

- Ну что опять? - не выдержала Юка.

- Не, ничего, - ответил оборотень. - Я подумал, а не было ли у сказки про Спящую красавицу реальной истории? Вдруг кого-нибудь тоже заморозили в криогене?

- С ума сосер, - резюмировала кицунэ.

- Почему? - сказал Анатолий. - Инопланетный корабль потерпел аварию, из него вывалилась криокапсула, и...

- Ой, всё! - и Юка закрыла уши изящными белыми руками.

Деревянная Венера

Яга с Кикиморой ввалились в дом Лешего, оторвав хозяина от сортировки шовного материала. Ему недавно пришлось экстренно накладывать тринадцать швов идиоту Кубышкину, который неудачно подрался с другим лосем, и в суматохе рассортированный шовник перемешался.

- Пертозерский опять дурит, - сообщила Кикимора.

У водяного Пертозерского время от времени случались закидоны.

- Утомил, - кивнула Яга.

- Чего хочет? - Леший покрутил упаковку с шовником, подумал, кинул в коробку.

- Статую на берегу озера хочет, - сказала Кикимора, падая на стул.

Яга примостилась на табурете.

От изумления Леший рассыпал медикаменты на пол, чертыхнулся, полез собирать.

- Статую по морской тематике, - уточнила Кикимора.

- А ростральную колонну ему не поставить? - возмутился Леший. - На озере, поди, цунами?

Он собрал рассыпанное и свалил на кровать.

- Не то слово, - сказала Яга. - Мавки с Кешей в затон перебрались, там потише.

- С каким Кешей? - отстраненно спросил лесной хозяин, начиная раскладывать шовник в коробки по второму разу.

- Со змеем, - пояснила Яга и поинтересовалась: - придумаем что-нибудь со статуей или ну ее к черту вместе с водяным?

- Мавки жалуются, - вставила Кикимора. - И Кешу жалко.

Леший задумался ненадолго.

Потом встал, вытащил из угла паяльную лампу и потер. Из раструба вылетели клубы синего дыма, которые материализовались в джинна-мастерового Серегу. Джинн протирал глаза.

- Поспать не дадут, - мрачно сказал он. - Здароф, женщины, что стряслось?

Выслушав старух, Серега нахмурился.

- Не, литейный цех я тут устраивать не буду. Хотя... - он ухмыльнулся. - Можно сваять из бронзы статую Пертозерского в натуральную величину, статуя покроется патиной, позеленеет и будет вылитый он.

- Ни за что, - сказала Кикимора. - Пертозерский страшный, как моя жизнь. Надо такое, - она выразительно покрутила рукой, - красивое, романтичное, женственное.

- Мавку Синклитикию с Кешей в руках, - съехидничала Яга.

Серега засмеялся.

- Статуя обязательно должна быть бронзовой? - вдруг спросил Леший. - Намедни с лесовоза лиственница упала, так и лежит на обочине, ствол - во! - он показал большой палец.

- Точняк, можно из дерева вырезать, - оживился джинн, - вот только что?

- Афродиту, выходящую из пены, - предложила Кикимора.

Яга посмотрела на подругу и едва удержалась, чтобы не покрутить пальцем у виска.

- У меня из инструментов бензопила, электролобзик и топор, - предупредил Серега. - Тонкой работы не ждите.

- Чую, статуя будет в стиле кубизма, - проговорила Яга.

- Да и черт с ним, - сказал Леший. - Сделать, поставить и будь что будет, иначе Пертозерский всё перебаламутит.

- Один водяной в округе, и у того табун тараканов в голове, - вздохнула Яга. - Вот кого надо было заморозить на веки вечные, а не болотного деда.

- Да ладно, у Пертозерского и так зимняя спячка полгода, - зевнул Серега. - Тросы есть? Поехали за лиственницей.

Доставив ствол на подворье Лешего, старухи попрощались и отбыли. Напоследок Яга обернулась и увидела, как Серега ходит вокруг лиственницы, что-то прикидывая.

Любопытная Кикимора наведалась к нему на следующий день, но никаких изменений не обнаружила. Ствол по-прежнему стоял во дворе, укрепленный на всякий случай растяжками, Серега сидел в интернете, на расспросы отвечая невпопад, Леший с руганью зашивал лося Осинникова, вечного соперника Кубышкина. Ничего не выяснив, Кикимора уехала.

Яга с трудом уговорила Пертозерского не буянить, обещая статую в духе современного искусства. Озеро поутихло, но мавки с Кешей оставались пока в затоне. Старуха позвонила Сереге, попросила не выделываться и поторопиться поставить хоть что-нибудь. Джинн сказал, что эскизы он сделал и работает в поте лица. При слове «эскизы» Яга содрогнулась, поскольку сильно сомневалась в художественных способностях джинна.

Наконец Серега отзвонился и сообщил, что статуя готова, привезена к озеру и установлена за осыпью. На открытие ждет всех.

Не теряя времени даром, Яга вскочила на метлу и понеслась.

На озере было тихо. Среди водной глади торчали головы водяного, мавок и змея Кеши. За осыпью на капитальном каменном постаменте стояла фигура, задрапированная двумя простынями. У постамента курил Леший, рядом с ним сидел на мотоцикле, поставленном на подножку, Кощей. Тут же сидели адские гончие Фобос и Деймос и крутилась декоративная дракониха Зажигалка. Поздоровавшись, Яга слезла с метлы и, картинно опершись о черен, взглянула на статую, однако драпировки скрывали ее контуры. Впрочем, высоту ее на глазок Яга определила в три аршина.

- Полевого не будет, - сообщил Серега и вышел из-за статуи. - Кикимора сейчас подъедет.

- Страшновато мне, - пробормотала Яга, покосившись на суровую рожу водяного. - Пертозерский не оценит современное искусство.

- Тогда поедет обратно в Карелию, - подал голос Кощей. - Носитесь вы с его прибабахами, как с писаной торбой.

- Зато он за озером следит, - заявил Леший. - Вода чище, чем в Байкале.

Мавки, Кеша и Пертозерский подплыли ближе и устроились на мелководье.

- Не было бы от него пользы, давно бы выкинули, - заметил Кощей и прислушался. - О, Кикимора катит. Дождались.

Гусеничный избушонок Майбах высадил хозяйку и отъехал в сторону. Кикимора оглядела собравшихся, остановилась взглядом на статуе и подозрительно прищурилась.

- Хочу сказать речь, - Кощей слез с мотоцикла и встал перед постаментом. - Уважаемые сударыни и досточтимые судари, мы собрались здесь для открытия памятника последнему капризу водяного Пертозерского, который охренел до крайности и когда-нибудь доиграется. Я предупредил.

Леший спрятался за мотоцикл и начал там фыркать и давиться. Кикимора крепко прикусила губу. Яга заржала в голос. Серега остался невозмутим. Кощей поклонился, погладил опустившуюся ему на плечо дракониху и снова занял место на сиденье своей «Хонды Валькирии». Пертозерский, боявшийся Кощея, промолчал.

- В общем, у нас тут статуя на морскую тематику, - сказал Серега и дернул за край простыни.

Драпировки упали.

Яга напрасно сомневалась в способностях джинна - статуя была хороша.

Серега умудрился превратить ствол лиственницы в фигуру молодой женщины, словно вырастающую из морской пены. Нежное округлое лицо хранило непередаваемую прелесть юности. Длинные вьющиеся волосы струились по спине и гибкой талии, ниже талии хитрый Серега вырезал завитки, идеально имитирующие пену. Руки целомудренно прикрывали грудь. В целом, было в ней что-то от Венеры Боттичелли.

- Шедевр, - сказала Кикимора.

- Ого, - с восхищением выдохнул Пертозерский.

Мавки ахали.

- Шедевр, - кивнул Кощей. - Но сопрут.

- Как? - удивился Серега. - Она же тяжелая.

- Сопрут, - согласился Леший.

Яга согласилась с Бессмертным и Лешим. Такие вещи в неохраняемых местах долго не стоят.

- Что ж делать? - нахмурился Серега.

Кощей потянулся.

- Ночью приеду. Для гарантии покараульте до полуночи.

До сумерек по дороге мимо озера прошли и проехали многие, и кое-кто разглядел за осыпью деревянную статую, а вечером на песчаном берегу расположилась купаться молодая компания из Заполья. Обеспокоенный водяной поднял волну, но все-таки, пожалев купальщиков и купальщиц, не стал баламутить озеро.

Ночью приехал Кощей.

Заключив статую в пентаграмму, он забормотал на арамейском. Карауливший на мелководье Пертозерский ничего не понял, однако среди непонятных слов вдруг прозвучало имя Галатея, потом был упомянут Каменный гость, какие-то Бронзовый и Деревянный, внезапно Буратино, и закончился длинный монолог воззванием к Венере Илльской.

Линии пентаграммы загорелись красным.

Кощей перешел на латынь. Когда он звучно произнес что-то вроде «вивус фиери», линии погасли. Статуя протяжно заскрипела, затем все стихло.

- Эй, Пертозерский, - окликнул Бессмертный водяного. - Можешь спать спокойно, тот, кто упрет статую, рад не будет.

Статую сперли через три ночи при помощи эвакуатора.

Еще через сутки Серегина Венера как ни в чем не бывало стояла на постаменте.

Ее тырили восемь раз, но Венера снова и снова возвращалась. Пертозерский совершенно успокоился и, возлежа на мелководье, любовался статуей. Мавки слегка ревновали.

Жители округи приходили с фотоаппаратами, камерами и телефонами. Водяной ухмылялся, понимая, что Кощей заколдовал статую, а значит, изображений ее не будет. Так и вышло.

Наконец Венеру уперли девятый и последний раз.

Васька Пивоваров из Антоновки при виде деревянной Венеры ненадолго впал в ступор, а выйдя из эйфории, решил, что она ДОЛЖНА стоять у него во дворе. Его приятели согласились помочь, и ночью пять двадцатилетних идиотов погрузили многострадальную статую в прицеп. Замаскировав ее ветошью, Васька с корешами поехали в Антоновку.

Договорившись утром выгрузить Венеру, друганы отправились по домам, а Васька остался выкурить на крыльце сигаретку. Он чиркнул зажигалкой, но прикурить не успел: из прицепа раздался скрип, затем вылетела ветошь.

Потом на землю сползла статуя.

Васька выронил зажигалку и проглотил сигарету.

Деревянная Венера медленно повернула к нему прекрасное лицо, прищурилась, отвела руку от груди и погрозила пальцем, как Терминатор. Васька вздохнул, сполз на ступени и уже не видел, как статуя, проплывая над землей, устремилась к озеру.

Современные сказки

В избе Яги было тихо. Кот Бегемот скачивал игру, кукушка Тамара Георгиевна дочитывала роман, то и дело водя лапкой по тачпаду ноутбука, чтобы прокрутить страницу. Яга вязала крючком безрукавку.

- Скучно, - сказал кот. - Тамара, почитай вслух.

- На следующий день она ходила по монастырскому саду вместе с братом-бельцом, который там садовничал, и он показывал ей множество редких растений и деревьев, которыми славился этот сад. Пока они бродили по саду, тучи рассеялись, выглянуло солнце, и приятно запахло сельдереем, луком и тимьяном, - дикторским голосом стала чеканить кукушка.

Бегемот закатил глаза.

- Хорош, - прервала кукушку Яга.

Тамара Георгиевна с готовностью замолчала и углубилась в чтение. Кот оценил скорость скачивания, зевнул и заныл:

- Хозяйка, расскажи что-нибудь, хоть сказку.

- Не надо, я еще не отошла от прошлой сказки про Кощея и Пенсионный Фонд, - не отрываясь от ноутбука, заявила кукушка.

- А ты не слушай, - и Бегемот преданно посмотрел на Ягу.

Старуха отложила вязанье, заправила под платок длинную седую прядь и задумалась.

- Итак, орнитологическая сказка про курочку Рябу, - произнесла, наконец, Яга. - Жили себе дед да баба, и была у них курочка Ряба. Снесла курочка яичко, да не простое, а золотое. Дед бил, бил - не разбил; баба била, била - не разбила. О ту пору ехал мимо то ли немец, то ли француз по фамилии Фаберже, и увидел он издевательство над золотым продуктом, и купил у деда с бабой золотое яичко, а приехав к себе, изучил яйцо, понял, что золото семьсот пятидесятой пробы, вернулся и купил у деда и курочку Рябу, и петушка, и остальных курочек, и привез этот курятник в Санкт-Петербург, и стали там курочки нести яйца золотые да серебряные, хрустальные да малахитовые, а Фаберже с ювелирами их украшал драгоценными каменьями, продавал да императорской семье дарил. И жил-поживал да добра наживал. А дед бросил бабку, деньги забрал, начал шиковать да и спился под забором.

Выслушав с вытаращенными глазами новую редакцию старой сказки, кукушка заявила:

- Теперь к Пенсионному Фонду прибавился Фаберже.

- Я все понимаю, - жалобно проговорил Бегемот, - но нормальные-то сказки есть?!

- А как же, - сказала Яга, - поспорили как-то Коннор Маклауд с Кощеем, кто на самом деле Бессмертный...

Кукушка начала взахлеб хохотать.

- Щас... щас будет пересказ «Горца», - выдавила она.

- Ну, хозяйка, ты и тролль, - обиделся кот, сообразивший, что над ним подшучивают.

- Пора бы привыкнуть, - заметила Яга. - Ладно, будет вам сказка. Жил-был в деревне Заполье мужичок. Так себе на вид, и умишком не блистал, и хозяин неважный. Но прослышал он, что можно мухоморами заработать, облачился в камуфляж и пошел в лес за этими самыми мухоморами. Долго он собирал те грибы, устал, сел на пень, щелчком выбил из пачки сигарету, чиркнул зажигалкой и глубоко затянулся. Видит - идет к нему девочка в красном беретике, и состоялся меж ними диалог.

- Дядь, не торопишься? - сказала пародия на Красную Шапочку. - Проводи меня до опушки.

От удивления мужик уронил сигарету.

- Детка, не боишься идти через лес со взрослым мужчиной?

Девочка шмыгнула носом.

- Не-а, я волков боюсь. Вчера видела.

Мужик снова уронил поднятую было сигарету:

- Спасибо, деточка, обрадовала. А зачем тебе через лес?

- Мама отправила к бабушке. Моя бабушка на другом краю леса живет.

Ситуация становилась всё интереснее. Мужик кашлянул.

- Кхе... Твоя мама точно не хочет от тебя избавиться?

Девочка покачала кудрявой головой, поправила красный беретик.

- Не-а, она хорошая. Бизнес у нее.

- Я в восторге, - заявил мужичок. - Кстати, детка, какими духами ты облилась? Убойный парфюм, волка отпугнет лучше горчичного газа.

- Дядь, это вчерашний перегар и сегодняшняя свежатинка.

Похоже, девочка не шутила. Мужик почесал в затылке, подумав, как низко пало современное поколение, и укоризненно произнес:

- Такая маленькая, а уже пьешь.

- Выпила для храбрости, чо, - девочка подтянула лямки розового рюкзачка с аппликацией в виде миленького пони.

- Ничо, пойдем уже, - мужик докурил и поднялся. - Тебя как зовут?

- Краповый Берет, хы, - у девочки оказалось необычное чувство юмора.

Сдержав ругательство, грибник подхватил ведро и зашагал по тропинке, девочка шла за ним.

- Дядь, дай закурить, - через несколько минут проговорила она.

- Пьешь, куришь... - мужик вспомнил, что в пачке осталось всего две сигареты.

- А чо не пить, если деньги есть? - девочка в беретике сплюнула. - Не жлобись, дай курнуть, у меня утром сиги кончились.

Грибник поделился сигаретой, девочка привычно закурила.

Тропа вела вдоль оврага, где мужик задержался, чтобы набрать особенно крепких мухоморов, затем грибник с девочкой пошли дальше, в самую чащу, не замечая, как из-за папоротников за ними следят две пары сверкающих глаз.

- Запомнил? - спросил старый волк молодого.

- Такой запах не забудешь, - молодой чихнул.

- Так вот, это не наш персонаж, - старый развернулся и потрусил мимо ручья по тропе, что вела к опушке леса. Молодой побежал следом. - Наш пойдет по другой дорожке.

Воздух задрожал, словно занавес, готовый вот-вот отодвинуться. Пройдя сквозь марево, волки из сумрачного ельника попали в светлый, пронизанный солнцем лес. По песчаной дорожке, напевая, шла девочка в красной шапочке, в старомодном платье с передником. Девочка несла корзинку, накрытую свежим полотенцем. От корзинки пахло выпечкой.

- Это наша, - сказал старый волк.

- А та? - удивился молодой.

- Кто ее знает, - матерый сел и почесал за ухом задней лапой. - Заметил, что у ручья воздух какой-то не такой?

- Ну, - осторожно ответил молодой. - Там и запахи другие.

- Ага, - опытный встал и потянулся. - Как учуешь те запахи, беги оттуда. Понял?

- Понял, - молодой присмотрелся.

- Хорошо. Давай пока отработай, - старый кивнул на Красную Шапочку. - Сказка есть сказка.

- А ты? - поинтересовался молодой.

- Сбегаю посмотрю, куда все-таки красный берет ходит, - старый сверкнул глазами. - Там не наша сказка. Или вообще не сказка.

Молодой открыл было пасть, чтобы задать множество вопросов, но матерый рыкнул, и тот послушно побежал догонять Красную Шапочку.

Старый вернулся за ручей и пошел по следу.

Идти пришлось долго, по тропе, по гати, по трухлявому мосту без перил, мимо брошенной ржавой повозки, в которую явно не запрягали коней.

Первый раз серый попал туда случайно, благо, хватило ума понаблюдать и, верно оценив обстановку, вернуться. Потом волк расспросил про это загадочное место волшебника. Из ответа мало что понял, но запомнил про «искажение пространства» и «переход в другое измерение».

Звериное чутье подсказывало держаться подальше, но любопытство победило, поэтому волк и бежал по знакомому запаху девочки в красном берете, пока не наткнулся на дом.

Во дворе ругались трое - грибник, девочка в берете и пожилая женщина в синем халате, фартуке и перчатках из материала, который волк опознать не мог. Воняло от них ужасно.

- Бабуля, где товар? - орала девочка. - Где товар, бабуля?!

- Какой товар, если этот дебил и ему подобные, - бабушка ткнула рукой в грибника, - сырья нихрена не носят! Допрут два кило мухоморов, думают, я на раз-два тонну товара сделаю.

«Да, - подумал волк, - это вам не пирожки».

- Маман нас уроет, она бизнес на сбыте замутила...

Волк не стал дослушивать, отполз и бросился со всех лап назад.

- В сказку! - бормотал он. - В свою сказку!

- На этом завершается абсолютно правдивый рассказ об очередном сбое нашего пространственно-временного туннеля, - закончила эпопею Яга.

- Хозяйка-а-а-а, - провыл кот. - Я уже не знаю, когда ты правду говоришь, а когда сочиняешь.

- Кощей с Пенсионным Фондом, Фаберже с курочкой Рябой и Краповый наркодилер... тьфу, Красная Шапочка, - подвела итог кукушка. - Вот они, современные сказки.

Былинная сага

Подойдя к избе Бабы-Яги, Кикимора обшарила территорию охотничьим взглядом. Хозяйка окапывала молодильную яблоню, черный кот Бегемот, устроившись в развилке дерева, практически над головой Яги, нудно рассказывал следующее:

- Торбьёрн переехал туда и сделался большим человеком. Он владел годордом... Годорд, хозяйка, это альянс или община, возглавляемая годи. Торбьёрн жил на широкую ногу. Дочь Торбьёрна звали Гудрид. Она была красива и замечательна во всем, что она делала.

- Всем привет, - поздоровалась Кикимора.

Кот замолчал, Яга с кряхтеньем распрямилась, глянула на подругу:

- Ну, допустим, мяу, как говорит этот, - бабка указала пальцем на кота.

- Ну, допустим, - согласилась Кикимора. - Приютите до завтра? Я Майбаха отправила Сереге на ТО, будут гусеницу подтягивать. Домой идти нерентабельно, от тебя ближе добираться.

- Входи, - кивнула Яга. - Скальд Мотя развлекает меня исландскими сагами.

Кикимора бодро перелезла через плетень и подошла к яблоне. Скальд Мотя насторожился.

- В сагах мужики только пьют, блюют, дерутся да по бабам ходят. То ли дело наши гусляры были... - мечтательно закатив глаза, Кикимора предалась воспоминаниям. - Бывало, сядут, как ударят по струнам! И поют: в славном в Нове-граде как был Садко-купец, богатый гость. А прежде у Садка имущества не было: одни были гусельки яровчаты; по пирам ходил-играл Садко... А у вас что? - прервав былину, грозно спросила Кикимора у кота. - Ваши скальды на чем играли?

- На бас-гитарах, - ехидно ответил Бегемот. - Бывало, придут, устроят рок-концерт, вся Исландия на ушах стоит. И поют: в славном месте у Орлиной Скалы жил-был конунг Орм, добрый молодец, жил в палатах он белокаменных да с женой своей скромной Ха-алльдис. И жила у них на воспитании Гудрид-девица, раскрасавица.

Старухи переглянулись и захохотали. Из окна избы вылетела кукушка Тамара Георгиевна, покружилась над яблоней и устроилась на ветке рядом с котом.

- Мотя, дальше, - сказала Яга.

Кот подумал.

- А поблизости жил Торгейр-купец, и был сын у него, прозвищем Эйнар, и красавец тот сын был писаный, и ходил во парче и бархате, и позвал его Орм на почестен пир.

- Прикольно получается, - фыркнула Яга.

- Как приплыл Эйнар из Норвегии, из Норвегии да в Исландию, так пошел Эйнар на почестен пир во палаты Орма белокаменны.

Кикимора не то икала, не то хихикала. Яга ухмылялась.

Бегемота несло:

- А Эйнар сам-друг во Норвегии барыши получил великие, насыпал бочки-сороковки красна золота, чиста серебра. Развязал он тюки с товарами, подарил хозяевам лучшее.

- Эйнар не жлоб, - заметила кукушка.

- Похвалил Орм дары Эйнаровы, называл Эйнара Орм купцом-удачником, корабли его хвалил червлёные и дружинушку Эйнарову хоробрую.

- Тут обязательно должно быть соло бас-гитары, - вставила Яга.

- Так созвал всех Орм на почестен пир, - завывал кот. - На пиру все наедались-напивалися, похвальбами все похвалялися. Иной хвастает бессчетной золотой казной, другой хвастает набегами пиратскими, который хвастает драккаром-кораблём, а иной женою из франкских земель.

- Ой, бл... - вырвалось у кукушки Тамары Георгиевны.

- В точку. Викинги Париж грабили без стеснения, - заметила Кикимора, пока кот переводил дыхание.

- Тут увидел Эйнар Гудрид-девицу и влюбился в нее без памяти. Красотой была она, как лебедь белая, выступала по горнице павою, - увлекшийся Бегемот попытался изобразить, как ходит пава, и чуть не навернулся с яблони.

Театра Яга не выдержала.

- Мотя, хватит, - выдавила она. - Сага долгая, я больше не могу. Бас-гитары играют свадебный марш из «Лоэнгрина», все встают и идут в буфет.

- Жаль, - прищурился кот, - я начал входить во вкус.

- Сгинь! - приказала старуха, и Бегемот, спрыгнув с яблони, вальяжной походкой прошествовал в избу. Следом полетела кукушка.

В избе они недолго совещались, потом кот включил компьютер.

- Из того ли то из королевства из Севера, из того из замка да Винтерфелл выезжал удалый добрый молодец... - заговорил Бегемот и застучал по клавиатуре.

- Вот это действительно надолго, - резюмировала Яга и повернулась к подруге. - Что ржешь? Бери вторую лопату, помогай окапывать. Мотю с Тамарой мы потеряли.

Кошачьи разборки

Черный кот Бегемот вылез из-за компьютера, потянулся и сообщил:

- Я пошел.

- Это куда? - подозрительно спросила Яга.

- Всё туда же, - кот спрыгнул со стула на пол, снова потянулся и направился к двери. - Шмотки в лесу прятать.

- Катись, - проводила Баба-Яга домашнего любимца, и тот устремился.

Бегемот нашел подработку.

Серьезно занявшись с хеллхаундами следовой работой, Кощей поручал коту прятать в лесу разные предметы, а платил копченой скумбрией. Собаки должны были пройти точно по следу и отыскать всё спрятанное. Поскольку скумбрия оказалась дивно вкусной, кот отрабатывал на совесть, прокладывая след в самых глухих закоулках заповедного леса и проявляя недюжинную изобретательность в запутывании этого самого следа, на предмет чего консультировался с зайцами.

- Когда Мотя обожрется скумбрией, Кощею придется искать другого помощника, - выглянув из часов, заметила кукушка Тамара Георгиевна.

- Когда Мотя обожрется скумбрией, Кощей придумает новое блюдо, - сказала Яга. - Надеюсь, это будет не рыба фугу.

Кукушка хмыкнула.

- Включи-ка фильмец, - старуха полусидя устроилась на кровати, подложив под спину три подушки. - Что там Комлев рекомендовал в киноблоге?

- Комлев - ярый приверженец классики, - Тамара Георгиевна пожала крыльями. - Давай лучше какую-нибудь фигню включим.

Пока Яга с кукушкой выбирали фильмы, пока смотрели, наступил вечер. В открытое окно повеяло холодком, занавески заколыхались от ветра. Изба деликатно включила вполнакала светильник, сделанный из танковой фары, и закрыла окно.

- Тамара, который час? - озаботилась Яга.

- Двадцать часов четыре минуты! - привычно отчеканив время, кукушка поставила фильм на паузу. - Наш Йольский котэ задерживается, будем беспокоиться?

Яга потянулась к айфону, набрала номер Кощея. Звонок не проходил.

- Подождем, - решила старуха. - Досмотрим пока.

Они досматривали фильм без интереса, тревожась за кота. В порыве энтузиазма Бегемот мог отправиться в такие уголки заповедного леса, куда и нечисть без необходимости ходить не любила.

Ближе к полуночи изба радостно заскрипела и впустила домашнего любимца.

- Наконец-то, - встретила его Яга. - Как всё прошло?

- Хорошо, - ответил Бегемот, обводя горницу лунатическим взглядом. - Ужин?

- Скумбрия кончилась? - съехидничала кукушка.

- Кончилась, - ответил кот.

Накормив его говяжьим фаршем, Яга призадумалась. Обычно Бегемот ухитрялся говорить даже с набитым ртом, посвящая хозяйку в перипетии дневных событий, нынче кот молча ел. Нет, не ел. Жрал! С чавканьем.

- Мотя, - осторожно сказала старуха. - Помнится, ты обещал дорассказать сагу про Эрика Рыжего.

- Расскажу, - ответил кот. - Утром.

Кукушка, не помнившая такого обещания Бегемота, хотела что-то сказать, но под взглядом Яги осеклась и спряталась в домике в часах.

Утром старуха напомнила коту о саге. Бегемот посмотрел на хозяйку огромными зелеными глазами и заговорил. С первых его слов мозг словно окутало плотным туманом, Яга слышала кота, но не понимала ни слова. Размеренно и напевно журчащая речь обволакивала, убаюкивала и гипнотизировала.

Опомнилась бабка ближе к ужину и обнаружила себя подвязывающей на грядке помидоры. Рядом на плетне сидела кукушка и тупо смотрела вдаль.

- Тамара! - шепотом окликнула ее Яга.

Кукушка встряхнулась, наклонила голову и посмотрела осмысленно.

- А что такое произошло? - непонимающе спросила она.

Яга поднесла палец к губам, требуя тишины, и прислушалась. Где-то в недрах избы хлопала дверца холодильника - похоже, там хозяйничал кот.

- Сдается мне, что кот ненастоящий, - мрачно сообщила Тамара Георгиевна.

- Сейчас выясним, - пообещала Яга и с нехорошими намерениями поднялась в избу.

Кукушка влетела в окно.

Обе они увидели, как кот, сидя у открытого холодильника, доедает сосиски, запивая их топленым молоком прямо из бутылки. На полу валялись яичная скорлупа, упаковки из-под йогурта и засохшие сырные корки. Внутри бабкиного «Зила» было пусто, если не считать сиротливого пучка укропа.

Возмущенная произволом Яга потянулась за веником, чтобы как следует огреть обжору по хребту, но в этот момент изба озадаченно заскрипела и впустила второго черного кота, слегка потрепанного, грязного, с остатками паутины на хвосте. Прямо с порога пришелец бросился на давившегося от жадности кота, и звери сошлись в схватке.

- Ого, - прокомментировала с подоконника кукушка. - Гладиаторы на арене Колизея.

Тамара Георгиевна редко теряла присутствие духа.

Огромный кошачий шар катался по горнице. Коты кусались крепкими зубами и царапались длинными когтями железной прочности, рассыпая по полу клочья черной шерсти. Улучив момент, Яга выпихнула их в открытую дверь. Скатившись по лестнице, на земле шар распался на двух черных котов и снова слился воедино: драка продолжалась.

Выйдя следом, Яга обнаружила во дворе Кощея, слева от которого дисциплинированно сидели оба хеллхаунда. Фобос облизывался, Деймос следил за кошачьей дракой горящими глазами.

- Привет, - жизнерадостно поздоровался Бессмертный и кивнул на котов. - Разнять?

- Сделай одолжение, - сказала Яга.

Кощей бесстрашно протянул руки к злобно завывающим тварям, ловко ухватил их за шкирки и встряхнул. Один кот успокоился, второй продолжал завывать и молотить когтями по воздуху. Из его воя Яга постепенно смогла вычленить:

- Пусти-и-и-и-и-и-и... Убьюю-ю-ю-ю-ю-ю!

- Который наш? - осведомилась со ступенек кукушка.

- Орейн скепна! - вырвалось среди завываний, и Яга указала на орущего кота:

- Этот.

Вряд ли в заповедном лесу кто-то, кроме Йольского кота, стал бы ругаться по-исландски.

- А второй кто? - удивилась Тамара Георгиевна.

Яга вгляделась и ахнула.

- Ах ты, тварина лесная!! То ж Баюн, мерзавец, вот глаза-то отвел!

- Ну, Баюн, запомни, - вдруг очень спокойно проговорил Бегемот и перестал дергаться, - ты живешь только до Йоля. Приду и закопаю.

- Угомонись, берсерк, - скомандовал Кощей и сильно встряхнул обоих котов.

- Ты зачем спектакль устроил? - обратилась Яга к Баюну. - Нешто мы тебя не угостили бы по старой памяти?

Кот пошевелил разодранным ухом.

- Ага, - сказал он. - Придешь к вам по старой памяти, когда тут этот вот живет.

- «Этот вот» понимает вежливое обращение и учтивую речь, - буркнул Бегемот и тоже шевельнул пострадавшими ушами.

- Неси их в избу, - распорядилась Яга, - будем первую помощь идиотам оказывать.

Вытащив из сундука настойку живой воды на молодильных яблоках, Яга занялась ранами Бегемота. Кощей обрабатывал Баюна. Баюн ныл, Бегемот терпел молча, как истинный викинг. Кукушка задавала вопросы, выясняя предысторию событий.

Итак, увлекшись прокладыванием следа, Бегемот забрел в так называемый мертвый уголок заповедного леса, где и встретил Баюна. Сходство между котами оказалось поразительным. Пока Бегемот удивлялся, Баюну пришла гениальная мысль ненадолго смотаться к Яге, пожевать вкусного. Околдовав Бегемота и погрузив его в сон, Баюн направился к избе.

Хеллхаунды отыскали Бегемота далеко не сразу, поэтому возмездие настигло Баюна лишь через сутки. Обманутый и оттого озверевший Бегемот решил устранить конкурента, Баюна спасли железные когти и немаленькие размеры.

- С-скотина, - процедил Бегемот.

Баюн зашипел. Бегемот зарычал.

- Ох, Баюн, лучше тебе обратно уйти, - Баба-Яга оценила свирепое выражение на морде домашнего любимца. - Приди честь честью, встретим, как гостя дорогого, угостим, а нынче ты себя вел, как скотина, Мотя прав.

После оказания первой помощи Баюн удалился. Кощей выпил на посошок предложенный арманьяк и тоже распрощался.

Бегемот лежал на кровати и время от времени ругался.

В относительное мирное настроение его привел лишь оставленный Кощеем на столе сверток, от которого восхитительно пахло копченой скумбрией.

ГМО

Новый сорт картошки колорадский жук жрал как не в себя. Уставшая от борьбы с вредителями Кикимора сто раз прокляла идею завести огород вообще и посадить картошку в частности. Наблюдая с подоконника за мучениями хозяйки, бегония Полудикая Орхидея гыгыкала и громко пела:

- Антошка, Антошка, пойдем копать картошку! Антошка, Антошка, пойдем копать карто-о-о-ошку! Тили-тили, трали-вали, а копать уже не надо, колорады всё сожрали... та-рам-пам-пам... та-рам-пам-пам!

- Я тебя сейчас рядом с картошкой посажу, - Кикимора знала, как угомонить растение, и точно - бегония затихла, опасаясь карательных мер.

- Что у вас тут? - над огородом пролетела на метле Яга.

Увидев полосатое воинство на листьях, присвистнула.

- Да-а, печаль, - прокомментировала она и приземлилась. - Может, мертвой водой побрызгать?

- Ты имеешь в виду серную кислоту? - осведомилась Кикимора.

- Я имею в виду настоящую мертвую воду, - Яга кивнула на сосну, среди ветвей которой уютно расположился старый ворон Артемий Петрович. - Артемий слетает.

- Кушайте, гости дорогие, отложения мертвой воды в клубнях, - махнула рукой Кикимора.

Полудикая Орхидея внезапно цинично заржала.

- Проще напалмом спалить всё к черту, - сказала она и ловко прихлопнула двумя листьями зазевавшуюся муху.

Кикимора внимательно посмотрела на растение.

- Венерина мухоловка, - задумчиво проговорила она, насторожив Ягу.

Идея, навеянная убитой мухой, окончательно выкристаллизовалась к вечеру, когда Баба-Яга отбыла к себе, а Полудикая Орхидея утомилась исполнять арию про Антошку.

Книги по генетике были у Кикиморы еще со времен появления у избы Яги гусеничного и крылатого потомства. Забросив борьбу с жуками, Кикимора засела за научные труды, иногда позванивая Яге и Лешему сообщить, что она жива.

Новой вехой в реализации идеи стала покупка электронного микроскопа, который отладил и улучшил джинн-мастеровой Серега. В процессе работы Кикиморы Полудикая Орхидея перестала говорить на блатной фене, ее словарный запас на порядок увеличился, в речи появились зачатки интеллигентности.

Яга беспокоилась, видя превращение дома подруги в лабораторию.

Ведьмина служба доставки сбилась с ног, поставляя Кикиморе приборы и препараты. Кое-что делал Серега.

Окончательно встревожившись, Яга навестила подругу.

Та высаживала по периметру огорода ростки, похожие на молодую развесистую картофельную ботву.

- Что это? - спросила Яга.

- Эксперимент, - коротко ответила Кикимора. - Помогай, вторая лопата на веранде.

Яга включилась в работу.

Полудикая Орхидея осторожно прокомментировала:

- Результаты эксперимента кажутся сомнительными, в натуре.

От фени бегония окончательно избавиться не смогла.

- И чего мы добились? - поинтересовалась Яга, завершив возню с растениями. Они действительно напоминали ботву, но отличались от нее расположением листьев: парные доли росли не по разные стороны черенка, а скручивались вместе, соприкасаясь краями и образуя словно бы глубокое продолговатое блюдо с крышкой. На листьях топорщилась щетина белых волосков.

- Пока не знаю, - пожала плечами Кикимора. - В лабораторных условиях они работали.

Самый быстрый колорад поднимался по стеблю только что посаженной псевдокартошки. Он добрался до черенка, перелез на листья, верхний лист дрогнул, стряхивая жука на нижний, и накрыл его. Послышался хруст.

- Йопта... - примерно через минуту произнесла опомнившаяся Яга. - Они жуков давят?!

- Почему давят? Едят, - ответила Кикимора.

- Мне страшно, - заявила Полудикая Орхидея тонким голосом.

Яга повернулась к подруге:

- Ты что сотворила?

- ГМО, - объяснила Кикимора. - Скрестила картошку с венериной мухоловкой.

Уже три гибрида хрустели жуками. Колорады находили их более привлекательными, чем обычная картошка, и бодро ползли навстречу гибели.

- Неплохо получается, - заметила Яга. - Может, против яблочной тли что-нибудь вывести?

- Попробовать можно, - важно произнесла Кикимора, - я как раз с росянкой опыты ставила.

- Главное, чтобы эти опытные образцы не научились думать и ходить, - буркнула Полудикая Орхидея, - иначе получите локальный апокалипсис с плотоядными растениями.

Валера

Леший ковырялся в телефоне, время от времени задумчиво почесывая поросший мухоморами затылок. В доме, кроме него, сидел медведь Комлев, занятый просмотром очередного голливудского боевика, и джинн-мастеровой Серега, который делал переходник для старого «Гелиоса» на зеркалку.

- И какого черта? - недоуменно проговорил лесной хозяин.

- Что такое? - оторвался от работы джинн.

- Заказал «Кэптен блэк», - Леший еще раз сверился с информацией в телефоне, - смс о посылке пришла позавчера, доставки до сих пор нет.

- Странно, - заметил Серега.

Ведьмина служба доставки работала без перебоев.

- Брякни им, - посоветовал Комлев.

- Пытался, - отозвался Леший. - Отвечает бот.

Серега переглянулся с Комлевым, но ничего сказать не успел, поскольку в дверь отрывисто постучали. Хрипловатый голос со двора произнес:

- Служба доставки.

- Наконец-то, - обрадовался Леший, распахнул дверь и замер на пороге, высоко подняв замшелые брови.

У крыльца по-собачьи сидел ухоженный грифон. Шерсть на львиной половине туловища золотилась, черные перья на орлиной шее и крыльях матово блестели. Птичью голову венчала бейсболка с гербом службы доставки: почтовый рожок на фоне скрещенных мётел.

- Посылочка ваша, - из нагрудной сумки грифон извлек мятую бандероль, обернутую пергаментной бумагой, и книжку отрывных квитанций. - Распишитесь.

Вышедший следом за Лешим Серега вытащил из кармана химический карандаш, протянул лесному хозяину. Леший расписался и получил долгожданный табак.

Грифон расправил крылья, разбежался и взлетел с сильным креном направо.

В доме Леший развернул бандероль и оторопел.

Никакого табака в ней не было, среди упаковочной бумаги лежали катушки с нитками, иглы разных размеров и предназначения и отрез ярко окрашенной ткани.

- Фигасе, - сказал Серега. - Кажется, в доставке впервые перепутали заказ.

Леший выругался.

Ну конечно, номер на упаковке этой посылки был совершенно другой.

- Да как можно так перепутать?!- взвыл лесной хозяин и попытался дозвониться до службы.

Отвечал по-прежнему бот.

- А ты им на сайте отзыв оставь, - посоветовал Комлев.

Леший оставил. Перезвонили молниеносно, долго извинялись, объясняли, что на участке заповедного леса работает стажер, обещали исправить.

Грифон прилетел на следующее утро, уже слегка помятый и встрепанный, вручил Лешему коробку. Тот придирчиво сверил номер и обнаружил расхождение в одной цифре.

- Ты чего халтуришь?! - заорал лесной хозяин. - Стажер, елки-палки!!

Брошенная коробка просвистела над головой грифона, как снаряд. Выбежавшие из дома Серега с Комлевым кое-как успокоили Лешего, медведь повел лесного хозяина в дом, Серега подошел к насупленному зверю.

- Как тебя звать, невнимательный наш?

- Марк Валерий Боэмунд Бартоломей, - сообщил грифон.

Из дома доносились ругательства - Леший хотел курить, а табак закончился. Послушав, Серега ухмыльнулся и сказал:

- Валера, с нами тебе еще повезло, вот если ты с Кощеевой посылкой напутаешь...

- Кощей? - переспросил грифон Валера. - Лысый, у которого два хеллхаунда?

Серега кивнул и увидел ужас в глазах Валеры. Зверь торопливо замахал крыльями, взлетел и взял курс на Кощеев особняк.

Вечером, когда Валера навестил дом лесного хозяина, он выглядел еще более помятым и растрепанным. Сереге показалось, что надклювье у него слегка перекошено.

Врученная Лешему коробка оказалась, наконец, с табаком. Лесной хозяин досконально изучил номер посылки, акцизные марки табака, сопроводительное письмо, посовещался с Серегой и только потом расписался в квитанции и позволил грифону забрать нитки с иголками.

- Попало? - посочувствовал Валере джинн.

Грифон грустно махнул крылом и улетел.

- В свете последних событий я чо-та боюсь внешний винт заказывать, - прогудел Комлев.

- Дай Валере шанс, - ухмыльнулся Серега.

Леший набил трубку табаком, затянулся и пришел в благодушное настроение.

- Где они нашли это чудо? Давненько я грифонов не видел.

- Еще спроси, откуда в Рязани гаргульи, - Серега приладил объектив к зеркалке и полюбовался результатом. - Во! Как родной.

- Оттуда, откуда и в Смоленске, - лесной хозяин устроился на табурете под открытым окном и выпустил изо рта колечко ароматного дыма. - С наполеоновской армией попали, потом расселились кто где.

- А грифоны? - заинтересовался Комлев.

- Эти из Греции через Армению, - Леший выдохнул еще колечко. - Транзитом, так сказать.

Серега фыркнул:

- Валера точно местный продукт. Изумительный раздолбай.

- Я определенно подожду с заказом, - вынес окончательное решение Комлев. - Пусть шанс Валере даст кто-нибудь другой.

Шанс дала кицунэ Юка. Собственно, материалы для шитья заказывала она, и хотя от нее грифону досталось больше всех, именно Юка рискнула сделать повторный заказ. На сей раз грифон не подвел, все доставил в срок и без путаницы, в результате чего на сайте появился первый положительный отзыв о стажере. Валера воспрял. Он сумел не перепутать заказы Яги и Кикиморы, привез Комлеву винчестер, а Сереге образцы новых сплавов от гномов.

Стажировка подходила к концу, грифон Марк Валерий Боэмунд Бартоломей готовился стать полноправным курьером, но однажды вечером Леший стал свидетелем воздушного боя. На фоне пламенеющего заката метался потерявший форменную бейсболку Валера, пытаясь на виражах уйти от опытного воздушного аса. Яга на метле умело заходила ему в хвост, сближалась и ловко пинала грифона.

Над притихшим лесом раздавалось:

- Вале-е-ра-а-а-а! Прибью!!

Позже лесной хозяин осторожно расспросил бабкиного кота и выяснил, отчего старуха взъерепенилась. Оказалось, Валера снова что-то напутал и привез Яге набор порнооткрыток.

Хоккей

Солнечным январским днем Баба-Яга летела над заснеженным лесом, обозревая окрестности заповедного озера. Подо льдом спали водяной, мавки и змей Кеша, под сугробами почивали медведи во главе с Комлевым, спали деревья, кусты... только на одном очищенном от снега пятачке озера кипела жизнь. Кипела так сильно, что Яга спустилась, дабы получше разглядеть картину.

Картина была прекрасна. На ровном льду озера стояли хорошо сделанные из дюралюминиевых трубок и невода хоккейные ворота, лед был размечен синей и красной красками, у правых ворот толпились домовые и банники, потрясающие клюшками. Двое самозабвенно дрались, остальные, окружив их, орали.

- Брейк! - рявкнула старуха, приземлившись. - Иначе метлой огребете.

Все замолчали. Дерущиеся домовые отскочили в разные стороны.

- А чего он, - сказал Трофимыч, поправляя съехавшую на глаза строительную каску. - За такое удалять надо до конца матча.

- Две минуты! И то спорно! - возражал ему оппонент, в котором старуха признала всегда сдержанного и немногословного Макарыча.

Яга оглядела домовых. Деревенские обитатели все до единого стояли на коньках, облачившись в некое подобие хоккейной экипировки. Защиту заменяли ватники и бушлаты с нашитыми номерами, на головы домовые нацепили кто что нашел. Самым эпичным был японский дзасики-вараси Дайске в самурайском рогатом шлеме и наплечниках. Клюшки соорудили из палок, а коньки поражали разнообразием конструкций.

- Обоих на пять минут за драку! - вспомнила Яга хоккейные правила.

Домовые переглянулись.

- Нам бы арбитра, а? - протянул Матвеич, колоритно выглядевший в танковом шлемофоне и укороченном китайском пуховике неопределенного цвета.

- Обязательно, - кивнула старуха, - если расскажете, какая муха вас укусила.

Обычно степенные домовые загомонили.

- Никакая не муха...

- У нас турнир.

- Мы спортом занимаемся, нельзя, что ли?

- Классная игра.

- Даже японцы втянулись, - с этими словами Матвеич подтолкнул ближе к Яге смущенного Дайске и покрасневшего аканамэ Нобору.

- Вижу, - старуха оценила фонарь под глазом Нобору. - Силовой прием удался.

Банник Зосимыч виновато шмыгнул носом.

- Он нечаянно, - вступился за коллегу аканамэ.

По-русски Нобору уже шпарил чистенько.

- Ладно, - Яга посмотрела на хоккейное поле, сдержала ухмылку и дала краткие указания: - Матвеич летит со мной, остальным ра-зой-тись по деревням! О времени тренировок сообщим по телефону.

За время полета Матвеич успел доложить обстановку. Сформировалось четыре команды домовых и банников, которые страстно хотели играть в хоккей. На коньках они умели с давних пор, что упрощало подготовку.

Яга прикинула по количеству.

- И сколько вас в команде?

- Усе как надо - великолепная пятерка и уратарь, - домовой пропел последние слова, развеселив старуху.

- А запасные? - уточнила она, хихикнув.

- Запасными никто ня хочет, - погрустнел Матвеич.

- Рехнешься с вами, - резюмировала Яга. - Держись, спускаемся, - старуха плавно опустила метлу во двор Кощеева особняка.

Оторванный от прохождения «Кольца Элдена» Бессмертный поначалу выругался, потом заинтересовался, но прокомментировал:

- Вот на вас накатило. Это от безделья.

Матвеич насупился. Встряла Яга, отметив создание хоккейного клуба как уникальный случай в истории отечественных домовых, и завершила выступление просьбой о помощи.

- Шлемы, коньки, клюшки и всё! - мигом понял ее намеки Кощей. - Ну черт с вами, еще вратарские щитки. Я не миллиардер, в конце концов. Ворота сами сделаете.

- Ворота у них есть, - задумчиво проговорила Яга.

- Сярега делал, - похвастался Матвеич.

На всякий случай Яга взяла это на заметку.

После того, как пыхтящий от натуги курьер грифон Валера четырьмя рейсами доставил заказ, Кощей велел домовым одеться и выйти на лед. Посмотрев на тренировки, Бессмертный взял организацию турнира в свои руки и объявил регламент.

- Три периода по семь минут, перерыв пять, удаления по минуте, судить буду я! Три победы - выход в финал, ясно?

- Почему семь минут? - мрачно прогудел Данилыч, лучший бомбардир по итогам последней тренировки. - Мы выносливые.

- Потому что на вас интересно смотреть ровно семь минут, - объяснил Кощей. - У вас будет блиц-турнир «Домовые на льду».

Название понравилось, поэтому дальше спорить не стали.

Для оборудования площадки Бессмертный припахал джинна Серегу, а чтобы тренировки бородатых хоккеистов не стали достоянием деревенской общественности, наложил чары на заповедное озеро. Серега принял деятельное участие, сделав электронное табло и огородив площадку деревянными щитами, над которыми при помощи белок, сов и ворона Артемия Петровича натянули рыболовные сети.

- Иначе шайб не напасешься, - пояснил джинн.

- Согласен, - принял работу Бессмертный. - Да, еще нужен приз.

- Кубок Стэнли? - хмыкнул Серега.

- Что-то вроде, - кивнул Кощей.

- Сделаю, - сказал Серега и восхищенно присвистнул, увидев, как банник Зосимыч мощным ударом от синей линии вогнал шайбу в «девятку».

Для очистки льда приспособили гусеничного избушонка Кикиморы.

Зрителей не ждали, но на первый матч пришли два лося - Кубышкин и Осинников, белки, волк Француз и Яга с Кикиморой. Матч получился зрелищный, шайбу забили всего одну, зато борьбы и финтов хватало с избытком. Японец Дайске владел коньками, как фигурист международного уровня, в защите блистал Трофимыч, и Кощей задумался над необходимостью выбрать лучшего игрока матча.

С каждым матчем прибавлялись зрители, у команд появились болельщики, белки даже швыряли в радующихся зайцев шишками, когда команда «Самураи Антоновки» проиграла по буллитам. Щиты, огородившие площадку, расписали сюжетами на хоккейную тему. Между картинками вилась надпись «Да здравствует Кощей Бессмертный - спонсор и организатор блиц-турнира «Домовые на льду». Комментировала встречи Яга.

На финальные матчи у ледовой площадки собирался весь волшебный лес, кроме того, прилетал грифон Валера и приезжали на снегоходе оборотень Анатолий с кицунэ Юкой. Последние болели за «Хищников Малиновки», потому что вышедшие в финал «Хищники» старались изо всех сил. Проигрывая по итогу двух матчей «2-0», они сумели выровнять счет, в результате у них и их соперников стало по две победы. Пятый матч решал судьбу команд, поэтому его решено было снимать на видео для истории. Джинн-мастеровой Серега с Лешим сконструировали кран для зеркалки, которую подключили к диску на четыре терабайта. По мнению Сереги, памяти с избытком хватало на матч.

В назначенное время расчищенные берега озера и окрестные деревья заняли болельщики. Яга взяла микрофон, Серега дистанционно включил камеру, домовые въехали на лед и поприветствовали друг друга.

- Итак, друзья, - заговорила Яга, - сегодня у нас финал турнира «Домовые на льду», встречаются команды «Хищники Малиновки» и «Звезды Заполья». В красных шлемах «Хищники», в синих - «Звезды», дальтоникам просьба ориентироваться по бороде капитана «Хищников» Матвеича. Напомню регламент: в случае ничьей игра продолжится в пятиминутном овертайме, а там, может, и до буллитов дойдет. Состав команд вы и без меня знаете, напомню, что капитан «Хищников» по-прежнему Матвеич, капитан «Звезд» по-прежнему Деян.

Тем временем Кощей дал свисток и вбросил шайбу. Леший включил электронное табло, начавшее отсчитывать секунды.

- Итак, шайбой завладел Деян, пас Данилычу, снова Деян, бросок! Нобору отбивает щитком. Банзай, Нобору! Пока в моем личном зачете он лучший вратарь. Еще бросок... Но-бо-ру!!! Мой герой. Серега, можно его крупным планом?

- А как же, - давясь от смеха, джинн подкрутил зум.

- О, у нас просто космические скорости! Семеныч, Зосимыч, Матвеич, Васильич, Зосимыч! Бросок! Мощно, но косо. Рикошет отбрасывает шайбу на центр, где ее подхватывают «Звезды». Какое катание, какие финты! Тройной тулуп и двойной аксель, в результате чего не справившийся с коньками Макарыч улетает в борт. ДТП на льду, игра остановлена. Серега, ты это снял?

- Снял, - Серега старался смеяться тихо, но у него плохо получалось.

- Макарыч цел, игра продолжается. Борьба за воротами Нобору, Деян получает первый разряд по фехтованию на клюшках и минуту штрафа за удар соперника по рукам. Так, у «Хищников» появился шанс, «Звезды» уходят в глухую оборону.

Страсти разгорелись не только на льду. Стоящая на кабине Майбаха Кикимора отчаянно размахивала синим флагом с желтой звездой. Оборотень Анатолий залихватски свистел в два пальца, Юка кричала: «Мариновка, вперед!!», то же, но с правильным произношением, повторял волк Француз, болевший за «Хищников» из солидарности с приятелем и из-за названия команды. Ревели лоси. Орали вороны во главе с Артемием Петровичем. Лаяли хеллхаунды Бессмертного - просто за компанию. Раздобывшие где-то древний автомобильный клаксон зайцы активно включились в какофонию. В развилке сосны дрались белки, оказавшиеся болельщицами разных команд. Шум стоял невообразимый, но усилители помогали Яге перекрывать его.

- «Звезды» в полном составе, они выстояли, наградим их аплодисментами. И сразу атака на ворота «Хищников»... Данилыч!! Кистевой бросок с острого угла... И Нобору вновь спасает ворота.

На этом закончился первый период. Яга налила из термоса горячего чаю и угостила Серегу.

- Хаос и энтропия, - прихлебывая чай, кивнул на болельщиков джинн.

- Зато весело, - сказала Яга. - Надо бы в следующем году повторить.

- Да, шоу еще то, - согласился Серега. - Покажу весной Комлеву - со смеху помрет.

- А с чего все началось? - спросила Яга, вспомнив, что джинн сделал домовым ворота еще до всех организационных мероприятий.

Серега открыл рот, но ответить ему помешали подбежавшие бабкин кот Бегемот и местная лиса.

- Мы решили спортивный тотализатор организовать! - выдохнул кот. - Патрикеевна говорит, можно бабло поднять.

- Я вам сейчас устрою тотализатор, бизнесмены мохнатые, - зловеще процедила старуха. - Я вас за шиворот посреди огорода повешу...

Пока она грозила коту и лисе карами, начался второй период, и спохватившаяся Яга приступила к обязанностям комментатора. Бегемот потихоньку улизнул, лиса последовала за ним.

- По нолям пока? - осведомился знакомый голос.

Прикрыв микрофон ладонью, Яга повернулась и увидела недовольного Трофимыча.

- Что, «Самураи», позорно проиграли? - подколола она.

Домовой косо глянул на старуху.

- Этому япошке хрен забьешь, он ловкий, как куница, - Трофимыч ткнул пальцем в стоящего на воротах Нобору. - Ниндзя, елки зеленые.

Яга спохватилась.

- Шайба у «Хищников», сольный проход Васильича не удался. Вбрасывание в зоне «Звезд».

- Я ж говорю, у Матвеича атака - ерунда, защита проваливается, зато вратарь тащит, - прогудел Трофимыч.

- Данилыч в атаке, пас на Деяна, бросок - гол!!! А нет, показалось. Шайба отскочила от борта и упала на сетку снаружи, ворота сдвинуты, игра остановлена. Вбрасывание в зоне «Хищников»... Деян!!! Мощнейший бросок, и Нобору снова спасает ворота. Но-бо-ру! Микадо вратарской площадки!

Судя по ору, аканамэ стал любимцем болельщиков.

- Нобору пасует Васильичу, тот обыгрывает Данилыча, Макарыча, пас на Зосимыча, щелчок! В игру вступает вратарь «Звезд» Петрович, шайба в ловушке, Васильич во вратарской... сбивает Петровича, Деян вступается за вратаря, и у нас драка.

- Такой хоккей нам не нужен, - подсказал Серега, наводя камеру на боксирующих домовых.

- Почему? Иногда можно посмотреть, - не согласилась Яга. - Какой красивый хук с левой! Я в восхищении.

Кощей молча сгреб Васильича и Деяна, вынес их на скамейку штрафников и показал, что боксеры удалены до конца периода. Полторы минуты мрачные домовые играли в неполных составах.

