Сноходец

Глава 1

Рыжий пёс с длиной шерстью мчался сквозь густой туман. Он чуял хозяина. И хотя клубы тумана неохотно пропускали его, пёс был уверен – хозяин снова оказался рядом. Где-то здесь, на расстоянии слуха, взгляда, быстроты лап витала струйка знакомого запаха. И ничто не могло принести псу больше радости. Чувство, которое казалось покинуло его навсегда. Туман изморосью оседал на его яркой шерсти, оставляя седины, но не мог остановить его. Будучи прирождённым охотником, пёс прыжками отмерял расстояния до цели, он бунтовал против этого места. К тому же хозяин тоже приближался к нему. Вдруг туман кончился, и пёс оказался на пустыре. Он пробежался вдоль границы тумана, ощутил под лапами острые камни и обратил свой взгляд на стоящие впереди развалины. Они чернели посреди пустыря, засасывая внутрь себя воздух, и это смутило пса. Он помнил это чувство. Но хозяин находился именно в той стороне. И пёс решил рискнуть. Понурой рысью он двинулся к развалинам. Вскоре посреди них замерцал неяркий огонёк. Развалины оказались обитаемы.

*** Володя нехотя открыл дверь и вышел. Подъезд обдал его зимним холодом. Алкаш с четвёртого этажа снова курил в окно и не закрыл. Сумрачное утро. Сумрачная жизнь. Но сегодня его смена. Значит надо снова пилить на работу. Наверное. Улица оказалась наконец засыпана декабрьским снегом. «Хоть мороза нет», - подумал Володя, вспомнив вчерашний вечер, и зашагал привычным маршрутом по дворам. Как всегда улицы вокруг в это время оказались обитаемы. Люди разных возрастов выходили из подъездов, кто-то чтобы разогреть машину, кто-то, как он, на работу или просто по делам. Обрывки фраз прохожих вскоре наполнили разум Володи. – … и вышел ко мне такой. Заорал «она будет визжать!» «Она будет визжать!».. - задыхаясь на ходу сипел ПТУ-шник. Рассказывал товарищу очередную душещипательную историю. По будням сутра они обычно целой вереницей семенили друг за другом навстречу училищу, недалеко от дома Володи. - Извините, а вы не можете… отложить. Вот… Да. Извините, сказала, можете отложить. И она мне… - пронеслась мимо Володи девушка. Он не сразу заметил, что в руках она держала телефон, а говорила и слышала собеседницу через наушник. - Вы же опытная, вы тут всё знаете… - с въедчивой интонацией разъясняла тётя, шедшая с подругой Володе навстречу по тротуару. Володя иногда внимательно смотрел встречным в лица. Раньше, в юности, он стеснялся этого, но сейчас ему даже нравилось. Просто люди. Просто громко говорят. Просто препятствия, которые он обходил, сворачивая во дворы, чтобы быстрее дойти до автострады. А там – простые действия и рывки. Нужно постоять на светофоре, успеть перебежать дорогу, потому что автобус снова подошёл ровно к тому моменту, как Володя оказался у остановки. Зайти в салон. Снова люди. Оплатил проезд, потому что кондукторша его заметила и поднесла свою машинку. Зайцем проехать не удалось. Ладно, в путь. Город, на окраине которого жил Володя, вполне вписывался в понятие «провинциальный». Он не являлся столицей области, просто очередная крупная точка на карте. С высоты дрона можно было увидеть много церквей (куда ж без них), памятники Ильичу, аккуратные двухэтажные каменные домики и безликие хрущёвки в центре. Посреди них, как деревья, прорастали помпезные современные многоэтажки. С приходом темноты они облагораживались блестящими огнями, идущими по контуру здания. А настоящие деревья стояли частично обрезанными, частично нет по краям проезжей части. Кое-где с семенами, но по большей части - голые. К счастью во дворах их уже не кромсали и там можно было увидеть высокие берёзы и тополя. А иногда даже встречались наряженные силами жильцов елки. И естественно всё это сейчас проносилось в окне автобуса мимо взора его пассажиров. Хотя Володя, будучи одним из них, словно смотрел сквозь строения, улицы, тела прохожих и проезжающие машины. Он вспоминал сегодняшний странный сон. Сюжет был довольно осмысленным, что в последнее время случалось редко. Два года назад у Володи умерла бабушка, с которой он прожил всю жизнь. И в 34 года Володя остался совсем один. Поначалу это одиночество не давило на него. Однако нельзя прожить столько лет в семье, пусть и маленькой, и ничего не ощутить в случае её полной утраты. Во сне он временами видел умерших, разговаривал. И на этот раз всё случилось как-то странно. Володя впервые увидел бабушку молодой, а не старой. И беременной. Уже после смерти бабушки Володя узнал, что она была ему не родная. Одна из родственниц, которой он посчитал должным рассказать о смерти бабушки, огорошила Володю, раскрыв эту тайну. Мать Володи была брошена в роддоме и его бабушка, не способная иметь детей, каким-то образом оформила её тогда как свою новорождённую дочь. Именно «оформила», если верить словам родственницы. Никакого удочерения не произошло. Володя не общался с матерью уже шесть лет, потому не знал что ей известно об этом. Хотя он не сомневался – мать была в курсе. Как и его дед. Просто в какой-то момент до или после рождения Володи было решено ему об этом не говорить. И навсегда скрыть этот факт. Возможно, родственница по каким-то своим причинам солгала Володе. Но некоторые воспоминания о прошлом косвенно намекали ему, что это могло оказаться правдой. Например, одна из фраз его деда, которую тот проронил однажды по пьяни: «никогда не женись из жалости». По какой-то причине Володя запомнил её на всю жизнь. Впрочем, Володя считал, что это ему и так не грозило. Будучи с детства свидетелем того как выглядит несчастный брак, он никогда не горел желанием вступать в него сам. Вот почему он никогда не заводил с женщинами долгосрочных отношений. А после последней отчаянной попытки решил, что лучше и вовсе жить одному. Что ж, теперь его желание исполнилось в полной мере. Хотя его дед с бабкой прожили в браке большую часть жизни и не смотря ни на что терпели друг друга до конца. Чего нельзя было сказть о матери и отце Володи. В любом случае с недавних пор из всех кровных родственников в живых у него осталась только она. Однако Володя не хотел больше в принципе видеть эту женщину в своей жизни. Потому последние два года единственными, кто составлял Володе компанию, когда он приходил на работу, и возвращался после смены домой в квартиру – стали животные. Володя работал в ветклинике. Оформлял носатых и пушистых пациентов вместе с их хозяевами, отвечал на телефонные звонки и тому подобное. А дома у него жил старенький кот, два попугая и с недавнего времени хорёк. Володя всегда любил животных. Ещё с детства он почти не помнил времени, когда у них в квартире не жило хотя бы одного лохматого друга. Вот и сейчас, сойдя с автобуса он прошёлся от остановки до клиники, быстро переоделся в каморке для персонала и вышел на ярко освещённый пятачок приёмной. Там за стойкой, обклеенной снизу изображениями радостных собак, кошек, хомяков и птиц, Володя проводил почти всё время, что длилась его смена. Хирург и санитары уже время от времени прохаживались по коридорам. А Марго – их дежурный ветврач на сегодня – обычно приходила только после открытия. Сев на мягкий стул, Володя смахнул пыль со стойки и включил компьютер. Новая смена.

