Скиталец

Глава 1

Сырой туман налип на плащ и тянул вниз, сапоги увязали в грязи, так что приходилось их выдирать. Гай заприметил огни таверны и направился к ней, надеясь переждать непогоду. Железные петли заскрипели, дверь распахнулась внутрь, пропуская мужчину. Он переступил через порог и почувствовал, как неслышно забрякали амулеты от нечисти, подвешенные над деревянной стойкой. Трактирщик повернулся к гостю, Гай скинул капюшон, чтобы тот мог его рассмотреть. Сегодня он пришёл с миром, поэтому не скрывал лицо. Трактирщик кивнул на свободный столик у дальней стены. Гай, конечно, хотел бы сесть ближе к огню, но все места около камина были заняты людьми и гномами.

Он опустился на стул и с облегчением стянул с себя промокший плащ. К его столику подскочил паренёк с кружкой тёмного пива и тарелкой квашенной капусты. Гай вытянул ноги под столом, а подавальщик тем временем смахнул ладонью крошки на пол и поставил перед ним еду и питьё.

— Мясо будете? — спросил паренёк писклявым голосом.

— Давай, — махнул Гай, понимая, что капустой не наесться. — Неси самое лучшее.

На стол легла монетка, подавальщик молниеносно схватил её и побежал исполнять заказ. Трактирщик перестал пялиться на гостя и вернулся к друзьям, которые что-то негромко обсуждали, запивая слова пивом. Гай размял озябшие пальцы, исподлобья оглядывая людей и гномов, знакомых лиц среди них не было, что уже сулило безмятежный ужин. Оставалось только договориться о ночлеге с хозяином. Подавальщик принёс тарелку с сочным куском свинины и отварным картофелем. Гай ухмыльнулся, наколов мясо на вилку, вечер обещал быть хорошим.

Входная дверь со скрипом распахнулась, туман перелился через порог и пополз по полу, следом за ним вошла женщина. Длинный плащ не мог полностью скрыть фигуру, да и походка выдавала её с головой. Она приблизилась к стойке и поманила рукой трактирщика. Гай увидел, как блеснула монетка и исчезла в широкой ладони хозяина. Женщина обернулась и пристально уставилась на него, а затем, вдоволь насмотревшись, пошла к нему.

— Добрый вечер, — мягкий, завораживающий голос и улыбка.

— Ворожейка, — презрительно фыркнул Гай, от женщины приятно пахло, но он никак не мог вспомнить этот запах, что-то волнительное и лёгкое.

— Скиталец, — промолвила женщина и присела на стул, положив руки на стол. — Ты-то мне и нужен.

— Я никому не помогаю, — Гай отпил из кружки тёмного пива, показывая все видом, что разговор окончен.

— Мне нужен проводник через земли забвения, — она словно и не заметила недовольства скитальца. — Туда и обратно.

Гай рассмеялся, кто ж в здравом уме сунется на исходе лета в земли забвения, когда туманы приходят с ядовитых болот. Да ещё и обратно привести, видимо, ворожейка считает себя самой удачливой.

— Я заплачу, как лучшему королевскому охотнику, — женщина скинула капюшон, чёрные волосы рассыпались по плечам.

«Хороша», — мимоходом отметил про себя скиталец. Ворожейка сверкнула зелёными глазами, упрямо вздёрнув подбородок.

— Нет, — коротко ответил Гай, доедая мясо.

— Скажи, чего ты хочешь? — лукаво улыбнулась женщина, пытаясь его охмурить.

— Приходи весной, может, кто из наших и решится пойти с тобой.

— У меня нет времени, — ворожейка нахмурилась, не зная, как уговорить упёртого скитальца. — Мне нужно успеть всё сделать к зимнему солнцестоянию.

— Мне нет дела до твоих проблем, — Гай поднялся с места, собираясь уходить.

Ворожейка схватила его за руку и, понизив голос, сказала:

— Там, куда ты меня отведёшь, есть потерянные камни империи.

В подтверждении своих слов она выложила на стол два камня, один был наполнен тёмно-вишнёвым цветом, а второй источал небесные слёзы — альмандин и топаз в огранке королевских ювелиров. Гай хищно ухмыльнулся: «Не простая ворожейка, не боится меня. Что ж там такое, ради чего, она готова рискнуть жизнью»?

— Утром у трактира, — Гай высвободился от пальцев женщины и пошёл к стойке.

Хозяин выделил ему комнату на чердаке и взял за неё две монеты, скиталец поднялся по лестницу, ощущая спиной взгляд ворожейки. Он разделся и залез под холодное одеяло, всё лучше, чем в мокром плаще побираться по захолустью. Мысли вернулись к женщины, камни были настоящими, он бы сразу распознал подделку. Гай недолюбливал ворожеек и магичек, из-за их эмоциональных всплесков постоянно случались беды в империи, в конечном счёте, она развалилась на несколько враждующих княжеств, утратив былое могущество. Земли забвения служили напоминанием, ныне живущим, об обратной стороне магии.

— Чёртова ворожейка, — пробормотал Гай засыпая.

Ночь скрутилась спиралью над головой скитальца, груздь вздымалась и опадала в такт дыханию, на лбу выступила испарина, он вновь соскользнул в трясину воспоминаний. Пламя жадно лизало стены замка, сверху сыпался огромными хлопьями пепел, застилая выжженную землю. Горло пересохло, язык распух и не ворочался во рту. Ступени крошились под ногами, а там, куда успевала ступить нога, оставались расплавленные следы сапог.

— Мы навсегда вместе, — прошелестел голос, скиталец обернулся, но увидел лишь тень, падающую вниз с башни.

Гай проснулся, почувствовав движение у кровати. Не открывая глаз, потянулся к мечу, лежащему поверх одеяла с правого бока. Кто-то прыгнул, но скиталец опередил и располосовал одним движение руки. Тварь, похожая на хорька, заверещала и упала на пол, расплёскивая кровь. Тощие ножки с острыми когтями дёргались, а выпученные чёрные глаза начало заволакивать белой пеленой.

— Не ходи с ней, Борг заплатит больше, чем она сможет дать, — прохрипел тварь, зажимая жилистой ладонью распоротую шею.

— Передай князю, я помню, что он сделал, — ухмыльнулся скиталец, ворожейка успела перейти дорогу самому сильному правителю юга, ради такого стоило отправиться в земли забвения.

Тварь истаяла, оставив на полу серый пепел. Гай улёгся на кровать и заснул без сновидений.

Ворожейка переминалась с ноги на ногу у закрытой двери трактира. Туман под утро спал, рваными клочьями кое-где цеплялся за кусты смородины, но дорога была чистой. Гай вышел на улицу и посмотрел на женщину. В солнечном свете её вечерняя красота померкла, стали видны глубокие морщинки вокруг глаз, под которыми залегли тёмные круги. Скиталец усмехнулся, ворожейка вчера на его обольщение хлопнула весь свой магический резерв.

— Пойдём по старой дороге, — Гай накинул капюшон на голову, скрывая своё лицо по привычке.

— Это слишком долго, — ворожейка последовала его примеру, с трудом приравнялась к широким шагам скитальца. — Лучше срезать путь через низину.

— Тогда иди сама, — Гай остановился и с усмешкой уставился на женщину, бросившую ему вызов.

— У меня очень мало времени, — ворожейка отвела взгляд и прикусила губу, на скулах проступил яркий румянец, она злилась, но решила наступить на горло своей гордыни.

— Я это уже слышал, — равнодушно промолвил скиталец. — Низину затопило прошлой осенью, вода так и не сошла. Не уверен, что мы сможем перебраться через неё в разгар буйства водяных и кикимор.

— Я не знала, — выдохнула ворожейка.

— Тогда помалкивай, — Гай направился в сторону леса, не оборачиваясь на отстающую женщину.

Широкая дорога ушла в сторону, скиталец уверенно шагал по траве, прибитой влагой к земле. Вскоре они вышли на узенькую тропинку, петляющую среди сосен и елей. Ворожейка шумно дышала, она не привыкла к быстрой ходьбе, постоянно отставала и шипела вслед скитальцу. Гай даже и не подумал сбавить ход, сама напросилась, пусть теперь терпит или возвращается домой.

— Постой! — крикнула ворожейка, едва не повалившись с ног от усталости.

Скиталец презрительно фыркнул, они от трактира удалились на несколько лиг, а она уже расквасилась и требовала передышку. Гай развернулся, женщина взмахнула рукой, а затем обессиленно упала на колени.

— Дай хоть отдышаться, — попросила она глухим голосом.

Гай увидел, как из-под капюшона выскользнул седой локон волос. «Чёртова ворожейка, — мысленно выругался он. — Никогда не знаешь, кто скрывается под маской красивого личика». Он приблизился к женщине и снова ощутил чудесный аромат, как и в трактире при первой их встрече. Скиталец отступил на шаг, отчаянно силясь вспомнить, что за аромат.

— Не бойся, — промолвила ворожейка, натягивая капюшон на лицо. — У меня выдались не самые лучшие деньки.

— Не зачем было меня обольщать, — Гай не смог удержаться от колкости.

— А я и не пыталась, — улыбнулась ворожейка. — Ты сам позволил себе обмануться.

Ворон пролетел над их головами и пристроился на ветке сосны, громко каркнув. Из глубины леса отозвался его собрат. Серебряный дротик мгновенно подкосил птицу, Гай молча приблизился к поверженной твари и забрал своё оружие. Скиталец вернулся к ворожейке, грубо схватил её за руку и заставил подняться с земли.

— Кажется, ты права, — тихо сказал Гай, оглядываясь по сторонам. — У тебя не просто мало времени, оно подошло к концу.

— Нежить не нападает днём, — каждый шаг женщине давался с огромным трудом.

— Это она тебе сама сказала? — ехидно поинтересовался скиталец.

Чёрные вороны кружили над путниками, заслоняя солнечный свет. Гай подхватил ворожейку и перекинул её через плечо, затем быстро направился к елям, плотным частоколом стоявшими позади тропинки. Скиталец спиной чувствовал взгляды тварей, полные ненависти и ярости. Перед глазами заплясали радужные пятна, вслед за ними раздался вкрадчивый голос в его голове: «Гай, дружок, я соскучился по тебе. Куда ты так бежишь? Я готов всё позабыть, если приведёшь ко мне ворожейку». Скиталец нырнул под тень елей, укрывшись от воронов. Женщина что-то забормотала, по спине поползли мурашки от непонятных слов.

— Прекрати, — приказал он ворожейке.

— Это их задержит, — ответила она, поёрзав на его плече.

— Они всего лишь глаза Борга, — скиталец спустил женщину на землю.

Капюшон слетел с головы ворожейки, красота, конечно, к ней не вернулась, но две седые пряди по вискам нисколько её не старили. Теперь она выглядела обыкновенной, уставшей от тягот жизни, женщиной. Лишь зелёные глаза выдавали в ней магичку.

— Вороны больше нас не увидят, — ворожейка улыбнулась, и Гай ощутил к ней симпатию.

Она была напугана и пыталась скрыть от него истинную цель путешествия, но в то же время использовала магию во благо не только себе, но и для скитальца. «Когда она погибнет, мне будет её жаль», — подумал Гай и показал рукой в сторону просвета между елей.

— Мы почти добрались до старой дороги, — сказал скиталец. — Хватит сил на ещё один переход?

— Если мы будем идти спокойно и без спешки, до смогу осилить путь до смотровой башни, — ответила ворожейка.

— А ты неплохо знаешь местность, — скиталец пристально уставился на женщину, требуя ответа.

— Я видела старые карты, — уклончиво промолвила ворожейка. — У меня хорошая память.

Гай ничего не сказал, хмыкнул, мол, поверил магичке на слово. Они продолжили путь, скиталец старался замедлить шаг, но всё равно убегал вперёд. Он останавливался и поджидал ворожейку, злясь на её медлительность. Ели расступились перед путниками, и они вышли на хорошо мощённую булыжником старую дорогу. Обочины заросли лебедой и лопухами, зелёные листья тянулись к солнцу, не желая увядать. Идти стало намного легче, ворожейка приободрилась, ускорив шаг.

Глава 2

Они добрались до смотровой башни ближе к вечеру. Ворожейка валилась с ног от усталости и голода, скиталец разрешил ей присесть на камень, а сам отправился осматривать место ночлега. Дверь в смотровую башню запиралась на ключ, который скитальцы прятали в дупле сухого дерева, стоящего неподалёку от входа. Внутри хранились припасы и чистые вещи, вдруг кого-то нужда припрёт к стенке, так хоть здесь он сможет перевести дух и пополнить запасы. Магическая война лишила их дома, но они остались верны своему народу, раскиданному по всем уцелевшим княжествам.

Гай нащупал в дупле железный ключ и извлёк его, ворожейка сидела на камне, свесив голову вниз и не видела, что делает скиталец. Он подошёл к двери, открыл её и переступил порог смотровой башни. Охранные амулеты в виде вороньих черепов висели на своих местах, значит ни одна тварь не проникла в жилище. Гай вышел на улицу и позвал ворожейку. Женщина медленно поднялась с камня и побрела к башне, едва переставляя ноги. «Не дойдёт даже до мертвецкого моста», — подумал скиталец, поджидая у дверей ворожейку.

— Переночуем здесь, — Гай закрыл за ней дверь на засов. — Постарайся набраться сил, завтра придётся сойти со старой дороги, она разрушилась местами.

— Хорошо, — кивнула ворожейка, забралась на лавку и сразу же заснула.

Скиталец растопил печь и сварил перловую кашу, хорошенько её поперчив. Ел он без аппетита, ночь предстояла долгой. Гай нисколько не сомневался, что скоро пожалуют твари Борга, а на помощь ворожейки рассчитывать не приходилось.

Смотровая башня медленно наполнялась теплом. За узкими бойницами-окнами рассыпались серебряные звёзды, ночь баюкала месяц, покачивая на невидимых руках. Скиталец достал из кармана мешочек с кореньями, выбрал одолень-траву и разжевал, горечь наполнила рот, аж скулы свело. Сонливость пропала, вместо неё обострились зрение и слух. Шаркающие шаги доносились из леса, кто-то тяжело дышал, подволакивая ногу. «А вот и гости пожаловали», — ухмыльнулся Гай, вынул меч из ножен и поставил остриём в пол.

Всё смолкло. Скиталец прислушался, даже ветер перестал задувать в трубу. Воздух уплотнился и наполнился густой вязкостью, по телу пробежала нервная дрожь. «Ай, молодцы, — мысленно похвалил нежить скиталец. — На пролом не лезут, запугивают. Даже интересно стало, что они задумали». В щель под дверь протиснулся длинный коготь и протолкнул смятый лист.

Гай поднялся с места, наколол на остриё меча записку и поднял с пола. Мелкий почерк бисером рассыпался по бумаге, умоляя отдать ворожейку тварям, обещая скитальцу свободу и золото. «Что-то не похоже на Борга», — Гай открыл дверь и вышел на улицу. Медведь сидел на обочине, почёсывая лапой правый бок. Вокруг него суетились мелкие твари, похожие на ожившие деревца. При виде скитальца они тут же попрятались за широкую спину медведя.

— Кто переговорщик? — рявкнул Гай, выстави перед собой меч.

— Я, — пискнула мелкая тварь, которая до этого пряталась в тени смотровой башни.

— А он кто? — скиталец кивнул в сторону медведя.

— Охрана, — тварь почесала длинный крючковатый нос. — Мы с миром пришли. Отдай нам ворожейку, всё равно с неё толку мало, магия покидает бренное тело.

— От чьего имени говоришь? — полюбопытствовал Гай, опустив меч.

