Сильнее страха

1. Сильнее страха

Солёный воздух щекотал ноздри. Лёгкий ветерок дул с моря, прогоняя испепеляющую жару. Вечерело. Но солнце всё ещё пыталось жарить побережье Чёрного моря. Однако тысячи туристов, не обращая на это никакого внимания, стояли плотной толпой возле ярко освещённой сцены. Играла музыка. Она периодически почти заглушалась восторженными возгласами толпы или прерывалась, чтобы дать ведущему возможность пригласить на сцену очередного исполнителя. Вот и сейчас ведущий музыкального шоу обратился к публике:

— Напомню вам, дорогие отдыхающие, что сегодня в этом замечательном курортном городе проходит третий и последний день умопомрачительного фестиваля современной музыкальной культуры. На этой сцене уже выступили десятки артистов, исполняющих песни в самых разных жанрах. Рок и поп-музыка, джазовые композиции и шансон, классические мелодии и рэп! Всё звучало на этой сцене! Наш фестиваль по праву может считаться важным явлением в культурной жизни страны! Полюбуйтесь на море, освещённое закатом! Что может быть прекраснее! Конечно, только музыка! Заканчивается наш фестиваль, но напоследок мы приготовили для вас самые интересные, самые красочные выступления популярных артистов! Итак, встречайте! На сцену приглашается восходящая звезда эстрады, великолепная Дарьяна Маркизова!

Публика восторженно завыла, захлопали сотни рук. Послышалась мелодичная музыка, и на сцену вышла молодая певица, которая уже успела прославиться своими романтическими композициями. Зрители не сводили с девушки восхищённых глаз. Певица медленно покачивалась в такт мелодии, словно нежный цветок, колыхаемый ветром. Девушка, невзирая на жару, не стала одевать какой-нибудь вульгарный наряд, который оставлял бы обнажённой значительную часть её тела. Она предпочла длинное пышное платье нежно-розового цвета. Её тёмные кудри, завиваясь, ниспадали на грудь. Большие серые глаза искрились от счастья, которое посещает каждого артиста во время успешного выступления и одобрения публики. Исполнительница запела сильным волнующим голосом. Зрители вторили ей, так как эта песня уже была им известна, занимая вот уже которую неделю верхние строчки хит-парадов всевозможных радиостанций и музыкальных каналов. Когда девушка закончила, вновь послышался зычный голос ведущего:

— Итак, аплодисменты! Дарьяна Маркизова! Популярная исполнительница и автор настоящих хитов! Приветствуем вас, Дарьяна, на этой сцене! Что бы вы хотели сказать нашим зрителям?

— Прежде всего я хотела бы поблагодарить всех вас за вашу любовь к музыке, — ответила Дарьяна, — благодарю так же организаторов этого замечательного музыкального фестиваля, который раскрасил отдых на черноморском побережье яркими и незабываемыми эмоциями. Спасибо!

Публика одарила певицу бурными аплодисментами.

— Очень хорошо, что вы так высоко оценили наш фестиваль, — проговорил ведущий, — однако мы не отпустим вас с этой сцены, пока вы не порадуете нас ещё несколькими своими композициями.

Вновь послышались овации. Дарьяна, одарив зрителей очаровательной улыбкой, запела вновь. Публика была в восторге от её голоса и романтического образа. Певица, исполнив ещё несколько песен, ушла за кулисы. Там её уже ждал продюсер.

— Дарьяна, это было великолепно! — затараторил худощавый высокий мужчина лет пятидесяти. — Народ от тебя в восторге. Пора подумать о сольных концертах.

— Владимир Сергеевич, дайте мне хоть дух перевести, — взмолилась Дарьяна, — такая жара... я очень плохо её переношу.

— Хорошо, поехали в отель, — предложил продюсер, — отдохнёшь как следует. Ты молодец, выдержала три дня плотного графика. Поехали.

Мужчина взял девушку под руку и повёл к автостоянке. Сев в машину, они направились в дорогой отель, стоящий на берегу моря.

— Теперь можно расслабиться, — сказал Владимир Сергеевич, когда они с Дарьяной сытно поужинали в шикарном ресторане.

— Когда в Москву летим? — устало спросила певица.

— Послезавтра, — отозвался продюсер, — решил тебя немного побаловать и выделить один день для отдыха на море.

— Нормальные люди по три недели на море отдыхают, — жалобно пробормотала девушка.

— А ты не нормальная, ты певица! — безжалостно заключил продюсер. — Скажи ещё спасибо, что целый день будет в твоём распоряжении. Многие артисты уже сегодня улетают. Кто-то завтра. А у тебя целый день отдыха нарисовался. Так что не ной и радуйся.

— Ну спасибо, — проворчала Дарьяна.

Встав из-за стола, они отправились каждый в свой номер.

Как только оказалась возле кровати, Дарьяна рухнула на неё в изнеможении. Жара, репетиции, выступления, переезды из одного города в другой, всё это высосало из неё все силы. Девушка с сочувствием подумала о знаменитых певцах. Если она, только набирающая популярность девчонка, так устаёт, то каково же её более именитым коллегам? Девушка почувствовала, что засыпает. Усилием воли она стряхнула с себя оцепенение и поползла в душ, еле передвигая ногами. Вода немного взбодрила девушку, и она, выйдя из ванной комнаты, подошла к окну — полюбоваться на южную ночь. Как долго она мечтала оказаться на море! Оно шумело так близко. Через раскрытое окно слышался плеск волн. Тёмное небо сливалось с чёрной водной гладью. Если бы не прибрежные фонари, оставляющие блики на воде, невозможно было бы увидеть границу между водой и небом. Дарьяне вспомнились легенды о морских чудовищах, ундинах и водяных ведьмах. Сколько же тайн хранит в себе мировой океан! Там, в пучине, своя непознанная нами жизнь. Дарьяна решила, что с самого раннего утра отправится на пляж и проведёт на побережье весь день.

Но рано утром встать не получилось. Было уже одиннадцать часов, когда Дарьяну разбудит громкий стук в дверь и раздался требовательный голос продюсера:

— Дарьяна! Ты там не померла, случаем? Вставай! Срочно!

Певица потянулась в постели, потом нехотя встала и, закутавшись в халат, подошла к двери.

— Доброе утро, Владимир Сергеевич, — поздоровалась она, впуская продюсера в свой номер.

— Одевайся! — приказал он ей. — Едешь на встречу с поклонниками! Будет автограф-сессия и общение с публикой! Я обо всём договорился!

— Но Владимир Сергеевич! Вы же обещали мне выходной! — запротестовала Дарьяна. — Это уже чересчур!

— Так, что за капризы? — тоном, не терпящим возражений, ответил продюсер. — Ты же не сосисками на пляже торгуешь! Ты публичный человек, у тебя ненормированный график работы. Поехали.

— Без завтрака?

— Нечего спать так долго! — выпалил мужчина и вышел из номера.

Озадаченная Дарьяна подошла к шкафу, чтобы выбрать одежду для такого случая.

Минут через пятнадцать девушка вышла из отеля и направилась к машине, где её продюсер уже нервно мерил шагами асфальт.

— Ну наконец-то! — нетерпеливо воскликнул он. — А зачем ты бриджи надела? Надо было мини-юбку какую-нибудь.

— Мне так удобно. Вы же всегда говорили, что встречи с поклонниками должны быть в неформальной обстановке, без пафоса, чтобы быть, так сказать, ближе к народу. Футболка и бриджи как раз подходят. Тем более что сразу после мероприятия я намерена полазить по прибрежным скалам. В юбке это было бы неудобно.

— Хорошо, убедила, — отозвался Владимир Сергеевич, — садись в машину.

Встреча с поклонниками длилась более трёх часов. Бесконечные фотографирования и раздача автографов утомили Дарьяну. Когда мероприятие закончилось, и девушка осталась наедине со своим продюсером, она уже так устала, что начала сомневаться в возможности прогулки по побережью.

— Мне не нравятся такие моменты, когда я должна всем натянуто улыбаться и раздавать автографы, держа в голове лишь одну мысль: «Хочу, чтобы это всё быстрее кончилось и отсюда ушли все эти люди!»

— Да перестань ты ныть! — раздражённо ответил Владимир Сергеевич. — Поклонники — это эквивалент твоей популярности. Ты должна гордиться тем, что за возможность с тобой сфотографироваться люди длинную очередь отстаивают! Посмотри, как они тебя полюбили. Где твоя звёздная болезнь в конце концов?

— Не знаю, — вздохнула певица, — у неё ещё, наверное, инкубационный период.

— Поедем в отель. Отдохнёшь.

— А море?

— Обойдёшься без него.

— Но я первый раз на море! — вознегодовала Дарьяна. — Вы же знаете, что меня воспитывала бабушка и она не могла обеспечить мне такой отдых. Ведь она работала за нищенскую зарплату. Но, несмотря на это, она смогла дать мне музыкальное образование. Я ей обещала, что когда-нибудь брошу все дела и приеду отдыхать на море, ведь она очень переживала, что не смогла дать мне такую возможность. А ведь то, кем я стала, произошло благодаря ей.

— Ты стала той, кем являешься, только благодаря мне, — процедил Владимир Сергеевич, — это я увидел в тебе потенциал. Это я тебя раскрутил, и теперь ты популярная певица.

— Я не хочу с вами спорить, Владимир Сергеевич. Но я на этот раз ослушаюсь вас и проведу остаток дня на пляже, — решительно заявила Дарьяна, — встретимся вечером в отеле.

Девушка встала и вышла из помещения. Она направилась на центральный пляж этого городка. Дарьяна тяготилась чрезмерным давлением на неё продюсера. Подумать только, он даже не дал ей время купить купальник, а ведь она так хотела окунуться в лазурные морские волны!

Певица, надев солнечные очки и кепку, надеялась, что никто её не узнает. Козырёк она опустила как можно ниже. Конспирация сработала, и девушка беспрепятственно попала на пляж. Народу было уйма. О том, чтобы искупаться, не имея купальника, и речи не шло. Дарьяна решила помочить хотя бы ноги в воде. Подойдя к кромке прибоя, девушка огляделась. Её восторженному взгляду предстал морской пейзаж. Вдруг она заметила, что чуть подальше по правую руку от неё пляж пустует. Это было странно, ведь здесь, на центральном пляже, яблоку было негде упасть.

— Скажите, пожалуйста, а почему там справа никто не купается? — спросила она выходившую из воды женщину.

— А там дикий пляж, — ответила та, — камни слишком острые, неудобно заходить в воду. На дне тоже булыжники лежат, чего доброго, и ноги можно переломать.

Дарьяна немного поразмышляла над этой информацией и решила отправиться на дикий пляж, который был отделён от центрального нагромождением валунов. Девушка поняла, что приняла правильное решение, надев спортивную одежду и обувь. Она преодолела каменное препятствие и оказалась одна среди камней и волн. В отдалении слышен был гомон купающихся. Здесь же можно было насладиться шумом волн и шуршанием гальки, криком чаек. Дарьяне так понравилось это место, что она решила полностью обследовать дикий пляж, прежде чем лезть в воду. Девушка шла вдоль берега к каменистому кряжу, который далеко вдавался в море. Когда Дарьяна к нему приблизилась, она увидела, что в скальной породе есть несколько углублений, похожих на пещеры. Дух приключений завладел девушкой. Ей вспомнились истории про таинственные острова и пиратские сокровища. Она поспешила к пещерам.

Сперва девушка заглянула в одну пещеру, потом в другую, третью. Но все они были неглубокие и представляли мало интереса для искательницы приключений. Но вот последняя пещера показалась ей любопытной. Она была явно глубже, чем предыдущие. Дарьяна заглянула внутрь. Темнота мешала ей что-либо разглядеть. Однако девушка, преодолев боязнь, заглянула в чёрный проход. Она осторожно двинулась по нему, держась за стену. Пройдя метров десять, певица уже хотела повернуть обратно, как вдруг заметила, что туннель резко сворачивает в сторону. Она заглянула за угол и увидела солнечный свет: «Значит, это не пещера, а проход сквозь каменистый кряж! — обрадовалась девушка. — Интересно, что там по ту сторону скал».

Дарьяна сделала с десяток шагов и вышла из прохода. Её взгляду предстала изумительная картина: вдоль берега тянулась полоска белого песка. Изумрудно-голубые волны, пенясь, набегали на песок и возвращались обратно в колышущееся море. Солнце светило ярко, но почему-то жары здесь не ощущалось, хотя на лазурном небе не было ни облачка. Невдалеке скалы протянулись далеко в море, образовав мыс. Но самое поразительное было то, что на этом мысе возвышался великолепный замок в готическом стиле. Это было монументальное сооружение из тёмного камня с высокими стрельчатыми арками и сводами. Девушка разглядела многочисленные башни, которые венчали пикообразные купола. Дарьяна очень удивилась тому, что не слышала об этом замке от экскурсоводов, встречающихся в курортном городке на каждом шагу и предлагающих туристам посетить местные достопримечательности. Певица помнила рекламу экскурсий на водопады, в голубую лагуну, на пляж с целебной глиной, но вот поездку в этот великолепный замок никто не предлагал. Кроме того, девушке показалось странным, что на территории России находится памятник готической архитектуры. Ведь такие строения свойственны Западной Европе. Подивившись этому, исследовательница продолжила идти вдоль берега, наслаждаясь морским воздухом, шумом волн и свободой. Она опасалась, что телефонный звонок может нарушить её умиротворённое настроение и решила отключить мобильник. Однако, достав из кармана телефон, Дарьяна обнаружила, что тот не ловит сеть.

— Очень хорошо, — проговорила она, — хоть на какое-то время меня оставят в покое.

И она, довольная, продолжила путь. Вокруг не было ни души, но вскоре Дарьяна увидела покосившуюся избёнку, из которой вышла пожилая женщина.

— Добрый день, — обратилась певица к старушке, — не скажете, как называется этот замок?

Но старушка взволнованно выпалила:

— Что ты здесь делаешь, несчастное дитя?! Уходи! Уходи! Иначе будет поздно!

— В чём дело? — оторопела Дарьяна. — Почему уходить?

— Не задавай глупых вопросов! Как будто ты не знаешь, что здесь опасно! — проворчала старуха. — Скоро вечер. Ты из какой деревни?

— Я из Москвы, — ответила Дарьяна, — приехала на музыкальный фестиваль.

— Из Москвы? — нахмурилась женщина. — Не знаю, где эта деревня. Далеко, наверное?

— Конечно, далеко, — улыбнулась девушка, — вы, может, не расслышали, я не из деревни, я из Москвы, из столицы, понимаете?

— Ладно брехать чушь, лучше не трать время, а уходи отсюда, — настаивала старуха.

— Ну уж нет, я впервые на море, хочу им насладиться как следует. Завтра уже улетаю.

— Улетаешь?! — в ужасе отпрянула от девушки старуха. — Так ты ведьма! О горе мне! Ведьмы уже и сюда добрались!

— Какая ведьма, бабушка? — поразилась Дарьяна. — У меня билет на самолёт.

— Говорила я себе, надо было в столице оставаться! Нет же, потянуло меня старость провести на природе, — причитала бабулька, — а тут эти все...

— Так вы тоже из Москвы? — как можно дружелюбнее спросила Дарьяна.

— Я из столицы, говорю же тебе, — враждебно пробубнила женщина.

— Значит, из Москвы? — уточнила певица.

— Да какая ещё Москва? — возмутилась её собеседница. — Такого города-то и нет!

— Как нет? — выпалила Дарьяна. — А где ж тогда столица?

— Где? Где? Известно где, — пробубнила бабулька, — в Твери.

— В Твери! — воскликнула шокированная девушка и подозрение, что несчастная старушка страдает психическим расстройством, закралось в её голову. — Что ж, бабушка, я пойду, пожалуй, искупаюсь.

— Ты что, ненормальная? — прокричала старуха. — Совсем жить надоело? Погоди-ка... а ты что так странно выглядишь? Я-то подслеповатая, плохо вижу. А теперь вот разглядела маленько тебя... где ж твоё платье? Что же ты, деточка, в панталонах одних ходишь?

— Каких панталонах? — потеряла терпение Дарьяна. — Это бриджи!

— Бриджи, — задумчиво повторила старуха, — слово-то какое ненашенское... ох! Постой, постой! Ты, часом, не через проход в скалах прошла сюда?

— Ну да, — подтвердила певица, — сперва я подумала, что это пещера, а потом обнаружила, что туннель ведёт сквозь каменный кряж. Вот и вышла по нему сюда...

— О несчастная! — взвыла старуха. — Бегом назад! Пока проход этот не закрылся! Быстрее!

— Слушайте, хватит городить ерунду, — отмахнулась от неё девушка, — я намерена сперва искупаться.

Дарьяна подошла к воде и сняла обувь. Она хотела сбросить и одежду, но бабулька подошла к ней и заявила:

— Девушка, ты не понимаешь, что с тобой произошло. Этот туннель, по которому ты сюда попала, — проход между мирами. Он открывается раз в пять лет. Некоторые уже приходили сюда из твоего мира. Все они погибли. Сейчас сгустятся вечерние сумерки, и сюда явятся они!

— Слушайте, с меня хватит всей этой бредятины! — разозлилась Дарьяна. — Оставьте меня в покое!

Певица стремительно сбросила с себя одежду и в одном нижнем белье погрузилась в ласковые тёплые воды.

— О! Что же ты наделала?! Нельзя лезть в воду! — заволновалась старуха. — Теперь тебе не спастись! Они идут! Они учуяли тебя! Прощай!

Бабулька на удивление прытко засеменила в сторону своей избушки.

— Дурдом какой-то, — проворчала Дарьяна, но вскоре забыла эту странную встречу и продолжала купаться в море.

Небо порозовело, когда девушка, вволю накупавшись, вышла на сушу. Она отжала свои длинные волосы и стала ждать, пока высохнет кожа, чтобы можно было одеться. Певица смотрела на пенящиеся гребни волн, на изумительно чистую бирюзовую воду, и в её голове рождались поэтические строки. Дарьяна пожалела, что не захватила с собой блокнот, ведь она сама сочиняла песни, которые исполняла, а тут такая красота на бумагу просится.

Вдруг на поверхности воды возникла какая-то чёрная точка. Певица подумала, что это дельфин. Но точка эта стала приближаться и всё больше напоминала голову купальщика. Но откуда здесь человек? Может, это любитель дайвинга, который, налюбовавшись подводной жизнью, вынужден вернуться на землю, когда закончился в баллонах кислород? Точка всё приближалась и увеличивалась в размерах. Теперь стало понятно, что это плывущий человек, который направляется к берегу. Девушка поспешила одеться, чтобы никто не увидел её в неподобающем виде.

Внезапно над водой показалась ещё одна такая же точка, потом ещё и ещё. Дарьяна с удивлением наблюдала, как их становится всё больше и больше, и вот уже десятки человек плыли в её сторону. Девушке стало не по себе, но она успокоила себя мыслью, что это какие-нибудь спецвойска проводят учения, иначе откуда бы взялись все эти люди? Ясно, что это какие-нибудь «морские котики» или что-то в этом роде. Но, как ни успокаивала она себя, в сердце её росла тревога. Опасения усилились, когда Дарьяна заметила, что у приближающего человека нет никакого обмундирования для передвижения под водой. Наконец, когда незнакомец приблизился к берегу, девушка смогла его разглядеть. Первое, что ей бросилось в глаза, — это серый, неестественный для живых людей цвет кожи. Потом девушка заметила страшную рану на лице пловца, у него отсутствовал один глаз, из пустой глазницы вытекала вода. Незнакомец, видимо, стал доставать ногами до дна, и над водой показались сперва его плечи, потом стала видна и грудь.

Дарьяна с ужасом увидела, что тело человека местами сильно повреждено, так что даже видны кости. Он был похож на труп утонувшего рыбака, который пролежал под водой несколько недель. Но трупы не выходят на берег! Дарьяна закричала от испуга. Она попятилась от песчаного пляжа. Ужасный незнакомец уже вышел на берег и направился в её сторону. Но хуже всего было то, что множественные точки, появившиеся над водой, оказались такими странными людьми, если это, конечно, были люди. Они выходили на берег и устремлялись за первым пловцом. Дарьяна бросилась бежать в ту сторону, где был в скалах проход, через который она сюда попала. Но вскоре девушка заметила, что эти жуткие существа отрезали спасительный путь. Они шли быстро, рассредоточиваясь по суше, чтобы окружить девушку. У Дарьяны кровь застыла в жилах. Она не верила своим глазам, но тем не менее бежала теперь уже в сторону мыса, где находился замок. Добравшись до скалистого возвышения, которым начинался мыс, певица обнаружила ступени, высеченные прямо в горной породе. Стремглав бросилась она вверх.

Существа последовали за ней. Только им не нужны были ступеньки, они ловко ползли по каменной стене, вонзая в неё пальцы. Поднявшись наверх, девушка оказалась на просторной дороге, ведущей к замку. Не раздумывая, она бросилась туда в надежде на спасение. С двух сторон шумело море, сзади уже показались монстры и ринулись вслед за перепуганной беглянкой. Впереди виднелась высокая металлическая ограда. Дарьяна взмолилась, чтобы та была не заперта. К счастью, так и оказалось. Миновав вход на территорию замка, девушка бросилась к величественному сооружению с массивными дверьми. Сгущались сумерки, но фигуры ужасных неживых людей, вышедших из моря, были отчётливо видны. Теперь они тоже бежали, издавая оглушительный вой. Вот уже миновали они ограду замка. Дарьяна кинулась к дверям и забарабанила в них что есть мочи.

— Умоляю, откройте! — истерично орала она. — Откройте! Пожалуйста! — Но двери были заперты. Она развернулась лицом к своим преследователям и обомлела. Толпа полусгнивших трупов обступила её. Мертвецы зловеще скрежетали обломками зубов, тянули к ней костлявые руки с сохранившейся местами мёртвой плотью. Ещё немного — и девушка потеряла бы сознание, но тут кто-то всё-таки открыл дверь и затащил её внутрь замка. Створка захлопнулась, и снаружи послышался многоголосый разочарованный вой. Дарьяну била дрожь, она не смогла устоять на ногах и опустилась на каменный пол. В замке царил полумрак. Девушка силилась разглядеть своего спасителя, но глаза её ещё не привыкли к темноте.

— Кто вы такая и что вы здесь делаете? — спросил строгий мужской голос.

Но Дарьяна от потрясения не могла вымолвить ни слова.

— Я повторяю свой вопрос, — прозвучал вновь голос, — кто вы и что вам надобно в моих владениях?

— Я... меня зовут Маркизова Дарьяна, — пролепетала девушка, — я... простите, я нечаянно сюда попала...

— Вы купались в море? — продолжил допрос таинственный голос.

— Да...

— Всё ясно. Из этого факта я сделал вывод, что вы неместная, иначе бы, зная об опасности, не полезли в воду.

— Я из Москвы, — трясясь от страха, сообщила певица.

— Не знаю, что это за город, — холодно ответил незнакомец, — или это деревня?

— Вообще-то это столица Российской Федерации, — удивлённо ответила девушка.

— Всё ясно! — воскликнул мужчина. — Вы пришли оттуда...

— Откуда? — спросила Дарьяна.

— Из другой реальности, — последовал ответ, — сегодня, так и быть, я разрешу вам переночевать в моём замке. Завтра рано утром мы отправимся на берег, и вы вернётесь в свой мир через туннель в скалах. Если, конечно, он ещё будет открыт.

— Но там эти жуткие существа... — возразила перепуганная Дарьяна.

— О, не беспокойтесь о них, с рассветом они уйдут обратно в море, — сообщил хозяин замка.

— Скажите, кто они? — осмелилась спросить девушка.

— Это ундинары, живые мертвецы из глубин. Когда-то они были кровожадными пиратами, но их поглотило море. Теперь нераскаянные души этих людей не могут покинуть гниющие тела. Они жаждут человеческой крови. Вы купались в море, и они учуяли ваш запах. Ими сейчас движет одно желание — растерзать вас на куски.

Девушка отчаянно заохала.

— Но не бойтесь, Дарьяна, в этот замок они сегодня не проникнут, — заверил её мужчина.

Между тем глаза Дарьяны понемногу привыкли к слабому освещению, и она смогла увидеть говорившего. Это был высокий мужчина, стоящий в тени величественной колонны, поэтому она не могла различить во мраке его лица.

— Благодарю вас за приют, — проговорила девушка, — но вы не представились.

— Прошу прощения, милая барышня, — сказал мужчина уже более мягко, — меня зовут Альберт Харман, и я герцог.

— Герцог... — повторила за ним потрясённая Дарьяна. — Альберт Харман ... звучит по-немецки как-то.

— Вы правы, сударыня, — отозвался хозяин замка, — мой прадед, герцог Луц Харман, выходец из Германии. После политических потрясений, случившихся в этой стране, он переселился в Российскую империю и поступил на службу к императору. Во время ожесточённой Южной войны предок мой снискал славу и любовь российского народа. Император даровал ему эти земли на черноморском побережье. Надо сказать, что Луц Харман очень тосковал по родине, но вернуться в Германию никак не мог. Ведь там свергли монархию и преследовали все дворянские сословия. Однако герцог решил создать на чужбине кусочек родной страны. Так появился этот величественный замок в готическом стиле. Он достался мне по наследству. Но полно обо мне, барышня. Вы, должно быть, потрясены случившимися с вами событиями. Я попрошу служанку накормить вас ужином и отвести в уютные покои, где вы сможете отдохнуть до утра. Тогда я попытаюсь вернуть вас домой.

Произнеся эти слова, Альберт Харман удалился, Дарьяна так и не разглядела его лицо. Через несколько минут появилась немолодая женщина, одетая в простое, но пышного покроя платье и держащая в руках большую свечу.

— Добрый вечер, госпожа, — обратилась служанка к девушке, — меня зовут Ефросинья. Его светлость приказали мне устроить вас на ночлег.

— Очень приятно, — оторопев, произнесла гостья, — я Маркизова Дарьяна, певица. Может, вы слышали обо мне?

— Не имела чести слышать о вас, госпожа, — отозвалась служанка, — а сейчас прошу следовать за мной, я отведу вас в покои и, пока вы будете одеваться, сервирую стол.

Она повела девушку по каменной винтовой лестнице вверх.

— Эта лестница ведёт на самые верхние ярусы башни. Там вы будете в безопасности, — пояснила женщина.

Через несколько минут они вошли в небольшую комнату с богатым интерьером. Дарьяна оценила обстановку, когда служанка зажгла прикреплённые к стенам факелы, и их пламя осветило помещение. В центе комнаты располагалась массивная кровать, накрытая красным бархатным покрывалом с причудливым узором. Вдоль глухой стены, лишённой окна, была выставлена изысканная мебель. Шкаф из красного дерева с позолотой напоминал музейный экспонат. То же самое можно было сказать и о диване, обитом всё тем же бархатом, а также о столе и о двух стульях с резными спинками. Ефросинья подошла к шкафу и открыла его. Она извлекла чудесное пышное платье нежно-розового цвета, которое отдалённо напомнило девушке её сценический костюм. Только это платье было настоящим произведением искусства. Украшенное всевозможными ленточками и кружевами, оно, казалось, было достойно, чтобы его носила какая-нибудь королева.

— Вот ваш наряд, госпожа, — сказала служанка, отдавая Дарьяне платье.

— Что вы! Мне так неловко, — запротестовала девушка, — как я могу надеть столь шикарную одежду?

— Неловко ходить в панталонах, госпожа, — возразила женщина, — хозяину не понравится, если вы явитесь на ужин в неподобающем виде. Это оскорбит его. Подумайте, ведь он герцог и не потерпит непристойности в своих владениях.

Служанка решительно протянула Дарьяне платье и отправилась накрывать на стол. Дарьяне ничего не оставалось делать, кроме как повиноваться. Она облачилась в роскошный наряд и посмотрелась в большое старинное зеркало, висевшее на стене. Довольная и одновременно смущённая гостья вышла из покоев и спустилась по уже знакомой винтовой лестнице. Внизу в зале девушка увидела длинный стол, рассчитанный на большое количество гостей, но сервирован он был только на одну персону. Герцог не появлялся. Дарьяна сытно поужинала запечённой курицей с овощами, выпила бокал красного вина и, поблагодарив Ефросинью за заботу, отправилась спать.

Утро разбудило девушку щебетанием птиц и шумом волн за окном. Дарьяна открыла глаза и, чтобы убедиться, что всё произошедшее с ней накануне не было сном, тихонько ущипнула себя за руку. Старинная атмосфера никуда не исчезла. В помещении стояла всё та же роскошная мебель, только теперь она выглядела ещё наряднее, когда позолоченное покрытие блестело на солнце. Певица встала с мягкой постели и почувствовала себя отдохнувшей. Она осторожно выглянула в окно и сразу же отпрянула, испугавшись головокружительной высоты. В дверь постучали.

— Войдите, — сказала девушка.

Это оказалась Ефросинья. Она принесла гостье на серебряном подносе чашечку ароматного чая и тёплые булочки.

— Его светлость просит вас не мешкать. Он будет ожидать вас в зале, чтобы проводить к тому проходу, через который вы попали в его владения. Герцог напоминает, что задерживаться не стоит, иначе проход может закрыться.

— Хорошо, — произнесла Дарьяна, — я скоро буду.

Разделавшись с булочками и осушив чашку, девушка, надев вчерашнее платье, вышла из комнаты и спустилась вниз по винтовой лестнице. Альберт Харман был в зале. На этот раз дневной свет, лившийся из стрельчатых окон и преломлявшийся через цветное витражное стекло, осветил его с ног до головы. Это был высокий молодой мужчина с тёмными коротко постриженными волосами и карими глазами. Мужественное лицо его было гладко выбрито. Одет герцог был по-праздничному. Тёмно-зелёный мундир, украшенный золотым шитьём, и белоснежная рубашка создавали яркий контраст.

— Сударыня, я надеюсь, вы благополучно провели ночь в моих владениях, — обратился он к своей гостье.

— Благодарю вас, Альберт, за ночлег и ужин с завтраком, — ответила Дарьяна.

— Теперь нам необходимо торопиться, я уже распорядился запрячь лошадей.

— Лошадей? — удивилась девушка.

— Конечно, — подтвердил герцог, — так будет быстрее. Прошу следовать за мной.

Он повёл Дарьяну во двор, где, к её удивлению, их ожидала роскошная карета, запряжённая четырьмя гнедыми жеребцами. Альберт открыл дверцу и подал девушке руку. Дарьяна при помощи своего нового знакомого села в карету, герцог расположился рядом. Как только пассажиры разместились, кучер приказал лошадям трогаться. Они мчались по той самой дороге, по которой накануне вечером Дарьяна спасалась от жутких ундинаров. Девушка содрогнулась, вспомнив о них.

— Сейчас день, и вы можете не беспокоиться, барышня, — заметив её волнение, сказал Альберт, — до заката морские мертвецы не выйдут на сушу.

Кони быстро мчали карету к песчаному пляжу. По песку экипаж стал передвигаться медленно, и кучер в конце концов остановил лошадей.

— Ваша светлость, — обратился он к герцогу, — дальше придётся пешком.

— Хорошо, — согласился Альберт и вышел из кареты. Он вновь подал Дарьяне руку, и она, ухватившись за неё, сошла на мокрый песок.

— Поспешим, — поторопил девушку герцог, — ведь можно опоздать.

Они устремились вдоль береговой линии к скалам, отделяющим это таинственное место от остального мира. Дарьяна очень хотела попасть домой, она металась вдоль скал, но не могла найти проход.

— Как же так? — воскликнула она в отчаянии. — Вчера он был здесь! Проход был вот на этом самом месте!

Они обследовали скалы вновь, но туннель исчез.

— Мне очень жаль, — мрачно сказал Альберт, — но мы опоздали. Теперь проход откроется только через пять лет.

— Но это так долго! — возмутилась певица. — Я не могу жить здесь пять лет!

— К сожалению, у вас это вряд ли получится, — понизив голос, проговорил герцог, — вам осталось жить месяц... До следующего полнолуния...

— Что? Что это за бред?! Вы что, все здесь сумасшедшие? — в недоумении прокричала Дарьяна. — Что всё это значит?

— Это значит, дорогая барышня, что не следовало вам пускаться исследовать скалы в одиночку, — хмурясь, отозвался мужчина.

— Слушайте, с меня хватит фантастики! Ясно? Я вызову спасателей, — ответила девушка и достала мобильный телефон, который не забыла взять с собой.

Она тщетно пыталась дозвониться в службу спасения. Зарядка телефона почти иссякла, но всё же она пока позволяла сделать звонок. Однако телефон упорно не ловил сеть.

— Это приспособление вам не поможет, сударыня, — грустно произнёс герцог, наблюдая за безуспешными попытками Дарьяны наладить связь с внешним миром, — изобретения вашей реальности здесь не работают.

— И что теперь делать? — чуть ли не плача, спросила девушка.

— Видимо, жить в моём замке... пока не придёт она... — пробубнил мужчина.

— Кто она? — изумилась певица.

— Она ужас морских глубин, — произнёс герцог, — является сюда каждое полнолуние в надежде получить новую жертву.

— Бред какой-то, — проворчала Дарьяна.

— Я был бы счастлив, если бы это было бредом, — печально отозвался Альберт, — но, увы, это реальность моего мира.

— Я не желаю здесь оставаться, вам ясно?! — разозлилась Дарьяна. — И в замок я ваш не вернусь!

Она заторопилась прочь от герцога. Мужчина растерянно смотрел её вслед, пока она не скрылась за выступом скалы.

— Это безумие! Это всё неправда! — повторяла в исступлении Дарьяна. — Должен же быть отсюда выход!

Девушка задумала вплавь обогнуть злополучный кряж. Она, не раздеваясь, зашла в воду. Усиленно работая руками и ногами, певица приближалась к цели. Еще минута — и она обогнёт скалу и вернётся в привычный мир. Но когда девушка заплыла за кряж, она вновь увидела знакомый замок! Дарьяна помотала головой, зажмурилась, потом снова открыла глаза. Картина не поменялась. Всё тот же проклятый замок возвышался впереди. Испуганная девушка повернула назад и плыла, пока не достигла берега. Герцога там уже не было.

Певица провела весь день на пляже. Она то плакала, то истерично смеялась, то кричала, заламывая руки. Казалось, что от отчаяния Дарьяна сойдёт с ума. Несколько часов она, подверженная апатии, просидела без движения, глядя на пенящуюся морскую стихию. Наконец солнце брызнуло розовой краской на небо. Из оцепенения девушку вывела показавшаяся над водой чёрная точка, которая приближалась к берегу. Певица мгновенно вскочила и, не дожидаясь появления жутких монстров, стремглав бросилась к замку. По мере того как она бежала, чёрная точка меняла направление, явно стараясь следовать в сторону беглянки. Вскоре показались и другие такие же точки. Они двигались быстро, наперерез перепуганной девушке. Когда Дарьяна, преодолев каменные ступеньки в скале, оказалась на дороге, ведущей к замку, морские мертвецы уже карабкались к ней по скалам. Она понеслась во весь дух к спасительным воротам, но не успела. Несколько ундинаров уже забрались на дорогу и перерезали ей путь. Сзади тоже показались ужасные твари. Девушка была обречена. Она решила было прыгнуть в море, но, подойдя к обрыву, увидела большое количество мёртвых пиратов, стремительно плывущих по волнам. Дарьяна готова была лишиться чувств, представив, как через несколько минут мертвецы будут терзать её плоть. Но вдруг послышалось конское ржание. Певица огляделась и увидела, что со стороны замка мчится всадник. Это был Альберт Харман. Он, размахивая саблей, срубал головы ундинаров и стремительно приближался к девушке. Разметав монстров, мужчина подскакал к Дарьяне и протянул ей руку.

— Быстрее, сударыня! — крикнул герцог и помог певице взобраться на лошадь.

Они поскакали во весь опор, топча тварей. Дарьяна боялась выпасть из седла, но герцог удерживал её сильной рукой. Вскоре они достигли замка.

Дрожа от страха, Дарьяна при помощи своего спасителя слезла с коня и увидела, как к ним уже устремились мертвецы, воя и скрежеща гнилыми зубами. Герцог, не теряя ни минуты, открыл двери, навалившись на них своим телом. Двери отворились, и Альберт с Дарьяной оказались в просторном зале. Мужчина тут же закрыл вход в замок. Девушка дрожала от холода и ужаса.

— Я прикажу растопить камин, — торопливо сообщил герцог, — а пока ступайте в свои покои и наденьте другое платье. В шкафу вы также найдёте шаль. Укутайтесь в неё.

Девушка повиновалась.

Переодевшись, Дарьяна села на край постели и замерла в нерешительности. С одной стороны, её пугал этот странный хозяин мрачного замка, с другой — он только что спас ей жизнь. А ведь она была довольно груба с ним во время поисков спасительного туннеля. Дарьяне стало совестно, и она не решалась спуститься вниз. Стук в дверь отвлёк её от размышлений.

— Войдите, — произнесла девушка.

На пороге показалась неизменная Ефросинья.

— Его светлость приглашает вас на ужин, — сообщила она.

— Но я не уверена, что хочу есть, — соврала голодная гостья.

— Возражений герцог не приемлет, — холодно отозвалась служанка и ушла.

Дарьяна подумала, что поступит невежливо, отказавшись от приглашения Альберта и, набравшись смелости, спустилась в зал.

На этот раз стол был сервирован на двоих. Герцог уже сидел на почётном месте. Когда Дарьяна приблизилась, он встал и учтиво поклонился даме.

— Прошу разделить со мной скромную трапезу, — обратился он к девушке.

— Благодарю вас, — пролепетала смущённая Дарьяна и села за стол.

Ужин проходил в молчании. Ефросинья прислуживала своему господину и его гостье. Наконец герцог решил нарушить тишину и спросил:

— Дарьяна, позвольте у вас поинтересоваться, кем вы являетесь в вашем мире? Я ведь ничего про вас не знаю.

— Я певица, — ответила Дарьяна, — хотя эстрадная карьера моя только началась, но мне уже сопутствовал некоторый успех.

— Я могу вас попросить что-нибудь спеть? — спросил Альберт.

— Простите, герцог, но мне что-то сегодня не хочется петь, — вежливо отказала ему певица.

— Понимаю, — вздохнул хозяин замка, — не смею настаивать.

Больше он не произнёс ни слова. Закончив трапезу, герцог встал из-за стола, молча поклонился девушке и удалился. Дарьяна почувствовала его печальное, даже мрачное настроение.

Поднявшись в свои покои, которые находились в самой дальней башне, герцог устало опустился на роскошную кровать. Из распахнутого окна дул морской бриз, колыхавший бархатные шторы. Альберт задумчиво смотрел в ночное небо. Воспоминания перенесли его на пятнадцать лет назад. Он, тогда ещё совсем юный мальчишка, был без памяти влюблён в прелестную Гретту Кауфман, дочь разорившегося немецкого барона. Как и семейство Харман, Кауфманы переселились когда-то в Российскую империю из Германии.

Отец Гретты был человеком строптивым и очень скоро впал в немилость при императорском дворе, а позже и вовсе растранжирил всё своё состояние. Бедная его дочь почти лишилась шансов выйти замуж за представителя своего сословия. Все женихи, узнав о банкротстве барона, отдалились от неё. Все, кроме одного. Альберт по-настоящему любил девушку и решился во что бы то ни стало жениться на ней, даже наперекор воле родителей. Тем более что эта любовь оказалась взаимной. Он упорно добивался свадьбы. Отец его был категорически против, заприметив для сына более выгодную невесту. Но вскоре отец Альберта занемог и скоропостижно скончался, а мать дала согласие на брак сына с Греттой Кауфман. Альберт пригласил Гретту и её отца погостить у него в замке и сделал девушке предложение. Та с радостью согласилась.

Мужчина вспоминал, как они гуляли, взявшись за руки, под ночным небом и оживлённо беседовали, смеялись, мечтали. Дарьяна чем-то напомнила герцогу его былую любовь. Внешне она была совсем не похожа на белокурую и голубоглазую Гретту. Но гостья походила на неё бойкостью и одновременно чувством приличия, живым и пытливым умом. Жаль, что Дарьяну ждёт печальная участь. Но что он, заложник своей судьбы, может сделать? Наступит полнолуние, и он обратится в чудовище. С такими невесёлыми мыслями герцог Харман заснул.

Дарьяна тоже долго не могла уснуть. Она не представляла, как жить дальше в чужом и пугающем мире. Как общаться с этим странным хмурым герцогом. Девушка терялась в догадках, отчего Альберт никогда не улыбается, и ещё её пугали его загадочные слова о полнолунии.

На следующее утро после завтрака герцог предложил Дарьяне прогуляться по замку и его окрестностям. Хоть Дарьяна и немного опасалась своего нового знакомого, но всё же согласилась. Герцог был очень учтив. Он рассказывал девушке историю Германии и России, поведал множество фактов, о которых в нашем мире люди не имеют понятия. Когда Альберт и Дарьяна прогуливались по побережью, они попали в небольшую бухту, где покачивались на волнах лодки, привязанные к причалу.

— Милая барышня, позвольте пригласить вас покататься на лодке, — обратился герцог к спутнице.

— С удовольствием, — отозвалась она.

— Сейчас как раз полдень, и вас ждёт удивительное зрелище, — пообещал Альберт.

Они сели в лодку. Мужчина уверенно взялся за вёсла и направил судно в открытое море. Солнце было в зените. Вдруг откуда-то с неба полился малиновый свет. Он опустился на море недалеко от лодки, и вода тоже сделалась малиновой.

— Что это такое? — поразилась Дарьяна.

— Это явление происходит здесь в полдень в ясную погоду, — пояснил герцог, — смотрите! Сейчас из воды начнут выпрыгивать розовые дельфины!

И он оказался прав. Дарьяна в восторге наблюдала за тем, как из малиновых волн выскакивают розовые дельфины. Они приветливо скрежетали что-то на своём языке. Один из этих удивительных существ подплыл к лодке и, приподнявшись над водой, приветливо замахал плавниками.

— Это какое-то чудо! — в восторге воскликнула Дарьяна. — Я не думала, что существуют такие очаровательные животные!

— По поверьям, эти дельфины спускаются в море прямо с неба, когда солнце шлёт свои малиновые лучи, — проговорил Альберт, и девушка впервые заметила улыбку на его лице.

Потом таинственное явление исчезло, и необычные дельфины скрылись под водой.

Вволю накатавшись в лодке, герцог и певица вернулись к причалу. Остаток дня они провели вместе. После ужина Альберт пригласил свою гостью полюбоваться вечерним небом, но Дарьяна с тревогой спросила:

— А как же ундинары? Ведь они опять начнут преследовать меня.

— А ундинары представляют для вас опасность, если только вы покинете замок, — отозвался герцог, — я же приглашаю вас прогуляться по замку, а точнее, по его стене.

— По стене? — заинтересовалась девушка.

— По стене или на стене, не знаю, как будет правильнее сказать...Впрочем, ступайте за мной, сами всё увидите.

Альберт вывел Дарьяну во внутренний двор и повёл к массивной каменной стене, в которой оказалась дверь. Хозяин замка открыл её, и Дарьяна увидела внутри лестницу, которая была не меньше трёх метров толщиной. Они начали подниматься по ступенькам. Подъём длился довольно долго, но в конце концов лестница их вывела на свежий воздух. Наверху была обширная площадка для прогулок, с которой открывался потрясающий вид на море и небо. Звёзды отражались в тёмной воде. Их мерцание расплывалось по волнам, создавая фантастический пейзаж.

— Взгляните, сударыня, на небо, — попросил герцог.

Девушка подняла взор и увидела очень яркое созвездие, напоминающее чашу.

— Что это? — удивилась она. — В моём мире я ничего подобного не видела. Не припомню, чтобы на уроках астрономии мы изучали такое созвездие.

— Оно называется Чаша Любви. И очень редко видно целиком. Обычно его звёзды окружены туманностью, но теперь небо ясное, и Чашу можно рассмотреть. Мы стали свидетелями редкого явления.

— Как интересно, — завороженно проговорила Дарьяна, и её тёмные кудри затанцевали на ветру, внезапно налетевшем с моря.

Альберт смотрел на свою спутницу задумчиво и грустно.

— Похолодало, — сообщил он, — вам нужно идти в свои покои, иначе вы простудитесь на таком ветру. Я провожу вас.

Герцог, взяв девушку под руку, повёл её в замок. Мужчина проводил Дарьяну до её комнаты и, пожелав ей спокойной ночи, отправился в свои покои.

Альберт вновь долго не мог заснуть. Воспоминания нахлынули на него новой волной. Герцог вспомнил об одном злополучном разговоре, который состоялся, в то время как его ненаглядная Гретта гостила вместе со своим отцом в замке. В ту ночь Альберт, будучи счастливым женихом, вышел прогуляться по этой же стене, на эту же смотровую площадку, на которой были сегодня они с Дарьяной. Дул ветер, чёрные волосы юноши трепыхались, закрывая глаза, поэтому он не сразу заметил подошедшую к нему рыжеволосую девушку. Это была Белинда, служанка.

— Ваша светлость прогуливается перед сном? — услышал юный герцог чарующий, но вместе с тем злобный голос.

— А это ты, Белинда, — отозвался он небрежно, — что ты тут делаешь?

— Тебя поджидаю, мой милый, — произнесла служанка сладострастным голосом.

— Ты что, с ума сошла? Думай, с кем ты говоришь, прислуга! — возмутился Альберт развязным поведением девушки.

— Ты наивно полагаешь, что я твоя служанка? — расхохоталась рыжая красотка. — Дурачок! Не знаешь ты, что я нанялась в прислуги в этот замок с одной-единственной целью — соединить с тобой свою судьбу, мой герцог!

— Да ты не в себе! — разозлился юноша. — Ведь знаешь, что я готовлюсь к свадьбе со своей возлюбленной!

— Ах да, — притворно вздохнула Белинда, — я и забыла о наивной простушке Гретте Кауфман, дочери разорившегося барона, — как мило... но наивную дурочку пора списать со счетов...

— Как ты смеешь, девка, говорить со мной в таком тоне?! — рассвирепел Альберт. — Сейчас же прикажу тебя выпороть на глазах у всех обитателей замка!

Он хотел было позвать стражу, но девушка подняла руку, и Альберт почувствовал, что лишился дара речи. Юноша изумлённо смотрел на служанку, которая всё больше становилась непохожей на молчаливую и сговорчивую Белинду. Девушка злобно рассмеялась и гордо произнесла:

— Не служанка я тебе, Альберт! Я твоя будущая жена! Уже давно заприметила я тебя, когда поднималась на поверхность из морских глубин. Запал ты мне в сердце, и я решила, что будешь моим! Без труда притворилась я несчастной сироткой и попросилась в замок. Меня взяли как прислугу. Но я владычица морская! Мне повинуются морские обитатели и ужасные монстры!

Пока Белинда произносила эти слова, тело её начало меняться: шея вдруг потолстела и одновременно начала вытягиваться, миловидное прежде лицо уродливо искривилось, обнажая острые длинные зубы. К ужасу своему, Альберт увидел, как Белинда оборотилась гигантской тёмно-синей змеёй с почти человеческим лицом.

— Ну что?! Впечатляет тебя моё перевоплощение? — грозно прошипела чудовищная змея. — Ведь я могущественная морская ведьма и не потерплю сопротивления своей воле. Желаю, чтобы ты стал моим мужем!

Альберту сделалось дурно. Он отчаянным усилием воли смог произнести:

— Нет... не бывать этому...

— Не бывать?! — взревела ведьма. — Тогда смотри!

И она с огромной скоростью поползла к покоям Гретты прямо по стене замка. Альберт встряхнул головой, чтобы прогнать ужасные воспоминания. Он не желал предаваться унынию раньше времени, потому что до полнолуния осталось ещё несколько недель, которые нужно подарить Дарьяне. Ведь это последние недели её жизни. Несчастная! Она даже не подозревает, что дни её сочтены.

Следующий день Дарьяна и Альберт тоже провели вместе. Он был очень обходителен и вежлив, она понемногу начала привыкать к новой действительности.

— А что это за пожилая женщина, которая живёт в хижине на берегу? — спросила герцога Дарьяна.

— Это старая Ирма, — ответил мужчина, — она раньше жила в Твери. Это далеко отсюда. Говорят, что она когда-то была охотницей на ведьм. Когда пришла старость, Ирма переселилась в наши края в поисках спокойной жизни. Только она её здесь не нашла...

— А Тверь и в самом деле столица?

— Конечно, — ответил герцог.

— Как интересно. А можно мне туда поехать? — с надеждой спросила Дарьяна.

— К сожалению, нет, — вздохнул Альберт, — мои владения заколдованы. В какую бы сторону вы ни направлялись, всегда будете возвращаться к побережью и к моему замку.

— Так, значит, замок заколдован? — сгорая от любопытства спросила девушка. — А вы, стало быть, словно заколдованный принц? Прямо как в сказках!

— Вы, наверное, правы... — замялся герцог.

— Но если замок заколдован, то его можно расколдовать, — рассуждала Дарьяна.

— Кто знает, сударыня? — мрачно ответил герцог. — Я уже отчаялся вернуться к нормальной жизни.

— Никогда не стоит терять надежду, — сочувственно промолвила девушка, — пока мы живы, есть шанс всё изменить к лучшему.

— Я очень хотел бы разделять ваши взгляды, но слишком много всего произошло, — проговорил Альберт, — не уверен, что когда-нибудь я освобожусь от злых чар.

— А хотите, я вам спою? — вдруг весело предложила певица. — Я исполню вам песню своего собственного сочинения, которая принесла мне славу.

— Я бы был вам очень признателен, — оживился герцог.

— Ну, тогда слушайте!

Девушка встала, расправила складки платья, сделала глубокий вздох и запела:

— Когда любовь коснётся сердца,

Дурные мысли выгнав из него,

От счастья никуда не деться,

Не убежать, не скрыться от него.

Когда любовь коснётся сердца,

Расправив крылья, мы летим,

Мы к солнцу улетаем греться

И с высоты на мир восторженно глядим.

Любовь сильнее страха,

Любовь сильнее зла,

Пусть я взойду на плаху,

Любовь всегда права!

Идти дорогой очень трудной

Нам помогает свет любви,

И жизнь не кажется занудной,

Переполняя счастьем дни.

Не властен страх

Над нашими сердцами,

Развеяв беды в прах,

Любовь смеётся вместе с нами.

Любовь сильнее страха,

Любовь сильнее зла,

Пусть я взойду на плаху,

Любовь по-прежнему жива!

Голос девушки улетал ввысь и разливался над бескрайним морским простором. Альберт слушал завороженно. Когда Дарьяна закончила петь, он ещё какое-то время не решался заговорить от волнения, переполнившего его душу.

— Вы прекрасно поёте, — с восторгом сказал он, — я потрясён.

— Благодарю вас, — ответила девушка и одарила благодарного слушателя доброй улыбкой.

Они замолчали на какое-то время, предаваясь размышлениям.

Дни пролетали, как птицы, стремительно и ярко. Дарьяна и Альберт всё время были вместе. Девушка часто исполняла свои песни для хозяина замка. Герцог восторгался её искусством, умом и, конечно, обаянием. Очень скоро Альберт понял, что Дарьяна значит для него гораздо больше, чем можно было ожидать во время их первой встречи. Дарьяне молодой мужчина с грустными глазами и изысканными манерами тоже нравился с каждым днём всё больше. Уже не так тосковала она по дому. Рядом с герцогом, таким внимательным и галантным, она почувствовала себя настоящей леди. С лёгким недоумением вспоминала девушка своего продюсера и не понимала, как позволяла она Владимиру Сергеевичу решать за неё абсолютно всё и бесцеремонно с ней обращаться. Дарьяна раньше чувствовала, а теперь и осознала, что для многих она была просто красивой поющей куклой. А для Владимира Сергеевича ещё и возможностью неплохо зарабатывать. Продюсер эксплуатировал её талант в меркантильных целях. Это, конечно, само по себе не порок, но надо же иметь хоть чуточку уважения к артисту. Дарьяна не видела этого уважения, он вечно был чем-то недоволен. Другое дело Альберт. Как он обходителен, как стремится скрасить её пребывание в своём странном замке. Этот человек ценит и уважает окружающих. Но, кроме всего этого, девушка надеялась, что Альберт так с ней учтив не только потому, что этого требуют правила этикета.

Однажды утром Альберт не явился на завтрак. Дарьяну это удивило. Расспросив Ефросинью, она узнала, что герцог находится на смотровой площадке, где девушка уже не раз бывала в сопровождении обходительного кавалера. Дарьяна поспешила туда. Альберт стоял лицом к морю и задумчиво глядел на пенящиеся волны. Крики чаек аккомпанировали плеску воды.

— Альберт, вы так печальны сегодня, — подойдя к мужчине, произнесла Дарьяна.

Он вздрогнул от неожиданности, так как в раздумьях не заметил девушку.

— Дарьяна... мне необходимо вам кое в чём признаться... — произнёс он.

У девушки отчаянно затрепыхалось сердце. Неужели её чувства взаимны? Она ожидала какого-нибудь эффектного признания в любви, но вместо этого получила поток ужасающей информации.

— Должен вам признаться, что я чудовище, — глухим голосом сообщил герцог, — и вам осталось жить до наступления ночи.

— Что? Как до наступления ночи? Какое чудовище? — пролепетала Дарьяна.

— Я оттягивал это признание до последнего, любезная барышня, — с горечью ответил мужчина, — хотел, чтобы вы наслаждались жизнью, а не страдали от мучительного ожидания смерти.

— Что вы такое говорите? — заволновалась девушка.

— Позвольте я расскажу вам свою историю, — попросил Альберт, — много лет назад была у меня невеста. Её звали Гретта Кауфман. Милая и добрая девушка. Я её любил. Гретта приехала вместе с отцом погостить в моём замке, когда состоялась наша помолвка. В замке была служанка Белинда. Симпатичная, но дерзкая девушка. Как выяснилось, она нанялась мне в услужение только затем, чтобы завладеть моим сердцем. На самом деле Белинда оказалась могущественной морской ведьмой, которой чужды милосердие и сострадание. Она склоняла меня к тому, чтобы я расстался со своей возлюбленной и женился на ней. Я категорически отказался. Тогда Белинда на моих глазах превратилась в отвратительную гигантскую змею. Она проникла в покои Гретты и, схватив её зубами, выволокла бедняжку через окно. Я до сих пор слышу, как кричит моя невеста, израненная ужасным монстром. Я видел, как змея размахивала головой над морской пучиной, а в пасти у неё отчаянно билась моя любимая. Ничего не успел я сделать. Чудовищная змея швырнула Гретту с огромной высоты прямо на рифы. Уже через несколько мгновений море в том месте окрасилось в кровавый цвет. На крики несчастной прибежал её отец, которого тут же постигла участь дочери. Я был вне себя от горя. Когда я увидел, что змея вновь приблизилась ко мне, я, терзаемый отчаянием и яростью, обнажил свой меч и кинулся на чудище. Но и представить себе не мог, насколько она могущественна. Змея своим жутким хвостом сбила меня с ног. Мои попытки нанести ей смертельный удар не увенчались успехом. Белинда играла со мной, как кошка с мышью. Наконец, когда я обессилел, она вновь приняла человеческий облик и спросила:

— Ну что? Теперь ты женишься на мне? Ведь препятствий больше нет, твоя невеста мертва.

Она жутко расхохоталась. Я же, собрав остатки сил, кинулся на неё и всё-таки нанёс удар мечом прямо в её поганое сердце. Но, к моему ужасу и изумлению, Белинда не только не скончалась, но и её рана моментально затянулась. Она злобно рассмеялась:

— Ты всё ещё сопротивляешься моей воле? Мерзавец! Но ничего, я порабощу тебя! Внимай же моим словам! Отныне каждое полнолуние я буду являться в твой замок. При моём приближении ты будешь превращаться в ужасного монстра. Все люди, которые в этот момент тебя увидят, будут переполнены страхом, которым я питаюсь. Я буду пожирать их ужас, а заодно и их жизнь. Выпивать её до дна. И никто не сможет им помочь!

Альберт вздохнул, помолчал немного и продолжил:

— Произнеся слова заклятия, Белинда вновь обернулась змеёй и сползла по стене замка в море. С этих самых пор каждое полнолуние она является в замок и заставляет меня превращаться в омерзительную тварь. Первыми её жертвами стали слуги, потом очередь дошла до жителей ближайшей деревни. Окрестности замка опустели, местность пришла в упадок. Нет больше нормальной жизни на побережье. Люди хотели бежать в другие регионы, но заклятие не давало им этого сделать, они неизменно возвращались сюда. К тому же ундинары, верные подданные Белинды, на закате выходят из моря и творят кровавые расправы. Я уже отчаялся найти выход, разве что море поглотит меня.

Он устало провёл по лицу рукой. Дарьяна всё ещё не верила в услышанное, отказывалась верить.

— А как же старая Ирма и Ефросинья? — спросила она. — Почему их ведьма не трогает?

— Они из особого рода, — проговорил герцог, — их род очень древний, они в прошлом охотницы на ведьм. Они не чувствуют страха даже перед лицом смерти, поэтому пожрать их жизни Белинда не может.

— Значит, Ефросинья и Ирма родственницы?

— Да.

— Но тогда почему они не уничтожат её? Ведь вы же сами говорите, что они охотницы на ведьм.

— К сожалению, они не могут этого сделать, — вздохнул Альберт, — дело в том, что с возрастом представители их рода теряют свою силу. Умереть достойно им силы хватит, а вот умертвить столь могущественную колдунью нет.

— Но должен же быть какой-то выход! — воскликнула девушка.

— Я вижу выход лишь один, — мрачно отозвался мужчина, — выход только в моей смерти.

— Что?! — изумилась Дарьяна. — Что вы такое говорите?

— Дарьяна, — прерывающимся от волнения голосом произнёс Альберт, — вы должны ещё кое-что знать. Я не хочу, чтобы эта истина ушла со мной в могилу. Я вас люблю. Быть может, вас это мало заботит, но всё же я решил, что лучше вам знать об этом. Мне казалось, что никогда уже не придёт ко мне любовь. Но это случилось. Я смог снова полюбить. И теперь, зная, какая вам угрожает опасность, я готов пожертвовать своей жизнью. У меня созрел план. Не уверен, что он сработает, но всё же попытаться можно. Сегодня, как взойдёт полная луна и почувствую я приближение Белинды, мне ничего не останется, как только сброситься со стены замка на те же рифы, о которые когда-то разбились несчастная Гретта и её отец.

— Нет! Нет! Нет! — взволнованно возразила Дарьяна. — Это не выход! Так не должно быть! Вы должны жить!

— Дарьяна, разве это жизнь? Разве нужна мне такая жизнь? — горячо ответил герцог. — Поймите, я невольный соучастник убийств, монстр, обречённый на одиночество до конца дней. А вот вам жизнь ещё пригодится. Кто знает, может, с моей смертью чары развеются, и вы не только останетесь живы, но и сможете вернуться домой? Разве вы не хотели бы вновь оказаться в своей Москве, или как там называется ваш город?

— Без вас нет, — ответила девушка.

— Без меня? — удивился Альберт.

— Да! Я хочу, чтобы с вами всё было хорошо, чтобы мы вместе гуляли по замку или же по проспектам большого города. Неважно где, лишь бы вместе!

— Неужели моя персона столько значит для вас? — улыбнулся хозяин замка.

— Ещё как значит! И мы найдём выход!

— Увы, мало у нас времени, эта ночь станет роковой. Лучше вы приготовьтесь к бегству. Когда меня не станет, возможно, чары исчезнут, и вы сможете попасть обратно в свой мир.

— Я против того, чтобы вы жертвовали собой ради меня, — расстроенным голосом произнесла Дарьяна.

— Это моё решение, милая барышня, — отозвался Альберт, — вы же сами поёте в своей песне: «Пусть я взойду на плаху, любовь всегда права». Это так, и я с радостью попытаюсь спасти вам жизнь. Потом, если вы сочтёте нужным, то сочините какою-нибудь песню про одинокого герцога. Думаю, она будет иметь успех. Ступайте к скалам, где был проход, через который вы проникли в мою реальность. Там ожидайте ночи, спрятавшись в горах, чтобы ундинары не нашли вас. Когда взойдёт луна и появится проклятая Белинда, я брошусь с высоты на морские рифы. Моя смерть, надеюсь, снимет заклятие с замка и его окрестностей, и проход откроется. Вы сможете вернуться домой.

— Вы не должны умереть, — расплакалась Дарьяна, — я не допущу этого. И я знаю, где искать ответы!

Она вытерла слёзы и решительно зашагала прочь.

— Дарьяна, что вы задумали? — прокричал ей вслед герцог, но девушка уже стремительно покидала замок. Она направлялась к избе Ирмы. Солнце ярко освещало её путь. Золотые блики на воде слепили глаза, равномерный шум волн создавал песнь моря, спокойную и сильную, как водная стихия во время затишья.

Дарьяна приблизилась к покосившейся хижине и постучала в дверь.

— Войдите, — раздался скрипучий голос.

Девушка вошла внутрь. За столом сидела Ирма и чистила картошку.

— Вот, обед себе стряпаю, — пробубнила старуха.

— Я к вам по делу пришла, — сообщила Дарьяна, — ведь вы из рода охотников на ведьм. Скажите, как победить Белинду? Как расколдовать герцога?

— О-о-о! — протянула старуха. — Это дело непростое. Расколдовать Альберта возможно, но вся проблема в том, что я не могу тебе сказать, как это сделать.

— То есть вы не знаете? — огорчилась Дарьяна.

— Знаю, — ответила Ирма, — но вся штука в том, что ты сама должна догадаться, иначе ничего не получится.

— Но как я догадаюсь? — изумилась девушка.

— В ответственный момент прислушайся к своему сердцу, — объяснила женщина, — и вспомни все сказки про заколдованных принцев и принцесс. Ты должна вспомнить.

— Я ничего не понимаю, — растерялась Дарьяна, — почему не сказать мне, что надо сделать?

— Потому что тогда заклятие не снять, — отозвалась Ирма, — а теперь извини, мне некогда. Все эти войны с нечистой силой для меня закончились, ваш черёд, молодёжь. Пускай любовь поможет вам преодолеть все преграды и победить врага. Уходи. Больше мне нечего добавить.

Дарьяна, озадаченная, вышла из избы. Она брела вдоль берега, понуро опустив голову. Уныние наполнило её сердце. Солнце было уже высоко, до ночи оставались считанные часы. Но что может сделать хрупкая девушка против могущественного врага? Как разрушить колдовство? Девушка от горя начала петь, ведь пение всегда успокаивало её. В детстве, тоскуя по безвременно ушедшим родителям и не желая огорчать растившую её бабушку, Дарьяна часто пела, чтобы не расплакаться. Вот и сейчас над морем разлился её чарующий голос. Так провела она много часов, готовясь к суровому испытанию, которое трудно преодолеть. Она понимала, что шансы остаться в живых ничтожно малы. Однако певицу тревожила больше не её собственная участь. Её душа наполнялась тоской и горечью при мысли о том, что Альберт погибнет.

— Так пусть я погибну вместе с ним! — сказала она сама себе. — Вот уже и закат скоро. Моё место в замке, а не здесь! Не могу я допустить, чтобы герцог погиб!

Она бегом бросилась к дороге, ведущей в замок.

Небо чуть порозовело, когда Дарьяна, запыхавшись, вбежала в просторный зал.

— Где герцог? — выпалила она.

— Его светлость на смотровой площадке на стене замка, — ответила Ефросинья, — но вам туда лучше не подниматься.

Не ответив служанке, Дарьяна стремглав бросилась по лестнице. Через несколько минут она оказалась на стене. Внизу бушевало море, вздымая высокие волны и разбивая их о рифы. Небо горело малиновым пламенем. Солнце стремительно тонуло в морской бездне. Одинокая фигура обречённо стояла у обрыва. Ветер трепал тёмные волосы. Мужчина смотрел вниз на разбушевавшуюся стихию.

— Альберт! — изо всех сил закричала Дарьяна. — Но ветер, сорвав с её губ звуки, уносил их в противоположную сторону, и герцог продолжал стоять спиной к девушке, не слыша её призыва.

— Альберт! — отчаянно закричала она вновь.

Не дождавшись ответа, девушка, преодолевая сопротивление ветра, продвигалась вперёд. Она вплотную приблизилась к хозяину замка и вновь окликнула его. Герцог обернулся. В глазах его блестели слёзы.

— Что вы здесь делаете?! — с горечью крикнул он. — Вы должны сейчас находиться у каменистого кряжа и ждать свой счастливый случай! Зачем вы пришли сюда, Дарьяна?

— А вы не догадываетесь зачем? — спросила девушка и посмотрела ему в глаза. — Неужели не поняли вы, что, убив себя, убьёте вы и моё сердце? Я люблю вас, Альберт! Не смейте прыгать вниз, иначе мне придётся прыгнуть следом!

Он, потрясённый, не мог ничего ответить, лишь схватил её за руки и принялся покрывать поцелуям нежные ладони.

— Здесь вы в большой опасности, Дарьяна, — наконец сказал Альберт, — ундинары найдут вас.

— Но они же не смеют проникать в замок, — возразила девушка.

— Не смеют, — ответил герцог, — но только не сегодня. В ночь полнолуния они беспрепятственно разгуливают по замку, ища себе жертву. Вот и сейчас слышу я сквозь шум волн и ветер, как их костлявые пальцы уже цепляются за стены замка. Придётся вступить с ними в бой!

В его карих глазах засверкала решимость. Сильной рукой он крепко сжал рукоять меча, дополнявшего его аристократический облик. Откуда-то снизу послышался вой. Мужчина вынул из ножен меч и заслонил собою девушку. В это же мгновение на стене показались ундинары. Они вскарабкались по стене замка, чуя добычу. Дарьяна в ужасе вскрикнула. Кровожадные мертвецы двинулись в их сторону.

— А теперь, сударыня, я попросил бы вас отойти подальше, — обратился к девушке Альберт, — сейчас здесь станет жарковато.

Дарьяна отпрянула от него, и тут же мертвецы устремились к ней. Но на пути ундинаров стоял бесстрашный защитник. Герцог взмахнул мечом, и череп с седыми волосами и частично сохранившейся зловонной плотью полетел в пропасть. Следующий взмах меча — и ещё один мертвец обезглавлен! Ундинары яростно зарычали, но Альберт, бесстрашно орудуя смертоносным оружием, сносил головы одну за другой. Однако мертвецов было слишком много. Всё новые мерзкие твари поднимались на стену замка из морской пучины. Дарьяна бессильно наблюдала за битвой. Она уже было приготовилась умереть рядом с любимым, как вдруг отчаяние сменилось радостью. На стене показалась ещё одна фигура с мечом в руке. Она была облачена в кожаные доспехи. Длинные волосы человека развевались на ветру. Этот воин поспешил к герцогу на выручку, тоже мастерски владея мечом и уничтожая врагов на своём пути. Когда загадочный союзник приблизился, Дарьяна восхищённо вскрикнула, узнав Ефросинью. Да, это была она. Но как же она преобразилась, превратившись из немногословной служанки в отважную воительницу! Солнце уже закатилось, и свет звёзд сверкал в её глазах.

— Вот решила вспомнить прошлое, — сказала, отдышавшись, Ефросинья, когда ундинары, потеряв много своих сородичей, отступили, злобно скуля.

— Благодарю тебя, отважная охотница, — обратился к ней герцог, — не рассчитывал я на твою помощь.

— Да, силы у меня уже не те, что раньше, — отозвалась Ефросинья, — но желание бороться со злом всё так же гложет моё сердце. Ведь в моих венах течёт древняя кровь охотников за нечистью. Ундинары отступили, однако главная битва ещё впереди.

Произнеся эти слова, Ефросинья подняла взгляд в тёмное небо. Бледная луна медленно выползла из-за тучи. Её свет коснулся кожи герцога, и он, застонав, опустился на колени. Его била дрожь.

— Что с вами?! — бросилась к нему Дарьяна.

— О! Горе мне! — прохрипел мужчина. — Сейчас вы увидите, что и я монстр! Как не хотел я этого. Лучше я исполню то, что задумал.

Он, преодолевая острую боль, подполз к обрыву.

— Нет! — крикнула Дарьяна, удерживая его за руку и обнимая.

— Белинда уже приближается! — вырываясь из её объятий, прокричал Альберт. — Сейчас я обращусь в омерзительную тварь и тогда не смогу делать то, что хочу, ибо буду подвластен ведьме!

Он попытался шагнуть в пропасть, но девушка, собрав все свои силы, оттолкнула его от края смотровой площадки.

— Дарьяна! Оставьте меня! — прохрипел мужчина. — Лучше спасайте свою жизнь!

— Позволить вам разбиться?! — возмутилась девушка. — Ну уж нет!

Она навалилась на него, не пуская к опасности. Но этого уже и не требовалось, потому что Альберт перестал управлять своим телом. Он корчился на камнях от боли. Тело его менялось. Дорогой сюртук треснул по швам. Дарьяна в ужасе отпрянула, увидев зелёную слизь, сочившуюся из-под разорвавшейся одежды. Кожа герцога вдруг побелела и покрылась чешуёй. Тело его увеличивалось в размерах. Наконец остатки дорогого одеяния жалкими лохмотьями упали на каменистую поверхность. Дарьяна увидела жуткое ящероподобное существо. Огромная голова его была усеяна многочисленными наростами, напоминающими роговые пластины динозавров, изображённых в энциклопедии, которую девушка любила изучать, посещая школьную библиотеку. Вытянутая морда имела ноздри, из которых сочилась мерзкая слизь. Ящер открыл огромную пасть, усеянную длинными зубами. Когтистыми перепончатыми лапами попытался он скрыть от девушки свою жуткую морду. Воздух наполнился зловонием. Дарьяна оцепенела от страха.

Ефросинья беспокойно оглядывалась по сторонам, сжимая в руке меч. Вдруг прямо из камней стала просачиваться вода. Она всё прибывала, образовав большую лужу на смотровой площадке. Воздух наполнился ядовитым хохотом.

— Она здесь! — прокричала охотница.

Певица взглянула на лужу. Вода в ней забурлила. Испуганная Дарьяна увидела, как вода из лужи необъяснимым образом стала подниматься в воздух, образуя водяной столб. Прошло несколько минут и столб воды принял очертания женской фигуры. Бесцветная водяная плоть вдруг окрасилась и превратилась в красивую девушку, одетую в пышное синее платье.

— Белинда! — процедила охотница.

— Как чудненько, — злобно сверкнув глазами, промолвила ведьма, — охотница решила наконец-то составить мне компанию. Неужто ты, Ефросинья, надеешься одолеть меня? Ты слишком стара для такой работёнки.

— Умереть в бою у меня сил хватит! — заявила охотница.

Ведьма громко расхохоталась. Ефросинья кинулась в её сторону и взмахнула мечом, намереваясь нанести сокрушительный удар. Однако ведьма увернулась и, выставив вперёд руки, заставила воздух двинуться мощным потоком на охотницу. Ефросинья упала, попав под эту струю воздуха. Ещё мгновение — и ведьма кинулась на неё, намереваясь схватить женщину за горло. Но меч в руке Ефросиньи остановил этот порыв. Белинда зашипела, словно змея, готовая броситься на врага, но подходить ближе не смела.

— Убирайся обратно в бездну, адово порождение! — прокричала Ефросинья.

— Хорошо, — насмешливо отозвалась ведьма, — но сперва я выпью страх, а вместе с ним и жизнь этой барышни, — и она обернулась на Дарьяну.

Этим тут же попыталась воспользоваться охотница. Она, вскочив на ноги, вновь замахнулась мечом. Но Белинда, краем глаза заметив опасность, по-змеиному извернулась и вновь энергичным взмахом руки заставила поток воздуха обрушиться на охотницу. На этот раз меч выпал из руки Ефросиньи. Белинда схватила его и выбросила в море.

— Какая жалкая попытка меня остановить! — процедила она. — Теперь мой черёд размахивать оружием!

Она прошипела какие-то слова, и в её руке появилась плётка. Взмахнув ею, Белинда ударила Ефросинью. В том месте, где верёвка коснулась кожи, она рассекла плоть, оставив глубокую рану. Охотница вскрикнула от боли, но не от страха, отчего Беелинда пришла в ярость.

— Я голодна! — голосила она. — Где твой страх, охотница?

— Не дождёшься, — прохрипела Ефросинья.

— Как же я голодна, — прошипела ведьма и направила свой взор на Дарьяну, — Альберт! Помоги мне поужинать. Уничтожь девушку.

Монстр, в которого превратился герцог, отчаянно сопротивлялся колдовским чарам. Он собрал всю свою волю, чтобы не подчиниться приказу. Ведьма посмотрела на него с недоумением.

— Ты способен мне сопротивляться? — изумилась она. — Неужели ты влюбился в эту девушку, и любовь помогает тебе бороться? Ха! Но я сильнее твоей любви! Сейчас посмотрим, как ты запоёшь!

Белинда завертелась вокруг собственной оси и превратилась в гигантскую жуткую змею.

— Теперь мои чары возросли! — прогремела она. — Убей девушку!

Ефросинья, видя, что Белинда одолевает герцога, который уже двинулся в сторону Дарьяны, ринулась на ведьму. Она выхватила кинжал и уже замахнулась на врага, но гигантская змея увернулась и сильным ударом хвоста сшибла охотницу с ног. Женщина ударилась головой о камни и потеряла сознание.

Ящероподобный монстр подползал к Дарьяне. Девушка задыхалась от зловония. В страхе она смотрела на зелёную слизь, сочившуюся из ноздрей и пасти чудища.

— Вспомнить сказки о заколдованных принцах и принцессах, — пролепетала она себе под нос, вспоминая слова Ирмы.

Кровь стыла у неё в венах, но она изо всех сил старалась не давать волю страху. Монстр всё приближался. Трепет объял Дарьяну. Вдруг чудовище ринулось к краю пропасти.

— О нет! Альберт! — закричала девушка, поняв, что герцог собирается осуществить свой страшный план. — Нет! Не умирай!

Она, отбросив боязнь, подбежала к ящеру и в порыве чувств, храня в сердце образ Альберта, обняла чудовище за шею.

— Я люблю тебя, — тихо прошептала она и поцеловала чешуйчатую кожу.

Молния разрезала небосвод, и грянул оглушительный раскат грома. Белинда взвыла так, что, казалось, все монстры океана заголосили разом. Ведьма заметалась по каменному полу смотровой площадки. Она билась о камни в чудовищных конвульсиях. Изо рта этой змеи повалила чёрная пена. Хлынул ливень. Дарьяна увидела, как Белинда вновь приняла человеческое обличие, но её тело продолжало содрогаться. Зловонная жижа потекла у неё из ушей. Из горла вырывались предсмертные хрипы. Ведьма отчаянно хватала ртом воздух, но вскоре её тело замерло и обмякло. Плоть и кожа колдуньи иссохли и треснули, обнажив жёлтый скелет. Девушка потрясённо взирала на эту ужасную картину. Потом она обернулась и вскрикнула. На камнях лежал Альберт. Тело мужчины было обнажено и выпачкано в слизи. Но он был жив! С трудом поднялся герцог на ноги. Дарьяна отстегнула свой плащ и укрыла им Альберта.

— Мне очень жаль, барышня, что я предстал перед вами в столь неподобающем виде, — бормотал он, — но, похоже, я обязан вам своим спасением. Вы сняли заклятие!

— О милый Альберт! — расплакалась Дарьяна и принялась целовать его лицо.

Они плакали и смеялись под дождём, как дети, радуясь каждой капельке, упавшей на них. Вдруг послышался стон. Это Ефросинья пришла в себя. Дарьяна бросилась к ней и, убедившись, что женщина не имеет серьёзных ран, обняла её.

— Где ведьма? — прошептала обессиленная охотница.

— Её больше нет, — весело ответила девушка.

Ещё долго все трое сидели под дождём, радуясь победе и своему спасению.

Через несколько дней герцог и Дарьяна направились к скалам, чтобы проверить, открылся ли проход. Неповторимое кружево облаков на голубом небе скрывало их от палящего солнца. Бирюзовые волны нежно ласкали песок. Чайки носились над водой, периодически камнем падая вниз и хватая добычу. Герцог и девушка шли вдоль каменистого кряжа. Они увидели тот самый туннель, по которому девушка перешла из одной реальности в другую.

— Дарьяна, теперь ты можешь вернуться домой, — мягко сказал Альберт, и лицо его опять приняло грустное выражение.

— Конечно, я могу вернуться домой... но, если ваша светлость не против, я бы осталась у вас в замке.

— Ты серьёзно? — обрадовался герцог.

— Если ты не против, — повторила Дарьяна.

— Я?! Разумеется, я не против! — отозвался мужчина и засветился от счастья. — Я скажу тебе больше!

Он вдруг встал на одно колено, взял девушку за руку и торжественно произнёс:

— Несравненная Дарьяна, я, герцог Альберт Харман, прошу тебя стать моей женой. Предлагаю тебе руку и сердце и всё, чем владею. Согласна ли ты обвенчаться со мною?

— Да! Я согласна! — с восторгом ответила Дарьяна и страстно поцеловала своего жениха.

Через неделю в замке состоялось торжество по случаю свадьбы Альберта и Дарьяны и чудесного избавления владений герцога от власти Белинды. Дарьяна навсегда осталась жить в новом для неё мире. Герцог подарил своей молодой жене свадебное путешествие по стране. И в первую очередь счастливые молодожёны направились в столицу Российской империи славный город Тверь. Со временем окрестности замка вновь заселили люди. Край этот стал процветать и благоденствовать. Ещё многие столетия местные жители будут рассказывать легенду о побеждающей любви, которая оказалась сильнее страха и могущественнее колдовства, а потомки Альберта и Дарьяны с гордостью будут вспоминать своих предков, чьи искренние чувства победили зло.

2. Умнее, успешнее, счастливее

Алексей усталой походкой возвращался домой после работы. Он вспомнил, как утром с тяжёлой спортивной сумкой на плече вприпрыжку спешил в фитнес-центр. Тренировки ему нравились. Он, испытывая физические нагрузки и чувствуя, как напрягается его молодое мускулистое тело, ощущал в себе жизнь. Жизнь мощную и упорную. После тренировки пришлось тащиться на скучную работу, так как поступить в какое-либо учебное заведение после окончания школы он не смог, а может, и не захотел. Алексей был умным, но не любил предаваться углублённым изучением каких-нибудь дисциплин. Из всех школьных предметов ему нравилась только физкультура. Конечно, теперь, когда Лёша поработал на неинтересной работе автомойщика, он начал подумывать о получении хоть какой-нибудь профессии. А в целом он был неплохим парнем. Добрым и великодушным, наблюдательным и в меру весёлым. Хотя сейчас, когда брёл уставший домой, весельем от него и не пахло. Парня утешала мысль, что дом уже рядом. Сейчас он поужинает и позвонит своей девушке, они долго будут болтать обо всём на свете, и заснёт он под утро счастливейшим человеком на свете. Эти мысли придавали Алексею сил, он даже смог ускорить шаг.

У подъезда, как всегда, собралась тусовка всезнающих бабушек.

— Здравствуй, Алексей, — мило улыбаясь беззубым ртом, обратилась к молодому человеку одна из них.

— Добрый вечер, Александра Степановна, — улыбнулся в ответ Лёша.

— А ты, милок, на выборы-то пойдёшь? — поинтересовалась Александра Степановна.

— Какие ещё выборы? — удивился юноша.

— Ты что же, телевизор совсем не смотришь? — поразилась Раиса Трофимовна, пожилая женщина с опухшей ногой.

— Не смотрю, баба Рая, мне некогда тратить время на ерунду, — отозвался Лёша.

— Во молодёжь пошла, — вздохнула Дарья Олеговна, щуплая старушка в выцветшем платке, — совсем жизнью страны не интересуются! А ведь на выборы ходить — долг каждого сознательного гражданина.

— Так что за выборы-то? — потерял терпение Алексей. — Депутатов выбрали уже, президент у нас тоже имеется.

— Ну, Алексей, ты совсем от жизни отстал! — покачала головой Александра Степановна. — Как умерли твои родители, так и вразумить тебя некому. Но мы вразумим! Слушай. Правительство выступило с новой инициативой — повысить подоходные налоги с тринадцати процентов до пятидесяти.

— Ну? — не понял Алексей.

— Нужно проголосовать за это нововведение, — вмешалась Раиса Трофимовна.

— Я не понял, вы что, согласны, чтобы ваши работающие дети отдавали государству половину своего заработка? — недоумевал юноша.

— Конечно, — подтвердила его догадку Дарья Олеговна, поправляя на голове свой платок, — ведь тогда этих средств хватит на благоустройство жизни...

— Чей жизни? — не сдержал негодования юноша. — Жизни чиновников?

— Жизни страны, — закончила говорить Дарья Олеговна и сделала многозначительную паузу, уставившись на парня.

— Ладно, я подумаю над этой информацией, — недовольно морщась, пообещал Алексей и поторопился зайти в подъезд.

Когда за ним захлопнулась тяжёлая дверь, он облегчённо вздохнул и принялся доставать ключи.

— Совсем бабки рехнулись, — ворчал парень, открывая замок, — по телевизору им лапшу качественно навешали.

Алексей спешно поужинал. Ему не терпелось позвонить любимой. Он, дожёвывая последний кусок, уже искал в контактах заветное имя — Лера.

Вечерело. Огромный город зажёг свои огни. В большинстве окон видно было голубоватое мерцание экранов телевизоров: стареньких и новых, маленьких и больших. В одной из квартир с дорогим ремонтом перед экраном сидели мужчина и женщина. Они смотрели шумную передачу, увлечённо комментируя то, что происходит на экране.

— Итак, дорогие телезрители, напоминаю вам, что в эфире программа «Время истины», — вещала размалёванная тётка, — сегодня мы обсуждаем актуальные вопросы. Один из них — правильное употребление напитка «Мозгоголов», созданного гениальными учёными международного исследовательского института имени Адольфа Гитлера.

— Дорогой, ты, кстати, купил три баночки этого чудного напитка? — озабоченно спросила женщина.

— Не беспокойся, дорогая, я позаботился о повышении уровня нашего IQ. Купил сразу шесть банок! — успокоил её супруг.

— Как замечательно, что современная наука достигла таких высот, — восхищённо произнесла женщина, глядя на экран.

К размалёванной тётке подошёл чуть менее размалёванный мужик и громогласно произнёс:

— Умнее! Успешнее! Счастливее! — вот девиз современных учёных. Именно эти слова написаны на каждой банке «Мозгоголова». И сейчас, уважаемые телезрители, я предоставляю слово профессору Злодееву Евгению Фёдоровичу, ведущему специалисту международного исследовательского института имени Адольфа Гитлера. Евгений Фёдорович, расскажите, пожалуйста, о новой уникальной разработке.

На экране появилась жирная бородатая морда профессора Злодеева, которая важно сообщила:

— Нашими специалистами, как вы все уже знаете, разработан уникальный напиток, который повышает умственные способности человека. Если его будут употреблять все поголовно, то общий уровень интеллекта человеческой популяции взлетит до небывалых высот. Мы выведем человеческую цивилизацию на новый уровень существования.

— Вот видишь, дорогой, что говорит профессор Злодеев, — обратила внимание на слова учёного женщина.

— Умный дядька, — одобрил услышанное мужчина, — теперь все, употребляя чудодейственный напиток, станут такие же умные. Заживём наконец-то по-людски.

— Умнее! Успешнее! Счастливее! — таков девиз современной жизни, — истерично верещала разукрашенная ведущая.

— Но, дорогие телезрители, — тревожным голосом произнёс её коллега, — оказывается, есть ещё безумцы, которые не признают прогресс и не желают употреблять «Мозгоголов». Они организуют несанкционированные митинги в крупных городах по всему миру и ведут антиправительственную пропаганду. Вашему вниманию предоставляются кадры из Москвы. Внимание на экран.

В эфире замелькали кадры с Манежной площади, на которых было видно, как оппозиционеры столицы, а также их товарищи, приехавшие поддержать митинг из других регионов, держат огромные плакаты с надписями: «Нет отупению!», «Фашисты, прочь из депутатских кресел!», «Нет химической еде!», «Нет повышению налогов!».

— Глупцы! Они боятся повышения налогов! — негодовал мужчина, обращаясь к жене. — Они не понимают, что это для блага населения. Правительство заботится о нас. Повышение налогов поможет усовершенствовать общественную жизнь в стране.

— А чему ты удивляешься? — ответила женщина. — Эти же смутьяны не пьют «Мозгоголов», поэтому они тупые. Им бесполезно твердить о том, что пятьдесят процентов налога — это гораздо лучше, чем тринадцать. Что можно благоустроить на тринадцать-то процентов?

— Власти намерены жёстко подавлять инициативы этих безумцев, — продолжала тараторить ведущая.

— Недовольных прогрессом будут жестоко карать, — воодушевлённо продолжил её напарник, — сегодня, например вышло постановление, предписывающее сообщать в правоохранительные органы о тех лицах, которые не желают употреблять чудодейственный напиток «Мозгоголов» и не смотрят телевизор. Власти просят проявить активную гражданскую позицию и помогать выявлять несознательных граждан.

— Вот ещё срочная новость, — сообщила ведущая, — теперь полицейским и военным разрешено ликвидировать на месте тех, кто не желает употреблять «Мозгоголов» и смотреть телевизор в случае, если эти граждане попытаются скрыться, чтобы уйти от ответственности. Скоро это право на самосуд получат все жители нашего государства.

— А вот это правильно! — поддержал жестокий законопроект мужчина. — Надо истреблять этих мракобесов.

— Верно, дорогой, — вновь согласилась с ним супруга.

Хлопнула входная дверь, и в прихожую вошла темноволосая девушка с телефоном в руках.

— Лера, это ты, дорогая? — спросила женщина, смотревшая телевизор.

— Да, это я, мама, — ответила девушка, — привет. Привет, пап.

— Привет, — улыбнулся дочке мужчина.

У Леры в руках зазвонил мобильник.

— Алло, — томно произнесла девушка.

— Привет принцесса, — послышался приятный мужской голос.

— Привет, Лёшенька, я так соскучилась по тебе, — прощебетала Лера, — когда встретимся?

— Завтра, любимая, — ответил Алексей, сладострастно вздыхая, — а что это у тебя за шум в квартире?

— Да это родители смотрят передачу «Время истины». Ведущие так орут, что ужас просто.

— Лера, не вздумай смотреть этот бред, — предупредил возлюбленную парень, — это настоящее зомбирование людей.

— Да не смотрю я эту хрень, — успокоила его девушка, — вот в свою комнату прохожу.

— Отлично! — обрадовался юноша. — Только не включай свет!

— Это ещё почему? — заинтересовалась Лера

— Не включай, — настаивал Лёша, — подойди к окну. Видишь моё окно напротив?

— Конечно, вижу, — ответила девушка.

— Я тоже сейчас стою у своего окна и гляжу в небо. Смотри, как красиво! Сколько звёзд! Мы оба стоим у своих окон, и получается, что мы вместе любуемся звёздами! Здорово!

— Действительно, какое восхитительное небо, — пропела Лера, завороженно глядя на небосвод.

— А представь, что мы с тобой, прожив долгую и счастливую жизнь, полетим вместе к этим звёздам, — мечтательно произнёс Лёша, — ведь к тому времени, как мы состаримся, техника уже достигнет такого уровня, что мы сможем совершать полёты к далёким светилам на комфортабельных космических кораблях. Полетишь со мной?

— Конечно, любимый! — радостно воскликнула Лера, будто ей уже вручили билет на межгалактический звездолёт.

Влюблённые ещё долго болтали обо всём на свете. Наконец Алексей, взглянув на часы, произнёс:

— До завтрашней встречи, принцесса. Ложись спать и не смотри телевизор, чтобы кошмары тебе не снились. Завтра у нас будет необыкновенное свидание, — пообещал молодой человек.

— Спокойной ночи, мой принц, — ответила Лера и отключила телефон.

Она ещё немного полюбовалась ночным небом, а потом вышла из комнаты.

— Лера, дорогая, посиди с нами, посмотри умную передачу, — попросила девушку мать.

— Мама, эта передача ещё в эфире? — удивилась Лера. — Так долго?

— Да, — подал голос отец, — хорошие передачи должны быть длинными и просвещать население. Посмотри хоть чуть-чуть.

— Что-то не хочется, — поморщилась Лера, которую раздражали громогласные ведущие.

— На вот выпей, — отец протянул дочери банку с модным напитком.

— Мозгоголов, — прочитала она, — это тот самый, что ли?

— Да, да, — ответила мать, — пей. Он повышает уровень IQ. Тебе как раз нужно для сдачи экзаменов.

— Но экзамены ещё нескоро, — возразила девушка.

— Вот и поумнеешь заранее, — подбодрил девушку отец, — пей.

И Лера, поддавшись на уговоры, села на край дивана, уставившись в экран телевизора. Она открыла алюминиевую баночку с надписью «Мозгоголов» и принялась пить чудо-эликсир, созданный специалистами международного исследовательского института имени Адольфа Гитлера.

Следующее утро порадовало Алексея лазурным небом и весёлым щебетом воробьёв. Выходной! Никуда не надо торопиться. То есть надо, но по делам приятным. Лёша встал, умылся, быстро позавтракал и вышел из дома. Его путь лежал в супермаркет «Магнит». Юноша весело напевал какую-то незамысловатую песенку, звучащую в его наушниках. Туда-сюда сновали люди, потому что на улицах Москвы толкучка даже в субботу утром. Алексей зашёл в супермаркет, взял корзину для продуктов и пустился в гастрономическое путешествие между стеллажами. Он опустил в корзину колбасную нарезку, фрукты, одноразовые стаканчики, бутылку хорошего, как он считал, вина.

— Всё что нужно для романтического пикника на берегу водохранилища, — проговорил он чуть слышно и улыбнулся сам себе, предвкушая чудное свидание с очаровательной девушкой.

Внезапно молодой человек услышал знакомый голос, его сердце забилось чаще.

— Мама, ну сколько можно блуждать по этому магазину? — услышал он капризный голос Леры.

— Лера! — позвал юноша, и сердце его запорхало в заоблачных высотах.

Девушка обернулась и, увидев милого друга, одарила его восхитительной улыбкой.

— Лёшенька, привет, — прощебетала она, краснея, — мы встретились с тобой сегодня даже раньше, чем планировали.

— Да, — засмеялся Алексей, пряча за спиной корзину с продуктами, — не подглядывай. Я хочу сделать тебе сюрприз.

— Вот как! — обрадовалась Лера. — Тогда до встречи в условленном месте. Я буду с нетерпением ждать свидания.

Парень с сияющим лицом подошёл к кассе. Он, убедившись, что любимая не подглядывает, положил продукты на движущуюся ленту. Кассирша последовательно отсканировала штрихкоды и наконец озвучила сумму.

— Картой будете расплачиваться или наличными? — пожелала уточнить она.

— Картой, — ответил Алексей и достал из кошелька банковскую карту.

— Прикладывайте, — попросила кассирша.

Юноша приложил карту к монитору считывающего устройства. Шли секунды. Аппарат недовольно пикнул.

— Покупка не одобрена, — сообщила кассирша.

— Но карта исправна, и деньги на ней есть, — уверил женщину Алексей, — проверьте всё как следует, будьте добры.

Кассирша принялась внимательно изучать список продуктов.

— Конечно, не проходит оплата, вы же не всё купили, — объявила она.

— В смысле не всё? — удивился Лёша. — Я купил всё, что хотел.

— А вот про баночку «Мозгоголова» забыли, — торжествующе произнесла кассирша и с упрёком взглянула на покупателя.

— Извините, но я не пью сомнительную бурду, — начал раздражаться молодой человек, — будьте любезны, оформите покупку.

— Так ведь я не могу, — ответила кассирша, — вы что, не понимаете, что без «Мозгоголова» оплата не пройдёт?

— Да вы с ума сошли, что ли? — всё больше возмущаясь, отозвался Алексей.

— Я не сошла с ума, молодой человек, — агрессивно взвизгнула женщина, — это постановление правительства!

— Какое ещё постановление? — поразился юноша.

— Постановление от вчерашнего числа, согласно которому, каждый человек обязан ежедневно покупать хотя бы одну баночку «Мозгоголова». У вас это первая покупка сегодня, значит, вы обязаны включить в неё банку «Мозгоголова».

— Это же бред! — Алексей окончательно потерял терпение. — Вы сумасшедшая!

— Вы что, телевизор вчера не смотрели? — кассирша посмотрела на юношу с подозрением.

— Да зачем мне этот зомбоящик сдался? — всё больше злился Лёша.

— Охрана! — заорала пронзительно кассирша. — Охрана! Нарушитель!

Угрюмый охранник в чёрной форме подошёл к кассе. Народ начинал подходить к месту конфликта, пытаясь уловить его суть.

— Этот юноша подозрительный тип, — объяснила охраннику кассирша, — он отказывается покупать «Мозгоголов» и заявляет, что не смотрит телевизор! Надо вызвать полицию!

Алексей расхохотался.

— Посмотрите, люди! На кассах уже невменяемые параноики сидят! — заявил он, отсмеявшись.

Толпа ответила Алексею мрачным молчанием. Юноша оглядел людей, их лица были полны враждебности, злобные глаза уставились на него. Впереди всех стояла Лера вместе со своими родителями. Парень не мог понять, что стало с его милой подругой. Куда делся заигрывающий взгляд, кокетливая улыбка? Вместо этого на него холодно смотрела остервенелая девица.

— Лера, что с тобой? — потрясённо пробормотал Лёша.

— Это что с тобой? — ответила она с ненавистью. — Ты анархист, что ли? Или оппозиционер? Значит, обманул меня, прикидываясь порядочным человеком! Вместо того чтобы заботиться о повышении уровня интеллекта своих соотечественников и своих возможных потомков, ты сопротивляешься! Почему ты отказываешься пить «Мозгоголов»? Это крайне подозрительно.

— Девушка права, — заплетающимся языком вставил какой-то алкоголик, — ты скользкий тип.

— Да вы что, а? — ошарашенно произнёс Лёша. — Лера, что это за шутки такие?

— А мы с тобой шутить не собираемся, выродок! — выкрикнул Лерин отец.

— Таких, как ты, разрешено предавать народному суду даже без привлечения следственных органов и судебных разбирательств, — прошипела Лерина мать.

Лера вытащила из своей продуктовой корзины огромный кухонный нож, хищно взглянула на Алексея и стала срывать с ножа производственную упаковку.

— Лера... ты чего? — испугался парень. — Мы же вчера, помнишь, мечтали? Ты обещала, что полетишь со мною к звёздам!

— Не нужны мне твои звёзды, — процедила с яростью Лера, — я выбираю жизнь с высоким уровнем IQ.

— Что? — отчаянно переспросил парень, не веря в происходящее. — Что вообще происходит?

— Ты не хочешь пить «Мозгоголов», значит, ты враг, — заявила кассирша.

— Да какой ещё враг? — поразился парень.

— Государственный, — послышался ответ.

— Но это очень странное пойло, химическая дрянь какая-то, — сказал Алексей упавшим голосом.

— С чего это ты решил, что чудо-напиток дрянь? — спросила мать Леры, злобно сверкая глазами. — Ты думаешь, что учёные мирового масштаба могут изобрести что-то неполезное?

— Учёные мирового масштаба! — возмутился молодой человек. — А что, никого не волнует, что этот «Мозгоголов» ваш создан в институте имени Адольфа Гитлера? Название вообще никого не смущает, а? Забыли, кто такой Гитлер?

— Не, ну мы помним, — отозвался охранник, — странно, конечно, что так назвали исследовательский институт, но им там наверху виднее. Видать, так надо.

— Да вы отупели совсем, что ли? — выкрикнул Алексей.

Но вместо ответа все присутствующие в магазине люди начали вдруг скандировать:

— Умнее! Успешнее! Счастливее! Умнее! Успешнее! Счастливее! Умнее! Успешнее! Счастливее!

Эти слова, как заклинание, повторяли и кассирша, и охранник, и Лера с родителями, и алкоголик, а также ещё человек пять покупателей. Эта небольшая, но недоброжелательная толпа медленно двинулась в сторону Алексея.

— Лера! Лера! — кричал парень, отступая, но пытаясь вырвать сознание девушки из этого безумия.

Но Лера чудовищно оскалилась и крепко сжала нож в руке.

— Лера! — в отчаянии орал Лёша.

— Умнее! Успешнее! Счастливее! — отозвалась девушка.

Алексей метнулся к выходу, обезумевшие покупатели вместе с охранником и кассиршей ринулись за ним. Юноша бежал по улице, надеясь, что этот кошмарный сон вот-вот закончится. Он приказывал себе проснуться, но всё равно никак не мог этого сделать.

— Умнее! Успешнее! Счастливее! — слышался сзади хор голосов.

— О Боже! Что это такое? — в ужасе кричал юноша и продолжал бежать.

Впереди был поворот. Алексей знал, что через несколько метров начнётся аллея с густыми зарослями шиповника, стриженного по последней моде городского ландшафтного дизайна. Парень, достигнув аллеи, нырнул в кусты. Он лёг на живот и затаился, ожидая, что будет дальше. Из своего убежища Алексею хорошо была видна улица и ещё один магазин неподалёку. Вдруг из этого магазина с отчаянными криками выбежала молодая женщина. К своему ужасу, юноша увидел, что за кричавшей тоже гнались обезумевшие люди! Преследователи Алексея достигли аллеи, но, не видя его, направились к другой беглянке.

— Держите эту женщину! — послышался хриплый крик. — Она отказывается покупать «Мозгоголов»!

Прежде чем Алексей успел что-либо предпринять, несчастная женщина оказалась в окружении. Толпа обступила её плотным кольцом.

— Умнее! Успешнее! Счастливее! — монотонно гудели люди, и их голоса походили на металлические голоса роботов.

— Помогите! — закричала женщина, заламывая руки.

В этот самый миг толпа бросилась на свою жертву, как стая изголодавшихся волков. Крики женщины переросли в леденящий душу вопль. Послышался отвратительный хруст. Алексей не мог оторвать взгляд от этого жуткого зрелища, он был в состоянии шока. Когда толпа расступилась, вместо женщины юноша увидел раздавленное и изуродованное тело без головы, лежащее в луже крови. И тут Лёша заметил Леру. Он едва сдержал крик, когда увидел свою девушку с окровавленными руками. В одной она держала нож, а в другой отрезанную голову погибшей.

— Просыпайся! Просыпайся! — потребовал от себя Алексей. — Это просто не может быть правдой!

— Тише! — услышал он вдруг голос за спиной.

Молодой человек вздрогнул, ожидая увидеть нового врага. Он с опаской обернулся. Рядом стоял, пригнувшись, бородатый мужчина в тёмной футболке и чёрных штанах.

— Если хочешь жить, веди себя тихо, — прошептал незнакомец.

— Вы... вы кто? — запинаясь, пробормотал Алексей.

— Я тот, кто отказался повышать свой уровень IQ, — невесело усмехнулся мужик, — ты, я вижу, тоже теперь враг государства. Тебя как зовут?

— Алексей, — представился молодой человек, дрожа от напряжения.

— А меня можешь звать Славой, — сообщил бородач, — фамилия моя Томиров. Слава Томиров. Скажи-ка мне, Алексей, остались у тебя в этом городе близкие люди, которые не зомбировались?

Юноша с болью в душе подумал о Лере, и слёзы покатились из его глаз.

— Вижу, что у тебя никого здесь не осталось, — покачал головой Слава, — сочувствую. Но сам-то ты жив, и мозг у тебя в порядке. Хочешь, пойдём со мной?

— Куда? — растерялся Алексей. — Что вообще происходит?

— А ничего особенного, — отозвался Томиров Слава, — просто кучка негодяев перекраивает мир под себя. Год назад была закончена разработка психотропного напитка «Мозгоголов». В его состав входят такие вещества, которые лишают человека критического мышления. Плюс влияние через телевидение, радио, интернет. Была запущена мощная пропаганда этого напитка.

— Так, может, бежать из Москвы? — спросил Лёша.

— Разумеется, — ответил бородач, — поэтому я здесь. Ищу оставшихся в своём уме людей, чтобы увести их из этого ада.

— В другой город? — заинтересовался юноша.

— Нет, — отрицательно покачал головой Слава, — во всех городах теперь такое... Люди зомбированы и скоро превратятся в бесплатную рабочую силу.

— Тогда в другую страну? — сделал новое предположение Лёша.

— Во всех странах мира такая же ерунда, — ошарашил его своим ответом Томиров, — там ещё раньше началось, только в СМИ это не освещалось. Некоторые иностранные граждане, спасаясь от зомби-апокалипсиса, незаконно проникли в Россию и теперь составляют значительную часть наших поселений.

— Каких ещё поселений? — удивился парень.

— В глуши северных лесов мы, люди, не желавшие превращаться в биороботов, создали несколько поселений. Мы живём там вдали от цивилизации, без электричества, водопровода и прочих благ. Зато у нас есть свобода.

— Неужели вы рассчитываете, что вас не вычислят и не направят к вам войска? — спросил Лёша.

— Естественно, мы на это не рассчитываем, — почти возмущённо ответил Слава, — но нас довольно много. В поселениях собрались думающие люди со всего света. И если приглядеться, не такие уж и первобытные у нас условия. Нам удалось запастись оружием. Ведь информация о готовящемся эксперименте над жителями планеты у нас имеется давно, было время подготовиться. К тому же, как показывает практика других государств, зомбированные правительством военные весьма отупели, теперь им недоступны тактические хитрости, их легко обмануть. По крайней мере, так обстоят дела зарубежом. Однако на их стороне численный перевес, поэтому нам дорог каждый человек. Я увидел, как за тобой гнались отупевшие идиоты, и понял, что ты не зомбирован. Идём со мной! Здесь ты точно погибнешь так же, как эта женщина.

Лёша посмотрел сквозь ветки кустарника на обезображенный труп несчастной, и его передёрнуло от такой жути. Зомби уже разошлись, ища новую жертву.

— Действительно зомби-апокалипсис какой-то, — проворчал парень и добавил решительно: — Ладно, я иду с тобой.

— Вот и молодец! — похлопал его по плечу новый приятель. — Теперь надо выбираться из города.

— Сделаем вид, что мы такие же придурки, — предложил Лёша.

— А ты неплохо соображаешь, — одобрил идею Слава.

— Я же не пил «Мозгоголов», — усмехнулся Алексей.

Они осторожно выбрались из кустов и огляделись.

— Надо пробраться в парк, который на берегу Химкинского водохранилища, — сказал Слава, — там мы затаимся до наступления темноты, а ночью поплывём по водоёму, пересечём МКАД и пустимся на северо-запад, в Тверскую область.

— А там что? — спросил Лёша.

— А там осталось ещё много деревень, где люди не пьют «Мозгоголов». Но это ненадолго, увы. Оттуда мы двинемся в леса Новгородской области, где граница нашего свободного самопровозглашённого государства. За этой чертой много поселений в лесах. Все они имеют сообщение между собой, у нас даже своя армия сформировалась. Будем отстреливаться и защищать своё право на свободную жизнь.

— Или на геройскую смерть, — добавил Алексей.

Слава утвердительно кивнул.

— Отчаянный план, — заметил юноша.

— Другого нет. Лучше умереть воином, чем рабом. Пойдём.

Беглецы, состроив безумные гримасы, шли по направлению к парку. Им встречались зомбированные люди, но те не особо обращали на них внимание, так как чаще всего уже гнались за кем-то.

Мужчины беспрепятственно достигли парка и скрылись в кустах. Теперь надо было дожидаться ночи.

— Почему зомбированные нас не тронули, пока мы шли сюда? — удивлялся Лёша.

— Потому что в Москве только началась эта программа по промывке мозгов, — объяснил Томиров, — москвичи ещё мало выпили «Мозгоголова». Их тела не успели пропитаться запахом этой дряни. Но подожди, очень скоро запах их тел будет отличаться от естественного аромата наших с тобой тел. Тогда они без труда распознают в нас врагов. До этого момента мы должны убраться подальше от большого города.