Глава 2

Володя ничего не понимал. Он видел всё словно в перспективе. Реальность играла с ним шутки. Экран компьютера мерцал по краям разноцветными лучами. Но строчки в программе были словно зашифрованы. Володя встал из-за стойки прямо во время разговора. Прошёлся до её угла и прислонился к стене. Громко обсуждавшая что-то с ним женщина сразу умолкла. Володя ощутил пустоту. Ему всё казалось нематериальным. Он сейчас спит? Не совсем. Но и не бодрствует. Странно. Не было ни страха, ни волнения. И даже полки с товарами позади него оставались на месте. Гул женского голоса снова донёсся до Володи, но сама женщина исчезла. Как и все в приёмной. Увидев это, Володя встрепенулся. Он начал оглядываться по сторонам. Именно в этот момент эмоции снова вернулись к нему. Накатили волной. И они были настоящими. Во сне он бы такого не ощутил, там он обычно плыл по течению. А здесь - настороженность. Опасение. Всё, как наяву.

Володя заглянул за угол. Темень. Ему стало неуютно. Решив вернуться на место, Володя отодвинул кресло и сел обратно за стойку. На удивление, оказавшись в привычном кресле, он снова ощутил безмятежность. Спокойствие.

И тут он словно очнулся. Моргнул и в глаза попал привычный яркий свет с потолка.

– Вы в порядке? – прозвучал голос женщины в меховой шапке, снова появившейся прямо напротив Володи за стойкой.

– А?.. Да. Извините.

В голове творилась сумятица.

- Так где мне взять этот препарат? Врач сказала, что он человеческий, но в аптеках не всегда есть.

– Загляните в ТЦ «Колесо» на вокзале, - машинально указал Володя женщине направление рукой, хотя они и были в помещении. Он всегда так делал, словно пытаясь пронзить стены, указывая направление в сторону нужного места.

– Там точно есть? – недоверчиво проговорила женщина.

­– Обычно да, – уверенно ответил Володя и снова заморгал. Странное состояние, внезапно овладевшее им, казалось, совсем исчезло. И он не чувствовал, что на самом деле вставал из-за стойки только что.

– Спасибо. Сколько с меня за УЗИ? – женщина протянула карту для оплаты.

– Сейчас, секунду… – Володя обратился к «базе». – Шпиц «Кори». 3 750 за оба отдела. Чек нужен?

***

Сидя вечером в автобусе, Володя не переставал испытывать тревогу. За день его посещали разные мысли о произошедшем: ранняя деменция, опухоль мозга, воспаление глаз. Кажется, в реальности он всё же не вставал из-за стойки, иначе женщина, да и все остальные, обратили бы внимание. И одним «вы в порядке» дело бы не ограничилось. Но ощущалось это совсем по-другому. Володя мог поклясться, что это был не сон, не смотря на все признаки.

«Может, воспоминания накладываются друг на друга?» - возникла в его голове новая догадка. В конце концов, он работал в клинике уже несколько лет, каждый день одни и те же движения, действия… Но тогда что могло послужить триггером, чтобы ввести его в такое необычное состояние? Тем более во время беседы.

За всеми этими размышлениями, Володя не заметил, что чуть не пропустил свою остановку. Автобус распахнул двери в потоки холодного зимнего воздуха, и Володя не спеша сошёл со ступенек. Как всегда на обратном пути он двинулся в магазин. За последние годы их настроили очень много в его районе. К счастью, Володя был не привередлив. Он куда больше тратился на дорогое питание для своих домашних любимцев.

Положив на ленту кассиру какую-то булку, салат и чай, Володя стал ждать очереди. Ему пришла идея снова закрыть глаза ненадолго и замереть. Но вернуть сегодняшнее состояние он не смог. Подняв веки, Володя лишь снова увидел свои товары.

На пути домой, он решил пойти каким-нибудь необычным маршрутом, дабы проверить мозг на вероятность осечек восприятия реальности. Но и этот эксперимент не дал результатов. Володя просто удлинил свой путь до дома на 5 минут. В соседних дворах, как оказалось, снега было не меньше, чем у автострады. Коммунальщики явно халтурили.

