Шарик

Глава 1

С гудящей головой я восстала из-под одеяла, осоловело моргая, таращилась на воздушный шарик, болтающийся за окном. Нелепый, сиреневый, вытянутый, похожий на гусеницу или ветчину — подал голос мой внутренний ехидный ворчун. И тут же начал перечислять варианты появления шарика за окном. Тряхнув больной головой, я отключила его, едва не впечатавшись ухом в грядушку дивана.

Шипя, скорчилась, пережидая волну усиливающейся боли. Нащупала на прикроватной тумбочке блистер с таблетками и бутылочку воды, заглотила лекарство. Воды было на самом донышке, но запить таблетку хватило. Вечером она была полнёхонька, а значит, ночью я проявляла зачатки разумного автопилота. Приоткрыла один глаз, наблюдая за сиреневой, размытой, беспокойной кляксой. Видимо, кто-то его потерял, а он зацепился верёвкой за ветку высокого тополя, вот и вся загадка. Спустила ноги с кровати и, шлёпая по полу босыми пятками, добрела до окна, не делая резких движений, особенно головой. Утро было пасмурное, щадящее при моём паршивом состоянии. И винить в отвратительном самочувствии я могла только себя! Вот кто меня просил половину ночи реветь в три ручья над книгой? Никто! Угораздило меня вообще её прочитать. Обычно я предпочитала избегать подобного рода слезливых сюжетов, но клятвенно пообещала подружке ознакомиться с сим произведением. Уж очень она его нахваливала, а я повелась, хотя шмыгала она носом впечатляюще, смахивая со щеки набежавшую девичью слезу. Таблетка понемногу начала действовать, и я приободрилась.

Взгляд мой остановился на часах. Спустя секунду я, взвизгнув, понеслась, придерживаясь за стены, в ванную. Без пяти двенадцать! Электричка! Опаздываю катастрофически! Да мне родственники такой разнос устроят! Я вместо именинницы стану центром всеобщего внимания, негативного, правда. Ох, ну уж нет! Ни за что!

Будильник забыла завести на нужное время, вот рёва! А ведь у двоюродной маминой сестры, тёти Вали, день рождения. Попытка неявки приравнивалась к тяжкому преступлению. С другой стороны, увижу родителей, надышусь свежим воздухом и налопаюсь вкусностей! Помаячу у всех на глазах и сбегу домой, даром что до станции от дачи недалеко.

Привела себя в божеский вид, натянув лёгкие брюки, хлопковую рубашку, кеды, дурашливо помахала шарику за окном и, подхватив рюкзак, покинула квартиру. С пятого этажа, щадя головушку, спустилась на лифте, хотя обычно скакала по ступенькам лестницы. Нацепила массивные, но удобные наушники и включила свою любимую книгу, весёлую, с неунывающими героями. Лекарство было мне необходимо не только в плане головной боли, с чем справилась таблетка, но и для поправки настроения, то есть хорошая история!

Но жизнь внесла в мои планы свои коррективы. Даже скорее, непредсказуемая погода. Из-за пелены туч, появилось солнце, но несмотря на это, стоило мне высунуть нос из подъезда, хлынул ливень стеной. Слепой дождь! Ойкнув, я стёрла с этого самого носа капли воды и юркнула обратно, прячась в сухом подъезде. Набрала номер мамы и от души наябедничала на погодные условия, перечеркнувшие мои попытки доехать до дачи. И с чувством глубокого довольства собой, погодой и аудиокнигой, вернулась в квартиру.

Улыбаясь до ушей и вслушиваясь в забавный диалог в наушниках, я протопала в комнату, решившись на спасение сиреневого шарика, на тот случай, если потоками воды его всё ещё не унесло в дальние дали. В окне ничего похожего на шарик не было. Я грустно вздохнула, подняла взгляд к потолку и… застыла в нелепой позе, с поднятой правой ногой. В углу комнаты, задевая штору, висел шарик! И пахло отчётливо резиной и тальком!