Медленно потекли часы ожидания. Алексей смотрел на темнеющее небо и понимал, что скоро на нём покажутся звёзды. Звёзды! Ещё прошлой ночью они так восхищали его. Он вместе с Лерой любовался их мерцанием и мечтал... Теперь же все мечты обратились в пепел. Очень скоро существа, которые будут бродить на обломках цивилизации, даже не вспомнят о существовании далёких светил. Алексею стало тоскливо как никогда. Серая грусть объяла его душу. Но надо как-то жить дальше.

— Пора, — шепнул Томиров, когда тьма опустила свои тяжёлые крылья на мир. Они с предосторожностями выбрались из кустов и двинулись к водоёму. Слава повёл своего спутника вдоль берега. Наконец он свернул к нависшей над водой иве. Алексей боялся отстать в темноте от нового приятеля и поспешил за ним под сень дерева. Слава остановился и указал юноше на ворох наваленных друг на друга веток. Мужчины раскидали их, и Лёша с удивлением заметил небольшой, но добротный плот из толстых коротких брёвен.

— А он удержит двоих? — забеспокоился парень.

— Не знаю, — буркнул Томиров, — сейчас увидим.

Они по очереди залезли на плот, который слегка пошатнулся. Алексей успел испугаться, но всё обошлось благополучно. Стало ясно, что плот выдерживает двух пассажиров.

Слава взял в руки шест, который был, как и плот, спрятан под ветками. Мужчина оттолкнулся от берега, и плот бесшумно сдвинулся с места в ночи. Когда приятели проплывали под мостом, у них над головой шумел МКАД. Тамиров управлялся с плотом очень уверенно, он держался недалеко от берега, чтобы можно было отталкиваться от дна шестом. Так плыли они довольно долго. Алексей не понимал, сколько прошло времени. Когда он увидел на востоке узкую полоску света, они уже отдалились на значительное расстояние от Москвы. Слава замер и долго осматривал берег, что-то бормоча себе под нос. В конце концов он всё-таки направил плот к берегу. В этом месте камыши стояли плотной стеной, так что мужчины с трудом пробирались сквозь заросли. Вдруг Алексей заметил моторную лодку, умело скрытую среди прибрежной растительности.

— Это тоже ты спрятал лодку? — обрадованно спросил Лёша.

— Да, — отозвался его спутник, — здесь, вне города, безопасно плыть на моторке.

— А бензин?

— В лодке канистра лежит, — сообщил Тамиров.

— Но этого не хватит на весь путь, — забеспокоился юноша.

— Не хватит, — согласился мужчина, — когда бензин закончится, будем действовать по обстоятельствам.

Они запрыгнули в лодку. Слава наполнил бак бензином, и вскоре два путника рассекали на лодке окутанную серой предрассветной дымкой гладь водоёма. Таким образом два беглеца добрались по воде до Тверской области. Оказалось, что у Славы на маршруте следования были тайники, в котором он прятал канистры с бензином. Им мужчина регулярно наполнял бак моторной лодки.

Проплыв приличное расстояние, они вновь пристали к берегу.

— Всё, — сказал Слава, — дальше пешком.

— Еда кончилась, — уныло сообщил Лёша, потому что Славин рюкзак с малочисленной провизией изрядно опустел.

— Знаю, — буркнул Томиров и задумчиво почесал бороду.

Они спрятали лодку и отправились в путь. Шли перелеском.

— Если повезёт, выйдем завтра к деревне Зубцово, — сказал Слава, — там жители адекватные. Оттуда, пополнив продуктовые запасы, двинем в Новгородскую область. Там первое поселение. Мы его лет десять назад построили.

— Десять лет! — поразился юноша. — Так вы, выходит, знали, что произойдёт!

— Наверняка не знали, но догадывались, — прозвучал ответ, — даже пытались донести эту информацию до людей, но, увы, большинство обывателей как будто в спячке находятся. Мало кто верил нам, да и не хотят люди думать о том, что в один миг их сытая благоустроенная жизнь рухнет.

— Да уж... а долго нам идти?

— Идти через лес километров тридцать, — ответил Слава.

— Затемно не успеем, — вздохнул Лёша.

— Успеем, — возразил Слава.

Но они не успели. Приходилось идти по бездорожью, пробираться сквозь чащу. Переночевали в лесу, настелив на землю еловые ветви. От голода Алексей долго не мог заснуть и ни о чём не думал, кроме еды. Задремал он лишь под утро. Юношу разбудил запах дыма. Парень открыл глаза и увидел, как его спутник что-то готовит на костре. Запах был вполне себе приличный, и Лёша поспешил выяснить, откуда у его товарища еда.

Слава сидел на корточках и протягивал к огню ветку с нанизанными на неё лягушачьими лапками.

— Что за мерзость? — поёжился Лёша.

— Не мерзость, а наш завтрак, — возразил Томиров, — ещё спасибо скажешь. Знаешь, как вкусно? Курятина как будто.

— Непривычно как-то...— произнёс молодой человек.

— А что поделаешь, коли жрать больше нечего? — усмехнулся мужчина.

Алексей, преодолевая отвращение, откусил кусочек лягушачьей лапки.

— А ничего... есть можно, — огласил он результат дегустации.

Покончив с лягушачьим шашлыком и затушив костёр, путники продолжили своё путешествие.

— А что там, в Зубцово, нормальные челы живут? — поинтересовался юноша у Томирова.

— Да, — ответил тот, — они наши союзники. Помогают.

— А чего же они сами в поселения не ушли?

— Так у них хозяйство. Не хотят свои дома бросать. Потом, конечно, всё равно придётся им уходить.

Лес кончился. Дальше шли полем. Вдруг будто из травы выросли крыши домов. Слава облегчённо вздохнул:

— Уф, наконец-то! Зубцово. Здесь отдохнём по-человечески пару дней, выспимся в кроватях, а там и в путь снова отправимся. Пойдём. Я тут всех знаю.

Путники ускорили шаг. Земля приветливо расстилала под их ногами пёстрый ковёр из трав и цветов. Августовское солнце не обдавало душным зноем, а приятно грело. Ясное небо словно обещало, что всё будет хорошо. Недалеко раздалось мычание. Алексей сразу подумал про парное молоко и сглотнул слюну. Где-то лаяли собаки. Умиротворяющая картина радовала сердца путников. Будто и нет никаких проблем. Лёше вспомнились летние каникулы у бабушки в деревне. Он мечтательно поднял глаза к любвеобильному солнцу.

— Вон дед Никита, — вырвал Алексея из мира грёз его спутник, — коров пасёт. Добрый старик, в дом пригласит, чай нальёт или покрепче чего. Пойдём быстрее, давно мы с ним не виделись.

Дед Никита стоял к ним спиной и курил. Его щупленькая фигурка рядом с коровами выглядела совсем маленькой и безобидной.

— Приветствую тебя, дед Никита! — закричал радостно Слава, предвкушая тёплую встречу. — Давненько не виделись. Как жизнь? Какие новости?

Старик вздрогнул и обернулся... Слава застыл на полушаге, увидев ничего не выражающий взгляд пастуха.

— Дед? — осторожно позвал Слава.

Старик уставился на него, будто первый раз видит.

— Дед Никита, с тобой всё в порядке? — забеспокоился Томиров.

И тут дед Никита оживился, словно только что заметив пришельцев. Он монотонно произнёс:

— Мужик, ты кто? Какой у тебя уровеньIQ?

Лёша почувствовал, как у него пересохло в горле и тело бросает в жар, оттого что сердце бешено заколотилось.

— Никита, ты чего? — тихо пробормотал Слава.

Дед Никита повёл носом, втягивая ноздрями воздух, стараясь уловить запах подошедших к нему людей. Когда воздушная струя попала в носовую полость старика, глаза его вспыхнули гневом. Он зверски посмотрел на Славу, совершенно не узнавая его, и на Алексея.

— Умнее! Успешнее! Счастливее! — услышали приятели выкрики старика. — Умнее! Успешнее! Счастливее!

Дед Никита двинулся в их сторону.

— Быстрее! — выпалил Слава. — Бежим! В деревню! Надо всех предупредить, что дед зомбирован!

Путники бросились со всех ног в сторону домов. К счастью, старик был уже древний и бежать не мог, а просто плёлся за людьми, обнюхивая всё вокруг себя. Слава и Лёша выбежали на первую улицу и перешли на шаг, понимая, что дед их не догонит. Но с каждым пройденным метром в их душах нарастала тревога: слишком уж тихо было вокруг, даже собаки замолчали. Деревня казалась вымершей. И не просто вымершей, а опустошённой. Лёша наступил в лужу и невольно посмотрел вниз. В следующий миг он отскочил от воды, как от змеи.

— Ты чего? — прошептал Томиров.

Вместо ответа парень указал на грунтовую дорогу. Небольшая лужа была красного цвета. Мужчины, озираясь, заметили лежащего в кустах человека. Они очень надеялись, что неизвестный просто мертвецки пьян, но, приблизившись, поняли, что человек этот мёртв. Не просто мёртв, а убит. Убит зверски. По всему телу зияли раны, словно его рвали дикие звери. Ручейки крови струились из-под трупа. Это указывало на то, что смерть несчастного наступила совсем недавно, даже кровь ещё не застыла. Рядом с убитым валялось ружьё и неиспользованные патроны, которые, видно, рассыпались в момент нападения. Слава их подобрал все до единого и взял в руки оружие. Жуткая тишина давила на психику. Хотелось закричать. Вдруг на повороте дороги появилась женская фигура. Слава присмотрелся.

— Это Ника, — узнал он жительницу деревни, — или то, во что она превратилась...

Девушка шла, пошатываясь и производя руками хаотичные движения. Слава взял её на прицел. Алексей почувствовал, как пот выступает на его лбу, а руки трясутся от нервного напряжения. Девушка, увидев людей, ускорила шаг. Слава прицелился, готовый в любую минуту отразить нападение. Неожиданно Ника упала на дорогу, протянула к мужчинам руку и умоляюще крикнула:

— Помогите!

— Ника? Ника, это всё ещё ты? — голос Томирова слегка задрожал, он растерянно опустил ружьё.

— Похоже, она в здравом уме, и ей нужна помощь, — сказал Алексей.

— Помогите... — уже обессиленно проговорила Ника, — дядя Слава...

— Она узнала меня! — обрадовался мужчина и бросился к своей знакомой.

Юноша последовал его примеру.

— Ника! Никочка! Что случилось? Где все? — посыпался на девушку град вопросов.

— Там, — девушка махнула рукой, указывая на соседнюю улицу, — но к ним нельзя... они... — и она разрыдалась.

— Я понял, — мрачно произнёс Слава, — они повысили свой уровень IQ.

Ника, рыдая, кивнула.

— В деревне остались нормальные люди? — спросил Лёша.

Ника подняла на него свои голубые глаза, полные слёз.

— Да, — промямлила она чуть слышно, — в доме у врача... у Михаила Ерошина.

— Это последняя улицы, — начал припоминать Слава, — которая ближе всего к небольшому полю, а за полем лес.

— Верно, — выдохнула Ника.

Где-то недалеко послышался шум, какое-то монотонное гудение. Звук доносился с соседней улицы и приближался, но дома и плодовые деревья не давали разглядеть его источник. Люди прислушались и через несколько мгновений различили слова:

— Умнее! Успешнее! Счастливее! Умнее! Успешнее! Счастливее!

Алексей побледнел. Ника застонала.

— Они идут сюда, — понизив голос сказал Слава, — надо убираться.

— Я больше не могу идти, — простонала девушка, — больше не могу постоянно бегать от них...

Слава сел перед ней на корточки и обхватил её лицо своими широкими ладонями.

— Ты должна, девочка, должна! — уговаривал он её. — Нельзя сдаваться.

— Я не могу, — плакала Ника.

Бормотание обезумевших селян приближалось.

— Я понесу её, — заявил Алексей.

— Сможешь? — с сомнением спросил Слава.

— Да, — уверенно ответил юноша, посмотрев на хрупкую девушку, — ты лучше меня обращаешься с оружием. Я понесу девушку, а ты возьми ружьё, если возникнет необходимость, будешь отстреливаться.

— Договорились, — согласился Томиров, — ну, детки, пора сваливать.

Алексей взял на руки Нику, Слава повёл их в переулок. Едва они свернули с центральной улицы, как толпа обезумевших людей медленно выползла из-за поворота. Беглецов они не увидели, зато учуяли их запах. Запах живых, сопротивляющихся людей. Зомбированные стали принюхиваться, и возбуждение их всё возрастало, они ещё яростнее скандировали навязанный лозунг:

— Умнее! Успешнее! Счастливее!

Беглецы тем временем пробирались к дому сельского врача Михаила Ерошина, располагавшемуся на крайней улице. Каждое мгновение из очередного проулка на них могли напасть безумцы. Слава держал ружьё наготове и шёл впереди. Лёша продолжал нести на руках измождённую девушку. Наконец Томиров заметил знакомый дом.

— Туда! — указал он на двухэтажный сруб, обнесённый деревянным забором. Калитка оказалась заперта. Но Слава уверенно прошёл вдоль забора и, приблизившись к нужному месту, отодвинул одну из его секций.

Алексей удивлённо спросил:

— Это что, тайный ход?

— Нет, — ответил мужчина, — это Миша так сделал, чтобы со стороны казалось, что забор не даст проникнуть во двор, а на самом деле его можно отодвинуть. Так Михе удобнее трактор загонять на свой участок, ворота для этого слишком узкие.

Они проникли во двор, и Томиров подвинул забор на прежнее место. Теперь нужно было попасть в дом. Дверь не поддавалась. Слава осторожно постучал, но тишину ничего не нарушило, кроме этого стука.

— Михаил! — позвал он. — Это я, Славик Томиров из Москвы, помнишь?

Вновь тишина. Слава опять тихо постучал. Громко барабанить он не мог из-за опасения, что эти звуки могут услышать безумцы.

Вдруг из-за двери послышался тихий говор:

— Кто это?

— Да говорю же, Томиров, — потерял терпение Слава, — открой дверь.

Послышался щелчок, и створка медленно отворилась. На пороге показался низкорослый мужчина с ружьём в руках. Лицо его было покрыто рыжей щетиной, а волосы всклочены.

— Здорово. Хреново выглядишь, — улыбнулся Слава.

— Да тут не до красоты, — угрюмо ответил хозяин дома и с подозрением посмотрел на Алексея.

— Это Лёша, — представил парня Томиров.

Врач пригляделся к девушке.

— Боже мой! Это же Ника! Заносите её быстрее в дом.

Как только люди вошли в здание, Михаил Ерошин запер дверь, да ещё и придвинул к ней тумбочку.

— Ника в порядке? — с тревогой спросил врач. — Она не того... не это...

— Она не зомбирована, — успокоил его Томиров, — просто очень устала.

Ерошин ещё раз внимательно оглядел всех троих.

— Вижу, что вы в порядке, — сделал он вывод из своих наблюдений, — можете выходить, — обратился он к кому-то, глядя на лестницу, ведущую на второй этаж.

Сверху послышался шорох, а потом на лестнице показалась худая женщина средних лет с тёмными волосами и испуганным взглядом. Это была жена Ерошина Татьяна. Она спустилась к гостям. За ней появились ещё три человека: рыжеволосый юноша, сын Ерошиных, старик и высокий тощий молодой мужчина.

— Это Женя, — представил сына Михаил.

— А я Степаныч, — бойко сообщил живенький старичок с аккуратной седой бородой и протянул руку для приветствия.

— А это Глеб, — указал Ерошин на худого высокого блондина, — мой молодой коллега.

Глеб учтиво поклонился и сказал:

— Если быть точным, я фельдшер. Стажировку проходил у Михаила, только... — он вздохнул, — только лечить теперь некого.

Все молчали, вспомнив своё отчаянное положение.

— И давно вы тут прячетесь? — спросил Слава.

— Пять дней, — ответил Степаныч, поглаживая бороду.

— Ваша деревня была самая стойкая, — недоумевал Томиров, — как же всё случилось?

— Это всё из-за телевизора, — всхлипнула Татьяна Ерошина и посмотрела на мужа.

— Верно, — подтвердил её слова Михаил, — сперва все жители деревни отказывались употреблять «Мозгоголов», но привычка-то смотреть телевизор никуда не делась. А там эта передача «Время истины». Пропаганда проклятая!

— Дальше хуже, — продолжил рассказ фельдшер Глеб, — в районной больнице, где работали многие наши соседи, поставили ультиматум сотрудникам: или вы перед каждой сменой употребляете «Мозгоголов», или вас отстраняют от работы. Кроме того, на стенах в коридорах, в палатах и в ординаторских повесили телевизоры. И откуда только деньги взялись! Из этих-то зомбоящиков лили в уши людям чепуху про новый напиток, про личную ответственность каждого гражданина за повышение общего интеллектуального уровня человечества.

— Жуть... — прошептал Лёша.

— Мы с Глебом предпочли уволиться, — дополнил рассказ фельдшера Михаил, — уж лучше остаться при своих мозгах. Ну а в Москве как обстоят дела?

— В Москве ещё хуже, — сообщил Томиров, — там по улицам бродят миллионы зомбированных, только успевай прятаться.

— Фашисты! — отчаянно воскликнул Женя Ерошин.

— Конечно, фашисты, — согласился с ним отец, — не зря же их международный исследовательский институт назван в честь Гитлера.

— Ну ничего! Мы с ними ещё повоюем, — разозлился Слава, — нужно пробираться к нашим в поселения.

— Мы тебя-то как раз и ждали поэтому, — продолжала всхлипывать Татьяна, — чтобы ты провёл нас туда. Господь над нами смилостивился, поэтому ты здесь.

— Значит, надо собрать провизию, необходимые вещи и прорываться в северные глухие леса, — подытожил Женя.

— Я предлагаю начать наш поход ночью, — сказал Степаныч, — под покровом темноты мы покинем дом, пересечём поле и углубимся в лес, где нас трудно будет выследить.

— Решено! К ночи необходимо всем выспаться, — сказал Михаил, — особенно Нике.

И только с ним все согласились, как Ника вдруг насторожилась. Она лежала на диване у окна, и первая услышала тревожные звуки.

— Тише, — произнесла она приглушённым голосом.

— Что такое? Что? — заволновались остальные.

— Слушайте!

Люди прислушались... и различили то, что больше всего боялись: с улицы доносилось монотонное бормотание, которое вскоре перешло в слова «Умнее! Успешнее! Счастливее!». Михаил осторожно подошёл к окну.

— Это они, — сообщил врач, — все до единого идут сюда.

Татьяна зарыдала, Ника испуганно уставилась на доктора, Степаныч нецензурно выругался, остальные угрюмо молчали.

— Что делать? — Женя в растерянности смотрел на родителей.

— Быстрее! — крикнул Глеб, выйдя из оцепенения. — Хватаем оружие, одежду и бежим! Иначе мы окажемся в западне!

— Мы уже в западне, — сказал Слава, поглядев в другое окно, — они окружили дом.

Несколько мгновений никто не говорил ни слова. Женщины в немом отчаянии обняли друг друга, видимо, прощаясь с жизнью. Мужчины напряжённо думали.

— В доме есть телевизор? — вдруг спросил Алексей.

— Есть, — удивлённо ответил доктор, — на втором этаже.

— Плазменный?

— Да, — всё ещё недоумевая произнёс Ерошин, — зачем он тебе?

— Слушайте, у меня есть план, — затараторил Лёша, — вы все сейчас должны быть наготове возле входной двери. Как я заметил, вплотную к дому стоит сарай.

— Верно, — подтвердил Михаил.

— Так вот, — продолжил юноша, — я возьму телевизор, вылезу через окно и попаду на крышу сарая. Там я криками привлеку внимание этих придурков. Покажу им телек, они же повёрнутые на нём. Если сработает, то зомбированные облепят сарай, а вы незаметно выйдете из дома, пересечёте поле и скроетесь в лесу.

— А ты? — с беспокойством спросила Ника.

— Я потяну время, а потом попытаюсь убежать, — как можно увереннее ответил ей Алексей, еле сдерживая дрожь в голосе.

— Рискованно, — заметил Глеб, — но, похоже, это единственный выход. Мы подождём тебя на опушке леса.

Осаждённые услышали, как их преследователи начали ломать забор.

— Быстрее! — скомандовал Ерошин. — Алексей, телевизор наверху! Глеб, держи ружьё! Женя, забери с кухни все ножи! Я прихвачу топор. Времени собраться более обстоятельно у нас нет. Накиньте на себя верхнюю одежду и тихо подойдите к двери.

Все принялись исполнять эти поручения, Татьяна даже прихватила небольшую аптечку. Алексей ринулся по лестнице на второй этаж. Он быстро нашёл телевизор, стоящий на тумбочке. Оглядев комнату, юноша заметил на столе удлинитель.

— Отлично! — обрадовался он. — Это даже лучше, чем я ожидал.

Он подключил удлинитель к сети, а к самому удлинителю телевизор. Затем парень вылез в окно и осторожно ступил на крышу сарая. Он увидел, что многие зомбированные уже пролезли на участок, видимо, секрет забора Ерошиных был им известен. Но многие безумцы всё равно ломали ограждение.

— Эй! Дебилы! — заорал во всё горло Алексей, подняв лёгкий телевизор и тряся им над головой. — Вот ваш зомбоящик!

Он включил телевизор, и знакомые звуки привлекли обезумевших людей. Они стремительно окружили сарай. Их было много, из чего Алексей заключил, что здесь собрались все жители деревни. В толпе злобно скрежещущих зубами человекоподобных существ он заметил деда Никиту.

— Эй, дед! — крикнул юноша. — Ты всё-таки дополз до меня? А теперь попробуй залезть на крышу!

Зомбированные, изнывая, глядели вверх, они скребли руками стены сарая, отрывали доски. Стеклянные глаза уставились на работающий телевизор. Алексей выдернул провод, и телевещание прекратилось. Злобный вой сотряс воздух.

— Что? Не нравится? — дразнил зомбированных Алексей. — Кайф вам обломал? А что вы на это скажете?

И он начал бить телевизор о крышу сарая. Нечеловеческое рычание резануло слух. Толпа начала бесноваться.

— Чё, тупые бараны! Повысили свой уровень IQ? Даже не соображаете, как залезть на крышу! — орал Алексей, удерживая внимание врагов и давая осаждённым возможность покинуть дом и скрыться.

Ерошин осторожно выглянул на улицу и, оценив ситуацию, скомандовал:

— Быстрее! Бежим в лес!

Беглецы выбежали из дома и пустились наутёк в сторону леса. Слава хотел было поддерживать Нику, но она, поверив в возможность спасение, бежала сама, воспрянув духом. Алексею сверху было видно, как они пересекли поле. Когда добрались до кромки леса, он подошёл к самому краю крыши и закричал:

— Недоумки! Держите ваш телек!

С этими словами юноша закинул телевизор как можно дальше. Зомбированные, как наркоманы, бросились к тому месту, где раздался грохот. Алексей, не теряя ни секунды, слез с сарая и помчался через поле. Зомби, обнаружив разбитый телевизор, пришли в ярость. Они, не увидев Лёшу на крыше, принялись обнюхивать всё вокруг и учуяли след. Тотчас началась погоня, но парень уже успел отбежать на приличное расстояние. На опушке его ждали товарищи. Ника взволнованно ахнула, когда увидела запыхавшегося Алексея.

— Молодец, парень! — ликовал Томиров. — Не зря взял я тебя с собой! Ты герой. А ведь я даже не знаю твоей фамилии.

— Дружинин моя фамилия, — выпалил Лёша. — Быстрее! Уходим! Они скоро будут здесь!

Как будто в подтверждение его слов не так далеко послышалось уже знакомое: «Умнее! Успешнее! Счастливее!»

— За мной! К реке! — скомандовал Степаныч. — Пересечём реку, и они потеряют след!

— Точно! — подхватил Женька.

Люди начали продираться сквозь заросли. Лёша тяжело дышал после стремительного марафона, Ника взяла его за руку и сказала:

— Ты спас всех нас, Дружинин Алексей.

Юноше было трудно говорить, и он лишь улыбнулся в ответ.

Скоро впереди послышался шум воды. Река в этом месте была широкая, но мелкая. Мужчины помогли пожилому Степанычу и женщинам перейти её. Все они скрылись в зарослях на другом берегу. Через несколько минут следом за беглецами к реке вышли и зомбированные. Они тщательно обнюхивали землю, но след людей прерывался. Безумцы не догадались продолжить поиски на противоположном берегу, ведь каждый из них выпил уже достаточно «Мозгоголова», чтобы потерять разум.

Люди, переведя дух, продолжили продираться сквозь лес, нервничая и торопясь. Ветви царапали их кожу, хватали за волосы. Ноги цеплялись за торчащие из земли корни. В конце концов маленький отряд остановился, люди выбились из сил. Они повалились на мягкий мох, тяжело дыша. Алексей посмотрел на Нику. Девушка сидела, обняв колени, и печально смотрела в одну точку. В её красивых глазах блестела влага, светлые волнистые волосы беспорядочно рассыпались по плечам.

— О чём ты задумалась? — шёпотом спросил её Лёша.

Девушка ответила не сразу. Помолчав немного, она произнесла:

— Я думаю о том, что мир поменялся и никогда теперь не будет прежним.

— Мир-то, может, и поменялся, — задумчива ответил молодой человек, — но не мы. Мы остались прежними, остались верны себе и здравому смыслу.

— Я не совсем согласен с тобой, — вмешался в разговор Слава, — мы тоже поменялись. Стали сильнее и отважнее.

— Я не хочу прерывать поток философских мыслей, но меня интересует чисто бытовой вопрос: что мы будем есть? — прервал рассуждения товарищей Глеб.

Люди стали между собой переглядываться в надежде, что хоть кто-нибудь из них успел прихватить еду и воду. Но бегство из дома сельского врача было столь стремительным, что времени набивать едой рюкзаки не осталось. В распоряжении отряда были кухонные ножи, верёвка, топор и два ружья с небольшим количеством патронов.

— Спички у кого-нибудь есть? — поинтересовался Михаил.

— У меня, — отозвался Степаныч, — курю я много, но зажигалкой пользоваться не люблю, поэтому всегда с собой ношу коробок. Хорошо, что он лежал у меня в нагрудном кармане и не промок, когда мы переправлялись через реку. А вот сигареты были в кармане брюк, их только выкинуть.

Старик вынул из кармана размокшую пачку и сокрушённо покачал головой.

— Придётся выбросить, — вздохнул он и швырнул сигареты на землю. Слава тут же поднялся, взял пачку, вырыл руками в почве небольшую ямку и закопал в ней сигареты. Сверху он прикрыл это место мхом.

— Это чтобы не выдать нашего присутствия, — объяснил он свои действия.

— Мы здесь умрём? — неожиданно спросила Таня и тихо заплакала. Внезапный этот вопрос подействовал на людей удручающе.

— Нет. Конечно же, нет, дорогая, — неожиданно ласково обратился к ней супруг.

— Не плачь, мам, всё будет хорошо, — изрёк банальную фразу Женя, хотя сам не видел ничего хорошего в их положении.

— Я попрошу всех вас оставить панические настроения и доверить свою судьбу Господу Богу, — обратился к товарищам Томиров. — Ну а я со своей стороны постараюсь сделать всё, чтобы довести вас до поселений.

— Как мы пойдём без карты? — спросила Ника.

— Наша карта вон там, — указал Слава на небо, — я прекрасно ориентируюсь по солнцу и звёздам. Питаться мы будем плодами леса, лягушками и прочей живностью. Патроны оставим на случай, если придётся вступать в бой с зомбоками.

— Отличный план, — одобрил Степаныч, — кстати говоря, мы сейчас сидим посреди брусничной поляны.

Они и впрямь сидели, окружённые ярко-красными бусинами полезной ягоды.

— Вот и наш первый пикник на природе, — подбодрил друзей Глеб, — мы живы, еда есть, воду наверняка найдём. Чего грустить-то?

На сердце у всех полегчало. Отдохнув, люди принялись собирать бруснику. Алексей снял с головы кепку и стал бросать в неё спелые ягоды.

— Это для тебя, — протянул он угощение Нике.

Девушка посмотрела на него с благодарностью и сказала:

— Я не согласна есть всё одна. Ты тоже должен подкрепить свои силы, герой.

— Да какой же я герой? — смутился юноша.

— Ты рисковал собой ради нас, — проговорила Ника, — значит, ты настоящий герой. И не спорь. Это яснее ясного.

Наевшись ягод, отряд продолжил продвигаться на север. Томиров уверенно вёл их по глухим чащам. Если кто-нибудь уставал, останавливались на привал. Вечерами люди устраивали ночёвки, соорудив шалаши и накидав лапника для импровизированной постели. С едой дело обстояло не так хорошо. Сперва никто не хотел есть лягушек и личинок, добытых из-под коры трухлявых пней. Но голод, как известно, не тётка, и в конце концов даже самые брезгливые члены отряда признали эту пищу деликатесом. В лесу было много грибов, и Степаныч, заядлый грибник, показал себя во всей красе. Он разбирался не только в известных всем видах, но и находил какие-то непривлекательные на вид грибы и готовил из них вкусные блюда, поджаривая на раскалённых камнях. Слава соорудил из бересты примитивную посуду, в которую собирали воду из ручьёв или поутру стряхивали в неё капельки росы с ветвей и трав. Разумеется, люди изрядно исхудали и измучались, но сплочённость и взаимовыручка помогали им идти к цели.

Однажды во время ночёвки, когда все спали, Алексей и Слава сидели возле потухающего костра.

— Скажи, зачем ты тогда вернулся в Москву? — обратился к Томирову Лёша.

— Что? — рассеянно спросил Слава.

— Ты же тогда не на прогулку в столицу прибыл. Для чего ты покинул относительно безопасное поселение и отправился туда, где, как ты уже знал, скоро разразится настоящий зомби-апокалипсис?

Слава вздохнул. Когда умирающее пламя, колыхнувшись, озарило лицо мужчины, юноша увидел проступившие на его глазах слёзы.

— Я хотел отыскать в Москве дочь, — ответил Слава и судорожно сглотнул, — ей было столько же лет, сколько и тебе. Так случилось, что с женой я разошёлся, но продолжал поддерживать отношения со своим единственным ребёнком. Бывшая жена с дочерью жили в столице. Дочь моя была студенткой, умница и красавица. Я думал, что успею... успею вывезти её из города. Хотел, чтобы она была в безопасности. В тот день я вошёл в знакомую квартиру, что когда-то была моим домом. Я стал звать по именам бывшую жену и дочь, но никто не отзывался. Из комнаты доносился шум. Это работал телевизор. Я вошёл в гостиную. Моя девочка сидела ко мне спиной, не замечая моего присутствия. Во мне всколыхнулась радость оттого, что она не ходит по улицам вместе с толпой обезумевших москвичей. Когда я окликнул её вновь, она медленно повернулась ко мне, и... я увидел её остекленевший взгляд. А потом она задала этот страшный вопрос...

— Она спросила, какой у тебя уровеньIQ? — догадался Алексей.

— Да, — голос Томирова задрожал от тяжёлых воспоминаний, — в эту секунду я понял, что опоздал. Затравленно озираясь по сторонам, я заметил в углу комнаты пустые банки из-под проклятого напитка. Дочь моя, а точнее, то существо, в которое она превратилась, медленно двинулась на меня. Она угрожающе рычала. В её взгляде не было уже ничего человеческого. За считанные секунды мне пришлось принять самое страшное решение в своей жизни. Я не захотел оставлять её существовать в таком состоянии. Знаю, она бы и сама не пожелала так жить... Я достал свой охотничий нож, зажал его в руке и... освободил её душу от этого кошмара. Тело её осталось лежать в квартире, что когда-то была уютным семейным гнездом.

Слава зарыдал, закрыв лицо руками. Алексей сочувственно похлопал его по плечу.

— Как в дурмане я вышел на улицу, — продолжил рассказ Томиров, — жить было больше незачем, и мне даже хотелось, чтобы меня разорвала толпа этих зомбаков. А потом я увидел тебя, Алексей. Ты прятался в кустах, испуганно тараща глаза. Мне стало понятно, что я ещё нужен на этой земле. Нужен, чтобы помочь выжившим сражаться за свою жизнь и свободу.

— Спасибо тебе, — поблагодарил мужчину Лёша, — если бы не ты, я бы погиб. Я понимаю твою боль. В Москве у меня осталась девушка, которую я любил. Мы с ней мечтали о звёздах, о космических путешествиях, а на следующий день она пыталась меня зарезать.

— Держись, парень, — в свою очередь поддержал друга Томиров, — жизнь продолжается, прорвёмся.

И они прорвались! Прорвались, несмотря ни на что, преодолев сотни километров пути. Измождённые, но живые добрались до укреплённого поселения в северных лесах России. Здесь собрались люди со всего света. Они, отгородившись от цивилизованного мира, который оказался совсем не цивилизованным, сохранили свою человеческую сущность. Люди возвели высокие стены. У них были дома, оружие, еда. А главное, у них была свобода. И как ни тяжело было бороться за существование, люди эти были счастливы.

Большая же часть человечества окончательно лишилась разума. Эксперимент планетарного масштаба провалился. Тайная надправительственная организация, задумав зомби-апокалипсис хотела отупить людей, чтобы те превратились в послушных рабов. Но учёные, работающие на эту мировую элиту, перестарались. Люди не просто стали глупее, они стремительно деградировали и вскоре не годились даже для самой простой работы. Их состояние продолжалось ухудшаться, и в конце концов все, кто пил экспериментальный напиток и смотрел бесконечно телевизор, стали погибать вследствие разрушения головного мозга.

Люди же, укрывшиеся в отдалённых поселениях, стали теперь новым народом. Они отстояли своё право на жизнь, и теперь им предстояло строить новую цивилизацию на обломках прежнего мира.

3. В поисках сердца

Как прекрасна природа Карелии! Край тысячи озёр притягивает к себе многочисленных туристов. Здесь перед глазами оживают древние легенды и сказания. Здесь же на берегу знаменитого Ладожского озера в небольшом отдалении от города Сартавала построили огромный медицинский комплекс. Он являлся не просто большой больницей, это было множество больниц, расположенных в одном месте. Своеобразный медицинский городок. Решение о его строительстве было принято вскоре после прекращения пандемии, вызванной коронавирусной инфекцией. Новый вирус не только привёл к многочисленным осложнениям разного характера у тысяч людей, но и выявил проблемы в сфере медицинского обслуживания. Решено было создать такой комплекс, где могли бы помочь больным с самыми различными заболеваниями. Президент распорядился объявить будущий год годом здоровья, выделил деньги из бюджета на строительство комплекса. И вот теперь медицинский городок, оборудованный по последнему слову техники, красовался на скалистом берегу Ладоги, окружённый лесами. Дали комплексу подходящее имя — «Планета здоровья». Сюда приглашали работать как светил медицины, так и молодых специалистов. Предусмотрена была и инфраструктура: детские сады, школа, развлекательный центр. Но это всё было пока на этапе строительства.

В одном из корпусов медицинского городка располагалось детское отделение кардиологии. Здесь находились на лечении дети из разных регионов страны. Некоторым уже сделали сложнейшие операции, а кто-то только ожидал хирургического вмешательства. Молодая женщина в белоснежном медицинском халате пила в ординаторской кофе. Она только заступила на суточное дежурство, которое начиналось в восемь часов вечера.

— Лен, я ушёл! — крикнул её пожилой кардиолог. — Хорошего дежурства тебе.

— До свидания, Пётр Андреевич, — попрощалась с коллегой Елена и поправила прядь русых волос, выбившуюся из причёски.

Допив кофе, женщина просмотрела медицинские карты и ознакомилась с информацией о вновь поступивших пациентах. Стрелки часов показывали половину девятого вечера. Елена вышла из ординаторской и приступила к вечернему обходу больных. В одной из палат лежал худощавый подросток с бледным лицом.

— Привет, — белоснежной улыбкой одарила его врач, — ты у нас Серов Дима. Тебе пятнадцать лет. Поступил сегодня, верно?

— Да, — невесело отозвался юный пациент.

— Меня зовут Левина Елена Михайловна, я буду твоим лечащим врачом. Возможно, я же буду тебя оперировать.

— Не будете, — угрюмо возразил подросток.

— Почему же? — удивилась женщина.

— Потому что у родителей моих больше нет денег на лечение, — ответил Дима, — я лежу тут на дополнительном обследовании. Мне удалось подслушать разговор родителей, из которого мне стало известно, что, как только кончится квота на моё лечение, меня выпишут домой умирать. Операцию такую бесплатно не делают.

Елена не сразу нашлась, что ответить подростку. Лицо её сделалось печальным.

— Не расстраивайся. Вполне вероятно, что обстоятельства поменяются, — попыталась подбодрить она собеседника, но Дима лишь скептически скривил губы.

Выйдя в коридор, Левина тяжело вздохнула. Да, несмотря на улучшение финансирования медицины, ещё многие жизненно важные операции стоили немалых денег. Молодому врачу особенно тяжело было видеть эту сторону своей профессии. Решив, что утром она обязательно поговорит о Диме с руководителем медицинского городка, Елена направилась дальше по коридору. Проходя мимо просторного холла, она увидела компанию подростков.

— Ребята, скоро отбой, пора расходиться по палатам и готовиться ко сну, — обратилась она к пациентам.

— Ну Елена Михайловна! Ну пожалуйста, дайте ещё немного посидеть. У нас тут ночь, а точнее, вечер страха, — взмолились ребята.

— Вечер страха? — удивилась Левина, широко раскрыв синие глаза.

— Ну да, страшные истории рассказываем, — сообщили подростки.

— Пациентам с кардиологическими проблемами нельзя слушать на ночь всякую жуть. Каждый из вас должен беречь своё сердце, — заявила женщина.

— Но ведь так интересно, — заныли ребята, — вы вот сами послушайте. Давай, Санёк, рассказывай.

— Что ж, послушаю, — согласилась Елена, — а заодно и решу, насколько вредны для вашего здоровья такие собрания.

— Значит так, — таинственным голосом начал свой рассказ Санёк, воодушевлённый одобрением врача, — говорят, что в разных местах Европы порой видят таинственного чужестранца в старомодном одеянии. На нём серый плащ с капюшоном, а на поясе висит самый настоящий меч. Уши его, длинные и острые, торчат из копны каштановых волос, а глаза святятся в темноте зеленоватым. Кожа его бледна, как полотно.

— И кто это такой? — выпучив глаза, спросил рыжеволосый прыщавый парень.

— А это, Костя, представитель давно исчезнувшего народа, — увлечённо продолжал рассказ Санёк, — народ этот населял древнюю Европу и назывался дравирами.

— Дравирами, — завороженно повторили слушатели.

— Дравиры были многочисленным народом, — продолжал повествование рассказчик, — но, несмотря на это, многие исследователи сомневаются в его существовании, считая сообщения о них в летописях просто фольклором, легендами. Между тем предания повествуют, что дравиры, более плотно селившиеся на западе континента, вели постоянные войны с эльфами.

— С эльфами! — поразилась одна из юных пациенток.

— Да, с эльфами, — подтвердил Санёк, — легенды гласят, что когда-то на территории западной Европы жили эти фантастические существа. Но были они не такие благородные, как в знаменитой эпопее Толкиена. Напротив, это были злые и коварные существа. Они имели удивительную внешность. Стройные, с белоснежными светящимися в темноте волосами и изумрудно-зелёными глазами, они походили на ангелов. Но далеко не ангельский был у них характер! Им было тесно на своих землях, и они решили притеснить людей, отвоевав у них территорию. По соседству с эльфами и жили дравиры. Эльфы населяли леса, а люди равнины. И вот король эльфов собрал воинство и напал на соседей. Много жизней унесла та война.

Был среди дравиров знатный воин, сын князя. Звали его Андриус Голь. Видя, в каком печальном положении находятся люди, смельчак, возглавив большую дружину, смело ринулся в бой и подал своим воинам пример мужества и героизма. Дружина его одержала блестящую победу. Одно из племён ненавистных эльфов было полностью уничтожено. Это стало началом успешного сопротивления людей, не желающих уступать свою землю захватчикам. К тому же воинам удалось захватить эльфийские сокровища. «Как я ненавижу остроухих захватчиков! — кричал герой. — Теперь мы отомстили им!»

Но в разгар празднования победы явился к Андриусу, княжескому сыну, великий колдун. Он был союзником эльфов. «Я пришёл расправиться с тобой, о человек! — заявил колдун. — Ты достоин смерти, но я выбрал для тебя участь пострашнее!»

Не успел Андриус выхватить свой меч, как злобный маг воздел свои руки и лишил всех присутствующих возможности двигаться. Он медленно, упоённый своей властью, приближался к Андриусу. Подойдя к воину вплотную, колдун одну руку воздел к небу, и тут же сверкнула молния и грянул гром. Другой же рукой маг сжимал свой колдовской жезл, который сиял в ночи белёсым мерцанием. Этим жезлом волшебник разрезал грудь несчастного Андриуса Голя и вынул его трепыхающееся сердце! Этот страшный миг, казалось, длился вечность. Воин ждал смерти, но она всё не шла к нему. В руке мага билось его сердце, роняя на землю кровавые пятна. Но сам герой был жив! На груди его зияла чудовищная рана. Вдруг рана эта стала затягиваться, пока не превратилась в уродливый шрам на теле юноши. Кожа Андриуса побледнела и сделалась похожей на пустое полотно только приступившего к работе художника. Уши его вытянулись и стали походить на эльфийские, а глаза вспыхнули зелёным блеском. Княжеский сын не утратил способности мыслить и понимать происходящее вокруг. Колдун опустил руку, и оцепенение. отпустило Андриуса и его приближённых. «Что ты со мной сделал?!» — в отчаянии воскликнул герой. Колдун расхохотался. «Андриус, — ответил он, отсмеявшись, — я наслал на тебя такое заклятие, что теперь тебе веками придётся влачить жалкое существование на обочине жизни! Ты ненавидишь эльфов, моих друзей, и ради забавы я сделал тебя похожим на них. Но самым страшным для тебя станет отсутствие в твоей груди сердца! Без сердца ты будешь просто хладным трупом, блуждающим во тьме веков! Но я не такой жестокий, как может показаться, и поэтому оставляю тебе надежду. Ищи меня по всему свету, чтобы вернуть себе своё сердце! Посмотри на эльфийское сокровище, которое ты отнял у врагов.

Андриус посмотрел на золотой талисман, который он уже успел повесить, как трофей, на свою шею. Талисман был изготовлен в виде золотого солнца, в центре которого располагался серебряный месяц. «Это сокровище поможет тебе отыскать и вернуть сердце, — заявил колдун. — А теперь прощай! Попробуй найди меня на просторах этого мира!»

И маг исчез, оставив юношу в таком удручающем положении. С тех пор бродит этот живой мертвец по миру в поисках своего сердца.

— Вот это легенда! — пролепетали медсёстры, которые, отложив все дела, заслушались историей.

Санёк, в свою очередь, поняв, какое впечатление произвёл своим повествованием, решил ещё больше подогреть интерес слушателей:

— И теперь периодически возникают слухи о встрече с Андриусом Голем. Недавно, говорят, и здесь, на берегу Ладожского озера, его видел какой-то припозднившейся рыбак. Он возвращался поздно вечером домой. Было уже темно, когда он увидел человека со светящимися зелёными глазами и длинными ушами. Когда рыбак посветил фонарём в сторону незнакомца, он заметил его странное облачение и ещё увидел меч. Об этом писали в журнале «Уфология. Невероятные истории».

— Прекрасная история, ребята, — промолвила Левина, — а теперь расходитесь по палатам, скоро отбой.

Подростки нехотя повиновались.

В это время на первом этаже пост охраны покидал молодой мужчина.

— Ну что, Андрюха, пошёл? — спросил его седовласый охранник с аккуратно подстриженными усами.

— Да, Семёныч, смена моя кончилась, — отозвался молодой охранник, — теперь двое суток отдыхаю. Спокойного дежурства.

— Спасибо, Андрей, отдыхай, — отозвался Семёныч.

Андрей вышел на улицу. Он на минуточку замер, глядя в почерневшее небо, украшенное россыпью звёзд.

— Такая же ночь была тогда... — пробормотал он тихо.

Стоял сентябрь, и темнело теперь раньше. Тёплое бабье лето радовало людей последней возможностью насладиться хорошей погодой. Деревья ещё не скинули свои шикарные наряды, и в свете фонарей их золотистая листва казалась окрашенной в фантастические цвета. Андрей, покинув территорию медицинского городка, направился к ближайшему посёлку, который находился в двадцати минутах ходьбы от места его работы. Очень скоро молодой мужчина забренчал ключами возле калитки деревенского одноэтажного дома, который он арендовал за смехотворную сумму у местного жителя. Охранник вошёл в дом. Можно было бы подумать, что сейчас приветливым жёлтым светом загорятся окна и жилец поставит кипятиться чайник, чтобы насладиться отдыхом. Но ничего этого не произошло. Свет охранник в доме так и не включил. А уже через несколько минут Андрей покинул своё жилище. Только не было теперь на нём формы охранника. Мужчина был одет очень странно. Лицо его закрывал капюшон, длинный серый плащ прятал его от лишних глаз, сливаясь с ночным сумраком.

На следующий день Елена еле дождалась прихода руководителя медицинского комплекса. Как только она узнала о его приходе, тут же поспешила к нему в кабинет.

— А! Елена Михайловна, здравствуйте, — поприветствовал Левину полный низкорослый мужчина в медицинском халате и с огромной плешью на макушке.

— Доброе утро, Юрий Львович, — ответила Елена, — я к вам по делу.

— В самом деле? — спросил руководитель, посмотрев на врача сквозь толстые стёкла очков. — Я весь во внимании.

— Вчера к нам поступил пациент, Серов Дима. Состояние его таково, что ему необходима срочная операция, которая не входит в список страховых случаев, поэтому бесплатно её делать никто не будет. Денег у семьи нет. Может быть, вы посодействуете со своей стороны?

— Ничего не могу обещать, Елена Михайловна, — огорчил женщину главврач, — у нас и так очень большие расходы. В бюджет не укладываемся. Сколько ещё оборудования надо заказать. Пусть ищут деньги. В фонд благотворительный обратятся, что ли. К сожалению, не могу ничем помочь.

— Но как же так, Юрий Львович! — возмутилась Елена. — Что же, смотреть, как парень умирает?

— Всем помочь нельзя, Елена Михайловна, — ответил руководитель медицинского городка, — вы, как врач, должны с этим смириться. Ведь мы не боги, мы просто врачи.

— Это ужасно! — вознегодавала Левина. — Так не должно быть!

— Вы ещё молоды, Елена Михайловна, — бесстрастно проговорил Юрий Львович, — многое вам кажется несправедливым, а смерть представляется ужасным злом. Но смею вас уверить, что когда-нибудь вы поймёте, что справедливости в этом мире искать не стоит, а смерть — это просто обыденность.

— Я не хочу этого понимать, когда гибнут дети, которым мы могли бы помочь! — воскликнула Елена и, раздражённая, вышла из кабинета главврача.

Весь последующий день женщина не могла успокоиться. Она, улучив минутку, попыталась отыскать в интернете благотворительные фонды, чтобы можно было посоветовать их родителям Димы. Дежурство Левиной подошло к концу. Когда коллега пришёл её сменить, она не торопилась уходить, прилипнув к монитору компьютера и продолжая копаться в интернете.

— Лен, ты что, домой не собираешься? — удивился молодой кардиолог.

— Сейчас иду. Сколько времени? — спросила Елена.

— Да девять вечера уже. Иди. А то темно, страшно до посёлка-то идти одной.

— И правда, — согласилась женщина, — пойду я. До понедельника.

Она встала, оделась и, прихватив свою сумочку, покинула медицинский центр. Путь её лежал в тот же посёлок, где снимал домик Андрей. Этот населённый пункт был довольно большим. Когда началось строительство центра «Планета здоровья», местные жители получили источник дополнительного дохода. Сперва они стали сдавать в аренду пустующие дома тем строителям, которые не хотели жить в грязных и неуютных бытовках. Потом, когда центр был открыт, у местных появились новые клиенты: врачи, охранники, санитары, работающие в этом медицинском городке.

Елена шла быстрым шагом, не замечая ничего вокруг. Все её мысли вертелись вокруг несчастного Димы. Врач никак не могла забыть его печальных глаз, полных безысходности. Женщина не заметила, как позади выросла тёмная фигура. И только услышав за спиной шарканье ног, обернулась и увидела, что к ней стремительно приближается какой-то здоровяк. Елене стало страшно. Вокруг не было прохожих в этот поздний час. Мужчина шёл прямо на неё. Лена ускорила шаг и с ужасом увидела, что незнакомец сделал то же самое! Она бросилась бежать. От страха ноги сделались ватными и плохо слушались свою хозяйку. Здоровяк её нагонял. Наконец он оказался настолько близко, что женщина увидела его небритое ухмыляющееся лицо.

— Куда ты, красотка, бежишь от меня, — страшно сверкнув глазами, прохрипел незнакомец.

— Что вам от меня надо? — испуганно закричала Лена.

— Отдай-ка свою сумочку! Посмотрим, что у тебя там хранится! — выпалил нападавший и выхватил из рук женщины сумку.

— Что вы делаете? Помогите! Грабят! — закричала женщина и бросилась бежать.

— Куда это ты? — рявкнул бандит и достал большой нож. — Я бы тебя отпустил, но ты, детка, видела моё лицо. Теперь не уйдёшь!

Он бросился следом за своей жертвой.

Пот крупными каплями покрыл лицо Лены, дрожь била всё её тело, но она продолжала бежать по пустынной дороге. Здоровяк быстро нагнал её и толкнул в спину. Женщина упала на каменистую дорогу, расцарапав ладони. Колготки на коленках порвались. Она обернулась и увидела огромную фигуру, склонившуюся над ней с ножом в руке.

— Не надо, пожалуйста, — взмолилась жертва, — я врач, я...

— А мне плевать, кто ты, — прохрипел мужчина, — нечего было разглядывать моё лицо!

— Возьмите сумку и все деньги, которые там найдёте, только отпустите меня! — заплакала насмерть перепуганная Лена. — Я никому ничего не расскажу!

— Конечно, не расскажешь, — прошипел бандит, — мертвецы ведь не умеют говорить.

Он собирался уже пырнуть несчастную женщину ножом, как вдруг из темноты выпрыгнул какой-то человек и бросился на преступника. Завязалась драка. Здоровяк угрожал противнику ножом. Неизвестный же раскрыл свой серый плащ и вынул из ножен, висевших на широком кожаном поясе, длинный меч.

— Что это ещё за ерунда? — удивился преступник. — Ты что, парень, в игрушки со мной вздумал играть?! Из чего твой меч сделан? Он пластмассовый или деревянный?

Грабитель бросился на неизвестного и попытался нанести ему ранение, но незнакомец ударом своего меча выбил оружие из рук бандита. При этом раздался звон металла, что опровергло предположение преступника о том, что меч игрушечный. Лена хотела убежать, но от стресса не смогла и двинуться с места. Сердце её учащённо билось, глаза округлились от ужаса. Бандит окончательно взбесился и, невзирая на оружие в руке незнакомца, вновь устремился на него. Незнакомец же откинул свой капюшон, и преступник от изумления замер на месте, не достигнув своей цели. Лена тоже была шокирована необычной внешностью своего спасителя. Это был темноволосый молодой мужчина. Зелёным мерцанием светились его глаза, а уши были необычайно длинными.

— Ты что за зверюшка такая? — пробормотал потрясённый здоровяк.

— Убирайся! — грозно ответил незнакомец. — Я тебе даю сутки, чтобы ты покинул здешние места, негодяй! Если ты этого не сделаешь, то мой меч пронзит твоё гнилое сердце!

Сказав это, мужчина стал наступать на преступника, угрожая ему мечом.

— Ладно, Чебурашка, как скажешь, — скрывая дрожь в голосе, ответил грабитель и попятился от противника. Вскоре он был уже далеко, унося ноги от этого странного человека.

Незнакомец вложил свой меч в ножны и подошёл Лене.

— Вам плохо? — участливо спросил мужчина и протянул Левиной руку.

Женщина была так шокирована, что не смогла ничего ответить. Она во все глаза смотрела на своего защитника и дивилась его причудливой внешности. Лицо мужчины показалось ей знакомым, и она мучительно напрягала память, чтобы вспомнить, где она могла его видеть.

— Не бойтесь, — мягко сказал он, — я не причиню вам зла. Я вижу, что вы слишком потрясены, чтобы со мной общаться. Да и идти тоже не можете. Придётся нести вас на руках до самого посёлка.

И он, не дождавшись ответа, взял женщину на руки и понёс её по дороге, петлявшей серой лентой в сгустившихся сумерках.

Через некоторое время незнакомец с Леной на руках оказался на пороге дома, в котором временно проживала врач.

— Доставайте ключи, Елена Михайловна, — потребовал он.

— Вы... вы знаете, как меня зовут? — ошарашенно прошептала Левина.

— Ещё бы мне не знать! Мы же работаем с вами в одном центре, — усмехнулся незнакомец и поставил женщину на ноги, — давайте мы войдём уже в дом и спокойно там поговорим.

Лена дрожащими руками открыла сумку и достала ключи. Отперев дверь, они вошли в помещение. Левина включила свет и, набравшись решимости, взглянула на своего спасителя.

Возглас изумления вырвался из её груди. Перед ней стоял обычный человек. Ни светящихся глаз, ни длинных заострённых ушей не было. Более того, лицо мужчины вновь показалось ей знакомым.

— Вы сказали, что мы с вами работаем вместе? — спросила Левина.

— Да. Я охранник в медицинском городке. Меня зовут Андрей, — отозвался её собеседник, только это не настоящее моё имя...

— А какое же настоящее? — изумилась женщина.

— Меня зовут Андриус Голь, — представился мужчина.

— Подождите, это же как в легенде, — озадачилась Лена.

— А я и есть человек из легенды, — вздохнул охранник, — пожалуй, я всё вам расскажу, сил нет уже держать это в себе. Позвольте напроситься к вам на чашечку чая.

— Что ж, милости прошу, — пробормотала женщина, всё больше удивляясь.

Она указала гостю на стул возле небольшого стола. Он устало на него опустился, брякнув оружием. Лена покосилась на меч и спросила:

— И он настоящий?

— Меч-то? Да, настоящий, — ответил Андрей, — можете не сомневаться. Ему более тысячи лет.

Лена восприняла эту информацию как шутку, но спорить не посмела. Она налила ароматный чай в стеклянные кружки с изображением Ладожского озера и его достопримечательностей. По кухне разнёсся пряный аромат травяного напитка. Женщина поставила на стол тарелочку с печеньем. Гость задумчиво разглядывал картину на стене.

— Так вы сказали, что являетесь человеком из легенды?

— Да, — протянул мужчина, — только легенда сильно приукрашена. Я бы даже сказал, она противоречит истине, ибо то, что рассказывают, увы, не соответствует действительности. На самом деле всё было так. Родился я много веков назад среди людей, называвших себя дравирами. Дравиры жили тогда на территории современной Германии. Тогда этой страны ещё и в помине не было, да и других европейских государств не существовало. Народ наш отличался коварством и жестокостью. Мы жили на равнинах, граничащих на юге с волшебным лесом. Да, да, в те времена мир выглядел совсем по-другому. Его населяли существа, считающиеся сейчас мифическими. В волшебных лесах жили эльфы.

— Эльфы! — изумилась Лена.

— Да, эльфы, — подтвердил Андрей, — они жили мирно и тихо в своём лесу, строили дома на деревьях и питались диковинными плодами. Эльфы никогда не нападали на людей, а наоборот, помогали, исцеляя разнообразные недуги и хвори, используя силу волшебных трав. Но люди вместо благодарности отплатили им злом. Дело в том, что дравиры позарились на лесные богатства. К тому же у эльфов были сокровища, стоящие баснословных денег. И вот дравиры затеяли войну с целью истребить лесных жителей и завладеть их имуществом. Я, как сын князя, возглавил тогда войско. Смело вступили мы под своды таинственного леса. Но, к нашему удивлению, миролюбивые эльфы оказались весьма искусными воинами, не желавшими так просто прощаться с жизнью и со своими домами. Нас ждало отчаянное сопротивление. В ту ночь эльфы нас разбили. Я, тяжело раненый, лежал на земле и считал уже минуты, отделяющие меня от смерти. Соратники посчитали меня мёртвым и, отступая, оставили лежать и ожидать своей участи. Однако враги оказались благородными и не стали добивать раненого. Они отнесли меня в своё поселение и занялись лечением. Много дней я провёл в домике, расположенном на ветвях могучего дуба с серебристой карой, сверкающей по ночам. Раны мои искусные целители врачевали настойками, изготовленными из чудесной светящейся травы, которая в изобилии росла тогда в лесах. Эльфы прониклись ко мне доверием и особо не осторожничали при мне. Так узнал я, что в их поселении хранятся поистине невероятные драгоценности. Среди них был золотой талисман, изображающий солнце. В центр его был впаян серебряный месяц. Эту реликвию эльфы ценили больше всего. Я испытал восторг, глядя на эти сокровища, а потом и зависть. Постепенно в моей тёмной душе созрел коварный план. Насилу я упросил эльфов отпустить меня к моему народу. Я слукавил, пообещав, что отговорю дравирских князей продолжать войну. Эльфы, поверив мне, отпустили меня восвояси. Но не добром собирался я отплатить своим спасителям. В тот день, когда вернулся я в своё поселение, тут же собрали совет, на котором рассказал о сокровищах и выдал все уязвимые места эльфийского поселения. Моё предложение напасть на эльфов, застав их врасплох, вызвало бурное одобрение. И вот уже через несколько дней большой военный отряд под моим руководством под покровом звёздной ночи проник в лес. Тёмные тени воинов бесшумно скользили по светящейся траве. Я глядел на неё, и мучали меня угрызения совести. Но совесть свою я душил алчными мыслями об эльфийских сокровищах.

Мы напали внезапно. Эльфы оказывали сопротивление, но на этот раз победа была на нашей стороне. Я размахивал вот этим самым мечом, проливая кровь своих благодетелей. Эльфийская девушка, которая чаще других перевязывала мои раны, с ужасом смотрела, как занёс я над ней своё оружие. Она, видя неминуемую гибель свою, крикнула мне: «Андриус! У тебя совсем нет сердца!»

Но я не слушал её. Мой меч поразил несчастное создание, а я, завладев заветным талисманом в виде золотого солнца с серебряным месяцем в центре, ликовал. Безумный! Уже тогда проклял я свою судьбу! Осмотревшись по сторонам, я увидел, что мои воины празднуют победу среди многочисленных трупов. Деревья с расположенными на них домами пылали в огне. Мы пировали, опьянённые жадностью и жестокостью. Но вот посреди пира откуда-то появился седовласый старец в простеньком одеянии. Он стоял неподвижно среди всего этого безумия, словно статуя, а в руке у него был посох. Дравиры прекратили петь и плясать и уставились на пришельца. «Что тебе здесь надо, старик? Пир не место для таких доходяг, как ты!» — насмешливо крикнул я под одобрительный смех своих соратников. «Меня зовут Беловлас, — раздался вдруг властный его голос, — и я пришёл призвать тебя к ответу, Андриус Голь, подлый предатель и гнусный обманщик! Эти несчастные, которые лежат сейчас бездыханные на земле, спасли тебе жизнь! И чем же ты отплатил им? Кровью!» — «Это война, старик, — ответил я, — что же ты хочешь? На войне все средства хороши!» — «Даже во время войны нужно оставаться человеком, — возразил Беловлас, — но с тобой случилось иначе. Ты чудовище. Что тебе сказала эльфийка, когда ты её убивал? Она сказала, что у тебя нет сердца. И она права! Теперь у тебя не будет сердца, ибо ты не заслуживаешь иметь его».

Сказав эти слова, Беловлас приблизился ко мне. Я хотел напасть на него, но он воздел руку, и я вместе со своими воинами застыл на месте, не имея возможности пошевелиться. И вот волшебник коснулся остриём своего посоха моей груди и разрезал её! Невероятную боль испытал я тогда. Старик же вынул моё отчаянно бьющееся сердце и произнёс слова заклятия: «Теперь ты, Андриус, будешь блуждать по свету живым мертвецом и искать меня, чтобы вернуть себе своё сердце. Этот талисман, который ты незаконно повесил на свою шею, поможет тебе вернуть его». Маг ударил посохом о землю и в тот же миг исчез. Я упал, терзаемый жгучей болью. Рана на моей груди стала затягиваться, но биения сердца уже не слышалось в моём теле. С тех пор я блуждаю по миру угрюмым странником. Ищу я Беловласа и не могу найти.

— Это невероятная история, в которую сложно поверить, — заметила Лена.

— Так смотрите же! Вот доказательство! — воскликнул Андрей и показал женщине висящий у него на шее золотой талисман в виде солнца, в центре которого красовался месяц.

— Ничего себе! — только и смогла произнести озадаченная Лена. — А вы не боитесь, что я всем расскажу, кто вы на самом деле?

— Но вам же никто не поверит, — ответил Андрей, — не выставляйте себя на посмешище. Вы добрая женщина, мне бы не хотелось, чтобы у вас были неприятности.

— Откуда вы знаете, что я добрая? — поинтересовалась Левина.

— Это все знают. Вы переживаете за своих пациентов. Вот и сейчас в ваших глазах грусть. Должно быть, у кого-то из ваших подопечных дела не очень хорошо идут.

— Всё верно, — вздохнула Лена, — родители Серова Дмитрия не могут оплатить дорогостоящую операцию на сердце, и парню грозит безвременная гибель.

Андрей замолчал. Он что-то бормотал и, казалось, вёл спор сам с собой.

— Похоже, я знаю, как помочь вашему юному пациенту, — наконец сказал мужчина. — Я всё улажу, не беспокойтесь.

После этих слов Андрей резко встал и, учтиво поклонившись хозяйке, покинул её дом. Женщина выглянула в окно, и ей показалось, что из-под нахлобученного серого капюшона, который её гость успел накинуть на голову, исходит зеленоватое сияние. Однако возможности ещё что-либо рассмотреть у Лены не было, так как загадочный человек растворился в ночи.

Прошла неделя. Лена, встречаясь на работе с Андреем, здоровалась с ним, но предпочитала держаться на расстоянии. Она была благодарна мужчине за спасение от грабителя, заинтригована необычной внешностью охранника, но ни капли не поверила в мистическую историю его жизни. Левина решила, что Андрей имеет какие-то нарушения психики, и старалась ограничить с ним общение.

Через несколько дней в кабинете Юрия Львовича, руководителя медицинского центра «Планета здоровья», произошёл волнительный разговор.

— Я вызвал вас, Елена Михайловна, чтобы сообщить радостную новость, — обратился главврач к Левиной, — нашёлся спонсор, который оплатил стоимость операции, необходимой Серову Дмитрию!

— Как?! Не может быть! — обрадовалась Елена. — Кто этот великодушный человек?

— Он пожелал остаться неизвестным, — ответил Юрий Львович, — так что готовьте парня к операции.

— Отлично! Это невероятно! Необходимо сейчас же сообщить об этом Диме и его родителям.

Женщина собиралась уже выскочить из кабинета, но вдруг послышались выстрелы. Руководитель и Левина замерли в недоумении.

— Показалось? — предположил Юрий Львович.

— Вероятно, — настороженно ответила Елена, — стихло всё.

— По-моему, эти звуки доносились с поста охраны, — пробормотал напуганный руководитель центра, — я аккуратно выгляну и узнаю, в чём дело.

Он подкрался к двери и, тихонечко её открыв, вышел в коридор. Левина последовала за ним. Медленно врачи приблизились к посту охраны. Сперва ничто не насторожило их, но потом, к своему ужасу, они увидели распростёртого на полу Олега Семёновича, пожилого охранника. Он застонал, прикрывая огнестрельную рану рукой. Вдруг послышался шум, и из-за угла выскочил тот самый здоровяк, что напал на Лену на пустынной дороге.

Оказывается, это был опасный рецидивист с повреждённой психикой. В ту ночь, когда грабитель убежал от Андрея, он спрятался среди деревьев и видел, как охранник нёс на руках перепуганную женщину. Здоровяк проследил за ними, скрываясь за деревьями. Он так же выяснил, где работают его несостоявшаяся жертва и её защитник. Имея больную психику, человек этот решил напасть на медицинский городок и расправиться с охранником и врачом. К тому же бандит рассчитывал чем-то поживиться в таком благоустроенном медицинском центре. Он, полагая, что здесь крутятся большие деньги, захотел испытать удачу. Здоровяк ранил Олега Семёновича, а Андрей, ничего не знавший о нападении, беспечно возвращался на пост охраны после обхода территории с вечерней проверкой. Лена застыла в ужасе. Здоровяк хохотнул и воскликнул:

— Ну что, красотка? Теперь-то тебе никто не поможет!

Андрей приблизился к месту происшествия как раз в ту минуту, когда бандит навёл дуло пистолета на оцепеневшую женщину. Он бросился к Елене и, прежде чем раздались выстрелы, заслонил её своим телом. Здоровяк произвёл несколько выстрелов подряд. Пули изрешетили грудную клетку Андрея, и он рухнул на пол. Здоровяк даже взвизгнул от удовольствия и вновь прицелился, намереваясь застрелить теперь уже Лену. Но пожилой охранник, собрав все свои силы, достал оружие и выстрелил в бандита, сразив его наповал. Здоровяк упал замертво.

Первая вышла из оцепенения Лена. Она бросилась к Андрею и увидела на его одежде пулевые отверстия, но крови почему-то не было. Немного удивившись, Левина приступила к решительным действиям. Она подкатила каталку, стоящую у стены, и, призвав на помощь Юрия Львовича, попыталась переложить на неё пострадавшего. Андрей был без сознания. Главврач и Левина после нескольких попыток всё же уложили охранника на каталку.

— Везём в операционную! — взволнованно прокричала Лена. — Удивительно, но он дышит. Возможно, жизненно важные органы не задеты!

— Олег Семёныч! Ты как? — крикнул главврач, обращаясь к другому раненому.

— Нормально, — простонал Семёнович, — пуля прошла по касательной. Вы обо мне не беспокойтесь, у меня лёгкое ранение. Андрюху спасите!

Лена и Юрий Львович ворвались в операционную и стали срочно готовить инструменты. Вызывать помощь времени не было, счёт шёл на секунды. Вдруг Андрей очнулся и пробормотал:

— Что это вы со мной делаете?

— Спасаем вас! — отозвалась Левина, надевая хирургический халат.

— Не надо меня спасать, — пробормотал Андрей, — сейчас я приду в себя, мне надо лишь полежать чуть-чуть.

— У него шок, — сказала Лена Юрию Львовичу, — делаем рентген! Надо увидеть, какие повреждения в его теле произвели пули.

В операционной была ещё одна комната как раз для таких случаев. Врачи переместили туда Андрея и, надев свинцовые фартуки, приступили к работе.

— Да не нужен мне ваш рентген! — запротестовал пострадавший, когда с него стянули рубашку. — Говорю же вам, я в порядке! Лучше Семёнычу помогите.

Но Левина уже привыкла к разным реакциям пациентов во время экстренных ситуаций. Она произвела рентгеновский снимок. Получив изображение, женщина принялась его тщательно изучать, опасаясь, что одна из пуль могла повредить сердечную мышцу. Но постепенно на лице её проступило недоумение. Врач встряхнула головой, протёрла глаза, но, посмотрев вновь на снимок, побледнела.

— Я ничего не понимаю... — пробормотала она, — Юрий Львович, взгляните! Где его сердце? Сердца нету! Это, наверное, брак какой-то, придётся переделывать снимок.

— Это не бракованный снимок, — отозвался Юрий Львович, — у Андрея действительно нет сердца.

— Не поняла... — удивилась женщина.

— У тебя ведь нет сердца, Андриус Голь? — обратился к охраннику главврач.

— Откуда вы знаете моё настоящее имя? — поразился Андрей, всё более приходя в себя.

— Так ведь именно я отнял у тебя сердце! Я все эти века наблюдал за тобой.

— Не может быть! — воскликнул Андрей. — Так ты Беловлас!

— Совершенно верно, — отозвался Юрий Львович и вдруг стал стремительно меняться. Его тело вытянулось и постройнело, на голове появились длинные седые волосы, сморщенное лицо теперь обрамляла белоснежная борода. И вот уже это был не толстый низкорослый мужчина с плешью на голове, а седовласый старец.

Лена сползла по стенке на пол и округлёнными глазами наблюдала за долгожданной встречей.

— Я ждал этого момента сотни лет! — воскликнул Андрей. — Но теперь поздно. Ведь я продал талисман, который должен был мне помочь вернуть сердце.

— Я знаю, — с улыбкой отозвался Беловлас, — ты отдал его миллионеру, ценителю и коллекционеру древностей, который обещал за это проспонсировать операцию для Дмитрия Серова.

— Верно, — подтвердил Андрей, — я уже отчаялся тебя найти, решив, что ты давно покинул наш мир. Пусть уж лучше талисман этот поможет кому-то ещё.

— Верно ты рассудил, — одобрил охранника волшебник, — теперь я вижу, что ты исправился и готов вновь стать человеком.

Маг протянул вперёд руку, и каким-то чудом в ней появилось человеческое сердце. Лена таращила глаза, не веря в происходящее. Сердце билось в руке Беловласа. Андрей же от волнения не мог говорить, слёзы проступили на его глазах. Маг приблизился к мужчине и рукой нащупал старый рубец от страшной раны. Внезапно он вонзил пальцы в безжизненное тело и раздвинул мёртвую плоть. Мужчина закричал от боли. На груди Андрея показалась рана, в которую волшебник вложил его сердце. Охранник тяжело дышал, наблюдая, как рана в его груди стремительно заживает. Лена едва не потеряла сознание от этой картины. Все её представления о мироустройстве рушились на глазах. Она наблюдала, как в операционной оживает невероятная легенда.

— Теперь ты снова человек! — заявил Беловлас. — Скитания твои по миру закончились, живи и радуйся каждому дню. А мне пора вернуться к своим обязанностям.

Сказав это, волшебник вновь обернулся полным приземистым мужичком в больших очках и поспешил оказать помощь Семёновичу, который уже успел вызвать полицию.

Андрей светился от счастья. На его лицо вернулся румянец. Он с упоением слушал биение своего сердца и щупал пульс. Лена, потрясённая, продолжала сидеть на полу.

— Теперь-то вы мне верите, Елена Михайловна? — засмеялся мужчина, но Левина была не в состоянии комментировать увиденное.

Прошло несколько дней. Серова Дмитрия успешно прооперировали. Семёнович, отделавшись неглубокой раной, сидел на больничном. Врачи самоотверженно трудились, посвящая свою жизнь пациентам. Они были шокированы новостью о том, что их любимый руководитель, Юрий Львович, увольняется. Никто не мог объяснить причины такого решения. Ведь должность у него была завидная, хорошо оплачиваемая. И только Андрей и Левина Елена знали, почему он покинул этот пост.

— Его ждут теперь другие дела, — объяснил Андрей Лене, когда они остались на едине, и их никто не мог услышать, — он же волшебник. Наверняка Беловлас отправился туда, где происходит какая-нибудь несправедливость. Я тоже, кстати, увольняюсь.

— Ты? — поразилась Лена. — Куда же ты пойдёшь работать?

— Туда, где нуждаются в помощи, — отозвался Андрей, — хочу поступить на службу в МЧС. Что я тут штаны протираю? Лучше буду спасать людей. Это зов моего сердца.

Через две недели Андрей, получив расчёт и трудовую книжку, уехал в неизвестном направлении. Левина Елена больше никогда его не видела, но часто ей во сне являлся мужественный воин с мечом в руке и светящимися зелёными глазами. Он теперь навсегда поселился в её сердце.

4.Жители Подполья

Джордж не знал точно, когда явились великаны. Старики поговаривают, будто когда-то давно предки жили бок о бок с этими кровожадными исполинами. Чудовища обычно ходили при свете дня, ночью же в основном спали. Уже тогда предки страдали от их жестокости. Согласно преданиям, великаны обладали не только невероятной мощью, они были к тому же изобретательны. Их изощрённый ум создавал оружие, способное уничтожать мирных обитателей Земли. В конце концов великаны сотворили нечто, что едва не погубило их самих. Старожилы рассказывают, что монстры почти полностью исчезли, а народ, к которому принадлежал Джордж, смог вздохнуть с облегчением. Да, от домов остались одни руины, но зато можно было в них обитать спокойно, не опасаясь за свою жизнь. Однако время шло. Несколько поколений сменили друг друга, и вот вновь появились они. Чудовища явились в полуразрушенные города и вновь напустили на жителей ужас. Маленькому народу пришлось уйти в подполье, где мерзкие создания не могли дотянуться до своих жертв. Днём на поверхность показываться стало крайне опасно. Лишь ночью можно было выползти и попытать счастье.

Вот и теперь Джордж возвращался с ночного промысла. Он рыскал всю ночь в поисках еды. Ему посчастливилось найти кое-какие продукты, которые необходимо было переправить домой, точнее, туда, где теперь был дом. Нести еду на всех членов семьи не так-то просто. Тем более испытывая постоянный страх за свою жизнь. Джордж прислушивался к каждому шороху. Он то и дело останавливался и разглаживал свои длинные усы, опасаясь уловить запах опасности. Но нет, всё спокойно. Больше всего добытчик страшился почувствовать вибрацию пола, создаваемую топотом страшных великанов. Их нога спокойно могла превратить Джорджа в сплошное месиво. Но этой ночью всё было спокойно. Джордж подтащил найденные припасы к небольшому лазу в подполье. Сперва он пропихнул в щель еду, потом протиснулся следом. Мрак накрыл его с головой. Тем не менее Джордж уверенно отыскал дорогу: за долгое время, проведённое в подполье, он научился хорошо видеть в темноте. Здесь опасность, связанная с великанами, сходила на нет. Зато возникала другая угроза. В любой момент могли появиться те, кто не хочет рисковать жизнью, вылезая на поверхность. Они предпочитают отнимать добычу у смельчаков. В окрестностях орудовала одна такая банда. Но Джордж был не простачок. Он давно проложил себе путь в труднопроходимой местности. Маршрут его лежал через то место, где когда-то прорвало канализацию. Нечистоты давно вытекли и разложились, но вонь осталась. Даже мародёры не спешили в это зловонное место, и лишь Джордж, превозмогая приступы тошноты, брёл среди этой мерзости.

С каждым шагом ловких конечностей смельчак приближался к дому. Вот уже закончилась вонючая пустынная местность. А вон и первые убежища, сооружённые из тонких полусгнивших листов фанеры. Он тащил свой улов, волоча его по земле, если то, что крошилось и хрустело под ногами, можно было назвать землёй. Наконец показалась его собственная лачуга. Луиза, дорогая супруга Джорджа, постаралась придать удручающему пейзажу хоть каких-то красок. Она украсила вход в жилище обрывками разноцветной ткани, что удалось добыть Джорджу на поверхности. Здесь, в вечном мраке, такая роскошь могла показаться бесполезной, но глаза жителей подполья привыкли к темноте, и потому каждый сосед смог оценить по достоинству старания Луизы.

— Дорогой, это ты? — услышал Джордж встревоженный голос жены, когда пропихивал в узкий вход свою добычу.

Она подбежала к нему, помогла справиться с задачей, а потом обняла мужа своими тоненькими конечностями.

— Ну что ты так переживаешь? — упрекнул её Джордж. — В твоём положении нельзя нервничать.

— Каждый раз, когда уходишь на поверхность, ты рискуешь не вернуться, — судорожно вздохнула Луиза. — Что я потом буду говорить нашим детям, если они, появившись на свет, останутся без отца?

— Расскажешь им то же самое, что и в других семьях, — невозмутимо ответил ей супруг.

— Да, что ты геройски погиб, добывая для беременной жены крошки хлеба, — уныло промямлила Луиза.

— Что поделать? Это суровая реальность наших дней, — пожал плечами Джордж. — Почти все твои подруги уже лишились мужей.

— А многие и детей, — всплакнула его жена.

— Ну, ну. Не переживай. Всё будет хорошо, — Джордж обнял спутницу его трагической, полной лишений жизни и пощекотал её лоб своими длинными усами.

Луиза, немного успокоившись, принялась изучать добычу супруга. Здесь был и огромный кусок хлеба, и крохи сахарного песка, и немного зелени, кажется, укропа.

— Как ты это всё дотащил? — удивилась она.

— На этот раз не пришлось далеко ползти, — объяснил Джордж. — Видимо, великаны что-то праздновали накануне и обронили еду, а убрать не удосужились. Вот я и подобрал всё это недалеко от подполья, поэтому нести продукты долго не пришлось.

— Ты у меня настоящий герой, — восхищённо пролепетала Луиза. — Дети обрадуются. Особенно сахару.

— Где они кстати?

— Ещё спят.

Но как только мать семейства высказала это предположение, за стенкой послышалось шуршание многочисленных ног, а спустя мгновение вокруг родителей уже столпилась стайка ребятишек.

— Папа! Папа! — пищали они разными голосами, перебивая друг друга. — Ты принёс что-нибудь вкусненькое?

— Сперва надо поесть хлеба, — с напускной строгостью ответил Джордж. — А сладкое первой мама покушает, потому что в её чреве тоже затаились малыши, ваши братики и сестрёнки. И им необходимо подкрепиться.

— А когда они родятся? — спросила одна малышка.

— Всему своё время, Полли, — услышала она усталый голос матери.

Малышня ещё долго копошилась возле продуктов, а усталый Джордж поплёлся в супружескую спальню, которую отделяла от детской импровизированная стена из прогнившей фанеры.

Наступало утро, самая опасная часть суток. Лишь свет касался земли, великаны просыпались, и горе тем, кто не успевал добраться до подполья. Этот день был особенно неспокойным. Откуда-то сверху раздавался сильный грохот.

— Великаны что, решили разобрать свой мир по частям? — удивлялся Мик, сосед Джорджа, зашедший на чашечку чая.

— Они давно уже разобрали по частям свой мир, — проворчал Джордж. — Ты же видел, какая наверху разруха. Буквально камня на камне не осталось. После последней чудовищной войны мы уж думали, что ни одного великана не осталось на свете. Ан нет, выжили, гады. И продолжают пакостничать.

— Того и гляди планета разлетится на куски! — тревожно воскликнула Луиза. — Великаны постоянно друг с другом воюют.

— А заодно и со всеми жителями Земли, — подхватил Мик. — Слыхали, сколько, оказывается, животных исчезло? Говорят, чуть ли не каждый день какой-нибудь вид живых существ уходит в небытие.

— Видно по всему, скоро конец света! — чуть не плача заявила Луиза.

— Да ладно вам паниковать, — остановил её супруг. — Будем надеяться на лучшее. А сейчас надо выспаться перед ночной вылазкой. Мик, ты не передумал со мной идти?

— Разумеется, нет, — ответил Джорджу сосед. — Ты хорошо знаешь всё наверху. С тобой мне как-то надёжнее. Моя дорогая жена родила мне прекрасных малышей, теперь я просто обязан удвоить свои старания при поисках пищи.

— Да, родительство — это большая ответственность, — согласился Джордж. — Что же, тогда, как стемнеет, приползай к выходу.

Весь день Джордж спал плохо. Хоть Луиза и запретила детям играть в шумные игры, но от этого было не легче, так как грохот порой стоял такой, что жители подполья с трудом могли слышать друг друга.

— Чую я, что-то затевают эти гады, — прошептал Джордж Луизе. — Будь осторожна сегодня ночью, когда меня не будет. И за детьми следи.

— Хорошо, дорогой, — с тревогой в голосе пообещала ему супруга.

В назначенное время Мик уже ждал соседа возле лаза в подполье. Джордж сухо поздоровался с ним. Обменявшись ещё парой реплик, смельчаки выползли из подземелья. Сперва они тревожно осмотрелись. Джордж заметил, что некоторые гигантские предметы, которые великаны используют в качестве мебели, сдвинуты с места. Это его несколько насторожило. Однако вокруг стояла такая нерушимая тишина, что напряжение немного спало, и Джордж решил начать свои обычные поиски. Мик следовал за ним. В этот раз, к удивлению Джорджа, нигде не валялись крошки или объедки еды великанов. Это было очень странно. По всей округе не было заметно пищи. Мик и Джордж потратили несколько часов на поиск, но тщетно. И вот когда они уже совсем отчаялись, Мик вдруг уловил какой-то запах. Запах этот дурманил и манил к себе. Пахло арахисом. И чем-то сладким. Мик, увлечённый, пополз в ту сторону, откуда разливался этот сказочный аромат. Джордж, хоть и обрадовался перспективе добыть пищу, всё же очень тревожился. Этой ночью всё пошло не так, что-то опасное таилось впереди. Мик полз всё быстрее, ловко перебирая длинными тонкими конечностями. Джордж едва поспевал за ним. Вскоре увидели они нечто большое. Это выглядело как домик, но только очень больших размеров. Точнее было бы сравнить это с крышей, которая просто лежала на полу. Огромный вход в это странное помещение был распахнут настежь. Именно оттуда и разносился умопомрачительный запах. Мик ринулся вперёд с ещё большей скоростью.

— Погоди, Мик! — закричал Джордж. — Мы не знаем, что это за штуковина! Её вчера здесь не было. Быть может, это великаны поставили какую-то необычную ловушку? Вернись! Мик!

Но Мик, гонимый голодом и тщеславием, думал лишь о том, с какой гордостью положит перед женой и тёщей свой трофей. Он ринулся под своды подозрительной крыши и, прежде чем Джордж успел что-то предпринять для его вразумления, действительно попал в беду. С разбегу Мик ворвался под таинственную крышу и тут же прилип к полу. Его конечности намертво увязли в каком-то клее. Мик дёрнулся и тут же упал. Всё бы ничего, да только в результате этого падения к липкой поверхности прилипло и его тело. Мик попытался оторвать свой живот от пола, да не тут-то было. Раздался скрежет, хруст, но клей держал мёртвой хваткой. Только тут Мик заметил под крышей своих сородичей. Все они так же прилипли и, уже задыхаясь, плакали и стонали.

— Мик! — послышался истерический вопль Джорджа.

— Стой, где стоишь! — изо всех сил крикнул Мик.

— Что это такое? — ошарашенно спросил Джордж, когда подполз к краю липкой поверхности.

— Не знаю... — отозвался его сосед, которому дышать становилось всё труднее, так как в дыхательные пути уже проникли частички клея. — Отойди подальше, приятель... похоже, тебе придётся возвращаться в подполье одному...

— Не смей так говорить, слышишь! — прокричал Джордж, но сосед прервал его:

— Послушай, со мной всё кончено. Я приклеился намертво. Даже если я не задохнусь до утра, с рассветом всё равно придут великаны и прикончат меня. Уходи, ибо время это близко.

— Нет, нет, нет! Я не брошу тебя! — запротестовал Джордж. — Где это видано, чтобы жители подполья бросали друзей? Я вытащу тебя!

С этими словами смельчак попытался ухватиться за длинные усы соседа. И у него это получилось. Джордж изо всех сил потянул приятеля за усы. Мик закричал от боли, отчего другие несчастные, попавшие в эту ловушку, встрепенулись. Их угасающее сознание в последний раз ужаснулось общей участи. Раздался хруст, и кончик уса Мика оторвался. Джордж в отчаянии повалился на землю и зарыдал, как ребёнок.

— Ничего не поделаешь, — тяжело дыша, произнёс Мик. — Ползи домой! Светает уже! Живо! Передай моей жене и детям, что я любил их. Любил так, как никто любить не умеет!

— Я не могу бросить тебя здесь! — заорал Джордж и тут же почувствовал, как сотрясается земля.

— Быстрее! Уходи! — приказал его сосед. — Великаны приближаются! Уползай! Живо! А то без кормильца останутся не только мои дети, но и твои!

— Я позабочусь о твоих малышах, — всхлипывая, пообещал Джордж и кинулся прочь, чтобы спрятаться за ближайшем укрытием.

Когда он добежал до какого-то гигантского предмета, назначения которого не знал, то спрятался за ним не в силах оставить друга. Джордж надеялся, что это ещё не конец и Мика можно спасти. Но в следующую минуту великан, ухмыльнувшись, начал разглядывать тех, кто находился под крышей. После этого монстр злорадно улыбнулся, и стало ясно, что шансов у бедолаг не осталось. Гигант выпрямился во весь рост, поставил исполинскую ступню на крышу и тут же смял её в лепёшку, надавив всем телом! Что тут сделалось с Джорджем! Он закричал во всю глотку, но этим он, разумеется, уже ничем не мог помочь соплеменникам, от которых осталось лишь месиво. Предавшись горю, Джордж временно забыл о своей собственной безопасности. Он рыдал и валялся по земле. Великан, вероятно, довольный своим кровавым деянием, замурлыкал себе под нос какую-то мелодию, весёлую и не вязавшуюся со всем происходящим. Джордж часто заморгал. Потом он взял себя в руки и решился на короткую перебежку к лазу в подполье. К счастью, великан не заметил его.

Оказавшись в безопасности, Джордж вновь зарыдал, теперь уже во весь голос. Он валялся по сгнившему полу, проклиная и великанов, и участь своего народа, а также судьбу всех жителей Земли, когда-либо пострадавших от действий безжалостных чудовищ. Излив своё горе, он поплёлся к дому, обескураженный, отчаявшийся, потерянный. Луиза встретила его тревожными расспросами, но сил отвечать не было никаких. Джордж повалился на постель со словами:

— Мика больше нет.

Супруга ахнула, но больше ничего не стала говорить. Они уже привыкли к ежедневным смертям, если к этому вообще можно привыкнуть. Джордж забылся тревожным сном.

Это случилось примерно в полдень. Когда большинство жителей подполья находятся дома. Никто не ожидал, что будет атака. Вообще давно великаны не предпринимали каких-либо масштабных действий против жителей подполья. Все расслабились, полагая, что так и будет продолжаться, что монстры, убедившись в пагубности оружия, отказались от его использования. Ведь сами-то они чуть не вымерли из-за постоянных войн. Такие мысли оказались фатальной ошибкой для многих. Джордж открыл глаза и потянулся, поднимая все шесть конечностей вверх, чтобы их размять после сна. Его рыжий хитиновый покров немного помялся и тоже нуждался в разминке. Где-то на кухне хлопотала Луиза, пытаясь состряпать что-то из еды, принесённой супругом прошлой ночью. Её лапки то и дело летали над крошками хлеба. Вокруг толпились дети, клянча что-нибудь вкусненькое. Хорошо, что у тараканов по шесть лапок, иначе бы Луизе ни за что не справиться с многочисленными домашними делами, не говоря уже о детях. Джордж залюбовался супругой. Её хитиновый покров был чуть темнее, чем у него, а округлое брюшко особенно восхищало своей женственностью. Луиза смеялась и шутливо ворчала, когда кто-то из детей, озорничая, вырывал из её лапок хлебные крошки. Джордж улыбнулся.

Внезапно эта идиллия была прервана многочисленными криками. Не понимая, что происходит, супруги выбежали из дома и увидели, как в их сторону бегут перепуганные тараканы.

— Спасайтесь! — кричали они сородичам. — Химическая атака! Великаны нас травят!

Джордж кинулся в дом, Луиза побежала следом. Они знали, что у них есть считанные секунды, чтобы спасти малышей. Супруги похватали детей и вновь покинули дом. Задача состояла в том, чтобы как можно глубже забиться в подполье, куда не проникнет отрава. Но плотная толпа перепуганных жителей мешала продвигаться в нужном направлении.

— Пропустите хотя бы женщин и детей! — заорал Джордж.

Но тараканы были охвачены паникой и не слушали его. Тонкотелые самцы бешено рвались во все щели, которые только видели. Многие самки, как и Луиза, были беременны и не имели возможности протиснуться хоть в какое-то укрытие.

— Здесь нам не пройти! — сказал Джордж Луизе.

— Что же делать? — заплакала она.

Джордж не знал, что делать. Он молча стоял. Внезапно какая-то отчаянная решимость овладела им.

— Вперёд! За мной! Я знаю обходной путь!

— Это вокруг котловины? — с ужасом спросила Луиза. — Но мы не успеем...

— Успеем! — прервал её муж.

Они помчались по намеченному маршруту, а за спиной у них уже расстилалось ядовитое облако, которое распыляли люди. «Люди!» — вспомнил Джордж забытое слово. Великаны именно так и назывались. Эти существа всегда отличались воинственностью. Несколько лет назад именно их действия поставили под угрозу всё живое на Земле. И надо же было такому случиться, что некоторые из этих монстров выжили.

Джордж остервенело работал лапами, таща плачущих детей на спине. Луиза плелась следом. Наконец впереди показался подходящий лаз. Тараканы знали, что туннель этот уходит круто вниз, и ядовитое облако будет спускаться по нему очень медленно. Это обстоятельство позволит беглецам избежать гибели. Надо только добежать до лаза и вылезти на другом конце подполья, далеко отсюда, может, даже в другой квартире. Удушливое облако всё приближалось. Луиза, выбившись из сил, упала. Джордж кинулся ей помогать.

— Нет! — закричала на него Луиза. — Спасай детей!

— Я тебя не брошу! — испуганно воскликнул Джордж.

— Ты не можешь тащить и детей, и меня, — возразила ему жена. — Так все погибнем! Уходите! Уходите! Прошу тебя, любимый.

Джордж замер. Он не мог просто взять и оставить супругу умирать в страшных мучениях. Луиза плакала, теребила его, но он просто стоял, как парализованный. Между тем зловонное облако уже приближалось. В воздухе почувствовался удушающий запах. Он проникал в дыхательные пути, вызывая приступы кашля. Из оцепенения Джорджа вывели вопящие от ужаса дети.

— Уходите! — рыдала Луиза.

Джордж вновь взял себя в руки и, поцеловав супругу, схватил детей и помчался с ними к спасительному проходу. Сыновья и дочери его по очереди проникли в коридор. Перед тем как скрыться за ними, Джордж обернулся. Он уже не видел супругу, так как густой химический туман накрыл её. Это был конец. Конец её жизни, конец семейного счастья и конец всем надеждам на то, что люди перестанут уничтожать всё живое на этой планете. В глазах Джорджа стояли слёзы. Он решительно смахнул их и скрылся во мраке туннеля.

5. Люди огня

Промозглый мартовский воздух проникал под одежду, вызывая неприятные ощущения. Мокрый снег наводил тоску, а серое небо давило сверху унынием. Пассажиры междугороднего автобусного рейса, озябнув, переминались с ноги на ногу. Они ворчали, ругали погоду, руководство вокзала, но сделать ничего не могли. Внезапная мартовская метель внесла свои коррективы в планы людей, задержав рейс на целых два часа.

— Вы понимаете, что я опаздываю на конференцию?— выливал своё возмущение на сотрудников вокзала пожилой мужчина.

— А я из-за вас опоздаю на электричку из Осташкова,— пищала молодая студентка,— это же Москва! И такой бардак! Почему вовремя не можем выехать?

— Успокойтесь, уважаемые граждане,— уговаривал пассажиров злосчастного рейса сотрудник автовокзала, — нежданная метель вызвала на трассе крупную аварию. Из Москвы в данном направлении пока нет возможности выехать. Просим вас набраться терпения. Вы можете пройти в зал ожидания.

Возмущение людей всё росло, и только одна молодая женщина не высказывала недовольства. Её голубые глаза смотрели безучастно, и на лице читалось полное равнодушие ко всему происходящему. Зайдя вместе с другими пассажирами в зал ожидания, женщина сняла вязаную шапку, чтобы отряхнуть её от снега. Копна светлых, почти белых волос рассыпалась по её плечам.

Прошёл ещё час томительного ожидания. Некоторые пассажиры, поскандалив, сдали билеты. Наконец поступила информация, что движение на автомагистрали возобновлено и автобус Москва-Осташков отправляется в рейс через десять минут. Люди, гудя, ринулись на перрон. Голубоглазая блондинка не спеша последовала к месту посадки, теребя тонкими пальцами билет. Она заняла своё место у окна и принялась рассматривать хмурое небо через стекло, как будто оно было иным, чем на улице.

Автобус тронулся в путь. Кто-то звонил по телефону, кто-то шуршал пакетами, доставая еду и напитки. Из сумочки блондинки послышалась мелодичные звуки.

— Алло, — ответила она, достав телефон.

— Алёна, ты уже доехала? — спросил тревожный женский голос.

— Нет, Инга, сейчас только выехали, — ответила блондинка, — рейс задержался из-за аварии на дороге.

— Ясно,— послышалось в ответ, — счастливо тебе доехать, дорогая. И отдохнуть тоже. Отвлечёшься хотя бы от всего этого кошмара.

— Спасибо, — рассеянно проговорила блондинка, смахнув накатившую слезу, — позже я тебе наберу. Пока.

Блондинку звали Алёной. Это была красивая тридцатипятилетняя женщина со стройной фигурой и большими грустными глазами небесного цвета. Она переживала непростой период своей жизни. Месяц назад закончился бракоразводный процесс, и судья, удовлетворив иск Алёны, расторгнул её неудачный брак с психопатом, коим оказался теперь уже бывший муж.

Пятнадцать лет назад молоденькая девушка Алёна Зорина ответила на ухаживания обворожительного Власа, молодого мужчины. Он имел нужные связи и деньги и смог организовать свой бизнес. Но не из-за успешности молодого предпринимателя юная девушка согласилась на замужество. Она действительно была влюблена. Влас, интересный и галантный, покорил её сердце, и она с радостью пошла под венец в роскошном белом платье. Родители тогда ещё были живы и от всей души радовались за дочку. Так Алёна из Зориной превратилась в Шарыкину. Влас Шарыкин, её обожаемый муж, превратил жизнь своей благоверной в сказку. И после свадьбы он продолжал задаривать жену дорогими подарками, возить на курорты, и, казалось, этому волшебству не будет конца. Однако со временем отношение успешного бизнесмена к молодой жене начало меняться. Он всё чаще с раздражением делал замечания Алёне по малейшему поводу. Особенно придирчиво относился он к её внешности: то причёска не та, то фигура чуть изменилась, то макияж не подходит к платью. Но особенно ужасны были его приступы ревности. Влас контролировал каждый шаг Алёны, оградил её от подруг и даже ограничил общение с родителями. Внешне чета Шарыкиных выглядела счастливой парой, но Алёна всё чаще ощущала себя просто дорогой красивой вещью, у которой не должно быть собственного мнения и личных интересов.

Молодая женщина в первые годы семейной жизни очень хотела родить ребёнка, но муж был категорически против. Позже Алёна и сама начала понимать, что ребёнок лишь усугубит семейную драму. Она в свои тридцать пять лет ещё не испытала материнского счастья и материнских тревог.

Впервые о разводе Алёна заикнулась четыре года назад. Тогда Влас пришёл в неописуемую ярость. Он избил Алёну так, что её красивое лицо представляло собой сплошной синяк. Муж постоянно психологически давил на жену и запугивал. Алёна не посмела обратиться в полицию. Увидев беспомощность своей жертвы, мужчина всё больше упивался властью над ней. Избиения стали регулярными. Инга, единственная подруга Алёны, с которой она продолжала в тайне от мужа общаться, уговорила её всё-таки подать на развод. Только посоветовала срочно съехать с их роскошной квартиры. Алёна и сама понимала, что жизнь её превратилась в ад и надо срочно вырываться из цепких лап психопата.

Бракоразводный процесс длился больше полугода. Всё это время женщина скрывалась то у подруги, где муж быстро нашёл её, то в кризисном центре. Влас менял тактику в поведении с женой. Угрозы и грязные оскорбления с его стороны сменялись дорогими подарками, которые он умудрялся передавать беглянке, и обещаниями исправиться. Но Алёна была непреклонна. В конце концов она получила долгожданный документ, который сообщал, что брак её расторгнут и она больше не игрушка в руках жестокого тирана. Вскоре женщина получила новый паспорт на свою девичью фамилию. Теперь она вновь Алёна Зорина. Бывший муж сделал всё, чтобы обобрать её до нитки. Большая часть имущества отходила ему. Алёне досталась лишь старенькая родительская квартира в спальном районе Москвы.

Стояли мартовские деньки. Чтобы хоть как-то снять стресс, женщина приобрела путёвку в санаторий на озере Селигер. Было межсезонье, и цены приятно радовали. Автобус ехал мимо заснеженных полей. Белым одеялом укрылась земля. Ещё немного, и оно, превратившись в воду, напитает новыми соками пробуждающуюся жизнь. Алёна позвонила в санаторий и предупредила, что задерживается из-за форс-мажорных обстоятельств. Поговорив по телефону, женщина, утомлённая длительной поездкой, задремала.

Когда Алёна открыла свои голубые глаза, то увидела, что закат розовыми красками разукрасил небо. Пассажиры оживлённо суетились, они прибыли в Осташков. Выйдя из автобуса, Алёна забрала свой небольшой багаж и стала ожидать трансфер, который по договорённости должен был доставить её в санаторий « Селигерская здравница ». Сев в машину, женщина извинилась за опоздание. Весёлый водитель и не думал сердиться. Он всю дорогу болтал, не обращая внимания на то, что пассажирка равнодушно молчит.

Уже в сумерках машина въехала на ухоженную территорию, окружённую хвойным лесом. Женщина, поблагодарив водителя, вошла в красивое здание и обратилась на ресепшен. Миловидная девушка встретила её улыбкой и, проверив паспорт, принялась оформлять документы, необходимые при заселении в номер. Выполнив все процедуры, администратор проводила Алёну в одноместный номер экономкласса на первом этаже. Привыкшая к роскоши бывшая жена состоятельного человека теперь радовалась небогатому интерьеру дешёвого номера без удобств. Она понимала, что свобода и спокойствие дороже шуршания зелёных купюр и комфорта. Она теперь сожалела лишь о том, что потратила столько лет на жизнь с недостойным человеком.

Санаторий « Селигерская здравница » располагался на берегу легендарного озера. Сюда, на Селигер, устремляются туристы со всей центральной России. Но в марте народу было немного. Все соседние номера занимали милые бабульки и старички, которым посчастливилось получить путёвки в отделе социальной защиты и отдохнуть за счёт государства. Алёна и не стремилась к шумным компаниям, устав от светской жизни, порой более фальшивой, чем в бюджетном сериале. Поужинав в просторной и светлой столовой, молодая женщина отправилась в свой номер и легла спать.

Утро пробудило Алёну радостным чириканьем птиц. Вчерашнее ненастье сменилось ясной погодой. Хотя зима всё ещё не сдавалась, удерживая минусовую отметку на термометрах, всё же чувствовалось, что её владычеству скоро придёт конец. Позавтракав и познакомившись с Раисой Ивановной, заслуженной учительницей, вышедшей на пенсию, Алёна подошла на ресепшен. Она хотела узнать, какие дополнительные услуги оказывает санаторий. Выяснилось, что кромеspa-процедур, оздоровительного массажа, кислородных коктейлей и ванн с морской солью, предлагается разнообразить пребывание в уютном месте активными видами отдыха. Администратор сообщила, что у них можно взять напрокат коньки, лыжи и даже снегоход. Сезон близится к концу, но погода ещё позволяет насладиться зимними видами спорта. Алёна остановила свой выбор на беговых лыжах.

— Давненько я не каталась, — мечтательно улыбаясь, сообщила она сотруднице санатория.

— В самое время вспомнить давно забытые ощущения,— любезно улыбнувшись, ответила девушка.

Несмотря на то, что недавно прошёл снегопад, любители покататься на лыжах уже успели проложить лыжню по новому снеговому покрову. Алёна ехала, наслаждаясь удивительными зимними пейзажами этого края. Снег искрился в солнечных лучах. Мохнатые ветви елей клонились к земле под тяжестью снежных шапок. Было скользко. Лыжи несли женщину сквозь сказочный лес к берегу спящего Селигера. Залюбовавшись красотами природы, Алёна совершила оплошность. Она на приличной скорости выехала на высокий берег. Не успев затормозить, женщина понеслась на лыжах по крутому склону и выскочила прямо на лёд.

В то мартовское утро солнце уже успело обласкать панцирь водоёма, поэтому лёд был достаточно тонким, тем более что накануне стояла оттепель. Алёна, оказавшись далековато от берега, испугалась. И не зря. Послышался характерный хруст. Женщина попыталась двинуться в сторону берега, но тут лёд под ней треснул, и она провалилась вместе с лыжами в воду. Алёна закричала что есть мочи, но лишь безмолвием ответил ей прибрежный лес. Она находилась далеко от санатория. Что делать? Женщина чувствовала, что погружается всё глубже. В лыжные ботинки залилась вода, и они мигом отяжелели. Лыжница поняла, что нужно срочно их снять и попытаться выбраться на лёд. Невероятным усилием она нащупала замёрзшими пальцами шнурки, которые, к счастью, развязались. Освободив ноги из ботинок, женщина постаралась вскарабкаться на лёд, но он предательски ломался. Ужас и паника овладели Алёной. Она бессильно кричала. Вдруг на берегу появился мужчина.

— Держитесь! Я сейчас вас вытащу! — прокричал он и скинул с себя куртку.

То, что происходило дальше, Алёна восприняла как галлюцинацию угасающего сознания. Мужчина снял свитер, а потом и рубашку. Его по пояс обнажённое тело отличалось прекрасно развитой мускулатурой. Рельефные мышцы свидетельствовали о внушительной физической силе. Но не это поразило Алёну. С удивлением и страхом потерпевшая увидела, что незнакомец присел на четвереньки.

Внезапно его кожа на спине треснула, и из разрывов плоти высунулись два багровых отростка. Они увеличивались в размерах и сперва напоминали толстые жгуты. Потом женщина заметила, что из удивительных новообразований за спиной мужчины развернулись большие перепончатые, словно у летучей мыши, крыла тёмно-красного цвета. В этот момент незнакомец поднял взгляд, и, перед тем как уйти под воду, Алёна увидела, что глаза человека вспыхнули оранжевым огнём. Дальше водяной свод над её головой сомкнулся. Женщина не видела, как незнакомец поднялся вверх, взмахнув мощными крыльями. Рассекая холодный воздух, он устремился к месту происшествия. Зависнув у самой поверхности воды, мужчина вглядывался в водную стихию. Потом он нырнул в озеро и, на ощупь обнаружив пострадавшую, вытащил её на поверхность. Его крылья усиленно работали, унося к берегу двойную ношу. Как только крылатый человек опустился на заснеженный берег, он принялся освобождать Алёну от заиндевевшей одежды. Когда женщина оказалась лишь в нижнем белье, мужчина крепко прижал её к своей широкой груди и, закрыв огненные глаза, весь напрягся. Ярким свечением засияло его тело. Он, подобно фантастической саламандре, казалось, был объят огнём. Алёну лизали языки мистического пламени, но не обжигали её тело, а согревали. Это странное действие продлилось несколько минут, после чего мужчина вместе со спасённой женщиной взмыл в воздух, махая ярко-красными крыльями, словно гигантская бабочка.

Когда Алёна открыла свои голубые глаза, она, смутно припоминая случившееся, подумала, что умерла. Но потом, ощутив своё тело, поняла, что её жизнь всё ещё продолжается на земле. Женщина огляделась. Обстановка была ей незнакома. Какая-то комната с низким потолком, в которой царил полумрак. Посередине помещения топилась печь. Отчётливо слышался треск горящих дров. Алёна заметила, что под потолком натянута бельевая верёвка, на которой сушатся её вещи. Сама же она была одета в чужой алый свитер, явно ей великоватый, и какие-то чёрные шерстяные колготки. Тёплые носки согревали стопы. Алёна прислушалась. За дверью раздались чьи-то шаги. Ещё мгновение, и дверь со скрипом отворилась. В комнату зашёл тот самый мужчина, что спас её. Теперь женщина смогла как следует разглядеть его. Высокий и статный, он оказался величественно красив. Мужественное лицо было гладко выбрито, чёрные волосы коротко острижены. Внимание привлекали его глаза. Они были чрезвычайно тёмными, с трудом Алёна разглядела радужную оболочку, почти не отличимую от зрачка. Женщина ощутила страх, глядя в эти бездонные очи.