Поднявшись по ступенькам до квартиры, Володя открыл дверь и как всегда его встретил выбежавший на лестницу кот. Традиционное приветствие включало в себя проход на пару-тройку ступеней вниз, оглядывание в сторону Володи и остановку. Всё это Володя давно воспринимал так же буднично и знал, что кот не убежит слишком далеко, пока хозяин кладёт пакет с продуктами в прихожей и включает там свет.

Выглянув обратно в коридор, Володя прошёлся за котом и тот послушно, хотя и весьма вальяжно стал забираться по ступеням обратно. Дверь закрылась. Внутри квартиры как всегда царил небольшой бардак. Его Володя убирал теперь не часто. Да и после уборки бардак появлялся вновь. Потому Володя просто шагнул на кухню к холодильнику через пакеты с мусором, которые забыл вынести утром. По пути он заметил, что хорёк также не спал, ожидая когда его выпустят. Благо Володя пока имел еду для них обоих. Коту как всегда предназначался дорогущий корм для почечников, а хорьку – куски мяса. На этой неделе в торговые ряды снова завезли утиные бёдра и Володя покупал их. При хорошем раскладе хорёк успевал съесть одно такое бедро до того, как оно безнадёжно протухало. Сам же Володя ел мясо крайне редко.

За вечерними заботами, кормёжкой и игрой с животными, а потом просмотром сериалов с котом под боком, Володя по привычке не заметил, что вечер уступил место ночи. Тогда, завалившись на бок, Володя выключил компьютер. Он уже не ощущал особой тревоги, готовясь ко сну, усталость брала своё. И дотянувшись до светильника, Володя просто погасил свет. В последнее время сон приходил к нему без промедлений.

***

Дневной свет пробивался сквозь окно кухни и все предметы тонули в нём.

Она снова стояла у стола. Молодая. И в жизни не выбиравшая для себя подобных поз! Слишком вальяжная. Причёска была чуть длиннее. Живот выделялся, выпирал из-под халата. Никакой сдержанности.

– Так ты всё же смогла, – произнёс Володя.

– Да, – ответила бабушка голосом, походившим больше на голос незнакомой женщины. Он не видел её лица, точнее оно всё время менялось в очертаниях. Но наверное таким голосом она и правда могла говорить в юности.

Володя ощущал её счастье. Но также чувствовал и что-то ещё.

­ – А где ты будешь рожать?

– Думаю, прямо здесь,– уверено произнесла бабушка.

– Надо позвать деда, – решил Володя и обернулся. Но тут же кухня исчезла.

Володя оказался посреди какого-то пустыря. Небо было тёмно-ржавым, словно солнце давно зашло за горизонт. Но ещё отдавало лучами во мрак надвигающейся ночи. Володя прошёлся по угольным камням в непонятном направлении и увидел руины на горизонте. Там, похоже, горел слабый огонёк. Руины быстро напомнили о месте, где Володя лазил в детстве. Недостроенные гаражи. Или та заброшенная шахта в лесу. Всё сразу.

Володя двинулся туда. Стены тут же оказались рядом.

Внутри руин было прохладно. Тянуло непонятным смрадом. Костёр и вправду горел, но теперь выглядел огромным. И всё же тепла от него не чувствовалось. У костра стояли фигуры в чёрном. Это была не одежда, а какие-то обрывки ткани, растущие из их тел по форме плащей и шляп. Воротники закрывали лица и Володя не сразу заметил, что одной из фигур был его дед.

- Грейся давай, - как всегда приказал он Володе своим хриплым голосом. В отличие от бабушки дед оставался стар. Володя просто почувствовал это нутром.

Подойдя к костру, Володя не проронил ни слова, лишь подставил руки к холодному пламени.

- Уже виделся с ней?

- Да.

- Хорошо.

- Значит вы тут вместе?

- Она меня приводит.

Володе вдруг вспомнилось, что раньше он уже говорил с ними во сне поодиночке, но с обоими сразу - никогда. Да и что такое сон, когда ты спишь? Место, где всё естественно. Где вопросы не обязательно должны получать ответы.

Но тут Володю словно что-то пронзило. Он схватился за грудь и присел на одно колено.

- Здесь что-то не то! – прокричал он фигурам рядом. – Вас много здесь, а я один.

И вдруг небо озарила проекция. Воспоминание, пробравшееся за ним незаметно из реальности, и явившее себя на экране ночных облаков. Володя смотрел на ту самую кровать, подушки и одеяла, иссохшее руки и голову, навсегда застывшую в одном положении на боку. Он видел эту картину все четыре года до её смерти, приходя с работы.

Мария Аркадьевна тяжело дышала, была слаба. Но без сомнений, она являлась настоящей бабушкой для Володи. Куда более настоящей, чем та женщина, на кухне.

«Мы отвели его и усыпили... Потому что из него уже сыпалось всё… Моча была повсюду. Недержание. Он был старый».

Володю объял до боли знакомый гнев. Он ощущал его тогда, и сейчас, казалось, ничего не изменилось. Просто сейчас он наконец снова стал собой.

Мария Аркадьевна физически не могла смотреть на него. Её шея из-за чудовишного артрита вращалась только через боль. Но она продолжала говорить, отвечая на фразы Володи, когда тот, видимо, уже кричал от негодования. В конце концов, как можно усыпить кого-то просто из-за старости?

«Ты в колледж уходил учиться. Некому было за ним смотреть. Мы отвели его в клинику. Туда где общежития».

Оторвавшись от проекции, Володя рванулся к чёрной фигуре деда.

– Где он сейчас?! – тряс он его в остервенении. Воспоминания стремительно возвращались к Володе: – Что вы с ним сделали здесь?!

Но дед не ответил. Он лишь указал взглядом туда, откуда Володя пришёл.

Глава 3

Володя уже не спал. Он чувствовал положение своего тела в пространстве, кровать и подушку. Чувствовал утро за окном. Хотя может это просто луч фонаря не давал покоя, маяча в декабрьской темени. Но Володя не открывал глаз. Он размышлял в полудрёме.