Во время второго перерыва Яга, Серега и Трофимыч допили чай, закусив прихваченными домовым пирогами. Трофимыч критиковал команду «Хищников», в критике ощущалась неприкрытая зависть к вратарю.

Третий период домовые начали осторожно.

- Мой форвард подтянулся, - заметил Трофимыч, имея в виду явление нападающего своей команды дзасики-вараси Дайске.

А еще приковыляли привлеченные шумом старые сосны.

На ветвях сосны Высотниковой и устроился Дайске в самурайском шлеме. Японский домовой время от времени помахивал флагом Страны восходящего солнца, явно переживая за вратаря-соотечественника. Нобору приходилось туго.

- Озаренный сиянием Аматэрасу вратарь в очередной раз спасает команду, - комментировала Яга. - Матвеичу надо что-то делать с защитой... Бросок! Еще бросок! Шайба у вратаря.

Зрители устроили овацию голкиперу. Высотникова похлопала ветками, из-за чего Дайске чуть не свалился в сугроб, и проскрипела что-то одобрительное, чего от старой лесной склочницы никто не ожидал.

Серега запечатлел реакцию зрителей, Яга рассыпалась в дифирамбах Нобору, Трофимыч завистливо вздыхал. Матч продолжился.

- До конца третьего периода осталось две минуты, - напомнила Яга, - счет по-прежнему не открыт, в атаке «Звезды». На бешеной скорости Деян входит в зону соперника, пас Макарычу, замах... и... и Нобору в этот раз не раскусил хитрость Макарыча. Гол!

Домовые из «Звезд» от счастья уронили Макарыча на лед, домовые из «Хищников», огрызаясь друг на друга, понуро покатили к центральному кругу в ожидании вбрасывания.

- Осталось 48 секунд, - сообщила Яга, - у «Звезд» серьезная заявка на победу.

Показав кулак своим защитникам, Матвеич сам встал на вбрасывание и выиграл шайбу.

- Матвеич проходит среднюю зону, красиво обыгрывает Деяна, отдает шайбу Зосимычу... неточно, но шайба остается у «Хищников». Игра по-прежнему в средней зоне, «Звезды» блокируют все попытки прорыва, секунды бегут. Двенадцать, одиннадцать, десять, девять, восемь... Зосимыч бросает от синей линии... ГОЛ!!! Вот это бросок! За семь секунд до конца периода шайба попадает в ворота Петровича, пролетев над ловушкой.

- Историческая встреча команд, - вставил Серега. - У одной все, кроме вратаря, у другой ничего, кроме вратаря.

- Не-е-е, - протянул Трофимыч. - Коли Зосимыч распсихуется, он такой мастер-класс покажет - во! - для убедительности домовой поднял большой палец. - У него бросок сказочный.

- Перерыв! - объявила Яга. - Игра переходит в овертайм.

- Ежели дело дойдет до буллитов, Деяну ничего не светит, - сказал Трофимыч и посмотрел на приз, стоящий на столике рядом с Серегой.

Призом служила отлитая из эпоксидки Лешим и Серегой же статуэтка. На подставке, сделанной в виде шайбы, стоял суровый бородатый хоккеист в армяке и с клюшкой наперевес. Хоккеиста покрасили серебряной нитрокраской, клюшка и подставка отливали золотом. Вдоль ребра шайбы старославянскими буквицами Леший вывел: «Чемпионы блиц-турнира «Домовые на льду».

- Овертайм! - крикнула в микрофон Яга.

Зрители притихли, глядя на лед.

«Звезды», понимая, что по буллитам они вряд ли выиграют, пошли в отчаянную атаку, но Данилыча капитан «Хищников» Матвеич встретил шикарным силовым приемом, не нарушив правила и отобрав шайбу.

- Матвеич! - напряженно говорила Яга. - Васильич. Семеныч! Семеныч совершенно незаметен в сегодняшнем матче. Зосимыч. Семеныч. «Хищники» держат шайбу, надеясь завершить овертайм вничью. Деян атакует Семеныча и... и уходит с площадки на минуту за опасную игру высоко поднятой клюшкой. Третье удаление Деяна, «Звезды» остаются вчетвером. Вбрасывание выигрывает Данилыч и выбрасывает шайбу к воротам Нобору. Нобору пасует Зосимычу, тот проходит среднюю зону на высокой скорости, пас Семенычу... щелчок! СЕМЕНЫЧ!! Кто бы мог подумать. Какой красивый, а главное, нужный гол! Два-один, «Хищники» становятся чемпионами блиц-турнира.

- Повезло, - резюмировал Трофимыч. - Семеныч вообще везучий, зараза.

После церемонии награждения и поздравлений домовые и добровольные помощники начали разбирать стадион, Кощей снимал чары с озера, зрители разбредались, обсуждая матч, а Яга спросила у Сереги:

- С чего все началось-то? Ты так и не сказал.

- А! - демонтируя кран для камеры, джинн заговорил. - Сидели мы с Лешим, смотрели на ноуте фильм про Харламова, пришел Зосимыч по какому-то делу и залип в экран. На другой день всех домовых притащил - покажите, говорит, кино еще раз. Я включил. Они посмотрели и загорелись.

- Ох-хо, - вздохнула Яга. - Боевики им не показывайте, ладно? И вестерны. Вдруг после какой-нибудь «Великолепной семерки» начнут учиться стрелять и бросать ножи, - Яга еще раз вздохнула. - Беспокоюсь я. Впечатлительные они у нас.

Куриная история

Черной-пречерной ночью лиса цинично полакомилась петухом бабки Сосипатровны аккурат на крыльце. Утром, покрыв матом лису вместе с неосторожным петухом, бабка отправилась к соседке и заколотила палкой в оконную раму. Стекло угрожающе зазвенело.

- Ма-а-ашка!!! - завопила Сосипатровна. - Машка, выходь.

- Чего вопишь? - высунулась из клуни Мария Егоровна.

- Кузьку лиса сожрала, - сообщила Сосипатровна.

Петух был необходим во-первых, как будильник, во-вторых, для получения яиц, из которых гарантированно вылуплялись цыплята. Цыплятами Сосипатровна успешно торговала.

- И хрен бы с твоим Кузькой, нового купишь, - не прониклась Мария.

- Кады?! Я в город еду, позвонила уже, чтоб встречали, Вовка отгул взял.

Сосипатровна везла дочери с зятем две преогромные сумки солений-варений, что делала каждую осень. Пока она оставалась в городе, кур и поросенка кормила соседка.

- Ну езжай, господи. Приедешь - купишь, - Мария выпрямилась и посмотрела на грунтовку, прикрывшись ладонью от солнца. - Ромашов не по твою душу пылит?

По дороге двигался мотоблок с прицепом. Сосипатровна засуетилась.

- Ох ты, етишкино коромысло, пошла я, Машка. Курей выпущу, ты ж их загнать не забудь.

- Не впервой, - и Егоровна скрылась в клуне.

Покойный Кузька был петухом голосистым и производительным, зато глупым и драчливым. Марии Егоровне не раз приходилось применять палку, чтобы привести султана куриного гарема в чувство, поэтому жалости к нему она не испытывала.

Вечером, закончив дела, Егоровна устроила на ночь живность соседки, полюбовалась, как заходит солнце над старым лесом, и отправилась спать. Дома ее и Сосипатровны стояли на краю деревни, отделенные от леса широким покосным лугом, а ближе всех к опушке находился дом Тольки Бадалова, который где-то познакомился с симпатичной японкой.

Ночь выдалась тревожная. Дважды Мария Егоровна просыпалась от мелькающего в щелях ставень оранжевого света и в испуге выбегала на крыльцо, опасаясь пожара. Огня она не обнаружила, дымом не пахло, но все равно спала Егоровна беспокойно.

На заре ее поднял далекий пронзительный вопль петуха Борисовых, который всегда орал, как жертва маньяка. Вспоминая добрым словом музыкальные трели невинно убиенного Кузьки, Егоровна отправилась кормить свиней, кур и прочую крылатую и бескрылую братию.

Плацдарм для кур у Сосипатровны занимал большую площадь, огороженную рабицей. Внутри зять Вовка построил шикарный утепленный курятник, куда птицы загонялись на ночь и запирались на щеколду. Своенравный Кузька порой отказывался идти в гарем, перелетал через сетку во двор, за что и поплатился.

Когда Егоровна подошла к курятнику, дверь оказалась приоткрытой, а щеколда, соответственно, отодвинутой, хотя накануне запиралась добросовестно. С нехорошими предчувствиями Егоровна распахнула дверь и посветила фонариком. Имеющие умиротворенный и сонный вид куры заквохтали на своих насестах, причем ни одна не поспешила наружу. Егоровна пересчитала их дважды и успокоилась, когда счет оба раза сошелся, подтверждая наличие всех несушек. Оставив дверь открытой, Егоровна насыпала курам пшена, налила воды и удалилась к себе.

Следующие две ночи были спокойными, зато на четвертую Егоровна опять мельком видела отблески огня в соседском дворе, утром снова дверь курятника была открыта, но курицы все оказались на месте, дом Сосипатровны по-прежнему был закрыт, цел и невредим, и Егоровна решив, что она не мисс Марпл и загадку решать не будет, плюнула на ночные заморочки, а там и соседка вернулась.

- Ма-а-а-а-ашка!!! - истошный вопль Сосипатровны заставил Егоровну подскочить на табурете, расплескав чай по столу.

Напуганная соседка ворвалась в дом через секунду после крика, держа на вытянутых руках лукошко, в которое обычно собирала яйца.

- Что?! Что?! - перепугалась и Мария Егоровна.

- Я... я... - заикалась соседка, протягивая лукошко.

Егоровна лукошко оттолкнула.

- Чего ты мне его пихаешь? - она подалась в сторону и встала так, чтобы между ней и гостей был стол.

- Яйца... - обрела дар речи Сосипатровна.

Егоровна опасливо заглянула в корзину. Яйца как яйца, крупные, коричневые, какие обычно и несли соседские куры.

- И что? - осведомилась Мария Егоровна, начиная злиться.

- Не видишь? Подь сюда! - соседка за рукав потащила ее в темные сени, и там-то Егоровна увидела.

В темноте яйца слабо светились неровным оранжевым светом. Егоровна вытаращила глаза, Сосипатровна тихонько подвыла и выронила лукошко.

- Не иначе, бесовское наваждение, - лихорадочно крестилась она, - за грехи мои, господи.

Егоровна распахнула дверь во двор, сени залило ярким дневным светом, яйца погасли.

- Нужна ты бесам, - заметила она, машинально глянув в сторону леса.

- Ба-а-атюшку надо... - выла Сосипатровна. - Святую воду на-а-адо. Ико-о-о-оны.

- У тебя икон полон угол, - вспомнив об этом, Егоровна успокоилась. Кроме того, богатый опыт проживания по соседству с необычным лесом подсказывал, что разгадку нужно искать там.

- Бесы смуща-а-ают, - продолжала Сосипатровна. - Медведя с топором в позапрошлом годе в лесу встретил-а-а-а.

- За-а-а-абористая самого-о-о-онка-а у Борисовы-ы-ы-х, - попала в тон Егоровна.

- Не пила я тады, во те крест! - слова соседки привели Сосипатровну в чувство.

- Пошли, - решилась Егоровна.

- Куды? - Сосипатровна начала закатывать глаза, готовясь снова завыть.

- К Тольке Бадалову, - кое-что про Анатолия Егоровна слышала. - Яйца собери.

На светящиеся яйца Анатолий глянул с любопытством и съязвил:

- Чернобыльские или привет, Фукусима?

Японка Юка, выпарывавшая сломанный замок из Толькиной куртки, приостановила работу.

- Да тьху на тя, мордофиля! - Сосипатровна аж оскалилась, на миг показав крупные белые зубы, все до единого свои. Зубы старухи напомнили Анатолию фильм «Челюсти», и имя Сосипатровна носила подходящее - Акулина.

- Не орите, Акулина Сосипатровна, - Толик перевел взгляд на каменно спокойную Егоровну. - Вы б рассказали все, теть Маш?

Гости заняли места за столом, Юка подала чай и японское печенье в виде рыбок. Пока Мария Егоровна рассказывала, Сосипатровна схомячила весь десерт.

- Курятник закройте на замок, - посоветовал Анатолий, переглянувшись с Юкой.

- А яйшшша? - с набитым ртом спросила Сосипатровна.

- Можете выкинуть, - пожал плечами Толик. - А хотите - оставьте, покажу их специалистам, - он ухмыльнулся, вспомнив Кощея, Лешего и Ягу.

Когда бабки ушли, оставив лукошко, яйца внимательно исследовала Юка и вынесла вердикт:

- Надо к Ресему.

- К Лешему? - задумчиво переспросил Анатолий. - Поздно уже, а мне завтра на работу.

- Я поеду, - кицунэ забавно наморщила нос.

Отлаженный «Кавасаки» доставил Юку к дому Лешего в сумерках. Выслушав историю и изучив светящиеся яйца, лесной хозяин взялся за мобильник. В результате недолгих переговоров к дому глубокой ночью подъехал второй специалист. Едва глянув в лукошко, Кикимора ахнула:

- Не может быть!

- Значит, не показалось, - удовлетворенно заметил Леший.

- Что?! - нетерпеливо встряла Юка.

Жестом остановив ее, Кикимора выхватила из кармана айфон, как кинжал из ножен.

- Кощей, подъем! Приготовься испытать шок... Внимание! Местные курицы залетели от жар-птицы, та-дам!! Точно тебе говорю. Да-да-да, а ты уверял, что они вымерли. Двигай к Лешему, я позвоню Яге, - она нажала на отбой и тут же стала искать номер Яги, между делом тараторя: - Юка, едь домой. Курятник там закрыли? Должны были? Ну и славно... Яга? Милочка, такие новости, ты выпадешь.

Кицунэ послушно уехала.

Кур никто не потревожил, хотя Сосипатровне и привиделся ночью огненный шар, летевший в направлении курятника, а утром она обнаружила еще одно светящееся яйцо и отнесла его в дом Бадаловых. Анатолий был на работе, яйцо взяла Юка и немедленно позвонила Лешему. Звонок прошел, лесной хозяин ответил:

- Погодь, некогда щас, я тебе перезвоню.

И действительно, перезвонил вечером, предложив приехать. На сей раз мотоцикл вел Анатолий, который сгорал от любопытства.

Яркий оранжевый свет Толик с Юкой увидели меж деревьев; двор Лешего освещала сидящая в клетке изящная золотистая птица с длинной, почти лебединой шеей, на голове ее сиял гребень в виде высокой короны.

- Красота, - выдохнул Анатолий.

Юка восхищенно ахнула.

- Еле поймали, - сказала Кикимора.

Она сидела на крыльце в компании уставших Лешего, Кощея, Яги и джинна Сереги.

- На живца, - Кощей двусмысленно улыбнулся. - На курицу, короче.

- Выходит, это жар-птиц? - спросил Анатолий. - Самец?

- Ага, - кивнул Леший и потянулся за трубкой. - Причем трусливый, местных петухов боится.

- Зато сообразительный: задвижку открывал, - вставил Серега. - И стопудово имел место сговор с лисой.

Жар-птиц в клетке выпятил грудь и самодовольно задрал клюв.

- У нас появился шанс восстановить популяцию! - восторженно вскричала Кикимора. - Тут столько всего можно сделать... Работы вагон. Можно... можно феникса вывести!!

Яга громко кашлянула.

- Так, - произнесла она, повернувшись к Кикиморе. Та замолчала, предчувствуя вопрос с подвохом. - Межвидовое скрещивание невозможно?

- Ну... да, - осторожно отозвалась та.

- Если от жар-птица залетели куры, получается, оно само из куриных? В смысле, петух? - пришла к выводу Яга.

Леший рассыпал табак. У Кощея начало нервно дергаться веко.

- Получается, да, - подумав, ответила Кикимора.

- Охренеть, - сказала Яга.

И все притихли, переваривая это научное открытие.

Лось и важенка

Под полной луной лось Кубышкин шествовал по лесу и ревел, вызывая на бой своего вечного спарринг-партнера:

- Осинников, выходи! Ур-р-рою.

Поскольку лось Осинников не откликался, он то ли спал, то ли не слышал, то ли забил на зов оппонента. Кубышкин покачивал массивными развесистыми рогами и продолжал орать.

Справедливости ради следует заметить, что процент побед у Кубышкина стремился к пятидесяти, поскольку соперники были равны по силе, и исход боя решало везение. Кроме того, Осинников каждое лето ломал оппоненту какой-нибудь отросток рога, что безумно злило Кубышкина и становилось причиной внеочередной схватки.

- О-син-ни... - начал боевой клич Кубышкин и заткнулся, увидев, как через поляну метнулось существо, похожее на маленькую лосиху. - Бля, баба!!

Инстинкты лося всегда работали гораздо лучше мозговых процессов, поэтому Кубышкин не раздумывая припустил вдогонку, только минут через десять бега по пересеченной местности сообразив, что запах от лосихи какой-то не такой. Не лосиный. А еще через пару минут он понял, где находится, и заорал:

- Стой, дура, там болото!

И услышал всплеск.

Кубышкин резво притормозил.

- Помогите... - слабо раздалось впереди.

- Эй, ты держишься? - лось осторожно пошлепал по травяному ковру.

- Держусь... я увязла.

«Увязла»! Ага, значит, все-таки баба. Кубышкин посопел.

- Не дергайся тока.

Тут лось увидел убегавшую. Почти по холку завязнув в болоте, передними ногами она отчаянно скребла по покатому склону кочки, стараясь выбраться. Чуть вытянутая голова на длинной шее, покрытой красивой серебристо-голубой длинной шерстью, была не лосиной.

- Олениха! - дошло до Кубышкина.

Взобравшись на кочку, лось сбоку удачно подцепил рогами олениху и помог ей вылезти. Распластавшись на кочке, покрытая бурой грязью олениха тяжело дышала. Кубышкин топтался рядом.

- Говорящий лось, - вдруг всхлипнула олениха. - Я либо сплю, либо спятила.

- А ты, типа, не говорящая, - буркнул Кубышкин.

- Я женщина, - отозвалась олениха и, поднявшись, брезгливо посмотрела на облепленные грязью ноги.

- Ну дык... - фыркнул лось.

- Я женщина, придурок! Человек, - олениха по-собачьи отряхнулась, забрызгав Кубышкина.

Сохатый хотел съязвить, но передумал.

- Чо, правда? - спросил он. - Оборотень, чо ли?

- Дурак, - подытожила олениха.

Кубышкин тщательно принюхался. Пахло человеком, а чутью лось доверял.

- Пошли, - сказал он.

Несоответствие между оленьим обликом и запахом человека натолкнуло туповатого Кубышкина на правильную мысль обратиться к тем, кто разбирается в вопросах превращений.

- Куда? - печально спросила олениха.

- Ну бля, закудахтала, - по манере выражаться Кубышкин недалеко ушел от классического гопника. - Не сцы, не обижу. Двигай за мной.

Олениха плелась за лосем, ежесекундно вздыхая и бормоча о говорящих животных, белой горячке и дурдоме. Кубышкин мало что понимал.

Завидев дом Лешего, сохатый скомандовал:

- Стой, я щас, - затем подбежал к дому, сунул морду в открытое окно и что-то загудел.

Над крыльцом загорелась яркая лампа, и на свет вышел мужичок в старомодной одежде. Чтобы не напугать своим видом гостью, Леший предусмотрительно принял человеческий облик.

Безошибочно отыскав взглядом среди деревьев олениху, лесной хозяин поманил ее пальцем. Та опасливо подошла.

- Как звать? - сурово спросил Леший.

- Анастасия Александровна, - олениха жмурилась от света. - Можно тетя Настя.

- Говорят вам, чтобы не мотались мимо леса в полнолуние, так нет. Выкладывай, как все было, - лесной хозяин притворил дверь, потому что в доме медведь Комлев набирал на ноуте очередную статью для киноблога, а эта картина могла напугать человека сильнее, чем истинный вид Лешего.

Кубышкин тоже подошел послушать.

Накануне Настя возвращалась из Малиновки домой на велосипеде, по пути пробила колесо, пока заклеивала, наступил вечер, в темноте свернула не туда, заехала на какой-то холм, увидела тропу, решила сократить дорогу, въехала в серебристый туман, очнулась на поляне в виде важенки.

- В виде кого? - не понял Кубышкин.

- Важенка, - сказал Леший, - это самка северного оленя, а Кубышкин у нас бестолочь. Настя, - обратился он к оленихе, - ты, чаю, не местная.

Поскольку Леший был гор-а-а-аздо старше любого человека, Настю тетей он не называл.

- В феврале переехали, - сказала важенка.

- Откуда? - Леший захлопнул приоткрывшуюся дверь: Комлев подслушивал.

- Из Карелии. Город Кемь, слышали?

Из дома раздался бас:

- О, я! Кемска волость.

- Медведь ты, Комлев, и шутки у тебя косолапые, - крикнул Леший, а Насте сообщил: - теперь понятно, почему ты стала важенкой. Влияние, так сказать, родины.

- Обратно в баб... в женщину можно меня? - крепившаяся Настя всхлипнула.

- Попробуем. Извиняюсь, в дом не приглашаю, - Леший ненадолго исчез за дверью и вынес на крыльцо хрустальную конфетницу, полную чистой, чуть светящейся воды.

- Пей, - сунул он конфетницу под морду оленихе.

Та закрыла глаза, сделала глоток, потом еще один, и на глазах удивленного Кубышкина очертания оленихи заколебались, словно он смотрел сквозь полуденное марево, на миг сверкнула серебряная вспышка, сильнее запахло человеком. На месте важенки стояла растрепанная полноватая женщина лет сорока в ужасно грязном джинсовом костюме.

Она подняла руки, ощупала лицо, облегченно вздохнула, глянула на брюки, отвела полы куртки и с чувством произнесла:

- Пи...ц!

- Отстираешь, - не проникся Леший. - Утра подождешь или как?

Анастасия Александровна не была склонна к истерикам, видимо, повидав за сорок лет в жизни всякое. Она подумала.

- До дома бы кто проводил.

Кубышкин ударил передней ногой, как ретивый конь.

- Те куда? С ветерком доставлю.

- В Заполье, на Пролетарскую, - тетя Настя оценивающе посмотрела на лося.

Тот еще раз ударил копытом.

- За час доедем, залазь, - Кубышкин почувствовал некоторую ответственность за бывшую важенку.

Анастасия Александровна забралась на спину лося с чурбака для колки дров.

- И здоровый же вымахал, - прокомментировала она, вцепившись в жесткую шерсть на холке. - Хорошо, я в юности верховой ездой занималась. Трогай, сохатый.

Кубышкин не подвел, довез до Заполья, по пути успев представиться и рассказать о нелегкой жизни и вечных драках с Осинниковым. Тетя Настя сочувствовала.

У крайнего дома на улице Пролетарской она кряхтя сползла на землю.

- Спасибо, Кубышкин, - искренне поблагодарила она лося. - Спаситель.

- Да лан, - смутился обитатель волшебного леса. - Важенка, хы.

Вечером, когда тетя Настя развешивала на веревках отстиранную джинсовую пару, из кустов высунулась лосиная морда.

- Кубышкин, - всплеснула руками Анастасия Александровна.

- Ага, - лось с трудом протискивался меж кустов. Что-то бренчало, Кубышкин тихо матерился. - Я твой велосипед принес, - он высвободил, наконец, башку из ветвей.

На рогах покачивался поцарапанный «Стелс-пилот».

Отхохотавшись, тетя Настя поцеловала смущенного Кубышкина точно в нос.

За дровами

Зайдя со стороны оврага, лось Кубышкин прокрался по пустынному проулку, принюхался и воровато нырнул во двор дома номер восемь по улице Пролетарской в деревне Заполье.

- А-нас-та-сия! - шепотом позвал он. - Пожрать есть чо?

Встрепанная хозяйка высунулась из окна.

- Яблоки в ведре. И отстань пока, мне позвонить надо.

- БУ! - лось шуганул гулявших по двору кур и прошествовал к крыльцу, где стояли ведра, наполненные некрупными зеленовато-белыми яблоками. - Падалица, - разочарованно протянул сохатый.

- Разборчивый стал, я смотрю! - крикнула из дома Анастасия Александровна. - Избаловался.

После ночных приключений в полнолуние Кубышкин время от времени наведывался к тете Насте, где лакомился морковью и солеными сухариками.

Яблоки сорта «белый налив» сохатый долго и придирчиво нюхал. В конце концов выбрал плод поменьше и захрустел.

- Съедобно, - резюмировал лось и наклонился над ведром, уменьшая количество яблок со скоростью одно в минуту, при этом не забывая прислушиваться.

Тетя Настя ругалась.

- Чего там? - осведомился Кубышкин.

- Ничего, - хозяйка вынесла лосю посоленную горбушку. - Мой заказал два куба дров для бани и свалил на рыбалку с мужиками. Звоню в контору, спрашиваю, где дрова, мне отвечают: у нас самовывоз. Попарилась в баньке, ага. И у соседей, как назло, транспорта нет.

Кубышкин прожевал хлеб, закусил яблоком.

- А эт не транспорт? - лось мотнул тяжелой башкой в сторону открытого сарая, где сиротливо притулилась заваленная хламом телега.

- Лошадь я тебе из кармана вытащу? - буркнула тетя Настя.

Лось задумчиво зашлепал губами.

- Сбруя есть? - спросил он.

Анастасия Александровна слегка насторожилась.

- Есть, - ответила она. - От старых хозяев осталась. Телега, кстати, тоже от них.

- Ну дык говно вопрос, - лось оторвался от яблок. - Запрячь смогёшь?

- Смогу... - тут до тети Насти дошло. Она отступила. - Не-не-не, ты что? Сбрендил? - женщина покрутила пальцем у виска.

Лось сплюнул.

- Не сцы, - Кубышкин был уверен в себе и непоколебим, как памятник. - Те к конторе у леспромхоза? Через лес домчу.

- Иди ты! - Анастасия Александровна замахала руками. - Я уже один раз через лес поехала, с меня хватило.

- Дура баба, - сохатый снова сплюнул, сжевал яблоко и снисходительно добавил: - не парься, мы мигом туда-сюда обернемся. Колеса тока у телеги проверь.

Колеса на резиновых шинах оказались в порядке и даже не спущены. Сбруя частично ссохлась, но была приведена в относительно божеский вид при помощи найденной в сарае же бутылки дегтя. Пока тетя Настя реанимировала гужи, Кубышкин жевал яблоки, попутно поясняя маршрут:

- Через овраг на Знаменку и по колее мимо озера с Венерой («с какой Венерой?!» - изумленно подумала Анастасия Александровна), там по грунтовке до леспромхоза доплюнуть можно, - лось икнул.

- Хватит лопать, второе ведро умял, - тетя Настя взяла хомут. - Иди сюда, рысак.

Из-за рогов хомут пришлось надевать не через голову, а прямо на шею сверху, до отказа раздвинув клещи. Хомут был широкий, большой, и на шею налез.

В запряжке Кубышкин смотрелся величественно, пока не задирал башку и не бил рогами в дугу. От узды и вожжей лось отказался, мотивируя отказ отличным знанием дороги.

- Вылитый троллейбус, - вздохнула тетя Настя. - Рогатый транспорт.

Лось не понял, поэтому, проигнорировав замечание, спросил:

- Контора до скольки работает?

- До семи вроде, - Анастасия Александровна кинула в телегу веревки, на всякий случай брезент и полезла сама. - Ох ты, господи, ведь чувствую, что зря этой херней занимаюсь.

- Пое-е-ехали! - Кубышкин легко, как перышко, выдернул телегу.

По оврагу они проехали шагом, но едва выбрались из него, Кубышкин дал хорошую рысь, и телега мягко запрыгала по ухабам, пока колеса не попали в накатанную колею. Лось пер вперед, как локомотив. Когда открылось озеро с красивой деревянной фигурой, тетю Настю в телеге уже изрядно растрясло, она проклинала Кубышкина и себя за то, что ввязалась в эту авантюру.

- Здарова, бабы! - не сбавляя хода, гаркнул Кубышкин зеленоволосым купальщицам.

- Придурок! - донеслось от озера.

За полгода жизни в Заполье Анастасия Александровна наслушалась и про особый лес, и про заповедное озеро, а кратковременное пребывание в шкуре оленихи и знакомство с говорящим лосем отучило ее удивляться. Она не сомневалась, что лес хранит о-о-очень много тайн.

- Т-ты с кем здоровался? - крикнула тетя Настя, клацнув зубами на первом слоге, поскольку под колесо попал камень.

- С мавками, - отозвался Кубышкин.

Сохатый нисколько не сбил дыхание, продолжая нестись ровной размашистой рысью, а на грунтовке еще и прибавил. Водитель встретившегося грузовика, увидев лося в хомуте, перекрестился, мотоциклист на «Кавасаки» приветливо помахал рукой, два велосипедиста спокойно прижались к обочине, уступая дорогу, из окна «уазика», следующего параллельным курсом, вытянулась рука с телефоном. «Батюшки!» - подумала тетя Настя. Кубышкин опустил голову и пошел, как призовой рысак на ипподроме, махом пролетев оставшиеся километры до леспромхоза. Лось сообразил обогнуть контору и затормозить в высоких кустах, которые отлично его скрыли.

- Всю задницу отбила, - подвела итог тетя Настя, вывалившись из телеги.

В конторе она пробыла недолго и вышла вместе с рослым мужиком, который открыл склад и начал выбрасывать оттуда упакованные в сетки дрова. Анастасия Александровна с тоской поняла, что он сейчас увидит ее транспорт, но выхода не было: мужик твердо решил помочь с погрузкой.

- Кубышкин, - позвала она, и лось бодрым шагом вышел из кустов.

Солнце садилось. Кладовщик оседал на землю, облитый красными закатными лучами, как последний викинг, сраженный на поле брани.

Тетя Настя похлопала его по щекам.

- Ну лось, - ласково сказала она. - Ну в хомуте. Ну чего на свете не бывает.

Кубышкин трясся от внутреннего смеха. К счастью, у него хватило ума молчать.

- Лось? - хрипло переспросил кладовщик.

- Лось, - подтвердила тетя Настя и в пылу вдохновения добавила: - цирковой.

- А-а, - кладовщик опомнился и нашел силы подняться.

- Династия цирковых наездников Ямало-Ненецкого Автономного округа, - выпалила Анастасия Александровна, чем окончательно привела мужика в чувство.

Определив дрова в телегу и распрощавшись с кладовщиком, тетя Настя отбыла. Сохатый вытащил телегу на грунтовку, рванул рысью и заорал на весь лес:

- Окр-р-р-расился месяц багря-я-я-янцем, где волны бушуют у скал. Поедем, кр-р-р-расотка, кататься, давно-о-о-о я тебя поджидал.

Тетя Настя начала хихикать.

- Я еду охотно с тобою, я-я-я волны мор-р-р-рские люблю, дай парусу полную волю, сама же я сяду к р-р-рулю.

- Кубышкин, - прервала арию Анастасия Александровна. - Кубышкин, мы с тобой дебилы!

- Почему это? - повернув башку, сохатый привычно стукнулся рогами о дугу.

- Потому что дрова можно было одолжить у соседей и не устраивать этот бл...й цирк! - тетя Настя заржала в голос.

- Да похеру, - Кубышкин прибавил ход.

В сгущающихся сумерках снова раздалось:

- Дай парусу полную волю, сама же я сяду к р-р-рулю!

Сделав короткую паузу, лось набрал больше воздуха в широкую грудь и взревел с новой силой:

- Ты п-р-рравишь в открытое море, где с бурей не справиться нам...

- ...в такую шальную погоду нельзя доверяться волнам, - справившись с хохотом, подхватила тетя Настя.

Стрим

Бабу-Ягу насторожило спокойствие кота. Обычно, когда Бегемот с головой погружался в компьютерную игру, он злился, ругался, пару раз швырял мышку на пол, в общем, вел себя крайне эмоционально. Сегодня кот был сдержан, хотя, судя по звукам, бой в игре шел нешуточный.

- Играешь? - решила удостовериться Яга, отвлекаясь от заполнения формы регистрации участников турнира «Виртуозы метлы». И нет, речь шла не о дворниках, а о ведьмах.

- Стримлю, - лаконично ответил Бегемот.

- Ошалел? - Яга уставилась на домашнего любимца.

Чего-чего, а стриминга она не ожидала.

- Чего?! - кот отвернулся от микрофона. - Я в нашем сегменте стримлю. И без вебки.

Чары сказочного леса не позволяли делать ни фото, ни запись, поэтому наличие или отсутствие вебки роли не играло.

- Давно ты этим занимаешься? - поинтересовалась старуха.

Кот начал припоминать, не переставая лихорадочно жать кнопки. Из колонок доносились грозная и одновременная печальная музыка и шум рассекаемого клинками воздуха.

- Месяца три, - ответил Бегемот. - Да блин!! Эту тварь можно победить?

- Ну-ка, - заинтересованная Яга закрыла свою вкладку, открыла стриминговую площадку, поковырялась в поиске. - Йольский котэ?

- Ага, - Бегемот что-то зло пробормотал по-исландски и снова вошел в локацию.

Яга читала чат трансляции.

«Златовласка: котэ сегодня не в ударе.

Лысый байкер: Уже все это прошли, один котэ тупит.

Айболит666: Мотька как не умел играть, так и не умеет. Не стрим, а порно. А порно мы не смотрим.

Лысый байкер: Почему вы не смотрите порно? Люди трахались, старались».

По никам Яга опознала всех.

- Кощей-то хулиганит в чате, - заметила она.

- Он всегда такой, - меланхолично отозвался Бегемот.

«Златовласка@Лысый Байкер: прекрати пошлить.

Лысый байкер@Златовласка: (много веселых смайликов)

Киновед: Всем здарова. Радана вчера долго бил?»

- Не очень, - ответил в микрофон кот.

«Лысый байкер@Киновед: Котэ врет! Он весь стрим его бил, часов шесть. От Звездных пустошей нас уже тошнило.

Златовласка: я начинаю болеть за Малению. Ма-ле-ни-я! Оле! Маления чемпион!

Лысый байкер: Я Малению за час прошел».

- Чтоб вас, - Яга открыла гугл и начала читать про боссов «Кольца Элдена».

Кот сражался. Чат жил своей жизнью.

«Златовласка: Мотя, лучше продолжи третьих героев, у тебя там получалось.

Айболит666: Он их еще не прошел?!!

HMS Undine: Guten Abend, meine Damen und Herren. Wie geht's? Wie streamt man?

Златовласка@HMS Undine: Здравствуй, милочка!»

- Гутен абенд, либхен Ундин, - громко поздоровался кот. - Аллес ист гут.

- Фигасе у тебя интернационал, - удивилась Яга.

- А то, - самодовольно произнес Бегемот.

«Толян@Айболит666: привет скажи Французу чтоб зашел

Златовласка@Толян: запятые прокляты автором.

Толян@Златовласка: душнила вы бабушка».

- Оборотни тоже тусуются. Так-с, - Яга застучала по клавишам ноута.

«Варвара-краса: Мотька, го завтра в танки взводом?»

- В танки? - кот призадумался. - Можно и в танки.

- Это кто?! - изумилась Яга.

- Варвара Васильевна с выселок, - пояснил Бегемот и треснул лапой по столу. - Да ну нафиг! Зар-р-раза.

«Лысый байкер: Сто шестьдесят вторая попытка убить Малению провалилась.

Айболит666: Я же говорил, что Мотька - лох.

Златовласка: Ма-ле-ни-я! Ма-ле-ни-я!!»

- Варька Коломыйцева?! - изумилась Яга. - Ей же под восемьдесят.

- Ну и что? - кот выдохнул. - У нее статистика в танках лучше моей.

- Ага, - Яга ухмыльнулась. - Я тогда тоже создам массовку.

«Графиня Анна Федотовна: Привет бомонду из избушки на гусеничном ходу.

Лысый байкер: О-о-о-о, кто пришел.

Златовласка: нашего полку прибыло.

HMS Undine: Guten Abend.

Матвеич: отползаю, у меня телефон разрядился».

- Спасибо, Матвеич, что был с нами, - сердечно поблагодарил кот.

- Домовые, значит, на стримах торчат, - недовольно проговорила Яга. - Делом бы занимались! Ну-ка, Мотька, дай мне модерку.

- Не дам, - сказал кот, - ты всех перебанишь... Я ж нажал уворот, чтоб вас всех скессы забрали!

«Лысый байкер: Сшиватель возьми.

Златовласка: На этом стриме ощущается тенденция к бесконечности.

Графиня Анна Федотовна: бггг.

Варвара-краса: Во сколько завтра?»

- В пять, - кот мрачно менял оружие.

«Лысый байкер: Третьим возьмете?

Варвара-краса@Лысый байкер: На чем играешь?

Лысый байкер@Варвара-краса: На всем! Но одинаково плохо».

- Нормально он играет, - возразил Бегемот.

«Варвара-краса: Тогда возьмем.

Графиня Анна Федотовна: Малению-то прибьют сегодня?

Златовласка: Пятый час ждем.

Лысый байкер: Котэ, щит возьми, лопух исландский

Каменная гостья: привет с Мурманска это Клава. Славик говорит надо чорный клинок малекета

Златовласка: Кла-а-а-ава. Кровь из глаз.

Каменная гостья: извените как могу

Лысый байкер: Котэ, лучше Сшивателем».

- Я все попробую, - свирепо заявил кот.

За окном давно разлилась темнота. Бегемот сражался.

- Который час? - зевнула Яга.

Со двора донеслось:

- Два часа четыре минуты!

Кукушка Тамара Георгиевна опять пребывала на свидании с дроздом Максимом. Скоро она влетела в окно и ловко завернула в свой домик в часах:

- Заканчивайте, ночь на дворе.

- Погоди... погоди... ДА-А-А-А-А-А-А! Я это сделал!!! - взревел кот. - Всё, народ, всем спасибо за поддержку, за общение, за донаты.

- Тебе еще и донатят? - удивилась Яга.

- На какие шиши я игры покупаю, хозяйка? - буркнул Бегемот, а в микрофон вежливо произнес: - особая благодарность главным спонсорам. Завтра в пять танки. Будет сквад.

Сельскохозяйственная авиация

Пока джинн-мастеровой Серега делал техосмотр избушонка-внедорожника Джипа, Полевой болтал с Лешим.

- Яга на метле носится, как потерпевшая, - сообщил хозяин полей.

- Тренируется. Заявку подала на участие в соревнованиях по пилотажу, - пояснил Леший. - «Виртуозы метлы».

- Пилотажница, - усмехнулся Полевой. - «Крутое пике», за штурвалом неунывающий и мужественный Командор... Вчерась чуть в болото не ухнула, сорвалась в штопор.

- Метлу модернизировать надо, - подал голос Серега.

Над лесом пронеслась Яга в авиационном шлеме с визором, прошлогодним подарком Кощея на день ВВС. Старуха чисто выполнила кубинскую восьмерку, медленную бочку и унеслась к полям.

- А ты говоришь... - укоризненно посмотрел на Полевого Леший.

Полевой отмахнулся. Пилотаж на метлах его волновал куда меньше, чем появившиеся на полях заломы, и он с нетерпением ждал, пока Серега подтянет провисшую гусеницу, чтобы махнуть по проселку до Малиновского агрохолдинга.

Серега поторопился. Скоро Джип повез хозяина в указанном направлении и очень обрадовался, обнаружив на исходной точке братца-внедорожника Майбаха. На его кабине стояла, запрокинув голову, вооруженная секундомером Кикимора. Над полем кружилась Яга. Переворот с полупетлей, ромб с полубочками, петля с пируэтами - засмотревшись, Полевой даже забыл, зачем приехал, настолько точно и грамотно управляла метлой старуха.

Вертикальная бочка вправо, полубочка с выходом в горизонтальный полет, три витка штопора, и Яга, подрулив к зрителям, ловко соскочила с метлы.

- Ну как? - тревожно спросила она.

- Так себе, - резюмировала Кикимора. - Штопорная бочка на входе была, потом на вираже скорость потеряла. Милочка, что с тобой?

- Метла тяжелая, скорости не хватает, - буркнула Яга, - а комплекс с каждым разом сложнее. Сейчас же все на легкие метлы пересели, взяли моду, я вот пробовала, не могу с этой вертлявой хренью управляться.

- Слетай к Сереге, - посоветовал Полевой.

Яга мрачно покачала головой.

- За модернизацию могут с соревнований снять.

- Могут снять, могут не снять, - задумчиво заметила Кикимора. - Смотря какая модернизация.

Бабу-Ягу явно мучили сомнения. Она колебалась.

- А-а, к черту, двигаем к нашим механикам, - наконец приняла решение Яга, вскочила на метлу и ушла на боевой разворот.

Кикимора на Майбахе не спеша отправилась к дому Лешего, где пребывал в паяльной лампе джинн Серега, Полевой остался осматривать поля.

Когда Майбах привез хозяйку, на верстаке у дома механики заканчивали осмотр метлы. Серега, Леший и Кощей громко совещались, у каждого на модернизацию метлы имелись свои взгляды. Яга развлекала хеллхаундов Бессмертного, бросая им сломанный разводной ключ, собаки наперегонки носились за ним, отдавали Яге и требовательно лаяли, чтоб она продолжала отрабатывать с ними апортировку. Ключ уже был помят и прокушен.

- В общем, можно улучшить аэродинамические качества, - сказал Серега, - подрегулировать стабилизацию и сделать форсажный режим.

- Модернизация в пределах разумного, - вставил Кощей.

- Я против форсажа, - заявил Леший. - Помнишь движок на дрезине, а? Помнишь?

Серега помнил.

Яга задумалась.

- Прибавка к скорости на форсаже будет существенная? - спросила она.

- Раза в полтора, - прикинув, ответил Серега.

Старуха хотела махнуть рукой и согласиться, но тут зазвонил айфон. Вытащив его из кармана кожаной штурманской куртки, Яга включила связь и услышала тревожный голос Полевого:

- Беда. Саранча!

Звук был хороший, хозяина полей услышали все.

- Ясно, - по-военному коротко отозвалась Яга. - Что делать?

- Метлу не разобрали? - обеспокоился Полевой и, услышав отрицательный ответ, облегченно вздохнул. - Поля нужно обработать, мать, а то пока агрохолдинги раскачаются, урожай тю-тю. Ты уже этим занималась, поработай на благо сельского хозяйства, пожалуйста. Я баллоны смесью наполнил, вылетай к Солнцевскому хутору.

Смесь на основе настоящей мертвой воды, а не той пакости, которую под настроение выдавал волшебный родник, гарантированно убивала саранчу.

Яга стартовала немедленно. У заросшего ольхой, полуразрушенного хутора Полевой вручил ей давно переделанные Серегой огнетушители, проинструктировал, откуда начинать и куда он подвезет запасные баллоны, и Яга устремилась.

Распыляя над полями смесь Полевого, старуха бормотала:

- Летела над камнем саранча египетская, ликом черна, числом тьма. Выходила красна девица на битву, доставала она булатный меч, махала мечом сорок дней и сорок ночей...

Опыт показывал, что заговор от вредителей усиливает действие смеси.

В очередной раз прилетев за баллонами, старуха грустно сказала:

- А на Брокене завтра соревнования начнутся.

- На Брокене от своих иммельманов ты получишь чисто эгоистическое чувство глубокого удовлетворения, - сварливо отозвался запаренный Полевой. - Здесь всем поможешь.

Бывшие у Полевого на подхвате Леший, Кощей и Кикимора согласно закивали. Яга вздохнула и снова полетела в поля.

Напряженная неделя дала плоды: саранча не прошла. Отпраздновать это событие участники собрались у Кикиморы.

Стоял тихий теплый вечер. В ожидании пирогов Кощей и Леший потягивали самогон с апельсиновым соком, Кикимора и Яга налегали на вишневую наливку, отказавшийся от угощения Серега с упоением ковырялся в метле; ему подсвечивал сидящий в клетке жар-птиц.

- Сельскохозяйственная авиация, - проговорила Яга, думая о личном. - Печалька. А еще злостька, яростька и гневик, потому что сегодня на Брокене закончились четвертьфиналы.

- Милочка, глянь, кто в полуфинал вышел, - попросила Кикимора. - Если Марго и Румпумпель, значит, старая гвардия еще на коне.

Яга полезла в телефон и вдруг замерла. Кикимора посмотрела на подругу с подозрением.

- Это карма! - торжественно проговорила Яга, заставив Кощея поперхнуться самогоном. - Это карма, верно вам говорю! «Уважаемый участник соревнований «Виртуозы метлы»... бла-бла-бла... «ввиду плохой погоды и штормового ветра открытие переносится на семнадцатое июля, благоволите подтвердить заявку».

- Ну, за высший пилотаж, - Кикимора подняла стопку с наливкой.

И все присоединились.

Колдунья

Каждый будний осенний день Шестакова перебиралась с дерева на карниз второго этажа и смотрела в окна школы, где занимались первоклашки. К декабрю она научилась сносно читать, считать в пределах сотни и могла коряво написать на снегу простые фразы, что для нее стало большим прорывом, поскольку Шестакова была белкой.

Семейство Шестаковых считалось в сказочном лесу почтенным и с хорошей родословной, поговаривали, что белку из ее семьи Пушкин упомянул в «Сказке о царе Салтане», поэтому семейство надувалось гордостью и скандалило с соседями. Шестакова с соседями не скандалила, направив усилия на очарование темно-рыжего и завидно пушистого Стрельчука. Стрельчук влюбился и таскался за Шестаковой, как второй хвост.

Любопытство, свойственное белкам, у Шестаковой было гипертрофированным; в сопровождении Стрельчука она исследовала телебашню областного центра, цеха заброшенного радиозавода, гаражи и все покинутые дома в деревнях. На одном чердаке белки обнаружили рассыпающийся от ветхости сундук, в котором лежала отлично сохранившаяся книга в кожаном переплете. Запах от книги шел неприятный, Стрельчук забеспокоился:

- Вик, пошли отсюда.

- Отвяжись, - Шестакова внимательно исследовала находку.

- Вик, ну она гадостью пахнет... - заныл Стрельчук.

- Антон, ты мужик или нет? - белка сурово посмотрела на своего Ромео.

Тот вздохнул.

- Ну, мужик.

- Тогда иди сюда, - скомандовала Виктория Шестакова, воинственно встопорщив длинный хвост.

Совместными усилиями белки подняли тяжелую обложку, сделанную из массивной, обтянутой кожей доски, и Шестакова увидела выписанное большими буквами название. Хотя часть букв белке не была знакома, с десятой попытки она прочитала:

- «Звездочетьи» какие-то.

- Вик, ну ску-у-учно, - промычал Стрельчук. - Пошли в Малиновку, у Звягинцевых бабка грибы су-у-ушит, стырить можно.

- Сходи, - милостиво разрешила Шестакова и углубилась в расшифровку текста.

Стрельчук ее не покинул.

Когда книга все-таки белкам наскучила, они навестили кухню Звягинцевых и уперли связку сушеных подберезовиков. Пока они пировали на вершине сосны, Шестакова задумалась - а почему старинная книга лежит на запертом чердаке в сундуке? - и решила вернуться.

Чтение полустертых текстов понимания ситуации не добавило, зато белка сообразила, как читаются буквы «ѣ» и «ѳ». Ко всему прочему, неизвестный автор настойчиво требовал прочтения своего опуса вслух и при двух восковых свечах. За свечами был отправлен безответный Стрельчук и принес их, утащив из церкви. Бабка Сосипатровна чуть не отправилась в дурку, увидев вечером вылезающую из слухового окна белку с двумя свечами в лапах.

Зажигалку Шестакова сперла лично.

Прочитанные при зажженных свечах вслух и с выражением два абзаца дали неожиданный результат - моментально натянуло тучи, и начался дождь, который шел десять дней.

- Ну нафига-а-а-а, Вик? - тянул Стрельчук, когда Шестакова снова потащила его на заветный чердак.

- Балда! - отрезала Виктория. - Колдовать научимся, будем орехи на сосне выращивать, подсолнухи, птичьи яйца.

Стрельчук проглотил слюну и замолчал.

Начинающая длиннохвостая колдунья зажгла свечи, прочла заклинание и получила сильный ветер. Возвращаться по домам белки не рискнули, непогоду пережидали на чердаке. Всю ночь в высоте гудело, свистело и завывало, напуганному Стрельчуку показалось, что над деревней пронеслась женщина с зонтом, а потом, с другой стороны, в болото рухнул фургон. По домам белки отправились поздним утром, когда всё стихло.

- Ну не на-а-адо, Вик, - сказал Стрельчук потом, когда Шестакова в очередной раз отправилась на чердак. - Пошли лучше домой, скажем родителям, что готовы создать ячейку общества, свое дупло будет, а?

Шестакова молча листала книгу, дойдя до подозрительных чертежей, изображающих пятиконечные звезды, заключенные в круг. Надписи вдоль круга были не по-русски. И даже не на старославянском.

- Антон, сгоняй за мелом, - приказала Шестакова. - В школе найдешь.

- Ну Ви-и-ик, - морда Стрельчука выражала отчаяние. - Ви-и-ик, с тебя Леший шкуру спустит.

Шестакова свирепо сощурилась и встала на задние лапы, уперев передние в бока.

- Хрена тебе лысого, а не ячейку общества, - сообщила белка. - Марш за мелом!

Поняв, что стремление научиться колдовать из Шестаковой не выбить, Стрельчук понуро поплелся за мелом и добыл его.

Нарисованная пентаграмма получилась на редкость корявой, но Шестакову все устроило, хотя прочитанное с завываниями заклинание вроде бы не дало никакого эффекта.

Лишь спустя три дня белки узнали о нашествии саранчи.

Саранчу отбили Полевой и Баба-Яга в компании Лешего, Кощея и Кикиморы, причем Полевой был уверен, что насекомых призвали колдовством. Подслушавший его ругань Стрельчук искренне перепугался и прискакал к Шестаковой:

- Вик, надо завязывать.

Легкомысленно отмахнувшись, белка фыркнула.

- Ой, да кто нас найдет. А в книге заклинание есть во такое! - Шестакова восторженно цокнула. - Можно камни в орехи превращать.

- Ну я пас, - в кои-то веки Стрельчук проявил решительность. - Ты совсем с катушек съехала с этим колдовством.

- Я съехала?! - оскалилась Шестакова.

- А кто? - не отступил Стрельчук. - Дрянью всякой занимаешься, и книга твоя воняет пакостно. Не чуешь?

Чутье у Шестаковой было не очень, она не любила, когда об этом напоминали, и взбеленилась.

- Катись тогда, нюхач хренов! - крикнула она.

- Дура, - Стрельчук птицей взлетел вверх по стволу старой сосны.

- Ссыкло! - бросила ему вслед Шестакова и отправилась привычной дорогой на чердак.

По пути она насобирала столько камней, сколько уместилась в лапах, а на чердаке уже отработанными приемами нарисовала пентаграмму, зажгла свечи и открыла книгу.

Заклинание подействовало. Камни уменьшились, округлились и превратились в ядра лесных орехов, и запах пошел смачный, ореховый, усилив аппетит Шестаковой до максимума.

Не раздумывая, белка набросилась на кучу крепких ядрышек.

Когда она доедала последнее, люк чердака откинулся, и, подсвечивая фонариком, в помещение поднялись Полевой с Лешим. Они увидели два горящих восковых огарка, раскрытую книгу и кривую пентаграмму, в центре которой лежала обожравшаяся до отрыжки Шестакова.

- Ах ты, падла, - с чувством произнес Полевой.

Белка вскочила с намерением метнуться к спасительному окну, но вдруг почувствовала неимоверную тяжесть внутри и упала.

Чувствуя себя мешком, набитым камнями, Шестакова просипела:

- Помогите... - и вырубилась.

Очухалась она лежащей на столе в доме Лешего. Лесной хозяин посмотрел на полумертвую белку, прикрытую полотенцем, и сказал:

- Нажраться камней - это додуматься надо.

Шестакова сделала попытку встать и снова шлепнулась на стол. Лапы не держали.

- Ви-и-ик, - послышался голос Стрельчука. - Вик, ты живая?

Шестакова повела затуманенным взглядом на звук и увидела сидящего на подоконнике кавалера. Стрельчук выглядел весьма озабоченно.

- Живая она, живая, - утешил белку Леший. - И пусть спасибо скажет, что хлопнулась на чердаке, иначе Полевой бы ее на запчасти разобрал. Хватило ж ума заклинания из черной книги читать, - лесной хозяин покачал головой. - Грамотная белка - горе в семье. Ладно, я ее чуток подремонтировал, камни вытащил, к завтрему оклемается. Ты, Антоха, за ней следи, она вроде не дура, только суется куда не надо. Колдунья, блин.

Танцы с бубном

Зашедшая в гости Кикимора разглядывала новый заварной чайник Бабы-Яги, ширпотреб с цветочками.- Куда старый девали?

Старый чайник был очень милый, в форме толстого котика, Кикиморе он нравился, Яге тоже. Особенно умилял изящно загнутый хвост фарфорового кота, служивший ручкой.

- Уронили, - сказала Яга. - Не посоветуешь хороший клей для фарфора?

- Зачем клей, если есть волшебная палочка? - резонно спросила Кикимора. - Заклинание восстановления у тебя получалось.

- Палочка сдохла, - подал голос из-за монитора бабкин кот Бегемот.

- В смысле?! - изумилась Кикимора.

Яга объяснила, что палочка не работает уже месяца три, не реагируя на голосовые команды ни на одном языке. Они с котом и кукушкой Тамарой Георгиевной перепробовали все, даже шумерский, но палочка работать отказывалась.

- Переустанови операционку, - посоветовала Кикимора.

Кукушка, слушавшая разговор, чуть не выпала из часов, Бегемот невозмутимо сохранил игру и прищурился, Яга застыла с пакетом индийского чая - подарком ракшаса Вибхишаны.

- Че-чего? - переспросила старуха. - В палочке есть операционка?!

- А как она работает, по-твоему? - Кикимора сняла с плиты кипевший чайник, взяла из рук подруги пакет и занялась завариванием. Ее действия, как показалось наблюдательной кукушке, отдавали японской чайной церемонией.

- Э-э-э, как работает? - Яга частично опомнилась, выставила на стол варенье, масло и батон. - За счет магической субстанции?

- Ты в каком веке живешь, милочка? - Кикимора театрально взялась за голову. - Из магического там только вечная батарея и сопроцессор. Остальное нанотехнологии.

- Зашибись, - проговорила Яга, подводя итог новой информации.

- Милочка, да я все установлю, - успокоила подругу Кикимора, - я уже этим занималась.

- Комп не дам, - предупредил кот, - еще вирусню затащите. Ноут берите.

За чаем выяснилось, что короткий шнурок, шедший в комплекте с палочкой, был вовсе не шнурок, а кабель-переходник на USB. Хорошо, Яга не выбросила его, а кинула в ящик стола, откуда его и извлекли. Закрытые заглушками разъемы не пострадали.

Вытащили ноут. Кикимора привычно открутила колпачок на рукоятке волшебной палочки Яги и подключила палочку к ноуту. Увидев ее, девайс озадаченно затарахтел и выдал сообщение об устаревших драйверах.