— Не бойтесь, — неожиданно дружелюбно сказал мужчина, — вас пугают мои глаза? Вы не первая, кому они пришлись не по нраву. Но что поделать? Такой уж я уродился. Как вас зовут?

— Алёна.

— О! Как в сказках, — засмеялся мужчина, — а я Аркадий. Абрамов Аркадий Андреевич.

— Очень приятно, — пролепетала Алёна.

Вдруг она вспомнила всё, что видела, перед тем как уйти под воду. Она отпрянула от странного человека, вжавшись в спинку дивана.

— Вы меня боитесь? — догадался её собеседник.

— Вы... У вас были крылья... — пробормотала Алёна.

— Что у меня было?

— Крылья....

— Ну, знаете ли, дамочка, — усмехнулся Аркадий, — у людей, находящихся на грани смерти, могут быть галлюцинации. Это объяснимо. Думаю, Алёна, вы вскоре успокоитесь и забудете это неприятное происшествие. Сейчас мы попьём чай, а потом я отвезу вас в санаторий.

Аркадий ушёл, но вернулся уже через несколько минут с подносом, на котором стояли две чашки ароматного чая и тарелочка с печеньем.

— Угощайтесь, Алёна, — предложил мужчина, — тем более что вам не мешает сейчас находиться в тепле и пить побольше горячего чая, ведь ваш организм испытал сильный стресс. Провалиться под лёд — это вам не шутка.

— Как вы меня спасли? Лёд ведь тонкий, — спросила Алёна.

— Ну, это дело техники, — ответил Аркадий, — я раньше работал в МЧС и знаю, как спасать потерпевших.

— А как вы оказались в лесу? — не унималась Алёна.

— На данный момент я работаю в лесничестве. Сегодня утром решил пройтись, проверить не расставлены ли где-нибудь браконьерами капканы. Услышал ваш крик со стороны озера и поспешил к вам на помощь.

— Спасибо вам большое, — поблагодарила своего спасителя женщина, — если бы не вы, я бы погибла.

— Теперь всё позади, — улыбнулся Аркадий, — только за лыжи и ботинки вам придётся возместить ущерб санаторию. Они утрачены безвозвратно.

Собеседники допили чай, закусив печеньем, и начали собираться в дорогу.

— Алёна, ваши вещи ещё не просохли, — сообщил Аркадий, — я сложу их в большой пакет, а вы пока наденьте мою куртку.

— Да как-то неудобно,— замялась женщина.

— Ничего, ничего, — подбодрил её лесничий, — за меня не переживайте, я без куртки не замёрзну. — Он накинул её на плечи тёмный пуховик и предложил надеть на ноги зимние сапоги сорок четвёртого размера.

— Великоваты, конечно, — усмехнулся Аркадий, — но до машины доковыляете.

Они вышли из избы. Неподалёку была припаркована машина. Аркадий, открыв дверь, учтиво предложил Алёне занять пассажирское место на переднем сиденье. Сам же он сел за руль и завёл машину.

— Вы знаете дорогу к санаторию? — спросила Алёна.

— Конечно! — уверенно кивнул лесничий. — Я же здесь всё знаю по долгу службы. К тому же бываю в санатории почти каждый день. Там работает моя младшая сестра администратором. Такая стройная брюнетка.

— Да. Она вчера регистрировала меня при заселении, — припомнила Алёна, — милая девушка. Регина, кажется, зовут.

— Совершенно верно, — подтвердил Аркадий.

Машина быстро домчала их до санатория « Селигерская здравница ».

— Позвольте я помогу вам отнести вещи в помещение, — сказал Аркадий.

— Да, если вас не затруднит, — ответила Алёна.

Мужчина помог ей выйти из машины. Потом он достал из багажника пакет с промокшими вещами.

— Обратитесь в прачечную, — посоветовал лесничий, — они там просушат куртку как следует.

— Спасибо.

Аркадий помог своей новой знакомой отнести вещи в здание санатория.

— Больше не проваливайтесь под лёд, — попросил он Алёну.

Она улыбнулась и ответила:

— Постараюсь.

Аркадий пожал на прощание ей руку. Алёна с удивлением заметила, что руки мужчины необыкновенно тёплые, почти горячие. Между тем он не выглядел больным, а наоборот, имел цветущий вид.

С тех пор Алёна и Аркадий виделись почти каждый день. Они обменялись телефонами и созванивались, договариваясь о встрече, либо просто подолгу разговаривали. Алёна рассказала своему новому знакомому печальную историю своей жизни. Аркадий же мало что о себе рассказывал, но её притягивала в нём эта таинственность и загадочность. Его глаза... Они такие странные: то тёмные, то вдруг вспыхнут багровым пламенем.

Однажды Алёна поехала со своей соседкой, Раисой Ивановной, в ближайший посёлок, славившийся большим вещевым рынком, где можно было приобрести текстильные изделия местных мастериц. Когда дамы, довольные сельским шоппингом, уже собирались в обратный путь, их внимание привлёк шум на центральной площади посёлка. Женщины поспешили выяснить, в чём дело. Они увидели шумную толпу с плакатами. Люди выкрикивали лозунги и вели себя весьма возбуждённо.

— Что здесь происходит? — спросила Алёна местную жительницу.

— Жители деревни Лесное протестуют против вырубки лесов и сброса сточных вод в Селигер.

— А где эта деревня? — поинтересовалась Раиса Ивановна.

— Да в десяти километрах от санатория «Селигерская здравница», — последовал ответ.

— Мы как раз там отдыхаем, — сказала Алёна.

— Эта деревня окружена густым лесом, — продолжила говорить жительница посёлка, — стоит она на берегу небольшого Селигерского залива. Вообще, жители тамошние странные какие-то. Многие считают их сектантами. Не общаются ни с кем. Живут особняком. Правда, кое-кто из ихней молодёжи работает в санатории и общается с людьми. И, что самое интересное, все они брюнеты и глаза у них такие тёмные.

Алёна сразу вспомнила Аркадия и Регину. В это время какой-то высокий мужчина подошёл к ним и сказал:

— Уважаемые дамы, мы боремся за сохранение окружающей среды, собираем подписи против экологического беспредела. Не хотите ли поучаствовать? Для этого необходимо расписаться и оставить свои контакты. Эти меры направлены против уничтожения лесных ресурсов и загрязнения Селигера, жемчужины центральной России.

Алёна посмотрела на мужчину и удивлённо ахнула, узнав в нём охранника санатория.

— Я вас узнал, — сказал мужчина, — вы у нас отдыхаете. Видите, в свободное от работы время сражаюсь за правду. Так вы поставите свою подпись?

— Да, конечно! — согласилась женщина, — я за охрану природы.

— И я распишусь, — заявила Раиса Ивановна, — а то этак мы вообще без леса останемся.

— И без чистой воды, — добавил мужчина и сверкнул своими необычайно тёмными глазами.

Алёна пристально на него посмотрела и поинтересовалась:

— Вы, случайно, не родственник Аркадия и Регины Абрамовых? Уж очень вы на них похожи.

— Я-то? Конечно, я их родственник, — подтвердил охранник, — можно сказать, мы, жители деревни Лесное, все родственники между собой. Меня, кстати, Адриан зовут. Я вашим знакомым прихожусь дядей по материнской линии.

— Так Аркадий и Регина тоже родом из Лесного?

— Разумеется, — подтвердил Адриан, — многие сотрудники санатория наши односельчане и родственники. Мы пытаемся наладить мирную жизнь с людьми, устраиваемся на работу, социализируемся, так сказать.

— Интересно. Аркадия нет на митинге? — полюбопытствовала Алёна.

— Он считает это пустым занятием, — махнул рукой Адриан, — мой племянничек уверен, что нужны более радикальные меры, а мы здесь занимаемся ерундой.

— Радикальные меры? — в недоумении проговорила Раиса Ивановна.

— Да. Он у нас прям революционер какой-то, — засмеялся охранник.

В это время к толпе подъехала чёрная машина с тонированными стеклами, и из неё, окружённый охраной, вышел толстый человек средних лет.

— А вот и Холиков, глава нашего района! — выпалил Адриан, сверкнув покрасневшими глазами. — Это он покрывает масштабную вырубку леса. До свидания, дамы, я пошёл исполнять свой долг.

Адриан устремился к прибывшему представителю власти и закричал:

— Господин Холиков! Когда вы прекратите этот беспредел?

— Пойдём, Алёна, — попросила Раиса Ивановна, — а то как бы здесь какая-нибудь потасовка не началась. Пора возвращаться в нашу уютную здравницу. Тем более скоро автобус поедет. Пошли.

Женщины заторопились на автобусную остановку, эмоционально обсуждая проблемы экологии и митинг деревенских жителей.

В течение вечера Алёна безуспешно пыталась дозвониться до Аркадия. Перед сном она решила пройтись подышать свежим воздухом, наполненным запахом хвои. Её ноги ступали по тропинке, вытоптанной в рыхлом мартовском снегу. Она решила пройтись до уютной беседки, окружённой зарослями можжевельника и высокими стройными туями. Беседка была скрыта среди этих насаждений. Алёна любила там отдыхать в одиночестве. Она была уверена, что в столь поздний час там никого нет. Однако, приблизившись к своей цели, услышала голоса. Её сердце взволнованно забилось, когда она узнала голос Аркадия. Женщина еле сдержала порыв подбежать к своему спасителю. Но, вспомнив о приличиях и о том, что она уже зрелая дама, а не взбалмошная девчонка, сдержалась. К тому же она не хотела показывать Аркадию, как волнуется при встрече с ним. Алёна решила, что надо вести себя с достоинством. Она сейчас будто невзначай пройдёт мимо беседки. Но слова, которые она услышала в следующее мгновение, заставили её передумать и спрятаться в зарослях.

— И ты сожжёшь его дом? — спросил знакомый голос.

— Да, Адриан, — ответил Аркадий, — он не оставил нам выбора.

— Но, брат, это очень рискованно! — произнесла девушка, в которой Алёна узнала Регину.

— К тому же старейшины против таких мер, — сказал охранник.

— Зато молодёжь нашей деревни полностью поддерживает меня! — заявил Аркадий. — Мы слишком лояльны к нашим врагам! До каких пор мы будем отступать? Холиков ведёт преступную деятельность. Ему дают крупные взятки, и он закрывает глаза на факты уничтожения леса. Наш дом уничтожат!

— Так, может, обратиться в высшие инстанции? — предложила Регина. — В министерство по охране природы, например?

— Дорогая сестрёнка, — возразил Аркадий, — ты весьма наивна. У людей все сферы жизни коррумпированы. Их сердцами правят деньги. У нас простой и жестокий выбор: или мы защищаем свою землю, или вынуждены будем покинуть родные края и удалиться в труднодоступные и малонаселённые регионы, жизнь в которых весьма тяжела.

— Возможно, ты прав, племянник, — вздохнул Адриан.

— Сегодня я начинаю войну против этих нечистых на руку чиновников! — почти прокричал Аркадий.

Алёне стало страшно. Невольно подслушанный разговор был похож на заговор. Она, как можно тише скрываясь за можжевельником, удалилась. Беседующие так были увлечены обсуждаемой проблемой, что не заметили её.

Женщина, вернувшись в свой номер, долго не могла успокоиться. Она решила лечь спать, но заснуть тоже не получилось. Лишь к утру её сморил беспокойный сон.

Когда утром Алёна открыла глаза, она не сразу поняла, что происходит. С улицы доносились какие-то крики. Женщина выглянула в окно и увидела, что рядом со входом в здание припарковано несколько полицейских машин, а сотрудники санатория о чём-то спорят со стражами порядка. Алёна быстро оделась и поспешила к ресепшену, чтобы выяснить, что произошло. Когда она подошла к стойке администрации, то увидела, как полицейский разговаривает с Региной. Девушка явно нервничала и еле сдерживала слёзы. Вдруг со стороны лестницы, ведущей на второй этаж, показались Аркадий и Адриан в сопровождении стражей порядка.

— Вам придётся проехать с нами в полицейский участок и дать показания, — услышала Алёна слова полицейского.

— Как вам угодно, — отозвался Аркадий, — только вы всё равно ничего не докажете.

— Аркадий! — взволнованно воскликнула Алёна. — Что всё это значит?

— Не беспокойся, Алёнушка, — весело откликнулся мужчина. — Через пару часов меня отпустят.

— Объясните, почему вы задержали этих людей? В чём вы их обвиняете? — потребовала Алёна, обращаясь к полицейским.

— Пока ни в чём, — ответил один из сотрудников полиции, — а вы, собственно, кем приходитесь задержанным?

— Я подруга Аркадия Абрамова.

Полицейский как-то мерзко усмехнулся и процедил:

— Подруга? Так и скажите, что вы с ним спите.

Аркадий, услышав эти слова, вспыхнул от гнева и закричал полицейскому:

— Не смей оскорблять эту женщину! Иначе пожалеешь!

— Это что, угроза в адрес сотрудника полиции, находящегося при исполнении служебных обязанностей? — ответил полицейский дрогнувшим голосом, который выдал его испуг.

— Нет! — грозно рявкнул Аркадий. — Это предупреждение. Если кто-нибудь обидит эту милую даму, то, клянусь, он не доживёт до утра! Теперь поехали в ваш участок.

Аркадия и Адриана вывели на улицу и увезли в полицейской машине. Тут самообладание изменило Регине, и она разрыдалась.

— Регина, что произошло? — попыталась выяснить Алёна.

Но Регина лишь всхлипывала не в состоянии толком ничего объяснить. На стене висел жидкокристаллический телевизор. Отдыхающие, встревоженные шумом и появлением полиции, переключали каналы и остановили своё внимание на выпуске новостей. Журналист на фоне какого-то пепелища рассказывал зрителям о произошедшем:

— Страшный пожар уничтожил сегодня ночью особняк главы нашего района, Холикова Евгения Борисовича. На месте происшествия пожарные обнаружили обгорелый труп человека. Личность погибшего устанавливается. По предварительной версии следствия, это и есть хозяин особняка. Как известно, у главы района вчера произошёл конфликт с жителями деревни Лесное, которые организовали на центральной площади посёлка Орешково несанкционированный митинг. Это далеко не первая акция протеста, инициаторами которой являются жители глухой деревни. Напомним, что граждане, проживающие в деревне Лесное, конфликтуют с представителями власти по поводу вырубки леса, окружающего данный населённый пункт. А также их тревожит загрязнение озера Селигер сточными водами, не прошедшими должную очистку. Следствию предстоит распутать тугой клубок сложных взаимоотношений властей и местных жителей, а также выяснить, на какие средства был построен столь роскошный особняк Холикова. Вполне вероятно, что вскроются нелицеприятные факты из биографии главы района, которые, возможно, спровоцировали граждан совершить поджёг его богатого жилища.

— Какая жуть! — возмущённо резюмировала Раиса Ивановна. — Дикость просто! Одни воруют, другие поджигают. И куда мы только катимся!

Алёна, дождавшись, когда постояльцы уйдут завтракать, обсуждая происшествие, подошла к Регине. Она, обняв девушку за плечи, мягко спросила:

— Региночка, скажи, ведь Аркадий не мог совершить ничего подобного?

Регина как-то странно на неё посмотрела. На мгновение женщине показалось, что глаза администратора вспыхнули красным пламенем и тут же потухли.

— Алёна, — проговорила девушка, — я не хотела бы говорить на эту тему... Аркадий...о н боец. Боец за правду и справедливость!

— Так скажи мне правду. Мог он это сделать или нет? — попросила Алёна. — Пойми, твой брат мне небезразличен. Он запал мне в сердце, в самую душу.

— Если так, — ответила Регина, если вам небезразлична его судьба, тогда уговорите его уехать.

— Уехать? — удивилась Алёна.

— Да, — ответила девушка, — половина жителей деревни Лесное уже переехали в другой регион. Так советуют нам наши старейшины. Но Аркадий и некоторые, кто помоложе, захотели остаться здесь и попытаться ужиться рядом с людьми. Но ничего не выходит. А вас, Алёна, он послушает. Его сердце бьётся неровно в вашем присутствии. Аркадий обязательно прислушается к вашему мнению. Если он здесь останется, то рано или поздно попадёт в беду!

Девушка вновь расплакалась. Алёна не знала, что и думать.

После утренних событий прошло несколько часов. В полицейском участке Аркадию и его дяде дали подписать какие-то бумаги и отпустили со словами:

— Ваше счастье, что против вас нет никаких улик. Но будьте уверены, в конце концов вы попадётесь.

— Да ладно заливать, — ответил весело Аркадий, — наша совесть чиста, в отличие от совести проворовавшихся чиновников.

Мужчины вышли из участка.

— А ты здорово струхнул, Коля, когда этот Аркадий Абрамов на тебя наехал сегодня в санатории, — обратился к напарнику один из стражей порядка, — я слышал, как твой голос задрожал.

— Ты бы, Олег, тоже задрожал, когда тебе угрожает один из этих, — буркнул Николай, тот самый полицейский, что по-хамски разговаривал с Алёной.

— Неужто ты веришь в старые байки? — засмеялся Олег.

— Это не смешно, — серьёзно ответил Николай, — и это никакие не байки! Я сам однажды видел...

— Видел что?

— Огненного человека, — перейдя на шёпот ответил Николай, — человека-дракона, как их ещё называют.

— Да ну! — не поверил Олег. — Брешешь!

— Нет, — твёрдо возразил напарник, — это случилось много лет назад. Я тогда ещё пацаном был. Оказался я как-то недалеко от их деревни, за грибами ездил туда на велике. Лето было. Решил искупаться в озере. Подхожу к берегу, вижу, Степан стоит, охотник из Лесного. Он снял одежду-то с себя и стоит себе голышом. Думаю, что за ерунда? Спрятался на всякий случай. И вижу, что кожа на его спине расходится, и из образовавшихся щелей вылазят два крыла, будто у летучей мыши! Я чуть сознание не потерял. А Степан этот как взлетит в воздух и давай в небе круги наворачивать, а потом скрылся из вида. Я едва живой до дома доехал. И не я один видел такое. Говорят, все жители Лесного настоящие драконы!

— Ну ты даёшь, Колян, — поразился Олег, — не знал, что у меня напарник поехавший.

— Не веришь, не надо! — отозвался Николай. — Только помяни моё слово, Холикова вместе с его особняком кто-то из них спалил.

Часы пробили полдень. Алёна, не находя себе места, вышагивала по дорожке вокруг здания санатория. Внезапно она услышала за спиной шаги и обернулась. Рядом стоял Аркадий.

— Вот видишь, милая Алёна, я не виновен и меня отпустили, — сказал он с улыбкой.

— Аркадий, — упавшим голосом ответила Алёна, — я слышала вчера вечером разговор в беседке. Что происходит? Кто ты?

Лицо Аркадия изменилось. Глаза из тёмных сделались красными. Он шагнул вперёд. Алёна отпрянула.

— Ты слышала наш разговор, но ни слова не сказала о нём полицейским. Почему?

— Потому что я не хочу, чтобы тебя упекли в тюрьму! — голос Алёны задрожал, на глазах выступили слёзы.

Мужчина приблизился к женщине вплотную и, схватив под локоть, повёл её за территорию санатория.

— Пойдём прогуляемся, — шепнул он Алёне, — ты хочешь знать правду? Ты её узнаешь.

Аркадий подвёл женщину к своей машине и, открыв дверь, заставил её сесть на заднее сиденье. После этого мужчина сел за руль и завёл автомобиль. Алёна хотела закричать, но от ужаса оцепенела. Она не успела опомниться, как машина уже помчалась по расчищенной дороге через лес.

— Ты убьёшь меня? — дрожа всем телом спросила женщина.

— Вот ещё! — скривился в ухмылке Аркадий. — Я не для того тебя спасал, чтобы сейчас лишить жизни. Ты хочешь узнать обо мне правду, я тебе её расскажу. И покажу.

Через четверть часа они оказались на заснеженном берегу Селигера, укрытого хвойным лесом. Аркадий вышел из машины и предложил Алёне сделать то же самое.

— Смотри, как прекрасна природа этого края! — восторженно произнёс мужчина. — Сколько в ней величия и первозданной красоты. И это великолепие люди хотят уничтожить! Я, как и все жители нашей деревни, принадлежу древнему роду людей-драконов.

— Так, значит, мне не показалось, что у тебя выросли крылья, когда ты спасал меня?

— Нет, не показалось. Мы, люди огня, имеем уникальную способность летать, а также управлять жаром, исходящим из наших тел.

— И вы можете поджигать что-то или кого-то? — осторожно спросила Алёна.

— В моменты гнева да, — подтвердил её догадку Аркадий, — но не только гневом полны наши души. В наших сердцах может пламенеть великая неугасаемая любовь! Хочешь полететь со мной под облака?

— Не знаю, наверное... — испугалась Алёна.

Аркадий скинул с себя одежду, по пояс обнажив своё могучее тело. Его спина изогнулась, и кожа на ней разошлась. Два мощных крыла расправились за спиной мужчины. Он подошёл к Алёне и, крепко обняв её, взмыл в воздух. Сперва женщина не смела открыть глаза, но, когда она это сделала, невероятная картина раскрылась перед ней. Они летели над застывшим озером. Солнце освещало снеговой покров, который белым гигантским платком укрыл землю. Верхушки древних елей оказались далеко внизу и покачивались на ветру будто в фантастическом танце. Лазурное небо казалось бездонным морем. Птицы испуганно шарахались от них, выкрикивая что-то на своём языке. У Алёны дух захватило от этого волшебного полёта. Ветер остервенело дул в лицо, но ей не было холодно, так как горячее тело её удивительного друга источало жар. Так летели они довольно долго. Наконец Аркадий, заприметив высокую сосну, опустился на толстые ветви. Он всё ещё крепко обнимал Алёну, не давая женщине упасть с высоты.

— Тебе понравилось летать? — с надеждой в голосе спросил он.

— Ещё как! Это просто фантастика! Может, я сплю?

— Нет, — уверил подругу крылатый человек. — Это не сон, а чудесная явь. Я надеюсь, ты больше не боишься меня?

— Не боюсь, — ответила Алёна, — но мне нужно знать правду, чтобы я могла тебе доверять.

— Правду?

— Это ты убил Холикова?

Аркадий помрачнел. Он глубоко вздохнул и ответил:

— Холиков не оставил мне выбора. Уже длительное время идёт ожесточённая война. Люди огня пытаются защитить свои земли. Но мы проигрываем в этой борьбе. Нас осталось слишком мало. Когда-то люди-драконы были сильной и могущественной расой. С тех пор прошли тысячелетия. Видно, нам суждено сгинуть в клещах цивилизации и прогресса. Наше время иссякло. Мы угасающее племя. Несколько месяцев назад начались убийства наших соплеменников. Сперва один наш брат был застрелен в Москве, куда отправился с докладом для правительства о нарушениях в природоохранной сфере. Спустя месяц убили нашу сестру, которая собрала компромат на Холикова. Вчера вечером я пришёл в его дом, чтобы в последний раз попробовать договориться с ним. Но вместо диалога Холиков стал стрелять в меня! Я пришёл в ярость и уже не управлял своим жаром, который вырывался из самого сердца. Его особняк вспыхнул, как спичечная головка. В гневе я направлял языки пламени то на стены, то на потолок, то на предметы интерьера. Увы, война есть война, а на войне бывают жертвы с обеих сторон. В юности я ещё верил в нашу победу, но теперь начинаю осознавать, что борьбу мы проиграем. У людей много современного оружия, они уничтожат нас, как только мы откроем свою сущность и начнём яростно сопротивляться им. Я думаю, а не уйти ли и мне вслед за нашими старейшинами в глушь, как это сделало большинство жителей деревни Лесное.

— А куда они ушли? — спросила Алёна и с грустью посмотрела на друга.

— Они ушли на Северный Урал. Там, среди горных вершин и глухой тайги, мой народ попытается построить новую жизнь. Я тоже решил туда уйти.

— Так почему не ушёл?

— Потому что встретил тебя, — взволнованно ответил Аркадий и посмотрел Алёне в глаза.

Щёки молодой женщины вспыхнули румянцем, и она опустила свои прекрасные глаза.

— Я люблю тебя, Алёна, — тихо, но очень отчётливо признался огненный человек, — не знаю, какие чувства испытываешь ты ко мне, но я точно не смогу жить вдали от тебя. Мне понятно, что в твоих глазах я монстр, мутант, чудовище, но это не меняет моего отношения к тебе.

— Я не считаю тебя монстром, — проговорила Алёна.

— И ты могла бы полюбить такого, как я? — с надеждой в голосе спросил Аркадий. — Впрочем, нет, не отвечай! Я не готов сейчас слышать правду. Просто прошу тебя, подумай как следует, а потом, когда я вновь спрошу тебя о любви, ответишь. Теперь же полетим вновь в это небесное море!

Он вновь крепко прижал Алёну к своему горячему телу, и они взмыли ввысь, рассекая воздушные массы.

Только вечером вернулась Алёна в санаторий. Щёки её пылали, голубые глаза блестели. Она с улыбкой проскользнула мимо стойки администрации. Регина, взглянув на счастливую женщину, загадочно улыбнулась. Оказавшись в номере, Алёна упала на кровать и с умилением запела вполголоса какую-то романтическую песенку. Вдруг в номер постучали. Женщина открыла дверь. На пороге стояла Раиса Ивановна.

— Алёнушка, с тобой всё в порядке? — поинтересовалась заслуженная учительница. — Ты не пришла на ужин.

— Ах, Раиса Ивановна! Мне и ужин-то не нужен. Я порхала в небесах!

— Да ты и сейчас порхаешь в небесах, — хитро прищурившись, заметила Раиса Ивановна и прошла в номер.

— Да! Жизнь прекрасна! — восторженно заявила Алёна.

— Всё с тобой ясно, — рассмеялась соседка, — любовь преображает всё вокруг.

— Любовь? — притворно удивилась Алёна.

— Не разыгрывай меня, — отмахнулась учительница, — я что, не вижу, как ты расцветаешь в присутствии Аркадия. Надо сказать, он весьма интересный мужчина, хоть в нём и есть что-то пугающее.

Женщины продолжили беседу за чашкой чая. Они засиделись далеко за полночь.

На следующий день фантастический полёт повторился. И все последующие дни Алёна и Аркадий провели вместе. Между тем отдых Алёны в санатории «Селигерская здравница» подходил к концу, и женщина заволновалась. Нужно было принимать судьбоносное решение: связать свою жизнь с таким странным существом или, оставив надежду на счастье, уехать обратно в Москву и забыть всё как волшебный сон. Аркадий чувствовал это состояние своей возлюбленной, но не хотел оказывать на неё давление. Он желал, чтобы она осознанно сделала свой выбор.

— Полетели в мою деревню, — предложил мужчина, — там ещё остались некоторые жители.

— Полетели, — согласилась Алёна.

Они парили под облаками и наслаждались великолепным видом с высоты птичьего полёта. Подлетев к Лесному, Аркадий уже собирался пойти на снижение, как вдруг увидел, что из одного дома выходят люди в военной форме.

— Зачем здесь военные? — насторожилась Алёна.

— Не знаю, — нахмурился Аркадий и приземлился на ближайшую к деревне, сосну.

Из своего укрытия Алёна и Аркадий с ужасом наблюдали, как военные обливали каждый дом каким-то раствором. Спустя ещё несколько минут солдаты начали поджигать дома, которые тут же вспыхивали, словно факелы.

— Вот уроды! — вознегодовал Аркадий. — Что они творят?! Я сейчас полечу туда и уничтожу каждого из них!

— Нет, Аркадий! — взмолилась Алёна. — Силы неравны, они убьют тебя!

— Пускай! Зато я успею отомстить!

— А как же я? — заплакала женщина. — Как я буду жить без тебя?

— Тебе действительно небезразлична моя судьба? — спросил мужчина, замирая от волнения.

— Небезразлична! — подтвердила Алёна. — Прошу тебя, не подвергай себя напрасно опасности. Давай вместе уедем на Урал! Только умоляю, не рискуй собой!

— И ты готова ехать со мной? — дрогнувшим голосом спросил Аркадий.

Вместо ответа Алёна приблизила своё милое личико к его суровому лицу и поцеловала его.

— Я согласна, — прошептала она.

Аркадий от волнения не смог ничего ответить. Он, схватив возлюбленную, взлетел в небо и направился к санаторию.

Влюблённые опустились на пушистый снег. Алёна поспешила в здание, чтобы собрать свои вещи.

— Я пока пойду разогрею машину, — крикнул ей Аркадий, — поедем на вокзал за билетами.

Женщина, сияющая от счастья, впорхнула в вестибюль корпуса санатория и, напевая что-то, намеревалась освободить свой номер.

— Алёна! — окликнула её Регина.

— Да, — улыбнулась в ответ та.

— Вас тут спрашивал какой-то мужчина.

— Что? — не поняла Алёна.

— Только что здесь был мужчина. Искал вас.

Дрожь прошла по всему телу Алёны. Ужасная догадка словно ножом резанула её сердце. Однако, прежде чем она успела что-то предпринять, за спиной послышался пугающе знакомый голос:

— Наконец-то я тебя нашёл!

Алёна обернулась. Опасения подтвердились. Это был Влас. Влас Шарыкин, бывший муж Алёны.

— Ты думала, птичка моя, что вот так просто упорхнёшь от меня? — продолжал он свою речь, почесав голову пистолетом, который он держал в руке.

— Как ты меня нашёл? — побледнев спросила Алёна.

— О! Это было проще простого, милая, — ответил Влас с улыбкой, — достаточно было прийти в гости к Инге, твоей подруге, и приставить дуло пистолета к башке её сынишки.

— Они живы? — упавшим голосом поинтересовалась Алёна.

— Боюсь, что не совсем, — отозвался Шарыкин, — но ты не переживай, скоро ты с ними встретишься.

Он навёл пистолет на Алёну.

— Влас, пожалуйста, давай поговорим спокойно, — умоляла Алёна.

Регина с волнением наблюдала эту сцену. Она попыталась потихоньку выйти из здания, чтобы позвать на помощь, но Влас остановил её:

— Эй! Ну-ка вернись на место! Хочешь пулю в башку? Не смей дёргаться и портить нашу тёплую семейную встречу!

В эту минуту ничего не подозревающий Аркадий зашёл в здание. Увидев, что происходит, он застыл в недоумении.

— Алёна, кто это? — спросил он.

— Кто это такой? — рявкнул Влас. — Это твой новый хахаль? Бесстыжая женщина! При живом муже...

— Ты мне не муж! — воскликнула Алёна. — Ты же знаешь, что я добилась развода!

— Нет, дорогая, — возразил Шарыкин, — брак — это вечное явление. Судья неправ! Никто не имеет права разлучать мужа и жену! До этой минуты я надеялся, что мы помиримся и заживём как прежде. Но ты предала меня! Связалась с каким-то мужиком! Почему он полуголый? Должно быть, вы с ним только что покинули тёплую постель, хранящую следы твоей неверности!

Аркадий действительно ещё не оделся после их полёта. Гневом горели его глаза. Внезапно он наклонился вперёд. Кожа на его спине треснула, и Влас, к своему ужасу, увидел, как у мужчины вырастают два багровых крыла.

— Это ещё что за Бэтмен? — испугался Влас. — Что это за мутант?

Языки пламени заплясали на кончиках пальцев Аркадия. Влас, сообразив, что ему угрожает опасность, резко кинулся к Алёне. Он схватил женщину и приставил дуло пистолета к её голове.

— Ну-ка назад, тварь! — крикнул он Аркадию. — Иначе этой дамочке будет назначено свидание со смертью!

Всё внимание Власа было приковано к необыкновенному крылатому человеку, потому он не заметил, как Регина покинула стойку администрации и тихо подкралась сзади.

— Если ты отпустишь Алёну, я сохраню тебе жизнь! — грозно проговорил Аркадий.

— Нет! Она сейчас умрёт! — заорал Влас, пустив от возбуждения пену изо рта.

— Тогда ты умрёшь следом, — прошипел Аркадий.

— Но прежде я пристрелю тебя! — продолжал орать психопат, брызгая слюной.

Вдруг какой-то шорох за спиной привлёк внимание Власа. Он обернулся, и это мгновение Алёна использовала для спасения. Она что есть силы надавила на ногу Власа своим сапогом. Одновременно с этим действием женщина резко дёрнула руку бывшего мужа, держащую пистолет. Раздался выстрел. Пуля, пролетев на расстоянии в несколько сантиметров от лица Алёны, разбила оконное стекло. Влас почувствовал сильный удар в спину. Он упал, но пистолет не выронил. Когда преступник поднял глаза, то остолбенел от ужаса, так как Регина повисла в воздухе, взмахивая огромными крыльями.

— Что за чертовщина?! — поразился Влас.

Он поднял пистолет, целясь в девушку, но в следующий миг страшно закричал, ощутив, как его тело горит в огне. Алёна посмотрела на Аркадия и увидела, что он, протянув вперёд руки, направляет на Власа поток пламени. Регина, воздев руки, так же направила огненную струю на преступника. Влас повалился на пол, корчась в предсмертных судорогах. Наконец его обугленные останки небольшой кучкой задымились на полу, а запах горелой плоти наполнил воздух. Алёна, потрясённая этим огненным сражением, вся дрожала.

— Ты в порядке? — бросился к ней Аркадий. — Не ранена?

— Кажется, нет...

Внезапно раздался возмущённый голос Раисы Ивановны:

— Что здесь происходит? Я слышала выстрел! Все постояльцы сегодня съехали, я хотела насладиться тишиной перед отъездом, а тут такой шум! Что это за груда пепла на полу?

Аркадий и Регина, успевшие принять обычный человеческий вид, уставились на учительницу.

— Раиса Ивановна, просто тут... — промямлила Алёна.

— Просто тут произошло нечто необыкновенное, и я, разумеется, это пропустила! — с досадой проговорила учительница. — А эти двое почему полуголые?

— Уважаемая Раиса Ивановна, есть вещи, которые лучше не видеть и не знать, — степенно произнёс Аркадий.

Учительница замолчала, задумчиво разглядывая присутствующих. В конце концов она вздохнула и произнесла:

— Скоро автобус на Москву. Алёна, ты едешь?

— Я еду, — ответила Алёна, — только не в Москву.

— Вот как? — ответила Раиса Ивановна. — Впрочем, я догадывалась, что вы двое прикипели друг к другу, и между вами возгорелось пламя любви. Что ж, совет да любовь. Я же пойду собирать вещи, ведь мой отдых подошёл к концу.

— Счастливо вам добраться до дома, — улыбнулся ей Аркадий.

Учительница, поблагодарив его, ушла в свой номер. Алёна прижалась к возлюбленному и они, обнявшись, забылись в страстном поцелуе.

Спустя несколько дней санаторий совсем опустел. Многие его сотрудники уволились и уехали. Регина так же ушла со своей должности. Она решила отправиться вместе с Аркадием и Алёной искать пристанище в горах Урала. Они надеялись, что щупальца прогресса и алчная хватка чиновников не разрушат их новый дом. Им предстояло путешествие на Урал, где они намеревались воссоединиться со своим народом. Судьба Аркадия, Алёны, Регины, а также жителей деревни Лесное осталась сокрытой в глубине горных лесов. Достоверно известно лишь то, что огненных людей больше никогда не видели на Селигере и в окрестных лесах.

6. Встреча с осенью

Глеб брёл по осеннему парку. Настроение его было под стать времени года. По крайней мере, он так думал. Молодой мужчина загребал ногами мокрую умирающую листву и попивал из стеклянной бутылки тёмное пиво. Чуть заметно накрапывал дождик. Человек с раздражением пнул валявшуюся на земле корягу, которая, отскочив в сторону, напугала пока ещё рыжую белку. Зверёк с удивлением посмотрел на Глеба, не понимая, чем тот так раздражён. Мужчина кинул в её сторону презрительный взгляд и продолжил свой путь.

Через сотню метров человек достиг небольшого, но глубокого прудика. Небо перестало ронять воду и позволило ослабевшему солнцу выглянуть из-за туч. Красота этого увядающего природного уголка завораживала. Ветер отогнал тучи подальше, и на берегу появились лужайки солнечного света. Тонкие осины трепетали, теряя свой багряный наряд. Зеркало ледяной воды колебалось от падающих на него разноцветных листьев, которые, словно корабли, отправлялись в странствие к противоположному берегу. Золотая шапка клёна всё ещё оставалась верна своему хозяину, не желая покидать величественное дерево. В воде плавали жёлтые шары кувшинок с обглоданными рыбой листьями. Тоненькая паутина серебрилась между веточками молодой ивы. Её хозяин пока не оставлял надежды поймать какую-нибудь мушку, замешкавшуюся с поиском прибежища на зиму. Осенний парк с прудом создавали великолепный пейзаж, достойный профессиональной фотосъёмки или кисти талантливого художника.

Но Глеб не замечал красоту природы. Вокруг он видел только серую хмарь. Он смотрел на преющие листья, и их смерть раздражала его, напоминая о бренности земного бытия. Невдалеке мужчина увидел на скамеечке бабульку, которая, подставив лицо освобождённому от туч солнцу, блаженно улыбалась.

— И чему эта старуха только радуется? — ворчливо спросил сам себя Глеб. — Не видит, что ли, что погода мерзкая, холодно, сыро. Вот лыбится сидит.

— Она радуется осени, — вдруг раздался мелодичный голос.

Глеб обернулся. Рядом стояла молодая женщина, одетая в ярко-рыжее пальто и в жёлтую юбку, спускающуюся почти до самой земли. Волосы незнакомки огненными потоками струились по плечам, а на голове красовался венок из красных кленовых листьев.

— А чему тут радоваться? — хмуро взглянув на неё, пробурчал Глеб. — Осень та ещё обманщица.

— В самом деле? — с любопытством разглядывая мужчину, спросила рыжеволосая красавица.

— Ну вы сами посудите, — почти возмущённо ответил Глеб, — разукрасила она листву почём зря. Сперва все радуются. Оно и понятно, красиво ведь! Осень нашлёт ещё бабьего лета, вообще все расслабляются. А потом бац! И всё, солнышко тю-тю! Нет его, солнца-то! Как прихватит осень своими ледяными щипцами, станет надевать стеклянный панцирь на лужи по утрам. Того и гляди поскользнёшься. И этот дождь льёт и льёт! Как в тропиках, только холодно. Сплошной обман в общем.

— Но не кажется ли вам, — произнесла женщина, — что осень милосердна и щедра? Разве не осень дарит богатый урожай, разве не осень даёт возможность деревьям покрасоваться в пёстрых нарядах, разве не осень вдохновляет художников и поэтов и, наконец, разве не осень напоминает нам о вечности?

— О какой ещё вечности? — недовольно хмурясь, спросил Глеб. — Вон листья прелые валяются, разлагаясь... какая уж тут вечность?

— Но разве не известно вам, что весной вся природа воскресает, возрождаясь к новой жизни, когда на деревьях и кустарниках растут молодые листочки? Если бы не осень, срывающая старые листья с деревьев, не было бы и этого обновления. Поэтому старушка улыбается, она знает, что после увядания наступит расцветание. У неё сейчас тоже осень жизни. И эта жизненная осень раскрашена яркими красками мудрости, которую эта старушка получила, прожив долгие годы на земле. Эта жизненная мудрость научила пожилую женщину радоваться всему: дождю, освежающему холоду, листопаду. А вы, молодой и крепкий мужчина, позволяете себе впадать в уныние, не видя вокруг себя красоты. Старушка знает, что скоро умрёт. Но знает она и то, что как природа воскреснет весной, так и она когда-нибудь воскреснет.

— Чушь какая! — возмутился Глеб. — Сказочки для идиотов. И идиоток...

Он с надменной улыбочкой посмотрел на свою собеседницу.

— Вы сейчас на меня намекаете? — раздосадовано спросила незнакомка. — Учтите, что хамство ума никому ещё не прибавляло...

— Да что вы ко мне прицепились, — вспылил в конце концов Глеб, — кто вы вообще такая?

— Я осень.

— Кто? — вытаращил глаза мужчина, заподозрив женщину в безумии.

— Осень, — спокойно повторила та.

И тут произошло нечто странное. Женщина скинула с себя пальто, и ошарашенный Глеб увидел, что оно распалось на сотни оранжевых листьев, едва коснувшись земли. Мужчина взглянул на незнакомку и ахнул. Перед ним стояла небывалая красавица в роскошном жёлтом платье, лицо её сияло золотым свечением, глаза горели янтарным блеском. Осень воздела тонкие руки к небу, и тут же вихрь, послушный её движениям, закружил в танце листву.

— Ах, люди, люди, вечно они всем недовольны. Им даётся земная жизнь, они клянут её, даётся смерть — врата в вечность, они чураются её, даётся краса природы, они губят её. Почему вы ничем не дорожите? Радуйтесь бледноликой луне и яркому солнцу, светозарному дню и звёздной ночи, радуйтесь журчащей весне, седой зиме, зелёному лету. Радуйтесь и мне, дающей вам плоды лесов и садов. Но нет, в окружающей обстановке вы чаще любите находить худое. Вот ты, Глеб, вместо прекрасного парка видишь лишь грязь на тропинках. Бери пример с этой бабульки, радующейся всему, что её окружает. Дарю я тебе подарки каждый год в виде тугих колосьев, из которых получается душистый хлеб, и ты покупаешь в магазине, в виде вкусных плодов и сытных грибов. Но твоё лицо такое же хмурое, как осенний дождь. А ещё меня обвиняешь! Вот тебе ещё одни подарок.

Она сняла с головы венок из кленовых листьев и надела мужчине на голову. Глеб почувствовал головокружение, и сознание его начало куда-то ускользать.

Утром мужчина проснулся у себя дома. Голова не болела, что весьма его удивило.

— Ну и приглючится такое, — озадаченно пробормотал он, — и не пил особо... говорили же мне после водочки пивко не идёт... Блин... белиберда какая-то...

Вдруг он оборвал поток своей речи, уставившись в зеркало. Оттуда на него смотрел человек с венком из красных листьев на голове.

— Тот самый венок! — ошарашенно вскричал Глеб. — Это что же... в самом деле... как так?

Он нащупал венок у себя на голове, снял его и принялся обследовать. Без сомнения, это тот самый, что украшал голову женщины... осени...

— Значит, не приснилась мне эта встреча с осенью, — задумчиво пробубнил мужчина.

С тех пор Глеб редко жаловался на жизнь, а если и начинал скулить, тут же осекался, вспомнив о прекрасной собеседнице. И довольно часто он говорил унывающему по какому-либо поводу другу:

— Надо ценить то, что имеешь. Судьба и так к нам благосклонна. Не унывай. И вообще, ты жив, сыт, имеешь крышу над головой. Где твоя благодарность?

С ним соглашались, и он, довольный, задумчиво глядел в бездонное небо.

7. Лихо для лиходея.

Погожий летний день радовал людей ярким солнцем. Тёплый ветерок ласкал кожу и шептал о том, что жизнь бывает прекрасна, особенно когда выезжаешь на рыбалку с друзьями после трудовой недели. В эту пятницу несколько мужчин, закончив пораньше работу, сели в одну вместительную машину. Автомобиль тронулся с места и повёз своих пассажиров по разбитой дороге прочь из одного небольшого посёлка Тверской области. Мужчины ехали, весело переговариваясь и смеясь, предвкушая отличный отдых на природе.

— Эх, люблю рыбалку! Отдыхает душа, когда сидишь с удочкой на берегу нашего водохранилища, — мечтательно и почти нараспев проговорил седовласый старик.

— Ты, Петрович, тот ещё романтик, — смеясь, обратился к старику водитель.

— Да, Влас, ты прав, — согласился Петрович.

В салоне машины заиграла модная мелодия, звонил мобильный телефон. Красивый молодой мужчина, сидевший за водителем, достал мобильник из кармана широких зелёных штанов. Он посмотрел на дисплей и сбросил входящий звонок.

— Что, Артём, не отвечаешь на звонок? — поинтересовался сидевший рядом толстяк.

— Да опять Катька звонит, — ответил красавец, — а тебе-то что, Олег?

— Счастливчик ты, Артём, — с завистью в голосе отозвался Олег, — бабы по тебе с ума сходят, выбирай любую! Что же я таким красавцем не уродился? Я бы с Катькой по телефону поболтал. И не только по телефону.

— Ну, не всем же быть таким совершенством, как я, — засмеялся Артём, — меня ещё в школе Красавчиком прозвали.

— А наглости тебе, Артём Красавчик, не занимать, — невесело заметил Петрович.

— И это правильно, — вмешался Влас, крутя руль,— женщины таких любят и везёт таким во всём.

— Во всём, не во всём, а нехорошо быть наглым, — пробубнил Петрович.

— Да брось, Петрович, ты просто завидуешь, — произнёс Артём Красавчик с улыбкой, обнажившей его ровные белые зубы. Серые глаза, красивые и жёсткие, искрились от веселья. Красавчик поправил рукой жгуче-чёрные волосы, стриженные по последней моде.

— В конце концов я не виноват, что природа одарила меня столь привлекательной внешностью, — философски заключил молодой мужчина.

Петрович ничего на это не ответил, только покачал неодобрительно головой.

Через несколько десятков километров Влас, управляющий машиной, свернул с магистрали на грунтовую дорогу. Поехали по этой дороге через лес.

— И когда только асфальт здесь проложат! — сетовал Олег.

— Да никогда, — изрёк Влас.

— Тем лучше. Меньше народа будет ездить на наше рыбное место,— уверил спутников Петрович.

— Меньше народу, больше кислороду! — поддержал его Красавчик.

Мужчины проехали ещё километров пять, внезапно лес расступился, и их взору предстала безупречно блистательная водная гладь.

— Мужики, приехали, — сообщил Влас, остановив машину, — вылезайте.

Друзья бодро вышли из машины, размяли ноги, попрыгав на месте, и принялись разгружать багажник.

— Артём! Палатку неси вон под ту сосну, видишь? — обратился Петрович к Красавчику.

— Вижу, — отозвался тот и направился к указанной цели.

— Олег, Влас, помогите-ка мне лодку достать, — попросил старик товарищей.

Закипела работа. Друзья недавно облюбовали эту стоянку на лесистом берегу Вышневолоцкого водохранилища. Теперь они частенько здесь рыбачили, отдыхая от повседневной жизни.

Когда палатка была поставлена, дрова для костра наготовлены, большая резиновая лодка надута с помощью насоса, мужчины приготовили свои рыбачьи снасти. Вечерело.

— Пора! — скомандовал Петрович. — Вечерний клёв вот-вот начнётся.

Они сели в лодку и отплыли от берега. Вода искусственно созданного, но всё же прекрасного водоёма, отражала закатное солнце. Ветерок, прилетевший под вечер с запада, чуть тревожил поверхность водохранилища, и мелкая рябь казалась розовой из-за отражающегося в ней неба. Похолодало. Петрович поёжился.

— Мужики, вы хоть горячительного чего взяли в лодку для обогреву? — встревожился старик.

— Не боись, Петрович, всё при нас, — весело ответил Артём, — и закусон тоже.

— Уф... — облегчённо выдохнул Петрович, — я уж заволновался. Давайте-ка обогреваться. Где одноразовые стаканчики?

— Вот, держи! — протянул Олег ему прозрачный стаканчик.

Телефонный звонок прервал начавшуюся попойку. Красавчик посмотрел на свой мобильник и раздражённо буркнул:

— Опять Катька! Вот пристала!

— Да ответь девушке, Артём, объясни ей, что ты на рыбалке, — посоветовал Влас.

— Не хочу я с ней говорить, — недовольно ответил Артём.

— А что так? — поинтересовался Олег. — Помнится, ещё месяц назад ты только и делал на рыбалке, что болтал с Катериной по телефону.

— Дело в том, что я назначил ей на сегодня свидание, — объяснил Красавчик, — и забыл про это.

— Хорош жених... — прокомментировал Петрович.

— А я не жених, — огрызнулся Артём, — ещё чего не хватало!

— Так зачем же ты девушке голову морочишь? — возмутился старик.

— А то ты не знаешь зачем! — отозвался Красавчик.

— И как? Получил, что хотел? — спросил старик.

— Да, — самодовольно сообщил Артём, — поднадоела теперь мне Катька, и другую крепость намерен взять я приступом.

— Какую же? — удивился Олег.

— Это Оксана, подруга Катюхина, — пояснил Артём.

— Во даёт! — воскликнул Влас. — Молодец!

— Ничего не молодец, — проворчал Петрович, — сколько девок страдало от тебя, Артём?

— Не знаю. Не считал, — небрежно ответил тот.

— И Катерина наверняка слёзы сейчас проливает из-за тебя, — укорял мужчину старик.

— Да пусть проливает, — заявил Артём, — как сказал классик, «чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей».

— Ух, какой начитанный! Пушкина цитирует! — поразился Петрович. — Да только пушкинского героя с этой философией трудно назвать счастливым.

— А я счастливый, — отозвался Красавчик.

— Ты лиходей, Артём, — проговорил старик, — а таковых счастье обманчиво, потому что нельзя так к людям относиться.

— К людям? — отозвался Артём. — Курица не птица, женщина не человек.

— Да ну тебя, лиходей! — махнул рукой Петрович.

Несмотря на выпитое спиртное, улов удался на славу. Уже в сумерках рыбаки вернулись на берег, разожгли костёр и, почистив несколько рыбин, занялись приготовлением ухи. Ночь мягко окутала прибрежный лес. Огонь весело трещал, взметая время от времени в тёмное небо ярко-оранжевые искры. Мужики, отведав ухи, совсем разомлели.

— Ладно, ребята, — заплетающимся языком промямлил Петрович, — спать пора. А то так утренний клёв проспим.

— Ты прав, Петрович, — согласился Влас и, с трудом поднявшись на ноги, поплёлся к палатке.

Олег ушёл молча. Только Артём ещё оставался сидеть у костра. Он был трезвее своих товарищей, и потому не особо его клонило в сон. Наоборот, не хотелось ему спокойствия. Если бы сейчас он находился в баре или в каком-нибудь клубе, обязательно затеял бы с кем-нибудь драку. Но здесь, на берегу водохранилища, драться было не с кем. Поэтому Красавчик решил просто прогуляться вдоль берега. Он встал на ноги, почувствовал, как кровь, подогретая алкоголем, разносит тепло по всему телу. Из-за облака выглянула полная луна. Её бледный лик в окружении звёзд отображался в тёмных водах. Неожиданно в кустах за палаткой раздался хруст лежащих на земле веток. Молодой мужчина силился разглядеть, кто из его товарищей ещё не спит.

— Петрович! — позвал он. — Это ты?

Ответа не было.

— Олег?

Молчание.

— Влас?

И вновь никто не ответил. Но кто-то продолжал наступать на ветки. Артём был не из трусливых, к тому же желание подраться никуда не делось. Он, немного шатаясь, пошёл в сторону, откуда доносился звук.

Артём зашёл за палатку и остановился как вкопанный. Его пьяные глаза различили тёмный силуэт. Приглядевшись, Красавчик понял, что это женщина, одетая в какие-то лохмотья и стоящая к нему спиной. Луна ярко освещала стоянку рыбаков, и Артёму показалось, что у женщины неестественно костлявые руки. Мужчина решил, что перед ним лицо без определённого места жительства. Он достал из кармана небольшой фонарь.

— Эй! — крикнул рыбак подозрительной гостье. — Вам чего тут надо? Может, помощь нужна?

Женщина издала какой-то стрекочущий звук, что немало удивило Артёма.

— Я к вам обращаюсь, дамочка! — сердясь, крикнул он и направил на неё включённый фонарь. — Если я могу вам чем-то помочь, скажите. Если вам помощь не нужна, проваливайте отсюда!

Женщина начала медленно разворачиваться к мужчине лицом, но лица её он так и не увидел. Вместо лица у загадочной женщины оказалась отвратительная морда! На серой коже зияла окровавленная пасть с острыми клиновидными зубами. Женщина таращила на Артёма единственный глаз, располагавшийся на лбу. Рыбак дико закричал, но закашлялся от собственного крика. Он отскочил назад, споткнулся о еловый корень и упал. Чудище приблизилось к нему и протянуло свои костлявые руки. Воздух наполнился отвратительным смрадом, от которого Артём чуть не потерял сознание. Он почувствовал, как из его груди вытекает что-то невидимое, как будто внутренние силы покидали его. Ужасная женщина открыла свой кровавый рот, показав чёрный, раздвоенный, как у змеи, язык.

— Что ты такое?! — заорал Артём. — Пошла вон!

Он отчаянно шарил руками по земле. Его дрожащие пальцы нащупали палено. Артём схватил его и запустил в чудовище. Послышалось ужасающее рычание.

— Эй! Что случилось? — донёсся из палатки голос Власа, разбуженного шумом.

Чудище моргнуло, зашипело и стало удаляться к лесу. Сердце Артёма колотилось, его трясло. Ужас выгнал весь хмель из головы. Жуткая женщина скрылась за деревьями. Красавчик не мог встать, так как ноги его налились свинцом. Он на четвереньках пополз к палатке.

— Мужики! Мужики! — орал он. — Просыпайтесь! Чудовище!

— Ты что, спятил? — недовольно проворчал Влас. — Что орёшь посреди ночи?

— Там жуткая тварь! Там, в лесу!

— Что у него «белка», что ли? — сонно пробормотал Олег. — И пили ведь не так много...

— Придурки, вставайте! — истерично вопил Артём. — Сюда что-то приходило из леса!

Влас и Олег вылезли из палатки, прихватив с собой фонари и ругаясь.

— Где твоё чудище? — спросил Влас.

— Вот за теми деревьями скрылось, — указал Артём на высокие сосны.

— Пойдём, Олег, посмотрим, что за диво дивное здесь бродит, — сказал Влас.

Мужчины, включив фонари, принялись обшаривать опушку леса. Петрович настолько был пьян, что даже громкие вопли молодого товарища его не разбудили.

— Да нет там никого! — вернувшись к палатке сообщил Влас.

Олег покачал головой и сказал:

— Слушай, Тём, давай спать. Никаких чудищ в лесу нет, по крайней мере, в этом месте. Если страшилище и было, то только в твоём воображении.

— Тебе пить точно нельзя, — сказал Влас.

Артём сел на бревно у потухшего костра. Друзья постояли у палатки какое-то время, потом им удалось уговорить Артёма залезть внутрь. Все трое укутались в спальники. Мужчины прислушивались к ночным шорохам, пока их не сморил сон.

Страшная ночь подходила к концу. Тусклый свет коснулся макушек деревьев.

— Сони! Подъём! — послышался голос Петровича. — Я что-то совсем вас разбудить не могу. Говорил я вам, что рано спать надо лечь.

— Да Красавчик орал ночью, — раздражённо отозвался Влас, — спать не давал.

— Заткнись! — воскликнул Артём. — Ты бы сам заорал, если бы увидал эту страхолюдину.

— Какую ещё страхолюдину? — удивился Петрович.

— Это ты у этого припадочного поинтересуйся,— ответил Влас, кивнув на Артёма.

— Артём, что произошло? — полюбопытствовал старик.

Красавчик рассказал старшему товарищу о ночном происшествии. Петрович, нахмурившись, внимательно выслушал его, а потом сказал:

— Ну-ка, пойдём, покажешь, где оно стояло.

Они вышли, обошли палатку, и Кравчик указал место, где накануне произошла ужасающая встреча. Старик стал внимательно осматривать место происшествия. Вдруг что-то привлекло его внимание. Он нагнулся, вглядываясь в землю.

— Смотрите-ка, — произнёс он.

Мужчины увидели, что на земле валяются какие-то грязные тряпки.

— Вот! Я же говорил! — воскликнул взволнованно Красавчик. — Эта страшная женщина была одета в такие же лохмотья!

— Что за хрень? — поразился Влас.

— Вчера тут этого тряпья не было, — добавил Олег.

— Плохо дело, — тревожно озираясь, произнёс Петрович.

— Что это значит? — удивился Влас.

— Наш Тёмка попал в неприятную ситуацию, — ответил старик, — он повстречал самого настоящего демона, беса уныния и ужаса. В народе это существо зовётся лихо одноглазое. Злой дух, питающийся человеческими пороками и крадущий жизненные силы своей жертвы.

— Ну всё! Петрович тоже рехнулся! — раздражённо заявил Влас, — филиал психушки какой-то.

— А как ты объяснишь вот это? — указал Артём на лохмотья.

— Да мало ли здесь стоянок? — ответил Влас. — Сейчас выходные, людей на водохранилище много. Пошутил кто-то. Малолетки какие-нибудь развлекались. Сейчас без труда можно купить страшную маску очень реалистического вида.

На этот разумный аргумент нечего было возразить.

Позавтракали быстро, открыв банки тушёнки. Сели в лодку, отплыли подальше от берега. Но рыбалка не заладилась. Настроение у невыспавшихся друзей было плохим, и дело не клеилось. К тому же погода стала портиться, набежали тёмные тучи.

— Всё! Поехали домой, — сказал Влас.

Все молча повиновались, понимая, что это разумное решение. Они высадились на берег, собрали палатку, загрузили вещи в машину и уехали.

Вечером того же дня в посёлке в частном доме Красавчик сидел на крыльце и курил. Он размышлял о ночном происшествии. Что это было? Галлюцинации? Но он не был алкоголиком, да и вчера они не так уж много выпили. Хотя, с другой стороны, были, несомненно, пьяны. Артём хотел верить, что всё ему просто померещилось. Он сплюнул на землю, затушил окурок и зашёл в дом. Зазвонил телефон. Красавчик, не глядя, нажал кнопку приёма вызова.

— Тёмочка! Тёма, — послышался плачущий женский голос, — ты не пришёл на свидание... Мы же договаривались встретится. Я прождала тебя полночи!

— Катька, не звони мне больше, — безразлично произнёс Артём и отключил телефон.

Сгущались сумерки. Тёмные вечерние тени выползали из леса, окружавшего посёлок. Артём заглянул в холодильник.

— Блин, пива не осталось, — с досадой пробормотал он, придётся тащиться в «Пятёрочку», пока она не закрылась.

Красавчик накинул куртку и вышел из дома.

Купив пива, Красавчик задумчиво побрёл домой. Ему предстояло пройти узкой дорожкой, укрытой от глаз кустами сирени. Он вступил под свод высоких кустарников и тут же почувствовал отвратительный запах, такой же, как и предыдущей ночью во время страшного происшествия. Артём замер, зажав нос. Он взглянул вперёд и с ужасом увидел тёмный силуэт и услышал уже знакомое скрежетание. Трясущимися руками мужчина включил фонарик на мобильнике и направил его на жуткую фигуру. И вновь крик вырвался из его горла, потому что метрах в десяти от него стояла та самая ужасная женщина с одним глазом во лбу!

Артём бросился бежать. Он бежал, не оглядываясь, домой другой дорогой. Когда достиг цели, он заскочил в здание и запер дверь на засов. Отдышавшись, он всё ещё дрожащими пальцами стал нажимать кнопки телефона.

— Алло, — раздался голос Власа.

— Влас! — закричал Красавчик. — Она в посёлке!

— Кто? — недоумевал его друг.

— Эта жуткая женщина! Лихо одноглазое!

— Артём, успокойся, — ответил Влас, — выпей пива, и всё пройдёт.

— Ты не понимаешь! — со злобой ответил Артём. — Она в нашем посёлке! Я из «Пятёрочки» шёл и нарвался на неё, еле ноги унёс.

— У нас в посёлке и не такие страшилы по вечерам бродят, — засмеялся Влас, — а сейчас извини, у меня вечер с любимой супругой. Утром расскажешь продолжение твоего триллера.

— Влас! — прокричал Артём.

Но ответа не было. Влас отключился.

Внезапно Красавчик услышал, что Альма, немецкая овчарка, охранявшая дом, заскулила. Красавчик посмотрел в окно. Ему хорошо был виден двор и собачий вольер. Альма, прижавшись к стенке вольера, трусливо скулила. На неё это было не похоже, ведь Альма была очень агрессивной и бесстрашной собакой. Артём открыл окно.

— Альма, ты чего? — спросил он.

И вдруг из-за угла дома медленно выплыла фигура. Её освещал фонарь, висевший на крыльце. У Красавчика замерло сердце. На него уставился жуткий глаз кошмарной женщины. Артём мигом закрыл окно и отпрянул в глубь комнаты. В неописуемом волнении прислушивался он к зловещей тишине. Посмотрел в окно и увидел, как сквозь стекло на него глядит отвратительная одноглазая морда. Существо протянуло руки к стеклу и заскрежетало по нему длинными когтями костлявых рук. Артём бросился вон из комнаты. Он забежал в свою спальню, находившуюся на противоположной стороне дома, выпрыгнул в окно, перелез невысокий забор и пустился бежать.

Ночь сделалась совсем непроницаемой. Красавчик, тяжело дыша, барабанил в ворота металлического забора.

— Петрович! — орал он. — Петрович! Открывай!

Ему долго не отвечали. В конце концов на крыльце появился сонный Петрович.

— Ты знаешь, который сейчас час? — недовольно проворчал старик, но всё же впустил Артёма.

— Там оно! — простонал Артём. — Оно! Лихо одноглазое возле моего дома!

— Быстрее внутрь! — потребовал Петрович. Когда они зашли в дом, Артём рассказал, что произошло.

— Вот что, парень, — обратился к нему Петрович, усаживая незваного гостя за стол, — это лихо от тебя так просто не отстанет.

— Да на фига я ему сдался-то? — взволнованно возмутился Красавчик.

— А это тебе лучше знать, — промолвил старик, — лихо одноглазое питается отрицательными человеческими эмоциями. Оно даже может сожрать человека, вокруг которого веет печалью и горем.

— Но это точно не про меня! — возмутился Артём. — Я молодой здоровый мужчина, жизнерадостный человек, живущий на полную катушку...

— Живущий на полную катушку? — прервал его Петрович. — И скольких людей задела твоя эта «катушка»? Сколько слёз из-за тебя выплакано? Ты не думал об этом? Катька наверняка всю ночь проплакала, пока ты на рыбалку с нами ездил. И скольких девушек ты обидел? А мать свою давно навещал? Сдал её в дом престарелых, как только лишилась она возможности ходить.

Красавчик молчал, потом, подумав, сказал:

— Но это просто такие обстоятельства жизни...

— Но Олег же заботится о своём немощном отце, не бросает его и не сдаёт в казённое учреждение.

— Ха! А о ком ему ещё заботиться? — усмехнулся Артём, вспомнив о своём полноватом и немного неуклюжем друге. — Девушки-то у него нет. Он простофиля совсем и внешностью не вышел.

— А у тебя, я гляжу, много девушек, но ни об одной ты не заботишься, — упрекнул Артёма старик.

— Да это просто... это так... победы на любовном фронте... для галочки, — замялся Красавчик.

— Победы? — гневно переспросил Петрович. — А ты вспомни о победах во время Великой Отечественной войны. Вот это победы! И какой ценой! А ты кого победил? Доверчивые сердца? Чем ты гордишься? И не стыдно тебе?

Артёму нечего было возразить.

— Вот что, Красавчик, — решительно заявил Петрович, — завтра в церковь пойдём, как раз праздник большой.

— Ты смеёшься? Ты что, в церковь ходишь?

— А что тут такого? — с достоинством ответил старик.

— А! Алкоголик-праведник, да? — съязвил Артём.

— Если ты готов только насмехаться над всеми и замечать лишь недостатки окружающих, можешь возвращаться домой и составить своему лиху компанию.

При упоминании о чудовище Артём побледнел.

— Ладно, — угрюмо согласился он, — пойдём завтра в церковь.

Рассвет озарил посёлок золотом солнечных лучей. Бледнеющее небо начало приобретать лазурно-голубой цвет. Колокольный звон плыл в утренней дымке, возвещая о православном празднике. Люди спешили в новую церквушку, построенную несколько лет назад. Петрович провёл Красавчика поближе к алтарю. Артём, не привыкший к участию в богослужении, растерянно смотрел по сторонам. Вдруг его внимание привлекла молодая женщина с красивым, но печальным лицом.

— Ксюша? — ошарашено проговорил он.

Женщина, услышав своё имя, обернулась и изумлённо посмотрела на Красавчика.

— Артём... — сказала она сдавленным голосом, — ты как здесь?

— Да вот... — замялся Артём, — беда привела...

Ксения посмотрела на него испуганно.

— Что-то случилось? — пролепетала она. — Что-то с твоей мамой?

Артём заглянул в её бездонные синие глаза. Он хорошо помнил эти глаза. Сколько раз он врал, глядя в них!

Память перенесла Артёма на семь лет назад. Тогда Красавчик встречался с Ксюшей и очень гордился, что рядом с ним такая милая и симпатичная девушка. Память вновь и вновь рисовала перед ним картинки из прошлого. Артём вспомнил, как он впервые признался Ксюше в любви, вспомнил их романтические свидания и совместные поездки. Вспомнил он и тяжёлый разговор.

— Ксюш, выходи за меня, — сказал тогда Красавчик, доставая из кармана коробочку с золотым колечком.

Ксюша, расплакавшись от счастья и лучезарно улыбаясь, ответила:

— Конечно, я выйду за тебя замуж! Спасибо, любимый, за прекрасный подарок. Это кольцо я буду носить до самой смерти. Знаешь, милый, у меня ведь тоже для тебя подарок.

Девушка достала какую-то бумажку, свёрнутую в трубочку и перевязанную красивой ленточкой.

— Что это? — удивился Артём.

— Это тебе подарок на всю жизнь, — дрожа от волнения ответила Ксения.

Красавчик развернул загадочный свёрток. Это оказалась медицинская справка. В полном недоумении молодой мужчина начал её изучать и прочёл заключение врача: «Беременность, семь недель». Холодный пот проступил у него на лбу. Взглянув на его прекрасное лицо, Ксения испугалась.

— Ты что, не рад? — проговорила она.

— Я просто в шоке, — пробормотал Артём, хмурясь, — надо же, перед свадьбой такое случилось... но это исправимо... Ксюш, всё будет хорошо, мы решим проблему.

— Проблему? — переспросила девушка.

— Современная медицина позволяет быстро решить такие дела, — ответил Красавчик, — поедем в крупный город, в частную клинику... Родные и друзья ничего не узнают.

— О чём ты? — бледнея выговорила Ксения.

— Ксюша, — взяв себя в руки отозвался Артём, — мы только начинаем жить. Мы молоды, красивы, полны планов на будущее. А какое будущее ожидает нас с ребёнком? Нет уж! Я не готов вступить в ряды несчастных папаш, ломающих голову, как прокормить своё чадо.

— Но ты же сделал мне предложение! Ты говоришь, что любишь меня! — со слезами на глазах воскликнула девушка.

— Вот именно что люблю, — ответил Артём, — поэтому не хочу, чтобы ты связывала себя узами материнства.

Красавчик многозначительно замолчал. Ксения расплакалась.

— Но я хочу ребёнка, — заявила она, когда рыдания ненадолго прекратили сотрясать её тело.

— Значит так, — жёстко ответил Артём, — тебе придётся выбирать: или я, или ребёнок! Ты сейчас не в себе. Отоспись, успокойся. Уверен, ты сделаешь правильный выбор. Я уйду, не буду мешать тебе прочувствовать, каково жить без меня. Через пару дней я позвоню.

Красавчик вышел из помещения, оставив свою невесту, раздавленную горем.

Через несколько дней к одному из коммерческих медицинских центров крупного города Тверской области подъехала машина. Из неё вышли молодой мужчина и заплаканная девушка. Это были Артём и Ксения.

— Всё будет хорошо, дорогая,— подбадривал Артём свою подругу, — врач сказал, что срок маленький, последствий не будет. Ты приняла правильное решение. Теперь я вижу, что ты действительно меня любишь.

Прошло два месяца. Метель завывала за окном, наводя тоску на измученную душу Ксении.

— Артём, — тихо позвала она, — Артём.

— Чего тебе ещё? — грубо ответил Красавчик.

— Ты сделал мне предложение, помнишь? Когда же мы пойдём в ЗАГС подавать заявление? Все спрашивают, когда свадьба...

— Слушай, Ксюша,— раздражённо ответил Артём, — думаю, мы поторопились, поклявшись друг другу в любви и объявив всем о своём намерении пожениться.

— То есть как? — возмутилась Ксюша. — Ты же говорил! Ты же признавался в любви!

— А теперь всё изменилось, — ответил Красавчик, — я не уверен, что хочу стать твоим мужем, и вообще, нам лучше пока прекратить наши встречи. Мне нужно всё обдумать.

— Ты не можешь так со мной поступить! — разрыдалась девушка. — Я же ради тебя пошла на всё! Я ради тебя убила...

— Кого ты убила, Ксюш, сгусток клеток? Не говори глупостей!

— Я уже любила его! — сквозь рыдания прокричала Ксения. — Ты... ты жесток! Ты любишь только себя!

— Раз я люблю только себя, тогда зачем я тебе такой нужен? Всё! С меня хватит этих истерик! Наши отношения зашли в тупик. Прощай! Не звони мне.

Артём, гневно сверкая глазами, начал одеваться.

— Тёмочка! — взмолилась Ксюша. — Тёмочка, перестань! У нас всё ещё наладится.

— Нет, не на ладится, — ответил Красавчик и, открыв дверь, вышел навстречу снежной пурге.

— Будь ты проклят! — в отчаянии закричала девушка ему вслед.

Все эти картины из прошлого колыхались теперь в сознании Артёма болезненными воспоминаниями. Громкий возглас священника вернул его к реальности. Красавчик растерянно оглядывал толпу людей, ища Ксению, которая уже успела куда-то уйти. После окончания праздничного богослужения взгляд Артёма всё ещё блуждал, пытаясь отыскать Ксюшу. Подошёл Петрович.

— Ну как ты, Тёма? — участливо спросил старик.

— Не знаю, — буркнул Артём, — я тут знакомую встретил. Ксению...

— Я видел, как вы разговаривали, — ответил Петрович, — хорошая она женщина. Жена одного состоятельного прихожанина, спонсора нашей церкви. Отличные они люди, беднякам помогают. Только омрачена их семейная жизнь отсутствием детей. Не может Ксения забеременеть. Изболелась душа у неё. Каждое воскресенье в церковь приходит и плачет, плачет.

— Жаль, — растеряно проговорил Артём, — а врачи что же?

— А что врачи? — переспросил Петрович. — Врачи тут ничем помочь не могут, коли бездетность — наказание за аборт...

— Аборт? — ужаснулся Артём.

— Ну да, — подтвердил старик, — говорят наши бабульки, что бедная Ксюша с подонком каким-то встречалась раньше. Что пожениться будто бы они собирались. Да только парень непорядочный оказался, как узнал, что она беременная, заставил её аборт сделать. А потом, искалечив несчастной девушке и душу, и тело, бросил её, да и был таков.

Артём, тяжко застонав, опустился на резную скамью, стоявшую под иконами. Ему казалось, что лики святых грозно взирают на него со всех сторон.

— Петрович, — дрожащим голосом произнёс Артём, — ведь этот подонок я.

— Ты?! — поразился старик. — Тогда это многое объясняет. Что же ты наделал, Артём?

— Пойдём отсюда, — мрачно ответил Красавчик, — мне тяжко находиться в церкви, как будто все святые готовы покарать меня. Тьма объяла мою душу.

— Ты сам пустил её туда, — задумчиво проговорил Петрович.

Мужчины вышли из церкви. Артём, безразличный ко всему окружающему, брёл по дорожке.

— Пока, Петрович, — уныло сказал он и, оставив старика, отправился в магазин.

— Привет, Красавчик, — кокетливо обратилась к Артёму молоденькая продавщица.

— Здравствуй, Оксана. Дай-ка мне бутылку.

— Как всегда, пивка?

— Нет. Водки.

— Ты что-то не весел. Катя тоскует по тебе. Она тебе разонравилась? Может, я приглянусь? — сверкая глазами, спросила Оксана.

— Оксана, — обратился к ней Артём, — передай Катерине, что я очень виноват перед ней. Пусть простит меня, если сможет...

Вечером Артём был пьян. Он сидел на полу, уставившись на входную дверь. В полночь дверь со скрипом отворилась, и на пороге появилась та самая одноглазая женщина-монстр. Она страшно таращила свой единственный глаз. Гнилые зубы её жутко скрежетали, пронзая тишину. В окровавленных руках лихо держало какой-то грязный свёрток. Вдруг свёрток зашевелился, и, к ужасу Артёма, раздался пронзительный младенческий плач!

— Нет! Не надо! — заорал Артём, вскочил и бросился к окну. Он разбил стекло и выскочил на улицу. Стояла темень. Артём помчался, не разбирая дороги, а в ушах у него звенел детский крик и жуткий скрипучий смех. Он споткнулся, упал и потерял сознание.

Артём очнулся и не сразу понял, где находится. Он захотел пошевелить рукой, но с удивлением обнаружил, что руки его привязаны к больничной койке. То же самое было с его ногами. Мужчина огляделся. Пустынные стены давили со всех сторон. Он попытался вспомнить, как он сюда попал, но память его не могла выдать такую информацию. Вдруг дверь отворилась, и в помещение зашёл человек в белом медицинском халате, а вместе с ним пожилой мужчина.

— Петрович! — воскликнул Артём.

— Вот видите, Степан Михайлович, он меня узнаёт.

— Да, — согласился врач, — но белая горячка так просто не пройдёт. Рано его ещё выписывать. Он только очнулся.

— Артём, — взволнованно сказал Петрович, когда врач оставил их одних, — ты как?

— Бывало и получше, — вздохнул Артём.

— Ты его снова видел? Лихо это?

— Да, видел, — подтвердил Красавчик, — оно теперь никогда от меня не отстанет. Лучше уж петлю на шею...

— Но-но-но! Ты это брось! — грозно предостерёг Петрович. — Оно только этого и ждёт. Ведь лихо одноглазое питается человеческими негативными переживаниями, злобой, обидой, отчаянием и унынием. Оно пристаёт к какому-нибудь человеку и пожирает его, пока совсем не погубит. Человек либо спивается, либо на себя руки накладывает.

— И за что мне всё это?! — вознегодовал Красавчик.

— Я думаю, ты знаешь, за что, — отозвался Петрович, — прекрати себя уже обманывать! Зовёшься ты Красавчиком, потому что внешность твоя — хоть в голливудских фильмах снимайся. Да! Внешностью ты можешь гордиться, но как выглядит твоя душа? Уж не является ли страшное чудище отражением твоего внутреннего мира?

Артём не говорил ни слова.

— То-то и оно, — горестно вздохнул старик, — вот и прицепилось к тебе лихо одноглазое.

— А делать-то что? — затравленно спросил Артём.

— Исправляться, — ответил Петрович.

Прошла ещё неделя. Артёма выписали из больницы, и теперь стоял он перед зеркалом в своём доме и не узнавал себя. Куда делся Красавчик? В зеркале отображался усталый изнурённый человек со впалыми, заросшими щетиной, щеками и воспалёнными глазами.

— Вот кто лихо... — пробормотал Артём.

Он посмотрел на часы, день был в самом разгаре. Артём встрепенулся и решительными шагами направился в баню. Побрившись и переодевшись, он покинул дом.

Через два часа Артём с замиранием сердца заходил в одну из многочисленных комнат областного дома престарелых. Возле окна в инвалидной коляске сидела пожилая женщина.

— Здравствуй, мама, — дрожащим голосом обратился к ней Артём.

Женщина подняла глаза на сына, и её лицо озарилось улыбкой.

— Сынок!— обрадовалась она. — А я уже не чаяла с тобою свидеться перед смертью.

— Я пришёл к тебе, мама, — плача, ответил Артём.

Мать и сын долго беседовали, роняя горькие слёзы.

— До встречи, мама, — уходя сказал Артём, — готовься скоро поехать домой!

Солнце склонялось к горизонту, устав за целый день обогревать поля и леса. Артём, вернувшись к вечеру в посёлок, отправился к дому Ксении. Он долго не решался постучать в дверь. Наконец, набравшись храбрости, всё-таки постучался. Дверь отворил бородатый мужчина.

— Здравствуйте, — промямлил Артём, — а с Ксенией поговорить можно?

— А вы кто? — поинтересовался бородач.

— Я... старый знакомый... а вы, должно быть, её муж?

— Совершенно верно, — подтвердил мужчина догадку Артёма, — меня Фёдором зовут.

— Я Артём.

— Ксении нет дома, — сообщил Фёдор, — сегодня она поздно будет, поехала в город очередной раз проходить обследование. Измучилась она у меня совсем. Вот скоро пойду её на станцию встречать с электрички. Машина наша в ремонте, надо идти за ней, чтобы не одна она шла пешком через лес в потёмках.

— Фёдор, разрешите мне пойти с вами Ксению встречать, — взмолился Артём,— не подумайте ничего плохого. Мне надо прощения у вашей жены попросить. Я очень виноват перед ней...

— Ну, раз виноват, пошли.

В сгущающихся сумерках мужчины подходили к железнодорожной станции. Раздался гудок подъезжающего электропоезда. Когда электричка остановилась, из вагона вышла Ксюша. Она застыла в изумлении, увидев рядом со своим мужем Артёма.

— Вы поговорите, коли так надо, — сказал Фёдор и деликатно отошёл в сторону.

— Послушай, Ксюша, прости меня за всё,— запинаясь, проговорил Артём.

Ксения молча глотала слёзы. Она ничего ему не ответила, а подошла к мужу и сказала:

— Пошли домой, Фёдор.

Артёму ничего не оставалось делать, как только поплестись следом за семейной парой, проклиная своё прошлое.

Они шли лесной дорогой.

— Кто-то идёт нам навстречу, — сообщил Фёдор, включая фонарь, — странно, зачем кому-то идти на станцию, ведь электричек сегодня больше не будет.

Артём задрожал. Он почувствовал, что ноги его подкашиваются.

— Это женщина какая-то, — сказала Ксения и стала вглядываться во тьму, пронзённую лучами фонаря.

— Это за мной, — глухо выговорил Артём.

— Ну ничего себе! — удивился Фёдор. — Я свою жену встречаю, а тебя, Артём, значит, женщина встречает.

— Это чудовище! — выпалил Артём. — Уходите!

— Ты что, мужик, сбрендил? — недоумевал Фёдор. — Пить меньше надо...

Но его речь прервал истошный крик жены. Посмотрев вперёд, Фёдор увидел жуткое существо. Оно, щёлкая окровавленным ртом и протянув вперёд скрюченные руки, двигалось прямо на Артёма.

— Ксюша! Прости меня! — заорал Артём. — Мне, похоже, конец пришёл! Хоть умирающего прости! Я так виноват!

Лихо, услышав отчаянные возгласы своей жертвы, хищно ухмыльнулось и зачавкало, пуская зловонные слюни и предвкушая трапезу. Фёдор, схватив какую-то палку, подбежал к страшной женщине-монстру и заорал:

— Пошла прочь, нечисть!

Но лихо, устремив на него единственный глаз, криво улыбнулось и продолжило надвигаться на Артёма.

— Господи, помоги! — взмолился Артём.

Жуткое лицо чудовища исказилось смертельной злобой. Оно, зашипев и совершив прыжок вперёд, оказалось совсем рядом со своей жертвой. Но Фёдор, размахнувшись, шарахнул чудище палкой по спине. Однако лихо даже не обратило на это внимания, оно пожирало Артёма взглядом, находясь от него на расстоянии двух шагов. Окровавленная рука с длинными когтями протянулась к Артёму...

— Артём! Я тебя прощаю! — вдруг раздался голос Ксении.

Артём уже приготовился умереть, но, как только Ксюша сказала о том, что он прощён, лихо резко замерло. Оно издало жуткий замогильный вой, от которого у всех троих чуть сердце не остановилось. Чудовище повалилось на землю и закорчилось, как полураздавленный червяк, царапая почву когтями. Артём видел, как лихо начало сморщиваться и уменьшаться в размерах, пока совсем не исчезло. Ошарашенные Фёдор и Ксения долго не могли пошевелиться.

— Что это было? — проговорил наконец Фёдор, придя немного в себя.

— Это лихо, — запинаясь, ответил Артём, — лихо одноглазое. Оно приходит к лиходеям, чтобы забрать их жизнь.

Прошёл год с небольшим с той страшной ночи. После воскресной службы в церкви Артём подошёл к Петровичу и сказал:

— Сегодня девять дней со дня кончины моей мамы.

— Да, Артём, я помню, — ответил старик, — ты хорошо сделал, что забрал её из дома престарелых. Она провела последний год своей земной жизни, почувствовав заботу и любовь сына.

Артём вздохнул и сказал:

— Жаль, что я раньше был таким чудовищем.

— Теперь ты всё понял и, слава Богу, исправляешься, — подбодрил его старик и прошептал, хитро подмигнув,— знаешь, что по секрету поведала мне моя жёнушка? У Фёдора и Ксении скоро будет малыш!

— Это поистине лучшая новость, что я слышал за последнее время! — прослезился от радости Артём.

Спустя несколько месяцев Артём продал свой дом и уехал. Кто-то рассказывает, что он пожертвовал все деньги от продажи дома кризисному центру для женщин с детьми и принял монашество. Другие утверждают, что он просто поменял место жительства. Так или иначе, но больше Артём Красавчик в посёлке ни разу не появился.

8. Искушение

Эта история произошла несколько лет назад на Урале. Древние горы полны загадок и чудес, они овеяны легендами и сказаниями, украшающими таинственные таёжные леса.

Группа геологов, в задачу которых входил поиск нефти и составление геологических карт, отправилась в экспедицию в малонаселённый район Ханты-Мансийского автономного округа, на западную его границу, охватывающую территорию Урала. Люди с трудом добрались до отдалённого населённого пункта, где и расположилась геологическая исследовательская база. Посёлок этот носил оригинальное название Горный и был относительно большой, даже школа своя имелась. Исследователям выделили двухэтажный дом на окраине, который когда-то являлся больницей. Теперь же в здании разместилась лаборатория, хранилище для оборудования и образцов и жилые помещения. База могла вместить до тридцати человек. Часто геологи совершают длительные переходы и разбивают палаточный лагерь прямо на изучаемой местности, живут в палатках месяцами. Но в этот раз было не так. Научная база расположилась в Горном, и учёные проживали в более-менее комфортных условиях. Они разделились на группы, которые по очереди отправлялись в мини-походы в горы на несколько дней. С местным населением отношения установились доброжелательные, что тоже бывает не всегда.

Владимир Беляев, высокий молодой мужчина с чёрной шевелюрой и карими глазами, возвращался в посёлок в составе одной из групп геологов. Он недавно закончил ВУЗ и в длительной экспедиции был первый раз, не считая выездов в студенческие годы. Но тогда он учился, а теперь уже был в роли дипломированного специалиста, что налагало большую ответственность. И Владимир это понимал, поэтому старался добросовестно относиться к своим обязанностям и перенимать опыт старших коллег. В этот раз вылазка в горы не дала результатов, следов нефти в образцах, взятых из этой местности, обнаружить не удалось. Беляева Володю этот факт расстроил. Он нагнал старичка, несмотря на возраст, бодро шагавшего впереди группы.

— Денис Андреевич, как думаете, почему мы ничего не нашли в этот раз, — затеял Беляев разговор с опытным геологом.

— Так, может, нет нефти в этом месте, — невозмутимо ответил старичок, — сейчас на запад ходили, в следующий раз на север пойдём, глядишь, и найдём чего.

— Так группа другая тоже на запад ходила, — возразил Володя, — в пробах, которые они оттуда принесли, есть следы нефти. Как-то непонятно.

— Ну, значит, недостаточно там нефти, — отозвался пожилой геолог, — а может, наоборот, много, только скрыли её от нас.

— Скрыли? — не понял Беляев. — Кто?

— Да хоть подгорная царевна.

— Кто? — ещё больше удивился молодой мужчина.

— Вот ты, Вовка, геолог, а сказаний горных не знаешь, — улыбнулся Денис Андреевич, — а к ним иной раз не мешает прислушаться.

— Я геолог, а не собиратель местного фольклора, — отозвался Владимир.

— Одно другому не мешает, — заявил старик, — мало ты ещё видал, только свой путь профессиональный начинаешь. Я тоже в молодые годы исповедовал атеизм, верил в непоколебимость научных знаний. А вот под старость и в Бога уверовал, и в сказки.

— Ну и ну, — протянул Беляев, — не ожидал я услышать такое от столь почтенного человека.

— Ничего, — усмехнулся старик, — состаришься, тоже по-другому на мир будешь глядеть. А сейчас я вот что тебе скажу. У местных народов, преимущественно у манси, есть поверье о том, что в здешних местах в глубине гор обитает таинственный народ, наделённый всякой там магией и волшебством. Представители этой расы светловолосы и белокожи, глаза их бирюзового цвета, а голос словно журчащий горный ручеёк. Правит тем людом подгорный царь, который строго следит, чтобы наземные люди, то есть мы, не больно-то разоряли природу. И вот, если неугодно этому правителю, чтобы люди нашли новое месторождение нефти, угля, алмазов, золота и прочих ресурсов, он посылает свою дочь, подгорную царевну, на задание. Царевна эта вместе со слугами своими заколдовывает то место, и люди уже ничего не могут там отыскать.

— Хорошая отмазка для тех, кто проворонил новые месторождения, — рассмеялся Владимир, — но вы-то в эти байки, конечно, не верите?

— Я-то, — улыбнулся Денис Андреевич, — я не только верю, я знаю, что подгорный народ существует. Я сам видел их царевну.

— Да хватит дурака валять, — ещё больше рассмеялся Беляев, — я к вам с серьёзным вопросом обратился, а вы сказки мне сказываете. Я уж вырос, не ребёнок.

— Эх, молодёжь! — махнул рукой пожилой геолог. — Где ж ваша романтика? Ни во что вы верить не хотите.

— Так вы же сами рассказали, что в молодости верили лишь в науку, — напомнил Владимир.

— И то верно, — согласился старик, — но знай, что я тебе правду рассказал.

— И какая она, царевна эта? — поинтересовался Беляев.

— Чудо-девушка! — воскликнул старик. — Красоты необыкновенной. Была она верхом на медведе, и волки служили ей.

— Отпад! — восхитился полётом фантазии молодой мужчина. — Это превосходит все мои ожидания.

— Да ты не перебивай, — проворчал старик, — а то вообще ничего рассказывать не буду.

— Ладно, Денис Андреевич, извините, — ответил Владимир, — молчу и слушаю вас внимательно.

— Так вот, — продолжил рассказывать старый геолог, — было это двадцать лет назад. Искали мы в Свердловской области золотую руду. В те времена свирепствовали в тамошних местах браконьеры. Уж не знали, как и сладить с ними. И ловили, и сажали, убили даже кого-то в перестрелке. Местные жители стали жаловаться, что в горную тайгу страшно стало ходить, ведь браконьеры эти не только зверюшек били, но и ограбить кого могли, да и прибить. Сущие бандиты! Целая банда. Но и времена те по всей стране неспокойные были, так что ничего тут удивительного нет. Милиция работала, егеря кого-то ловили. Но в горах оставались ещё негодяи. И вот местные жители, видя опасность ситуации, отправились к одной священной горе. Там они просили подгорного царя вмешаться в эту историю и помочь расправиться с браконьерами, из-за которых не только зверью житья не стало спокойного, но и людям. Понесли они, значит, царю этому подарки всякие. Мы тогда посмеялись над ними, да напрасно. Наша геологическая группа надолго отправилась в тайгу, нашли мы тогда следы золота в почве в больших концентрациях. Обрадовались. Но тут напоролись на эту шайку в горах. Они как раз трофеи свои подсчитывали, а мы, значит, свидетели лишние. Было-то нас немного: шестеро против пятнадцати. Ну, думаю, спета наша песенка, шлёпнут нас прям здесь в лесу и обглодают дикие звери наши косточки. Так оно и было бы, уж поверь, потому как и стволы они свои на нас уже навели. Вдруг слышим, шум из лесу. Да такой, что поджилки все затряслись. Рёв со всех сторон, вой жуткий. Видим, выходят из лесу высокие светловолосые люди с копьями. Думаем, что за маскарад такой? А тут из леса следом за людьми вышло зверьё: волки, росомахи, медведи, и все они окружают нас, людей. Браконьеры озираются по сторонам, оружие держат наизготовку. Стрелять побаиваются, уж больно необычное зрелище. Внезапно звери расступились, и я глазам своим сперва не поверил. Вижу, выезжает из леса верхом на огромном медведе девушка! И огромные волки её сопровождают. Вид у неё грозный был. Сама лицом необычайно красива, взгляд властный и суровый. И молвила она следующие слова: «Презренные! Как посмели вы вредить природе и мирным людям? Я дочь подгорного царя! Много раз приходили звери к моему отцу и жаловались на ваши деяния, но, когда и наземные люди к нему подступили, тут уж его терпению пришёл конец! Приказал он мне собрать войско и всех вас покарать смертью!»

— И что же? — не сдержал любопытства Владимир. — Покарала она браконьеров?

— Покарала! — вздохнул Денис Андреевич. — Ох, как покарала! Никто из них и выстрела не успел сделать! Околдовала их так, что шевельнуться не смогли, а дикие звери кинулись и растерзали браконьеров всех до единого. А вот нас, геологов, никто не тронул. Мы как вкопанные застыли на месте от ужаса. Расправившись с врагами, подгорная царевна удалилась вместе со своим лесным воинством. Мы же вернулись на базу, договорившись ни слова не говорить никому о случившемся. Я столько лет хранил это в тайне, тебе первому всё рассказал, ведь умерли уже все остальные свидетели этой истории, так что я теперь не связан клятвой.

— Да... интересно вышло, — с сомнением отозвался Владимир.

— Ты мне не веришь? Ну и не надо, — не дождавшись ответа, сказал Денис Андреевич.

Тем временем группа дошла наконец до посёлка и проследовала на свою геологическую базу. Старшие товарищи отправились с докладом к руководству, а Беляев Владимир пошёл в свою комнату, которую с ним делили ещё четверо человек, в том числе и Денис Андреевич. Володя повалился на кровать, дав усталому телу долгожданный отдых.

На следующий день после завтрака Беляев стал собираться на прогулку в лес.

— Ты куда это надумал идти? — спросили его коллеги.

— Прогуляться в лесу, — ответил молодой геолог.

— Не нагулялся ещё, что ли? Несколько дней мы бродили по горам. Неужели охота тебе ещё куда-то идти?

— Да то работа была, а я хочу по грибы сходить, — пояснил Владимир, — август. Самое грибное время. Вчера местный один сказал мне, что целую корзину белых принёс домой, а уходил совсем не далеко. Вот и я попытаю счастья. Нефть не нашли, может, хоть грибочков полопаем.

— Ну давай. Только далеко не ходи.

Мужчина отправился в путь. Он прекрасно ориентировался в лесу, но всегда брал с собой минимальный набор для выживания в диких условиях, мало ли, вдруг всё-таки заплутает. На этот раз поход был более удачным, и Володя, чувствуя, как потяжелела его корзина, уже представлял сытный и вкусный ужин. Эти мечты заставили его повернуть в обратном направлении, ведь он собрал уже достаточно лесных богатств. Лесная тропка петляла между гигантскими горными выступами, поросшими мхом и лишайником. Этот природный покров радовал глаз и заставлял отрешиться от земных забот. Что может быть лучше лесной прогулки!

Владимир шёл и весело напевал песенки. Во-первых, у него было отличное настроение, ведь грибов он набрал много, да ещё вокруг такой дивный пейзаж. Во-вторых, в тайге, да и в любом лесу, специалисты рекомендуют издавать звуки, чтобы дикие животные, например, медведи, услышав человека, уходили в чащу. Это позволит избежать неприятной и для человека, и для животного встречи. Таким образом, насвистывая и весело напевая популярные мелодии, Владимир уже почти добрался до посёлка. Но тут он завернул за очередной валун и замер от неожиданности. Рядом с тропой прямо на земле лежал человек. Владимир, стряхнув с себя оцепенение, подбежал ближе и увидел, что это молодая девушка. Он кинулся к незнакомке, чтобы установить, жива ли она и нет ли каких-либо травм. Убедившись, что незнакомка не мертва, а лишь потеряла сознание, Беляев достал мобильный телефон и попытался связаться со спасателями. Но в этом глухом углу не получалось произвести звонок.

Геолог залез на валун, рассчитывая поймать сеть, но и эти попытки не увенчались успехом. Тогда он решил самостоятельно доставить девушку в посёлок. Мужчина приблизился к пострадавшей и замер, заворожённо любуясь её необычайной красотой. Она лежала на спине. Белоснежная кожа красавицы, казалось, светилась на солнце, её длинные светлые волосы золотистой россыпью покрывали плечи, грудь и ниспадали на землю. Только тут мужчина обратил внимание на её странный наряд, который напоминал национальные костюмы уральских народов. Льняной светлый сарафан был расшит затейливым растительным орнаментом. Владимир подумал, что где-то неподалёку проходит какой-нибудь этнический фестиваль, и его участница, видно, заблудилась, а потом от отчаяния и страха потеряла сознание. Он приподнял голову прекрасной незнакомки, чуть похлопал её по щекам, но она всё равно оставалась неподвижной. Вдруг геолог увидел, как из кармашка сарафана выпало что-то блестящее. Владимир поднял этот предмет и сперва не поверил своим глазам. Это был золотой самородок размером с куриное яйцо!

—Ничего себе! — пробормотал поражённый мужчина. — Где это интересно она нашла эту драгоценность.

Беляев повертел золото в руках, полюбовался им, а потом положил обратно в карман сарафана, в который была облачена незнакомка. Затем он ещё раз безрезультатно попытался до кого-нибудь дозвониться. Наконец, оставив эти бесполезные попытки, Владимир аккуратно поднял девушку на руки и понёс в посёлок. Корзину с грибами пришлось оставить возле валуна в надежде, что он успеет за ней вернуться, прежде чем её обнаружат лесные жители.

Он нёс пострадавшую, переживая, что поселковый врач будет в отъезде, и сожалея, что никогда не берёт с собой в лес нашатырный спирт. Теперь геолог твёрдо решил пополнить свою походную аптечку этим препаратом. Вдруг девушка застонала и зашевелилась. Владимир тут же положил её на землю.

— Дамочка, вам лучше? — обратился он к красавице.

Девушка открыла большие глаза. Владимир был поражён необыкновенным их цветом, ведь глаза девушки были бирюзовыми. Такой красоты он не видел никогда в жизни. Изумлённо смотрел он на незнакомку, которая всё больше приходила в себя.

— Как вы оказались в лесу, и что с вами произошло? — спросил геолог самым участливым голосом.

Девушка вздрогнула, увидев незнакомого мужчину.

— Не бойтесь, я не сделаю вам ничего плохого, — пообещал Владимир, — вам необходимо отправиться со мной в посёлок. Там есть врач и связь. Мы вызовем помощь, свяжемся с вашими близкими.

Девушка не отвечала, а лихорадочно засунула руку в карман, ища в нём что-то.

— Не беспокойтесь, — спокойно произнёс Беляев, — я не украл ваше золото. Оно в кармане. Однако вы богачка. И откуда у вас такое сокровище?

— Вы знали, что у меня в кармане золотой самородок и не забрали его? — изумилась красавица.

— Вообще-то, я не вор и не грабитель, — немного раздосадовано ответил геолог, — неужели я создаю впечатление злодея?

— Нет, что вы, — виновато отозвалась незнакомка, — просто не каждый из людей выдержит подобное искушение. Ведь обокрасть человека, когда он находится в беспомощном состоянии — большой соблазн.

— Тем не менее не все люди такие алчные, как иногда кажется, — усмехнулся мужчина, — а теперь, если вам лучше, давайте продолжим путь. Я могу нести вас на руках.

— Как тебя зовут, добрый человек? — голос девушки вдруг изменился. Теперь в нём не было испуга, а зазвучали властные нотки.

Геолог удивился такой перемене, но, решив, что это последствия стресса, продолжил беседу:

— Меня зовут Беляев Владимир. Я геолог. Мы с коллегами ищем в этих местах новые месторождения нефти. Пока не очень успешно.

— А на западном склоне этой горы искали? — полюбопытствовала девушка.

— Да. Только вчера оттуда вернулись. Нет там ничего.

— В следующий раз, Владимир, уговори свою группу опять туда пойти, ибо там есть нефть!

— Не может быть! Откуда такая уверенность? Разве вы имеете отношение к геологии?

— Я имею отношение к этим местам, так как я хозяйка этого края.

— Не припомню, чтобы нам говорили, что этот район является чей-то частной собственностью...

— Я подгорная царевна! — вдруг гордо заявила незнакомка, поднявшись на ноги. — Моим любимым развлечением является укрывать от людей места, богатые природными ресурсами. Кому хочу, тому и открываю тайну, где найти эти богатства. Так же люблю я испытывать людей. Вот и тебя, Владимир, тоже сейчас испытала. Нечасто в наше время встречаются чистые благородные сердца. Мне радостно, когда встречаю честного человека. Теперь же я хочу вознаградить тебя за твою честность и говорю тебе, иди на западный склон и найдёшь там нефть, больше я её прятать не буду.

Беляев был поражён этими словами и решил, что перед ним сумасшедшая. Ему стало не по себе. Внезапно послышалось рычание и, к ужасу геолога, из-за деревьев вышел огромный бурый медведь. Мужчина, недолго думая, метнулся к девушке и заслонил её своим телом.

— Только не бегите, — сказал он незнакомке, — медленно, не поворачиваясь спиной к зверю, отходите назад. Резких движений не делайте и не смотрите хищнику в глаза.

— Ты хочешь защитить меня от опасного хищника? — потрясённо проговорила безумная красавица. — Но ты же рискуешь собственной жизнью!

— Дамочка, давайте оставим лирику для более безопасной минуты, — в голосе Беляева слышались нотки раздражения, смешанного со страхом, — выполняйте, пожалуйста, мои рекомендации, и, может быть, мы останемся живы.

— Владимир! — воскликнула незнакомка. — Ты превзошёл все мои ожидания.

Девушка отошла от него и встала приближаться к зверю.

— Что вы делаете? — с ужасом прокричал Володя.

Девушка, не отвечая ему, спокойно подошла к хозяину тайги и потрепала его за ухом. Потрясённый мужчина от удивления не мог произнести и слова. Незнакомка посмотрела на него своими бирюзовыми глазами, улыбнулась и ласково сказала:

— Володя, я благодарна тебе за твою честность, благородство и мужество. Как повелительница этого края, обещаю тебе, что ты найдёшь нефть на западном склоне. Кроме того, ты получаешь в дар от меня тот кусочек золота, который не стал красть. Только никому не рассказывай о нашей встрече.

Окончив речь, девушка ловко запрыгнула на спину медведю. У Владимира округлились глаза, когда она оседлала этого грозного хищника. Медведь, к изумлению мужчины, беспрекословно подчинялся этой странной наезднице.

— Прощай, Владимир! Ищи нефть на западном склоне!

Она помахала ему рукой и верхом на медведе удалилась в чащу.

Долго стоял Володя в полном замешательстве. Руки его тряслись, сердце колотилось, пот выступил на лбу. Когда же мужчина вышел из оцепенения и стал оглядываться по сторонам, он обнаружил рядом с собой оставленную на тропе корзину, полную грибов. Удивлению его не было предела, но ещё более молодого геолога потрясло то, что среди грибов блистал золотой самородок, принадлежащий удивительной красавице. Беляев долго не мог прийти в себя от этой фантастической встречи.

Только под вечер вернулся геолог на свою базу. Ошарашенный он направился к руководству экспедиции. Путём долгих уговоров, приводя не очень убедительные доводы, ему всё-таки удалось убедить коллег возобновить поиски нефти на западном склоне горы. Удивляясь его настойчивости и твёрдой уверенности в успехе, геологи согласились ещё раз обследовать эту местность.

Спустя несколько дней Беляев в составе небольшой группы направился на поиски ценного ресурса. К удивлению учёных, на западном склоне действительно было найдено большое количество нефти.

— Почему в прошлый раз не мы не заметили такое богатство? — недоумевали опытные геологи. — И откуда ты, Володя, узнал, что необходимо ещё раз обследовать это место?

Владимир молчал, коллеги его удивлялись, и лишь Денис Андреевич хитро поглядывал на молодого геолога.

— Значит, и ты с ней познакомился? — прошептал старик.

— С кем? — сделал вид, что не понимает намёков, Беляев.

— С подгорной царевной, — тихо сказал Денис Андреевич.

Беляев ничего не отвечал.

— Понимаю, — продолжил пожилой геолог, — она просила ничего никому не рассказывать. А я и не буду больше выспрашивать.

Володя посмотрел на старика и улыбнулся. Затем он окинул счастливым взглядом величественные и таинственные горы. Теперь он смотрел на мир иными глазами. Молодой мужчина просунул руку в карман и нащупал там неровную поверхность золотого слитка, который указывал на реальность произошедшей удивительной встречи с фантастическим и прекрасным существом.

9. Добро за добро

Стрекотание цикад убаюкивало после плотного обеда. Солнце, как раскалённая сковорода, жарило побережье Чёрного моря, и солёная вода искрилась в его лучах. На небе не было ни облака, и лишь свежий морской воздух помогал переносить жару.

Отдыхающие толпами ходили по набережной, а пляж напоминал лежбище морских котиков. Весёлый гомон, визг и смех сливались в многоголосый звуковой поток, который вплетался в плеск волн.

Большой жёлтый катер рассекал морскую гладь. Он мчался прочь от берега, катая восторженных пассажиров.

— Макс! Проведи инструктаж! — крикнул загорелый седобородый дед, управляющий катером.

— Лады! — отозвался молодой брюнет крепкого телосложения.

Он подошёл к пассажирам катера и внимательно посмотрел на них, оценивая возможности каждого.

— Пожалуй, первым полетите вы, — обратился Макс к полноватому мужчине средних лет, у которого на носу красовались круглые очки с толстыми прозрачными стёклами, — затем вы, — указал он на влюблённую парочку, — ну а малец будет последним.

— Хорошо, — согласились пассажиры с такой последовательностью.

— Итак, внимательно прослушайте инструкцию по технике безопасности, — потребовал Максим, — ведь безопасность полёта и приземления во многом зависит от вас. Ну а мы, в свою очередь, постараемся обеспечить вас незабываемыми впечатлениями. При взлёте не должно быть никакой паники. Крепко держитесь за трос. Не волнуйтесь, я пристегну вас ремнями безопасности. Если вы будете ещё и держаться руками, это придаст вам уверенности. Особое ваше внимание хочу обратить на приземление. Оно будет происходить в два этапа. Когда вы заметите, что парашют пошёл на снижение, согните ноги в коленях и подожмите их под себя. Это нужно, чтобы не получить переломы при соприкосновении с водой на большой скорости. Не пугайтесь, вы немного погрузитесь в воду. Потом будет резкий подъём в воздух, и далее последует приземление уже непосредственно на катер. Ваши ноги в этот момент должны быть вытянуты в положении, параллельном палубе катера. Поняли?

— Всё понятно, — ответили туристы.

— Тогда с Богом! — провозгласил Макс.

Пока он пристёгивал мужчину в очках, надёжно закрепив его в сиденье, прикреплённом к разноцветному парашюту, парочка влюблённых целовалась. Подросток смущённо отвёл глаза. Мужчина растерянно хлопал глазами, то и дело нервно протирая очки.

— Всё! Поехали! — крикнул Максим деду, который тут же увеличил скорость.

Парашют взмыл вверх, увлекая за собой пассажира.

— И чего он там увидит в своих очках? — усмехнулся Максим. — Красоту-то разве разглядеть с таким зрением?

— А ты зря насмехаешься, Макс, — прокричал старик ему на ухо, так как катер ревел что было мочи, — красоту можно ведь не только разглядеть, но и почувствовать.

— Да ладно, Иваныч, как это может быть? — не поверил мужчина.

— Ну вот летит он, — ответил Иваныч, — ветер ласкает его лицо, крики чаек ублажают его слух, а солёный запах моря помогает этому человеку отрешиться от всех проблем, не зря ведь он приехал в отпуск.

— Ну ты романтик, дед, — улыбнулся Максим.

— А то как же жить на свете? Без романтики-то? — удивился Иваныч.

Первого туриста они покатали минут десять, теперь настала очередь влюблённой парочки. Максим произвёл с ними те же действия, что и с мужчиной в очках. Молодые люди не переставали целоваться, даже когда это было неуместно.