— От своего, — тварь сделала шаг к скитальцу, раскрыла ладони и показала знак Паука, круг с шестью точками и красным глазом внутри. — Абигаеда.

— Гай, — представился скиталец.

— Ворожейка нарушила договор с нашим орденом, — оскалилась Абигаеда. — Она должна ответить за нарушенный обет.

— Уже поздно, — промолвил скиталец. — Она заключила со мной договор и заплатила, я не могу отдать её ордену, пока не исполню его.

Тварь принялась расхаживать перед Гаем, заложив тощие ручки-веточки за спину. Скиталец не торопил её, выгадывая время. Смотровая башня устоит перед медведем, но беда в том, что их попросту могут не пропустить к землям забвения. Абигаеда повернулась к Гаю лицом и наморщила нос.

— Договор превыше всего, — произнесла тварь. — От имени Паука хотим заключить с тобой договор. Если вы вернётесь из земель, то ты приведёшь её к нам.

Абигаеда махнула рукой, одна из тварей поднесла ей увесистый мешочек.

— Задаток, — она распустила верёвку, показывая золотые монеты. — По возвращению вдвое больше дадим за ворожейку.

— По рукам, — довольно ухмыльнулся странник.

Мешочек с монетами перекочевал в ладонь Гая, Абигаеда пошла к медведю, а затем вся компания нежити отправилась в лес. Скиталец вернулся в башню и закрыл за собой дверь.

— За сколько меня продал? — поинтересовалась ворожейка.

Гай показал свой улов, женщина улыбнулась.

— Хочешь узнать мой проступок? — ворожейка приподнялась на лавке, густые чёрные волосы рассыпались по плечам.

— Нет, — скиталец вновь ощутил дивный аромат, исходящий от женщины, он нахмурился, но опять ничего не смог вспомнить. — Мне плевать на дела магов.

— Ты уже втянулся, — усмехнулась ворожейка.

— Когда ты умрёшь, я заберу камни и вернусь обратно, — Гай поставил на печку котелок с водой и присел на лавку.

— Задумал меня завести к нежити, а потом убить?

— Нет, — зевнул скиталец. — Хочу посмотреть, как много ты сможешь пройти по землям забвения. Давно я не водил туда магов.

— Ты не веришь, что камни империи уцелели? — ворожейка встала с лавки и прошлась, разминая затёкшие ноги.

— Верю, — равнодушно ответил Гай, вода вскипела, он заварил в кружках листья смородины.

— Я не понимаю, что тобой движет, — ворожейка вплотную приблизилась к скитальцу и пристально посмотрела в его тёмно-карие глаза.

— Ничего, — ухмыльнулся Гай и отвёл взгляд.

Скиталец хорошо выспался, ворожейка успела приготовить на завтрак овощное рагу, не хватало только мяса для полного счастья. Перловая каша таинственным образом исчезла из смотровой башни. Гай с удовольствием позавтракал, а затем они отправились в путь.

Идти было легко, скиталец поглядывал на женщину, та беспечно крутила головой во все стороны, словно вышла на прогулку, а не отправилась в поход к землям забвения. «Все они такие, ворожейки, — подумал Гай. — Думают, что мир создан для красоты, а потом удивляются, когда тварь пытается их сожрать». Солнце высоко поднялось в небе и припекало, над дорогой носились мелкие пичуги, радостно вереща. Женщина улыбнулась скитальцу, мол, посмотри, какой чудесный день. Вскоре старая дорога начала подниматься в гору, вдоль обочины потянулись низенькие берёзки и ольха. Ветер принёс запах надвигающейся грозы. Гай вгляделся в небо, над сопками раскинулась чёрная полоса.

— Надо идти быстрее, — промолвил скиталец.

Ворожейка вздохнула, но спорить с ним не стала. Гаю не нравилась надвигающаяся гроза, от неё несло страхом и ненавистью. «Что-то ворон давно не видно, — подумал скиталец, краем глаза посмотрев на женщину, она шла, не скрывая под капюшоном лица. — Магия ворожейки должна была рассеяться. Может, Абигаеда помогает нам»?

Женщина остановилась посреди дороги и посмотрела в сторону берёз, будто что-то заметила. Гай приблизился к ней и спросил:

— Что не так?

— Там кто-то есть, — ворожейка указала рукой, куда смотреть.

Скиталец ничего не увидел, но ощутил странный запах, исходящий от деревьев. «Чёрт»! — мысленно выругался он, схватил женщину за руку и быстро сошёл с дороги на другую сторону. Ворожейка испуганно прижалась к Гаю, над их головами закружились вороны, громко каркая.

— Я могу, — прошептала женщина.

Он зажал ладонью ей рот, напряжённо всматриваясь в берёзы. Деревья зашевелились, меняя свой облик на глазах. По дороге потянулись щупальца, выискивая сбежавшую добычу. Гай потянул ворожейку за собой, сверху на путников сыпались чёрные перья, в ушах звенело от громкого карканья. Выхода не оставалось, если уж Борг не поленился тварей вытащить из нор и рассадить на старой дороге, то придётся пробираться через ельник.

Ворожейка споткнулась о корень и упала, растянув ногу. Гай приложил палец к губам, призывая к молчанию. Щупальца вовсю крошили ольху, надсадно причитали вороны, упустив из виду жертву. Скиталец опустился на колени перед женщиной, пощупал, так и есть — вывих. «Какой уж тут мертвецкий мост, — мысленно усмехнулся он. — Мы ещё в земли забвения не попали, а она уже покалечила себя». Гай подхватил ворожейку на руки и скрылся от тварей под елями.

Солнечный свет струился по изумрудной хвое, смола золотилась на стволах деревьев, воздух был наполнен ароматом грибов и дождя. Женщина обвила руками шею скитальца, прижавшись лицом к его плечу. «У неё это уже входит в привычку», — недовольно подумал Гай, припомнив, как нёс уставшую ворожейку на себе до смотровой башни.

— Мы можем остановиться, — промолвила она, словно прочитав мысли скитальца. — Я не чувствую тварей, да и ногу надо перевязать.

Гай выбрал солнечную полянку и опустил женщину на траву. Стянул с неё сапог, лодыжка опухла и покраснела, скиталец хищно оскалился и спросил с невинным видом:

— Я тебе нравлюсь?

— Что?! — изумление ворожейки сменилось криком, скиталец вправил лодыжку и наложил повязку. — Мог бы предупредить.

— Зачем? — Гай поднялся на ноги и огляделся.

Он чувствовал, как приближается гроза, надо было быстро отыскать укрытие. Под осенним дождём легко задубеть, а им для полного счастья только не хватало ещё и простудиться. Ворожейка натянула сапог и встала, опираясь на протянутую руку скитальца.

— Я могу идти, — она осторожно наступила на ногу и скривилась от боли.

— От тебя одни беды, — проворчал Гай.

— Если найдёшь источник силы, то я поправлюсь быстрее, — сказала ворожейка.

«Неужели она не чувствует грозу? — скиталец подвёл женщину к поваленному дереву и помог присесть. — Никакого инстинкта самосохранения». Гай оставил ворожейку одну и отправился на поиски укрытия. Он плохо знал ельник, обычно быстро проходил по старой дороге до самых сопок, твари хоть и водились в здешних местах, но выползали только с темнотой. «Борг тоже торопится, — вдруг осенило скитальца. — И что у вас за неотложные дела возникли разом»?

Гай вышел к старому, полуразвалившемуся дому, соломенная крыша прогнила и провалилась внутрь. Скиталец навалился плечом на дверь, та со скрипом поддалась, и он очутился внутри. Около дальней стены сохранилась деревянная лавка и стол. «Что ж, могло быть и хуже, — подумал Гай, возвращаясь к ворожейке. — Навес успею сделать до дождя, переночуем и двинемся поутру дальше».

Скиталец отнёс женщину к старому дому, закрыл дверь, подперев её изнутри разломанным стулом. Всё же лучше, чем караулить проход ночь на пролёт. Ворожейка улеглась на лавке, подложив руку под голову. Гай наскоро соорудил навес из уцелевших досок, если не будет сильного ветра, то он выдержит натиск непогоды.

— Утром я наложу заклятие на ногу, и мы сможем идти, — ворожейка закрыла глаза, чёрные волосы поблекли, видимо, она уже воспользовалась своей магией.

— Не надо, — скиталец устроился на полу. — Твари твою магию за версту чувствуют и сбегаются на неё. Переждём грозу, а потом я донесу тебя холодных ключей, их вода хорошо заживляет раны.

— Ты вспоминаешь свой дом? — спросила ворожейка, понизив голос.

— Нет, — ответил Гай, первые капли дождя упали на пол, взбив застарелую грязь.

Алая молния расчертила небо, и началась гроза.

Глава 3

Дождь неистово хлестал по старому дому, бился о стены и собирался большой лужей на полу. Гай слышал в раскатах грома жалобный крик: «Мы навсегда вместе». Он повернулся набок, капли дождя разбивались об пол и мелкими брызгами долетали до лица. «Хорошо оборотням, — угрюмо подумал скиталец. — Могут обернуться и выть от тоски».

— Гай, — окликнул его ворожейка.

Скиталец обернулся, женщина сидела на лавке, поджав под себя ноги, её кожа светилась серебром в темноте.

— Гай, — ворожейка протянула к нему руку, словно прося о помощи.

Он вскочил на ноги и ударился головой о навес, тут же за шиворот полилась вода.

— Чёрт! — громко выругался скиталец.

Женщина проснулась, разбуженная его злобным криком.

— Что случилось? — ворожейка поднялась с лавки и пригляделась к скитальцу.

— Ничего, — проворчал он, осознав, что ему всё приснилось.

— Ты говорил во сне, — женщина размяла затёкшую ногу и попыталась при ходьбе опираться на неё. — Просил кого-то остаться с тобой навсегда.

— Не придумывай, — огрызнулся Гай, прогоняя воспоминания прочь.

Гроза шумела над их головами, по стенам лилась вода, скиталец присел на краешек лавки, пока ворожейка прохаживалась под навесом.

— Мне уже лучше, — заверила она Гая.

— Попрыгай на ноге, — приказал скиталец.

— Зачем? — спросила ворожейка.

Скиталец презрительно фыркнул, женщина прекрасно поняла, для чего он это попросил сделать. Гроза смолкла, раскат грома прозвучал где-то вдалеке, даже вода застыла в воздухе. Гай схватился за меч, его движения были очень медленными, ворожейка взглянула через плечо и выставила вперёд руку, предупреждая скитальца об опасности. Златовласая дева появилась посреди лужи, грязная вода коснулась белоснежных ступней. Она ласково улыбнулась, а затем плеть рассекла воздух.

Ворожейка закричала от боли и схватилась за плечо, Гай почуял запах свежей крови, облизнул губы и ринулся на нежить. Златовласая дева легко уклонилась от медлительного скитальца, взмахнула плетью, целясь в женщину. Гай вскинул руку и перехватил её в воздухе, запястье обожгло лютой болью, будто ему в открытую рану насыпали серебра и соли. Златовласая дева расхохоталась и потянула скитальца на себя. Гай шмякнулся прямо в лужу, проехал на коленях по полу и оказался у ног нежити.

—Сгинь, тварь! — ворожейка швырнула в златовласую деву огненный шар.

Нежить ощерилась, Гай смог разглядеть мелкие острые зубки. Он закрыл глаза, шумно втянул носом воздух, а затем молниеносно нанёс сокрушающий удар. Златовласая дева закричала, плеть ослабла в её руке, и скиталец смог освободиться. Ворожейка осела на пол, хватаясь руками за горло. Гай добил нежить и пошёл к женщине, её лицо осунулось и посерело.

— Я же сказал, не используй свою магию, — скиталец поднял ворожейку на руки и отнёс на лавку.

Она судорожно дышала, словно рыба, выброшенная в знойный день на берег. Гай достал из кармана мешочек с кореньями, выудил одолень-траву и протянул женщине.

— Пожуй, хоть боль снимет ненадолго.

Златовласая дева издала последний вздох, гроза с удвоенной яростью обрушилась на старый дом. Дождь хлестал мёртвую нежить, лужа потемнела от крови.

— Что же ты такого натворила? — спросил Гай у ворожейки.

— Ты же не хотел знать, — просипела она, кривясь от горечи одолень-травы.

— Видимо, придётся, — скиталец принялся чистить меч от крови нежити. — Скоро на её запах сбегутся другие. Как только дождь стихнет, сразу же уходим.

— Я не смогу идти по темноте, — выдохнула ворожейка.

— Вот и проверим, насколько сильна в тебе жажда к жизни, — Гай убрал меч в ножны и закутался в плащ, чтобы сырость не проникла к телу.

Ворожейка закусила губу, но промолчала. Скиталец чувствовал, как она спешно пытается восстановить магические силы, вытягивая энергию ото всюду, куда только смогла дотянуться. Гроза пошла на убыль, дождь стих, а раскаты грома гремели где-то над сопками. Над старым домом послышалось хлопанье кожистых крыльев, видать, Борг отправил по следу путников летучих мышей. «Значит, нежить действовала не по указке князя, скиталец без особого желания подошёл к останкам златовласой девы и склонился над ними. — Она явно выросла не в землях забвения, на коже ни единого следа от магической яри, обжигающей всех без разбора. Кто же ты тогда»?

Гай глянул на женщину, она тяжело дышала и делала пассы руками, собирая воедино всю свою силу. Скиталец не торопился узнать историю ворожейки, ведь тогда он будет втянут в её жизнь целиком и полностью. С магами всегда надо держать ухо востро, чтобы не напороться на неприятности. В их первую встречу в трактире Гай не ощутил от неё никакой опасности. И если б не объявился посланник Борга, он бы ей отказал и ушёл на запад, чтобы до самого лета отсидеться за городскими стенами. Ворожейка прекратила своё занятие и уставилась на скитальца.

— Я готова идти, — промолвила женщина, гордо вскинув голову.

— Ты ищешь в землях забвения исцеления, — презрительно усмехнулся Гай.

— Как ты догадался? — голос ворожейки дрогнул, и вся спесь слетела с женщины, перед скитальцем предстала, уставшая до невозможности, магичка, которую хорошенько потрепала жизнь.

— Нежить слетается на твой запах, — Гай кивнул на поверженную златовласую деву. — На нас словно стоит метка, приходите полакомиться обедом.

Скиталец приблизился к ворожейке и наставил на неё меч.

— Ты была среди магов, устроивших гибель Империи, — остриё коснулось кожи на шее.

— Никто не мог предвидеть, что случится, когда магия вырвется на свободу, — ворожейка перестала скрывать свои истинный лик, чёрные волосы сменились сединой, а на скулах проступили ядовито-красные полосы магической яри. — Мне осталось недолго, не забывай, что ты заключил со мной договор. Я хочу попытаться перед смертью перезапустить вращение небесных сфер.

— У тебя ничего не получится, — Гай убрал меч от шеи женщины и направился к двери.

Ворожейка догнала скитальца, она сильно прихрамывала на больную ногу, но старалась идти вровень. Гай решил сделать крюк к источнику природной силы перед тем, как ступить на безмолвные земли. «Чёрт, надо было наступить свой гордыне на горло, — подумал скиталец, оглянувшись на женщину. — Все твари ринутся к нам, чтобы поквитаться с ворожейкой».

— Мне правда очень жаль, — она остановилась, схватившись за грудь. — Не заставляй меня чувствовать себя ещё хуже!

— Хватит ныть, — оборвал её причитания Гай. — Мы идём к холодным ключам. Я даю тебе время подумать.

— Я для себя уже всё давно решила, — ворожейка приблизилась к скитальцу. — Скоро я расплачусь за содеянное соей жизнью. Прошу, не думай обо мне плохо. От твоих мрачных мыслей я теряю присутствие духа.