— Это как? — обратилась я невесть к кому, стаскивая с головы наушники. — Окно закрыто! Каким образом ты сюда пробрался? Глупости говорю и обращаюсь к шарику, дожила…

Стряхнув оцепенение, я несмело прошла вперёд и встала в шаге от окна, задрав голову вверх. Прямо над моей физиономией болталась тонкая верёвочка, привязанная к шарику. По инерции я схватила её пальцами и легонько дёрнула. Шарик скользнул вниз, проехав по шторе боком и завис, покачиваясь вровень с форточкой. У меня на макушке волоски встопорщились. Я с нервным смешком пригладила их ладонью. Конечно, сложно представить, что шарик несёт в себе опасность, однако тайна проникновения фиолетового недоразумения в комнату меня волновала всё сильнее. Удерживая верёвку одной рукой, я тщательно проверила створки и форточку старого деревянного окна, но они были плотно закрыты, да к тому же закрашены несколькими слоями масляной краски. Наслоения её датировались примерно сорока годами. Краску и ножом отколупать было делом трудным, я проверяла и не раз.

— Меня в квартире не было несколько минут, — произнесла я вслух. — В окно ты залететь не мог, с земли тебя не достать. Ветка ого, как высоко, за которую ты зацепился верёвкой. Но шарик сухой, подоконник тоже! Ключи от моей квартиры есть только у родителей, а они на даче уже неделю. Все мои вменяемые версии на этом исчерпаны! Дождь закончился. Знаешь что? — я обратилась к шарику. — Ну, если уж ты ввалился в гости, оставайся. Пока!

Завопил, перепугав меня до смерти, дверной звонок. Выпустив верёвку из пальцев, я, зачем-то, пообещала шарику скоро вернуться и понеслась открывать дверь. Распахнула её и нос к носу столкнулась с мокрым, незнакомым парнем. Он облокотился одной рукой в стену, согнувшись и едва переводя дыхание. За ним на лестничной площадке громоздилась стопка коробок. Тёмные волосы, карие глаза, симпатяга, надо признать. Парень выпрямился, став на голову выше меня, вытер рукавом мокрое лицо и выдохнул:

— Телефон можно попросить? Позвонить срочно нужно, а мой… — он вытащил из кармана джинсов треснувший по центру экрана смартфон. — Навернулся прямо на асфальт, под проливным дождём и почил с миром.

— Вы въезжаете в тридцатую? — зачем-то спросила я.

— Да! — кивнул парень и, вымученно улыбнувшись, представился: — Влад Широков, ваш новый сосед. На постоянной основе. А у вас праздник? — задал он ещё более странный вопрос. Я задумалась, пытаясь понять, с чего это он решил… — Шарик вон летает!

Незнакомец указал куда-то вглубь квартиры. Я обернулась и обнаружила сиреневого нахала, болтающегося под потолком в прихожей. В голове зашумело, мысли начали скакать галопом, играя в чехарду. Да как шарик так умудряется перемещаться по квартире? Влад кашлянул. Я вышла из ступора, вспомнив, что он, вообще-то, о помощи попросил.

— Н-нет, — запнулась я, подтянула висевшую на вешалке в прихожей сумку и начала в ней шарить, пытаясь найти смартфон, кидая подозрительные взгляды на шарик. — Суровые будни.

Смартфон никак не желал находиться. В раздражении я заглянула в сумку, но тут же краем глаза заметила чёрный прямоугольник на тумбочке, рядом со связкой ключей. Схватила его и протянула парню. Осознав, что он, оказывается, всё это время пытался привлечь моё внимание и указывал рукой как раз на тумбочку.

— Будни у тебя действительно суровые, — покачал он головой.

— Ещё какие! — вздохнула я, понимая, что выгляжу как полоумная. — Не спала полночи, читала, теперь хожу в полусне! Вот такая полужизнь, утренняя…

— А, знакомо, — улыбка парня стала менее напряжённой, но более искренней и тёплой. — И сюжет до сих пор в голове, застрял.