— Может, вы всё-таки прервётесь? — с лёгким раздражением спросил их Максим. — Взлетаем!

Катер вновь увеличил скорость. Молодые люди взвились в небо, увлекаемые парашютом.

— Они и на высоте целуются, — крикнул деду Макс, посмотрев в воздух.

— Дело молодое, — отозвался тот.

— Да это ж бесстыдство какое-то! — возмутился мужчина. — Хоть бы малого постеснялись.

— Сейчас эти малые, — засмеялся дед, — такое знают, о чём нам и подумать стыдно.

— Это точно, — ответил ему напарник.

Через некоторое время влюблённые спустились с небес, и настал черёд худощавого подростка.

— Помнишь инструкции? — спросил Максим.

Пацан утвердительно кивнул.

— Тогда вперёд, космонавт! — хлопнул его по плечу Максим.

Подросток унёсся в небо. Мужчина внимательно следил за ним, немного досадуя на себя, что разрешил ему лететь без согласия и ведома родителей. Но уж очень тот просил. Откуда только деньги взял на это развлечение? Говорит, накопил. Макс надеялся, что подросток не выкрал их у отца с матерью, иначе скандала не избежать. Вдруг поведение летящего под сводом парашюта юного экстремала резко изменилось. Он что-то кричал, показывая на берег. Максим отследил взглядом направление. Он определил, что парень указывает на дикий пляж, отделённый от цивилизованного огромными валунами.

— Чего это он? — заволновался Иваныч, — поглядывая то на водную гладь, то вверх.

— Понятия не имею, — проворчал Максим, — говорил же не брать его!

Спустя несколько минут юноша оказался на катере. Глаза его были вытаращены, от волнения он сперва не мог вымолвить ни слова.

— Ты чего, парень? — спросил его Максим, а остальные пассажиры уставились на подростка, даже влюблённые перестали целоваться.

— Там... там это... на пляже... диком...

— Что на пляже диком? — полюбопытствовал Макс.

— Там русалка лежит на камнях! — выпалил подросток.

— Кто там, прости? — удивился инструктор.

— Русалка!

Всеобщий хохот, казалось, пересилил ревущий мотор судна.

— Ну ты даёшь, пацан! — отсмеявшись сказал неутомимый влюблённый. — Поразительно, какая фантазия бывает у молодёжи!

— Это не фантазия, — горячо ответил подросток, — это правда!

— И ты разглядел русалку с такой высоты? — с недоверием спросил мужчина в очках.

— У меня отличное зрение, — гордо отозвался юноша, — я занимаюсь в спортивной школе биатлоном. Глаза не могли меня обмануть. Сперва я сомневался, но, когда парашют начал снижаться, отчётливо увидел длинноволосую девушку с хвостом. Она им даже шевелила. По-моему, русалке этой плохо.

— Что-то никто, кроме тебя, её не видел, — заметил Максим.

— Конечно, не видел, — проговорил пацан, — у мужчины, летевшего первым, зрение плохое, а эти... они целовались бес конца, где уж им заметить?

— Слышь, ты, малец, не суй нос не в своё дело, — вскипел пылкий любовник, — ишь чё, попрекать нас вздумал.

— Если честно, пацан прав, — поддержал вдруг мальчишку Максим, — в общественных местах целоваться некрасиво. Это такой интимный момент, который не надо выносить на всеобщее обозрение.

— Да как ты смеешь делать мне замечание? — разозлился молодой человек. — Я тебя сейчас!

— Ну-ка отставить склоку! — яростно закричал Иваныч, который почти ничего не слышал из-за работающего двигателя, но понял, что возник конфликт. — На судне никаких драк! На берегу, пожалуйста!

Максим и молодой человек разошлись, но злобно поглядывали друг на друга весь обратный путь на берег.

Однако противники успели остыть и сумели обойтись на берегу без выяснения отношений. Катер, причалив к пристани, мирно покачивался на волнах. К Иванычу подошли какие-то люди.

— Капитан, покатаешь? — спросили они.

— Не-а, ребят, на сегодня это был последний рейс, — ответил старик, — приходите завтра.

Обычно мужчины катали на катере туристов до вечера, но в этот день у Иваныча были какие-то важные дела, и работа завершилась после полудня. Старик ушёл, а Макс пинал от нечего делать ногой песок. Купаться ему не хотелось, ведь он родился и вырос на побережье Чёрного моря и накупался уже всласть. Это туристы не вылезают из воды, стараясь впитать в себя запах и целительную силу стихии. Макс скучающим взглядом обвёл берег. Он увидел большие валуны, за которыми скрывался дикий пляж, не оборудованный для купания. Тут ему в голову пришла забавная мысль, и он, улыбаясь, направился к этой пустынной части берега.

Мужчина преодолевал один валун за другим, пока наконец не оказался по ту сторону небольшой каменной гряды. Вглядываясь в побережье, он сперва ничего не увидел.

— Вот ведь фантазия у малого, — усмехнулся Макс, обращаясь сам к себе, — сказочник, блин.

Он обогнул ещё один валун, находившийся чуть поодаль от своих товарищей, и замер. На песке действительно кто-то лежал! Сначала мужчина не разглядел, животное это или человек, но, подойдя ближе, убедился, что на берегу лежит женщина. Её светлые и необычайно длинные волосы были беспорядочно разбросаны по песку, сама же она лежала на спине, и нижняя часть её тела была скрыта водой. Максим перепугался. Неужели он обнаружил труп?! Кто-то утонул, заплыв в незнакомое место, и тело выбросило волнами на берег. Он поспешил к пострадавшей. К своему огромному облегчению, мужчина заметил, как взымается и опускается грудная клетка несчастной, это указывало на наличие дыхания. Ещё не поздно было её спасти. Подбежав ближе, Максим бросился на колени перед незнакомкой и принялся легонько тормошить её. Девушка, а это была именно молодая девушка, открыла глаза. Её пушистые и длинные ресницы затрепетали. Максим взглянул девушке в глаза и обомлел. Таких глаз он ещё не видел. Они были большими и неестественного жёлтого цвета. Губы незнакомки походили на алые кораллы, а на голове красовался венок, сплетённый из морских водорослей. Только тут Максим заметил, что девушка обнажена. То, что он поначалу принял за купальник, оказалось... чешуёй! Блистающей и переливающейся на солнце разными цветами чешуёй! Мужчина встряхнул головой и протёр глаза.

— Что это такое? — пробормотал он.

Девушка тем временем, увидев незнакомца, испуганно встрепенулась и непроизвольно подняла из воды нижнюю часть тела. Ошарашенный Максим увидел вместо человеческих ног длинный хвост с большими разноцветными плавниками на конце. Хвост так же был покрыт чешуйками. Макс шарахнулся в сторону. В его пульсирующем мозгу всплыли древние легенды про коварных ундин и сирен. В сердце вспыхнул первобытный страх, рождённый генетической памятью. В этот момент предки заговорили в сознании Максима, а по крови разлился адреналин. Мужчина попятился, не зная, как поступить. Убить ли это существо или привести сюда подмогу. Слова застряли у него в горле. Но девушка заговорила сама.

— О, человек, — проговорила она еле слышно, — не дай мне умереть под этим палящим солнцем. Я уже не в силах двигаться... помоги мне!

— Ты вообще кто? — нервно спросил Максим.

— А разве ты не веришь своим глазам, которые таращатся на меня уже несколько минут? — устало ответила русалка.

— Ты русалка, губительница людей... ундина, — пробормотал мужчина.

— Не погубила я за время своей столетней жизни ни одного человека, — возразила ему русалка, — но вот люди меня погубили! Я плавала недалеко от берега, собирая кораллы и моллюсков для своего подводного дома. Увлечённая этим занятием, я не заметила подводных охотников. Они, по-моему, тоже не сразу увидели меня, а обнаружив, перепугались не меньше моего. Один из них выстрелил в меня из подводного ружья. Снаряд пробил мне хвост. Надо сказать, это самое болезненное место у русалок. Если повредить хвост, русалка быстро умирает от кровопотери. Получив ранение, я скоро обессилила, и волны выкинули меня на берег. Большие валуны не дают мне протиснуться в море, да и рана всё ещё кровоточит.

— И что теперь с тобой делать? — всё ещё не веря в происходящее, спросил Макс.

— Видишь, недалеко от воды растут жёлтые цветы?

— Вижу.

— Как они называются у людей, я не знаю, у нас же зовутся они золотниками. Сорви их и принеси сюда, пожалуйста, ибо они имеют целительную силу.

Максим колебался, начиная сомневаться в своей вменяемости. И неудивительно. Как можно поверить в существовании русалок, даже если видишь одну из них прямо перед собой? Может, солнечный удар? Такое бывает. Жарища страшная, мозг вскипает, тут и глюков недолго ждать.

— Чего же ты медлишь, незнакомец? — умоляющим тоном обратилась к нему морская дева, — я умру так.

— Да, да, — пробормотал мужчина, — минуту терпения... я сейчас...

Он отбежал метров на сто и принялся собирать обычные с виду цветы. Собрав большой букет, Макс вернулся обратно.

— И что теперь? — спросил он.

— Разотри эти цветы у себя в руках и вотри получившуюся массу в рану на моём хвосте, — попросила его русалка.

Максим исполнил эти указания. Сперва он не заметил рану на хвосте, но потом, подойдя ближе, увидел струю бледно-розовой жидкости, сочившуюся из небольшого отверстия. Это была кровь, и она не останавливалась. Однако после целительной процедуры сперва остановилось кровотечение, а затем ранка и вовсе затянулась прямо на глазах.

— Это как так? — удивился Максим столь быстрому исцелению.

— Эти цветы волшебные, — объяснила ему русалка, — поэтому золотинки в большом почёте у подводных обитателей. Очень скоро сок этих цветов поможет мне полностью исцелиться, и я смогу уплыть в море. А пока, будь добр, полей моё тело водой, ибо я чувствую, как солнце иссушает меня.

Максим сорвал с головы кепку и энергичными движениями принялся набирать в неё воду и обливать ею удивительную девушку. Хорошо, что она лежала наполовину в воде, иначе он не смог бы ничем ей помочь, не имея ведра.

— Как тебя зовут, добрый человек? — спросила русалка.

— Максим, — представился мужчина, — а тебя?

— Моривия, — ответила она, — отец дал мне это красивое имя.

Через несколько минут русалке стало гораздо легче. Она зашевелилась, приподнялась на локтях и перевернулась на живот.

— Теперь мне пора, Максим, — прожурчала она своим струящимся голосом, — когда-нибудь я отплачу тебе за твой добрый поступок.

Максим собирался отнести Моривию на руках подальше от берега, но она вдруг сама перепрыгнула через валуны, оттолкнувшись исцелённым хвостом. Мужчина и глазом не успел моргнуть, как его новая и необычная знакомая была уже далеко. Он лишь различил, как она машет ему рукой. Максим тоже помахал в ответ. Моривия после этого скрылась в морской пучине. Долго ещё мужчина стоял, озадаченный этой встречей. Только поздно ночью вернулся он домой.

Максим никому не рассказывал о случившемся с ним невероятном происшествии. Боялся, что сочтут сумасшедшим. А ведь подросток не побоялся. Малец смело обо всём рассказал тогда, на катере. Видно, юное сердце ещё не научилось лгать и бояться правды. А зрелым людям такая открытость кажется неестественной, они закрываются, как в футляре, чаще выставляя напоказ неискренние улыбки.

Время шло. Жара сменилась бархатным сезоном. Хоть в сентябре гораздо меньше отдыхающих едет на юг, но всё равно в Краснодарском крае их по-прежнему хватало с лихвой. Также и на побережье было ещё много народа. Люди купались, ездили на экскурсии к водопадам, в бухту Инал, ходили в дельфинарий, и никто из них не подозревал, какое испытание приготовила им судьба. МЧС рассылало абонентам разных сотовых операторов извещения о том, что в горах Северного Кавказа бушует циклон, но кто станет воспринимать всерьёз такие смс-сообщения, когда прогретая вода так и тянет искупаться и забыть обо всём на свете?

Всё началось с простого дождя. Небо заволокло серыми облаками, которые казались абсолютно безопасными.

— Подумаешь, дождик, — говорили отдыхающие, — пройдёт через полчаса.

— Даже раньше, — отвечали им местные жители, которые так же ни о чём не беспокоились.

Но дождь через полчаса не прошёл. И через час тоже. Наоборот, он всё усиливался. Ветер завывал, сбивал рекламные стенды у дороги, украшенные яркими фотографиями достопримечательностей. Хотя небо не чернело, но, видно, белёсых туч было так много, что просвета не предвиделось. Огромное количество воды пролилось над побережьем Чёрного моря, но ещё больше выпало осадков высоко в горах. По этой причине безобидные узкие реки стали стремительно выходить из берегов.

Макс сидел на диване у себя дома, попивая пиво из стеклянной бутылки. Иваныч сидел рядом, старик был в гостях у напарника, ведь он жил по соседству. Погода выдалась некурортная, и от нечего делать мужчины решили посидеть с пивком. С улицы донеслось завывание тревожной сирены.

— Река, что ли, вышла из берегов? — проворчал Иваныч. — И так простой сегодня из-за проклятого дождя.

— Да не парься ты, — отозвался Макс, — сирены у нас постоянно воют, как дожди начинают осенью идти. Простой, это да... зато выходной выдался. Вспомни, когда мы последний раз отдыхали?

Иваныч молча почесал затылок.

— То-то же, — усмехнулся молодой мужчина, — я тоже не помню. Зато сегодня можно повалять дурака.

— А если завтра такая же погода будет, а? — ворчливо спросил старик.

— Да не будет, — заверил его Максим, — рано ещё. Осень в наши края приходит поздно. Месяц у нас ещё точно будет работа.

— Надеюсь, — буркнул его напарник, — а то как зимой-то жить? Запастись деньгами необходимо. До следующего сезона.

— Не ной, Иваныч, — улыбнулся Максим, — а то я решу, что мой напарник совсем состарился.

— У тебя водка есть? — вдруг повеселев от такого предположения, спросил старик.

— Это ещё зачем? — насторожился Макс. — Нам же работать завтра.

— То завтра, а сейчас гулять так гулять! — отозвался гость.

— Ну, знаешь ли, я пас, — засмеялся инструктор, — а ты как хочешь. В холодильнике чекушка стоит.

— Отлично! Хоть не даром выходной пройдёт! — обрадовался Иваныч и чуть ли не вприпрыжку устремился в указанном направлении.

Сирены не переставали гудеть, но их особо никто не воспринимал всерьёз. Встревожились лишь некоторые отдыхающие, которые никогда в жизни не слышали этих звуков.

— Не бойтесь, — успокаивали их жители курортного посёлка, — мы такую музыку часто по осени слышим. Правда, в этом году рановато что-то...

Прошло два часа. Максим вздремнул. Когда он открыл глаза, то удивился, как же стало темно. Дождь не прекратился. Он хлестал с удвоенной силой. Вода пузырилась на асфальте, заставляя водителей снижать скорость. Движение по трассе стало невозможным из-за водяной стены, падающей с неба. Река взбесилась. Она с рёвом несла холодные воды с горных вершин, сметая древесные стволы, прибрежные сувенирные киоски. Шашлычную смяло так, что она теперь походила на покорёженную алюминиевую банку из-под пепси-колы.

Услышав грохот, Макс выглянул в окно и обомлел. Его дом стоял чуть подальше от реки. Те же здания, что стояли к ней вплотную, сильно подтопило. Он видел, как соседка пытается спасти машину, отъехав на ней на более возвышенное место. Но это ей не удалось. В последний момент женщина успела выскочить из своего транспортного средства, прежде чем оно рухнуло в бушующий поток воды, грязи, глины и раскрошенного асфальта. Макс кинулся к спящему на диване Иванычу.

— Иваныч, вставай! — проорал он на ухо старику. — Чрезвычайное положение! Вставай!

— Что? — пьяным заплетающимся языком спросил старик. — Что ты тормошишь меня, Максим?

— Вставай, говорю! Наводнение!

За окном дико ревели сирены.

— Да эти сирены чуть что орут. Ты ж знаешь... дай поспать лучше, негоже так с гостями обращаться...

Иваныч попытался захрапеть, но Макс, схватив напарника за грудки, принялся его трясти.

— Катер как следует привязан к пристани? — в волнении спросил он.

— Обижаешь! — возмутился Иваныч. — Разве я не понимаю, что нам за него ещё расплачиваться... я человек ответственный...

Его речь была прервана криками женщин. Макс ринулся к окну и увидел, что река добралась уже до его ближайших соседей.

— Иваныч, быстрее! Вода стремительно прибывает. Надо спасать деньги, документы, ценные вещи!

Максим всё же не представлял, насколько незавидно их положение. Он видел лишь вышедшую из берегов рычащую реку. Но такую картину доводилось видеть ему не раз. Мужчина мысленно подосадовал на то, что ремонт дома обойдётся ему недёшево. Но он ничего не знал о приближающемся торнадо. Этот вихрь был скрыт стеной дождя. Такие смерчи наиболее опасны, так как даже опытным метеорологам трудно их разглядеть. Воронка возникла внезапно, озадачив и напугав людей. Но Макс ничего не знал, он продолжал будить Иваныча.

— Да проснись же ты, старый болван! — разозлился он. — Утонешь ведь!

Но Иваныч был мертвецки пьян. Максу ничего не оставалось, кроме как взять его на руки и вынести из дома, который уже подвергся атаке реки. Бредя по колено в воде, да ещё с ношей на загривке, Максим быстро выбился из сил. Однако он сумел добраться до соседнего дома, у которого была мансарда. Там уже прятались хозяева здания и ещё несколько человек.

— Семёныч! — прокричал Макс, обращаясь к хозяину дома. — Примешь нас?

— Макс! Конечно! — послышался сверху голос. — Первый этаж частично затопило, но вы залезайте к нам, на мансарду.

Максим с трудом заставил Иваныча принять вертикальное положение и кое-как передвигать ногами. Он затащил своего напарника в безопасное место. Им ещё повезло, что воронка задела лишь те дома, что стояли рядом с морем, здесь же бесновалась только река. Максим хотел было устроиться поудобнее и хоть немного просушить одежду, как вдруг послышались душераздирающие крики. Это кричала женщина, муж которой, пытаясь спасти автомобиль, залез в него, чтобы отогнать в более надёжное место.

Мужчина не знал, что мощный поток через секунду неожиданно ударится о машину и увлечёт её за собой в море. Женщина отчаянно кричала, а её муж попытался выпрыгнуть из автомобиля, но ногой за что-то зацепился, скорее всего за ремень безопасности. Счёт шёл на минуты. Машина зацепилась за какое-то препятствие. Максим, увидев эту картину и оценив ситуацию, ринулся на помощь. Он кое-как добрёл до злополучного автомобиля и попытался освободить ногу соседа. Но вода была грязной и непрозрачной, он ничего не мог разобрать. К тому же шум дождя и грохот реки притупляли мысли.

В конце концов Макс залез внутрь машины и, изрядно повозившись, сумел всё-таки освободить ногу соседа от ремней. Мужчина свалился в реку, но смог удержаться на плаву. Макс собирался выпрыгнуть из машины следом, но резкий толчок свалил его на днище. Это внезапно усилившийся поток качнул машину. Максим сильно ударился головой, и, прежде чем он успел что-либо сообразить, водяной вихрь подхватил автомобиль и понёс в сторону моря.

Мужчина в ужасе таращил глаза, вспомнив все молитвы, какие знал. Нога его тоже оказалась травмирована, и когда он второй раз попытался покинуть транспортное средство, она острой болью дала о себе знать. Он сообразил захлопнуть дверь и закрыть плотно окна. Машину понесло по течению, как игрушечный кораблик полноводный весенний ручей. Уцепившись за руль, Макс готовился к смерти. Он надеялся только, что соседу удалось добраться в безопасное место, и его героизм не останется бесплодным усилием спасти чью-то жизнь.

Впереди показалась бушующая водяная бездна. Волны вздымались, пенясь и грохоча. Салон автомобиля наполовину затопило. Поток вынес машину в море, и она начала тонуть. Макс с ужасом наблюдал, как исчезает из поля зрения хмурое небо над головой, выплёскивающее тонны воды. Автомобиль погружался всё глубже, но в салоне ещё оставался воздух. Макс почувствовал толчок, это машина приземлилась на дно. Глубина здесь была не больше трёх метров, но Макс прекрасно понимал, что не сможет преодолеть их с повреждённой ногой, да ещё в такую бурю. «Какая ужасная смерть», — подумал он. Его трясло от страха и холода. Хотя здесь, под поверхностью, волнение было не настолько сильным, через стёкла ничего нельзя было разглядеть — настолько мутная была вода. Автомобиль стремительно наполнялся. Ещё минута, — и всё будет кончено.

Вдруг что-то заскрежетало по стеклу. Сперва мужчина решил, что это камни, влекомые водой, ударяются об окно и царапают его. Но внезапно Макс увидел человеческую ладонь, прижавшуюся к стеклу! «Что это? Утопленник?» — ошарашенно подумал мужчина. Но ладонь шевельнулась, потом появилась другая, а следом из мутной воды показалось женское лицо. Максим в недоумении смотрел на это зрелище, через секунду он узнал русалку, которую спас недавно. Жёлтые глаза Моривии сверкали, словно фантастические огни. Её алые губы шевелились, но Макс, естественно, не слышал, что она пытается ему сказать. Русалка на миг исчезла, а потом появилась вновь с увесистым камнем в руке, им она, преодолевая толщу воды, ударила по стеклу. Макс видел это, сделав последний вздох, так как автомобиль уже полностью заполнился солёной водой. Рёв стихии заглушал удары камня по стеклу, и Макс решил, что Моривия не справится со своей задачей. Он почувствовал нехватку кислорода и скоро забился в конвульсиях. В угасающем его сознании промелькнула мысль о том, что он благодарен морской деве за попытку спасти его.

Небо продолжало хмуриться, но ливень ослаб и вскоре превратился в небольшой дождь. Волны всё ещё вздымались и пенились. Мокрый песок неприятно охлаждал и без того продрогшее тело. Именно этот противный холод ощутил Максим, когда сознание стало к нему возвращаться. Он еще не открыл глаза, но уже понял, что лежит на суше, всё тело болело, особенно правая нога. Сперва он открыл один глаз, потом разлепил второй. Дышать было не очень легко, видно, это последствия кратковременной асфиксии. Рёв стихии поутих. Макс огляделся и вздрогнул от неожиданности, увидев перед собой встревоженное женское лицо.

— Привет, — пролепетал он растерянно.

— Хорошо, что мне всё-таки удалось тебя вытащить из этого странного агрегата, — проговорила Моривия, — я уж думала, ты помер.

— Как видишь, я жив... спасибо тебе.

— Я была у тебя в долгу, человек. Мне удалось отплатить тебе добром за добро.

— Но как ты узнала, где я и что мне необходима помощь?

— А я и не знала, — ответила русалка, — просто, когда начался шторм, решила подплыть к берегу. До встречи с тобой я во время разгула стихии уплывала на глубину, мне не было до людей никакого дела. Но твой благородный поступок заставил меня подняться на поверхность и посмотреть, не терпит ли кто из людей бедствие. Такую большую махину трудно было бы не заметить, я подумала, что в ней могут быть люди, и подплыла поближе. Представляешь, какого было моё удивление, когда внутри этой штуковины я увидела тебя?

— Чего уж тогда говорить обо мне, — усмехнулся Максим, — я вообще был в шоке, когда тебя увидел. Сперва решил, что ты утопленник. Спасибо тебе, ты спасла мне жизнь.

Русалка улыбнулась. Макс попытался встать. Это получилось у него не с первого раза. Шторм всё слабел. Мужчина сделал неуверенные шаги, морщась от боли.

— Вывих, должно быть, — прокряхтел он.

— Дойдёшь до своих? — с некоторым волнением посмотрела на него Моривия.

— Добреду как-нибудь. По камням, правда, тяжело будет идти, да ничего, доберусь.

— Ну тогда прощай, мне пора домой.

Она, как и в прошлый раз, соскользнула с прибрежного камня, помахала рукой и скрылась в морской пучине.

В посёлке был невероятный переполох. Раздавались тревожные сигналы, крики людей, грохот не желавшей утихомириться реки. Когда обессиленный, мокрый и весь грязный Максим ввалился в подтопленный дом того соседа, которому помог выбраться из машины, он увидел заплаканного Иваныча, успевшего прийти в себя. Старик сидел весь мокрый на ступеньках крыльца, которые всё ещё скрывала вода, еще не сошедшая после потопа. Растерянный, но живой и невредимый сосед стоял рядом и курил.

— Ох, Максим, Максим! Что же я буду говорить твоим родителям? Как сообщу им о твоей безвременной кончине? — хныкал Иваныч.

— Да не надо им сообщать ложную информацию, — весело прокричал Макс, только сейчас до конца поверив в своё чудесное спасение, — вот он я! Жив, но не очень цел.

У всех, кто видел, как машину с Максом смыло в море, даже дар речи пропал от потрясения.

— Макс! — заорал старик. — Жив! Но как?

— Меня спасла прекрасная русалка, — ответил Максим.

— Да ну тебя, — притворно нахмурился его напарник, — я тебя серьёзно спрашиваю. Ну да ладно, потом расскажешь, сейчас тебе необходимо оказать медицинскую помощь.

Прошло несколько недель, а последствия стихии всё ещё не удалось устранить до конца. Число отдыхающих значительно уменьшилось после такого происшествия. Да и сезон уже закончился. Как-никак октябрь. Катер, на котором работали Иваныч и Максим, по счастливой случайности уцелел, но был весьма помят стихией, и теперь почти все заработанные за сезон деньги пошли на его ремонт. Иваныч сильно приуныл из-за этого. Максим же, напротив, казалось, не был этим фактом расстроен.

— Тебе вообще, что ли, всё равно, что мы понесли столько убытков? — упрекал его в равнодушии Иваныч.

— Я чуть жизни не лишился и счастлив уже тем, что спасся, — задумчиво отозвался Макс.

— Ты так и не объяснил толком, как тебе удалось выбраться из тонущего автомобиля, — сказал старик.

— Говорю же, меня спасла русалка, — ответил мужчина.

— Ну ты или издеваешься, или башкой сильно ударился, — проворчал Иваныч.

Но Максим лишь хитро улыбнулся. Он глядел на морскую гладь, удивительно спокойную в эту минуту, и думал о том, что где-то там, в глубине, обитают разумные существа, которым понятны чувства долга и сострадания. А главное, они способны за добро отплатить добром. Ветер шумел и гнал прочь зефирные облака, волны играли солнечными бликами, а Макс всё стоял и смотрел вдаль, наслаждаясь морским пейзажем.

10. Полная луна

Бескрайним зелёным морем расстилается тайга на огромные территории. Кажется, что этот зелёно-изумрудно-салатовый ковёр колыхается от порывов ветра. Гнутся тёмные верхушки елей, машут своими ветвями сосны, трепетно дрожат редкие берёзы и осины. А вот где-то сверкнула речка. Несёт она свои сверкающие воды в лесные дали. Солнечные блики весело перепрыгивают с одной волны на другую.

Именно такой тайгу увидела молодая девушка из окна поезда дальнего следования. Она мечтательно смотрела на красивый пейзаж и восхищалась величием таёжной природы.

— Ирина, — обратился к ней попутчик, молодой мужчина, — следующая остановка в городе Ноябрьск. Вам, насколько я помню, выходить?

— Да, — подтвердила девушка, — пора собирать вещи. Спасибо вам за компанию.

— Может, оставите свой телефон? — с надеждой спросил мужчина.

— Извините, думаю, это лишнее, — ответила девушка, — вы ведь женатый человек.

— Ну и что? — развязно отозвался её собеседник. — Это не мешает вновь обрести счастье.

— Мне это не подходит, — отрезала Ира.

— Жаль. Вы очень красивая девушка и интересный человек.

Ирина, ничего не ответив, стала собирать вещи. Через полчаса поезд остановился в Ноябрьске, городе Ямало-Ненецкого автономного округа. Аккуратный отремонтированный железнодорожный вокзал производил приятное впечатление. Ира, взвалив на плечи огромный рюкзак и сразу же согнувшись под ним, направилась к середине платформы. Там её ждал мужчина средних лет с красивым мужественным лицом и светло-русыми волосами, одетый в куртку и штаны камуфляжной расцветки.

— Вы Лисовая Ирина Константиновна? — осведомился он.

— Да, это я, — ответила Ира.

— Меня зовут Михаил Фёдорович Коротов, — представился мужчина. Начальство отправило меня вас встречать. Дайте-ка мне свой рюкзак и пройдём к машине.

— Я рада такому приёму, — смеясь ответила Ира, — если бы не вы, рюкзак бы меня совсем раздавил.

Спустя несколько минут Коротов и Лисовая сели в видавший виды джип и поехали в пункт назначения.

— А далеко ли до посёлка Волковка? — поинтересовалась девушка.

— Тридцать километров к югу от Ноябрьска, — ответил Коротов, — машина моя, привыкшая к местным дорогам, быстро довезёт нас.

— Отлично! — обрадовалась Ира. — А все ли уже прибыли?

— Вот вас только дожидаются, — сообщил Коротов, — работу уже начали. Вам надо будет включаться в неё.

— Я готова! — радостно ответила девушка.

Разговор на время прекратился. Ирина Лисовая, глядя в окно, любовалась величественными елями и стройными соснами. Ей не терпелось приступить к работе, чтобы реализовать свои амбициозные планы, свойственные молодым учёным.

— А почему посёлок называется Волковка? — полюбопытствовала Ира. — Волков много?

— Хватает, — согласился Коротов, — и других зверей полно: медведи, рыси, кабаны. Тайга! Одна в лес не ходите. Случаи разные бывают.

— Что, прям хищники нападали?

— Волки, — пояснил мужчина, — сейчас лето. Обычно они не нападают на человека в это время года, добычи у них полно. Но почему-то такие случаи стали происходить. Один даже с летальным исходом.

— Ужас! — поразилась Лисовая.

— Да, — согласился Коротов, — жутковато. Непонятны причины такого поведения. Ваши коллеги предполагают, что из-за вырубки лесов животным стало некомфортно жить, и они меняют своё поведение. Климат тоже сейчас стремительно меняется.

— Поэтому я здесь! — заявила Лисовая.

— Я уверен, что вы с коллегами во всём разберётесь.

За разговором время пролетело быстро, и вот уже путники въезжали в посёлок Волковка, окружённый непроходимой тайгой.

— Вот и приехали, — сообщил Коротов, — посёлок довольно большой у нас. Сейчас мы едем по улице Центральной. А вон уже и ваша исследовательская база.

— Как здорово! — по-детски захлопала в ладоши Лисовая, которой не терпелось впервые поучаствовать в исследовательской работе группы учёных, и видных, и молодых, только начинающих свой научный путь. Её отобрали в состав группы на основании положительной рекомендации института, в котором она работала уже два года, с тех пор как получила диплом с отличием.

Автомобиль подъехал к длинному двухэтажному кирпичному зданию, окружённому решётчатым забором. Мужчина и девушка, выйдя из машины, направились к воротам. Охранник, седовласый дедуля, выйдя из служебной будки и поздоровавшись с Коротовым, спросил:

— А это что за очаровательная принцесса?

— А это, — ответил мужчина,— новый сотрудник, Лисовая Ирина Константиновна.

— Очень приятно, — отозвался старичок, а меня зовут Сказочкин Тимофей Ефимович.

— Очень рада знакомству, — учтиво улыбнулась девушка, — какая у вас добрая фамилия.

— Это очень подходящая фамилия, — засмеялся Коротов, — он и вправду Сказочкин — столько баек и легенд знает, заслушаешься. Однако нам пора. Пойдёмте, Ирина Константиновна, сразу к начальству.

Поднявшись по ступенькам на второй этаж кирпичного здания, они вошли в просторный кабинет. Ирина обвела взглядом обстановку: множество географических карт украшали стену, на большом столе грудами высились раскрытые книги, рядом валялись бесчисленные исписанные тетради и листы бумаги со всевозможными схемами, таблицами и графиками. За столом сидел худощавый мужчина в белом мятом халате. Голова его, не имевшая ни одного волоска, блестела лысиной. Очки съехали на самый кончик длинного носа.

— Узнаю старшего научного сотрудника, Знайкина Николая Андреевича! Такой же беспорядок, как в вашем кабинете у нас в институте! — вместо приветствия протараторила Ирина.

— Ваша детская непосредственность, Ирина Константиновна, меня всегда раздражала, — холодно ответил Знайкин, — позвольте узнать, почему вы опять опоздали? Группа приехала в Волковку неделю назад! Неделю! Вы опоздали, а теперь вместо объяснений даёте характеристику моему кабинету! Впрочем, молодёжь нынешняя... да чему тут удивляться.

— Извините, — осеклась Ирина.

— Вот вам ключ от вашей комнаты, — недовольно хмурясь сказал Знайкин, — завтра же приступайте к работе. И только попробуйте опоздать!

Ира, взяв ключ, поспешила покинуть кабинет руководителя исследовательской базы. Коротов вышел за ней следом.

— Не расстраивайтесь, Ирина Константиновна.

— А я и не расстраиваюсь, — ответила девушка, — я привыкла к тому, что Знайкин всегда ворчит, и не обращаю на это ни малейшего внимания.

— В таком случае вы позволите показать вам посёлок? — спросил Коротов. — Вы же здесь ничего не знаете.

— Я буду вам очень благодарна, Михаил Фёдорович, — весело ответила Ира, — если вы раскроете мне все тайны Волковки и покажете местные достопримечательности. Но для начала я бы хотела взглянуть на свою комнату и немного отдохнуть после дороги. Ведь завтра у меня начинается трудовая деятельность.

— Да, конечно, — согласился Коротов, — простите, что я сам не догадался, что вы устали, и навязываю вам своё общество. Я буду ждать вас на пункте охраны после обеда. За это время вы успеете и отдохнуть, и подкрепиться.

— Согласна, — ответила Ира.

— Тогда до встречи, — учтиво поклонившись и вернув девушке рюкзак, резюмировал Коротов и ушёл.

Лисовая посмотрела на ключ.

— Так, номер восемь, — задумчиво пробормотала она, — это значит, первый этаж. Что ж, посмотрим.

Комната номер восемь оказалась угловой на первом этаже, напротив туалета и душа.

— Замечательно! — обратилась с иронией в голосе девушка сама к себе. — Как же не любит меня этот Знайкин! Всё время ко мне цепляется, а теперь ещё и такие апартаменты выделил! В угловой комнате зимой, должно быть, дубак просто. Хорошо, что сейчас не зима, а лето. А то, что напротив туалета... зато далеко ходить надо. И душ рядом.

Лисовая открыла ключом дверь и, войдя внутрь, принялась осматривать свои владения. Осмотр удовлетворил её. В помещении имелась вся необходимая мебель: шкаф с зеркалом во весь рост на дверце, стол, два стула и кровать. Ирина втащила свой огромный рюкзак в комнату и начала разбирать вещи, раскладывая их на полки в шкафу. Покончив с этой работой, она застелила постель, повалялась на ней, оценивая, насколько удобно будет спать на этом ложе. Жестковато, конечно, но терпимо. Немного отдохнув на кровати, Ира решила, что пора выяснить, где происходит приём пищи, так как желудок её начал напоминать о своём существовании.

Для начала надо было переодеться. Ира решила сменить городской стиль на более подходящий для местных условий. Она заменила светло-голубые джинсы на спортивные тёмно-серые штаны, а белоснежную футболку на светло-серую водолазку. Девушка сняла босоножки и надела практичные и удобные кроссовки. Ирина взглянула в зеркало. Оттуда на неё смотрела весёлая стройная красавица с серыми глазами и светло-русыми вьющимися волосами. Связав непослушные локоны резинкой для волос, девушка ещё раз посмотрелась в зеркало и осталась довольна преобразованием. Она, взяв небольшой рюкзачок, вышла из своей комнаты и отправилась разыскивать столовую. Успешно справившись с этой задачей, Ира приступила к обеду. Но пообедать оказалось не так-то просто: её то и дело приветствовали коллеги и спрашивали, как она добралась и в какую комнату заселилась.

Наконец, пообедав, Ирина отправилась к пункту охраны у ворот.

— Ну как, устроились? — спросил её охранник.

— Да, всё отлично, Тимофей Ефимович, — сообщила девушка.

— Я за вас рад, — услышала Ира мужской голос за спиной.

Обернувшись, она увидела Коротова и улыбнулась ему.

— Позвольте, дама, пригласить вас на экскурсию, — промолвил мужчина.

— С удовольствием, Михаил Фёдорович, — весело прощебетала девушка.

Коротов и Лисовая прогулочным шагом отправились осматривать посёлок.

— Значит, это у нас улица Центральная, — приступил к объяснениям Коротов.

— Я это уже запомнила.

— Какая вы умница, — похвалил он Ирину, — вы готовы к следующему уровню познаний.

Ира рассмеялась и пошла дальше за своим гидом. Гуляя по посёлку, она пыталась запомнить названия улиц.

— А это что за чудесный терем? — спросила она, указывая на двухэтажный коттедж, обнесённый добротным забором.

— Это владения моего друга, Малютина Сергея Алексеевича. Он очень успешный фермер. Можно сказать, крупный местный бизнесмен.

— Как интересно! — внимательно разглядывая богатое строение, отозвалась Лисовая. — И вы с ним друзья?

— Это мой лучший друг, Ирина Константиновна, — гордо проговорил Коротов. — Сергей и его жена Юля держат животноводческую ферму. Их земли тянутся вдоль речки. Там пасутся и коровы, и овцы, и козы. Для животных выстроены на берегу хлев и коровники. Их хозяйство не только процветает, но и обеспечивает рабочими местами местное население.

— Это очень важно, — серьёзно произнесла Лисовая.

— Да. Сергея Алексеевича и его супругу Юлию Александровну все очень уважают. Они успешные и хорошие люди. Помимо фермы, занимаются ещё и благотворительностью.

— Хороших вы друзей себе выбираете, Михаил Фёдорович, — одобрительно заметила Ира.

— Ирина... позвольте вас так называть, — немного смутившись, обратился к девушке Коротов, — называйте меня, пожалуйста, просто Михаил. Я же не старик какой-то, хоть и постарше вас.

— Договорились! — радостно согласилась Ирина.

Коротов, улыбнувшись, повёл девушку дальше.

Впереди Лисовая увидела небольшое строение, у которого разговаривали несколько человек.

— А это что? — спросила она, указывая на здание.

— Это наш сельский магазин, — пояснил Коротов, — выбор товаров, конечно, меньше, чем в крупных городах, но более-менее сносный. К тому же магазин— важный пункт обмена новостями и сплетнями. Хотите, зайдём?

— Конечно! Мне как раз нужно кое-что прикупить.

Они зашли в здание магазина. Здесь была небольшая очередь. Ира, заняв в ней место, рассматривала предлагаемый товар, Коротов стоял с ней рядом.

— Интересно, картошка-то уродится в такое дождливое лето? — громко рассуждала полная старушка.

— Да лето-то нормальное, баба Маня, — возразила ей продавщица, — подсохло уже всё, тепло вторую неделю держится, а вы всё заладили про дожди.

— А я говорю, дождливое лето! И не спорь со мной, Светка, — упорствовала баба Маня, — весь июнь поливало!

— Да вам не угодишь: то холодно, то жарко, — смеясь, ответила продавщица Света, худощавая молодая женщина.

Между тем очередь дошла до Лисовой и Коротова.

— Привет, Миша, — сияя улыбкой, обратилась к Коротову продавщица, — тебе, как обычно, сигареты «Элитные»?

— Да, Светуль, — ответил ей Коротов, — и ещё конфеты дай, пожалуйста, вон те, в нарядной упаковке.

— А что за праздник? — поинтересовалась Света.

— Да вот, — указал Коротов на Ирину, — новый сотрудник нашей исследовательской базы. Хочу этой очаровательной девушке презент вручить, так сказать, в честь приезда.

Продавщица бросила ревнивый взгляд на Лисовую и раздражённо спросила:

— И как же вас звать-величать?

— Лисовая Ирина Константиновна, — игнорируя враждебный тон, представилась девушка, — я климатолог.

— Кто-кто, простите? — изумилась Света.

— Климатолог, — повторила Ира, — это такие учёные, изучающие причины и скорость изменения климата в разных регионах нашей планеты.

— О-о! — протянула продавщица. — Так вы учёная леди!

— Ну, можно и так сказать, — не заметив иронию, засмеялась Ира.

— Так что же хочет приобрести учёная леди в нашем скромном магазине?

— Дайте, пожалуйста, стиральный порошок, мыло, печенье клубничное. Ах да, ещё мне нужен электрический чайник.

Света отправилась разыскивать на магазинных полках названные товары, а баба Маня, внимательно слушавшая разговор, произнесла:

— Наконец-то учёные занялись проблемой климата! А то вообще что-то непонятное с природой творится. Климатолог — это хорошо. Климатологи нам нужны.

Ира добродушно улыбнулась ей в ответ. Тем временем Света принесла товар. Расплатившись, Ира взяла свою покупку, и тут произошло непредвиденное и курьёзное происшествие. Разговаривая с продавщицей, Ирина не заметила, как в магазин вошёл высокий мужчина и, подойдя к прилавку, задумчиво рассматривал товар. Лисовая стояла к нему спиной. Взяв свою покупку, девушка сделала шаг назад и, наступив мужчине на ногу, от неожиданности уронила коробку с чайником. Та с грохотом приземлилась на пол, Коротов кинулся её поднимать.

— Простите, пожалуйста, — залепетала Ира и, взглянув на мужчину, обомлела.

Над ней возвышался настоящий великан! Мужчина был высоченного роста и атлетического телосложения. Молодость и необычайная физическая сила угадывались в его образе. Чёрные недлинные волосы были слегка взъерошены. Тёмная щетина покрывала могучие скулы. Но больше всего поражали его большие, неестественно яркие голубые глаза. Мужчина начал как-то странно принюхиваться, как собака, которая берёт след.

— Простите, — повторно извинилась Ира, — я вас не увидела.

Великан пристально посмотрел её в глаза, а затем молча кивнул, давая понять, что извинения приняты. Ира оглянулась и с удивлением заметила, что присутствующие в магазине люди непонятно отреагировали на появление этого мужчины. Баба Маня, что-то шепча, испуганно смотрела на этого громилу. Продавщица Света с широко раскрытыми глазами, в которых читался страх, взирала на происходящее. Несколько человек, не успев ничего купить, поспешно вышли из магазина. Даже Коротов, казалось, попятился от нового посетителя. Он потянул Лисовую к выходу. Оказавшись на улице, Ирина выдохнула.

— Как неудобно получилось, — сказала она, — и как я не заметила такого гиганта? Это вообще кто?

— Это Семён Зверев, — ответил Коротов, — местный охотник. Живёт на отшибе, прямо рядом с лесом его дом.

— Мне показалось, что его испугались покупатели и продавщица.

— Да, его побаиваются, — согласился Коротов, — дело в том, что он немой, говорить не может, только какие-то звероподобные звуки издаёт. А народ у нас суеверный, болтают всякие глупости.

— И что болтают? — поинтересовалась Ира.

— Да чушь всякую, — отмахнулся Коротов, — вам-то это зачем? Вы же учёный человек.

Ира пожала плечами и произнесла:

— Михаил, будьте так любезны, проводите меня до базы, я боюсь заблудиться, не до конца ещё освоилась. Прогулку мне пора заканчивать. Хочу вовремя лечь спать, чтобы выспаться перед первым рабочим днём. А то, чего доброго, просплю, и Знайкин с меня три шкуры спустит.

— Как скажете, Ира, — с готовностью согласился Коротов, — раз Знайкин так страшен в гневе, то не стоит рисковать. Я с удовольствием исполню вашу просьбу.

Коротов проводил Иру до научной базы.

— Вот, не забудьте свой презент, — сказал он девушке, протянув коробку конфет.

— Спасибо, — поблагодарила она, — до встречи.

Попрощавшись, мужчина ушёл.

— Как прогулка, Ирина Константиновна, удалась? — приветствовал девушку охранник.

— Ещё как удалась, Тимофей Ефимович, — воодушевлённо сообщила Ира, — я прогулялась по посёлку, видела шикарный коттедж фермера Малютина, посетила ваш уютненький магазин и отдавила ногу какому-то громиле.

— Да, — усмехнулся старик, — насыщенная событиями прогулка у вас получилась, — кому же это так не повезло, что вы ему ногу отдавили?

— Да это просто настоящий великан! — восторженно ответила девушка, — огромный такой, с чёрными, как уголь, волосами и ярко-голубыми глазами. Он немой, не говорит. Если бы говорил, представляю, что бы я о себе услышала!

— Как вы сказали? Немой? — побледнел охранник.

— Ну да, — удивилась девушка его реакции, — Семёном, кажется, зовут.

— Семён Зверев! — вскричал Тимофей Ефимович.

— Да... — озадачилась Ира, — а что такое?

— Поосторожнее с этим человеком, — взволнованно ответил ей старик, — тем более сегодня наступит первая ночь полной луны.

— Вы хотите сказать, что сегодня полнолуние? — уточнила Ира.

— Вот именно, — перейдя на шёпот, подтвердил охранник.

— И что? — продолжала удивляться Ирина.

— А то, — пояснил Тимофей Ефимович, — Семён не простой человек. Он оборотень.

— Не поняла вас, — изумилась Ира, — кто он?

— Оборотень! — многозначительно произнёс старик.

— Вы что имеете в виду? — насторожилась девушка.

— То и имею в виду, — объяснил Тимофей Ефимович, — что человек этот имеет способность превращаться в чудовище, покрытое шерстью, с горящими голубыми глазами и длинными клыками.

— А вы умеете шутить, Тимофей Ефимович, — рассмеялась девушка.

— Я вовсе не шучу, юная леди, — обиделся старик, — он оборотень, и это чистая правда! Я сам видел, как Семён обратился в зверя. Я тогда ещё работал в нашем охотхозяйстве. Семён, совсем еще юноша, был моим напарником. Однажды ночь застала нас двоих далеко от посёлка, в тайге. С вечера Семён стал какой-то беспокойный. Всё показывал мне знаками, что домой надо идти быстрее, мычал по своему обыкновению. А я упёрся, потому что ночью в тайге дороги не сыскать, чего доброго, собьёшься с пути. Я развёл костёр, сообщил Семёну, что переночуем мы в лесу, а как рассветёт, пойдём с посёлок. Он недовольно на меня зыркнул своими глазищами, мне аж не по себе стало. Наломал я лапника и, положив под голову свой вещевой мешок, уснул. Глубокой ночью проснулся от какого-то шума. Гляжу — Семёна нет у костра. Светила полная луна, и видимость была хорошая. К тому же я включил фонарик. Из кустов доносились какие-то нечленораздельные звуки. Я узнал голос Семёна и поспешил к нему, решив, что что-то с ним произошло. Картина, представшая моим глазам, была ужасна! Семён совершенно голый стоял на четвереньках. Я в страхе наблюдал, как меняется его лицо: нижняя и верхняя челюсти удлинились, обнажая длинные клыки. По всему его могучему телу проступили длинные чёрные волосы, похожие на шерсть. Я трепетал. Юноша на моих глазах превратился в жуткое чудище. Он повернул свою вытянутую морду и увидел меня! Я, скованный страхом, не мог ни крикнуть, ни убежать. Чудовище устремило на меня взгляд голубых глаз, ярко сияющих в ночной тьме. А потом монстр вдруг встал на задние ноги и скрылся в зарослях. Уж не знаю, как я дожил до рассвета, как добрался до посёлка. Рассказал соседям и сослуживцам про ночное происшествие, но мне тогда никто не поверил. Семён стал избегать встречи со мной. Прошло немного времени, и ещё кто-то увидел Семёна, превращающегося в монстра. Ведь он был ещё молодой и неопытный оборотень и совершал ошибки, плохо маскируя свою сущность.

Тимофей Ефимович замолчал. Молчала и Ирина. Ей стало неуютно от того, что, как ей теперь казалось, она находится рядом с сумасшедшим человеком.

— Знаете, мне, пожалуй, пора отдыхать, — сказала девушка, — до встречи.

— Спокойной ночи, Ирина Константиновна, — отозвался охранник.

Ира, устав за день, решила не идти на ужин, а сразу лечь спать. Она достала из коробки новый чайник и, убедившись, что падение на пол никак не отразилось на его работоспособности, вскипятила воду, заварила чай и достала печенье. После такого лёгкого ужина она, приняв душ, легла в постель и тут же уснула.

Посреди ночи девушка открыла глаза. Её разбудил протяжный волчий вой. Она прислушалась. Через какое-то время вой прозвучал вновь и уже совсем близко. «Неужели волки подходят вплотную к посёлку?» — изумилась Ира. Она встала и подошла к окну, чтобы закрыть форточку, так как ей стало жутковато. Взглянув в окно, девушка невольно вскрикнула. В ближайших зарослях увидела она тёмный силуэт. Во тьме нельзя было разобрать, что это за животное, но угадывались его большие размеры. Больше всего поражали глаза этого существа. Они, как два голубых огонька, пронизывали ночной мрак. Девушка не на шутку испугалась. Существо, встрепенувшись, скрылось в кустах. Ира подбежала к двери и проверила, хорошо ли та заперта. Немного успокоившись, она вновь легла в кровать. Сон как рукой сняло. Долго размышляя, кого она видела, Ира всё-таки заснула.

После такой тревожной ночи девушка не проснулась вовремя. Не помог даже будильник. Ира открыла глаза, посмотрела на часы и поняла, что в эту самую минуту начинается её первый рабочий день. Молнией вскочила она с пастели. На сборы ушло минут десять. Хорошо ещё, что научная база находилась в этом же здании. В девять часов пятнадцать минут Лисовая Ирина влетела в лабораторию. Как и следовало ожидать, она услышала гневный голос Знайкина.

— Лисовая! — прогремел он. — Я даже не знаю, какой казни вас подвергнуть!

— Простите, Николай Андреевич, проспала.

— Вы постоянно опаздываете! — принялся читать нотацию научный руководитель. — Допустим, я ещё могу понять, что можно было опоздать на неделю сюда, в отдалённый посёлок Волковка. Но это только «допустим». Но как можно опоздать на работу, когда работа эта и проживание находятся в одном и том же здании?! Я потрясён вашей расхлябанностью и бессовестностью!

Когда он умолк, задыхаясь от гнева, Ирина, мило улыбнувшись, пропищала:

— Разрешите приступить к работе, Николай Андреевич?

Знайкин готовился разразиться очередной тирадой, но не успел, так как с улицы донеслись взволнованные крики. Учёные подошли к окнам посмотреть, что там такое. Они увидели толпу людей, бурно обсуждающих какое-то неприятное происшествие.

— Что случилось? — прокричал Знайкин, распахнув окно.

— Сегодня ночью кто-то растерзал десяток овец на ферме Малютина!— послышалось в ответ.

— Волки?

— Скорее всего, — ответил говоривший, — но сейчас полнолуние, некоторые считают, что это проделки оборотня.

Научные сотрудники заулыбались. Ира, потрясённая, молчала.

— Поразительно! — воскликнул Знайкин. — В двадцать первом веке оборотни всё ещё существуют в сознании людей!

День прошёл без происшествий. Ирина, закончив свою работу, вышла на улицу и направилась в магазин. По пути её нагнал Коротов.

— Ира, здравствуй, — непринуждённо сказал он.

— Здравствуй, Михаил, — ответила девушка, сделав вид, будто не заметила, что они перешли на «ты».

— А я ждал тебя, — сообщил мужчина, — хочу составить компанию. Куда направимся?

— В магазин.

— Отлично! — обрадовался Коротов.

В магазине гудел народ. Все обсуждали происшествие на ферме.

— Ведь это не первый случай, — напомнила продавщица Света, — в прошлое полнолуние у Малютиных тоже скот растерзали.

— Ох, оборотень орудует! — всплеснула руками баба Маня и, заметив Иру, сказала: — Ну, вы-то, учёные люди, разберитесь в ситуации!

— Я климатолог, — ответила Ира, — а здесь должны разбираться зоологи.

— Или уфологи, — вставил Кротов.

— Что ещё за уфологи? — удивилась баба Маня.

— Это специалисты по аномальным явлениям, — объяснила Лисовая.

— Во-во! — взволновалась пуще прежнего старушка. — Нам этих-то и надобно! Звоните в эти вашинские институты и вызывайте кого надо. Нам надоело жить в страхе!

— Я поговорю с нашим научным руководителем, пусть свяжется со своими коллегами, — пообещала Ирина и, выйдя со своим спутником из магазина, спросила: — А ты что думаешь, Михаил? Волки это?

— Да кто знает? — отозвался мужчина. — Терзают скот, может, и волки, а может, и ещё кто-то.

Михаил проводил девушку до научной базы, и они расстались, договорившись встреться на следующий день.

— Добрый вечер, Иришка, — поприветствовал девушку Сказочкин, — то есть я хотел сказать, добрый вечер, Ирина Константиновна.

— Да ладно вам, Тимофей Ефимович, — смеясь, ответила девушка, — не надо так официально. Я же в дочки вам гожусь.

— Как скажешь, Ирина, — улыбнулся охранник, — слыхала новость про ферму Малютиных?

— Да. Жутко как! Как по-вашему, волки это или...

— Или Семён? — договорил за неё старик.

— Да.

— Не знаю, Ира, что и думать... У других жителей посёлка тоже есть скотина, но страдает только ферма Малютина. Как будто есть личная заинтересованность оборотня в разорении этих добрых людей. На Семёна это не похоже. Он хоть и угрюмый, но не злобный. Да и не припомню я, чтобы у Малютиный был какой-либо конфликт с ним.

— Значит, волки? — сделала вывод Лисовая.

— Выходит, что так, — задумчиво ответил старик, — тут одна старушка живёт. Она представительница одного из сибирских коренных народов, дочь шамана. Зовут её Эльма. Многое ей открыто, можно спросить её мнения.

— Да что же это такое?! — воскликнула Ира. — Средневековье какое-то! Оборотни, теперь ещё и ведьма, оказывается, тут есть. Хоть инквизиторов вызывай!

— Ты зря иронизируешь, — предупредил старик, — вы в своих больших городах да в исследовательских институтах многого не ведаете.

— Не сердитесь, Тимофей Ефимович, — мягко сказала Ира, — просто у меня образование, которое не позволяет мне верить в сказки.

— А жаль, — отозвался старик, — сказки в наше прагматичное время не помешали бы.

— Да, — задумалась Лисовая, — в нашей жизни и впрямь не осталось места волшебству... Заболталась я с вами тут, пойду к себе.

На этом разговор закончился.

Прошло две недели пребывания Лисовой Ирины в посёлке Волковка. Работа кипела, но кипела и личная жизнь. Коротов начал открыто ухаживать за Ирой. Он каждый день приглашал её на свидание, дарил цветы, конфеты и напрашивался в гости. Ирине Михаил нравился, но она не хотела торопить события и держала дистанцию.

Однажды в свой выходной Лисовая решила пойти в лес за ягодами. Одна она, конечно, не решилась бы войти под сень угрюмых елей и поэтому позвала с собой Коротова. Михаил отправился сопровождать девушку. Уже два часа брели они по лесу. Ира устала, и Коротов предложил сделать привал. Они сели на поваленное дерево. Ира собиралась достать из рюкзачка взятые с собой бутерброды, как вдруг мужчина взял её за руку, очень близко подсев к ней.

— Что с тобой, Михаил?

— Ира, — дрожащим голосом ответил Коротов, — я давно хотел сказать тебе, что, по-моему, нам необходимо перевести наши отношения в другой формат.

— В другой формат? — округлила глаза Ира.

— Не притворяйся дурочкой, — ответил Коротов, — мы же не маленькие дети. Сколько можно ходить за ручку? Я взрослый мужчина, а ты молоденькая и такая соблазнительная красотка.

Он сильно сжал обе её руки и попытался поцеловать. Но она отвернулась и резким рывком выдернула свои руки из его больших ладоней.

— Михаил, что ты делаешь?! — вскричала Ирина и ужаснулась, видя лихорадочный и похотливый блеск в глазах своего спутника

— Я хочу, чтобы ты стала моей! — почти прорычал он.

— А ты меня спросил? — вознегодовала девушка.

Но он, не ответив, бросился на неё и повалил на траву. Ира закричала. В какой-то момент мужчина ослабил хватку, и, пользуясь этим обстоятельством, Ира рванулась что было сил. Ей удалось высвободиться из объятий Коротова, вскочить на ноги и пуститься наутёк сквозь заросли.

— Стой, дура! — услышала она за спиной голос Михаила, который кинулся её догонять.

Ира бежала, не оборачиваясь и радуясь, что в детстве и в подростковом возрасте занималась бегом, даже разряд спортивный имела. Теперь она, как быстрая лань, неслась сквозь тайгу. Очень быстро преследователь отстал от неё и, чертыхаясь, повернул к посёлку.

Ира остановилась. Тайга давила на неё со всех сторон. Дрожащими руками девушка достала из кармана мобильный телефон, но связи не было. Она решила продолжать идти сквозь чащу в надежде, что найдёт то место, где появится возможность сделать звонок. Пройдя около километра, Лисовая остановилась, чтобы перевести дух. Вдруг в кустах кто— то шевельнулся. Девушка замерла, а потом увидела, как из зарослей появился волк. Хищник смотрел ей в глаза. Ира огляделась по сторонам, соображая на какое дерево лучше залезть. Но к неописуемому своему ужасу она заметила ещё волков, которые, окружив её, сужали кольцо. Ира схватила валявшуюся на земле палку и прокричала:

— Пошли прочь! Уходите! Глухое злобное рычание было ей ответом. Ира попятилась и, споткнувшись, упала. Она хотела вскочить на ноги, но резкая боль в лодыжке не позволила ей это сделать. Девушка поняла, что вывихнула ногу.

— Помогите! Помогите! — завопила она, хотя и понимала, что некому прийти ей на помощь в этой глуши.

Волки подошли совсем близко, и один из них приготовился было уже сделать прыжок в сторону жертвы, как вдруг что-то остановило его. Ирина увидела, что все волки разом обернулись в одну сторону и с остервенением зарычали на кого-то. Шерсть их вздыбилась, но поджатые хвосты говорили о том, что хищники испытывают страх. Что-то огромное показалось из-за деревьев. Сперва Лисовая подумала, что это медведь, но, приглядевшись, различила высокое звероподобное существо, стоящее на задних лапах. Тело его было покрыто густой чёрной шерстью, вытянутая морда напоминала волчью, но была гораздо больше. Голубые глаза сверкали яростью.

Существо начало приближаться, передвигаясь на задних лапах, точнее, ногах, похожих на человеческие. Передние конечности монстра отдалённо напоминали руки, но на скрюченных пальцах имелись длинные когти. Чудовище зарычало и бросилось на одного из волков. Серый хищник не успел отскочить в сторону, чтобы избежать нападения. Существо схватило его за шкирку, словно щенка, и отбросило в сторону. Волк, пролетев пару метров, ударился о ствол мохнатой ели и, взвизгнув, упал на землю. Остальные звери, скаля зубы, отступили перед неведомым и могучим противником. Волк, лежавший под елью, скуля встал и отполз в заросли. Его товарищи решили не вступать в схватку с монстром, чувствуя его превосходство в силе. Они, поджав уши и недовольно и боязливо рыча, удалились прочь. Ирина с замиранием сердца наблюдала, как существо приближается к ней. В голове пронеслись десятки мыслей: «Кто это?», «Что это?», «Зверь? Оборотень?», «Если оборотень, почему в таком обличье, ведь сейчас день? К тому же до полной луны ещё далеко». Между тем монстр опустился на колени, и его тело начало стремительно меняться: чёрная шерсть исчезла, обнажив мускулистую мужскую фигуру, длинные острые уши как-то сжались и превратились в человеческие. Морда, меняясь, становилась всё более похожей на человеческое лицо. И вот уже перед Ириной предстал обнажённый мужчина. Он поднял голову, и девушка узнала в нём Семёна! Ледяной страх сковал всё её существо. Она вскрикнула и лишилась чувств.

В дальнейшем, вспоминая эту историю, Лисовая не могла понять, сколько времени она находилась без сознания: час или два, а может, и больше. Придя в себя, Ирина обнаружила, что лежит на кровати, застеленной шкурой какого-то животного. За окном было ещё светло. Девушка чуть привстала. Её вывихнутая нога на удивление почти не болела, она была перевязана эластичным бинтом. Ира оглядела комнату, интерьер которой был совсем прост: из мебели лишь кровать, стол да стул. Даже шкафа нет. Деревянный пол не мог похвастаться ни линолеумом, ни ковром, только облезлая краска покрывала его. Окно без занавесок было заляпано пылью. Комната напоминала больше какую-то берлогу, нежели человеческое жильё.

Вдруг девушка услышала тяжёлые шаги, и, когда дверь отворилась, в помещение вошёл Семён. От волнения Ира не могла пошевелиться. Мужчина замер, уставившись на неё своими горящими голубыми глазами. Огромный, он стоял неподвижно, как скала. Могучие руки держали кастрюлю, от которой разносился по воздуху аппетитный аромат. Семён, что-то прорычав, опустил кастрюлю на стол, на котором уже стояла чашка и лежала одна тарелка. Затем мужчина подошёл к Лисовой и, взяв её на руки, отнёс к столу и посадил на единственный стул. Он поднял крышку кастрюли, там оказалась варёная картошка с кусочками мяса. Семён положил на тарелку большую порцию своего кулинарного шедевра и поставил тарелку перед гостьей. Он протянул её вилку, сам же уселся прямо на пол и принялся руками отправлять содержимое кастрюли себе в рот. Ира была так испугана, что кусок не лез ей в горло, она сидела неподвижно, замирая от страха. Семён вопросительно посмотрел на Иру и жестами объяснил, что хочет, чтобы она поела. Так как хозяин этого логова не проявлял никакой агрессии, страх, сковавший девушку, потихоньку отступил. Лисовая, решив, что глупо перечить монстру и злить его, приступила к трапезе. Когда с едой было покончено, Семён встал, забрал грязную посуду и вышел за дверь. Ира услышала плеск воды. Неужели чудовище ещё и посуду моет? Когда мужчина вернулся, Ирина, осмелев, спросила:

— Семён, ты... оборотень?

Он закивал в знак согласия. Тогда Ира задала ещё один мучающий её вопрос:

— Скажи, это ты разоряешь ферму Малютиных, терзая скот?

Семён отрицательно покачал головой. Девушка почему-то почувствовала, что он не врёт, слишком честным было его лицо.

Она встала из-за стола, нога совсем не болела, видно, Семён вправил сустав, перед тем как забинтовать.

— Можно я осмотрю твой дом? — спросила она.

Семён кивком разрешил ей это сделать. С любопытством Ирина осматривала убогое логово человека-зверя. На стене она увидела фотографию, покрытую слоем пыли. Семён смотрел на девушку, не отводя взгляда. Он подошёл к окну и, наклонившись, аккуратно отодвинул одну половицу, достал из-под неё небольшую деревянную коробочку. Лисовая изумлённо смотрела на него. Он подошёл к ней и протянул загадочный предмет. Ира взяла в руки коробочку и открыла её. Там лежали старые фотографии. Их было немного, и Ира внимательно разглядывала добрые лица мужчины и женщины в окружении детишек. Черты лиц этих людей были схожи с чертами лица Семёна. Несомненно, это его родственники.

— Это твои родители? — догадалась Ира.

Семён вновь утвердительно кивнул.

— И на фото на стене тоже они?

Вновь утвердительный кивок. Ира, просмотрев фотографии ещё раз, бережно сложила их в коробку и вернула владельцу. Семён положил своё сокровище обратно под половицу.

За окном сгущались сумерки. Ирине вновь стало страшно, и она пролепетала:

— Ну... я пойду, пожалуй... Спасибо за то, что спас меня он волков.

Семён жестами показал, что не препятствует её уходу. Лисовая, обувшись, торопливо вышла на крыльцо и поспешила прочь от логова оборотня.

Вечерело. Девушку переполняли эмоции. Она не вошла, а ворвалась к Сказочкину в сторожку.

— Тимофей Ефимович! — выпалила она. — Он оборотень!

Охранник в недоумении взглянул на неё:

— Кто? Семён?

— Да! — взволнованно подтвердила Ира.

Она рассказала старику всю историю от начала до конца в малейших подробностях. Пожилой охранник взволнованно задавал десятки вопросов.

— Если не он убивает животных Малютина, кто тогда это делает? — задумался Сказочкин.

Ира пожала плечами.

— Надо спросить у Эльмы, — сделал вывод охранник.

— И как найти эту Эльму? — поинтересовалась Ира.

— Она часто бродит по посёлку или на опушке леса. А иногда вдруг исчезнет на несколько недель, потом вновь появляется. В это раз её не было месяц. Вчера, говорят, вернулась, видел её кто-то.

— Надо будет завтра отыскать Эльму, — решительно проговорила Лисовая, — хорошо, что у меня два выходных подряд.

На следующее утро Ира Лисовая выполняла роль сыщика из какой-то детективной истории. Она прочёсывала улицу за улицей в поисках загадочной женщины. И наконец её поиски увенчались успехом. Ирина увидела пожилую даму, одетую в национальный костюм одного из сибирских народов. Какого именно, Ира не знала, так как ничего не понимала в этом. В одежде Эльмы преобладали зелёные и красные цвета. На шее женщины Ира заметила украшение из каких-то перьев и разноцветных бусин. Непокрытая голова красовалась длинными и тщательно расчёсанными седыми волосами. Ни дать ни взять шаманка какая-то, только бубна не хватает.

— Эльма! — обратилась к женщине Лисовая.

Женщина взглянула на девушку. Её доброе, но вместе с тем серьёзное лицо озарилось сдержанной улыбкой.

— Извините, что беспокою вас,— смущённо проговорила Ира, — но мне нужен ответ на вопрос.

— Я слушаю тебя, дочь большого города, — сказала Эльма мягким спокойным голосом.

— Я это... про Семёна хочу узнать...

— Про Зверева? — спросила женщина.

— Да! — взволнованно отозвалась девушка.

— И что ты хочешь знать?

— Я знаю, что он оборотень... — пояснила Ирина, — но думаю, что он не виновен в гибели животных на ферме Малютиных.

Помолчав немного, Эльма ответила:

— Да. Это не он убивает скотину. Семён охотится в полнолуние на диких животных.

— Тогда кто же разоряет ферму? Неужели обыкновенные волки?

— В посёлке есть ещё один оборотень, — задумчиво проговорила Эльма.

— Кто он? — спросила Ира.

— Этого я не знаю, — ответила женщина, — но со временем всё прояснится и встанет на свои места.

Эльма развернулась и пошла в сторону леса, оставив свою собеседницу в полном недоумении.

Посмотрев вслед загадочной жительнице посёлка, Лисовая побрела к исследовательской базе. У ворот её ждал Коротов. Ира хотела пройти мимо, проигнорировав обидчика, но тот подбежал к ней и преградил путь.

— Ира! Я виноват, прости меня! — тараторил тот. — Я готов загладить свою вину и...

— Не стоит беспокоиться, Михаил Фёдорович, — холодно ответила она, — нам незачем больше общаться. У меня нет желания продолжать с вами разговор.

— Но Ира! — возразил мужчина.

— По вашей вине, — гневно отозвалась Ирина, — меня чуть не сожрали волки там, в лесу!

— И как же ты спаслась?

— Семён спас меня! Он выстрелом отогнал хищников.

— Этот полудурошный немой охотничек? — злобно процедил Коротов.

— Я не желаю больше с вами разговаривать, Михаил Фёдорович, — повторила Ира и зашла в помещение.

— Ну, как знаешь, Ирина Константиновна, — прошипел ей вслед Коротов, — как бы ты не пожалела... И этот немой нелюдимый дикарь теперь у неё в друзьях! А я не нужен! Погодите же, я вам всем ещё устрою.

Садистская улыбка исказила его красивое лицо.

Следующая рабочая неделя прошла без происшествий. Лисовая всячески избегала Коротова. Это было сложно, так как Михаил работал водителем в их научной исследовательской базе и постоянно там появлялся. Он злобно сверкал глазами, и что-то нечеловеческое ощущалось в этом взгляде. Ира и Семён за это время виделись несколько раз. Они сталкивались около магазина, где впервые увидели друг друга. Семён имел привычку пристально смотреть в глаза. Но его взгляд был не злым, а спокойным и твёрдым. Во время одной из этих встреч Зверев подошёл к Ире и молча протянул ей белоснежный цветок. Ира обомлела от неожиданности.

— Спасибо, — пролепетала она.

Семён улыбнулся и ушёл.

Между тем Малютин Сергей Алексеевич был крайне обеспокоен положением дел на своей ферме. Приближалось полнолуние, и сердце подсказывало ему, что это какой-то роковой момент. Он не верил в байки про оборотня. Сергей подозревал, что нападения совершают обнаглевшие волки. Оставалось загадкой, почему хищники повадились совершать набеги лишь на его хозяйство и только в полнолуние. На эти вопросы не было пока ответов. Малютин уже обращался и в полицию, и в лесничество с просьбой решить его проблему. Только толку от этого было мало. Фермер нанял местных мужиков, чтобы они в ночи полнолуния охраняли его ферму. Помимо основного здания фермы в шести километрах от посёлка, Малютин имел большой земельный участок у реки. Там он построил коровники, хлев и другие хозяйственные здания. Там же и содержалось большинство животных, ведь рядом находились обширные луга. И туда он выслал охрану.

Через несколько дней наступило полнолуние. В первую ночь ничего страшного не произошло. Вечером второго дня полной луны Коротов обратился к своему другу:

— Сергей, я поеду проверю, хорошо ли мужики охраняют твоих овец на реке.

— Спасибо, Миша, — с благодарностью отозвался Малютин, — как хорошо иметь такого надёжного друга. Что бы я без тебя делал?

На закате Коротов подъехал к реке.

— Ну как, мужики, охраняете? — поинтересовался он.

— Охраняем, Миха, — весело ответили они, — пока никого не видели: ни оборотня, ни волков.

— А вот вам презент, чтобы лучше охранялось, — объявил Коротов, достав из машины две бутылки водки.

— О, Миха! Ты человек! Спасибо! — обрадовались мужики. — Хоть не так скучно будет. Ты-то сам будешь?

— Нет, — ответил Коротов, — в другой раз. Я за рулём.

Он уехал, а охранники, заметно повеселев, стали хлопотать о закуске.

— Как думаете, Тимофей Ефимович, случится что-нибудь сегодня? — поинтересовалась у старого охранника Лисовая.

— Не знаю, — задумчиво произнёс старик. — Малютин серьёзно занялся охраной своих владений.

— Ох, спать хочу, — сказала Ира, — устала что-то... пойду отдохну.

Ирина проспала всю ночь. Забрезжило розовое утро. Белёсый туман, похожий на вату, клочьями расползался по земле. Птицы радостно щебетали, встречая новый день.

Внезапно идиллия была нарушена громким гомоном. Ира, вскочив с постели, подбежала к окну. Она увидела Малютина в сопровождении каких-то людей, которые взволнованно что-то обсуждали. Девушка видела, как Малютин вошёл в здание научной базы. Она быстро оделась и выскочила из своей комнаты.

— Что случилось, Тимофей Ефимович? — спросила Лисовая у охранника.

— Да опять овец задрали! — воскликнул Сказочкин. — На этот раз шкура одной овцы полностью содрана. Нашли только обезображенный труп животного, а шкуры нигде нет!

— А охрана как же проворонила это дело? — возмутилась девушка.

— Да какие из наших мужиков охранники! — горячо воскликнул Тимофей Ефимович. — Напились они вдребадан и не слышали ничего!

Процессия во главе с фермером шумно поднялась на второй этаж научной базы. Малютин в сопровождении нескольких мужчин вошёл в кабинет к Знайкину Николаю Андреевичу. Лисовая Ира, не упуская такой интересный случай, просочилась в кабинет вместе с ними.

— Помогите хоть вы, Николай Андреевич! — взмолился фермер. — Вы учёный человек! Что делать-то? И почему волки так остервенели? Зимой ещё понятно — голод, а сейчас-то чего они взбеленились?

— Во многих регионах планеты замечено изменение пищевого поведения хищников, — раздался вдруг голос Лисовой.

Знайкин посмотрел на свою подчинённую и проговорил:

— Ирина Константиновна, вы отличаетесь поразительной бестактностью. Проникли в мой кабинет, в который вас никто не звал. Но коли уж вы здесь, объясните этим господам всё происходящее с научной точки зрения. Вы ведь у нас климатолог.

— Да, я климатолог, — с гордостью подтвердила Лисовая, — и довожу до вашего сведения, господа, следующую информацию. В связи с антропогенными факторами...

— Какими факторами? — прервал её Малютин.

— Антропогенными, — повторила Ирина, — проще говоря, в связи с деятельностью человека в природе происходят изменения, в основном в худшую сторону. Происходит загрязнение окружающей среды, вызывающее изменения климата. Из-за этого сдвигаются сроки вегетации зелёных растений. Следом меняется и образ жизни травоядных животных и, как следствие, повадки хищников. В нашем случае это волки. Видимо, естественная их добыча мигрировала в области, где климат уже сильно потеплел и бурно разрослись растения. Соответственно, травоядные предпочли уйти в эти регионы. Волки же ещё не мигрировали, а еды у них стало меньше. Это служит причиной их нападения на домашний скот.

— Хорошо, — согласился Малютин, — всё понятно. Но неясно, почему у соседей моих все животные целы и невредимы, а моя ферма скоро окажется на грани разорения!

— Действительно, странно, — задумался Знайкин, — какая сложная загадка...

Все замолчали, анализируя полученную информацию и строя предположения.

Внезапно тишину нарушил топот ног, все оглянулись и увидели на пороге кабинета Коротова.

— Это Семён! — выпалил он.

— Что Семён? — не понял Малютин.

— Семён разоряет твою ферму, друг! — заявил Коротов. — Я только что видел на крыльце его дома окровавленную овечью шкуру. Он совсем обнаглел — даже следы не заметает!

— Ну вот и объяснение, — проговорил Знайкин.

Кабинет наполнил гул голосов.

— Миша! Друг, — обратился к Коротову фермер, — отвези, пожалуйста, мою супругу в наш отдалённый дачный домик и побудь с ней там до вечера, пока тут всё не разрешится. Юленька очень напугана, а ей нельзя волноваться, она ведь в положении.

— Не беспокойся, Сергей, — ответил Коротов, — твоя жена будет в полной безопасности!

Он вышел, а фермер с мужиками решили отправиться к дому Семёна, чтобы своими глазами увидеть то, о чём говорил Коротов.

Мужчины спустились по лестнице и покинули научную базу. Достигнув нужного дома, они и в самом деле увидели окровавленную овечью шкуру.

— Так это всё-таки Семён Зверев виновен во всем! — заорал один из соседей фермера. — Все знают, что он оборотень! К тому же сегодня полнолуние! Всё сходится.

Лисовая тем временем всё ещё стояла в кабинете Знайкина, глубоко задумавшись.

— Я вас поздравляю, Ирина Константиновна, — обратился к ней руководитель базы, — вы показали свою компетентность, даже я заслушался. Ваши познания компенсируют несобранность...

— Николай Андреевич, — прервала его Ира, — мы сейчас же должны ехать на то место, где сегодня были растерзаны овцы.

— Что? — оторопел Знайкин. — Вы совсем с ума сошли?

— Быстрее! — торопила его Лисовая. — Я чувствую, что там разгадка! Вам, как зоологу, должно быть это интересно.

Она говорила так убедительно, что Знайктн, немного помедлив, согласился. Они вышли на улицу и сели в машину Николая Андреевича.

— Вы знаете, куда ехать? — спросила Ирина.

— Да, — ответил ей начальник и поспешил завести автомобиль.

В это время Малютин и местные мужики решили учинить самосуд. Они, сбегав в свои дома и вооружившись кто ружьём, кто охотничьим ножом, кто просто вилами или иным садовым инвентарём, вернулись к дому Семёна Зверева. Семён крепко спал после ночной охоты, но чуткий слух оборотня не подвёл его. Как только мужики подняли гам, ломая добротную калитку и пытаясь перелезть забор, оборотень тут же вскочил на ноги. Выглянув в окно, Семён быстро оценил ситуацию и принялся кидать в свой охотничий рюкзак самые ценные вещи.

Мужики выломали калитку и помчались к дому. Семён успел выскочить в окно и припустился бежать в лес со всех ног. Часть разъярённой толпы осталась в его доме, учиняя погром, а часть неслась за ним по пятам.

Лисовая и Знайкин бродили по берегу реки, пытаясь найти волчьи следы, чтобы понять, с какой стороны пришли волки и сколько их было. Но Николай Андреевич, изучив это место, заявил:

— Здесь вообще не было никаких волков. По крайней мере, сегодня ночью. Здесь только следы какой-то здоровенной собаки и ещё человеческие. Вон отпечаток от ботинка, размер большой, значит, это следы мужские.

Вдруг что-то привлекло внимание Иры. Она, наклонившись, подняла с земли недокуренную сигарету. Она отличалась от тех, что курят местные жители. На красном окурке красовались черные буквы. Девушка прочитала:

— Элит... непонятно... Постойте! Элитные! Тут было написано слово «элитные»! Сигареты элитные! Это те, что курит Коротов! Он был здесь вчера!

— Ну и что? — отозвался Знайкин. — Малютин и Коротов друзья, почему бы Михаилу Фёдоровичу здесь не быть?

— Он был вчера здесь один.

— С чего вы взяли?

— Если бы он был здесь вчера не один, — ответила Лисовая, — допустим, с Малютиным, то они бы курили вместе, и тогда здесь был бы ещё один окурок! Кроме того, поздно вечером шёл дождь. Если бы факт курения произошёл до этого времени, окурок бы смыло дождём, так как мы находимся на крутом берегу реки. Но окурок здесь! Это значит, что Коротов был в этом месте после дождя, то есть глубокой ночью. У Коротова есть собака?

— Да, большой злющий пёс.

— Он и терзал овец, — заявила Лисовая.

— Ну, знаете, Ирина Константиновна! — потрясенно воскликнул Знайкин. — Вам надо было становиться не климатологом, а следователем.

— Не знаю, — ответила Лисовая, — мне моя нынешняя работа нравится. Но сейчас не время болтать! Мы должны срочно найти Малютина.

Они сели в машину и помчались в Волковку.

Когда они въехали в посёлок, весь населённый пункт гудел, как растревоженный улей. Все были одержимы охотой на оборотня. Нетрудно было сообразить, что основные события происходят в доме Семёна. Прибыв туда, Знайкин и Лисовая нашли Малютина, который гневно орал, потому что оборотень сбежал.

— Сергей Алексеевич! — обратилась к нему Лисовая. — Где Семён?

— Удрал в лес, негодяй! — в сердцах крикнул фермер.

— Вы не того ловите! — сообщила ему Ира.

— Как понять, не того? — застыл в изумлении Малютин.

— Семён не трогал ваших животных. Это сделал Коротов!

— Миша? Это бред какой-то, — отозвался фермер, — он мой лучший друг.

— Об этом мне и говорила Эльма, — пробормотала чуть слышно Лисовая, — в посёлке есть другой оборотень — человек, который является не тем, кем кажется. Это Коротов.

— Да что вы там болтаете себе под нос! — начал злиться и без того раздражённый Малютин.

— Вспомните, Сергей Алексеевич, может, у вас с ним какие-то конфликты были? — попросила Ира.

— Да какие конфликты! — заорал фермер. — Конфликты ей подавай! Не было у нас никаких конфликтов. Разве что... — он запнулся, припоминая что-то, — разве что в юности...

— Что в юности? — нетерпеливо спросила Лисовая.

— Подождите, — морщась и потирая вспотевший лоб, проговорил Малютин, — в юности мы сильно повздорили из-за того, что ухаживали за одной девушкой. Мы оба сделали ей предложение, но Юленька выбрала меня.

Тут даже помешанный на науке и далёкий от жизненных треволнений Знайкин стал внимательно слушать фермера.

— Ну да, — продолжил тот свой рассказ, — Миха тогда сильно осерчал на нас. Потом он ушёл в армию, и всё как-то забылось. Когда Миша демобилизовался, дружба наша восстановилась, и теперь он помогает мне во всём.

— В том числе и разориться, — дополнила повествование Лисовая.

— Вы думаете, это он? — растерялся фермер.

— Уверена! — подтвердила Ира и рассказала ему историю про злополучный окурок.

— Ну и где сейчас этот Коротов? — спросил Знайкин.

Как только Малютин услышал вопрос, лицо его побледнело.

— О нет! — воскликнул он. — Коротов повёз мою жену в дом её родителей, умерших в прошлом году. Там совсем глушь!

— Быстрее в машину! — призвал Знайкин.

Малютин, выхватив у какого-то мужика ружьё, вскочил на место водителя. Знайкин и Лисовая последовали за ним. Фермер нажал на газ, и автомобиль помчался прочь из Волковки.

В опустевшей деревне лишь в одном доме находились люди. Это были Михаил Коротов и Малютина Юля, которую он привёз сюда по просьбе своего друга.

— Как хорошо, что всё выяснилось, Миша, — сказала взволнованная Юля, — теперь Семён Зверев заплатит за всё!

— Неужели? — как-то странно ухмыльнулся Коротов.

— Ну да, — подтвердила женщина, — справедливость должна восторжествовать, и каждый должен получить по заслугам.

— А ты должна получить по заслугам? — злобно процедил Коротов.

Юля, испугавшись выражения его лица, проговорила:

— Что ты имеешь в виду, Миша?

— Вы все идиоты! — победно произнёс Коротов. — Весело было глядеть, как свора тупиц бросилась по ложному следу, по следу, на который я их навёл!

— Ты меня пугаешь, Миша! Что ты такое говоришь?

— Семён Зверев не имеет ни малейшего отношения к нападениям на вашу ферму! Это делал я!

— Ты?! — шокировалась Юля таким признанием.

— Да, я! — торжествующе заявил Коротов. — Я наконец отомщу за свою поломанную судьбу! Неужели ты думала, что я прощу тебе твой выбор? Забуду то, что вышла ты замуж не за меня, а за Серёгу? Неужто мне простить Сергея, своего соперника? Вы меня недооценили! Меня душила злоба и зависть, когда я наблюдал за вашей счастливой семейной идиллией, за развитием вашего бизнеса. Правда, у вас долго не было детей, что, конечно, огорчало вас, а меня радовало. Но судьба несправедлива, и ты всё-таки забеременела! Вот ведь огорчение! А ведь этот ребёнок мог бы быть моим! Во всём вам, Малютиным, везёт. Серёга успешный бизнесмен, а я какой-то водитель! Несправедливо всё. И я решил восстановить справедливость. Это я разорял вашу ферму. Я долго обдумывал, как же это сделать. Какие-то суеверные болваны пустили слух, что Семён оборотень. Я сразу решил, что свалю всю вину на него. Поэтому мне пришла в голову идея орудовать при полной луне, чтобы суеверный народ подозревал несчастного молчуна! Сегодня ночью, предварительно подпоив охранников, я вновь убил ваших овец. А помог мне в этом единственный мой друг.

— Какой? — затравленно озираясь, промямлила Юля.

Коротов свистнул и прокричал:

— Ко мне, Блэк!

В дом вошёл здоровенный чёрный пёс.

— Хороший мальчик, тихо ехал в багажнике.

— Что это всё значит? — простонала смертельно напуганная женщина

— Я наносил животному лишь одно, но смертельное ножевое ранение, всё остальное делал Блэк. Он специально обучен хвататься за горло и наносить рваные раны. Так что очень походило на нападения хищников, а точнее, учитывая полнолуние, на нападения оборотня!

Жуткий смех вырвался из груди этого мерзавца.

— Теперь осталась завершающая стадия моей мести, — сверкнув глазами, проговорил Коротов, — нашу Юленьку тоже сожрёт оборотень!

Произнеся эти слова, негодяй достал острый нож.

— Одно лишь ранение, — продолжал говорить Коротов, надвигаясь на женщину, — а уж Блэк довершит дело! Следствие обратит внимание только на рваные раны на шее. Сегодня полнолуние. Легко будет свалить вину на оборотня! Ну а для скептиков подойдёт версия про голодную волчью стаю.

Коротов бросился к Юле, пёс зарычал. Однако женщина не растерялась. Она увернулась от удара, шарахнулась от собаки и, выскочив на улицу, помчалась к дороге. В это время к месту событий подъехала машина Знайкина, за рулём которой сидел Малютин. Фермер увидел, как его жена убегает от огромного пса, выскочившего за ней из дома. В собаке Сергей узнал Блэка. Коротов в порыве ярости тоже выскочил вслед за Юлей. Раздался выстрел, и Блэк, визжа, рухнул на землю. Малютин и Знайкин бросились к Коротову, Лисовая — к жене фермера.

— Юля, вы в порядке? — взволнованно спросила девушка.

— Да, — переведя дух отозвалась Юля, — это всё Коротов.

Через несколько минут женщины увидели, как Коротов идёт к дому под дулом ружья. Лицо его было разбито в кровь.

— Я бы тебя пристрелил, мразь! — гневно обратился к нему Малютин. — Да только за решётку неохота попадать. Как ты мог? Вот кто оборотень да пострашнее чудовищ из сказок! Прикидывался другом, а обернулся подлым врагом! Вызывайте полицию, Николай Андреевич.

Через несколько часов, когда Коротова увезли в наручниках, участники этой истории, устав от многочисленных допросов, обессиленно сидели возле научной базы. Малютин, прервав молчание, проговорил:

— Жаль Семёна. Некрасиво получилось...

— Надо найти его и извиниться, — заметил Знайкин.

— Пойдёмте к нему домой, — предложила Лисовая, — быть может, он уже вернулся.

Все трое нашли это весьма разумным и, встав, побрели к дому Семёна. Всё в избе было перевёрнуто и разломано. Хозяин отсутствовал. Безжизненно и неуютно выглядела единственная комната в доме. Ирина подошла к окну и, присев, отодвинула половицу. Коробочки с фотографиями на месте не оказалось.

— Он не вернётся, — чуть не плача сказала Ира, — он забрал самое дорогое, фотографии своей семьи. Это значит, что он не планирует больше сюда приходить.

— Может, в лесу поискать, — предложил Малютин, — вдруг он всё-таки ждет, пока всё уляжется, чтобы вернуться?

Они отправились к опушке леса, который начинался сразу за домом Зверева. Войдя под сень деревьев, Ира позвала:

— Семён!

Ответа не было.

— Зверев! Семён! Прости нас! — орал Малютин. — Возвращайся без опаски — настоящий преступник пойман!

— Семён! — уже плача, звала Ирина.

И вдруг у них за спиной раздался голос:

— Он не придёт.

Они обернулись и увидели Эльму.

— Он не придёт, — повторила загадочная старушка, — я встретила его далеко отсюда. Его путь теперь лежит на север, в нелюдимые места.

— Но как же так! — разрыдалась Ира. — Почему?

— Потому что среди волков бывает проще жить, чем среди людей, — бесстрастно ответила Эльма, — в волчьей стае всё просто и понятно: враг есть враг, друг есть друг. У людей же всё сложнее. Здесь друг может совершенно неожиданно оборотиться врагом. Семён и раньше хотел уйти к волкам, подальше от людей, но сомневался. Однако сегодня его сомнения рассеялись.

— А как же любовь? — выпалила Ирина. — Он же обрекает себя на одиночество!

— Как знать? — задумчиво возразила Эльма. — Быть может, в неведомых дебрях тайги сыщется для Семёна такая же отвергнутая людьми родственная душа. Ведь Семён не единственный оборотень на свете. В любом случае выбор он свой сделал. И думаю, что он прав.

Ира, услышав её последние слова, опять разрыдалась. Мужчины пытались её успокоить, а когда решили потребовать у Эльмы объяснений, обнаружили, что женщина исчезла.

— Куда она делась? — изумился Малютин.

— Не знаю, — вертя лысой головой, ответил Знайкин, — может, в чаще скрылась?

Лисовая всё ещё всхлипывала, Малютин попытался у неё выяснить, что означают слова Эльмы о том, что Семён не единственный оборотень на свете. Но Ира упорно молчала.

Ещё долгие месяцы и даже годы люди обсуждали эти события, взбудоражившие всю округу. Семён так и не появился. Его больше никогда не видели среди людей.

11. Туман

День был в самом разгаре, когда пригородный поезд, прорезая полотно хвойного леса, приближался к станции Луговка. Следующая остановка предстояла в Данилове, крупном посёлке городского типа. Основная часть пассажиров собиралась выходить именно там. Лишь двое из них начали пробираться к выходу, когда электричка снизила скорость.

— Станция Луговка, — послышалось во всех вагонах.

Молодой мужчина вместе со своей спутницей ждал, когда же откроются двери. Наконец это произошло. Мужчина спрыгнул на платформу и подал даме руку.

— Ну вот мы и приехали на мою малую родину, — сообщил мужчина, поправляя тяжёлый рюкзак, обременявший его спину.

— Слава Богу, Костя, я уже думала, умру в этой душной электричке. Надо было вчера вечером ехать.

— Ошибаешься, лапуль, — возразил мужчина, — вчера вечером было бы ещё хуже. По пятницам из Москвы все на выходные за город прутся. Знаешь, какая давка в электричках в это время? А сегодня спокойненько так доехали. Ну да, жарко. А что ты хочешь — июль. Зато глянь, какая красота!

— В самом деле красиво, — согласилась с Костей девушка и поправила свои длинные чёрные волосы, — а почему мы вышли на одну станцию раньше? Твоя мама же в Данилове живут.

— Совершенно верно, Машенька, в Данилове. Просто это, считай, центр посёлка. Его местные городом называют. Не такой он большой, конечно, как Москва, но всё же. Луговка — это самая его окраина, отсюда до моего дома пешком можно дотопать, вон тот лесок пересечём и уже выйдем к крайним домам.

— Хорошо хоть, не по полю какому-нибудь тащиться, — сказала Маша, — в лесу прохладно.

— Это точно.

Константин и Мария, взявшись за руки, перешли пути и вступили на грунтовую дорогу, ведущую через лес. Солнце стояло в зените и не щадило жителей средней полосы, было жарко почти как на юге, только моря не хватало.

Над головами путников смыкались ветви деревьев, образуя тенистый тоннель.

— А волки здесь водятся? — поёжившись от собственного предположения, спросила девушка.

— Да какие волки! — засмеялся Константин. — Рядом город. Они и близко не подойдут к его окраине.

— Но рядом так же и обширные леса, — отозвалась Маша.

— Это да, — согласился с ней мужчина, — только волков здесь не видели уже лет тридцать. К тому же у меня с собой оружие. Тебе нечего бояться.

— Хорошо, что ты взял с собой пистолет. Разве тебе не надо было его сдать перед отпуском?

— Я сдал. Служебный. А это личное оружие. Разрешение тоже взял на ношение и удостоверение. Не волнуйся, проблем не будет.

— Вот и хорошо, — улыбнулась девушка, — должно быть всё по закону, по правилам.

— Ты у меня стала такая цивильная, не то что раньше, — весело проговорил Константин, — сразу видно, что москвичка.

— Я серьёзно, Костя, — надула очаровательные губки Маша, — будет плохо, если вдруг какая проверка, а у тебя пистолет этот, а разрешения на ношение нет...

— Да забей, — рассмеялся Константин, — это тебе не мегаполис, на улицах не останавливают с просьбой предъявить документы. К тому же здешние коллеги все меня знают. Я же с ними учился и работал какое-то время.

— Так и быть, успокоил, — ответила девушка.

Они шли и болтали. Костя смеялся над тем, как его подруга реагирует на комаров и визжит при появлении каких-либо других насекомых. Он называл её городской неженкой, а она притворно обижалась, а потом бросалась на него, стараясь догнать. Он же, смеясь, убегал с дороги и прятался за толстыми стволами.

— Иди на дорогу, Костя! — позвала друга Маша. — А то клещей насобираешь.

— Уж чего чего, а этого бояться глупо. Ты забываешь, что я сотрудник уголовного розыска, мне попадались противники и пострашнее.

— Я серьёзно, Костя, энцефалитный клещ — это не шутки.

— Да я всё детство провёл в этих лесах. Мы с пацанами то в зарницу здесь играли, то шалаши строили, и никто даже не парился, если клещ вцепится. Сейчас прям все такие нервные стали.

Они ещё долго беззлобно спорили. За разговорами путники не заметили, как из леса выплыл белёсый туман. Он стелился по земле ватными клочьями. Стало вдруг тихо, даже птицы перестали щебетать.

— Что это такое? — встревожилась Маша.

— Что?

— Туман.

— Ну и что, — пожал плечами Константин.

— Сейчас середина дня, жара. Откуда туман? Он ведь обычно утром или под ночь появляется.

— Ну туман и туман, — ответил мужчина.

— Да, но откуда? — не унималась его спутница.

— Откуда же мне знать? Я ж не климатолог какой.

— А водоём поблизости есть какой-нибудь? — поинтересовалась Маша.

— Есть. Недалеко отсюда озеро. В лесу. Оттуда, наверное, ползёт. Вода испаряется...

Он не договорил, потому что тишину разорвал зловещий вой. Этот пугающий звук разливался по окрестностям, заползая в душу и порождая там отчаянный ледяной ужас. Маша побледнела. Жуткий вой звенел в ушах, заставляя сердце замереть.

— Ты... говорил, что здесь нет волков... — пролепетала девушка и прижалась к Константину.

— Нет... или не было, — пробормотал рассеянно Костя и достал оружие.

Он взял возлюбленную за руку и поспешно повёл её по дороге. Они шли быстро и молча, надеясь, что завывание больше не повторится. Наконец впереди показался просвет между деревьями. Влюблённые поспешно выбежали из леса и, к своему облегчению, увидели одноэтажны домики.

— Вот и окраина Данилова, — указал Костя на дома, — видишь тот, с зелёной крышей? Это мой. С отцом его красили. Цвет приятный такой.

Они зашагали бодрее. Страх остался за спиной. Лай собак и мычание коров успокаивали нервы. Когда они дошли до посёлка, то увидели, что им навстречу идёт какой-то человек в форме. Костя пригляделся, а потом радостно воскликнул:

— Петька, здорово!

Молодой полицейский прищурил маленькие глазки и, узнав приятеля, расплылся в улыбке.

— Ну здорово! Сколько лет, сколько зим! Давненько не виделись, — приветствовал односельчанина Пётр, местный участковый.

— Позволь тебе представить мою невесту Марию, — произнёс Константин.

— Очень приятно, — ещё шире улыбнулся участковый.

— Рассказывай, как у вас дела тут? Преступный мир трепещет? — спросил полицейский.

— Теперь трепещет, — вдруг помрачнел Пётр, — и не только преступный мир, но и все жители напуганы.

— А что такое? — удивился Константин.

— Тут какая-то чертовщина началась... В посёлке за последние две недели произошла серия загадочных убийств. Все жертвы — члены банды Кривого или их знакомые.

— Ну, здесь как раз ничего загадочного нет, — усмехнулся Костя, — бандитские разборки. Обычное дело.

— Да нет... — возразил участковый, — это не разборки... что-то их убивает, понимаешь?

— В каком смысле что-то? — переспросил полицейский.

— Какая-то потусторонняя хрень, — понизив голос, сказал Пётр. — Бугай, помнишь такого?

— Да, прекрасно помню. Угон автомобилей...

— Да, да, он самый, — затараторил участковый, — две недели назад был найден на окраине посёлка с перегрызенным горлом.

Маша сразу вспомнила про зловещий вой и стала нервно переступать с ноги на ногу, прижимаясь к жениху.

— Бродячие собаки? — предположил Костя.

— Волк, — ответил участковый.

— Волк? — переспросил мужчина.

— Так точно. Экспертиза показала. Шерсть на трупе волчья, следы на месте преступления тоже. Но не всё так просто. На груди жертвы кто-то вырезал ножом надпись: «Плохой мальчик». Насколько я знаю, волки пользоваться ножами не умеют, буквы тем более не знают.

— Может, кто-то нашёл Бугая уже мёртвого и вырезал у него на груди эту надпись? Многие его ненавидели.

— Да нет, — отклонил это предположение Пётр, — экспертиза показала, что надпись эту делали, когда Бугай ещё живой был. То есть это сделал убийца.

— Прям оборотень какой-то, — пробормотал Костя, — и ножом орудует, и глотку перегрызть может.

— Так это ещё не всё, — таинственным голосом промолвил участковый, — как показывает свидетельница, за несколько часов до гибели Бугай получил странную записку. Она лежала на пороге его дома. Обычный лист бумаги, свёрнутый в трубочку. Свидетельница говорит, что, когда Бугай развернул лист, на нём было написано: «Плохой мальчик».

— Во как! — воодушевился Костя, почувствовав, как в нём просыпается профессиональный интерес.

Пётр достал сигарету и закурил.

— А через три дня вновь обнаружили труп. Картина та же: надпись на груди и перегрызенное горло. На это раз это был Санька Лихой.

— Ну, этого даже не жалко, — презрительно поморщился Костя, — земля стала благороднее после смерти такого подонка.

— Здесь ты прав, однако преступление есть преступление, и его надо расследовать. Тем более что Лихой не последняя жертва. Вчера погиб Кира Осипов.

— А, этот, которого мы тогда задерживали по делу об избиении бабульки.

— Совершенно верно, дружище, — подтвердил Пётр.

— И что, у этого тоже надпись на груди вырезана и глотка разорвана?

— Да. Всё так, да ещё записку у него в кармане нашли с теми же словами: «Плохой мальчик», — отозвался участковый, — но, что самое интересное, люди говорят, в дни убийств недалеко от места преступления откуда ни возьмись возникал туман.

— Туман! — одновременно вскричали Константин и Мария.

— Туман, — вытаращился на них Пётр, — а чего вы так всполошились?

— Да мы только сейчас видели туман, — объяснил Костя, — шли от станции через лес. Вдруг белёсые клочья по земле поползли...

— А потом мы услышали вой, — не сдержав волнения, добавила Маша.

— Блин, — проронил Пётр, — значит, сегодня опять кого-то убьют, надо предупредить коллег. Ладно, заболтался я с вами.

Он хотел было уйти, но вдруг резко развернулся и с каким-то смущением проговорил:

— Кость, у меня, кстати, для тебя безрадостные новости.

— Что ещё? — встрепенулся полицейский.

— Брат твой, Лёнька, условный срок получил.

— Что?!

— Да то... связался он с этими подручными Кривого, попался на краже. Так как несовершеннолетний, обошлось пока всё. Отделался условным. Но ты проведи, так сказать, беседу профилактическую.

— Проклятье! — расстроился Костя. — Мать мне ничего не говорила.

— Да, она считает себя опозоренной, постеснялась, должно быть, тебе сказать. Или побоялась, что приедешь, взгреешь брата как следует.

— Вероятно, — согласился с предположением Костя.

— Ладно, бывай. Я пошёл.

На этот раз Пётр действительно ушёл, а Костя, пыхтя от гнева, сверкал глазами.

— Малолетний недоумок! — ворчал он. — Вот осёл! Связаться с этим дерьмом! Действительно, позорит и мать, и меня, и честное имя покойного отца!

— Успокойся, — уговаривала его Мария, — переходный возраст и всё такое, ты же сам всё понимаешь. Вспомни как мы с тобой познакомились, ты тогда продержал меня в отделении целую ночь.

— Да уж,— пробубнил Костя, — если бы не я, светил бы тебе тоже условный срок. Ох, молодёжь бестолковая!

— Ой, ой, умный нашёлся! Ты всего-то на семь лет меня старше, дядя, — хихикнула девушка.

— Но мне-то мать могла сказать, — с досадой произнёс полицейский.

— Не хотела, чтобы в семье кто-то знал, — объяснила поведение женщины Мария. — Да и сам ты хорош, звонишь ей редко, навещаешь и того реже.

— Тут ты права, — вздохнул мужчина, — виноват я, конечно.

Они взялись за руки и продолжили свой путь к Костиному дому. У калитки их оглушил звонкий лай.

— Привет, Джек! — крикнул Константин здоровенному рыжему псу, которому подбежать к хозяину не давала железная цепь.

Костя подошёл к животному и потрепал его за ухом. Джек довольно завилял хвостом, но, покосившись на Машу, зарычал.

— Это свои, Джек, — сказал Костя. — Маш, пойдём в дом.

Он проводил девушку к крыльцу, потом уверенно поднялся по ступенькам и открыл дверь.

— Мам! — закричал он. — Мы приехали.

— Ах, сыночек мой, — послышался жалобный, почти всхлипывающий голос, — наконец-то!

Мария, войдя следом за Костей в дом, увидела низенькую щуплую женщину лет шестидесяти.

— Мам, это моя Маша, — с нежностью в голосе проговорил мужчина.

— Очень приятно,— улыбнулась хозяйка дома, — я Лариса Павловна.

— Очень приятно, — в свою очередь сказала Мария.

— Ну что же мы стоим, — спохватилась Лариса Павловна, — обед ведь стынет. Мойте руки и за стол.

После обмена любезностями и вкусной трапезы Костя осторожно поинтересовался у матери:

— Где Лёнька?

— Да гуляет где-то, — ответила мать и вздохнула, поправив очки в круглой оправе.

— Мне тут сорока на хвосте новости про него принесла... Не хочешь рассказать?

— И сороку эту, наверное, Пётр зовут, — догадалась женщина и снова вздохнула, — да чего тут рассказывать, Костя? От рук Лёнька совсем отбился. Давай лучше о вас поговорим. Вы, Мария, чем занимаетесь?

— Я студентка музыкального училища имени Гнесиных, отдел вокального искусства. Учусь на третьем курсе.

— Надо же, как интересно, — восхищённо промолвила Лариса Павловна, — вы, должно быть, с Костей на каком-нибудь концерте классической музыки познакомились?

Маша растерянно посмотрела на возлюбленного.

— Э... не совсем так... — протянул Костя, — об этом потом. Ты от темы-то не уходи, я ведь ещё не закончил разговор про Лёнчика.

Пока длилась эта беседа, в центре Данилова, в отделении полиции, молодой сотрудник, сын самого начальника полиции, решив пообедать, собирался выйти из своего кабинета. Однако, как только открыл дверь, тут же отпрянул от неё. На пороге лежала тряпичная кукла со злобным, нарисованным чёрным маркером лицом. Полицейский, узнав эту куклу, побледнел. Рядом с куклой лежал лист бумаги, свёрнутый в трубочку. Полицейский моментально вспотел. Он осторожно подошёл к двери и выглянул в коридор. Пусто! Потом молодой человек трясущимися руками поднял записку и развернул её. Нельзя сказать, чтобы содержание записки стало для него неожиданностью. Нет, напротив, с тех пор как начались эти загадочные убийства, он боялся получить подобное послание. И вот свершилось! Кто-то проник в хорошо охраняемый полицейский участок и подложил под дверь это пугающее письмо. Надпись гласила: «Плохой мальчик». Полицейский занервничал. Он схватил графин, налил воды в гранёный стакан и принялся судорожно глотать. Руки его дрожали. Полицейский стал звонить отцу, но тот был в отпуске и уехал на рыбалку, как назло, туда, где связь очень плохая.

— Твою ж мать! — выругался сын начальника полиции и принялся набирать другой номер.

— Алло, чего тебе? — послышался грубый бас.

— Кривой! Тут это... кукла и записка.

— Влад, ты серьёзно? — голос встревожился.

— Ты же обещал, что изловишь эту мразь, которая убивает наших... теперь она и за мной придёт!

— Ты сейчас где? — спросил Кривой.

— Где, где! В участке! — почти взвизгнул Влад.

— Ну, уж там-то тебе точно ничего не угрожает, — произнёс Кривой уже более спокойно, — не боись, я сейчас подъеду. Может, изловим этого гада.