— Пошли, — поторопил женщину Гай, ему вовсе не хотелось предаваться воспоминаниям.

Княжество сгинуло в магической яри, оставшиеся в живых превратились в скитальцев, ни одна земля ни приняла их. Чтобы выжить, они решили больше не тревожить память, предав забвению свою прежнюю жизнь. Гай ненавидел магию всем сердцем, но и тварей не привечал.

Они добрались до холодных ключей ближе к вечеру. Ворожейка едва переставляла ноги от боли и усталости, Гай выбрал небольшую яму, притоптал ручеек, направив его по новому руслу. Ворожейка скинула плащ и штаны, оставшись в одной рубахе. Вывихнутая нога распухла и посинела, на икрах и бёдрах виднелись вздутые красные вены. Женщина вошла в воду и закрыла глаза, дрожа от холода.

Гай отошёл от ямы, чтобы не мешать ворожейке, присел на землю и взглянул на темнеющее небо. «Слишком спокойно, — подумал скиталец. — Слишком хорошо». Ворожейка наклонилась и растирала ноги целебной водой, около ямы появилась ворона, важно прошлась и покрутила головой, разглядывая женщину. Гай хлопнул в ладоши, птица повернулась к нему и раззявила клюв, в котором виднелись мелкие, острые зубки. Бросок камня, и тварь навзничь повалилась на землю.

— Тебе ещё долго? — окликнул скиталец женщину. — Нас выследили слуги Борга.

— Дай хоть часок, — взмолилась ворожейка.

Гай ничего не ответил, поднялся на ноги и начал ходить вокруг полянки. Он ни слышал тварей, ни видел их, ни чуял — ничего, словно лес вымер. От этого состояния внутри всё звенело в предчувствии беды. Ворожейка старательно растирала ноги, поглядывая по сторонам. Сколько нападения не жди, он всё равно произойдёт неожиданно. Гай только и успел выставить руку с мечом, как из-за деревьев на них метнулась лохматая тварь, перебирая шестью ногами.

Скиталец прошёлся по боку нечисти, та дохнула смрадом в лицо Гая и отскочила в сторону. Он утёрся рукавом и встал между тварью и ворожейкой. Нечисть ощерилась и попёрла на них, злобно вереща. Скиталец резко опустился на одной колено, оказавшись под тварью, и вспорол ей брюхо. На землю полилась чёрная кровь, трава под ней стала сворачиваться и шипеть.

— Нам пора, — Гай вытер меч о мокрую траву, спрятал в ножны, а затем протянул руку женщине, помогая выбраться из ямы с водой.

Нога стала выглядеть лучше, прошёл отёк, но лодыжка всё равно выглядела распухшей.

— Заставишь прыгать? — поинтересовалась ворожейка.

— Одевайся, — Гай отвернулся от женщины.

Ворожейка натянула штаны и подхватила плащ, дотронулась до руки скитальца, показывая, что готова идти. Гай повёл её через бурелом, надеясь оторваться от шестиногих тварей. Ладонь, куда попала чёрная кровь, болела от яда, будто он её над огнём держал. «Чёрт, надо было промыть рану», — мысленно обругал себя Гай, но возвращаться к холодным ключам было поздно. Дикий вопль подстегнул путников ускорить шаг. Ворожейка резво перескакивала через поваленные стволы деревьев. Скиталец изредка оглядывался, проверяя погоню. Шестиногие твари ломились напролом, рёв и треск раздавались на весь лес.

— Почему они так торопятся? — Гай остановился и начал озираться по сторонам.

— Чего ты встал?! — крикнула ему ворожейка.

— Стой! — скиталец не успел остановить женщину, земля под её ногами разошлась, и она полетела в яму, сокрушённо промолвив: — нас загоняют в ловушку.

— Помоги! — донёсся из глубокой ямы голос ворожейки.

Скиталец ничего не ответил, развернулся и принялся ждать тварей. Они выскочили к яме и окружили Гая, продолжая неистово вопить. Скиталец спокойно ждал, чтобы они напали первыми. Самая крупная шестиногая нечисть, видимо, самка, замолкла и уставилась выпученными глазами на него. Она щёлкнула челюстью, и одна из тварей напала с боку. Гай быстро отбил удар, лишив ноги, шестиногие злобно заверещали и бросились всем скопом. Скиталец рубился с нечистью, правая рука начала уставать, а твари всё никак не сдавались. Гаю удалось достать в голову тварь поменьше, то попыталась отскочить, и сама напоролась на обломанную ветку дерева, полилась чёрная кровь. Самка издала низкий вибрирующий звук, все остальные попятились от скитальца. Твари отступили за деревья, продолжая следить за скитальцем и ямой.

Гай мечом срубил тонкое деревце и спустил его к ворожейке. Женщина зацепилась за ветви, и он принялся её вытаскивать, поглядывая в сторону нечисти. Самка сообразила, что добыча собирается ускользнуть, громко заверещала, и они вновь перешли в атаку. Скитальцу пришлось отпустить деревце, ворожейка зацепилась руками за край ямы и стала выбираться сама. Гай повторил приём с опусканием на одно колено и вспорол брюхо ещё одной твари. Женщина взмахнула руками, собираясь применить магию.

— Не смей! — прохрипел ей скиталец.

Самка злобно верещала, но боялась подступить ближе. Гай попятился к ворожейке, выставив перед собой меч.

— Отходим к тем елям, — он махнул рукой, куда идти.

Ворожейка пошла боком, стараясь не разворачиваться к нечисти спиной. Скиталец прикрывал их отход. Шестиногая тварь сдалась и оставила путников в покое, напоследок плюнув в них чёрной слюной. Гай успел уклониться, а женщина пропустила, плащ на ней зашипел и появилась огромная дырка. Ворожейка скинула его на землю, ядовитая слюна не успела добраться до её рубашки.

— Могло быть и хуже, — проворчал Гай, засовывая меч в ножны.

Ворожейка зябко поёжилась, обхватив себя руками, и скитальцу пришлось отдать женщине свой плащ.

Глава 4

Ночевать опять пришлось в лесу. Гай устроился в корнях дерева, уступив ворожейке место на ветке, которая низко нависла над землёй и словно была создана для уютного отдыха. Женщина, конечно, не оценила, долго ворочалась, осыпая на голову скитальца порыжелую листву. «Если он сейчас не угомонится, — подумал Гай. — Придушу». Ворожейка стихла, видимо, легла удобнее, перестав злить скитальца. Только он закрыл глаза, как заурчал пустой желудок. Гай стиснул зубы, понимая, что уснуть сегодня ему вряд ли удастся. Снова на голову посыпалась листва, ворожейка низко склонилась и дотронулась до плеча скитальца. Гай открыл глаза, заготовив гневную речь. Женщина протянула ему несколько полосок сушёного сыра.

— Возьми, — тихо промолвила она. — У меня немного осталось после вчерашнего ужина.

— Спасибо, — пробурчал Гай, принимая из её рук сыр.

В темноте аромат ворожейки чувствовался яснее, к нему добавились нотки воды. Скиталец даже пытаться не стал угадывать запах. Он молча жевал сыр и кутался в плащ. Низкий гул прокатился по чёрному небосклону, Гай мгновенно оказался на ногах с мечом в руке.

— Что это? — встревоженно спросила ворожейка, указав на восток.

Багряная дуга широкой полосой вспыхнула на небе, огненные лучи потянулись к земле, и в их кружеве заметались вороны с громким карканьем проклиная всех живых и мёртвых. «Борг», — Гай опустил меч, до них князь сегодня не доберётся, занят другими делами.

— Это невозможно, — прошептала ворожейка. — Знания о небесных сферах давно утеряны.

— Значит, Борг всё-таки их нашёл, — усмехнулся скиталец, устраиваясь в корнях дерева.

— Ты знаешь его? — женщина присела на корточки рядом с Гаем.

— Да, — нехотя ответил тот. — Половина его княжества уцелела после вспышки магической яри.

— Мы должны остановить его, — ворожейка дотронулась до руки скитальца.

— Я никому ничего не должен! — рявкнул на неё Гай. — Ложись спать. Завтра подъём на рассвете. Или ты забыла, что собралась спасать земли забвения?

— Послушай, — вкрадчиво промолвила ворожейка. — Твой Борг пытается подчинить себе магическую ярь.

— Он не мой, — Гай закрыл глаза, показывая, что разговор окончен.

— Неужели тебе безразлична судьба мира? — женщина пыталась добраться до совести скитальца. — Магическая ярь опасна, ты же сам видел, во что она превращает людей. Если не остановить Борга, то может повториться война.

— Пусть орден Паука разбирается с князем, — скиталец натянул капюшон на голову и замолчал.

Ворожейке пришлось смириться и лечь спать. Гай же не смог заснуть, восприятие обострилось, он слышал, как дышит лес, как ветер приносит запах гари. Память всколыхнулась, к горлу подступил ком. Скиталец ощутил пульсацию на пальцах, словно их вновь опалило огнём.

— Мы навсегда будем вместе, — светлые волосы развеваются и закрывают лицо, но всё равно видно укоризненный взгляд серых глаз.

Гай рывком поднялся на ноги, тонкая полоса рассвета зажглась на востоке. Багряная дуга исчезла с небосклона, скиталец принюхался, никакой гари и дыма. Ворожейка спала на ветке, подложив руку под голову. За ночь она восстановила силы, чёрные волосы струились по плечам, а кожа на лице стала нежной и упругой. Когда-то она была очень красивой, и Гай, возможно бы приударил за ней. Скиталец усмехнулся своим мыслям и легонько потряс женщину за плечо.

Ворожейка открыла глаза, а затем потянулась, словно кошка. Гай протянул ей флягу с остатками воды, а сам отошёл, чтобы не мешать. Женщина выпила всё до последней капли. Скиталец рассчитывал добраться до сопок к обеду, там у него был схрон с припасами, которых бы вполне хватило на путешествие вглубь земель забвения.

— О чём ты задумался? — спросила ворожейка, возвращая пустую флягу.

— Если поторопимся, то успеем до обеда добраться до курганов у подножия сопок, — сказал Гай. — Там еда и сухая одежда.

— А горячая ванна будет? — насмешливо поинтересовалась ворожейка.

— Обойдёшься, — проворчал скиталец и двинулся в путь.

Они спокойно прошли лес и вышли к старой дороге, точнее к тому, что от неё осталось. Кое-где виднелись булыжники, но сухая трава заполонила всё вокруг. По обочине тянулись кусты смородины, солнце искрилось на чёрных гроздьях ягод. Вскоре они вышли к перекрёстку, ворожейка остановилась около старого указателя.

— Так странно очутиться здесь, — она провела пальцами по железному столбу, деревянные дощечки сгнили и обвалились. — Будто возвращаюсь в свою молодость. Ты чувствуешь, как оживают воспоминания?

— Нет, — Гай сорвал чёрные ягоды и положил в рот, сладость растеклась по языку.

— Почему ты закрываешься от меня? — ворожейка приблизилась к скитальцу и попыталась посмотреть в глаза, но он отвернулся. — Я чувствую твою боль.

— Пора идти, — Гай обошёл ворожейку и двинулся дальше по дороге.

— Как скажешь, — женщина бросила прощальный взгляд на указатель и поторопилась за скитальцем.

Чёрная ворона присела на железный столб и склонила голову, наблюдая за путниками. Гай обернулся, почувствовав на себе внимательный взгляд. Птица каркнула, напоминая о неминуемой смерти в землях забвения. Скиталец усмехнулся и пошёл вперёд.

Солнце висело высоко в небе, когда Гай и ворожейка переступили тёмную полосу, отделяющую мир от земель забвения. Женщина поёжилась, ощутив холод, вроде один шаг, но тепло словно бы осталось позади. Она посмотрела на скитальца, тот спокойно шёл, словно ничего не испытывая.

— Далеко отсюда княжество Борга? — поинтересовалась ворожейка.

— Я не буду вмешиваться в его дела, — отрезал Гай.

— Мы можем остановить князя, — женщина не желала сдаваться.

— Ты сказала, что хочешь исправить свою ошибку и запустить небесные сферы, — скиталец резко повернулся к ворожейке. — Ты соврала мне?

— Нет, — голос женщины дрогнул. — Просто я не уверена, что у меня получится это сделать в одиночку. Пойми, Боргу кто-то помогает. Это очень сильный маг. Ты же сам видел багряную дугу вчера.

— Что ты скрываешь от меня? — Гай навис над ворожейкой, годы скитаний научили его чуять ложь за версту.

— Ничего, — испуганно ответила ворожейка.

— Я это уже слышал, а потом выяснилось, что ты отравлена магической ярью, — презрительно сказал скиталец. — Признавайся, чего задумала.

— Я могу запустить небесные сферы, — ворожейка гордо вздёрнула подбородок. — Но помощь мага никогда не помешает.

— С чего ты вообще взяла, что маг Борга станет помогать тебе? — ноздри Гая хищно раздулись.

— Предчувствие, — женщина отошла от скитальца и тяжело задышала, на скулах проступили пунцовые полосы.

— Лгунья, — Гай сошёл со старой дороги и направился к высокому холму.

Ворожейка ничего не ответила, понуро опустила голову и поплелась следом за скитальцем. Гай быстро отыскал свой схрон, раскопал и вытащил два холщовых мешка. В одном лежали припасы, а в другом — чистая одежда. Он выбрал для ворожейки тёмные штаны, серую рубаху и вязанный жилет.

— Надень, скоро станет очень холодно, — Гай дал женщине одежду, а сам принялся перебирать запасы.

Гречка, пшено, несколько початков сладкой кукурузы, сушёные корни и вяленое мясо. Скиталец переложил припасы в дорожную сумку, оставив им на обед свинину. Он не стал разжигать костёр, чтобы не привлекать ненужного внимания. Ворожейка переоделась и присела рядом с ним, Гай протянул ей вяленое мясо и воду.

— Пойдём дальше вдоль реки Гнилушки, — скиталец прожевал свинину и достал из сумки сладкий корешок. — От неё можем повернуть в павшим воротам или сделать крюк через каменные столбы.

— Давай попробуем через ворота Эсбурга, — промолвила ворожейка.

На камень недалеко от путников опустилась ворона. Она важно прошлась, цокая коготками, а затем каркнула. Ворожейка вздрогнула и отшатнулась от чёрной птицы.

— Она понимает о чём мы говорим? — спросила женщина у Гая.

— Не знаю, — пожал тот плечами.

Скиталец и раньше встречал соглядатаев Борга, страха перед ними не испытывал, но и близко к себе не подпускал. «Возможно, мне стоило поквитаться с князем, — подумал Гай, мельком глянув на ворожейку. — Но мне не хватило злости. Смерть для Борга слишком лёгкое наказание». Ворона спрыгнула с камня и приблизилась к путникам.

— Пошли, — скиталец поднялся на ноги, подхватил ворожейку под локоть и потянул вверх. — Не стоит ждать других тварей.

— Пока мы шли сюда, никого не встретили, — промолвила женщина, озираясь по сторонам.

— Налюбуешься на них возле павших ворот, — заверил ворожейку Гай.

Ворона злобно каркнула вслед путникам и взлетела, обронив чёрное перо. Скиталец ускорил шаг, им в лицо начал дуть холодный ветер, пробирающий до костей. Ворожейка закуталась в плащ, вязанный жилет мало ей помогал, женщина дрожала и старалась спрятаться за спину Гая. Казалось, будто время замедлилось, каждый шаг давался с трудом, ноги по щиколотку увязали в рыхлой, чёрной земле.