Конечно, как он мог забыть Канта. Рыжие уши, покрытая сединой к старости морда, и веселье из детства. Сцены, когда Кант возил его маленького на санках по двору, как ездовая собака. Сцены, когда дед ходил с Кантом к недостроенным многоэтажкам за прутьями для корзин. Прогулки с Кантом в лес. И многое, многое другое. Володя учился в школе. И Кант появился у них очень рано. Мать Володи просто купила его, потратив немалые деньги. Тогда её всё ещё можно было назвать частью семьи.

Пока Володя рос, его интересы менялись. Появился товарищ среди одноклассников. Появилось желание проводить время после школы на даче. И они с Кантом стали видеться уже только под вечер. Но всё равно Кант прожил в квартире всю жизнь. До установки железной двери с домофоном в подъезд, Кант гулял по району один. И иногда возвращался домой побитым. Местные алкаши должно быть пинали пса, который, похоже, был слишком дружелюбен к ним. Тогда бабушка Володи заботливо обрабатывала его гематомы. А однажды Кант убежал и его сбила машина, после чего пса обнаружили только через два дня в местной ветклинике. Туда его принёс водитель, оплатив лечение. И никто из родителей Володи тогда не заявил, что хочет усыпить пса. Володя просто в принципе не ждал такого хладнокровия от них. В детстве мы все думаем о родителях лучше, чем они есть на самом деле, не понимая что они – просто люди.

Кант пропал из жизни Володи незаметно. Просто однажды Володя вернулся из колледжа и бабушка заявила, что Кант убежал, когда они вместе ходили в гараж. Поиски ни к чему не привели.

И только сейчас Володя открыл глаза. Уставившись в омерзительно белый потолок, он не понимал почему тогда не смог отреагировать, как надо. Почему он не возмущался, а просто принял эту новость. И вылил всё возмущение на бабушку, лишь спустя много лет, когда узнал от неё правду. За окном, похоже и правда наступило утро. Он пошарил рядом с собой в поисках мобильника. Половина седьмого. Скоро вставать.

Кот ещё спал. Попугаи в клетках тоже не кричали, как обычно, поутру. Значит корма хватало. Лишь хорёк катал свою игрушку в клетке.

Володя нехотя поднялся, погружённый в тяжёлые мысли. Этот сон, где он вновь увидел признание о смерти Канта из реальной жизни, вперемешку с гротескными образами родителей, кажется не был первым. И до этого они с Кантом не раз встречались в каком-то тумане на берегу реки или во дворе перед его домом. Однако каждый раз Володя не понимал, что спит и думал, что Кант наконец нашёлся после того как сбежал. К тому же первый раз эти два сюжета из его снов пересеклись. «Все они давно мертвы» - словно попытался убедить себя Володя, думая о своей жизни.

По дороге на кухню ему попался кот, теперь уже тоже старый и седоватый. Он немедленно был поглажен на своей лежанке и Володе стало легче. На плите второй день стоял чайник с остывшим кипятком, и оставалось только повернуть ручку.

Постепенно скромный утренний ритуал приготовления завтрака увлёк Володю. И вместе с раздачей еды питомцам он довольно быстро съел свою порцию, после чего начал возиться со стиркой. Хорёк был отпущен погулять, а мысли Володи окончательно сменились действиями. На выходе из дома, Володя убедился, что все питомцы остались в нужных местах квартиры, и закрыл дверь на ключ.

***

Смена сегодня кипела от собачников. Утром состоялась операция у овчарки, кажется прошла удачно. Володю даже позвали ассистировать, потому что персонала не хватало. В обед понабежали хозяева мелких ши-тцу, такс и пуделей с обычными проблемами. А к вечеру Володя вышел к торговому автомату за кофе и позвонил товарищу. Его школьный приятель Андрей оставался единственным человеком из далёкого прошлого, с которым Володя по-прежнему общался.

– Слушай, когда ты уже купишь себе смартфон? – негодовал Андрей. – Заманал своими звонками. Писал бы в Телеге.

– Я ретроман, – с притворной гордостью заявил Володя. – Слушай, а ты помнишь Канта? Как мы однажды пошли на Фрунзе, а он за нами всю дорогу бежал.

– Пса твоего? Да.

– Блин, жалко его, - протянул Володя.

– А что так? Совесть в тебе проснулась после тридцати? – поёрничал Андрей.

– Да не, просто вспомнил, что бабка мне призналась перед смертью, что они тогда его усыпили. Не убегал он никогда после того, как мы школу окончили.

– Ты говорил, вроде, об этом, – спокойно ответил Андрей.

Володя отпил кофе из бумажного стаканчика и переложил трубку к другому уху:

– Да, короче, я в последнее время какие-то странные сны вижу про него.

– Странные?

– Ну да, сегодня вообще какая-то дичь снилась. Говорил во сне с бабкой и дедом. А потом увидел там снова, как она рассказывает о том, что усыпила Канта.

– К психологу тебе надо с таким, не ко мне, – пробурчал Андрей.

– Ходил уже когда-то. Сейчас с ними весь разговор упирается в то, что мне одиноко и надо кого-то найти, – хмыкнул Володя.– Только деньги на приём трачу.

– Ну, как сам знаешь. Жить надо по кайфу, – завёл свою любимую старую шарманку Андрей.

– Так я… – повысил голос Володя, но тут заметил, что в клинику зашёл новый посетитель с переноской в руках. – Я так и живу.

– А что тогда жалуешься на сны какие-то? Завязывай работать сверхурочно. Тебе уже эти животные во сне приходят. Явно душу твою пожрать, – изобразил ужасный голос Андрей, – у-ух, Вовик, отдавай душу, иначе лишу тебя премии на работе.