После таких слов Влад немного успокоился и прекратил телефонный разговор. Он присел на краешек кресла, запрокинул назад голову и закрыл глаза. Молодой человек не видел, как в щель между дверью и полом в кабинет медленно вползает туман. Только учуяв неприятный гнилостный запах, Влад открыл глаза. И тут же в ужасе закричал, потому что весь кабинет заволокло туманом. Полицейского охватила паника, и он пулей выскочил сперва из кабинета, а затем и из участка.

— Что это с ним? — удивился дежурный на проходной.

Влад мчался по улицам, не разбирая дороги. Он хотел вновь позвонить Кривому, но обнаружил, что забыл в кабинете телефон, а возвращаться туда не собирался. Влад перешёл на шаг, тяжело дыша. Он намеревался направиться домой, как вдруг впереди на дороге вновь увидел тряпичную куклу с нахмуренным лицом. На этот раз ужас завладел им окончательно, и полицейский ринулся бежать, не соображая, что несётся к окраине посёлка. Он мчался во весь дух, но, когда оборачивался, всё равно видел там, где только что пробегал, зловещую куклу. От этого зрелища Влад совсем потерял способность оценивать ситуацию и не видел, что бежит в лес. По дороге ему встретился сосед-алкаш.

— Куда несёшься, Влад? — спросил тот.

— Кукла! Меня преследует эта чёртова кукла! — завопил обезумевший от страха полицейский и помчался дальше.

Как только он вступил под сень тёмных елей, за спиной его поползли белёсые сгустки. Они очень быстро превратились в плотный, непроницаемый для взора туман. Путь назад был перекрыт. Влад бежал вперёд, но скоро резко затормозил, увидев, что дорога впереди упирается в плотную стену тумана. Через несколько мгновений полицейский был полностью окутан белёсой мглой. А потом в ушах его заголосил зловещий вой.

Влад замер, не в силах оглянуться назад, полицейская форма его пропиталась потом, ноги дрожали, окаменев. Сзади раздался хруст веток. Полицейский медленно обернулся. Взору его предстала пугающая картина: сквозь белую пелену проступила человеческая фигура. Она приближалась медленно, будто упиваясь страхом жертвы. Постепенно молодой человек различил длинные растрёпанные волосы и изорванное запачканное платье.

— Нет! Не надо! — закричал Влад. — Это не я! Это всё Кривой и его парни, ты же знаешь! Я тебя не трогал!

— Ты стоял и потешался, — послышался глухой замогильный голос, — любовался на эту забаву, не так ли? Теперь пришёл черёд мне водить. Кто не спрятался, я не виновата.

— Не-е-ет! — завопил Влад.

Он заставил свои непослушные отяжелевшие ноги бежать. Но бежал он недолго. В тумане не было видно дороги, Влад, споткнувшись, упал в грязь. За спиной он услышал рычание. Его лёгкие наполнились болотным зловонием. Он заплакал.

— Прошу тебя... пощади...

— Плохой мальчик плохого отца, — послышалось в ответ, — теперь я до всех вас доберусь. Передавай привет Бугаю, Лихому и Кире. Надеюсь, вам и в аду будет нескучно.

Наступила тишина... а потом жуткий рык раздался над самым ухом Влада. Грудь пронзила острая боль. Каменея от ужаса, полицейский увидел, как рубашка его рвётся, а на груди, рассечённой невидимым лезвием, проступают кровавые буквы.

— Не надо, — тихо простонал Влад и через мгновение захлебнулся в предсмертном крике, чувствуя, как горло его разрывают острые зубы.

Часа через три Костя и Маша, отдохнувшие, собирались прогуляться по посёлку. Они уже обулись. Внезапно в сенях послышался торопливый топот, а через несколько секунд в комнату ввалился запыхавшийся белобрысый парень. Он наткнулся прямо на Костю и замер, вытаращив глаза.

— На ловца и зверь бежит, — буркнул Костя угрюмо.

— Как! Ты тут! Приехал...

— Как видишь. Мать тебе не сказала?

— Костя, я не знал, что ты приедешь, — пролепетал парень растерянно.

— Лёня, если бы знал, не пришёл бы домой, так? — начал раздражаться мужчина.

— Ты обо мне что-то узнал? — с замиранием сердца спросил Лёня.

— Достаточно, чтобы у меня появилось желание надрать тебе задницу!

— Костя, успокойся, — начала уговаривать возлюбленного Мария, — разве так должны встречаться братья после долгой разлуки?

— Ладно, разбор полётов устроим позже, — смягчился Константин, — прогулку не хочу отменять. Ты чего, кстати, такой встревоженный?

— Там это... Влада убили!

— Как! — поразился Костя. — Влада Трунского? Сына начальника полиции?

— Да! — выпалил Костя. — Тут один мужик в лес пошёл, рецидивист одни. Фёдор, помнишь?

— А, этот, которого я несколько лет назад задерживал за кражу, — припомнил Костя.

— Да, да, он самый, — закивал парень, — так вот, Фёдор этот говорит, за малинкой в лес пошёл. Он, знаешь ли, странный какой-то стал. Как освободился, приехал домой. А дома-то никого. Жена ушла, не дождалась, мать померла. Вот и живёт с тех пор один.

— И с криминалом завязал? — спросил Костя.

— Завязал, — подтвердил его брат, — и не только с криминалом. С алкоголем тоже. Стал в церквушку нашу ходить. Уж что у него на уме, не знаю, может, это он всех мочит?

— Да зачем ему это? — засомневался мужчина.

— Не знаю, — пожал плечами Лёня, — вдруг крыша у него поехала? В общем, это он наткнулся на труп. Говорит, тёплый ещё... Там такой переполох поднялся!

— Да где там-то? — не выдержал Костя. — Где это случилось?

— На опушке, — ответил парень, — то есть не совсем на опушке, а чуть подальше в лесу. Влад пробежал по Новопоселковой улице мимо моего приятеля, даже не заметил его и на вопросы не ответил. Крикнул только моему знакомому, что за ним кукла какая-то гонится.

— Кто? — изумилась Маша, до этого молчавшая.

— Кукла, — повторил Лёня, — а что за кукла, непонятно.

— Это что же Влад, выходит, бежал из самого центра посёлка сюда, на окраину? — озадачился Константин. — Здорово же его кто-то напугал. Пойду, гляну. Это же совсем рядом.

— Я с тобой! — сказала Маша.

Костя нахмурился:

— Не думаю, что созерцание места преступления у тебя вызовет восторг. И не пустят тебя. Да и меня-то, возможно, не пустят, хоть я и работал несколько лет в местном отделении полиции. Но теперь-то я не их сотрудник.

— Я всё равно хочу пойти с тобой, — заупрямилась девушка.

— И я тоже пойду, — проговорил Костя, — надо же, такое стряслось! Сына главного нашего мента убили!

Костя пожал плечами, не пытаясь никого отговорить от такого мероприятия.

Все трое вышли из дома и поспешили к месту преступления. Идти и правда оказалось недалеко. Войдя в лес, молодые люди сразу услышали голоса. Место происшествия уже оцепили. Костя потребовал, чтобы Мария и Леонид стояли поодаль, а сам подошёл к бывшим сослуживцам.

— О! Какие люди! — загорланил толстый немолодой мужчина в форме. — А я-то дурак не поверил Петьке, когда тот сказал, что ты в городе.

— Здорово, Никита Максимович, — ответил Константин.

— Как в Москве служится? — поинтересовался Никита Максимович.

— Нормально служится, — усмехнулся Костя, — у вас тут тоже работы хватает, я погляжу.

— Да, — помрачнел толстяк, — чертовщина какая-то. Теперь такое начнётся! Убили ведь не кого-то, а Трунского Влада.

— Отец его в курсе?

— В курсе. Еле дозвонились. Едет сюда. Ох, полетят, я чувствую, головы.

— Тело Фёдор нашёл?

— А ты откуда знаешь? — удивился Никита Максимович.

— Новости быстро наш посёлок облетают, — ответил Костя и покосился на брата.

— Фёдора допросили уже, вон он в сторонке сидит, курит.

Константин пригляделся. Неподалёку на пне сидел лысый мужчина с гладко выбритым лицом. Он смотрел задумчиво на ели, образующие густую чащу. Костя подошёл к нему.

— Ну, здравствуй, Фёдор, — буркнул он.

Мужчина, не поднимая на полицейского взгляда серых глаз, степенно ответил:

— И тебе не хворать, Константин Иванович.

— Надо же, как официально...

— Приучили с вами, ментами, так общаться... Помнишь, как ты при задержании мне в зубы двинул?

Костя нахмурился.

— А на допросах, помнишь, как колотил меня, заставляя обращаться к тебе по имени отчеству, — продолжал бесстрастно говорить бывший заключённый.

Полицейский молчал.

— Так что ты хотел спросить, Константин Иванович?

— Тело ведь ты нашёл?

— Да, я. Пошёл за ягодой в лес. Не успел пройти и триста метров, как вижу, кровь везде и труп этого гадёныша.

— Полегче, — процедил Костя, — а то решат, что ты убил.

— А это вы запросто, — хмыкнул Фёдор, — и смерти Бугая, Лихого и Киры тоже сможете мне в два счёта приписать, за вами не заржавеет.

— Так, может, ты и грохнул их? — злобно спросил Костя.

— Да нет, не я...

— Тогда кто?

— Их убила... она... — задумчиво ответил Фёдор.

— Кто она-то? — Костя начал терять терпение.

— А это ты сам выясняй, ты же мент, — отозвался Фёдор, — можешь, кстати, у своего сосунка спросить. Уверен, ему есть что рассказать.

— Ты Лёньку имеешь в виду? — спросил Константин.

— Его самого, — подтвердил догадку рецидивист.

— Да он-то здесь при чём может быть? — растерялся полицейский. — Как вообще все эти жертвы связаны между собой? Криминальные элементы и сын начальника полиции...

— Ты давно не был в нашем городке, Константин Иванович, — не меняя равнодушного тона, ответил Фёдор, — сейчас не то, что было раньше. Теперь уж не поймёшь, кто мент, кто вор, всё смешалось... оборотни везде.

— Что ты имеешь в виду? — Костя напряжённо растирал лоб.

— При бывшем начальнике полиции всё было просто. Вы ловите, мы скрываемся. Было ясно, кто есть кто. Начальник-то принципиальный у вас был. Честный. А теперешний хуже любого беспредельщика. Почти все менты теперь в нашем городке повязаны с криминалом. А Трунский их покрывает. С Кривым общие дела имеет.

— И не боишься ты мне всё это рассказывать? — с сомнением покачал головой Константин.

— Да мне, похоже, жить пару дней осталось, — вздохнул Фёдор, — она тоже за мной придёт...

— Кто она-то? Объяснишь ты наконец или нет?

Но Фёдор молча встал и, не ответив на вопрос, буркнул:

— До свидания, Константин Иванович, пора мне.

Костя молча смотрел, как мужчина, сгорбившись, плетётся к опушке леса.

— Рехнулся Фёдор, что ли? — проворчал он.

Полицейский постоял ещё немного, задумчиво осматривая верхушки величественных елей. Потом он приблизился к Марии и Лёне.

— Ну-ка, расскажи мне, братец, как все эти убитые связаны между собой? А главное, как они связаны с тобой? — глядя в упор на брата, спросил Константин.

— Ты... ты чего, Костян? Не знаю я ничего! — занервничал парень. — И вообще, мне пора.

Он развернулся и засеменил прочь.

— Лёня! — заорал остервенело Костя. — Вернулся, быстро!

Но парень продолжал уходить с места происшествия. Старший брат намеревался ринуться за ним, но Мария остановила его:

— Погоди, любимый. Так ты ничего не добьёшься. Будешь давить на него, он вообще закроется и ничего никогда не расскажет. Ты видишь, что он и так напуган.

— Вижу, — мрачно отозвался мужчина, — и это означает, что ему есть что скрывать.

Между тем к влюблённым подошёл Пётр.

— Ну, что я говорил? — нервно смеясь, сказал он. — Опять убийство! И не кого-нибудь, а сына самого Тругунского!

— Там свидетель про какую-то куклу говорил, — вспомнил Константин, — что за кукла?

— Да это местный пьяница сказал, что когда Влад проносился мимо него, заявил, что его преследует какая-то кукла.

— Может, они все обдолбанные тут? — нахмурился Костя. — Фёдор этот тоже чушь городит. Считает, его скоро убьют.

— Я же сразу тебе сказал, чертовщина здесь какая-то началась, — вздохнул участковый.

— Слушай, а ты мог бы меня проинформировать обо всех страшных случаях, произошедших в посёлке за последнее время?

— Да легко! — ответил Пётр. — Пойдём ко мне в кабинет, глянем.

— Можно Мария с нами пойдёт? Не хочу оставлять её одну в незнакомом ей месте, — попросил Костя.

— Конечно, можно! — оживился участковый. — Пошли быстрее. Не хочу присутствовать здесь в тот момент, когда появится Трунский-старший.

— Ещё бы! — буркнул Константин.

Они направились к выходу из этого таинственного леса.

Тем временем Леонид поспешным шагом направился к одному дому, стоявшему на окраине Данилова. Пройдя через калитку, он осторожно постучал в дверь.

— Не заперто! — послышался грубый прокуренный голос.

Лёня зашёл в дом и оказался в комнате, окутанной дымом. У окна стоял небольшой обшарпанный стол, за котором восседал на табуретке мужчина и дымил сигаретой. Внешность у хозяина неуютного жилища была более чем отталкивающая. Лицо его вследствие какого-то недуга было немного искривлено, создавая злобную гримасу. Свирепые затуманенные глаза неопределённого цвета смотрели страшно исподлобья.

— Кривой... там это... — заминаясь от волнения, проговорил Лёня.

— Знаю уже, — угрюмо отозвался Кривой, — что менты говорят?

— Менты... говорят, тело нашёл Фёдор...

— Тот самый? — поинтересовался Кривой.

— Да, — ответил парень и нервно сглотнул слюну, — думаешь, это он их?

— Возможно, — процедил бандит.

— Там ещё алкаш один заявляет, что Влад перед смертью упоминал про какую-то куклу... вдруг это та самая кукла?

— Влад звонил мне, перед тем как это случилось, — сообщил Кривой, — ему в кабинет кто-то подбросил записку.

— Это точно она! — взвизгнул Лёня. — Она явилась сюда для мести! Теперь нам капец всем!

— Заткнись! — вскричал Кривой. — Мёртвые с того света не возвращаются!

— Так как тогда объяснить всё то, что происходит? — несмело возразил молодой человек.

— Может, это и вправду зек этот, Фёдор, — предположил Кривой, — сам подумай, он знает все подробности того происшествия, всех участников, знает про куклу. К тому же говорят, что он в религию ударился после отсидки. Вдруг крыша поехала и возомнил себя ангелом мести, мать его! Надо с ним разобраться, пока он и нас из-за угла не грохнул!

— Ты... ты что же... его убить хочешь? — ужаснулся Лёня.

— А почему бы и нет? — усмехнулся Кривой. — Если он может, почему нам не воспользоваться тем же способом устранения проблем?

— А вдруг это всё-таки не он? — продолжал упорствовать Лёня.

— Сам подумай, если не он, то кто? — проговорил бандит. — Будешь ждать, пока он тебе глотку перережет?

— И как ты собираешься всё это провернуть? — настороженно спросил Лёня.

— Сейчас Трунский очухается от шока, потолкую с ним. Вместе решим, как быть с этим Фёдором. А ты пока дуй к себе и ни слова никому, понял?

— Хорошо! — выпалил Лёня и торопливо вышел на улицу.

В это время Константин с Марией уставились в экран компьютера, где на мониторе высвечивалась криминальная хроника за прошедшие два года. Пётр рылся в бумагах.

— Нашёл! — победоносно вскричал он и стал трясти какой-то папкой. — Вот! Год назад! Поистине жуткое преступление. Тут всё: и надругательство, и тяжкие телесные, и убийство.

— Дай-ка сюда, — потребовал Костя, — так, что тут у нас... потерпевшая Валентина Григорьевна Сорокина, двадцать лет....

— Погоди, это та умалишённая, что ли? — всполошился Константин.

— Она самая, — подтвердил участковый, — Валька-дурочка мы её называли, помнишь?

— Это вы её так называли, — отозвался Костя, — я её никогда не дразнил, жалко было. Грех над умственно отсталыми издеваться, они и без того судьбою обижены.

— Ой, ой, какие мы правильные стали, — подколол бывшего коллегу Пётр, — того и гляди рехнёшься, как и Фёдор. Ты ещё пойди в церковь, поклончики сотвори.

— А я, между прочим, ничего не имею против религии. И, если Фёдор искренне поверил в Бога и встал на путь исправления, я очень рад за него. Пусть уж лучше Богу молится, чем ворует. Не позакрывали бы в нашей стране храмы, не было бы сейчас столько сломленных судеб, столько заблудших душ. Религия даёт человеку понятие о нравственности.

— Хорош заливать, — рассмеялся участковый, — а то ты меня пугаешь уже. Лучше материалы дела почитай. Правда, девушке, наверное, неприятно будет слушать подробности.

Мужчины взглянули на Марию.

— Ничего, — успокоила их она, — я уже привыкла к страшным рассказам Кости о его работе. К тому же девушка должна быть готова ко всему, если собирается замуж за сотрудника уголовного розыска.

— Повезло тебе с будущей женой, — улыбнулся Пётр, — у вас будет полное взаимопонимание.

— А ты не завидуй, — засмеялся Костя, — однако шутки в сторону, посмотрим, что тут у нас. Значит так. В июле прошлого года в окрестностях посёлка Данилова в лесополосе был обнаружен труп Валентины Сорокиной. Тело плавало в озере. Как показала экспертиза, потерпевшая была перед смертью жестоко избита и изнасилована. Насильников было несколько. На берегу обнаружены личные вещи погибшей: ключи от дома и тряпичная кукла.

— Кукла... — задумчиво произнёс участковый.

— Следственные мероприятия не дали никакого результата, — продолжал читать Костя, — подозреваемые не выявлены. Дело зашло в тупик.

— Странно как-то... — задумалась Мария, — кому могла помешать несчастная, лишённая рассудка?

— Это надо быть совсем отморозками, чтобы напасть на такое существо, — проговорил Костя, — я помню Валю. Она была доброй девушкой. Воспитанная такая, здоровалась со мной всегда. Я, помнится, её защищал во дворе от забияк, когда ещё подростком был. Как-то мне её всегда жалко было. Отец мой покойный общался с Валиными родителями. С её отцом они вместе в армии служили. Кто мог такое сотворить с ней?

— Да мало ли уродов на свете, — махнул рукой Пётр.

Они засиделись допоздна, строя предположения и теории. Вернулись молодые люди домой поздно. Поужинали и быстро уснули.

На следующий день Маша, узнав, что в посёлке есть рынок, где местные хозяева продают натуральные продукты, решила туда наведаться. Медленно проходили они с Константином между торговыми рядами. Вдруг Маша увидела Фёдора, сидевшего на раскладном стуле возле деревянных ящиков, на которых теснились пластиковые тары с лесной малиной.

— Это не тот мужик, с которым ты вчера говорил? — спросила Маша у своего жениха.

— Он самый, — отозвался Костя.

Они подошли к Фёдору и купили у него малину.

— Хорошо тут у вас, — сказала девушка, с блаженной улыбкой втягивая в себя аромат лесных ягод, — продукты экологически чистые.

— Я ещё кур держу, — сообщил Фёдор, — козу. Если яйца, молоко или масло на козьем молоке потребуется, милости прошу ко мне заглянуть. Продам недорого.

— А далеко вы живёте? — полюбопытствовала Мария.

— Да нет, — сообщил мужчина, — Костя, то есть Константин Иванович знает, мы ж с ним, считай, соседи. Его дом, а мой ещё через два будет.

— Слушай, Фёдор... — немного небрежно сказал Костя, — ты извини меня за былое... горяч я был...

— Да что теперь говорить? Что было, того уж нет, — снисходительно улыбнулся Фёдор, — не держу я более зла на тебя. Вижу, что поумнел.

— Тогда перестань, пожалуйста, называть меня по имени отчеству. Зови просто Костей.

— Как скажешь, — усмехнулся мужчина.

— Скажи мне ещё вот что, — вдруг понизил голос полицейский, — что тебе известно о гибели Валентины Сорокиной?

— Что... зачем тебе это? — Фёдор вдруг весь напрягся.

— Знаешь что-нибудь?

— Не суйся лучше в это, коли шкура дорога, — пробухтел Фёдор, сделавшись мрачнее тучи, — нечистое это дело...

— Так ты что-то знаешь?

— Ничего я тебе не скажу.

Константин, поняв, что от бывшего уголовника добиться ничего больше не получится, пожал плечами.

— Ладно, пошли, — сказал он Марии.

Парочка начала удаляться, а Фёдор смотрел им вслед, прищурив глаза.

Придя домой, влюблённые порадовали Ларису Павловну своими покупками. Надо сказать, что Мария, будучи девушкой открытой и общительной, очень быстро нашла общий язык с Костиной матерью. Они весело делились друг с другом вкусными рецептами и очень быстро пришли к решению приготовить какой-нибудь сногсшибательный ужин, чтобы запомнился вкусными блюдами и уютной семейной атмосферой. Пока дамы беспечно щебетали о своих женских делах, Костя о чём-то напряжённо размышлял. Вдруг он обулся и сказал:

— Дорогие мои женщины. Вижу, вы отлично спелись. Позвольте мне ненадолго вас покинуть, нужно кое-что выяснить.

— Хорошо, сынок, только не задерживайся допоздна, — назидательно проговорила Лариса Павловна, — мы с Машенькой будем ждать тебя к ужину, который будет просто волшебным.

— Не сомневаюсь, — просиял улыбкой Костя и, поцеловав мать и невесту, вышел из дома.

Он шёл по улице, поднимая придорожную пыль. Зной донимал. Наконец Костя остановился перед старым покосившимся домом. Долго он не решался войти, но потом, глубоко вздохнув, всё же миновал калитку. Он постучал в дверь. Сперва никто не отзывался, но в конце концов мужчина различил звук шаркающих шагов. На пороге возникла дряхлая старушка. Она пыталась разглядеть пришельца сквозь толстые стёкла очков.

— Здравствуйте, — немного смущаясь, поприветствовал бабулю полицейский, — вы же Мария Кирилловна, мать Валентины Сорокиной, верно?

— Верно, — растерянно ответила женщина, — а вы кто будете?

— Я Костя Березин, помните? Мой отец с вашим мужем дружен был.

— А, Костя, — обрадовалась старушка, — заходи, милок. Уж не обессудь, бардак у меня дома, разруха. Вот уж почти год, как я вдова. Умер муженёк, некому хозяйничать в доме.

— Ваш муж умер? — с сожалением спросил Костя.

— Да, умер. Не выдержал дочкиной смерти, да ещё такой страшной. Да ты не стой на пороге, заходи. Чайком тебя угощу. А то живу одна, как дикий зверь какой. Словом не с кем обмолвиться.

Константин прошёл в небольшую кухоньку. Обстановка была здесь самая скромная. Никаких излишеств. На стене висела фотография в рамке. На снимке были запечатлены сама хозяйка, её муж и дочь их Валентина. Мужчине сразу бросилось в глаза то, что девушка прижимает к груди тряпичную куклу.

— Мария Кирилловна, — осторожно обратился к женщине полицейский, — скажите, а где сейчас эта кукла? Та, что на этом фото?

— А, кукла-то... Так мы её в гроб к Валеньке положили. Дочка не расставалась с этой игрушкой, — вздохнула женщина, — ведь подружек у неё не было, сам понимаешь почему. Так вот кукла заменяла ей подругу. Мы с мужем и решили похоронить её вместе с этой куклой.

— Вы уверены, что кукла покоится вместе с вашей дочерью?

— Конечно. А что такое?

— Да нет, ничего, — ответил Костя задумчиво, — как вы думаете, кто убил вашу дочь?

— Да мало ли душегубцев на свете? — махнула рукой Мария Кирилловна. — Поиздеваться решили над беззащитным существом. Однако возмездие всех настигнет. Никто от расплаты не уйдёт.

При этих словах старушка как-то злорадно, почти хищно улыбнулась, Косте даже не по себе стало. Он поёжился, сел за стол и продолжал рассматривать фото на стене.

В доме Березиных Мария и Лариса Павловна вовсю стряпали грандиозный ужин. Поставив курицу в духовку, Костина мама решила прилечь отдохнуть.

— Машуль, дорогая, последишь за курицей? — попросила она девушку. — Я подремлю полчасика.

— Конечно, послежу, — радостно согласилась Маша, — а когда отдохнёте, я к Фёдору сбегаю за свежим молоком и маслом. Да и яички деревенские охота попробовать.

Тут входная дверь скрипнула, и в дом вошёл Лёня.

— Здравствуйте, — пробубнил он.

— Привет, Лёня, — дружелюбно ответила девушка.

Парень, хмурясь, налил себе чаю.

— Брат где? — спросил он.

— Не знаю... Он сказал, что по делам пойдёт.

— Ну и хорошо, что его нет, — проворчал юноша, — а то вечно хочет мне шею намылить.

— Он переживает за тебя, не хочет, чтобы ты по наклонной покатился, — участливо произнесла девушка, — знаешь, в жизни люди, бывает, оступаются, но это не значит, что у них нет шансов исправиться.

— Вам легко говорить, — процедил Лёня, — вы такая вся правильная....

— Я правильная? — рассмеялась Маша. — Да мы с Костей познакомились в отделении полиции, когда меня задержали и доставили туда за воровство.

— Да ну! — вытаращил глаза Лёня. — Не может быть! Что вы такого натворили?

— Я как раз школу заканчивала. Сложный возраст, и всё такое. Дружки мои на гитаре играли, а я с подругой ходила среди зевак и карманы опустошала. В итоге нас всех и взяли. В отдел привели, а там Костя. В общем, так и познакомились. Обошлось всё тогда, дело не завели, во многом благодаря твоему брату. И стали мы с ним общаться. Я рассказала, что хочу певицей стать, но нет у меня уверенности, что смогу поступить куда-то. Так Костя поддержал меня, следил, чтобы по улицам после уроков не болталась, а занималась вокалом, даже репетиторов помогал оплачивать. В результате я поступила в училище имени Гнесиных.

— И с чего это он так расстарался? — удивился Лёня.

— Влюбился, говорит, сразу в меня, — улыбнулась Мария, — решил, что не позволит мне скатиться в пропасть. И тебя он любит. Одумайся, пока не поздно, перестань со всякими сомнительными личностями якшаться.

— Я боюсь, что поздно уже... — ответил мрачным голосом парень, посмотрел на часы и, поднявшись из-за стола, ушёл в свою комнату.

В скором времени в кухню пришла отдохнувшая Лариса Павловна.

— Вот теперь я отдохнула, — потянулась она, — спасибо за помощь, Маша. Теперь и ты отдыхай.

— Я лучше пойду к Фёдору за продуктами.

— Иди, дорогая. Молоко у него обалденное.

Мария быстро собралась и, уточнив у Костиной матери адрес, направилась к Фёдору. Она шла медленно, разглядывая самобытные сельские дома. Наткнувшись на небольшую лужайку, решила собрать букет цветов. Торопиться ей всё равно было некуда, да и устала она от суетливой московской жизни. Лето. Самое время расслабиться и не спешить.

Константин же, выпив чаю, распрощался с Марией Кирилловной и поспешил домой. У него вдруг появилась уверенность, что Лёня что-то знает о гибели Валентины Сорокиной. Полицейский боялся, как бы его младший брат не был причастен к этому преступлению.

Как раз в это время в доме у Кривого происходила попойка. У бандита гостил начальник местной полиции, полковник Трунский, потерявший накануне сына. Трунский сидел в штатской одежде. Он пил и не пьянел. Красное лицо его то и дело орошалось слезами.

— Так ты думаешь, это Фёдор прикончил моего мальчика? — глухо спросил он.

Кривой скривился больше обычного и ответил:

— Подумай сам. Не пацан же их всех убил? Нет, ну Лёнька, конечно, дебошир, но, чтобы руку поднять на твоего сына, да и на Бугая и Киру, это вряд ли. Кишка тонка. Фёдор другое дело. Решил состроить из себя ангела мести. Погибают ведь те, кто тогда девку полоумную в этой луже зловонной утопил.

— В таком случае надо задавить гниду без суда и следствия, — прошипел Трунский, злобно сверкнув глазами.

— Это мы можем, — хохотнул Кривой, — скоро вечер, как раз самое время. Я уж управлюсь.

— Я сам, — глухо ответил Трунский, — вместе пойдём. И этому позвони.

— Хорошо. Сам так сам, — согласился бандит, — а мы подстрахуем. Давай тогда собираться, сумерки скоро, отличное время для смерти.

Константин вошёл к себе домой и улыбнулся, учуяв восхитительный аромат. Женщин на кухне не было, зато за столом сидел Лёня. Он, не находя себе места после разговора с Кривым, маялся по дому. Когда Маша ушла, парень вернулся на кухню. Увидев брата, он заёрзал на стуле.

— Слушай, Лёня, надо поговорить, — мягче обычного произнёс Константин.

— О чём? Об условном сроке? — напрягся парень.

— Да нет, с этим всё ясно... мне вот что интересно, — начал осторожно Костя, — эти смерти странные... чудные слухи ходят...

— Да! И это не слухи! — неожиданно вскричал Лёня, нервы которого не выдержали дальнейшую пытку. — Это кара за то, что они убили!

— Убили Валю Сорокину? — уточнил мужчина.

— Да! Да! Да! Они её убили, и теперь она их преследует! — юноша задрожал. — И меня она прибьёт...

— Может, расскажешь? — попросил спокойно Костя.

— А чего тут рассказывать? В прошлом году это было. Напились мы сильно.

— Мы — это кто? — спросил полицейский.

— Я, Кривой, Бугай, Кира Осипов, Санька Лихой да Влад Трунский.

— Продолжай, — напирал Костя.

— Пошли гулять. Темнело. Вдруг Кира говорит: «Смотрите, какое авто новое, давайте угоним». Мы посмеялись над ним, а тут эта Валька нарисовалась и говорит такая: «Плохие мальчики. Брать чужое нехорошо». Это, знаешь ли, сильно не понравилось Кривому. Он глянул по сторонам, видит, нет никого, да как ухватил девку за косы, рот зажал ей и говорит нам: «Вот и игрушка нам на вечер». Пацаны загоготали, и потащили мы её на окраину в лесополосу, туда, где озеро. Я-то думал, они припугнуть её хотят, а они бить её стали. Я их уговаривал, говорил, мол, вы что, пацаны, не троньте девчонку. Она ж не в себе.

Только они не прекращали, алкоголь им кровь разгорячил. Смотрю, они повалили её на глинистый берег и раздевать начали. Тут откуда не возьмись Фёдор этот выскочил. Уж не знаю, что он там делал в сумерках в лесу, но, видать, услышал Валькины крики и прибежал на свою беду. Пытался он девку спасти. Врезал, помню, Саньке, потом Кире. Но Бугая не одолел, годы всё-таки своё берут. Бугай его с одного удара нокаутировал, и теперь пацаны били Фёдора, чуть до смерти его не залупили. Я и поделать-то ничего не мог.

— И что, не мог в посёлок сбегать за помочью? — со злостью спросил Костя.

— Ты издеваешься? — возразил ему брат. — Меня бы на другой день так же бы в озере нашли. Полковник Трунский своего сынка и дружков его, знаешь, как прикрывает? Это же мафия настоящая! А она, как известно, бессмертна, чего не скажешь обо мне. В общем, Фёдор быстро отключился, так и не смог помочь он Вале. Я же в шоке забился под куст и смотрел оттуда, как девушку бесчестят. В какой-то момент Валя перестала двигаться. Насильники труп в воду и скинули, потом Бугай поднял с земли запачканную куклу, скривился в улыбке и забросил туда же, в озеро. Они, забыв про меня, ушли. Я же ни жив ни мёртв затаился в своём укрытии. Фёдор застонал, и это привело меня в чувство. Я подполз к нему на карачках, всё ещё опасаясь, что бандиты вернутся. Но вокруг стояла тишина. Я похлопал Фёдора по щекам, приводя его в чувство. « то с девушкой?» — прохрипел он. «Забудь, — сказал я, — самое время отсюда ноги уносить. Влада Трунского и всю компанию начальник полиции отмажет, а ты судимость в прошлом имеешь, тебя и слушать никто не станет, упекут за изнасилование и убийство».

Фёдор понимал, что я прав, да и Валентине-то уже никак не поможешь. Надо было свою шкуру спасать. Довёл я его кое-как до дома. Он на улицу несколько недель носа не совал. Мы оба постарались этот случай забыть, вычеркнуть его и памяти.

— Но тем не менее ты продолжал якшаться с этими подонками! — возмутился Константин.

— Виноват... сам понимаю, — промямлил Лёня, — для них иногда угоняю тачки... боязно их подводить, прерывать совместный бизнес, так сказать.

— Фёдор-то, гляжу, посмелее тебя оказался.

— Смелее, не смелее, только жить ему осталось недолго, Кривой решил устранить его. Думает, это он пацанов завалил. Сегодня вечером хотят провернуть это дело.

— Так надо его предупредить, — проговорил Костя и осмотрелся.

— Маша, кстати, где? С мамой?

— Откуда я знаю, ушла куда-то. У матери спроси.

— Мам! — позвал Костя. — Мам, где Маша?

Из соседней комнаты послышалось в ответ:

— Машуня пошла за свежим молоком и маслом.

— Рынок закрыт уже, — удивился мужчина.

— Она к Фёдору пошла, — сообщила Лариса Павловна.

— К Фёдору! — одновременно закричали Костя и Лёня.

Эта новость повергла их в шок, до них дошло, какой опасности подвергнется девушка, если окажется в доме Фёдора в самую неподходящую минуту. Костя схватил пистолет и пулей выбежал из дома, чем немало удивил мать. Лёня мучался сомнениями, наконец и он побежал следом.

Маша стояла на пороге дома Фёдора и уже несколько минут не могла докричаться до хозяина.

— Эй, Фёдор! Фёдор, вы дома? Не слышишь, что ли?

Дверь была чуть приоткрыта, девушка постучала и, не получив ответа, вошла в дом.

— Фёдор! — продолжала звать она. — Я пришла за молоком. Мне срочно надо.

В соседней комнате раздался приглушённый возглас, как будто кто-то жадно глотает воздух.

— Фёдор, вам плохо? Я иду к вам! — Мария, решив, что хозяин дома мучается каким-нибудь приступом, ворвалась в комнату...

В помещении находился Фёдор. Рот его был зажат рукой полковника полиции, сам же Трунский, обхватив за шею бывшего уголовника, угрожал ему пистолетом. Фёдор был вынужден смириться с ролью пленника. Около окна стоял Кривой и ухмылялся, глядя то на свой нож, то на девушку. Мария быстро сообразила, в чём дело, и кинулась вон из дома. Уже в сенях она налетела на какого-то человека и завизжала от испуга. Этим человеком оказался участковый Пётр.

— Пётр! Слава Богу! Вызывайте подкрепление! — затараторила она, ожидая от стража порядка решительных действий. Но вместо ожидаемой помощи и защиты девушка получила сильный удар в грудь. Пётр, ударив её, улыбнулся.

— Как же ты вовремя залетела сюда, пташка, — проговорил он, похотливо глядя на девушку.

— Что? Что... вы не... — пролепетала шокированная девушка, — вы не можете...

— О нет, детка, я всё могу, — возразил участковый, — даже больше, чем ты предполагаешь. Кривой! Сегодня у нас вечеринка! Предлагаю её устроить на берегу озера. Того самого. Это будет грандиозно: убийца реальных пацанов и случайная свидетельница отправятся в глубоководное плавание. И мы забудем про эти загадочные смерти.

— Может, прям здесь их прикончим? — засомневался в целесообразности путешествия к лесному озеру Кривой.

— Нет, надо в лесу их порешить, — буркнул полковник полиции, — пусть эта тварь умрёт там же, где он убил моего сына!

— Как скажешь, — спокойно ответил бандит, — тогда в путь, господа, без промедления! Тьма уже позволяет пробраться в лес незамеченными.

— Пётр, вы же на страже закона... как вы можете? — дрожа от страха, спросила Мария.

— Я на страже собственной выгоды, — широко улыбнулся участковый, — жаль тебя, красотка, только вот в последний раз ты наслаждаешься мужским обществом, так оторвёмся на полную катушку!

— Эй, остынь, — потребовал Кривой, — вечно ты торопишься, вся ночь впереди, успеешь её ещё трахнуть. Сейчас надо в лес пробраться и разделаться прежде всего с этим старым зеком.

Бандиты, захватив Фёдора и Марию и угрожая им оружием, заставили их выйти из дома, не издав ни единого крика. Преступники и заложники устремились в лес.

Спустя несколько минут в дом Фёдора ворвался Костя, а за ним и Лёня. Полицейский обнаружил в помещении следы борьбы: стулья были перевёрнуты, посуда разбита. Видно, Фёдор не сдался без боя, однако, судя по всему, потерпел поражение.

— Мария! — заорал Костя в надежде, что девушка где-то прячется. — Маша! Умоляю, ответь!

Лёня поднял с пола женскую сумочку.

— Она не ответит, — сказал он, — её похитили...

— Куда могли они их повести? — закричал Костя на брата, сжимая кулаки.

— Если они хотят доказать самим себе, что это не Валя мстит из могилы, то поведут их в лес, к озеру.

Костя, не говоря ни слова, выскочил из здания и устремился к лесу. Лёня опять немного помешкал, но потом, преодолев страх, побежал за братом.

В вечерних сумерках еловый бор казался особенно жутким. Тёмные деревья нависали над головой, старчески скрипя стволами. Лишайник свисал с еловых лап, иногда дотягиваясь до самой земли. Где-то в чаще ухнул филин. Костя достал сотовый телефон, включил на нём фонарик и продолжил путь. Ясное небо позволяло звёздам немного освещать мрак, гнездившийся между деревьями. Вдруг Костя услышал впереди какую-то возню. Он ускорил шаг.

— Проклятая чаща! — послышался голос участкового. — Я все ноги уже промочил.

Константин, услышав голос коллеги, приободрился и побежал, думая, что Пётр, как-то узнав о похищении, тоже ринулся в погоню. Наверняка он уже прислал подкрепление.

— Пётр! — позвал он

Участковый сперва не ответил. Но Константин уже различил его тёмную фигуру.

— Березин, это ты? — удивлённо спросил Пётр.

Костя собирался ответить, но тут услышал омерзительный голос Кривого:

— Кончай его, чего ты ждёшь?

Прежде чем Константин успел что-либо сообразить, Пётр прицелился и выстрелил в него. Пуля попала в левое предплечье. Зарычав от боли, полицейский успел спрятаться за ствол дерева, прежде чем раздался другой выстрел.

— Костя! — закричала Маша, и в голосе её было отчаяние. — Костенька!

— Заткнись, сука, — послышался бас Трунского, а потом раздался шлепок, какой бывает при пощёчине.

— Ты убил мента? — спросил Кривой.

— Не знаю, — отозвался Пётр, — он отполз за дерево и не высовывается.

— Так пойди и проверь! — заорал Трунский. — При необходимости добей.

Пётр с опаской приблизился к дереву, за которым спрятался Костя. Раненый, не теряя ни секунды, напал на предателя, завязалась потасовка.

— Давай кончать всех! — потребовал Кривой.

Но Трунский ничего не ответил, он пялился куда-то в сторону, а потом дрожащей рукой указал на большой старый пень. Кривой посмотрел в этом направлении и испуганно отпрянул назад. На пне лежала тряпичная кукла. Фёдор, до этого угрюмо молчавший, промолвил:

— Ну, теперь нам не выйти никому из этого леса.

Между тем землю стремительно начал обволакивать туман. Он полз к людям со всех сторон. Костя и Пётр продолжали ожесточённо драться. Участковый оттолкнул Константина, и тот, сильно ударившись спиной о дерево, сполз на землю. Рана болела нестерпимо. В голове помутнело. Константин поднял взгляд на своего противника, и гримаса ужаса застыла на его лице. Проснувшаяся луна сияла, освещая всё, что происходило за спиной участкового. Пётр не видел, как сзади из тумана выплыла фигура всадника. Когда это загадочное существо приблизилось, стало ясно, что это девушка, сидящая на огромном волке. Пётр услышал устрашающее рычание над самым своим ухом.

Кривой, Трунский и Фёдор застыли в немом ожидании дальнейших событий. Маша, скованная стальными объятиями Кривого, издала слабый стон и чуть не лишилась чувств.

— Плохие мальчики, — послышался женский монотонный голос.

Фигура девушки сползла с волка, и хищник мгновенно кинулся на Петра. Участковый успел только вскрикнуть, а потом из его горла стали доноситься хлюпающие звуки. Жуткий монстр, разорвав горло своей жертвы, наступил лапой на всё ещё трепыхающееся тело и уставился на Костю. Глаза его горели красным пламенем, из пасти вырывался пар, подобный туману, окутавшему лес.

Кривой попятился, увлекая за собой Машу, но споткнулся. Девушка и бандит мгновенно оказались на земле. Фёдор, выйдя из оцепенения, вырвался из рук Трунского и поспешил Маше на помощь. В это же мгновение волк сорвался с места и, пробежав мимо ошарашенного Константина, бросился на Кривого. Предсмертные вопли в который раз огласили этот лес, и вскоре откушенная голова бандита подкатилась к ногам Трунского. Полковник полиции незамедлительно открыл огонь по монстру, но это не нанесло чудовищу никакого урона, ещё секунда — и длинные клыки зверя оказались на горле стрелявшего. Жуткая женская фигура ринулась в чащу, и вскоре оттуда донёсся крик Лёни. Маша, дрожа всем телом, прижималась к Фёдору, который был напуган не меньше. Он с трудом преодолел ужас и направился к Косте, таща за собой его невесту. Когда все трое оказались рядом, мужчины загородили собой девушку. Волк же, подняв окровавленную морду, медленно к ним подходил. Из чащи показалась зловещая фигура, она тащила за воротник Лёню, а потом с невероятной для тонких рук силой швырнула его на землю. Лицо жуткого существа осветила луна, и присутствующие увидели мёртвенно-бледную плоть, изъеденную трупными червями. Кое-где на скулах проступали жёлтые кости, костлявые руки тянули свои когтистые пальцы к горлу Леонида.

— Валя, не надо! — вдруг прокричал Константин, и покойница замерла, обратив на него взгляд бесцветных глаз.

— Не надо, — продолжал умолять Кося, — этот парень виноват лишь в том, что струсил тогда... Прошу тебя... дай ему шанс, которого не было у тебя, и, быть может, твоя душа обретёт покой.

— Я знаю тебя, — медленно проговорила покойница, — ты Константин... я почти забыла, как наши отцы были дружны... Ты никогда не причинял мне зла и был всегда храбр. А это твой брат. Он, напротив, оказался гнусным трусом. Может, мне следует очистить землю от такого ничтожества.

— Валя, не надо! — повторил за Костей Фёдор. — Если на то пошло, у тебя есть причина убить и меня, ведь я не смог защитить тебя.

— Но ты пытался, — возразила Фёдору покойница, — а этот отсиживался под кустом. К тому же, якшаясь с ублюдками, он очернил свою душу и достоин смерти.

— Возьми лучше мою жизнь, — заявил Фёдор, — я стар, а этот юнец, помня о моей смерти, раскается и встанет на путь исправления.

— Фёдор, ты достоин всяческих почестей, но твоё время ещё не пришло. Однако ради твоей готовности жертвовать собой ради ближнего я отпущу парня. Все враги мои мертвы, посёлок станет лучше без этих мерзавцев. Я удовлетворена местью, а большего и не желаю. Теперь мне надлежит вернуться в мир мёртвых, но мой страж, мой чудовищный волк, будет блуждать между мирами и периодически истреблять подонков в этой местности.

Сказав эти слова, Валентина поманила волка рукой, и он повиновался. Покойница взобралась к нему на спину, и эти чудовищные существа отправились в чащу, туман последовал за ними. Вскоре последние белёсые клочья рассеялись. Фёдор помог Косте встать на ноги, Маша наложила на рану повязку, наскоро изготовленную из рукава рубашки раненого. Лёня лежал на земле и трясся, как холодец, который передумали есть. Все четверо понимали, что им необходимо как можно быстрее выбраться из леса. Они оставили за спиной место кровавой расправы и пошли по направлению к посёлку. Константин начал терять сознание от кровопотери. Однако они всё же вышли к людям, которые незамедлительно оказали им помощь.

Так и закончилась эта жуткая и поучительная история. Новость о массовой бойне в лесу быстро облетела округу и шокировала даже видавших виды сотрудников правоохранительных органов. Константин быстро поправился. Так как кость не была задета пулей. К концу отпуска он уже был как новенький. Фёдор отличался набожностью. Он устроился старостой в церквушке, где и проработал до своей кончины. Мария и Константин, вернувшись в Москву, подали заявление в ЗАГС. Ну а в Данилове до сих пор, несмотря на отсутствие волков, иногда слышат по ночам леденящее кровь завывание.

12. Хранитель леса

Молодой человек стоял на берегу великой сибирской реки и любовался её красой. Белоснежный пух облаков отражался в зеркальных её водах. Солнечные лучи, позолотив водную гладь, проникали на глубину, где поглощались студёным мраком. Юноша с грустью смотрел то на небесную лазурь, то на водное зеркало реки. Звали молодого человека Юн Су, ибо был он китайцем. Юноша припоминал, как прощался со своим бедным измученным отцом. Юну пришлось соврать родителям о цели своего дальнего путешествия, он твёрдо знал, что они не одобрят его поступок.

Семья Юна жила в крайней нищете. Отец работал сортировщиком мусора, мать трудилась на одной из многочисленных китайских фабрик. Они едва сводили концы с концами, и часто в их доме не было даже буханки хлеба. Такая выпала Юну доля — родиться в семье бедняков. И так бы и жили они в своих трущобах, да случилась беда. Глава семейства сильно занемог. Понадобились деньги на лечение, которых у семьи не было. Много работал Юн Су, однако нужной суммы не набрал. И тут случай свёл его с главарём браконьерской банды. Они собирались в свой преступный поход на территорию соседнего государства. Недавно распался Советский Союз, в России царил непорядок. Шун Ли, главарь банды, намекнул молодому человеку, что знает, как проникнуть в Россию незамеченными, переправившись через Амур. Юн Су колебался. Он, как и отец, очень любил дикую природу, и такой заработок ему претил. Но отца он любил больше, поэтому и решился на столь отчаянный шаг. И теперь с тоской смотрел он на воды Амура, и совесть его была неспокойна.

— Нам пора! — властно заявил Шун Ли.

Юн, бросив прощальный взгляд на реку, углубился вслед за группой в уссурийскую тайгу.

Китайцы осторожно пробирались по лесу. Опасались они пограничников и инспекторов, защитников дикой природы. Целью их преступной экспедиции был амурский тигр. В Китае, на их родине, за убийство этого животного полагается смертная казнь. По этой причине охотиться на амурского тигра на территории Поднебесной весьма опасное занятие. К тому же в России популяция этого хищника гораздо больше. Но его охраняют. Амурский тигр занесён в Красную книгу Международного союза охраны природы и в Красную книгу Российской Федерации. Эта великолепная дикая кошка обитает по берегам рек Амур и Уссури в Хабаровском и Приморском краях, а также в северо-восточных областях Китая. На свою беду животное имеет великолепную шкуру, а его кости используются в восточной медицине. Вот и повадились браконьеры, как русские, так и китайские, охотиться на редкое животное. Но не только от них терпит бедствие амурский тигр. Массовая вырубка леса приводит к тому, что молодым особям негде охотиться, ведь каждому тигру для этого необходим большой охотничий участок. Молодняк ищет себе такой участок в тайге. Но из-за вырубки леса тигры не могут его найти, а другие участки заняты взрослыми особями, матёрыми тиграми. Вот и выходит молодняк от голода к людям терзать их скот и нередко становится жертвой гнева селян. Юн Су всё это знал, так как собирался стать зоологом, но бедность заставила его забыть об этой мечте и погнала на заработки.

Долго шли браконьеры по тайге. Наконец один из них указал на исцарапанную кору деревьев, значит, здесь владения тигра, ведь таким образом он метит территорию. Прошли ещё немного, и Шун Ли насторожился. Он подал знак товарищам приготовиться. Люди осторожно выглянули из-за кустов и увидели, как большой тигр затаился и собирается напасть на ничего не подозревающую самку пятнистого оленя, рядом с которой резвились два детёныша. Тигр почти вплотную подполз к своим жертвам с подветренной стороны, притаившись в высокой траве. Шун Ли, не теряя зря времени, прицелился в тигра и выстрелил. Но даже меткий стрелок может промахнуться. Рука его дрогнула во время выстрела, и пуля поразила не тигра, а пятнистого оленя! Олениха рухнула на землю, а тигр вскочил и бросился прочь. Китайцы кинулись за ним. Но сколько ни искали браконьеры полосатого хищника, ни с чем вернулись назад.

— Проклятье! — орал Шун Ли. — Как будто этот тигр сквозь землю провалился! Я же вмиг кинулся за ним, а он исчез.

— Может, страж леса уберёг полосатую кошку от твоего взора? — предположил один из его подчинённых.

— Какой ещё страж леса? Ты что городишь! — раздражённо отозвался главарь.

— Русские верят, что в каждом лесу живёт загадочное существо и охраняет свои владения, — объяснил ему товарищ.

— Я вам покажу стража леса! Хватит нести чушь! — взревел Шун. Он в бешенстве пнул труп оленихи, к которому жались, дрожа от страха, совсем маленькие детёныши. Главарь ударил одного из них прикладом ружья, отчего детёныш мгновенно скончался. Браконьер замахнулся ружьём, чтобы прикончить и второго оленёнка, но Юн перехватил его руку.

— Зачем убиваешь без нужды животное?! — гневно прокричал юноша. — Этот вид оленей на грани вымирания! Мы пришли в тайгу за тигром, и ты промахнулся, теперь же вымещаешь зло на ни в чём не повинных существах!

— Ах ты щенок, — процедил Шун, — ты смеешь мне перечить! Теперь ты такой же браконьер, как и я!

— Нет, Шун! — возразил Юн Су. — Я не сделал ни одного выстрела и никого не убил. Теперь я вижу, что ошибся, связавшись с вами. Мне не по пути с такими головорезами!

— А вот здесь ты ошибаешься, — сверкнув глазами заявил Шун, — мы никого от себя не отпускаем. Зачем нам лишние свидетели? У тебя два пути: либо ты с нами, либо...— он навёл на юношу ружьё. Сообщники Шуна, ухмыляясь, наблюдали, чем закончится эта сцена. Юн Су решил, что разумней будет притвориться будто бы он смирился с ситуацией.

— Ладно, Шун, твоя взяла, — спокойно сказал он.

— То-то же, — опустив ружьё, засмеялся главарь браконьеров.

Юноша только этого и ждал. Он молниеносно кинулся на Шуна, ударом ноги сбил его с ног, подхватил маленького оленёнка и скрылся в зарослях. Браконьеры оторопели и несколько мгновений бездействовали. Из оцепенения их вывел бешеный крик Шуна. Вся шайка взвыла, словно дикие звери, и бросилась за беглецом. Теперь они уже не собирались оставлять юношу в живых.

Юн Су стремительно бежал сквозь тайгу. Ветви хлестали его по лицу. Он крепко прижимал к себе детёныша, который не сопротивлялся, находясь в шоке.

Тем временем недалеко от этого места шёл по лесу инспектор природоохранной службы. У него был сегодня выходной, поэтому в тайге в этот день он оказался один, без напарников. Услышав выстрел, он замер и прислушался.

— Батюшки! Не иначе как браконьеры! А наши-то сегодня патрулируют в другом месте, — сетовал инспектор, — и рацию я с собой не взял, как назло! Хоть ружьё есть.

Он поспешил к тому месту, откуда стреляли. Его морщинистое лицо выражало беспокойство, седые волосы трепал ветер.

Юн Су бежал, не разбирая дороги. Вдруг, выскочив на небольшую поляну, он увидел пожилого мужчину.

— Помогать мне! — на ломаном русском языке прокричал он.

— Ты, парень, откуда взялся? — удивился инспектор и нацелил на него ружьё. — Ты что браконьер, что ли?

— Браконьер стрелять в тигра! — затараторил юноша. — Но попасть в оленя!

— Стоп, стоп, стоп! Говори помедленнее, не галди, — потребовал старик, — объясни подробно, что случилось?

— Я быть с браконьер, но передумать, — начал объяснять Юн, — а они стрелять в тигра, но попасть в олень.

— Вот негодяи! — вознегодовал инспектор. — А это кто у тебя? Батюшки! Да тут живой оленёнок! Ну-ка, ну-ка, дай посмотреть.

Инспектор бережно осмотрел животное.

— Повреждений никаких вроде бы нет, — заключил он, — но оленёнок мал совсем, только народился. Ему не выжить в тайге без матери. Отнесём его на базу, там специалисты им займутся. Тебя звать-то как?

Юн Су не понял сперва, о чём его спрашивают, но инспектор объяснил ему жестами, показывая пальцем то на себя, то на него.

— Меня зовут Леонид Валерьевич Хвойкин, — объяснял инспектор, — я Леонид, понял? А ты?

— А! — сообразил юноша. — я Юн Су.

— Что ж, Юн Су, после того как ты удрал от браконьеров, да ещё и оленёнка с собой прихватил, не стоит тебе встречаться с бывшими товарищами. Браконьеры очень кровожадны! Пойдём-ка на базу, там разберёмся. — И они двинулись в путь.

Однако инспектор и юноша потеряли слишком много времени, стоя на полянке, в то время как Шун Ли со своими головорезами мчался по пятам Юна. Шун был отличным следопытом и легко проследил путь беглеца по многочисленным обломленным веткам. Не успели старик и молодой человек сделать и сотни шагов, как были окружены бандой Шуна Ли.

— Ну что, Юн Су, — обратился по-китайски главарь к юноше, — короткая у тебя была жизнь. Сейчас отправишься к праотцам и старика этого с собой захватишь.

Хвойкин Леонид Валерьевич понимал, что им двоим не выстоять против десятка вооружённых людей и приготовился помирать. Но тут произошло событие, которое невозможно описать с точки зрения здравого смысла. Неподалёку валялось обломанное толстое дерево. Дерево как дерево, но оно вдруг зашевелилось и, к ужасу всех присутствующих, поднялось! Мужчины, тараща на дерево глаза, видели, как оно менялось: сучки вдруг превратились в одеревенелые длинные руки с многочисленными пальцами, напоминающими ветви. Нижний конец ствола затрещал и, раздвоившись, образовал ноги. На верхнем же конце ствола зашевелилась кора. Она облезла, обнажив светло-коричневое лицо. Люди различили большие зелёные глаза, длинный, напоминавший обломленный сучок, нос, зубастый рот, обрамлённый лишайником, словно усами. Существо, скрипя, возвышалось над перепуганными людьми.

— Страж леса! Страж леса! — заорали браконьеры и пустились бежать, но не тут-то было! Деревья, стоявшие по близости, вдруг вырвали из земли свои корни, которыми затем схватили преступников, обвив их за талии. Шун Ли, опомнившись, стал стрелять в стража леса, но тщетно — пули отскакивали от древесной кожи, не причиняя существу ни малейшего вреда. Деревья, схватившие бандитов, вдруг зашагали, словно в древних легендах. Они уносили в самую чащу орущих и барахтающихся браконьеров. У Шуна закончились патроны. Древесное существо приблизилось к нему, схватило ветвями-руками за плечи и подняло над землёй. От ужаса главарь браконьеров был чуть жив. Страж леса посмотрел ему прямо в глаза своими тёмно-зелёными древними очами.

Хвойкин и Юн Су не смели двинуться с места. Молодой китаец прижимал к себе оленёнка. Сколько это продолжалось, ни Юн, ни Леонид впоследствии не смогли определить. То ли минуты прошли, то ли часы. Наконец существо опустило Шуна на землю. Браконьер смотрел вдаль остекленевшими глазами и шептал: «Страж леса... страж леса...»

Загадочный хозяин тайги приблизился к Юну, гневно сверкая глазами. Леонид Валерьевич встрепенулся и неожиданно для самого себя выпалил:

— Погоди, страж леса! Не карай этого юнца! Он раскаялся в том, что связался с браконьерами, а теперь, рискуя жизнью, спас этого оленёнка. Он настоящий герой!

Существо перевело взгляд на Леонида. Казалось, что оно понимает человеческую речь. Яростный огонь в его глазах потух. Страж леса протянул свои корявые ветвистые руки к Юну и забрал оленёнка. Очутившись в его руках, оленёнок радостно взбрыкнул и вышел из оцепенения, почувствовав, что оказался в безопасности.

Существо медленно развернулось и, делая огромные шаги, удалилось в тайгу, забрав детёныша. Мужчины, поражённые этим происшествием, долго не проходили в себя и не шевелились. Наконец инспектор произнёс:

— Знаешь ли, парень, кто это был? Это был страж леса, попросту зовётся он лешим. Ну и дела! Сколько живу на свете, а такое вижу впервые!

Тут раздался истерический смех. Это Шун Ли то смеялся, то плакал, то бормотал что-то с безумными глазами. Было ясно, что браконьер повредился умом.

— Говорят, что, если леший захочет, может одним своим взглядом лишить человека рассудка, — сказал инспектор, — похоже, это и произошло с негодяем. И поделом! А оленёнка местный страж сам выходит. Пошли, и этого с собой уведём.

Через некоторое время они оказались на природоохранной базе, откуда инспекторы отправлялись патрулировать вверенные им территории. По факту проникновения через границу некоего сумасшедшего Шуна Ли было возбуждено уголовное дело. Про Юна Су старик сказал, что это заблудившийся турист. Остальных браконьеров из его банды больше никто никогда не видел. Их главаря депортировали в Китай и там заключили в психиатрическую больницу.

Леонид Валерьевич, узнав с помощью переводчика обстоятельства жизни храброго Юна Су, заявил:

— Вот что я тебе скажу, сынок. Старый я уже. Детей у меня нет, но есть квартира в крупном городе, которую я сдаю в аренду. Да только мороки с этим делом много: одни жильцы квартиру загадят, другие внезапно съедут, не заплатив. Устал я от этого. Продам-ка я квартиру, всё равно в городе жить не буду. Часть денег себе оставлю, а часть подарю твоей семье, юноша.

Когда переводчик передал молодому человеку слова инспектора, тот расплакался, как ребёнок, и не переставал благодарить доброго старика.

Прошло немного времени. Инструктор сдержал своё обещание. Он продал квартиру, купил себе небольшой, но добротный домик, а остальные деньги перевёл Юну Су. Этих денег хватило на лечение, и вскоре отец Юна поправился. Кроме того, Юн смог поступить на зоологический факультет одного из лучших университетов Китая. Юн был самым прилежным студентом. Его ждало блестящее будущее в научном мире, и связывал он это будущее с природоохранной деятельностью.

13. Спасательная операция

В этот летний день в аэропорту было, как всегда, оживлённо. Сновали туда-сюда люди, слышался гул самолётов. Пожилой мужчина приготовился к проверке документов. Ещё час оставался до его рейса. Девушка, мило улыбаясь, взяла у него паспорт и, сверив все данные, проговорила:

— Счастливого полёта, Леонид Валерьевич.

— Спасибо, — поблагодарил девушку мужчина.

Леонид Валерьевич с нетерпением ожидал вылета. Он, волнуясь, без конца поправлял свою жилетку, к которой был приколот большой значок с надписью: «Хвойкину Л.В. за вклад в дело охраны природы». Наконец началась посадка на самолёт. Хвойкин занял своё место у окна и улыбнулся, подумав: «Как хорошо, что я увижу свою сестру. Соскучился. И племянник, наверное, уже совсем мужчина».

Самолёт летел над тайгой. Леонид любовался пёстрым ковром непроходимого леса. Он знал, что там, внизу, кипит таинственная жизнь. Не раз он защищал эту жизнь, работая инспектором природоохранной службы. Теперь же по выходе на пенсию у него появилось много свободного времени. Давно он не был на Алтае, где живёт его младшая сестра с мужем и взрослым сыном. Сейчас появился шанс их навестить.

Самолёт приземлился в Горно-Алтайске, столице республики Алтай. Хвойкин, покинув транспортное средство, шёл, оглядываясь по сторонам. Вдруг он услышал знакомый и родной голос:

— Леонид! Лёня! Ну наконец-то ты прилетел! Сколько же ты не навещал нас!

Немолодая женщина кинулась ему на шею и зацеловала обе щетинистые щёки.

— Ну полно, Люба! Ты меня этак совсем задушишь! — смеясь, сказал Леонид.

Люба, его сестра, утирая слёзы счастья, смотрела на брата, и её серые глаза светились неподдельной радостью.

Поодаль стоял молодой мужчина, который улыбался, наблюдая трогательную сцену встречи брата и сестры.

— Мама, — обратился он к сестре Хвойкина, — может, ты мне дашь возможность поздороваться с дядей Лёней? Ведь он не только твой родственник, но и мой.

— Здравствуй, Владимир! — обрадовался Леонид, увидев племянника.

Мужчины пожали друг другу руки и обнялись.

— Ну что же мы стоим? — затараторила Люба. — Нам ещё час ехать до дома. Хорошо, что Володя машину успел починить к твоему приезду.

Вся компания отправилась к парковке. По пути они увидели ларёк с печатной продукцией.

— Погодите, дорогие мои, — сказал Хвойкин, — я сейчас газету куплю какую-нибудь. Теперь много читаю. Времени полно свободного. Можно сказать, на пенсии жизнь начинается заново.

Он купил газету, и они продолжили путь, пока не достигли цели. Володя уверенно занял место водителя.

Машина помчала их в отдалённое поселение к северу от Горно-Алтайска. Почти всю дорогу родственники обменивались новостями. Когда Люба устала болтать, на некоторое время воцарилась тишина. Леонид Валерьевич, воспользовавшись этим обстоятельством, приступил к изучению газеты. Вдруг он воскликнул:

— Вот те раз! Вы только послушайте, что пишут!

— Что такое? — встрепенулась Люба. — Опять кого-то ограбили?

— Да нет же, — возразил Хвойкин, — вот слушайте: «Житель республики Алтай заявляет, что видел снежного человека. Он показал место, где произошла удивительная встреча. Специалисты, прибывшие туда, обнаружили огромные человеческие следы».

Владимир усмехнулся.

— У вас тут снежный человек водится! — смеясь, воскликнул Хвойкин.

Люба побледнела.

— Ну его к лешему, — пролепетала она, — я жуть как боюсь этих историй.

— Да брось, мама, — обратился к ней Владимир, — всё это выдумки! Напьются до одурения, и мерещится им всякая всячина.

— Ничего это не выдумки, сынок, — возразила Люба, — вот баба Нюра за грибами в тайгу ходила, у речки нашей тоже видела гигантские следы. В прошлом году это было.

— Ха! Баба Нюра тебе ещё и не такое понарасскажет! — засмеялся Владимир.

— Зря ты, Володя, смеёшься, — серьёзно сказал Хвойкин, я, например, своими глазами видел лешего. Со мной ещё тот китаец был, Юн Су.

— О-о! — недовольно протянул Владимир. — Это тот, которому ты деньги от продажи квартиры отдал? Нет чтобы о родственниках вспомнить, китайца какого-то осчастливил. Хорош дядюшка!

В голосе молодого мужчины почувствовалась застарелая обида.

— Сынок, не стыдно тебе? — увещевала его Люба. — Тебе, единственному нашему ребёнку, и так квартира и дом в наследство достанутся. Дядя Лёня в кои-то веки приехал нас навестить, а ты вспоминаешь старую ссору. Вот отцу скажу, он тебе покажет!

— Не ругай его, Люба, — проговорил Хвойкин, — он молод ещё... и отцом не стращай, чай, не маленький уже.

— Не маленький, да глупый! — упорствовала Люба.

Всю оставшуюся дорогу путники молчали. Хвойкин любовался природой, глядя в окно автомобиля. Места здесь глухие, а вдруг и правда водится в таком лесу нечто?

Наконец они въехали в небольшое село на берегу притока реки Катунь. Машина приблизилась к одноэтажному деревянному дому, расположившемуся на большом участке, обнесённому сеткой-рабицей. На такой обширной территории смогла разместиться настоящая юрта, построенная по всем правилам.

— Это что ещё за экспонат? Этнический музей под открытым небом? — удивился Леонид.

— Да это у отца крыша на старости лет поехала, — махнув рукой, заявил Володя.

— Не смей говорить так об отце! — гневно воскликнула Люба.

— В самом деле, Владимир, твой отец отличный человек, — обратился к племяннику Хвойкин.

Люба, указывая на юрту, пояснила:

— Это мой Амыр решил наладить связь с предками, почувствовать историю и дух своего народа.

— Похвально, — одобрил Леонид, — это величайшая мудрость. Твой муж всегда разумно поступает.

Тем временем дверь дома отворилась, и на крыльцо вышел пожилой алтаец в национальном костюме.

— О! Здравствуй, Лёня! — обратился он к гостю.

— Ну, здорово, Амыр! — ответил ему Хвойкин, и они по-братски обнялись.

— Пойдём, дорогой мой, покажу я тебе свою юрту, — пригласил алтаец.

— Спасибо, — поблагодарил его Леонид, — я обязательно изучу твою юрту, но позволь мне сперва переодеться с дороги и смыть дорожную пыль.

— Хорошо, дорогой, — весело отозвался Амыр.

Леонид проследовал за сестрой и племянником в дом. Амыр отправился в юрту.

Приняв летний душ и переодевшись, Хвойкин прогнал дорожную усталость, а вот голод прогнать не удалось.

— Хозяюшка, чем потчевать будешь? — спросил он сестру.

— А потчевать не я буду, а Амыр, — ответила Люба, — иди к нему в юрту, он тебя там ждёт.

Хвойкин вышел из дома и направился к юрте. Он обошёл юрту вокруг, потрогал её руками, рассмотрел конструкцию. Раньше такие жилища покрывали войлоком, теперь же всё чаще используют современные материалы, лёгкие и непромокаемые. Юрта Амыра была покрыта брезентовой тканью красно-белой расцветки.

Леонид зашёл внутрь. Пол, устланный коврами, заставил его снять обувь. Посередине жилища находился очаг, в котором полыхал огонь. Дым от пламени поднимался в верх и просачивался в специальное отверстие на потолке.

— Дорогой, сейчас Люба принесёт пищу и разогреет её, — сказал Амыр, — мы ведь тебя заждались. Я специально в честь твоего приезда приготовил кан.

— Это кровяная колбаса? — спросил гость.

— Да. Очень, очень вкусно! — заверил алтаец. — Садись со мной рядом, дорогой родственник.

Леонид сел возле хозяина юрты с левой стороны от входа. Вскоре появилась Люба с сыном. Володя нёс котёл, а женщина — большое блюдо, заставленное посудой, которое она поставила на небольшой расписной столик.

— Жена! Не забудь покормить огонь, — потребовал алтаец.

Леонид с интересом наблюдал, как его сестра, взяв мучную лепёшку, кинула её в огонь.

— Интересная традиция, — заметил гость, — а зачем кормить огонь?

— У каждой стихии есть свой дух, — пояснил Амыр, — и у огня тоже. Огонь священен. Он помогает людям выжить, но может и покарать, если его не уважать. Надо кормить огонь. Сколько раз я видел, как молодёжь плюёт в костёр или сжигает в нём мусор. Это оскверняет огонь. Нехорошо. Совсем не хорошо.

— Не волнуйся, отец, — улыбаясь, сказал Владимир, — наш очаг всегда накормлен. Иногда я боюсь, что ты его перекормишь, и мы останемся без хлеба.

Амыр недовольно посмотрел на сына, но ничего не ответил на его шутку.

Люба, расставив на подносах перед мужчинами кушанья, села по правую сторону от входа в юрту.

— Люба, иди к нам, — позвал её брат.

— Женщина всё правильно сделала, — заявил Амыр, — она села на женскую половину юрты, а мы — на мужскую.

Леонид только пожал плечами.

Приступили к трапезе. Родственника угощали отварной бараниной и кровяной колбасой. Хвойкину очень по вкусу пришёлся тертнек, алтайский хлеб. Ну а завершилась трапеза распитием араки, алкогольного напитка на основе молока.

Люба унесла грязную посуду, а мужчины завели разговор о том о сём. После обмена новостями Леонид вспомнил о газетной статье про снежного человека и с улыбкой спросил:

— Амыр, говорят, снежный человек у вас тут ходит. Как думаешь, правда? Владимир твой не верит.

— А он ни во что не верит, — ответил Амыр, — ни в огонь, ни в священную гору, ни в духов природы, даже в верховного Бога не верит! Ты-то, Лёня, я знаю, христианин.

— Да, — подтвердил Хвойкин, — а сын твой, получается, атеист.

— Да, я атеист, — подтвердил свою жизненную позицию Владимир.

— Какое умное слово, скрывающее глупость, — философски заметил пожилой алтаец.

— Так что насчёт снежного человека? — вновь задал свой вопрос гость.

— Живут снежные люди в горах, — ответил Амыр, — часто охотники их видят. По ночам у нас здесь слышен рёв со стороны леса, но это не звери. Где-то рядом поселилась семья снежного человека. Вот пойдём завтра в тайгу, если повезёт, следы увидишь.

— Амыр, я с огромным удовольствием прогуляюсь по алтайской тайге!

Много о чём ещё беседовали родственники, ведь пять лет не вделись. Вечерело. Амыр встал и выглянул на улицу.

— День умирает, — сообщил он, — завтра с рассветом в тайгу пойдём, а сейчас спать пора.

Владимира разместили в деревянном доме в отдельной комнате. Долго он не мог заснуть на новом месте, перебирая в памяти события и впечатления уходящего дня. Он смотрел в окно. Звёзды сияли на небосклоне, словно алмазная россыпь. Внезапно какой-то странный и пугающий звук привлёк внимание мужчины. Из леса доносился жалобный вой. Леонид, многие годы проработав инспектором и охраняя природу, прекрасно знал лесную жизнь и обитателей бора. Но этот звук не походил ни на волчий вой, ни на рык медведя, ни на плач росомахи. Леонид не смог определить, что это за животное издаёт непонятные звуки. Было похоже на скорбное причитание какого-то огромного существа. Вой срывался на крик, который заканчивался стоном. Будто какое-то горе постигло неведомого жителя тайги.

Утром завтрак проходил не в юрте, а в доме. Встали рано. Амыр приготовил вещевые мешки для похода в лес.

— Вы ничего ночью не слышали? — поинтересовался Леонид.

— Я ничего не слышал, — ответил Владимир, — спал как убитый.

— А я слышал, как снежный человек плакал, — сказал Амыр, — плакал горько-горько.

— Да... звук и впрямь был странный, — задумался Хвойкин.

— Перестаньте вы! — воскликнул, смеясь, Володя, — почтенные вроде старики, а как малые дети, честное слово! Сейчас пойдём в тайгу, разберёмся, кто это по ночам пугает пенсионеров.

Он взял ружьё, накинул на плечи свой вещевой мешок и первым вышел из дома.

Лес начинался прямо за оградой. В неясном утреннем свете чернели тёмные ели. Белёсый туман окутывал высокие травы, на которых брильянтами лежали капли росы. Извилистая тропка повела их по склону горы, у подножия которой располагалось их село. Подъём оказался не тяжёлый, так как склон был пологий. Путникам хватало сил не только подниматься в гору, но и любоваться окружающей природой. Огромные замшелые валуны были похожи на развалины каких-то древних жилищ. Ноги утопали в мохнатом ковре из изумрудного мха. То тут, то там выглядывали весёлые бусинки брусники. Жимолость красовалась своими продолговатыми сизыми плодами. День разгорался и прогонял рваные клочки ночной тьмы, всё ещё таившейся в низинах и небольших ущельях. Птицы щебетали, соревнуясь друг с другом в певческом искусстве. Борик, большой лохматый пёс, встряхивая своей чёрной головой, то и дело принюхивался и прислушивался.

Через час вышли путники к небольшому горному ручью, весело журчавшему по камням. Лес в этом месте прерывался, и ручей бежал, сверкая в лучах солнца. Водяные брызги, преломляя солнечные лучи, разлетались, разбиваясь о каменные препятствия в виде больших камней. Вдоль ручья тянулась узкая полоска мокрого песка с вкраплениями гальки. Вдруг Борик, потянув носом воздух, настороженно зарычал. Потом, опустив голову к ручью, тщательно обнюхал песок и камни. Изучив пространство вокруг ручья, пёс звонко залаял, привлекая к себе внимание людей.

— Борик что-то учуял, — заметил Владимир, шедший впереди.

— Глянь, сын, что его так обеспокоило, — отозвался Амыр.

Молодой мужчина ускорил шаг. Подойдя к ручью, он застыл в изумлении. На песке отчётливо виднелись отпечатки босых человеческих ног.

— Что это такое? — забормотал Владимир, почесав затылок. — Бред какой-то... и кто так шутит, интересно? Эти энтузиасты-уфологи, которые хотят попасть во все новости?

Он озадаченно рассматривал необычайно большие следы, раз в пять превышающие отпечатки его собственных ног. Пёс вопросительно смотрел на хозяина, будто ждал от него ответа, на следы какого зверя они напали. Но мужчина и сам не знал.

Тем временем Амыр и Леонид подошли к ручью. Хвойкин даже присвистнул от удивления.

— Да, — проговорил он, — такого я ещё не видел. Вряд ли это баба Нюра оставляет такие отпечатки, когда ходит за грибами.

— Это дикий человек, — заверил родственника Амыр, — вы, русские, называете его снежным. Но здесь следы не только взрослой особи. Посмотрите! Вот следы гораздо меньше. Словно ходил детёныш снежного человека.

— И в самом деле, — приглядевшись, согласился Леонид. — Володь, что теперь скажешь? Существует снежный человек?

— Не думаю, — угрюмо пробубнил молодой мужчина, — этому должно быть какое-то другое объяснение.

— Следы ведут вверх по склону, в лес, — объявил Амыр, обследовав близлежащую территорию, идём глянем.

— Идём, — одобрил его идею Леонид, — жаль, фотоаппарат я забыл.

Они двинулись вверх по течению ручья и вскоре оказались в лиственном лесу. Он был светлее, чем еловый, видимость поэтому улучшилась. Борик, как всегда, бежал впереди. Внезапно из-за ближайших зарослей раздался стон. Мужчины остановились, а пёс, скуля и прижимая уши, жался к ногам Амыра. Стон раздавался всё громче, словно какой-то огромный человек вот-вот разрыдается.

— Эй! Там в кустах! — дрожащим голосом крикнул Владимир. — У вас что-то случилось? Помощь нужна?

В воздухе застыла тишина. Даже птицы замолчали. А потом кусты зашевелились, и над ними стала стремительно подниматься огромная лохматая фигура. Борик отчаянно завизжал. Путники, раскрыв рты, наблюдали, как перед ними возникло человекоподобное существо, с ног до головы покрытое бурой шерстью. Лишь лицо существа не имело волос, оно блестело гладкой чёрной кожей. Владимир собирался прицелиться в существо из ружья, но отец остановил его.

— Тише, сын, — сказал старый алтаец, — не гневи его.

— Это, похоже, дама — указал Хвойкин на огромную женскую грудь, покрытую шерстью.

— Самка снежного человека! — ошарашенно прошептал Владимир.

Существо тем временем перестало стонать и с любопытством уставилось на пришельцев. Пёс вскочил и умчался прочь.

— Может, подстрелить её? — спросил Владимир.

— Ты что! — зашикал на него Амыр. — Как ты потом будешь с её муженьком объясняться?

— Может, она одинокая дама, — нервно смеясь и бледнея, пробормотал молодой мужчина, — или разведена...

Существо, услышав человеческую речь, пришло в волнение, напугав и без того ошарашенных мужчин. Оно принялось быстро что-то кричать, указывая в сторону глубокой расщелины в горах.

— Помощь! — вдруг с усилием выговорила гигантская женщина.

— Она умеет говорить! — вскричал Леонид.

— Как тебя зовут? У тебя есть имя, дитя гор? — спросил Амыр.

— Эли! Эли! Эли! — ответила женщина-гигант.

— Тебе нужна помощь? — обратился к ней Леонид.

— Помощь! Помощь! Помощь! — затараторила женщина.

— Хорошо, Эли, мы поможем тебе, — заверил её алтаец, — но чем мы, маленькие люди, можем тебе помочь?

— Туда! Туда! Туда! — прорычала Эли, делая широкие шаги и направляясь в сторону расщелины.

— Мне, должно быть, это снится, — промямлил Володя.

— Идём за ней! — позвал Амыр.

Мужчины побежали за снежным человеком.

Достигнув края каменистой расщелины, удивительная лесная жительница издала громкое, но какое-то нежное урчание. Тут же в ответ откуда-то снизу послышался жалобный крик.

— Там малый! Малый! Малый! — заволновалась Эли, показывая вниз.

— Там твой ребёнок? — спросил Леонид.

Снежная женщина утвердительно закивала, и на глазах её проступили слёзы.

— Что ж, надо взглянуть, — неуверенно подходя к обрыву, произнёс Леонид.

Он заглянул в расщелину и увидел, что одна из каменных стен имеет выступ. На этом выступе, прижимаясь к скалам, ютилось лохматое существо. Оно то и дело поднимало глаза и жалобно ныло.

— Малец, видно, заигрался и рухнул вниз, — предположил Хвойкин, — он ловок, как обезьяна, это-то его и уберегло от верной смерти. Детёныш, скорее всего, смог, уцепившись за уступ, на него взобраться. Он находится слишком низко, даже мать не может до него дотянуться. У нас верёвка есть?

— Как ей не быть, верёвке-то? — ответил Амыр. — Алтаец всегда, уходя в тайгу, берёт верёвку.

— Отлично! — обрадовался Леонид. — Зверёныш этот весит, должно быть, не более взрослого человека. Мы, трое мужчин, его вытянем. Лишь бы он догадался верёвкой себя обмотать.

Алтаец достал из вещевого мешка моток толстой верёвки и принялся её разматывать. Закончив эти приготовления, он обратился к лесной женщине:

— Эли, объясни своему детёнышу, что он должен обмотать себя этой верёвкой.

Эли старательно исполнила его указание. Она долго рычала и урчала, обращаясь к своему чаду.

Амыр спустил один конец верёвки в расщелину, а другой, зацепив за дерево, отдал своим спутникам. Затем мужчина подошёл к краю расщелины и, убедившись, что детёныш выполнил его требования, дал команду тянуть. Трое мужчин напрягали все свои силы, и их предприятие увенчалось успехом — детёныша снежного человека они сумели вытянуть из коварной расщелины. Мать тут же бросилась к своему ребёнку и заключила его в объятия, нежно что-то мурлыкая. Леонид, Амыр и Володя смотрели на женщину с некоторой опаской. Она, почувствовав их взгляд, посмотрела на них и произнесла утробным голосом:

— Спасибо.

Затем она взяла детёныша на руки так легко, словно это пушинка, и широкими шагами направилась в лес.

— До свидания, Эли! — крикнул ей вслед Амыр.

Потрясённые этим происшествием, люди отправились домой.

— Где вы были?! Что случилось?! — кричала Люба, истерично заламывая руки, когда герои этой истории оказались дома. — Почему Борик прибежал домой один и так напуган?

— Люба, мы тебе сейчас всё расскажем, — ответил ей брат, — только дай дух перевести. И накрой-ка нам стол.

Женщина ушла хлопотать по хозяйству.

— Ну что, атеист, — обратился к племяннику Хвойкин, — что теперь скажешь?

— Я шокирован, — ответил всё ещё дрожащим голосом Владимир, — не могу пока собраться с мыслями.

Хвойкин и его родственники засиделись за столом далеко за полночь, обсуждая невероятное происшествие.

Утром, когда Леонид вышел подышать свежим воздухом, он не поверил своим глазам — около калитки лежала туша огромного медведя!

— Мужики! — заорал он. — Сюда!

Амыр с сыном выскочили из дома и, изумлённые, застыли на пороге.

— Не иначе как Эли принесла нам этот трофей в благодарность за помощь, — проговорил Володя.

— Ну что, Лёня, — смеясь, обратился к Хвойкину Амыр, — не будешь предъявлять ей обвинение в браконьерстве?

— Нет, не буду, — ответил Леонид, — я теперь на пенсии и не имею таких полномочий.

Алтаец засмеялся и, повернувшись к лесу, прокричал:

— Спасибо, Эли! Славный подарок!

И мужчины услышали в ответ радостно рычащий возглас. Кроме Любы, об этой истории они никому не рассказали.

14. Абалим - огненный страж

— История циклична, мой друг, — зазвучал в ночи добрый, но в то же время властный голос, — уж придётся тебе это потерпеть до Страшного Суда.

— Почему именно я должен каждый раз спасать человечество от краха?— возмущённо отозвался мужской голос, полный горечи и отчаяния.

— Потому что только ты и способен на это, — послышался ответ.

— И зачем вообще их спасать? Разве Ты не видишь, каковы они? — не унимался огорчённый голос.

— Каковы же?

— Алчные, развратные, недалёкие умом людишки! А что они сотворили с планетой, а? Ответь мне, ну же!

— Уверяю тебя, не все они таковы.

— Просто признай, что эти Твои творения оказались не из лучших, созданных когда-либо Тобою, — продолжал спорить опечаленный голос. — Тебя никто не обвинит, если Ты положишь конец их существованию сейчас. Зачем ждать?

— Сын мой, разве не признаёшь ты безграничную, но любвеобильную власть Мою? — спросил добрый голос. — Разве не ведаешь, как возлюбил Я людей и что сделал ради их спасения?

— Всё это знаю я, — буркнул опечаленный голос, — но, поверь, я перестал понимать, зачем Ты всё ещё милуешь их? Я прошу Тебя, дай мне пожить обыкновенной жизнью, освободи меня от должности моей, ибо она стала для меня тяжким бременем. Многие тысячелетия тружусь я, спасая творения Твои. Неужели не заслужил я отдыха? Или же Ты любишь только их, а меня не жалко Тебе? Сколько ещё мне вступать в схватку с жителями ада?

— Так ты хочешь отдыха?

— Молю Тебя о том!

— Хорошо, ступай, но помни, кто ты есть, — теперь и добрый голос сделался грустным.

— Благодарю Тебя! Я получил наконец свободу и воспользуюсь ею, чтобы жить беззаботно среди людей, меня-то им не уничтожить.

Прошло совсем немного времени после этого странного разговора. Один молодой мужчина твёрдой походкой поднимался по ступенькам хрущёвки на пятый этаж. Ступеньки, казалось, вот-вот начнут крошиться.

— Вот до чего довела их жадность, — возмущался мужчина, — наверняка из городского бюджета выделяются деньги для капитального ремонта домов. И куда они, спрашивается, деваются? Оседают в карманах нечестивцев! Тысячелетия одно и то же! Я же говорю: нечего их защищать! Не заслуживают они этого! Обворовывают друг друга! Тьфу, пакость какая!

Так, ворча, мужчина наконец достиг последнего этажа и позвонил в нужную ему квартиру. Звонок пискляво заплакал, и вскоре за дверью послышалось шарканье, заскрипел замок и дверь отворилась. На пороге стояла пожилая женщина с накрученными седыми волосами и в очках в позолоченной оправе.

— Элеонора Петровна? — спросил мужчина, приподняв чёрные густые брови.

— Да, это я, — высокомерно ответила старушка, прищурив глаза.

— Я по объявлению. Помните? Мы сегодня договаривались о встрече.

— Документы ваши, пожалуйста, — деловым тоном потребовала Элеонора Петровна.

— Вот, извольте ознакомиться, — мужчина поспешно достал паспорт из нагрудного кармана тёмно-синей джинсовки и передал его в морщинистые руки с ярко-красным маникюром.

— Державин Фома Фёдорович, — прочитала старушка и хмыкнула.

— Что-то вас смущает? — спросил Фома.

— Наверняка документы поддельные, — проворчала Элеонора Петровна и уставилась на мужчину своими выцветшими близорукими глазами.

— С чего вы так решили? — удивился посетитель.

— Да никакие идиоты не назвали бы в наше время сына Фомой, — заявила женщина.

— А что не так с этим именем?

— Да с таким именем и во двор носа не высунуть, — усмехнулась Элеонора Петровна, — дразнить все будут Фомой неверующим.

— А может, это имя соответствует моему внутреннему настрою, — запротестовал мужчина.

— И во что мы не верим? — поджала губы Элеонора Петровна.

— В людей я не верю, — буркнул Фома, — в целесообразность их существования.

— Мы с вами в этом похожи, поэтому, увы, вынуждена отказать вам. Всего доброго, — попрощалась старуха и собиралась захлопнуть дверь.

— Значит, я и в самом деле прав, — злобно процедил Фома, — все вы одинаковые. Среди людей царит недоверие и злоба.

Он развернулся и начал поспешно спускаться по ступеням. Элеонора Петровна опять поджала тонкие губы и стояла на пороге квартиры в раздумьях, так и не закрыв дверь.

— Подождите! — вдруг закричала она. — Фома Фёдорович! Я согласна!

Фома застыл на месте. Он медленно поднял вверх карие глаза. Насмешливая улыбка исказила его красивое мужественное лицо.

— Мне, пожалуй, деньги всё-таки нужнее, чем я полагала, — продолжила старуха, — и плевать мне, что ваш паспорт фальшивый, это ваши тайны, и держите их при себе, только обязуйтесь производить своевременно оплату за проживание.

— Да без проблем, — непринуждённо отозвался мужчина и вернулся к Элеоноре Петровне.

— Проходите, пожалуйста, — пригласила женщина, — да не забывайте разуваться в прихожей, не топчите мой паркет своими кроссовками.

— Не беспокойтесь, к чужому имуществу я отношусь бережно, — заверил её Фома, скрывая нотки раздражения в низком голосе.

— Здесь у меня кухня. Как видите, всё на высшем уровне, — Элеонора Петровна с гордостью показывала посетителю старенький, но содержащийся в чистоте кухонный гарнитур, — там дальше комната. Я попрошу вас чистить каждую неделю ковёр, чтобы в его ворсинках не скапливалась пыль, пылесос, кстати, находится в кладовой. Разберётесь?

— Разумеется, — натянуто улыбнулся Фома, — давайте ближе к делу.

— Вы имеете в виду оформление договора аренды? — спросила Элеонора Петровна.

— Именно это я и имею в виду, — подтвердил мужчина.

— И вы готовы сейчас же внести оплату за первый месяц?

— Разумеется. Иначе я бы не стал вас беспокоить.

После подписания необходимых документов Элеонора Петровна долго изучала подпись, поставленную Фомой, сверяя её с подписью в паспорте. Потом женщина несколько раз пересчитала деньги, обследуя каждую купюру.

— Думаете, я дал вам фальшивые деньги? — усмехнулся Фома.

— Ну, если предположить, что мои опасения по поводу вашего паспорта верны, то где гарантия, что у вас не окажется и фальшивых денег?

— Уверяю вас, купюры подлинные, — немного обиделся Фома.

— Надеюсь, — проворчала Элеонора Петровна, — в любом случае мне пора уходить. Но учтите, я могу заявиться в любую минуту, не предупреждая вас. Это поможет мне контролировать исполнение вами данных обязательств соблюдать порядок и чистоту помещения, а то, знаете ли, моя подруга сдала как-то квартиру каким-то бродягам. Так они клопов развели, представляете!

— Не беспокойтесь, Элеонора Петровна, всё будет нормально, — пообещал Фома.

— В таком случае до встречи. Вот ключи. Счастливого вам проживания. И не забудьте, что свет и воду надо экономить.

Она ушла. Фома перевел дух, когда за входной дверью смолкло цоканье её каблуков.

— И как она в таком возрасте на таких высоких каблуках по лестницам прыгает? — удивился Фома. — Вот люди странные. Зачем им такая неудобная обувь?

Уже неделя прошла, с тех пор как Державин Фома Фёдорович поселился в пятиэтажке в спальном районе довольно крупного города. Молодой привлекательный мужчина сразу вызвал интерес у местных дам разных возрастов. Они шушукались о нём возле подъезда, замолкая, когда мимо проходил объект их наблюдений. Сплетни и домыслы, естественно, полились полноводной рекой. Женщины строили разные предположения о том, что подвигло такого красавца поселиться в их доме. Некоторые утверждали, что он племянник бездетной Элеоноры Петровны, а значит, наследник, и только ждёт, когда старуха отойдёт в лучший мир. Другие говорили, что Элеонора Петровна продала ему свою жилплощадь, так как нуждалась в деньгах. Самой нелепой оказалась версия о том, что красавчик является любовником Элеоноры Петровны, и что она ночью тайком приезжает к нему на такси.

— Фу, какие мерзости вы говорите! — возмутилась миловидная девушка, жительница этой же пятиэтажки, проходя мимо. У подъезда девушка остановилась и начала копошиться в сумочке в поисках ключей. До её ушей донеслись слова бабы Лены, которая ввиду своей глухоты разговаривала чересчур громко.

— А я вам говорю, что полюбовники они! — горланила баба Лена.

— И то правда, — поддержала соседку тётя Оля, — никогда Элеонора Петровна не согласилась бы сдать свою лачугу. Значит, неспроста она поселила у себя этого красавчика.

— Вам самим-то не совестно такие сплетни разводить? — не выдержала девушка.

— Молчи, Настасья! Много ты понимаешь! — загорланила тётя Оля.

— Чего это она бурчит? — нахмурилась баба Лена.

— Я говорю, что не нужно придумывать ерунду про людей, тем более про тех, которых вы совсем не знаете, — как можно громче и отчётливей произнесла Анастасия.

В это время кто-то намеренно громко хмыкнул в кустах сирени, что росли возле самого подъезда. Все, кроме бабы Лены, вздрогнули и обернулись. Из тени раскидистого куста вышел Фома и злобно поглядел на женщин.

— Ой! — пискнула тётя Оля.

— Чего? — гаркнула баба Лена. Анастасия же покраснела, испытывая стыд за соседок.

— А мы тут размышляем, как бы познакомиться с вами, соседушка, — залебезила тётя Оля, теребя на толстой шее дешёвую бижутерию.

— Так этот чё, всё слыхал, что мы тут говорили? — опять слишком громко проговорила старуха, думая, что её слышит лишь собеседница.

По лицу тёти Оли расплылась идиотская улыбка. Фома презрительно фыркнул и прошёл мимо женщин к подъезду. Он лишь мельком взглянул на Анастасию, которая всё ещё не могла найти ключи. Девушка копошилась в сумке, но, отчаявшись, закатила глаза. А потом увидела нечто странное — новый сосед без каких-либо ключей открыл дверь. Он просто положил широкую ладонь на кнопки домафона, не набирая код. Домофон пискнул и раздался характерный щелчок, говоривший о том, что дверь открыта. Анастасия и раньше слышала, что за рубежом уже изобрели такие домофоны, которые считывают отпечатки пальцев жильцов, но в их городе такой техники точно не было, тем более в их районе. Тем не менее дверь открылась, и мужчина преспокойненько вошёл в подъезд. Настя шмыгнула следом. Она жила на пятом этаже. Её квартира располагалась напротив квартиры Элеоноры Петровны. Девушке было стыдно за соседок, за то, что они создали неловкую ситуацию, но она не знала, как сгладить это происшествие.

— Подождите, пожалуйста! — закричала она вслед мужчине, с неимоверной лёгкостью поднимающегося по ступенькам.

Фома обернулся. Анастасия невольно замерла, разглядев его мужественное лицо, угольно-чёрную шевелюру, прекрасно сочетающуюся с карими глазами. Он словно сошёл с какой-то античной картины.

— Что вам надо? — нахмурил он чёрные брови.

— Простите наших соседок, — виновато улыбаясь попросила Анастасия, — они просто интересуются новым человеком...

— И поэтому придумывают гадости? — раздражённо спросил Фома. — Впрочем, я нисколько не удивлён. Таков человеческий род. Хотя случаются приятные исключения. Вот вы, например, Анастасия, кажется, меня защищали сейчас.

— Откуда вы знаете, как меня зовут? — удивилась девушка.

— О, такой вопрос весьма глуп, — хохотнул Фома, — вы же сами видели, что я подслушивал разговор, следовательно, мог услышать и ваше имя. Разве это непонятно?

— Простите, я растерялась немного, — опешила девушка.

— Я, конечно, вам весьма признателен за то, что вы защищали моё честное имя, но впредь попрошу учесть, что я люблю одиночество и не желаю, чтобы кто-либо лез в мою жизнь. Это ясно?

— Ясно, — расстроенным голосом ответила девушка.

Фома больше ничего не сказал. Он стремительно взбежал по ступенькам, будто у него за спиной работали невидимые крылья. Когда Анастасия, запыхавшаяся, поднялась на последний этаж, загадочный сосед уже закрыл дверь арендуемой им квартиры.

Через некоторое время Фома устроился на работу в курьерскую компанию. Работёнка так себе, но что поделать, если какого-либо трудового стажа у него не было, да и трудовой книжки тоже.

— Надо было не только о паспорте позаботиться, но и о трудовой, — ворчал себе под нос Фома, когда ему отказывал очередной работодатель. В конце концов усилия мужчины увенчались успехом, и его взяли в качестве внештатного сотрудника в сеть магазинов экологических продуктов. Эта организация нуждалась в курьерах в связи с расширением своей сети. Так Фома, получив зелёную форму с изображением овощей и фруктов, начал кататься по городу и развозить товары тем покупателям, что предпочитали заказывать продукты на дом. Фома недавно поселился в этом городе, но каким-то непостижимым образом прекрасно в нём ориентировался и всегда доставлял товары вовремя. Начальство скоро заметило такого старательного сотрудника и повысило ему зарплату, но карьерный рост предложить не могло, так как данный сотрудник был устроен неофициально. Однако Фома ничуть не расстраивался по этому поводу. Его занимало не собственное социальное положение, а жизнь окружающих людей, и, надо сказать, что его работа весьма способствовала наблюдениям за людьми.

Однажды Фома, отвезя последний заказ, спускался в пешеходный переход. Вдруг до его слуха донеслось мелодичное звучание. Оказывается, какой-то старичок играл на флейте. Перед уличным музыкантом лежала шляпа, в которой валялись монеты. Люди окружили его и наслаждались прекрасной игрой этого человека. Весь внешний вид музыканта вызывал жалость: прохудившаяся курточка, затёртые ботинки, всклоченные седые волосы. Но играл он весёлые жизнерадостные мелодии. Людей, решивших скрасить будний вечер новым впечатлением, становилось всё больше. Они плотной стеной обступили старичка. Фома заметил, что и денег в лежащей шляпе стало куда больше, в ней появились бумажные купюры. Рядом с Фомой стояли двое: мужчина и женщина.

— Ах, как хорошо он играет! — томно вздохнула женщина. — Давай и мы отблагодарим его за этот труд. Кинь ему хоть сотку.

— Ещё чего! — хмыкнул мужчина. — Разве не знаешь этих уличных попрошаек? Он всё равно пропьёт эти деньги.

— Ну пожалуйста, милый, давай кинем ему хотя бы мелочь, — взмолилась сердобольная женщина.

— Да не позорься ты! — зашикал на неё мужчина. — Говорю тебе, не дам ни копейки! Пойдём отсюда!

Он потянул свою спутницу за собой, и она нехотя, повесив голову, ушла за своим кавалером. Фома стоял и размышлял над услышанными словами. «Неужели и в самом деле пропьёт? — думал он. — Хотя от людей ничего другого ждать не нужно, ими движут пороки». Однако, несмотря на такой пессимистический вывод, Фома всё-таки продолжал слушать игру уличного музыканта. Минут через двадцать старичок прекратил играть и, поблагодарив слушателей, забрал деньги и начал подниматься по ступенькам перехода. Зеваки заспешили каждый по своим делам, а вот Фома решил проследить за музыкантом. Он тенью следовал за старичком, ожидая, что тот вот-вот свернёт в какой-нибудь кабак. Но старичок, невзирая на возраст, шёл бодрым шагом, никуда не сворачивая. И чем дальше следовал за ним Фома, тем больше заинтересовывался происходящим. Музыкант, вопреки убеждению случайного слушателя, казалось, не собирался пропивать заработанные деньги. Он не купил себе даже бутылки пива, а продолжал свой путь. Наконец случилось то, чего скептически настроенный Фома не мог и представить. Конечным пунктом их совместного путешествия оказался хоспис. Старичок, зайдя на территорию какой-то больницы, нашёл нужный ему корпус и прошмыгнул в дверь. Надпись на двери гласила: «Хоспис “Надежда”. Паллиативная помощь». Фома понятия не имел о значении слова «хоспис» и тем более «паллиативная помощь», но, имея нечеловечески острое обоняние, он безошибочно определил, что в этом месте люди переходят в вечность. Некоторое время он стоял в растерянности и не понимал, для чего уличный музыкант пришёл в это место страданий. Сам он войти не решался. Этот запах смерти и горя он выучил наизусть уже давно, с тех самых пор, когда стали происходить на Земле первые войны.

Тем временем старичок вышел из помещения. Он практически наткнулся на стоящего за дверью Фому.

— Извините, — улыбнулся музыкант и поспешил прочь.

Фома повёл носом, его ноздри расширились, и он втянул в себя запах музыканта, чтобы запомнить его и безошибочно узнать среди тысяч других запахов. После этого мужчина, следуя примеру старичка, открыл дверь и вошёл внутрь хосписа. Это было время посещений больных, поэтому никто не удивился его появлению.

— Добрый вечер, — приветствовала его приятная женщина в белом халате, — вы к кому пришли? Я могу вам что-нибудь подсказать?

— Да... это... — Фома, не ожидавший от людей такой вежливости, слегка стушевался, — я, собственно, хотел спросить... про того старичка, что только что вышел отсюда...

— Про Егора Петровича? — улыбнулась женщина.

— Да, да, Егор Петрович, совершенно верно, — он просто мой сосед, понимаете...

— Могу вас поздравить, — всё тем же доброжелательным тоном продолжила сотрудница хосписа, — у вас сосед с большим сердцем, ведь он наш постоянный жертвователь.

Фома часто захлопал своими чёрными густыми ресницами.

— Но он же... он... вы же знаете, он уличный музыкант. Можно сказать, он нищий! — поразился посетитель.

— Ах, он известный деятель искусства, заслуженный педагог, а своё свободное время уделяет благотворительности. Почти каждую пятницу он играет в переходе и все пожертвованные ему деньги приносит сюда.

— Ясно. Спасибо за информацию, — пробормотал Фома.

— Чем-то могу ещё помочь? — спросила женщина.

— Нет, спасибо. Всего доброго.

Фома вышел из хосписа и какое-то время смотрел в голубое сентябрьское небо. Осень пока существовала лишь в календарях, а на деле было всё ещё по-летнему тепло, и кристально-голубой небосвод пропускал живительные золотистые лучи, пока ещё дающие ласку тянувшимся к солнцу листьям и травам. Фома, размышляя о неожиданном поведении этого представителя человеческого рода, решил доискаться правды. Он начал принюхиваться, стараясь уловить знакомый запах. Когда у мужчины это получилось, глаза его вдруг вспыхнули оранжевым огнём, а по коже лица пробежали волны яркого пламени. Но рядом не было людей, и поэтому никто не заметил такого необычного явления. Фома же пустился в погоню за музыкантом.

Запах привёл его в скромно обставленную квартиру. Фома приложил ухо к двери, обитой стареньким выцветшим дерматином, который кое-где уже свисал жалкими клочьями. За дверью мирно тикали часы. Послышалось журчание воды, текущей из крана. Старичок что-то напевал себе под нос.

Егор Петрович недавно пришёл домой. Он едва успел переодеться и налить воды в чайник, как вдруг раздался звонок в дверь. Продолжая мурлыкать себе под нос незамысловатую мелодию, музыкант отправился выяснить, кого это принесло на ночь глядя. Он взглянул в глазок, и увиденное не вызвало у него никаких подозрений.

— Что вам угодно? — вежливо спросил он у молодого мужчины, открыв дверь.

Фома напялил на лицо глупую улыбку и спросил:

— Сеть магазинов «Зелёная Земля», экологически чистые продукты заказывали?

— О, вы, к сожалению, ошиблись, молодой человек, — прокряхтел Егор Петрович, — для меня это слишком дорогое удовольствие. Всего доброго.

Он закрыл дверь. Но в своей собственной квартире его ждало потрясение. Старичок хотел было вернуться на кухню, чтобы продолжить приготовление к ужину, но как только он повернулся спиной к двери, тут же наткнулся на курьера только теперь уже в собственной прихожей. Егор Петрович от неожиданности вздрогнул.

— Что такое? — испугался он. — Как вы сюда попали? Я только что закрыл дверь перед самым вашим носом!

— Не беспокойтесь, Егор Петрович, я не причиню вам зла. Мне просто очень важно выяснить одну вещь.

— Я с незнакомыми людьми не откровенничаю, — заявил Егор Петрович, попятившись.

— Державин Фома Фёдорович, — представился необычный курьер, — теперь мы с вами знакомы.

— Допустим, знакомы, — немного дрожащим голосом согласился старичок, — но что вам от меня надо? Брать у меня нечего, живу я более чем скромно.

— И потому жертвуете деньги в хоспис? — улыбнулся Фома и с какой-то особенной теплотой посмотрел на уличного музыканта.

— Вы проследили за мной... — догадался Егор Петрович, — и теперь думаете, что если я занимаюсь благотворительностью, то значит, и денюшки у меня водятся? Но вынужден вас разочаровать. Моя преподавательская деятельность в музыкальном училище едва помогает сводить концы с концами. В свободное время я играю в переходе, чтобы вырученные от этого деньги пожертвовать больным людям.

— Но зачем? — удивился странный посетитель.

— Видите ли, молодой человек, мы с моею драгоценной супругой прожили вместе тридцать лет. Детей, увы, Бог не дал нам. Но мы любили друг друга. А потом жена моя заболела. Она умирала тяжело и мучительно. Тогда в стране разруха царила, кризис. В больницах не хватало даже самых элементарных лекарств. Что уж говорить о неизлечимо больных! До них вообще никому дела не было. Так и умерла моя жёнушка в страданиях жутких. Я тоскую по ней. Увижу ли я снова мою милую жену? Чтобы утешиться, помогаю людям, которым помощи ждать неоткуда. Знаете, сколько стоит обезболивание? Говорят, что можно бесплатно получать. Можно. На бумаге всё можно, а на деле не так-то просто это сделать. Я помогаю людям спокойно прожить свои последние дни. Без боли. Так что денег у меня лишних нет, грабить меня не имеет смысла.

— А я не грабитель, — улыбнулся Фома.

— Так кто ж вы тогда? — поднял брови Егор Петрович.

— Я ангел.

— Грабитель с чувством юмора — это оригинально, — усмехнулся старичок.

— Откройте дверь, пожалуйста, — попросил Фома, — мне пора уходить.

Милосердный музыкант удивился ещё больше, но дверь открыл. Фома переступил порог скромного дома, развернулся и сказал очень мягким голосом:

— Не переживайте, Егор Петрович, свою жёнушку вы обязательно увидите, когда придёт срок.

Мужчина улыбнулся и понёсся вниз по ступеням. Егор Петрович ещё долго стоял на лестничной площадке в полном недоумении. Потом он наконец вернулся в квартиру и закрыл дверь, да не на один замок, а на два. Но на этом странности этого вечера для него не закончились. Когда музыкант появился на кухне, то так и остолбенел от потрясения: стол был заставлен продуктами в красивых упаковках с логотипом компании «Зелёная Земля».

Фома же не шёл до дома, а почти летел. Какая-то несказанная радость переполняла его сердце. Он не заметил, как приблизился к дому. У подъезда маячили всё те же женщины: глуховатая баба Лена и тётя Оля. Они занимались своим излюбленным делом — сплетнями.

— Ой, да эта Анастасия больно много воображает, — тараторила тётя Оля, тряся свисающими щеками.

— Одно слово: проститутка! — гаркнула баба Лена.

— Да ты чё! Правда, шо ли? — присоединилась к разговору Клава, ещё одна старуха, высохшая, как трава в саванне.

— А то нет? — всё так же громко ответила баба Лена. — Видала, как она часто на ночь глядя куда-то спешит?