— Угу, — закивала я, все еще стоя со смартфоном в вытянутой руку. Теперь я начала посматривать на парня с подозрением. Чего это он не берёт телефон, просил же. — Звони!

— Экран разблокируй! — мягко подсказал парень, не предпринимая попытки забрать смартфон.

— Хм, — я, состроив серьёзную физиономию, несмотря на красные щеки и уши, так и сделала.

Он, набрал номер и, шагая между нашими квартирами туда-сюда, начал втолковывать, очевидно, водителю, который вёз его мебель и вещи, как найти дом. Закончив разговор, он вернул мне смартфон.

— Спасибо, спасла, а то жить бы пришлось в пустой квартире и вылавливать машину с вещами в неизвестном направлении.

— Обращайся, в любое время, по-соседски. И добро пожаловать! — скороговоркой произнесла я и указала на картонную башню. — С коробками не помочь?

— Не стоит, — он отрицательно покачал головой. — Пойду караулить у подъезда, а коробки сам занесу. Чаем напоишь? Не сочти за наглость, но плиты в квартире нет, впрочем, внутри вообще ничего нет, кроме двух голых лампочек, одного стола и ванной, а я промёрз до костей. Предыдущие жильцы даже плитку из ванной отколупали. Мне ещё с неделю квартиру в божеский вид приводить.

— Знаю, — ухмыльнулась я. — Я присутствовала при их отъезде. И чуть не оглохла от шума. Заходи, я сегодня дома, чайник поставлю и вкусным накормлю, будем налаживать отношения.

— По-соседски! Зовут-то тебя, как? — Влад подошёл ближе.

— Ой, Ярослава, — я засмеялась. — Дементьева.

С улицы сквозь подъездное оконце донёсся грохот подъезжающего грузовика. Парень махнул рукой и заспешил по лестнице вниз. Я понеслась на кухню, поставила чайник на плиту и занялась активными поисками закромов в холодильнике. Насобирала зелени на салат и замороженные мамины котлеты в морозилке. Покосившись в угол кухни, без удивления, можно сказать — со смирением, увидела шарик, что же, начинаю привыкать. Периодически я подкрадывалась к входной двери и следила за перемещением мебели и коробок с вещами из лифта в квартиру напротив. Влад и ещё один мужчина перетаскивали весь скарб вдвоём. Постепенно, наблюдая за их мельтешением, я осознала, что если сосед и доберётся до моей квартиры, то только к ночи, и просто-напросто уснёт от усталости лицом в тарелке. Повздыхав, предприимчиво переложила еду в контейнеры, а горячий чай заварила в термосе. Навела порядок на кухне, составила список покупок на завтра, сунув листок в карман сумки, чтобы не забыть дома. Около девяти вечера, в дверь негромко постучали. Я открыла её и с сочувствием посмотрела на бедного парня, едва стоявшего на ногах.

— Ярослава, ты извини, но я… — начал Влад тихо и смущённо.

— Не переживай, я понимаю, тебе не до светского общения, поэтому, вот… — я протянула ему бумажный пакет с припасами. — Лёгкая, но сытная еда и чай, с липой и мятой.

— Ого, спасибо, — он вяло улыбнулся. — С меня ответ, как-нибудь на днях…

Он покосился на дверь своей квартиры и вздохнул. Теперь начинается самое долгое, нервное и тяжёлое время — расставить всё по местам и, ой, ремонт! Страшное слово!

— Спокойной ночи! — Пожелала я.

— Спокойной, — невнятно ответил Влад, пытаясь побороть зевоту.

Поела в одиночестве, почти, но из воздушного шарика собеседник не очень разговорчивый (может, оно и хорошо), гадая сонно, как назвать мою трапезу — учитывая, что она охватывала и завтрак и обед, и ужин. День прошёл незаметно, за стенами дома плескался тихий вечер отдалённого от центра города квартала многоэтажек. Я прошла в гостиную и встала у окна, облокотившись о подоконник. Затянутое тучами небо, в просвете ветвей тополя — мелкая россыпь размытых огоньков от уличных фонарей и чужих окон. С предвкушением оглянулась на кровать и доковыляла до неё, потягиваясь и сонно ёжась. Нырнув под одеяло, обняла подушку. Полежала так минут десять, со стоном села, подперев подбородок кулаком, рассматривая шарик над головой.

