Сказания Элинора: Предание о Драконьем пламени

Элинор

Прежде чем начать повествование, хотелось бы рассказать читателю об этом удивительном мире.

Земля, на которой разворачивается эта история, испокон веков несёт название Элино́р. Значение этого слова давно позабылось, но мудрецы поговаривают, что оно пришло из языка Древних эльфов — прародителя современного эльфийского наречия.

В самом центре Элинора раскинулись благодатные Срединные леса, населённые лесными эльфами.

Чуть западнее лежат бескрайние равнины с пологими холмами и редкими деревьями.

Южнее эльфийских лесов растянулась чаща, столь тёмная и непроглядная, что народ эльфов нарёк её Полуночным лесом.

Севернее изобильных рощ возвышаются непроходимые высоченные горные хребты, под защитой которых живут трудолюбивые гномы.

А на дальнем севере, за гномьими горами, раскинулись владения Нордгарда — огромная холодная тайга, где долгие годы живут люди, именующие себя нордами.

На юго-западе же от равнин лежит величественная засушливая пустыня. Песок там похож на серый пепел, отчего среди народов Элинора эта земля зовётся Пустошью.

Разделяет засушливую Пустошь и зелёные равнины бурная река, на берегах которой нашли приют всевозможные существа: от фей до гоблинов и орков. Эта река не единственная в Элиноре, но она настолько огромна и важна, что заслуживает отдельного упоминания.

Глава 1: Стужа

Итак, когда читатель немного узнал об Элиноре, пора поведать ему эту удивительную, полную магии и загадок историю.

Всё началось в величественном древнем замке Готланда, занесённой снегами столицы Нордгарда. Большой тронный зал был озарён светом жаровен, стоявших вдоль каменных стен, а с высокого потолка свисали фонари. Между очагами возвышались резные колонны, упирающиеся в самый потолок. В самом конце зала на небольшой платформе стоял трон.

На троне сидел высокий, крепкий норд со светло-русыми волосами, одетый в роскошное меховое пальто, вышитое золотом. Как вы, наверно уже догадались, это был король нордов Крэнон по прозвищу Алый Клинок. Такое героическое прозвище он получил за то, что в битве был неотразим, а его меч был неизменно окрашен в алый цвет вражеской крови. Обычно он был весел, но сегодня на его лице читалась тревога.

Внезапно тяжёлые дубовые ворота распахнулись, и в залу вместе с белым холодным паром вошёл незнакомец в голубоватом, покрытом инеем плаще. На поясе был повязан бордовый кушак. Его голову скрывал капюшон, а в руках он держал походный посох.

— А я уж было подумал, что ты сгинул в снегах, — сурово произнёс Крэнон.

Незнакомец приподнял голову, и из-под капюшона стало видно его светлое лицо с лёгкими морщинами. Это был Малор, эльфийский мудрец и чародей. Он снял капюшон. На свету заблестели его длинные, белые как снег волосы и седая косматая борода, какая, кажется, полагается каждому чародею. Из-под волос торчали острые уши.

— Здравствуй, Крэнон, — улыбнувшись, произнёс явно приободрённый встречей Малор.

Король кивнул магу в ответ, показав быстрый жест рукой одному из стражей. Воины, стоявшие вдоль стен, тут же куда-то убежали. Через минуту перед чародеем уже стоял большой дубовый стол со всевозможными яствами.

— Присядь, отдохни, выпей. — Крэнон указал на дубовый стул.

Правитель сел во главе стола, а напротив него уселся чародей.

— Приятного аппетита! — все как один сказали стражи.

Друзья принялись обедать. Съев две жареные курицы и выпив пару кружек эля, мудрец произнёс:

— Спасибо за угощение, теперь можно и за дело. Зачем ты позвал меня, Крэнон?