– Пошёл ты, – не смог скрыть улыбки Володя. Но от этого ему стало немного легче.

– Ладно, и правда пойду. В выходные звони, прогуляемся с тобой в бар какой-нибудь. Только чистое одень. А то в прошлый раз всю машину мне провонял кошачьей ссаниной, орнитолог.

– Орнитологи птиц изучают, – заявил Володя. – А я просто не заметил, что кот мимо лотка сходил. Он старый уже, знаешь ли.

– Ты тоже на старика похож, – ответил Андрей и повесил трубку.

Обычно они не прощались в телефонных разговорах.

Отпив из стаканчика ещё раз, Володя коротко обдумал его слова, но решил отложить решение до пятницы. В конце концов, ему ещё два дня работать.

Глава 4

В глаза Володе бил тусклый свет. Гудение. Все звуки то сливались, то разделялись. Он снова стоял на кухне, но не мог понять зачем сюда пришёл. Блёклые обои переходили в плитку у раковины, а затем просто превращались в серое обугленное пятно холодильника. В какой-то момент у стола с посудой появилась та беременная женщина, которую он больше не признавал своей бабушкой. Лицо её оставалось размыто.

– Что ты сделала с ним? – подавлено спросил Володя.

Женщина ему не ответила.

– Что ты сделала с ним?! – прокричал он и вцепился ей в плечи.

Очередной взгляд на её живот ниспослал озарение:

– Вот как значит. Ты всю жизнь жалела там, что не могла родить, а здесь, получается, смогла. И кого ты принесла в жертву ради этого?

Женщина отвернулась.

Володя испытал омерзение и ненависть.

– Где он?

– Ты знаешь где, – ответила женщина понуро.

Володя повернул голову, как стервятник, чующий, что уже спешит на место расправы. Кухня его квартиры исчезла, растворилась в полумраке. А Володя снова оказался на пустыре, рядом с руинами. Тёмные, почти угольные стены и щемящее чувство в груди. Володя вошёл внутрь и начал петлять между развалин, осматривал пол и дыры. Он искал рыжее пятно, представлял, что увидит Канта убитым и растерзанным. Люди, вырастившие его из щенка и заботившиеся о нём, после смерти превратились в реальные отражения своих пороков. Наконец Володя вышел к центру руин, где горел костёр. Фигуры в оборванных одеждах всё ещё толпились вокруг него. И подойдя к своему деду, Володя готов был снова задать мучивший его вопрос.

Но дед Володи лишь отошёл в сторону и внезапно у костра Володя увидел высокую фигуру. Она была плечиста и обладала лишь формой человека. Со спины Володя не мог понять, как она стояла на таких тонких ногах, не заваливаясь вперёд. К тому же всё её тело снаружи оказалось покрыто не кожей, а какой-то тканью, разлинованной крест-накрест. Ткань стягивала существо со всех сторон, и выглядела как рябое покрывало. Внезапно существо само развернулось к Володе и завыло. Морда с собачьими ушами не имела пасти, глаз и носа. Вой раздавался изнутри оболочки. Но мучения существа пронимали Володю до костей. Оно медленно зашагало вперёд. Володя знал, что это больше не Кант. Ему было страшно и горько от осознания той жестокости, на которую оказались способны его родители. В какой-то момент тварь рванула и Володя попятился.

Он попытался скрыться в руинах, начал петлять между стен, но каждый раз, когда он оглядывался, тварь была там. Ярким рябым пятном она бежала по его следам. И постоянно выла. Споткнувшись, Володя упал на бок, а тварь наконец настигла и схватила его. Володя почувствовал ладони на своей шее. Он не мог дышать. Не мог обратиться к Канту, не мог ничего, кроме как смотреть на рябую морду перед собой. По его глазам катились слёзы.

***

Внезапно, Володя услышал стук. Стук в темноте.Первые пару секунд он ничего не понимал, но потом осознал, что проснулся. Оглядывая комнату, Володя силился встать с кровати, но тело не слушалось. Его сковал паралич. Даже глаза не моги вращаться – Володя лежал на спине и смотрел в потолок.

Стук повторился.

Его неясный источник заставил Володю усиленно размышлять, что это вообще могло быть. Стук в дверь? Или кот уронил что-то?

Какое-то время тишина давила на Володю, потом всё же начала успокаивать. Но заснуть из-за страха он не мог. Два отчётливых удара в стену окончательно заставили Володю утратить иллюзии. Уже в третий раз кто-то издавал эти звуки. И казалось, они становились всё громче. Будто соседи стучали в стену из разных комнат.

Наконец, Володя почувствовал, что вновь может шевелить руками и ногами. Он медленно повернулся на бок и сел на кровати. В темноте комната как всегда представляла собой нагромождение чернеющих силуэтов. И лишь у окна можно было различить телевизор и компьютер.

Володя стал шарить в поисках мобильника. Найдя его среди прочих вещей, Володя быстро включил фонарик и осветил дверь в комнату. На стуле, где обычно весели его вещи, сидел и насторожено поглядывал по сторонам кот. Похоже, что шумел точно не он. Встав на пол, Володя прошёлся до двери и открыл её. В свете фонарика, казалось, мелькнула чья-то тень в соседней комнате. На секунду это до чёртиков испугало Володю, но потом он понял, что это его собственный силуэт отразился в окне у балкона.

Наконец в комнате загорелась люстра. Володя включил свет сначала у себя в спальне, затем в зале. Хорёк и попугаи спали. Пройдя сквозь зал в коридор, Володя на всякий случай проверил замки на входной двери. Заперто. И даже на кухне он не увидел ничего необычного. Хотя стоявшая там мебель и бытовая техника мигом напомнили ему сцену из сна. Кажется, после смерти бабушки он не делал тут особых перестановок. Разве что поменял стол с посудой и стиральную машинку местами.