Гай остановился и подождал отставшую ворожейку. В землях забвения он чувствовал себя спокойно, сердце не терзалось призрачными обидами, он не жалел о прошедшем, живя здесь и сейчас. Магическая ярь, вспыхнувшая в одну из ночей войны, навсегда перевернула жизнь Империи. Скиталец невольно потянулся к груди и потёр через плащ старый шрам.

— У меня чувство, будто земля отторгает меня, — промолвила ворожейка.

— Ты ни разу не была здесь после магической яри? — язвительно спросил Гай.

— Когда мы уходили, то земля ещё была жива, — призналась женщина.

Земли забвения заставили её ссутулиться, магия ворожейки истончалась, покидая тело. В чёрных волосах опять проступила седина. Гаю больше не было её жаль, ворожейка заслужила такую участь, как и те маги, которые сотворили ярь, пожравшую княжества. Скиталец подставил свой локоть, чтобы женщина могла на него опереться и продолжить путь.

Глава 5

Ворожейка ступала тяжело, Гай её не торопил. На их пути стали попадаться сухие деревья, упрямо держащиеся корнями за мёртвую землю. Чёрные стволы были покрыты красным налётом, который издалека казался мхом.

— Долго ещё до ворот? — спросила ворожейка, отрава проникала в её тело через кожу, затрудняла дыхание.

Скиталец усмехнулся: «Наслаждайся тем, что сотворила». Солнце медленно катилось к закату, а они даже до ближайшего укрытия не добрались.

— Завтра днём до них доберёмся, — промолвил Гай, выискивая место, где можно спокойно заночевать.

Они не так далеко отошли от границы земель забвения, так что тварей можно и не опасаться. Последний рейд скитальцев был полмесяца назад, им заплатил князь, чтобы спокойно перезимовать. Гай тогда не попал в него, был занят на западе, охотился на кикимор. Ворожейка оступилась и упала, скиталец помог ей подняться на ноги.

— Пора остановиться на ночлег, — промолвил скиталец.

— Ещё светло, — заупрямилась женщина. — Продолжим путь.

— Хорошо, — Гай не стал с ней спорить, отпустил руку ворожейки, а сам пошёл вперёд.

Упрямая женщина выдержала двадцать шагов, потом просто повалилась на землю.

— Ночлег? — насмешливо поинтересовался скиталец.

— Уговорил, — проворчала ворожейка, не в силах даже пошевелиться.

Гай осмотрелся, заприметил дерево с небольшим углублением в корнях, поднял женщину на руки и направился туда. Скиталец внимательно осмотрел укрытие, видимо, когда-то здесь был родник, но магическая ярь всё пожрала. Он опустил ворожейку на землю и занялся костром, наломав сухих веток с дерева.

— Может, обойдёмся без огня? — спросила ворожейка.

— Не бойся, на пять вёрст никого нет, — усмехнулся Гай, уж магичка-то должна чувствовать тварей.

— Мне неспокойно, — призналась женщина, прижав руки к груди.

— Привыкнешь, — скиталец продолжил разводить огонь, красное пламя объяло сухие ветки, он примостил над ним котелок, налил из фляги воды и насыпал пшена.

— Не могу избавиться от чувства, будто за нами следят, — ворожейка устало прислонилась спиной к дереву.

— Земли забвения, — пожал плечами Гай, мол, такое чувство здесь всегда у всех.

— Почему вы не ушли на запад? — поинтересовалась она, придвинувшись к костру, пламя не только согревало, но прогоняло дурные мысли из головы.

— Наш дом — здесь, — скиталец похлопал ладонью по мёртвой земле.

— Но вы могли начать всё заново, — ворожейка протянула руки к огню.

— У вас, магов, всё слишком просто, — проворчал Гай. — Предательство у вас в крови. Вы первыми после беды же и сбежали, а нам пришлось разгребать жар голыми руками. Это наша земля, какая бы она не была.

— Небесные сферы смогут остановить магическую ярь, — вздохнула ворожейка, и скиталец почувствовал, что она не верит собственным словам. — Но они не смогут вернуть плодородие мёртвой земле.

— Мы всё равно никуда не уйдём, — Гай снял с огня котелок, посолил, а потом наложил кашу в миски, одну из которых протянул женщине.

— Спасибо, — поблагодарила ворожейка.

Скиталец подкинул сухих веток в костёр. Каша быстро закончилась в его миске, он облизнул ложку, протёр пустую посуду тряпкой и сложил в дорожную сумку.

— Когда я была в столице, слышала, что князь Приграничья искал мага, — промолвила женщина.

— Не начинай, — перебил её Гай. — У нас договор, я проведу тебя до бывшей столицы Империи, а ты отдашь мне уцелевшие камни.

— Если Борг запустит магическую ярь, это убьёт небесные сферы, — глаза ворожейки вспыхнули колдовским огнём.

Гай презрительно усмехнулся, забрал у неё пустую миску и спрятал в сумку. Женщина злобно зашипела, но её магия исказилась и не подействовала на скитальца. Гай повернулся к ней и протянул флягу с водой.

— Не расходуй попусту свои силы, — равнодушно произнёс Гай. — Здесь очень мало источников силы, а до павших ворот ни одного.

Ворожейка кивнула, что поняла скитальца, сделала несколько глотков воды и вернула флягу. Гай затоптал костёр, затем присел рядом с женщиной, солнце наполовину зашло за линию горизонта. Ворожейка закрыла глаза, сложив руки на животе, будто прикрывая от тварей своё нутро. Скиталец накрыл их обоих своим плащом, и они слились с землёй.

Стая чёрных ворон пронеслась над их головами. Гай проводил птиц взглядом, ворожейка спала, положив голову ему на плечо. Скиталец чествовал тепло, исходящее от женщины, её чудесный запах дурманил, заставляя память напрягаться в поисках ответа. Чёрная ворона присела на ветку дерева и каркнула, уставившись на Гай. Скиталец смотрел на неё, ни разу не моргнув, внутри него разлилась пустота, словно он и был ею. Птица склонила голову, блеснули глаза-бусинки, она громко каркнула, но Гай остался недвижим, а ворожейка спала, полностью доверившись ему. Ворона злобно раззявила клюв с острыми, мелкими зубами, а затем взмахнула крыльями и упорхнула прочь.

Гай провалился в сон, отпустив разум бродить по осколкам воспоминаний. Запах гари выдернул его в суровую реальность до того, как языки пламени объяли замок. Изморозь покрыла всё вокруг, поблёскивая под солнечными лучами. Скиталец потянулся и зевнул, голова ворожейки соскользнула с его плеча, женщина вздрогнула и проснулась.

— Пора идти, — промолвил Гай и поднялся, стягивая плащ.

Ворожейка поёжилась от холода. Скиталец протянул ей руку, помогая встать на ноги.

— Спасибо, — она сделала несколько шагов, чтобы размять лодыжку, затёкшую за ночь. — Даже чай не попьём?

— Тогда не успеем к воротам, — ответил Гай, привыкший питаться один раз в день.

Скиталец всё же сжалился над изнеженной женщиной и достал из сумки вяленое мясо.

— Поешь на ходу, — проворчал он, и они отправились в путь.

Как Гай и обещал, к обеду путники вышли к павшим воротам. От некогда красивых арок, высотой в три человеческих роста, остались лишь небольшие основания и разбросанные камни подле них. Княжество Эсбург славилось своим гостеприимством, встречая торговцев и путников у своих ворот. Теперь же всё затянулось багряной бахромой, медленно поедающей остатки былой роскоши.

Ворожейка приложила руку к груди и замерла, смотря с пригорка на павшие ворота. Скиталец не торопил женщину, позволяя вдоволь насладиться разрухой. Никто в княжестве не уцелел, первый удар магической яри как раз пришёлся на Эсбург. Их даже некому было оплакать, все разом обратились в серую пыль.

— Мы уходили через портал, — промолвила ворожейка, изумлённая мёртвым княжеством до глубины души. — Я не видела, во что превратились земли, попавшие под удар.

Гай презрительно усмехнулся, никто не хотел вспоминать страшное прошлое, так и появились земли забвения, полные магической яри и тварей всех мастей. Ворожейка сошла с пригорка и направилась к павшим воротам, позабыв об опасности. Скиталец успел сбить женщину с ног, когда на них с неба спикировала крылатая тварь, кровожадно щёлкнув клювом. Ворожейка вскрикнула от испуга и вжалась в землю. Гай выхватил меч и выпрямился во весь рост.

Тварь облетела их дважды, прежде чем наброситься ещё раз. Скиталец отбил атаку, успев вспороть жилистое брюхо. Тварь злобно заверещала, отлетев подальше от путников. Гай заметил на небе две чёрные точки, проход через павшие ворота был закрыт для них. Он схватил ворожейку и потащил обратно за пригорок.

— Нам же в другую сторону, — воскликнула женщина.

— Они нас сожрут заживо, — рявкнул на неё скиталец.

— Ты не смог справиться с летающей тварью? — ворожейка вырвалась из его рук.

— Прости, но у меня нет крыльев, — язвительно отозвался Гай, подталкивая женщину вперёд.

— Мог бы попытаться, — она никак не унималась, заставляя скитальца злиться.

Гай почувствовал дуновение ветра и заставил её пригнуться, над их головами промчалась тварь, обрызгав вонючей слюной. Скиталец приподнял ворожейку и показал на железные столбы, вбитые в землю.

— Бежим к ним, — приказал он и с силой толкнул женщину в ту сторону.

Ворожейка понеслась со всех ног, подстёгиваемая злобным визгом. Гай выставил меч, приглашая тварь наброситься на него. Та пролетела мимо скитальца, выбрав в жертву женщину.

— Чёрт! — выругался Гай и побежал на помощь к ворожейке.

Женщина споткнулась и упала, лишь это спасло её от неминуемой смерти. Скиталец прыгнул и срезал низ крыла твари, та заверещала и взмыла в небо, разбрасывая капли крови. Ворожейка поднялась и без лишних слов ринулась к железным столбам. «А ведь может и дойти до мертвецкого моста», — ухмыльнулся Гай, глядя на убегающую женщину.

Тварь от них отстала, железные столбы послужили хорошим прикрытием для путников. Злобная бестия покружила над ними, а затем убралась к павшим воротам, где, видимо, и сплела себе гнездо. Скитальцы чаще всего пользовались другой дорогой, идущей в обход Эсбурга, поэтому никто и не знал о летающей твари. «Надо будет предупредить своих», — подумал Гай, обдумывая дальнейший путь. Ворожейка молчала, не мешая скитальцу пустыми разговорами.

— Железные столбы размечают дорогу между княжеством и рекой, — промолвил скиталец. — Это будет крюк в один день, выйдем к каменным столбам и спустимся вниз по реке.

— Разве она уцелела? — удивилась ворожейка.

— Да, — кивнул Гай. — Теперь её называют Гнилушкой.

— Почему? — поинтересовалась женщина, напряжённо всматриваясь в синеву неба.

— Скоро сама узнаешь, — скиталец убрал меч в ножны, и пошёл прочь от мёртвого княжества.

Ворожейка вздохнула и пошла следом, смирившись с тем, что они потеряют целый день на дорогу. Гай слышал тяжёлые шаги женщины и не оборачивался: «Пусть проникнется тем, что сотворила с другими магами. Земли забвения мстят своим обидчикам».

Глава 6

Скиталец первым почувствовал вонь речной гнили, ворожейка брела позади него, стараясь меньше смотреть по сторонам. Земли забвения стали угнетать женщину, тянуть из неё магические силы. Гай усмехнулся, чуть замедляя шаг.

— Давай сделаем привал, — взмолилась ворожейка.

— Это не самое лучшее место, — сухо ответил скиталец.

— Я больше не могу! — закричал она.

Гай обернулся, ветер развевал седые волосы, вокруг глаз и рта собрались морщинки, а колдовские глаза потухли. «Неужели не дойдёт до мертвецкого моста»? — с грустью подумал скиталец. Над их головами вспыхнула серебристая дуга, Гай инстинктивно отскочил, чтобы не попасть под её свечение. Ворожейка задрала голову вверх, по её щекам покатились крупные слёзы.

— Я устала, — глухо промолвила ворожейка, в голосе женщины прозвучали прожитые годы, тяжёлым грузом лёгшие на хрупкие плечи. — У меня нет сил, чтобы идти дальше.

Серебристая дуга издала вибрирующий звук, от которого по спине Гая поползли мурашки.

— Я готова отступить от всего, — ворожейка упала на колени и закрыла лицо руками.

«Небесная сфера», — догадался скиталец, в памяти всплыли эксперименты Борга с одной из них. Женщина выплакалась, а затем поднялась на ноги и побрела к Гаю. Серебристая дуга стала истончаться, и через мгновение вовсе исчезла.

— Ненавидишь меня? — вдруг спросила ворожейка.

Скиталец промолчал, он видел, что ей хочется выговориться, но не ему прощать магичку. Те, кто бы хотел услышать оправдания женщины, давно лежали серой пылью на земле. Забвение действовало на всех по-разному, кто-то замолкал, словно забывая навсегда слова, кто-то плакал, вдыхая мёртвый воздух, а кого-то тянуло на разговоры.

— Наши намерения были благими, — голос ворожейки стал тонким и ломким, она яростно требовала внимание Гая. — Небесные сферы должны были открыть проход между мирами.

— Этого мира не хватило вам? — не удержался скиталец от язвительного вопроса.

— Ты не понимаешь! — с жаром воскликнула женщина. — Из другого мира к нам бы пришла благодать, прекратились б все войны и наступил вечный мир.

Скиталец подал плечами, мол, а не всё ли равно теперь.

— Всё можно исправить, — ворожейка схватила Гая за руку, заставив остановиться. — Помоги мне остановить Борга, чтобы не повторилась вспышка магической яри.

— Княжество Эсбург, как и другие, не восстанет из пепла, — равнодушно ответил скиталец, высвободившись от женщины. — Не забывай, ты хотела запустить небесные сферы, чтобы они исцелили земли забвения.

— Хорошо, — кивнула ворожейка, понимая, что он не оставил ей никакого выбора. — Идём в проклятый город. Я покажу тебе, где спрятаны камни Империи.

«Да что её так тянет к Боргу»? — задумался скиталец, ветер потянул с речки гнилостный запах. Ворожейка закашлялась с непривычки, закрывая рукавом рубашки нос. Гай оглянулся, среди небесной синевы виднелись чёрные точки. «Чёрт, — мысленно выругался скиталец на ворожейку. — Накаркала».

Он повёл женщину к речке, надеясь поскорее уйти с открытого пространства. Среди каменных столбов, оставшихся после падения плотины, модно было легко укрыться от чужих глаз. Ворожейка настолько сильно погрузилась в собственные переживания, что перестала чувствовать надвигающуюся опасность.

Река Гнилушка несла свои смолянисто-тягучие воды через земли забвения, смердя на версту вокруг от себя. Несмотря на вонь, берега были безопасны, даже твари не желали селиться близко от мёртвой воды. На другом берегу уже виднелись каменные столбы, путникам надо было всего лишь добраться до переправы, и они окажутся в безопасности. Ворожейка, наконец-то, заметила, что Гай торопится и часто поглядывает на небо.

— Что-то не так? — спросила она у скитальца.

— Здесь всё не так, — усмехнулся он, ускоряя шаг.

— Мы от кого-то бежим? — ворожейка посмотрела на небо, но ничего не увидела.

— Пока ещё нет, — ответил Гай, приблизившись в чёрной воде.

Если он не ошибался, где-то здесь начиналась отмель, но из-за грязной воды, её трудно было разглядеть. Скиталец низко склонился над речкой, словно внюхивался в неё, ворожейка зажала нос рукой, от вони кружилась голова.

— Долго ещё? — странное беспокойство коснулось магичку, она резко обернулась, но никого не увидела.