— По дороге в Готланд ты наверняка заметил, какая нынче холодная и жестокая зима. Такие холода страшны даже для нордов: вековые деревья начинают увядать, гибнет зверь, люди замерзают. Каменные стены едва удерживают эту стужу. Прошу тебя, чародей, помоги нам, — тревожно сказал король, взывая к Малору.

Лицо мага заметно помрачнело, он явно что-то знал. После нескольких минут молчания волшебник произнёс:

— В прошлом году, когда я перебирал книги в своей библиотеке, из одной из них выпал старый, пожелтевший листок пергамента. Надписи на нём были на языке Древних эльфов. Я знаю лишь небольшую часть рун, поэтому расшифровать всё мне не удалось. Но вот что гласили первые строки:

Бураны завоют воем тысячи волков, И затрещат морозы, ожидая жатвы, И с неба градом обрушатся ледяные снега, Накрыв всё белым саваном зимы, И погребут подо льдами Элинор.

Услышав слова чародея, Крэнон побледнел.

— Что это значит? Элинор погибнет?! — перебил его норд.

— Не перебивай, Крэнон, я не договорил, — спокойным голосом произнёс Малор. Он продолжил рассказ:

— Тогда мне стало интересно, что написано дальше. Я принялся переводить, сидел целую ночь. Получалось у меня с трудом, но наконец с первыми лучами солнца у меня была готова вторая часть пророчества. Она была такой:

И наступит конец времён.

И останется лишь вечная Стужа,

Погубив всё, что живо.

И лишь драконы выживут,

Под защитой пламени.

— Драконы? Разве они существуют?! — с удивлением произнёс Крэнон.

— Честно говоря, я сам удивился, но вскоре вспомнил, что у драконидов есть легенда, по которой драконы не вымерли, а улетели за океан, на скрытые от чужих глаз земли.

На этом моменте хотелось бы разъяснить читателю слова чародея. С самого рождения Элинора на Пустошах жили драконы, но несколько веков назад остальные народы вытеснили и изгнали драконов с их земли. Остались там только дракониды — потомки драконов и людей, которые живут там и по сей день. Они верят, что их предки не погибли, а улетели в далёкие земли и обязательно вернутся.

— Согласно этому пророчеству, растопить зачарованные льды может лишь драконье пламя, — продолжал волшебник.

— Но как нам это поможет? Мы ведь даже не знаем, где искать этих драконов, не говоря уже о том, что они явно таят на Элинор обиду за изгнание, и не поспешат нам помогать, — сказал Крэнон, допив эль из кружки.

— Верно, мы не знаем, а дракониды, судя по всему, догадываются. А уж договориться с драконами мы сможем, — спокойно ответил норду Малор.

— То есть нужно отыскать драконидов и выведать у них всё, что им известно об уходе драконов? — уточнил король.

— Точно так, — ответил ему маг, — медлить нельзя, завтра же отправляемся в Пустошь, но один я туда не доберусь. Может, у тебя есть на примете воины, которые осмелятся на такой подвиг?

Выслушав мага, Крэнон произнёс:

— Кто из вас готов пройти этот непростой путь вместе с господином Малором? — обратился он к страже, что всё это время стояла вдоль стен.

Вперёд шагнули два норда в железных шлемах.

— Корн и Трог к вашим услугам! — прокричали они в один голос.

Как позже оказалось, они были братьями. Корн — младший, а Трог — старший. Оба они были крепки и внешним видом вызывали впечатление настоящих воинов. Корн был одет в голубую рубаху, скромное меховое пальто и коричневые штаны, на ногах у него были кожаные сапоги. Трог же был облачён в блестящие латные доспехи, в которых отражалось пламя жаровен, сверху был накинут плащ.

Чародей одобрительно кивнул в сторону Крэнона. На том и порешили.

— Дело близится к ночи, надо ложиться спать, нам предстоит долгая дорога, — зевнув, проговорил Малор.

Крэнон выделил воинам по комнате с пуховыми перинами, и все легли спать.