Больше он не слышал стука. Спустя час, за который Володя успел налить себе стакан воды, вернуться в комнату и включить компьютер, его нервы заметно успокоились. Всё же сам сон и то, что случилось после – оказали на Володю странное впечатление. Подобное уже случалось раньше, пару раз в жизни он не мог отличить реальность от сна. Однако как давно это закончилось? Лет десять-пятнадцать назад. А сейчас в его буднях не происходило ровным счётом ничего, что могло заставить Володю снова стать жертвой своего подсознания.

Да, он испытывал одиночество. И так было не всегда, раньше Володя даже искал его. Не часто оказывался в компании, предпочитал вечера после учёбы или работы проводить дома. Но тогда он не был абсолютно один. Володя не понимал как тяжело возвращаться в квартиру, где нет никого, кроме животных. И что же, теперь его разум начал сдавать?

Володя отказывался верить в подобное. Бездумно листая ленту соцсетей, Володя не знал где искать ответ – в своём прошлом или настоящем. Но ситуация уже переставала выглядеть как единичная осечка. Что-то происходило с ним. И разными путями оно развивало в Володе совсем не желанные чувства паранойи и опасений за психику.

Возможно, его товарищ был прав. Нужно отыскать в городе психолога или психотерапевта, чтобы разобраться в проблеме на нужном уровне. Володя открыл поисковую строку Яндекса и стал вбивать слова.

Глава 5

– Вы должны понимать, что вряд ли всё удастся решить на первом сеансе.

Психотерапевт, женщина в элегантном брючном костюме, сидела перед Володей в строгой позе. Они уже полчаса беседовали по поводу его проблемы.

– Да. Но чем это может быть вообще?

Володя начинал чувствовать себя неуютно.

– Вариантов пока слишком много, – отодвинулась назад женщина и снова взяла в руки блокнот. –Есть признаки одних, самых явных, но пока я не могу понять общую картину. Вы ведь ничего не употребляете?

– Нет, – понуро ответил Володя.

– В последние месяцы у вас не было серьёзных физических травм? Может быть ударились головой обо что-то?

­­ ­– Не ударялся.

– Тяжёлый опыт в личной жизни? Вы что-то говорили о том, что не общаетесь с родными.

– Здесь всё по-прежнему. Давайте не будем об этом.

Женщина снова подалась вперёд:

– И всё же предлагаю немного подробнее это обсудить. Я обещаю, что не буду спрашивать о причинах, но насколько это гнетёт вас в целом?

– Не сказать, чтобы прямо «гнетёт», – Честно ответил Володя. – Пока нет контакта, я думаю об этом временами. Злюсь на мать, но не больше, чем обычно. Сейчас это только остатки того, что я чувствовал к ней, пока бабушка была жива. Недавно, правда, все эти сны напомнили мне, что бабушка решила усыпить нашего пса, когда я учился в средней школе. А призналась об этом только перед смертью.

­ – И что вы почувствовали? – женщина пару раз моргнула длинными искусственными ресницами.

Володя замолчал.

– Горечь. Разочарование. Грусть. Отчуждение, – произнёс он медленно. – Это реально может повлиять?

– А насколько вы любили в те годы свою собаку?

– Насколько вообще может ребёнок, наверно, – тяжело выдохнул Володя. – Я не был каким-то одержимым собачником. Это просто был член семьи. Думаете у меня что-то подсознательное?

– Предлагаю работать с фактами пока, и только затем разбирать теории, – покрутила блокнот в руках женщина, взяв ручку. – Итак. Вам безусловно непросто с чем-то справляться. Но это что-то подавлено. И оно словно грызёт вас изнутри. Согласны? Если бы это проявлялось только в фазе сна или пробуждения… – Володя увидел, как его собеседница несколько раз чётко ударила стержнем ручки по листу. – Однако вы видите уже и зрительные галлюцинации, когда бодрствуете. Именно потому задача у нас разделить работу чётко, чтобы сеанс за сеансом можно было облегчать ваше состояние и одновременно выявлять реальные причины, которые её создали. Итак, когда вы приходите на работу, то обстановка вокруг пробуждает в вас эти воспоминания из сна?..

***

Володя вышел из высокого здания у городского вокзала с двояким чувством. В этот раз он не услышал ничего про «завести девушку», но и ответа на главный вопрос ему тоже не дали. В конце концов психотерапевт больше расспрашивала его про отношение к животным в свете его работы.

«Выясняла, не стал ли я мясником» – с грустной улыбкой решил Володя. Затем снова залез в карман куртки и вынул листок с названием успокоительного. Слово по-прежнему казалось не читабельным.

– Здравствуйте, молодой человек!

Володя обернулся.

– Как ваши дела с этими «психологессами?» Есть желание кинуть в них чем-то тяжёлым и забрать деньги за сеансы?

Перед Володей откуда не возьмись возник странного вида мужичок. Не смотря на декабрьскую погоду, он носил шляпу, кожаный плащ и лукаво посмеивался, демонстрируя гнилые зубы.

– Да… то есть, вы кто? – оторопел Володя. Он всё ещё не мог отойти от сеанса, потому оставался открыт к беседам. Но внешний вид мужичка его смутил.

– Так, просто-мимо-проходун, – мужичок снял шляпу. Под ней оказались бледно-жёлтые кудри. – Иногда вижу, как тут люди дверь туда-сюда открывают, денежки просаживают. Правда обычно они побогаче смотрятся, чем ты. Не хочешь кстати реально разобраться со своим псом?

Володя округлился в лице.

– Вы как узнали? Подслушивали?!

– Не-е, – человек одел шляпу и блеснул одним единственным золотым зубом, торчащим среди остальных в его рту, как памятник. – Ты тут просто не шали. А то ведь чего доброго… – он наклонился к Володе, – пропадёшь. И поминай как звали.