— Видала, — согласилась Клава, — я вот нынче кошек пошла кормить, слышу, дверь запикала. Думаю: «Кто в такую темень-то куда-то прётся?» Глядь, а это девка вашенская, Настасья.

— Во-о-от, — протянула баба Лена, у которой глухота куда-то пропала, — куда энто она на ночь глядя ходит? Не иначе как паскудить, развратница, бежит.

— Ужас! — прикрыла рот тётя Оля. — Подумать только, а ещё педагог! Чему она детей в школе научит?

Фома начал приближаться к подъезду, нарочно шаркая ногами. Лицо мужчины исказила злобная гримаса, когда он прошёл мимо этих дам. Они, завидев странного соседа, замолкли.

Фома поднялся на пятый этаж и уселся на ступеньки, размышляя об увиденном и услышанном за этот день. Вдруг кто-то стал подниматься наверх. Оказалось, что это Анастасия, та самая девушка, что возмущается сплетнями и про которую Фома только сейчас услышал нелицеприятные высказывания соседок. Настя замерла, удивившись, что сосед не заходит в квартиру, а сидит на ступеньках. Её голубые, как незабудки, глаза расширились от удивления.

— А я вас поджидаю, — произнёс Фома доброжелательным тоном.

— Меня?

— Да. Я хотел извиниться за то, что в прошлый раз нагрубил вам. Я тогда был не в духе. Прошу прощения.

— Мы так и не познакомились, — улыбнулась девушка.

— Ах да, забыл представиться. Державин Фома Фёдорович, — мужчина встал и сотворил что-то вроде неуклюжего поклона, — а вас Анастасия зовут.

— Что ж, раз мы знакомы, я приглашаю вас на чашку чая.

— Меня? — удивился мужчина. — Вот так с ходу вы приглашаете меня к себе в квартиру?

Он начал подозревать, что, возможно, слухи про эту девушку имеют под собой какую-либо почву, с чего это она незнакомца так просто к себе зовёт?

— Да вы не подумайте ничего плохого, — улыбнулась Настя, — я по-соседски, чтобы познакомиться поближе. Не переживайте, я к вам приставать не буду.

Фома нервно рассмеялся.

— Обычно мужчину можно заподозрить в таких действиях, — ответил он, — но раз вы не боитесь оказаться с незнакомцем наедине, я, пожалуй, зайду к вам на чашечку чая.

Настя открыла ключами дверь и пригласила гостя следовать за ней. Как только Фома оказался в квартире, он сразу понял, что девушка и не собиралась оставаться с ним наедине, так как она сразу же позвала своих родителей и представила им нового соседа. Фома несколько растерялся, поняв, что зря подозревал Анастасию в каких-то неприличных действиях, не будет же она приставать к мужчине в присутствии родственников.

Ужин прошёл превосходно. Родители Анастасии оказались простыми добрыми людьми.

— Так вы, оказывается, учительница? — спросил Фома, уплетая за обе щёки вкусный плов.

— Да, Настенька у нас английский язык преподаёт, — с гордостью сказала Елизавета Сергеевна, приятная пожилая дама, — она, между прочим, в прошлом году удостоилась почётного звания «Учитель года».

— Мам, ну ты меня захвалишь совсем, — смутилась девушка.

— Ну а вы, уважаемый Фома, чем занимаетесь? — деловым тоном спросил Андрей Павлович, подтянутый жилистый старик в безупречно белой рубашке.

Фома вдруг как-то напрягся и нахмурился, будто припоминая что-то неприятное.

— Да я обыкновенный курьер, — соврал он и звучало это так неестественно, так не вязалось с его внешностью, что никто не поверил ему, но это были люди порядочные и благовоспитанные, потому и виду не подали, что догадались о лукавстве гостя.

После ужина Фома поблагодарил всех за гостеприимство и собрался уходить.

— Теперь между нами установились соседские доброжелательные отношения, — улыбнулась Настя, провожая гостя.

— И я рад этому, — просиял в ответ мужчина.

— Странное всё-таки у вас имя, — вдруг задумчиво произнесла девушка.

— А что в нём странного? — нахмурился гость.

— Ну, оно несовременное какое-то.

— Вы не первая, кому не нравится моё имя, — сказал Фома.

— Я не сказала, что ваше имя мне не нравится, — возразила Анастасия, — просто оно вам совершенно не подходит. Как будто это не ваше имя, чужое.

Фома, услышав такое высказывание, как-то сразу занервничал и заторопился домой.

Уже находясь в съёмной квартире, он наконец позволил себе расслабиться. Мужчина уселся на пол и обхватил голову руками. Вдруг он услышал знакомый голос, властный и добрый:

— Ну что, сын мой? Как твои наблюдения за людьми?

— Они что-то подозревают, — проворчал Фома, — это Твоя идея была назваться этим дурацким именем!

— Оно не дурацкое, — возразил голос, — просто оно не твоё. И ты не на своём месте.

— Опять начинается? Я решил жить среди людей и не передумаю, ясно?

— Как хочешь. Я не собираюсь лишать тебя права выбора.

— Ну спасибо хоть на этом, — проворчал Фома, но ответа не услышал, голос исчез так же внезапно, как и появился.

Весь следующий день Фома носился по городу, развозя заказы. Последний адрес, куда необходимо было доставить продукты, находился за чертой города, и Фома возвращался домой уже в потёмках. Подходя к подъезду, он увидел, как из него вышла Настя и куда-то направилась торопливым шагом.

— Не может быть, чтобы все эти бабки оказались правы, и девушка эта, на первый взгляд, порядочная, оказалась грязной развратницей, — пробубнил себе под нос Фома. Он решил проследить за соседкой и неслышно пошёл следом, скрываемый вечерними сумерками. Путь их был недолог, так как уже на следующей улице находился дом, в который и зашла молодая учительница. Фома не успел прошмыгнуть вслед за ней в подъезд, да и обнаруживать своё присутствие не хотел. Мужчина огляделся и улыбнулся, заметив, что единственный фонарь, стоящий возле дома, разбит.

— И тьма иногда бывает моим союзником, — сказал Фома и вдруг начал преображаться: глаза его вспыхнули оранжевым пламенем, по широким ладоням опять пробежали мерцающие огни, как будто человек был наэлектризован. Мужчина, убедившись, что поблизости нет случайных свидетелей, подошёл к кирпичной стене. Он прижал ладони к холодной поверхности, отчего из кирпичей вырвалась тоненькая струйка дыма, едва уловимая глазом в темноте. Фома пополз вверх по стене. Если бы кто увидел его, решил бы, что попал на съёмки какого-то российского аналога фильма про человека-паука и где-то рядом спряталась съёмочная группа. Но некому было оценить способности Фомы в столь поздний час. Он продолжал ползти по стене, оставляя дымящийся след после себя и осторожно заглядывая в окна. В результате этих усилий он нашёл то, что искал. Заглянув в одно окно, он увидел Настю. Она сидела за столом, разложив какие-то книги. Рядом с ней на инвалидной коляске пристроился молодой парень и внимательно слушал девушку. Фома замер, напрягая свой сверхчеловеческий слух. Из диалога, который услышал мужчина, он понял, что соседка выполняет свои профессиональные обязанности, а именно, обучает парня английскому языку. Урок длился долго. Фома уже начал терять терпение: ещё бы, провисеть столько времени на стене в холодный сентябрьский вечер. Наконец, к его облегчению, девушка собралась уходить. Парень, прощаясь со своей учительницей, посмотрел на неё печальным и вместе с тем восхищённым взглядом. Фома даже пожалел его, представив, как тяжко в таком молодом возрасте не иметь возможности ходить своими ногами. Анастасия вышла из квартиры. Фома вновь осмотрелся по сторонам. В такой час в этом глухом дворе прохожих не было, чему мужчина мог только порадоваться. Он с лёгкостью спрыгнул с высоты третьего этажа, не получив ни царапинки, его ноги, подобно пружине, обеспечили мягкость приземления. Настя тем временем заторопилась домой. Она вздрогнула и очень испугалась, когда перед ней неожиданно возникла фигура человека, выплывшая из тьмы.

— Не бойтесь, Анастасия, — сказал знакомый голос, и девушка облегчённо вздохнула.

— Это вы, Фома? Напугали меня. Что вы тут делаете?

— Отвозил поздний заказ. Как раз в этот дом, — слукавил Фома, — ну а вы какими судьбами здесь?

— Я приходила давать урок одному человеку. Он нуждается в репетиторе английского.

— Не поздновато для занятий? — удивился Фома.

— А что делать? С утра до вечера я в школе. Потом дома тетради проверяю, к урокам готовлюсь. Вот и остаётся только такое время.

— И дорого ли вы берёте за свои уроки?

— Я даю уроки этому парню бесплатно, — немного смутившись, ответила девушка.

— Почему?

— Дело в том, что он не в состоянии платить за занятия. Его зовут Андрей, это мой одноклассник. К несчастью, однажды Андрей попал в аварию и теперь не может ходить. Пенсии по инвалидности едва хватает на жизнь. Если он выучит язык, а он способный, сможет получить хорошую работу и не будет прозябать в нищете.

— И вы из сострадания к нему тратите своё время? — спросил Фома, заглядывая в голубые глаза, будто стараясь проникнуть в самую душу девушки.

— Да, ведь здесь ничего такого сложного нет, — ответила Настя, — люди должны помогать друг другу, разве нет?

— Конечно, должны, — согласился Фома, — иначе не было бы смысла в существовании жизни на Земле. По крайней мене, теперь я этот смысл вижу.

— А раньше не видели?

— Раньше мне некогда было размышлять об этом. Я постоянно воевал, защищая людей, но разглядеть самих людей не мог. А теперь многое понял.

— Так вы военный, а не курьер? — полюбопытствовала Настя.

— Можно и так сказать, — почему-то усмехнулся мужчина.

— И вы что же, участвовали в военных конфликтах?

— Участвовал, — вздохнул мужчина, — и вы даже не можете себе представить, сколько раз. Но давайте оставим эту тему, лучше расскажите мне о своих учениках. Чем сейчас молодёжь живёт, чем интересуется, мне интересно.

Они шли до дома медленно, словно хотели продлить эту прогулку. Оказалось, что Настя любит свою работу, любит детей, она много хорошего рассказала собеседнику о своих учениках. Фома узнал, что бывают и сложности в работе с подростками, но всё преодолимо и зависит от доброжелательного настроя педагога. Они распрощались на лестничной площадке, и каждый зашёл в свою квартиру. Фома находился в каком-то возбуждённом состоянии, он метался по комнате в сильном волнении. Голос, которого он ждал, на этот раз не являлся ему, поэтому мужчина стал рассуждать вслух.

— Ну надо же! Всё оказалось совсем не так ужасно, как я предполагал, — сказал Фома, обращаясь к самому себе, — люди-то совсем не такие плохие. На протяжении тысячелетий я был свидетелем того, как правители и их окружение развязывают войны, упиваясь кровью. Но мне и в голову не приходило посмотреть на обычных людей, не испорченных ни властью, ни деньгами. Да и некогда мне было вести такие наблюдения, постоянно ведь приходилось спасать мир от уничтожения. Теперь я вижу, что не зря старался: есть в людях и любовь, и милосердие, и честность. Не во всех, правда, но всё же.

Фома не спал до самого утра, но это никак не повлияло на его самочувствие, казалось, что он вообще не нуждается в отдыхе. Он смотрел из окна и видел, как просыпается город. Вот дворник вышел с метлой убрать с дороги опавшие жёлтые листья, вот родители повели малышей в детский садик. Он заметил Настю, спешащую к своим ученикам. После школы и домашних дел она вновь пойдёт к Андрею и станет совершенно безвозмездно помогать ему освоить иностранный язык, чтобы у парня появился шанс на достойную жизнь. Жаль только, что чувства Андрея к этой девушке обречены. А в том, что чувства эти были, Фома не сомневался. Он видел, какими влюблёнными глазами юноша смотрел на свою учительницу. Но разве свяжет она когда-нибудь с ним свою жизнь? Фома наблюдал за людьми и радовался, что нашёл среди них то, чего не ожидал. И даже появление возле подъезда бабы Лены и тёти Оли теперь не омрачило его приподнятого настроения. Он весело собирался на работу, не подозревая, что это его последний рабочий день.

Уже приближалось обеденное время, когда Фома ехал в маршрутке. Днём, когда на улицах было многолюдно, он не желал передвигаться по улицам с невообразимой скоростью, которую был способен развить, чтобы не обнаружить своей сверхъестественной сущности. Он решил, что если уж претворяться человеком, то на максимальном уровне. По этой причине мужчина пользовался общественным транспортом, как и другие горожане. Водитель включил дорожное радио, и музыка скрашивала дорогу. Внезапно эфир какой-то музыкальной передачи прервался срочным сообщением. Встревоженный голос диктора сообщил:

— Уважаемые радиослушатели, вынуждены прервать эфир срочными новостями. На студию только что пришло известие о том, что в одной из городских школ произошло ЧП. В разгаре учебного процесса в здание ворвался вооружённый мужчина и открыл стрельбу, а сейчас он удерживает заложников. К школе подъехали представители спецслужб, на данный момент известно как минимум о пяти погибших и о десяти раненых. С преступником ведутся переговоры. Мы будем держать вас в курсе событий. Берегите себя и своих близких.

В маршрутке поднялось волнение. Люди, оторвавшись от своих телефонов, начали переживать за участь несчастных заложников. Фома всем своим существом почувствовал, что речь идёт именно о той школе, в которой преподаёт Настя. Он ошарашенно и беззвучно шевелил губами, глаза его вновь вспыхнули огнём, и теперь это заметили. Пассажиры замерли, уставившись на мужчину. Маршрутка остановилась, и Фома молнией выскочил из машины. Теперь его уже не волновала конспирация. Он мчался с такой скоростью, что вихрь, возникавший позади него, сваливал людей на землю, и они, не понимая, что это было, озадаченно крутили головами. Фома устремился к школе. Ещё издали услышал он вой сирен и разглядел кареты скорой помои и полицейские машины. Он увидел снайперов, которые затаились на крыше соседнего дома и ждали приказа действовать. Какие-то люди орали в громкоговоритель, но Фома не слушал эти речи. Он лишь думал о том, как предотвратить гибель милой девушки и детей. Полицейские оцепили место происшествия и не пускали никого близко к зданию. А желающих проникнуть в школу было много, ведь здесь собрались родители учеников, взятых в заложники. Мужчины кричали, а женщины плакали, заламывая руки. Вдруг в толпе Фома увидел Андрея. Он вплотную приблизился к оцеплению и, приложив неимоверные усилия, встал с инвалидного кресла, корчась от боли.

— Куда тебе, калека, идти на переговоры? — раздражённо рявкнул полицейский.

— Послушайте, предложите преступнику обменять на меня заложников, — горячо возразил Андрей, — хотя бы учительницу пусть отпустит! Предложите меня в качестве заложника!

— Да кому ты нужен! — в сердцах крикнул страж порядка. — Ты инвалид!

— Так пусть лучше возьмёт мою жизнь! — чуть не плача взмолился Андрей. — Предложите ему обмен!

Полицейский только сплюнул в ответ, а Фома, поражённый услышанным, подскочил к Андрею.

— Ты и впрямь готов отдать за Настю свою жизнь? — спросил он, сверкая глазами.

— Да! — не задумываясь, ответил юноша. — А вы кто?

— Не важно, кто я, — отозвался мужчина, — важно, что теперь я обнаружил в людях не только доброту, но и высшую степень любви, когда один человек готов отдать жизнь за другого. Не бойся, я спасу твою возлюбленную.

Сказав это, Фома вдруг пошёл на пролом, игнорируя вопли полицейских.

— Эй! Мужик, туда нельзя! Стоять, я сказал! Стоять, или я вынужден буду применить оружие!

Фома обернулся, и люди отпрянули, увидев его лицо, объятое огнём.

— Что за чертовщина! — попятился полицейский, продолжая целиться в нарушителя.

— Неправильное определение, — отозвался Фома, — к чертовщине я-то как раз не имею никакого отношения.

И тут, к полному недоумению присутствующих, он начал изменять свою внешность. Его куртка на спине треснула, и из разрыва вырвались струи пламени. Постепенно огонь обрёл форму огромных крыльев. Это существо взмахнуло ими и поднялось в воздух. Тот, кто притворялся Фомой, приблизился к школе и, разбив окно, проник в здание. Толпа стояла в оцепенении. Преступник, поражённый явлением огненного человека, на миг забыл о своём пистолете, которым угрожал заложникам. Анастасия, укрывавшая своим телом нескольких учеников, в ужасе замерла. Некоторые девочки потеряли сознание. Фома стоял напротив злоумышленника. Ненадолго лицо его вновь стало походить на человеческое, только глаза сверкали пламенем. Фома воздел руку, и тут же пистолет преступника начал плавиться. Террорист взвыл от боли и отбросил оружие. Как только это произошло, снайпер, ожидавший удобного случая, выстрелил. Преступник упал замертво. Учительница, узнав в необычной сущности своего соседа, сама чуть не потеряла сознание, но взяла себя в руки. Фома отвернулся и медленно побрёл к разбитому окну, через которое проник в здание. Скрываться больше не было смысла.

— Погоди! — услышал он за спиной дрожащий голос и обернулся.

Анастасия, потрясённая такой метаморфозой, произошедшей с её соседом, всё-таки нашла в себе смелость и подошла ближе. В нескольких метрах от мужчины она вынуждена была остановиться, так как от Фомы исходил сильный жар.

— Кто ты всё-таки такой? — спросила девушка. — Как твоё настоящее имя?

Мужчина улыбнулся.

— Моё имя Абалим, — ответил он.

— Абалим? — удивлённо переспросила учительница. — Я никогда не слышала такого имени.

— Ещё бы! — рассмеялось это сверхъестественное существо. — Я же не человек. Я ангел. Впервые за много тысяч лет решил я пожить среди людей и ничуть не жалею об этом. Теперь я знаю, что человечество достойно того, чтобы я сражался за него с силами зла. Правда, теперь придётся уволиться с работы.

Ангел рассмеялся добрым и звонким смехом и выпрыгнул в окно. Зеваки ахнули, когда огненный человек расправил свои пламенные крылья и медленно опустился рядом с человеком в инвалидном кресле. Андрей круглыми вытаращенными глазами смотрел на приближающегося ангела. Некоторое время длилось молчание. Толпа замерла. Наконец Абалим произнёс:

— Андрей! Встань с кресла своего и ходи, ибо ты достоин этого!

— Но... я не могу... — промямлил юноша.

Ангел простёр над ним руку и сказал:

— Теперь можешь!

Молодой человек вдруг почувствовал покалывание в ногах, а через несколько мгновений ощутил необычайный прилив сил. Он встал и сделал первые неуверенные шаги.

— Смелее, — подбадривал его Абалим, — шагни же в новую жизнь! Мне же пора вернуться к своей прежней.

Сказав эти загадочные слова, ангел взмыл вверх и улетел. И только когда он скрылся за облаками, толпа дала волю чувствам. Поднялся жуткий галдёж. Те люди, которые сообразили снимать всё происходящее на телефон, обнаружили, что записи сами собой стёрлись и никаких доказательств необычного происшествия не осталось. Андрей, теперь уже более уверенными шагами, направился к школе, чтобы найти Настю. Родители ринулись к своим спасённым детям. Ещё долго полицейские и представители спецслужб писали бесконечные отчёты о произошедшем, эксперты изучали место событий. А разговоры об этом инциденте до сих пор не утихают в том городе.

Когда Абалим покинул людей, он полетел прочь от гудящего города. Проносясь над густым лесом, ангел решил ещё раз полюбоваться земной природой. Он, усмирив своё пламя, опустился на высокий холм и оглядел окрестности.

— Теперь ты убедился в Моей правоте? — услышал он добрый голос.

— Да! — радостно ответил Абалим.

— Что ж, тогда самое время вернуться к своим обязанностям, — произнёс голос.

— Почему? — встревожился Абалим.

— Потому что в данную минуту один правитель по наущению демонов готовится начать полномасштабную войну, способную поставить человечество на грань гибели, — послышался ответ.

Глаза Абалима вновь вспыхнули.

— Огненный страж! Ты готов вновь защищать человечество? — спросил голос.

— Да! — твёрдо ответил Абалим.

Он расправил руки в стороны и оказался весь объят пламенем. В правой руке его возник огненный меч, а всё тело окончательно превратилось в сгусток огня. Абалим взлетел и устремился туда, где предстояло ему в который раз остановить катастрофу. Он должен помочь людям устранить очередную угрозу, нависшую над миром. И он теперь точно знал, что его миссия необходима и нужна не только людям, но и ему самому.

15. Тени

— Нашёл, мужики! По-моему, то что нужно. И цена подходящая, — обрадовал приятной новостью своих друзей рыжеволосый парень после нескольких часов поиска подходящего варианта.

— Ну-ка дай глянуть, — попросил полный молодой человек с двойным подбородком. Он, как колобок, перекатился на другую часть дивана, поближе к монитору ноутбука, располагавшегося на журнальном столике.

— Что скажешь, Влад? — улыбаясь, спросил толстяка рыжий юноша.

Толстяк принялся изучать информацию, двигая потными пальцами мышку.

— А ведь и в самом деле неплохой вариант, — одобрил старания друга Влад, дёрнув пухлыми щеками. — Лис, ты гений! Подыскал то, что нужно. Слушайте, что обещают: «Друзья! У нас есть всё, чтобы провести незабываемые часы и даже дни. Такой игры вы ещё не видели и не участвовали в подобных мероприятиях. Только у нас пейнтбол максимально приближен к реальному бою. Вдали от больших городов вы сможете проверить себя на прочность. Наши цены приятно удивят вас. Наше оборудование гарантирует полную безопасность во время игры. Звоните. Приезжайте. Играйте».

— И чё с ценой?

— В натуре в два раза меньше, чем в других клубах, — обрадовался Влад.

— Тогда звоните Степану, пусть скинет в чат инфу. Как, кстати, клуб называется? — спросил Клим, высокий и очень худой молодой человек с прыщавым лицом и тонкими губами.

— Клуб называется «Бой с тенью», — ответил Александр, которого и называли Лисом из-за цвета его волос.

— Хм... странное какое-то название, — задумался Влад, — обычно клубы, специализирующиеся на пейнтболе и лазертаке носят названия типа «Стрелок» или «Стратег», на худой конец «Гладиатор» какой-нибудь, а тут какая-то тень непонятная.

— А чё непонятного? — возразил Саша, почёсывая рыжею голову. — Фильм такой ещё был классный, помните? Там про боксёра, который зрение терял.

— А-а-а, ну тогда ладно, — толстая физиономия Влада расплылась, как желе, от широкой улыбки. — Короче, звони Стёпе, пусть рулит.

— Тут только один минус, — предупредил приятелей Лис.

— Саня, чё за минус? — нахмурился долговязый Клим, поправляя круглые очки на тонкой переносице.

— В какой-то глуши это всё дело находится, — объяснил Лис, — микроавтобус Стёпкин в ремонте, а нас, шутка ли, двадцать человек всё-таки. Все пацаны нашей группы и частично с параллели.

— Девчонок решили не брать? — разочарованно спросил Влад.

— Да ну их на фиг, — махнул рукой Лис, — заноют ещё на подходе к базе, тем более ехать придётся на перекладных.

— На перекладных? — переспросил Влад.

— Да, на двух электричках, — подтвердил Саня, — и, походу, на ночь нужно будет останавливаться в Бологом.

— Это ещё почему? — возмутился Влад.

— Да сам посмотри расписание: электричка из Бологого в нужном нам направлении ходит раз в сутки. Глянь, мы после официального поздравления преподов колледжа ну никак не успеваем на эту электричку, которая идёт только утром.

— Так давайте на следующий день с утра поедем, — предложил выход Клим.

— Надо посоветоваться в чате, проголосовать. Пусть будет, как решит большинство, — сообразил Лис, — либо мы едем после официальной части праздника в Бологое, там ночуем в хостеле, а наутро отправляемся на другой электричке до нужной станции. Второй вариант более рациональный: ехать на следующий день после всей этой канители в колледже. Если с раннего утра отправимся в Бологое, то успеем на вторую электричку. В полдень уже будем на месте.

— Угу, будем вымотаны поездкой на двух электричках, — скептически заметил Клим.

— Короче, я в чат скину, пусть пацаны решают, как быть, — заявил Саня.

Как ни странно, но за рациональное решение оказалось меньшинство участников мероприятия. Перспектива повеселиться в другом городе воодушевила молодых людей, только что окончивших строительный колледж. После вручения дипломов у парней было совсем мало времени прибежать домой, отдать восхищённым родителям свой документ о приобретённом среднем специальном профессиональном образовании и, схватив заранее приготовленные рюкзаки, поспешить на вокзал. Электричка помчала их навстречу незабываемому драйву и веселью. В вагоне царило радостное оживление, смех, галдёж, временами произносились не совсем приличные шуточки и крепкие словечки. Молодёжь не стесняется нынче в выражениях даже в общественном транспорте. Бабульки, обнимающие свои завёрнутые в кульки саженцы, недовольно поглядывали на шумную компанию, какая-то мелкая зверюшка облаяла ребят писклявым голосом и спряталась под сиденье. Два часа электричка ползла до ухоженного железнодорожного вокзала города Бологое. Бывшие студенты разместились в замечательной привокзальной гостинице. Их встретили радушные тётеньки и разместили в недорогих, но уютных номерах.

— Вечером пойдём бухнём,— заявил приземистый лысый молодой человек.

— Степан, давай без этого, — недовольно поморщился Лис, — мы играть едем. Если будешь с похмелья, в команду тебя не возьмём.

— Что? — нахмурился Степан, задирая свой картофелеобразный нос. — Ты на кого шуршишь, пакетик?

— Сам ты пакетик, — огрызнулся Лис.

— Мужики, хватит сраться! — потребовал Влад.

— А чё он занудствует, — ответил Степан, — вы-то хоть меня поддержите. Приехали развлекаться, значит, надо развлекаться.

— И то правда, — поддержал товарища Клим. — Саня, не напрягай всех. Мы по пивку и всё.

— Ага, мы по пивку и всё! — передразнил друга Лис. — Знаю я вас.

— Иди кури носки, слышь? — процедил Степан. — Не порть мне праздник. Я ж теперь специалист! За это точно надо выпить.

Молодые люди, оставив вещи в номере, пошли гулять по городу в поисках подходящего заведения. Лис нехотя плёлся за приятелями.

Город Бологое располагается почти на полпути из Москвы в Питер. Здесь часто останавливаются туристы и оставляют в интернете хорошие отзывы об инфраструктуре этого населённого пункта. И в самом деле в городе есть несколько отелей, ночной клуб, кафе, замечательный парк на берегу озера. Как раз в этом парке, изрядно выпив пива, гуляли бывшие студенты.

— А ты не хотел идти, Лис! — рассмеялся раскрасневшийся от алкоголя Степан.

— Ну не хотел и что? — ответил захмелевший парень.

— Гляньте, мужики! Какая девка идёт! — почти шёпотом сказал Влад, пыхтя после каждого слова. Его вспотевшие подмышки уже начали вонять. Запах пота перемешивался с запахом пива, и этот аромат никого не мог оставить равнодушным.

— Вот это симпотная тёлка! — заметил Клим.

Впереди них торопливо шла девушка, то и дело с тревогой оборачиваясь. Сумерки сделали это место опасным для людей, не способных постоять за себя. Степан ускорил шаг, дав знак товарищам последовать его примеру.

— Что ты делаешь? — с недоумением спросил Саша у Степана.

— Как что? Обеспечиваю нам приятное времяпрепровождение, — отозвался тот.

Хоть парни изрядно выпили, но двигались всё ещё уверенно. Они устремились вперёд и довольно быстро нагнали девушку, окружив.

— Куда спешишь, красавица? — ухмыльнулся Степан.

— Что вам надо? — послышался дрожащий голос.

— Думаю, ты знаешь что, — произнёс подоспевший Влад. Он надвигался на хрупкую девушку своим огромным телом.

— Оставьте меня в покое! — потребовала девушка и заплакала.

— Конечно, но прежде ты развлечёшь нас, — хихикнул Клим, приближая своё лицо к незнакомке, чтобы как следует её разглядеть.

— Короче, канитель мне эта надоела, — гаркнул Степан, — раздевайся лучше сама!

— Нет! Нет! Не надо! — завопила несчастная.

Степан тут же схватил её и закрыл рот своими короткими, но цепкими пальцами.

— Слушайте, хорош беспредельничать, — вдруг раздался голос Лиса, — отпустите девушку.

— Заткнись, шлепок майонезный! — крикнул ему Степан.

— Сам ты шлепок! — взъярился Лис. — Пусти её, говорю!

Он подскочил к Степану и схватил его за горло, тот неожиданности выпустил свою жертву. Девушка хотела убежать, но Влад и Клим перегородили её путь.

Степан освободился от хватки и нанёс удар по физиономии Лиса. Парень устоял и сумел даже ударить приятеля в ответ.

— Да ты, урод, что, список потерял, кого бояться? — взревел Степан.

— Уймись, придурок! — ответил Саша. — Хочешь, вместо того чтобы карьеру профессиональную начать, бесплатно лес валить?

— Да никто не узнает. Олух! Здесь глушь кругом, а завтра мы свалим отсюда!

— Я сказал, что вы не тронете эту девчонку, — твёрдо заявил Лис, — или сейчас, честное слово, я отхерачу вас по полной. Поняли? Вместо пейнтбола в больничку поедете!

— Да ладно, чё ты, — попятился Влад, освобождая девушке дорогу.

— То же мне, супермен чёртов! — проворчал Клим, но отступил.

— Ты дебил, понял? — прорычал Степан, но был слишком пьян, чтобы продолжать драку.

Девушка от страха впала в ступор.

— Идём, — коротко сказал ей Лис и, взяв под руку, повёл из парка.

Они шли молча и быстро, опасаясь возможного преследования.

— Где ты живёшь? — буркнул Лис.

— Здесь недалеко, — пролепетала девушка.

— Чего шляешься по парку в темноте?

— Так я это... домой спешила, решила сократить дорогу.

— Ясно. Больше так не делай. Как тебя зовут?

— Юля.

— А меня Саша. Вот и познакомились.

— Спасибо тебе, Саша, — промямлила Юля, всё ещё трясясь от страха.

— Да не за что, — ответил Лис.

— Я не знаю, как отблагодарить тебя за спасение. Ты ведь не из нашего города?

— Нет.

— Хочешь, в качестве благодарности завтра проведу тебя по нашему городу, достопримечательности всякие покажу?

— Спасибо, конечно, — усмехнулся Саша, — но завтра я буду занят. На поле боя сражаться мне предстоит.

— Что?

— Да играть мы едем в пейнтбол,— объяснил юноша, — только теперь не знаю, как эти придурки будут бегать после такой пьянки.

— Играть... в пейнтбол? — переспросила девушка и почему-то затряслась ещё сильнее.

— Да, игра такая. Чтобы тебе было понятно: это когда люди бегают и краской друг в друга стреляют и...

— Я знаю, что такое пейнтбол! — нервно перебила парня Юля. — Скажи лучше, как называется клуб, куда играть едете?

— «Бой с тенью», — сообщил Саша.

— Не езжай туда! — неожиданно громко воскликнула Юля. — Туда нельзя! Там зло!

— Чего? — Лис смотрел на неё с недоумением.

— Там смерть, — заговорщически прошептала Юля и зажмурила большие синие глаза.

— Да ладно тебе! — насмешливо ответил молодой человек. — Отзывы я почитал про это клуб, народ говорит, что там обеспечение безопасности на высшем уровне.

— Не езжай туда! Не езжай! — твердила беспрестанно Юля, начиная всё больше волноваться.

— Да ты странная какая-то, — Лис прищурился на неё с подозрением, — может, у тебя психика пошатнулась из-за стресса. Успокойся, всё позади. Давай домой чеши и больше не ходи поздно вечером по парку.

— Не езжай туда! Пусть твои дружки едут, они это заслужили, а ты хороший, не езжай!

— Вот заладила! — проворчал Саша. — Чего там такого страшного?

— Там они... там тени.

— Не городи фигню, какие ещё тени?

— Они убивают людей, не надо туда ехать, — теперь Юля обхватила русоволосую голову тонкими руками и начала раскачиваться из стороны в сторону, бормоча что-то и плача.

Лис взял её под руку и жёстко потребовал:

— Ну-ка хорош истерить! Показывай, где твой подъезд.

Девушка немного пришла в себя и указала на нужный подъезд. Саша проследил, чтобы она зашла в дом. Напоследок Юля как-то странно посмотрела на него и ещё раз попросила:

— Не езжай туда.

— Хватит! — возмутился Лис. — Вали домой!

— Бойся теней, — проговорила напоследок Юля и проскользнула за дверь.

— Чокнутая какая-то, — буркнул Лис и побрёл в хостел, где остановилась его шумная компания.

Утро наступало медленно, постепенно захватывая территорию и заставляя тьму рассеиваться. Встать надо было рано, и друзья, несмотря на дикую головную боль, отправились в дорогу. Лис с ними не разговаривал. Его бесило буквально всё: и попойка накануне игры, и их попытка обидеть девушку. Такого от сокурсников он вообще не ожидал, но алкоголь ещё и не то творит с людьми, это парень понимал.

— Чё? Как там девка эта? — как ни в чём ни бывало подкатил к нему с расспросами Степан. — Сам её, небось, оприходовал?

Раздался взрыв хохота. Клим ржал, как конь, а Влад брызгал слюной.

— Да пошли вы! — заорал на них Лис. — Дебилы! Если бы не я, сейчас бы не на электричку спешили, а сидели бы в СИЗО.

— Сам ты дебил! — разозлился Степан. — Никто б не узнал, кто девку поимел. И если б не ты, мы бы весело скоротали ночку.

— Я вижу, веселья у вас и так хоть отбавляй, — разозлился Лис, — как играть будете с похмелья?

— Нормалёк играть будем, — заявил Степан, — ща похмелимся, пока едем, да и проблем нет.

— Ну да, ну да, — покачал рыжей головой Лис, — посмотрим. Столько денег угробили, чтоб сейчас вас не допустили к игре!

— Саня, не занудствуй, — взмолился Влад, — а то я сейчас заплачу от раскаяния.

Опять послышался хохот. Лис решил не продолжать дискуссию и пошёл вперёд к билетным кассам. У касс их уже ждали другие участники мероприятия.

Рельсы разрезали лесной массив, вгрызаясь в тёмно-зелёное хвойное море. Двухвагонная электричка увозила своих пассажиров подальше от цивилизации. За окном мелькали прекрасные пейзажи, привычные для сельского жителя и радующие жителей города. Кто-то, увидел лося, испуганно шарахнувшегося в сторону кустов при приближении электропоезда. Выпускники ринулись к окну, но лишь немногие успели заметить крупное животное.

— Ни фига, как он в лес ломанулся! — эмоционально заметил Влад.

— Махина, — оценил размеры животного Клим.

— Да хрен с ним, — брякнул Степан и принялся осушать пивную банку.

— Опять бухло? — Лис скорчил недовольную гримасу.

— Чё ты опять булькаешь, жижа навозная? — надменно произнёс Степан.

— Хватит ругаться! — потребовал Клим.

— А чё он наезжает на меня? — возмутился грубиян.

— А чего ты бухаешь опять? — огрызнулся Лис.

— Мужики, ну что вы в самом деле, — принялся успокаивать ругающихся парень из другой группы, — жизнь прекрасна! Мы закончили наконец долбаный колледж, получили дипломы, едем отмечать это дело, не надо портить всем настроение руганью.

На этой реплике дискуссия закончилась. Парни продолжали гоготать, а Лис отвернулся и смотрел в окно. Он видел, как густеют леса, превращаясь в таинственные дебри, куда даже солнечным днём с трудом проникает свет.

— Следующая станция «Лесной угол», — сообщил машинист.

— Ребята, готовимся к выходу! — крикнул кто-то, и вагон вмиг превратился в кишащий муравейник, так как молодые люди начали проходить в тамбур, нацепив на себя рюкзаки. Послышался звон бутылок.

— Не разбей! — заволновался Степан.

— Да не разобью я, — отозвался Клим.

— Ребята, вы что тут выходите? — спросил Лиса худощавый мужичок в огромных резиновых сапогах и камуфляжном костюме.

— Да, наша станция «Лесной угол», — подтвердил Саша.

— Ох, не сходите на этой станции, — предупредил молодых людей мужик, — тама люди пропадают. Уже несколько случаев было.

— Да ладно заливать, мужик! — хрюкнул Влад. — Не боись, мы не пропадём.

Мужик только покачал головой, но не стал дальше спорить. Электричка замедлила ход, в тамбуре народ оживился. Вновь послышался монотонный голос, сообщивший название станции. Наконец двери со скрежетом открылись, и шумная компания высыпала из вагона. Они огляделись. Вокруг не было ничего, кроме леса. Когда электричка уехала, кто-то указал на просёлочную дорогу, уводившую от станции в еловый бор. На платформе молодые люди заметили табличку с надписью: «Лесной угол». Табличка была ржавая, некоторые буквы едва угадывались, так как краска почти выцвела.

— Ну и что это за глухомань? — выпучил глаза Клим.

— Норм ща всё будет, — заверил его Лис.

— Эй! Мужики! Сюда! Нам сюда! — закричал кто-то из бывших студентов. — Там указатель.

Все поспешили к указанному месту и действительно увидели красочный плакат с надписью: «Спортивный клуб “Бой с тенью”». Пейнтбол. Игра, которую вы запомните на всю жизнь!» Далее красовались весёлые фотки играющих и размещалась контактная информация. Стрелка указывала в сторону леса.

— Погнали, пацаны! — скомандовал Степан и пошёл первым. Его приземистая фигура почти утонула в некошеной траве. Шли быстро, подгоняемые желанием скорее начать веселье. Дорога нырнула под хвойный свод, сразу сделалось темнее.

— О! Атмосферно тут, — обрадовался кто-то, и все согласились.

По обочине плотной стеной высились ели. Их ветви, набравшись наглости, то и дело норовили задеть головы прохожих. С колючего лапника свисали длинные сизые лишайники, они напоминали нечёсаные бороды бродяг. Мох изумрудным ковром покрывал почву. Кое-где чернели гниющие пни. Паук сплёл свою паутину между ветвей и ожидал подарков судьбы. Лис бодро шёл по дороге. Степан, ещё не до конца отошедший от вчерашней пьянки, начал отставать.

— Долго нам ещё? — пропыхтел Влад, отирая пот со лба.

— Вон ещё указатель, — кивнул головой Лис.

На обочине люди вновь увидели табличку. Теперь она гласила, что необходимо свернуть на еле заметную тропку, что молодые люди и сделали. Шли не шеренгой, а гуськом, друг за другом.

— И как сюда скорая доберётся в случае чего? — спросил белобрысый парень, которого звали Коля. — Игра всё-таки экстремальная. Мало ли травма какая.

— Ты чё, сыкло, стремаешься? — фыркнул с презрением Степан, вызвав всеобщий гогот. Парень промямлил что-то и больше не возникал.

Тропа виляла, ловко обходя шершавые стволы. Где-то зловеще прокаркал ворон. Небо почти скрылось за еловыми верхушками. Наконец впереди показалось серое здание, все ускорили шаг. Через пару минут группа вышла на обширную поляну, окружённую со всех сторон лесом. Зловещая тишина окутывала кирпичное строение в три этажа. На стенах виднелись красные пятна — следы от краски. Вокруг высились деревянные барьеры различной высоты, сделанные для укрытия игроков во время осады дома и подготовки к штурму.

— И где тут администратор? — с недоумением глядя на угрюмую картину, спросил Коля.

— Да сейчас разберёмся, — заверил его Лис, — я же связывался с ним. Борис его звать. Ща позвоню.

Но Саша не успел воспользоваться мобильником, так как услышал радушную речь:

— Приветствую, мужики! Рад встречать вас в нашем клубе! Как и договаривались, я обеспечу вам потрясающую игру! Выброс в кровь большого количества адреналина вам обеспечен!

Молодые люди обернулись и увидели говорившего: лысого высокого мужчину с длинной узенькой чёрной бородкой.

— Борис? — спросил Лис.

— Он самый, — лысый протянул ему руку, — а ты Саня?

— Да, — подтвердил Лис. — Вы аванс получили переводом? Мы остальное наликом, как договаривались.

— Конечно, конечно, — широко улыбнулся Борис, и Лису почему-то не понравилась его улыбка, напоминающая хищный оскал. — Сейчас утрясём все финансовые вопросы, пройдём инструктаж, поделимся на команды — и вперёд получать кайф от сражения!

— Есть только один нюанс, — замялся Саша.

— Правда? Какой? — приготовился слушать Борис.

Лис помолчал немного, будто набираясь смелости, а потом медленно произнёс, глядя на Степана:

— Дело в том, что не все из нас трезвы.

— Что?! — воскликнул Степан, раздувая ноздри. — Ты на кого сейчас намекаешь, детёныш крысиный?

— Я не намекаю, а говорю правду, — упёрся Саша, — а, насколько я знаю, в таком состоянии в пейнтбол играть нельзя.

— Ах ты паскуда! — Лису почудилось, что сверкают злостью не только глаза Степана, но и его лысина.

— Спокойно, спокойно! — встал между ними Борис. — У нас на этот счёт лояльные правила.

— Но во всех клубах запрещено играть в состоянии алкогольного опьянения и после приёма наркотических средств.

— В других клубах да, но не в нашем. Вы же видели цену. Почему, думаете, она ниже, чем везде? Да потому что мы, находясь в глуши, не подчиняемся всяким там проверяющим органам и не должны ничего отстёгивать, когда они вдруг заявятся с проверкой. К тому же друг ваш лысый, как и я, а человеку, который так похож на меня, грех скидку не сделать и нехорошо не допустить к игре. Степан, ты же будешь себя адекватно вести?

— Да я сама адекватность! — радостно ответил молодой человек и икнул.

— Тогда и переживать не о чем, — пришёл к заключению Борис, — переодевайтесь и вперёд на инструктаж.

Борис поделил молодых людей на команды, выдал им обмундирование и, проведя беседу о технике безопасности и ходе игры, раздал пневматические маркеры.

— Помните, что маску на поле боя снимать нельзя ни в коем случае, — несколько раз повторил Борис.

Игроки заняли исходные позиции. Они составляли две противоборствующие команды, каждая из которых выдвигалась со своей базы. Задача каждой команды состояла в захвате флага, располагавшегося в здании. Группы должны были войти в него с разных сторон, так как у строения было два входа, и попытаться захватить знамя. Естественно, каждый игрок должен был вывести из игры как можно больше оппонентов, стреляя желатиновыми шариками с краской. Каждая команда выбрала себе командира.

— Кто у нас будет командиром? — спросил Лис перед выдвижением на позицию.

— Только не ты, стукачок, — злобно процедил Степан.

— Я тоже против, чтобы Саня был капитаном, — поддержал приятеля Клим.

— Ну, как хотите, — расстроился Лис, понимая, что испортил отношения с друзьями.

В результате выбрали командиром Ашота, дерзкого юношу азиатского происхождения. Пока Ашот самодовольно фотографировался на фоне своей команды, Лис размышлял. Ему не понравился администратор клуба и его подход к делу, но идти на попятную было уже поздно.

Игра началась активными действиями. Обе команды продвигались к зданию. Между тем небо затянуло. Ещё только что белоснежные, как хлопок, облака резко потемнели, обещая нешуточную грозу.

— Вот и погодка подходящая! — восторженно заметил Влад. Он тяжело дышал, так полное лицо быстро вспотело, а в маске это осложняло видимость. По сигналу Бориса команды стартовали. Лис бежал первым.

— Куда несёшься, шлепок? — услышал он угрожающий голос Степана. — Пусть командир спешит первым вступить в здание.

Лис не стал спорить и пропустил Ашота вперёд. Вслед за командиром ребята зашли в помещение. Игрокам сразу стало понятно, насколько здание заброшено. Если снаружи в глаза бросалось лишь отсутствие окон, то внутри картина оказалась просто удручающая. Обшарпанные стены провоняли плесенью, гниющий сырой пол прогибался под тяжестью тела. С потолка свисали какие-то не то сопли, не то слизь. Повсюду валялись выкорчеванные из стены кирпичи.

— Что за отстой, — проворчал Лис, — мало того что пьяных к игре допускают, так ещё и здание в аварийном состоянии.

— А чё ты напрягаешься, ссыкло? — грубо оборвал его Степан, и голос его звучал через маску глухо. — Сам же выбрал этот клуб, вот и не скули теперь.

— Хорош спорить, мужики! — оборвал их Ашот. — Давайте лучше продумаем стратегию.

— А чего тут думать, — сказал Игорь, брюнет атлетичного телосложения, — надо обнаружить флаг и нейтрализовать противника.

Игорь всегда раздражал Лиса своей наивностью и узостью взглядов, а заодно и тем, что эти качества ничуть не мешали брюнету пользоваться любовью студенток и молодых преподавательниц. Сколько скандалов было связано с этим юношей! То девчонки вцепятся в столовой друг другу в волосы, выясняя, кто из них пойдёт с Игорем на дискотеку, то парни вызывают его на серьёзный разговор, причина которого ревность. А однажды преподавательница иностранного языка уволилась, так как разбитое сердце не позволяло ей более работать рядом с объектом её любви. Игорь, говорят, соблазнил эту женщину, а вскоре прервал начавшийся было роман ради штурма уже другой крепости. Лиса бесило то, с каким ажиотажем девчонки крутятся вокруг этого безмозглого хвастуна, которому, кроме внешности, гордиться, в общем-то, нечем.

— Слышь, не спи! — прервал его мысли Ашот. — Вы с Игорем проверите левое крыло первого этажа, мы со Степаном пойдём наверх, Влад и Клим исследуют правое крыло первого этажа, вы двое на третий, Лёва и Гена — на крышу. И не забывайте про рации! Докладывать мне о любом происшествии: о передвижении противника, перестрелке, потерях с обеих сторон.

После того как командир определил зону действий для каждого игрока, все разошлись.

Между тем тучи на небе сгущались. Как-то резко потемнело. Ветер, завывавший снаружи, врывался внутрь здания через огромную трещину в стене на третьем этаже. Лис и Игорь крались по тёмному коридору. Внезапно впереди что-то мелькнуло.

— Приём. Вижу впереди движение, — сообщил Игорь по рации и приготовил свой маркер к выстрелу в случае необходимости.

— Тебя понял, — послышался шипящий голос Ашота, — действуйте.

Парни продолжали двигаться. Впереди послышался грохот и матерная ругань. Лис приготовился стрелять. Коридор сворачивал вправо, видимо, там находились комнаты. Оттуда и раздавались проклятия. Внезапно прямо на ребят вывалился игрок команды соперников. Оба, и Лис, и Игорь, выстрелили из маркеров, раскрасив экипировку противника алыми пятнами.

— Да блин! В начале игры сошёл с дистанции! Вот проклятье! — выругался проигравший. — Всё из-за этого чёртового хлама.

— Какого ещё хлама? — спросил Игорь.

— А вы сами гляньте, — отозвался парень, снимая маску, — вон в комнатах всё вверх дном. Я ударился о каркас разломанной кровати, в темноте не увидел. Вы, наверное, меня и услышали.

— Ну да, — согласился Лис, — ладно, Антон, ты не расстраивайся. Это же твоя первая игра. В следующий раз повезёт больше. Теперь покинь игровую зону.

Антон нехотя повиновался и пошёл к выходу из здания.

— Поразили одного, — доложил Игорь командиру, но по рации никто не ответил.

— Что-то с оборудованием, — сообщил Игорь Саше.

Лис подошёл ближе и проверил рацию. Она работала, но Ашот не отвечал на призывы.

— Должно быть, рация у командира крякнула, — заключил Лис, — не нравится мне вообще этот клуб: правила безопасности безбожно нарушаются, оборудование неисправно. Хорошо хоть, маркеры стреляют нормально, а не взрываются в руках.

— Не занудствуй, — попросил его Игорь, — в конце концов за такую низкую цену стыдно требовать что-то большее, чем мы имеем.

— Иногда, правда, очень редко, ты озвучиваешь умные мысли, — улыбнулся Лис. Пошли ещё кого-нибудь застрелим.

В это время Влад и Клим обследовали правое крыло первого этажа. Клим шёл первым, готовый в любую минуту встретить соперников. Влад тяжело дышал, как всегда, обливаясь потом.

— В этой маске невозможно дышать, — пыхтел он, — и амуниция слишком воздухонепроницаемая.

— Ни фига, какие слова ты знаешь! Подумать только, воздухонепроницаемая, — насмехался над сокурсником Клим.

— Я чё, по-твоему, дебил, что ли? — разозлился Влад.

— Не-а, просто я думал, у тебя мозги жиром заплыли, — парень заржал.

— Да пошёл ты! — обиделся толстяк.

Они продолжили путь. Впереди виднелась закрытая дверь, выкрашенная чёрной краской. Игроки подошли ближе и разглядели намалёванные красные символы.

— Что за хрень? — поразился Влад. — Руны какие-то кровавые.

— Это, наверное, для антуража, нервы пощекотать игрокам, — предположил Клим, разглядывая странные знаки.

— Эй, Ашот, приём, — воспользовался рацией толстяк.

— Что там у вас? — спросил капитан строгим голосом. — Нейтрализовали кого-нибудь?

— Нет.

— Так какого хера ты меня отвлекаешь? — рассердился Ашот.

— У нас тут это... иероглифы какие-то, — промямлил Влад.

— Ты чё совсем упился? — послышалось в ответ. — Какие ещё иероглифы?

— Ну, может, не иероглифы, может, руны. Вот, например, я сейчас отчётливо различаю силуэт повешенного человека. Тут ещё куча жути нарисована и палочки какие-то с точечками.

— Да ну тебя, придурок! Ищите противников и выводите их из игры! — приказал капитан.

На этих словах сеанс связи прервали помехи, и игроки приняли решение открыть таинственную дверь. Нельзя сказать, что увиденное сильно удивило их. Фильмы со всякими там тайными обществами, колдунами и сатанистами давно вошли в мировой кинематограф. Поэтому приятели не особо поразились, заметив начерченный на полу круг, а в нём звезду и расплавившиеся свечи. Стены, не обклеенные обоями, пестрили надписями на непонятном языке. Клим хотел присвистнуть, но маска не позволила ему это сделать. Влад заворожённо глядел на всю эту атрибутику.

— Чё за сатанинский алтарь? — проворчал он.

— Да мало ли кретинов на свете, — отозвался Клим, — может, это тоже для антуража. Подумаешь, не особо-то и стрёмно.

— Не знаю, я чуть не обоссался, — хмыкнул Влад.

— Да ты ссыклом всегда был, — заявил его приятель, — ссыклом и...

Жуткие вопли прервали его речь. Они доносились сверху, разрезая бесплотную тишь, и этот многоголосый, леденящий душу хор какофонией разлетелся по всему зданию.

Влада не просто бросило, нет, его швырнуло в пот. Двойной подбородок его затрясся. Клим затравленно озирался по сторонам. Голоса кричали минуты две, а потом всё стихло. Гробовое безмолвие теперь пугало ещё больше, чем вопли.

— Чего это, а? — пролепетал толстяк. — Тоже спецэффекты? Нервы пощекотать?

— Не знаю, — ошарашенно ответил Клим, — надеюсь, ты прав.

— Приём, приём! Ашот, как слышишь меня? — затараторил в рацию Влад.

— Да, слышу тебя, — ответил капитан дрожащим голосом.

— Вы тоже это слышали?

— Да, слышали.

— И что думаешь? — с надеждой получить хоть какие-то версии спросил Влад.

— Думаю, Лис нашёл отличный клуб. Это всё входит в сценарий игры. Гениально! Даже я струхнул. Ладно, хорош трястись, продолжаем игру.

Связь прервалась.

— Пойдём найдём лучше Игоря и Саню, — предложил Клим, и Влада не пришлось уговаривать, они оба мечтали как можно раньше очутится в левом крыле и воссоединиться с игроками своей команды.

Ашот и Степан крались по такому же тёмному коридору. Обследовав правое крыло второго этажа и не найдя противников, они начали продвигаться в сторону левого крыла. Вышли в просторный холл, также утопающий в полумраке. На полу при малейшем движении ноги хрустел битый кирпич. Внезапно Ашот заметил движение: какая-то тень перебегала от полусгнившего серванта к опрокинутому на бок столу. Капитан мгновенно направил свой маркер на неприятеля и выстрелил. Желатиновый шарик разбился о фигуру, разбрызгав красную краску.

— Есть! — захохотал Ашот. — Я уложил одного! Ура! Эй, чувак, — обратился он к тени, — разреши я тебя сфоткаю для поста в соцсети, а? Всё равно в маске лица не видно, подойди ближе. Как-никак ты у меня первый в сегодняшней игре.

Ашот вопреки правилам игры, запрещающим отвлекаться на телефон, достал мобильник и стал настраивать камеру. Он навёл объектив на человекообразную тень, но, когда стал разглядывать дисплей телефона, не увидел объект съёмок.

— Блин, чё-то с камерой, — с досадой сообщил Ашот, — чувак, погоди, сейчас, секундочку. Да выйди ты из темноты. Чего молчишь?

Тень молчала, и капитан начал опасаться, что выстрелил слишком с близкого расстояния, и теперь у игрока от боли перехватило дыхание. Тем временем Степан, покачиваясь на своих коротких ногах, тоже решил сделать фото, но и на его камере не отображался этот человек.

— Чего за фигня? — проворчал он. — Глянь, на моей камере этого тоже нет.

— Да говорю тебе, подойди сюда ближе! — потребовал Ашот от незнакомца. — Или я долбанул тебя слишком крепко? Ты в порядке? Слышь? Может, врача?

Тень безмолвствовала. Вдруг, к удивлению, если не к ужасу ребят, красная краска сползла с молчаливого игрока и лужицей растеклась по полу. Сама же тень медленно поползла к молодым людям. Только тут Ашот осознал, что под тенью не хрустят кирпичи. Его обдало ужасом. Парни попятились, а тень всё приближалась, теперь уже вызывая настоящий шок тем, что у неё отсутствовала маска и амуниция. Да что там амуниция! У тени не было лица! Теперь игроки отчётливо увидели, что это вовсе и не человек — просто сгусток непроглядной темноты, имеющий очертания человеческой фигуры. Тень еле слышно зашипела. Ашот и Степан заорали во всё горло и бросились было к лестнице, но, получив сильный удар в спину, грохнулись, лишённые возможности сбежать.

К тому времени Влад и Клим уже нашли Игоря и Лиса и докладывали о своей ужасной находке. Вдруг сверху послышались крики, полные ужаса и боли. Парни оторопели. Слышно было, как Лис сглотнул.

— Чего это было, а? — бледнея, спросил Клим, когда эхо, вызванное воплями, стихло.

Лис, придя в себя, попытался незамедлительно связаться с Ашотом. Но рация молчала. Так же он сделал попытку выйти на связь с другими членами команды. Тишина.

— Мне это ни хрена не нравится! — начал паниковать Влад. — Ну её на хрен, игру эту! Я пас!

— Надо проверить, что с мужиками, — не очень уверенно предложил Лис.

— Тебе надо, ты и проверяй, — угрюмо запротестовал Игорь.

— Вдруг они ранены? Травму получили? — давил на них Саша.

— Ну ладно, — протянул Клим, — проверим и сразу назад.

Клим и Лис начали подниматься на второй этаж, Влад и Игорь, не желая разделяться с друзьями, последовали их примеру.

Ступеньки вели на холл второго этажа, под ногами скрежетало кирпичное крошево. Как только ребята достигли цели, их объял неописуемый ужас. Всё вокруг было в крови! Осмотревшись по сторонам, они увидели ошмётки человеческой плоти, будто людей кто-то или что-то разорвало на куски. Маска для игры в пейнтбол валялась согнутая, подобно алюминиевой банке пива.

— Это тоже антураж такой? — еле оставаясь в сознании, спросил Влад.

— Тише! Слушайте! — Лис призвал их к молчанию.

Они замерли, обратившись в слух. Мерное капанье какой-то жидкости раздавалось совсем рядом. Игорь повернул голову и увидел, что на пол капает кровь. Он ткнул Лиса и Влада, указывая пальцем на багровую лужу. Клим, поражённый этим зрелищем, пролепетал:

— Это краска, что ли?

Все четверо, не сговариваясь, подняли глаза, стремясь отыскать источник этого явления. Леденящая жуть не позволила им закричать. У Клима язык прилип к гортани, Игорь отшатнулся, и звук его шагов громким эхом откатился в глубь тёмного коридора. Влад осел на пол. Лис снял маску и таращил глаза на два обезображенных трупа, подвешенных за ноги к потолку. Тела были словно обглоданы, но лица остались нетронуты, и игроки без труда узнали Степана и Ашота. У очевидцев этого жуткого зрелища перехватило дыхание. Говорить они смогли не сразу, а когда смогли, то слова произносили как можно тише.

— Кто бы это ни сделал, нам не следует встречаться с ним, — проговорил Лис, то и дело прислушиваясь, — но предупредить остальных об опасности мы обязаны.

— Ты спятил? — зашикал на него Влад. — Хочешь тоже таким огрызком стать? Нет уж, я покидаю здание!

— Это разумное решение, — поддержал приятеля Клим.

— Я тоже так думаю, — согласился с ними Игорь.

— Вы что же, бросите наших? — не унимался Лис. — Мы должны подняться на третий этаж и выяснить, что с остальными.

— Вот ты и выясняй, — нервно взвизгнул Клим, — а мы не идиоты.

— Нас много, и мы знаем об угрозе, — продолжал спор Лис, — Ашот и Степан погибли, потому что не были в курсе опасности. Но нас-то врасплох уже не застигнуть, а значит, у нас теперь преимущество.

— Преимущество у того, кто вовремя сумеет сделать ноги, — фыркнул Игорь, — лично я ухожу.

Он направился к лестнице, осторожно перешагивая битые кирпичи, чтобы не создавать шум. Клим и Влад пошли за ним. Лис молча остался стоять на втором этаже. Он взглянул на лестницу и решил подниматься на следующий этаж, чтобы всех предупредить о том, что в здании орудует какой-то маньяк, потрошащий людей.

Влад, Клим и Игорь спустились и выбежали из злосчастного здания. Они отбежали метров на двести и принялись вызывать полицию. Однако связи не было.

— Что за чёрт?! — отчаянно крикнул Клим. — Когда мы стояли здесь перед игрой, связь была!

— А теперь нет, — уныло сказал Игорь, тыкая пальцами в свой смартфон.

— Да что б тебя! — Влад, успевший снять и отбросить запотевшую маску, схватил себя за волосы и заскулил, покачиваясь из стороны в сторону.

Игорь ухватил его голову руками и потребовал:

— Успокойся, слышишь! Всё будет хорошо, ты понял? Главное, не впадать в панику.

Но уже через мгновение в панику впали все трое, ибо Клим отчаянно закричал, указывая в сторону. Игорь и Влад обернулись на него и увидели лежащий на земле окровавленный труп. Игорь медленно на ватных ногах приблизился к убитому и вгляделся в его застывшее лицо.

— Это... это... он же... да как же... — забормотал он бессвязно.

— Что! Что такое? — завизжал Влад противным голосом.

— Это тот игрок, которого мы с Лисом обезвредили! Это Антон! Кто это сделал?

— Боюсь, что они, — прерывающимся голосом произнёс Клим.

Друзья подняли взгляды и увидели, как человекоподобные тени взяли их в кольцо. Кольцо всё сужалось, тени приближались, и люди заметили, что эти сущности не имеют лиц, одна сплошная тёмная пустота. От этого зрелища Влад пришёл в отчаяние и, размахнувшись, кинул свой маркер в подползающую тварь. Послышался злобный нечеловеческий хохот. Помимо собственных предсмертных воплей, это было последнее, что они слышали в жизни.

Лиса застали эти душераздирающие крики, когда он уже поднялся на третий этаж. Он в который раз застыл, скованный ужасом. После того как воцарилась тишина, парень рискнул пошевелиться и тут же получил удал по голове. Хорошо, что он предпочёл не снимать маску и шлем, это смягчило удар. Какой-то человек навалился на него, продолжая отчаянно колотить.

— Умри, исчадие ада! — вопил голос, и Лис узнал этого человека.

— Лёва! — прохрипел он. — Лёва! Это я, Саня!

Человек перестал его бить и отпрянул в сторону.

— Лис, ты, что ли? — вытаращил парень глаза. — А я решил, что ты тоже тень!

— Какого хрена здесь происходит?! — разозлился Лис, испытывая страх и гнев одновременно. Он снял наконец маску и шлем.

— Семёна убили эти тени, — заскулил Лёва, — остальные члены команды мертвы!

— Ашот и Степан тоже, — сообщил Саша и, вспомнив о воплях снаружи здания, добавил: — Боюсь, что Игорь, Клим и Влад так же мертвы.

Лёва завертелся вокруг своей оси и зарыдал. Лис дрожащими руками достал телефон и попытался сделать экстренный вызов. Как он и опасался, связи не было.

— Надо идти на крышу, — сказал он.

— Нет! Нет! Нет! — запротестовал Лёва. — Я и с места теперь не сдвинусь!

— Послушай, связи здесь нет, на крыше она наверняка будет. Нам надо выбираться. Вокруг лес. Вечереет. Кто нам поможет, если не удастся позвонить спасателям или в полицию? К тому же на крыше могут быть парни из команды противников, с ними сможем объединиться против убийц.

— Хорошо, — отдышавшись, согласился Лёва, — только ты впереди иди.

Лис понимал, что возражать бессмысленно. Он начал подниматься по лестнице, но упёрся в дверь. Парень толкнул её, предварительно замахнувшись своим маркером на случай внезапного нападения. Дверь с грохотом открылась. Повеял ветерок. Лис осторожно продолжил движение. Сперва его голова высунулась на крышу, затем и всё тело. Саша, пригнувшись, прополз пару метров. Он не сразу сообразил, в чём дело. Столько пугающей информации не сразу уложилось в его голове. На улице царил сумрак. Он полагал, что ещё день, и на крыше должно быть как минимум гораздо светлее, чем в заброшенном здании. Но теперь, оказавшись на верху, он мог порадоваться только приятному ветру, который после затхлости помещения показался освежающим морским бризом. В остальном же радоваться было нечему. Вокруг царила темнота, словно день закончился. Это сбивало с толку, ведь игра только недавно началась, и вечер за это время не мог наступить ну никак. Лис посмотрел на дисплей мобильника, чтобы узнать время, но то выключился и никак не оживал.

— У тебя, должно быть, зарядка села, — предположил подползший на животе Лёва.

— Он был полностью заряжен, — покачал головой Лис.

Лёва, ничего не отвечая, поспешил убедиться, что с его мобильником всё в порядке, однако и его телефон не включался.

— Я хочу домой, — как маленький, заскулил Лёва.

— Не ной, — потребовал Лис, — ещё страшнее от твоего скулежа.

Но они и не представляли, какой ужас ожидал их дальше. Набравшись храбрости, ребята осмелились подняться, чтобы обследовать крышу. Они начали ступать по кровле и почти сразу ноги их стали вязнуть в какой-то жидкости. Сделав с десяток шагов, они резко отшатнулись назад, потому что почти одновременно увидели тёмное лежащее пятно, а потом ещё и ещё. Несомненно, это были трупы. Лис дрожащими руками включил запасной фонарик с резинкой, для того чтобы его можно было водрузить на голову, что он незамедлительно и сделал. Невероятно, но оказалось, что трупами завалена вся крыша, нетрудно было догадаться, что это команда соперников. Посветив вниз, Лис и Лёва поняли, что вязкая жидкость под ногами — это кровь с кусками плоти и кишок. Лёва всхлипнул, а потом отчаянно закричал, срываясь на визг.

— Заткнись, придурок, — Саша пытался привести приятеля в чувство, — нас услышат!

Но увещевать напуганного Лёву было поздно. Их действительно услышали, а может, знали об их приходе и раньше, просто молча наблюдали. Кто это такие, выяснять не хотелось, но Саша запомнил, что выглядели они как тени, имеющие очертания человеческой фигуры. Тени начали ползти к молодым людям со всех сторон, окружая их.

— Мама! Мама! — продолжал верещать Лёва. Лис же не мог произнести ни слова из-за удушающего страха. Но он не собирался умирать покорной и перепуганной жертвой. Кто бы ни были эти твари, но они так просто не выпустят ему кишки! Внезапно одна из теней метнулась к Лёве, Лис, уловив этот манёвр, двинулся ей наперерез. Тень уже почти достигла цели, но тут Саша размахнулся своим маркером и изо всех сил рубанул по сгустку темноты. Тень осела и зашипела, отползая в сторону. Тут же атаку начали две другие тени. Они, шипя, приближались с двух сторон.

— Бей их своим маркером! — закричал Лис Лёве, но тот непонимающим взглядом уставился на него. Нижняя челюсть его дрожала, зубы клацали.

— Слышишь! Бей наотмашь, как я! — потребовал Лис и ударил приблизившуюся справа тень. Та зашипела и на мгновение остановилась. Слева к парням приближалась другая тварь.

— Бей! — заорал Лис, но приятель его оцепенел и не мог поднять игровое оружие. Лис выругался и, заслонив собою Лёву, вновь ударил необычного неприятеля. Но тень не отступила на этот раз. Она стала расти и уже скоро возвышалась над головой Лиса, угрожающе покачиваясь, словно кобра, готовая нанести удал ядовитыми зубами. Лёва окончательно потерял контроль над собой и с дикими криками помчался по крыше. Он добежал до её края и, заметив метнувшиеся к нему тени, сделал шаг в пустоту.

— Нет! — только и успел закричать Саша, увидев, как приятель полетел вниз, и уже через пару секунд услышав смачный шлепок. Всё замерло, как будто кто-то нажал на паузу, больше не в силах продолжать просматривать фильм ужасов. Это тянулось мучительно долго. А потом Лис, к удивлению своему и страху, услышал аплодисменты. Кто-то звонко хлопал в ладоши. Тени стояли на месте, покачиваясь из стороны в сторону.

— Браво, молодой человек! — услышал он голос организатора всего этого ужаса.

На крыше действительно появился Борис. На его лице была омерзительная ухмылка, так не понравившаяся парню с самого начала.

— Я почему-то чувствовал, что это будешь именно ты, Санёк, — сказал он ровным голосом.

— Какого чёрта здесь происходит? — спросил Лис, стараясь унять дрожь.

— Здесь происходит отбор, — невозмутимо ответил Борис, — я создаю для игроков экстремальные условия, чтобы выжил лишь один, самый сильный и находчивый.

— Зачем? — продолжал спрашивать Саша, желая понять хоть что-то, а заодно и оттянуть момент своей гибели, в которой он уже не сомневался.

— Видишь ли, я в юности был неудачником и слабаком, но мириться с этим не собирался. Мне нужен был быстрый и лёгкий путь к успеху. Мне повезло, так как однажды я встретил человека, посвящённого в тайны тёмной магии. Он-то мне и поведал, как достичь желаемого. Колдун обучил меня многому. Я узнал о магических обрядах, о способах призвать себе на помощь падших духов. Эти тени, каждая из них, демоны, одному из них я отдал невидимую оболочку убитого здесь человека. Я запускаю людей, тени убивают их. Самого сильного, кто остаётся последним, я беру на себя, ведь, чтобы забрать его силу, я должен лично его убить. Его тело умирает, душа отправляется в иной мир, а вот некая тончайшая оболочка достаётся демону. Получая её, злая сущность становится способна действовать в нашем материальном мире. Она подчиняется мне, могущественному колдуну. Я отдаю приказ убивать игроков, оставляя себе самого выносливого.

— И ты считаешь, что вместо того, чтобы применить личные усилия, потратив их на образование, на развитие профессиональных навыков, лучше предать свою душу тьме и получить всё без особых усилий? — проговорил с презрением Саша. — В таком случае грош тебе цена, чувак.

Бориса передёрнуло от этих слов, но он быстро взял свои чувства под контроль и надменно ответил:

— Ну некоторые усилия мне пришлось всё же приложить. Первые ведь убийства совершил я, чтобы даровать демонам освободившиеся оболочки человеческих душ. Это, знаешь ли, стоило мне нервов.

— Ты обыкновенный маньяк, только ещё и одержимый бесами, — заявил Лис.

— В любом случае эта практика в конце концов принесёт мне всемогущество.

— Да ладно, — Лис презрительно сплюнул, — думаешь, демоны позволят стать тебе всемогущим? Они сейчас лишь подыгрывают тебе, упиваясь властью над тобой. Но придёт день и час, и они распотрошат тебя точно так же, как потрошили других своих жертв. По большому счёту ты остался таким же неудачником, каким и был, только плюс ко всему ещё и обманутым. Мания величия никого ещё не доводила до хорошего.

Злобные глаза Бориса суетливо забегали, его бесило то, что парень не падает перед ним на колени, не просит пощады, а просто читает мораль, и даже страх смерти не мешает ему говорить слова, бьющие прямо в подлое и надменное сердце.

— Заткнись, понял? — рявкнул он. — Хочешь сдохнуть как герой, твоё дело, но не смей меня обличать!

Сказав это, Борис кинулся на парня, тот отскочил. Саша решил применить приёмы рукопашного боя, которым длительное время занимался. Он полагал, что толстоватенький противник совсем уже не юного возраста не сможет одолеть его. Но, к удивлению Лиса, Борис оказался нечеловечески силён и быстр. Он не только отбил все атаки, но и без труда оторвал толстую сливную трубу, тянувшуюся по периметру крыши. Борис просто взял и вырвал её кусок.

Лис ошарашенно таращился на него.

— Что?! Не видал никогда такой мощи! — торжествовал Борис. — Я же говорил, во мне сила убитых здесь людей, и твоя сила тоже сейчас перейдёт ко мне! Ну и кто теперь неудачник? Прощайся с жизнью!

Лис видел, как на него устремился этот безумец с перекошенным от ярости лицом. Молодой человек и в самом деле начал прощаться с жизнью, но вдруг совершенно неожиданно раздался женский голос:

— Борис, стой! Или я пристрелю тебя!

Оба, и Лис, и его противник, обернулись и к неописуемому своему удивлению увидели Юлю, ту самую, которую парень защитил накануне. Девушка направила на маньяка пистолет.

— А ты что здесь делаешь? — с досадой спросил её Борис и отшвырнул кусок трубы. Та полетела с крыши, громыхнула о бетонные плиты, служившие укрытием для игроков.

— Настало время прекратить всё это! — руки девушки дрожали, как и голос. — Прости меня, Саша. Я тоже виновата. Это мой ненормальный отчим. Он заставил меня, понимаешь?

— Что заставил? — оторопел Лис.

— Заставил быть администратором сайта этого клуба, — всхлипнула девушка, — я размещала рекламу, отвечала на вопросы клиентов. Сперва я понятия не имела, что здесь происходит, а когда узнала, всё зашло слишком далеко. Он угрожал мне...

Она расплакалась, но пистолет держала наготове.

— Дура! — взревел Борис. — Такая же, как и твоя дохлая мать!

Он пошёл прямо на неё.

— Стреляй! — закричал Лис, заметив, что круг теней сильно сузился. Демоны ждали развязки.

— Я не умею! — истерично закричала девушка, но всё же выстрелила. Мимо. Борис подбежал к ней, выхватил из рук пистолет и швырнул девушку в ту сторону, где стоял Лис. Юля упала, сильно ударившись о торчащую телевизионную антенну, которая уже много лет не функционировала. Лис тут же помог ей встать.

— А теперь прощай, придурошная падчерица моя! — Борис дико захохотал. Он прицелился, но прежде, чем успел произвести выстрел, Лис заслонил девушку своим телом. В сгустившейся темноте выстрел прозвучал как приговор попавшим в ловушку людям. Лис почувствовал, что его обожгла боль в области левого подреберья. Пуля не убила его, но сильно ранила, и он даже пожалел об этом, ведь теперь смерть точно не будет быстрой. Он поднял взгляд на убийцу, ожидая увидеть торжествующего Бориса. Но, к его изумлению, Борис выглядел не лучшим образом. Он схватился за левый бок, будто это он сейчас получил ранение. Однако крови не было.

— Что за ерунда? — пробормотал Лис.

— Саша! Быстрее! Бежим, пока он не очухался.

— Да что с ним?

— Ты только что опять спас меня, рискуя жизнью. Такие смелые и благородные поступки сильно ослабляют Бориса и служащих ему демонов. Скорее! Мы ещё можем спастись! Я помогу тебе!

Но Лис неотрывно смотрел на озверелого безумца, что-то решая. Потом парень, преодолевая боль, двинулся прямо на Бориса.

— Что ты делаешь, урод? — глаза Бориса округлились.

Лис дико закричал и всем своим телом врезался в противника, корчащегося на краю крыши. Ослабленный и не ожидающий такого напора Борис пошатнулся, но равновесие удержал.

— Помогите мне! — крикнул он теням, но в ту же секунду Лис остервенело заорал и со всей силой толкнул его. Борис полетел с крыши с диким воплем. Он упал прямо на торчащую арматуру и какое-то время ещё корчился в предсмертных судорогах. Ринувшиеся было к Лису тени остановились и начали растворятся в воздухе. Лис повалился с ног. Он прижимал рану рукой. Юля принялась оказывать ему первую помощь. Затем помогла Саше вновь встать на ноги. Спускались они очень медленно, каждый шаг давался парню с трудом. Когда они прошли в сторону припаркованной неподалёку машины, Лис увидел мёртвое тело Бориса, пронзённое прутьями арматуры.

— Отправляйся к своим дружкам, подонок, — выдохнул Саша и отвернулся.

Они ехали в машине по уже известной Лису дороге. Юля сидела за рулём.

— Мне типа в больницу надо, — прохрипел Лис.

— В частную клинику поедем, — сообщила девушка, — к надёжным людям.

— А почему не в больницу?

— А как ты будешь объяснять полиции всё, что произошло? — спросила Юля. — Горы трупов, вся эта мистика, убийство Бориса в конце концов... нет уж, чтобы ты не оказался крайним, лучше обойдёмся без официальной медицины. Я сама тебя прооперирую. Рана твоя нетяжёлая.

— Ты? Меня прооперируешь? — поразился Лис.

— Я только что получила диплом. Я хирург. Не волнуйся, практики у нас в универе было много. Ты будешь моим первым пациентом, после того как я получила диплом.

— Отпад! — отозвался Саша и почти сразу потерял сознание.

Юля же, проезжая мимо небольшого озера, остановила машину, быстро из неё вышла, держа тот самый пистолет, из которого стрелял Борис. Она успела прихватить его с собой, когда они с Лисом покидали крышу. Девушка швырнула оружие в озеро.

— Ну вот, теперь все концы в воду. Прощай, Борис.

Она вернулась в машину и продолжила путь.

Лис очнулся не в больничной палате, а в какой-то уютной комнате. Но обоняние не обмануло его, всюду пахло медицинскими препаратами, а значит, он находился в клинике. Рана болела. Парень осмотрел себя, заметив наложенную повязку. Он ущипнул себя, желая убедиться, что не спит. Саша надеялся, что всё произошедшее было просто наваждением. Мало ли, какой галлюциногенный газ пустили в здание. Может, и это часть игры. Но потом изучив свой телефон, который обнаружил на прикроватной тумбочке, парень понял, что весь этот кошмар не пригрезился ему. Телефон разрывало от сообщений. Было куча пропущенных звонков от родителей. Он позвонил матери и очень долго выслушивал рыдания в трубку.

— Мы думали, что ты тоже погиб! — причитала мать. — Ты где? Все твои друзья мертвы! Как ты выжил?

— Я просто в последний момент отказался от поездки, — соврал Лис.

— Почему? — насторожилась женщина.

— Да я тут в Бологом с девушкой познакомился и решил остаться, город изучить. Она меня на экскурсию приглашает. А что случилось хоть?

— В этом проклятом клубе пейнтбольном произошла настоящая бойня! — мать вновь разрыдалась. — Это так ужасно! Чудовищно! Кто мог сделать это? Это какие-то изверги, а не люди! Настоящие демоны!

— Да... — проговорил Саша, — ты даже представить не можешь, насколько права...

Он ещё поговорил немного, успокаивая мать, пообещал вернуться домой через несколько дней, заверил, что всё в порядке.

Когда Юля, облачённая в форму медработника, вошла в комнату, Лис уже закончил говорить по телефону.

— Привет, — улыбнулась ему Юля, — как ты себя чувствуешь?

— Бывало и получше,— усмехнулся парень.

— Зато живой, — девушка погладила его по рыжим волосам. — Даже не знаю, как отблагодарить тебя за спасение.

— Может, всё-таки устроишь мне экскурсию по городу в качестве благодарности? — спросил Лис.

— Обязательно, — обрадовалась девушка, — как только тебе станет лучше.

Они ещё долго болтали и смеялись, позабыв обо всём на свете. Лис любовался своей новой знакомой и мечтал поскорее покинуть больничную койку. Девушка сверкала глазами, светившимися от счастья, и казалась такой милой. Она попрощалась со своим пациентом, пообещав ему скорую встречу, и вышла из помещения. Когда за её спиной закрылась дверь, Юля постояла ещё немного, оглядываясь по сторонам. Вдруг её красивое личико исказила злобная гримаса, а глаза полыхнули красным огнём.

— Теперь начинается другая игра, — торжествующе произнесла она, — по моим правилам.

16. Слёзы неба

Яркий сентябрь вводил в заблуждение воробьёв, которые, обрадовавшись погожему дню, щебетали, воспевая вернувшееся лето. Туннель из желтеющих берёз представлялся каким-то фантастическим коридором в сказочный мир. На школьном дворе после уроков было шумно и весело. Старшеклассники ещё не настроились на учёбу после летних каникул. В такой ясный день им не хотелось сразу уходить домой и приниматься за уроки. Две девушки, ученицы одиннадцатого класса, не были исключением. Они сидели на скамье около футбольного поля и весело болтали. Их звонкие голоса наполнялись юностью и жизнерадостностью.

— Ну что, ты решилась? — спросила миловидная брюнетка с кудрявыми волосами свою подругу. — Выставка уже завтра.

— Я решилась, — твёрдо ответила красивая стройная блондинка и подняла на подругу серые глаза.

— Смотри, Алина, шанс один на тысячу, — предупредила брюнетка.

— Инга, ты который раз мне уже это говоришь? Создаётся впечатление, что ты не хочешь, чтобы я осуществила задуманное.

— С чего это ты так решила? — возмутилась брюнетка.

— Не знаю, — пожала плечами Алина и распустила свои светло-русые волосы, которые мягкой волной распределились по её спине и плечам.

— Ты просто боишься, — хмыкнула Инга, — ещё бы! Такой знаменитый человек. Страшно и подойти к нему. Но мы ведь не зря купили билеты на эту выставку? Такое событие грандиозное. Подумать только, мы посетим выставку картин самого Вольдемара Шульцкого! Да ещё увидим его самого! Кроме этого, ты собираешься попросить у него несколько укоров художественного мастерства. Как жаль, что первой тебе пришла эта идея. Я бы тоже хотела брать у него уроки.

— Ты даже не решила, будешь ли поступать в Суриковский институт, — напомнила подруге Алина.

— О да! Это крутое учебное заведение! Как там он правильно называется? Его полное название?

— Московский государственный академический институт имени В. И. Сурикова, — пояснила Алина и добавила: — при Российской академии художеств.

— Точно! При Российской академии художеств, — повторила Инга, тряхнув чёрными кудрями. — Конкурс, конечно, туда жёсткий. Но мы ведь попытаем счастье. Ты неплохо рисуешь. И я тоже. Отчего не попробовать? Завтра пойдём на выставку. У Вольдемара Шульцкого есть возможность взять ещё одного ученика. Точно попросишься к нему в ученицы? Может, мне уступишь этот шанс?

— Прости, подруга, — виновато проговорила Алина, — но мне первой эта идея в голову пришла. К тому же я точно знаю, что буду поступать в художественный институт, а ты ещё не определилась. Давай уж я воспользуюсь уникальной возможностью.

— Да пожалуйста, — небрежно отозвалась Инга. — Не очень-то и хотелось. Говорят, у этого Шульцкого скверный характер. Звёздная болезнь. Он же знаменитость мирового масштаба.

— Вот и договорились, — облегчённо вздохнула блондинка. — Значит, завтра встречаемся в метро в пятнадцать часов?

— Да, — подтвердила Инга. — До встречи.

Она ушла, оставив Алину нежиться на солнце, которое уже не грело, но ласкало щёки. Голубое небо собирало под свои своды стаи перелётных птиц. Они, в отличие от воробьёв, больше не верили солнцу и отлично знали, что очень скоро эти края окутает липкий, повсюду проникающий холод. Поэтому-то и пернатые создания спешили покинуть среднюю полосу России и устремлялись на юг.

Вечерело. Алина поднялась на восьмой этаж девятиэтажки в спальном районе Москвы. Она собиралась сделать уроки, поужинать, а потом пойти в парк писать на небольшом холсте этюды масляными красками. На этот раз её целью был закат. Девушка мечтала его захватить в плен и запечатлеть навсегда на своём холсте.

Во время ужина Алинина мама включила телевизор и сразу переключила на выпуск новостей. Алина обратила внимание на телевизор только тогда, когда журналист объявил:

— А теперь перейдём к новостям о культурной жизни столицы. Сейчас всё внимание прессы и деятелей искусства приковано к миру живописи. Как многим уже известно, завтра в государственной Третьяковской галерее состоится выставка «Слёзы неба» выдающегося нашего соотечественника, но с немецкими корнями, Вольдемара Шульцкого. Его талант поистине безграничен. Живописец в свои тридцать пять лет достиг невероятного успеха в нашей стране и признания за рубежом. Как известно, Шульцкий прославился своими картинами, где он в основном изображает дождь. Вот и завтрашняя выставка посвящена этому природному явлению. Разнообразие цветовой гаммы, композиционных решений работ художника просто поражают воображение. Сейчас, дорогие телезрители, у вас есть возможность послушать что скажет сам Вольдерман о своих работах.

В кадре показался высокий плечистый мужчина с потрясающими зелёными глазами, которые, словно колдовские озёра, притягивали к себе всё внимание Алины. Художник был одет в лоснящуюся блеском чёрную рубашку, которая поражала контрастом с практически белыми волосами, ниспадавшими чуть ниже широких плеч. Шульцкий держался с достоинством, его чёрные брови широкими аккуратными дугами простирались над фантастической красоты глазами, казавшимися изумрудами.

— Господин Шульцкий, скажите, как вам удаётся создать шедевры из, казалось бы, такого обыденного явления, как дождь? — спросил репортёр.

Вольдерман, выдержав кратковременную паузу и чуть подняв мужественный подбородок, холодно, почти высокомерно ответил:

— Истинный гений видит прекрасное в самых обычных вещах. В этом-то и состоит его гениальность. Вы думаете, что дождь — это просто вода, которая, скопившись в атмосфере, падает на землю в виде осадков. Но это не совсем так. Дождь — это слёзы неба. На одних моих работах небо плачет от радости, от счастья, на других — от безысходного отчаяния. Всё это разные оттенки настроения и цвета. Это же поэзия небес.

— Прекрасные слова, — промолвил журналист, — скажите, правда ли то, что вы набираете учеников, которые стремятся поучиться у такого выдающегося художника, как вы?

Яркие, почти алые губы художника расплылись в гордой улыбке. Они заметно выделялись на необычайно бледном лице живописца.

— У меня много учеников, — ответил Шульцкий, хоть и мои услуги по подготовке абитуриентов к поступлению в заведения с художественной направленностью стоят очень дорого. Тем не менее от них нет отбоя. У меня осталось одно вакантное место. Завтра на выставке я готов отдать его целеустремлённому начинающему художнику или художнице. Так что милости прошу на мою выставку «Слёзы неба».

— Прекрасно! — восторгался журналист. — Будем с нетерпением ждать завтрашнего дня.

— Алина, это тот самый художник, у которого ты собираешься брать уроки рисования? — спросила у девушки мама.

— Да, мам. Но не уверена, что он в качестве ученицы выберет меня. Я, конечно, попытаюсь произвести должное впечатление. Уже закачала свои работы в планшет, который возьму на выставку. Может быть, мне удастся заинтересовать его. Не знаю. С такими известными людьми мне ещё не приходилось общаться.

— Чтобы он выбрал именно тебя, нужно, помимо рисунков, ещё что-нибудь придумать, — посоветовала мама. — Сразу видно, он личность неординарная, таким нравятся неожиданные сюрпризы и необычные подарки.

— Ты права, мама, — согласилась Алина. — Но что бы такое придумать? Разве можно чем-то удивить гения? Хотя, постой, постой... что, если для него написать стихи?

— Стихи?

— Ну да, — с воодушевлением ответила Алина, — сочиню стихи про небо его любимое. У меня вроде бы талант не только художественный, я ещё и стихи писать могу.

— Да, дочка, ты у меня золотце, — женщина обняла дочь. — Пусть завтра всё у тебя получится.

— Спасибо, мама.

На другой день у подружек было запланировано важное мероприятие. Стояли тёплые сентябрьские деньки, те самые, когда не верится, что лето уже прошло. В пятнадцать часов Алина вышла из вагона метро, чтобы встретиться с подружкой в центре зала станции «Третьяковская». Инга уже была на месте. Но как она выглядела! Алина даже не сразу узнала подругу. Невероятно короткая юбка брюнетки плотно обтягивала её ягодицы, стройные ноги красовались в чёрных эластичных чулках в сеточку. Ультра-короткий топ красного цвета имел огромный вырез, да такой, что грудь девушки чуть ли не вываливалась из этого подобия одежды. Не уступал в вульгарности и макияж: глаза подведены чёрным, ярко-красные губы и длиннющие ресницы.

— Ты почему так вырядилась? — ошарашенно спросила Алина, одетая, как всегда, скромно. На ней была юбка, прикрывавшая колени, и светло-бежевая водолазка. Макияжа на лице девушки вообще не было, красота её была естественна.

— А что же ты мне предлагаешь, как лохушке, одеться? — хмыкнула Инга, презрительно оглядев наряд подружки.

— Но мы же не в публичный дом идём, — возмутилась Алина, — а на культурное мероприятие. Тебя в таком виде туда не пустят.

— Спорим, что пустят! — с задором ответила бесстыжая брюнетка. — И не только пустят, но ещё и внимание всё будет принадлежать мне. Даже о картинах все забудут.

— Ты себе льстишь, — проворчала Алина, которой было немного стыдно стоять рядом с такой развязной особой.

— Вот увидишь, я права, — улыбнулась Инга и потащила девушку к выходу в город.

Девушки, выйдя из метро, направились к Большому Толмачевскому переулку, а с него уже свернули в Лаврушенский, где и находится Третьяковская галерея. При входе подруги предъявили билеты. Охранник неодобрительно посмотрел на Ингу, но промолчал. В галерее было битком народа. Чтобы пройти в нужный зал, пришлось потратить кучу времени. Но это того стоило! Все полотна знаменитого Вольдермана Шульцкого были поистине великолепны. Невероятное сочетание цветов создавало истинные шедевры. Недаром этот молодой мужчина был признан гением. Алина завороженно разглядывала картины. Одна из них называлась «Слёзы неба», именно так назвали и всю выставку целиком. На полотне было написано хмурое небо. Художник использовал всевозможные оттенки серого. Но вот сквозь просвет в тучах вместе с дождём на землю льётся солнечный свет. Он, уже предчувствуя конец дождя и появление радуги, переливается яркими цветами, хотя небо ещё объято грозовыми тучами. Алина смотрела и не могла отвести взгляд о этого полотна.

— Может, хватит пялиться на эту мазню? — раздражённо прошептала Инга. — Не забыла, тебе надо попытаться попасть в число учениц Шульцкого.

— Да, да, — спохватилась Алина, — пойдём, поищем художника.

Но искать долго не пришлось. Вольдерман, являясь звездой этого культурного события, был в центре всеобщего внимания. Он постоянно раздавал автографы и отвечал на вопросы журналистов. Его внешний вид, как всегда, был безупречен, а манеры изысканны. На его бледном лице алели губы, скривлённые в снисходительной, а иногда и высокомерной улыбке. Зелёные изумруды глаз взирали из-под чёрных бровей. Волосы, ослепительно-белые, ниспадали на тёмно-синюю атласную рубашку. Строгие брюки того же цвета и чёрные остроносые туфли дополняли облик успешного мужчины.

— О, я не могу к нему подойти, пробормотала Алина. — Он сожрёт меня одним своим насмешливым взглядом.

— Пойдём в уборную сначала, — посоветовала брюнетка. — Приведёшь себя в порядок, умоешься и вперёд! Покорять Шульцкого.

Алина послушала совета подруги, и девушки спустились в уборную. После того как Алина умылась и поправила причёску, она ещё оставалась стоять у зеркала, придирчиво осматривая своё отражение. Инга стояла рядом. Вдруг брюнетка открыла кран, подставила руки под струю холодной воды и, набрав целые ладони жидкости, плеснула ею в Алину. Та отпрянула и вскрикнула от неожиданности. Тёмное мокрое пятно расползлось по её груди.

— Ты чего творишь? — недоумевала она.

— Устраняю конкурентку, — без зазрения совести заявила Инга. — Это я подойду к Шульцкому и, повертев перед ним хвостом, попаду в число его учениц.

— Но зачем тебе? Ты даже не знаешь, хочешь ли быть художником и будешь ли поступать!

— Ты и в самом деле дура, — усмехнулась Инга. — Зачем мне куда-то поступать, если у меня такая внешность? Прыгну в постель к этому богачу, и карьера мне обеспечена, и без нудной учёбы.

Сказав это, Инга стремительно покинула уборную и, расталкивая окружающих, пробилась к самому центру событий. Вольдерман Шульцкий вскинул на неё взгляд своих волшебных глаз и улыбнулся. Но улыбка эта скорее была насмешливой, чем похотливой. Как будто он уже видел всё это сто раз и ему порядком надоели приставучие дамочки. Избалованный дамским вниманием, художник выжидал, что же скажет ему Инга.

Та самоуверенно улыбнулась и произнесла:

— Вольдерман Шульцкий, позвольте мне выразить восхищение вашими работами и вами. Я уверена, что вы непревзойдённый гений. Позвольте же мне обучаться у вас искусству.

— Мои услуги очень недёшевы, — степенно ответил художник.

— Я готова на любые условия, — ответила многозначительно Инга и сладострастно улыбнулась.

Алина в это время тоже вышла из уборной. Вид у неё был жалкий. Промокла не только одежда, но и лицо от слёз стало мокрым. Неожиданно ею овладела злость. Поступок Инги её просто взбесил. Как можно быть такой подлой?

Инга продолжала вертеться вокруг Шульцкого, вынуждая его дать ответ, берёт ли он её в ученицы. Она была уверена в неотразимости и соблазнительности своего внешнего вида и верила в успех. Но Вольдерман лишь с досадой поджал губы. Ему быстро наскучил глупый и льстивый галдёж вульгарной девицы, и он отвернулся от неё, не соизволив учтиво попрощаться или дать понять, что предложение отклонено. Инга растерянно хлопала размалёванными веками и не могла понять, почему её уловка не сработала. Алина, ставшая свидетельницей этой сцены, вдруг, сама от себя не ожидая, громко сказала:

— Господин Шульцкий! Позвольте мне стать вашей ученицей!

Вольдерман обернулся и увидел перед собой заплаканную девушку в мокрой водолазке и скромной юбке. Он удивлённо вскинул бровь.

— Позвольте представиться, — улыбнулась ему Алина, подавив в себе недавнее огорчение, вызванное поступком подруги. — Меня зовут Алина Злотарёва. Я учусь в одиннадцатом классе, а после школы мечтаю поступить в Суриковский институт. Ваши уроки были бы для меня полезны.

Вольдерман цокнул языком и как-то неопределённо пожал плечами.

— У меня уже достаточно учеников, — сказал мастер голосом, бархатным и твёрдым одновременно. — Я подумаю на досуге.

Он собирался уйти, но девушка остановила его.

— Подождите, — попросила она, — знаю, шансы мои невелики. Знаете, я приготовила для вас подарок.

— В самом деле, — продолжал удивляться художник.

— Да, — дрожа от волнения, ответила Алина, — я сочинила для вас стихотворение. Прошу вас, прослушайте его, ведь, скорее всего, мы с вами больше не увидимся и у меня не будет другой возможности преподнести вам этот дар.

— Что ж, послушаем, — сверля девушку глазами, ответил Вольдерман.

Алина, глубоко вздохнув и глядя на прекрасные картины, начала декламировать стихи:

— Небо слёзы льёт,

И ничего поделать нельзя,

Всё оттого, что морозы

Сковали людские сердца.

И безутешно туча

Рыдает навзрыд,

Всё оттого,

Что закон любви позабыт.

Но дождь не вечен

И не вечна тьма

Для тех, кто весел,

Для тех, кто не забыл добра.

Я позабуду

Горести ушедших дней,

И точно буду

Стараться стать добрей.

И небо вдруг слёзы

Лить перестанет,

И сгинут морозы,

Пора любви настанет.

Алина замолчала. Её трясло от волнения. Отовсюду послышались аплодисменты. Вольдерман вновь поджал губы, на этот раз размышляя о чём-то. Потом он улыбнулся Алине, протянул ей свою визитку и сказал:

— Поздравляю, Алина Злотарёва, вы только что стали моей ученицей. Завтра явитесь в восемь утра со всеми художественными принадлежностями по адресу, указанному на визитке. Мольберт можете не брать, у меня есть. Не забудьте захватить две тысячи рублей, столько стоит одно занятие. Не опаздывать.

— Спасибо! Спасибо, господин Шульцкий! — просияла девушка.

Инга, присутствующая при этом диалоге, психанула и ушла, не дождавшись Алину и, естественно, не извинившись перед ней. Вольдерман тоже удалился. Алина вне себя от счастья помчалась домой готовиться к завтрашнему дню.

На другой день Алина проснулась до восхода. Она ещё целый час могла нежиться в кровати, но от волнения девушка не могла сомкнуть глаз. Ещё с вечера ею было приготовлено всё необходимое для урока пейзажной живописи, но всё же она перепроверила всё ещё раз. А потом ещё. И ещё. После этого Алина пошла на кухню. Мама ещё не вставала, поэтому завтрак был не готов. Девушка достала из холодильника яйца и сделала омлет себе и маме. После того как блюдо было уничтожено, Алина взяла телефон, вошла в интернет и в очередной раз посмотрела, как ей проехать в коттеджный посёлок в ближнем Подмосковье. Именно там располагалось жилище известного художника. Девушка взглянула на часы и поняла, что скоро надо будет выходить из дома. Она надела удобные джинсы, серую водолазку и безрукавку. Было ещё тепло, сентябрь одаривал людей последним теплом. Алина взяла увесистую сумку, перекинула её через плечо и вышла из квартиры, предварительно оставив маме записку, что она поехала на занятие, как и было обговорено.

Автобус мчал девушку через МКАД. Было раннее утро, и пробки ещё не успели превратиться в серьёзную проблему для водителей и их пассажиров. За окном проносились всё те же многоэтажные махины, казавшиеся в рассветной дымке серыми скалами. Потом вдоль дороги потянулись поля и перелески. Наконец автобус затормозил возле остановки «Коттеджный посёлок». Алина вышла из автобуса и стала изучать указатели. Одна из табличек гласила: «Добро пожаловать в посёлок “Волшебная сказка”». Девушка пошла по направлению, указанному на табличке. Она миновала небольшую тополиную аллею и внезапно перед ней открылась удивительная панорама. Где-то вдалеке, отражая зарю, блестела река. Ещё дальше расстилались поля и луга, за ними чернел еловый лес, а на переднем плане виднелись трёхэтажные коттеджи. Каждый из них был шедевром современной архитектуры. Вот уж действительно сказка! Здания походили на древние замки, стилизованы они были под готику. Алина в восхищении замерла, разглядывая всевозможные шпили, стрельчатые арки и узкие вертикальные окна. Стены зданий были отделаны искусственным камнем, имитирующим старинное покрытие. От окружающего мира посёлок огораживал ажурный забор. Его чугунные решётки походили на стебли вьющихся растений. На проходной охранник потребовал предъявить паспорт, что девушка незамедлительно сделала. Её пропустили на территорию, указав нужный дом. Алина, робея, замедлила шаг. Она проходила мимо великолепных статуй, изображавших мифических чудовищ. Приблизившись к нужному дому, девушка замерла, обозревая трёхэтажный коттедж, крышу которого венчал вытянутый шпиль. Стены здания были тёмно-серого цвета, в одном из стрельчатых окон горел свет, хотя уже рассвело. К входной двери вела каменная лестница, обрамлённая с двух сторон кустами парковых роз. Тёмно-красные цветы то тут, то там яркими пятнами красовались на фоне желтеющих листьев. Поднявшись по ступеням, девушка нажала на кнопку электрического звонка. Послышалась мелодичная музыка. Дверь открыл пожилой человек, одетый в какой-то исторический костюм. Алина не знала, к какой эпохе принадлежит это одеяние, но восхитилась обилием кружев и сверкающих деталей. Мужчина учтиво поклонился и спросил:

— Извольте назвать ваше имя, милая леди.

— Я Алина Злотарёва, — представилась девушка, смутившаяся от такого пафасного обращения.

— Господин Шульцкий ждёт вас. Прошу.

Мужчина проводил девушку в гостиную, от интерьера которой захватывало дух. Несмотря на полумрак, помещение выглядело очень уютно благодаря обилию пёстрых ковров. Они были везде: на полу и на стенах. У Алины глаза разбегались, она стояла и не шевелилась, боясь осквернить такое великолепие.

— Прошу садиться, — предложил ей мужчина, указав на шикарный кожаный диван, отделанный золотой тесьмой. Надо сказать, что интерьер был выполнен в чёрно-красной гамме с присутствием золотистых элементов. Обстановка выглядела шикарно и торжественно. Алина заметила напротив камин, но он не горел. Она присела на краешек дивана. Не привыкшая к такой богатой обстановке, девушка чувствовала себя скованно и немного побаивалась появления хозяина коттеджа.

Посредине гостиной, больше походившей на зал, вверх вздымалась винтовая лестница с металлическими перилами. Её лакированные ступени поблескивали, освещённые редкими лучами, прорывавшимися в помещение сквозь полуоткрытые шторы, выполненные из бархата рубинового цвета. На лестнице послышались шаги. Мерные и чёткие. Их звук дробил тишину. Наконец Алина увидела и самого хозяина, спускавшегося со второго этажа. Вольдерман был как всегда напыщенно-элегантен. Утренний наряд его не уступал в изысканности тому костюму, в котором он красовался перед публикой накануне вечером. Шёлковая белоснежная рубашка с кружевными манжетами и таким же воротом напоминала одеяние знати былых времён. Безукоризненно чёрные брюки создавали в дуэте с рубашкой чёткий контраст. Почти белые волосы, зачёсанные назад, казались продолжением чрезвычайно бледного лица с острыми чертами.

— Приветствую вас, дорогая голубка, — мягким, но одновременно мужественным голосом произнёс Вольдерман и растянул в улыбке свои ярко-красные губы, выглядевшие немного хищно и пугающе.

— Доброе утро, господин Шульцкий, — подскочила с дивана Алина и начала заикаться от волнения. — Я поспешила сегодня к вам и, надеюсь, не разочарую вас.

— Что ж, мы это выясним на занятии, — степенно отозвался Вольдерман. — Не желаете ли чашечку кофе?

— Благодарю вас, но я уже завтракала. Хочу как можно скорее приступить к занятиям.

— Тогда прошу вас следовать за мной, милая барышня, — Вольдерман сделал приглашающий жест рукой. — Егор Иванович, — обратился он к пожилому человеку, открывшему дверь, — будьте так добры, донесите вещи Алины до моего парка.

— Слушаюсь, сударь, — ответил с поклоном Егор Иванович и взял у девушки её сумку.

Шульцкий повёл Алину во внутренний двор своего коттеджа. Там был разбит его собственный парк. Коттедж стоял на возвышении, забора по одной стороне участка не было. Вместо него красовалась живая изгородь из аккуратно постриженных кустов. После этой ограды начинался крутой откос. Прямо за ним текла река. Таким образом из парка открывалась удивительная панорама с видом на подмосковные поля и леса. Мечта живописца. Оказалось, что в парке много скамеек и установлены мольберты. Вольдерман указал Алине на один из них.

— Вот ваше рабочее место на сегодня, — сказал он. — Итак, располагайтесь. Достаньте свои краски и кисти, а я оценю их качество.

Алина повиновалась. Достав краски и кисти, она начала готовиться к работе.

Вольдерман взял полу израсходованный тюбик масляной голубой краски и стал придирчиво его осматривать. Неожиданно он выбросил этот тюбик в стоящую неподалёку урну. Алина растерялась, не зная, как реагировать на такое действие. Вольдерман продолжал брать её краски и выкидывать тюбики один за другим.

— Ваши краски никуда не годятся,— строго сказал он. — Фирма по их производству давно дисквалифицировала себя, выпуская откровенно некачественный товар.

— Но у меня хватило денег только на такие материалы... — оторопела девушка.

— Запомните, барышня, если вы хотите стать мастером, то должны пользоваться лишь самым лучшим. Мастер — это гениальный художник, а у гения должны быть лучшие краски, лучшие кисти, лучший холст и в конце концов лучшие картины! Только лучшее, барышня, только лучшее! Чтобы я не видел больше у вас этих дешёвых красок! Вам ясно?

— Да... но... как же я буду теперь рисовать? Вы выкинули все мои краски...

— Следующий урок, деточка, заключается в том, чтобы вы никогда не позволяли собой манипулировать! Вы сейчас должны были меня остановить, когда я столь бесцеремонно обошёлся с вашими вещами!

— Но я... я же не...

— Вы растерялись, ясное дело, — буркнул Вольдерман, — однако, если хотите стать мастером, вы должны усвоить ещё одну вещь: только мастер знает, какие материалы помогут ему создать шедевр. Он должен прислушиваться только к своей интуиции и опираться исключительно на свой опыт. Если вы привыкли рисовать этими красками, то должны были их сейчас защитить, не позволить мне отправить их в мусорку.

Алина окончательно растерялась.

— Понимаю, вы шокированы моим поведением, но, прошу заметить, вы сами позволили мне так себя вести с вами. Итак, что делать? Вы должны придумать, как выйти из сложившейся неловкой ситуации. Вам необходимо рисовать, красок нет. Что вы намерены предпринять?

— Ну... я, наверное, достану краски из мусорки....

— О нет! Нет! И нет! — воскликнул художник. — Ни в коем случае! Мастер никогда не должен так унижаться!

— Так что же мне делать? — начала раздражаться Алина.

— Вы должны потребовать у того негодяя, что причинил вред вашему имуществу, возместить вам ущерб.

— То есть я должна требовать с вас компенсацию? — неуверенно предположила девушка.

— Не просто компенсацию, — отозвался художник, — вы должны потребовать, чтобы я предоставил вам лучшие материалы. Лучшие! Требуйте. Я жду!

— Не могли бы вы... — начала неуверенно мямлить Алина.

— Стоп! — прервал её Шульцкий. — Никуда не годится! Требовать — это не клянчить, запомните! Представьте, если бы я так унижался? Это немыслимо.

— Вы испортили мои краски, не могли бы вы возместить мне ущерб... — сделала ещё одну попытку ученица.

— Опять не то! — прервал её Вольдерман. — Жёстче! Вы должны разговаривать жёстче! И быть жёстче. Только так сможете получить признание, вырвать его у толпы.

Алина задумалась, но потом более твёрдым голосом произнесла:

— Господин Шульцский, вы изволили выкинуть мои краски в мусорку. Теперь я требую возмещения ущерба!

— О, так уже лучше, — одобрил Вольдерман и крикнул, — Егор Иванович!

Старик, оказалось, был поблизости. Видимо, его скрывала листва, и Алина не заметила, что он присутствует при этой странной сцене.

— Слушаю вас, сударь, — с готовностью отозвался он.