- М-да-а-а, - протянула Кикимора, - это ж какая версия у тебя стоит? Надеюсь, не 3.11?

Бегемот то ли мяукнул, то ли хихикнул. Кукушка Тамара Георгиевна вылетела из часов, опустилась на стол и с любопытством заглянула в экран ноутбука.

- Ну и хаос, - прокомментировала она.

- А не надо пиратку на распродаже покупать, - проворчала Кикимора.

Яга безмятежно допивала ароматный чай, всем видом показывая: взялась возиться с палочкой - не ной. Выглянув на миг из-за монитора, кот снова издал непонятно-иронический звук.

Кикимора решительно потянулась к клавиатуре, чтобы вызвать волшебный сегмент интернета. Скачивание версий операционок заняло всего каких-нибудь два часа, за это время Яга успела перемыть посуду и начала готовить ужин, Бегемот осваивал последнюю «Цивилизацию», кукушка дочитывала на планшете роман.

- Та-а-ак, - пропела Кикимора, настроив БИОС палочки. - Даем добро на установку.

Ноут подмигнул и сообщил, что внешнее устройство перезагружается. Крякнув, Кикимора опять дала добро. Ноут подмигивал, палочка перезагружалась, операционка не устанавливалась, хотя какие-то процессы в ее недрах шли.

Шли и шли... шли и шли... шли и шли...

Но шли явно не так. Кикимора застучала по клавиатуре.

Яга сдерживала смех. Кот с кукушкой не сдерживали.

- Да что такое-то? - взвыла Кикимора.

Оказалось, что система вырубила драйверы USB портов, а единственный выход на палочку был через USB, в результате чего ноут радостно сообщил, что перестал видеть устройство.

- Эт-та му-зы-ка бу-дет веч-ной, ес-ли я за-ме-ню ба-та-рей-ку, - тихо пропела кукушка.

Бегемот заржал.

- Камлай шибче! Шибче камлай! - присоединилась к веселью Яга, намекая на танцы с бубном.

- Идите вы! - огрызнулась Кикимора.

Драйверы она восстановила откатом и вытерла трудовой пот со лба.

- Перерыв! - пожалела подругу Яга и подала ужин.

- Это какое-то компьютерное издевательство, - пожаловалась Кикимора.

Она без аппетита ковыряла гречневую кашу.

- Может, защита на БИОС поставлена, - отвлекшись от колбасы, подал здравую мысль кот.

После ужина Кикимора взялась за волшебную палочку с новыми силами. Сменив настройки БИОС, она с трепетом дала команду на установку. Система ноута ничего не возразила и поставила, наконец, «семерку»; от идеи установки более новых операционок Кикимора разумно отказалась, почитав исходные данные палочки.

- Неужели, - в пространство сказал кот.

Кикимора мрачно глянула на него, выдохнула и предложила Яге опробовать реанимированное волшебное устройство.

Вытащив разбитый чайник, Яга направила на него палочку и произнесла:

- Интеграцио!

Результат оказался нулевым. Кикимора всплеснула руками.

- Какую сборку поставила? - вздохнул Бегемот, решивший принять участие в танцах с бубном. Кот разбирался в волшебных операционках и программах, хотя и пытался это скрыть.

Кикимора придвинула к нему ноут, Бегемот почитал данные, почесал за ухом и посмотрел на старуху.

- Молодец, что сказать, - резюмировал он. - А нетфрейм? А пакет кодеков? А библиотеки заклинаний? Ты ж голую ось поставила.

Подавив желание выругаться, Кикимора занялась скачиванием и установкой программного обеспечения.

- Камлай шибче, - прошептала кукушка, заставив кота подавиться смехом.

- Танцы с бубном, - гыгыкнул Бегемот.

- Я вот щас кому-то в бубен заряжу, - пообещала Кикимора.

Терпение у нее заканчивалось.

Домашние любимцы затихли, зато расхохоталась оценившая игру слов Яга.

- Вроде все, - оторвалась от ноута Кикимора. - Мотя, глянь.

Кот пробежался глазами по параметрам.

- Автоматическую очистку кэша поставь, автообновление выключи - зависать будет, - поразмыслив, объявил Бегемот. - И можно пробовать.

- Дубль два! - объявила Яга, получив палочку. - Ну-ка, - нацелилась она на чайник. - Интеграцио!

Палочка секунду пожужжала.

Осколки разбитого чайника подпрыгнули на столе, собрались и склеились воедино без швов и трещин. Толстый фарфоровый кот снова готов был принимать заварку.

- Свершилось, - сказала Яга и обернулась на странный звук.

Кикимора громко скрипела зубами, потому что на экране ноута высветилась надпись: «Установленная вами копия не является подлинной. Зарегистрируйтесь на сайте и получите код продукта». Бегемот подошел посмотреть и махнул лапой.

- Плюньте, - успокоил он. - Поставлю заплатку, все будет работать. Хватит с нас танцев.

- ...с бубном, - еле слышно заключила кукушка.

Морок

На холме, близ обиталища сосен Высотниковой и Короедовой, Леший посадил вишневый сад. Вишни вымахали в развесистые деревья и на пятый год дали невиданный урожай, чем несказанно обрадовали обитателей сказочного леса, которые втихаря таскали вишням удобрения, читали заклинания и время от времени брызгали живой водой.

Про ягоды от волка Француза узнал оборотень Анатолий, и ранним утром, поставив в рюкзак десятилитровое ведро, отправился в лес.

У вишневого сада Толик застал мамонтенка Ваську. Зверь подбирал хоботом с земли ягоды и с удовольствием ел, а на Васькиной спине стоял Леший с подзорной трубой.

- Привет, - поздоровался Анатолий. - Вишнями не поделитесь?

- Собирай, - кивнул Леший, не отрываясь от окуляра.

Васька дружелюбно хлопнул оборотня хоботом по плечу.

- Как там? - послышался голос Кикиморы. Она выбиралась из зарослей багульника. - Всё ездят?

- Ездят, - по-прежнему глядя в трубу, ответил лесной хозяин.

- Что такое? Кто ездит? - заинтересовался Толик.

- Лезь, - пригласил Леший. - Васька, лестница!

Повинуясь команде, мамонтенок согнул толстую мохнатую ногу, Толик сбросил рюкзак и полез к Лешему. Потом Васька помог забраться Кикиморе и занялся сбором вишен с дерева. Его движения ничуть не мешали стоящим.

Леший указал Толику на далекий проселок, где тоскливо пылила одинокая «буханка», и предложил заглянуть в трубу. Подзорка лесного хозяина была старая, не больно-то хорошо фокусировала, но и в нее Анатолий рассмотрел на борту машины надпись «Телевидение».

- Смотри, как их лес морочит, - интригующе зашептал Леший. - Опа!

Оборотень впервые увидел, как сказочный лес закруживает нежелательных гостей: при повороте «буханки» местность вокруг машины на мгновение будто дрогнула, что-то блеснуло, как бывает, когда солнце ударяет в стекло или зеркало, и «буханка» попылила в обратном направлении.

Удивленный Толик опустил руку с трубой.

Было забавно, но и страшновато.

- Опять аномалии снимать приехали, - вздохнула Кикимора. - Ничему не учатся.

Леший ухмыльнулся, кинул в рот горсть вишен.

- Сколько они кататься будут? - опомнился Анатолий. - Пока бензин не сожгут? А потом?

- Выхода из цикла нет, - зловеще произнес Леший.

- Это не цикл, а рекурсия, - возразила Кикимора. - И вообще, из математического цикла выход есть. И тут есть, им просто надо свернуть налево.

- Да ну тебя, - сказал лесной хозяин.

Анатолий мало что понял, но, с подозрением оглядев одухотворенные лица лесной нечисти, поостерегся переспрашивать. Чутье подсказывало, что объяснения Кикиморы могут вскипятить неподготовленный мозг, поэтому оборотень решил пока заняться своими делами. Он вернул Лешему подзорную трубу, спустился с лохматой Васькиной спины и отправился за вишнями.

Леший снова приник к окуляру.

- Водила у них новый, что ли, - комментировал лесной хозяин. - Так... так... так... Во, опять отзеркалило!

- Иди помоги им, сегодня лес в ударе, сильно морочит, - прониклась бедой телевизионщиков Кикимора. Встав на носки, как балерина, она сноровисто собирала вишни почти с верхушки.

- Не, пусть поездят, - Леший махнул рукой сидящему на сосне ворону. Тот тоже с интересом наблюдал за мытарствами «буханки». - Петрович! Создай им там антураж!

- С гадостью, - картавый ворон Артемий Петрович полетел к дороге, начал кружиться над машиной и громко каркать.

Явление огромной мрачной птицы заставило водителя ударить по газам, и машина, бодро подпрыгивая, продолжила езду на гораздо большей скорости.

- Э, довольно! - перепугалась Кикимора. - Еще в дерево влетят. Хватит с них.

- Ладно, слезай, - подождав, пока мамонтенок поможет Кикиморе сойти на землю, Леший потянулся и принял облик мужика в армяке. - Васька, поехали вызволять блаженных, покажем выход из рекурсии.

Лешего не было часа полтора, Толик успел набрать ведро крупных ягод, Кикимора тоже не сидела сложа руки. Наконец Васька важно взошел на холм, неся на спине сидящего по-турецки хозяина.

- Еле остановил, - сообщил Леший. - В машине три девки и стажер, вопят, руками машут и, самое неприятное, крестятся. Какая зараза им наболтала про змея в озере? Они его снимать ехали.

- Кто ж из местных про Кешу не знает, - вздохнула Кикимора. - Ты их на дорогу вывел?

- Вывел, - Леший тихонько рассмеялся. - Выход из рекурсии оказался простым и очевидным, они мимо него каждый раз проезжали.

- Городские, - пожал плечами Анатолий. - А они... не расскажут про это?

Кикимора покрутила пальцем у виска, Леший озвучил:

- Ага, вначале мы четыре часа катались взад-вперед по дороге, потом приехал мужик верхом на мамонте и вывел из леса. Такая вот рекурсия.

- И верно, - пробормотал оборотень, надевая тяжелый рюкзак.

Медленно шагая к деревне, Анатолий радовался, что сказочный лес считает его своим, не кружит и не устраивает разных ловушек.

- Придумали тоже, - бухтел оборотень, перебираясь через поваленное замшелое дерево. - «Цикл», «рекурсия». Умные стали, - он остановился, чтобы передохнуть. - Морок, он и есть морок.

Лес одобрительно зашумел, раздвинул кусты и деревья и открыл прямую тропу к деревне.

Реалии сказочного леса

Участковый Токарев посмотрел на визитера и сказал:

- Началось в колхозе утро. Пиши заявление об угоне.

- Он сам со двора уехал, - встрепанный Семыкин еще не отошел от потери мотоцикла. - Зуб даю, веришь?

- Заявление пиши, - монотонно проговорил Токарев.

Семыкин не успокаивался.

- Полдеревни свидетелей!

- Да бл...ь, Коля! - не выдержал Токарев. - Мне пох, что там вам привиделось, сядь на жопу и напиши заявление. Образец на столе.

После мучительных трудов Семыкин предоставил заявление. «Сегодня в 6 пятнадцать по адресу Малиновка, ул.Красноармейская, д.4 было совершено неправомерное завладение транспортным средством мотоцикл иж-юпитер-5 красный с коляской уехал со двора. Угон транспортного средства был совершен при следующих обстоятельствах когда я выкатил его из сарая и решил долить бензин, снова пришел в сарай, а вышел с канистрой мотоцикла не было. Сосед Брагин и Антоновна сказали, что мотоцикл ехал по дороге сам из деревни без меня. Причиненный ущерб и моральный оцениваю в 100 тыщ. Семыкин Н.А.»

Побившись с Семыкиным и заставив того переписать заявление, чтобы оно напоминало нормальное, Токарев поговорил с Брагиным, которого Семыкин притащил с собой как свидетеля, и понял, что дело будет интересным. Брагин был мужиком солидным и непьющим, и он готов был поклясться, что соседский мотоцикл ехал без водителя, периодически сигналя.

Жители Малиновки, опрошенные тем же днем, слова Семыкина с Брагиным подтвердили. Токарев покрутился по округе, следов пропажи не нашел, опасливо глянул на сосны заповедного леса и поехал консультироваться со старшим товарищем. Бывший участковый Макаров, выслушав его, посоветовал поискать помощи в лесу, чего Токареву делать совсем не хотелось: он очень живо помнил наложенное на него заклятие Антимидас.

С другой стороны, Семыкин славился склочным характером, а это значило, что он будет катать заявления во все инстанции и долбать представителей инстанций лично, а Токарев будет получать по шапке, поэтому, вздохнув, участковый поехал в лес.

В прошлый свой визит он не обратил внимания на избу Яги, теперь же, увидев ходовую, чуть не грохнулся с велосипеда. На шум выглянула хозяйка.

- А, Токарев, - неласково сказала она. - Дело пытаешь аль от дела лытаешь?

- Чего? - не понял участковый, но подумал, и до него дошло. - По делу я, бабушка, по делу.

- Тогда паркуй транспорт и поднимайся, - пригласила Яга. - И не вздумай креститься! Плохо будет.

Опасливо поднявшись по лестнице, Токарев замер на пороге в позе боксера, готового отбить атаку. Но нападать на него никто не собирался: на кровати мирно спал огромный черный кот, гудел старый холодильник «Зил», тикали большие красивые ходики, мерцал экраном черно-белый «Славутич», Яга сидела за ноутбуком. При виде настороженного Токарева она фыркнула и кивнула на табурет. Участковый бережно притворил дверь, прошел и сел.

- Ну? - спросила старуха, поставив на паузу фильм «Зеленая миля». - С чем пожаловал?

- Вот, - Токарев протянул ей ксерокопию заявления Семыкина.

Чтение опуса вслух, прерванное хохотом, разбудило кота. Он сладко потянулся, вытянулся на кровати во всю длину и спросил:

- Что стряслось?

Ошарашенный участковый поднял было руку ко лбу, но Яга рявкнула:

- Руки на стол! Сказала же - не креститься!

Токарев замер.

- Так чего надо-то? - спросила старуха мягче. - Транспорт найти?

- Желательно, - выдавил сержант. - А... э... он мог сам уехать?

- Тут может быть всякое, - подал голос кот.

Яга размышляла.

Выработав, наконец, алгоритм действий, она начала давать указания:

- Поезжай на десятый километр и жди. Мы с кинологом подъедем часа через полтора, будем брать след.

Токарев поднялся.

- Стой, - зловеще проговорила Яга. - Учти, Токарев, что происходит в лесу, остается в лесу. Что увидел - забыл. Понял?

- Так точно, - и участковый быстренько выбрался во двор.

Яга позвонила Кощею, обрисовала ситуацию, попросила принять участие в следовой работе. Тот отказываться не стал, обещал прибыть на десятый километр, старуха поблагодарила и начала собираться сама.

Ситуация складывалась интересная. Из истории самодвижущегося транспорта Яга припомнила Емелину печку и машину из фильма «Кристина». Теперь вот мотоцикл.

За время пути и ожидания Токарев чуток пришел в себя. Говорящий кот основательно выбил его из колеи, хотя сержант не относился к чувствительным людям. Подумав, Токарев решил принять кота как данность, тем более, что появление лысого костлявого мужика с двумя жуткими псами на длинных следовых поводках окончательно заставило позабыть о говорящем животном.

Собаки Токарева ужаснули, их хозяин тоже не производил впечатление доброго и отзывчивого человека.

- Откуда брать след? - проскрипел тот, отряхивая от мокрой хвои добротную байкерскую косуху.

- В-вот, - указал на дорогу Токарев. - С-с-с п-п-п...

- С поворота, - уточнила появившаяся вроде бы из ниоткуда Яга.

- Не трясись, ментура, собаки дрессированные, - снисходительно пояснил байкер и направился к исходной точке.

- Он кто? - повернувшись к Яге, шепотом спросил участковый.

- Кощей, - пожала плечами старуха. - Токарев, может, коньячку? У меня с собой.

Токарев шумно сглотнул и отрицательно помотал головой. В голове царил хаос.

- Кто тут у вас еще водится? - выдавил он.

- Народу хватает, - пожала плечами старуха. - Пошли, собаки след взяли.

Яга с метлой на плече и Токарев с велосипедом двинулись за Кощеем. Его хеллхаунды не спешили, шли по следу уверенно, Фобос уткнул нос в землю, Деймос просто время от времени нюхал воздух.

Собаки прошли по грунтовке, свернули в лес по едва заметной колее и нырнули в неглубокий овраг, где и обнаружился искомый мотоцикл, заляпанный грязью с прилипшими расквашенными осенними листьями.

- Этот? - спросил Кощей.

Вытащив заявление и педантично сверив номер, Токарев радостно кивнул.

Попытка завести транспорт не принесла успеха, бензин был на нуле. Пока Токарев возился с мотоциклом, собаки обнюхали стены оврага и потянули хозяина наверх. Выбравшись из оврага, Бессмертный позвал Ягу и участкового, потому что хеллхаунды упорно вели вглубь леса.

- Шевелись, они угонщика вынюхали, - Яга слегка ткнула сержанта череном метлы под ребра. Тот охнул.

Розыскные мероприятия продолжились. Велосипед Токареву пришлось оставить у мотоцикла, за собаками он шел налегке. Фобос не нюхал землю, он, как и Деймос, постоянно вскидывал голову, ловя запахи в воздухе.

Наконец хеллхаунды остановились у сосны, испорченной дуплом, и залаяли.

- Тэк-с, - Кощей изучил ствол дерева, сплошь в царапинах от беличьих когтей, задрал голову и заорал: - Шестакова!

Собаки перестали лаять, прижали уши и сели.

- Шестакова! - снова крикнул Бессмертный, и далее Токарева чуть не хватил инфаркт, потому что из дупла выбралась белка и приятным сопрано ответила:

- Я уже полгода Стрельчук.

- Внутренне ты так и осталась Шестаковой, - парировал Кощей. Все в лесу знали, кто колдовал по волшебной книге.

- Допустим, - согласилась белка, спускаясь по стволу к развилке.

На всякий случай Яга поддержала пошатнувшегося Токарева и стукнула его по дернувшейся перекреститься руке.

- Мотоцикл Семыкина, - перешел к сути вопроса Кощей. - Твоих лап дело?

Из дупла вылезли по одному четыре бельчонка и расположились в развилке сосны рядом с матерью.

- Не, - сказал бельчонок постарше. - Это мы.

- Не стыдно? - спросила Яга.

- Ни капельки, - гордо ответил бельчонок. - Мы его в речке утопить хотели, не доехали.

- Бензин кончился, - дополнил другой бельчонок.

- Угон транспортного средства и порча имущества, - выдавил Токарев.

Белки одновременно наклонились и внимательно изучили сержанта.

- Ваш Семыкин Поповых летом убил, браконьер паскудный, - сказала Шестакова. - У меня теперь семейный детский дом.

Из дупла высунулся совсем маленький бельчонок и пискнул:

- Он из нас шапки шьет, пидорас!

У белок сказочного леса и летние шубки были хороши.

- Игорь! - рявкнула Шестакова. - Ты от кого таких слов набрался?

- А ты сама так ругаешься, - с потрохами сдал мать Игорь.

Ситуация приобретала трагикомический оттенок.

- То есть, Семыкин ходит с ружьем? Куда лес смотрит? - ахнула Яга.

Кощей нахмурился.

- Не в лесу, - поправила Шестакова, - в роще за Антоновкой.

- У него пневматика, - влез эрудированный Игорь. - Со складным прикладом.

- Вот тварь, - вставил Кощей. - Виктория, где твой Антон?

- Промышляет, - сказала белка. - Эту ораву кормить надо. Вы бы вместо ругани какое-нибудь пособие на детей сделали.

«Пособие». Яга аж закашлялась. Токарев вытаращил глаза.

- У тебя растут бандиты, - заметил Кощей. - Как они завели мотоцикл?

- Меня больше интересует, как они им управляли, - сказала Яга.

Бельчата помялись, переглядываясь, наконец старший заговорил. Оказалось, угон они замыслили давно; как заводить мотоцикл, работать со сцеплением и передачами, газом и тормозом, показал дядя Толя Бадалов на примере «Кавасаки». Параллельно бельчата наблюдали за Семыкиным, ну и когда тот оставил мотоцикл во дворе с ключами, живо завели транспорт и уехали. Старший кое-как рулил, средние отвечали за сцепление и передачу, а Игорь - за газ и тормоз.

Угон отдавал стратегическим планированием. Слушая, Токарев обалдевал все сильнее, зато Шестакова горделиво поглядывала сверху вниз.

- Семыкину за браконьерство давно пора табло поломать, - проговорил Кощей, - да руки не доходят, - он погрозил пальцем Шестаковой, - а за детьми, Виктория, следить надо.

- Я Семыкиным займусь, - обещала Яга. - Я ему устрою гранд-финал в березовой роще. Он у меня на всю жизнь запомнит, как наших белок стрелять.

- Короче, - повернулся к Токареву Кощей, - чем карается угон мотоцикла?

Токарев подзабыл УК, поэтому ответил неуверенно.

- Ну... штраф или срок до трех лет. Вроде.

Бессмертный с прищуром глянул на беличье семейство.

- Слыхали? Как насчет трех лет в клетке?

Гордость за детей сменилась болью, Шестакова молча отвесила старшему подзатыльник.

- Они несовершеннолетние, - хихикнула Яга.

- Мы больше не будем, - пробурчал бельчонок.

Обратно Токарев шел как во сне. Чтобы он очухался, Яга втолковывала ему, что он прекрасно справился с делом, нашел угнанный мотоцикл, ему теперь будет благодарность... возможно. Кощей только посмеивался.

У поворота на грунтовку распрощались.

Яга собиралась оседлать метлу, когда услышала:

- Бабушка, мне это не приснилось?

Она обернулась.

Токарев стоял с несчастным видом у своего велосипеда. Конечно, говорящий кот, белки-угонщики, Кощей Бессмертный с адскими гончими и изба на гусеничном ходу. Хоррор.

- Нет, Токарев, - сказала Яга, - не приснилось. Таковы реалии сказочного леса.

Телефонный разговор

Теплый летний ветерок залетал в открытое окно, трепал занавески и приносил с собой томную расслабленность. Баба-Яга приноровилась зевнуть, когда внезапно зазвонил айфон. Номер был незнакомый.

- Ну? - спросила старуха.

- Здравствуйте, - сказал бодрый мужской голос.

- Здравствуй, коли не шутишь, - отозвалась Яга.

- Марина Сергеевна, с вами говорит старший лейтенант МВД Пиджаков...

Яга отбила звонок.

Видимо, лес тоже пребывал в неге, если позволил молодому человеку дозвониться. Старуха дернулась было занести номер в черный список, но передумала, кинула айфон на стол и пошла ковыряться в сундуке.

Из часов за хозяйкой наблюдала кукушка Тамара Георгиевна.

Яга вытащила волшебное зеркальце-роутер и сказала:

- Свет мой зеркальце, поскольку мне сегодня с утра не рифмуется, будем общаться неофициально. Гони мне данные по товарищу, который только что мне звонил.

- Это закрытая информация, - отозвалось зеркало.

- Угу, - кивнула Яга.

Далее кукушка обалдела настолько, что чуть не выпала из своего домика в часах.

Яга вынула початую четверть самогона, перелила ее содержимое в большую кастрюлю и опустила зеркало в алкоголь. Минут через пять, вытащив волшебный роутер и тщательно протерев его суровым полотенцем, старуха повторила запрос.

- Воспитывать б-будешь? - пьяно хихикнуло зеркало. - Зап-писуй: Игнатьев Павел Алексеевич, тридцать четыре года... ик! ик! Две ходки за мошенничество, о какой типок.

Кукушка вытаращила глаза. Яга спокойно записывала информацию.

- А теперь обеспечивай связь, - сказала старуха, когда зеркало выдало всю подноготную.

- Ик... связь буит б... б... бесперебойной! Звони! - роутер мелодично прозвенел и снова хихикнул.

Яга набрала номер.

- Ну здравствуй снова, Пашенька, - сказала она. - Много лохов обштопал?

Паша скинул звонок, Яга терпеливо перезвонила.

- Ты от меня не отвяжешься, - заявила старуха. - Будет тебе горе великое...

Снова отбой.

- Он тебя в черный список кинул, - информировало зеркало.

- Не сумлеваюсь, - отозвалась Яга. - Связь!

- Есть связь! - пьяное зеркало исполняло функции лучше трезвого.

- Ну-у-у-у? - завыла Яга. - Не отключайся, Пал Алексеич, я тебе и на выключенный дозвонюсь.

- Да ты кто-о-о? - завыл Паша не хуже Яги.

- Я призрак, обитающий в твоем смартфоне супер ретина икс ди эр... О, выключился, - самодовольно усмехнулась старуха. - Связь!

- Звони, - помедлив с полминуты, ответило зеркало, и Яга позвонила.

Ответом был вопль ужаса.

- Истинно говорю тебе, Игнатьев, от меня не скроешься, - старуха поудобнее устроилась в офисном кресле. - И проклят ты будешь за дела свои отныне и вовеки, да будут тебе каиново трясение, гиезиево прокажение, иудино удавление, Симона волхва погибель, ариево тресновение, Анании и Сапфири внезапное издохновение (перечитанный накануне Куприн пришелся к слову), и мущен будешь день и нощь! Слушай и внимай, - Яга пожалела, что не достала блюдечко с яблочком, поскольку ей очень захотелось увидеть в этот момент Пашину рожу. - Ежели еще раз попробуешь кого-нибудь развести, падет на тебя порча, - Яга нараспев прочла заклятие на смеси древневаллийского и старонорвежского. Когда-то в молодости этому хулиганскому заклинанию ее научил Кощей, работало оно без осечек. - Не точию сугубо и трегубо, но многогубо! - завершила монолог Яга и отключилась.

В благодарность за бесперебойную связь зеркало еще раз окунули в самогон, после чего оно потеряло способность работать и оставило всех обитателей леса до утра без интернета.

Кукушка долго мялась.

- Что за проклятие? - наконец спросила она.

- Хулиганство, - Яга придвинула ноут, хранивший на жестком диске достаточно сериалов, чтобы обойтись некоторое время без интернета. - Позвонит кому-нибудь с целью облапошить - сразу понос прошибет, да такой, что штаны снять не успеет.

Тамара Георгиевна рассмеялась.

- У всех проблем одно начало... Сидела женщина, скучала, - процитировала она.

- Вот-вот, - старуха выбрала сериал, глянула на храпящее на столе зеркало. - Тамара, напомни мне завтра его опохмелить.

Возмездие

Оборотень Анатолий поглядывал на нешуточное сражение с боссом, разворачивающееся на экране ноута. Кот Бегемот стримил «Варкрафт», комментарии в чате были интереснее битвы, Анатолий читал и похохатывал. Одесную Толяна стояло пиво, ошую - глубокое блюдо с фисташками.

Кицунэ Юка уехала на выселки навестить Феодосию Ардальоновну с подругами, поэтому Толик наслаждался одиночеством, пока в открытую форточку не влезла белка, в которой Анатолий признал старшенького Вики Шестаковой.

- Привет, Андрюха, пиво будешь? - предложил оборотень и заржал над анекдотом, выложенным в чате. Судя по нику, матерным, но жутко смешным перлом поделился Кощей.

- Привет, дядя Толя, спасибо, не буду, - Андрюха Стрельчук длинным прыжком перемахнул расстояние от окна до стола. - Батя унюхает - хвост оторвет.

- Лопай тогда фисташки, - Анатолий гостеприимно придвинул белке блюдо.

Некоторое время сидели молча. Толик читал чат, Андрюха грыз орехи.

- Семыкин капканы ставит, - вдруг сказала белка. - На тропе у ручья. Вчера Кубышкин попался, орал на весь лес.

Анатолий нахмурился.

- Я сбегал за Лешим, - продолжал повествование Андрюха, - Кубышкина вытащили, капкан выбросили, а Семыкин все равно по перелеску шастает, высматривает. Дядя Толя! Давайте его подкараулим.

Толян призадумался. Историю Семыкина он знал, знал и то, что его безуспешно выслеживала Яга с намерением отметелить как следует, однако Семыкин был хитрой тварью.

- Подкараулить можно, - Анатолий глотнул пива, - а что мы ему сделаем? Сразу в морду? Так он на меня заявление напишет, скажет, гулял по лесу, ничего такого.

- Он же гад! - от возмущения Андрюха выронил фисташку.

Андрюху разочаровывать не хотелось, но Толян уже переговорил с участковым, и тот объяснил, что надо поймать Семыкина на месте преступления, да и тогда он отделается штрафом. Впрочем, для жлоба Семыкина и штраф станет чувствительной оплеухой. А как поймать? Караулить сутками? И поймаешь - миллион отговорок.

«Телефон разрядился, выхожу, - прочитал в чате Анатолий. - Видос залью, ссыль скину. Пока».

- Точно! - озарило Толяна. - Видос!

После коротких объяснений Андрюха понял ход мысли Анатолия. Толян нашел старый «Филипс» с хорошей камерой, вставил карту памяти, поставил заряжать и стал учить белку обращаться с телефоном и вести запись. Андрюха пошел в мать, оказался понятливым, задавал толковые вопросы.

- Где его заряжать? - деловито спросил Андрюха. - К вам не набегаешься.

- С Ягой договорись либо с Кикиморой, - посоветовал Анатолий.

Среди рукоделия Юки нашелся вышитый чехол для расчесок, Толян крупными стежками пришил к нему два ремешка и превратил в рюкзачок. «Филипс» с зарядником туда поместился, Андрюха закинул рюкзачок с телефоном за спину.

- Не тяжело? - озаботился Толян.

Андрюха подпрыгнул.

- Норм. На сколько карты памяти хватит?

- Минут на двадцать, - прикинул оборотень.

- Лан, я пошел, - Андрюха сверкнул черными глазами-бусинками.

На дорожку Анатолий насыпал ему в рюкзак горсть очищенных от скорлупы фисташек и стал ждать продолжения, не сомневаясь, что Андрюха приспособит к шпионской работе четырех братьев, а может, и маман. Шестакова не откажется.

Андрюха объявился на удивление быстро.

- У него, у гада, промысел, - объясняла белка, щелкая предложенные Юкой тыквенные семечки. - Капканов до хренища, в старой собачьей будке свалены, сеном прикрыл. И схрон в дупле на заимках. Ходит, ставит капканы на тропинках. Двух зайцев насмерть, - Андрюха покосился на кицунэ. Юка заметно сердилась, она тоже знала про Семыкина. - Комлев сказал, что статью допишет и пойдет выслеживать, лично бить будет.

Анатолий смотрел видео. Ракурсы были отличные, настройки выбраны точно, зум плавный, лицо ставящего капканы Семыкина прямо бросалось в глаза. Ни с кем не перепутаешь. Будь Андрюха человеком, из него получился бы классный оператор.

Бонусом короткий кусок видео демонстрировал тайник с капканами и пневматикой.

- Вчера Кубышкин опять в капкан влетел, - вываливал новости Андрюха. - На другой тропе попался.

За проделанную работу белке насыпали в рюкзак семечек, и Андрюха попер дары домой. Анатолий принялся названивать участковому.

На встречу сержант Токарев приехал весьма угрюмый, правда, посмотрев видео, немного отошел, кивнул:

- Телефончик я пока у себя оставлю как вещдок. Семыкина, значит, штрафанем и капканы конфискуем, когда выпишется.

Анатолий прищурился:

- Ему кто-то морду набил? Если что, это не я.

Токарев мрачно глянул на собеседника.

- Ему поленом ключицу сломали, в травме лежит. Шарахнула его женщина в балаклаве, - участковый протяжно вздохнул, вытер ладонью лицо, - и уехала верхом на лосе. Поскольку в белой горячке Семыкин не замечен, думаю, кто бы это мог быть...

На огороде

В половине шестого утра с затянутого туманом огорода Сергеевых доносились приглушенные голоса.

- Опять борозду скривил, горе мое, я ведь сказала - выбери ориентир и иди на него.

- Я выбрал березу.

- Которую?

- Э-э-э-э...

Лось Кубышкин пахал огород, помогая своей хорошей знакомой Анастасии Александровне. Как тягач сохатый был бы неплох, если б шел прямо, но он постоянно переговаривался с тетей Настей, отвлекался, и борозды периодически выходили зигзагообразными. Приходилось перепахивать.

Ранний час выбрали специально, чтобы никто не видел, как лось ходит в хомуте, запряженный в плуг.

- Заметим, ты сам напросился, - сказала Анастасия Александровна, налегая на ручки древнего плуга, найденного в сарае вместе с телегой и сбруей. Еще там лежала неподъемная борона.

- Дык помочь надо, - Кубышкин влег в хомут. - Ты ж за меня во как Семыкину врезала! Вылитая эта... как ее... да блин! Короче, Мотька рассказывал, были такие бабы, которые мужиков померших на небеса таскали, на пир.

Тете Насте пришлось крепко подумать.

- Валькирия, что ли? - неуверенно предположила она.

- Точно, - обрадовался Кубышкин. - Вылитая. Как ты его поленом!

- Тварь ты, Кубышкин, - в голосе валькирии Анастасии явственно прозвучала печаль. - Влипну я когда-нибудь из-за тебя.

Вырвавшийся из капкана лось тогда примчался во двор Сергеевых, долго изображал умирающего лебедя, с МХАТовским трагизмом расписывая адские муки, которые принял из-за подлеца Семыкина. Анастасия Александровна, человек вспыльчивый и плохо относящийся к браконьерам, подхватилась мстить, и удачно встретив Семыкина в лесу, так ему съездила, что тот угодил с переломом в больницу.

Впервые за лося заступились. Кубышкин сиял от счастья.

- Шапку хорошую из-за тебя испортила, - буркнула тетя Настя.

Вспыльчивость никогда не мешала ей соображать, поэтому шерстяная шапка оперативно была переделана в балаклаву, что помешало Семыкину опознать нападающую и повергло в состояние безысходной задумчивости участкового Токарева.

- Шапка - фигня, - сообщил Кубышкин. - Ты прям крутая валькирия, Мотька бы заценил.

- Мотька - это кто?

Борозда закончилась, тетя Настя рывком приподняла плуг, чтобы не задеть камень.

- Кот, - лось развернулся и остановился, готовый начать новую борозду. - Ирландский... а не, исландский. Знаешь, чо он мне сказал? Ты, говорит, Кубышкин, настоящий берсерк.

Двинувшись дальше по огороду, сохатый поведал, как после победного боя с Осинниковым Бегемот воспел его подвиги. Но Анастасия Александровна, достаточно изучившая Кубышкина, ехидно спросила:

- Он так говорил, когда тебя в очередной раз зашивали?

Кубышкин обиделся и замолчал. Чтобы сгладить неловкость, тетя Настя сказала:

- В одном эпосе есть такой персонаж Хийси. Дух леса, он в лося превращался.

- Да ну? - оживился Кубышкин. - Давай рассказывай.

Пересказ отрывков «Калевалы» сохатый впитывал чуть ли не кожей, представляя себя на месте огромного могучего лося, мчащегося по звездному небу. Он так вошел в образ, что вскинул рогатую голову, заревел и пошел широким шагом, отшвыривая копытами комья земли. К реальности его вернул голос тети Насти:

- Стоять, идиотина!! Стой, тварина!!!

Огород закончился. Увлекшийся Кубышкин провел борозду почти до перелеска и чуть не ухнул в дренажный ров.

- Связалась я с тобой, - причитала Анастасия Александровна. - Лучше бы лошадь взяла в аренду, вон, Ефимов за две бутылки Карьку предлагал.

- Культиватор купи, - буркнул лось. - Да не сцы, ща все сделаем.

Огород допахали молча.

- Берсерк и валькирия, - вздохнула тетя Настя, распрягая Кубышкина.

Вставало солнце, освещая частично волнообразные борозды, частично прерывистые, частично (этих было меньше всего) радующие глаз строгой завершенностью прямых линий. Тетя Настя обернулась глянуть на халтуру и на миг закрыла лицо ладонью.

Зато Кубышкин цвел.

- Я тута буду, рядышком, - любезно известил он. - Если чо, кричи.

- Обязательно, - Анастасия Александровна свалила сбрую в траву, села и вытащила из рюкзака термос с чаем.

Через час должен будет подойти муж.

Сажать картошку.

Заклинание "Ореховый прутик"

С тех пор, как на волшебную палочку Бабы-Яги поставили лицензионную операционку, почта старухи приняла поток рекламы. Яга мужественно читала это все, борясь с желанием поставить на входящих письмах разработчиков ПО галочку «спам». Наконец терпение старухи было вознаграждено.

Очередное письмо сообщало, что операционная система палочки требует обновления, а в конце содержалась интересная приписка.

- Смотри-ка, - удивилась Яга и зачитала вслух: – «Обновление 65.133.98 содержит бонус в виде разработки отдела магических нанотехнологий – заклинание «Ореховый прутик», уменьшающее предметы в сорок раз. Для использования направьте палочку на предмет и четко произнесите «Декресцит». Для отмены действия/возврата предмета к прежним размерам дайте команду «Константа». После установки обновления Вам будет доступен пробный период заклинания на тринадцать активаций, для продления...» бла-бла-бла, идите нафиг. «Благодарим за использование нашего продукта». Мотька, обнову поставишь?

Кот Бегемот оторвался от глубокой тарелки, полной творога, степенно вытер усы и кивнул.

Обновление он установил после обеда.

Дважды пискнув, палочка объявила о готовности действовать, и Яга прицельно посмотрела на холодильник, который давно хотелось переставить в угол. Бегемот, переживавший за содержимое бабкиного монументального «ЗИЛа», попытался возразить, но старуха цыкнула на него и произнесла волшебное слово. Через секунду на месте холодильника стояла его модель масштаба 1:40. Модель немедленно была перенесена в нужный угол и увеличена, причем ни «ЗИЛ», ни его содержимое не пострадали.

- Мне нравится, - заявила Яга. – Пойду валун с поворота уберу.

Изба одобрительно заскрипела. На этот проклятый валун она постоянно наезжала, теряла сцепление с грунтом, скользила и разворачивалась. Яга похлопала избу по подоконнику, взяла лопату и отправилась устранять препятствие.

За этим занятием ее застал Полевой.

Оценив скорость процесса и выслушав объяснения, хозяин полей просиял.

- Едем немедленно, - сказал он. – Джип, ко мне!

Избушонок-внедорожник, подкатив к Полевому, распахнул дверцу просторной кабины. Из кабины пахло ухоженной машиной; хозяин полей свой транспорт любил, холил и лелеял, как хороший кавалерист коня. Джип отвечал ему собачьей преданностью.

- Куда едем? – осведомилась Яга.

- Ржавые трактора убирать, - сказал Полевой. У него щемило сердце, когда он видел на полях брошенную технику. – Сколько у тебя осталось активаций?

- Одиннадцать, - сказала Яга и полезла в Джип.

- Маловато, – крякнул Полевой. – Ладно, на сколько хватит.

Заняв место в водительском кресле, он велел избушонку двигаться к заброшенной дороге мимо Крюкова оврага. Джип включил музыку с флешки, развернулся и поехал.

- Давно ты на мюзиклы подсел? – поинтересовалась Яга, узнав увертюру к «Призраку Оперы».

- Нормальный музон, - ответил Полевой. – Они длинные, на реверс поставишь, и едешь себе. Да, Джип?

Избушонок ответил коротким гудком. Рулевого управления у него не было, но гудок на случай необходимости дать звуковой сигнал Серега ему смонтировал.

- Поставил бы классическую оперу, - хихикнула Яга, вспомнив музыкальные пристрастия интеллигентной Кикиморы.

- В мюзиклах хотя бы слова разобрать можно, - резонно заметил Полевой. – Джип, стой!

При дороге печально стоял, накренившись, армейский «ГАЗ-66». Спущенные колеса вросли в землю, стёкла кто-то не поленился разбить, на капоте красовалась солидная вмятина. Яга нацелилась палочкой и произнесла волшебное слово.

Уменьшенную машину Полевой положил в рюкзак.

- Первый пошел, - резюмировала Яга.

- Выброшу оптом, - решил Полевой, и Джип повез пассажиров к полям.

По пути Яга напомнила Полевому про автоколонну, обанкротившуюся в 90-е. Полевой поморщился, представив кладбище автобусов на глухой окраине райцентра, и сказал, что вначале надо разобраться с тракторами. Разобрались быстро, уменьшив комбайн, трактор и четыре сеялки. Комбайн сохранился на удивление неплохо, Яга с интересом разглядывала его прежде чем спрятать.

- Теперь жми через базу к бывшей санэпидемстанции, - распорядился Полевой. - Там два «уазика» стоят, десять лет назад списанные.

Яга не протестовала. Она знала: где концентрируются ржавые остовы, со временем может возникнуть свалка, а разбирать свалки Полевой замаялся.

На заросшем бурьяном дворе обнаружилось не только два «уазика», но и поникший молоковоз без цистерны, и несколько солидных кабин от «КрАЗов». Оставшихся активаций на всё не хватило.

- О, видала? - зловеще проговорил Полевой, пнув штабель лысых покрышек. Покрышки упали, завалив привезенный кем-то труп холодильника. - Вот вам зарождение свалочки.

- Покрышки в измельчитель можно, - прикинула диаметр Яга.

- Можно, - согласился хозяин полей, - а остальное?

Он уже понял, что придется везти сюда измельчитель мусора и работать, работать, работать.

Яга покрутила палочку. Заклинание «Ореховый прутик» пришлось ей по душе, но платить 15 евро за следующие пятьдесят пять активаций душила жаба. Прямо прыгала и давила холодными лапками, тем более, что с деньгами была напряженка.

И тут Яга вспомнила про комбайн.

- Дай-ка машинки, - попросила она и долго изучала поданную Полевым минитехнику. В принципе, комбайн, один из «уазиков» и «ГАЗ-66» выглядели пристойно, остальные поддавались восстановлению, хотя желающему их реанимировать придется повозиться.

- Едем к Кощею, - сказала старуха. - Ни за что не ручаюсь, но попробовать можно.

В обширном дворе Кощеева особняка царило веселье. Мамонтенок Васька на полной скорости удивительно ловко огибал скульптуры, экзотические растения и фонтаны, адские гончие с радостным лаем его преследовали. Бессмертный давно перенес теплицы с ананасами в более безопасное место и не переживал из-за развлечений животных, даже не выглядывая на шум.

Джип остался за оградой, Яга с Полевым, прихватив набитый машинками рюкзачок, прошествовали в дом.

Яга сразу зашла с козырей, протянув Бессмертному комбайн. Тот коллекционировал модели и вцепился в машину с явным намерением не возвращать.

- О-о, какая детализация! - восхитился он. - Где взяли?

- Ну слушай, - Яга уселась в кресло и выложила всё.

Полевой кивал и поддакивал.

- Гоните остальное, - скомандовал Кощей.

Оценив разложенный на газете ржавый хлам, Бессмертный крякнул.

- В принципе... - сказал он. - В принципе - что? Детали можно распечатать на 3D принтере, ржавчину уберу, покрашу, модели будут - залюбуешься. Если что, Серега поможет.

Яга с Полевым терпеливо ждали продолжения.

- Давай телефон, - взяв айфон Яги, Кощей включил свой компьютер и засел за клавиатуру, время от времени поглядывая на экран бабкиного айфона. - Угу... Заклинание «Ореховый прутик»... В общем, так, - он развернулся вместе с креслом. - Забирай телефон, активации я вам купил, работайте.

Когда ухмыляющийся Полевой и довольная Яга возвращались к Джипу, из особняка донесся зычный голос Кощея:

- А машинки мне принесёте!

Беличий десант

Явление семейства Стрельчуков в полном составе стало для Лешего неприятной неожиданностью. Лесной хозяин с тревогой посмотрел на столпившихся под окном белок, глава семейства ответил ему тоскливым взглядом.

- Значит, так, - заявила Вика Стрельчук, в девичестве Шестакова, - мы с Антоном хотим отдохнуть от этой организованной преступной группировки, - она дала легкий щелбан младшему бельчонку, - поэтому идем в гости к Никитиным на четыре дня. Убедительная просьба присмотреть за детьми.

Прописавшийся у Лешего медведь Комлев басовито кашлянул.

- Шестакова, - сказал он, - взять детей с собой не вариант?

- Нет, - твердо ответила белка.

Поскольку недавно к семейству прибавился еще один бесхозный бельчонок, оставшийся без родителей, Леший задумался. С одной стороны, хотелось пойти навстречу Шестаковой, которая молча и деловито справлялась с шестью сыновьями, причем двое были родными, а четверо приемными, с другой стороны, шесть бельчат в доме на порядок увеличивали энтропию.

- Хочу предупредить, - зловеще проговорил Леший. - Если беличья ОПГ будет хулиганить, то у меня есть отличное средство в виде дротиков со снотворным.

- Одобряю, - кивнула Шестакова. - Антон, пошли. Банда, вы остаетесь. Пока!

И Виктория с Антоном, махнув пушистыми хвостами, стремительно унеслись к четырехдневной свободе. Бельчата забрались на подоконник и замерли.

Комлев тяжело вздохнул. Мечты об очередной статье для киноблога рассыпались.

- Кино смотреть будем? - прогудел он.

- Будем, - бельчата несмело перебрались с подоконника на стол.

Оставив их, Леший отправился собирать орехи.

Отсутствовал он долго, а когда вернулся, удивился гомону. Все шесть бельчат наперебой атаковали Комлева вопросами, медведь гудел в ответ, как виолончель. В целом дискуссия напоминала репетицию несыгранного оркестра.

На экране ноута в фильме бравые десантники прыгали с парашютами.

Бельчат интересовал принцип действия парашюта, Комлев объяснял. В конце концов медведь выключил фильм и загрузил ролик с ютуба. Белки на час замолчали, уставившись в экран, затем взорвались сериями новых вопросов, даже принесенные Лешим орехи не заставили их окончательно заткнуться.

Наконец измученный медведь заревел:

- Се-ре-е-е-е-ега-а-а-а!

Джинн-мастеровой Серега вылетел из раструба паяльной лампы, выяснил суть беличьего интереса и осторожно спросил:

- Вам-то это зачем?

- Попробовать, - ответил старший из бельчат, Андрей.

- Н-да, это дитя Шестаковой, - кисло заметил Леший. - Гены пальцем не раздавишь.

Нетрудно было догадаться, кто являлся заводилой в беличьей ОПГ.

Серега подмигнул Лешему:

- Закажи перкаль, капроновые шнуры и карабины.

- А ранцы? А все эти... - Комлев заглянул в википедию. - Эти КЗУ?

- Сделаем, - пожал плечами Серега, игнорируя восхищенные взгляды наконец-то замолчавших бельчат. - Шить купола они сами будут, - кивнул джинн на будущих парашютистов, - причем в их интересах шить на совесть.

У Комлева явно было что еще сказать, но он промолчал, зато Леший грустно промолвил:

- Если эта десантура побьется, Шестакова нам не простит.

- Так мы ж не сразу с большой высоты, - пискнул Андрюха, - мы потренируемся.

- Заказывай, - сказал Серега и, наклонившись, шепнул лесному хозяину: - ты знаешь, чем занять белок на четыре дня? Я - нет.

Аргумент стал решающим, Леший забрал ноут и сделал заказ на материалы. Вечером курьер грифон Валера доставил тяжелую коробку, ночью Серега сделал расчеты, чертежи и раскройку, а с утра закипела работа. Белки старались, Серега тоже, Леший и Комлев работали на подхвате. Через три дня шесть ранцев с парашютами были готовы, и джинн много раз опробовал каждый, заставляя бельчат снова и снова складывать купола. Основной и запасной парашюты работали без осечек, юные Стрельчуки научились складывать их за пять минут.

Наступил день тренировки. Слегка нервничающий Андрюха забрался на приготовленный высокий шест с площадкой наверху, посмотрел вниз, где Леший на всякий случай поставил батут, вздохнул и прыгнул.

Через три секунды бельчонок закачался под белым куполом и плавно опустился на землю. Леший выдохнул, Комлев убрал лапу от сердца.

- Ну как? - спросил подбежавший Серега.

- Во! - счастливый Андрюха человеческим жестом поднял большой палец.

Бельчата побежали к шесту в порядке старшинства. Тренировки начались.

Вернувшаяся из гостей Шестакова совершенно не оценила появившийся у детей опыт прыжков с парашютом и закатила скандал. Скандал длился недолго, поскольку глава семейства потрогал парашютный ранец старшенького и тихо попросил:

- Можно мне тоже такой?

Просьбу уважили. Виктория плюнула, заявила, что у нее не семья, а шоу уродов, и потребовала сделать всем шлемы, дабы битье головой о землю не выбило из ее десантников остатки мозгов.

Сказочный лес оживился. Отчаянные белки с парашютами стали такой же его достопримечательностью, как ходячая кровать, родник с живой водой и серебристый туман с неизвестными характеристиками.

В один прекрасный вечер порывом ветра самого легкого из бельчат принесло в деревню. Вышедший на крыльцо Леха Демидов, дважды кодировавшийся и дважды принимавший в крепкие объятия зеленого змия, увидел на ступенях белку в шлеме. Белка сноровисто укладывала парашют.

- Бл... - вырвалось у Лехи. Он медленно сползал, обдирая плечо о косяк. - Белочка пришла...

Непослушной рукой нашарив нательный крест, Леха поднес его к губам и поцеловал. Белка с наглым прищуром посмотрела на хозяина дома.

- Будешь пить - еще шестеро прилетят, - сказала она. - Бу!

И, забросив ранец за спину, белка быстро забралась на забор, пробежала по нему, как канатоходец, перепрыгнула на дерево и исчезла в ветвях.

Вечером в доме Лешего парашютисты устроили совещание. Андрюха рассказал про чудесные восходящие потоки, Игорь уточнил их направления, Костя попросил сделать парашюты более управляемыми. В ответ Серега рассказал о дельтапланах, и беличья тяга к воздуху перешла в новую фазу.

И скоро над сказочным лесом медленно пролетел окрашенный в черный цвет дельтаплан. Юный дельтапланерист Игорь Стрельчук пугал птиц криками:

- Я Бэтмен!

Дома, в дупле сосны, Шестакова обреченно ждала жалобщиков.

Деревенская Золушка

Когда во двор Ласточкиных спланировала белка на дельтаплане, пятнадцатилетняя Светка списала это видение на хронический недосып.

- Сорян, - сказало видение. - Встречным потоком снесло.

- Ага, - отозвалась Светка и зевнула. Картофелина, которую она пыталась дочистить, выпала из рук. Следом выпал ножик.

Спать хотелось неимоверно, как той девочке из рассказа Чехова.

Белка присмотрелась к Светлане повнимательней.

- У тебя глаза красные, - заявила она. - Я Игорь, кстати.

Белка оказалась мужского пола.

- Светлана, - зевота раздирала рот. От усталости младшая Ласточкина ничему не удивлялась.

Игорь посмотрел на собеседницу еще более внимательно.

- Говорящая белка тебя не смущает? - поинтересовался он.

- Ни-э-эт, - с очередным зевком отозвалась Светка, уверенная, что белкоигорь ей снится.

После покупки мачехой второй козы на сон перестало хватать времени. Был отец дома - разделение труда присутствовало, но стоило ему уехать на вахту, и Ольга Леонидовна Афанасьева перекладывала все на Светку. Лето казалось младшей Ласточкиной тоскливым и бесконечным.

Игорь деликатно подал Светке картофелину и нож.

- Может, дочистишь и спать пойдешь? - предложил он.

- Еще дрова сложить надо, - последовал ответ.

Развернувшись, Игорь увидел у ворот сваленную в беспорядке гору дров.

- Золушка отдыхает, - прокомментировал он и сел на нижней ступеньке.

«Вроде не сплю», - мысли в Светиной голове ворочались тяжело, нож в руках тоже ходил тяжело и снова выпал. Белка обернулась на стук.

- Пойду я, - сказал Игорь, - не то пришибешь чем-нибудь.

- Ага, - Светка свернулась на ступенях и сладко заснула, успев подумать, что Ольга Леонидовна увидит недочищенную картошку, неубранные дрова и устроит скандал.

Разбудила ее не мачеха.

Ее бесцеремонно тряс за плечо маленький бородатый мужичок с аккуратно расчесанными на прямой пробор длинными седыми волосами. Одет мужичок был по моде примерно так 1885 года - сапоги «бутылками», штаны в полоску, косоворотка и шейная косынка.

- Обалдела, што ля, на солнце спать? - выговаривал мужичок. - Тепловой удар получишь, дуреха.

- Данилыч, это твой клиент, - белогрудый Игорь ехидно подмигнул с покатой крыши шкафа для газового баллона.

Светка подскочила:

- Газ заказать!!

И тут до нее дошло, что не спит.

К чести младшей Ласточкиной, головы она не потеряла. Подавив первый порыв рвануть в дом и запереться изнутри, Светка осторожно ткнула пальцем в мужичка:

- Э?

- Домовой, э... - передразнил ее мужичок. - Данилыч, э.

- А пальцем показывать невежливо, - вставил Игорь.

Светка убрала руку за спину.

- Отец где? - осведомился Данилыч. - И сестра старшая?

- Папа на вахте, Валька на практике, - доложила младшая Ласточкина. - Который час?

Домовой глянул на солнце.

- Минут двадцать четвертого. Не суетись!

Дернувшаяся было к картошке Светка застыла.

- Чегой-то ты, ровно Золушка, пашешь? - Данилыч окинул свирепым взглядом двор. - Афанасьева совсем берегов не видит?

Младшая Ласточкина промолчала, хотя наябедничать на Ольгу Леонидовну ой как хотелось.

- Чо ты ей сделаешь? - задал Игорь Данилычу правильный вопрос.

- Я-то? Практически ничего, - домовой ухмыльнулся, - хозяйство разваливать жалко, Сашка уж больно старался, пока тут все наладил. Но есть одно средство.

Светка переводила взгляд с белки на домового, с домового на белку и незаметно щипала себя за руку. Про необычный лес она знала, про домовых бабки тоже рассказывали, а уж какие про Тольку Бадалова слухи ходили - умереть не встать. И Машку Чуприну, говорят, водяной в жабу превращал.

- Займись картошкой, - распорядился Данилыч, оторвав младшую Ласточкину от размышлений. - С дровами пособим.

Явившаяся к ужину мачеха долго пилила падчерицу за то, что дурища беспамятная забыла заказать газ, других оснований придраться не нашлось. Обычно Светка огрызалась, в этот раз еле сдерживала улыбку, поскольку на ветке старой сливы сидел Игорь и удачно пародировал жесты и выражение лица Ольги Леонидовны. Напоследок он запустил в Светкину мачеху зеленой сливой и удрал.

- Ай! - крупная твердая ягода угодила Ольге Леонидовне точно в нос. - Хулиганье! - крикнула затем в открытое окно мачеха и повернулась к хихикающей падчерице. - Чего лыбишься? Коз доила?

Никогда еще дойка коз не шла у ржущей Светки так бодро.

Утром, едва мачеха отползла на работу, явился Данилыч, помог деревенской Золушке управиться с домашними делами и предупредил, что Ольга Леонидовна сегодня может задержаться.