— Не торопи меня, — спокойно произнёс Гай, ему не хотелось без особой нужды совать руку в мёртвую воду, потом неделю чесаться будет, если ни хуже.

— К нам что-то приближается, — нервно промолвила ворожейка.

Скиталец искоса глянул на женщину, частая смена настроений уже раздражала его сверх меры. Гай был очень терпеливым, редко принимал поспешные решения, что послужило высокой живучести на землях забвения. Ворожейка пропускала вибрации мёртвой земли через себя, поддаваясь чувствам, вороша прошлое без особой надобности. «Неужели у неё есть совесть»? — подумал скиталец и вновь обратил взор на чёрные воды. Волна лизнула берег, и Гай заметил дорожку из серых камней, ведущую на другой берег. Со стороны павших ворот донеслось карканье, у скитальца возникло чувство, будто птицы набросились на тварей, охранявших проход в княжество Эсбург.

— Пошли, — Гай ступил на серые камни и уверенно направился к другому берегу.

Ворожейка осторожно двинулась за ним, боясь поскользнуться. Скиталец подождал, когда женщина переберётся, а потом показал на каменные столбы.

— Идти будем быстро, но не бежать, — промолвил он. — Держись ближе к воде, чтобы твой запах смешался с Гнилушкой.

— Значит, там всё-так что-то было, — усмехнулась ворожейка, ведь она оказалась права.

— Иди, — приказал Гай, подтолкнув женщину в спину, а сам пристроился следом, прикрывая её со спины.

Ворожейка едва сдерживалась, чтобы не сорваться на бег, но суровый взгляд скитальца в спину, удерживал её от опрометчивого поступка. Чёрная ворона спикировала н путников, острыми коготками пройдясь по седым волосам женщины.

— Замри, — приказал Гай, положив ей руку на плечо.

Вороньё закружилось над головами скитальца и ворожейки, вниз летели чёрные перья. Женщина обхватила себя руками за плечи, согнувшись под тяжестью страха. Гай спокойно взирал на птиц, обнажив меч, а те выжидали. Где-то вдали прозвучал звук рога, вороньё рассыпалось по сторонам, а над землями безмолвия поднялась арка багряного цвета. Скиталец нутром ощутил, как воздух уплотняется, пропитываясь магической ярью, одно мгновение, и мир вновь сорвётся в пляску смерти.

Птицы позабыли про путников и устремились навстречу багряному сиянию. Гай приблизился к женщине и положил ладони ей на плечи. Ворожейка дрожала, веер развевал седые волосы, казалось, она сейчас рассыплется в его руках.

— Пошли, пока они не вернулись, — скиталец подтолкнул женщину к каменным столбам, теперь не было нужды торопиться.

— Так тяжело идти, — глухо промолвила ворожейка. — Земля пожирает меня.

— Это всего лишь магия, — Гай придержал женщину за локоть, чтобы она не падала.

— Разве? — ворожейка хрипло рассмеялась. — Давно я не чувствовала себя виноватой. Мне даже не выплакать свою боль, не высказать. Оно пожирает меня изнутри.

— Тогда кричи, — предложил скиталец, не испытывая к ней ни капельки жалости.

— Ты насмехаешься надо мной, — ворожейка взглянула на Гая, но его лицо осталось непроницаемым. — Не веришь, что я могу это чувствовать?

— Птицы возвращаются, — поторопил скиталец.

Они прибавили шаг и вскоре смогли укрыться среди каменных столбов, вороньё кружило высоко в небе, из-за багряной полусферы птицы казались кроваво-чёрными. Ворожейка втянула голову в плечи, но от злобного карканья некуда было укрыться. Гай не обращал на ворон внимания, его больше заботило то, что жило на земле. Они удалились от Гнилушки на достаточное расстояние, так что можно ожидать нападения голодных тварей.

Путники добрались до развалин плотины, земля под ногами стала вязкой и илистой, стали попадаться пустые ракушки и белые, плоские камни. Женщина наклонилась и подобрала один из них, повертела и швырнула в каменный столб.

— Я была здесь, когда только возвели плотину, — задумчиво промолвила ворожейка. — Мы кидали камни, соревнуясь с подругами.

Скиталец не остановился, чтобы послушать ворожейку. Он знал много историй о счастливых днях, но все они лишь тянули ко дну, время обратно уже не повернуть, а попусту тревожить душу не зачем. Женщина догнала Гая, багряная полусфера начала таять в небе, магия пошла на убыль, перестав придавливать к земле. «Интересно, когда она захочет рассказать мне правду»? — усмехнулся скиталец.

— Надо дойти до заставы, — Гай обернулся к ворожейке. — Сегодня будем идти по темноте. Держись ближе ко мне.

— Хорошо, — кивнула она.

Солнце упало за линию горизонта, чернота подсвечивалась багрянцем, а вскоре и вовсе истаяла. Скиталец чувствовал, как земли забвения облегчённо вздохнули, что ещё один день прожит, а ночь выпьет слёзы тех, кто устал. Гай прекрасно знал местность, а вот ворожейка спотыкалась на каждом шагу. Он не злился на неё, она ведь отправилась сюда с благими целями. «Спасительница мёртвого мира, — мысленно усмехнулся скиталец. — Сколько же вас побывало здесь и не счесть. Только слишком поздно вы все опомнились».

— О чём ты думаешь? — спросила ворожейка, дотронувшись до руки Гая.

— После заставы двинемся через княжество Фаркай, — ответил скиталец. — Там нас ждут соляные поля. По сравнению с другими, путь безопасный.

— Разве не там живут призраки, тянущие кровь из путников? — поинтересовалась ворожейка.

Гай ухмыльнулся, хотел спросить, уж не она ли сама этих тварей и создала, но по обыкновению промолчал. Женщина больше не решилась задавать вопросы, почувствовав, что и так сказала лишнего. Скиталец ощущал, как от неё исходит страх, значит, не так уж он и ошибся в своих предположениях. Вскоре они добрались до заставы княжества Фаркай. Три башни близко стояли к друг другу и хорошо сохранились. Гай открыл дверь, на которой висела железная подкова, и пропустил вперёд женщину. Он в кромешной темноте добрался до печи и растопил её сухими дровами. «Надо будет на обратном пути пополнить запасы», — подумал скиталец, зачерпнув в котелок воды из бочки, подставленной под водосток.

Ворожейка села на лавку и положила руки на стол, она тяжко вздохнула, опустив вниз голову. Гай поставил котелок на печь и бросил в него коренья, затем достал остатки мяса и сел напротив женщины.

— Поешь, — окликнул он её.

— Не хочу, — ответила ворожейка, не поднимая головы.

— Так ты далеко не уйдёшь, — ухмыльнулся Гай.

— Ты будешь мне помогать с Боргом? — глухо спросила женщина.

— Нет, — равнодушно промолвил скиталец, разжёвывая мясо. — Мы идём в другую сторону.

— Я уже не верю, что у меня получится совершить задуманное, — ворожейка подняла голову и посмотрела на него, под глазами появились чёрные круги, а зрачки расширились.

«До мертвецкого моста доберёшься», — подумал Гай и продолжил есть.

Глава 7

Ворожейка еле проснулась утром, скиталец не торопил женщину, подождал, когда она умоется и выпьет кружку горячего настоя из кореньев. Он даже оставил ей немного мяса, чтобы та не осталась голодной. Соляные поля располагались на стыке трёх княжеств Эсбурга, Фаркая и Гальхео, они белым клином врезались в черноту земель забвения. Гай не считал их опасными, но ворожейка знала о призраках. Твари имели бледную кожу, почти прозрачную и спокойно жили в соляных шахтах, изредка выбираясь на поверхность.

— Я готова, — сказала женщина, поднявшись из-за стола.

Скиталец прибрался, потушил огонь в печи, а затем они продолжили путь. Ветер приносил с Гнилушки отвратительные запахи, от которых свербело в носу. Ворожейка шла бодро, видимо, успела восстановить силы за ночь, она не стала прихорашиваться перед Гаем, оставив волосы седыми. Скиталец ускорил шаг, чтобы попасть на соляные поля до того, как солнце начнёт припекать. Через несколько часов на линии горизонта показалась белая полоса. Ворожейка остановилась, будто засомневавшись в выборе Гая, тот усмехнулся и продолжил идти.

— Нам же не обязательно идти через них? — поинтересовалась женщина, догнав скитальца. — Мы можем пройти по кромке и взять левее, через Фаркай проще выйти к столице Империи.

— Там давно обосновались пауки, — скиталец не думал убеждать женщину пройти сквозь соляные поля. — Многие тысячи вёрст покрыт липкой паутиной. Если хочешь, могу проводить тебя туда.

Гай понял, что ворожейка задумала сбежать от него, чтобы направиться к землям Борга, уж очень ей не давала покоя багряная дуга. «А столько было разговоров о небесных сферах, — улыбнулся скиталец. — Как легко она пренебрегла спасением мира. Скоро всё закончится». Ветер сменил направление и принёс запах соли. Гаю показалось, что ворожейка испытала чувство стыда.

— Наши говорят, что призраки раньше были бродягами, — вдруг нарушил молчание скиталец.

На щеках женщины проступил румянец.

— Вроде на них испытывали какое-то магическое заклятье и что-то пошло не так, — Гай почесал переносицу, исподтишка наблюдая за спутницей.

— Может быть, — пожала плечами ворожейка, уклоняясь от разговора.

— Главное не шуметь, они плохо слышат, — предупредил её Гай.

Белая полоса расширилась, теперь ветер доносил до путников крупинки соли. Скиталец натянул на голову капюшон, чтобы защититься от неё. Соль не отравляла кровь, как магическая ярь, но всё же доставляла неприятные ощущения при попадании на кожу. Ворожейка последовала его примеру, через десять шагов они ступили на белые поля. Сразу стало легко дышать, вонь Гнилушки осталась позади, воздух сверкал в солнечных лучах. Гай указал женщине на чёрный столб, возвышающийся в дали.

— Иди к нему по прямой, свернёшь и угодишь в шахту, — сказал скиталец.

При упоминании шахты ворожейка побледнела. Соль покрылась коркой, идти по ней было легко, Гай больше не поднимал разговор о призраках. Около первых насыпей он увидел следы, тонкие, вытянутые ступни забирали вправо. Скиталец чуть приотстал от женщины, обнажив меч. Ворожейка больше полагалась на свои глаза, она не обернулась и шла вперёд. Гай услышал, как соль на насыпи начала скатываться и шуршать, затем появилась тень, перерезавшая путь между ним и женщиной.

Призрак прыгнул на ворожейку, вытянув тощие руки. Серый балахон хлопнул на ветру, в прыжке тварь раззявила пасть с двумя острыми верхними клыками. Скиталец отступил, выбирая момент для атаки. Ворожейка, наконец-то, обернулась и закричала, увидев призрака. Вместо того, чтобы бежать, она закрыла лицо руками, будто это могло её спасти. «Вот же дура», — успел подумать Гай и ринулся на призрака.

Тварь двигалась быстро, лёгкое тело позволяло уворачиваться от ударов. Скиталец обошёл призрака по кругу, но даже балахон ни разу не порезал. Гай сменил тактику, встал, заслонив собой ворожейку и изготовился к атаке.

— Она наша, — прошелестел призрак.

— Не сегодня, — криво усмехнулся скиталец, он е собирался уступать женщину какой-то твари.

Призрак молниеносно переместился влево и набросился на Гая, но тот был готов, выставил вперёд меч, позволив насадиться на остриё. Скиталец сбросил тварь на соль, которая тут же окрасилась в бледно-розовый цвет.

— Ты далеко не уйдёшь, — прохрипело призрак, указывая пальцем на ворожейку.

Женщина испуганно вцепилась в руку Гая.

— О чём он говорит?

— Тебе лучше знать, — ответил скиталец, вытирая меч о серый балахон издохшей твари.

— Я не причастна к их созданию! — закричала ворожейка, ударив кулаком в грудь Гая. — Я не виновна!

— Мне всё равно, — скиталец вложил меч в ножны и пошёл к чёрному столбу.

Призраки посреди дня поостерегутся ещё раз напасть на них, займутся поверженной тварью, так что им надо просто убраться с полей до наступления темноты.

— Я знала, что готовятся опыты по созданию идеальных убийц, но не могла этому помешать, — ворожейку словно прорвало. — Пойми, магия не только приносит добро, бывает, приходится решать сложные задачи.

— Как эти бродяги? — презрительно осклабился Гай.

— Ты ненавидишь всех магов, — женщина шла следом за скитальцем, говоря ему в спину. — Ненавидишь нас из-за утерянного княжества. Порой невозможно предугадать последствия экспериментов.

— Ты хочешь, чтобы я тебя пожалел? — рассмеялся Гай.

— Вовсе нет, — устало ответила ворожейка. — Я верила, что мы совершаем благое дело и закрывала глаза на то, что творил Микрит.

Скиталец остановился и повернулся к ней лицом.

— Я впервые слышу это имя, — сказал он.

— Конечно, — усмехнулась женщина. — Ему больше нравится, когда его называют Пауком.

Солнце начало припекать, в воздухе летали крупинки соли, от которых хотелось чихать. Ворожейка добралась до чёрного столба и остановилась, поджидая скитальца. Гай не торопился убраться с полей, здесь они были в некоторой безопасности. Каждый раз возвращаясь в мёртвое княжество Гальхео, он испытывал грусть и злость. В отличии от Эсбурга в родном крае уцелели некоторые дома, лишь замок лежал в руинах.

Скитальцы пытались оживить землю, но магическая ярь пожирала всё на своём пути. А маги не брались за гиблое дело, так княжество Гальхео и оказалась погребённым под кроваво-красным налётом яри. Гай взглянул на ворожейку и подумал: «До мертвецкого моста осталось совсем немного». Он приблизился к женщине, та едва стояла на ногах, чувство вины заставляло её дрожать. Гай усмехнулся, с магами всегда так. Земли безмолвия собирали свой урожай из года в год.

— Мы почти у границ Гальхео, — промолвил скиталец.

Ворожейка кивнула, она больше не просила Гая повернуть к землям Борга, смирилась со своей судьбой. Скиталец пошёл первым, женщина ступала за ним тяжёлым шагом. Он ощущал, как силы покидали ворожейку. Среди полей раздался тоскливый вой.

— Призраки, — равнодушно сказал Гай.

— Они нас нагонят? — голос женщины совсем ослаб.

— Не успеют, — заверил её скиталец.

Он обернулся, волосы ворожейки развивались на ветру, завязки плаща врезались в морщинистую шею, а по лицу пошли красные разводы яри. Она медленно умирала от собственной магии. Скиталец не торопил женщину, приноровился к её шагу, лишь изредка поглядывал назад, чтобы никто не напал на них со спины.

Солнце медленно катилось по небосклону, ветер кружил соль, заметая шаги путников. Ворожейка опёрлась на руку скитальца и попросила:

— Дай мне отдохнуть хоть полчаса.

— Хочешь, я понесу тебя? — предложил Гай.

— Нет, — устало отозвалась она. — Небесные сферы можно перезапустить.

— Дойдём до моста и попадём в Гальхео, а там до мёртвой столицы всего три дня пути.

Ворожейка хрипло рассмеялась.

— Почему ты поверил мне? — спросила она, сжав руку скитальца.

— Я много повидал магов, но никто не испытывал желания отдать остатки своей жизни на безумную попытку спасти мир, — честно ответил Гай.

— Вот как, — ворожейка продолжила путь, покачиваясь от усталости. — А я подумала, что соблазнила тебя.

Скиталец улыбнулся, она старалась в трактире, манила взглядом, но его сердце давно очерствело. Белые поля закончились у чёрной полосы земли. Ворожейка переступила границу и повалилась с ног. Гай присел на корточки и погладил ей по спине.