— Принесите барышне краски, достойные мастера.

— Слушаюсь, — повторил старик и с поклоном удалился.

— Вы же, Алина, возьмите карандаши и приступайте к работе. Сделайте наброски. Вам, кстати, нравится эта панорама? Правда, она великолепна?

— Вы правы, — согласилась девушка, которая продолжала недоумевать по поводу экстравагантного поведения своего учителя.

Девушка приступила к работе. Она наметила линию горизонта, основные объекты, обозначила лес и реку. Вольдерман расхаживал по каменной дорожке между пожелтевшими клёнами и что-то бормотал себе под нос.

Спустя несколько минут появился Егор Иванович и протянул девушке краски. Алина так и ахнула. Это были краски, очень дорогие, той фирмы, чьей продукцией пользуются успешные живописцы.

— Это... это же... — девушка совсем сконфузилась.

— Берите, Алина, — повелительным тоном сказал Вольдерман. — Я мастер, и я лучший. А раз я лучший, мои ученики должны быть лучшими и пользоваться лучшим!

— Да, тщеславия вам не занимать, — осмелилась заметить ученица.

— Вы правы, барышня, — самодовольно отозвался художник. — Тщеславие — спутница успеха. Поэтому начинайте запасаться им уже сейчас.

Алина ничего не ответила и продолжала трудиться. Она приступила к работе красками. Девушка волновалась, так как Шульцский постоянно проходил у неё за спиной, иногда останавливаясь. Он не говорил ни слова, не давал подсказок или каких-то советов. Формат холста был небольшим, как раз для написания тренировочных этюдов, и девушка через полчаса уже закончила работу. Она вопросительно взглянула на учителя. Вольдерман пристально посмотрел на работу. В какой-то момент его зелёные глаза вспыхнули особенным блеском. Внезапно он схватил работу Алины и принялся мять её тонкими, но удивительно сильными пальцами. Девушка ошарашенно смотрела на него. Её шокировало не только то, что её работу так бесцеремонно уничтожили, но и то, что этот человек смог смять холст, наклеенный на твёрдую основу, так, словно это тетрадный лист. Её обида смешалась с удивлением.

— Никуда не годится! — заявил Шульцкий, выкинув то, что осталось от этюда, в урну. — Вы пишете как среднестатистический художник! Ни то ни сё. Так себе искусство.

На глазах Алины появились слёзы. Она сглотнула ком воздуха, застрявший у неё в горле. Между тем Вольдерман закрепил на мольберте чистый холст и приказал:

— Приступайте к работе вновь!

Но Алина не собиралась больше терпеть подобные выходки, она уже пожалела, что вообще решила брать уроки у Шульцкого. Девушка стала собирать свои вещи.

— Я, по-моему, достаточно чётко выразился, — злобно проговорил Вольдерман. — Приступайте к работе вновь!

— Прошу прощения, господин Шульцкий, — холодно отозвалась Алина, — я, видно, не достаточно хорошо рисую, чтобы быть вашей ученицей. Ведь у мастера должны быть лучшие ученики. Увы, это не про меня. Всего хорошего.

Она собиралась уйти, как вдруг почувствовала крепкую хватку на своём запястье. В недоумении девушка взглянула на художника, тот держал её за руку и не думал отпускать.

— Вы не знаете одного, милая барышня, — прошипел Вольдерман, — настоящие мастера должны сами сделать своих учеников лучшими. Именно этим я намерен с вами заняться! Немедленно прекратите вашу истерику и вернитесь к мольберту!

Говорил он так резко, и в голосе его было столько угрозы, что Алина не посмела спорить. Она вернулась к мольберту и сперва начала работать карандашом. Когда же дело дошло до красок, Вольдерман остановил её.

— Минуточку внимания, Алина, — обратился он к ученице на удивление мягким голосом, — скажите, вы в какой гамме собираетесь писать небо?

— В серо-голубой, — неуверенно отозвалась девушка.

— А почему? — поинтересовался Шульцкий.

— Ну... я так вижу... Сегодня облачно. На небе облака сероватых оттенков. Между ними просвет, в который видно кусочек голубого неба...

— Это всё не то! — оборвал её Вольдерман. — Это надоевшие всем шаблоны! Пошлость, одним словом. Серое, голубое... Всё это видит обыватель, но не художник. Это же небо! Понимаете? Небо! Там Бог живёт! Оно не может быть обыкновенным! Мысленно поднимитесь над облаками, посмотрите на них сверху. Представьте, как пробивается сквозь них тонкий солнечный луч, как он золотит ватную поверхность туч. Серый цвет сливается с солнечным золотом. А голубое небо... разве оно голубое? В нём отражаются миллионы озёр, рек, луж. В нём живут океаны! И вот на голубом фоне появляются микроскопические разноцветные крапинки. Это отражения сотен миров. Экспериментируйте с цветом, с формой, с содержанием. Смелее! Позвольте вашим глазам увидеть то, что они хотят увидеть, а не то, что видят миллионы других глаз.

Алина ощутила, как её сердце восторженно забилось. Она почувствовала, что Шульцкий прав: в каждом объекте, в каждом явлении необходимо найти что-то особенное, скрытое ото всех. И эту особенность художник должен донести до публики. Девушка стала детально рассматривать открывшейся перед ней пейзаж. Она интуитивно улавливала то, чего не могли видеть глаза, и выражала это с каждым нанесённым на холст мазком. Когда работа была закончена, Алина посмотрела на получившуюся картину. И она была прекрасна! Серое небо местами оделось в золото солнечных лучей. Река не просто вилась, подобно атласной ленте, она переливалась сверкающими бликами, словно улавливая и впитывая в себя редкие лучики солнца. Еловый лес на заднем плане не казался однообразной копией натуры. Он заключал в себя всевозможные оттенки, даже те, которые только предполагались.

— Поздравляю, — снисходительно произнёс Вольдерман, — это удачный этюд. Сегодня вы научились многому, милая барышня. Но впереди ещё много работы. Кстати, краски заберите себе. И не думайте возражать. Это за моральный ущерб, нанесённый вам моим методом преподавания. А сейчас я всё-таки настаиваю на чашечке кофе.

Алина на этот раз согласилась. В просторной гостиной уже полыхал камин. Его свет мягко лился в окружающее пространство. Только сейчас девушка заметила, что на тёмных стенах висят самые настоящие охотничьи трофеи. Над камином закреплена голова медведя. На противоположной стене — лося, кабана и оленя. Так же на стенах располагалось в большом количестве оружие: пистолеты, ружья, сабли. Их внешний вид говорил о том, что эти предметы принадлежали к ушедшим эпохам.

— У вас тут прямо музей какой-то, — заметила Алина, сидя на кожаном диване и попивая кофе из изящной фарфоровой чашки.

— О, это моя коллекция оружия. Ведь я ценю не только живопись.

— А эти животные? Вы сами их убили? — поинтересовалась девушка.

— Да. Это мои трофеи. Знаете ли, раньше охота была развлечением для высших слоёв общества. Вот я и развлекался.

— Раньше? — переспросила девушка.

— Пару веков назад, — уточнил Вольдерман.

— Но вы упоминали про себя. Вы же тогда не жили.

Шульцкий вдруг сделался мрачным. Красивые чёрные брови его встретились на бледном лбу. Он с досадой поджал губы и нехотя ответил:

— Разумеется, я тогда не жил... но мне свойственен дух, что царил во времена дворянства... впрочем, вам пора. Скоро ко мне придёт следующий ученик. С вами же я готов встретиться в следующее воскресение. И вот вам задание: пишите каждый день по этюду, договорились?

— Хорошо, — ответила Алина и достала из кошелька купюры. — Вот ваши деньги, что я вам должна за сегодняшнее занятие.

— Деньги передайте Егору Ивановичу, когда будете уходить, — поморщился Вольдерман, — а сейчас прошу извинить меня, мне необходимо удалиться.

Он резко встал, чуть поклонился и поднялся по винтовой лестнице на второй этаж. Алина тоже не стала засиживаться. Она, прихватив сумку, направилась к выходу.

Егор Иванович открыл дверь. Алина отдала ему плату за урок и, попрощавшись, покинула жилище экстравагантного художника. В голове у неё роились десятки мыслей. Она никак не могла сформулировать своё отношение к этому странному, дерзкому, но вместе с тем гениальному человеку.

Вечером Алина решила отдохнуть перед новой учебной неделей. Усевшись на диване, старшеклассница включила телевизор. Как раз на программе «Культура» шла передача про известных художников. Только Алина начала вникать в суть информационного потока, как её мобильник требовательно заверещал. Она посмотрела на дисплей и недовольно поморщилась. Звонила Инга.

— Алло, — неприветливо пробурчала Алина.

— Привет, — голос Инги был непринуждённым, как будто накануне ничего не случилось, — может, расскажешь, как провела время у художника, раз уж тебе посчастливилось больше, чем мне?

Алина, зная свою подругу, понимала, что той гордость не позволяет попросить прощения за выходку в туалете. Но Инга, движимая жгучим любопытством, преодолела досаду, возникшую из-за того, что Вольдерман её отверг. Вместо яркой и раскрепощённой красотки он выбрал эту серую мышку. Но это ещё больше разжигало в Инге любопытство, ведь Вольдерман поступил совсем не так, как поступил бы на его месте любой другой мужчина, добившийся признания и славы.

— Знаешь, Инга, господин Шульцкий очень оригинальный человек. И странный.

— Расскажи! Расскажи! — взвизгнула Инга от нетерпения.

Алина бесхитростно рассказала кокетке все подробности своего пребывания в доме художника, начиная от интерьера величественного коттеджа и заканчивая поведением знаменитости во время занятия. Она уже перестала обижаться на Ингу, и они болтали как ни в чём ни бывало. Проговорив по телефону битый час, Алина обнаружила, что интересующая её передача закончилась. Она попрощалась с Ингой и принялась переключать каналы.

— Не переключай, пожалуйста, дочка, — услышала она голос вошедшего в комнату отца. — Я хочу посмотреть новости.

— Хорошо, папочка, — не стала спорить Алина и остановилась на выпуске новостей. Девушка уже хотела уйти, как вдруг она услышала знакомое название. Репортёр изливал на зрителей пугающую информацию:

— Тревожная новость пришла к нам из ближнего Подмосковья. Недалеко от коттеджного посёлка «Волшебная сказка» два часа назад был обнаружен труп молодой девушки. Тело нашёл сотрудник местной природоохранной службы. Следствием возбуждено уголовное дело. На данный момент известно лишь то, что жертва полностью обескровлена. На шее и запястьях имеются небольшие ранки. Скорее всего, девушка стала жертвой адептов какого-нибудь сатанинского культа.

— Ничего себе! — сказал папа. — Совсем уже мир рехнулся.

— А для тебя это новость, пап? — проговорила Алина и выразительно посмотрела на отца. — Я сегодня там была. Брала уроки живописи.

— Да, да, я помню, — закивал мужчина, — поедешь ещё туда?

— Да, мы с господином Шульцким условились встретиться в следующее воскресение.

— Будь осторожна, дочка, — попросил Алину отец.

— Хорошо.

Учебная неделя пронеслась как стремительный ветерок. В субботу Алина выполняла домашние задания, зная, что в воскресение у неё не будет на это времени. Вечером она, как и в прошлый раз, приготовила всё необходимое для занятий живописью. Ночь прошла благополучно, подарив крепкий и здоровый сон.

Утром, когда ещё солнце не озарило мир приветливыми лучами, Алина, позавтракав, вышла из дома. Светлело теперь позже, и это было заметно, хотя прошла всего неделя. Алина села на нужный автобус. Салон был пустой. Почти пустой. У задней двери стоял высокий человек в длинном чёрном плаще. Лицо его скрывал капюшон. Обут незнакомец был в высокие чёрные сапоги с угрожающими шипами. Алине стало неуютно. Она вспомнила о выпуске новостей про обнаруженный в этих местах труп обескровленной девушки. К счастью, человек вышел на одну остановку раньше. Алина удивилась, заметив, что незнакомец углубился в заросли, всё ещё окутанные сумраком.

— Коттеджный посёлок, — объявил водитель.

Девушка вышла и устремилась по знакомой дороге, ведущей сквозь тополиную аллею. Казалось, что сумерки не хотели уползать из этого места. Алина ускорила шаг, чтобы быстрее оказаться среди людей. Ей было неприятно идти одной в полутьме, к тому же по земле клубился серый туман, скрывающий дорогу. Видимость оставляла желать лучшего. Алина видела максимум на десять метров вперёд, туман мешал разглядеть весь путь целиком. В прошлый раз в ясную погоду идти здесь было куда веселее. Сейчас же даже деревья казались зловещими, не говоря уже о воронах, которые сидели на нижних ветвях и разглядывали старшеклассницу. Внезапно даже эти наглые птицы чего-то испугались. Алина вздрогнула от резкого и тревожного карканья. Вороньё встрепенулось и поднялось в серое небо, изрядно напугав своим криком юную художницу. Алина задрожала. Капельки пота выступили у неё на лбу, ноги отяжелели. Когда птичьи крики смолкли, наступила не менее пугающая тишина. Алина, преодолевая страх, продолжила путь по дороге. Она не прошла и десяти шагов, как увидела, что впереди на дороге что-то лежит. Туман застилал предмет, позволяя разглядеть лишь его контуры. Девушка замедлила шаг, но всё-таки продолжала движение. Подойдя ближе, она обнаружила лежащую на обочине собаку. Та, по всей видимости, была мертва. Шерсть свалялась в грязи, глаза остекленевшими пустышками смотрели в небо.

— Бедняжка, — вздохнула Алина, — должно быть, тебя переехала машина, и ты потратила последние силы на то, чтобы доползти сюда и умереть среди этих тополей на радость воронам.

Она любила животных и печалилась, когда кто-то из братьев наших меньших умирал, тем более не от старости. Девушка хотела прикрыть собаке глаза, как это делают с умершими людьми. Она протянула руку к морде несчастного животного, но тут же отдёрнула её, увидев нечто пугающее. Приглядевшись как следует, девушка убедилась, что ей не показалось, на шее животного зияли две ранки, как от укуса какого-нибудь крупного хищника. Ей опять вспомнился репортаж недельной давности. У погибшей девушки тоже были на теле ранки от укусов. Следом за этим воспоминанием пришло другое, о человеке в чёрном плаще. Алину вновь проняла дрожь. Она поспешила продолжить свой путь в коттеджный посёлок. Однако, пройдя метров сто, в ужасе обнаружила, что забыла сумку возле погибшего животного. Колени её задрожали. Девушка остановилась в нерешительности, не зная, что делать. Наконец она решила, что необходимо вернуться за сумкой, ведь без неё урока живописи не состоится. Просить материалы у Вольдермана ей не хотелось, учитывая его непростой характер.

Алина медленно возвращалась назад. Туман и не думал расползаться, хотя солнце уже окончательно прогнало тьму. Девушка обрадовалась, увидев свою сумку, и кинулась к находке, но вдруг остановилась, потрясённо взирая на пустую дорогу. Сумка стояла там, где она её оставила, только трупа собаки не было! Алина почувствовала, как сердце интенсивно затрепыхалось, а саму её бросило в жар. Прошло ещё несколько мгновений, и девушка чуть не потеряла сознание от испуга, когда в ближайших зарослях хрустнула ветка. Ветви зашевелились, и на дороге показался тёмный человеческий силуэт, зловеще движущийся в клочьях тумана. Она вскрикнула и, заставив своё тело двигаться, побежала в сторону посёлка, бросив сумку на произвол судьбы. Незнакомец бросился следом. Старшеклассница обернулась лишь один раз, чтобы увидеть, как пугающе быстро сокращается расстояние между ней и её преследователем, лицо которого скрывал капюшон. Она рванула что было сил, но споткнулась и повалилась на землю. Время, казалось, замедлило свой ход. Алина лежала на животе, не смея оглянуться. Напряжение достигло своего апогея, и девушка разрыдалась.

— Что же вы такая нервная, барышня? — услышала она знакомый бархатистый, почти обволакивающий сознание голос. — Я устал гнаться за вами, да ещё и вашу сумку пришлось прихватить. А ведь настоящий мастер должен владеть своими эмоциями и оставаться хладнокровным при любых обстоятельствах.

Алина обернулась. Перед ней стоял, склонившись, Вольдерман Шульцкий и протягивал ей руку. Девушка беглым взглядом окинула его, заметив, что художник одет в чёрный кожаный плащ, а капюшон откинут. Она обратила внимание на ботинки своего преподавателя. Шипов на них не было.

— Вы будете продолжать валяться на земле и пялиться на меня так, словно я чудище лесное? — с лёгким раздражением произнёс художник. — Давайте вашу руку. Смотрите, вы запачкались вся.

— Где собака? — пролепетала Алина, продолжая недоверчиво разглядывать Вольдермана.

— Извольте, барышня, какая ещё собака? — не понял Вольдерман.

— Тут лежал труп собаки! — взволнованно объяснила девушка.

— Помилуйте, дорогая Алина, я решительно не понимаю, о чём речь... Дайте уже в конце концов вашу руку.

Алина обхватила руку Вольдермана, и он помог ей встать на ноги.

— Вы-то что здесь делаете, господин Шульцкий? — подозрительно прищурившись, спросила Алина.

— Я вас пошёл встречать, — невозмутимо ответил ей художник. — Если вы ещё не осведомлены, я вам сообщаю, у нас тут убийства странные произошли...

— Убийства? — удивилась девушка. — В новостях говорили лишь об одной погибшей девушке.

Вольдерман на секунду растерялся, но потом лицо его приняло обыкновенное надменное выражение.

— Вы правы, сударыня, — промолвил он, — конечно же, это был единичный инцидент. Но всё же я решил, раз преступник не пойман, вам опасно идти одной по этой пустынной аллее. Мало ли что. Вот и пошёл вас встречать. Хотел дозвониться до вас, да вы трубку не берёте. Не хочу же я, чтобы с моей ученицей случилось нечто ужасное. Однако мы с вами заболтались. Время-то идёт. Я не люблю выбиваться из графика, поэтому поспешим в мой коттедж. Там вы приведёте себя в порядок, и мы приступим к занятиям.

У Вольдермана дома Алина напилась чая и немного оправилась от испуга. Она приступила к живописи, уже полностью успокоившись. На этот раз художник не придирался и не выкидывал никакие фокусы. Он явно был чем-то озабочен и погрузился в раздумья. День пролетел как одно мгновение.

— Что ж, сегодня уже лучше, — снисходительно улыбнулся Шульцкий, рассматривая законченный этюд, — вы делаете успехи, голубушка. Прошу вас на неделе не забывать подходить к мольберту. В следующее воскресение принесёте мне то, что напишете за прошедшие дни. И в следующий раз мы, пожалуй, потренируемся рисовать с натуры. Человека.

— Хорошо, — проговорила Алина.

В дверь позвонили. Вольдерман посмотрел на часы.

— Мы с вами задержались, — сказал он, — ко мне уже пришёл следующий ученик.

Алина видела, как Егор Иванович впустил в здание какого-то молодого человека. Он был невероятно толстым и неуклюжим. Попрощавшись с учителем и вручив Егору Ивановичу деньги за занятие, Алина поспешила на автобусную остановку. Девушка ускорила шаг, когда вступила под раскидистые ветви тополей. Внезапно она услышала за спиной торопливые шаги. Дорога только что свернула, девушка не видела, кто к ней приближается. Она успела уже порядком испугаться, когда из-за поворота показался запыхавшийся Егор Иванович.

— Алина... — пропыхтел он, переводя дух, — подождите... Господин Шульцкий велел мне вас проводить и проследить за тем, что вы благополучно сели в автобус.

— Благодарю за заботу, — удивлённо проговорила старшеклассница, — но я думаю, если мы с вами встретим преступников, то...

— Не встретим, — прервал её старик, — эти преступники появляются лишь ночью и в сумерках.

— Тогда зачем меня провожать? — продолжала недоумевать девушка.

— А это чтоб ему спокойнее было, — объяснил Егор Иванович, — волнуется ведь за вас.

— За меня?

— Ну да, он хочет быть уверенным в вашей безопасности. Но не стоит здесь стоять и болтать, автобус, чего доброго, пропустите.

Мужчина взял Алину под руку, и только тут она обратила внимание на то, что он сжимает в руке металлическую трость.

— Вам же тяжело, наверное, на большие расстояния ходить, — промолвила она.

— Да чепуха, — махнул рукой Егор Иванович, — трость мне нужна больше для солидности, чем для опоры.

Они шли по аллее, и Алина обнаружила, что старичок передвигается достаточно бодренько. И тростью-то особо не пользуется.

Вскоре показалась автобусная остановка. Алина со своим провожатым дождалась своего рейса. Садясь в автобус, она поблагодарила Егора Ивановича за любезность и уехала. Старик постоял какое-то время на обочине, вертя задумчиво свою трость. Он не видел, как из-за кустов на него устремился злобный взгляд. Егор Иванович зашагал обратно по тополиной аллее, а за спиной у него промелькнула фигура человека в чёрном плаще и с накинутым на лицо капюшоном. Промелькнула и исчезла в чаще.

На следующее утро Алина встала, как обычно, рано, ведь ей нужно было идти в школу. Отец тоже рано вставал, его дежурство в больнице начиналось утром. Мужчина заварил себе кофе и включил телевизор, неизменный спутник его досуга. Выбор пал на программу новостей. Алина почему-то не хотела слушать новости, но пришлось. И отец, и дочь замерли и уставились на экран, когда на нём появились кадры из Подмосковья, а журналист сообщил пугающую новость:

— В районе жилого комплекса «Волшебная сказка» вновь обнаружен труп! На этот раз это молодой мужчина. Следствие подозревает, что это пропавший накануне житель Подмосковья Лёвушкин Иван. Парень отправился в лес за грибами и не вернулся домой. На теле обнаружены всё те же загадочные раны, похожие на укусы. Труп обескровлен.

— Ну, это уже слишком! — воскликнул Алинин отец. — Дочка, не езди больше туда. Каким бы крутым ни был твой преподаватель, оно того не стоит.

— Папочка, не переживай. Меня вчера и встретили, и проводили. Господин Вольдерман очень любезен.

— В самом деле? — скептическим тоном спросил отец.

— Да. Всё будет нормально.

— Ну, как знаешь, — хмыкнул мужчина, — но я всё же подумаю, стоит ли тебя туда пускать.

Алина ничего не ответила.

Неделя прошла так же быстро, как и предыдущая. Закрутившись с уроками и занятиями, Алина смогла за эти дни написать лишь один этюд. Она очень переживала по этому поводу. Что скажет учитель? Не будет ли он недоволен столь маленьким объёмом работы? Но делать нечего, надо ехать с тем, что есть.

Юная художница проделала привычный путь до остановки пригородного автобуса. Зайдя в салон, Алина боялась снова увидеть человека в чёрном плаще, но этого, к счастью, не случилось. Девушка расслабилась и, закрыв глаза, поудобнее устроилась на сиденье. За окном было сумрачно. Вдруг Алина чутьём уловила что-то пугающее. Она распахнула глаза и, глянув в окно, вскрикнула. На обочине стояла тёмная фигура. Лицо скрывал капюшон. Девушка с облегчением увидела, что двери уже закрылись, и жуткий человек остался стоять возле дороги. Её сердце бешено колотилось, а ноги онемели. Она всё ещё была сильно напугана, когда услышала, как объявляют нужную ей остановку. Девушка еле встала и на ватных ногах подошла к двери. Выйдя из автобуса, Алина начала озираться по сторонам. Она не поверила своим глазам, когда вновь увидела человека в чёрном. На остановке больше никого не было, автобус уже успел уехать. Но на этот раз испуг быстро прошёл, так как лицо этого человека никакой капюшон не скрывал, и она, к своему облегчению, узнала Шульцкого.

— Господин Вольдерман... — пробубнила она, — доброе утро.

— И вам не хворать, — послышалось в ответ, — на этот раз я не опоздал и подоспел как раз к вашему приезду, Алина. Однако вижу, вы чем-то озадачены. Надеюсь, в этот раз я вас не напугал?

— Не вы, — произнесла девушка, — меня напугал другой...

— В самом деле? — Вольдерман старался казаться равнодушным, но Алина заметила, как опасливо он начал озираться по сторонам. Это её удивило, неужто такой человек, как Вольдерман, боится кого-то?

— Не могли бы вы подробнее описать того незнакомца в чёрном плаще? — попросил Шульцкий, когда они уже шли по тополиной аллее.

— Ну, он в чёрном плаще, точно таком же, как у вас, а откуда вы, кстати, знаете, что он в чёрном плаще? — художница покосилась на Шульцкого с некоторой опаской.

— Продолжайте! — вместо ответа потребовал учитель.

— Лицо разглядеть невозможно, — продолжала рассказывать Алина. — На ботинках страшные металлические шипы...

— Довольно! — прервал её мужчина с явным раздражением.

Оставшуюся дорогу шли молча. Девушка чувствовала, что настроение у Шульцкого резко ухудшилось, он даже не пытался скрыть это. Всё время что-то ворчал себе под нос.

Когда они приступили к занятию, Вольдерман потребовал от Алины отчёт о проделанной за неделю работе и, как и опасалась девушка, произнёс целую тираду на тему того, какая она нерадивая ученица.

— Этого объёма катастрофически мало! — возмущался Вольдерман, сверкая своими изумрудными глазами. — Если вы хотите поступить в институт, необходимо трудиться целыми днями. Ну а, если вы собираетесь стать настоящим мастером, нужно заниматься и днём, и ночью. Чему я могу вас научить, если вы идёте на поводу у своей лени.

— Но я... — промямлила Алина, — у меня на этой неделе были сплошные контрольные... я готовилась...

— А! Это всё отговорки! — вспылил Шульский. — Просто вы негодная ученица! Ленивая и безответственная! Как так можно относиться к искусству? Возмутительная расхлябанность!

Алина глотала слёзы, силясь не расплакаться. Когда одна непослушная солёная капелька всё же скатилась по щеке, Шульцкий успокоился, будто того и добивался. У Алины же пропало всякое настроение работать.

— Так и быть, — буркнул художник, — на сегодня прощаю вас. Успокаивайтесь и приступайте к работе. Да где же это проклятая натурщица?!

Теперь он уже злился по другому поводу. Модель, которую он пригласил к себе для того, чтобы ученики его тренировались рисовать с натуры, почему-то задерживалась. Он звонил ей несколько раз, но ответа не было.

— Ну вот, вечно всё самому надо делать! — проворчал художник и заявил: — Видимо, придётся сегодня мне поработать моделью. Будете меня рисовать. И прежде, чем Алина успела что-либо сообразить, Вольдерман расстегнул рубашку и обнажил по пояс своё тело. Алина смущённо опустила глаза.

— Не беспокойтесь, юная леди, — как всегда, насмешливо сказал Шульцкий, — я не собираюсь раздеваться перед вами полностью. Достаточно и этого. Смотрите смелее. Где вы ещё увидите столь совершенные формы?

Алина взглянула на учителя и обомлела. Художник был прав. Его тело являло собой эталон мужской красоты. Статный, широкоплечий Вольдерман был похож на древнегреческого атлета. Его мускулы заиграли, указывая на физическую мощь их обладателя. Мужчина самодовольно улыбался, поставив одну ногу на тумбу и приняв величественную позу.

— Ну как? Не правда ли, я хорош? Скажу вам со всей ответственностью, что ни одна женщина из тех, кого я соблазнял, не устояла. Вы уверены в своей стойкости, Алина? Ведь страсть будет мешать работе.

— Господин Шульцкий, — пролепетала Алина, — что это такое?

— Что? — не понял он. — Это моё тело, что же ещё?

Но Алина, не отвечая, молча подошла к нему. Брови её сдвинулись, а лицо выражало озабоченность. Она никак сейчас не походила на жертву сладострастия. Вольдерман озадачился. Обычно девушки начинали восхищаться его фигурой, томно вздыхать, бросать пламенные взгляды. Но в поведении Алины не было ничего подобного. Она чрезвычайно взволнованно рассматривала его грудную клетку, на которой был отчётливо виден толстый шрам в области сердца.

— Что это за шрам, господин Шульцкий? — потрясённо спросила она. — Как вы получили такое страшное ранение?

Теперь Вольдерман был растерян, так как не получил от девушки ту реакцию, какую ожидал. Про шрам почти никто не спрашивал. Все были ослеплены его телом, и большинству учениц и учеников было плевать, что это за шрам и откуда он взялся. Но во взгляде Алины мастер прочитал не только неподдельный интерес, но и сострадание, на что он вообще не рассчитывал.

— Э... в общем это долгая история... — сконфузился он.

— Вы были ранены? — продолжала допытываться Алина. — Но как вы выжили, ведь, судя по толщине шрама, рана была страшной? Здесь же сердце находится! А это очень опасно.

— Я не готов сейчас об этом говорить, — резко ответил Вольдерман, — вы слишком любопытны. Это опасно. Приступайте к работе! Немедленно!

Алина пожала плечами, но посмотрела при этом ему в глаза, на этот раз не отводя своих. Шульцкий сделался мрачнее тучи и позировал молча, изредка угрюмо поглядывая на ученицу и иногда делая замечания.

Когда они закончили, Вольдерман всё с тем же угрюмым видом посмотрел работу.

— Пойдёт, — хмыкнул он, — но кое-что вы неправильно сделали.

Тут последовал подробный разбор ошибок, допущенных юной художницей. Алина терпеливо выслушивала и даже пропустила мимо ушей некоторые колкости в свой адрес. У неё создалось впечатление, что Вольдерман опять хочет довести её до слёз, и она твёрдо решила во что бы то не стало не поддаваться.

— Что скажете, Алина? — спросил её художник. — Вы вообще слушали, что я вам тут говорил?

— Слушала, — твёрдо ответила девушка, — скажите, Вольдерман, зачем вы изображаете из себя бесчувственного эгоиста?

— Не понял, — вытаращил на неё глаза мужчина.

— Вы строите из себя бесчувственного эгоиста, — повторила девушка, — хотя это не так.

— Это как раз так, — ответил художник, — странно, что вы всё ещё сомневаетесь.

— Если бы вы были эгоистом, вряд ли бы стали встречать меня рано утром, чтобы сопровождать до своего жилища.

— Это просто вежливый жест, — отозвался мужчина, — я же джентльмен.

— Вы плохой лжец, господин Шульцкий, — заявила Алина и сама себе удивилась, — знаете, иногда неплохо показываться людям в своём истинном свете.

— В истинном свете! — вспылил Вольдерман. — Да вы даже не знаете, что если я вам покажусь в истинном свете, вы и до утра не доживёте!

— Что вы имеете в виду? — насторожилась Алина.

— Всего хорошего! — отрезал художник. — Егор Иванович проводит вас до остановки.

Он накинул на себя чёрную рубашку и поспешно удалился.

Алина устремилась к выходу.

— Позвольте, Алина, вас проводить, — поспешил за ней Егор Иванович, и Алине ничего не оставалось делать, как согласится.

Когда девушка оказалась дома, она всё ещё не могла успокоиться. Любопытство, смешанное с состраданием, не давало ей покоя. Она почувствовала, что экстравагантная личность Вольдермана овеяна какой-то тайной. И это не пиар знаменитости. Всю последующую неделю Алина постоянно думала о Шульцком. Стоило ей подойти к мольберту, как перед глазами всплывали картинки, связанные с художником. Она начала искать в интернете информацию про Вольдермана. Пересмотрела интервью и репортажи о нём. Художник привлекал своей несомненной гениальностью, изысканными манерами, которые не мешали ему вести себя подчас вызывающе.

«Кто же он всё-таки такой? — рассуждала Алина. — Гениальный мерзавец или человек с ранимой душой, скрывающий её под надменной маской гордыни?» Эта тайна не давала девушке заснуть по ночам.

Как-то вечером, в середине недели, когда девушка приступила к выполнению школьных уроков, позвонила Инга и взволнованно затараторила в трубку:

— Алина! Срочно включи новости! Это что-то невероятное!

Алина бросилась к телевизору, проклиная выпуски новостей, в которых смаковались все самые жуткие события. Включив нужный канал, Алина увидела знакомый ей пейзаж, ведь речь в репортаже вновь шла о коттеджном посёлке «Волшебная сказка»

— Очередное убийство произошло в этом райском уголке Подмосковья, — сообщил репортёр, — и вновь жертва найдена в лесу. Вновь обескровлена. На этот раз это известная фотомодель Ирина Клюкова. В минувшее воскресение родные девушки заявили об её исчезновении и забили тревогу. Как стало известно следствию, последним, с кем она разговаривала, оказался известный художник, Вольдерман Шульцкий. Он уже опрошен в качестве свидетеля, а теперь согласился ответить и на наши вопросы. На экране появился Вольдерман. Его лицо имело крайне мрачное выражение. Алина пожирала глазами экран.

— Господин Шульцкий, вы знали погибшую? — спросил у художника журналист.

— Да, Ирина работала у меня натурщицей. Она присутствует на многих моих картинах и на работах моих учеников. В то воскресное утро она должна была прийти ко мне домой, ведь я планировал, что Ирина будет позировать для моих учеников. К сожалению, девушка так и не объявилась, а дозвониться до неё я не смог. Мне очень жаль. Соболезную родным и близким Иры. Ужасная трагедия.

— Полиция прочёсывает лес, но никаких улик, как и в предыдущих случаях, не найдено, — продолжал рассказывать репортёр, — жители Подмосковья обвиняют власти в бездействии, волонтёры патрулируют улицы и лесные тропы в тёмное время суток.

Алина дальше не слушала. Она старалась вспомнить все подробности последнего посещения злополучного посёлка. Школьница помнила, как Вольдерман напугал её, внезапно появившись на тополиной аллее в чёрном одеянии. Да и характер у него вспыльчивый. Вполне возможно, он психопат, убивающий людей. Гении часто имеют какие-либо отклонения в психике. С другой стороны, Вольдерман явно не знал об убийстве и вполне искренне возмущался тем, что натурщица не пришла вовремя. Значит, он понятия не имел о том, что она мертва, следовательно, убивал не он. Тогда кто? И почему все жертвы обескровлены? Сделал ли это тот человек в чёрном плаще? Столько вопросов и нет ответов. Алина решила дождаться воскресения и учинить Вольдерману допрос, плевать, пусть возмущается. Девушка насилу дождалась воскресного утра. Она, как всегда, встала ещё затемно. Телефонный звонок в такое раннее время заставил её насторожиться.

— Алло, — с тревогой произнесла она.

— Алина? — услышала она голос Егора Ивановича.

— Да, это я, — удивилась девушка, — что случилось?

— Дело в том, что я звоню по просьбе господина Шульцкого, — сообщил мужчина, — он просил вам передать, что сегодняшнее занятие отменяется.

— Как отменяется? — ошарашенно воскликнула Алина. — Отменяется только моё занятие?

— Нет, господин Шульцкий отменил все занятия, запланированные на сегодня. Дело в том, что он неважно себя чувствует...

— Он что, болен? — разволновалась Алина. — Дайте мне с ним поговорить!

— Боюсь, сейчас это невозможно, — виновато отозвался Егор Иванович, — он не в состоянии с кем-либо общаться....

— Так всё серьёзно?

— Не беспокойтесь, Алина, в следующий раз он уже будет в состоянии провести урок...

— Да что случилось? Вы мне объясните или нет? — возмутилась девушка.

— Всего доброго, Алина.

Послышались гудки.

Алина, встревоженная этим звонком, не знала, что ей делать. Она заметалась по своей комнате. Потом попыталась вновь лечь спать, раз уж пропала необходимость тащиться за город. Но сон, естественно, не мог побороть её душевное смятение и заставить девушку сомкнуть глаза. Алину не покидало ощущение, что с Вольдерманом что-то случилось, причём случилось что-то плохое. Наконец она встала, вновь походила по комнате, а потом начала собираться. На улице уже был октябрь, и холод, окончательно расправившись с бабьим летом, вступил в свои права. Полуголые деревья качали печально ветвями, будто прощаясь с теплом, махали своими деревянными руками. Алина неслась к остановке пригородных автобусов. Насилу она дождалась транспорта. В салоне автобуса она то и дело переходила с места на место, пытаясь унять своё волнение. Вот и знакомая остановка. Девушка буквально спрыгнула на придорожный гравий и огляделась. Ничего подозрительного. Ни мёртвых собак на дороге, ни зловещей фигуры, ни тумана. Осеннее солнце хоть и не грело, но зато разогнало сумрак. Алина побежала по тополиной аллее. Тревога сковала её душу. Неужели с Вольдерманом произошло что-то ужасное? Она не хотела верить в это. К тому же её удивило то, с каким трепетом она стала относиться к своему учителю живописи.

Добежав до коттеджа художника, Алина принялась отчаянно барабанить в дверь. Когда та открылась, на пороге стоял неизменный Егор Иванович. Он явно не ожидал гостей, не ожидал он и того, что старшеклассница бесцеремонно войдёт в помещение.

— Алина! Вам сюда нельзя! — попытался остановить её мужчина.

Но девушка не слушала его, она стремительно вошла в зал с камином и увидела Вольдермана...

Он лежал на кожаном диване с оголённым торсом. Его белые длинные волосы были беспорядочно разбросаны по шёлковой подушке. Каплями пота был усеян его бледный лоб. Руки мужчины дрожали. Алина ахнула и прикрыла от ужаса рот, увидев, многочисленные раны на теле учителя. Чёрная кровь струилась из них на пол. Рядом валялся окровавленный меч, видимо, из коллекции Шульцкого. Тут же валялась белоснежная рубаха с кружевными манжетами и воротом, так же вся в крови. Девушка вскрикнула. Вольдерман распахнул глаза, ярче обычного сияющие изумрудным блеском. Ноги девушки подкосились, она осела на ковёр, но сознание не потеряла.

— Алина? — удивился Вольдерман. — Что вы тут делаете? Егор Иванович... он же обзванивал всех...

— Я... я беспокоилась за вас... господин Шульцкий... полагаю, не зря...

— Вы беспокоились за меня? — спросил потрясённый Вольдерман.

— Конечно... вы же мой учитель...

Сзади неслышно подошёл Егор Иванович.

— Придётся девушке преподать урок, — угрожающе прошипел он, — нельзя врываться в чужие дома.

— Не смей! — резко одёрнул старика художник.

— Но она уже многое увидела... — возразил Егор Иванович.

— Не смей её трогать! — глаза Вольдермана гневно вспыхнули.

— Хорошо, как знаете, — проворчал мужчина, — но учтите, я предупреждал...

— Принесите мне лучше лекарства, — приказал художник.

Старик удалился, а Алина встала и нерешительным шагом подошла к учителю.

— Нужно вызвать скорую, — начала она.

— Не надо, — возразил художник, — она мне не поможет... сейчас я кое-что выпью и буду как новенький.

— Что с вами произошло? — осторожно спросила девушка.

— Можно сказать, я повздорил с сородичами, — невесело усмехнулся Вольдерман.

— С сородичами? Может, это те люди, которые совершают загадочные убийства?

— Вы на редкость проницательны, барышня, — прохрипел Шульцкий и откашлялся, — уверяю вас, теперь убийства прекратятся.

— Откуда такая уверенность? — насторожилась девушка.

— Я, скажем так, охладил пыл этих негодяев. За что и поплатился здоровьем. Но не переживайте, раны мои скоро исцелятся.

В зал вошёл Егор Иванович. Он держал в руках какой-то позолоченный кубок, который протянул раненому. Вольдерман стал жадно поглощать его содержимое. Тело его задрожало, как в каком-то сладострастном экстазе, и Алина, к своему удивлению, если не к ужасу, увидела, как раны на теле Вольдермана стали быстро затягиваться. Вскоре от них не осталось даже шрамов. Только запёкшаяся кровь свидетельствовала о ранениях. Но старый шрам в области сердца по-прежнему оставался на месте. Потрясённая девушка не могла произнести ни слова.

— Вы уверены, что не стоит принять специальные меры? — спросил Егор Иванович, кивнув на Алину.

— Не стоит, — окрепшим голосом ответил Шульский, — она никому ничего не расскажет. Ведь так, дорогая Алина?

— Я буду хранить вашу тайну, господин Шульцкий, — пролепетала девушка, всё ещё не оправившись от шока.

— Что ж, думаю, стоит выпить чайку, — как ни в чём не бывало произнёс художник, — только позвольте мне сперва привести себя в порядок. Мои встречи с родственниками оставляют следы на теле и одежде... у меня с ними натянутые отношения...

Вольдерман ушёл в душ. Алина осталась стоять возле камина, замирая от страха и наблюдая, как Егор Иванович складывает в мешок для мусора окровавленную рубашку, предварительно вытерев ею меч. Потом старик удалился, бросив на Алину недобрый взгляд. Вольдерман явился через несколько минут, как всегда, одетый с иголочки. На этот раз на нём были неизменные тёмные брюки и потрясающая шёлковая рубашка со строгим воротом изумрудного цвета. Она приятно сочеталась с цветом глаз её владельца и делала мужчину ещё более привлекательным.

Учитель жестом пригласил Алину сесть. Девушка не посмела отказаться, решив, что перед ней какой-то могущественный колдун или ещё кто-нибудь в этом роде. Егор Иванович принёс на подносе чашку чая с конфетами и поставил его на журнальный столик. Вольдерман пристально посмотрел на старика, и тот удалился.

— Итак, вы явились сюда, потому что переживали за меня? — вальяжно развалившись на другом конце дивана, спросил художник.

— Это так... — неуверенно начала Алина, — я подумала, быть может, вы больны и вам необходима поддержка...

— И вы решили мне её оказать? — уточнил мужчина.

— Конечно, разве можно оставаться в стороне, когда речь идёт о хорошем знакомом или о друге...

— Рад, что вы считаете меня своим другом, — сверкнув глазами, проговорил Вольдерман, — однако учтите, что ни одна живая душа не должна знать о том, что вы здесь увидели.

— Хорошо, — пообещала Алина, — но взамен я хочу услышать хоть какие-то объяснения.

— Каких вы ждёте объяснений?

— Скажите честно... — Алина помедлила, — вы их действительно убили? Тех злодеев, что оставляли после себя обескровленные трупы?

Вольдерман немного помолчал, а потом твёрдо ответил:

— Да.

В разговоре наступила пауза, которую не стремился прервать ни один из собеседников. Наконец Алина продолжила расспросы:

— Если вы знали убийц, почему не сообщили о них в полицию?

— Поверьте, полиция здесь бессильна. Пусть она ловит обычных преступников.

— А это не обычные преступники? — продолжала любопытствовать Алина.

— Необычные, ибо они не люди.

— Тогда кто они? — вновь спросила девушка.

— Вампиры, — послышался шокирующий ответ.

— Вампиры? — сердце Алины заколотилось, а в голове поднялся целый вихрь мыслей. — Вы хотите сказать, что... но вампиров не бывает.

— Увы, вы ошибаетесь, милая барышня. Вампиры реальны так же, как и мы с вами. Вспомните особенности этих убийств. Все жертвы были обескровлены.

— И то правда... — пробормотала девушка.

— Поскольку я кое-что знаю о них, то смог их уничтожить. Если честно, мне не впервой.

— Вы хотите сказать, что убивали и раньше вампиров? — ошарашенно спросила Алина, начиная подозревать Вольдермана в сумасшествии.

— Я охочусь на этих тварей уже много лет, — пояснил Вольдерман, — увы, среди них есть и мои родственники. У нас, можно сказать, семейный конфликт.

— Но в таком случае вы-то кто такой?

— Я охотник на вампиров, — без тени сомнения заявил Шульцкий, — однако хватит об этом. Если вы попили чаю, то приглашаю вас на прогулку, ведь всё равно время для занятий упущено. Вы согласны?

— Да, согласна, — озадаченно ответила Алина.

Они вышли из коттеджа, и Вольдерман повёл девушку в противоположную от аллеи сторону. Перед ними открылся захватывающий вид на яблоневый сад. Они вступили под сень оголённых деревьев. Жухлая листва шелестела у них под ногами. Ватные облака низко весели над землёй. Серая дымка скрывала поверхность искусственного пруда, берега которого были вымощены камнем. Брызнул дождь. Вольдерман раскрыл зонтик, предусмотрительно прихваченный им в прихожей.

— Моё любимое время, — мягко сказал он, — я люблю дождь.

— Почему? — полюбопытствовала Алина. — Обычно люди не любят мокнуть.

— Когда плачет небо, я вспоминаю о своей собственной судьбе. Этот плач созвучен с моим внутренним состоянием. С небом наедине не нужно притворяться счастливым, можно плакать вместе с ним.

— Вы не похожи на страдальца, но тем не менее я чувствую, что вас гложет какое-то горе... — Алина украдкой взглянула на художника и, к своему удивлению, увидела, как из его глаз текут слёзы.

Вольдерман смотрел на небо и плакал. Алине стало неловко, но прервать эти слёзные излияния она не решалась. В пруду плавали утки. Они не обращали внимания на дождь и почему-то не торопились лететь в дальние края. Жёлтые травы, прощаясь с жизнью, гнулись к почве. Могучий дуб в окружении яблонь казался ещё более величественным, чем был на самом деле. Он, не боясь ветров, раскинул в стороны ветви и походил на гигантский буро-рыжий шатёр. Вольдерман вытер слёзы и натянул на лицо одну из тех своих улыбок, которыми приветствовал публику. Алина подумала: «Вот сейчас он снова притворяется. А минуту назад был настоящим. Страдающим и непонятым».

— А чём вы думаете, Алина? — спросил Шульцкий.

— А... Да так... пейзаж красивый, хоть и унылый.

— Да, природа — это неиссякаемый источник вдохновения. Однако нам пора, если вы не хотите простудиться. Знаете, я лично отвезу вас домой. И ещё кое-что хочу вам сказать. Теперь вы будете заниматься у меня бесплатно.

— Но, господин Шульцкий, в этом нет никакой необходимости... то есть, я хочу сказать, вы не обязаны...

— Опять много слов, — вздохнул художник, — женщинам, право, лучше побольше молчать. Я принял такое решение. Ведь вы, Алина, единственная из многочисленных моих учеников примчались ко мне домой, узнав о моём нездоровье. Никто даже не перезвонил мне, чтобы сказать слова поддержки. Вот тебе и знаменитая личность. Большинству людей я нужен только тогда, когда со мной всё в порядке. Но вы не такая. Вы способны искренне переживать за ближнего. И я благодарен вам за это, поэтому, будьте добры, не возражайте. Платить за занятия вам больше не надо. А сейчас пора отвезти вас домой.

Шульцкий довёз девушку до подъезда. Припарковался и сам открыл дверцу автомобиля, галантно подав Алине руку, чтобы помочь выйти из машины. Девушка заметила, что настроение учителя вновь поменялось. На лице не было надменной улыбки. Вольдерман выглядел уставшим. Он чуть кивнул, прощаясь со своей ученицей.

С тех пор Шульцкий никогда не позволял себе как-то экстравагантно себя вести с Алиной. Напротив, он стал очень обходительным и чутким. Уроки свои, как и обещал, давал абсолютно бесплатно. Летели недели, осень сменилась зимой, особенно холодной в тот год. В коттедже художника отапливался только первый этаж, и Алина удивлялась, как это он спит в ледяной спальне. Однако, вспомнив о причудах Шульцкого, решила, что он ночует на кожаном диване возле камина. Занятия их переместились именно туда. Пока снаружи свирепствовала вьюга, девушка писала натюрморты под чутким руководством мастера. Когда же выдавались тёплые деньки, они шли на веранду, чтобы у Алины появилась возможность писать зимний пейзаж. Находясь в гостях у Вольдермана, девушка словно попадала в иной мир, мир, полный изысканных манер и неувядаемой старины. Время словно законсервировалось в этих стенах. Интерьер, богатая обстановка, облик самого хозяина будто переносили её на несколько столетий назад. Алина чувствовала себя принцессой или придворной дамой, и это ей очень нравилось. Убийства в коттеджном посёлке прекратились с того самого дня, как был ранен Шульцкий. А с Ингой общаться девушка почти перестала, потому что все мысли Алины теперь были заняты лишь этим странным, но гениальным мужчиной. Она несколько раз пыталась вывести его на откровенный разговор, чтобы получше узнать о его происхождении, детстве, семье. Но Вольдерман учтиво уклонялся от ответов.

Однажды, когда зима была уже на исходе, престарелая бабушка Алины занемогла. Она жила в соседнем доме и была очень активной пожилой женщиной со светлым и живым разумом. Старушка имела особый дар находить общий язык с молодёжью. Иногда Алине даже казалось, что бабушка для неё лучшая подруга. Хотя, конечно, это всё-таки было не так. В тот день девушка, узнав, что бабуля слегла, решила её навестить. Она накупила продуктов и пришла к ней в гости.

— Ох, надоело мне валяться в постели, девочка моя, — заявила старушка, — надо бы прогуляться.

— Бабуля, ты что! — возмутилась Алина. — Тебе надо лежать.

— Ох, в гробу отлежусь, — хихикнула пожилая женщина, — там торчать придётся вплоть до Страшного Суда. А это, знаешь ли, долго.

— Бабушка, ложись в постель, — уговаривала её Алина, но активная старушка упрямилась, как маленький ребёнок.

Наконец Алина рассердилась и заявила:

— Не ляжешь в постель, вызову скорую, которая увезёт тебя в больницу.

— Ой, не надо, внучка! Для меня больница хуже смерти.

— Я знаю, — улыбнулась Алина, — поэтому в прошлый раз ты оттуда сбежала, помню этот случай.

— А что мне было делать, если врачи не хотели меня под расписку выписывать? А тут Новый год. Вот я и пустилась в бега. Дет твой ещё жив был. Он так и сел на табурет, увидев меня в квартире.

— Бабуля, ты у меня удивительная женщина, однако здоровье надо поберечь.

— Хорошо, я лягу в постель, если расскажешь мне что-нибудь интересное. Я что-то давно ничего не слышала о твоём учителе по живописи. Как там его...

— Вольдерман, — напомнила Алина, — Вольдерман Шульцкий.

— Точно! — ответила бабушка, ложась в постель. — Представь себе, я даже не знаю, как он выглядит.

— Да его все знают, — отозвалась внучка, — по телевизору часто репортажи о нём.

— Ой, ну ты же знаешь, что я не люблю смотреть этот, как вы точно выражаетесь, зомбоящик, вот! И с компьютерами я не очень. Новости узнаю от подруг.

— Неудивительно, — усмехнулась Алина, — про всезнающих бабушек на лавочке все в курсе, даже анекдоты про них рассказывают.

— Между прочим, эти новости самые достоверные, потому что они идут, так сказать, из народа.

— Ладно, согласна, — рассмеялась Алина, — а Вольдермана я тебе сейчас покажу.

Девушка достала телефон и нашла фотографию, которую сделала, гуляя недавно с художником по заснеженному лесу в поисках вдохновения. Было холоднее, чем ожидалось, и Алина замёрзла. Вольдерман, заметив, как у девушки дрожит челюсть, незамедлительно снял с себя дублёнку и накинул её на плечи. При этом мужчина остался в тонкой чёрной рубашке. На все протесты Алины он заявил, что ему не холодно. Алина удивилась, не обнаружив обратного. Шульцкий выглядел, как всегда, превосходно. Она не удержалась и уговорила учителя попозировать ей для снимка. Фото и в самом деле получилось очень художественным. На белом снегу среди заснеженных елей стоял красивый молодой мужчина. Элегантные брюки и рубашка лоснились от солнечного блеска, подчёркивая аристократическую бледность своего хозяина. Волосы были зачёсаны назад и белоснежными струями спускались на плечи. Глаза с хитрым прищуром смотрели в объектив. Алина показала эту фотографию бабушке.

— О! Какой красавчик, — хитро улыбнулась бабуля, — я бы с таким потанцевала. Да и на свидание неплохо бы сходить... Дай-ка мне очки, хочу как следует разглядеть этого принца.

Алина выполнила её просьбу. Старушка озорно подмигнула внучке, улыбнулась, надела очки и принялась тщательно изучать фотографию. Текли секунды, улыбка пожилой женщины стала исчезать. Вместо неё на лице старушки появилось озабоченное выражение.

— Алиночка, ты что за фото мне показываешь?

— Как что за фото? — не поняла внучка. — Ты просила показать Вольдермана Шульцкого, я его тебе и показываю.

— Но это никакой не Вольдерман Шульцкий, — взволнованно возразила бабушка.

— А кто же? — удивилась девушка.

— Этого человека зовут Альберт Грингер.

— Бабушка, что ты такое говоришь? Какой ещё Альберт? Это же Шульцкий, известный мастер своего дела. Он знаменитый художник.

— Нет, — заупрямилась старушка, — я ещё в доброй памяти. На фото Альберт Грингер. И никакой он не художник, а музыкант. Я даже была на его концерте в 1974 году. Он австриец, прославившийся своим непревзойдённым на тот момент талантом. Виртуозно играл на самых разных музыкальных инструментах, но больше всего любил скрипку.

— Бабуль, у тебя от температуры что-то перепуталось в сознании. Ты же сама всю жизнь играла в оркестре, вот и мерещатся тебе всюду музыканты.

— Послушай, девочка моя, — немного рассерженно проговорила старушка, — не пытайся записать меня в склеротики или параноики. Я прекрасно знаю, что на фото известный музыкант. Я была на его концерте, единственным, между прочим, в Москве! Погоди минуточку... я тебе сейчас докажу, что меня рано списывать со счетов...

Старушка, кряхтя, встала с кровати и, несмотря на протесты внучки, полезла в тумбочку, стоящую возле шкафа. Открыв небольшие дверцы, пожилая женщина достала с верхней полки потрёпанную картонную коробку. Алина помогла опустить её на пол. Бабушка, заняв место за столом, поторопила её:

— Неси-ка сюда мой фотоархив.

Алина, чихая от пыли, поставила коробку на стол. Бабушка, потерев ладони друг о друга, сняла крышку. В коробке лежали чёрно-белые фотографии и вырезки из старых газет.

— Где же тут была эта статейка... — бубнила старушка себе под нос, — так-так... это не то... это про смерть Сталина... про холодную войну... Вот! Вот эта статья! — Старушка победоносно подняла над головой пожелтевший газетный лист. — Изволь ознакомиться.

Алина взяла в руки старую газету 1974 года и прочитала заголовок статьи: «Москву посетил выдающийся музыкант нашего времени, Альберт Грингер».

Под текстом было размещено фото на удивление хорошего качества. Красивый мужчина, одетый в элегантный костюм, сжимал в руке скрипку и дерзко взирал с газетного листа. Алина сразу узнала этот взгляд, полный презрения и вызова, эти волосы, осанку, плечи. Это был Вольдерман Шульцкий.

Несколько минут потрясение не давало Алине произнести хоть что-то. Она почувствовала, как её бросило в жар.

— Ну! Что я говорила? — самодовольно спросила женщина, заметив, какое впечатление произвёл на её внучку этот давний снимок.

— Но как же это... — Алина была шокирована, — здесь, должно быть, какое-то недоразумение...

— Может, они родственники? — предположила бабуля. — Поэтому так похожи?

— Бабушка, ложись ты лучше в постель. А мне надо кое-куда наведаться...

— К Шульцкому этому, что ли? — догадалась женщина.

Алина ничего не ответила, быстро оделась и выбежала из квартиры. Она даже не стала заходить домой, сразу помчалась на остановку пригородных автобусов. Сердце её колотилось, мысли путались, в душе рождалась злость от бесконечных неразгаданных тайн. Теперь настало время всё выяснить окончательно, иначе она сойдёт с ума.

Было три часа дня, и снег ослепительно сиял на солнце. Небесное светило уже чувствовало, как к нему возвращаются силы, оно уже даже чуть грело кожу на щеках. Воробьи бешено щебетали от нетерпения, требуя наступления долгожданной весны. Но зима всё ещё крепко держала бразды правления в своих ледяных руках.

В салоне автобуса было много народа, люди ехали на выходные на дачные участки, соскучившись по огородным делам. К весне следовало проверить садовый инвентарь. Да и хорошая погода так и манила за город. Внезапно взгляд Алины упал на заднее сиденье. Как раз мужчина, мешавший до этого обзору, вышел на остановке. На сиденье чернела фигура мужчины, глаза его скрывал капюшон. Алину передёрнуло. Она должна была выйти на следующей остановке. Давненько не объявлялся здесь этот тип. Автобус снизил скорость, Алина приготовилась к выходу, боясь, что незнакомец выйдет следом. Она поспешно спрыгнула на утоптанный снег. Ожидание. Нет, ничего страшного не случилось. Вместе с девушкой из автобуса вышли ещё несколько человек, мужчины в чёрном среди них не было. Алина, переведя дух, поспешила к тополиной аллее, на ней было многолюдно, ведь день был в самом разгаре. Юная художница чуть ли не бегом передвигалась вдоль стройного ряда заснеженных деревьев. Наконец она с остервенением нажала звонок на массивной двери коттеджа. Егор Иванович, как всегда, с поклоном встретил её.

— Господин Шульцкий отдыхает, — сообщил он, — извольте зайти попозже.

— Отдыхает! — воскликнула девушка. — Я никуда отсюда не уйду, пока не поговорю с ним!

Она хотела протиснуться внутрь, но старик, к её немалому удивлению, проявил небывалую сноровку. Он ухватил её за локоть с силой, какой она не ожидала от престарелого мужчины. Хватка его была крепка.

— Отпустите меня немедленно! — взвизгнула Алина.

— Вам придётся выучить некоторые правила этикета, барышня, — угрожающе прошипел Егор Иванович.

— Оставьте её, уважаемый Егор, — послышался голос Вольдермана, — негоже хватать леди за руки, сломаете чего доброго.

— Вольдерман! — вырвалось у Алины. — Я пришла выяснить некоторые подробности вашей жизни!

— О! — протянул художник и непринуждённо рассмеялся. — Вы прямо как репортёр, врываетесь в мою жизнь даже тогда, когда я меньше всего этого ожидаю. Но полно стоять в проходе, дорогая Алина, проходите в моё жилище, раз уж пришли.

Алина прошла за ним к камину, но садиться на диван не стала.

— Вольдерман! — вновь выпалила она. — Скажите честно, сколько вам лет?

Художник вскинул на неё удивлённый взгляд.

— И извольте также сказать сколько у вас имён? — продолжала поток вопросов девушка. — Вольдерман Шульцкий, Альберт Грингер, какими именами ещё вы прикрываетесь? И наконец объясните, кто вы такой?

Вольдерман смотрел на неё, не мигая, и его изумрудные глаза лихорадочно блестели.

— Откуда вам известно, что меня некогда называли Альбертом Грингером?

— Сперва ответьте вы на вопросы!

— Это мой псевдоним. Я начинал с ним свою карьеру художника...

— Хватит врать, Вольдерман! — закричала Алина. — Под этим именем вы были известны как выдающийся музыкант прошлого века!

Лицо художника перекосилось от гнева. Он неожиданно метнулся к Алине и схватил её за горло. Пальцы его сжали нежную плоть. Алина захрипела, а её глаза наполнились ужасом. Вольдерман, опасаясь, что она задохнётся, немного ослабил хватку, но девушку не отпустил. Он оскалился, как хищный зверь, и Алина отчётливо увидела длинные клыки, какие бывают только у животных.

Она встрепенулась. Шульцкий отпустил её так же неожиданно, как и схватил. Алина повалилась на диван, ошарашенно глядя на учителя. Вольдерман провёл ладонями по своему бледному лицу.

— Вы слишком дороги для меня, Алина, чтобы я убил вас. Но вы чрезвычайно любопытны и сами себе создаёте опасность. Есть тайны, разгадка которых ведёт к смерти. Вам лучше уйти немедленно и больше не показываться здесь никогда!

— Мы не можем отпустить её, господин Шульцкий, — подал голос Егор Иванович, — она слишком много видела. Нас опять могут выследить.

— Нас уже выследили, — ответил ему художник, — сегодня ночью я учуял их запах. Это ещё одна причина почему этой девушке нужно уйти отсюда как можно скорее.

Он обернулся на Алину и страшно оскалился, вновь обнажив клыки. Алина издала сдавленный крик и, вскочив, бросилась вон из коттеджа. Она бежала, охваченная паникой. Ужас гнал её всё дальше от посёлка и всё ближе к аллее. Быстро вечерело. Хотя солнце ещё светило, по земле уже расползались сумерки. Они окутывали стволы деревьев, проникали на дорогу. Было безлюдно. По расписанию автобус должен был проезжать мимо лишь через два часа, поэтому на аллее, ведущей к остановке, не было прохожих. Алина продолжала бежать. Вдруг она резко остановилась, сбив дыхание. Впереди прямо на дороге показалась зловещая фигура. Девушка мгновенно узнала человека в чёрном плаще. На этот раз капюшон его был откинут, и Алина смогла разглядеть странного типа. Это был не Вольдерман. На неё хищно смотрел худощавый молодой человек со смертельно бледным лицом. Его неестественно красные губы сильно выделялись на белой коже. Юноша злобно улыбнулся, а потом оскалился, обнажив клыки.

Девушка бросилась бежать в обратную сторону, но тут из-за деревьев показались ещё пятеро человек в чёрных плащах. Их лица покрывала всё та же бледность, глаза блестели красным отсветом. Они образовали вокруг Алины кольцо и начали медленно сужать его, ухмыляясь и показывая острые зубы.

— Кто вы? — зарыдала Алина. — Что вам от меня надо?

— Ничего особенного, — спокойно ответил один из нападавших, — просто мы голодны. Твоя кровь избавит нас от мучений. Молодая, живительная, она напитает каждого из моих братьев.

Алина не успела закричать, как говоривший кинулся на неё. Он схватил девушку за шкирку, как это делают с котятами, перед тем как их утопить, и принялся срывать пуговицы на её дублёнке. Преступник лихорадочно пытался освободить от одежды её шею. Его дружки подошли к ним вплотную, жадно протягивая руки к жертве. Алина кричала и вырывалась, но врагов было слишком много. Внезапно что-то заставило буквально отскочить от неё этих чудовищ. Тот, кто удерживал её за шею, вдруг вскрикнул, и Алина увидела, как откуда-то брызнула чёрная кровь. Нападавший разжал пальцы и пошатнулся. Из его горла торчало лезвие меча. Смертельная рана дымилась. Когда монстр рухнул, Алина увидела рядом Вольдермана. В руке он сжимал меч, глаза его воинственно блестели. Капли чёрной крови падали с лезвия на снег, и он тут же начинал шипеть, как шипит вода, попавшая на раскалённую сковородку.

— Беги, — тихо сказал Вольдерман своей ученице. Алина вскочила и отбежала к деревьям, но какое-то чувство не давало ей пуститься наутёк от этого страшного места. Она видела, как труп только что убитого учителем врага, шипя, обращался в пепел.

— Вампиры! — стучало у неё в голове. — Это самые настоящие вампиры! И Вольдерман тоже!

Между тем вампиры пятились от Вольдермана. Только сейчас девушка заметила, что и они вооружены мечами. Видимо, до этого оружие скрывали длинные полы плащей. Вольдерман закричал и бросился на врагов. Пятеро вампиров кинулись на него одновременно. Завязался бой. Алина, оцепенев от шока, не двигалась с места и продолжала наблюдать за сражением. Вот ещё один монстр пал от руки Вольдермана. Нападавших осталось четверо. Они, придя в бешенство, забыли свою боязнь и с удвоенной силой атаковали художника. Один из низ полоснул Вольдермана мечом по руке, распоров белую рубаху. Ткань тут же почернела от крови. Вольдерман, стиснув зубы, застонал, но продолжал размахивать оружием. Алина заметила, что рана его дымилась. Вдруг из-за поворота выскочил человек и устремился к сражающимся. Он так же размахивал мечом, и Алина испугалась, что это ещё один враг. Но вскоре, к своему бескрайнему удивлению, она узнала в этом человеке Егора Ивановича. Старик был одет совсем не так, как обычно. Облачён он был в камуфляжный костюм: короткую куртку и штаны. Старик двигался совсем не по-стариковски. Лихо уворачивался он от ударов. С размаху срубил голову вампиру, пытавшемуся пронзить Вольдермана мечом, когда тот был занят другим противником. Вскоре вампиры были повержены. Их трупы тлели на шипящем снегу, превращаясь во что-то бесформенное, источавшее отвратительный запах.

Шульцкий устало опустился на снег и посмотрел на раненое предплечье.

— Вы ранены? — обеспокоенно спросил Егор Иванович.

— Царапина, — буркнул тот в ответ.

— По-моему, на этот раз мы истребили всех, — предположил старик.

— Всех или не всех, но, видно, настало время опять переезжать, — ответил художник.

— И кем вы станете на этот раз? — осведомился Егор Иванович.

— Вариантов много, — отозвался Вольдерман, — могу быть врачом, поэтом, писателем. Над именем придётся поразмыслить. Жаль, Вольдерманом Шульцким мне нравится быть больше всего.

Алина, сидевшая до этого тихонько на снегу, пошевелилась. Это движение не осталось незамеченным, и оба мужчины бросили на неё суровые взгляды.

— Вольдерман, на этот раз нам точно придётся убить её, — заявил старик и зашагал по направлению к девушке.

— Погоди, — остановил его Шулцский и встал сам.

Он медленно подошёл к Алине и собирался заговорить с ней, но девушка, не выдержав нервного напряжения, лишилась чувств.

В окна вползала темень, и Вольдерману пришлось включить светильник. Алина лежала на диване, заботливо укутанная пледом. Рядом на столике дымился горячий ужин. Когда девушка открыла глаза, она не сразу поняла, где находится, но, приглядевшись к оружию на стенах и ковру на полу, сообразила, что это коттедж её учителя. Она села, оглядываясь по сторонам. В тёмном углу, которого не достигали электрические лучи светильника, кто-то шевельнулся. Девушка вздрогнула, уставившись в темноту. На свет медленно вышел мужчина в неизменной белоснежной рубашке и строгих чёрных брюках. Изумрудные глаза светились в полумраке. Вольдерман сел в кресло напротив дивана и молча смотрел на Алину.

— Вольдерман... — девушка не находила слов, — позвольте у вас уточнить, вы всё-таки кто: вампир или охотник на вампиров?

— И то и другое, — послышалось в ответ.

— Оригинально, — хмыкнула Алина, — а сколько вам лет?

— Дорогая Алина, пожалуй, я расскажу вам всю историю, чтобы раз и навсегда между нами исчезла недосказанность. Я родился пятьсот лет назад в Германии. Моё настоящее имя действительно Вольдерман. Я рос в семье аристократа и ни в чём себе не отказывал. Женили меня рано, но моя жена скончалась от чахотки, не успев родить мне наследников. Если честно, я её не любил, женился по родительскому настоянию, да и неприлично было дворянину быть холостым. После смерти жены и родителей жизнь моя превратилась в бесконечный пьяный праздник. На увеселения я спускал своё наследство. А потом в моей жизни появилась любовь. Настоящая, чистая и светлая, ради которой я даже стал исправляться. Но моему счастью помешал один вампир, который забрёл в наши края. Он был одинок и желал подобрать для себя подходящую компанию. Искал человека, который согласится стать таким же, как и он. Выбор его пал на меня. Но становиться вампиром в мои планы не входило. Я, узнав, кто он такой на самом деле, ужаснулся. Долгое время я считал его другом, и потому, когда он открылся мне, я не побежал сообщать о нём охотникам на нечисть. Мне казалось это подлым, поэтому я дал ему ровно сутки на то, чтобы покинуть город. По истечении этого времени я намеревался рассказать всю правду людям. Увы, мой благородный поступок превратился в фатальную ошибку. Вампир решил мстить мне за отказ вступить в мир проклятых. И первое, что он сделал, убил мою возлюбленную.

Вольдерман замолчал. Алина смотрела на него с состраданием. Потом учитель вздохнул и продолжил:

— В тот день для меня жизнь оборвалась. В сердце поселилось лишь одно стремление — отомстить. Я выслеживал его вместе с охотниками многие месяцы. Мы шли за ним по пятам. Это было нетрудно, ибо чудовище оставляло после себя много трупов. Наконец, когда мы были у цели, сердце моё возрадовалось, почуяв возможность отомстить за любимую. Но, к сожалению, этот монстр с помощью колдовства уже создал много себе подобных. Нас ждала засада.

— Прошу прощения, Вольдерман, но разве вампир не обращает свою жертву в себе подобного с помощью укуса? — удивилась Алина.

— На это способны лишь самые могущественные из нас, — ответил Шульцкий, — тот же негодяй не был столь силён. Он обращал людей в вампиров с помощью заколдованного кинжала. Клинок этот заговорён был одной сильной ведьмой, да будет она гореть в аду вечно! Этим колдовским жалом он пронзал сердце жертвы на закате солнца, и человек превращался в вампира. Так вот, как я уже сказал, нас поджидала засада. Охотились мы за одним вампиром, а оказалось, что их много. Они напали внезапно. К несчастью, никто из моих соратников не уцелел. Меня же вампиры схватили и привели к их предводителю. Мой бывший друг насильно влил мне в горло какое-то колдовское зелье. Я испытал такую боль, что чуть не умер.

— Теперь ты станешь таким, как я! — заявил вампир и пронзил моё сердце колдовским кинжалом.

— Поэтому у вас этот шрам на груди, — догадалась Алина.

— Да... Прошло уже столько веков... я до сих пор ещё не отомстил этому исчадию ада. Я не стал убивать людей, разве только в бою. Веками охочусь я на вампиров, уничтожая эту заразу. Но моя главная цель всё ещё далеко. Иногда вампиры находят меня и точно так же пытаются убить. Это они прошлой осенью осаждали мой коттедж, а заодно и убивали невинных людей. Мы с Егором Ивановичем с ними разделались, но вот опять появились эти твари. Чуть вас, Алина, они не убили. Уж этого я бы не пережил.

— Так, значит, Егор Иванович тоже вампир? — изумилась девушка.

— О нет, — усмехнулся Вольдерман, — он человек. Вампиры убили всю его семью, и он, как и я, превратился в безжалостного мстителя. Однако сейчас старик изрядно постарел. Мы с ним ездим по миру. В некоторых странах останавливаемся надолго, тогда я придумываю себе какое-нибудь занятие. За пятьсот лет я многому научился. Например, в прошлом веке, как вы уже выяснили, я изображал из себя музыканта, сейчас художник. Однако пора вновь менять локацию. Мы с Егором Ивановичем намерены уехать.

— Уехать? — взволнованно пролепетала Алина. — А как же я? Как же мои занятия живописью?

— Вы справитесь самостоятельно. До поступления у вас есть ещё три месяца, успеете подготовиться. Да вы и сейчас уже готовы.

— Но я не смогу без вас...

— Почему? — дрогнувшим голосом спросил Вольдерман и внимательно посмотрел на девушку.

— Ну... как это вам объяснить, — покраснела Алина, — понимаете, я никогда раньше не встречала такого человека... вы особенный... если честно, я привязалась к вам...

— По правде сказать, Алина, вы тоже стали для меня волшебным светильником, разгоняющим мрак моего жуткого существования. Но эти эмоции ни к чему. Между нами не может быть большой любви...

— Почему? — выпалила Алина. — Почему вы не даёте нам шанс? Ведь есть какой-то способ остаться... вместе...

— Это было бы чудовищно с моей стороны.

— Чудовищно бросать меня, когда моё сердце не мыслит жизни без своего учителя! — плачущим голосом возразила ему Алина.

Вольдерман отвернулся, чтобы девушка не видела, как по щекам его текут блестящие слёзы. Он смахнул их рукой и, подавив горесть в груди, вновь обернулся к собеседнице с каменным выражением на лице.

— Алина, ты самая лучшая девушка в этом городе, возможно, во всей стране, но ты не должна тратить своё драгоценное время на чудовище.

— Вы не чудовище! — перебила его Алина.

— Позвольте, барышня, мне договорить, — с напускной строгостью потребовал Вольдерман, — повторюсь, вы не должны тратить на меня годы своей бесценной жизни. Алина, вы получите замечательную творческую профессию, встретите любовь, у вас родятся дети. Так и должно быть. А что ожидает вас рядом со мной? Бесконечные скитания по миру с постоянным риском для жизни. Поймите, это не то, для чего вы родились на свет.

— Вольдерман, вы так много значите для меня. Я никогда не смогу вас забыть.

— И не надо, — мягко ответил Шульцкий, — пусть я останусь в вашей памяти учителем, другом, если хотите, но никак не возлюбленным.

— Неужели я не могу это решить сама?

— Нет. Ибо такое решение принимаю двое. Два сердца решают, биться ли им вместе или порознь. Я выбрал второй вариант.

Алина заплакала. Вольдерман, не желавший терзать свою душу этим зрелищем, поднялся на второй этаж и больше не спускался.

Вскоре появился Егор Иванович и пробурчал:

— Мне поручено довезти вас до дома, Алина.

— Я никуда не поеду! — заупрямилась девушка. — Позвоню сейчас домой, скажу, что ночую у подруги.

— Это глупо, — ответил старик, — он всё равно не изменит своего решения, уж поверьте.

Алина ничего на это не сказала, а только плотно сжала губы.

— Как знаете, — пожал плечами Егор Иванович, — ночуйте здесь, если вам угодно.

Алина ещё долго сидела на кожаном диване, глотая слёзы. Наконец её сморил сон.

Прошло много часов, прежде чем она открыла глаза. Теперь уже солнечный свет рвался в окна. Где-то на улице лаяла собака, щебетали птицы. Девушка встала и обошла зал. Прислушалась. Тишина. Она позвала Вольдермана и Егора Ивановича, но ответа не было. Поднявшись на второй этаж, она обнаружила просторную комнату, слишком пустую, чтобы быть жилой. Дверца огромного шкафа была открыта. Некоторые предметы одежды валялись на полу. Всё выглядело так, будто хозяин жилища покидал его в спешке, забрав лишь самое необходимое. Тоска овладела сердцем Алины. А когда она снова спустилась в зал и не увидела на стене уже знакомого ей меча, горестная догадка ворвалась в её разум. Она подтвердилась письмом, которое девушка нашла на столе. Послание было адресовано ей. Дрожащими руками Алина вскрыла конверт. Это было письмо от Вольдермана. Писал он следующее: «Милая Алина, позвольте выразить вам огромную благодарность. На короткое мгновение моей никчёмной жизни вы стали для меня яркой звездой. В какой-то степени я был счастлив рядом с вами. Спасибо вам за это. С величайшей скорбью вынужден сообщить, что знакомство наше окончено. Мы с Егором Ивановичем покидаем Россию. Я уже получил сведения о том, в какой стране могу отыскать своего заклятого врага. Теперь мой путь ведёт меня на другой континент. Прощайте, Алина. Не терзайте своё сердце и будьте счастливы. Ваш друг, Вольдерман Шульцкий».

Слёзы хлынули из глаз Алины, она схватила телефон и попыталась позвонить художнику, ставшему для неё кем-то гораздо большим, чем просто учитель. Но номер Шульцкого был уже заблокирован. Алина бродила по опустевшему коттеджу. В конце концов ей ничего не оставалось делать, как направиться на автобусную остановку. Несколько недель протекли в глубочайшей депрессии. Алина даже забросила занятия живописью. Но мало-помалу девушка пришла в себя. Её возмущало то, что люди быстро забыли выдающегося художника. Когда он пропал, полиция с ног сбилась, пытаясь его отыскать. Сняли пару репортажей про безрезультатные поиски пропавшей знаменитости. Люди обсуждали этот инцидент. Но вскоре все и думать забыли про мастера. Вольдерман был прав, он нужен людям лишь тогда, когда ему сопутствует успех. Теперь же его забыли. Но только не Алина. Она решила во что бы то ни стало поступить в художественный институт и добилась этого. Спустя десять лет её имя передавалось из уст в уста. Все славили выдающуюся художницу. Алина удачно вышла замуж и родила двоих детей.

Однажды после утомительного рабочего дня Алина поджидала мужа с работы. Дети играли в комнате. Алина готовила ужин. Наконец супруг пришёл, обнял жену и детей, и все вместе они сели за стол.

— Давайте- ка глянем, что в мире творится, — предложил мужчина, взяв в руки пульт от телевизора.

— Только не это, дорогой. Терпеть не люблю выпуски новостей.

— Ну мам, давай телек включим! — заканючили дети.

— Ну хорошо, только ненадолго, — сдалась Алина. Она встала, повернулась спиной к телевизору и принялась переворачивать котлеты, которые решила заранее приготовить на завтрак, так как утром обычно на это не было времени.

Супруг включил телевизор. С экрана бодро глядел репортёр и рассказывал о выдающемся американском хирурге, который только что блестяще провёл сложнейшую операцию.

— Уважаемые телезрители, сейчас мне выпала честь пообщаться с этим удивительным медиком. К тому же он прекрасно говорит по-русски и не нуждается в переводе, — сообщил журналист. — Итак, уважаемый Николос Коринс, как вам удаётся творить такие чудеса? Вы буквально перевернули мир медицины.

— Секрет прост, — ответил врач бархатистым голосом, и Алина вздрогнула, — мастер должен идти до конца. Он должен приложить все усилия, чтобы добиться успеха. Это девиз моей долгой жизни.

— Долгой жизни? — удивлённо переспросил репортёр. — Но вам всего тридцать пять лет!

— Поверьте, этого достаточно для того, чтобы уже кое-что понимать в жизни и в своей профессии, — самодовольно усмехнулся Николос Коринс.

Алина не решалась повернуться к экрану. Этот голос она узнала мгновенно. Неужели! Она, набравшись мужества, обернулась и уставилась в телевизор. Но картинка уже сменилась, так как показывали другой репортаж. Однако Алина знала, что там, в далёком американском городе, мастер вновь купается в славе и всенародном признании.

17. Память воды

Байкал поражает своим величием и кристально ледяной водой. В те дни, когда у него хорошее настроение, он мерно перекатывает свои воды на огромные расстояния. Нерпы плещутся в его волнах, омуль весело гребёт плавниками, не подозревая, что из-за отменного вкуса ему угрожает смертельная опасность. Во время же гнева Байкал устраивает шторма не хуже моря, а то и океана. Но в любом случае он прекрасен и величав. Многим народам дал он пропитание, для многих стал колыбелью. Его блистательная красота не знает соперниц. Вот и сейчас, украшенный по берегам осенними деревьями, Байкал особенно неотразим.

По берегу вилась бурая тропка, петляя между пожелтевшими берёзами и вечнозелёными елями. Юноша вдыхал полной грудью воздух и мечтательно смотрел по сторонам. Периодически он доставал из кармана ветровки маленький блокнот и что-то писал в него. Надо сказать, что юноша тот был начинающим поэтом и приходил на берег величественного озера за вдохновением. Глядя на воду, он сделал очередную заметку на белом листке. Вдруг тишину нарушил телефонный звонок. Юноша вздрогнул и недовольно поморщился, глядя на дисплей мобильника, однако на звонок ответил.

— Дань, ну ты чего, забыл, что ли, про встречу? — услышал он недовольный мужской голос.

— Блин, Лёня, совсем забыл, — отозвался он.

— Ты где?

— На берегу.

— Свои стихи, что ли, опять сочиняешь? — ещё больше раздражаясь, спросил Лёня.

— Ну да...

— Да мы устали тебя ждать! Ты достал уже своей непунктуальностью.

— Слушай, Лёнь, езжайте без меня, — проговорил виновато Даня, — я что-то не хочу ехать ни на какую вечеринку.

— Вот те раз! — протянул Лёня. — Ты прям какой-то бирюк. Нелюдимый совсем. Смотри, одичаешь в своём лесу. Да и Маринка расстроится, что тебя не будет.

— Насчёт Марины мы всё уже с тобой обсудили, — вдруг резко отрезал молодой человек, — я не хочу с ней встречаться, когда ты уже это поймёшь?

— Зря, — послышалось в ответ, — она красивая девчонка.

— Я не испытываю к ней любви, понимаешь? — начал объяснять Даня. — Даже стихов не получается ей написать.

— Чтобы встречаться с девушкой, не обязательно её любить, — заметил Лёня, — можно просто воспользоваться её красотой и наивностью.

— Что ты такое говоришь? — возмутился Даня.

— Я говорю, что надо жить на всю катушку, пока молодой, а ты в своём лесу вечно торчишь. Свихнёшься, чего доброго, да и вздумаешь жениться на ёлке какой-нибудь.

— Не говори бред, — буркнул юноша.

— Хорошо. Вижу, разговаривать с тобой бессмысленно, — вздохнул Лёня, — значит, тебя не ждать?

— Нет.

— Ну, как знаешь. Пока.

Даня постоял немного под раскидистым кедром, почесал лоб, потом вздохнул и начал спускаться к самому берегу. На берегу он присел на поваленное дерево.

— Ну, Лёня! Сбил меня с мыслей, — проворчал Даниил, — не придумывается теперь ничего. Тогда уж хоть почитаю вести. Что там пишут в ленте?

Он вновь извлёк телефон из кармана и уставился на малюсенький экран.

— Ага, вот кое-что интересное, — обратился парень сам к себе и начал читать, — учёные достоверно установили, что у воды есть память. Её молекулы способны «запоминать» положительные и отрицательные эмоции. Некоторые специалисты считают, что вода может воспринимать наши чувства и трансформировать их в особый информационный код. Исследователи доказали отрицательное влияние мата на воду. Провели простой, но весьма любопытный эксперимент. Взяли три колбы и поместили туда зёрна пшеницы. Зёрна из первой колбы смачивали водой, над которой читались молитвы, зёрна из второй колбы обрабатывали водой, рядом с которой произносили грубые ругательства, ну а зёрна из третьей колбы обработали водой, над которой произносили отборные матерные слова. Через несколько дней колбы проверили. Оказалось, что в первой колбе проросли почти все зёрна. Во второй колбе проклюнулось чуть меньше половины зёрен. Когда учёные подвергли осмотру третью колбу, они увидели, что лишь малая часть зёрен пшеницы дала ростки, к тому же в колбе завелась плесень. Ряд других исследований доказал, что вода реагирует на слова и музыку, как живое существо. Структура молекул воды меняется в зависимости от эмоционального фона.

Прочитав столь удивительную новость, Даня посмотрел в сторону Байкала и долго о чём-то размышлял. Потом он в очередной раз вытащил блокнот и стал что-то записывать.

На следующий день весь посёлок знал, как весело проводили время ребята из Данилиной компании. Лёня во всех подробностях рассказывал, кто сколько выпил и с кем целовался.

— Зря ты с нами вчера не поехал, приятель, — смеясь, говорил Дане Лёня, — оторвался бы по полной.

— Я что-то не люблю, как ты говоришь, отрываться по полной.

— А, ну да, — усмехнулся Лёня, — ты ж у нас поэт! Не от мира сего, ясно, ясно... А ты знаешь, что Есенин был лихим весельчаком?

— Да при чём тут Есенин? — проворчал Даня. — Я не люблю шумные компании, вот и всё. Если бы стихи не сочинял, всё равно бы не любил.

— А на рыбалку-то хоть поедешь завтра с нами? — поинтересовался Лёня.

— На рыбалку, пожалуй, поеду.

— Опять рыбок будешь с крючка снимать и в Байкал обратно отпускать? — подтрунивал над поэтом приятель.

— У меня спортивный интерес к рыбалке, я уже это вам всем объяснял. Рыбалку люблю, а вот убивать рыбок мне жалко, вот и отпускаю их с миром. Поеду завтра с вами. Люблю те места, где мы рыбачим. Я как раз сейчас к областному конкурсу чтецов готовлюсь, может, что и сочиню дельное.

— Тогда договорились, — хлопнул приятеля по плечу Лёня, — мы будем ловить рыбу, а ты вдохновение своё, или как там у вас, поэтов, это называется...

К рыбалке Лёня и его друзья приготовились основательно. Взяли все необходимые снасти всевозможных разновидностей, прикорм, червей. Даня же отправился на промысел с простенькой удочкой, зато взял с собой тетрадь и карандаши с ручками.

Прибыв на место, парни сразу же разбили лагерь: установили палатку на случай непогоды, натаскали дров для костра. После этого началась ловля рыбы. Ребята складывали пойманную добычу в большой котелок с водой. Там рыба медленно умирала от нехватки кислорода. Даня же всё что-то писал и с блаженным видом любовался пейзажами.

— Всё-таки он у нас дурачок какой-то, — шепнул Лёне полноватый парень в очках, кивнув в сторону Данилы.

— Ты прав, Петруха, — согласился с другом Лёня, — но он добрый малый, всегда выручит, чем сможет. Пусть себе чудит, коли это другим не во вред.

Даня увидел, как поплавок его удочки запрыгал. Он незамедлительно начал действовать, и скоро в его руках уже трепыхался небольшой щурёнок.

— Молодец, Даня! — крикнул ему Пётр. — Рыбка хоть и небольшая, но на уху сойдёт.

— Я её отпущу, — заявил юноша, — мала она ещё, чтобы умирать, жизни не видела.

С этими словами Даниил выпустил рыбу в ледяную воду Байкала.

— Да ты сдурел совсем, писака! — недовольно крикнул высокий брюнет крепкого телосложения. — Что дурью опять маешься?! Снова от тебя толку на рыбалке нет!

— Уймись, Саня, — проговорил Лёня, — его добыча, пусть делает с ней, что хочет.

— Ага, а уху он вместе с нами жрать будет? — не унимался брюнет. — Мы-то свой улов в котелочек опустим, а он, значит, хавать наравне со всеми станет?

— Я могу не есть вашу уху, Сань, — спокойно отозвался Данила.

— Саша, не будь таким мелочным, — обратился к возмущённому юноше Пётр, — чего тебе трудно, что ли, ухой поделиться?

— Тогда пусть ловит наравне со всеми, — не сдавался Саша, — чего он еду обратно в воду кидает?

— Да отцепись ты от него, — попытался унять Сашу Леонид, — он зато нас стихами своими потешит.

— Да сдались мне его стихи, — проворчал недовольно тот.

— Вы вообще сейчас своим спором всю рыбу перепугаете, — заявил Пётр, — успокойтесь, и давайте не портить друг другу настроение.

Саша отошёл от друзей, продолжая ворчать, однако он больше не высказывал никаких претензий.

Когда рыбалка была закончена, а уха сварена, друзья уселись вокруг костра. Лёня разливал по металлическим тарелкам вкусный суп, от которого шёл умопомрачительный аромат. Даниле он тоже налил ухи. Саша покосился на юношу, но спорить передумал. Обедали молча — до того было вкусно, что хотелось наслаждаться сейчас только едой. Когда с ухой было покончено, на Сашиной физиономии вдруг появилась ехидная улыбка, и он сказал, обращаясь к Дане:

— Ну что, гринписовец хренов, родились у тебя хоть какое-то более-менее нормальные стихи, пока мы тут природой наслаждаемся?

— Родились, — простодушно ответил Даня, — я сочинил стихотворение про Байкал.

— Ну так мы тебя слушаем внимательно, защитник природы, — усмехнулся Саша.

— Хорошо, слушайте, — невозмутимо отозвался юноша и прочёл следующее стихотворение:

— Байкал, как древний самоцвет,

Сияет красками на солнце,

Ему и равных в мире нет,

Он в чудный мир оконце.

Узри святую красоту

Глубин его холодных,

Он испокон веков людей

Не оставлял голодных.

В нём каждый пищу находил,

И воду, и покров

И свято верил в чистоту

Его прозрачных льдов.

И мы его студёны воды

Беречь должны получше злата,

Ведь уникальность этих вод

Дороже, чем любая плата.

Смотри в бездонную волну,

Что брызги рассыпает,

Ей вольный ветер по нутру,

Что с человека спесь срывает,

Когда на шаткой он ладье

Стремится к берегу пристать

И в водной этой кутерьме

Желает не пропасть.

— Ух ты, круто! — восхитился Пётр.

— Отлично, — согласился с ним Лёня.

— Ладно, пойдёт, — буркнул Саша.

Даня же мечтательно улыбался. Он глядел в кристально чистые просторы и всё думал о том, что вода обладает памятью. «Интересно, — размышлял он, — а Байкал услышал это стихотворение? И запомнит ли его?»

Рыбалка подошла к концу. Ребята собирали палатку и готовились к отъезду. Вдруг Даня насторожился, замерев на месте.

— Ты чего? — удивился Лёня.

— Слышите?

— Нет... А что мы должны слышать?

— Там в камышах плескается кто-то, — объяснил юноша, — и пищит жалобно. Пойду-ка я посмотрю, что там такое.

Даня направился туда, откуда доносились тревожные звуки. Он раздвинул камыши и увидел волнительную картину: в сетях запуталась выдра. Она отчаянно пыталась освободиться, но все её усилия приводили лишь к тому, что несчастное животное ещё больше запутывалось. Ещё немного, и сил у неё совсем не останется даже для того, чтобы оставаться на поверхности и иметь хотя бы возможность дышать.

— Должно быть, браконьеры сети наставили, — сказал подошедший к месту происшествия Лёня, — пошли, что тут интересного?

— Надо же вытащить её из сетей, — возразил Даня.

— Кого?

— Выдру, кого же ещё?

— Да что на это время тратить? — начал раздражаться Леонид. — Нам ехать пора.

— Ничего страшного, если мы задержимся на пару минут, — ответил юный поэт и начал снимать обувь.

— Ты что, ради какой-то выдры полезешь в ледяную воду? — поразился его приятель.

— Эй! Что там у вас стряслось? — выкрикнул Пётр.

— Да тут у нашего любителя природы очередной заскок, — отозвался, усмехнувшись, Лёня, — он теперь выдру спасает.

— Да поехали без него! — потерял терпение Саня. — Достал уже своим маразмом.

Даня, не обращая внимания на протесты друзей, разулся и вошёл в воду. К счастью, сеть располагалась недалеко от берега, и молодой человек намочил ноги лишь по колено. Выдра, увидев человека, встрепенулась, но бежать не имела возможности. Даня вытащил складной ножик и принялся резать сеть.

— Ничего, дружок, сейчас я тебя освобожу, — старался он говорить как можно доброжелательнее.

— Что он там делает? — недовольным тоном поинтересовался Саша.

— С выдрой разговаривает, — буркнул Лёня.

— Я её успокаиваю, — объяснил Даня.

— Совсем больной? — спросил Пётр. — Она что, слова поймёт, что ли?

— Кто знает, — пожал плечами молодой человек, — если вода слова понимает и реагирует, то почему выдре не понять? По крайней мере, доброжелательность интонаций животное должно улавливать.

— Ну ты с водой заодно поболтай, — проворчал Лёня, — может, запомнит тебя.

— Запомнит, — уверенно ответил Даня и окончательно освободил зверька из сетей. Выдра поспешила убраться подальше, а Даня вытащил из воды сеть и смотал её, чтобы потом выкинуть.

— Наконец-то можно ехать? — спросил Пётр.

— Теперь можно, — улыбнулся Даня.

Друзья уселись в машину и тронулись в обратный путь.

— А с чего ты взял, что вода запоминает что-то? — спросил Пётр, сидящий за рулём и, видимо, затеявший этот разговор, чтобы развеять скуку.

Даня начал во всех подробностях пересказывать ту статью, которую недавно прочёл.

— Это ты в интернете начитался? — ухмылялся Саня. — Там понапишут!

— Я уверен, что это правда, — невозмутимо ответил Даниил.

После этого случая друзья в шутку стали называть Данилу «говорящий с водой», но тот не обижался, потому что имел незлобивый характер.

Осень подходила к концу, готовая сдаться зиме. Байкал покрылся льдом. Самое время для зимней рыбалки. Друзья по выходным часами торчали на льду. Данила восхищался заснеженными пейзажами и продолжал сочинять стихи. Ребята подшучивали над ним, пока не произошёл невероятный случай. Как-то в субботу рыбаки вновь отправились на промысел. Накануне была оттепель, не свойственная этому времени года. Но климат на планете стремительно меняется, поэтому всё чаще случаются небывалые раньше скачки температуры. Так было и в этот раз. Лёд на водоёме слегка подтаял, но это не остановило любителей рыбной ловли. Саня, Петя и Лёня расположились возле лунки и принялись готовить снасти. Данила, как всегда, витал в облаках. Вдруг юный поэт что-то заметил на льду в нескольких десятках метров от берега.

— Там копошится кто-то, — сообщил он друзьям.

— Что? — не оборачиваясь, спросил Саня.

— Нерпы пробили полынью себе, и кто-то там плескается, — сообщил юноша.

— Да они, наверное, и плескаются, — хмыкнул Пётр.

— Нет, не похоже, — отозвался Данила, — погодите... Да это лосиха! Смотрите! Она провалилась в воду!

— Чё, серьёзно? — удивился Лёня.

— Смотрите! Смотрите! Не может выбраться! Надо ей помочь! — закричал Данила и помчался к месту происшествия.

— Дурак! Куда ты? Руками, что ли, будешь её вытаскивать? — запротестовали друзья, но парень не слушал их.

— Он же провалится под лёд! — испугался Пётр. — Ну-ка, пойду я достану из багажника трос. Он поспешил это выполнить и очень вовремя, так как, когда Данила подбежал к кромке, лёд под ним треснул. Секунду парень стоял, замерев и испуганно хлопая глазами. Потом всё произошло стремительно. Данила почувствовал, как холод обжёг его тело, ледяные брызги попали ему на лицо. Отяжелевшие сапоги потянули на дно. Где-то рядом раздавались крики друзей, панический вопль лосихи. А потом произошло нечто странное. Данила ощутил, как какая-то сила выталкивает его на поверхность. Лёня, Пётр и Саня в это время что-то орали, а потом вдруг замолчали, застыв и с недоумением глядя на то, как водяной столб поднялся над обледенелой поверхностью озера. Необъяснимым образом на самом верху его оказался их друг. Водяной столб заколебался, принялся изменять форму, пока в конце концов не превратился в прозрачную женскую фигуру. Водяная женщина была огромной, такой, что удерживала на одной руке ошарашенного Данилу, на другой чуть не утонувшее животное. Юноша смотрел на прозрачное лицо и трясся от страха. Вдруг удивительная женщина улыбнулась ему, а спустя мгновение обернулась волной и вынесла на берег юношу и лося. Животное, пошатываясь, поплелось к лесу. Волна схлынула и исчезла в глубинах Байкала. Данила весь мокрый дрожал на берегу, его друзья, очнувшись от потрясения, спешили к нему. Обсуждать увиденное было некогда, так как возникла срочная необходимость согреть Даню. Они затолкали его в машину и уже через десять минут были в доме егеря. Парня отогрели возле печки, напоили горячим чаем. Ребята были в таком шоке от увиденного, что не стали обсуждать это происшествие. С Даниилом же всё обошлось благополучно, он даже не заболел. Уже через неделю юноша участвовал в конкурсе поэтов. Его стихотворение «Память воды» произвело на слушателей и жюри большое впечатление. Пусть первое место ему не досталось, зато досталось третье, что тоже весьма неплохо. К тому же Данила получил приз зрительских симпатий, и публика попросила его прочесть стихотворение ещё раз. Даня встал, заложил одну руку за спину и, жестикулируя другой, самозабвенно начал читать лирические строки:

Вода помнит злобу

Ушедших веков,

Вода помнит радость

От падения оков,

Вода помнит всё:

И молитву, и мат,

Она знает, как

Умирает солдат.

История льётся,

Подобно реке,

И вехи её,

Отражаясь в воде,

Всплывают осколками

Вычурных фраз,

Являясь потомкам

Тысячи раз.

Вода всё впитает,

Всё вспомнит она:

Как рвались знамёна,

Как кровь потекла,

Какие доверишь

Ей ты мечты?

Какой след оставишь

В воде этой ты?

Зал восторгался творчеством поэта, а Пётр, хлопая в ладоши, тихонько спросил Лёню:

— Как думаешь, что это всё-таки было? Тогда, на озере?

— Думаю, что наш Данька особенный, — отозвался Леонид. — Он столько добрых дел сделал. Вода была свидетелем многих его положительных поступков. Наверное, она и в самом деле его запомнила. И спасла... потому что вспомнила добрые дела.

Пётр ничего на это не ответил, глубоко задумавшись, он смотрел на Даню, который с упоением в очередной раз рассказывал стих. И тут было над чем поразмыслить.

18. Устремляясь к горизонту

Морской бриз щекотал ноздри. Он вселял уверенность, что вскоре цель будет достигнута. Запах соли, ставший родным, бодрил в это прекрасное утро. Море, не желая успокаиваться после недавнего шторма, вспенивало волны, которые разбивались о быстроходный фрегат. На палубе в столь ранний час почти никого не было. Мужчина лет сорока внимательно осмотрелся, оценивая обстановку, и, убедившись, что штурвал в надёжных руках, устремил свой взгляд к горизонту. На его красивом мужественном лице появилась улыбка. Он подставил лицо весёлому ветру, трепавшему его чёрные волосы, пока ещё не подёрнутые серебром.

Дельфины решили составить мужчине компанию. Они то и дело выпрыгивали из воды и старались за секунды полёта разглядеть палубу. Моряк помахал им рукой. Один из дельфинов поднял такие брызги, что белоснежная рубаха человека моментально намокла. Однако это ничуть не расстроило мужчину. Он, казалось, находился в самом прекрасном расположении духа. Синие глаза как будто тоже смеялись.

Мужчина не сразу заметил, что на палубе появился ещё один человек. Этот был постарше, с уже пробившейся сединой в тёмных волосах и в длинной курчавой бороде. Он вынул из-за пазухи тёмно-зелёную тряпицу и повязал её на голову, чтобы ветер не трепал длинную шевелюру.

-Доброе утро, капитан! - обратился пришедший к радостному мужчине.

-Доброе утро, Кэфар! - отозвался тот. - Посмотри, какое изумительное утро! Оно пророчит мне успех!

-Но, Ральф, успеха мы и так уже добились, - ответил Кэфар, теребя зелёную повязку на голове.

Капитан Ральф сразу нахмурился, потому что знал, что его помощник, Кэфар Люкинс, всегда начинает трогать свою повязку, когда что-то волнует его.

-Что-то не так? - спросил капитан.

-Всё так, Ральф... то есть... - замялся Кэфар.

-Ну, говори! - потребовал Ральф.

-Послушай, мы ведь уже выполнили волю короля, отыскали для нашей страны новые земли, подчинили их жителей...

-И ты хочешь на этом остановиться? - прервал своего помощника капитан. - Что с тобой? Я не узнаю тебя. Разве не ты всегда поддерживал меня в самых безумных затеях? Разве не мы вместе совершали подвиги ради короны? Мы вместе бороздили воды морей, вспомни! Ральф Брикс и Кэфар Люкинс — эти имена до сих пор страшат пиратов Эльфийского моря, эти имена были высечены на скалах Гномьего государства, когда мы избавили этот низкорослый народец от великанов! И вот нынче мы и наши люди добыли для нашего славного королевства новые земли и новых подданных. Разве ты хочешь остановиться на этом, Кэфар?

-Всё это так, - кивнул помощник капитана, - мы достаточно послужили королю, и теперь при возвращении нашем на родину он непременно щедро вознаградит нас. Так зачем же рисковать дальше? Зачем плыть к горизонту, поверив россказням эльфа?

-Элорус не просто эльф, - возразил капитан, - он принадлежит к древнейшему роду, члены которого хранят многие тайны мирозданья, не известные прочим. Если он сказал, что за Туманными водами есть Благословенная земля, значит она там есть. И будет прекрасно, если мы откроем её, укрепив тем самым наше королевство.

-Разве островов, нам подчинившихся, не достаточно? - спросил Кэфар. - Тамошние жители признали над собой власть короны и обязались платить ежегодную дань, которая пополнит истощённую казну. Король уже за одно это будет нам безмерно благодарен.

-Но почему ты не хочешь доплыть до Одавэлла? Почему не жаждешь узреть его чернозёмные долины и леса, полные дичи? Если там нет людей, то мы беспрепятственно завладеем этим континентом.

-Я не верю, что Одавэлл существует, - отозвался помощник.

-А я верю! - воскликнул капитан. - Элорус не мог нас обмануть!

-Эльфы коварны, Ральф, - фыркнул Кэфар.

-Но только не Элорус! Ведь я спас ему жизнь! Не мог же он отплатить чёрной неблагодарностью?

-Ты взрослый мужчина, а бываешь доверчив, как дитя! - начал злиться помощник. - Пойми, нельзя плыть наобум, стремиться к горизонту только потому что какой-то там остроухий плетёт сказки про благословенный Одавэлл!

-А я стремлюсь к горизонту, потому что того требует моя душа! - в свою очередь начал раздражаться Ральф. - Мы никогда не плавали дальше островов Дор и Лир.

-И не надо! - рявкнул Кэфар. - Мы завладели ими, чего тебе ещё надо?

-Я жажду открытий, - заявил капитан, - и фрегат продолжит плыть к Туманным водам. Осталось ведь немного. Как утверждает Элорус, пару миль и мы увидим туман.

-И что потом? - хмыкнул Кэфар.

-Мы проплывём сквозь него и узрим Благословенную землю, о которой говорится в древних легендах.

-Команда не поддержит тебя, - неожиданно спокойно произнёс помощник.

-Что? Что ты сказал? - Ральф сжал кулаки. - Ты что же, намекаешь на бунт?! Ты знаешь, что делают с бунтарями?!

-Успокойся, Ральф. Я не враг тебе и потому прошу прислушаться к моим словам: поворачивай домой. Там нас ждёт слава и богатство. А впереди лишь неизвестность.

-Нет! - гаркнул Ральф и, не желая ругаться с другом и помощником, зашагал прочь.

Кэфар злобным взглядом сверлил спину капитана, а потом сплюнул. К нему тут же пробрался один старичок, до этого момента прятавшийся за огромной бочкой.

-Ну как? - прошипел он, словно змей.

-Ты сам всё слышал, старый Фрэк, - процедил Кэфар. - Капитан Ральф, видно, хочет лишиться своей власти.

-И жизни, - омерзительно хихикнул старый Фрэк.

-Поди, скажи команде, что пора действовать, - приказал Кэфар.

-Слушаюсь, - со слащавой улыбкой ответил старик и скрылся.

Капитан, успокоившись немного, вновь оглядел безбрежное пространство. Он уже почти забыл про неприятный разговор, когда юнга вдруг закричал:

-Багряный туман! Прямо по курсу Багряный туман!

Тут капитан и вовсе позабыл о споре с помощником и радостно закричал, размахивая руками:

-Туманные воды! Мы доплыли, друзья мои!

Команда высыпала на палубу, разглядывая необычное явление. Многие только слышали о Багряном тумане, который постоянно клубиться в этом месте Эльфийского моря. Лишь некоторые видели его воочию и совсем никто из них никогда не проплывал сквозь этот туман.

-Теперь цель близка! - воскликнул Ральф. - Осталось проплыть сквозь туман и мы окажемся у берегов легендарного Одавэлла, как и предсказывал Элорус!

Радости капитана не было предела, однако далеко не все разделяли её.

-Господин Брикс, - обратился к Ральфу Биф, корабельный юнга, тот самый, что заметил туман и уже спустившийся на палубу, - не нравится мне та компания, собравшаяся на корме.

Ральф посмотрел в указанном направлении и увидел своего друга и помощника Кэфара Люкинса, который бросал на него совсем недружелюбные взгляды. Возле помощника вертелся противный старый Фрэк. Говорят, он в прошлом был пиратом, но как-то избежал виселицы. Возможно, взамен на какую-то услугу он получил помилование. Скорее всего просто выдал своих дружков в руки правосудия. В общем неприятная личность. И эти двое постоянно перешёптывались с матросами.

Вдруг люди, сидевшие на вёслах, перестали грести.

-В чём дело? - сурово спросил капитан. - Мы должны сейчас удвоить наши усилия.

-А мы тебе больше ничего не должны, Ральф Брикс! - выкрикнул один из матросов.

-Вот именно! - вставил другой моряк. - Нечего вести нас в неизвестность!

-Да как вы смеете! - рявкнул Ральф, намереваясь проучить ослушников, но вокруг него быстро сомкнулось кольцо враждебно настроенных людей.

-Это бунт! - яростно завопил капитан. - Вы все будете наказаны!

-Не думаю, - язвительно произнёс протиснувшийся между людей старый Фрэк, - твоему капитанству пришёл конец.