- Купи корвалолу на всякий случай, - посоветовал домовой. - Наши воспитательные меры не для нервных.

- Она не нервная, - мрачно сказала Светка.

- Все равно купи, - влез в разговор Игорь.

Оказывается, он давно сидел на крыше курятника рядом со своим стильным черным дельтапланом. Светка начала привыкать к нахальной говорящей белке и даже поинтересовалась, все ли грызуны в лесу летают на дельтапланах.

- Одне птенцы гнезда Шестаковой, - опередил Игоря с ответом Данилыч и засмеялся.

- Чо? - Игорь надулся. - Маме вообще мотодельтаплан сделали.

- Первая мотобелка в лесу, - подытожил домовой и дернул Светку за рукав. - В аптеку-то сходи.

Светка сходила.

Наступил вечер, тени вытянулись, вечерняя смена комаров зазвенела над ушами. Младшая Ласточкина с белкой сидели на крыльце, щелкая семечки. Ольга Леонидовна должна была вернуться с работы два часа назад, но, как и предупредил Данилыч, задерживалась. Несмотря на неприязнь к мачехе, Светка заволновалась.

Начало темнеть.

- С ней ничего не будет? - десятый раз спросила младшая Ласточкина.

С каждым разом ее голос звучал все жалобнее.

- Если только сама от страха скапустится, - Игорь обладал изрядной долей цинизма.

Светка сходила в дом, включила свет. Почти одновременно зажглись фонари на улице; как обычно, горел один из трех. Где-то загремели ведром у колодца, тут же отозвались лаем собаки. Пророкотал мотором грузовик.

Ближе к полуночи, когда Светка окончательно извелась, послышался лязг, затем из проулка ударил свет ярких фар, и на дорогу выехало занятное транспортное средство - не то трактор, не то внедорожник на гусеницах.

- К тебе, - сообщил Игорь, и младшая Ласточкина пошла к открытым воротам.

Внедорожник въехал во двор, ослепив Светку фарами, и остановился. Из кабины вылезли бородач в новеньком костюме "Горка", Данилыч и какой-то верзила. Из-за цветных пятен в глазах Светке показалось, что верзила одет в шубу, и она еще успела подумать, как ему летом не жарко, но потом младшая Ласточкина с ужасом опознала в мохнатом здоровяке настоящего медведя.

- Мамочки... ой, мамочки... - прошептала Светка.

- Спокойно, Золушка, - повернулся к ней Данилыч. - Полевой, дай девке выпить, сомлеет.

Полевой поступил проще, вытащив из внедорожника аптечку и велев Светке нюхнуть нашатыря. Резкий запах прочистил мозги, и младшая Ласточкина услышала:

- Не хлопнись тут.

Слова вылетели из медвежьей пасти.

На Светкином плече материализовался Игорь и, щекоча ей усами ухо, зашептал:

- Не бойся, это Комлев, он хороший.

Комлев вытащил из кабины Ольгу Леонидовну.

- Куда нести? - осведомился медведь. - Да живая она, живая... может, в обмороке. Всю дорогу глазки закатывала.

Толком не опомнившись, Светка провела Комлева в дом. Медведь сгрузил обморочное тело на кровать, с облегчением вздохнул и вернулся к транспорту.

- Мы ей внушение сделали, - крикнул в окно Данилыч. - Ежели опять тебя иксп.. эк... тьфу ты! исплотировать будет, звони. Мой номер Игорь знает.

- Ага, - Игорь покинул Светкино плечо и махнул лапой. - Бывай, завтра навещу.

Он исчез в темноте. Уехали и ночные визитеры.

Бледная Ольга Леонидовна приподнялась на кровати.

- Светлана! - проникновенным голосом возвестила она. - Светлана!

Светке почему-то стало смешно.

- Светлана, возьми бумагу и ручку, - Афанасьева протянула руку и застыла, напоминая дорожный указатель. - Я продиктую завещание.

Рука бессильно упала, затем мачеха снова повалилась на кровать.

- Какое завещание, Ольга Леонидовна, - попыталась утешить ее Светка, - вы еще как минимум двести лет протянете.

- Сэ-э-эрдце, - рука мачехи шарила рядом с искомым органом. Мешала грудь шестого размера.

Младшая Ласточкина принесла корвалол, накапала в стакан, в доме запахло больницей. Мачеха выпила, успокоилась и заснула.

Пробудившись чуть раньше петухов, Афанасьева по привычке заорала:

- Светл-а-ана-а-а-а!

Но в открытое окно влетела зеленая слива и метко стукнула Ольгу Леонидовну в глаз. Разом вспомнив произошедшие накануне события, мачеха притихла, на цыпочках вышла из дома и впервые за лето дала падчерице выспаться.

Ламповая елка

Дом Лешего оброс подворьем. Жар-птиц разместился в просторном курятнике, для джинна Сереги при помощи Комлева построили добротную мастерскую, предварительно раскидав бамбуковый радиоактивный сарай. Хотя сарай фонил, Леший чувствовал себя убийцей, помня, кто являлся папашей двух избушат-внедорожников и одного космонавта.

К мастерской пристроили флигель, куда Кикимора перенесла часть своей генетической лаборатории. Кикимора не оставляла попыток вывести феникса на материале жар-птица, но пока на выходе получались исключительно куры гриль.

Кроме этого, на поляне пристроились два стыренных медведем улья. Комлев осваивал азы пчеловодства.

- Куркуль, - резюмировала зашедшая в гости Яга.

- В дом загляни, - интригующе проговорил Леший.

В доме была Третьяковка. На стенах в резных рамках висели сделанные на волшебную зеркалку портреты обитателей сказочного леса, особенно выделялась размером фотография команды домовых - победителей хоккейного турнира.

- Надо строить музей, - сказала Яга.

- В планах, - коротко ответил лесной хозяин, поглядывая в окно на мастерскую. Рядом с ней приземлялся грифон Валера с коробкой в лапах.

От Яги явление курьера тоже не укрылось.

- И что там затевается? - ткнула пальцем старуха в сторону мастерской.

- Не знаю, - отозвался Леший. - Серега с Кикиморой второй месяц что-то мутят, белок припахали семена елей собирать, лично я светляков ловил, Полевой образцы тумана в банках привозит.

Услышав про туман, Яга нахмурилась и строевым шагом двинулась к мастерской. Серебристый туман был субстанцией подозрительной, следовало разобраться.

Пробыла в мастерской старуха недолго, вышла с улыбкой и, смотавшись куда-то на метле, вернулась с живой водой и огромной цветочной кадкой.

Серега с Кикиморой работали всю осень. Кикимора до того увлеклась, что домой ездила раз в неделю, чтобы полить говорящую бегонию. Несмотря на сволочизм характера, бегония Полудикая Орхидея сильно переживала, опасаясь потерять хозяйку. Кикимора успокаивала растение и мчалась обратно.

В середине декабря экспериментаторы свернули опыты. Серега занялся техобслуживанием транспортных средств лесной нечисти, Кикимора, наконец, отбыла домой в общество Полудикой Орхидеи.

Нечисть готовилась к встрече Нового года. Леший пригласил всех к себе, мотивируя это тем, что его галерея значительно пополнилась, и он жаждет продемонстрировать новые экспонаты. Зная лесного хозяина, утром тридцать первого декабря Яга привезла полную ступу угощений, еще два таза салата доставила Кикимора на своем Майбахе.

За стол сели в восемь. Кощей, как водится, приехал, вернее, прилетел последним в сопровождении хеллхаундов и драконихи Зажигалки. Его избушонок Цеппелин, поборов акрофобию, смог подняться над деревьями, пролететь нужное количество километров и совершить вертикальную посадку, даже не побив загруженные в кабину бутылки с шампанским.

В этот раз тройка белых коней привезла Деда Мороза и Снегурочку рано, часам к десяти. Дед был совершенно трезв, видимо, поссорился с Йоулупукки, Снегурочка посмеивалась. Одарив нечисть и отведав шампанского, Мороз с внучкой собирались отбыть, как вдруг Серега попросил их на пять минут задержаться и вывез из-за угла дома на детских санках странный предмет.

Когда Леший направил на предмет мощный фонарь, выяснилось, что Серега вез полуметровую елку в зеленой цветочной кадке.

- Вот, - сказал он, остановившись у расписных саней Деда Мороза. - Это от нас сюрприз. Погаси фонарь, - повернулся джинн к Лешему.

Тот щелкнул кнопкой.

Чуть погодя на елке начали разгораться цветные светодиодные лампы. Они постепенно становились все ярче и вдруг вспыхнули, осветив двор, сани, лошадей и застывших в удивлении Деда Мороза и Снегурочку.

- Ой, - сказала Снегурочка и, выпрыгнув из саней, стала осматривать елку. - Ой... как это?

Лампы росли на елке, как шишки.

- Вот, - Серега переглянулся с Кикиморой. - Вывели ламповую елку. Когда лампы перегорают, они падают и снова отрастают. Такая была задумка.

- Первый подарок за столько лет, - прослезился размякший от шампанского Дед Мороз.

Кощей поспешил сунуть ему еще один бокал.

- Прелесть прелестная! - Снегурочка обняла елку. - А задумка! Шикарная задумка.

Елку пристроили в санях. Дед свистнул лошадям, тройка рванулась дальше, вслед закричал Леший:

- Возвращайтесь, мы до утра сидеть будем!

Тем временем Серега вывез из мастерской другую елку, поменьше, в обычном ведре. Лампы на ней горели одинаковым лимонно-желтым светом.

- А это нам, - сказал он. - С наступающим, что ли.

Стиральная машина времени

Во дворе дома Лешего джинн-мастеровой Серега проводил эксперименты со стиральной машиной. Медведь Комлев, которого стук барабана машины отвлекал от написания очередной разгромной кинорецензии, недовольно спросил:

- Чего там Серега мутит?

- Не знаю, - Леший раскладывал по коробкам шприцы, шовный материал, бинты, и пластыри, необходимые для оказания первой помощи дебилам вроде лося Кубышкина. – Третьего дня откуда-то сломанную стиралку притащил, вишь, чинит.

- Лучше бы он ноут отремонтировал, - прогудел медведь.

- А что с ним? – заинтересовался Леший.

- Гудит и греется, - доложил медведь и на всякий случай сбросил файлы на флешку.

- Пойду скажу, - лесной хозяин убрал коробки в шкаф и вышел из дома.

Серега сидел на табурете напротив стиралки, пристально наблюдая через прозрачную дверцу за работой барабана. Леший поискал глазами провода и шланги, не обнаружил ни того, ни другого, встревожился и спросил, забыв про ноутбук:

- На чем она у тебя работает?

- На конденсате тумана, - ответил Серега отсутствующим голосом, потом посмотрел на свои наручные часы и перевел взгляд на таймер машины.

Леший забеспокоился сильнее. Про серебристый туман с волшебными свойствами знали все.

- Ты бы того… поаккуратнее, - сказал лесной хозяин.

Машина звякнула, остановила вращение барабана и открыла дверцу. Леший опасливо заглянул внутрь. Внутри было пусто, чисто и сухо.

- Теперь главное, - Серега поднял с травы грязную рубашку, закинул в стиралку, вынул блокнотик, что-то перемножил столбиком и установил таймер, сверившись с цифрами, после чего запустил машину.

Барабан завертелся.

- А вода? А порошок? – удивился Леший.

Из окна высунулся заинтересованный Комлев.

- То-то и оно, - сказал джинн. – В каком направлении вращается барабан в стиральной машине? Против часовой стрелки, ясно? Он отматывает время назад к тому моменту, когда белье было чистым. Так вот, семьдесят два часа назад рубашка была практически стерильной. По количеству оборотов у нас выходит минута работы машины примерно три часа реального времени, - он снова посмотрел на таймер. – В общем, через двадцать минут увидим.

Через двадцать минут Серега достал из машины идеально чистую рубаху.

- Интересно, - подытожил Комлев.

- Погоди… - Леший призадумался, сбегал в дом и вернулся с парой носков – дыра на дыре. – Если она отматывает белье назад во времени, она может домотать до момента, когда вещь была новой? Я помню, когда их купил.

Джинн с уважением посмотрел на лесного хозяина. Носки сунули в машину, таймер установили на триста пятьдесят две минуты и разошлись по делам.

Вернувшись из леса, Леший обнаружил дежурившего у машины Комлева. Медведь смотрел на барабан, как загипнотизированный. Таймер отсчитывал последние минуты, и когда он дошел до нуля, а машина звякнула, из мастерской вышел Серега.

При извлечении совершенно новых носков присутствовали все участники эксперимента.

- Неплохо, - сказал джинн.

- Этак можно любую вещь привести в исходное состояние, - заметил Леший.

- Оно тебе надо? – спросил Серега. – Для восстановления старья неделями придется ждать. Проще купить новое.

Комлев послушал, потрогал лапищей стиралку, обошел вокруг. Сзади к машине Серега приделал неизвестный прибор, видимо, блок питания, с полупрозрачным контейнером сверху. В контейнер была налита тяжелая жидкость, в тени принявшая свинцовый оттенок.

- Лады, - согласился Леший. – Тогда давай все перестираем… отмотаем. Сортировать же не надо ничего?

- Не, - зевнул Серега. – Закидывай как есть. Четыре с половиной кило максимальная загрузка.

- А если больше? – спросил Комлев.

- Если больше, стиралка работать не будет, - джинн-мастеровой ухмыльнулся и ушел в мастерскую.

Леший был доволен. На следующий день стиральная машина времени отмотала до чистоты занавески, два коврика, скатерть и множество мелких вещей. Трудилась до вечера.

А ночью лесного хозяина разбудил непередаваемый грохот.

Схватив фонарь, Леший выскочил во двор и направил яркий луч в сторону источника шума. Луч упал на взбесившуюся стиралку – она билась в конвульсиях, подпрыгивала, раскачивалась и завывала. Барабан бешено крутился и гремел, отматывая что-то большое и угловатое, от которого отлетали мелкие осколки и колотились в стекло изнутри. Из мастерской вырвался Серега, бесстрашно подбежал к машине и за секунду отсоединил блок питания. Машина вздохнула и замерла.

В наступившей тишине треснула ветка, потом другая. Движением снайпера, наводящего винтовку, Леший провел лучом фонаря по темным кустам и высветил уходящего на цыпочках медведя.

- Стоять, - негромко скомандовал лесной хозяин. – Назад.

Медведь остановился и развернулся. Конечно же, это был Комлев.

Пока он нехотя возвращался к дому, Серега открыл машину и начал выгребать из помятого и потерявшего форму барабана ошметки проводов, куски пластика и микросхем.

- Что ты туда сунул, скотина? – безнадежно спросил Леший, уже догадываясь. – Что отматывал?

Комлев, воплощение вселенской тоски и вины, шепотом сказал:

- Ноутбук, - и скорбно свесил голову.

Скаковая кровать

Если бы Леха Демидов был трезв, он неминуемо бы задумался над вопросом, откуда в лесу приличная и почти не ржавая кровать с хорошей пружинной сеткой и никелированными шариками на спинках. Но Леха еще с вечера много и хорошо пил, поэтому он обошел кровать, потрогал сетку, потер рукавом заблестевший шарик и решил забрать мебель домой, поскольку прежнее его ложе развалилось, а на халяву Леха всегда кидался стремительно и хищно.

Не теряя даром времени, Демидов отнес домой полупустую корзину грибов, вернулся с огородной тачкой и, после мучений и марафона по пересеченной местности, припер кровать домой.

В двери она пролезла.

Леха вынес предыдущее продавленное ложе, неудачный выкидыш ИКЕА, во двор, придвинул обретенную кровать к стене, оборудовал ее как подобает и вечером опробовал. Кровать оказалась высоковатой, но сетка приятно пружинила, укачивая нового хозяина, и укачала.

Демидов захрапел.

Под утро ему приснился сон, будто кровать, поскрипывая, очень осторожно выбирается из дома, спускается по ветхому крыльцу и проваливается ножкой в щель нижней ступени.

Леху сильно тряхнуло, и он проснулся. Над головой расстилалось утреннее небо, под спиной лихорадочно дергалась кровать, справа возвышались прекрасно знакомые бревенчатые стены дома и окно с заколоченной фанерой нижней створкой, поскольку стекло Леха по пьяни выдавил локтем.

Кровать как-то поднапряглась, дернулась сильнее, и до Демидова стали доходить суровые реалии, тем более, что рывок освободил застрявшую ножку, и кровать бодренько порысила к открытой створке ворот, явно намереваясь покинуть Демидовские владения.

- Бля, - сказал Леха, окончательно проснувшись.

Услышав волшебное слово, кровать прибавила рыси, немилосердно тряся Демидова. Лехина тушка почти утонула в сетке, но он все-таки сумел перевернуться на живот и встать на колени. Движения всадника кровати не понравились, она взбрыкнула, выбросив подушку и заставив Демидова вцепиться в спинку и упустить момент, когда можно было спрыгнуть без особых травм.

Вынеся Леху за ворота, кровать подобралась и пошла галопом по деревенской дороге. Стоя на коленях, одной рукой Демидов изо всех сил держался за спинку, другой схватился за коварно сползающие трусы. Легкое одеяло некоторое время трепетало у него за плечами, как легендарная чапаевская бурка, но потом отцепилось от майки и осталось позади.

- М-м-ма-ма-ма! – выдавил Леха, когда после очередного темпа галопа из-под него вылетел матрас. Подкидывало Демидова знатно, поскольку кровать неслась, как призовой скакун на стипль-чезе, время от времени перемахивая через канавы.

По счастью, в рассветные воскресные часы народу на улице не было, только всполошились во дворах собаки. Сопровождаемый лаем жокей Демидов взял с запасом еще два препятствия и оказался на грунтовке за околицей, где барьерные скачки превратились в гладкие. Избавленная от необходимости прыгать кровать понеслась во весь дух, обогнав «Кавасаки» с двумя пассажирами.

Леха опознал местность.

Кровать держала курс на заповедный лес, причем, видимо, от несообразительности мчалась объездной дорогой. Километра через два будет речка, и можно попробовать выпрыгнуть на мостике в воду. Демидов приготовился.

Отчаянно дребезжа, кровать вознеслась на горбатый мостик, Демидов отпустил спинку, оттолкнулся коленями, на которых надолго остался отпечаток сетки, полетел вбок, счастливо миновав низкие перильца, и бухнулся в речку.

С шестой попытки грязный, мокрый и злой Леха выбрался на глинистый берег.

- Сукабля… - на каждом шагу повторял он. – Ничего из леса больше… Никогда.

С опушки, прячась за кустами, за ним наблюдали пассажиры «Кавасаки», оборотень Анатолий и кицунэ Юка. Фыркая от смеха, Толик посвящал Юку в подробности истории техноманта Мухина, создателя кровати.

Хихикающая кицунэ посмотрела на Анатолия:

- Подкинь его домой, Торик. Он групый.

И Анатолий пошел за мотоциклом.

Пафнутьев и Каипора

Джинн-мастеровой Серега мирно качался в гамаке, когда подошел медведь Комлев. Комлев посмотрел на запертый изнутри дом Лешего, с кряхтеньем сел и спросил:

- Кто там пришел? Опять Толька-оборотень на Пафнутьева жалуется?

Сереге лень было отвечать, он отрицательно помотал головой.

- Скотина этот Пафнутьев, - продолжал Комлев, - свинья! Два улья у меня опрокинул, мед сожрал, пчел загубил.

Более глупого и злобного существа, чем кабан Пафнутьев, в заповедном лесу не водилось. Матерый секач глумился над деревенскими огородами, умеючи портя то, что не сжирал, поэтому ненавидели его в окрестных деревнях знатно и палили из ружей, едва приметив могучую щетинистую спину, однако новые шрамы лишь добавляли Пафнутьеву наглости и злости.

Толька Бадалов несколько раз приходил к Лешему, прося унять кабана, но лесной хозяин никак не мог выследить Пафнутьева, а вчера к Лешему прибыл гость.

- Юка сказала, возьмет домовых, вооружит их катанами, нагинатами или как там у них это называется, и устроит облавную охоту, - стряхнув лень, ответил Серега. – А у Лешего Каипора сидит.

- Каи… - Комлев запнулся, вспоминая. – Так… аргентинский леший?

- Бразильский, - поправил Серега. – Самогон гонят, вечером Тэнгу обещал приехать, составит лешачий интернационал.

- Может, Каипору попросить, чтоб Пафнутьева унял? – внес дельное предложение медведь. – Он вроде на кабанах специализируется.

- Пафнутьев по-португальски ни бэ ни мэ, - с сожалением ответил Серега и приподнялся, глядя вверх.

Комлев тоже посмотрел наверх и увидел быстро приближающегося ворона Артемия Петровича.

Ворон сложил крылья, ловко спикировал и сел на подоконнике, громко прокартавив внутрь дома:

- Стгашную весть пгинес я! Пафнутьев помигает.

- Наконец-то, - спокойно отозвался Леший.

Каипора что-то спросил по-португальски. С трудом подбирая слова, Леший ответил.

Все с интересом ждали результата переговоров.

Дверь распахнулась, из дома вышел недовольный Леший с докторским саквояжем, следом за ним выбрался индеец в пончо и широкополой кожаной шляпе. Индеец держал длинную железную рогатину.

- Васька! – гаркнул Леший.

Мамонтенок Васька вышел из-за Серегиной мастерской, где добрая Кикимора устроила грядки с морковью. Запихав в рот пучок корнеплодов, Васька притопал к хозяину и закинул его хоботом себе на спину, потом то же самое проделал с Каипорой.

- Петрович, показывай дорогу. Василий, вперед! – распорядился Леший, и спасательная экспедиция ушла в лес.

Подумав, Комлев пошел следом.

Идти долго не пришлось. Петрович как раз успел закончить проникновенный рассказ, как сраженный пулей у деревенской околицы Пафнутьев убежал в лес и упал в папоротниках у ручья, когда Васька остановился у этих самых папоротников. Кровищи вокруг хватало.

Спешившись, оба леших в сопровождении Петровича и Комлева спустились к ручью, где черной мохнатой горой лежал на боку Пафнутьев. Каипора обошел вокруг кабана, бормоча:

- Ки гранде фера…

Ругаясь, Леший начал вытаскивать пулю и почти вытащил, но в этот момент кабан тяжело вздохнул и помер.

Леший машинально сунул извлеченную пулю в саквояж вместе с инструментами, выпрямился и сделал вид, что снимает шапку. Поскольку шапки он не носил, действие имело ритуальный характер. Каипора посмотрел на коллегу и медленно потянул с головы шляпу.

- Мы потеряли Пафнутьева, - заговорил Леший. – Не сказать, что меня слишком огорчила эта потеря, потому что жалобы на него задолбали, и вообще, при жизни он был редкой скотиной…

- Испери, амигу, - прервал его Каипора и ткнул мертвого кабана рогатиной. – Левантар! – он сильнее ткнул Пафнутьева. - Леванте-се су бастарду!

Кабан вдруг открыл маленькие красные глазки, икнул, хрюкнул и вскочил.

- Ох, - сказал Артемий Петрович.

- Йопт, - сказал Комлев.

- Ну зачем? – устало спросил Леший.

- Шо, похоронили уже?! – Пафнутьев уставился на спасателей злыми глазами. – Хера вам в зубы!

Каипора понял интонацию, размахнулся и съездил кабана рогатиной так, что тот опрокинулся на спину и проскользил по короткому склону прямо в ручей. Бразильский леший бил больно, Пафнутьев встал не сразу, а встав, получил еще и взвизгнул по-поросячьи.

Обратно Леший ехал на Ваське, Каипора на Пафнутьеве, периодически тыкая того рогатиной, Комлев шел рядом, наблюдал, как попадает кабану, и млел от наслаждения. Разрушенные ульи были отмщены.

Серега встретил их, по-прежнему качаясь в гамаке. При виде укрощенного кабана джинн удивился и сказал:

- Пафнутьев, ты ли?

- Иди на… - ругательство кабана оборвал удар рогатиной.

- Еле вира комиго пара о Бразил! – сообщил Каипора, спешиваясь.

Леший обернулся, хихикнул и перевел:

- Поедешь в Бразилию, Пафнутьев. Учи португальский.

Пафнутьев злобно засопел, но Каипора не шутил, и через два дня отбыл домой верхом на кабане.

Каипора снова навестил Лешего спустя полгода. Пафнутьев, прочно занявший место верхового животного, похудел, постройнел и стал гораздо мускулистее.

- Как ты там? – встретил его Серега. – Выучил португальский?

- С хренов, амиго? – хрюкнул кабан. – Там ща все русский учат, - он покосился на дом Лешего. – Пойду по делам. Ве восе!

Пафнутьев отсутствовал долго.

Чересчур долго.

Когда кабан, наконец, соизволил вернуться, оставив в двух деревнях хаос и разрушения, его ждали Леший, Комлев, Серега, Толька Бадалов с мрачным лицом и Каипора с рогатиной наперевес.

- Так, - сказал Леший, завидев кабана.

- Ветчина, - сказал Каипора по-русски и потряс рогатиной. – Шашлык.

Пафнутьев замандражил.

- Убью! – произнес Каипора третье выученное русское слово и бросился на кабана, как солдат в штыковую.

- Виииииииииииииии! – завизжал Пафнутьев, превращаясь из матерого бандита в напуганного поросенка, и дал стрекача по кустам.

За ним со зловещими криками несся бразильский леший.

- Говорил же, не надо мразоту воскрешать, - вздохнул лесной хозяин. – Свиньей был, свиньей и остался. Васька! Поехали, досмотрим финал трагедии.

Расследование

Восстановив с помощью Полевого и домовых разрушения, произведенные в деревнях кабаном Пафнутьевым, Леший вернулся домой и без сил брякнулся на кровать. Комлев оторвался от просмотра фильма на новом ноутбуке и сочувственно посмотрел на лесного хозяина.

- Шашлык из Пафнутьева сделали? – спросил медведь.

- Нет, - Леший отрешенно глядел в потолок. – Шашлык будет невыездной… тьфу! Пафнутьев будет невыездной, только Бразилия, и никуда больше.

- Правильно, - медведь пошарил в столе, нашел наушники, специально переделанные для него Серегой, нацепил их и снова включил фильм.

Леший перевел взгляд на экран, где пуля в слоу мо покидала ствол. Он тупо наблюдал компьютерную графику, вдруг с воплем:

- Да ладно! - вскочил и бросился к позабытому саквояжу, где среди инструментов валялась извлеченная из туши Пафнутьева пуля.

Отыскав ее, Леший положил на стол, включил лампу и толкнул Комлева. Медведь со вздохом оторвался от кино и уставился на пулю.

- Ну? – спросил он.

- 5.45х39, - сказал Леший.

За длиннющую жизнь лесной хозяин сталкивался с оружием и боеприпасами многократно, он помнил луки и стрелы с каменными наконечниками, самострелы, фузеи, лепажевские ружья, ижевские курковки и многое-многое другое.

- И что? – не понял Комлев.

- А у кого из местных нарезное есть? – спросил Леший.

Медведь задумался.

- Семыкин, - прозвучало первое имя.

- Щас, у него «Ремингтон» гладкоствольный.

- Кистеперов, - начал перечислять Комлев.

- ИЖ-58, - сказал лесной хозяин.

- Звягинцев, - медведь почесал когтями за ухом.

- Сайга-12, - отозвался Леший.

- Ласточкин, - Комлева начал интересовать арсенал местных охотников.

- ТОЗ-34, - мгновенно ответил Леший.

- Пивоваров.

- ИЖ-27.

- А этот, как его… в областной прокуратуре работал и выгнали, - Комлев не мог вспомнить фамилию, но Леший его понял.

- Stevens 555, тоже гладкоствол. В общем, Комлев, я не припомню ни одного нарезного ствола в окрестностях, а пуля из нарезного.

До медведя все еще не доходило.

- В Пафнутьева из незарегистрированного ружья стреляли, - просветил его Леший, - и ружье-то серьезное. Этот патрон к калашу подходит, ясно?

Комлев понял и перепугался. Леший потянулся к мобильнику, включил громкую связь.

- Толян, здорово, чем занят?

- Мотькин стрим смотрю, - ответил оборотень Толик Бадалов. – Случилось что?

Леший вкратце описал ситуацию с пулей, Толян выругался.

- Давай я приеду, заберу и отдам Токареву, пусть участковый разбирается, - предложил он.

- Давай, - согласился Леший. – Скажешь, что пулю из туши мертвого кабана вырезали.

Толик приехал, забрал пулю, а через два дня приехал с Токаревым, заранее предупредив о визите. Для общения с участковым Лешему пришлось принять человеческий облик, выгнать Комлева и убрать с кровати моховое покрывало, застелив ее обычным, тканевым.

Токарев обалдел от фотографий, украшающих стены дома, и еще сильнее обалдел от выпитого бокала лимонного ликера, предложенного хозяином за знакомство. Ликер был вкусный, но крепкий.

- Выкладывайте по порядку, - сказал Токарев, покосившись на фото мавок Синклитикии и Агафоклеи. Позировали они, естественно, топлес.

Описав душераздирающую историю смерти кабана и умолчав о дальнейшем воскрешении, Леший сделал упор на стрельбу из нарезного оружия и поинтересовался, можно ли найти стрелка.

- Я почему приехал, - замялся Токарев. – Возьмите это дело под свой контроль. Браконьерство, оно, конечно, плохо, опять же ружье незарегистрированное, только как вычислить?

- Вычислим мы, а лычку на погоны тебе? – нахмурился Леший.

- Что я сделаю-то?! – взвыл Токарев и снова покосился на вызывающую фотку мавок. – Повальные обыски? Ружье в тряпки замотал и сунул под стреху. Да никто санкцию на обыск не даст, о чем вообще речь!

- Хорош на сиськи пялиться! – заорал лесной хозяин, вызвав у молчавшего Толяна приступ смеха. – Может, у кого-то в Заполье калаш лежит!

Анатолий перестал смеяться.

- Почему в Заполье? – спросил он.

- Потому что Пафнутьев из Заполья полудохлый приполз, - просветил всех Леший и налил себе и Токареву еще по бокалу ликера.

Анатолий, поскольку был за рулем «Кавасаки», не пил, и его посещали разумные мысли.

- Может, яблочко по блюдечку запустить? – предложил он, зная о девайсе Бабы-Яги. – Вдруг покажет кого. Или белок припахать, пусть разведают окрестности.

- Мысля хорошая, но наш лес браконьеров не пустит, - сказал Леший. – Вот Берковицы, или роща за Антоновкой, или Суровский бор… Токарев, лесников предупреди, - он поднял бокал. – Будем!

- Будем! – участковый хлопнул вторую порцию домашнего лимончелло и раскраснелся. – Лесникам сказано уже.

За ликером договорились о следующем: обитатели заповедного леса попробуют выследить владельца ружья, Токарев обеспечит помощь в рамках своей компетенции, далее высокие стороны обменялись номерами телефонов, и Анатолий решительно вытащил из-за стола участкового, пока тот не впал в невменяемое состояние.

Леший отправился к Яге, Анатолий повез Токарева к месту обитания беличьего семейства Шестаковой-Стрельчук.

Не успел «Кавасаки» подрулить к сосне с разветвленным стволом, как из дупла выскочил белогрудый бельчонок, глянул на визитеров и заорал:

- Ма-а-а! К нам мент приехал.

Протрезвевший за время поездки Токарев обиделся.

Он величаво сошел с мотоцикла и посмотрел на высыпавших из дупла белок с уместной суровостью.

- Что значит «мент»? – спросил участковый.

- А что, «полицай» лучше? – ядовито отозвалась представительная белка, в которой Токарев признал Шестакову. Случай познакомиться у них был.

Токарев хотел напомнить белкам об угоне мотоцикла, но подошел Анатолий и сказал:

- Вика, не начинай. Дело к тебе.

Выслушав оборотня, белки переглянулись.

- За окрестностями Заполья присмотрим, - нехотя пообещала Шестакова. – С вас орехи. Фундук. Можно арахис.

- На крайняк семечки, - влез Игорь.

- Договорились, - сказал Токарев, подсчитывая в уме беличьи гонорары. – Анатолий, поехали.

Визит Лешего к Яге результатов не принес.

На запрос яблочко отказалось кататься по блюдечку, причем блюдечко вывело надпись: «Недостаточно информации».

- Оно у тебя обнаглело, - заметил Леший.

- Оно работает в режиме реального времени, - сварливо пояснила Яга. – В данный момент никто из засады не пуляет. Между прочим, Пафнутьева нисколечки не жалко, передай Каипоре, что не надо было его воскрешать.

- Каипора осознал, - ухмыльнулся лесной хозяин и поднялся, собираясь уходить. – Ты, мать, блюдечко запускай время от времени, вдруг получится.

Яга была настроена скептически и не зря. Беличье патрулирование результатов не принесло, блюдечко стабильно выдавало «Недостаточно информации», осторожные расспросы Анатолия тоже не дали эффекта.

Но однажды тихим вечером в дом Лешего заколотил копытами Кубышкин.

Выскочивший лесной хозяин узрел напуганного до истерики лося с выпученными глазами и раздувающимися ноздрями. Судя по тому, как Кубышкин дышал, он пролетел полным ходом не меньше десятка километров.

- В меня стреляли, - трагически известил лось и картинно повалился на землю.

Леший осмотрел его, не обнаружил ни крови, ни ран, ни заметных ссадин, обозвал лося нехорошими словами и велел прекратить представление.

- Чесслово, стреляли, - отдышавшись, Кубышкин приподнял огромную голову. – На кабаньей тропе к Марьиному ручью.

- Понятно, - сказал Леший. – У Насти Сергеевой соленых сухарей нажрался и пошел жажду ликвидировать… так, стоп! На тропе, говоришь? Из ружья палили?

Кубышкин поднялся, отфыркнулся, как лошадь, и задумался. Когда он думал, обычное придурковатое выражение морды делалось заметно дебильнее.

- Вроде из ружья, - проговорил он, – а вроде и нет. Звук другой.

- Васька! – заорал Леший, призывая мамонтенка. – Кубышкин, веди.

Лось поупирался, но лесной хозяин рявкнул на него, и Кубышкин обреченно порысил по обратному маршруту. За ним двинулся мамонтенок Васька с Лешим на спине.

На протоптанную кабанами тропу на водопой прибыли в сумерках. Кубышкин привел к месту, где зоркий Леший разглядел оборванный и наполовину втоптанный в грязь шнур.

- Тут, - сказал лось, подозрительно принюхался и прислушался.

Леший спрыгнул с Васькиной спины, велел лосю и мамонтенку ждать, сам пошел вдоль шнура и скоро наткнулся на замаскированное… ружье? Не ружье?

Леший внимательно осмотрел странноватый предмет. Ствол вроде от калаша, но без цевья, укреплен на деревянном штативе, приклада нет, магазина нет, рукоять тоже отсутствовала, а к спусковому крючку привязан конец шнура.

- Самострел! – догадался лесной хозяин, пошарил в кустистой траве и нашел стреляную гильзу калибра 5.45х39.

Наверное, и на Пафнутьева за околицей Заполья был настроен именно этот самострел, кабан имел обыкновение пользоваться одними и теми же тропами. Теперь, значит, оружие перенесли на звериную тропу к водопою.

Леший нагнулся, посмотрел, куда нацелен ствол – ну конечно, зацепи шнур кабан, его бы убило, длинноногому Кубышкину повезло.

- Васька, домой, - приказал Леший, - и ты, Кубышкин, тоже свободен.

- А ты? – поинтересовался лось.

- Останусь, подожду, - зловеще сказал лесной хозяин. – Должен же этот гад за самострелом вернуться.

Он спрятался в кустах и затих.

Хмыкнув, ушел Кубышкин, Васька потоптался на месте, потом нехотя отступил.

Ждать пришлось долго, браконьер соизволил объявиться лишь на следующий вечер. Леший издалека услышал осторожные шаги и приготовил телефон для съемки, но…

Всё испортил Васька.

Соскучившись по хозяину, мамонтенок пришел как раз в момент истины и радостно затрубил. Браконьер рванул обратно с треском по кустам, Леший рванул за ним с руганью и воплями, за Лешим, не переставая трубить, рванул радостный Васька. Тройка спринтеров перемахнула Марьин ручей, распугав пришедших на водопой дальних родственников Пафнутьева, в результате чего к трубным звукам прибавились истеричные визги поросят, создав изрядную какофонию. Как назло, один поросенок, метнувшись в сторону, попал под ноги Лешему. Запнувшись об него, лесной хозяин кубарем прокатился по грязи, завяз и, пока выбирался, услышал удаляющийся звук мотора. Браконьер сваливал на мотоцикле.

- Ну, Василий, спасибо! Удружил, век не забуду, - процедил Леший и, прихрамывая, пошел забирать самострел.

Вдалеке верещали поросята, заполошно метались птицы, по стволам сосен скакали белки. Лесной массив Берковицы успокоился нескоро.

- Вот, - перед джинном-мастеровым Серегой на верстак лег самострел.

Серега глянул на него, потом на Лешего.

- И кто сие сотворил? – поинтересовался джинн.

- Какой-то тип в камуфляже, - кисло ответил лесной хозяин. – Васька мне всю засаду испортил, тварь лохматая.

В открытую дверь мастерской заглянул виноватый мамонтенок.

- Брысь! – рявкнул Леший.

Васька исчез, зато пришел Комлев.

- Ружье нашли? – осведомился он, увидел, как Серега пробует снять ствольную коробку, и заревел: - отпечатки пальцев!!

От медвежьего рева джинн дернулся, а Леший взялся за голову:

- Комлев, поди к чертовой матери. Насмотрелся детективов. У нас отпечатков пальцев НЕТ.

- Извиняюсь, - смутился медведь. – Есть что интересное?

Джинн снял коробку и долго изучал внутренности самострела.

- Калаш, - уверенно заявил он. – С самодельными частями. Звони Токареву.

Озабоченного участкового привез Толька Бадалов. Расспросив Лешего, Токарев вздохнул, забрал завернутый в тряпки самострел, гильзу и отбыл.

Лесной хозяин поспешил к Яге, и старуха по его просьбе повторила яблочку с блюдечком запрос про браконьера. Яблочко покачалось на блюдечке, блюдечко выдало «Недостаточно информации».

- Получите, - сказала Яга. – Кстати, ты что, закружить браконьера в лесу не мог?

- Берковицы же, - отозвался Леший, со стыдом вспоминая свою погоню и паскудного поросенка, попавшего под ноги. – Не мой удел. Да и не до кружения было.

Старуха хмыкнула, но кивнула.

- Серега говорит, у кого-то руки золотые, автомат старый реанимировали на отлично, - без особой надежды поведал Леший. - Ржавчина, говорит, убрана, вычищено все, смазано. Детали выточены и подогнаны как родные.

Яга насторожилась.

- Спуск легко нажимается, чтоб чуть шнур дернули – и выстрел, - доложил лесной хозяин.

- Кистеперов, - уверенно назвала фамилию старуха. – Тридцать лет токарем отпахал, дома токарный станок держит, халтурит.

- М-м-м, - промычал Леший, раздумывая. Как и его дружок Семыкин, Кистеперов не брезговал браконьерством. – Да, этот может, и мотоцикл у него есть. А где он калаш взял? Хоша и не рабочий, где-то ж достал? А патроны?

Кукушка Тамара Георгиевна, с любопытством выслушавшая детективную историю, сказала:

- Патрон ходовой, может быть, к какому-нибудь охотничьему карабину подходит? Тогда в магазине купить не проблема.

- Мысля, - заметил Леший и обратил внимание на мрачное лицо Бабы-Яги. - Мать, ты чего?

- Помнишь, лет пять назад в новостях было, что в соседнем районе из части солдат сбежал? – сказала Яга. – С оружием. Его ж не нашли.

- Не помню, – признался лесной хозяин.

- Там сплошные болота, - старуха подняла палец. – Свернул не туда, да и… - палец указал вниз. - А Кистеперов в той стороне промышляет, постоянно на глухаря туда ходит, на болотах мог и найти через год-два.

- Ну и жуть, - сказала кукушка.

- А жизнь такая, - в один голос резюмировали Яга с Лешим и печально вздохнули.

Зиночка

Молодой елке Зиночке нравился дуб Николай. Растущий на холме Николай был могуч, развесист и высок, на Зиночку не обращал внимания, и она плакала тайком горючей смолой. Сосны Высотникова и Короедова, жалея соседку, пытались убедить ее, что дуб не стоит ее чистой девичьей любви. Зиночка слушала и чахла.

Она представляла, как переселится на холм к Николаю, завершив его одинокое существование, и далее они будут вместе покачиваться под ветром, осыпая подножие холма шишками и желудями, из которых вырастут новые дубки и елочки.

В грезы вклинивался скрипучий голос Короедовой:

- Что ты в нем нашла, Зинка?

- Дубина самовлюбленная Колька твой, - подхватывала Высотникова.

И Зиночка начинала плакать.

Ее пушистые зеленые лапы пожелтели, сама она поникла, хвоя медленно падала на землю, устилая ее желтым ковром.

- На опушку в декабре выйду, - всхлипывала елка. – Рубите меня, люди добрые, на Новый год!

Сосны переглядывались.

Зиночка махала лапами Николаю, приятным голосом исполняла песню «Что стоишь, качаясь, тонкая рябина?» и старалась выглядеть веселой и привлекательной. Дуб не реагировал.

Очередная неудачная попытка привлечь внимание Николая подкосила Зиночку, она выдернула корни и с воем рухнула плашмя. Перепуганные сосны и пара древних замшелых елок, живших по соседству, кое-как воткнули лесную Джульетту обратно.

- На дрова-а-а-а пойду-у-у-у-у, - выла Зиночка и билась верхушкой о ствол Короедовой.

Изрядно напуганная масштабом трагедии Высотникова поспешила к Лешему.

Выслушав сосну, лесной хозяин пробормотал:

- Мало мне проблем с фауной, теперь флора подключилась, - и отправился к Зиночке.

Его встретила пожелтевшая, зачахшая, облитая смолой елочка.

- Зинаида, - обратился к ней Леший, - я тебя зачем посадил, а? Затем, что здесь лучшая среда для роста елок, а ты должна будешь вырасти самой красивой елкой в нашем лесу.

Зиночка перестала плакать и прислушалась.

- И не только в нашем, - продолжал Леший.

Ель выпрямилась.

- Лет через сорок, Зинаида, ты станешь потрясающей елкой, высокой, стройной, на конкурсе красоты получишь лавровый венок, - сказал лесной хозяин.

Сосны согласно заскрипели. Зиночка расправила лапы, кокетливо стряхнув с них засохшие иголки. Леший брызнул на нее живой водой из фляги, и ель распушилась новой густой зеленой хвоей.

- Царевна, - резюмировала Короедова.

- Поэтому не страдай, расти спокойно и будешь украшением леса, - Леший погладил Зиночку по лапе. – А тогда, Зинаида, Колька на тебя посмотрит, влюбится, тут-то ему и отплатишь.

Ель с достоинством качнула верхушкой и более не глядела на дуб.

Месяца через полтора она обнаружила ель Никиту, который жил неподалеку. Зиночка махала ему лапами, но Никита был голубой елью и Зиночкой не заинтересовался.

Цифровая кошка

Борьба с лагами после обновления системы довела кота до исступления. Отвлекшись от сериала, Баба-Яга с интересом смотрела, как домашний любимец шипит, ругается и плюется, потом спросила:

- Стрима не будет?

- Какой, к скессам, стрим?! – взвыл Бегемот. – ОБС висит, игры лагают, система, тварь такая, постоянно отключает сетевую карту для экономии энергии. Экономит она, понимаете ли, а у меня неустойчивое соединение!

Из часов выглянула кукушка Тамара Георгиевна.

- Откати, - посоветовала она.

- Откатывал, не помогло, - кот яростно защелкал мышью. – Как с этим бороться?

- Жил бы в системнике домовой, - произнесла Яга, - наводил бы порядок.

- Тогда не домовой, а цифровой, - хихикнула кукушка.

Оставив мышь в покое, Бегемот замер.

В избе наступило молчание. Кот напряженно думал, Яга вернулась к ноутбуку досматривать кино, кукушка иронично поглядывала на Бегемота.

- Может, приложение сделать вроде помощника? – предложила она.

- Гм, - сказал кот и загрузил мессенджер.

Тамара Георгиевна вылетела из часов, заложила вираж и приземлилась на спинке офисного кресла, откуда хорошо был виден монитор. Кот давно выклянчил кресло у Яги и отрегулировал под свой рост.

- Серега подал дельную мысль, - прокомментировала кукушка, прочитав сообщения.

Бегемот громко мяукнул, чтобы привлечь внимание, и спросил:

- Есть у нас специалисты по искусственному интеллекту?

- Кощей, - отозвалась Яга. – Кикимора в теме, да и Серега не промах.

- Угу, - и кот застучал по клавиатуре.

Авантюрные начинания Бегемота Ягу всегда настораживали, а подключение к решению техзадания лучших умов волшебного леса растревожили старуху окончательно.

- Чует мое сердце, доиграетесь вы, - проговорила Яга и поставила на паузу «Игру престолов».

- Почему? Всё будет в рамках замкнутой системы, - сказал кот. – ИИ с заданными параметрами личности плюс визуализация.

- Что? – удивилась кукушка.

- Визуализация, - важно повторил Бегемот. – Облик надо выбрать посимпатичнее.

Яга тяжело вздохнула и приготовилась к плохому, но дни шли за днями, ничего не происходило, кот злился, старуха, напротив, успокаивалась.

А зря.

На десятый день «Хонда Валькирия» привезла Кощея и Серегу. Пока Бессмертный угощался булочками с вареньем, джинн-мастеровой подключил к компьютеру Бегемота внешний винчестер, стилизованный под медную масляную лампу, и что-то долго закачивал.

С установкой все прошло гладко.

- Готово, - объявил Серега и запустил программу.

Бегемот, Тамара Георгиевна и Яга уставились в монитор. На рабочем столе появилось отверстие вроде норы, из которого вышла шикарная кошка, формой морды и кисточками на ушах напоминающая рысь.

- Палуга приветствует вас, - мурлыкнула кошка, усевшись и обернув вокруг лап длинный пушистый хвост.

Яга посмотрела на кота. Судя по остановившемуся взгляду, Бегемот завис не хуже компьютера и перезагружаться пока не собирался.

- День добрый, мадам, - сказала в микрофон старуха.

- Леди Палуга, - поправила кошка и снова мурлыкнула.

Бегемот моргнул и выпалил на родном исландском:

- И-иракдофа.

Поняв, что от Бегемота толку не будет, Яга решила испытать искусственный интеллект лично.

- Значит, так, - сказала она. – Системные сбои устранить, проверить, почему лаги в играх, обновить драйвера.

- Слушаюсь, - кошка Палуга распалась на пиксели и исчезла.

- Не слабо, - сказала кукушка.

- Специально для Мотьки кошка Палуга, - сказал Серега. – ИИ с самообучалкой. Твори, выдумывай, пробуй, а мы поехали. Булочек на дорогу заверни.

Почитав в Википедии про Палугу, Яга нахмурилась и хотела удалить с компа творение сумрачного гения, но к тому времени Бегемот пришел в себя и рассыпался в комплиментах по поводу отлаженной системы. Цифровая кошка отработала быстро и результативно.

Еще через неделю Бегемот обнаглел.

- Палуга, настрой ОБС для стрима и подбери битрейт, - командовал он. – Палуга, параметры графики на экран! Палуга… Палуга… Палуга…

- Да сам-то хоть что-нибудь делай! – не выдержала Яга.

- Я стримлю, - с достоинством ответил кот. – Палуга, перед отключением дефрагментацию диска сделать не забудь.

Цифровая кошка посмотрела, как показалось Яге, мрачно.

- Ты ее совсем загонял, - пожалела Палугу старуха.

- Она для этого и предназначена, - заметил Бегемот и погрузился в прохождение Киберпанка.

С утра всё началось по новой.

- Палуга! Скачай фильмы по списку и разнеси их в папки по жанрам, - отдавал приказы охреневший кот. – Временные файлы удали и настрой ОБС, вчера чат подлагивал… Э! А где ОБС?

- Программа удалена, - отозвалась цифровая кошка.

- В честь чего? – удивился Бегемот.

- Меньше программ – больше порядка, - отозвалась Палуга.

Переварив ее сообщение, кот встопорщил усы.

- Восстановила щас же, - произнес он.

- И не подумаю, - Палуга зашипела.

Яга оторвалась от приготовления завтрака и прислушалась к скандалу.

- Ш-ш-ш-што? – не хуже Палуги зашипел Бегемот и потянулся к мышке. – Да я тебя… Чо делаешь?!!

С рабочего стола исчезали иконки.

- Великая цифровая чистка! – провозгласила Палуга и выключила компьютер.

- Доигрался? – сказала Яга.

Бегемот нажал на кнопку включения системника, тот послушно заработал, но операционка не загружалась. Осознав весь ужас, кот схватил хозяйкин айфон, дозвонился до Сереги и вывалил ему свои проблемы. Джинн проникся.

- Похоже, Палуга становится вирусом. С чего бы? - удивился Серега. – Ладно, Бегемотина, не переживай, есть идея, - сказал он и отключился.

Яга невозмутимо жарила котлеты.

- Нефиг было кошку гонять, - проговорила старуха. - Думаешь, искусственный интеллект обидеться не может?

Бегемот надулся.

- Я у этого двоичного кода прощения просить не собираюсь, - заявил он.

- А что собираешься? – поинтересовалась Яга.

- Пожрать и подождать Серегу, - уклончиво ответил кот.

Когда джинн объявился, Бегемот так обрадовался, что не обратил внимания, как хозяйка о чем-то пошепталась с зеркальцем-роутером.

- Тэ-э-эк, - попробовал загрузить компьютер джинн. – Ага, файлы библиотек повреждены, ясно. Говорил же я, что Палуга вирусом становится, эх, жаль, хорошая была кошка. Сейчас все восстановим и… оп! Пошла загрузка.

Глаза Бегемота кровожадно сверкали.

Серега опять подключил ламповый винчестер и установил что-то, что после клика мышью отозвалось свирепым рычаньем, потом по рабочему столу заметалась стая страшных черных собак. Звери то появлялись, то исчезали. Из колонок доносился хриплый рык, частое дыхание и щелканье мощных челюстей.

- Это что? – удивился кот.

- Антивирус «Черная стая», - сказал Серега. – Смотри, почуяли.

На панели задач приоткрылось отверстие, откуда на миг высунулась перепуганная кошка, увидела несущихся к ней псов и исчезла. Следом в норе исчезли собаки.

Спустя несколько секунд иконка антивирусника мигнула и запустила отчет.

- Проверено… время… - читал Серега. – Обнаружено… Ясно. Удаленные проги качай снова, что мог, я восстановил, - он поднялся. – «Черную стаю» оставляю, она любые вирусы вычисляет. Пока!

После его ухода Яга долго молчала, поджав губы.

Из часов, где жила кукушка, тоже не доносилось ни звука.

Бегемот чувствовал себя очень неуютно.

- Вот так взяли и убили кошку, - высунулась из часов Тамара Георгиевна.

- Она цифровая, - процедил кот. – К тому же вирус.

- Это ты ее довел, - сказала кукушка прокурорским тоном.

- Потому что скотина, - подытожила Яга, поворачивая к себе ноутбук.

Кот дернул носом, но поочередно посмотрел на женщин и смолчал.

Запустив проигрыватель видео, Яга потихоньку пощелкала мышкой в углу экрана. Там открылась нора, и невредимая Палуга вывалилась на рабочий стол. Поймав ее вопросительный взгляд, Яга прижала палец к губам, сообразительная цифровая кошка улеглась над настройкой динамиков и, чуть слышно урча, тоже стала смотреть мультфильм «Волшебное кольцо».

Печка

В доме Лешего произошла катастрофа. При попытке затопить печь топка фыркнула синим дымом прямо в комнату, заставив лесного хозяина кашлять, ругаться и тереть заслезившиеся глаза. Вторая попытка также не увенчалась успехом: тяги не было.

- Трубу забило, что ли? – вслух подумал Леший и полез на крышу.

Едва он сунулся в трубу, как, собственно, катастрофа и произошла – труба обрушилась по всей длине частично внутрь, частично загремев по железной крыше обломками кирпичей. Срочно вызванный на место домовой Данилыч, специализировавшийся на печах, осмотрел порушенную голландку и вынес вердикт:

- Надо перекладывать. Седмицы за две управлюсь.

- Заморозки обещают послезавтра, - сказал Леший.

Данилыч пожал плечами:

- Купи обогреватель.

- Денег нет, - признался лесной хозяин и призвал джинна-мастерового: - Се-ре-га!

Серега вылетел из паяльной лампы, увидел печь, оценил разрушения и присвистнул.

- Сделай временный обогреватель, - попросил его Леший, - я помогу.

Но тут через форточку в дом пролез Игорь, бельчонок из семьи Шестаковой-Стрельчук. Игорь обвел комнату нахальным глазом и сообщил:

- В роще за Антоновкой зайцы полудохлые валяются.

Застонав от безысходности, Леший помянул черта.

- Иди, Айболит, - отпустил его Серега. – Придумаю что-нибудь.

Леший отправился оказывать помощь, Данилыч пошел за инструментами, материалами и Семенычем, который всегда помогал ему с печами. Игорь выклянчил пакет семечек и бодро ускакал, оставив Серегу одного.

Леший вернулся на третий день, излечив зайцев от диареи. Косые обожрались квашеной капустой, стыренной из погреба с легкомысленным замком. От души наругавшись на зайцев, намерзнувшись, лесной хозяин пришел злой, с порога швырнул в угол докторский саквояж и замер, ощутив блаженное тепло.

Рядом с несчастной голландкой стоял неизвестный прибор, нагревший воздух в доме так, что Сереге пришлось открыть окно. Прибор состоял из двух частей, в одной из которых Леший признал сварочный аппарат, другую покрывал темный кожух из какого-то сплава.

- Это что? – подозрительно спросил лесной хозяин.

- Временный обогреватель, как ты и просил, - сидевший за столом Серега оторвался от ноутбука. – Но можем оставить на постоянку. Та же печка.

Леший внимательно осмотрел устройство, не обнаружил ничего странного, однако, зная джинна, решил уточнить:

- И как оно работает?

- Ну, импульсный ток проходит через вещество, оно сгорает, высвобождается энергия, энергия преобразовывается в тепловую, - Серега зевнул.

Леший насторожился:

- Вещество?!

- Расслабься, обычный свинец, - джинн снова зевнул.

- Никак альфа-распад замутил? – лесной хозяин на цыпочках отошел от творения Сереги и подумал, что надо звонить Кикиморе. У нее, кажется, есть счетчик Гейгера.

Джинн наморщил горбатый арабский нос:

- В принципе, да. Оно не фонит, не переживай.

- Не переживай?!! - взвился Леший. Мухоморы на его затылке побагровели. – С меня сарая хватило радиоактивного! А ты еще реактор сделал!

Серега посмотрел на Лешего, коротко вздохнул и сказал:

- Починит Данилыч печку – разберем.