– Иди к чёрту, мужик, – отстранился Володя и снова посмотрел на высотное здание. – Если бы знал, что тут за методы, не пошёл бы. Мрази.

– Ладно, – усмехнулся человек и даже слегка крякнул. – Хозяин-барин. Но если станет совсем худо, приходи в другое место. Поможем. Заброшку на ул. Лермонтова знаешь? Дом 67. Вот туда. Только ночью приходи. Мы там часто бываем.

Володя ничего не ответил, только развернулся и зашагал по хрустящему снегу к ближайшей остановке. Связываться с такого рода мутными личностями он не стал бы при любом раскладе.

***

Дорога до дома как всегда заняла время. Володя ещё зашёл за продуктами и в очередной раз отметил, как тяжело таскаться по улицам в снежные зимы. Особенно, когда вечер наступал совсем рано.

Поднявшись на свой этаж, Володя погрузился в полумрак – лампа у них не горела уже третий год. Проклятым коммунальщикам и жильцам было наплевать, да и сам Володя тоже просто терпел это неудобство месяц за месяцем. Особенно учитывая, что кто-то однажды просто заменил её на люминесцентную. Всё же он приготовился встретить на пороге кота. Тому нравилось выбегать в подъезд, чтобы встретить хозяина. Но в этот раз никто не проскользнул в открывшийся проём.

Решив, что кот спит, Володя зашёл в прихожую квартиры и включил свет. Тотчас же по всей квартире он увидел валяющиеся на полу ножи. И чуть не поскользнулся, отступив назад к двери от такого зрелища. То тут, то там в лучах светильника блестели лезвия. Некоторые длинные, другие короткие. Рукоятки у всех тоже оказались разные. Тогда Володя выбежал в подъезд и с безумными глазами стал оглядывать его, но там всё оставалось как обычно. Ни звука за дверьми у соседей, никаких странных следов. Однако внутри его квартиры творилось какое-то безумство.

Володя заметался. Быстро соображая, он решил не трогать ножи и взял из коридора только старый лом, которым его дед когда-то давно пробивал лёд на рыбалке. Он всё ещё хранился в прихожей. Влетев с ломом наперевес в зал, Володя не обнаружил там ни души. Даже окна оставались целы. Взглянув снова на пол Володя заметил, что некоторые из ножей, валявшихся в зале, отличались от тех, что он обнаружил в прихожей. Они были в крови.

Володя метнулся к клетке с хорьком. Внутри никого не было. Он взглянул в спальню и на окно, где стояла клетка с попугаем. Пернатая кроха тоже исчезла. Володя решил, что нужно проверить все окна и осмотрел кухню, открыл двери в туалет и ванную, даже в чулан. Пусто. Второй попугай тоже исчез из своей клетки. Володя позвал несколько раз кота – он не откликнулся. Похоже, никто не вламывался в квартиру снаружи. Если только дверь не открыли ключом. Раньше ключ от их квартиры был много у кого: соседи, мать Володи и ещё кое-кто. Правда Володя успел сменить замок после смерти бабки, и теперь ключ был только у его товарища. Всё же вывалить в квартире столько ножей не догадался бы даже он, тем более Володя не видел причин зачем вообще товарищу устраивать такое. Он знал его слишком давно.

Как бы то ни было, сейчас это оставалось единственной зацепкой к произошедшему, и Володя моментально набрал его номер. Он бы в любом случае не мог оставаться у себя в квартире после случившегося. Пока в телефоне раздавались гудки, Володя решил ещё раз внимательно изучить все уголки квартиры. Вспоминая кровь на ножах, он опасался худшего.

Глава 6

– Мда… - выдохнул Андрей, пройдясь ещё раз по прихожей. В отличие от хозяина квартиры он был куда более осторожным человеком. Потому, не задевая ногами ножи, товарищ Володи старался наступать только туда, где виднелись островки пустого пола. – Ты вообще трогал их?

– Случайно задел несколько, – понуро ответил Володя.

– Мда… – ещё раз произнёс Андрей и присел на корточки, заглянув под диван. Там он тоже заметил несколько ножей, лежавших в пыли.

– Я звоню в ментовку, – заявил оставшийся у двери Володя. – Это точно провернул тот тип, который меня сегодня караулил в городе.

– Ты куда-то ездил? – не отвлекаясь от исследования комнаты спросил Андрей.

– К психологу, – немного замялся Володя.

– И что он тебе говорил тогда? Что вломится к тебе и украдёт всю твою живность?

– Нет. Просто чепуху всякую. Пригласил куда-то к ним в дом. Сказал приходить ночью. Думаю, это могут быть сектанты.

– Ты же понимаешь, что полиция сначала приедет к тебе на квартиру. Всё тут изучит, начнёт выяснять не ты ли сам это сделал, может у тебя фляга уже посвистывает…

– Ага. Есть такое, – покрутил у виска Володя. – Особенно в последние дни. Но ты же знаешь, я никогда бы не навредил своим животным. Они мне как друзья.

– Всё равно составление заявления и протокола – всё это займёт время, – Андрей встал и отряхнул джинсы.

Володя отвернулся в сторону:

– Тогда я пойду туда один.

– Ага, и они тебе кровь пустят этими же самыми ножами. Будешь главной жертвой в центре пентаграммы.

– А как тогда? – взбеленился Володя. – Ко мне в дом залезли, ключ отыскали где-то, разбросали все эти ножики, а я буду сидеть в ментовке бумажной волокитой заниматься? Может мне тогда вообще ничего не делать?!

Нет, я пойду туда один. Хочешь – помогай. Не хочешь – иди домой.

– Вот только не истери тут мне, – хмыкнул Андрей. – Ты сам меня позвал, помнишь? Ключ твой у меня дома лежал до самого вечера, пока я был на работе. Мать сказала, что никому не открывала.

Но кажется Володю было уже не остановить. В нём клокотала ярость.