— Одни вопросы, без ответов! Вот стоило только лечь, и они появились в голове многочисленным жужжащим роем, — попеняла я ему. — И все эти вопросы, между прочим, о твоём появлении!

Он мягко поплыл к окну и повис там, где я его обнаружила впервые в квартире — у шторы. Я, со стоном, упала на подушку и раскинула руки в стороны, таращась в потолок. Наблюдая за движением тёмных вытянутых теней ветвей деревьев. В подъезде послышался громкий хлопок двери и шаги. Я вымелась из кровати и галопом подбежала к своей двери, выглянула в глазок. Влад стоял у лестницы, дыша, как загнанный зверь, в руке парень держал отвёртку и не сводил глаз с двери в свою квартиру. Он успел принять душ, судя по мокрым волосам, и переодеться в чёрный спортивный костюм и тапочки на босу ногу. Только очень уж испуганным Влад выглядел.

— Что стряслось? — шёпотом спросила я, выглянув в подъезд из-за двери.

В квартире Влада что-то ухнуло, прокатилось по полу, судя по звуку, весом с пушечное ядро, а после врезалось в металлическое дверное полотно, да с такой силой, что оно даже немного выгнулось. Я охнула и, вцепившись в локоть парня, потянула его к себе.

— Чушь какая-то! Сам поверить не могу, — забормотал Влад и эмоционально указал рукой на дверь в свою квартиру. — Вот это и стряслось: стуки по всем комнатам. Но внутри, кроме меня никого нет, я проверил. Потом это невидимое нечто мне в спину прилетело, впечатав со всей силы в стену. Чуть нос не сломал. Соседи почему не возмущаются! Не слышат? Грохот по всему дому стоит!

— Влад, я шум совершенно не слышала, пока к тебе, сюда не вышла. И на этаже только мы, больше нет никого. Пустуют квартиры. Корзуновы на даче летом живут, а бабулька из тридцать третьей этой зимой умерла, в декабре, — подробно объяснила я.

Дверь в квартиру Влада немного приоткрылась, беззвучно, жутко. В проём, на стену и пол опустилась тень, искривленная, нелогичная! Отбрасывать её под таким углом было просто нечему и некому. Лампочка на лестничной клетке раскалилась и со звоном взорвалась, осыпав нас мелкими, жалящими осколками. Влад ожил, запихал меня в мою квартиру, закрыл дверь на ключ, он торчал из замка и про цепочку не забыл.

— Ярослава, зря ты вышла! — Влад попытался стряхнуть с моей одежды и волос осколки.

— Здрасте, — обозлилась я. — Я не умею глухой и слепой притворяться!

— Проклятье, сообразить не могу, что со всем этим делать? — не отреагировав на мой выпад, выдохнул Влад. — Бежать за святой водой? Вызвать полицию? Или скорую? — растерянно протянул он.

— Всех разом вызывай и пожарную тоже! — Предложила я. Влад с недоумением на меня воззрился. — Ну, а чем они хуже? Пусть тоже приезжают, мало ли, что барабашка учудит!

— Пусть, я не против, — устало отмахнулся он. — Будем дружно бороться с…

— Барабашкой! Чего это он так разошёлся? — нахально повторила я.

— Понятия не имею! Он не сообщил! А я не медиум, с нечистью общаться не умею. Кто в той квартире до меня жил? — додумался он до более-менее адекватного вопроса.