Данилыч с Семенычем работали ударно, Леший им активно помогал, и голландку восстановили в рекордно короткий срок, после чего Серега принялся за демонтаж реактора, причем Леший демонстративно покинул дом и изволил вернуться к финальной стадии, когда джинн выносил последний сегмент – небольшую коробку с крупинками серебристо-белого металла.

Поймав вопросительный взгляд, Серега ответил:

- Платина.

- Че-чего? – удивленно переспросил Леший.

- Да платина получилась после второго распада, - джинн задумчиво уставился на металл. – Я думал, золото будет, а вон оно как вышло.

Лесной хозяин придержал Серегу за рукав синего рабочего комбинезона.

- Стоп, - проговорил Леший, пытаясь осмыслить происшедшее. – То есть, платина – это как зола от сгоревшего свинца?

- Как-то так, - кивнул Серега.

Озадаченный Леший почесал пятно мха на щеке.

- Не печка, а философский камень, - подытожил он. – Наверное, зря разобрали.

Эксперимент

Обитательницы выселок немного удивились, когда к их огороду со стороны заповедного леса вышел здоровенный мужик. Феодосия Ардальоновна, пережившая войну, в этой жизни уже ничего не боялась. Она перестала копать картошку, оперлась на лопату и хмуро спросила:

- Кто таков?

Двухметровый мужик, имеющий телосложение чемпиона по классической борьбе, почему-то смутился. Он окинул взглядом мешки с картошкой, застывших бабок, пасущихся в отдалении коз, и сказал:

- Местный.

- Вот и вали в свою местность, - заявила баба Варя.

- Щас свалю, - мужик оттянул пальцем от горла тесноватый ворот свитера, - а помочь не надо?

- Тебя как звать? – поинтересовалась бабка Феодосия.

Мужик ответил не сразу. «Тормоз какой-то», - подумала баба Клава.

- Ми… Михаил.

- Картошку в погреб перетаскаешь? – осведомилась Феодосия.

- Показывайте дорогу, - мужик сгреб один мешок в правую руку, другой в левую и пошел за бабой Варей, которая бодро потрусила впереди.

Силушка у мужика была медвежья, картошку перетаскал быстро и не запыхался. Старухи накормили помощника, и тот ушел, но явился через день, помог убрать дрова и признался, что такой вкусной гречневой каши не ел.

- Бомжуешь, Миша? – ласково спросила баба Варя.

- Не, в лесу живу, - отозвался здоровяк, облизывая ложку.

- Зимой-то как? – прониклась Феодосия.

- Не травите душу, - вздохнул Михаил и выхлестал литр козьего молока в один присест.

Михаил оказался совершенно безруким, но под руководством бабы Клавы освоил плотницко-столярные работы, научился колоть дрова и до первых заморозков починил крышу сарая. Правда, он разбирался в компьютерах и дал любительнице онлайн-игр бабе Варе дельные советы по повышению производительности. Его помощь пришлась очень кстати, поскольку навещавшая выселки Юка в конце лета умотала по делам домой, в Японию.

- Может, оставим Мишку? – как-то вечером спросила баба Клава. – Пусть зиму у нас перекантуется.

Молчаливая баба Аня произнесла:

- Девоньки, Мишка-от с заповедного лесу ходит. Неспроста енто.

- Пусть ходит, - баба Варя знала про обитателей леса поболе прочих, потому что среди них хватало геймеров, а Варвара много раз играла с ними и против них, общаясь в чате и по голосовой связи. – В лесу нормальные люди живут… и не люди там тоже приличные.

- Гнать не будем, - кивнула Феодосия.

Наступил и потянулся темный тоскливый ноябрь. Михаил по-прежнему навещал выселки, таскал воду из колодца, поправил завалившийся плетень и угостил старух шикарной медовухой из старого меда на изюме. В ответ разомлевшие бабки угостили его народными песнями. Пели всю ночь.

Под утро зевающего Михаила устроили спать в сарае на сене.

Он спал и не проснулся ни через сутки, ни через двое.

Бабки испереживались.

- Вызвать «скорую»? – предложила баба Клава.

Баба Варя пощупала Мишкин пульс. Пульс был.

- Летаргический сон? – размышляла Феодосия Ардальоновна, метнув взгляд в сторону заповедного леса.

- Позвони Юке, - предложила баба Варя.

По счастью, Юка уже вернулась к своему ненаглядному Толяну, бабкину историю выслушала внимательно, и в тот же день осматривала спящего.

- Это не черовек, - резюмировала кицунэ.

- А кто? – удивилась бабка Феодосия, ни на секунду не потерявшая присутствия духа.

Остальные старухи молча переглянулись.

Юка еще раз принюхалась.

- Не знаю, - сказала она. – Запах знакомый.

Поразмыслив, кицунэ позвонила Лешему. После пары фраз тот понял ситуацию, вздохнул и сказал:

- Это Комлев. Не трогайте его, я за ним на Ваське приеду.

- Что с ним? – Юка недоверчиво посмотрела на бывшего медведя.

- Эксперимент проводили, - Леший был немногословен. – Предупреди бабок насчет Васьки-то, приеду – объясню.

Ждали недолго.

- Теперь я видела всё! – провозгласила Феодосия Ардальоновна, когда из леса быстрой иноходью выбежал лохматый мамонтенок, покрытый расшитой попоной с кистями. На попоне восседал Леший, принявший человеческий облик.

- А я думаю, куда эта скотина мотается, - поздоровавшись, сказал лесной хозяин. – Васька, грузи.

Мамонтенок сунулся в сарай, сгреб хоботом безмятежно спящего Комлева и пристроил на попоне.

- Теперь и я видела всё, - произнесла баба Варя.

- Хороший был мужик, - вздохнула баба Клава. – Помогал.

- И жрал, поди, в три горла, - угадал Леший. – Юка, загляни вечерком. Девушки! – помахал бабкам лесной хозяин. Он всегда оставался кавалером. – Мое почтение.

Васька потопал домой.

Едва отбившись от расспросов старух, любопытная кицунэ завела «Кавасаки» и поехала к Лешему. Лесной хозяин с джинном Серегой пили чай, вдоль стены лежал и похрапывал Комлев, прикрытый Васькиной попоной.

- Завтра Яга придет, расколдует, - встретил Юку Леший. – Чай с медом будешь?

- Буду, - кицунэ изящно опустилась на корявый стул.

За чаем Леший поведал следующее.

Глубоко задумавшийся медведь Комлев досмотрел фильм и изрек:

- Несправедливо. Почему люди иногда могут превращаться в зверей, а мы в людей никак?

- Зачем тебе обратное превращение? – заподозрил неладное Леший.

- Чтобы в зимнюю спячку не впадать, - Комлев глянул на календарь. – Сколько времени теряется.

Медведь был печален, понимая необходимость погружения в коматоз до весны. Отрывной календарь глумливо показывал 28 августа, сроки поджимали, а список непросмотренных фильмов оставался внушительным, да и киноблог с середины ноября застынет на четыре месяца, вызывая предсказуемые отписки и падение рейтинга.

Леший проникся печалью Комлева.

- Пиши статьи впрок, я размещу, - сказал лесной хозяин.

- Хочу Новый год встретить! – капризно произнес медведь. – Раз в жизни.

- Ты уже встречал один раз, - напомнил Леший. – Кто проснулся 30 декабря и шатался по лесу две недели, как зомби?

Комлев насупился, поскольку воспоминания были не из приятных. Леший тогда истратил все запасы снотворного, чтобы уложить шатуна, причем везти его по сугробам в берлогу никто не озаботился, и медведя сгрузили в погреб Яги, где он спал до середины марта на пустых ящиках из-под картошки. Это ранило гордость Комлева сильнее пули.

- Медвезомби, - ехидно припечатал лесной хозяин.

- Чем обзываться, превратил бы меня в человека, - сказал Комлев. – Временно. На одну зиму.

Леший покрутил пальцем у виска, но не учел медвежьего занудства. На четвертый день лесной хозяин взвыл, не выдержав бесконечного нытья, и позвонил Яге. Та прилетела на метле.

- «Обыкновенное чудо» посмотрел, что ли? – осведомилась старуха.

- Смотрел, - сознался Комлев.

- С тобой этот сюжет не прокатит, - вставил Леший.

- Одну зиму пожить по-человечески, - заныл медведь. – Имею право?

- Не имеешь, - сказал лесной хозяин.

Яга помалкивала.

- Так и быть, - проговорила вдруг она. – Поставим эксперимент, - она извлекла волшебную палочку. – Комлев, готовься!

…На этом месте Леший сделал внушительную паузу.

- И его превратири в черовека? – догадалась Юка.

- Да, поставили эксперимент, - сказал Леший.

- Я вам сразу сказал, что вы меняете только внешность, - заметил Серега. – Организм не перестраивается.

- В общем, эксперимент не удался, - лесной хозяин потянулся за медом. – А жаль, у Комлева были шансы прожить зиму по-человечески.

Судьба

Увлеченная сбором лесной малины Баба-Яга все-таки заметила растерянного парня, топтавшегося на пригорке, а заметив, присмотрелась. Одежда вроде обычная – пиджак, брюки, заправленные в кирзовые сапоги, кепка, да вот покрой старый, годов тридцатых. И чемоданчик с окованными углами, который парень держал в руке, тоже выглядел пришельцем из прошлого.

Яга вышла из малинника.

Увидев старуху, парень приметно обрадовался и заспешил к ней.

- Бабушка!

- Ну? – отозвалась Яга.

Суровое лицо старухи заставило парня сменить обращение.

- Мать, выведи на дорогу, - он поставил чемоданчик, снял кепку, мял в руках. И прическа у него была несовременная.

- Заблудился? – поняла Яга.

- Есть маленько, - парень улыбнулся. – В Константиновку иду.

Яга окончательно поняла, что дело неладно. Деревни с таким названием в округе не существовало.

- Зачем тебе в Константиновку? – без задней мысли спросила старуха и удивилась, когда парень начал совать ей документы.

- Бдительность – хорошо, это по-нашему, - одобрил он. – Мать, вот паспорт, вот командировочное, на МТС мне надо.

Парень оказался механиком с машинно-тракторной станции. Павел, значит, Семенович. Старуха взяла командировочное и тихо охнула, обнаружив год. 1939.

Думая, как объяснить парню, что его занесло в пространственно-временной туннель, Яга вернула ему бумаги и едва собралась начать долгое вступление о современном положении дел, когда послышался рокот вертолета, а через пару минут над деревьями пролетела белая машина с надписью на борту «МЧС России».

Гость из прошлого проводил вертолет ошарашенным взглядом.

- У тебя нервы в порядке, Паша? – спросила Яга.

- Н-не жалуюсь, - сглотнул тот, и старуха на выдохе вывалила ему информацию.

Стадия принятия наступила нескоро.

- Что же делать? – Павел без сил опустился на свой чемодан.

- Выпутываться, - сказала Яга. – Пойдем ко мне, добрый молодец, поужинаешь, переночуешь, утром попробуем отправить тебя обратно.

Не уставая задавать вопросы, гость донес до избы бабкино ведро, полное малины. В сумерках он не различил подозрительную ходовую, а изба, заметив чужака, не стала приветственно кудахтать и хлопать ставнями.

Бегемот успел выключить компьютер и, прикинувшись обычным котом, разлегся на подоконнике.

Бабка собрала ужин, накормила гостя. Жуя, тот оглядывал комнату, подивился холодильнику, спросил о предназначении ящика с линзой, после чего обиженный телевизор «Славутич» включился и показал древний мультфильм «Кот в сапогах».

- Это я в кино смотрел, - удивленно проговорил Павел.

- 38-й год, - кивнула Яга.

Подумав, гость попросил что-нибудь современное.

- Дома расскажу – не поверят, - сказал он.

Яга вспомнила его время.

- Трепаться не надо, - проговорила она, предостерегающе сведя седые брови.

Вечер пролетел незаметно. Познакомившийся с ноутбуком и интернетом Павел пришел в восторг и произнес речь о победившем социализме. Яга хмыкала.

Поздно ночью, когда гость, наконец, заснул, Яга созвонилась с Лешим, тот обещал утром подойти к туннелю и отправить Павла куда надо.

Из часов высунулась кукушка Тамара Георгиевна.

- За Родину! За Сталина! – ехидно прокомментировала волшебная птица.

Она слишком долго молчала.

- Пусть его, - добродушно сказала Яга. – Больше энтузиазму будет… - старуха подумала, вынула из ящика стола завернутую в пестрый платок колоду карт. – Дай-кось гляну, может, потомки его у нас живут.

Но чем дольше Яга раскладывала карты, тем сильнее она мрачнела. Посмотрела на расклад, смахнула карты в стол и задумалась. Кот следил за хозяйкой немигающим взглядом, кукушка осторожно спросила:

- Всё плохо?

- Угу, - Яга вынула из шкафчика бутылку коньяка, накатила стопку.

Посидела, подумала.

Снова вытащила карты, поводила над ними руками, что-то пробормотала. В лесу стало очень тихо, кот с кукушкой затаили дыхание.

Космическую тишину нарушало лишь похрапывание уставшего от впечатлений гостя из прошлого.

Яга медленно разложила карты, чуть скривилась, переложила туз пик в крайний правый ряд. Посмотрела, прищурилась.

- Ладно, сойдет, - сказала старуха и убрала колоду.

Утром Леший и срочно вызванный из Японии специалист по туннелю Тэнгу перебросили Павла в июль 1939 года на проселок, ведущий к деревне Константиновка. Деревня эта, ныне заброшенная, оказалась в соседней области.

Вернувшуюся Ягу встретили сгорающие от нетерпения Бегемот и Тамара Георгиевна.

- Нормально, - сказала Яга, не дожидаясь расспросов. – На попутной полуторке до МТС подвезли. Так. Перед туннелем мы ему прямо сказали: о том, что видел, не болтай, вроде понял.

- А с картами что вчера было? – кукушку этот вопрос жег всю ночь.

Яга не ответила.

- Хозяйка-а-а-а, - подлизался Бегемот. – Интересно же.

- Чего интересного, - буркнула Яга. – В сороковом году Пашка переедет в Брянскую область, в январе сорок первого призовут в армию, попадет в артполк, в сорок втором под Сталинградом погибнет вместе с расчетом.

Кот с кукушкой притихли.

- Судьбу менять нельзя, - вздохнула старуха, - подправить можно. В общем, не убьют его теперь, поранят очень сильно, будет по госпиталям мыкаться, с санитаркой познакомится, поженятся. Родится сын, потом две дочки. Но умрет Пашка рано.

Яга все еще хмурилась.

- Ну… так. Что сделано, то сделано, - проговорила она, словно ставя точку.

- Этично ли судьбу исправлять? – осмелилась спросить кукушка.

- Он к нам попадать не должен был, - пожала плечами Яга. – Раз время задурило, да счастье человеку на миг улыбнулось, отчего не помочь малёхо. Тоже судьба.

Умные куртки

Баба-Яга возвращалась от Кикиморы в прекрасном настроении, проведя день за самоваром, винцом и закусками. Метла везла хозяйку неторопливо, позволяя насладиться зрелищем далекого заката. Было красиво и тихо, но вечернюю тишину постепенно вытеснил звук мотора, звук показался старухе знакомым, и она глянула вниз, на проселок. По проселку ехала Кощеева «Хонда Валькирия», и пылила она как-то слишком сильно. Яга нажала на черен, заставляя метлу перейти на пологое скольжение, и присмотрелась.

Сам мотоцикл пылил не особо, зато за плечами Бессмертного развернулась синеватая дымовая завеса, которую старуха поначалу и приняла за пыльный шлейф. Яга окинула взглядом проселок. Нет, Кощея никто не преследовал, а дымовая завеса становилась все гуще, что заставило старуху перейти на бреющий и добавить скорость.

Две или три минуты метла двигалась рядом с мотоциклом, пока Кощей не соизволил заметить Ягу. Бессмертный остановился и заглушил мотор, Яга приземлилась, ловко соскочила с метлы и, подождав, пока Кощей снимет шлем, спросила:

- Чего дымзавесу поставил, как американский эсминец на маневрах? Опять ДПС привязались?

- Что? – не понял Кощей. – Я не…

Тут кожаная куртка Бессмертного затрещала и вспыхнула.

С коротким ругательством Кощей одним движением расстегнул «молнию», другим сорвал с себя горящую косуху и метнул ее на дорогу.

- М-дя, - произнесла старуха.

Спешившись, Кощей трепетно осмотрел мотоцикл, не обнаружил повреждений и выдохнул.

Куртка горела, чадила и воняла.

- Дымовое прикрытие испытываешь? – Яга с трудом сохраняла серьезность. – Не проще дымовую шашку к мотоциклу присобачить?

Бессмертный посмотрел на нее, как на идиотку.

- Куртку с подогревом купил, - процедил он.

- У инквизиции? – съязвила Яга.

Судя по лицу Кощея, к шуткам тот сегодня расположен не был. Он машинально потер поясницу и взгромоздился на сиденье мотоцикла.

- А-а, - поняла старуха. – Опять ревматизм прихватил? Мог бы за мазью приехать.

- Угу, - сказал Бессмертный. – Я еще помню, что ты мне подсунула в прошлый раз.

- Я извинилась, - Яга кашлянула.

В прошлый раз она перепутала банки, и вместо мази от ревматизма дала Кощею мазь для ращения волос. Дивная шевелюра, выросшая на пояснице Бессмертного, испортила отношение Яги с Кощеем примерно на полгода.

- Хочешь, пояс из собачьей шерсти свяжу? – предложила старуха.

- Спасибо, - ядовито отозвался Кощей. – Боюсь, не поможет. Или в собаку превращусь, или кусаться будет.

- Ну и черт с тобой, - обиделась Яга, вскочила на метлу и полетела в сторону дома.

Примерно через недельку ночью позвонил Леший.

- Кощей купил умную куртку с подогревом, - сказал он.

- Вторую? – уточнила Яга.

- Вторую, - сказал Леший. – Она его током бьет, так Бессмертный притащил ее Сереге, сидим, разбираемся. У тебя изоленты нет? У нас кончилась.

Изолента у запасливой Яги нашлась. Отправив ее Лешему с вороном Артемием Петровичем, старуха с интересом ждала продолжения истории.

Куртку поменяли.

Третья умная куртка, помимо нагревательных элементов, обладала зачатками искусственного интеллекта, и предупреждала Кощея о состоянии погоды, здоровья, заряда. Всё бы ничего, но в куртке заело реверс, и она не затыкалась, монотонно повторяя данные, как нудная жена. А грела плохо.

У четвертой сразу заклинило «молнию».

Пятая сама по себе пыталась подключиться к вай-фаю, нарушая работу интернета, потому что зеркальце-роутер в ответ занималось блокировкой неизвестного устройства и плевало на стабильную работу сети.

Яга, узнававшая новости от Лешего, наслаждалась.

Грифон Валера, доставлявший Кощею куртки, натрудил крылья.

Шестая куртка не заряжалась.

Что было с седьмой, Яга не выяснила, зато поутру в старой потертой косухе с заклепками приехал Кощей.

- Мазь гони, - сурово сказал он.

И Яга, скрывая усмешку, протянула Бессмертному банку.

Игра

Нагруженные корзинами с грибами и ягодами бабки Феодосия и Варвара не спеша брели домой, на выселки, пока глазастая Варвара не обнаружила свежую звериную тропу. Сама по себе тропа интереса не представляла, но она огибала косогор, на котором стоял новенький ветрогенератор, точь-в-точь такой, какой давал свет выселкам.

Творение джинна-мастерового Сереги старухи опознали сразу.

- Енто что, получается? – баба Варя поставила на мох корзину. – Соседи у нас?

Феодосия Ардальоновна проследила взглядом направление проводов. Они терялись где-то в лесу, тропа, кстати, вела туда же.

- Глянем? – загорелась Варя.

- Любопытной Варваре… - начала было Феодосия, но подумала и кивнула. – Ан ладно, пойдем. Корзину подбери, не найдем потом.

Чем дальше старухи шли по тропе, тем явственней звучала музыка, что-то разухабисто-дискотечное середины 90-х. Это удивляло и настораживало.

Тропа привела к добротной избе с распахнутыми окнами. Музон доносился изнутри, оттуда же слышался шум, из которого время от времени вырывались отдельные голоса.

Над приоткрытой дверью висела резная доска с красивой надписью, выполненной люминесцентной краской: «ИЗБА-ИГРАЛЬНЯ». Кто-то в лесу хорошо рисовал.

Бабки остановились и замерли, но не из-за вида подозрительного дома, а потому что на широкое крыльцо вышел здоровущий медведь. Он вздохнул, повернулся, увидел старух и остолбенел, открыв пасть.

Постояв так, медведь кашлянул и сказал:

- Тетя Феня, тетя Варя, мое почтение. Какими судьбами?

Первой отошла от шока Варвара.

- Мишка, ты? – выдохнула она, памятуя прошлогоднюю историю с превращением в человека медведя Комлева.

- Я, - смущенно ответил Комлев и подошел ближе.

Опомнилась и Феодосия.

- Что у вас тут за притон? – осведомилась она.

Комлев почесал за ухом, прикидывая, как ответить. Решил, что наглядность будет лучше.

- А, чего там, - махнул он лапой. – Заходите.

Старухи опасливо зашли. В темных сенях в дубовом кресле-качалке дремал медведь, похожий на Комлева, только шерстью гуще и светлее. При звуке шагов медведь открыл глаза.

- Берлогин, это со мной, - сказал Комлев. – И включи свет.

- Да ну нафиг, - Берлогин качнулся в кресле. Кресло протестующее затрещало. – Экономить надо, - медведь подмигнул старухам. – Вот вы экономите?

- А как же, - отозвалась баба Варя. – Как приходим домой, так и начинаем экономить. Свет не зажигаем, холодильник отключаем…

Комлев рассмеялся густым басовитым смехом и открыл дверь в горницу. Разухабистая музыка сразу грянула на всю катушку, а бабки задержались на пороге, разглядывая помещение, заставленное столиками и стуликами. Справа за столиком две лисы, манерно обгладывая курочку, играли в шахматы, за остальными столами рубились в карты. Компания белок верещала, выясняя, откуда в колоде пятый туз, барсук смиренно сносил щелбаны от зайца, две растрепанные вороны ставили на кон позолоченную безделушку, явно откуда-то стащенную. В углу работала рулетка, которую обслуживал заяц-крупье с элегантным галстуком-бабочкой.

Прямо по курсу возвышалась барная стойка, за ней тоже стоял заяц и наливал желающим в стопочки, стопки и рюмки медовуху. Тут же стояли глубокие плошки с орехами, семечками, сушеными грибами и еще какой-то снедью.

- Медовуху я поставляю, - Комлев смахнул со стола спящего ежа, деликатно придвинул стулья и пригласил старух сесть.

Феодосия и Варвара поставили корзины, сели за стол и, пока Комлев ходил за медовухой, еще раз осмотрелись. Рядом заяц обыгрывал ежей в покер.

У бабки Вари загорелись глаза.

- Я думала, что в этой жизни видела всё, - произнесла бабка Феня.

- Погодь, - отмахнулась бабка Варя, не отрывая взгляда от зайца.

Комлев принес кружки с медовухой, радушно угостил старух. Феодосия с удовольствием отведала, Варвара отказалась.

- Мне ясная голова нужна, - сказала она. – Пойду-ка вспомню молодость.

- Не вздумай, - встревожился медведь, бросив взгляд на игроков в покер. – Капустин катала еще тот.

- Вижу, - Варвара усмехнулась, встала и направилась к столику.

Комлев приподнялся.

- Сядь, Миша, - Феодосия тоже усмехнулась. – Варька в молодости знатная картежница была. Поглядим. Миш, у вас много зверей таких? Вумных?

- Да почитай весь лес, - отозвался Комлев. – Скучно нам, тетя Феня, построили эту избу, какое-никакое развлечение.

Тем временем баба Варя уселась за игорный стол.

- Ну-ка, косой, сдавай, - раздался ее голос.

- На что играть будем? – поинтересовался пройдоха Капустин.

- Вона корзинка с грибами стоит, - Варвара простецки улыбнулась. – Пойдёть?

- Пойдёть, - заяц начал сдавать карты.

Грибы Варвара проиграла и долго сокрушалась.

- Ах ты… - она разглядывала расклад. – И как так-то… вот не повезло.

Комлев снова приподнялся.

- Подожди, - остановила его Феодосия. – Цирк только начался.

- От горюшко, - продолжала сокрушаться Варвара, - от я дура. Думала, у тебя две пары, ан вона как вышло, - она положила карты и вдруг ловким движением выхватила из-под стола бубнового короля. – Что у нас тут сделано? Выдвижной ящичек? Фенька! – обернувшись, крикнула она. – Шулер туточки.

Звери замолчали.

- Тащи его сюда, бить будем, - злорадно проговорил Комлев.

- Попался, наконец, - сказала лиса и с хрустом перекусила куриную кость.

Звук вышел намекающим, поэтому, уронив карты, Капустин прижал уши.

Заяц за стойкой проникся моментом и выключил музыку. Стало совсем тихо.

Обморочный Капустин сползал со стула.

- Бить или не бить – вот в чем вопрос, - провозгласила вторая лиса.

- Не бить, - сказала бабка Варя. – Слышь, косой, давай честно играть. Мишка, есть в этом доме нормальный стол?

Комлев по привычке почесал за ухом, поразмыслил и принес пустой бочонок из-под медовухи. Капустин и бабка Варя сели друг против друга. Остальные звери подошли и расселись поодаль.

Карты легли на бочонок. Дуэль началась.

- Полкило орехов, - сказал Капустин.

- Корзина грибов сверху, - бабка Варя держалась уверенно.

- И литр медовухи сверху, - заяц был не менее уверен.

- Вторая корзина грибов сверху, - усмехнулась Варвара.

Капустин думал.

- Знал бы прикуп – жил бы в Сочи, - выдал он древнюю поговорку.

Бабка Варя мечтательно закатила глаза.

- В Сочи я жила, - сказала она. – И в Евпатории три года.

Заяц насторожился, начиная что-то подозревать.

- Полтинник тыща девятьсот четвертого года, - произнес он. – Сверху.

- Серьга серебряная, одна штука, - Варвара хмыкнула. – Подаренная поклонником в тыща девятьсот пятьдесят четвертом году. Вторую стырили.

- Меняю одну, - буркнул Капустин.

- Тоже меняю одну, - кивнула Варвара.

Феодосия допила свою медовуху и принялась за Варварину.

- Крышка от карманных часов, золотая, - сказал заяц.

Вороны переглянулись и подошли к столу.

- Кыш, цыганское отродье, – шуганул их барсук. Вороны каркнули, но отступили.

Капустин забарабанил лапой по бочонку.

- Меняю вторую, - проговорил он, взял карту и надолго задумался. – Меняешь?

- Не, - сказала Варвара. – Открываемся?

Заяц кивнул и по одной выложил карты: шестерка пик, семерка пик, восьмерка пик, девятка пик и десятка той же масти.

- Стрит-флеш, - с восхищением выдохнул барсук.

Варвара бросила карты на бочонок веером.

- Флеш-рояль! – ахнул барсук. – Червонный!

- Ото ж, - бабка Варя поднялась. – Будешь знать, как играть с профи.

Провожая старух домой, Комлев тащил корзины с грибами и выигрышем.

- Это было шикарно, - сказал он, - но учтите, Капустин злопамятный, ждите мелких пакостей.

- Ничего, Мишка, прорвемся, - бабка подсвечивала дорогу фонариком, потому что в лесу уже порядком стемнело.

- Вот что, - решительно проговорил Комлев. – Дам я вам один телефончик, если Капустин разойдется – звоните.

- Кому звонить-то? – опередила с вопросом Феодосия и ничуть не удивилась ответу.

- Лешему, - сказал медведь.

Шантаж

Заяц Капустин грыз морковку на крыльце избы-игральни, полулежа в недавно выигранном глубоком кресле. Последние посетители разошлись, солнце село, медведь Берлогин включил фонарь над вывеской и тоже ушел.

- Капустин, дело есть.

Заяц лениво повернулся на голос. Среди еловых лап в свете фонаря сидела белка. Увидев ее, Капустин слегка помрачнел, потому как связываться с Шестаковой не хотелось.

- Ну-с, - нехотя буркнул заяц и сел прямо.

- Гну-с, - передразнила Шестакова. – Заходила я давеча в твое казино – и что? В углах пыль, на потолке паутина, окна грязные, стопки плохо вымыты.

- Отцепись, - сказал Капустин.

Белка перебралась на ветку повыше, покачалась немного, прищурилась и заговорила:

- В вашей рулетке под «зеро» электромагнит встроен. А шарик-то стальной, между прочим…

Понявший намек Капустин тоскливо выругался.

- Так вот, - как ни в чем не бывало продолжала Шестакова, - ты берешь на работу Антона с сыновьями, а я молчу про магнит.

Капустин отбросил морковную ботву.

- И чем они будут заниматься? – осведомился заяц.

- Уборкой, Капустин, - у Шестаковой явно все было продумано. – С тебя еда. Медовухи наливать не смей.

Опасавшийся худшего Капустин выдохнул.

- Ладно, пусть завтра с утра приходят, распределим по сменам.

- Договорились, - Шестакова послала зайцу воздушный поцелуй и винтом взвилась вверх по стволу.

Заяц сплюнул и пробурчал вслед белке:

- Шантажистка!

Веб-радио

В пятницу оборотень Анатолий с кицунэ Юкой ужинали, поглядывая стрим кота Бегемота на новом большом мониторе. Кот отчаянно сражался в рейде «Варкрафта».

- Мотька чат-бот настроил наконец, - прокомментировал Толик. – Лапы дошли.

- Хай, - согласилась кицунэ, прищурившись. – Рекрама?

- Точно, - Анатолий прочитал и прокомментировал: – во дает кот.

Реклама сообщала, что веб-радио «Лесные закидоны» работает с 21 до 22 часов в среду и пятницу, и предлагала пройти по ссылке. Толик прошел и увидел заставку канала с красивой фотографией заката над заповедным озером и надписью «Оффлайн».

- Полвосьмого, - задумчиво сообщил Толик. – Через полтора часа начнут. Послушаем?

Юка кивнула поставила будильник на телефоне.

Когда он прозвенел, оказалось, что веб-радио минут десять вещает, а часы на Юкином телефоне отстают.

- …размещенный на ютубе ролик «Жизнь среди карасей» набрал двести тысяч просмотров. Водяной освоил камеру для подводных съемок и не перестает радовать нас, с чем поздравляем Пертозерского, Кусто бы им гордился. Также выражаем признательность Лешему и Сереге за монтаж, озвучку ролика и заливку его на ютуб. Кому интересно смотреть на лещей, карасей и водоросли, могут найти канал «Придонный» и наслаждаться.

По голосу оборотни узнали кукушку Тамару Георгиевну.

- Для Шестаковой, - продолжала кукушка, - которая на вираже разбила мотодельтаплан о ствол сосны Высотниковой, ее дружная семья просит передать песню группы «Мурзилки Интернешинл» «Сдай вождение, Вика». Присоединяемся к просьбе.

Зазвучала песня. Оценившая подначку Юка захохотала, Толик усмехнулся.

- Стопудово, Виктория своим устроит сегодня Варфоломеевкую ночь, - сказал он.

- Хоросее радио, - оценила Юка. – Нравится.

- Напоминаем, что Изба-игральня в Купальскую ночь будет работать без перерыва, - после завершения песни заговорила Тамара Георгиевна. - Приглашаем всех в гости, проводится турнир по покеру, и в этот раз всё честно. Привет, Капустин, желаем тебе скорейшего выздоровления.

- Капустин заболел? – раздался баритон Бегемота.

Судя по интонации, кот пребывал в искреннем изумлении.

- Для тех, кто не в курсе, - сказала кукушка, - поясняю: Капустин получил в бок пулю из пневматики, когда попытался погрызть яблони на выселках.

Анатолий посмотрел на Юку. Та верно истолковала его взгляд и пожала плечами.

- Винтовку покупара я. Феодосия Ардарьоновна прекрасно стреряет.

- Во славу Микадо! – съязвил оборотень.

- Торик, заткнись, - добродушно сказала кицунэ.

- Чтобы приободрить Капустина, передаем для него и остальных зайцев песню про, собственно, зайцев, - Тамара Георгиевна не удержалась и добавила: - мы хотели поставить песню о шулерах, но Бегемот счел, что блатного шансона хватило в предыдущем выпуске.

Бегемот что-то возмущенно мяукнул, однако его перебило громкое: «в темно-синем лесу, где трепещут осины...»

- Жаль, что мы пропустили прошлый выпуск, - Анатолий пошарил по веб-странице в поисках записей предыдущих передач. Не нашел, зато отыскал функционал заказа песни. Функционал пока не работал, видимо, лесное радио пока не развилось до нужной степени. Либо до настроек не дошли руки или лапы. Отзывы тоже невозможно было оставить, страница значилась в разработке.

Но идея Толику понравилась.

Тем временем кукушка сообщила:

- Доводим до сведения, что вчера Кощей Бессмертный отбыл с хеллхаундами в Норфолк на соревнования по следовой работе и кусачке. Надеемся, Фобос и Деймос порвут там всех. Как думаешь, Бегемот?

- Не знаю, не знаю, - проворчал Бегемот. – Это им не кота по лесу гонять.

Знакомство с Кощеевыми собаками произвело на Бегемота неизгладимое впечатление.

- Ель Зиночка снова влюбилась, бродит по лесу и ноет, - говорила Тамара Георгиевна. – Встретившим дерево просьба не обращать внимания. И да, Француз, перестань читать ей Вийона, ты травмируешь нежную психику Зинаиды. Или хотя бы читай по-французски без перевода.

- Для Француза Кикимора просила поставить песню «Chevaliers de la table ronde», - вставил кот, с трудом справившись с французскими словами. – Уважим?

- Конечно, - отозвалась кукушка.

В эфир пошла французская песня с призывом хряпнуть винца.

- Я Мотьке в чате на стриме напишу! – озарило Анатолия. – Попрошу поставить что-нибудь, - он повернулся к Юке. – Есть идеи?

Кицунэ задумалась.

- Сам выбери, - сказала она.

Анатолий засел за поисковик.

- Приятная новость от мавок Синклитикии и Агафоклеи, - сказала кукушка. – Змей Кеша освоил прыжки через кольца и фигурное плавание, показательные выступления предварительно намечены на начало августа.

- Еще была попытка стырить с берега Венеру, - добавил кот. – Не смогли поднять.

- Местные? – удивилась Тамара Георгиевна.

- Как можно! – сказал Бегемот. – Местные давно всё знают.

- От сердца отлегло, - заявила кукушка. – И у нас звонок с просьбой передать для джинна Сереги песню группы «ДДТ». Любую. Может, «Русский рок»?

- Давай, - согласился кот.

Анатолий рассмеялся:

- Ручаюсь, Леший звонил. Ага, я кое-что нашел, будет тебе, гейша, сюрприз в среду.

Юка просияла.

- Сегодня мы, к сожалению, заканчиваем раньше, - проговорила Тамара Георгиевна, когда прозвучали последние аккорды. – Роутер предупредил о проблемах с интернетом. Напоследок новости спорта: в поединках между лосями пока ведет Осинников со счетом 2-1. Кубышкин, соберись! Мы в тебя верим и…

Раздался щелчок, передача прервалась.

- Обидно, - пробурчал Анатолий.

На воскресном стриме он долго переписывался в чате с Бегемотом, а в среду в передаче Юка услышала:

- Нашей уважаемой гостье Юке Моригару посвящается песня Green Apelsin «Охота на лисицу».

И кицунэ полезла целовать Анатолия.

Тренировка в затоне

Рано утром Светка Ласточкина поругалась с мачехой из-за уборки. Ольга Леонидовна хотела, чтобы полы были вымыты вотпрямщас, Светка заявила, что полы и так не грязные, а если мадама (она так и сказала «мадама») желает видеть их доведенными до блеска, то пусть ждет, пока падчерица не вернется с речки, потому как она намерена искупаться и позагорать.

Может, мачеха и дальше выступала бы, но Светка схватила приготовленный с вечера рюкзак, выпрыгнула в окно, под которым стоял велосипед, и умчалась.

До реки она не доехала, затормозила за околицей, когда ее громко окликнули.

- Здорово, Золушка!

На березе сидел и ухмылялся хорошо знакомый Светке бельчонок Игорь.

- Куда спешим?

- На Утинку, - Светка поправила рюкзак.

- Что тебе делать в этой речке-говнотечке? - осведомился бельчонок.

Руки водяного до очистки Утинки всё не доходили, поэтому, характеризуя реку, Игорь выразился грубо, но точно.

- Купаться, - недовольно отозвалась Ласточкина.

- Заразу подхватишь, - предупредил Игорь. – Двигай на заповедное.

До заповедного озера и на велосипеде было долго ехать.

- Ага, я до него к вечеру доберусь, - Светка покрутила головой, опасаясь, как бы кто не заметил ее диалога с говорящей белкой.

В пределах видимости людей не оказалось, и слава богу.

- Хрен с тобой, золотая рыбка, - решился Игорь, - покажу тебе одно место. Стой смирно.

Легким и точным прыжком он махнул на Светкин рюкзак, перебрался на плечо.

- Дуй вперед, я буду руководить.

- Нашелся навигатор, - пробормотала Ласточкина и заработала педалями.

Ехать приходилось незнакомыми тропами, где Светку время от времени подбрасывало на выпирающих сосновых корнях. Игорь держался цепкими коготками за лямку рюкзака и деловито указывал маршрут.

- Направо. Сбавь скорость. Еще направо. Прямо. Сейчас притормози, будет спуск… Мля, все женщины плохо водят или только ты и моя маман? Прямо на пригорок и налево. Стой. Дальше пешком.

Когда Светка спешилась и прошагала метров двадцать, ведя велосипед за руль, ей почудилось, будто воздух стал плотнее, а тени лежат как-то не так.

- Прямо в кусты, - скомандовал Игорь. – Иди, чо встала.

Ласточкина шагнула в куст… и оказалась на песчаном берегу, окруженном соснами. Впереди серебрилась чистая ласковая вода, чуть заметными волнами накатывая на песок. Светка отшвырнула велосипед и бросилась к воде, не понимая, откуда она взялась. Вроде речка… или пруд? Или озерцо?

- Все нормально, это затон, - сказал Игорь. – И учти, - он хихикнул, – сюда мавки могут приплыть Кешу дрессировать.

- Мавки? – Светке захотелось обратно. Говнотечка Утинка уже не казалась грязной и мелкой.

- Да норм, - Игорь перепрыгнул на камень у воды. - Они прикольные.

Накупавшись всласть под присмотром Игоря, Светка расстелила на песке полотенце и улеглась загорать. Вода была теплая, солнце припекало, с сосны на сосну перелетал дятел, время от времени отбивая дробь клювом.

Незаметно Ласточкина задремала.

Разбудил ее плеск и хохот. Светка лениво повела головой в сторону шума и замерла: в затоне плавали две женщины и что-то еще. Это что-то изгибалось кольцами, сверкая на солнце мокрой чешуей. Светка завизжала бы, но бельчонок, сидевший рядом на песке, спокойно сказал:

- Вот и они. Мавки и Кеша.

- Пошли домой, - прошептала Ласточкина.

- Сфигаль? – удивился Игорь. – Кеша сейчас в кольца прыгать будет, знаешь, как красиво!

В этот момент Кеша показал из воды внушительную чешуйчатую морду с огромными глазами. Светка охнула и сжалась.

- Кеша – змей, - пояснил Игорь. – Мля, да не бойся! Он на спасение утопающих тренирован, двух дайверов спас на заповедном.

Бельчонок снова прыгнул на камень и заорал:

- С полднем вас, украшение озера!

- А-а, младший Стрельчук, - издалека отозвался кто-то из мавок. – Привет! Кто там с тобой?

- Знакомая! – проорал Игорь. – Светкой зовут! Она позагорает тут, окей?

Мавки подплыли к берегу, и Ласточкина, увидев их рыбьи хвосты, онемела.

- Синклитикия.

- Агафоклея.

- Светлана, - сделав чудовищное усилие, произнесла Ласточкина.

- Светочка, раз ты тут, глянь тренировку, - попросила Синклитикия. – Мы Кешу к показательным выступлениям готовим, оцени.

- Беспристрастно, так сказать, - добавила Агафоклея.

- Х-хорошо, - Светка села на полотенце.

Кеша творил чудеса. Прыгал в кольца, держал на кончике носа большой мяч, затем отправляя его в плавающую на воде корзину, проходил на скорость «змейку» между буйками, доставал брошенные в воду монетки, демонстрировал спасение утопающего, роль которого играла Синклитикия; облаченный в специальную шлейку, катал Агафоклею, разгоняясь так, что она скользила по поверхности затона на хвосте, как на водных лыжах. Засмотревшись, Ласточкина начала аплодировать.

Потом ее попросили бросить Кеше с берега футбольный мяч. Змей отбил его обратно кончиком хвоста точно в руки, Светке оставалось только поймать мяч.

- Ну как? – спросила Синклитикия.

- Здорово! – не покривила душой Ласточкина. - Как в дельфинарии.

Мавки довольно переглянулись.

- На показательные придешь? – осведомилась Агафоклея. – Мы приглашаем.

- Конечно, - кивнула Светка. Она уже ничуть не боялась ни мавок, ни Кешу. – А когда?

- Пятого августа в полдень, - сказала Синклитикия. – Сюда и приходи.

- Я провожу, - встрял Игорь.

- Хорошо, - Ласточкина на миг задумалась. – А вдруг погода испортится?

- Наивное дитя, - вздохнула Синклитикия. – Это же затон! Здесь всегда погода хорошая.

Обратно уставшая Светка возвращалась вечером, медленно крутя педали. Игорь сидел на багажнике и щелкал семечки. У деревни попросил остановиться, перепрыгнул на березу.

- Бывай, - сказал бельчонок и сплюнул шелуху.

- Погоди, - Светка решилась задать вопрос. – Почему про затон никто не знает?

- Потому что лес не пускает, балда, - ехидно ответил Игорь. – Не хватает, чтобы вы еще и затон засрали, как Утинку. Ладно, пока. Пятого утром зайду, одна по лесу не ползай.

Он махнул хвостом и усвистал в лес, а Ласточкина покатила домой. Ждать пятое августа.

Порча

В магазине тетю Настю неожиданно окликнули.

- Ба, Сергеева, какими судьбами?

Повернувшись на голос, Анастасия увидела у хлебного прилавка своего земляка и очень бывшего одноклассника Генку Шайтанова и испытала легкое удивления вкупе с огромной неприязнью.

- А тебя каким ветром занесло? – безрадостно спросила она.

- Как водится, ветер северный, этапом из… Кеми, зла немерено, - слегка переиначил известную песню Генка и заржал.

- Ну-ну, - сказала Анастасия и пошла к кассе.

Общаться не хотелось совершенно, Генка по характеру был тот еще дерьмодемон, а уж слухи по городу про него ходили всякие – мол, колдовством промышляет, и тому имелись подтверждения.

Шайтанов настиг ее, когда Анастасия перегружала покупки в корзину на багажнике велосипеда.

- Живешь-то где? – осведомился он.

- В гнезде, - в рифму ответила тетя Настя и добавила: - в родовом.

- Я думал, в осином, - Шайтанов тоже не был обделен чувством юмора. – Сергеева, чего дуешься, как мышь на крупу?

Тетя Настя круто повернулась к нему, уперев руки в бока, и обожгла земляка таким взглядом, что Генка отступил.

- Шапочку твою помню, свинота! – рявкнула она.

Шайтанов насмешливо присвистнул.

- Вона чо. Злопамятна ты, старушка.

- Да, - кивнула Анастасия, открывая велосипедный замок, - и поэтому отвяжись, я в печали.

Она оседлала велосипед, нажала на педали и услышала:

- Сергеева, жди в гости!

Не оборачиваясь, тетя Настя подняла руку с выставленным средним пальцем. Принимать у себя Шайтанова ее не заставили бы и пытки испанской инквизиции, потому что, несмотря на давность лет, история с шапкой не забылась.

А дело было так.

После окончания вуза Настя вернулась в родной город и объявила, что выходит замуж за некоего учащегося железнодорожного колледжа Димку Сергеева. Родня, давно сватавшая ее за Генку Шайтанова, объявила Настю неблагодарной и повелела изменить решение. В ответ на этот ультиматум будущая Сергеева деловито устроилась на работу, где давали комнату в общежитии, съехала от родителей, послала всех далеко и красиво и стала ждать возвращения жениха, которому осталось учиться год. Отучившись, Димка честно приехал к невесте, не менее деловито устроился помощником машиниста, набил морды Шайтанову и двум его друзьям, явившимся с разборкой, получил порцию проклятий от Настиной родни и, наконец, женился.

Настя перекрестилась.

Примерно через полгода семейную пару навестил Шайтанов с бутылкой коньяка в знак примирения. Предупрежденный женой Сергеев не пил, Генка сделал вид, что не обиделся, а перед уходом подарил Насте шикарную вязаную шапку.

Красивая была шапка, что греха таить. Настя надела ее и пошла на работу.

И началось.

Вначале выскочил фурункул на щеке, пришлось идти в больницу, где гнойник вырезали.

Потом вскочили два на лбу. Бальзам Вишневского прописался в доме.

Потом снова на щеке.

Настя рыдала.

В больнице посоветовали переливание крови.

Димка выслушал рыдающую жену, подумал, проветрил комнату от запаха Вишневского и спросил, когда это началось. Получив ответ, еще подумал, сходил в магазин, принес обычную шапочку, велел носить, а подарочную спрятать.

Фурункулез исчез. Как отшептало.

И тут до Насти дошло.

Димка предлагал набить Шайтанову морду еще раз, но Настя отказалась, шапку сожгла, а подарков больше не принимала ни от кого, даже от самых проверенных друзей. Димка тоже ничего не брал.

- Мадам, чем вы недовольны? – встретил Анастасию муж.

- Не поверишь, - она нагрузила Дмитрия пакетами. – Шайтанова встретила.

- Вот бл… - выругался Сергеев. – Он сюда насовсем?

- Вроде как, - отозвалась Настя. – В гости собирается.

- Алабая купить, что ли, - Дмитрий тоскливо оглядел двор.

- Лучше пулемет, - сказала Настя. – Крупнокалиберный. Дим, разбери пакеты, я пока съезжу в одно место.

Она знала, где найти лося Кубышкина. Больше посоветоваться было не с кем.

У прошлогодней скирды Кубышкин лопал подсоленное сено. С другой стороны стоял лось Осинников; два бойца заключили временное перемирие.

Тетя Настя остановила велосипед на заросшей тропе в трех метрах от скирды. Лоси даже не дернулись – Кубышкин увидел знакомую, Осинникову было пофиг.

- Привет, Кубышкин, - сказала Анастасия, - хочу посоветоваться.

- Дык слушаю, - невнятно проговорил сохатый, пытаясь одновременно дожевать сено.

Тетя Настя рассказала про Шайтанова.

Осинников высунулся из-за скирды и спросил:

- Колдун, што ля?

- Не без этого, - ответила Анастасия.

- Хошь, мы его отхерачим? – предложил Кубышкин, переглянувшись с Осинниковым.

Тетя Настя перепугалась.

- Да ну вас, убьете еще.

Одно дело – получить от Димки в глаз, и совсем другое – от лося копытом.

- К Яге надо, - поразмыслив, доложил Осинников.

Он был сообразительнее оппонента.

Услышав про Ягу, Анастасия что-то промычала. С Лешим тетя Настя познакомилась, мавок на озере видела, почему бы тут не жить Яге? Кощею? Черт знает кому?

- Я сам схожу, - заявил джентльмен Кубышкин.

Дома тетя Настя томилась в ожидании и боялась, что Шайтанов припрется раньше, но Кубышкин не подвел, объявившись поздно вечером с кожаной сумкой, висевшей на коротком ремне на шее. Инструктаж лось давал в малиннике.

- Сумку забирай.

Анастасия сняла сумку и заглянула внутрь. Внутри лежали водка в нарядной бутылке и спичечный коробок. В коробке таились две английские булавки, на их крышечках что-то поблескивало.

- Булавки тебе, в них бирюза вделана, оберег от порчи, - давал пояснения Кубышкин. – Одну себе приколи, другую мужику своему. Водкой этого вашего колдуна угостите.

- А что будет? – осторожно спросила Анастасия, разглядывая бутылку.

«Столичная», 0,75. Почему-то четырехгранная. Прозрачная жидкость внутри искрилась и призывала отведать.

- Да хз, что будет, - сказал лось. – Можете сами пить, вам ничего не будет, булавки… как это… откинут… отбросят… а! отведут! И велено передать: если много напакостил колдун твой, скрутит его сильно, а когда скрутит, пусть в лес идет, лес ему дорогу откроет. Во.

- Спасибо, Кубышкин, - поблагодарила Анастасия.

- С тебя яблоки, - предупредил лось и свалил в сумерки.

Булавки Анастасия приколола к одежде в тот же день, сказав мужу, для чего они предназначены. Бутылку Дмитрий изучил и поинтересовался, не яд ли там.

- Тормозуха, - мрачно пошутила Анастасия, и на этом обсуждение водки закончилось.

Шайтанов притащился в субботу.

Лицо его, украшенное глумливой улыбочкой, сияло.

- Рано утром, без объявления войны, - встретил его Дмитрий. Руки не подал.

- Мир, только мир! – провозгласил Генка. – Я все понял, осознал и пришел без подарков.

Сергеев, метр девяносто два рост, девяносто два кило вес, и Шайтанов, метр шестьдесят четыре рост, семьдесят девять кило вес, замечательно смотрелись рядом, и если не знать, какая падла Шайтанов, при сравнении со спортивным Сергеевым он вызывал сочувствие.

Настя вынесла на веранду подаренную бутылку с закусками, Генка потер руки.

Нахлестался он знатно, совершенно не смущаясь, что хозяева не пьют. С каждой рюмкой язык его развязывался сильнее, и под конец Шайтанов откровенно хвастался умением навести порчу. Дмитрий слегка морщился, Настя кивала и подливала, отмечая фамилии знакомых и думая, что Соколовым, Анциферовым, Самодуровым и Агапитовым напишет подробные письма. Вдруг да поможет кому.

Когда Шайтанов отполз восвояси, Сергеев резюмировал:

- Форменный дерьмодемон.

Анастасия ждала последствий.

Последствия наступили скоро, буквально на следующий день. Ровно в полдень бледный, с перевязанной головой Шайтанов примчался во двор Сергеевых и, брызгая слюной, завизжал:

- Ведьма-а-а-а!

Коловший дрова Дмитрий выпрямился и, угрожающе держа колун наперевес, двинулся к Генке. Анастасия вышла из дома.

Шайтанов торопливо срывал повязку:

- С-с-у-ука-а-а, что сотворила-а-а-а-а…

Дмитрий остановился, выронив колун. Анастасия ухватилась за дверь.

На лбу Генки, аккуратно в центре, вырос небольшой, но вполне реальный мужской половой орган. Шайтанов рухнул на землю и забил в истерике руками.

Сергеева вдруг пробил ржач. Он согнулся в приступе хохота и сквозь навернувшиеся слезы выдавил:

- Генка… он у тебя хоть встает?

- Дима! – с упреком бросила мужу Анастасия.

Пошлая шуточка привела ее в чувство. Она брезгливо посмотрела на Шайтанова.

- Получил свое, колдун сраный? Тут хлеще тебя имеются знатоки. Встань!

Генка подскочил.

- Замотай башку, дебил, и двигай в лес. Вот отсюда по оврагу и беги, - тетя Настя говорила так, как научил Кубышкин. – Быстро.

Что-то вроде холодного ветра подтолкнуло Шайтанова к оврагу. Он побежал, на ходу завязывая голову, и бежал все быстрее и быстрее, пока не скрылся из вида.

Дмитрий вытер слезы, с шумом выдохнул, сел на чурбак.

- Насть, что это было-то?

- А черт его знает, - Анастасию потряхивало.

Она села на ступени и долго сидела, пока окончательно не пришла в себя.

Скоро Сергеевы узнали, что Шайтанов уехал из деревни, причем украшение с его лба исчезло, а когда Кубышкин пришел полакомиться яблоками, Анастасия не выдержала и спросила, не знает ли лось развития событий.

Сохатый знал.

- Ну эта… - Кубышкин жевал яблоки и рассказывал. – Долбень ваш прям к Яге примчался, она его вылечила и сказала: возвращайся, откель приехал. Пакости исправляй. Ежели схалтуришь, опять что-нибудь на лбу вырастет, ток уже навсегда.

Тетя Настя подсыпала лосю яблок.

Она чувствовала себя отмщенной.

Земляничная поляна

Светка Ласточкина загорала в саду, расстелив старое покрывало. В доме верховодила приехавшая с практики старшая сестра, поэтому мачеха Светке не докучала, чем та и пользовалась.

- Скучаем? - раздалось с высоты.

Младшая Ласточкина посмотрела наверх и увидела на ветке сливы бельчонка Игоря.

- Фисташки в поясной сумке, - Светка лениво указала пальцем на сложенные шмотки и прикрыла глаза козырьком выгоревшей бейсболки.

Зашуршала кора, потом трава, раздался короткий звук открываемой «молнии» и завершил композицию треск разгрызаемых фисташек.

- Заботушка, - похвалил Игорь. – Была б ты белкой, я б на тебе женился.

- Не дай бог, - отозвалась Светка, представив себя белкой.

Набрав в лапы фисташек, бельчонок подошел ближе и принялся грызть ядрышки точно над ухом.

- А поехали за ягодами, - доев последнюю фисташку, предложил Игорь.

- Я уже ездила, еле стакан земляники набрала, всё выбито, - сказала Светка.

- Места знать надо, - бельчонок отряхнул лапы. – Поехали, говорю.

Ласточкина посмотрела на пушистого нахала.

- В чем подвох? – спросила она.

- У поляны старичок сидит из наших, из волшебных, и учит жизни, - пояснил Игорь. – Он безобидный, только в маразме уже лет сто. Да поехали, задница ленивая!

- Не ленивая, а энергосберегающая, - Светка нехотя поднялась. – Бидон возьму и поедем. Три литра наберем?

- Постараемся, - бельчонок подумал. – Перекусить прихвати пару бутеров и заверни их в большой пакет. В большой! Поняла?

Светка не поняла, но послушалась, отыскав дома солидный пакетище порядочной вместимости.

На стареньком велосипеде они выехали на проселок, причем Игорь опять работал навигатором и руководил Светкой, привычно заняв место на ее плече.

Лес охотно пустил их, открыв гладкую, усыпанную темно-желтым песком тропу, и Светка нажала на педали. Ощутимо запахло земляникой. Наслаждаясь ароматом, Ласточкина отвлеклась и чуть не врезалась в невысокую, но весьма развесистую елку, неспешно пересекающую тропу. Завизжало на песке заднее колесо, остановленное резким торможением, велосипед занесло; Игорь вцепился в Светкино плечо, порвав рукав футболки и расцарапав кожу.

- Зинаида, дура! – гаркнул бельчонок неожиданно прорезавшимся басом. – По сторонам смотреть надо.

- Сам дурак, - величественно ответила ель Зинаида и побрела дальше.