Утром Малор проснулся из-за громких криков. Выглянув в окно, он увидел, как королевская стража вместе с конюхом запрягают трёх вороных коней, облачённых в интересные меховые накидки, защищавшие их от мороза. Кони брыкались и лягались. Чародей вышел из комнаты и направился в сторону тронного зала. Войдя в залу, он увидел всё тот же дубовый стол, который, кажется, едва не ломится от стоявшей не нём еды. За столом уже сидели Крэнон, Корн и Трог. Увидав мага, они прервали трапезу.

— Здравствуй, чародей, — кратко промолвил Трог.

— Рад тебя видеть. — сказал с улыбкой Корн.

— С добрым утром тебя. Отведай с нами, — спокойно сказал Крэнон.

— И вас с добрым утром, — ответил Малор нордам, усаживаясь за стол.

Позавтракавши, товарищи начали готовиться в путь. Слуги собрали большой мешок с провизией, и другими припасами. Облачившись в тёплые меховые плащи, они вышли на улицу, где их уже ждали те самые кони, которых утром в окно наблюдал Малор.

— Вот, — проговорил Крэнон, — лучшие кони, какие только могут быть в Нордгарде.

— Благодарю тебя за тёплый приём. — сказал Малор королю, — нам пора в путь, — обратился он к нордам.

Оседлав коней и водрузив на них припасы, путники выдвинулись в дорогу. Когда они было скрылись за горизонтом, всё ещё стоявший на крыльце замка Крэнон тихо, почти шёпотом произнёс:

— Удачи…, — и вошёл в замок, затворив ворота.

Глава 2: Путь зовёт!

Как вы наверняка помните, Нордгард со всех сторон окружён горами, и единственным способом перейти их был узкий извилистый перевал, к которому и направлялась наша компания. От Готланда до этого самого перевала было порядка шестьдесят миль (около девяноста шести километров).

Тропа была безопасна, и путь казался совсем не страшным, а, напротив, вполне приятным, несмотря на мороз. Так продолжалось до наступления темноты. На закате начало холодать: чем дальше за горизонт уходило солнце, тем сильнее давил мороз. Когда солнце окончательно скрылось из виду, стояла такая стужа, что даже у Корна и Трога, привыкших к холодам, застучали зубы, не говоря уже о Малоре.

Путники приняли решение устроить привал и продолжить путь на восходе солнца, идти было почти невозможно, к тому же ситуацию усугубил падающий снег. Тропу было совсем не разглядеть. Корн быстро скидал из срубленных им сосновых веток небольшой шалаш, а Трог развёл костёр, Малор тем временем привязал скакунов к стоящей поблизости сосне. Переведя дух, путники принялись изучать карты, что перед отъездом взяли у Крэнона. Когда пергамент осветило пламя костра, друзья, улыбнувшись, переглянулись: оказалось, что они прошли уже двадцать миль, всего за девять часов езды. Это значительно их приободрило. Но товарищи очень устали: не было сил даже на разговоры. Кони устали не меньше своих хозяев. Путники перекусили лепёшками и накормили лошадей, и сытые, накрывшись своими плащами, улеглись спать. Костёр решили не тушить: всё же тайга была полна диких зверей, которые наверняка не прочь закусить ничего не подозревающими героями. Яркое пламя костра остаётся их надеждой на безопасность. Ночь была тиха и спокойна.

Наутро путники проснулись бодрые и полные сил. Костёр всё ещё тлел. Кони были там, где их вчера и оставили. Поклажа была цела.

— Ну что, — весело сказал Малор, — дорога зовёт. По коням!

— Так точно, о Великий! — отозвались братья.

Друзья быстро потушили костёр, собрали свои вещи, оседлали коней и двинулись в путь.

