сказка про сказку

Глава 1

Вечером как обычно накатила пустота. Сидя перед монитором Марина особенно остро ощущала своё одиночество. 46 это уже приговор - жизнь почти прожита, пустая и никчёмная как черновик.

Зябко кутаясь в старую шаль Марина с тоской вспоминала прошедшие года и чёрная волна безнадёжности снова подступала к горлу комом, щипля глаза слезами отчаянья. Она никогда не была красавицей, не блистала талантами или особым интеллектом. Тихая и незаметная она прожила такую же незаметную жизнь. Глубоко порядочный человек она не могла делать гадости другим ради собственной выгоды. Коллеги нагло этим пользовались и она перестала общаться с ними более необходимого по работе прослыв заносчивой гордячкой. Мужчины норовили сесть ей на шею и она прекратила с ними встречаться.

Она знала, что за её спиной много сплетничают о её «личной» жизни и иногда даже с интересом узнавала увлекательные новости о ней. Знала она и о тех гадостях которые говорили о ней её «друзья». Когда была моложе каждый раз это отзывалось болью в сердце. Сейчас ей было уже безразлично.

Возвращаясь с работы в крохотную квартирку, где Марину ждал только подобранный у мусорного бака чёрный кот, она брела опустив голову. Квартира оказалась пустой: даже котище куда то сбежал. Впрочем чему удивляться - март на дворе. По телевизору шёл очередной бессмысленный и бесконечный сериал о страданиях бедной сиротки живущей в элитном доме. Инет тупил. Кофе сбежал и теперь на вкус был как подмётка от поношенного кроссовка.

Где то в половине двенадцатого, озверев от одиночества, Марина надела видавший виды пуховик и вышла в ночь. То ли люди в городе дружно перешли на здоровый образ жизни, то ли просто ей так повезло, но улицы, по которым бесцельно брела женщина, были тихи и пустынны.

Как то незаметно пройдя половину города Марина оказалась на мосту через реку. Река и мост были едва ли не главными достопримечательностями их города. Наклонившись над перилами она посмотрела в бурлящую тьму под ногами. Вода обтекала опоры с пением и бормотанием образуя водовороты.

Марина наклонилась ниже вслушиваясь в невнятный шёпот реки. Ей вдруг подумалось, что прыгнуть в кипящую между опорами воду не такая уж плохая идея. Женщина качнулась вперёд и, вдруг, услышала негромкое покашливание, а затем скрипучий голосок произнёс: «Простите великодушно, что вмешиваюсь в ваше уединение, но не могли бы вы мне помочь , прежде чем спрыгнете?» Марина инстинктивно обернулась на голос и удивлённо заморгала. У края моста переминался с ноги на ногу маленький дедок, при взгляде на которого откуда то из глубин памяти всплыло: «старичок с ноготок - борода с локоток».

«Понимаете»- скрипел дедок - «Мне очень надо на ту сторону, а сам идти не могу. Вы не могли бы меня перенести?» И он с такой слёзной мольбой уставился на Марину,что у той упало сердце от жалости. Вздохнув женщина взяла старичка на руки, благо тот оказался не тяжелее её котищи.

Перейдя мост Марина с удивлением уставилась на стену дремучего леса с одинокой тропинкой начинающегося сразу за мостом. Женщина оглянулась: мост за спиной был прежним, город за рекой тоже. Она твёрдо знала, что за мостом начинались дачи. Леса, тем более такого там быть не должно.

«Как не должно? Вот же он!»- дед показал рукой на вековые деревья.

«Ну всё! Не хватало, чтоб мои мысли ещё читали кто попало!»- возмутилась Марина и решительно поставила старого на землю.

«А ну пошёл от меня, пенёк трухлявый!»- замахнулась на старика. Дедок затрясся с перепугу и упал в обморок. Женщине стало стыдно - всё же старый человек, а она на него набросилась. Марина сбегала к реке, намочила платок и положила на старичку на лоб, похлопала по щекам.

Дедок очнулся и запричитал: «Ой, уморила ты меня, красавица, в глазах темно,рук - ног не чую. Ох не дойти мне до дому, горемычному. Не увидеть внуков, правнуков.Чую смертный час мой настал. Ой горе, мне горемычному: помру на чужой стороне и похоронить то будет некому». Горькие слёзы текли по морщинистому как печёное яблоко лицу и терялись в бороде.

Марина совсем растерялась и помимо воли ляпнула: «Давай я тебя до дома провожу. Только дорогу покажи.» Старый глазки закрыл и слабо ручонкой машет: «А ты по тропочке, по тропочке ступай - вот и дойдешь.» Ну что ж назвался груздем - полезай в кузов, пошла Марина с дедом на руках по тропке. Хорошая такая тропка - утоптанная будто часто ей пользовались.