Ласточкина довольно быстро пришла в чувство. Она уже ни о чем не спрашивала, тем более, что возмущенный Игорь вывалил всю Зиночкину подноготную, щедро пересыпая рассказ эпитетами «дура», «идиотка», «звезданутая» и их производными.

Дальше Светка ехала неторопливо, запах земляники становился все сильнее, и тут бельчонок скомандовал:

- Стой. Справа поляна.

Светка остановилась и посмотрела. Поляна как поляна, солнечная, сильно заросшая. Сбоку замшелый пенек, ничего примечательного. Стоп! Вот ягодка, вот еще одна. Красненькие и большие.

Поставив велосипед на подножку, Ласточкина сняла крышку с бидона и отважно полезла в заросли. Подлые ягоды прятались под листьями, Светка собирала их, чертыхаясь. Дело шло медленно.

Вдруг Ласточкина услышала:

- Одну ягодку беру, на другую смотрю, третью примечаю, а четвертая мерещится.

Светка выпрямилась. На пеньке сидел небольшой старичок в белом пальто и напевал песенку про ягоды. На всякий случай Ласточкина открыла поясную сумку, в которой, кроме бутербродов, лежал перцовый баллончик.

- Дед безвредный, - зашептал из-под куста Игорь. – Но чокнутый. Поговори с ним.

- А почему четвертая ягода мерещится? – поинтересовалась Ласточкина. Ничего другого в голову не пришло.

Бельчонок попытался зажать морду лапами, но смех прорывался.

- Гм-м, - дед тяжко задумался. – Действительно, почему четвертая ягода мерещится? Странно. Ай, ладно! – он махнул рукой. - Я коренной лесовик, главный начальник над всеми грибами и ягодами.

- Поехал, - вставил Игорь.

- О чём вздыхаешь? – продолжал лесовик.

- Я не вздыхала, - сказала Светка.

Дед то ли не расслышал, то ли был на своей волне. Он погладил бороду, вынул из кармана дудочку и сказал:

- Играй.

Дудочка заиграла, земляничная поляна преобразилась. Листья спрятались, ягоды выглянули на солнце, их оказалось очень много, и все как на подбор – спелые и большие.

- Перестань.

Дудочка замолчала. Листья развернулись, ягоды спрятались.

- Неплохо, - сказала Светка. – Можно не прерывать воспроизведение?

Игорь уполз ржать в кусты.

- Я тебе дудочку, а ты мне бидончик, - предложил бартер старичок.

Пожав плечами, Ласточкина пересыпала собранные ягоды в бейсболку и произвела обмен.

- Играй.

Дудочка послушно вытащила незамысловатой мелодией ягоды из-под листьев, Светка вынула из сумки пакет с бутербродами, положила хлеб с сыром обратно, а пакет встряхнула.

- Э, мы так не договаривались, - забеспокоился старичок, оценив размеры и прочность пакета.

Игорь икал от смеха.

- Стравберри филдс фореве, - выдавил он.

Ласточкина не стала спрашивать, откуда бельчонок это взял, она собирала землянику в пакет. Крупную, душистую, сочную ягоду, размером не меньше парниковой клубники.

Дудочка играла.

- Много не бери, иначе нижние ягоды раздавим, - посоветовал Игорь. – И верни деду дудочку, пока его инфаркт не хватил.

Руки Светки покраснели от земляничного сока, сама она благоухала примерно как земляничная поляна, а может, и сильнее.

- Хватит, - оценила Ласточкина тяжесть добычи.

Дудочка сочла ее слово командой и перестала играть.

- Свирель вашу возьмите, - обратилась к деду Светка. – Спасибо, очень помогло.

- Такую сказку испортила, - лесовик безнадежно махнул рукой и исчез вместе с дудочкой, оставив бидон стоять у пенька.

Часть ягод Светка пересыпала в бидон, повесила его на руль велосипеда, пакет бережно примотала скотчем к багажнику.

Возвращались в сумерках.

Довольная Ласточкина крутила педали, Игорь снова сидел на плече Светки, вспоминал ошарашенное лицо лесовика и периодически хихикал.

Минус шесть

Шестакова устилала дно дупла свежим мхом, когда услышала:

- Викуся, любовь моя, покажись.

Обалдевшая белка выбралась из дупла, села на ветку, посмотрела вниз и увидела зайца Капустина. Заметив Шестакову, заяц в экстазе треснулся башкой о ствол сосны и завопил:

- Вика-а-а-а-а, я люблю тебя-я-я-я!

- Тронулся, - резюмировала Шестакова и хотела вернуться в дупло, но Капустин завыл:

- Не уходи-и-и-и, побудь со мною, пылает страсть в моей груди-и-и-и-и!!! Восторг любви нас ждет с тобою…

Из дупла высунулся заспанный Антон Стрельчук, посмотрел на обалдевшую жену, на ненормального Капустина.

- Не уходи-и-и-и… - выл Капустин не хуже волка в полнолуние. – Не уходи-и-и-и!!

- Что это с ним? – спросил Антон.

- Не знаю, - ответила Шестакова, - но мне страшновато.

Капустин снова долбанулся головой о сосну.

- О, выйди, выйди, выйди, Шестакова! О, не губи ты заячью любовь, - заорал он.

- Класс, - подытожил младший из беличьих сыновей Игорь. – Ма, ты не читала вслух какое-нибудь заклинание приворота?

- Уйди, - сказала Шестакова таким тоном, что Игорь моментально исчез в дупле.

Остальные бельчата, тоже вышедшие послушать серенаду, вернулись домой. Тон матери к шуткам не располагал.

- Хм, - Антон рассматривал изнывающего от страсти Капустина. – Вчера нормальный был.

- Вика-а-а-а! Тебя я, вольный сын эфира, возьму в надзвездные края! – Капустин орал так, что разбудил дремавшего на елке ворона Артемия Петровича. – И будешь ты царицей мира…

В дупле бельчата зашлись в хохоте.

- Морду б ему набить, - сказал Антон, потирая лапы, - но уж больно весовые категории разные.

Ворон перелетел на сосну, сел на ветке рядом с Шестаковой и хотел что-то сказать, но стал вместе с белками свидетелем дикой сцены: мимо дерева на полной скорости промчался лось Кубышкин, за ним гнался лось Осинников с криками:

- Не убегай, счастье мое, я люблю тебя-я-я…

- Отвали, пидорас! – раздался из глубины леса рев Кубышкина.

- Что-то недобгое пгоисходит, - прокартавил Артемий Петрович, когда смог говорить.

Шестакова оперлась лапой о ствол и хватала ртом воздух. Антон Стрельчук шепотом сказал:

- Бля…

Капустин, не обратив внимания на странное поведение лосей, продолжал сыпать цитатами из проникновенных стихов.

- Может, они больные? – прохрипела Шестакова. – Петрович, слетай к Лешему.

- Я ваших рук рукой коснулся грубой, чтоб смыть кощунство, я даю обет: как два смиренных пилигрима, губы сотрут лобзаньем святотатства след, - выдал Капустин.

- Ого, Шекспиг, - одобрил Артемий Петрович и расправил крылья.

- И если есть на свете что-то грустное, то это повесть о придурочном Капустине, - удачно срифмовал в дупле Игорь.

Ворон расхохотался и улетел.

Во время перелета ему стало не до смеха, потому что Артемий Петрович наблюдал еще пару необычных моментов. Волк Француз признавался в любви сосне Высотниковой, причем сосна кокетничала напропалую, трясла полузасохшей кроной и роняла шишки. Неподалеку Лиса Патрикеевна целовала ежа, еж сопротивлялся и пытался свернуться в клубок.

Доложив Лешему об увиденном, ворон заключил:

- Я понимаю: весна, любовь и все такое, но любовь какая-то стганная. Извгащенная.

Перепуганный Леший позвонил Яге. Та ответила, что тоже видела кое-что и пытается найти первопричину, запустив яблочко на блюдечке.

- А-а, попался, тварина! – вдруг крикнула Яга. – Леший, к разнодельной делянке, быстро. И снотворное возьми на всякий! – старуха отключилась.

Сделав над делянкой круг, Яга зашла на посадку и спрыгнула с метлы.

- Выходи, - негромко приказала она.

Из разнотравья поднялся красивый молодой человек с золотистыми кудрявыми волосами, в белоснежной хламиде и сандалиях. Он посмотрел на старуху синими глазами и попытался спрятать лук, сделанный из козьих рогов, и кожаный колчан со стрелами.

- Купидон? – мрачно спросила Яга, оценив экипировку и два крыла, сложенных за спиной.

- Ага, - кивнул юноша и зарделся.

- А Панайотис где? – оперлась на метлу старуха.

- На пенсию вышел, - просветил юноша. – Я вместо него теперь.

- Имя? – рявкнула Яга.

- Константинос, - юноша так дернулся, что уронил лук в папоротники.

- Костя, ты что творишь? – спросила старуха.

- Так весна же, - купидон Костя задергался сильнее. – Стреляю, влюбляю…

- В кого, тварь?! – не сдержалась Яга.

Костя присел и зашарил в папоротниках дрожащими руками, пытаясь отыскать лук. Попутно мямлил:

- Так во всех…

Яга наблюдала за купидоном. Лук лежал в полуметре от Кости, но купидон, кажется, его не замечал, и до старухи стало доходить.

- Минус четыре? – спросила она, сбавив тон.

- Минус шесть, - вздохнул Константинос, пошарил в колчане среди стрел и вытащил очки с толстыми линзами. Нацепил на нос.

- И как тебя с таким зрением в купидоны взяли? – удивилась Яга.

- По блату, - сознался Костя, опустил взгляд, увидел, наконец, лук и поднял его. – Бабушка очень просила. Богиня Афродита.

- Чего на родине не остался? - выбрался из кустов Леший, слышавший весь разговор.

Лесной хозяин убирал в рюкзак пневматический пистолет, заряженный дротиком со снотворным. Костя с завистью посмотрел на оружие Лешего и сказал:

- У нас купидонов перебор. Знаете, какая очередь? Знаете, сколько лет я ждал, пока Панайотис на пенсию выйдет? Знаете, как язык учил… - купидон засопел.

- Экзамен по стрельбе был? – осведомилась Яга.

Костя заплакал.

- Ясно, блат, - кивнул Леший. – Где у тебя стрелы, нейтрализующие любовь?

- Красным отмечены, - купидон протянул колчан. – Теперь меня обратно, да? – размазывал он слезы, текущие по румяным щекам. - С плохой характеристикой?

Яга хихикнула.

- Для начала уберем влюбленность у неподходящих объектов, а там посмотрим, - сказала она.

Из-за Костиной меткости с устранением любви пришлось повозиться. Купидон бил в белый свет, как в копеечку, но всё же через три дня ненормально влюбленные пришли в норму.

А Яга с Лешим дали техзадание джинну-мастеровому Сереге. Посмотрев, как Костя пуляет из лука, джинн тоскливо покачал головой и велел приходить позже.

Когда Костя явился, его ждал сделанный под стрелы купидона арбалет с прикладом и серьезной оптикой. Шкала поправок и система наведения привели Костю в восторг.

Серега с Лешим смотрели, как купидон тренируется в стрельбе. Арбалет слушался Костю с каждым разом все лучше, стрелы летели куда надо.

- Хорошая работа, - похвалил джинна Леший.

- Минус шесть, - проговорил Серега и сунул руки в карманы синего рабочего комбинезона. – Еще немного – и пришлось бы делать самонаводящиеся стрелы.

Тайна Панайотиса

Сидя на ветке дуба, купидон Константинос объяснялся с разъяренными жертвами его зрения. Шестакова, которую произошедшее больше развеселило, чем разозлило, успела дать Косте погоняло «Минус Шесть», и обращались к нему теперь именно так.

- Убью! Замочу! Крылья выдерну! – бесновался у дуба лось Осинников.

- Так я… - пытался вставить реплику Костя.

- Убью-ю-ю-ю-ю-ю, - Осинников захрипел и долбанул копытом в землю, сделав глубокую яму. Налитые кровью глаза сохатого сверкали, как у мифического чудовища.

Купидон опасливо подобрал ноги.

- Так я думал, что лосиха рядом стоит, - робко шепнул он.

- Я чо, бля, на бабу похож?! – рыкнул лось Кубышкин, оскорблено вскинув голову.

- Ну минус шесть же, - сказала Шестакова, сидевшая на ветке повыше Кости. Белка невозмутимо лущила сосновую шишку.

Волк Француз оскалил зубы, давая Косте проникнуться.

- Ма шер Минус Шесть, - проговорил он и выдал цепь французских ругательств, закончив классически: - мерд!

- Пардон муа, - Костя сжался. – В тебя рикошет от сосны был.

- Зачем в сосну стрелять?! – удивился Француз.

- Фокусировку проверял, - отозвался купидон. – Очки новые, не привык.

Шестакова захихикала.

- То есть, не только минус шесть, а еще и расфокус, - резюмировала она.

- Убью, - вставил Осинников.

- Помогу, - раздул ноздри Кубышкин, два дня убегавший по болотам от влюбленного Осинникова. Он до сих пор не полностью отмылся от болотной грязи.

- Почему нам все достается по остаточному принципу? – задал риторический вопрос Француз. – Если служба доставки – у нас раздолбай Валера, если купидон – у нас Костя Минус Шесть. Вот Панайотис, тот…

Костя хмыкнул. Француз замолчал и подозрительно посмотрел на купидона.

- Ага, - сказала Шестакова, тоже обратившая внимание на хмыканье и глумливую улыбочку Константиноса. – Мы что-то не знаем про Панайотиса?

- Всех убью, - сказал Осинников уже спокойнее.

- Ун минут, силь ву пле. Погоди, - остановил его Француз. – Мон ами Минус Шесть, парле. Открой нам тайну Панайотиса. Хотя… - волк усмехнулся. - Зинаида?

Костя кивнул.

- Мавки? – осенило Шестакову.

Костя снова кивнул.

Купидон Панайотис давно нашел развлечение, постреливая в мавок, чтобы полюбоваться их разборками, а в последнее время экспериментировал с елью Зиночкой, заставляя ее влюбляться в разные деревья.

- Во тварь, - сказал Кубышкин.

Француз глубоко задумался.

- Я начинаю подозревать страшное, - проговорил он.

Все посмотрели на волка.

- Изба Яги и сарай Лешего, - Француз прицельно глянул на купидона. – Костя?.. Я прав?

Константинос вздохнул:

- Это был его единственный эксперимент с недвижимостью.

Дом для белок

В дупле Стрельчуков назревала драма.

- Мама, папа, - начал разговор Андрей, старший из бельчат. – Мы с Валькой Никитиной решили пожениться.

- Женись, сынок, - вздохнула Шестакова. – Еще вчера с парашютом сигал на день ВДВ, а сегодня жениться решил. Вот я в твоем возрасте…

- …весь лес на уши ставила, - закончил Андрей. – Знаю, папа рассказывал.

Виктория Шестакова метнула грозный взгляд на мужа. Антон почесал лапой за ухом и сказал:

- Ну, совет да любовь. Пусть сваливает, в дупле просторней будет.

- Спасибо, папенька, - мрачно поблагодарил Андрей. – А что? Работа у меня есть, как-нибудь проживем.

- Кто тебя устроил?! – взвилась Шестакова.

- Спасибо, маменька, - светски поклонился Андрей.

Антон Стрельчук фыркнул от смеха и потянулся за орехами, сложенными вдоль стен пирамидами, как ядра.

- Не трогай, это на зиму, - буркнула Виктория и повернулась к старшенькому. – Никитины знают?

- А как же, - ухмыльнулся Андрей. – Тоже сказали: «Давайте Вальку благословим быстренько, пока они не передумали. В дупле просторней будет».

Тут не сдержалась и фыркнула Шестакова.

- Дупло присмотрели уже? – осведомилась она гораздо мягче.

- Насчет дупла я и хотел поговорить, - Андрей оглядел темное жилище. – Черт знает что. Двадцать первый век на дворе, а живем, как в палеолите. И не надо мне сейчас о традициях, я хочу нормальное жилье.

- Вика, - глава семейства вдруг заржал, вытирая глаза лапами, - где в лесу ипотеку взять можно?

- Еще спроси, под какие проценты, - отозвалась Шестакова. – Андрей, решай жилищный вопрос самостоятельно. В любом случае, где вы с Валентиной обоснуетесь, – ваше дело, только не в роще за Антоновкой, там браконьеры.

- Я в курсе, - сказал Андрей и выбрался из родного дома.

Требовалось поразмыслить. Думал Стрельчук недолго.

Итог размышлений направил его к Лешему.

Выслушав планы Стрельчука, лесной хозяин переглянулся с джинном Серегой.

- Женитьба – дело стоящее, - сказал Леший, - белок в лесу совсем мало осталось, но с жилищем ты, Андрюха, перебарщиваешь. Чем тебя не устраивает дупло?

Стрельчук насупился.

- Сам поживи, - ответил он.

- Да проблем-то, - сказал Серега, - сколочу я им домик.

- Не нравится мне эта идея, - покачал головой Леший и почесал пятно мха на щеке. – Нутром чую, будут последствия, и боюсь.

Однако Андрюха посмотрел так умоляюще, что лесной хозяин крякнул и махнул рукой.

Серега потрудился на славу, сделав шикарный утепленный дом с двускатной крышей. Метр в ширину, метр в длину, метр в высоту; внутренняя перегородка делила помещение на две комнаты. Имелось застекленное окошечко, которое закрывалось снаружи ставнями.

Валька Никитина, которую привел жених, онемела от восторга.

Посовещавшись с Андрюхой, они выбрали для дома место в могучей развилке дуба у затона. Серега тщательно укрепил дом и покрасил его в цвет дубовой коры. Белки не возражали.

После свадьбы и новоселья свежеиспеченная пара Стрельчуков переселилась в дом, а к Лешему нагрянула Шестакова. Говорила она сбивчиво, зато экспрессивно.

- Не понимаю, за какие заслуги вы балуете Андрея, - просипела она. – Дом! Ладно дом, но электричество! У него же лампочка от фонарика горит! Свет в доме. За что?! – Шестакова свирепо раздула ноздри. Выглядело это смешно, но Леший забеспокоился и посмотрел на Серегу.

- Провод от ветрогенератора протянул, - сказал джинн. – Ну и что?

- А интернет?! – заорала Шестакова. – Захожу, а они лежат в обнимку и кино по смартфону смотрят! Это как?!

Леший молчал и щупал свой пульс.

- Смартфон устаревший, еле дышит, приспособил белкам вместо телевизора, - пожал плечами Серега. – Не порнуху хоть смотрели?

Шестакова выдохнула, успокоилась и продолжила:

- Ладно. Ладно! Но я как свекровь требую, чтобы и в мой дом провели электричество.

- Вот этого я и боялся, - тоскливо проговорил Леший.

До победного конца

Когда во двор Ласточкиных пожаловал участковый Токарев, Ольга Леонидовна величественно удивилась.

- Тут такое дельце, - Токарев слегка замялся. – На Светлану заявление писать хотят.

- Что натворила? – осведомилась мадам Афанасьева, не приглашая гостя в дом. Беседа происходила на крыльце, где Ольга Леонидовна чистила грибы, собранные вчера Светкой. Грибов было много, и все крепенькие и не червивые.

Токарев рассказал. Ночью гражданин Семыкин вышел прогуляться до сортира, увидел в траве два горящих синих глаза, перепугался, едва дополз до дома и вызвал «скорую». «Скорая» его и увезла в райцентр с подозрением на сердечный приступ.

- А вот эти «глаза», - Токарев вынул из кожаного планшета прозрачный файл. Внутри лежали две синие светодиодные лампочки, провода и батарейка.

- Светка при чем? – спросила Ольга Леонидовна.

- Вечером проезжала мимо дома Семыкина на велосипеде, - доложил Токарев.

- Она еще мимо ста двадцати домов проезжала, - несмотря на патологическую вредность характера, за младшую падчерицу Ольга Леонидовна решила стоять насмерть. – Одна дорога-то, Димочка.

- Да я знаю, - уныло проговорил участковый, - так Семыкин все равно заяву напишет.

- Дурак потому что, - Афанасьева споро очистила подберезовик и полюбовалась грибом. – У него двухметровый забор с «егозой», собака два на три метра размером бегает, камера установлена, к нему во двор индейский разведчик не проберется, куда там Светке. Записи с камеры смотрели, Димасик?

Токарев стоически стерпел «Димасика», не стал напоминать, что при исполнении, поскольку характерец Афанасьевой знал не понаслышке.

- Смотрели, - ответил он. – Ничего.

- На нет и заявления нет, - Ольга Леонидовна развела руками, причем в левой она манерно, оттопырив мизинец, держала огромный боровик. Пышные формы Афанасьевой выразительно качнулись, прядь густых длинных волос выбилась из-под косынки и упала на плечо. Повеяло Кустодиевым. – Иди, Димочка, расследуй.

Сгорбившись, Димочка пошагал к оставленному у ворот велосипеду, Афанасьева вернулась к чистке грибов.

Скоро из школы вернулась Светлана. При виде ее Ольга Леонидовна подозрительно сощурилась:

- Дитя юное, у тебя сколько уроков должно быть?

После разговора с домовым Данилычем, Полевым и медведем Комлевым Афанасьева стала относиться к падчерице гораздо мягче и с юмором, Светлана тоже перестала огрызаться, и к середине сентября отношения потихоньку наладились.

- Очередная англичанка свалила в дали светлые, два последних урока отменили, – сообщила младшая Ласточкина. – Эврибади к’мон нафиг.

Афанасьева покачала умудренной головой. Светка ловко проскользнула мимо мачехи в дом, недолго повозилась там и вышла переодетая в джинсы, сапоги и ветровку, с рюкзаком, дожевывая бутерброд.

- Я за брусникой, - надев бейсболку, младшая Ласточкина по-военному отдала честь мачехе.

Та поймала падчерицу за полу ветровки, велела подождать и рассказала о визите Токарева. Светка покрутила пальцем у виска.

- Нафиг мне сдался тот Семыкин? – сказала она. – Хотя идея с лампочками мне нравится, надо на Хэллоуин Коляну Денисову праздник устроить.

Денисов посадил в школьный Светкин рюкзак здоровенного паука, и визг младшей Ласточкиной слышали, наверное, даже на дальней орбите Земли.

- Я тебе устрою! – грозно повысила голос мачеха, но Светка выдернула куртку из ее руки и не спеша пошла за велосипедом, во все горло распевая:

- Каждый день - это меткий выстрел, это выстрел в спину, это выстрел в упор, за все эти годы можно было привыкнуть, но ты не привык до сих пор…

Как всегда, на выезде из деревни Светку поджидал на березе бельчонок Игорь. Он занял место на плече младшей Ласточкиной и сказал:

- Брусника – мелкая хрень, поехали за подосиновиками. Нож взяла?

- Есссссно, - Светка нажала на педали и поехала по пустынной дороге.

У открытых врат дома Семыкина стоял мрачный Токарев и вел беседу с семыкинской женой. Та через слово пожимала плечами.

Издалека заприметив Светку, участковый заметно обрадовался, замахал руками и закричал, призывая остановиться.

- Черт, - буркнул Игорь, когда Ласточкина послушно затормозила и слезла с велосипеда.

Токарев подъехал к ним сам и долго пристально смотрел на бельчонка. Игорь и не подумал спрятаться, так и сидел на плече, проводя лапой по усам.

- Как я сразу не понял, - проговорил Токарев. – Стрельчук и компания.

От удивления младшая Ласточкина едва не уронила велик.

- И чо? – воинственно спросил Игорь.

- Вы когда Семыкина в покое оставите? – спросил участковый.

- Ни-ког-да, - отчеканил Игорь.

- Матери пожалуюсь, - начал угрожать Токарев.

- Бугага, - сказал Игорь.

- Поймаю и в клетку посажу, - обещал участковый. – Будешь в колесе бегать.

- Леший придет – люлей навешает, - у бельчонка была хорошая «крыша». - А Кощей придет - адских гончих натравит.

- Игорь, да поимей совесть! – взвыл Токарев. – Вы пакостите, я расхлебываю. И подруге твоей, - он посмотрел на ошарашенную Светку, - рикошетом прилетит, если Семыкин заяву напишет.

- Напишет – еще получит, - сказал Игорь.

- Получит! Но перед этим Светлана получит ни за что, - продолжал давить Токарев.

Игорь задумался.

- Семыкин браконьерит, - проговорил он чуть погодя. – А вы ничо с ним не делаете.

- Штрафовали, - сказал Токарев.

- Толку-то, - отозвался Игорь.

- Секунду… - вспомнил что-то участковый. – Патроны у Семыкина и Кистеперова вы воруете? Шесть заявлений уже.

- Мы, - гордо признался Игорь.

Токарев процедил сквозь зубы ругательство, глянул на покрасневшую Светку, взялся за голову, застонал, извинился и произнес:

- За какие грехи, господи? За что караешь?!

- Кароч, - сказал Игорь, - у нас с Семыкиным война до победного конца. И с Кистеперовым тоже. И с этим пидорасом из Малиновки, забыл фамилию… а, Лесниковым.

- Так это вы Лесникову на тропе к бане капкан поставили?! – до конца осознал глубину ужаса Токарев.

- Его же капкан, - спокойно уточнил Игорь. – Ибо нефиг.

- Вы меня в гроб вгоните, - сказал участковый.

- Они первые начали, – проговорил Игорь. – И охотятся не в сезон. В общем, я все сказал – война до победного конца. Поехали, Светка.

Младшую Ласточкину участковый задерживать не стал, и когда она поехала дальше, Игорь обернулся и крикнул Токареву:

- До победного, ясно? А идей у нас еще много!

Новый уровень

Медведь Комлев, притащившийся к Лешему посмотреть фильмы и написать очередную статью для киноблога, застал лесного хозяина и джинна-мастерового Серегу занятыми по уши. На листе ватмана, прибитому к стене, Серега возводил серьезного вида чертеж, Леший с бумажки диктовал цифры.

- Это что у вас? – подозрительно осведомился медведь.

- Веранду думаем пристроить, - отозвался Леший. – От Кощеевой беседки стройматериалы остались, он нам пожертвовал.

- Смотри ты! – удивился Комлев, сел к столу и включил ноутбук.

Брус и доски Леший перевез на мамонтенке Ваське, оконные рамы с целыми стеклами привезли в тачке домовые, аккуратно сняв их в заброшенных домах, кровельное железо нашлось у запасливой Кикиморы, петли, саморезы и гвозди – у не менее запасливой Яги. Цемент и кирпичи доставил на Джипе Полевой.

- Ну-с, - проговорил Серега, оглядев склад стройматериалов, спрятанный от начавшегося дождя под брезентом, - погода установится, и начнем. Кстати, не обзавестись ли нам нейлером?

- Чем? – переспросил Леший.

- Гвоздезабивным пистолетом, - пояснил джинн-мастеровой.

- Денег нет! – отрезал лесной хозяин.

Серега глубоко задумался. Леший напрягся.

- Денег нет, а идея есть, - сказал джинн и ушел в мастерскую.

Когда Леший вечером заглянул к нему, то обнаружил Серегу листающим учебники по квантовой электродинамике. Отрешенный вид джинна заставил лесного хозяина подумать, что Серега отвлекся и забыл про нейлер. Такое с джинном бывало.

Леший не стал ему напоминать и тихонько ушел.

Начинать работу под дождем не хотелось, поэтому Леший сидел дома и делал красивые рамки для фотографий. Фото обитателей сказочного леса, сделанные на волшебную зеркалку, украшали стены; жемчужиной экспозиции была огромная, со стереоэффектом, фотография озерного змея Кеши, прыгающего в кольцо.

После мучительных трудов Комлев набрал одним когтем статью, разместил в своем киноблоге и запустил лапу в деревянное ведерко с засахарившимся сливовым вареньем.

- Комлев, - посмотрел на него Леший, - помнишь, как ты старый ноут в стиралку засунул?

- Помню, - медведь почуял недоброе. – И что?

- Будешь отрабатывать, - заявил лесной хозяин. – Веранду с нами строить будешь.

Отступать было некуда. Комлев нехотя согласился.

А через день наступило то самое чистое, ясное, солнечное утро.

Как на заказ.

Комлев своротил старое крыльцо и освободил плацдарм для строительных работ. Вдвоем с Лешим они споро сложили из кирпичей фундаментные столбы, сделали каркас, пришла пора настилать полы, и в этот момент из мастерской вышел Серега. Поначалу лесному хозяину показалось, что джинн держит длинный, толстый и плоский обрезок доски, но когда Серега подошел ближе, выяснилось другое. Джинн нес вовсе не доску, а пластиковый кожух, у которого снизу торчала пистолетная рукоять со спусковым крючком, а с торца выглядывал мощный короткий ствол.

- Щас будем испытывать, - радостно сообщил джинн и протянул руку. – Гвоздей!

Леший насыпал ему горсть солидных строительных гвоздей, Серега отщелкнул заднюю крышку, уложил десять гвоздей друг над другом, сдачу вернул лесному хозяину, щелкнул крышкой и сказал:

- Давай доску.

Практичный Комлев вытащил самый невзрачный обрезок дюймовки, какой только смог найти, прислонил ее к могучему пню и приготовился наблюдать. Серега велел отойти, прицелился и нажал на спуск.

Пистолет загудел, дернулся и выдал очередь всеми зарядами. Скорость их полета была такова, что гвозди расколотили к чертям доску и по шляпки застряли в пне.

- Перебор, - резюмировал джинн и хотел вернуться в мастерскую, но путь ему преградил Леший.

- Я думал, после альфа-распада в печке меня уже ничем не удивить, - прохрипел лесной хозяин, - ан нет! ЭТО ЧТО?!

Он так рявкнул, что мамонтенок Васька спрятался за мастерской, Комлев осел на землю, а ворон Артемий Петрович, подсматривающий за действием, чуть не свалился с вершины ели.

- Мощность убавлю, и все будет пучком, - Серега стремился в мастерскую, однако Леший закрывал ему дорогу, как Гэндальф балрогу. – Не паникуй, просто снаряд разгоняется под действием электромагнитного поля… ну переборщил слегка.

- Рабе лукавый, яко же ты сотворих сице? – возопил Леший, от ужаса переходя на старославянский.

- Сам ты рабе лукавый, - обиделся Серега. – Пусти, говорю.

Леший пустил – а что ему оставалось?

К вечеру усовершенствованный пистолет был готов и пулял гвоздями на минимальной мощности, точно и сильно вбивая их в доски. Леший немного отошел от пережитого, Серега перестал обижаться и подробно рассказал о принципе действия.

- Получается что-то вроде пушки Гаусса, – заключил джинн, метким выстрелом прибив доску к каркасу, и полюбовался работой. – Универсальная штука, заметь: можно гвоздь вбить, можно от врагов отбиться.

Комлев захохотал, Леший вздохнул.

- Дальше-то что, Серега? – спросил он.

И Серега поделился планами, выводя Лешего на новый уровень ужаса:

- Рельсотрон.

Первая любовь

Продавщица отдела одежды была сильно удивлена, когда к открытию магазина примчался красивый молодой человек в странной белой хламиде, купил джинсы, пару футболок, ветровку и побежал в обувной отдел, откуда почти сразу выбежал с кроссовками. Продавщице захотелось протереть глаза, поскольку ей показалось, что за спиной молодого человека трепыхаются огромные прозрачные крылья.

Примерно через неделю Ольга Леонидовна Афанасьева вызвала младшую падчерицу для серьезного разговора.

- Светлана, - менторским тоном произнесла она, - ходят упорные слухи, что у вас завелся ухажер.

Обращение на «вы» указывало на скрытый гнев Афанасьевой, но Светка Ласточкина ничуть не смутилась.

- Он Денисову рюкзак на башку надел, - сказала она.

- О, - слегка удивилась Ольга Леонидовна. – И за что?

- Денисов мне на физре подножку дал, я половину стометровки носом пропахала, - объяснила младшая Ласточкина.

Точно, после физкультуры на стадионе Светлана явилась с расцарапанным лицом, битым коленом и порванными трениками.

Афанасьева малость оттаяла.

- Джентльмен, значит, - резюмировала она.

Светка не стала добавлять, что Денисова с рюкзаком на голове еще и посадили в глубокую лужу.

- Костя просто меня провожает, - сказала Светка и мечтательно добавила: - он в Греции жил, та-а-ак рассказывает про Фессалию, м-м-м-м, обязательно туда поеду. Потом, - опомнилась она, посмотрев на нахмурившуюся мачеху, - по туристической визе. С мужем и детьми.

- Брысь! – сказала Ольга Леонидовна, и Светка испарилась.

Костя не только рассказывал о Фессалии, он прекрасно знал ботанику, умел из невзрачных цветов составить шикарный букет, хорошо разбирался в музыке и называл Светке таких исполнителей, о которых она слыхом не слыхивала, причем настолько точно попадал в музыкальные вкусы Ласточкиной, что та прониклась к нему величайшим доверием.

Идиллия продолжалась месяц, пока на Костин телефон не пришла СМС от Яги с просьбой посетить избу.

Явившись, купидон Константинос узрел сидящую за столом мрачную Ягу и штук пять белок на подоконнике, включая Шестакову.

- Костя, зачем девке мозги пудришь? – с места в карьер рванула Баба-Яга. – Ты в нее стрелял?

- Не, - ответил, робея, Костя, - стрельба тянет на злоупотребление служебным положением.

- А так, значит, не тянет? – ядовито осведомился бельчонок Игорь.

- Не тянет, - отозвался купидон. – И вообще, у нее слабая влюбленность, это нормально.

Он присмотрелся к Игорю.

- Ты что, ревнуешь?

- Не твое дело, - огрызнулся бельчонок.

Яга хмыкнула.

- Дуэль, только дуэль! – возгласил Костя.

- Да я-то не промахнусь, Минус Шесть, - Игорь стукнул по больному.

Костя поправил очки и насупился. Игорь глумливо захихикал, получил от матери подзатыльник и притих.

- В общем, Костя, заканчивай, - миролюбиво предложила Яга. – Первая любовь – чувство хрупкое.

- Первая любовь должна заканчиваться разбитым сердцем, чтобы влюбленный приобрел иммунитет для дальнейших отношений, - возразил Костя.

- Не доводи до разбитого, - посоветовала Шестакова. – Смойся по-тихому.

- Светка – девка хорошая, - кивнула Яга. – Был бы ты, Костя, обычным человеком, флаг в руки, а так не надо. Ну как? Оставишь в покое?

- Оставлю, - пробурчал Костя.

- Продолжай, - доброжелательно проговорила старуха, подбадривая купидона плавным жестом. - Клянусь... водами... Стикса...

- Клянусь водами Стикса, - мрачно повторил Костя и как бы про себя добавил: - у, гарпии.

- Вот и ладненько, вот и договорились, - сказала Яга, словно не расслышав про гарпий.

Клятву нарушить Костя не мог, но решил держать ситуацию под контролем.

После школы до немоты изумленную Светку встретил Колян Денисов с тощим букетом газаний.

- Ласточкина, ты того… пардоньте за физру, - косноязычно извинившись, он протянул обалдевшей Светлане букет.

Та взяла.

- И за паука, - продолжал Денисов.

Светка обалдела сильнее.

Невидимый купидон Константинос ухмылялся, потирая руки: нынче утром он всадил точно в сердце Коляна Денисова самую большую стрелу.

Маргарита

У места, где в заповедное озеро впадал маленький искрящийся ручеек, качалась игрушечная деревянная лодка, которую упустил шестилетний Вовка Звягинцев. Вовка даже немного всплакнул, провожая взглядом уплывающее судно, но полезть в воду не решился, потому как родители купаться в ледяной апрельской воде запретили категорически. Немного утешил Вовку отец, обещав сделать другую лодку, и на этой оптимистической ноте поход на озеро закончился.

А лодка осталась.

Она либо затонула бы, либо, выброшенная ветром на берег, сгнила, но ручеек, близ которого дрейфовала лодка, состоял из стопроцентной неразбавленной живой воды, ибо он брал начало от знаменитого лесного родника, а родник, пребывая в хорошем настроении, лил живую воду в промышленных масштабах, заставляя бодро расти травы и очищая озеро.

Под действием воды забытая лодка ожила.

Поскольку молодой живой организм должен расти, деревянная игрушка потихоньку становилась больше, пока не достигла размеров настоящей и не бросилась в глаза мавке Синклитикии.

- Пертозерский! – заорала мавка, призывая водяного.

Тот приплыл, глянул на лодку, удивился. Он не припоминал, чтобы к берегу приезжала солидная машина с прицепом или грузовик, а без них лодку на озеро не доставишь.

Попробовав воду из ручья и поразмыслив, водяной понял причину.

- Отбуксировать надо, - распорядился Пертозерский, - иначе вымахает до размеров авианосца, на кой оно нам.

При помощи змея Кеши лодку отбуксировали в затон, привязали к прибрежному дереву, и там она начала тосковать и жалобно скрипеть. Услышав историю ожившего судна, пришла любопытная Кикимора, осмотрела грустную рассыхающуюся лодку, показала ей на экране айфона несколько картин Айвазовского и Беггрова и дала послушать песню о бригантине. Лодка несколько оживилась. Кикимора показала обалденно красивые фотографии шхун и бригантин. Лодка постройнела на глазах и, кажется, сделалась выше бортами.

После ухода Кикиморы лодка ухитрилась перетереть веревку и исчезла.

В конце мая от домашних дел Кикимору оторвал Полевой. Остановив своего гусеничного избушонка Джипа во дворе, Полевой сообщил:

- Мать, Пертозерский ругается.

- Он постоянно ругается, - не прониклась Кикимора, присмотрелась к ухмылке хозяина полей и осторожно спросила: - что на сей раз?

- Спрашивает, чего ты лодке наговорила, - Полевой кивнул на кабину Джипа. – А поехали, сама увидишь.

Всю дорогу старуха пыталась разговорить Полевого, но тот хранил интригу.

К заповедному озеру подъехали со стороны высокого обрывистого берега, Джип остановился, Полевой галантно помог Кикиморе выйти и подвел ее к краю обрыва. Снизу доносился голос водяного, полный отчаяния:

- Маргарита, балда! Стаксель на ветер! А теперь под ветер…

Кикимора глянула вниз и обалдела: на слабых волнах заповедного озера выполняла поворот стройная двухмачтовая гафельная шхуна, на корме которой сияли золотые буквы «Маргарита».

- Ой, - сказала Кикимора. – Лодка выросла?!

- Она, - кивнул Полевой. – Красавица, да?

- Не то слово, - любовалась белыми парусами старуха. – Не пойму только, с чего Пертозерский бесится.

- А куда Ритку на зиму девать-то? – резонно спросил хозяин полей.

Внизу шхуна четко завершила поворот и пошла в бакштаг правого галса.

- Лодочный сарай нужен, - подумав, сказала Кикимора.

- Построишь? – съехидничал Полевой.

- Вырастим! – бодро отозвалась Кикимора.

Всё в шоколаде

Пока заваривался чай, Кикимора сосредоточенно рылась в буфете; с подоконника за ней с интересом наблюдала бегония Полудикая Орхидея.

- Чего шмонаем? – осведомилось растение.

- Была же шоколадка, - проговорила старуха, отодвигая банки и упаковки.

- Вы ее вчера изволили сожрать под сериальчик, - напомнила Полудикая Орхидея.

- Ладно, тогда вариант Б, - сказала Кикимора, вытащила остатки малинового варенья, початую булку и вздохнула.

- Ой, проблема, - гыгыкнула бегония, - оформи заказ с доставкой.

Кикимора с сомнением посмотрела за окно, где колыхался туман, густой, как сметана.

- Погода нелетная, - заметила старуха. – Валера не осилит.

Курьер грифон Валера был очень ненадежным доставщиком.

А шоколаду хотелось.

Попивая чай с вареньем, Кикимора так пристально смотрела на бегонию, что та скукожилась.

- Ну чего… - заныло растение.

- Идея есть, - зловеще проговорила старуха. – Будешь донором генетического материала.

Когда Кикимора отщипнула у бегонии листочек, та даже не вякнула.

Для экспериментов у старухи имелась лаборатория, куда она не заглядывала с эпохи выведения растений, питающихся колорадскими жуками. Теперь Кикимора навела в помещении порядок и засела за опыты.

Надолго.

Потом она бегала к роднику за живой водой. Потом ездила в магазин и вернулась с девятью сортами кофе и какао.

Бегония опасалась спрашивать о ходе эксперимента.

Наконец на втором подоконнике появилось второе растение с большими тонкими зелеными листьями. Кикимора поливала его смесью кофе с какао на живой воде, и растение зацвело, выпустив прямо из ствола пучки розовато-белых цветов с приятным запахом.

Через короткое время завязались плоды и выросли до размеров фасоли.

- Итак, - произнесла Кикимора, - начнем дегустацию, - и сорвала один плод темно-коричневого цвета.

Осторожно откусив, она пожевала.

- Ну?! – не выдержала бегония.

- Обычный горький шоколад, - старуха кинула в рот остаток плода и удовлетворенно кивнула. – Готово чудо-дерево, теперь шоколадки будет созревать постоянно.

- Можно рассадить, - посоветовала Полудикая Орхидея, - и высадить в теплицу. Шоколада будет вагон.

- Угу, - рассеянно кивнула Кикимора.

Подросшее дерево она рассадила в три кадки и надолго задумалась над ними. Потом важно подняла указательный палец, сказала:

- О! – и, подозвав гусеничного избушонка Майбаха, покатила к Лешему.

Вернулась с домашним коньяком.

Затем из закромов извлекла вишневое варенье.

Спустя полчаса у Кикиморы были готовы еще два состава на живой воде, и каждое из трех деревьев поливалось своим.

На Новый год обитатели сказочного леса получили в подарок по солидной коробке ассорти трех вкусов: горький шоколад, коньяк в шоколаде и вишня в шоколаде.

Такого сладкого праздника не припоминал никто.

Туфли

Телефонный звонок оторвал Ягу от сериала.

- Милочка, можешь встретить меня завтра на вокзале? – задала Кикимора странноватый вопрос. – Поезд прибывает в 17.42, вагон седьмой.

- Какой поезд? – обалдела Яга.

- Мурманский, - ответила Кикимора. – Айфон на последнем издыхании, сейчас разря…

Звонок прервался.

- Что это было? – поинтересовался все слышавший кот Бегемот.

- Черт его знает, - отозвалась старуха, подумав, что последнюю неделю от Кикиморы не было ни слуху ни духу.

И что она забыла в Мурманске?

- Детектив какой-то, - заметила, высунувшись из часов, кукушка Тамара Георгиевна.

Яга полезла в интернет за расписанием поездов и нашла искомый, который, уж спасибо за маленькие радости, останавливался на узловой станции в тридцати километрах от границы заповедного леса.

- На Майбахе поеду, - составила план Яга, решив утром сгонять на метле к дому Кикиморы и проинструктировать ее гусеничного избушонка Майбаха.

Так она и поступила. Майбах не протестовал, противоугонная голова мумии в кабине недовольно прошипела что-то, но на грозное: «Цыц, холера египетская!» замолчала.

Избушонок припарковался далеко за вокзалом, чтобы меньше обращать на себя внимание, Яга прошла на перрон точнехонько к месту остановки седьмого вагона.

Из него чинно вышла Кикимора, помахивая пакетом.

- На метле? – спросила она.

- На Майбахе твоем, - сварливо отозвалась Яга.

- Это ли не прекрасно! – обрадовалась Кикимора. – Доедем с комфортом. С Ниной Евсеевной поладила?

- С мумией? – хмыкнула Яга. – Да пофиг на нее, давай колись, кой черт тебя в Мурманск занес.

Устроившись в кабине Майбаха, старуха подождали, пока тот возьмет курс на выезд из города, и Кикимора начала повествование. Голова мумии Нина Евсеевна, давно понимавшая русский, внимательно слушала и время от времени шипела.

- Сижу я, милочка, дома, - говорила Кикимора, - думаю, дай приберусь в шкафу, а в нем пакет лежит, и вот хоть ты что – не помню я его. Заглянула – в нем туфли. Большие такие, широкие, ковровые, с узором. Звоню Ундине: «Ты привозила?»

Неудивительно, что Кикимора не помнила пакет, поскольку прошлогодний визит Ундины сопровождался совершенно дикими возлияниями.

- Она говорит: «Подарок тебе с распродажи на Брокене», - продолжала старуха. – Ладно, думаю, будет в чем дома ходить. Надела, черт их побери, и тут ноги как побегут!

- И набрали взлетную скорость? – съехидничала Яга.

- Именно, - мрачно отозвалась Кикимора. – Летела долго, в облаках, - старуха поежилась, - мокрая была, как мышь. Вдруг они как прибавят! Я: «Стой! Хальт! Цурюк!», да где там.

- И как ты перенесла перегрузку? – прогундосила Яга, боясь расхохотаться вслух и обидеть подругу.

Нина Евсеевна неодобрительно зашипела.

- Нормально перенесла, - сказала Кикимора. – Чую, межпространственный скачок был. Смотрю – город внизу, а туфли вроде подуспокоились. Я: «Тпррррррру!», и это сработало. Они, значит, опускаются, вдруг навстречу гаргульи летят, гляжу – Клавка с мужем. Я как заору: «Кла-а-а-ава!» В общем, кое-как приземлились, Клавдия обалдевшая, Славик, муж ее, тоже. Я никакая, мокрая, уставшая, только на другой день в себя пришла.

- В Мурманске, - поняла Яга.

- В нем, - подтвердила Кикимора. – А могла бы где-нибудь на Шпицбергене оказаться.

- Или в Австралии, - вставила Яга.

- Не исключено, - кивнула Кикимора. – И финальная стадия рассказа: в Мурманске работает волшебная корпорация взаимопомощи, купили мне билет на поезд, дальше ты знаешь.

- Что за туфли-то? – спросила Яга. – Семимильные сапоги знаю, туфли не знаю.

- Сейчас домой приедем, будем разбираться, - сказала Кикимора.

Больше всех появлению хозяйки обрадовалась бегония и тут же потребовала полива, хотя утром Яга вылила на нее не меньше литра воды.

- Отцепись, - отмахнулась от растения Кикимора и вынула из пакета пресловутые туфли.

Явно восточные, с загнутыми концами. Яга взяла их, внимательно рассмотрела.

- Вроде написано что-то, - сказала она.

Выручил онлайн-переводчик. Надпись, вышитая на двух языках, турецком и арабском, гласила: «Сия пара принадлежит Мукре из Никеи».

- Йопта, - сказала Яга, когда до нее дошло.

- Ну почему?! – завыла Кикимора. – Ну почему из всех пар туфель мне достались именно эти скороходные от Маленького Мука?!!

- Чего возмущаешься? – поинтересовалась Яга. - Ты же всегда хотела быстрое средство передвижения, - старуха пошарила в интернете. - О, вот и инструкция: «Надев их и трижды перевернувшись на каблуке, ты полетишь куда пожелаешь».

Кикимора вздохнула.

- Хождение по мукам, - скаламбурила она. – Где у них каблук?

- Теперь понятно, почему они неуправляемые, - после паузы произнесла Яга.

Нехорошо отозвавшись о Маленьком Муке и распродаже на Брокене, Кикимора с досадой сунула туфли в пакет, а пакет в шкаф. Больше рисковать она не собиралась.

День рождения

В день рождения Светка Ласточкина никак не ожидала визита мамаши. Когда во двор въехала до отвращения знакомая красная «девятка» с треснувшим передним бампером, Светка собрала волю в кулак и вышла из дома.

- Чего тебе? – хмуро спросила она.

- За вещами приехала, - отозвалась Вероника Сергеевна, прихлопнув дверцу машины коленом.

Мать двух сестер Ласточкиных молодилась, и если не присматриваться, то могла сойти за тридцатилетнюю.

- А в прошлый раз не все забрала? – зло спросила Светка, пожалев об отсутствии мачехи: Ольга Леонидовна Афанасьева вышвырнула бы Веронику со двора вместе с «девяткой».

Хотя, скорее всего, Вероника специально приехала так, чтобы никого, кроме младшей дочери, не застать.

- Комп с принтером заберу, я их покупала, вот чек! – Вероника потрясла серой бумажкой с наполовину стершимися цифрами.

- Опять бизнес замутила? - сквозь стиснутые зубы процедила младшая Ласточкина, не став напоминать, что компьютер был куплен ей, Светке, в подарок. – Прошлые банкротства не в счет?

- Не учи мать, соплячка, - Вероника отодвинула дочь и пошла в дом.

Зная мамашу, Светка пошла за ней. Вероника хмыкнула, споро отсоединила кабели, вытащила системник и вернулась за принтером. Подумав, еще раз сходила, забрала монитор, клавиатуру и мышь.

Заметив оценивающий взгляд мамаши, брошенный на отцовский фотоаппарат, Светка решительно взялась за телефон.

- Сейчас соседям позвоню, Артамонов сегодня дома.

Вероника деланно засмеялась, но уехала очень быстро.

А Светка плюхнулась на диван и разревелась.

Было больно и обидно, обидно до жути. Классный подарочек в день рождения, спасибо, маманя. Да ведь она наверняка не помнила о празднике дочери, просто подгадала удобный момент, чтобы забрать компьютер, которому в базарный день сто рублей цена.

Пришедшая с работы Ольга Леонидовна увидела плачущую падчерицу, вспомнила о следах колес во дворе и сложила два и два. Мачеха села рядом.

- Бизнесвумэн приезжала? – спросила она.

Всхлипнув, Светка кивнула.

Афанасьева огляделась и увидела отсутствие компьютера.

- Понятно, - проговорила мачеха. – Чек был?

- Был, - сказала Светка.

- Восемь лет хранила? – мачеха не сдержала смешок.

До Светки, несмотря на горечь и обиду, начал доходить абсурд ситуации.

- Девять, - улыбнулась она сквозь слезы.

- Пусть подавится, - Ольга Леонидовна ненадолго вышла и занесла в комнату две картонные коробки. – Мы с Сашкой как чувствовали.

Сашка, Светкин отец, еще утром позвонил и поздравил дочь, туманно намекнув о подарке.

- Это что? – младшая Ласточкина вытерла слезы.

- Системник новый и монитор, - Афанасьева скупо улыбнулась. – Принтер потом купим, рефераты твои пока на работе распечатывать буду.

В дверь постучали. Светка открыла и с удивлением увидела на крыльце Коляна Денисова. Он явно что-то знал, поскольку протянул новенькую клавиатуру и мышь:

- На. С днюхой.

За широкой спиной Денисова лыбились две Светкины подружки.

Кульминацией стал поздний вечер, когда Светка закрывала за гостями ворота. Едва она вложила в пазы длинный засов, как услышала:

- Здорово, именинница.

На столбе сидел бельчонок Игорь.

- С праздником, что ли, - добавил он.

- Спасибо, - оторопела Светка.

Игорь спустился, снял со спины что-то вроде рюкзачка и, бережно вынув из него крохотный зеленый отросток в маленьком, с наперсток, деревянном горшочке, подал Ласточкиной. Та взяла, ожидая разъяснений. Следом бельчонок дал Светке пластиковую бутылку с пипеткой-дозатором и лист бумаги.

- Еле выпросил, - довольно проговорил он. – Инструкции на бумаге, делай, как там написано, и всё будет в шоколаде.

И Светка почувствовала, что праздник удался.

Молодильные яблоки

Яга обошла вокруг избушки и велела той проехаться вперед-назад. Изба проехала метров десять, от ходовой донеслось характерное постукивание.

- Подвеска, - определила старуха и позвонила Лешему.

Тот обещал прибыть завтра вместе с джинном-мастеровым Серегой. Изба тревожно закудахтала. Похлопав жилище по тракам, Яга сказала:

- Не боись, завтра починят.

Едва изба утвердилась на старом месте, как из-за плетня раздался хриплый старческий голос:

- Здрасьте.

Яга обернулась. За плетнем стоял старикан потертого вида, сгибавшийся под тяжестью плетеного короба. Не падать ему помогала солидная палка.

Знавшая всех местных Яга опознала и деда.

- Чего, Артамонов, заблудился?

- Вроде как, - ответил Артамонов, удивившись.

- Грибов-то набрал, - кивнула на короб старуха, - жадность фраера погубит.

Обалдевший дед молчал, разглядывая избу. Он много слышал про необычный лес и сейчас кое-что сообразил.

- Подвезти тебя не могу, - сразу расставила Яга точки над всеми буквами, - подвеска йокнулась. Могу на дорогу вывести.

- Дак я короб не допру, - опомнился Артамонов.

- Здесь оставь, - предложила Яга.

- Ага, щас, - отказался дед, - я грибы цельный день собирал.

Яга подумала, вздохнула, подошла к молодильной яблоне и протянула руку. Ветка послушно опустилась, старуха оторвала румяное яблоко и вернулась к деду.

- Ешь, - сказала она.

Артамонов не понял, зачем ему есть яблоко, но оно было такое красное, крупное и пахло так замечательно, что дед впился в него всеми вставными зубами и сожрал вместе с семечками.

Прошло не больше десяти минут. Яга помалкивала, усмехаясь, а Артамонов выпрямился. Короб уже не давил на плечи, палка казалась ненужной. Появилась силенка.

- Во-о-н туда иди, - указала старуха направление.

Дед провел ладонью по редким седым волосам и браво зашагал по тропе. Яга поднялась в избу.

- И «спасибо» не сказал, - прокомментировал кот Бегемот, наблюдавший в приоткрытую дверь.

- Боренька с детства жадненький и хамоватый, - сказала Яга. – Вот дети у него хорошие, в мать пошли, один фельдшер, другой ветеринар. И внуки… - случайно выглянув в окно, Яга вдруг заорала: - АРТАМОНОВ, КОЗЕЛ СТАРЫЙ, ЧТО Ж ТЫ ДЕЛАЕШЬ-ТО?!!

Забравшись на развилку яблони, Артамонов торопливо, давясь, жрал плоды.

- Ой, дурак, - резюмировала жившая в часах кукушка Тамара Георгиевна.

Пока Яга спустилась по ступеням, пока добежала до яблони, Артамонов успел схомячить две пары яблок. Завидев бегущую хозяйку, он полез выше по стволу, молодея на глазах.

- Слезай, придурок! – крикнула Яга и пнула брошенный у ствола короб.

- Ага, щас, - бывший дед дотянулся до пятого яблока и обглодал его, как собака мосол. Выглядел он уже лет на тридцать и продолжал молодеть.

Шестое яблоко сделало его юношей.

Яблоня пыталась сбросить непрошеного гостя, но тот держался на стволе, как ковбой на мустанге, ухитряясь при этом через силу жевать яблоки.

- Дебил, - устало сказала Яга. – Клинический дебил.

Артамонов неприятно заржал. Он повис на руках на ветке, ловко спрыгнул с высоты примерно второго этажа и припустил по дороге.

Яга не сделала попытки догнать его, зная, что яблоки дают накопительный эффект.

Во время бега резвый Артамонов обнаружил, что начинает путаться в одежде, она стремительно становилась ему велика, а он стремительно становился все меньше, в итоге запутался в брюках и упал. Вместо ругательства из его горла вырвался детский плач, скоро перешедший в рев младенца.

В избу Яга принесла грудничка, запеленутого в его собственную рубашку.

- Усыновишь? – ехидно поинтересовался кот.