— Сможешь подняться? — сочувственно спросил он.

— Да, —упрямо отозвалась женщина.

Гай не помогал ей, ворожейка оттолкнулась руками и встала на колени. На седые волосы налипли комочки рыхлой земли. Скиталец заботливо сдул их, а затем протянул ей свой локоть. Ворожейка уцепилась и встала на ноги.

— Долго до моста? — поинтересовалась она.

— Он за теми деревьями, — Гай показал на неказистые, искривлённые стволы, облепленные голыми ветвями-прутьями.

До мертвецкого моста они дошли в сумерках. Небо наливалось тьмой над их головами, а ветер доносил странные шорохи. Ворожейка сгорбилась, едва передвигая ногами. Земли забвения забирали у неё жизнь. Скиталец не жалел её, княжество Гальхео без слёз и стенаний приняло свою судьбу. Пришло время расплаты. Ворожейке не хватило нескольких шагов до моста, она рухнула, словно подкошенная. Гай присел на землю, женщина хрипло дышала, жадно глотая воздух.

— Ты вёл меня на смерть, — ворожейка потянулась к нему рукой.

Скиталец лишь улыбнулся в ответ. Под тёмной аркой каменного моста ветер играл выбеленными черепами, насвистывая весёлую песенку смерти. Сыны Гальхео не смогли прижиться на чужой земле, да и проигрывать они не умели. Единственное, что держало скитальцев вместе — клятва. Они разыскивали магов, причастных к гибели империи и приводили в земли забвения, наблюдая за их мучительной смертью. Скитальцы не знали иной справедливости.

— Я должна была сразу догадаться, — ворожейка упрямо цеплялась за жизнь.

— Мы очень осторожны, — Гай вынул из сумки сладкий корешок и принялся его жевать.

— Почему? — из последних сил спросила она.

Скиталец посмотрел на ворожейку, удивительная воля и упрямство. Что ж, она по сравнению с другими магами хотя бы раскаялась.

— Это цена за нашу землю, которую вы убили своим волшебством, — промолвил Гай.

Женщина протяжно вздохнула и замерла. Скиталец дожевал корень, а затем обшарил карманы ворожейки, забрал драгоценные камни и поволок её тело к мертвецкому мосту. Гай столкнул её в пустое русло к белым черепам. Он подошёл к каменной плите, взял острый штырь, чтобы набить имя женщины. Но скиталец так и не удосужился узнать его. Он не стал ничего придумывать и нацарапал — ворожейка. Пусть земли забвения её так и запомнят.

Гай отступил и полюбовался на запись. Ветер принёс запах женщины, скиталец закрыл на мгновение глаза и вдруг понял, что он ему напоминает. Так пахли ландыши ранней весной. Багровая дуга вспыхнула на небосклоне, распространяя низкое гудение. «Интересно, она смогла бы остановить Борга»? — подумал Гай, глядя на полусферу.

Глава 8

Скиталец натянул капюшон на голову и побрёл прочь от мертвецкого моста. Гай решил встретиться с другими прежде, чем открыть охоту на Мистрима. Главу ордена Паука не так-то легко будет заманить за земли забвения.

— Постой! — звонкий женский голосок, словно хлыстом ударил в спину.

Гай резко обернулся, выхватив меч из ножен. Посреди моста стояла девушка, ветер сорвал с её головы капюшон, по плечам рассыпались длинные волосы насыщенного медного оттенка. Сверкнул зелёные глаза, с укором глядя на скитальца.

— Не может быть, — изумлённо прошептал Гай, смотря на воскресшую ворожейку.

Девушка осторожно приблизилась к скитальцу и спросила:

— Вы не встречали мою мать? Мы с ней очень похожи.

— Ты кто? — Гай продолжал держать меч, не позволяя ворожейке подойти ближе.

— Криджера, — улыбнулась девушка. — Я следила за мамой через сферу.

Она показала рукой на багряную дугу, гудящую в небе.

— А потом потеряла её из виду, — с грустью промолвила Криджера. — С ней всё в порядке?

— Приспешница Борга, — презрительно фыркнул Гай.

— Я сбежала от него, — с вызовом сказал ворожейка.

— Мне всё равно, — огрызнулся скиталец, Криджера выглядела подозрительно, наверное, сам князь и подослал её, чтобы подгадить ему.

— Что с моей мамой? — девушка словно не замечала враждебности Гая.

Скиталец кивнул в сторону моста, показывая, где искать мёртвую ворожейку. Криджера в одно мгновение оказалась там. Гай услышал крик, а следом за ним сдавленные рыданья. Надо было уходить, но он не мог двинуться с места. Под багряной дугой пролетала стая ворон, одна из птиц спустилась на мост и с громким карканьем прошлась по перилам.

— Пошли, — окликнул он ворожейку.

Стая ворон начала снижаться, ещё мгновение, и они учуют магичку и скитальца.

— Я не могу оставить её так, — сквозь слёзы сказала Криджера.

Гай спустился под мост, схватил девушку за руку и потащил за собой. Багряная дуга над их головами изогнулась, казалось, что она режет воздух. Ворожейка удивлённо посмотрела на небо.

— Они пытаются использовать сферу для перехода, — Криджера невольно прижалась к скитальцу, ища защиту. — Меня заставят вернуться.

Гаю бы бросить глупую ворожейку и идти своей дорогой, но что-то внутри перевернулось, наверное, из-за воспоминаний весны. Скиталец вздохнул, времени у них не осталось. Он воткнул меч в землю и прошептал молитву-просьбу, обращаясь к родной земле:

— Защити своих детей, Гальхео.

Над Гаем и девушкой вспыхнул серый купол, укрывший от глаз тварей. Воронье пролетело мимо, потеряв след скитальца и беглянки. Скиталец ощутил, как внутри купола распространился тонкий аромат ландышей. Криджера опустилась на колени и смотрела на тварей, беззвучно шевеля губами.

— Это мать тебя научила создавать небесные сферы? — спросил Гай, продолжая держать руку на мече, по куполу пробежала серебристая рябь.

— Да, — кивнула Криджера. — Мы условились с ней встретиться в княжестве Эсбург, но я угодила к Боргу и застряла у него.

Скитальцу стало понятно, почему мёртвая ворожейка передумала посреди пути и рвалась к князю.

— Значит, ты можешь исцелить небесные сферы? — усмехнулся Гай.

— Могу, — улыбнулась Криджера. — Мама меня готовила к этой миссии.

«Чёртовы магички», — угрюмо подумал скиталец и выдернул меч из земли, серый купол опал пеплом на землю. Над мертвецким мостом стояла тишина, багряная дуга почти истаяла на небе. Криджера убрала медные волосы под капюшон и с надеждой посмотрела на Гая.

— Мне нечем сейчас заплатить, — промолвила девушка. — Но в столице остались камни Империи. Мне нужно туда попасть до зимнего равноденствия, иначе будет поздно. Борг хочет запустить цикл разрушения ещё раз, чтобы захватить оставшиеся княжества.

Скиталец нахмурился, дети Гальхео лишь приводили справедливость на земли забвения, они не вмешивались в новый миропорядок, никого не спасали, молча несли свой крест в жизни. Да и Гай никогда не испытывал тяги к геройству, но и бросить девушку посреди земель забвения не позволяла совесть. Криджера не была виновна в появлении магической яри, и гибель княжеств не ложилась на хрупкие плечи девушки. Но что-то всё равно смущало скитальца, что-то на краешке сознания говорило об опасности, исходящей от ворожейки.

— Хорошо, — глухо промолвил Гай. — Я отведу тебя в мёртвую столицу Империи, но зима нас застанет в пути, а это испытание не из лёгких. Но если ты меня обманула и не сможешь исцелить небесные сферы, я оставлю тебя там. Поняла?

— Я согласна, — с жаром промолвила Криджера.

Скиталец усмехнулся, ну кто в здравом уме готов рисковать своей жизнью ради блага других людей. Гай кивнул в сторону моста и сказал:

— Пойдём через Гальхео, ступай след в след за мной, на той стороне нас поджидают омуты забвения.

Ворожейка кивнула, что поняла его и встала позади. Скиталец убрал меч в ножны, подхватил дорожную сумку, и они отправились в долгий путь.

Гай чувствовал, как мертвецкий мост стонет под ногами, шепчет о былом изобилии. Криджера близко подошла к скитальцу, с опаской поглядывая по сторонам. Гай не стал спрашивать, о чём плачутся мёртвые камни, и продолжил путь, накинув капюшон на голову. Он не любил эту часть родного княжества, омуты забвения вызывали зубную боль только от одного воспоминания. Скиталец угрюмо усмехнулся, давно он не ворошил свою память.

— Какое странное ощущение, — промолвила ворожейка, ступив на землю Гальхео. — Духи просят крови живых.

Гай исподлобья взглянул на девушку, слишком она уж хорошо слышала зов осквернённой земли. Скиталец впервые засомневался, вести ли ворожейку через омуты забвения.

— Я что-то не то сказала? — зелёные глаза сверкнули укоризненной.

— Омуты будут звать тебя к себе, — сказал Гай. — Сможешь им противостоять?

— Борг рассказывал мне о них, — улыбнулась Криджера, разозлив своей самоуверенностью скитальца.

— Что ещё князь рассказывал? — спросил Гай, заскрежетав зубами.

— Говорил, сыны Гальхео ненавидят мир и готовы всех увести за собой в ад, — глаза ворожейки завораживали, проникали в самое сердце, требуя правды.

«Какую правды ты хочешь услышать от меня»? — мысленно спросил скиталец. Ворожейка улыбнулась, будто и вправду услышала его. Гай развернулся и направился к чёрным деревьям, поддёрнутыми красным налётом. Злость кипела в нём, бурлила: «Да что она знает о Гальхео?! Мы испокон веков охраняли эти земли от зла, жертвовали своими жизнями. Проклятая девка, только и может языком чесать». Скиталец остановился, с удивлением прислушался к своей злобе. Даже мать Криджеры не смогла вывести его из равновесия.

— Подойди ко мне, — приказал он ворожейке.

— Я не чувствую опасности, — заверила скитальца Криджера.

— Тогда иди одна, — рявкнул Гай на девушку.

Ворожейка с улыбкой на лице двинулась к скитальцу, она прошла совсем немного, как под её ногами разверзлась земля. Гай успел схватить девушку за руку, замерев на самом краю омута. Яма наполнялась серебристой водой, от неё поднимался пар и застилал глаза.

— Отпусти меня, — глухим голосом попросила Криджера, зрачки девушки расширились, отчего глаза стали чёрными.

Скиталец лишь крепче сжал её руку, правой ногой нащупывая путь отступления. Земля крошилась, край омута расползался, а вода на дне жадно чавкала, надеясь на сытный ужин. Гай глянул назад, под чёрными деревьями приподнялась почва, значит, второй омут скоро доберётся до них. С одним скиталец ещё бы справился, а вот два для него сегодня будет много.

— Чего ты медлишь? — прохрипела ворожейка, а затем разразилась дурным смехом. — Опять пытаешься спасти меня?

Гай взглянул на девушку, на мгновение она стала похожа на ту, которая сгинула в магическом пламени. По спине скитальца поползли мурашки. Он так давно не вспоминал её, пытался смириться с прошлым, а теперь оно настигло его.

— Мы навсегда будем вместе, — прошептал Гай и с диким рыком вытащил ворожейку на край ямы.

Рыжеватые волосы опали на лицо девушки, она тяжело задышала, с трудом выбираясь из дурмана.

— Что происходит? — сдавленно прошептала Криджера.

— То, что всегда бывает, когда меня не слушаются, — нравоучительно промолвил скиталец и потащил девушку к чёрным деревьям.

Гай прекрасно знал, бежать от омутов забвения никак нельзя, только силы зря потеряешь. Омут протяжно взвыл, потеряв добычу, за спинами беглецов раздалось плескание и чавканье. Второй пытался перегородить тропинку между чёрными деревьями, взрывая землю. Скиталец подхватил ворожейку на руки и легко перепрыгнул на другую сторону.

— Я вижу, как души плещутся на дне омута, — Криджера закрыла ладонями глаза. — Останови это!

— Потерпи немного, — попросил Гай и большим пальцем надавил на сонную артерию ворожейки, девушка обмякла на его руках. — Иначе они нас просто сожрут.

Скиталец ускорил шаг, дорожная сумка норовила соскользнуть с сплеча и сильно колотилась о бок. Времени остановиться и поправить не было, омуты неотступно следовали за беглецами. Гай опустил девушку на землю, срубил мечом тоненькое деревце, а затем швырнул его в маленький омут, который раскрылся наполовину. Тот заглотил обманку с громким чавкающим звуком, не прошло и мгновения, как большой набросился на него, пытаясь отобрать добычу. Земля вздыбилась, серебристая жижа расплескалась, омуты дрались не на жизнь, а на смерть. Гай перевесил сумку, чтобы она не колотила по боку, взял девушку и поторопился скрыться.

Ночь опускалась на княжество Гальхео. Скиталец благополучно миновал чёрный лес и вышел к каменистому полю. Здесь тоже водились омуты забвения, но они не пожирали путников, а затягивали в свои ямы и заставляли добровольно отказаться от памяти.

Гай выбрал сухое место и уложил ворожейку, подсунув ей под голову сумку. Он оторвал от своей рубашки тонкую полоску, смочил водой и обвязал глаза девушки. Утром она проснётся и будет кричать, даже захочет выцарапать их себе. Скиталец проходил через это в одиночку, на дне омута осталась память о любимой, но самые болезненные мгновения остались с ним навсегда. Гай не мог припомнить её имени, пустота заполнилась злобой, вытравив из души остатки любви.

Глава 9

Омуты забвения светились мягким серебром, скиталец слышал, как они нашёптывают, обещая вечный покой. Криджера зашевелилась, приподняла голову, но тут же обессиленно упала.

— Пить, — попросила ворожейка.

Гай открутил крышку и поднёс фляжку к губам девушки. Она осилила несколько глотков, а затем застонала, словно внутри разлилось пламя.

— Почему так больно? — повязка на глазах Криджеры намокла от слёз.

— Магическая ярь проникает в твоё тело, — скиталец придержал голову девушки.

— Я и раньше бывала в землях забвения, — голос ворожейки дрожал от боли и страха.

— Но не так долго, — Гай убрал свою руку и посмотрел на омуты памяти.

— Ты тоже такое испытывал? — Криджера потянулась к скитальцу, нащупала его пальцы и легонько сжала.

— Я видел тех, кого ярь медленно пожирала, — усмехнулся Гай, тяжёлые воспоминания всколыхнулись в нём, поднялись из самых глубин души. — Они кричали и просили о милости, раздирая ногтями кожу.

— Ты помогал им? — голос ворожейки прозвучал глухо, будто она разговаривала с ним со дна омута.

— Нет, — признался Гай. — Проходил мимо.

— Но ты тоже отравлен магической ярью. Я чувствую её злобу в тебе. Почему ты можешь ей сопротивляться?

— Гальхео оказалось на стыке двух небесных сфер, когда багряная лопнула, княжество утонуло в огне, но мы смогли выдержать магическую ярь. Те, кто был за защитным кругом, погибли мгновенно, а нам досталось проклятье жизни и земли забвения.

— Какая из небесных сфер была у Гальхео?

Гай презрительно фыркнул, уж ворожейке он точно никогда не расскажет про секрет своего княжества. Вдруг Криджера окажется шпионом Борга? Что тогда случится с оставшимися скитальцами?

Темнота над омутами памяти пришла в движение. Гай без резких движений вытащил меч из ножен и замер, ожидая нападения, но его не последовало. Плотный сгусток черноты обошёл их убежище стороной.