Погода была ясная. На небе не было ни тучки. Снег тихонько поскрипывал под копытами и переливался на солнце множеством огней, словно кто-то рассыпал целую гору блестящих самоцветов. Компания была в хорошем настроении. Они рассказывали истории, анекдоты и пели песни. Малор рассказывал о своих приключениях, коих за три века набралось неисчислимое количество. День пролетел незаметно. На закате товарищи устроили себе такой же привал, как и в прошлый раз, и довольно быстро уснули. Но их сон продлился недолго.

Трог проснулся посреди ночи от громких криков. Оказалось, что костёр потух из-за сильных порывов ветра (стоит сказать, ветер в ту ночь был действительно сильным), и на запах еды пришёл огромный, размером с медведя снежный барс. Зверь напал на коней, но те стали защищаться — именно под звуки этой битвы Трог и проснулся. Увидев эту картину, он издал свирепый крик, готовясь кинуться на хищника. Зверь повернул голову в его сторону, сверкнув жуткими красными глазами, он бросил коней и куда-то исчез. Казалось, он просто испарился: барс был абсолютно белый и полностью сливался с местностью, а ночью в заснеженной тайге за ним и подавно было не углядеть. Но тот и не думал убегать.

Барс молниеносно выпрыгнул из-за дерева прямо на Трога. Норду чудом удалось отпрыгнуть в последний момент, лишь когтистая лапа зверя коснулась его щеки, оставив глубокие раны. Тут в себя пришли Малор и Корн. Они поняли, что дело плохо, и выхватили свои мечи. Враг совершил ещё одну атаку, и снова мимо — на этот раз барс не рассчитал расстояние и перелетел Корна.

— Вставайте в круг! — крикнул чародей.

Они встали друг к другу спинами, выставив перед собой мечи. Тогда барс вновь бросился на друзей, но на сей раз острый клинок Корна вонзился прямо в живот зверю. Хищник взвыл от боли и, поверженный, стремглав убежал с поля боя, оставляя за собой кровавый след. Норды было хотели его догнать, но маг сказал им:

— Оставьте его, с такой раной он всё равно далеко не уйдёт. — Малор указал рукой на пятна крови, разлившиеся на снегу.

Из раны Трога текла кровь, но ему повезло больше, чем одному из коней. Скакун был при смерти. Быстро перемотав порезы Трога, норды устремились на помощь раненому животному, но Малор остановил их:

— Это бесполезно, отойдите. — Волшебник подошёл к лежащему на земле коню и опустился перед ним на колени.

Чародей возложил обе руки на животное и начал что-то шептать себе под нос. Тут вокруг него начали появляться светящиеся огоньки, летящие к его ладоням, а сам он начал светиться тусклым светом. На глазах у изумлённых братьев раны коня затянулись, а сам Малор рухнул на снег обессиленный. Он был без сознания.

Нордам пришлось оттащить его в шалаш, вскипятить воду в котелке и напоить его настоем из нордовских трав. Норды были известны своей народной медициной. Излечивать прикосновением, как Малор, они, конечно, не умели, но их настои из трав, растущих в тайге под снегами, помогали лучше любой таблетки.

Спустя несколько часов Малор очнулся. У него совсем не было сил. Ещё бы, излечить такую рану! Пришлось остановиться там на день, чтобы их лекарь отдохнул и восстановился.

Наутро следующего дня Малор был полностью здоров и чувствовал себя, как прежде. Путники снова выдвинулись в дорогу. Они прошли уже больше половины пути, им оставалось преодолеть лишь двадцать пять миль. Остальные два дня прошли без приключений. И наконец на горизонте появились горы, столь высокие, что, казалось, вот-вот проткнут вершинами небо.

Полоса из горных хребтов растянулась на многие мили вперёд. Далеко за лесом было видно самую величавую, возвышающуюся над всем миром гору. Она называлась Великой горой. Именно её пещеры стали пристанищем гномов. По легенде эта гора держит на себе весь небосвод, не давая ему упасть на землю. Но сейчас у наших путников другая цель — перевал, о котором я уже упоминал ранее.