- Я пока в своем уме, - Яга положила младенца на кровать и полезла в сундук. Пока она копалась в нем, бывший дед орал без перерыва.

- О, нашла, - старуха вытащила старую тетрадь с вкладными листами, села к столу и, не обращая внимания на вопли Артамонова, принялась медленно перелистывать пожелтевшие страницы. – Ага, вот оно. «Рип ван Винкль, эликсир старения». Голландская водка, один шкалик. Была где-то. Пустырник, два золотника. Есть. Валериана… тоже есть.

Старуха извлекла из сундука необходимые ингредиенты, принялась составлять эликсир. Артамонов наконец-то заткнулся, и кот воспользовался тишиной, чтобы спросить:

- А водка ему не повредит?

Яга так глянула в ответ, что Бегемот испугался и притих.

- Омолодиться захотел, смотри-ка, - ворчала старуха.

Она перелила готовый состав в бутылку, перевязала ее узкое горлышко тряпкой и сунула в рот Артамонову. Тот зачмокал. Несмотря на опасения Бегемота, эликсир пришелся ему по вкусу, он высосал все и заснул.

…Проснулся Артамонов у околицы родной деревни, укрытый одеждой. Короб с грибами стоял рядом. Кряхтя, дед поднялся, оделся и поплелся домой, гадая, что с ним случилось и почему голова трещит, словно с похмелья.

Яга проводила его взглядом. Она все-таки пожалела идиота и добавила в эликсир несколько капель яблочного сока, так что впереди у Артамонова были годы продуктивной жизни.

Елка Баскервилей

Полет бельчонка Игоря на дельтаплане прервала ель Зинаида, ловко поймавшая дельтаплан. Причем Игорь прекрасно видел одинокую ель на пригорке, но никак не думал, что она схватит его лапами, да еще в прыжке.

- Крыло не сломай! – рявкнул обозленный Игорь.

Зинаида держала его бережно и ничего ломать не собиралась.

- Что такое Хэллоуин? – спросила она.

От удивления у бельчонка прошла злость. Он выпутался из ремней, проверил дельтаплан, не обнаружил повреждений и, устроившись в еловых лапах, сказал:

- Праздник такой, а тебе зачем?

- На Хэллоуин народ пугать нужно? – осведомилось дерево.

- Обязательно, - заверил Игорь, подумал и спросил трагическим голосом: – что на тебя накатило, Зинаида?

Накануне Зиночка гуляла мимо дома Лешего и увидела на веранде медведя Комлева. Комлев досматривал какой-то хоррор про Хэллоуин, елка тоже подглядела, и ей понравилось. После просмотра Зиночка намеревалась расспросить медведя о фильме вообще и о Хэллоуине в частности, но Леший заставил того убирать дрова, а поскольку работа приводила Комлева в злое и мрачное расположение духа, Зинаида решила не рисковать и на следующий день отловила нужную белку.

Как известно, все сыновья Шестаковой, даже приемные, обладали нехилой эрудицией.

Выслушав елку, Игорь сделал серьезную морду.

- Зинаида, Хэллоуин прошел, - сообщил он.

- Жа-а-алко, - протянула Зиночка.

- Народ пугать хочешь? – озарило Игоря. – Спятила?

- Ничего я не спятила, - обиделось дерево. – Скучно.

- А-а-а, - понимающе протянул Игорь.

Елка посадила бельчонка на камень, наклонилась, замахала лапами и заскрипела.

- Ну как? Страшно?

Игорь смотрел скептически.

- Ни капельки, выглядишь, как дерево под ветром, ничего такого, - сказал бельчонок. – Тебе нужен прикид и уроки театрального мастерства. Дуй к Лешему.

Откровения Зинаиды подействовали на Лешего плохо, лесной хозяин застонал и взялся за голову, помяв росшие на ней мухоморы. Джинн-мастеровой Серега и медведь Комлев, напротив, отнеслись к желанию елки с сочувствием.

- Если Зинка напугает пару браконьеров в Берковицах, я только рад буду, - сказал Комлев. – Семыкин опять там промышлял, сучонок.

Игорь был полностью согласен с медведем, да и Леший при его словах просиял.

- Сезон охоты открыт, - напомнил Серега.

- Ничего, это им урок на будущее, - заявил медведь. – Зинка, иди сюда, будешь учиться пугать правильно, - и включил на ноутбуке «Вий» 1967 года. – Запоминай интонации панночки, ясно?

Серега взял блокнот и карандаш, начал набрасывать какой-то эскиз, Леший принял участие.

Рассмотрев на бумаге очертания черепа, Игорь зловеще хихикнул.

Пока елке показывали хорроры (Зинаида балдела от фильмов ужасов все сильнее), делали костюм и учили правильным интонациям и жестам, Игорь подключил своих родственников, вплоть до невестки, следить за главными браконьерами района – Семыкиным, Кистеперовым и Лесниковым.

Семыкин-то и отправился в Берковицы.

- С ночевкой поехал, - известил честную компанию запыхавшийся бельчонок Федор, усыновленный семейством Стрельчуков. – Палатку упаковывал, я сам видел.

- Зинаида, на старт, - обратился к елке Игорь.

Зиночка с Лешим скорым шагом направились в лесной массив Берковицы и прибыли к вечеру на берег речки Утинки, где обычно разбивал бивуак Семыкин. Белки путешествовали по деревьям тем же маршрутом.

Леший декорировал Зинаиду со всем тщанием, примотал скотчем к лапам муляжи костей, на верхушку нацепил череп, сделанный Серегой из папье-маше, и аккуратно подкрасил декорации светящейся краской. Череп и кости слабо, но зловеще засветились в сумраке.

- Елка Баскервилей, - резюмировал Леший, распутывая провода. В глазницы черепа Серега вставил лампочки с питанием от батарейки; лампочки включались тумблером.

За тумблер отвечал Игорь.

- А чо ты сам браконьеров не пугаешь? – спросил лесного хозяина бельчонок, прежде чем устроиться у ствола Зинаиды.

- Этика не позволяет, - буркнул Леший. – И заряд дроби в морду получить не хочется.

- Дроби? – призадумалась елка.

- Тебе что с того? – сказал Игорь. – Ты ж дерево.

Зинаида успокоилась.

Участники экспедиции подкрались к песчаному плесу, овеянному романтическим ореолом: палатка, удочки, костерок, закопченный чайник и Семыкин с дымящейся кружкой, сидевший на коряге. На небе высыпали звезды, из облака высунулся серп месяца, подумал и снова спрятался за облаком, оставляя необходимую темноту.

Услышав доносящееся из леса потрескивание сухих веток под осторожными шагами, Семыкин насторожился, отставил кружку, потянулся за ружьем и замер, когда на берегу материализовался расплывчатый черный силуэт очень высокого роста. Во мраке светились контуры большого желтоватого черепа с отвисшей челюстью.

Челюсти мешали закрываться острые, торчащие вперед зубы. Пара зубов поблескивала, поскольку Леший случайно закапал их краской, но от этого становилось только страшнее.

Игорь включил бледно-голубые лампочки, заставив глаза черепа светиться жутким мертвенным светом, Зинаида протянула кости навстречу Семыкину и заскользила к нему медленно, стараясь не завязнуть корнями в песке.

- Ты мой, - прошептала елка.

В ночной тишине ее шепот прозвучал устрашающе замогильно. Семыкин оцепенел, позабыв про ружье.

- Ты мой! Мо-о-о-ой, - страстно зашептала Зинаида.

- И с этими словами она потащила его в ЗАГС, - еле слышно прокомментировал Игорь, не удержавшись.

Зиночка сбила шаг и чуть было не хихикнула, но опомнилась и продолжила плавное движение. Муляжи костей с сухим треском стучали друг о друга, нагнетая ужас.

- Как бы не окочурился от страха, - забеспокоился Леший, наблюдавший за Семыкиным из кустов.

- Туда ему и дорога, - сурово сказал бельчонок Виталик, еще один усыновленный Стрельчуками. – Он моих родителей убил и Федькиных.

Федора, кстати, Леший давно потерял из вида.

- И наших, - в унисон напомнили еще два бельчонка, Костя и Максим, и кровожадно засопели.

- М-О-О-О-ОЙ! – завыла Зинаида и затряслась, как в припадке.

Кости застучали активнее. Плохо закрепленная челюсть отвалилась, скользнула по хвое и упала на песок, фосфоресцируя двумя окрашенными зубами.

Семыкин заорал, вскочил и бросился к мотоциклу.

По всем канонам хоррора тот не завелся (позднее Федор признался, что напихал хвою в замок зажигания, пока Семыкин таращился на елку).

- Ко мне, упыри! Ко мне, вурдалаки! – вспомнила классику жанра Зинаида.

В лесу гулко заухал филин Евлампий.

Обернувшись и увидев, что жуткая тварь подобралась совсем близко, Семыкин оставил мотоцикл, бросился в речку, переплыл ее и побежал, отчаянно вопя, к дороге.

- Чую, поседеет, - сказал Игорь.

Пока Семыкин метался по ночному лесу, бельчата побросали в речку патроны, подожгли палатку и слили из бака мотоцикла бензин.

- Как у меня получилось? – кокетливо спросила Зиночка, вертясь перед Лешим.

- На уровне самодеятельности сойдет, - ответил лесной хозяин. – Бенефис елки Баскервилей, ага. Сэр Генри помер от переизбытка таланта нашей примы.

- Может, повторим с Кистеперовым? – предложил Федор. – Или с Лесниковым?

- Вы звери, господа, - вздохнула Зинаида, снимая череп.

Двенадцать месяцев

Тридцать первого декабря Толян Бадалов вернулся домой в омерзительном настроении, поскольку руководство прокатило всех работников с тринадцатой зарплатой, а на праздничный стол хотелось поставить что-нибудь помимо даров огорода. В довершение несчастий в Толькином снегоходе сдох аккумулятор.

Словом, деньги были нужны, как воздух.

Погода тоже не радовала, четыре дня шел дождь, на дорогах блестели лужи и лед, на пешеходных дорожках и тротуарах наступил пик сракопада. Едва не навернувшись в лужу в собственном дворе, Анатолий посмотрел на величаво восходящую в разрыве облаков круглую луну, матюкнулся и рванул дверь дома.

Кицунэ Юка пекла в духовке печенье, не успела еще прибраться на кухонном столе, и Анатолий, сорвавшись, наорал на японку. Юка молча выключила духовку, вытащила противень с печеньем, поставила его остывать и сказала:

- Дурак.

Толяну бы промолчать, но черт дернул его за язык.

- Позади дворца микадо я без шуток не хожу! – проорал он. – То просуну в дверь нунчаки, то катану покажу.

Этого говорить не следовало. Юка исподлобья глянула на Анатолия и ушла в дальнюю комнату, сильно хлопнув дверью.

Праздник удался.

Окончательно распсиховавшись, Анатолий схватил кухонный нож, вылетел во двор, всадил лезвие в чурбак для колки дров, перекувырнулся через нож и превратился в здоровущего мохнатого волка.

Волчара взвыл и помчался в лес.

Километрах в пяти от деревни злющий Анатолий налетел на волка Француза.

- Кес ке се, Анатоль? – удивился волк.

Толян залпом выдал перечень несчастий, Француз задумался.

- Анатоль, - проговорил он немного погодя. – Тю е ан имбесиль.

- Знаю, - понял его без переводчика оборотень. – Я ща… остыну и пойду мириться.

- Прогуляемся? - предложил Француз. - Как раз и остынешь.

В лесу было холоднее, подтаявшие сугробы покрылись прочной ледяной коркой. По насту волк с оборотнем дошли до холма и дуэтом завыли на луну.

Ветер разгонял облака, луна ползла все выше. Звезды горели все ярче.

Небо окончательно очистилось часам к десяти, луна светила, как фонарь. Дело шло к похолоданию.

Француз задрал морду к луне, набрал воздуха в грудь и вдруг, выдохнув, принюхался.

- М-м-м, - издал он звук блаженства.

Анатолий тоже понюхал воздух. Отчетливо пахло шашлыком.

Переглянувшись и втянув слюнки, приятели пошли на запах, и скоро увидели меж деревьев желто-оранжевые сполохи костра.

Они подошли ближе.

Пылающий костер освещал поляну, на которой собралось интересное общество. Анатолий насчитал десять мужчин разного возраста, трое из которых готовили на мангалах шашлык, остальные сидели за накрытым столом, мирно беседуя.

Молодой парень в джинсовой паре, расшитой зелеными листьями, вгляделся в сумрак ночного леса и сказал:

- Эй, в лесу! Раз пришли – милости просим.

Первым подошел Француз.

- С наступающим, - сказал он.

- С наступающим, - спохватился Анатолий и встал рядом с приятелем.

От мангалов шел такой дивный аромат, что у голодного Толяна закружилась голова.

- С наступающим, Француз, - приветствовал гостей благообразный дедушка с длинной бородой, сидевший во главе стола на складном кресле. У кресла глубоко в снег был воткнут шикарно сделанный резной посох. – Кто там с тобой? – дед прищурился. – А, Толик Бадалов. С праздником.

- Спасибо, - знакомство с обитателями сказочного леса научило оборотня не удивляться. Тут знали всё про всех, однако не мешало бы выяснить, кто эти люди. – Пардон, вы кто?

- Декабрь, - представился дед.

- Май, - назвался парень в джинсовке.

Апрелем оказался продувного вида малый в демисезонном пальто и кепке; Март, сидевший слева от него, расстегнул ворот китайского пуховика, и пригласил гостей к столу. Февралю было на вид лет шестнадцать, но он лихо управлялся на разливе водки по стопкам.

- Июнь! Июль! Август! – раздались голоса трех кряжистых мужиков от мангалов.

- Октябрь, - прохрипел простуженным голосом красноносый мужчина и высморкался в вышитый платок размером с полотенце.

Сидевший рядом с ним хмурый Ноябрь всем своим видом вгонял в депрессию.

Понявший, что попал на предновогоднюю сходку двенадцати месяцев, Анатолий хотел спросить, куда девали еще двоих, когда услышал звук мотора. Звук приближался, превращаясь в рев, меж деревьями замелькал луч мощной фары, и на поляну ворвался белый снегоход.

- А вот и мы! – заглушив мотор, сообщил мужик в штормовке и камуфляжных штанах. За его спиной сидел пацан лет десяти в дубленом полушубке со следами кетчупа. – Магаз закрывался, еле успели.

Апрель принял у пацана рюкзак, из которого радостные месяцы достали баночное пиво и сунули упаковки в сугроб для охлаждения.

Водитель снегохода представился как Сентябрь, пацан сказал, что он Январь.

- Чего ты такой маленький? – удивился Анатолий.

- Да я старше тебя на хреналион лет. С меня год начинается, каким мне быть? – нахмурился Январь. – А кстати, до восемнадцатого века мелким был этот! – он ткнул пальцем в Сентябрь.

Тот цинично ухмыльнулся, взял стопку, опрокинул ее в горло и обратился к Январю:

- Твое здоровье, расти большой.

- Еще издевается, гад! – Январь бросился с кулаками на коллегу, но его перехватил Март.

Января успокоили банкой пива, гостям щедро положили в пластиковые тарелки божественно вкусного шашлыка. Анатолий наелся, подобрел и подумал, что вел себя с Юкой, как м… ну вы поняли. Француз тоже наелся и решил завести светскую беседу.

- Погода в последнее время не радует, - сказал он. – Климат меняется, что ли?

Январь заржал и захлебнулся пивом, Декабрь почему-то покраснел.

- Климат… - вздохнул Май. – Это Декабрь мне пять дней в карты проиграл. Скажите спасибо, что не больше.

Случайно выяснив причину погодных аномалий, Анатолий решил уточнить:

- Помню, три недели в марте давило под минус двадцать.

- Ой, не фартило Марту, ой, не фартило, - сказал Февраль, прищурившись.

- Карта не шла, - спокойно отозвался Март и обмакнул в кетчуп солидный кусок шашлыка.

- Да не переживайте, обещаю до конца месяца минус тридцать, - ухмыльнулся Январь и кинул пустую банку в костер. – Я-то ничего не проигрывал.

Погрозив Январю, Декабрь посмотрел на старинные карманные часы.

- Не пора ли гостям прощаться? – проговорил он. – Я не выгоняю, ни-ни, но Новый год нужно встречать дома.

- Он с Юкой поцапался, - выдал приятеля Француз.

Декабрь укоризненно покачал головой.

- Так нельзя, - сказал он. – Ругаться накануне праздника? Анатолий! Ты ж мужик хороший, работящий, хозяйственный (остальные месяцы кивали), мы тебя знаем. Юка тебе нравится, это мы тоже знаем. И она девушка на зависть, хоть и японка. Что на тебя накатило?

- Дурак я, дурак, - повинился Анатолий.

От мангала подошел Август, протянул руку к посоху:

- Одолжи ненадолго.

Декабрь кивнул. Август забрал посох, ушел в лес и вернулся с полной корзинкой лесной малины.

- Держи, порадуешь бабу.

Юка обожала малину с молоком.

Обрадованный Толик замкнул сильные волчьи челюсти на ручке корзины.

- Шпашыбо, - невнятно поблагодарил он.

- Гран мерси, - продублировал Француз. - Пойдем мы.

Приятели ушли с поляны и собрались провести марш-бросок до деревни, когда вслед прилетело:

- Ба-да-лов!! Весной картошку на нижнем огороде не сажа-а-ай! Слышишь? Не сажай! Вымокнет! Мы Октябрю двадцать два дня проигра-а-а-а-али!

Защитники

Двери Кощеева особняка автоматически открылись, впустили Лешего и закрылись. Лесной хозяин миновал просторный холл, поднялся по лестнице с резными перилами на второй этаж и заглянул в покои Бессмертного.

- Ну? – неприветливо буркнул из глубокого кресла Кощей.

На спинке кресла сидела декоративная дракониха Зажигалка, у ног Кощея лежали адские гончие и делали вид, что спят.

- Как съездил? – осведомился Леший.

Кощей возил собак в Норфолк на соревнования.

- Ужасно, - пробубнил Бессмертный и попытался ткнуть Фобоса ногой, но не дотянулся.

Леший растерянно посмотрел на собак и пожал плечами.

Секунду подумав, Кощей кивком указал на широкий стол. Между системником и монитором стоял большой золотой кубок, лежали две медали с изображением сидящих собак и пергаментные грамоты на староанглийском.

- Первое место? – Леший шлепнулся в другое кресло.

- Ну.

Судя по лексике и интонации, Кощей был очень зол.

- А чего тогда «ужасно»? – не понял лесной хозяин.

- Две дисциплины было, две! – рявкнул Кощей. – Послушка и кусачка. Послушку отработали идеально, за нее и приз.

Фобос дернул ухом, Деймос стукнул по полу хвостом.

- Кусачку провалили? – догадался Леший.

Фобос открыл глаза, с укором глянул на гостя, Деймос сморщил нос.

- Не собаки, а творцы пакостей, - чуть успокоившись, Кощей обрел способность связно излагать. – Поставили чугунного болвана для кусачки, все хеллхаунды до единого! все, повторюсь! Рывок, бросок, вцепились. Голову болвану оторвали, руки, куски из тулова повыдирали. Доходит очередь до нас.

Фобос закрыл глаза и отодвинулся от хозяйского кресла, Деймос отвернул морду.

- Я: «Фас!» и спускаю с поводка, - Кощей рычал не хуже собак. – Эти… твари… вразвалочку подошли, лениво куснули и вразвалочку вернулись. Нас чуть с соревнований не сняли. Жюри орет: «Брак породы! У них нет агрессии!» Я ору: «Почему она должна быть?!» Заводчик орет: «В стандарте породы про агрессию ничего нет!» Жюри полезло в стандарты, ан заводчик-то прав. Крыть нечем. Председатель, этот Кроули, говорит: «Они вас не защитят», я: «Вы на меня замахнитесь». Желающих не нашлось.

Леший хихикнул.

Хеллхаунды дружно вздохнули.

- Один кубок получили, и то ладно, - Кощей опустил глаза на собак и возвысил голос. – Как? Как вас везти на соревнования по следовой работе?! Я за вас со стыда сгорю, сукины дети!

- Когда к собакам обращаются «сукины дети», - заметил Леший, - это не ругань, а констатация факта. Кстати, я пришел по поводу следовой работы. Кубышкин намедни у туннеля шлялся, заметил какую-то тварь, вроде оттуда вышла. Надо бы след взять.

Несмотря на высокомерие и некоторый снобизм, Кощей радел за обитателей сказочного леса. Он поднялся, дал команду собакам и велел драконихе охранять дом. Зажигалка устрашающе расправила крылья и зашипела, показывая готовность к труду и обороне.

Пока подошли к туннелю, в лесу начало темнеть.

Хеллхаунды сразу взяли след и потащили хозяина по переплетению лесных троп. Леший бежал рядом, комментируя:

- Куда тварюга могла пойти? Разве на Мокеев хутор?

- Там Полевой, он отобьется, - ответил Кощей.

Собаки резко взяли вправо.

- К старому разъезду пошла, что ли? – удивился Леший.

- Почему бы нет, - отозвался Бессмертный.

Леший притормозил, разглядывая глубокие следы на сырой земле. В темноте глаза лесного хозяина засветились, словно две гнилушки.

- Нога здоровая, - сказал Леший, догнав Кощея.

- Вижу, - Бессмертный давно заметил отпечатки гигантских ступней. – Нас навестило что-то большое и тяжелое.

Фобос остановился, зарычал. Деймос понюхал воздух, поднял шерсть на загривке.

- И оно неподалеку, - заключил Леший, оглядываясь.

Собаки привели к сильно заросшей тропе, ведущей мимо развалин одинокого домика к остову платформы и частично демонтированным железнодорожным путям. Метрах в пятидесяти от насыпи под узким мостом текла безымянная речушка, вытекающая из заповедного озера.

Собаки смотрели в сторону моста и скалились.

- Оно под мостом, - сказал Леший.

Кощей щелкнул карабинами, отпуская хеллхаундов, и очень вовремя, поскольку из-под моста, пригнувшись, вышло огромное глыбообразное создание, медленно выпрямилось и повернуло голову с маленькими красными глазками в сторону Бессмертного.

- Гр-р-р-хы, - изрекла тварь, махнув тяжелой лапищей.

Собаки метнулись к пришельцу, как две стремительные тени, и набросились на него, Фобос вцепился в руку, Деймос в шею. Оказавшаяся неустойчивой тварь свалилась.

- Ры-ых? – удивилась она.

Хеллхаунды сжали челюсти.

- Ко мне, - негромко произнес Кощей.

С сожалением оторвавшись от врага, собаки вернулись к хозяину. «Не зря первое место по послушке взяли», - подумал Леший.

Погрызенная тварь села.

От лапищи, в которую вцепился Фобос, отвалился изрядный кусок и упал с каменным стуком. С шеи посыпался гравий.

- Да это тролль! – понял Леший. – Настоящий, древний, каменный.

Тварь захныкала.

Кощей что-то произнес на грубом языке, которого лесной хозяин не знал. Тролль ответил и встал, косясь на собак. Бессмертный указал направление, и тролль торопливо пошел, за ним двинулись Кощей, Леший и хеллхаунды, причем при каждом резком движении собак тролль останавливался и начинал хныкать, Кощею приходилось его успокаивать.

Отконвоировав тролля к туннелю, Бессмертный отправил его в Ётунхейм, потом повернулся к Лешему и самодовольно произнес:

- Видел? А Кроули говорил, что они меня не защитят. Болван.

- Защитники, не поспоришь, - сказал Леший и погладил хеллхаундов.

Фирменный кокошник

Поздним январским утром в приоткрытую форточку дома Лешего протиснулся бельчонок Игорь, стряхнул снег прямо на подоконник и трагически возвестил:

- Зинка с катушек съехала, хочет стать рождественской елью.

Леший выглянул из-за ноутбука и почесал пятно мха на щеке.

- Мне интересно, - сказал лесной хозяин, - какой фильм ей показал Комлев, прежде чем завалиться в спячку… Ладно, где Зинаида?

- Во дворе, - сообщил Игорь и слинял.

Выйдя во двор, Леший узрел ель Зинаиду, которая за время, прошедшее с памятного дня запугивания Семыкина, вытянулась, распушилась и нынче вкусно пахла хвоей и морозом.

- Меня надо украсить, - заявило дерево, сделав мохнатой лапой неопределенный жест. – Гирлянды повесить мигающие, с разноцветными лампочками, навершие красивое подобрать, кику или кокошник, игрушки найти небьющиеся. И я пойду всех поздравлять и петь колядки.

- Спятила, - проговорил Леший. – Чего ты лезешь в христианские традиции, мы же нечисть!

- Я нечисть?! – страшно удивилась Зинаида, заставив лесного хозяина задуматься.

Вопрос стоял интересный. Является ли нечистью волшебное дерево, посаженное Лешим? Вроде как не была, не привлекалась, не… Хотя стоп.

- А кто? – пошел в наступление лесной хозяин. – После хэллоуинских закидонов кто ты, как не нечисть? Для Семыкина, во всяком случае.

- Не знаю, не знаю, - задумчиво протянула Зинаида. – Шестакова говорит, что запугивание Семыкина – величайшая миссия, выполненная деревом.

- С каких пор у нас Шестакова в авторитете? – возмутился Леший.

Перебравшийся на крышу веранды Игорь внимательно слушал, гордясь матерью.

- Всегда была, - пожала лапами ель. – Еще отмазки найдутся или начнем меня украшать?

Леший неразборчиво выругался и направился в мастерскую, откуда в скором времени вышел в сопровождении джинна-мастерового Сереги. Сдвинув на затылок потертую ушанку, Серега прицельно глянул на Зинаиду и сказал:

- Тебя особо украшать не нужно. Шишки покрасим золотой нитроэмалью, подсветим гирляндой, и ништяк. Ну, серебряную мишуру повесим еще, так и быть.

- А навершие? – голосом капризной примадонны спросила Зиночка. – Кокошник хочу.

Игорь соскочил с веранды, прыгнул на плечо Лешему и что-то зашептал ему в ухо, подхихикивая. Лесной хозяин ехидно ухмыльнулся:

- Будет тебе кокошник.

Работа закипела.

Серега делал гирлянду, Леший аккуратно подкрашивал шишки краской из баллона, Игорь исчез до вечера и, вернувшись, притащил сборник колядок, которые по его просьбе нашел в интернете и распечатал Толян Бадалов. Зиночка училась петь, причем у нее обнаружилось глубокое контральто.

- Кого поздравлять собираешься? – осведомился волк Француз, зашедший полистать свои книги по истории Франции. Книги он хранил у Лешего, в доме лесного хозяина было надежнее.

- Весь лес обойду! – вдохновилась Зинаида.

- Можешь Бадалова поздравить, - предложил волк.

- Точно. И Юка порже… порадуется, - добавил Серега. – О! На выселки зайди, тамошние бабки давно ничему не удивляются, Варвара всю осень в избе-игральне проторчала, турнир по покеру помогала организовывать.

- И еще одну можно поздравить, - сказал Игорь, подмигнув. – Мля, да не бабку, что вы на меня смотрите. Ласточкину Светку. Я ее позову на улицу, а Зинаида колядку споет.

- Ой, радуйся, земле… - Зиночка кашлянула. – Нет, на полтона выше. Ра-дуй-ся… Да, так лучше.

- Давай гирлянду примерим, - Серега нес ворох проводов и лампочек. – Аккумулятор к стволу примотаем изолентой, и будет зашибись.

- А навершие? – вспомнила ель.

Леший с Игорем переглянулись.

- Я пошел кокошник делать, - сказал Леший. – Болгарка на месте?

- На месте, - занятый примеркой гирлянды Серега не поинтересовался, зачем лесному хозяину болгарка и почему в мастерскую ускакал Игорь.

Скоро из мастерской послышался пронзительный звук разрезаемого металла, Француз повел ушами, подозрительно посмотрел в ту сторону и спросил:

- Из чего Леший кокошник ваяет, мон ами?

Серега отмахнулся, поскольку у него что-то не заладилось с подключением.

Прискакал Игорь, забрал баллончик с золотой краской и умчался обратно.

Наконец Зинаиду обрядили, и заметно похорошевшая ель оперным голосом поблагодарила Серегу, а потом из мастерской вышел Леший, держа на вытянутых руках дивный кокошник с фигурными краями, феерично расписанный золотой и красной красками.

При помощи Сереги и Игоря Леший надел кокошник на верхушку ели.

- Ой, почему он тяжелый-то такой? – подивилась Зиночка.

- Фирменный, - сказал Леший. – Носи на здоровье.

- Иди потренируйся, что ли, - внес предложение Игорь. - Кубышкин с Осинниковым у Малиновки на Межевой сено трескают, сходи, спой им что-нибудь проникновенное.

- А то, - Зинаида выпрямилась, старательно удерживая в равновесии на верхушке кокошник. – И пройдуся.

Она ушла.

Игорь мелко затрясся от смеха.

Леший ухмыльнулся.

- Из чего кокошник сделан? – спросил умирающий от любопытства Француз.

- Фирма! Художественная резьба по металлу, - Леший надул щеки, перебарывая смех, и выдал на выдохе: – из штыковой лопаты!

Француз повалился на снег, давясь от хохота.

Серега закрыл лицо рукой.

- Бедная Зинаида, - с трудом проговорил он.

Охота на гарпию

Стоял обычный прохладный весенний день, над болотами медленно колыхался тяжелый сырой туман. Болотники Сысоевы мирно отдыхали на большой обсохшей кочке, когда из тумана вывалился грифон Валера и рухнул в бочагу с торфяной водой, обдав болотников грязью и ошметками тины.

- На вынужденную пошел? – пропыхтел Сысоев, помогая грифону выбраться на кочку. – Хреновый из тебя пилотажник.

- На меня напали! – истерически взвизгнув, Валера с тревогой посмотрел на небо.

Ничего, кроме тумана, не увидел.

Сысоев хотел съязвить, но заметил на ухоженной заднице грифона глубокие следы когтей, располосовавших кожу до крови. Болотник забеспокоился.

- Обработать надоть, - сказал он.

- Тута подорожник не поможеть, - поддержала Сысоева. – Хошь, до Лешего сбегаю?

Валера согласился.

Лешего привели нескоро. Обработав раны, лесной хозяин резонно спросил:

- Кто это тебя?

В сказочном лесу крупнее Валеры летающего зверя не водилось. Нет, изредка прилетали в гости гаргульи, только те местными не считались, а грифона признали своим.

В компании Лешего Валера заметно успокоился и отвечал без истерики.

- В тумане плохо видно, но вроде как женщина. С крыльями.

Сысоев хихикнул.

- Баба, значить, с крыльями? И с когтями?

- И сиськи были! – внезапно вспомнил грифон. – Голые.

- Пошляк, - заметила Сысоева.

- Почему пошляк, если они реально были голые? – удивился Валера.

- Красивая женщина-то? – поддержал разговор Леший, укладывая медикаменты в саквояж.

Валера подумал.

- Не, страшная. Хуже Кикиморы.

- Во-во, еще при Кикиморе такое скажи, - буркнула Сысоева. – Она тебе это вечность припоминать будеть.

Грифон опомнился и выразил надежду, что Кикиморе его слова не передадут.

- Не передадим, - заверил Леший. – Кстати, если припомнишь подробности про бабоптицу… или птицебабу… прилетай и поделись.

Очень озабоченный Валера прилетел через день и принес два длинных коричневых маховых пера. Леший прикинул размах бабоптичьих крыльев и ужаснулся – согласно закону корреляции, неведомое существо по размерам тянуло как минимум на гаргулью.

Не успел Валера рассказать, где нашел перья, как во двор свалился дико напуганный ворон Артемий Петрович с ополовиненным хвостом.

- Гагпия-я-я! – заорал картавый ворон. – Хищная гагпия!

- Кто? – не понял Валера.

- Гарпия, - перевел Леший.

- Летел, никого не тгогал, вдгуг как свалится с высоты, гучищами как цапнет, - Артемий Петрович извернулся, посмотрел на остатки хвоста и зарыдал. – Как я летать буду? Галки засмею-ю-ю-ют…

- Откуда у нас гарпия? – удивился Леший. – Опять туннель дурит?

- С полетами придется пока завязать, - высказал разумную мысль грифон.

- Черта с два, - сказал Леший. – Кто гарпию ловить будет? У нас из ВВС Яга и ты.

Валера заметно струхнул. Артемий Петрович перестал рыдать и саркастически промолвил:

- Наш Валега летает, как отгавленный дятел.

- Яга потренирует, - заявил Леший и заорал, подзывая мамонтенка: – Васька! Васька, ко мне.

На мамонте к Яге и поехали. Лететь отказались и Валера, и Артемий Петрович.

Выслушав сообщение про гарпию, Яга поначалу удивилась и задумалась.

- Это туннель, - спустя некоторое время изрекла она, покачивая головой. – Константинос намедни домой мотался, наверняка на обратном пути гарпия за ним увязалась, а он не заметил, ирод близорукий.

- Точно, еще же Костя крылатый, - озарило Лешего при упоминании купидона Константиноса. – Ты смотри, звено истребителей собирается.

- Хана гагпии, - сарказм не оставлял ворона. – Сплошь асы и снайпегы подобгались. Еще белок на дельтапланах запустите для поддегжки на малых высотах.

Яга захохотала.

- Ладно, - сказала она, отсмеявшись. – Что у нас на повестке дня? Отлов гарпии и депортация на историческую родину?

- Для начала ее надо найти, - из часов подала голос кукушка Тамара Георгиевна.

Организацию поиска поручили кукушке, поскольку Тамара Георгиевна знала всех птиц в окрестностях, а пока пернатые обшаривали лес и воздушное пространство над ним, Яга попыталась обучить Валеру высшему пилотажу. Леший тем временем дозвонился до Константиноса.

Уяснив суть проблемы, Костя явился аккуратно в тот момент, когда Валера в очередной раз свалился на крыло.

- Хоть и Валегий, но не Чкалов, - прокомментировал Артемий Петрович, охрипший от хохота.

- М-да, не дано, - мрачно резюмировала Яга и повернулась к купидону. – Костя, воевать с гарпией придется нам вдвоем. Этот, - кивнула она на печального грифона, - будет на подхвате.

Гарпию обнаружили свиристели. Половина стаи наблюдала за злющим голодным существом, которое выслеживало с высоты живность, наиболее быстрые птицы сгоняли за Ягой. Забрав у Лешего пистолет и дротики со снотворным, Яга стартовала в сопровождении Кости. Стрелы Костиного арбалета тоже несли заряд снотворного.

Позади на крейсерской скорости тащился Валера, сменивший фирменную бейсболку службы доставки на шлем с визором, любезно предложенный Ягой. На визор проецировались данные компаса, указателя скорости и альтиметра.

Яга и гарпия заметили друг друга одновременно. Издав протяжное низкочастотное шипение, гарпия могучими взмахами крыльев набрала скорость и метнулась к старухе. На вираже Яга легко ушла от столкновения, поднялась выше и прицелилась.

Пистолет хлопнул и выбросил дротик. Мимо.

- Стой! Стрелять буду! – завопил подлетевший Костя, наводя арбалет.

- Она по-русски не понимает, - напомнила Яга и попробовала зайти от солнца.

Константинос проорал предупреждение на греческом, гарпия глянула на него и зло зашипела. Тогда Костя нажал спуск, предсказуемо промахнувшись.

- Снайпегы, - издевался Артемий Петрович, державшийся поодаль. – Вогошиловские стгелки.

- Петрович, заткнись, пока тебе не попало! – рявкнула Яга.

Метла норовила сорваться в штопор, но старуха уверенно справилась, налетела на гарпию, увернулась от удара когтей и снова выстрелила. Дротик задел крыло, не причинив вреда бабоптице.

Рассевшиеся на рябине свиристели орали и подбадривали летунов.

Артемий Петрович молчал, зато издевательски хохотал.

Привлеченные шумом, из дупла высыпали сыновья Шестаковой и во главе с матушкой поднялись на вершину сосны. На верхушке далекой елки свистели и махали лапами Никитины. Белки всегда были падки до зрелищ.

- Что у вас тут? – спросил Валера, долетевший, наконец, до места воздушного боя.

Увидев грифона и почуяв в нем слабое звено, гарпия обрадовалась.

Войдя в пике, она атаковала Валеру сверху, но, когда он услышал предупреждающие крики и поднял голову, в нем разом проснулся дремавший талант. Такого четко выполненного, безупречного иммельмана Яга не видела и на элитных соревнованиях по пилотажу. А уж на какой скорости это было исполнено!

Ворон даже перестал смеяться.

- О! – прокомментировал он. – Необходимость обостгяет газум.

- Валера, вперед!! – заорала Шестакова.

Теперь грифон вряд ли слышал реплики зрителей, он вертелся в воздухе, уходя от гарпии. Каскад фигур высшего пилотажа на нарастающей скорости привел наблюдателей в восторг. Артемий Петрович плюхнулся на ветку дуба и похлопал крыльями, изображая аплодисменты; свиристели гомонили не переставая.

Яга пыталась выцелить гарпию, тем же занимался купидон.

- Заходим от солнца! – рявкнула Косте старуха.

Константинос протер запотевшие очки и кивнул.

Они с Ягой подлетели совсем близко к гарпии. Та слишком увлеклась преследованием грифона и потому заметила врагов в последний момент, когда времени увернуться не оставалось.

Костя выстрелил и попал точно меж голых грудей.

Вместо того, чтобы вырубиться, сложить крылья и упасть, гарпия почему-то заулыбалась, мигом похорошев, обратила взор на измученного Валеру и хрипло, но нежно произнесла:

- С’агапо, агапи му.

Купидон едва не выронил арбалет.

- Я ж, бля, проверял стрелы! – с отчаянием крикнул он. – Как?! Как эта осталась в колчане?!

- Гирна писо, эвтисия му, - проворковала гарпия, с распростертыми руками устремляясь за грифоном.

Валера не оглядывался и потому не видел этого эпичного зрелища.

- Ирод близорукий, - Яга поняла ситуацию и помчалась догонять грифона.

Разбор полетов состоялся вечером во дворе дома Лешего.

Лесной хозяин едва удерживался от хохота при виде хмурого Валеры. Грифон сидел у мастерской, рядом с ним кокетливо устроилась гарпия, нежно гладившая Валеру по перьям на шее.

Не менее хмурый Костя сидел на веранде, слушая красочный рассказ Яги. В рассказ то и дело вставлял реплики Артемий Петрович.

- Что она ему сказала? – переспросил Леший, давясь от смеха. – «Люблю тебя, мой милый»?

- Да, а потом: «Вернись, счастье мое», - буркнул купидон.

- Счастье вернулось? – поинтересовался Леший.

- Прямо там, полчаса убеждали приземлиться, - сказала Яга.

- Но какой пилотаж, какие маневгы, - вставил ворон.

Лесной хозяин заржал в голос, Яга вторила.

- С этой что делать будем? – понизив голос, спросил Артемий Петрович и указал крылом на воркующую гарпию.

- По туннелю обратно в Грецию отправим, - покосился на купидона Леший. – Только придется шмальнуть стрелой, нейтрализующей любовь. Но уже в Греции.

Операция "Б"

Светка Ласточкина колола молотком грецкие орехи для торта. Часть ядрышек ел примостившийся на краю стола бельчонок Игорь. Время от времени он с ловкостью уворачивался от скорлупы, потому что Светка колотила по орехам сильно, но не очень метко.

Параллельно Игорь смотрел по телевизору мультфильмы. С экрана Мартынко сказал:

- А! Обожруся и помру молодой.

- Вот точно, - заметил Игорь и отодвинул лапой орех – больше не лезло. - Кстати, завтра у нас намечается операция «Б».

- Чего? – Светка уронила молоток.

- Белку поймали нашенскую, Лизку Никитину, - пояснил Игорь. – Освобождать пойдем, поэтому операция «Б» - белка.

- Каковы детали операции? – подозрительно спросила Ласточкина.

Она имела представление о белках волшебного леса.

- Вкратце, - прищурился бельчонок, - мы десантируемся с вертолета, проникаем через форточку в дом, открываем клетку и эвакуируемся.

Перед глазами Светки возникли кадры из фильма «Апокалипсис сегодня» - вертолет на фоне солнца, грохот лопастей и «Полет валькирий», затем промелькнуло видение Игоря, восседающего на развалинах дома: «Мля, Светка, люблю я запах напалма поутру».

Ласточкиной пришлось сильно тряхнуть головой, чтобы отогнать это видение.

- Ага, - произнесла она. – У вас есть вертолет?

- У Сереги есть, - сказал Игорь. – Радиоуправляемый.

Ласточкина решила не уточнять про Серегу.

- Ага, - снова сказала она, подобрала молоток и долбанула по ореху. – Компанию белок высаживают с радиоуправляемого вертолета на крышу… А попроще нельзя?

- Можно, но скучно, - хихикнул бельчонок.

- Кого решили довести до инфаркта? – спросила Ласточкина, выбирая из мешанины годные ореховые обломки.

- Друган твой отличился, Денисов, - сообщил Игорь.

Светка застыла минуты на две, потом отложила молоток и орехи, пошла за курткой.

- Лезь в капюшон и не отсвечивай, - бросила она белке.

- Куда пойдем? – осведомился Игорь, устраиваясь в капюшоне.

Меркантильный нахал не забыл прихватить большой орех.

- В тридевятое царство! – отрезала Ласточкина. – И не сори скорлупой.

Игорь хмыкнул.

Колян Денисов был дома, сидел за ноутом, во что-то играл. На столе за его спиной в просторной клетке с частыми прутьями сидела шикарная огненно-рыжая белка и жгла Денисова злобным взглядом.

- О, Цвяточек! – при виде Светки Колян развернулся к ней вместе с креслом, одновременно снимая наушники.

- Дошло до меня, о великий шах, - ехидно произнесла Ласточкина, - что у вас имеется пойманная белка. Так вот, - продолжила она уже нормальным голосом, - отпусти белку, Николай Григорьевич.

Денисов посмотрел на белку. Белка ответила ему еще более злобным взглядом.

- Ващет я ее хотел тебе подарить, - слегка сдулся Колян.

Стрела купидона пока действовала.

- Спасибо, у меня уже есть, - отказалась Ласточкина и услышала, как в капюшоне шевелится и хихикает Игорь.

- Выпускай, - мрачновато разрешил Денисов.

Светка открыла клетку. Белка церемонно вышла, протянула лапу спасительнице:

- Елизавета.

Ласточкина осторожно, двумя пальцами, пожала хрупкую беличью лапку:

- Светлана.

Елизавета повернулась к онемевшему Коляну, вздохнула и произнесла:

- Сволочь ты, Денисов.

- И не говори, - высунулся из капюшона Игорь. – Еще хоть одну белку поймаешь – все провода в доме перегрызем.

Он перебрался на плечо Светке, воинственно встопорщил усы.

- Ну всё, отменяем операцию. Пошли, Лизка.

Белки ловко перемахнули на подоконник, по ручкам рамы допрыгали до форточки и выбрались из дома.

Светка Ласточкина, про себя радуясь отмененной операции «Б», осталась приводить в чувство Денисова и давать пояснения.

Объясняться пришлось долго.

Марфуша

Новогодние выходные запомнились Толяну Бадалову надолго во-первых, из-за встречи с двенадцатью месяцами, во-вторых, из-за печки соседа.

Сосед у Бадаловых появился недавно. Незадолго до пенсии получив по наследству дом от дальнего-дальнего родственника, он подремонтировал и благоустроил участок и дом, а выйдя на пенсию, вознамерился в нем жить, что и сообщил Анатолию, когда пришел знакомиться.

Викентий Владимирович, носивший, как и родственник, фамилию Емелин, производил впечатление солидного, основательного, воспитанного человека, и тем страннее был его визит в трениках, валенках на босу ногу и расстегнутой рубахе с утра пораньше третьего января.

Деревню накануне засыпало снегом, но Емелин бесстрашно преодолел сугробы, заколотил в дверь Бадалова, а когда Толян открыл, пал на колени и попросил отвезти на снегоходе к ближайшей остановке рейсового автобуса.

Втащив соседа в дом, Толик кое-как втолковал ему, что рейсовый отменен из-за снегопада, коммунальщики не расчистили ни дорогу, ни трассу. Сосед затрясся.

- Юка! – позвал кицунэ Толян. – Сакэ еще осталось?

- Не пью, - прохрипел Емелин.

- А придется, - вздохнул Анатолий, чувствуя за его страхом занимательную историю с участием обитателей сказочного леса.

- Сакэ ты вчера выжрар, - сообщила Юка, показываясь из второй комнаты с подносом в руках. На подносе стояла початая бутылка коньяку, стопки и шоколадные плоды чуда-дерева Кикиморы.

Ароматный домашний коньяк, подарок Лешего, был хорош. Емелин опрокинул в себя стопку, закусил конфетой, перестал трястись и попросился переночевать, обещая утром уехать в город.

- Погодите уезжать, - лениво отозвался Толян. – Лучше расскажите, что стряслось.

Замечательный подарок на Новый год сделал Емелину котел, который сдох, не приходя в сознание, второго января ровно в полдень. Емелин, работник умственного труда, реанимировать котел даже не пытался, позвонил одному мастеру, другому, третьему, потом в сервисную службу. Трубку не брали. Дежурный аварийщик сказал, что доехать до Антоновки невозможно в принципе из-за снегопада и нерасчищенной дороги.

Проведя ночь под тремя одеялами и шубой, Емелин утром вспомнил про печь.

А печь в доме стояла солидная, русская, на полкомнаты. Продрогший Емелин принес дров из сарая и начал процесс растопки. Человек до мозга костей городской, имевший дело почти исключительно с центральным отоплением, Емелин исчиркал полкоробка спичек, сжег две газеты и чек из «Пятерочки» - дрова не занимались.

Как вдруг…

- ХХХАТЬФУ!! – выдохнула печь, выплюнув из устья дрова. Затем печь произнесла печальным женским голосом: - халабуда безрукая, бестолковая. Вьюшку не открыл, топку не вычистил, поддувало… ХА! ТЬФУ!!

Из поддувала вылетели клубы золы и медленно осели на полу, на поленьях, на красивом коврике.

- Поддувало тоже не чищено, - продолжала обвинительную речь печка.

Емелин попятился к выходу.

- Дрова осиновые гнилые кто заготовил? Кому руки оторвать? – бухтела печь. – Жаба задавила нормальное дерево купить?

В трубе жутковато загудело. Емелин, на бегу натягивая валенки, выскочил из дома, протаранил хлипкую калитку и бросился по сугробам к соседу.

Анатолий слушал внимательно, Юка тоже.

- Я псих или это чей-то розыгрыш? – в процессе рассказа соседушка опомнился.

Юка с Толяном переглянулись.

- Пойду гляну на вашу печку, - Анатолий потянулся за зимней курткой. – Юка, накорми гостя.

Дверь Емелин оставил открытой нараспашку, в сенях намело снега. Чертыхнувшись, Толян вошел в комнату. Печка как печка, видно, что давно не пользовались. Дрова валяются на полу, покрытые золой. Холодища.

Анатолий выключил свет, закрыл дверь и вышел, доставая мобильник. Дозвонился до домового Матвеича, объяснил ситуацию. Матвеич оживился и примчался на лыжах минут через двадцать, сопровождаемый вторым лыжником, Данилычем, лучшим специалистом-печником среди домовых.

Оставив лыжи у крыльца и отряхнув снег с классических армяков, домовые вошли в дом. Следом заглянул и любопытный Толян.

- Она, - радостно сказал Данилыч, осмотрев печь. – Она, родимая.

- Да ладно, - Матвеич похлопал печку по кирпичам, как добрую лошадь по шее. – Бунтуешь, Марфуша?

- Х-х, кхе! – кашлянула печь Марфуша ошметками золы и сажи. – Данилыч? Матвеич? Откеля?

- Отселя, - передразнил Матвеич. – Почто взъелась, матушка?

- Не чистят, не белят, осиной топить хотел, - перечислила обиды печь. – Да будь я моложе, я б ему дом развалила, лодырю безрукому. А теперя куды мне, дернусь – сама по кирпичикам развалюсь, и никто обратно не сложит.

- Карма у тебя такая, - торжественно пояснил Данилыч, но не выдержал возвышенного тона, крякнул и заговорил обыкновенно: – можно подумать, первый хозяин рукастый был. Одно дело за всю жизнь исделал-то – щуку говорящую поймал.

Отопительное устройство снова отплюнулось золой.

- Зато какая сказка получилась, - мечтательно произнесла печь.

Начиная понимать подоплеку событий, Толян чуть не хихикнул.

- Сказка сказкой, а ряальность ряальностью, - сурово отчитал печку Матвеич. – Ты, Марфа, в корне няправа. Обязанности ня выполняешь.

- Пущай хотя бы почистит! – возмутилась Марфа. – И осиновую погань уберет.

Матвеич посмотрел на Толяна, тот кивнул.

Вернуться домой Емелина уговорили с трудом. В комнате он застал печку с вычищенной топкой и поддувалом – Данилыч подсуетился. Охапку березовых поленьев доставил Матвеич.

Печь была готова к употреблению и не подвела.

Разомлев в тепле, Емелин спросил Толяна:

- Кто-то разыграл, да?

- Угу, - соврал Анатолий, поглядывая на теплые бока печки Марфы. – Пацаны местные, наверное.

- Шутники, однако, - с облегчением выдохнул Емелин.

- Ладненько, - Толян решил, что пора прощаться. – Викентий Владимирович, вы бы печку побелили. Я помогу, если что.

Емелин окинул Марфушу взором, затуманенным коньяком. Призадумался.

- Действительно, непрезентабельно выглядит, надо побелку купить, - проговорил он, - спасибо, Анатолий.

- Не за что, - Толян пошел к дверям, на пороге обернулся, сказал: - печку зовут Марфа, - и быстро-быстро помчался по сугробам домой.

Опять пошел снег, заметая трассу, деревни и сказочный лес.

Под гипнозом

После знатного снегопада, накрывшего окрестные деревни, во всех дворах прокопанные ходы соединяли дома с гаражами, сараями, банями и другими необходимыми постройками. Бабка Сосипатровна пошла вечером кормить кур по заметенному двору, подсвечивая фонариком. Слева и справа, как стенки окопа, возвышались сугробы.

А потом провал.

Очухалась старуха в доме. Часы показывали полночь, бухтел телевизор, в левой руке Сосипатровна по-прежнему крепко сжимала пакет с кормом, в правой – полуразряженный фонарик. Охнув, Сосипатровна помчалась проверить птиц.

Курятник был открыт, всполошенные куры кудахтали и били крыльями.

Двух несушек как не бывало, яиц тоже не оказалось.

Рассыпав корм куда придется, бабка пугливо огляделась, повела трясущейся рукой с фонариком по сторонам. Дрожащий луч высветил синеватые сугробы.

Далеко в лесу завыл волк.

- Свят-свят-свят, - Сосипатровна перекрестилась, заперла дверь на монументальный замок и бросилась домой, к мобильнику. – Машка! – заголосила она, едва соседка ответила на звонок. – Машка-а-а-а, заколдовали меня-я-я-я!

- Господи, да кому ты нужна? – зевнув, осведомилась соседка Мария Егоровна.

Путаясь в показаниях, Сосипатровна изложила историю вечернего похода в курятник.

- Колдовство! – заключила она. – Или хыпноз! Я два глаза видела, - вспомнила вдруг бабка и снова поспешно перекрестилась. – Зеленые. Злющие. Как у змеи-и-и-и.

- Закройся изнутри и никого не пускай, - распорядилась соседка. – Утром приду.

Сосипатровна хотела заныть, но посмотрела на часы. Половина первого. Согласившись с предложениями соседки, она проверила крюк на двери, на всякий случай провернула ключ еще на два оборота и легла на кровать, не выключив ни свет, ни телевизор. С ними было спокойнее.

С тем Сосипатровна и заснула.

Разбудил ее стук в окно и крики соседки:

- Акулина, мать твою растак! Живая, нет?

Сосипатровна явила заспанный лик:

- Ща открою! - и побрела к дверям, потирая затекшую поясницу.

Давно рассвело.

Егоровна стояла злая и ругалась, Сосипатровна суетилась, понимая, что впервые за тридцать лет проспала время утренней кормежки живности, и поросята с курами голодные. Вдвоем с соседкой они быстро управились с делами, затем Мария Егоровна с приставной лесенки у дома осмотрела окрестности.

- Следы есть! – крикнула она. – Вроде кошачьи, да больно здоровые.

- Рыся, что ли? – засомневалась Сосипатровна.

- Тигра лютая, - Егоровна спустилась с лестницы. – Я те что, следопыт?

Акулина Сосипатровна пригорюнилась.

- Колдовская зверюга из лесу пришла али что? Вона вчерась волки завывали.

- Капканы поставь, ток сама не попадись, - посоветовала Егоровна.

Сосипатровна обрадовалась. Капканов после мужа-охотника осталось штук десять всяких разных, поэтому бабка срочно извлекла их из сарая и осмотрела. Хранились они в сухом ящике, густо смазанные солидолом, и особо не пострадали. Два Сосипатровна забраковала из-за слабой пружины, остальные насторожила и расставила по периметру курятника.

Вечером пошла кормить кур.

И очнулась дома в полночь. На столе лежали капканы, сваленные в кучу.

В курятнике обнаружилась недостача очередной несушки. Да, и минус яйца.

Перепуганная бабка позвонила соседке, Егоровна встревожилась, сходила к Толяну Бадалову, изложила ситуацию. Анатолий позвонил Лешему, вечером к дому Бадалова подъехал дорогой снегоход, за рулем которого восседал Кощей. Пассажиром был Леший, бережно державший в руках декоративную дракониху Зажигалку.

По обеим сторонам снегохода бежали хеллхаунды.

- Что там у вас? – лениво спросил Бессмертный, заглушив мотор.

- Вроде колдует кто-то, - сказал Толян и поведал подробности.

Кощей с Лешим переглянулись.

- Пошли, - сказал Леший, превратившись в бородатого мужика.

- У тебя мухомор на затылке остался, - заметил Кощей.

Шепотом выругавшись, лесной хозяин снова сменил облик. Мухомор по-прежнему вызывающе торчал на голове, поэтому Анатолий предложил для маскировки шапку-ушанку.

В сопровождении Кощеева зверинца Толян, Леший и Бессмертный побрели по колее к дому Сосипатровны. Судя по звукам из сарая, поросята устроили голодный бунт, но бабка боялась в темноте выходить из дома.

Анатолию пришлось долго стучать в окно, прежде чем показалось бабкино лицо. Покидать комнату Сосипатровна отказалась категорически.

- Да и хрен с ней, - сказал Леший. – Толька, иди первым.

Зажигалка обеспечивала поддержку с воздуха, взлетев и описывая круги над подворьем.

Бадалов выдохнул и отправился к курятнику по снежной траншее, светя телефоном. Вот и наглухо запертая дверь курятника, а вот и… черная большая тень. Из тени глянули два больших зеленых глаза, Анатолий вдруг почувствовал непреодолимое желание лечь прямо на снег и заснуть.

И тут к нему спикировала дракониха, озарив январскую ночь ярко-желтой струей огня.

Черная тень завопила и бросилась прочь по сугробам, почти не проваливаясь.

- ФАС!