— Там кто-то есть, — прошептала ворожейка.

— Знаю, — скиталец поднялся на ноги и двинулся вперёд, осторожно ступая, чтобы не вспугнуть незваного гостя.

Серебристое сияние освещало путь Гая, чернота начала смещаться вправо от него, словно хотела оказаться ближе к девушке. Скиталец изменил свой путь, преграждая дорогу твари. Он мог поклясться, что перед ним вовсе не порождение земель забвения, а что-то маскирующееся под него. Или кто-то. Гай закрыл глаза и глубоко вздохнул, наполняя лёгкие едковатым ароматом омутов памяти. «Маг», — безошибочно определил скиталец, не уловил никаких незнакомых запахов. У всего в землях забвения был отчётливый аромат, будь то зловоние, или же гниль, даже пепел отдавал горечью.

— Тебя не проведёшь, — совсем рядом с Гаем раздался вкрадчивый голос.

Скиталец не спешил открывать глаза, зная, что маги любят вводит в заблуждение. Наверное, притаился недалеко, а чарами насылает иллюзию, того гляди в омут завлечёт, если Гай потеряет бдительность.

— Что хочешь за девку? — поинтересовался маг.

— Зачем она тебе? — ответил вопросом на вопрос скиталец.

— Не твоё дело, — в голосе незнакомца проступили гневливые нотки.

«Торопится», — отметил про себя Гай, но вслух ничего не сказал.

— Хочу получить за неё вознаграждение, — маг взял себя в руки, голос мёдом растекался вокруг скитальца.

— Она потеряла свои силы и теперь бесполезна, — усмехнулся скиталец, он опустил меч, дотронувшись остриём до земли, до слуха долетел звук, будто кто-то невзначай наступил на камешек.

— Мне нет дела до её способностей, — пренебрежительно промолвил маг. — Неужели ты поверил, что она сможет спасти мер, перезапустив сферы?

— Значит, это возможно? — Гай открыл глаза, чуть повернул голову и заметил чёрный сгусток позади себя в нескольких шагах, мечом, конечно, не достать, придётся ждать.

— Глупец! — воскликнул маг. — Женщины лживы, не стоим им доверять, особенно ворожейкам. Разве забыл, чем всё закончилось для Империи?!

— Я в дела магов никогда не лез, — пожал плечами скиталец и расслабил спину, показывая, что перестал ожидать нападения.

Снова хрустнули камешки под сапогами незнакомца.

— Ложь погубила этот мир, лишь пепел остался нам напоминанием о былом величии, — маг изо всех сил пытался усыпить бдительность Гай.

«Где-то я уже слышал этот голос, — подумал скиталец, крепче сжимая рукоять меча. — Но память меня подводит».

— Небесные сферы мертвы, как и эта земля, — маг приблизился на взмах меча. — Их невозможно поднять из тлена.

Гай резко вскинул руку и обернулся, целясь в незнакомца. Меч рассёк воздух, маг успел уклониться от удара, но не удержался на ногах и брякнулся задницей на землю. Скиталец метнулся к нему, остриё напоролось на что-то твёрдое, запахло кровью, а затем раздался хлопок. Маг не смог мгновенно убраться прочь, земли забвения исказили магию, он чудом не плюхнулся в омут памяти.

— Ты пожалеешь об этом! — закричал он на прощание, убираясь в спасительную темноту.

— Кончено, — спокойно сказал ему вслед Гай, вытер меч и убрал его в ножны.

Если не считать появления мага, то ночь выдалась спокойной. Скиталец дремал, положив рядом с собой меч на землю, Криджера изредка постанывала, но не просыпалась. Утром начался дождь, мелкие капли срывались с чёрных туч, бросаясь на путников. Гай укрыл ворожейку своим плащом, а сам пошёл проведать омуты памяти. Он быстро отыскал тот, в которой четыре года назад угодил по неосторожности. Скиталец присел на край и заглянул в него, где-то там в глубине осталось имя любимой.

— Я всё отдал вечному забвению, — горько ухмыльнулся Гай. — Остались всего двое — Борг и Микрит, и моя клятва будет исполнена.

Серебристая гладь равнодушно внимала скитальцу.

— Может, мне стоит их перепоручить другим? — спросил Гай, бросив в омут маленький камешек.

Серебро захватило добычу и утащило на дно, мелкий дождь колол лицо и забирался под ворот рубашки.

— Не переживай, я не верю, что девчонка сможет запустить небесные сферы, — скиталец тяжко вздохнул, пустота в душе с каждым прожитым днём становилась невыносимой.

Гай хотел испробовать способ вернуть свою утраченную память, но для этого надо было нырнуть в омут забвения. Скиталец не знал ни одного случая, когда отчаянный храбрец смог вынырнуть обратно. Но ведь они даже рядом с Гаем не стояли по силе и решимости духа.

— Я отведу ворожейку и вернусь к тебе любимая, — прошептал скиталец, поднялся и побрёл к месту, где оставил Криджеру.

— Мы навсегда вместе, — прошелестел женский голос за его спиной.

Гай остановился, но оборачиваться не стал. Дождь усилился, не оставив ему выбора, он приблизился к девушке и разбудил её.

— Пора идти, — глухо промолвил Гай.

Криджера потянулась к повязке, но он перехватил её руки и заставил опустить вниз.

— Ещё рано снимать, ослепнешь, — пояснил скиталец.

— Но как же мне тогда идти? — ворожейка выглядела совершенно беспомощной.

— Я буду держать тебя, — Гай взял девушку за руку и помог подняться с земли. — Только не применяй магию, иначе навлечёшь на нас беду.

Ворожейка кивнула, понимая, о чём толкует скиталец. Они отправились в путь, Гай беспрепятственно провёл девушку сквозь омуты забвения. Ворожейка не смогла увидеть, как солнечные лучи обласкали руины замка Гальхео. Выжженная дотла равнина раскинулась перед путниками. Криджера вытянула вперёд руку, словно пробуя почувствовать боль земли.

— Не надо, — остановил девушку скиталец. — Мы давно уже оплакали Гальхео, пусть лежит с миром.

— Я слышу их крики, — ворожейка прильнула к Гаю, ища защиты от тяжёлых образов, хлынувших в её сознание. — Почему вы их не спасали?

— Всех не спасти, пришлось выбирать, — горько усмехнулся скиталец и повёл девушку к руинам замка.

Ворожейка запнулась, словно налетела на невидимую стену, она начала крутить головой. Гай разозлился, слишком чувствительной к магии была девушка.

— Почему ты злишься на меня? — спросила Криджера.

— Я же попросил тебя не пользоваться магией, — проворчал скиталец.

— Извини, — улыбнулась Криджера и вдруг нахмурилась. — Мы не одни.

— Это мои друзья, — Гай легонько сжал руку девушки, показывая, что бояться нечего.

Навстречу путникам из развалин вышли трое мужчин в серых плащах. Одни из низ них поднял руку в знак приветствия.

— Мне нужен ночлег и совет, — Гай показал на ворожейку. — Под моей защитой.

— Проходи, — хрипловатым голосом промолвил страж замка. — Командир сегодня с нами.

Криджера втянула носом воздух, Гай заметил, что девушка незаметно для всех пытается применить магию, делая пассы пальцами.

— Немедленно прекрати, — прошептал он её на ухо. — Хочешь, чтобы тебя за стенами оставили на ночь?

Щёки Криджеры покраснели, Гай вздохнул и повёл ворожейку дальше. Внутренний двор уцелел после пожара, сараи и жилые постройки восстановили так, чтобы со стороны казалось, будто замок заброшен. Путников окутал запах жаренного мяса, Гай облизал губы и довольно ухмыльнулся.

— Я опять что-то сделала не так? — с тревогой поинтересовалась ворожейка.

— Всё хорошо, — заверил Криджеру скиталец. — У нас сегодня будет сытный ужин.

Гай отвёл девушку в лекарю и оставил с ним, а сам отправился к командиру. Тот сидел во главе длинного стола и пил чай из большой кружки. Гаю расчистили место рядом с ним и поставили тарелку с ароматным куском свинины.

— Вина? — спросил командир.

— Не хочу, — отказался Гай и набросился на мясо.

Командир терпеливо ждал, пока скиталец не насытиться, а потом уж приступил к расспросам.

— Магичка продержалась дальше мертвецкого моста?

— Та, которая меня наняла, лежит вместе с остальными, — Гай захрустел овощами, которые прилагались к куску мяса. — Это её дочь. Она умеет управлять небесными сферами.

— Магическая ярь уже жрёт её тело, — командира не впечатлили способности ворожейки. — Поведёшь её к столице Империи?

— Да, — кивнул Гай и попросил добавки, ещё неизвестно, когда ему выпадет шанс сытно поужинать. — За ней охотится Борг.

— Он не сунется на земли забвения, — командир презрительно фыркнул при упоминании врага княжества Гальхео.

— Борг засылает сюда своих тварей. Он напали на меня на переправе через Гнилушку, — Гаю подали тарелку с мясом, он улыбнулся и приступил к еде.

— Наши видели, что Борг запустил багряную сферу, — задумчиво промолвил командир.

— Это сделала ворожейка, — сказал Гай и рассмеялся. — Больше у него не получится ей управлять.

— Какие ещё новости ты принёс?

— Последняя магичка сказала мне, где укрылся тот, кто затеял войну.

В комнате воцарилась тишина. Скитальцы потратили свою жизнь на восстановление справедливости, никто и не надеялся, что им удастся покарать зачинщика.

— Микрит, глава ордена Паука, — произнёс Гай.

Глава 10

Гай принёс ворожейке еду, девушка лежала на кровати, свесив правую руку вниз. Повязку на глазах ей сменили, скиталец заметил бледность кожи. По тонкой шее тянулась красная нить магической яри. Гай присел на край кровати и бережно взял Криджеру за руку.

— Поешь, скоро нам выходить.

— Я думала, мы тут останемся, пока мне не станет лучше, — Криджера взяла тарелку, будто на глазах у неё не было никакой повязки.

— С востока идёт туча, будет снег, — промолвил Гай. — Тогда мы застрянем здесь на всю зиму…

— Ты не договорил, — ворожейка склонила голову набок, словно вглядывалась в скитальца.

— Ты не доживёшь до весны, — усмехнулся Гай.

— Я могу вызвать небесную сферу и переместиться в другое княжество, — Криджера не желала умирать во имя идеалов матери.

— Уже нет, — развеял её надежды скиталец. — Дальше мертвецкого моста сферы искажаются из-за магической яри. Даже магам приходится ходить пешком.

— Тогда у меня остался всего один путь, — печально вздохнула девушка.

Гай кивнул, забыв, что она ничего не видит из-за повязки.

— Я соберу провизию в дорогу и вернусь за тобой, — сказал скиталец. — Поспи пока.

Криджера поймала его за руку и потянула к себе.

— Ты добрый, хоть и притворяешься злым, — еле слышно произнесла ворожейка и отпустила его.

Гай на мгновение замер, в груди неприятно кольнуло, но он уже ничего не мог изменить.

— Мы обязательно доберёмся до Столицы, — пообещал он девушке и отправился собирать сумку в дорогу.

Командир поджидал Гая на улице.

— Мы пойдём следом за вами с опозданием на три часа. Если нападёт маг или Борг, дай нам знать.

— Уверен, Микрит будет нас поджидать у старой дороги на Столицу, — усмехнулся Гай.

— Я отправил туда десять наших бойцов, — сказал командир. — У тебя будет подкрепление впереди. Дотащишь ворожейку?

— Она пока держится, — пожал плечами Гай, магическая ярь была непредсказуема.

— Ближе к Столице, яд начнёт разъедать её тело быстрее, — командир похлопал скитальца по плечу. — Не делай глупостей, жизнь девчонки не стоит твоей. Понял?

— Да, — кивнул Гай, он бы не стал понапрасну рисковать собой.

Скиталец вернулся за ворожейкой, Криджера уверенно стояла на ногах, капюшон скрывал лицо. Даже сразу и не догадаешься, что у неё повязка на глазах. Гай взял девушку за руку и повёл за собой.

— Кто тот мужчина, что смотрит на меня? — спросила ворожейка, когда они прошли мимо командира.

— Он здесь главный, — нехотя ответил Гай.

— Почему он ненавидит меня? — Криджера крепче сжала ладонь скитальца.

— Он ненавидит всех магов, — ухмыльнулся Гай.

— Нельзя жить в одной ненависти, — тихо промолвила девушка. — Она отравляет, как магическая ярь.

— Скоро всё закончится, — скиталец не намеревался посвящать Криджеру в свои планы и удивился, когда сказал лишнее.

— Я наживка?! — девушка остановилась и уставилась на Гая, казалось, белая повязка потемнела на её лице.

— Да, — он не стал врать ворожейке, они и так зашли слишком далеко в земли забвения.

Гай раньше ни с кем из магов не откровенничал, а сейчас ощутил желание высказаться за все годы молчания. Золотисто-рыжие локоны выбились из-под капюшона. Скиталец чувствовал аромат весны, от которого кружилась голова.

— Мы пойдём через лавовые поля, — с печальным вздохом произнёс он, едва не дотронувшись до волос девушки.

— Твои друзья не будут сопровождать нас в пути? — удивилась ворожейка.

— У них другие дела, — уклончиво ответил Гай. — Пошли.

Они двинулись вперёд, оставив за спиной развалины замка Гальхео. Мёртвая земля под ногами сменилась горячим пеплом, лавовые поля остались после взрыва небесной сферы, охраняющей княжество. Мелкие камни хрустели под сапогами, из крохотных ямок вырывались струйки горячего пара. Гай ощущал тепло ладони ворожейки и думал о небесных сферах. «Можно ли их запустить, как обещала её мать? — сомневался скиталец. — Командир никогда не говорил о такой возможности. Неужели жизнь в землях забвения лучше, чем на незаражённых территориях»?

— Почему ты грустишь? — нарушила молчание Криджера.

— Думаю, — пробурчал Гай. — Как ты научилась управлять сферой у Борга?

— Мы с мамой долго жили под покровительством ордена Паука, — ворожейка была не прочь поговорить. — Микрит показал мне, как запускать сферу. Конечно, она была очень маленькой, едва охватывала комнату. Я часто слушала его рассказы о небесных сферах и величии Империи.

Криджера вдруг замолчала, будто вспомнила что-то плохое.

— А как к Боргу попала? — спросил Гай.

— Князь выкрал меня из ордена, — с дрожью в голосе сказала Криджера. — Я долго не могла связаться с мамой, послала ей весточку, но Борг перехватил моё послание. А потом я почувствовала её на землях забвения, князь разрешил запустить Багряную сферу. Так мне удалось вас догнать у моста, но я опоздала.

Скиталец остановился, впереди разлилась огромная лужа, дышащая огненным паром. Гай давно не бывал на лавовых полях, пришлось делать крюк и идти в обход. Он оставил подсказку другим скитальцам, сложив камни башенкой и указав направление, куда они свернули. Внутренне беспокойство нарастало. Скиталец начал оглядываться по сторонам, но острое чутьё не находило тварей. «Что со мной? — удивился Гай собственным ощущениям. — Неужели лавовые поля вселили в меня страх»? Ворожейка быстро выбилась из сил и почти висела у него на руке, замедлив продвижение вперёд. Скиталец не боялся ночёвки на открытом месте, разрушенная сфера искажала любую магию, но тварей всё же приходилось опасаться. Клыки и когти у них оставались при себе.

— За нами кто-то следит, — прошептала ворожейка.

— Знаю, — промолвил Гай.