— Ох, семейная пара Великановы, в преклонном возрасте. Детей у них не было, наверное... Погибли они в аварии, ехали в такси, водитель с управлением не справился. Уже лет пятнадцать с тех пор прошло, я в школу ещё ходила, подробностей не знаю, в летнем лагере два потока жила. Вернулась домой, а квартира Великановых пуста. Потом, лет через пять, прибыл их дальний родственник из Рязани, Грачев. Мужчина лет сорока, мрачный и нелюдимый, но он быстро съехал и года не прожил. Я его плохо помню, и уехал Грачев как-то молчком, никого не предупредив. Почтальонша несколько месяцев квитанции приносила, а когда поняла, что никто их не забирает, ругалась, почему Грачев новый адрес не оставил. Но на нечисть в квартире он точно не жаловался! Иначе слухи бы непременно курсировали, тема-то волнительная, — невесело усмехнулась я.

Влад, таращась над моим плечом куда-то в сторону вешалки, вместо ответа приобнял меня за талию и попытался отбуксировать на кухню. Я резко обернулась и распахнула рот. В углу пульсировала и разрасталась чернота, поглощая и без того размытые очертания вешалки и обувной полки. Внезапно вдоль плинтуса пробежали искры, а из радиорозетки (ага, дом был старым) донеслись едва различимые голоса: шелестящие, смахивающие на помехи. Но слышались отчётливо и постепенно сменились на тихий плач: пронзительный, жалобный, от него становилось не по себе. Прижав ладони к животу, я, чувствуя, как внутри поднимается паника, отступила на шаг. Влад загородил меня собой.

В дверной звонок позвонили, вдавливая кнопку ровно семнадцать секунд, я считала! И всё смолкло. Я дрожала с ног до головы, растеряв способность говорить, двигаться и думать.

— В моей квартире странности начались с большой комнаты, — сказал Влад.

— Предлагаю ее осмотреть! — выпалила я, упрямо сжав кулаки. — А не ждать продолжения!

Он кивнул, признавая мою правоту. Открыл входную дверь. Пока он гремел цепочкой, я задрала голову вверх и, не заметив нигде шарика, пробежалась по квартире: вот так сюрприз, нигде его не нашла! В растерянности я вышла в подъезд и двинулась следом за Владом.

— Может, подождёшь меня в подъезде... — начал было Влад.

— Я с тобой! — предупредительно отрезала я. — Любопытно, знаешь ли, до жути…

Вздохнув, он вошёл в прихожую. Я проскользнула следом за ним. Да уж, для визитов потусторонних гостей она подходила как нельзя лучше: обшарпанные стены с висящими клочьями пожелтевших обоев, стопки коробок, вешалка с тумбочкой, кое-как замотанная плёнкой, и скрипучий пол с рассохшимися досками. Уворачиваясь от завалов, пробрались в гостиную.

— Ой, вот он где! — с изумлением выдохнула я.

Комната была почти пуста, если не считать стола и невысокой стремянки в три ступени. Под потолком покачивался на проводе патрон без лампочки. Влад стоял чуть впереди, глядя на тёмный, антропоморфный силуэт, сотканный из тьмы. Пол под нами заходил ходуном, стремянка проехалась к окну и рухнула на бок. Старый паркет с сухим треском вздыбился...

— Уходим! — крикнул Влад, схватив меня за руку.

— Подожди! Посмотри! — остановила я его.

Призрак перестал крушить комнату. Застыв, он неотрывно следил за полётом сиреневого шарика вдоль сплошной стены комнаты, общей с подъездом.

— Шарик, в твоей квартире был, да? — шепнул Влад.

— Ага, просочился непонятно как! — буркнула я.

Шарик медленно начал опускаться. Рядом с высоким силуэтом призрака, судя по фигуре — мужским, появился худенький детский. Верёвка шарика была зажата в левой руке ребенка, правую он протянул мужчине. Тот безропотно её сжал, и оба силуэта шагнули в стену.

Не сговариваясь, мы с Владом выбежали в прихожую и выскочили в подъезд. Но он был пуст, призраков и след простыл. Всхлипнув, я уткнулась носом в плечо Влада, а он крепко меня обнял...