За тенью с радостным лаем метнулись хеллхаунды, а за ними, едва не сбив с ног хлопавшего глазами Толяна, побежали Леший с Кощеем.

Анатолий потряс головой, приходя в себя. Издалека донеслось:

- М-м-мя-я-я-я-я!!

И голос Лешего:

- Тварина!

«Неужели Бегемот?» - изумился Толян, не ожидавший от кота Бабы-Яги разбойничьих выходок.

Мимо протопал Кощей с адскими гончими на поводках. Собаки порыкивали и облизывались, Бессмертный ухмылялся.

- Иди соседку успокой, - сказал он. – Встреча у тебя во дворе.

Достучавшись до бабки Акулины, Толян заверил ее, что все в порядке, колдовство нейтрализовано, для гарантии можно позвать батюшку освятить курятник. Сосипатровна нехотя вылезла из дома, увидела хорошо подтаявший после атаки Зажигалки сугроб, множество следов, среди которых выделялись глубокие отпечатки лап хеллхаундов, перекрестилась и жалобно вопросила:

- Кто приходил, а?

- Злая сучность, - отозвался Анатолий и поправился: - сущность. Пошел я, холодно.

Быстрым шагом Толян добрался до дома минут за пятнадцать. У припаркованного снегохода веселился Кощей, выговаривая подошедшему Лешему:

- Ногами надо было лупить, с чувством, с толком, с душой.

- Кого? – спросил Анатолий.

- Баюна же, - буркнул лесной хозяин. – Совсем распустился, скотина.

- Во как, - Толян усмехнулся. – А я на Мотьку грешил.

- Мотька – кот порядочный, это Баюн охамел вконец, - сообщил Леший. – Надумал людей гипнотизировать, чтоб курятники да сараи открывали, а он кур с гусями воровал. Разносолов ему захотелось, - Леший обозвал кота нехорошим словом, опомнился, извинился и продолжил более мирно: - замки-то он открыть не может, вишь, что сообразил. Мало я ему накостылял, мало.

Прилетела дракониха, выпустила из ноздрей клубы дыма, подсвеченные красно-желтыми искрами, опустилась на плечо хозяина.

- Впрочем, прикрыли кошачий промысел, и ладно, - Кощей завел снегоход. – Анатолий! На масленой неделе ждем в гости с Юкой. Бывай.

Леший занял свое место, Кощей картинно газанул пару раз и уехал. Толян смотрел вслед, пока габаритные огни не исчезли за деревьями сказочного леса.

- Да уж, нескучный январь в этом году, - резюмировал Анатолий.

Праноед

Звонка от ракшаса Вибхишаны Баба-Яга ожидала меньше всего.

- Шуб допехе, - выдохнул ракшас.

- И тебе доброго дня, - Яга со вздохом выключила звук на ноуте. – Что надо?

Прекрасно зная русский, Вибхишана всегда здоровался на хинди, чем злил старуху.

- Я достиг последнего уровня просветления, - заговорил ракшас, - по трем главных каналам нади моя жизненная энергия наполняет чакры…

- Надо-то что?! – рявкнула Яга.

Вибхишана говорил с таким акцентом, что она и половину не понимала.

- Мне нужно попрактиковаться в пране, - перешел к сути дела ракшас. – Пробуждение Кундалини…

Яга выругалась. Кое-как Вибхишана объяснил ей, что гуру посоветовал пополнять запасы праны на будущее, а для этого нужна постоянная солнечная энергия. Хотя бы месяца два.

- У вас же есть белые ночи, - закончил ракшас.

- У нас нет, они севернее, - сказала Яга, догадываясь, к чему клонит Вибхишана.

- Нельзя ли договориться с местными? - ракшас засопел. - В долгу не останусь.

- Перезвоню, - коротко буркнула старуха и отключилась.

Яга хорошо знала занудство Вибхишаны и понимала, что просто так он не отвяжется. Она внимательно просмотрела список контактов и нехотя нажала кнопку вызова. Ответили далеко не сразу.

- Сколько лет, сколько зим, - донесся по громкой связи скрипучий женский голос.

- И тебе не хворать, Сюоятар, - мрачно произнесла Яга. – Есть ли жизнь в Карелии?

Сюоятар хрипло засмеялась.

- Чую, у тебя важное дело, - сказала карельская ведьма.

Про Вибхишану она слышала, поэтому долго объяснять не пришлось.

- То есть, оставить его где-нибудь на горе и пусть вдыхает эту самую прану? – быстро врубилась Сюоятар. – А бабло за беспокойство?

«Тварина меркантильная», - подумала Яга и ответила:

- Бабло с него и стряси, я только посредник. У вас рупии меняют?

- Разберемся, - хмыкнула ведьма. – Дай ему мой номер, обсудим без посредников.

Яга перезвонила ракшасу, продиктовала номер и позабыла о Вибхишане и Сюоятар, поскольку больше ее никто не беспокоил.

Звонок из Карелии последовал через полтора месяца.

- Где этот индийский хрен?! Смылся с концами, и дозвониться не могу, – бушевала Сюоятар. – Где деньги?! Я ему такой счет выкачу, что всеми рупиями монетного двора, или что там у них, не расплатится! Еще о пране втирал, о духовном месте, трепло ланкийское.

- Да что у вас случилось? – Яга сгорала от любопытства.

Поначалу все происходило согласно договоренности. Прибывшего ракшаса встретили, выслушали, проводили на гору и оставили там наслаждаться незаходящим солнцем и видом на далекие болота и чахлые перелески. Первые две недели прошли удачно, но потом намертво испортилась погода. Никакого солнца, сплошь тучи, мелкий противный дождь и похолодание до плюс восьми.

Там продолжалось недельки три. Солнце изредка выглядывало и снова пряталось.

Сюоятар стало интересно, надолго ли хватит ракшаса. Она подождала еще пару дней и пошла на гору, но, видимо, разминулась. На горе Вибхишаны не оказалось, зато, вернувшись домой, ведьма обнаружила разгром. Вместо полных банок солений-варений на подоконнике валялись пустые, в шкафах и холодильнике не осталось ничего съестного.

На столе лежал лист бумаги с надписью, сделанной дрожащей рукой: «Мне стыдно. Пусть меня покарает карма».

- Я его раньше кармы пристукну, - закончила рассказ Сюоятар. – А как врал, что праной питается!

- Подожди, - Яга отключила ведьму и позвонила Вибхишане.

Ракшас отозвался мгновенно.

- Ом таре туттаре туре соха. Ом-м-м. О, как мне стыдно! – завопил он. – Ом мани падме хум. Я недостоин! Ом-м-м.

- Не выгорело с праной? – вставила Яга.

- О! О-м-м! Проклятое место! – тише заговорил Вибхишана. – Семнадцать дней без солнца. Моя жизненная энергия уходила, оставляя меня без сил…

- И ты сожрал все заготовки, - поняла старуха.

- Мне стыдно! Я недостоин своего учителя, - всплакнул ракшас.

- Бери ручку и бумагу, записывай цифры, - Яга продиктовала. – Записал?

- Да, - ракшас окончательно опомнился.

- Вот на эту карту деньги и переведешь, - сообщила Яга. – В рублях. Компенсация за лечо, огурцы, варенье и квашеную капусту. Как переведешь – карма очистится.

- Правда? – обрадовался Вибхишана.

- Правда, - заверила Яга, нажала на отбой и негромко резюмировала: - придурок.

Благо, ракшас ее уже не слышал.

Приз

Открыв почту, Баба-Яга узрела следующее письмо: «Здравствуйте! Отдел магических нанотехнологий проводит опрос среди пользователей, активно применявших заклинание «Ореховый прутик». Ответив на двенадцать вопросов, вы не только поможете нам стать лучше, но и получите право на участие в розыгрыше, главной наградой которого станет приз-сюрприз от наших разработчиков».

- Кхм, - сказала старуха, подумала и открыла опрос.

Затруднение вызвал ответ только на последний, двенадцатый вопрос: «Ваш возраст?» Яга долго мялась, ругалась шепотом, потом крякнула, решительно скопировала и вставила знак «∞».

И выкинула из головы опрос, розыгрыш и приз, в результате чего сильно удивилась, когда пришло сообщение о выигрыше. Отдел магических нанотехнологий поздравил Ягу и вежливо уведомил, что ведьмина служба доставки привезет подарок в ближайшие дни, и действительно, через три дня грифон Валера припер в избу картонную коробку с множественными надписями на английском. «Fragile. Do not throw! Handle with care».

- Распишись, - потребовал грифон, протягивая квитанцию.

Старуха слишком хорошо знала Валеру. Она отмахнулась, вскрыла коробку, размотала множественные слои пузырьковой пленки, вытащила другую коробку, гораздо меньше, открыла и ахнула от восторга.

В стеклянной бутылке был заключен миниатюрный кораблик под всеми парусами, вроде бы чайный клипер. Подкрашенная эпоксидка идеально имитировала воду. Стекло бутылки имело сильный увеличительный эффект, и Яга подивилась чудесной работе - детализация кораблика была потрясающей, мастер проработал каждую мелочь.

- Оба-н-на, - выдохнул Валера.

Кот Бегемот сунулся рассмотреть кораблик. Из часов вылетела кукушка.

- Ой, как здорово, - сказала она.

Кот что-то восторженно пробормотал на исландском.

Опомнившись, Яга пошарила в коробке, отыскала подставку, установила бутылку на столе, расписалась в квитанции и выставила Валеру.

- Ой, красота, - восхищалась кукушка Тамара Георгиевна.

В коробке оказалось еще поздравление и надежда на дальнейшее сотрудничество.

- После такого грех отказываться от сотрудничества, - сказала Яга. – Но!

Кот с кукушкой одновременно повернулись и посмотрели на хозяйку.

- Но я знаю одного моделиста, который оценит кораблик, - старуха вздохнула. – К тому же он оплачивал заклинание в прошлый раз.

- Кощею отдашь? – догадался кот.

- Бартер, - сказала Яга. Хотя кораблик ей нравился, здравый смысл подсказывал подарить его Бессмертному.

- Не жалко? – спросила кукушка.

- Жалко, - призналась старуха.

Кораблик рассматривали долго - вначале при дневном свете, потом, когда стемнело, при лампе. Дивились и восхищались.

А в полночь произошло интересное.

Едва часы пробили двенадцать, эпоксидное море вдруг шевельнулось, по нему пробежали волны, корабль дрогнул и… пошел, накренившись. При этом он, конечно, оставался в бутылке, да и с места не двинулся, но он шел. Красиво шел, вспенивая волны.

По вантам побежали матросы. У штурвала появился рулевой. На шканцах прогуливались офицеры. Судя по форме, англичане.

В две минуты первого экипаж грянул:

- What will we do with the drunken sailor…

Нахватавшись английских слов во время общения с Мэри Поппинс, Яга поняла смысл и рассмеялась.

- Красавцы, - сказала она.

Когда моряки допели, они построились на шканцах, помахали и исчезли.

Часы показывали пять минут первого.

- Вот это бонус, - проговорил Бегемот.

Следующая полночь преподнесла сюрприз. Кораблик изменился, став китобойным судном, французский экипаж исполнил «Pique la baleine, jolie, joli, pique la baleine».

- Ух ты, шикарное волшебство, - пришла в восторг Тамара Георгиевна. – Неужели отдашь Кощею?

Яга тяжело задумалась. Жаба душила все сильнее, однако порадовать Кощея тоже хотелось.

- Отдам, - решилась, наконец, старуха. – Когда весь репертуар прослушаю.

Репертуар был прослушан не единожды, а потому Бессмертный получил кораблик через год.

Маршрутки

Кикимора мирно пила чай с плодами шоколадного деревца, когда к ней пожаловал Кощей. Он деловито натряс с веток фасолевидных шоколадок, устроился за столом и заговорил, сразу начав с упоминания о своем летающем избушонке:

- Цеппелин не избавился от боязни высоты, летает медленно, невысоко и недалеко, поэтому надо вывести на генетическом уровне нормальный летающий транспорт. Как тебе идея?

Бессмертный высыпал в рот горсть шоколадок и с явным наслаждением начал жевать.

Ошарашенная Кикимора поставила чашку на блюдце.

- К такому меня жизнь не готовила, - сообщила она.

Неторопливо прожевав, Кощей заметил:

- Шоколадное чудо-дерево вывела, и это выведешь, - он положил на стол аккуратный сверточек. – Тут генетический материал Цеппелина. Используй с толком.

Бессмертный прихватил на дорожку еще шоколадок и уехал на «Хонде Валькирии», оставив Кикимору в недоумении. С подоконника к хозяйке обратилась бегония Полудикая Орхидея:

- Гля, охренел фраер.

- Избавь меня от фени, - поморщилась Кикимора и задумалась. Полудикая Орхидея обиженно молчала.

Чай давно остыл, шоколадки подтаяли. Кикимора размышляла.

- Нет, ты права, он действительно охренел, - вдруг сказала она.

От неожиданности бегония чуть не свалилась с подоконника, Кикимора же развернула сверточек, оставленный Бессмертным. В нем оказалась пара щепок, кусочек авиационной фанеры и в пробирке немного прозрачной жидкости, похожей на березовый сок. Естественно, какой еще генетический материал предоставит избушонок?

Кикимора хмыкнула.

- Транспорт тебе?! – зловеще спросила она пустоту.

Бегония съежилась.

Кикимора вышла из дома и, обшарив окрестности охотничьим взглядом, обнаружила в кроне сосны Высотниковой старого ворона Артемия Петровича.

- ПЕТ-РО-ВИЧ! – заорала Кикимора, призывно размахивая руками. – Любезный друг! Не откажи женщине!

Заинтригованный ворон прилетел:

- Слушаю.

- Артемий Петрович, дорогой, будешь донором генетического материала? – Кикимора постаралась улыбнуться мило и приветливо. Не получалось.

После небольших дебатов сошлись на заборе крови.

Кикимора получила 0,5 миллилитра кровушки, Артемий Петрович вознаградил себя плодами деревца, дававшего плоды «коньяк в шоколаде». Слегка захмелевший ворон, учтиво попрощавшись, покинул дом по зигзагообразной траектории.

Собрав материалы, Кикимора засела в лаборатории.

Из лаборатории время от времени доносилось хихиканье, иногда старческое ворчание, один раз до изумленной Полудикой Орхидеи донеслось грубое ругательство. Прилетал грифон Валера, привозил заказанное оборудование, на вопросы бегонии пожимал крыльями и улетал.

После телефонного звонка приехал Полевой, отдал Кикиморе банку живой воды и конденсат волшебного тумана, выразил надежду, что старуха не делает бактериологическое оружие, и отбыл.

Наконец явились Леший с джинном-мастеровым Серегой. Они быстро и ловко соорудили не то большой вольер, не то курятник, полили бегонию самогоном и удалились, посмеиваясь.

Через день по вольеру летали странные существа размером чуть поболе Артемия Петровича. Существа имели полое деревянное тело с крохотной головой, вороньи крылья солидного размаха и самолетный хвост. Летали они посредственно, хотя взятый курс держали неплохо.

- Это что? – после долгой паузы спросил вызванный звонком Кощей.

- Летающие… э-э-э… гибриды, - невинно ответила Кикимора.

- И как на них летать? – осведомился Бессмертный.

- А что не так? – Кикимора похлопала глазами, старательно сохраняя образ наивной дуры.

Кощей пока сдерживался.

- Они меня не поднимут, - процедил он сквозь зубы.

- Не может быть, - впервые в голосе Кикиморы появился откровенный яд.

- Издеваешься?! – взревел Бессмертный.

- А что ты хотел-то? – Кикимора невозмутимо улыбалась. – Без внятного ТЗ получается хз. Где я тебе возьму гены птеродактиля? Или дракона? Или археоптерикса? Хочешь нормальную грузоподъемность – неси исходный материал.

- Я уже ничего не хочу, - Кощей плюнул, завел мотоцикл и покинул место научных изысканий, а Кикимора открыла вольер и выпустила жертвы генетики на волю.

Недельки через две позвонила Яга.

- Мать, - сказала она, - летающее хрен пойми что ты вывела?

- Я, милочка, - скромно призналась Кикимора. – Они безобидные.

- Знаю, - Яга начала хохотать. – Ты вообще видела, что в лесу происходит?

Получив отрицательный ответ, Яга посоветовала подруге подъехать на берег заповедного озера к статуе Венеры и понаблюдать. Кикимора так и сделала.

Увидела она это почти сразу – на двадцатиметровой высоте летел, мерно взмахивая крыльями, искусственный ребенок Артемия Петровича. В его фюзеляже удобно устроился Антон Стрельчук. Увидев Кикимору, белка помахала лапой и поздоровалась.

- Куда это ты? – изумилась Кикимора.

- На работу, - ответил Антон.

Жертва генетики прибавила скорости и понесла белку дальше, к избе-игральне. Ошарашенная Кикимора посмотрела вслед, затем перевела взгляд на озеро, в волнах которого резвились мавки. Ни одна из них внимание на летающий транспорт с белкой внутри не обратила, тогда Кикимора попросила у них разъяснений.

- Ой, да белки давно катаются на этих хреновинах, - сказала мавка Агафоклея.

- Как на маршрутках, - дополнила мавка Синклитикия. – Они тупенькие, но маршрут выучили.

- И временные интервалы держат, - закончила Агафоклея. – Следующий через два сорок пойдет, проверяй.

Кикимора проверила. Ровно через два часа сорок минут к Венере подрулило следующее маршрутное такси. На нем терпеливо стоял дятел Молотков.

- Нет, я понимаю, когда белки! – вырвалось у Кикиморы. – Но дятел! Молотков, ты же птица!!

Дятел услышал крик и понял суть претензий.

- И? – сказал он. – Я крылья экономлю.

Кикимора чуть не разбила себе лицо ладонью.

Последняя за этот день маршрутка везла груз орехов для беличьего семейства Никитиных.

Вечером Кикимора делилась новостями с Полудикой Орхидеей.

- Теперь у нас шесть маршруток малой грузоподъемности, - сказала она, - и я уверена, что дело не обошлось без Шестаковой.

- Стопудово, - кивнуло растение.

Словно подтверждая их выводы, на подоконнике материализовался Игорь Стрельчук.

- Мама очень просила вывести еще парочку маршруток с ночным зрением, - сказал бельчонок, неловко переминаясь с лапы на лапу. – С работы ночью возвращаемся, а транспорт не ходит.

Оторжавшись, Кикимора пообещала решить проблему.

Четыре оберега

Звонок от дядьки сильно удивил Толяна Бадалова.

- Толь, поедешь с работы, купи корвалолу, - попросил дядя Коля.

- Кому? Тебе? – переспросил Толян.

Дядя Коля, несмотря на возраст, был ого-го.

- Мне, - слабым голосом отозвался дядька.

Обеспокоенный Толян смылся пораньше, купил корвалол, валидол на всякий случай и припарковал «Кавасаки» у крыльца добротного дядькиного дома.

Николай Константинович лежал на кровати, и Толян с неприятным удивлением обнаружил, что дядька за последний месяц сильно сдал.

- С сердцем хероватенько, - пояснил дядька.

- С чего бы? – обалдел племянник.

На сердце старший Бадалов никогда не жаловался.

- Старость, - дядька, кряхтя, сел. – Организм посыпался.

Он накапал корвалолу, единым духом выпил лекарство, запил водой и повеселел. Анатолий решил посидеть с ним, поставил вариться макароны, а сам в который раз принялся разглядывать фотографии, украшающие стены дома. В молодости дядя Коля работал кинологом, потом держал собак, и на стенах висели их снимки, начиная от черно-белых, сделанных на «Смену», заканчивая яркими четкими изображениями цифрового «Никона». Единственная фотография покойной жены стояла на комоде в окружении кубков, полученных собаками на выставках и соревнованиях.

- Умер Митька, и здоровье мое унес, - вздохнул дядя Коля.

- Митька твой умер шесть лет назад, - возразил Толик, машинально найдя взглядом фотку прыгающего через барьер Митьки, а точнее, малинуа Мицара.

Бадалов-старший любил всех своих собак, а первого, громадного черного восточника, превозносил. «Такие псы, как Юджар, рождаются раз в столетие, - говорил дядя Коля – Толян знал наизусть его рассказы. – Его дрессировать не надо было, все понимал, все делал».

- Полегчало, - выдохнул Николай Константинович. – Бывает, ночью так прихватит, аж грудь сдавит.

Толян вывалил в сварившиеся макароны банку тушенки, поужинал с дядькой и заторопился домой. Николай Константинович вышел проводить его.

Обернувшись, чтобы помахать дядьке на прощание, Толик то ли почувствовал, то ли заметил странное затемнение, вроде как тень легла на дом. И на миг потянуло запахом гнили.

Это Анатолию понравиться не могло.

За первым же поворотом он заглушил мотоцикл, позвонил Яге. Телефон не отвечал. Зато до Лешего удалось дозвониться.

Выслушав сбивчивые объяснения Толяна, лесной хозяин обеспокоился.

- Черт, вот Яга-то не вовремя улетела, - сказал он. - И Кощея нет. Непруха. Я-то в колдовстве не особо шарю.

Толян вздохнул.

- Ты ж на мотоцикле? - спросил Леший и, получив утвердительный ответ, сказал: - на двадцать первый километр дуй, там меня подберешь и к дому закинешь. На месте сориентируемся.

Толян все сделал согласно плану.

Леший в человеческом облике походил вокруг дома, принюхался, посуровел.

- Тьмой пахнет, - сказал он. – Колдовали. Эх, специалистов бы! – он с досадой хлопнул себя по бокам. - Так разъехались все.

- Когда приедут? – уныло спросил Анатолий.

- Яга через неделю, Кощей – не знаю, - Леший подумал. – Познакомь-ка меня с дядькой.

Лешего Толька представил как знахаря и пару минут боялся, что Николай Константинович выставит его за дверь, но дядька, как все Бадаловы, к странностям привык, предложил гостю чаю и ответил на вопросы. Вопросов было два: как давно начало прихватывать сердце и с кем Николай общался приблизительно в это время.

- Ну… - дядя Коля почесал в затылке, растрепав редкие седые волосы. – Ну месяц где-то.

И общался он с половиной деревни.

Леший заметно расстроился.

- Надо ждать специалистов, - резюмировал он. – Дотянешь ли… - лесной хозяин спохватился, увидев вытянувшиеся лица племянника и дяди. – Прощения прошу.

- Чо, так серьезно? – испугался Толян.

К дядьке он относился хорошо.

- А ты думал! – огрызнулся Леший и замолчал, задумчиво рассматривая фотографии собак.

Ему не мешали размышлять.

- О! Оберег нужен, - вдруг радостно сказал лесной хозяин. – Такой, чтоб ух! – он снова посмотрел на довольные собачьи морды. – Есть глина? Или замазка?

- Э-э, нет, - растерялся дядя Коля. – Пластилин есть.

- Давай, - приказал Леший.

Бадалов принес коробку с брусками пластилина, затвердевшими до состояния камня.

Отогрев и размяв бруски, Леший принялся творить и слепил приличных собак, которые даже имели сходство с собаками на фотографиях. Юджар, Мицар, Граф и Герда. Расставив фигурки на подоконнике, лесной хозяин строго произнес:

- От этого окна гнильцой тянет, отсюда пакость идет. Собак не трогать и не переставлять. Ясно?

- Ясно, - кивнул Николай Константинович.

Поскольку Анатолию восемь раз звонила Юка, а Лешего ждал лось Кубышкин, распоровший ногу, гости распрощались.

Две ночи все было спокойно. Дяде Коле стало лучше, сердце работало как часы, пластилиновых собак он не трогал, но к визиту «знахаря» начал относиться скептически. В ретроспективе разговоры про обереги казались нелепыми и смешными.

А потом наступило полнолуние.

Целый день накануне Николай Константинович чувствовал тяжелую, валящую с ног усталость. В доме было прохладно, но ему казалось, что не хватает воздуха, и он совсем было решил открыть окно, да помешала фигурка Юджара, стоящая у шпингалета. Открывать окно значило сдвинуть фигурку. Дядя Коля подумал и трогать собаку не стал.

Он лег рано, заснул и увидел страшный сон. Через стекло протиснулась-просочилась серая тень, стекла на пол и потянулась к кровати. Тень медленно начала приподниматься, сгустилась, нависла над ним, и сердце сразу словно сжала холодная рука.

И тут с подоконника метнулись четыре пса. С хриплым ворчаньем – это характерное ворчанье Графа дядя Коля ни с чем бы не спутал – первым вцепился в тень лохматый тервюрен; захлебываясь злобным рыком, рвала тень немецкая овчарка Герда, молча и отчаянно кусал тень Мицар. Юджар не успел вступить в бой.

Клочья тени начали таять.

Сердце отпустило, и дядя Коля глубоко вздохнул во сне.

Тень исчезла.

Псы деловито лизнули хозяина теплыми языками, вернулись на подоконник. За окном лимонно-желтая луна разливала свет, как краску, и было уже не страшно, а тихо и спокойно.

Утро явило Тольке Бадалову сестрицу Анжелику.

- Подсуетился?! – завизжала она, не дав брату опомниться.

Собиравшийся на работу Толян уронил сумку. На шум вышла кицунэ Юка, сурово свела брови и хотела сказать нехорошее про Анжелику.

- Вот! Вот! – Толянова сестрица размахивала перебинтованными руками. – Оборотней на меня натравили! Лесную шайку вашу!

Анатолий успел прийти в себя.

- Окончательно спятила, - трагически возвестил он. – Прими таблетки.

- Заявление напишу! – продолжала бесноваться Анжелика.

Вспомнив про сделанные Лешим фигурки, Толян начал что-то подозревать.

Вытолкав сестрицу за ворота, он повернулся к Юке. Поскольку та ожидала объяснений, Анатолий быстро рассказал о проблемах дяди Коли и собачьих оберегах.

Николая Константиновича Юка знала и напомнила то, о чем забыл Анатолий.

- Он хотер твоей сестре дом подарить.

Толян застыл.

- Бля, точно! – в голове Бадалова сложился пазл. – Ну су-у-у-ка.

Вечером он явился к сестре вместе с дядей Колей. В суровом молчании родственники расселись за столом, и Толян, выдержав паузу, сказал:

- Дарственную мы сожгли.

- Подавитесь, - процедила Анжелика.

- Ржавый гвоздь от гроба, который ты в стену воткнула, вытащили, - продолжал Анатолий.

Гвоздь нашел и вытащил вернувшийся утром с байкерского фестиваля Кощей, до которого оперативно дозвонился Леший. Бессмертный похвалил лесного хозяина за вмешательство и добавил, что такие обереги не просто защищают, но и при возможности атакуют самого колдующего.

- Последний раз предупреждаю – завязывай, - обратился к сестрице Анатолий. Он боролся с желанием засветить ей в глаз. – Мало тебе?

- Где только нашли этих зубастых дьяволов, - сказала Анжелика. Покусанные руки невыносимо болели.

- Нашли вот, - Толян поднялся. – На любую хитрую гайку всегда найдется винт с левой резьбой, а на колдовство – оберег. Пойдем, дядя Коля.

У порога расстроенный Николай Константинович обернулся и тихо произнес:

- Как же тебе, дуре, повезло, что до тебя Юджар не добрался - он всегда на горло шел.

Патриарх

В дупло Стрельчуков ворвался запыхавшийся Игорь.

- Ма, апокалипсис грядет, - возвестил он. – Деда видел, сюда прется.

При упоминании деда зашедшие в гости Андрей с женой Валентиной выронили орехи, потому что Максим Григорьевич Шестаков был в сказочном лесу легендарной фигурой. Он жил в глухом углу леса, неподалеку от кота Баюна, и кот его боялся, ибо получил от белки так, что запомнил на всю оставшуюся жизнь. Гипнотические чары Баюна на Максима Григорьевича не действовали.

А еще патриарх Шестаков был ярым приверженцем жизни по «Домострою».

- Бля-я, - с ужасом произнесла Виктория Шестакова, оглядела модернизированное дупло и начала распоряжаться. Сыновья и невестка работали не покладая лап, выполняя маскировочные мероприятия.

Когда в овальном проеме входа показалась кряжистая фигура патриарха, Виктория с проинструктированными детьми склонились в поясном поклоне.

- Здравствуйте, сударь-батюшка, - пропела Шестакова.

Дед важно кивнул, прошествовал, опираясь на дубовую клюку, внутрь и расположился меж двумя солидными пирамидами лесных орехов. Игорь не сводил с дедовой клюки глаз – именно этой подпоркой Максим Григорьевич отходил Баюна.

- Так, - произнес дед, оглядывая устеленный мхом пол, запасы орехов вдоль стен, связки сушеных грибов и картину, висевшую напротив входа. На картине художник изобразил красивую белку в сарафане, одесную которой лежали крупные орехи, ошую – солидные ограненные изумруды.

Все было посконно, домотканно и скрепно.

- Дошли до меня слухи, Виктория, что ты грамоте обучена, - Максим Григорьевич погрозил пальцем с длинным когтем.

- Врут, батюшка, - не моргнув глазом, ответила Шестакова.

Бельчата еще раз поклонились. Игорь не спешил выпрямляться, чтобы дед не увидел его ухмылку.

Максим Григорьевич шевельнул седыми ушами, но сказать ничего не успел: Шестакова махнула зажатым в лапе платком, и Андрей с Валентиной подали деду на деревянном подносе заранее собранное ассорти из ореховых ядрышек, грибов и ягод.

- Откушайте, дедушка, - предложил Андрей.

Дедушка откушал, остался доволен и поинтересовался, когда семейная пара осчастливит его правнуками.

- Скоро, - пискнула стеснительная Валентина и смутилась.

Максим Григорьевич погладил ее по голове, еще раз оглядел строй родных и приемных внуков и спросил, где Антон.

- Работает, батюшка, - почтительно отозвалась Шестакова. – Мы все в трудах да заботах.

- А, ну молодцы, молодцы, - закряхтел, поднимаясь, патриарх. – Мать-покойница гордилась бы.

Виктория смахнула лапой несуществующую слезу. Андрей постарался прикрыть опустевшим подносом предательски торчавший из-за склада орехов край парашютного ранца.

Навьючив Максима Григорьевича двумя связками грибов (от помощи и сопровождения он категорически отказался), Виктория помахала ему вслед белым платочком, вернулась и выдохнула.

- Вроде пронесло, - сказала она и щелкнула тумблером.

Сумрачное дупло осветилось светодиодной лампой: Леший с Серегой давно провели электричество. В глубине дупла тихо загудела маленькая холодильная камера, замаскированная сушеными грибами. Холодильник был под завязку набит замороженными ягодами и куриными яйцами.

Андрей с Федором сняли картину, за которой обнаружился экран планшета.

Игорь вытаскивал из-за ореховых пирамид парашютные ранцы и шлемы.

Валентина дернула за веревку, показалась складная лесенка, ведущая на второй этаж. Виталик, Костя и Максим мигом взлетели по ступенькам наверх, открыли оконце и выставили наружу бинокуляр на штативе.

- Дед домой чешет, - хихикнул Виталик. – Бодренько так.

- Не дед, а сударь-дедушка, - крикнул снизу Игорь.

- Интересно, кто сударю-дедушке настучал, что сударыня-матушка грамоту знает? – задумчиво спросил Андрей.

- Надо выяснить, - произнесла Шестакова, плотоядно потирая лапы, - но потом. А сейчас я хочу спокойно посмотреть кино. Андрей, включай.

Ухмыльнувшись, Андрей послушно включил планшет.

Возвращение к истокам

Едва Баба-Яга наложила на порванный рукав огородной кофты последний реанимирующий стежок и перекусила нитку, как снаружи раздался громкий, но несколько смущенный мужской голос:

- Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом.

Изба иронично заскрипела.

- Тут кругом лес! – рявкнула бабка, убирая рукоделье. – Куда ни повернись – всё задом выйдет.

Она высунулась из окна и обалдела. У плетня на шикарном коне сидел бравый парень в красном кафтане, в лихо сдвинутой высокой шапке, в синих штанах с позументом и сафьяновых сапогах с загнутыми носками. Все, включая широкий пояс с кистями, было щедро расшито золотом, золото блестело на колчане, рукояти меча и конском чепраке. Подперсие и узду коня украшали крупные бляхи-фалары.

На реконструктора добрый молодец похож не был. На местного – тем более.

- Так, - пробормотала Яга. – Опять туннель, что ли, барахлит... Кто таков будешь?

Добрый молодец подкрутил ус и воинственно ответил:

- Ты меня сначала напои, накорми, в баньке помой да спать уложи, а потом уж вопросы задавай.

Изба удивленно захлопала ставнями.

- Ах, так! – возмутилась Яга. – Баня во-о-он там, - она ткнула пальцем в строение. – Дрова наколешь, воды наносишь – и парься сколь душе угодно. Изба, вези меня к Кикиморе.

Рванув с места, изба вырулила на дорогу и понеслась, гремя траками. Всадник смотрел вслед, раскрыв рот, потом опомнился и, подстегивая коня плетью, помчался догонять жилище. Изба специально пылила, чтоб погоня не казалась добру молодцу мёдом.

- Бабуля, стой! – доносилось из серых клубов вперемешку с кашлем. – Да стой, я пошутил. Я больше не бу… КХА-КХА-А-А-А… твою мать… не буду!

В избе ржали кот Бегемот с кукушкой Тамарой Георгиевной.

- Тормозни, - тихо сказала Яга, и изба сбросила скорость.

Потерявший лоск и блеск добрый молодец поравнялся с окном и заглянул внутрь.

- Ты ж Яга? – осторожно спросил он.

Конь его теперь шел рысью, всадника изрядно потряхивало.

- Яга, - не стала отрицать старуха.

- Мне сказали, ты можешь дорогу указать к Марье-красе, - сообщил всадник.

От удивления изба остановилась.

- Ну точно, туннель барахлит, - уверилась Яга. – Так, отбой, возвращаемся на исходную.

Вернувшись, Яга с гостем договорилась. Пока он топит баню и моется, она готовит ужин.

За ужином состоялись дипломатические переговоры.

- Иван-царевич я, - представился добрый молодец, уминая горячий борщ со сметаной и краем глаза поглядывая на черного кота.

Бегемот стримил последнюю часть «Resident Evil», звуки из динамиков доносились соответствующие.

- Продолжай, не отвлекайся, - подстегнула гостя Яга.

- Родила меня матушка, да в ту же ночь и преставилась. Было у меня во младенчестве семь нянюшек, только не могли они со мной справиться, плакал я день и ночь, никак уснуть не мог, - обжигаясь борщом, повествовал Иван. - Тогда батюшка сам меня убаюкивал: вырастешь большой, я тебя на Марье-красе, черной косе женю. Трем мамушкам да девяти батюшкам она дочка, тридцати бабушкам внучка, сорока братьям сестра.

Из часов показалась голова кукушки, ее глаза ехидно блестели.

- То есть, вам эту мантру все детство читали? – спросила она.

Иван не понял про мантру, но о смысле фразы в целом догадался.

- Ага, - гость протянул Яге пустую тарелку. – Добавки можно? Сказочно вкусный борщ.

Яга не поскупилась, налила ему еще.

- Дальше, - сказала она.

- Когда вырос я в добра молодца, - Иван повел широкими плечами, - братья мне и говорят…

- А братья откуда взялись? – удивилась кукушка.

- Так батюшка второй раз женился, - пояснил царевич. – Два брата у меня младших.

- Ясно, продолжай, - Яга отрезала солидный ломоть хлеба, придвинула гостю.

Поблагодарив, Иван послушно продолжил:

- Говорят, обещал тебя, Иване, батюшка на Марье-красе женить, а слова своего не сдержал, и так обидно мне стало, что отправился я искать Марью в тридевятое царство, в тридесятое государство.

Картина начала проясняться.

На всякий случай Яга уточнила:

- Про меня кто сказал?

- Девки хвостатые на озере, - приговорив борщ, Иван добрался до мозговой кости. – Сказали, что Яга все знает.

- Мавки, - подал голос кот.

Царевич успел побывать на заповедном озере.

- Иван, - осторожно начала Яга, - батюшка твой помер али нет?

- Помер, - печально сообщил царевич, перестав ковырять кость кинжалом дамасской стали.

- И ты наследник? – спросила Тамара Георгиевна, которая тоже быстро соображала.

Иван застыл. До него, наконец, дошло.

- Я дурак, - произнес он.

Кукушка поаплодировала крыльями.

- Что ж делать? – царевич обвел присутствующих взглядом побитой собаки.

- Возвращаешься, - начал диктовать алгоритм действий кот. – Берешь первую попавшуюся девку посимпатичнее, объявляешь ее Марьей-красой. Набираешь войско, двигаешься к столице. Профит!

Повеселев, Иван кивнул. Деньги на наемников у него были.

Утром, распрощавшись с бабкой, кукушкой и котом, царевич оседлал коня и отправился отвоевывать царство. Чтобы он не промахнулся мимо туннеля, Яга снабдила его волшебным клубком.

- Не совсем долбоящер, - заметил Бегемот.

Яга вздохнула.

- Пряммм ностальгия по молодости, - сказала она, - всякие добры молодцы, красны девицы, иваны дураки и прочая.

- Возвращение к истокам, - хихикнула кукушка.

- Так вот, надо Лешего к туннелю отправить, пусть посмотрит, где и что опять забарахлило, - голос Яги стал холодным. – Мне возвращение к истокам нафиг не надо!

Без драки

Когда из леса плечом к плечу вышли два лося, Леший не очень удивился, потому что Кубышкин и Осинников время от времени заключали перемирие. Гораздо больше удивил вопрос Кубышкина:

- Есть секундомер?

- Нету, - сказал Леший. – Есть часы с секундной стрелкой. А тебе зачем?

Сохатые переглянулись, Осинников слегка толкнул Кубышкина носом: тому легче давались связные объяснения.

- Мы решили выяснить без драки, кто круче, - начал излагать Кубышкин. – Осинников, - мотнул лось тяжелой башкой в сторону оппонента, - говорит, что он резвее. А я с ним не согласен. Вот. И мы решили проверить на стометровке.

Леший уяснил суть дела, заметил, что стометровки будет маловато, и предложил триста метров. На объездной грунтовке как раз был идеальный гладкий прямой участок. Отправились туда, запасшись рулеткой, часами и новогодними хлопушками, которые должны были послужить заменой стартового пистолета.

При помощи кстати подвернувшейся елки Зинаиды Леший замерил рулеткой дорогу.

- Двести восемьдесят два метра, - сказал лесной хозяин. – Сойдет.

Он отметил старт и финиш.

- Бежать будете вместе по сигналу, - объяснил Леший. – Сигналить будет Зинаида, - он протянул елке хлопушку. – А я буду ждать на финише.

- Так-то нормально, - поразмыслив, изрек Осинников. – Главное, мирно и без драки.

Сохатые встали у линии старта, напряглись.

Леший от финишной черты махнул Зинаиде, ель высоко подняла лапами хлопушку и дернула за шнурок. Бахнуло так, что Осинников с перепугу рванул в лес, Кубышкин упал на дорогу и притворился мертвым, а Зинаида в ужасе заверещала.

В общем, без фальстарта не обошлось.

Пришлось продемонстрировать лосям хлопушки и объяснить, что они безвредные. Осинников долго подозрительно нюхал новогодний подарок Снегурочки, Кубышкин не менее подозрительно обнюхивал место на дороге, куда упали конфетти.

Наконец старт решили повторить.

Зинаида снова бахнула хлопушкой, сохатые рванули и понеслись, причем Осинников бежал иноходью, а Кубышкин хорошей прибавленной рысью. Финишную черту лоси пролетели разом.

- Ну чо? – спросил Кубышкин, вернувшись.

- Ну? – повторил Осинников, после резкого торможения с заносом чуть не пропахавший рогами дорогу.

- Одновременно, - вынес вердикт Леший.

Лоси недружелюбно посмотрели на него, затем друг на друга.

- Чо?! - возмутился Кубышкин. – Рог даю, что я первый.

- Не звезди! – оборвал его Осинников. – Я первый!

Кубышкин раздул ноздри, засопел и, нагнув голову, угрожающе выставил вперед рога. Осинников ударил по земле копытом и тоже приготовился к бою.

- Кто-то хотел без драки, - заметил Леший.

Лоси опомнились.

- Засекай время тогда, - предложил Кубышкин. – Побежим по очереди.

Первым бежал Осинников.

Леший взглянул на часы, Зинаида бахнула хлопушкой, и сохатый понесся к финишу.

- Ну? - спросил он после окончания забега.

- Двадцать одна секунда, - сообщил Леший и махнул рукой, чтобы к старту приготовился Кубышкин.

Б-БАХ! Лось сорвался с места. Призовые рысаки обзавидовались бы, если б видели его стремительный размашистый ход.

- Сколько?!

- Двадцать одна секунда, - вздохнул Леший

- Да елки-палки! – взревел Кубышкин.

- Елки тут при чем? – обиделась Зинаида.

Ель от макушки до комля покрывали блестящие разноцветные конфетти из хлопушек. Зиночка себе нравилась, и поговорка, ставящая ель на одну чашу весов с невзрачной палкой, оскорбила дерево.

Лоси на Зинаиду плевали. Осинников недобро покосился на оппонента, Кубышкин свирепо вскинулся.

- Без драки, - напомнил Леший и позвонил Кощею. – Секундомер есть?

Секундомер у Кощея нашелся, он даже соизволил привезти его, так что у бегунов появились зрители в лице самого Бессмертного, двух хеллхаундов и декоративной драконихи Зажигалки.

- Ух ты, электронный, - восхитился Леший, повертев в руках прибор.

- А то, - сказал Кощей. – Тысячные доли секунды берет.

В этот раз первым бежал Кубышкин. Земля дрожала.

- Сколько? – осведомился лось.

- Двадцать одна и ноль тридцать две, - известил Леший.

На старт вышел Осинников.

После сигнала он набрал такую скорость, что пролетел далеко за финишную черту.

Вернулся.

- Ну? – поинтересовался Осинников.

- Ну? – тревожно спросил Кубышкин.

- Поздравляю, двадцать одна и ноль тридцать, - лесной хозяин продемонстрировал горящие на табло цифры. – На две тысячных секунды быстрее. В рамках погрешности.

Осчастливленный Осинников, пропустив мимо ушей фразу про погрешность, сверху вниз глянул на Кубышкина. Кубышкин прижал уши и оскалился, как хищник.

- Отойдем, - сухо предложил он.

Лоси перешагнули через кусты и углубились в подлесок.

Кощей ухмыльнулся. Леший поднял палец, прислушиваясь.

Из подлеска донесся глухой удар. Потом еще один и еще. А потом треск сломанного рога и вопль Кубышкина:

- Осинников, падла, ур-р-р-р-рою!!

- Хотели решить дело без драки, - заметил Леший.

- Две тысячные доли секунды отделяло их от боевой ничьи в этом году, - хмыкнул Кощей и протянул руку за секундомером.

Лихо

На плетень вскарабкался мокрый, грязный и ободранный черный кот, зацепился за колышек и рухнул точнехонько на огуречную плантацию Яги. Бабка тотчас выскочила на крыльцо избы, размахивая кочергой.

- Убью! – крикнула она.

- Не надо, - раздался с грядки обреченный голос.

- Хана огурцам, - прокомментировал с подоконника бабкин кот Бегемот. Он созерцал пришельца и искренне радовался его внешнему виду, потому что узнал Баюна.

Последнюю подставу Бегемот ему не простил.

Яга тоже узнала кота и опустила кочергу.

Измазанный землей и раздавленными перезрелыми огурцами Баюн выбрался с грядки и прихромал к избе. Пару раз оглянувшись, он поднялся к Яге и прошептал:

- Меня прокляли.

- Да кому ты нужен! – громко фыркнул Бегемот.

В этом Яга согласилась с Бегемотом, но посмотрела на Баюна и прониклась.

- Докладывай, - распорядилась она.

Невезение Баюна началось три дня назад с неудачного визита в деревню. При попытке залезть в курятник вначале дверцей прижало лапу, потом с цепи сорвался дворовый пес и гнал кота до околицы. Днем позже рухнуло бревно, по которому кот всегда переходил речку Утинку. Рухнуло, конечно же, в процессе перехода реки. А еще Баюн угодил под выстрел идиота, пробующего новое ружье, – заряд картечи просвистел над головой, одна картечина задела ухо. И это не считая мелочей вроде заноз и репейников.

Яга осмотрела пробитый орган слуха.

- Жить будешь, - успокоила она.

Бегемот глумливо заржал.

- Мотя, заткнись, тут дело серьезное, - сказала старуха.

Бегемот внял, Баюн продолжил.

Дважды кот попадал в капканы, но счастливо выбирался и наконец, нынче утром на него чуть не наступил медведь Комлев.

- Порчу навели, - в финале рассказа всплакнул Баюн.

- Не навели, - опершись на кочергу, Яга обвела окрестности прицельным взглядом. – Выходи, зараза! – громко пригласила она нечто, спрятавшееся за могучим стволом дуба.

Из-за дерева выдвинулась худющая одноглазая женщина в линялом сарафане и стоптанных лаптях. Завидев ее, Бегемот изогнулся, выпустил когти и зашипел, Баюн в точности скопировал его действия.

- Ну, здравствуй, Лихо. Близко не подходи, за плетнем постой, - предостерегла Яга.

Лихо послушно остановилось у калитки.

- За что Баюна преследуешь? – спросила Яга.

- Он, - длинный сухой палец с острым ногтем указал на Баюна, - говорил, что меня не боится никто. Слухи распускал.

- Не говорил я! – Баюн выпрямился, зато уши прижал.

- Не говорил? – Лихо обнажило в усмешке крепкие белые зубы. – Может, ты и Шестакову про его дочь ничего не говорил?

- Шестакову говорил… - не подумав, ляпнул кот.

- И что ты ему сказал? – вмешалась Яга.

- Ну… что Виктория грамоте научилась, что заветы старины забыла, - начал признаваться Баюн. – Думал, разлад в семействе начнется. Я отплатить хотел!

Все в лесу знали, как старый Максим Григорьевич Шестаков отходил Баюна клюкой.

Бегемот перебрался на кровать и саркастически мяукнул.

- Разлад не начался, я так понимаю, - сказала Яга.

- Не начался, - опустил голову кот.

Яга догадалась о ходе развития событий.

- Шестакова приходила? – обратилась она к Лиху.

До Лиха дошло.

- Ох, Шестакова! Ух, Шестакова! – восхитилось оно. – Ай да Шестакова! Во отожгла. Как она тебя вычислила, Баюн?! Я ее прям зауважало.

- Угу, все счастливы, дело закрыто, - Яга покосилась на Лихо. – Успокоилось?

- Агась, - благодушно кивнуло Лихо и поправило черную пиратскую повязку на отсутствующем глазу. – Пойду обратно на болото.

- Иди, - Яга легонько толкнула кочергой скорчившегося Баюна. – Марш в избу, шкурка обтёрханная, обработаю тебе раны боевые.

Бегемот захихикал.

- Тихо! – гаркнула на него Яга. – А ты, Баюн, заруби себе на носу – влипнешь когда-нибудь серьезно, и никто тебя выручать не пойдет. Думается мне, ты и есть квинтэссенция зла нашего леса.

"Хабанера"

В полнолуние волк Француз выбрался на холм, намереваясь повыть в удовольствие. Его приятель оборотень Анатолий компанию составить не мог, поскольку кицунэ Юка уговорила его посмотреть божественную Фудзияму, межпространственный туннель работал, и оборотни отбыли на выходные в Японию.

Луна обливала лес волшебным серебристым светом.

Француз запрокинул голову, открыл пасть и чуть не подавился воздухом, услышав рядом:

- Ля мур э ун осу ребел…

- ЧТО?!! – вырвалось у волка.

- Ой, - пискнула ель Зинаида. – Текст учу, «Хабанеру» репетировать буду.

Француз молчал. Потом, обретя дар речи, сказал:

- Серьезно?

- Да, - Зиночка вышла на поляну и остановилась под лунным светом, как примадонна под софитами. – Эта ария будоражит сердца и заставляет листья трепетать.

- Коротко говоря, ты опять в кого-то влюбилась, - понял Француз. – Кто этот несчастный?

- Аристарх Никодимович, - всхлипнула елка. – Он интеллигентный, он поймет.

- Да он просто клен! – рявкнул волк. – Причем по развитию тупее самшита.

- Вы меня ненавидите! – сквозь смоляные слезы крикнула Зинаида, вложив в крик всю скорбь неразделенной любви.

- Начинается, - проговорил Француз.

Он уже понял, что великолепная лунная ночь испорчена.

- Пой хотя бы на русском, - буркнул он. – Французское произношение у тебя никакое.

Слезная смола на стволе елки высохла.

- У любви, как у пташки, крылья, - послушно начала Зиночка, - ее нельзя никак поймать…

Ель попадала в ноты, но пела так робко и тихо, что Француз поморщился.

- Хозе не оценит, - сказал он. – Так бабка поет «На Муромской дорожке», когда на завалинке вечером сидит.

- Да? – удивилась Зинаида.

- Да! Кармен – страстная натура, а не вот это вот всё.

Ель подумала.

Потом как-то развернулась, словно став выше, вытянула пушистые лапы.

И…

- Любовь свободна, век кочуя, законов всех она сильней! Меня не любишь, но люблю я, так берегись любви моей! – неожиданно мощный голос оглушил Француза, волк даже попятился. - Меня не любишь ты, так что ж, зато тебя люблю я! Тебя люблю я, берегись любви моей! – два сухих сучка щелкали, словно кастаньеты.

Зинаида закружилась, ухитрившись изобразить что-то похожее на фламенко.

- Думал ты - пташка уж поймалась, но взмах крыла - и в облака от тебя она вновь умчалась, не ждёшь её - но здесь она! – страстно отчеканила ель.

В волка полетела шишка.

Француз увернулся.

- Шикарно было, - искренне сказал он. – А дальше?

- Дальше я текст забыла, - призналась ель, осчастливленная похвалой. – Правда, хорошо было? Не врешь?

- Ну что ты, - успокоил Зиночку Француз. – Слушай, Зин, может, твой Аристарх кленовый пойдет в дзигоку, как говорит кицунэ Юка? Я бы не отказался послушать твой концерт.

Зиночка смутилась.

- Лесная опера ждет свою Кармен, - дожимал Француз. – Доучи текст, порепетируй, а там и бенефис недалеко.

- Хорошо, - согласилась счастливая елка. – Пойду на берег Заповедного, там акустика лучше.

Дождавшись, когда Зинаида уйдет, волк вскинул морду к луне, завыл, но прервался на середине арии, сообразив, что воет "Хабанеру".

- Мон Дье, - проговорил он, подавив желание выругаться. - Ну, Зинаида... примадонна лесная... весь настрой перебила!

Пробный выстрел

Леший осмотрел старинную медную лампу, которую грифон Валера поставил на крыльцо, и сказал:

- Этого я не заказывал.

Пожав плечами, грифон потер лампу, из носика повалили клубы дыма, пахнущего восточными благовониями. Леший чихнул.

Из дыма материализовался смуглый чернобородый человек в длинной белой рубахе, белых шароварах и красных узорчатых туфлях. Венчал голову бородача белый тюрбан, украшенный красным пером. Перо держалось в усыпанной мелкими алмазами эгретке.

Запах благовоний усилился. Леший чихнул громче.

- Доставлено по адресу, - буднично произнес Валера и протянул чернобородому квитанцию и ручку. Тот не глядя что-то черкнул в документе и обратил взор на Лешего.

- Приветствую, эфенди, - произнес он по-русски без акцента. – Я, Мухаммад ибн Сулейман Антара Абуазаб, джинн и величайший исполнитель желаний стран Востока, ищу потерянного брата.

Обалдевший Леший переводил взгляд с джинна Мухаммада на Валеру. Грифон кашлянул, откланялся и улетел, предоставив лесному хозяину разбираться с гостем лично.

- Э-э, здрасьте, - промямлил Леший.

Мухаммад молитвенно сложил руки и отвесил Лешему поклон.

- Много лет искал я брата, - напевно произнес он. - Сархан ибн Сулейман, где ты, потеря рода нашего?! Много лет лучшие звездочеты пытались проследить путь его!

Леший уже опомнился и задумчиво чесал мухоморы на затылке.

- И вот две луны тому назад великому неназываемому китайскому волшебнику из провинции Шаньдун уезда Линьцзы звезды указали путь. Мой брат здесь!

- Тебе Серега нужен, - догадался Леший. – Ну, пойдем.

Прихватив лампу, лесной хозяин с джинном отправились в путь.

Узорчатые туфли гостя превратились в грязные и мокрые после первого же километра. Леший вел джинна напрямик через гать, по звериным тропам к заброшенному разъезду, где работал Серега.

Увидев друг друга, оба джинна замерли.

- О, Аллах… - выдохнул Серега.

- О, Аллах… - выдохнул Мухаммад. – Брат!

Обзаведись Серега черной бородой и арабским костюмом, и Леший перестал бы различать джиннов.

Мухаммад бросился к обретенному брату и обнял его. Вытерпев секунд десять, Серега освободился от объятий и сказал:

- Саидун би-руятика, ахи.

Из чего Леший заключил, что родной язык джинн забыл не окончательно. Впрочем, интонация Сереги не звенела радостью.

Мухаммад восторженно провозгласил что-то на арабском, Леший дослушивать не стал, поставил на землю лампу Мухаммада, развернулся и тихонечко отступил, оставив братьев наедине.

- Кому-то надо дворец отремонтировать? - спросил по-русски Серега и оперся о платформу странного сооружения, напоминавшего башенное корабельное орудие. – Я давно задолбался, если что.

- Ты сбежал, Сархан! – укоризненно покачал головой Мухаммад.

Перо на тюрбане совершило ряд колебательных движений и застыло.

- Потому что работал один я, - Серега говорил спокойно, но глаза недобро горели. – Сколько желаний вы могли исполнить? Три? А я без перерыва вкалывал, пахал, надрывался над мраморными дворцами с резными стенами. Веками, заметим. Поэтому вали обратно в Дамаск.

- В Дубай, - тихо поправил Мухаммад.

- Даже так? - ухмыльнулся Серега. – Дай угадаю. Отель, да? Новый? Современный? Построить надо? Оборудовать? И обслуживать технические системы?

Проблема джиннов заключалась в том, что свои желания и желания друг друга исполнить они не могли. Сархан-Серега с его специализацией в свое время тащил ленивое и бестолковое семейство на собственном горбу.

- Помоги по-родственному, - кивнул Мухаммад. – Намечается семейный туристический бизнес.

- В долю возьмете? – деловито осведомился Серега.

Мухаммад на миг замялся, потом радостно закивал.

- Конечно! По-братски.

- Ладно, уболтал, - Серега хлопнул брата по плечу, тот поморщился и присел. – Вот сделаю пробный выстрел и поеду с тобой в Дубай.

Потирая плечо, Мухаммад посмотрел на конструкцию, созданную братом.

- А что это?

- О, ахи! – Серега погладил платформу. – Это рельсотрон. Электромагнитная пушка, электричество вырабатывается волшебным генератором, батареи тоже магические, Кощей помог сделать. Разгоняет снаряд до пяти махов, первичное ускорение придает сжатый воздух. Первый выстрел будет произведен сегодня.