Они отошли от лужи и уткнулись в валуны, высотой доходящих до бедра. «Почему командир меня не предупредил о завалах на полях»? — с недовольством подумал скиталец. Ворожейка налетела на камень и застонала от боли, забив ногу.

— Не торопись, — Гай усадил девушку на тёплую землю. — Мне нужно осмотреться. Сможешь посидеть немного без меня?

— Конечно, — заверила скитальца Криджера. — Только далеко не уходи, мне беспокойно с тех пор, как мы ступили на лавовые поля.

Гай взобрался на валун и огляделся, среди камней угадывалась узкая тропинка. С одной стороны, хорошо, никто не сможет напасть с боков, но вот если тварь вздумает атаковать сверху, то они с ворожейкой окажутся в ловушке. Оставалось попробовать идти по валунам, конечно, будет намного медленнее, но безопасней. Гай спрыгнул на землю, девушка протянула ему руки и промолвила:

— Я чувствую, как моё тело начинает меняться. Магия покидает меня.

— Ты пойдёшь по тропинке, руками будешь чувствовать камни, — Гай резко изменил свои планы. — Я буду прикрывать тебя сверху. Ты остановишься, когда по правой стороне перестанешь чувствовать валун. Поняла?

— Другого пути нет? — Криджере не понравилась идея скитальца.

— Надо убраться с лавовых полей, раз тебе на них стало хуже, — Гай разозлился на девушку, он и так из кожи вон лезет, чтобы с ней ничего плохого не случилось. — Идти придётся быстро.

— Думаешь, на нас могут напасть? — наконец-то, догадалась Криджера.

— Да, — скиталец помог девушке ступить на узкую тропку и легонько подтолкнул в спину. — Я всё время буду рядом. Не останавливайся и иди только вперёд.

Ворожейка поймала руку скитальца и прижала к груди.

— Ты не бросишь меня на верную смерть? — глухим голосом спросила девушка.

«Почему магички боятся умереть»? — мысленно усмехнулся Гай, а вслух промолвил:

— Даю слово, что доведу тебя до Столицы.

Криджера кивнула, капюшон соскользнул с головы, длинные волосы рассыпались по спине и плечам. «Красивая», — отметил про себя скиталец. Девушка развернулась и быстро направилась вперёд, раскинув руки в стороны. Гай вскочил на валун и двинулся за ней следом, поглядывая за темнеющим небом.

Удар пришёлся скитальцу в спину. Он впервые пропустил магический бросок, лавовое поле притупило его острое чутьё, а может, засмотрелся на красивую ворожейку. Гай скатился между двух валунов и стиснул зубы, чтобы не застонать. Он слышал, как девушка быстро удалялась от него, думая, что скиталец рядом.

Гай поджал ноги под себя, приготовившись к прыжку. Маг появился недалеко от него, явно не решаясь приблизиться вплотную. Скиталец ждал, закрыв глаза, плечо заныло от неудобного положения, но он ни разу не шелохнулся. Маг решился подойти, Гай выпрыгнул на валун и оказался нос к носу с нападавшим.

— Ну, здравствуй, Борг, — злорадно ухмыльнулся скиталец.

— Я пришёл за Криджерой, — князь попятился, Гай заметил в его руке синий шар. — Мне нужна только девушка. Отпусти её со мной, я в долгу не останусь.

— Она идёт в Столицу, — усмехнулся скиталец. — Хочет спасти мир.

— Ты же прекрасно знаешь, что невозможно перезапустить небесные сферы, — князь остановился и изготовился для броска.

— Ворожейки думают иначе, — пожал плечами Гай.

— Ты водишь магов в земли забвения на верную смерть, — со злостью сказал Борг. — Мы можем спасти уцелевшие земли от магической яри, но вы, скитальцы, упрямо цепляетесь за прошлое! Позволь мне спасти Криджеру от смерти.

— Борг, ты не сможешь подчинить себе сферу, — Гай пошёл прямо на князя. — Смирись и живи с нами в мире.

— Я не могу потерять Криджеру! — Борг швырнул синий шар в скитальца и перепрыгнул на другой валун.

Гай легко увернулся и последовал за князем. Боргу пришлось принять бой, он выхватил меч и ринулся на скитальца. Гай отразил выпад князя, над их головами закружили вороны.

— Одумайся! — закричал Борг. — У нас ещё есть время исправить ошибки.

— Твоё время вышло, — Гай молниеносно метнулся к князю и пронзил его насквозь.

— Она хотела уйти от тебя, — на губах Борга выступила кровь. — Она разлюбила тебя.

— Как её звали? — Гай низко склонился над князем, придерживая его за голову.

— Виола, — прошептал Борг и умер на руках скитальца.

— Красивое имя, — Гай положил князя на валуне и присел рядом.

В его памяти ничего не осталось о размолвке с Виолой. Стоило ли верить словам умирающего? Гай почувствовал, как сомнения закрадываются в сердце. Громкий крик ворожейки заставил его вскочить и броситься к ней на помощь.

Глава 11

Ворожейка лежала на спине и закрывалась руками, лохматая тварь наседала сверху, стараясь дотянуться когтистыми лапами до горла девушки. Гай спрыгнул и вонзил меч в спину нападавшего. Тварь взвыла дурным голосом, на Криджеру полилась тёмная кровь. Скиталец размахнулся и отсёк одну из передних лап. Тварь яростно зарычала и бросилась на Гая, тот еле увернулся на узкой тропинке, точнее вжался в валуны, пропустив беснующуюся нечисть. Тварь с воем убралась от них подальше.

— Ты цела? — Гай наклонился к девушке.

— Вроде да, — со всхлипом отозвалась Криджера.

Скиталец заметил на её шее и правой щеке глубокую царапину. Яд успел проникнуть в кровь, земли забвения не пощадили ворожейку.

— Сможешь идти? — Гай помог девушке подняться с земли.

— Какое странное ощущение, — Криджера дотронулась до своей повязки на глазах. — Я будто вижу сквозь неё.

— Не используй магию, — попросил Гай и убрал волосы девушки под капюшон. — Она притянет тварей.

— Небесную сферу Гальхео держала магичка, — Криджера наклонилась и зачерпнула ладонью пепел. — У неё было красивое имя.

— Пошли, — поторопил ворожейку скиталец.

— Она пожертвовала собой, чтобы сыны Гальхео выжили в хаосе, — Криджера подула на пепел, и он разлетелся по сторонам, скитальцу показалось, будто на мгновение пылинки обрисовали фигуру женщины. — Ты всё забыл.

— Я потерял только её имя, — проворчал Гай и грубо подтолкнул девушку в спину.

Они пошли вперёд, скиталец тянул ворожейку за руку, нисколько не заботясь, как она идёт. Злость охватила Гая, поэтому он и не любил наведываться в мёртвую Столицу, здесь всё вставало с ног на голову, заставляя сомневаться в каждом сказанном слове. Скиталец не верил, что Криджера чувствует присутствие сферы Гальхео. Даже сыны княжества давно утратили связь с магией этих земель.

Лавовые поля остались позади, скиталец и ворожейка ступили на твёрдую поверхность старой дороги к Столице. Криджера тяжело дышала, едва успевая передвигать ноги за своим провожатым. Гай никак не мог унять злость, хотелось накричать на глупую девушку, но вместо этого он остановился и спросил:

— Борг сказал, что магичка, которая управляла небесной сферой, хотела сбежать к нему. Это правда?

Ворожейка молчала, будто вовсе не услышала вопрос скитальца. Гай дёрнул её за руку, требуя ответа.

— Я не знаю, — отозвалась Криджера, явно что-то скрывая.

Скиталец обернулся к девушке, но злость тут же погасла. Вся шея ворожейки была обвита красными нитями магической яри.

— Мне жаль, что всё так вышло, — произнёс Гай.

— Хватит лжи на сегодня, — горько усмехнулась Криджера. — Не тебе умирать в мучениях.

— Ты могла остаться у Борга и жить сытой жизнью, — скиталец медленно продолжил путь, девушка начала припадать на правую ногу. — Зачем сбежала от него?

— Мама мечтала перезапустить небесные сферы, — печально вздохнула Криджера. — Я хочу исполнить её заветное желание.

— Это всё равно не искупит вины магов в развязанной войне.

— Мы думаем о людях, которые останутся после нас, — Криджера не оправдывалась, скиталец чувствовал, что она верит в то, что ему говорит. — Они заслужили мир. Даже Борг хотел остановить расползание земель забвения.

Гай замолчал, сомнения грызли сердце. «Бессмысленная жизнь, — подумал скиталец. — Ненависть породила забвение. Мы погрязли в мести и забыли об уцелевших княжествах. Неужели та, имя которой Виола, хотела уйти к Боргу? Я многое оставил на дне омута, но странным образом сохранил ненависть к князю». Гай почувствовал, как ворожейка споткнулась и упала. Он поднял девушку на руки и понёс дальше, магия быстро покидала её тело.

— Мы успеем добраться до Столицы? — слабым голосом спросила Криджера.

— Спи, утром будем на месте, — заверил девушку скиталец.

— И ты будешь нести меня всю ночь? — удивилась ворожейка.

— Да, — кивнул Гай, но девушка не смогла увидеть его улыбки, повязка намокла и покрылась красным налётом. — У тебя всё получится.

Криджера заснула, прильнув головой к его плечу. Гай старался идти ровно, чтобы не потревожить девушку на своих руках. От волос ворожейки нестерпимо пахло весной, и скиталец думал, что Виола источала такой же сладкий аромат. «МЫ навсегда будем вместе», — горечь затопила сердце Гая, он и подумать не мог, что последние слова любимой предназначались вовсе не ему.

Утро застало скитальца и ворожейку у разрушенных ворот Столицы. Гай разбудил девушку и бережно поставил её на ноги. Криджера молча взирала через повязку на былую мощь империи.

— Я слышу, как духи бродят по пустым улицам, — промолвила ворожейка.

Скиталец обнял девушку со спины, он не знал, что нужно говорить в таких случаях, поэтому просто дружески похлопал по плечу, подбадривая Криджеру.

— Нам нужно попасть в башню магов, — сказала ворожейка. — Мама говорила, что она уцелела после взрыва. На крыше будет высокий шпиль.

Гай взял девушку за руку, и они ступили на безмолвные улицы мёртвой Столицы. Ветер гонял пепел по пустынным улицам, полуразрушенные дома покрылись красной бахромой магической яри. Безмолвие давило на скитальца и ворожейку, Криджера втянула голову в плечи и замедлила шаг. Со времён взрыва девушка была первой магичкой, потревожившей мёртвый покой Столицы. Гай помнил былое величие города, улыбающихся прохожих на улицах, но всё поглотили земли забвения.

— Ты помнишь из-за чего началась война? — спросила Криджера, её голос прозвучал непростительно громко.

— Маги хотели подчинить соседние княжества Империи, — тихо промолвил скиталец, стараясь не тревожить покой города.

Теперь ведь не так уж и важно, что случилось тогда. Здесь и сейчас царила разруха и запустение, память порой вовсе не нужна.

— Мама говорила, что они хотели обеспечить благодатной землёй всё население, а не только избранных, — Криджера сжала руку Гая и тяжело задышала, на губах выступила кровавая пена.

— Поверь, теперь уже это неважно, — скиталец остановился и протёр губы девушки носовым платком. — Мы почти пришли, я вижу башню со шпилем.

— Если бы я не заразилась магической ярью, ты б смог полюбить меня? — Криджера выпрямилась, повязка на глазах стала красной за время их пути, кожа на лице побледнела, а местами и посинела.

— Да, — Гай поправил выбившуюся прядь волос из-под капюшон. — Ты красивая.

Ворожейка улыбнулась, а потом сказала:

— Борг соврал тебе, Виола ненавидела его всем сердцем.

— Почему ты говоришь это именно сейчас? — ноздри скитальца гневно раздулись, он нахмурился, не поверив ни единому слову девушки.

— Князь узнал от ордена Паука, что ты потерял память. Он думал, что ты знаешь секрет небесной сферы и со злости выдашь его.

Гай усмехнулся, ничего нельзя сохранить в секрете в землях забвения, а ведь он тогда доверился только командиру. Скиталец повёл девушку в башню, они поднялись по винтовой лестнице на самый верхний этаж. Ветер наверху усилился, сорвал с головы ворожейки капюшон и разметал волосы по спине. Гай прекрасно видел следы на ступенях, они не были похожи на отпечатки сапог скитальцев, значит, оставался маг. «Надеюсь, Микрит пожаловал собственной персоной, а не прислал очередного помощника», — подумал Гай.

Они вышли на широкий балкон без ограждения, металлическая конструкция из полусфер стояла на круглой платформе. Гай помог ворожейке взобраться на неё и подвёл к аппарату. Криджера наощупь принялась настраивать сферы, чтобы перезапустить их. Скиталец молча наблюдал за действиями девушки, вскоре объявился и маг.

— Криджера, у тебя ничего не получится, — насмешливо промолвил мужчина, пряча лицо под капюшоном.

Гай не удивился, что обещанное подкрепление странным образом пропустило мага к ним в башню. Командир в этот раз играл по своим правилам. «Пусть будет так», — мысленно усмехнулся скиталец.

— Микрит? — обратился он к магу.

Тот вздрогнул, выдав себя с головой.

— Как ты узнал? — озлобленно поинтересовался маг.

— Командир предупредил, что ты жаждешь встречи с девушкой, — оскалился Гай, показывая своё превосходство.

Микрит скинул капюшон с головы и со злобой уставился на скитальца.

— Продажные твари, — прошипел маг. — Вы забыли, что такое честь.

— Как и ты, — Гай вытащил меч и з ножен и направил остриём на Микрита.

Криджера дёрнула рычаг, и платформа пришла в движение, медленно вращаясь вокруг своей оси, она начала приподниматься над балконом.

— Держатель сфер не работает, — крикнул Микрит девушке. — Он давно сломан. Думаешь, я бы не воспользовался им ещё раз?

— Нет, — презрительно улыбнулся Гай. — Ни один маг добровольно бы не взошёл на него. Никто добровольно не отдаст свою жизнь за твои идеалы.

— Глупцы! — закричал Микрит. — Мне всего-то нужны были камни, которые украли из моей коллекции. Они бесполезны для держателя сфер.

— Ты проделал такой путь ради камней? — искренне удивился скиталец жадности мага.

Гай достал из внутреннего кармана альмандин, который забрал у мёртвой ворожейки и швырнул на балкон. Микрит спрыгнул за ним, подвернул ногу и глухо зарычал. Платформа поднялась ещё выше, маг щёлкнул пальцами, но держатель сфер заблокировал его магию. На балконе появился командир и махнул рукой Гаю, чтобы тот остановил девушку. Скиталец продолжал стоять на краю платформы и смотреть вниз. Мимо его лица просвистела стрела и вонзилась в грудь ворожейки. Гай метнулся к девушке и подхватил её на руки.

— Как больно, — прохрипела она, слабея прямо на глазах.

Он уложил ворожейку на платформу, скрутил плащ и подсунул ей под голову.

— Я всё сделал правильно, почему же держатель не работает?

«Мы навсегда будем вместе», — услышал Гай голос любимой и улыбнулся. Он поднялся к держателю и всунул последний недостающий элемент, крохотный шарик, в котором осталась частица души Виолы. Небесные сферы раскинулись над мёртвой Столицей с низким гудением, пепел начал подниматься вверх и превращаться в белые, пушистые облака. Гай вернулся к ворожейке, приподнял её и стянул повязку.

— Криджера, у тебя всё получилось, — промолвил он, обняв девушку со спины.

— Ты будешь помнить меня? — ворожейка погладила руки скитальца.

— Всегда, — ответил он, а затем закрыл ладонью глаза Криджеры.