Долго ли коротко только вышла Марина на полянку. Стоит посреди полянки дом не дом, а так избушка маленькая. Поднялась женщина на крыльцо, а дверь сама распахнулась и голос изнутри зовёт, приветливо так: «Привёл таки, охламон старый! Да ты входи, внученька, не стой на пороге. Заждались уж тебя.»

Только Марина перешагнула порог у старого болезнь как рукой сняло. Срыгнул он с рук живенько. Глядит Марина, а это её котище. Женщина так и обмерла. Стоит - глазами хлопает. И тут вышла улыбаясь из за печки совсем уж древняя старушенция: «Проходи, внученька, чего на пороге то стоять. К столу вот садись. Проголодалась поди с дороги то.» Махнула старая рукой - на столе развернулась кипенно-белая скатерть, сам из печи вылетел пирог и плюхнулся на блюдо появившееся на столе. Важно отдуваясь вошёл пузатый самовар. Поднатужившись старушка водрузила его в центр стола. Вынырнули откуда то пузатые чайные чашки и, позвенев блюдцами, устроились на столе. Усадила старушенция находящуюся в ступоре Марину за стол, налила чаю, всучила кусок пирога и, с умилением глядя на Женщину начала рассказывать.

«Старая я уже совсем. Этой весной, почитай, две тыщи лет исполнилось. Устала уж очень. На покой пора, а как? Это вон Горынычу хорошо - на их стороне кажинный раз за энто место целая война идёт. И то: и сытно и почёт опять же. Или вон Баюна взять: кошки с измала все таинства знают им и объяснять не надо чего и как. Призвали подходящего вот и делов. Только мне старой всё покоя нет. Яга то ведь человечьей породы быть должна. Да не абы какой, а нужного характела. А у вас сама знаешь каки люди...»- бабулька безнадёжно махнула рукой и замолчала.

Марина поперхнулась пирогом - «А я то вам зачем? Что просто нельзя уйти на пенсию?» Кот с бабкой переглянулись.

«Не ну я ж говорил они там совсем дикие стали» - дёрнул хвостом кот.

«А кто переход охранять будет?» - повернулась к Марине старушенция. «Они»- женщина ткнула рукой в сторону кота. Тот неприлично заржал отмахиваясь лапой.

«Во во я и говорю. Вообще глупые люди стали. Хотя они и раньше не особо умные были. А Врата кто открывать должен, я тебя спрашиваю? Я!? Лапками?»- Баюн, вскочив на лавку и подбоченившись наступал на обалдевшую Марину.

«Да погоди ты!»- бабка ловко перехватила кота поперёк туловища: «Хватит девочку стращать. Вишь, сомлела, сердешная. Вот чаю ещё выпей, милая и дале разговор продолжим.»

Пока обалдевшая Марина прихлёбывала чай не чувствуя вкуса. Бабка рассказывала как отправляли Баюна искать замену к людям. Сколько кандидаток отсеялось после первого же испытания.

«И то не каждая паршивого кота с помойки подберёт. А уж чтоб по всем правилам подходила так и не говори...»-бабка задумчиво пожевала губами. У Марины голова шла кругом от абсурдности происходящего. Еле - еле отговорилась отложить передачу поста до утра.

Дождавшись когда кот ушёл по своим кошачьим делам (ой накопилось пока в отлучке был, почитай сотню лет), а бабка заснула на печи Марина прокралась к выходу и что есть духу побежала прочь по тропинке через тёмный лес. Перевела дух только выбежав к мосту.

Русалка, сидящая на парапете, бросила причёсываться и печально посмотрела на судорожно вцепившуюся в перила, задыхающуюся женщину.

«Вот перейдёшь - путь закроется и вернуться не сможешь.» Марина только отмахнулась и решительно отвернулась намереваясь бежать дальше. Русалка вздохнула и нырнула в реку. Тихий всплеск за спиной ударил взрывом бомбы по натянутым нервам, ноги подкосились и женщина разрыдалась. Ревела она долго и с упоением, чувствуя как с каждой слезинкой слабеет тупая боль в груди, с которой она жила последние годы. Наконец она поднялась смахнув последние слёзы. Взглянула на город и повернулась к лесу.

Солнце уже выглядывало одним глазом из за горизонта когда Марина вышла на знакомую поляну. С улыбкой оглядевшись, она легко взбежала на крыльцо и открыла дверь. Нос защекотал аромат свежеиспеченных блинов, мгновенно наполнив рот слюной.

Бабулька обернулась от печи и расплылась в улыбке: «Проходи, внученька. Я тут блинков испекла. Ешь пока горячие.» Марина неуверенно улыбнулась в ответ: «А вы не уйдёте? Я боюсь одной не справится.» «Куда ж я денусь. Работа на наша трудная, за один день не выучишься. С век то точно учиться будешь. Да ты садись . Блины стынут.»