-Кэфар! - позвал Ральф друга, но помощник лишь ухмыльнулся, оставаясь стоять на месте.

-Мы не хотим больше капитана, который столь ненасытен в своей жажде приключений, - продолжил старик, противно причмокивая нижней губой, - нам по душе благоразумный руководитель. Такой как Кэфар Люкинс.

Ральф с негодованием взглянул на помощника, но тот отвёл глаза.

Вдруг послышался крик:

-Не сметь перечить капитану!

К Ральфу протиснулся юнга Биф. В одной руке он держал саблю, в другой — ружьё.

Тут же некоторые матросы подошли к капитану и загородили его от старого Фрэка и прочих бунтовщиков. К сожалению, таких было подавляющее меньшинство. Большая часть команды перешла на сторону Кэфара Люкинса.

-Неужели вы посмеете идти против своего капитана? Неужели забыли, как вместе мы преодолевали трудности на пути к славе? - увещевал предателей Ральф. - Одумайтесь, пока не поздно! Ведь море не прощает предательства!

-Море не прощает глупости, - назидательным тоном произнёс подошедший ближе Кэфар, - а плыть неизвестно куда, наслушавшись эльфийских легенд, чистейшая глупость, мой друг.

-Не смей называть меня другом! - потребовал Ральф. - Ты предал и дружбу нашу, и королевство! Предал морское братство! Мерзавец! Скольким обязан ты мне, но теперь не желаешь даже смотреть мне в глаза!

-Ах, давай обойдёмся без эти пафосных речей, дорогой Ральф, - снисходительно проговорил Кэфар, - скажи спасибо, что твоя смерть будет лёгкой.

-Вы не посмеете тронуть капитана! - закричал юный Биф и направил дуло своего ружья прямо на помощника. То же сделали ещё человек двадцать, это те люди, что остались верными Ральфу.

-Так, так, - усмехнулся Кэфар, - глупость оказывается заразительна. Но вас же меньшинство. Мы ведь вас перебьём да и все дела.

-Пусть так, - согласился светловолосый мужчина лет тридцати, - но мы заберём с собой на тот свет не мало предателей, и ряды твоих дружков поредеют!

-Ну зачем же так кардинально решать вопрос, господин Мэкс?- ответил мужчине Кэфар. - Я же не говорю, что вот прям собираюсь всех вас перестрелять. Не хотите плыть домой? Хорошо! У вас есть выбор: можете сесть в шлюпку и проваливать в свой чёртов туман! Что скажешь, Ральф? Будешь ты капитаном шлюпки?

Кэфар рассмеялся, торжествуя над бывшим товарищем. Сторонники капитана продолжали держать ружья наизготовку.

-Хорошо, хорошо, берите две шлюпки, - сквозь смех произнёс Кэфар.

-Три! - грозно отозвался Ральф. - Нас два десятка человек да ещё и провизия!

-А кто же вам даст эту самую провизию? - спросил Кэфар.

-Ты дашь, мерзавец! - заявил Мэкс и двинулся в сторону бывшего помощника, обнажив саблю.

-Полегче, Весельчак! - потребовал Кэфар, пятясь от мужественного моряка.

-Сейчас тебе будет не до веселья! - прорычал Мэкс, которого чаще называли Весельчак Лори, за весёлый характер и привычку шутить.

-Хорошо, хорошо, - Кэфари поднял руки, чтобы показать, что не хочет кровопролития и готов к переговорам, - мы отдадим вам три шлюпки из двенадцати имеющихся. Можете взять бочонок пресной воды и бочонок вяленого мяса. Я не должен начать свою капитанскую карьеру с бессмысленной резни. Забирайте всё это и проваливайте на поиски Благословенной земли, которой, разумеется, не существует. Сгинете почём зря. Мы же вернёмся домой и будем купаться в лучах славы. Итак, кто хочет плыть под командованием капитана Кэфара, остаётесь на фрегате, а кому жить надоело, отправляйтесь с капитаном Ральфом Бриксом на жалких шлюпках. Пусть он ведёт вас к горизонту, о котором так мечтает.

Через полчаса в трёх шлюпках, спущенных на воду, разместилось двадцать человек и два бочонка: с водой и провизией. На судёнышках так же разместили оружие: мечи, сабли, ружья. Каждый матрос, покидающий фрегат, запасся порохом.

-Ну что, Ральф Брикс, отправляешься в своё последнее плавание? - крикнул капитану старый Фрэк.

-Как бы для вас это не стало последнее плавание, - буркнул Ральф в ответ, - море не прощает измен.

-Знаешь что, дружище, - крикнул Кэфар бывшему другу, - устремляясь к горизонту, можно найти свою гибель.

-Устремляясь к горизонту, можно воплотить мечты в реальность, - возразил ему Ральф. После этого он отвернулся от предателя и больше не смотрел на него. Матросы усердно работали вёслами, и расстояние между фрегатом и шлюпками увеличивалось. Вскоре корабль сменил курс, направляясь к родным берегам, а Капитан Ральф Брикс вместе с товарищами приближался к Туманным водам.

Багряные испарения клубились над резко успокоившимся морем. Как только шлюпки попали во власть загадочного тумана, волны под ними исчезли, словно море здесь жило по своим собственным законам, совершенно не обращая внимание на то, что совсем рядом вода неспокойна. Видимость резко упала. Ветер стих. У матросов возникло ощущение, будто они попали в сновидение: настолько всё было спокойно вокруг.

-Капитан! - позвал весельчак Лори, находившейся на другой шлюпке, и сразу же испугался своего голоса, звучавшего слишком громко в этом мёртвом безмолвии.

-Слушаю тебя, Лори Мэкс, - как можно тише отозвался Ральф.

-Как бы нам не заплутать в этом тумане, - сказал Лори.

-И то верно, - согласился капитан. - Вот что, давайте свяжем шлюпки между собой.

Они так и поступили. Перекликаясь, морякам удалось связать судёнышки между собой, но не вплотную, чтобы можно было свободно орудовать вёслами. Теперь люди немного приободрились и стали грести увереннее.

-Как думаете, долго ли нам плыть по Туманным водам? - спросил у Ральфа юнга Биф, который плыл с ним в одной шлюпке.

-Думаю, что нет, Биф, - отозвался Ральф. - Эльфийский мудрец Элорус говорил что туман образует кольцо вокруг материка Одавэлл, и кольцо это в ширину не более двух миль. В любом случае назад пути у нас нет. Надо плыть.

И они плыли. Плыли навстречу неизвестности.

Тем временем фрегат под руководством бунтаря Кэфара Люкинса рассекал воды Эльфийского моря, удаляясь от той части водоёма, что из древне называлась Туманными водами.

-Глупцы! - презрительно фыркнул новоявленный капитан, когда три шлюпки поглотил Багряный туман. - Они сгинут в этом чёртовом тумане! Станут добычей сирен или ещё кого-нибудь пострашнее. Ну и пусть. Ральф, Ральф! Какой же ты идиот! А ведь мог бы вернуться в наш родной Ятукс и получить от короля великую награду.

Корабль продолжал удалятся от загадочного места. Матросы ходили по палубе и рассуждали над тем, как они распорядятся королевской наградой. Кто-то высказал желание вернуться потом на завоёванные острова и обосноваться там. Ведь острова, подчинившиеся теперь власти короля, являли собой плодородные земли. На них произрастали великолепные пальмы с сочными плодами, воды в том месте кишели рыбой и иными дарами моря.

Внезапно все эти радужные мечты были прерваны резким ударом. Что-то большое садануло по днищу фрегата.

-Что это было? - встревожился Кэфар.

-Может, риф? - предположил Фрэк.

Моряки забегали по палубе, несколько человек заглядывало за борт, чтобы разглядеть хоть что-то. Вдруг на корабль обрушился целый град ударов. Несколько человек свалились в море, мачты затрещали.

-Что за напасть? - спрашивали люди друг друга.

-Глядите! - старый Фрэк указал на море. Все посмотрели в указанном направлении и обомлели от ужаса: море вспенилось, а из воды показались огромные щупальца.

-Спрут! Гигантский спрут! - завопили моряки.

Тут же поднялась паника. Напрасно Кэфар отдавал приказы, их попросту никто не слушал, ведь все знали: если на корабль нападает гигантский спрут, судно обречено. Люди кинулись к шлюпкам. Кэфар истерично орал, брызжа слюной. Всё новые удары сокрушали корпус фрегата. Одно щупальце обвилось вокруг мачты и выдернуло её вместе с частью палубы. В корабле появилась брешь, которая начала стремительно заполняться водой. Моряки в ужасе прыгали в море. Некоторые шлюпки успели спустить на воду. Суматоха и крик окончательно лишили Кэфара возможности командовать. Он занял место в одной из шлюпок и приказал отплывать от гибнущего судна.

-Но, господин, - возразил один из моряков, - в шлюпке ещё много места, там наши товарищи...

-Заткнись! - рявкнул Кэфар и направил на моряка ружьё. - Делай, что тебе говорят.

Моряку пришлось подчиниться, остальные даже и не пытались оспорить решение капитана. Они начали усиленно работать вёслами. Однако отплыть далеко они не успели. Чудовищное щупальце обрушилось на шлюпку, разнеся её в щепки. Последнее, что видел Кэфар в своей жизни, это искажённые ужасом лица подчинённых.

Между тем на фрегате царил настоящий хаос. Матросы продолжали пытаться покинуть фрегат. Они бежали с палубы большого корабля, но удары гигантских щупалец в щепки разбивали надежду на спасение. Через десяток минут всё было кончено. Обломки фрегата качались на окрашенных кровью волнах. Огромный монстр собирал свою кровавую жатву. То и дело слышались предсмертные вопли людей, умирающих в губительных объятиях омерзительных щупалец. Раздавался хруст костей. Вскоре всё смолкло, и лишь красного цвета вода да обломки корабля напоминали о жуткой трапезе подводного чудища.

Багряный туман начал редеть. Когда с востока подул ветерок, изгнанный капитан воспрял духом.

-Господин, мы, кажется, близки к цели, - обратился к Ральфу один из моряков.

-Да, Мафар, Туманные воды вот-вот закончатся, - согласился с ним Ральф.

Багряная завеса как будто разорвалась, выпуская шлюпки из своего плена. Все затаили дыхание. И вот перед отважными мореплавателями развернулась великолепная картина: по мере того, как туман редел, впереди всё более чётко вырисовывалась неизвестная земля. Сперва эти были неясные очертания, потом видимость улучшилась. Люди уже смогли различить жёлтую полосу прибрежного песка, а за ней великолепные деревья, раскинувшие свои кроны над долиной.

-Смотрите! Там дома! - выкрикнул остроглазый Биф.

Действительно, на некотором расстоянии от берега виднелись хижины. Их крыши были изготовлены из широких листьев, а сами строения представляли собой сплетённые из веток домики.

-Должно быть, это какая-то деревня, - предположил Мафар, приглаживая свои светло-русые волосы, которые трепал усилившийся ветер.

-Но где жители? - поинтересовался Биф.

Капитан молчал, раздумывая, как бы поступить. С одной стороны, опустевшая на первый взгляд деревня могла оказаться ловушкой. Вдруг местные жители, заметив шлюпки, затаились, чтобы нанести пришельцам удар? С другой стороны, выбора не было. Надо было высаживаться на берег.

-Причаливаем, - приказал наконец Ральф. - Только глядите в оба! Приготовить ружья! Первыми не стрелять, конфликт не провоцировать.

Моряки высадились на песчаный берег. Втащили шлюпки на песок. Несколько человек остались их охранять, готовые в любой момент спустить судёнышки на воду в случае необходимого отступления. Большая часть вооружённых мужчин отправились в деревню. Ральф шёл впереди, соблюдая чрезвычайную осторожность.

Хижины были заброшены. Создавалось впечатление, что жители покинули свою деревню. Но покидали они её в панике: в домах вещи были раскиданы, как будто хозяева наспех собирали только самое необходимое, на столах обнаружилась посуда с испортившейся едой, женщины даже позабыли свои украшения. Коралловые бусы беспорядочно валялись на полу сразу в нескольких жилищах.

-Может, пираты? - спросил Лори.

-Тогда бы они забрали ожерелья и прочие ценные вещи, - не согласился с этим предположением Ральф.

-Тогда цунами, - выдвинул свою гипотезу Мафар.

-Нет, не цунами, - возразил капитан, - ведь в этом случае дома бы снесло в море, а они стоят целые и почти невредимые.

-Тогда что здесь в конце концов произошло? - недоумевал Биф. - Где жители?

-Скорее всего их что-то или кто-то напугал, - отозвался Весельчак Лори, - раз они так спешно покидали родные дома.

-И куда они бежали? - спросил Ральф. Лори пожал плечами.

Обследовав деревню, мореплаватели так и не нашли ответы на свои вопросы. Впрочем, пожалуй, одну загадку они всё-таки разгадали. Дело в том, что Биф обнаружил широкую дорогу, ведущую в лес. На этой дороге валялось несколько тряпиц, видимо обронённых беглецами.

-Судя по всему, люди ушли по этой дороге, - сделал вывод Мафар, и остальные с ним согласились.

-В таком случае, господа, у нас нет иного выхода, как последовать примеру жителей этой злосчастной деревни, - заявил Ральф. - Мы должны отправиться следом. Но перед тем, как мы пустимся в это путешествие, нам необходимо пополнить запасы и спрятать шлюпки.

Через час путешественники вступили под сень высоченных деревьев, листья которых огромными веерами распростёрлись над дорогой. По мере продвижения в чащу, люди примечали всё больше удивительных вещей. Во- первых, поражало разнообразие растительного мира: всевозможные кустарники, травы, потрясающие по красоте цветы — всё это пестрело яркими пятнами. В воздухе разливалось дивное благоухание. Во-вторых, обилие плодов позволяло надеяться, что питаться придётся не только вяленым мясом. В-третьих, почти сразу люди заметили, что вдоль дороги, устремляясь к морю, бежит звонкий ручеёк, вода в котором была розоватого оттенка. Воду решили пока не пробовать, мало ли. А вот фруктов отведать хотелось.

-Стой! - крикнул Ральф Бифу, который собирался сорвать свисающий с дерева продолговатый плод красного цвета. Он чем-то напоминал грушу, но более вытянутую. Этот фрукт источал сладкий, манящий запах.

-В чём дело, господин Брикс? - удивился юнга.

-Посмотрите внимательно на эти плоды, - предложил капитан, - видите, их никто не ест. Они абсолютно целы: птицы их не клюют, насекомые не точат, огрызков на земле не видно. Другое дело вот те синие маленькие плоды. Глядите, с каким аппетитом их клюют птицы.

И в самом деле птицы были неравнодушны к неказистым на вид плодам. Фрукты эти произрастали на невысоких колючих кустарниках. Синя кожица их пузырилась пупырышками. Не очень-то приятные на вид плоды. Ральф приблизился к кустарнику, чем вызвал переполох в пернатом племени. Мелкие птички защебетали и вспорхнули в небо, напуганные присутствием людей. Пупырчатый плод был слегка поклёван. Капитан достал нож и разрезал его пополам. Его сподвижники столпились рядом, разглядывая находку. Мякоть у фрукта оказалась бежевого цвета. Ральф понюхал плод и затем откусил кусок. Моряки застыли, опасаясь возможных последствий. Но всё обошлось, капитан их даже не поменялся в лице.

-Очень сладкий фрукт, - сообщил он, - питательный. Не зря птицы его клюют.

Люди поспешили последовать примеру своего предводителя. Они срывали пупырчатые плоды и ели их с большим удовольствием. Красные же продолговатые фрукты никто не трогал, хотя и выглядели они соблазнительно.

До вечера шли путники сквозь чащу. Диких зверей они не видели, зато изредка слышали, как кто-то большой возится в кустах. Кое-где хрустели под тяжёлой поступью валявшиеся на земле ветки. Однако людей было много, поэтому они не опасались нападения хищников. К вечеру, когда солнце раскрасило безоблачное небо, встал вопрос о ночлеге. Решили заночевать тут же, у дороги. Разбили лагерь. Кто-то пошёл за хворостом, кто-то сооружал настилы на земле, чтобы товарищем было мягче спать. Мафар Ярс принялся стряпать ужин, ведь он являлся коком с большим стажем. Прежде всего стоило вскипятить воду и заварить листья кустарников, на которых произрастали пупырчатые плоды. Мафар хотел выяснить, каков будет чай, заваренный из такого сырья. Он ещё до привала успел попробовать листья на вкус, они оказались не хуже самих плодов: мягкие и сладкие. С воодушевлением мужчина принялся за дело.

Вдруг в чаще раздался крик Бифа. Все встрепенулись, Ральф бросился к нему, Весельчак Лори следом. Они первые прибежали на место происшествия. Биф стоял, потрясённый необычным зрелищем: в двух метрах от него валялась большая каменная голова. Лори и Ральф застыли, разглядывая эту находку.

-Я пошёл за хворостом, - начал бормотать юнга, - а тут это!

-Невероятно! - восхитился капитан. - Жителям острова знакомо искусство.

Ральф не только осмотрел высеченную из камня голову, но и обследовал ближайшие заросли и обнаружил статую в двойной человеческий рост, изображающую женскую фигуру.

Он тут же позвал соратников.

Обсуждение находки длилось вплоть до темноты и продолжилось уже возле костра. Выдвигались разные гипотезы. Кто-то считал, что эта скульптура- наследие вымершего народа. Некоторые спорили с этой версией, заявляя, что статуя, возможно, привезена на корабле, ведь на этой земле они пока не видели горы, а значит и каменоломни скорее всего здесь не существуют. Вероятно, местные жители торгуют с ещё каким-нибудь народом, обменивают камень на продукты питания или орудия труда.

-Ясно одно, - сказал Ральф, - статуя эта новая.

-Это ещё почему? - удивился Биф.

-Ты заметил, что она не успела покрыться ни мхом, ни плющом? - спросил капитан.

-Действительно, - почесал рыжеволосую голову юнга, - она и в самом деле выглядит так, будто её только что создали.

-И притащили в лес, - добавил Мафар.

-Интересно зачем? - удивился Лори.

-Они спасали статую от кого-то, - предположил Ральф, - от кого-то, кто напал на деревню. И этот кто-то всё-таки оторвал изваянию голову.

Все резко замолчали, размышляя над сказанным. Путникам сделалось жутко от осознания того, что, возможно, в лесу бродит существо, способное крушить камни. После ужина наступило время сна. Выставили часовых. Костёр поддерживали всю ночь.

Утро в этой стране изобилия наступало постепенно. Бледно-розовая зоря прогоняла тьму с небосвода. Звёзды гасли одна за другой. Убралась величественная хозяйка ночи Луна. Лучи дневного светила пронзали воздух, освещая верхушки деревьев. Наконец, они пробрались и в лесную чащу. Путники крепко спали. Часовые, расслабившись, считали минуты до подъёма.

Вдруг со всех сторон послышались устрашающие вопли. Люди, разбуженные этими звуками, вскочили на ноги, хватаясь за оружие. Из леса стали выскакивать какие-то двуногие существа. Ральф, находившийся ближе всех к деревьям, успел разглядеть их. Существа выглядели как люди, только волосы у них были длинные и оранжевого цвета, а кожа сверкала золотом на солнце. На лицах красовался боевой раскрас в виде горизонтальных синих полос. Ральф понял, что это мужчины, так как фигуры их были широкоплечими и мускулистыми. Из одежды у нападавших были лишь набедренные повязки из синей ткани.

Эти дикари окружили вооружённых ружьями мужчин и прицелились в них из луков. Когда первые стрелы полетели в путешественников, капитан приказал стрелять. Послышались залпы, и дикари отпрянули в чащу, оставив погибших товарищей лежать на земле.

-Кто это был, господин Брикс? - спросил юнга, рассматривая красную стрелу, которая упала прямо ему под ноги.

-А это местные жители, - запыхавшись, пробормотал Ральф и осмотрелся. Семь человек оказались убиты, один ранен.

-Похоже, они не отличаются гостеприимством, - проворчал Лори, веселость которого сменилась угрюмостью.

-Зато они отступили, когда мы угостили их порохом! - заметил Мафар.

-Я бы не был так уверен в этом, - с сомнением произнёс капитан, - они явно никогда не видели огнестрельного оружия, но кто знает, что они приготовили для нас?

И как будто в подтверждении этих слов из кустов в путников полетели теперь уже не стрелы, а мелкие дротики. Ральф почувствовал укол в руку. Он увидел, что из неё торчит малюсенький дротик, который мужчина без труда вырвал из кожи. Тонюсенькая струйка крови потекла по рукаву рубахи. Тут же капитан испытал слабость и дикую сонливость. Веки его отяжелели. Он посмотрел на товарищей и заметил, что половина его людей уже валяется на земле. Перед тем как потерять сознание Ральф увидел, как к ним приближаются воины с оранжевыми волосами. Лица он уже различить не мог, так как пелена застилала глаза. Ральф рухнул на землю возле Бифа и Лори, которые уже лежали без чувств.

Ральф плохо соображал, сколько прошло времени с нападения дикарей. Голова гудела. Когда он разлепил веки, обнаружил, что руки его связаны за спиной. Капитан повертел головой. Многие его товарищи уже успели прийти в себя, но они так же были пленниками. Дикари расхаживали по лагерю, рылись в вещах. Особенно их заинтересовали ружья, поражающие врагов на расстоянии. К оружию дикари притронутся не смели. Кто-то из воинов заметил на пороховнице эмблему королевства Ятукс, родной страны Ральфа и его соратников. Это открытие произвело волнение в рядах дикарей, и Ральф никак не мог понять, чего они так всполошились. Потом он увидел, что к ним приближается рослый воин. Его лицо украшали не только синие полосы, но и красные, из чего капитан сделал вывод, что это предводитель дикарей, возможно, вождь.

-Кто есть главный? - прозвучал неожиданный вопрос. В смысле вопрос то вполне закономерный в такой ситуации, но пленники удивились, что воин разговаривает на их языке, языке королевства Ятукс.

-Я главный, - отозвался капитан. - Меня зовут Ральф Брикс.

Предводитель дикарей подошёл ближе и присел рядом с пленником, заглядывая ему в глаза. Ральф в жизни не видел таких глаз. Они были как будто пронизаны солнечным светом, золотистая радужка сверкала.

-Зачем вы прийти на нашу землю? - грозно спросил вожак.

-Мы мореплаватели, - стал объяснять Ральф, - исследуем неизведанные страны.

-Зачем?

Тут Ральф замялся, вспомнив, как совсем недавно он вместе с соотечественниками захватил острова Дор и Лир, подчинив их жителей своему королю. Вожак заметил его замешательство и нахмурился. Капитан же решил увести разговор в другую сторону.

-Откуда ты знаешь наш язык? - спросил он.

-Вопросы здесь задавать я! - прорычал воин. - Ты всё рассказать, когда госпожа прикажет вести тебя к ару! Встать!

Ральф медленно стал подниматься, но рухнул, так как ноги его ослабели от усыпляющего яда, что ещё оставался в крови.

-Встать! - снова заорал предводитель дикарей.

Капитан сделал ещё одну попытку подняться, на этот раз более успешную. Остальных путников тоже заставили встать на ноги. Вожак что-то крикнул на своём языке, и некоторые из дикарей с величайшими предосторожностями взяли в руки ружья. Остальные похватали другие предметы, в том числе пороховницы с порохом.

-Вот дерьмо, - проворчал оказавшийся рядом с Ральфом Мафар, - теперь мы пропали. Они сожрут нас на ужин или принесут в жертву своим богам.

-Не хорони нас раньше времени, - отозвался капитан, - тот тип, их предводитель, откуда-то знает наш язык. Возможно, он не один такой и мы сможем договориться.

Сперва пленников вели лесной дорогой, но потом вожак что-то приказал, и отряд дикарей свернул на узенькую тропку. Идти со завязанными за спиной руками по лесу оказалось тяжело. Моряки то и дело спотыкались. Кок Мафар зацепился ногой о торчащий из земли корень и упал, разбив нос в кровь.

-Ты как? - метнулся к нему оказавшийся рядом Ральф.

-Проклинаю ту минуту, когда сел с тобой в шлюпку, - злобно ответил пострадавший. - Лучше бы я остался на корабле под командованием Кэфара. Ты всех нас погубил, Ральф Брикс.

Капитан ничего не ответил, лишь отошёл в строну и тут же получил пинок от дикаря, который следил за пленниками.

Процессия продолжила пробираться сквозь лесной массив. Через некоторое время идти стало легче: тропа расширилась, а под ногами, к удивлению пленников, появилась старая брусчатка.

-Кто-то мостил здесь дорогу, - шепнул капитану юнга, - неужели этим дикарям знакомы приёмы обработки камня?

-Но статую-то они создать смогли, - ответил Ральф.

Вновь один из воинов пихнул капитана в плечо, заставляя замолчать.

Внезапно деревья расступились и перед взорами путников раскинулась обширная долина, залитая светом. Впереди высился каменный замок с башнями цилиндрической формы. Воины возликовали.

-Это ещё что такое? - стали спрашивать друг друга матросы. - Владение местного аристократа?

Предводитель дикарей подошёл к Ральфу и, усмехаясь, сообщил:

-Вас сейчас повести к нашей королеве и вы будете говорить зачем прийти на нашу землю! Королева приказать вас пытать!

-В этом замке живёт королева? - спросил капитан.

Вожак злобно улыбнулся и что-то процедил сквозь зубы.

По мере приближения к замку становилось понятно, что местным жителям известно не только зодчество, но и методы обработки земли: по обе стороны от дороги расстилались возделанные поля с неизвестной пленникам культурой. В дали путники заметили разбитые фруктовые сады, а на подходе к воротам замка оказалась целая аллея из белоснежных скульптур, изображающих людей, животных и птиц.

-Ничего себе, - присвистнул Весельчак Лори, - это прям у них тут цивилизация.

-Может и так, только нам это не поможет, - проворчал Мафар.

-Да ладно тебе ныть, мы ж пока живы, - весело отозвался неунывающий Лори.

-Молчать! - рявкнул на него предводитель дикарей.

-Да молчу я, вождь, молчу, - примирительным тоном отозвался Лори.

Когда отряд прошёл через ворота в замок, пленников ждало новое потрясение. Они увидели таких же людей, что и дикари: у всех была золотистая кожа, у мужчин волосы оранжевые, у женщин лимонного цвета. Янтарного оттенка глаза светились любопытством. Но эти жители не выглядели дикарями. Они были облачены в колоритные наряды с разноцветной вышивкой. Никаких набедренных повязок и краски на лице.

Пленников повели в высокую башню и заставили подниматься по крутой винтовой лестнице. Измученные люди еле ползли по каменным ступеням, подгоняемые своими пленителями. Наконец утомительный подъём закончился и они оказались в просторном помещении.

-Встать! - послышался знакомый грубый голос. Но Ральф не сразу узнал его обладателя. Предводитель дикарей успел преобразиться. Он переоделся в блистательную одежду: тёмно-синие штаны, светлую рубаху, манжеты и горловина которой были отделаны золотой вышивкой, а на плечи он накинул длинный бардовый плащ. Оранжевые волосы были расчёсаны и заплетены в косичку, а с золотистой кожи исчез боевой раскрас.

-Принарядился? - спросил его капитан. - Тебе так больше идёт.

Вождь злобно взглянул на Ральфа и ответил:

-Шутки закончились, собака! Сейчас ты и твои люди предстанут перед королевой Одавэлла! И ещё я позвать ару!

-Что ещё за ару? - спросил Мафар, бледнея.

-Ару заставлять говорить правду, - хмыкнул переодетый дикарь.

-Да ладно, мы и так всё расскажем, - прозвучал голос Лори, - не надо никакого ару.

В ответ вожак лишь высокомерно оглядел пленников.

-Идём! - приказал он, и моряков провели через небольшой коридорчик, а затем они оказались в ещё одном зале, более просторном. Мужчины разглядывали каменные своды, красовавшиеся великолепной росписью. Морские пейзажи украшали стены, мастерство художников поражало воображение: все изображения выглядели очень реалистично. Через стрельчатые окна проникал солнечный свет, и золотые подсвечники, стоявшие на огромном камине, слепили блеском. Пол помещения представлял из себя мозаику со сложнейшим узором из разноцветных отполированных до идеального состояния камней. Пленники, ослеплённые интерьером не сразу увидели стройную женскую фигуру, стоящую к ним спиной. Ральф заметил её первым. Дама была облачена в длинные светлые одеяния, перламутром переливающимся в солнечных лучах. Её лимонного цвета волосы шёлковыми кудрями спускались по спине, почти достигая пола. На голове красовалась золотая корона.

Предводитель воинского отряда сказал что-то на своём языке женщине и преклонил колено. Фигура встрепенулась, словно сбрасывая с себя сонное оцепенение, а потом королева медленно развернулась к присутствующим. Послышался восхищённый шёпот моряков, а у Ральфа открылся рот от изумления. Все неотрывно взирали на королеву Одавелла.

В своей жизни Ральф встречал много женщин, но такую он видел впервые. Прежде всего поражал её возраст: она оказалась совсем юна, слишком юна, чтобы быть властительницей огромных территорий. Красота же её казалось неземной: нежнейшая золотистая кожа прекрасно сочеталась с огромными янтарного цвета глазами, обрамлёнными длинными чёрными ресницами. Аккуратный нос и красивые алые губы, которые она растянула в приветливой, но какой-то вымученной улыбке.

Предводитель воинов что-то начал объяснять своей королеве, и та слушала его, склонив голову. Лицо её омрачила тень досады. Красавица принялась оглядывать мужчин своими печальными глазами.

-Так и вы жаждете захватить наши земли? - спросила она.

-Нет, госпожа! - выкрикнул Ральф. - Не было у нас злого умысла.

-Врёшь, пёс! - рявкнул вождь. - Иначе как объяснить, что ты и твои люди убили лучших наших воинов из своих стреляющих палок?

-Это мы-то убили! - не выдержал Мафар. - Да вы первыми на нас напали!

-Я придушу каждого из вас своими руками! - прорычал предводитель дикарей.

-Довольно, Валавэ! - прервала перепалку королева. - Зная тебя, я могу поверить, что ты первым напал на чужеземцев.

-Но моя королева! - воскликнул Валавэ, - разве не идёт у нас война с коварным врагом? Разве военное положение не даёт нам право расправляться с непрошенными гостями?

-Не слишком ли много крови? - вздохнула царственная красавица.

-Вот увидите, они захватчики! Такие же враги, как и мёртвы!

-Что ещё за мёртвы? - шёпотом спросил у капитана Весельчак Лори, но Ральф лишь пожал плечами.

-Призовите ару и она узрит всю правду об этих псах!

-Кто такая ару? - не сдержал своего любопытства Биф.

-Ару? Это наша ведунья, - объяснила королева, - единственная оставшаяся в живых. Валавэ, вели послать за ней.

Дерзкий дикарь поспешил исполнить приказ своей госпожи.

-Вы должно быть удивлены тем, что я и некоторые мои подданные знаем наш язык, - продолжила беседу красавица, - знайте же, что вы попали в Одавэлл, владение вэлов. Это мой народ. Народ, который, увы, оказался на краю гибели. Поэтому-то вас встретили копьями и стрелами мои воины. Сейчас каждый чужеземец для нас враг. Но так было не всегда. Многие столетия наши ару копили знания об окружающим нас мире. Они тайно путешествовали по свету, изучая разные страны и выучив языки различных народов. Эти знания ару передавали членам королевской семьи и высшим сословиям нашего общества. Мы, оставаясь в тайне, знали о мире многое. Мир же довольствовался лишь смутными преданиями о вэлах и Благословенной земле Одавэлл. Я, как королевская дочь, обучалась различным языкам, в том числе и языку, на котором говорите вы, жители Ятукса. Валавэ мой дальний родственник. Он принадлежит к знатному роду и потому тоже обучался у ару.

-Там в лесу он выглядел сущим дикарём, - усмехнулся Ральф.

-Дело в том, что народ наш соблюдает обычаи древности, которые помогают нам поддерживать связь с нашими славными предками. Поэтому наши воины, выходя на тропу войны, надевают традиционные наряды и наносят на лица боевую раскраску. Это не просто дань традициям, это возможность получить помощь от прадедов, слившись с ними в едином духе. Это всё, что вам сейчас нужно знать. Теперь пришла наша очередь узнать о вас всё, ибо приближается ару.

В зал медленно вошла древняя старуха. Некоторые моряки невольно вздрогнули, взглянув на морщинистое лицо с выцветшими, ничего не видевшими глазами. Старуха, видно, пользовалась большим почётом, о чём говорило её вышитое золотом роскошное одеяние. Сама же она была страшна: скрюченные пальцы, тусклая жёлтая кожа, изрезанная морщинами, пакли седых немытых волос.

-Ты призвала меня, королева Юлира! - почти замогильным голосом провозгласила старуха. - Вероятно, ты хочешь знать всё об этих чужестранцах?

-Да, - подтвердила королева.

-Подведите ко мне главного из них, - потребовала ведунья.

Валавэ пихнул Ральфа и жестом приказал ему приблизиться к старухе. Та, нащупав голову капитана, возложила на неё свои корявые руки. Ральфа начало мутить от вони, исходящей от этой странной пожилой женщины. Он зажмурился, чтобы хотя бы не видеть её обезображенное старостью лицо. Спустя несколько минут ару отдёрнула руки и воздела их над головой.

-Теперь смотрите! - призвала она и начала вращать руками, создавая вихрь. Воздух вокруг неё уплотнился и принял форму прозрачного шара. Вдруг внутри этого шара начало проявляться изображение.

-Колдовской шар! - выпалил Мафар.

И он был прав. В шаре отображались события последних недель, связанные с Ральфом и его матросами. Вот шар показал, как они отплывали от берегов Ятукса. Потом видение поменялось и присутствующие увидели завоевание островов Дор и Лир. Далее шар показал происходящее на фрегате, бунт против капитана.

-Жаль, не видно, что стало с фрегатом после того, как мы покинули его, - сказал вслух юнга.

Ару улыбнулась и что-то прошептала. В этот же миг картинка сменилась и моряки увидели бунтаря Кафара, лицо которого исказилось от ужаса. С замиранием сердца следили матросы за нападением на корабль гигантского спрута. Так они узнали о гибели бывших товарищей.

-Всё ещё жалеешь, что сел со мной в шлюпку, Мафар? - спросил капитан у кока. Тот, потрясённый, что-то бормотал.

-Мне жаль моряков, - печально произнесла королева Юлира.

-Не важно, что случилось с земляками этих людей, - заявил как всегда воинственно настроенный Валавэ, - важно лишь то, что они оказались захватчиками! Вы сами видели, что показала нам ару!

-Это верно, мы покорили острова, - согласился Ральф. - но нападать на Одавэлл мы не собирались.

-Теперь и это не важно, - вздохнула Юлира, - ибо вас опередили. На нас напали жуткие твари, против которых вэлы оказались бессильны. Мои родители были растерзаны крылатыми монстрами, и я оказалась в сложном положении. Мне пришлось принять власть над гибнущей страной. Я королева обречённого государства, а моя юность и слабость лишь ускорят разрушение нашей земли.

-Не спеши хоронить нас, Юлира, - проскрипела ару. - Эти чужеземцы оказались в Одавэлле не просто так. Высшая сила привела их сюда. Мне было открыто, что их стреляющие палки могут убить чудищ, лишь бы эти люди согласились вступить в схватку.

-А разве у них есть выбор? - спросил Валавэ. - Если они откажутся сражаться за нас, то будут казнены, как нарушители границ.

-Что скажете, чужестранцы? - уставшим голосом спросила королева Юлира.

-Кто напал на вас? - потребовал объяснений Ральф.

-Их называют мёртвы, ибо они мертвы.

-То есть вы предлагаете нам убить и без того мёртвых тварей? - хохотнул Лори.

-Именно так, - кивнула головой королева, и её лимонные локоны всколыхнулись, словно сияющие волны.

-Что-то мне подсказывает, что это будет не просто, - проворчал Мафар.

-А когда нам было просто, друзья мои? - Ральф обвёл соратников твёрдым взглядом. - Защитим легендарный Одавэлл и получим свободу!

-Видно, делать нечего, - произнёс не очень уверенно Биф, - придётся воевать с нечистью.

-Это будет славная схватка! - задорно подхватил Весельчак Лори.

-Я бы сказал, смертельная схватка, - буркнул кок.

Остальные матросы, понимая безвыходность своего положения, согласились на требования вэлов.

Началась подготовка к битве.

-Первым делом научите самых сильных воинов пользоваться вашим оружием, - посоветовала мудрая ару, - всё-таки наши луки не идут ни в какое сравнение с вашим стреляющими палками.

Ральф внял этому совету, и вскоре двор королевского замка превратился в стрельбище. Моряки целыми днями тренировались в ловкости и отрабатывали боевые приёмы.

-Есть ли у вас изделия из серебра? - поинтересовался капитан у Юлиры.

-Сколько угодно, - ответила королева.

-Зачем тебе серебро? - грозно спросил зловредный Валавэ.

-Затем, что нечисть страшится серебра, - скрипучим голосом ответила за Ральфа ару. - А ты сообразителен, чужестранец. Я уже несколько месяцев призываю вэлов перековать серебряные украшения в наконечники для стрел, но они, впав в отчаяние, не слушали меня. Однако теперь, когда наши люди видят, что всезнающие чужестранцы, владеющие стреляющими палками, на нашей стороне, они воспряли духом. Теперь они верят в победу и готовы пожертвовать серебром.

И закипела работа. Всех жителей обязали сдать серебряные предметы, а кузнецы трудились не покладая рук.

-Нападение следует ждать в полнолуние, до которого осталось две недели, - объявила ару.

-Надо укрепить крепостные стены! - командовал Ральф, а Валавэ не сводил с него ненавидящий взгляд.

-Неужели ты думаешь, что эти оборванцы способны одолеть мёртвов? - спрашивал он у Юлиры.

-Не знаю, - вздыхала красавица, - но какой у нас выбор? Почти весь наш народ перебили эти чудища. Нам только и остаётся принять последний бой. Мне ли тебе это объяснять? Ведь ты воин.

Валавэ ничего не отвечал королеве, а лишь злобно смотрел на неё, и от этого недоброго взгляда у неё мурашки бежали по золотистой коже.

В один из таких напряжённых дней Ральф улучил минутку для отдыха. Он прогуливался по фруктовой роще, разбитой недалеко от крепости и обдумывал разные стратегии, вспоминал все военные хитрости. Вдруг капитан услышал дивное пение. Нежный и печальный голос мягко изливал слова на непонятном Ральфу языке. Моряк осторожно пошёл в ту сторону, откуда доносилось пение. Он раздвинул ветви кустарника с широкими листьями и увидел беседку, искусно вырезанную из дерева. В беседке сидела на скамье королева и пела печальную песню. Столько боли плескалось в её дивном голосе, что сердце Ральфа сжалось. Моряк приблизился к беседке и залюбовался красавицей. Юлира вздрогнула, услышав как хрустнула ветка под ногой мужчины, и прекратила петь. Она испуганно смотрела на Ральфа широко открытыми глазами.

-Не печальтесь, ваше величество, - немного смутившись произнёс Ральф. - Я даю вам обещание, что защищу вас и ваше государство.

-Ах, милый Ральф, если бы ты знал, насколько ужасны монстры, то не давал бы опрометчивых обещаний.

-И всё же я исполню то, что должен, уж поверьте мне. Не могу же я допустить гибель такой прекрасной и беззащитной девушки. Вы должны быть избавлены от злой участи, ведь вы королева.

-Боюсь, я слишком слаба для того, чтобы править. Власть должна была перейти моему старшему брату, суровому и мужественному воину и талантливому политику. Но мой брат погиб вместе с моими родителями. Я же никогда не стремилась к власти. Что теперь будет с моим народом, когда у него такая несмелая королева?

-Это можно решить после, - ответил Ральф как можно более бодрым голосом, - победим только этих ваших мёртвов.

-Надеюсь, ты искренен в своих словах.

-Конечно, ваше величество! - заверил её капитан.

После этого разговора желание защитить Одавэлл у Ральфа окрепло.

И вот наступила ночь полнолуния. Воины вэлов вновь облачились в одни набедренные повязки и нанесли на лицо синие полосы. Боевая окраска Валавэ и на этот раз отличалась дополнительной красной полосой. Моряки засели в засаде, приготовив ружья. Огнестрельное оружие выдали и наиболее способным вэлам. Остальные защитники Одавэлла вооружились луками и стрелами с серебряными наконечниками, серебряными ножами и посеребрёнными мечами.

Ральф приказал Мафару и Бифу оставаться подле королевы, которую спрятали в одной из башен. Глядя на ползущую по небу Луну, Юлира дрожала от страха.

Тягостная тишина давила на разум. Казалось, сам воздух замер: ни дуновения ветерка, ни облачка на небе. Звёздная ночь таила в себе опасность. Вдруг птицы на деревьях встрепенулись. Они, напуганные невидимым врагом, вспорхнули с ветвей и с криком полетели прочь.

-Началось, - прошептал Ральф. И он угадал. Очень скоро благодаря лунному свету люди смогли различить многочисленные чёрные точки, чернота которых затмевала даже ночной сумрак. Они будто дырявили пространство, приближаясь с огромной скоростью. Вскоре послышались пронзительные противные голоса, напоминающие скрип металла по стеклу.

-Мёртвы! - воскликнул один из воинов.

-Внимание, полная боевая готовность! - скомандовал Ральф. - Помните, что необходимо целиться в грудь и голову монстрам.

Наконец окрестности замка заполонили жуткие существа, отдалённо напоминающие огромных летучих мышей. Взмахи их кожистых чёрных крыльев всколыхнули воздух, а уродливые туловища источали зловонную слизь. Мёртвы жаждали человеческой плоти. И вот первые из них спикировали на защитников замка. Завязалась битва. Люди рубили чудищ мечами, кололи ножами, стреляли из луков. Когда серебро проникало в кровь нечисти, чудища издавали душераздирающий крик и тут же обращались в прах. Это существенно подняло боевой дух людей, они самоотверженно бросались в бой, но чудищ было очень много, поэтому под стенами замка уже скопилось изрядное количество обглоданных трупов.

Между тем в башне разыгралась настоящая трагедия. Королева Юлира с замиранием сердца наблюдала за сражением через узкое стрельчатое окно. Её два охранника прислушивались к кошмарным звукам. Вдруг до слуха чуткого юнги донеслось поспешный топот: кто-то спешно поднимался по винтовой лестнице к их убежищу.

-Сюда приближается кто-то, - сообщил Биф коку, который начал трястись от страха ещё до наступления темноты.

Топот стих возле двери. Послышались удары, и знакомый голос выкрикивал непонятные слова.

-Это Валавэ! - обрадовалась Юлира. - Должно быть он принёс важные новости! Впустите его!

Моряки тут же отворили засов, и в помещение действительно стремительным шагом вошёл предводитель воинов вэлов.

-Моя госпожа! - выпалил он. - Мы проигрываем и Ральф Брикс просит вас немедленно уходить из крепости! Мы пустимся тайными тропами и скроемся в лесной глуши!

Услышав эти слова, Мафар, поддавшись панике, пустился бежать по лестнице. Он выбежал наружу и, увернувшись пару раз от когтей мёртвов помчался к воротам. Лишь в бегстве видилось ему спасение. Кок твёрдо верил, что лесная чаща укроет его от нечисти, занятой расправой над защитниками Одавэлла.

Юлира смотрела на Валавэ испуганными глазами.

-Ну же, ваше величество! - требовательно произнёс тот.

Но Юлира, помедлив немного, ответила:

-К чему мне прятаться, если народ мой гибнет? Кто я без своих подданных? Я желаю разделить участь со своими людьми!

Лицо предводителя воинов перекосилось от злобы, и он прошипел:

-Глупая девчонка! Ты даже не представляешь, как я ненавижу тебя! Ты и только ты являешься единственной преградой на моём пути к власти!

-Что ты такое говоришь? - поразилась королева.

-Мы же родственники, пусть и дальние, - ухмыльнулся воин, - если ты погибнешь, я стану королём! А тут и эти чужестранцы имеют все шансы победить мёртвов.

-Ах ты негодяй! - кинулся на Валавэ Биф. Он не понимал ни слова на языке вэлов, но по интонациям примерно понял о чём идёт речь.

Валавэ свирепо посмотрел на него, но храброго юношу это не испугало. Юнга наставил на предателя ружьё. Однако коварный Валавэ успел спрятаться за королеву, и произвести выстрел юноша не мог. Более того Валавэ схватил Юлиру и приставил к её шее нож.

В это время кровавая битва была в самом разгаре. Ральф только что прикончил свалившееся на землю чудище. И тут он увидел, как корабельный кок Мафар выбежал за ворота.

-Что это ещё такое! - поразился он. - Я же велел ему охранять королеву.

Он бросился к башне, прорываясь через сонмище нечисти. Меч его окрасился чёрной кровью. Сам же капитан тоже получил ранения, его некогда белая рубаха алела кровавыми пятнами. Однако капитан не обращал на это никакого внимания, сердце его сжималось при мысли об участи королевы.

-Брось- ка свою стреляющую палку, - рявкнул Валавэ, - не то я убью её прямо сейчас!

Биф стоял в растерянности. Потом он сделал вид, что готов сдаться. Юноша стал медленно опускать ружьё на пол, но его воинственный взгляд насторожил опытного воина. Валавэ был начеку, поэтому когда Биф неожиданно вскинул ружьё, чтобы всё-таки рискнуть и сделать меткий выстрел, воин опередил его. Он метнул нож в Бифа. Лезвие вонзилось прямо в грудь смельчака. Биф покачнулся, выронил ружьё и рухнул на пол. Юлира закричала. Она хотела убежать, но Валавэ хищником кинулся к ней и, схватив за волосы, потащил к умирающему юнге. Биф хрипел и хватал ртом воздух. Валавэ выдернул из его груди нож.

-Теперь твоя очередь, ваше величество, - негодяй чудовищно оскалился. Юлира зажмурилась, приготовившись к смерти, но когда Валавэ уже приготовился пронзить её сердце, Биф, преодолевая смерть, схватил его за ногу и дёрнул. Это была хорошая попытка спасти девушку, но умирающему юноше не хватило сил задержать мерзавца. Однако нож тот всё же выронил. Юлира, воспользовавшись замешательством врага, резко рванулась, пытаясь освободиться, но не тут то было. Коварный изменник намотал её роскошные волосы на свою руку.

-Тебе не уйти от меня, - рассмеялся Валавэ, но тут услышал, как в помещение кто-то вбежал. Он обернулся и увидел ненавистного ему Ральфа. Капитан, быстро сообразив в чём дело, бросился на воина. Ружьё он применять побоялся из-за близости королевы. Мужчина метнулся к предателю и нанёс ему удар в челюсть. Завязалась драка. Валавэ вынужден был прекратить удерживать девушку за волосы, чтобы освободить свою вторую руку. Но прежде чем он это осуществил, Ральф нанёс ему ещё несколько ударов. Они сцепились в смертельной схватке. Юлира, плача, подползла к переставшему дышать Бифу. Она остекленевшими от ужаса глазами смотрела на дерущихся. Вдруг она заметила на полу нож, оброненный Валавэ, но сунуться к сражающимся побоялась.

-Ральф! Нож! - прокричала она что есть мочи.

Ральф услышал её и взглянул на пол. Противник ему попался сильный. Суровый воин не позволял дотянуться до оружия, намереваясь им завладеть. Но всё-таки после многочисленных попыток капитан схватил нож и, резко вытянув руку перед собой, насадил на лезвие навалившегося на него врага. Валавэ вскрикнул, но продолжал бороться. Ральф вынул из его тела лезвие и нанёс ещё один удар, на этот раз в шею. Кровь хлынула из раны, и Валавэ, содрогаясь, повалился на пол рядом с убиенным им юнгой. Ральф уселся на пол, пытаясь отдышаться. Через минуту Валавэ затих, взгляд его замер, а грудь перестала вздыматься.

-Вот и всё, - выдохнул Ральф.

В это время Мафар бежал сквозь чащу не разбирая дороги. Его воодушевляло то, что небо посветлело: значит близится рассвет. Он отгонял от себя мысли, что струсил, что бросил беззащитную девушку в беде, что предал своего капитана.

-Пусть храбрость губит глупцов! - бормотал он себе под нос. - Я же найду способ вернуться в родной Ятукс.

Вдруг впереди кусты зашевелились. Мафар тут же остановился, затравленно озираясь по сторонам. Он вскинул ружьё и пальнул в заросли. В тот же миг оттуда на него с жутким рычанием бросилось какое-то чудище. Мафар успел заметить только то, что оно походило на тигра гигантских размеров. В следующую секунду острые клыки пронзили его тело. Мафар издал предсмертный вопль, а монстр скрылся в кустах вместе со своей жертвой.

Заря принесла не только свет в этот дивный мир, но и стала предвестником победы. Не смотря на огромные потери люди одолели кровожадных чудовищ. Их трупы догорали в лучах солнечного света. Израненный Ральф потерял сознание.

Несколько дней лекари боролись за его жизнь. Юлира почти не отходила от его ложа. Сквозь дурман и немощь Ральф чувствовал нежное прикосновение её рук, и ему становилось легче. Наконец лекарь объявил, что жизнь капитана вне опасности, но прошло ещё много дней, прежде чем он сумел встать на ноги. Капитан очень огорчился, узнав, что почти все его люди пали в этой схватке, но не мог не радоваться спасению Одавэлла. Королева окружила его заботой. Они очень много времени проводили вместе.

-Что ты намерен делать теперь? - плохо скрывая волнение, спросила у него Юлира. - Ты можешь вместе со своими подчинёнными построить корабль и отплыть на родину. Мы не станем противится, ведь вэлы у вас в неоплатном долгу.

-Ты ведь не хочешь, чтобы я уплывал? - с надеждой спросил Ральф.

Красавица опустила глаза и тихо ответила:

-Нет.

-И я не хочу покидать здешние земли, не хочу расставаться с тобой...

Он взял её за руки. Они стояли так не в силах преодолеть волнение. Вдруг Ральф притянул к себе королеву и поцеловал её в губы. Девушка не стала сопротивляться.

-Похоже в Одавэлле появится смелый и отважный король, - весело заметил Лори и указал приятелю на влюблённую парочку.

Его слова исполнились: очень скоро было объявлено о свадьбе. Все ликовали, ведь это событие должно было положить начало новой счастливой эпохе, никто не сомневался, что с таким королём, как Ральф Бикс, Одавэлл ждёт процветание.

-Знаешь, я даже не представлял, как важно бывает следовать призыву своего сердца, - улыбнувшись сказал Ральф своей прекрасной невесте, - в тот день, когда я сел в шлюпку и устремился к горизонту, я вершил не только свою судьбу, но и судьбу целого народа.

19. Незапланированное путешествие

На Марсе начинался новый день. Солнце маленькой точкой вставало из-за горизонта. Небо приобрело синий оттенок. Днём оно станет жёлто-коричневым, но сейчас, во время восхода, небосвод был синим.

-Прямо как дома, - мечтательно глядя в вышину поговорил человек в военной форме,- эх, завтра в отпуск! Слетаю на Землю навестить родных, а потом понесусь сквозь звёзды к своей мечте.

Так рассуждал Антон Игнатьев, командир специального подразделения на Марсе. Задачей этих военных являлась охрана Кралинска, первого марсианского города. В Кралинске трудились десятки тысяч учёных. Город был накрыт огромным куполом из марсианского стекла. Это первые марсианские колонисты вынуждены были жить под слоем почвы, чтобы защититься от солнечной радиации и пылевых бурь. Но спустя век после основания колонии совместной русско-американской научной экспедицией на красной планете были обнаружены залежи марсианского песка. Люди начали изготавливать из него стеклонус- стекло, обладающее сверхпрочностью и не пропускающее радиацию. Из него создали купол, внутри которого развернулось грандиозное строительство. Так на Марсе появился первый город. Позже американцы построили ещё один город- Джекорд, располагавшийся в пятидесяти километрах от Кралинска. Между городами создали сообщение- проложили железную дорогу, защищённую прозрачным туннелем из стеклонуса. В этих двух городах поселились учёные из разных стран Земли со своими семьями. Под куполами высадили растения различных видов, придумали систему обогрева во время экстремально холодной марсианской зимы. Невероятное количество научных проектов планировалось реализовывать в этих первых городах на Марсе.

Однако очень скоро выяснилось, что Марс нуждается в защите. Та инопланетная цивилизация, что вышла на контакт с людьми во время активной застройки красной планеты, оказалась далеко не единственной в космосе. Вскоре удалось обнаружить и наладить общение с десятками иных космических народов из соседней солнечной системы. Взаимодействие землян и гуманоидов шло плодотворно, но, к сожалению, оказалось, что и среди инопланетян встречаются разного рода преступники и террористы. От них-то и призвано было защищать Кралинск спецподразделение, в котором служил командиром одного из отрядов быстрого реагирования Антон Игнатьев.

Начинался последний день перед отпуском Антона. Он соскучился по Земле, но не предстоящая встреча с родной планетой вызывала на его лице улыбку. Он собирался провести на голубой планете лишь один день. Один день займёт полёт с Марса на Землю. Один день командир посвятит встрече с родными, ну а дальше Антон приступит к осуществлению своей давней мечты. Игнатьев уже несколько лет мечтал провести отпуск на легендарной курортной планете Верпульции. Эта небольшая планета славилась своими развлекательными комплексами. Её жаркий климат делал воду в морях необыкновенно тёплой. По берегам морей выстроили межпланетные курорты с головокружительным количеством услуг в сфере туризма и развлечений. Верпульция стала одним из самых популярных мест отдыха у представителей разных космических цивилизаций. И земляне не стали исключением. Однако такой отдых был очень дорогим удовольствием. Далеко не каждый мог себе позволить такую поездку. Да и лететь далековато от Земли, целых три дня. Топлива для звездолёта необходимо много, а оно тоже не дешёвое. Тем не менее Антон, заядлый путешественник, умудрился за два года службы накопить нужную сумму, половину из которой он уже потратил, забронировав номер в одном из отелей на Верпульции.

Молодой мужчина весь летал в облаках, когда на его радаре запищал сигнал.

- Что такое?- спросил Саня, помощник Игнатьева.

-Не знаю,- озадаченно ответил командир,- может, метеорит?

-Исключено,- возразил Саня,- после того, как на около марсианской орбите установили огромный магнитный диск все метеоры, притягиваемые им, отклоняются от курса и не падают на красную планету. Это не метеорит и не комета.

Антон ещё раз проверил радар.

- Вызываю центр, ответьте, приём,- тревожно затараторил Антон в трубку межпланетного аппарата связи.

- Что у вас случилось?- спросил строгий голос.

- Наблюдаю около Марса неопознанный объект.

- Межпланетный корабль?- предположил обладатель строгого голоса.

- На корабль не тянет,- отозвался Игнатьев,- объект размером не больше двух пассажирского звездолёта.

- Ну так выясните, что это такое!

- Саня, где приземлился объект? И приземлился ли он вообще?

- Приземлился,- ответил тот,- около сектора Б-132.

-Это совсем рядом. Надевай скафандр и созывай группу. Поехали!

Через пять минут Антон уже руководил группой быстрого реагирования, направляя военный марсоход к сектору Б-132. Теперь необходимо было проникнуть через ворота на незащищённую куполом территорию, где так называемая внешняя атмосфера, которая, конечно таковой не являлась, не защищала от солнечной радиации. Люди могли находиться в этой местности совсем непродолжительное время и в специальном обмундировании. Для безопасного выхода из Кралинска в каждом секторе, на которые был поделён город, установили двойные ворота: внутренние и внешние. Сперва открывались внутренние, а внешние при этом были закрыты, защищая искусственно созданную атмосферу города от радиации и пыли. Надо сказать, что пыль на первых порах колонизации Марса особенно досаждала людям, забиваясь в аппаратуру и выводя из строя технику. Далее группа проникала в межворотное пространство, после чего внутренние ворота закрывались. Открывались внешние, и люди, облачённые в скафандры на марсоходе могли совершать кратковременные экспедиции. Так было и в этот раз. Группа военных под руководством Игнатьева Антона благополучно покинула пределы купола и направилась к месту несанкционированной посадки неопознанного объекта. Подъезжая к предполагаемому месту нахождения неизвестных космических путешественников, люди увидели небольшую металлическую капсулу. Такие используют жители соседних солнечных систем. Это небольшой летательный аппарат рассчитан максимум на трёх пассажиров. Он не предназначен для длительных перелётов. Военные ожидали, что неизвестные выйдут из своего транспортного средства, которое, по всей видимости, совершило аварийную посадку на Марс. Однако никто не спешил выходить из капсулы.

- Постучите по корпусу аппарата,- приказал Игнатьев, используя радиоприёмник, прикреплённый к внутренней поверхности шлема.

Один военнослужащий исполнил приказ. Он оттарабанил положенный в таких случаях звуковой сигнал по корпусу аппарата. Но никакой реакции инопланетных гостей не последовало.

- Проникаем внутрь!- решительно скомандовал Антон.

Его подчинённые, используя самые современные инструменты, разрезали отверстие в металлическом корпусе корабля. Кусок металла с грохотом рухнул на почву. Командир лично решил проверить звездолёт. Он в сопровождении нескольких солдат проник на летательный аппарат. Звездолёт на первый взгляд показался пустым. Пассажиров не было. Люди весьма удивились этому факту. Но вдруг в неосвещённом фонарями углу послышались всхлипывания. Военные замерли, прислушиваясь.

Антон, держа оружие на изготовку, медленно подошёл к источнику звука. На полу забившись в угол сидел ребёнок! Он был представителем одной из инопланетных рас, с которыми у людей хоть и не было войны, но отношения складывались весьма сложно.

-Внимание! - объявил командир,- обнаружен ребёнок, принадлежащий расе агаронов из солнечной системы М 234. Взрослых пассажиров в космической капсуле не обнаружено. Автопилот аппарата выведен из строя. Возможно, этот факт и стал причиной его незапланированного приземления на Марс.

- А что делать с ребёнком? - спросил кто-то.

Антон посмотрел на трясущегося в испуге малыша. Его лимонно-жёлтая пузырчатая кожа была покрыта потом. Вероятно, неисправность автоматических систем пилотирования и функционирования звездолёта привела к повышенной температуре и в салоне аппарата было жарко и душно. Малыш заплаканными оранжевыми глазами, в которых читался испуг, смотрел на Антона. Его короткий хобот, характерный для данной расы, безжизненно свисал к подбородку, заслоняя собой маленький рот. Ребёнок едва сдерживался, чтобы не расплакаться.

- Эй, малыш,- Антон присел на корточки,- как тебя зовут? Ты понимаешь меня?

Но маленький путешественник лишь в ужасе таращил на него глаза.

-Элла рано? - спросил Игнатьев на межпланетном языке, что означало: « Как твоё имя?»

Вместо ответа малютка, окончательно потеряв самообладание, разрыдался.

-Возьмём его с собой на базу,- сказал командир.

- Этого нам ещё только не хватало! Возиться с малышнёй, - вполголоса проворчал Саня.

-Ну не здесь же его оставлять! - отозвался Антон.

-Это письмо. На межпланетном языке.

- Что там написано? Переведи. - приказал Антон.

- Это письмо написано несчастной жительницей планеты Чайран,- начал переводить послание Сергей, - меня зовут Мелика. Этот малыш мой сын. Имя ему Роли. Мальчику два года от роду. Нас похитили члены террористической группировки « Лякран Лур» с целью выкупа. Однако бандиты позже решили нас убить. Лишь чудом мне удалось бежать вместе с малышом. Этот звездолёт не сможет увезти двух пассажиров по причине того, что запасы кислорода на нём почти кончились. Придётся мне отправлять сына одного в космическое путешествие. Прошу тех, кто найдёт моего мальчика, вернуть его на планету Чайран. Малыш мой из рода...

- Из какого рода? - спросил Саня.

-Да, согласился с выводами командира Саня, - «Лякран Лур» - жуткая группировка жестоких мерзавцев.

- Роли, - обратился Игнатьев к малышу, - иди сюда, дай мне руку.

Ребёнок, услышав своё имя, немного успокоился, да и доброжелательный голос человека внушал доверие. Он неуверенно протянул Антону свою перепончатую конечность.

-Вот и славно, - подбадривал малютку командир, - иди сюда, Роли.

Человек взял маленького инопланетянина на руки и, покинув злополучный звездолёт, понёс его к марсоходу. Отряд последовал за ним.

-И как быть с этим чудом? - ворчал Саня, когда отряд вернулся в город на свою базу.

-Для начала накормить его, - решительно произнёс Антон.

- Начальству ты уже доложил? - не унимался его помощник.

-Доложил, - нахмурился Антон, - приказано доставить звездолёт на экспертизу. Сергей этим уже занимается.

-А с ребёнком что?

- Да ничего! - с досадой в голосе отозвался командир, - сказали, что им всё равно...что можно вызвать сотрудников детского интерната с Луны. Но это ж сколько они будут лететь? Им же сейчас не до этого, они размещают у себя детишек с планеты Карлос. Помнишь, которая взорвалась на прошлой неделе. Уцелело лишь население самого дальнего спутника погибшей планеты. Какой-то детский лагерь у них там был и, приехав отдохнуть в этот лагерь на каникулы, дети остались живы. Но родители-то их либо погибли, либо пропали без вести. Вот и предложили земляне свою помощь, согласились временно разместить на нашем спутнике несчастных детишек. Так что сюда на Марс никто из сотрудников лунного интерната сейчас не полетит за малышом с далёкой планеты Чайран.

- Так куда его девать? - заволновался Саня, - не здесь же поселить!

- Нет конечно, - ответил Игнатьев, - вот завтра полечу на денёк на Землю, по пути отвезу Роли на Луну сам. А сейчас давай-ка его покормим. Бедняга! Сколько он уже пережил!

-И зачем тебе только эта возня с чужим ребёнком перед долгожданной поездкой на Верпульцию, - недоумевал помощник командира, - отдал бы его нашим поварихам, пусть сюсюкаются с ним до завтра.

- Жаль ведь малютку, - возразил Антон, - глянь, какой миленький.

Малыш жадно поедал куриную котлету с макаронами, роняя кусочки еды на пол.

-Совсем как мои племянники,- улыбнулся Антон.

-Убирать ещё за ним, - поморщился его помощник.

-Электронный дворник уберёт, - невозмутимо ответил командир.

Весь оставшейся день Антон возился с Роли. Он играл с ребёнком, кормил его, пытался даже рассказать сказку. Под вечер малютка так устал, что уснул крепким сном, свернувшись калачиком в командирском кресле. Пробило восемь часов вечера марсианских суток.

- Поздравляем, командир! - закричали члены военного отряда и захлопали в ладоши, - ваш отпуск начался! Желаем вам как следует развлечься на Верпульции. Оторвитесь там за нас всех по полной!

- Спасибо, - улыбнулся Антон.

-И обязательно попробуйте тамошнего вина, - напутствовал его Сергей, - а ещё лучше познакомьтесь с богатенькой девушкой и устройте наконец свою личную жизнь. А мы будем вам завидовать. По-хорошему, конечно. И возвращайтесь быстрее, а то вас замещать остаётся Саня, а он жуткий зануда!

Все рассмеялись, включая Саню. После поздравлений люди разошлись кто куда: кто на дежурство, кто спать. Антон лёг в постель. Роли решено было не будить.

Несмотря на усталость Игнатьев никак не мог уснуть. Он ворочался с боку на бок, пробовал почитать скучный роман разрекламированного современного автора. Тем не менее сон никак не раскрывал свои объятия. Мысли Антона постоянно возвращались к инопланетному ребёнку. В конце концов молодой мужчина встал, включил ноутбук и принялся изучать информацию о планете Чайран и её обитателях.

Выяснилось, что у населения этой планеты весьма драматическая история. На Чайране имеется большое количество ценных природных ресурсов. Население могло бы жить безбедно, но постоянная борьба за власть могущественных кланов, разобщение представителей расы агаронов, политическое влияние извне — всё это ослабевало существующую на этой планете империю Чайр. Но вот наконец появился сильный лидер. Несколько лет назад на престол взошёл император Мек. Он своей продуманной и довольно жёсткой политикой сумел стабилизировать обстановку в своей империи. Но на Чайране оказались лица, не довольные новым императором, для которых политическая нестабильность империи была выгодна по тем или иным причинам. Так возникла оппозиционная организация «Лякран Лур», которая очень скоро обнаружила свой экстремистский характер и была запрещена на всех планетах солнечной системы М 234.

Антон встал. Он долго ходил по комнате и нервно жестикулировал руками. Казалось, он ведёт неслышный спор сам с собою. Его мучили какие-то сомнения. Потом, по-видимому, приняв какое-то решение, мужчина закрыл ноутбук, лёг в кровать и наконец-то смог заснуть.

Солнце, казавшееся очень маленьким, вновь осветило марсианский небосклон. Город Кралинск просыпался после безмятежной ночи. Многочисленные дворники в сопровождении роботов-уборщиков вышли на улицы наводить чистоту. Летающие боты взмывали под самый купол и большими влажными тряпками протирали стеклонусовый свод. Часть роботов, покинув искусственную атмосферу через двойные ворота, мыла купол снаружи. Таким образом удивительный купол, сохраняя свою прозрачность, свободно пропускал солнечный свет, но для радиации он оставался непреодолимой преградой. Жизнь в Кралинске закипела. Люди спешили на работу. Сотни садовников бережно поливали деревья и кустарники, создающие и поддерживающие городскую атмосферу. Учёные спешили в свои исследовательские лаборатории

Антон Игнатьев открыл глаза, посмотрел на часы и понял, что встанет гораздо позже, чем планировал. Он повернул голову и вздрогнул от неожиданности — рядом с кроватью стоял Роли с очень огорчённым выражением лица.

- Привет, малыш, - поздоровался с ним Антон, - ты, должно быть, хочешь есть? Пойдём посмотрим, что оставили нам на завтрак эти дядьки-военные.

Позавтракав в столовой и покормив ребёнка, Антон начал собираться в путь. Он купил в местном магазине большое количество воды и еды, приказал солдату полностью заполнить топливный резервуар своего звездолёта, к тому же командир приказал разместить на борту в специальном отсеке дополнительные канистры с топливом.

- Ты что-то много с собой берёшь, - заметил Саня, - до Земли не так далеко лететь.

-Планы изменились. Я на Землю не полечу, - ответил Антон.

- Решил сразу лететь на Верпульцию, - предположил помощник командира.

-И на Верпульцию я не полечу — сухо отозвался Игнатьев.

-В смысле? - не понял его собеседник.

- В прямом смысле. Я отменяю свою поездку на Верпульцию.

-И куда же ты собрался? - недоумевал Саня.

- На Чайран, - последовал короткий ответ.

- Ты что рехнулся? - поразился Саня, - ты же так долго копил деньги! Столько месяцев ждал этого дня, чтобы отправиться на престижный курорт! Какого хрена теперь тебе лететь на Чайран?

Ты забыл про Роли, - невозмутимо ответил Антон, - мне его очень жаль. Сам подумай, что его ждёт на Луне, в интернате? Все правительственные организации заняты расселением землян. Луну и Марс готовят к масштабному заселению. Эти процессы очень трудоёмкие и требуют немало ресурсов. В этой обстановке никто не будет возиться с ребёнком с далёкой планеты, тем более принадлежавшим другой расе. К тому же на Луне теперь ещё и беженцы с взорвавшейся планеты. Там сейчас и так суматоха. Роли будет брошен на произвол судьбы.- И ты решил поиграть в героя и самолично отвезти ребёнка на его родную планету? - ужаснулся Саня. Для его эгоистичной натуры такой поступок вызывал крайнее изумление, если не возмущение.

-Я найду родственников малыша. Ведь наверняка тамошним правоохранительным органам известно, кого за последнее время похищали террористы из «Лякран Лур». Тем более, что нам известно имя несчастной матери и у меня находится её письмо.

- Ну ты и придурок! — поразился помощник командира.

- Спасибо на добром слове, друг, - насупился Антон.

- Извини конечно, но у меня нет слов, - пробормотал Саня, - одумайся! Ты потратишь на это предприятие весь свой отпуск и все деньги!

- Зато совесть моя будет чиста! - горячо воскликнул командир, - да пойми ты, не могу я его вот так бросить! Работники интерната этим ребёнком заниматься не будут, вы все на службе. Я один сейчас свободен, как звёздная пыль. Отвезу Роли на Чайран. Ты лучше помоги собраться. Загрузи в мой звездолёт оружие, мало ли что...Лечу ведь на планету с нестабильной политической обстановкой.

Саня сокрушённо покачал головой, но всё же принялся помогать командиру.

Когда всё было готово к отлёту, Антон попрощался с подчинёнными, шокированными новостью о его планах, и, подняв Роли на руки, вошёл в свой звездолёт.

- А теперь пристегнёмся ремнями безопасности, - сказал он малышу, - это временно. Когда мы отлетим подальше от Марса, я тебя отстегну и ты будешь парить в невесомости по всему салону. Только, чур, ни на какие кнопки не нажимать, договорились?

Через полчаса звездолёт уже удалился от Марса на приличное расстояние. Игнатьев уверенно вёл корабль, пользуясь космической интерактивной картой. Он обернулся и увидел, что Роли грызёт ремень безопасности.

-Ты что голодный? - рассмеялся мужчина, - сейчас я тебя освобожу, как и обещал.

Антон включил режим автоматического управления летательным аппаратом и отстегнулся от своего кресла. Паря в невесомости, он приблизился к ребёнку и тоже отстегнул его от кресла, предоставив свободу передвижения. Роли восторженно вздёрнул свой хобот и улыбнулся во весь рот.

- Гала! Гала! - сказал малыш.

- О, ты хочешь играть, - догадался Антон, - вижу, ты немного говоришь на межпланетном языке. Отлично! Это упростит наше общение. У меня для тебя есть сюрприз.

Мужчина заглянул в шкаф, предназначенный для различных инструментов. Оттуда вылетели игрушки: машинки, куклы, пирамидки.

-Игрушки всегда есть в моём звездолёте, - объяснил ребёнку Игнатьев, - я часто вожу куда-нибудь племянников, вот и набрал целую гору игрушек. Саня всегда надо мной подшучивает по этому поводу. Говорит, мол, я командир отряда специального назначения, а в игрушки играю, когда никто не видит.

Роли с восторгом схватил машинку и принялся перепончатой рукой крутить её колёса. Последним покинул шкаф пластмассовый солдат с оружием в руках.

-Так, граждане! Кто нарушает общественный порядок? - грозным голосом озвучил роль солдата Антон и, взяв игрушку рукой, принялся изображать действия военного при патрулировании улиц города.

Роли захохотал и захлопал в ладоши. Антон продолжал дурачиться, забыв обо всём: о несчастной судьбе этого малыша и его матери, о своей не состоявшейся встрече с родными. Он, как будто впав в детство, искренне радовался своей же выдумке, изображая строгого военного.

Они летели несколько дней. Игнатьев заботился о малыше, который напомнил ему племянников. Он играл с ним, кормил. Самым сложным оказалось уложить ребёнка спать. Антону приходилось напрягать свою память, вспоминая детские сказки, чтобы рассказать их перед сном. Но Роли требовал ещё и ещё интересных историй, и землянину приходилось их придумывать на ходу. Антон вёл повествование на межпланетном языке, поэтому малыш многое понимал, пусть и не всё.т Однажды утром искусственный интеллект, которым в то время уже был оснащён каждый звездолёт, сообщил:

- Мы прилетели в солнечную систему М 234. До планеты Чайран осталось лететь два часа.

- Слышишь, малыш? Скоро ты будешь дома! - весело воскликнул Антон.

Звездолёт неуклонно следовал по заданной траектории сквозь космическое пространство. Вдруг на радаре появилась маленькая точка. Она приближалась.

-А вот и первый встречный космический корабль, - проговорил Игнатьев и почему-то внутренне напрягся.

Его беспокойство усилилось, когда он заметил, что объект, изменив направление, стал двигаться в их сторону.

-Интересно, что им надо? - пробубнил мужчина и на всякий случай привёл бортовые пушки в состояние боевой готовности.

Объект продолжал идти на сближение.

-Давай-ка я тебя пристегну, малютка, - сказал Игнатьев и посадил протестующего Роли в кресло, - погоди, не брыкайся! Ну-ка смирно!

Роли, поняв по встревоженному голосу человека, что что-то не так, смирился и дал себя пристегнуть ремнём безопасности.

Инопланетный корабль приближался. Антон посмотрел на экран, где отображались данные с камер наблюдения, находившихся на внешней стороне корпуса звездолёта. Мужчина сделал это своевременно. Когда он увеличил полученное изображение приближающегося корабля, стало ясно, что придётся воспользоваться оружием. Камера зафиксировала грозное изображение на борту приближающегося объекта: на чёрном фоне была намалёвана ухмыляющаяся рожа. Это был символ террористической организации «Лякрам Лур».

- Ну вот и начались приключения, - проворчал Игнатьев и увеличил скорость. Он хотел избежать вооружённого столкновения с бандитами.

Террористы начали преследование. Они открыли огонь по звездолёту.

- Вот же влипли! - с досадой крикнул мужчина и вдруг повернул голову, услышав характерное пищание.

На радаре появились три объекта. Они неслись к месту боя. Уже через несколько минут Антон увидел через иллюминатор, как ему на подмогу устремились три аппарата, открыв огонь по террористам. Ещё мгновение, и бандитский корабль взорвался, озарив тёмное пространство огненной вспышкой! Неизвестные космические корабли окружили звездолёт Антона. Инопланетяне, настроившись на нужную частоту, вышли на связь, используя межпланетный язык.

- С какой вы планеты и что делаете в пределах нашей солнечной системы? - раздался утробный голос.

-Меня зовут Антон Игнатьев. Я командир марсианского отряда специального назначения. Сам родом с Земли. У меня на борту ребёнок с планеты Чайран, попавший на Марс при трагических обстоятельствах. Я везу его домой.

- Следуйте за нами, - раздался приказ.

-Хорошо, - согласился Антон, - только у меня один двигатель повреждён, не могу лететь с большой скоростью.

-Вас поняли, Антон Игнатьев, - послышался ответ.

Таким образом в сопровождении военных кораблей звездолёт Антона через часов пять приземлился на Чайране. Он, проверив свои документы и убедившись, что всё в порядке, положил их в нагрудный карман. Затем мужчина отстегнул притихшего Роли и взял его на руки.

-Вот мы и прилетели, - проговорил Антон.

Человек с ребёнком на руках вышел из звездолёта без скафандра, потому что на этой планете были условия, схожие с земными. Привычный состав атмосферы позволял свободно дышать. Игнатьева встретили инопланетяне. Это были представители расы агаронов. Их лимонного цвета кожа отличалась пупырчатой поверхностью. Небольшой хобот вместо носа прикрывал рот. Ярко-оранжевые глаза смотрели проницательно. К Антону приблизился инопланетянин внушительного телосложения и проверил документы. Он улыбнулся, глядя на малыша.

- Ещё у меня есть письмо, - сообщил Антон и протянул военному лист бумаги, найденный вместе с ребёнком.

Инопланетянин прочёл письмо и изменился в лице. Он подозвал своих товарищей и принялся что-то взволнованно им объяснять на чайранском диалекте.

-Эй! В чём дело? - обратился к ним Антон на межпланетном языке.

- Вы даже не представляете, какую услугу оказали нашему народу! - восторженно воскликнул один из военных.

-Я ничего не понимаю, - пробормотал в замешательстве Антон.

-Срочно пошлите за императором! - раздался приказ.

- Это не простой ребёнок, - сообщил землянину инопланетянин, - это похищенный сын императора Мека!

-Роли! - позвал Мек.

Ребёнок, услышав родной голос, радостно воскликнул. Антон отпустил его. Роли побежал к отцу и запрыгнул к нему на руки. Эта сцена приковала внимание всех присутствующих. Император, взглянув на Игнатьева, что-то шепнул малышу на ухо и передал его одному из своих приближённых. Он подошёл к Антону и произнёс:

-Приветствую вас на своей планете! Вы совершили героический поступок и заслужили приёма на высочайшем уровне.

- Да я, собственно, ничего такого не совершил, - немного смутившись ответил землянин, - просто доставил ребёнка на его планету.

- Но вы потратили своё личное время и средства, - возразил император Мек, - к тому же проявили мужество при встрече с террористами.

- Если честно, если бы не ваши ребята, я бы не справился, - признался Антон.

- Тем не менее это никак не умаляет вашего героизма, - торжественно произнёс Мек. Я прошу вас проследовать со мной в императорскую резиденцию.

Игнатьев, не привыкший к пышным церемониям, неуверенно сел в машину вместе с правителем.

Путь в резиденцию был не очень долгим, но Антон успел рассмотреть окружающую обстановку. Зелёное небо освещалось оранжевым солнцем, которое, как огромный диск, нависало над планетой. Землянин знал, что солнце этой системы не такое горячее, как дома. Чайран находится ближе всех других планет к звезде. Но благодаря её относительной холодности жизнь на планете протекала в более менее комфортных условиях. Было непривычно наблюдать гигантский солнечный диск и не ощущать при этом испепеляющую жару. Однако тепла и света, исходивших от звезды, было достаточно, чтобы на поверхности Чайрана произрастали растения. Их листья сизо-зелёными перьями пестрели по обе стороны от дороги. Наконец впереди показался роскошный белокаменный дворец. Выйдя из машины Антон последовал за императором под величественные своды. Мужчина в восхищении разглядывал разноцветные фрески с изображением причудливых животных и каких-то существ, похожих на птиц. Процессия оказалась в просторном зале.

Узнав родной дом, Роли принялся бегать по дворцу и хохотать. Отец не останавливал этот порыв, прекрасно понимая, что ребёнку пришлось пережить. Вдруг малыш остановился напротив большого портрета, висевшего на стене. На нём была изображена представительница расы агаронов, облачённая в богатые одежды. Антон не смог бы назвать её красивой, но её добрые глаза притягивали своей искренностью. У Роли были точно такие же глаза. Ребёнок стоял и завороженно смотрел на портрет. По его пупырчатым щекам потекли слёзы. Заметив это, император подошёл к малышу и взял его на руки.

- Ничего, мы вместе переживём эту утрату, - шепнул он сыну.

Какое-то время отец и сын стояли молча и смотрели на портрет дорогого их сердцам существа. Но время бежит вперёд и жизнь должна продолжаться. Император передал сына на попечение няньки, и та унесла Роли в детскую.

-Это ваша жена? - осторожно спросил Антон, указывая на портрет.

- Да...это Мелика, - дрогнувшим голосом ответил Мек, - дорогая моя супруга. Когда было обнаружено её безжизненное тело, я захотел умереть. На мысли о сыне заставляли меня дышать, а моё сердце биться. Антон, будьте так добры, расскажите подробно о том, как Роли попал к вам и что было потом.

Антон рассказал императору обо всём и отдал ему последнее письмо Мелики. Они надолго увлеклись разговором.

Беседу прервала няня ребёнка, которая, войдя в зал, что-то принялась объяснять своему повелителю.

-Что она говорит? - встревожился Антон, поняв, что речь идёт о Роли.

- Она говорит, что маленький император не желает засыпать, пока землянин не расскажет ему сказку, - улыбнувшись ответил Мек. Роли привязался к вам за эти дни. Видимо, вы умеете найти подход к детям.

- Тогда с вашего позволения я исполню просьбу ребёнка, - заявил Игнатьев.

-Разумеется, - обрадовался император, - вы так много сделали для нас. И даже теперь, превозмогая усталость после своего незапланированного путешествия, вы готовы спешить на помощь. Все земляне таковы?

- К сожалению нет, - ответил Антон, - из-за корысти и непорядочности многих людей наша планета трещит по швам. Жадность людская высосала из неё все ресурсы, войны испепелили её поверхность. Теперь власти вынуждены расселять человечество на Луне и Марсе. Процесс долгий и сложный.

- Жаль...- огорчился император.

Игнатьев слегка поклонился ему и вышел вслед за няней.

Инопланетянка привела его в комнату Роли. Это была даже не комната, а настоящие царские покои. Чего тут только не было! Но Роли, пренебрегая многочисленными игрушками, бросился к Антону, сжимая в руке пластмассового солдата

-Ну-ка, кто тут у нас? - засмеялся Антон, посмотрев на игрушечного воина, - это наш старый знакомый! Как проходит служба, солдат?

Они играли пока няня настойчиво не указала на кровать.

- Знаешь, Роли, -прошептал Антон, -не стоит гневить эту милую женщину. Давай я уложу тебя в кровать и расскажу сказку.

Роли был счастлив от такого предложения, ведь земных сказок никто ему не расскажет. Их здесь никто не знал, кроме Антона.

На следующее утро выяснилось, что император Мек намеревается закатить пир по случаю возвращения сына, а так же в честь Антона Игнатьева. Звездолёт Антона находился на ремонте, поэтому землянин понимал, что улететь домой в ближайшие дни не получится. Отчасти он был этому рад, потому что очень привязался к малышу, и мысли о скором расставании огорчали его.

Пир состоялся грандиозный. Торжество закончилось умопомрачительным фейерверком. Антон перепробовал множество экзотических блюд местной кухни. У него даже возникли проблемы с пищеварением. Праздник подошёл к концу, и император прежде чем отпустить гостей произнёс торжественную речь в честь Антона. Землянин растерялся, он не привык к таким пышным поздравлениям. Но то, что сообщил император Мек в конце обращения, просто шокировало его.

- Я уверен, что все мои подданные согласятся с решением своего императора, - заявил Мек, - я объявляю всем вам, что намерен щедро вознаградить этого отважного землянина. Антон Игнатьев! Я вручаю вам сто тысяч золотых лунариев и дарю вам императорский звездолёт в придачу, чтобы вы могли увезти свои сокровища домой. Более того вас будут сопровождать несколько военных кораблей, чтобы вы могли безопасно перевезти богатства в свою солнечную систему.

Антон потерял дар речи. Сто тысяч золотых лунариев! Это же баснословное состояние! С такими деньгами он может построить себе на Марсе роскошный особняк и перевезти туда с погибающей Земли всех своих родственников. Невероятно! Антон не верил, что всё это происходит с ним наяву.

Вот так и вышло, что простой парень, только начавший военную карьеру на Марсе, вдруг превратился в богача. Когда пришло время покидать Чайран, Антон, обняв Роли, прослезился.

- Ты ещё приедешь? - спросил малыш.

-Конечно, Роли, - глотая слёзы ответил Антон, - а ты расти смелым и мудрым, как твой отец.

Стоит ли говорить, какое впечатление произвёл Антон, вернувшись в родную солнечную систему в сопровождении военного инопланетного эскорта и с грудой сокровищ на борту? Это было событие номер один, которое ещё долго освещалось средствами массовой информации. Надо сказать, что Антон Игнатьев ничуть не зазнался. Более того, он остался служить в своём подразделении, не пожелав бросать военное поприще, чем немало всех удивил. Часть денег он действительно потратил на строительство жилья в Кралинксе и вскоре помог переселиться на Марс многочисленным родственникам. Часть денег мужчина потратил на благотворительность.

Однажды после ночного дежурства он смотрел выпуск новостей, из которого узнал, что император Мек стабилизировал обстановку на Чайране. Группировка «Лякран Лур» была полностью уничтожена военными.

- Ну вот и славно, - сказал вслух Антон, - когда Роли вырастет, он получит в наследство процветающую империю.

Антон отхлебнул из чашки кофе и принялся любоваться марсианским рассветом. Маленькая золотистая точка ползла по синему небу, возвещая о начале нового дня.

20. В поисках инопланетной жизни

Как прекрасен и удивителен космос! Столько загадок хранит он в своих тёмных глубинах. Каждого, кто решится посвятить свою жизнь его изучению и освоению, ждут невероятные открытия и настоящие приключения. В космической бесконечности мерцают бесчисленные миллиарды звёзд, как разбросанные драгоценные алмазы. Сколько людей начиная с глубокой древности строят предположения и выдвигают гипотезы о том, как родился космос или кто его создал, как взаимодействуют планеты, как располагаются солнечные системы и галактики. Но одним из самых трепещущих и волнующих человечество вопросов является вопрос о существовании где-то в космическом пространстве разумных форм жизни. Людям хочется верить, что они не одиноки во вселенной. Многие поколения землян пытаются найти братьев по разуму в необъятном космосе. Учёные разрабатывают новые способы посылать сигналы в таинственную чёрную бездну, фантасты пишут романы про инопланетян, кинорежиссёры снимают увлекательные фильмы. Человечество грезит внеземной цивилизацией. Но многие задаются вопросом: «А так уж безопасно найти инопланетную расу и вступить с ней в контакт?»

Звёзды блистали своим великолепием, вдали неслась комета, огненным шаром светилось огромное солнце, галактики казались фантастическими мирами, манящими возможностью сенсационных открытий. Космический корабль путешествовал сквозь необъятное пространство. Его обтекаемая форма позволяла развивать колоссальную скорость. Блестя металлическими боками нёсся он сквозь вселенную.

Внутри корабля находилось три члена экипажа: Кэр Ырыс, командир корабля, строгий циничный военный, Лали Ырыс, его жена, милая симпатичная женщина, зоолог, а также Гэндрыж Хэрк, уже немолодой астронавт. Все трое вели бесконечные наблюдения и передавали всю информацию в свой исследовательский институт по спутниковой связи, которая достигла невероятного уровня.

Пожилой астронавт всё время что-то писал, анализировал, разглядывал образцы почвы с тех планет, где космонавты уже побывали.

-Ну что, Гэндрыж, удалось вам обнаружить хоть что-то в этих образцах? - с иронией спросил командир Кэр Ырыс сидя за штурвалом корабля.

-Нет, Кэр, - отозвался старик, - пока нет. Но я верю в удачу, и она обязательно нам улыбнётся. Мы найдём инопланетную жизнь.

-А я вот не верю, - заявил Кэр, - мы единственные в космосе такие уникальные. Все остальные планеты-лишь пустынные миры.

-Дорогой, но как ты можешь быть так уверен, ведь во вселенной бессчётное количество галактик? - возразила супругу милая жена.

-Лали, я летаю в космос с самого детства. Отец часто брал меня с собой в гости к своим сослуживцам, которые осваивали наш спутник. Они строили там базы. Это было ещё до создания Лунного города. Так вот, сколько ни летал я в космические путешествия, ни о каких инопланетянах не слышал. Да и никто не слышал. Я вырос. По долгу службы побывал уже на сотне планетах и везде одно и тоже-либо голые безжизненные камни, либо ядовитые газы. Думаю, что такая картина во всей вселенной.

-Зачем ты тогда летаешь в космос? - искренне удивился Гэндрыж.

-Как зачем?-ответил командир,-я обожаю нестись через космическое пространство, любоваться невероятными красотами далёких галактик, забывая о всех насущных проблемах. Космос-это моя болезнь.

-Мой Кэр меня этим и покорил с первых дней знакомства, - мечтательно улыбаясь произнесла Лали,-поэтому я не раздумывая согласилась стать Лали Ырыс, женой бесстрашного Кэра Ырыс, влюблённого, как и я, в космос. Но в отличие от своего любимого мужа я верю, что во вселенной может существовать другая, неизвестная нам жизнь.

-А я не просто в это верю, я знаю, что в космосе есть жизнь, - заявил Гэндрыж.

-И откуда? - усмехнулся Кэр.

-Моё чутьё учёного никогда меня не подводило,-важно заявил старик, - мы сейчас прилетели в галактику, очень похожею по своим характеристикам на нашу. Я уверен, что на этот раз наши поиски увенчаются успехом. Мы найдём развитую цивилизацию.

-Пока нам не удалось найти даже примитивные микроорганизмы, - скептически заметил командир Ырыс.

Старик ничего не ответил, он лишь покачал седой головой, досадуя на то, что нынешняя молодёжь лишена романтики. А ведь наука и романтика лишь на первый, поверхностный взгляд вещи несовместимые. Между тем именно романтические мечты всегда приковывали сознание разумных существ к необъятному, чернеющему над головой пространству.

Корабль продолжал своё космическое путешествие. Глядя в иллюминаторы Лали то и дело восторженно восклицала. Это был её первый полёт за пределы родной солнечной системы. До этого она сопровождала мужа только на коротких рейсах.

Путешественники легли спать, пристегнув себя к кроватям и включив режим беспилотного управления кораблём. Астронавт Гэндрыж Хэрк всё время беспокойно ворочался, ему снились кошмары. Лали Ырыс мечтательно улыбалась видя во сне причудливые формы космической жизни. Один Кэр Ырыс спал, как бревно, с совершенно ничего не выражающим лицом. Ему ничего не снилось.

Вдруг, до того как пропищал будильник, на панели управления кораблём замигала красная лампочка. Искусственный интеллект, управляющий кораблём, монотонным голосом сообщил:

-Внимание! Мы вошли в солнечную систему типа Гы.

-Наконец-то! - просыпаясь воскликнул Гэндрыж, - теперь внимательно надо наблюдать. Однако позвольте мне чуть в себя придти. Всю ночь мне снилось, что нас атакуют агрессивно настроенные инопланетяне.

Кэр рассмеялся:

-Вот было бы иронией, если мы, обнаружив инопланетную цивилизацию, погибли бы из-за своей находки!

-Не вижу ничего смешного, Кэр, - поморщилась жена командира.

-Ладно. Шутки в сторону. Электронный пилот, сообщите информацию по этой системе.

Всё тот же монотонный голос проговорил:

-Система типа Гы. Состоит из яркой звезды и вращающихся вокруг неё девять объектов разного диаметра. Предположительно это планеты. По не проверенным пока данным самые дальние от звезды планеты состоят из газов. Доподлинно известно, что между четвёртой и пятой планетами располагается пояс астероидов. О четырёх ближайших к звезде планетах ничего не известно.

-Если мои предположения верны,-обратился пожилой астронавт к своим спутникам,-то эта солнечная система является близнецом нашей системы. По крайней мере здесь, так же как и у нас, последние планеты состоят из газов. Пояс астероидов между четвёртой и пятой планетами-ещё одно сходство.

-И вы предполагаете, что на третьей от звезды планете вероятнее всего существует жизнь? - восторженно воскликнула Лали, - и я смогу описать виды, войдя в историю как первый космический зоолог!

-Почему нет? - согласился старик, - думаю, так оно и будет.

-Внимание! Приближаемся к опасной зоне! - предупредил искусственный интеллект,-впереди пояс астероидов.

-Помощник, карту! - скомандовал Кэр, обращаясь к роботу.

Как только прозвучала эта команда, робот привёл в действие интерактивную карту. Она возникла прямо в салоне корабля. В воздухе появилась прозрачная полужидкая субстанция в форме большого квадрата. Постепенно субстанция эта потемнела и на ней проявилось изображение солнечной системы, в которую прилетели космические путешественники. На тёмном фоне чётко виднелась яркая звезда, вокруг неё вращались планеты. Между четвёртой и пятой планетами плотным кольцом виднелись астероиды.

-Ну и как мы через них? - встревожилась Лали.

-Сейчас попросим робота спроектировать траекторию полёта корабля, учитывая скорость астероидов.

Командир ввёл необходимые данные на бортовом компьютере и стал дожидаться результатов.

-И откуда взялось такое большое количество объектов на одной орбите? - задумалась Лали.

-А это ты, дорогая, спроси у нашего достопочтенного Гэндрыжа, - посоветовал ей супруг.

-Всё очень просто, милая леди, - с умным видом проговорил астроном, - в космосе скопление астероидов- довольно частое явление. В нашем случае я могу огласить вам две версии. Согласно первой из них, между четвёртой и пятой планетой данной солнечной системы когда-то существовала ещё одна планета. В результате неизвестного катаклизма эта планета взорвалась либо развалилась, и её множественные осколки стали астероидами. Но возможно и не было никакой планеты. Вполне вероятно на заре существования вселенной в этом месте находились частицы некоего вещества. Они бы со временем слились во едино и образовали бы планету. Но этого не произошло, так как рядом тоже некие вещества скапливались в одном месте, уплотнялись и образовали вот эту гигантскую планету. Пятую от звезды. Она сформировалась быстрее, и сила её гравитации мешала скапливаться вместе веществам на соседней орбите. Таким образом новая планета так и не сформировалась. Вместо неё мы наблюдаем скопление малых космических тел, то есть астероидов.

-Как интересно! - восторгалась молодая женщина.

Гэндрыж, довольный эффектом, который он произвёл на слушательницу, продолжал:

-Я больше склонен верить последней версии. Хотя взрыв когда-то существовавшей планеты тоже вполне мог произойти. Как бы там ни было разгадку этой тайны знает лишь бесконечный всепоглощающий космос.

-Так! Внимание! Пристегнитесь,-скомандовал командир,-мы входим в зону повышенной опасности столкновения с астероидом. Необходимо увеличить скорость, чтобы проскочить между двумя следующими друг за другом объектами.

Лали подплыла в невесомости к креслу, находившемуся рядом с креслом мужа. Она пристегнулась ремнём безопасности. Пожилой астронавт последовал её примеру и занял такое же кресло в салоне их небольшого корабля. Замигали лампочки на панели управления. Кэр взялся за штурвал. Корабль затрясло. Скорость его увеличилась в два раза. Лали всё смотрела в иллюминатор, широко раскрыв глаза, полные страха.

-Не беспокойся, - успокаивал её Кэр, - эта траектория, по которой мы летим рассчитана искусственным интеллектом и проверена мной. Нам не грозит столкновение.

Через несколько часов космические путешественники преодолели пояс астероидов. Ещё через пару часов они пролетели мимо четвёртой от звезды планеты. И вот их взорам предстала цель путешествия. Третья планета! Сердца космонавтов взволнованно забились. Даже Кэр чувствовал волнение.

-Смотрите! - воскликнула Лали, - она голубая! Прямо как наша родная планета!

-Значит смело можно предположить, что на данной планете много воды, - заметил Гэндрыж.

-А это значит, - взвизгнув от восторга ответила Лали, - что там может быть жизнь! Тогда многолетняя подготовка к экспедиции и сама экспедиция станут сенсационными! Подумать только, наши имена узнают все! Отважные супруги Ырыс и мудрейший Гэндрыж Хэрк войдут в историю, овеянные славой.

-Ладно, хватит мечтать, - буркнул Кэр, - ещё не известно, что мы там встретим. Надо подлететь ближе и отправить робота произвести анализ атмосферы.

Командир направил корабль прямо к планете. Через некоторое время космическое судно стало снижать скорость, пока совсем не остановилось, повиснув в космическом пространстве. Командир, выбрав на бортовом компьютере нужную программу, приготовился отправить к голубой планете маленький искусственный спутник-робот. Через несколько минут от корабля отделилась небольшая капсула и полетела в нужном направлении.

-Давайте пока поедим, - предложил командир, - ведь данные мы будем ожидать не меньше часа.

-Я не могу есть, слишком уж волнуюсь, - ответила Лали.

-А я пожалуй перекушу, - согласился Гэндрыж.

Через час спутник-робот начал присылать данные.

-Так, так, что тут у нас... - пробормотал Кэр,-так, ну вот, что уже известно: атмосфера этой планеты имеет сложный состав. Она на семьдесят восем процентов состоит из азота. А теперь у меня для вас отличная новость-кислорода там приблизительно двадцать один процент!

-Невероятно! - не сдержал восторга астронавт.

- Это практически идентично с нашей планетой, - задумчиво произнёс командир.

-Летим же туда быстрее! - торопила мужа Лали.

-Ну что ж, навстречу приключениям! Пристегнитесь! - скомандовал Кэр.

Его спутники повиновались. Космический корабль вошёл в атмосферу под определённым углом, чтобы избежать возгорания при взаимодействии с кислородом.

Космонавты парили над удивительно красивой планетой. Спустившись ниже, исследователи уже могли различить океаны и континенты. Потом они спустились ещё ниже и увидели горы, реки, леса и озёра.

-Попробую увеличить изображение,-сказал Кэр и нажал кнопку на панели управления. Вновь появилась интерактивная карта. Теперь на неё проектировались и увеличивались фотографии поверхности планеты, передаваемые спутником.

-Смотрите!-поражённо воскликнула Лали, - эти образования! Они похожи на какие-то постройки!

Кэр взглянул на карту и обомлел.

-Не может быть... - растерянно проговорил он, - не верю своим глазам, это же дома.

-Да, эти объекты точно не природного происхождения, - подтвердил Гэндрыж, - вон какие правильные геометрические формы. И расположены они в определённом порядке. Сообщите нашим!

Кэру не сразу удалось наладить связь с Центром Исследования Космоса. Уж очень они далеко улетели от родной солнечной системы. Но всё же контакт был налажен.

-Центр! Центр! Как слышите меня? Я пилот. Приём! - вещал командир.

Вновь послышались помехи, но потом исследователи услышали знакомый голос:

-Привет, ребята! Что там у вас? Долетели?

-Так точно! - докладывал Кэр, - мы благополучно достигли солнечной системы типа Гы, сейчас мы вошли в атмосферу третьей от звезды планеты. Скоро пришлю вам данные анализа атмосферы и изображения. Похоже вы были правы. Планета обитаема. Мы наблюдаем постройки, располагавшиеся в основном по берегам водоёмов. Скорее всего в них живут разумные существа. Слушаю дальнейшие указания.

-Хорошо, - ответил голос, - спуститесь ниже. Только осторожнее. Если это будет возможно, попытайтесь наладить контакт с инопланетянами.

-Слушаюсь! - отчеканил Кэр и закончил сеанс связи.

В это время на голубой планете происходили следующие события. Неопознанный летающий объект сразу заметили военные. Один из них побежал прямиком к генералу.

-Николай Владимирович! Срочное донесение! - взволнованно начал свой доклад молодой офицер, дежуривший в ту ночь, - в атмосферу Земли вошёл неизвестный объект.

-Метеорит? - спросил генерал.

-Никак нет! - всё больше волновался офицер, - похоже это управляемый корабль инопланетного происхождения! Он уже один раз облетел вокруг Земли.

-Вы уверены? - удивлённо поднял брови генерал.

-Так точно! Запросите данные в центре.

Но запрашивать данные не пришлось, так как телефон генерала начал буквально разрываться от звонков. Звонили из центра Объединённой Армии планеты Земля. Объединённая Армия была образована после третьей мировой войны. В результате этого страшного военного конфликта большая часть человечества погибла. Оставшиеся в живых люди, которые составили всего сорок процентов от былой численности населения планеты, начали строить новую жизнь на чудовищных обломках старой. Люди разных наций объединились в одно государство, которым руководил Управляющий Аппарат. Армию тоже решили сделать единой. Объединённой Армией командовали высшие военные чины.

-Николай Владимирович, - послышался голос с европейским акцентом, - вам уже доложили о прибытии инопланетного судна? Срочно вылетайте в центр, там собирают экстренный международный военный совет.

Когда рассвело, телевизионные каналы во всех городах и сёлах начали прерывать своё вещание экстренными выпусками новостей. В одной из больниц крупного города заканчивал своё ночное дежурство доктор Ливонский. Сонный, он заварил себе кофе в ординаторской и включил телевизор, чтобы узнать, что случилось в мире за эту ночь. Ведущий новостей эмоционально сообщал:

-Члены Управляющего Аппарата, а так же командующие Объединённой Армией собрались сегодня на экстренное совещание. Им предстоит решить, что делать с неопознанным летающим объектом, вошедшим накануне в атмосферу Земли. Скорее всего, опасаясь инопланетной угрозы, они решать уничтожить неизвестный объект.

-Этим лишь бы пострелять в кого-нибудь, - услышал за спиной ворчливый голос доктор Ливонский.

-Доброе утро, Михалыч, - приветствовал врач своего коллегу, пожилого грубоватого хирурга, пришедшего ему на смену.

-Придурки, - ворчал Михалыч, - не люблю политиков и военных. В результате интриг одних и жажды войны других произошла эта проклятая война. Укокошили половину человечества. Теперь и этого им мало! Палят по всем подряд.

-Да... - задумчиво протянул Ливонский, - мы спасаем жизни, а они уничтожают. Неужели начнут стрелять по НЛО?

-Начнут, заверил Михалыч, - войны давно не было. Соскучились они по своим пушкам.

-Но их можно понять, - рассуждал доктор, - они защищают остатки человечества от возможной угрозы.

-Вот именно, что от возможной, - возразил Михалыч,-нужно же сначала попытаться вступить в контакт с инопланетными гостями, чтобы понять, чего им надо. Может это просто космические туристы.

-А если это шпионы? - возразил Ливонский, - если они доложат своим, что тут прекрасная планета, с огромными ресурсами, малонаселённая. Тогда что? Не прилетят ли сюда космические захватчики и не закончат ли они то, что мы сами чуть не натворили? Не уничтожат ли они полностью человечество?

-Ну не знаю, - пробубнил Михалыч.

Ведущий новостей продолжал информировать граждан о событии:

-Только что, дорогие телезрители, стало известно окончательное решение. Неопознанный объект решено уничтожить немедленно!

Тем временем на космическом корабле инопланетные гости продолжали восхищаться красотой Земли. Сиреневые глаза Лали восторженно созерцали земные пейзажи. Её длинные зелёные пальцы что-то записывали в блокнот. Внезапно корабль дёрнулся и резко отклонился от траектории полёта. Лали упала и сильно ударилась головой.

-Дорогая, ты в порядке? - взволнованно спросил Кэр.

-Не знаю...Что случилось?

Завыл сигнал тревоги.

-Что такое? - испугался Гэндрыж.

-Тревога! Тревога! - верезжал искусственный интеллект, - корабль атакован!

-Пристегнитесь! - заорал Кэр, - нам повезло! Система безопасности корабля вовремя распознала летящий к нам снаряд. Жители этой планеты стреляют по кораблю!

-Зачем? - заплакала от страха Лали.

-Не знаю, - ответил Кэр и пристегнулся к креслу. От волнения капли пота выступили на его зелёной коже, перепончатые руки тряслись.

-Ещё снаряд! - послышался металлический голос.

-Проклятье! - закричал командир, - держитесь!

Он нажал на кнопку, и корабль резко отклонился в сторону. Гэндрыж посмотрел в иллюминатор и увидел мимо пролетевшую ракету. Его морщинистая, болотного цвета кожа чуть побледнела, седые волосы зашевелились.

-Это невероятно! - воскликнул астроном, - мы вступили в контакт с инопланетянами!

-Какой контакт! - возмутился Кэр, - эти идиоты нас чуть не поджарили! Улетаем отсюда быстрее!

Корабль инопланетян покинул зону обстрела и вышел в из атмосферы Земли. Послышались помехи, а потом встревоженный голос:

-Приём! Пилот! Это центр. Что у вас там происходит?

-Мы атакованы жителями голубой планеты, - доложил Кэр.

-Получается, вам удалось обнаружить разумную жизнь!-обрадовался голос.

-Жизнь-то удалось обнаружить, - ответил командир, - только вряд ли её можно назвать разумной. Контакта не получилось. Мы летим домой. Конец связи.

-Вас понял. Конец связи, - послышалось в ответ.

-Ну что, - с досадой в голосе обратился к своим спутникам Кэр, - нашли свою инопланетную жизнь? Довольны?

-Может это только первый контакт неудачный? - робко предположила Лали.

-Нет, милая, не думаю, - отозвался командир, - пока вы с Гэндрыжем восхищались пейзажами и всякими строениями, я кое-что заметил.

-Что? - одновременно спросили астроном и Лали.

-Я увидел руины, - пояснил Кэр, - много разрушенных домов. Эти ребята, похоже, привыкли к войне. Какое-то кровожадное племя. Когда-нибудь они уничтожат сами себя. Разве их можно назвать разумными? Я не исключаю, что те астероиды, орбиту которых мы пересекали, действительно остатки какой-нибудь планеты. Возможно она была населена такими же воинственными существами, которые воевали друг с другом, всё вокруг взрывали, пока их планета не разлетелась на куски. Я покидаю эту солнечную систему без сожаления.

Он уверенно взялся за штурвал перепончатыми руками и направил свой корабль обратно к родной галактике. Космическое судно устремилось в таинственное тёмное пространство и вскоре затерялось среди звёзд.