– Решай давай. Ты со мной или нет?

***

Перекатываясь по застывшим снежным глыбам, машина медленно приближалась к заброшенному зданию в конце плохо освещённой улицы. Конечно же ни один трактор здесь не чистил, потому Андрей втихомолку ругался каждый раз, когда наезжал на очередной ком грязного снега.

– Всё, давай дальше пешком, я не хочу туда ехать.

– Ладно, – угрюмо и решительно ответил Володя, начав открывать дверцу.

– Да подожди, – прошипел его товарищ, заглушив двигатель. – Не дёргайся. Успеешь.

– Звони в ментовку, если я не выйду к утру, – проговорил Володя.

– Да ещё чего, – заёрзал в кресле Андрей. – Чего я им скажу-то? Не хочу влезать в это дело. Я тебя заберу, если выйдешь оттуда один. Но если с тобой ещё кто выйдет, то я сваливаю. И до утра я тут сидеть точно не собираюсь. Максимум – полчаса.

– Всегда знал, что ты хороший товарищ, – саркастично заявил Володя напоследок и закрыл дверь.

В свете фар он отправился к высокому бетонному забору, окружавшему заброшку, ковыляя по снегу. Эта зима без сомнения застала врасплох всех жителей города. По пути, правда, Володя старался выискивать следы, которые могли бы указать ему на чужое присутствие. Однако казалось, что к зданию уже давно никто не ходил. Все следы заканчивались на краю дороги.

Наконец, Володя отыскал железные створки забора, покосившиеся от времени. Они были приоткрыты. Но снежный завал явно показывал, что это случилось само собой намного раньше, чем наступила зима.

Свет от машины погас и Володя уже в полной темноте стал пробираться внутрь двора здания. Бездонно чёрные окна с разбитыми рамами смотрели на него пустотой небытия. Но Володя не поддался страху. Он изо всех сил сжимал кулаки и медленно продвигался вперёд.

Прильнув к одному из окон, он опёрся на кирпичный выступ и подтянулся. Там, прямо в сантиметре от себя, он увидел пару опасно торчавших осколков и осторожно вынул их. Путь внутрь был подготовлен.

Два гулких хлопка потревожили холодную тишину заброшки. Хорошо, что внутри Володя приземлился на твёрдый пол. Однако кромешная тьма не давала ему шанса выяснить куда идти, потому Володе пришлось достать телефон и включить фонарик. Повсюду пятно его света падало только на кирпичные стены и колонны. Однако вскоре Володя заметил кое-что ещё: противоположная стена немного светилась. Как оказалось, в её основании лежала светодиодная лента, узкая и довольно блёклая, как в маршрутках. Это помогло Володе понять, что здание и правда посещали люди. Оставалось только найти её край. Какое-то время Володя шёл вдоль стены, но вскоре лента будто оборвалась. Хотя на самом деле она просто завернула в поход, где виднелась лестница вниз. Володя сжал в кармане нож, прихваченный из квартиры, и начал медленно спускаться. Свет телефона помогал ему не оступиться, однако вскоре на стенах стали появляться лампочки. Они были развешаны на проводах прямо в проходе, словно гирлянда. И светили уже гораздо ярче, чем светодиодная лента, потому Володя отключил фонарик.

Наконец впереди он увидел куда вёл этот проход и поспешил выхватить нож. Приоткрытая деревянная дверь, обитая советским дерматином грязно-бежевого цвета, сдерживала теперь уже целые снопы света, лучившиеся из-за её щелей. Потому Володя решил попутно начать вести себя как можно тише, пока не откроет её. А как окажется внутри – будь что будет.

Адский скрип ржавых петель и рывок вперёд!

Володя знал, что не сможет избежать ловушки. Знал, что мог надеяться только на неожиданность. Однако никто на него так и не набросился. В первые секунды он только видел, что в комнате не один. Две фигуры стояли в углу. Одна жалась к стене. Повсюду сияли всё те же лампы, кирпичные стены, а посреди комнаты была навалена целая пирамида из старых стульев и столов. На самом её верху скрючившись, как обезьяна, сидела последняя фигура в комнате - странноватый человек с пятнистыми волосами. Он уплетал какую-то рыбу прямо из упаковки, уверенно держа равновесие на двух стульях, смотревших в разные стороны.

– Ну привет, парень, – проговорил он и тут же вытер масляные пальцы о свою старомодную жилетку. Хотя она и так уже была вся заляпана ими. – Как жизнь?

– Где мои животные? – прокричал в ответ Володя. Он всё ещё лихорадочно оглядывался по сторонам. В одной из фигур он узнал незнакомца в шляпе, с которым говорил днём.

– Все твои животные? Или только те, что сейчас живы? – ехидно пролепетал евший рыбу ловкач. Он встряхнул копной волос, и Володя заметил, что его каштановые и белые пряди чередовались совсем неравномерно. Торчали из головы как пакля. Словно он сам красил себе волосы перед зеркалом пьяным.

– Слезай оттуда, тварь! – снова рявкнул Володя.

Но скользнувшая по лицу ловкача улыбка и хитрый прищур почему-то заставили Володю отступить. Соскочив со стульев, этот человек заставил лишь некоторые из них слегка скрипнуть и ни одна часть пирамиды не обвалилась. Он приземлился прямо напротив Володи.

– Ну вот слез, – его слова теперь сквозили наглостью и агрессией.

Володя оторопел. Рука с ножом напряглась.

– Где они?

– Никто здесь не трогал твоих животных.

– Тогда куда они делись?

Ловкач бросил ошмётки рыбы на пол. Какой-то сгорбленный карлик высунулся из своего угла и подбежал к ним, начав с удовольствием уплетать.

– Тебе виднее, – указал на Володю ловкач пальцем. – Ведь это твой пёс их утащил из «толщи» в «нору».