Сгорая внутри

Глава 1

Один из быстрейших способов обогатиться – принять активное участие в игре аристократии. Политика для человека не дворянского происхождения, как игра в кости с дьяволом. Ставки высоки, а вот шансы стремятся к нулю.

Но основной тур начинается, когда правитель отправляется в военный поход. Столица начинает полыхать изнутри. Предательства, громкие скандалы, загадочные убийства. В Фоторе такое случается даже, когда король восседает на троне в замке. Но в времена его присутствия в городе преступления редко связаны с попыткой высокородных захватить или укрепить свою власть.

Когда король воевал на востоке в Зигрихане с лизардами, город тихо молчал. В трущобах убийства не предоставляли интереса. А почему? Бедняки, затонувшие в смрадных болотах узких улиц, боролись с друг другом даже за гнилое яблоко или же за краюху хлеба с коркой грязи.

Исхудалые их кости выпячиваются сквозь кожу, которую почти невозможно отмыть водой. Мяса в них немного, но погибшие своей плотью продлевают жизнь братьев по несчастью на пару суток.

Уснувшие на дряхлых улицах не встречали рассвет глазами. Голодные на дряхлых улицах не оставляли даже костей. Голые на дряхлых улицах не переживали жестокую зиму.

Что держит их здесь? Почему не выйдут за стены города, где растут обильные плоды и всходы? Там тоже придётся выживать, но еды там в достаток. Конечно, монстры не самые приятные соседи, но от них можно спрятаться, а вот от желудка нет.

Из-за древнего предания безнадёжные остаются в каменных джунглях. “Новый правитель, приносящий свет, снизойдёт до жителей величественного Фотора. Своё пришествие совершенный озарит тем, что лишит золотой огонь жизненного дыхания. Его жертву можно будет опознать по широкому кресту и отсутствию сердца. Он разобьёт лёд, окутавший души людей. Сами Смерть и Жизнь стали сёстрами его, они приняли его под свой покров. Железо и заклинание не доберутся до его кожи. Лишь носитель света способен оставить себя без биения сердца.”

Стражей обязали патрулировать улицы трущоб. Солдаты не дураки, поэтому в тёмные углы переулков их ноги не ступали. Да и в переулки они не заходили, лишь заглядывали. После картин, которые воины видели, жижа из живота вырывалась насытить и так блевотную почву.

Но не всех пугала гниль и трупы, некоторых такие места даже привлекают. А что, закон свои лапы сюда не протянет, наёмники сюда не полезут, любознательные гражданские не сунут нос, а если и сунут, то останутся без него и кошелька. Повезёт коль сможет целым убежать оттуда, но высока вероятность быть принятым за здорового кабанчика. Очень вкусного.

Бандитов больше привлекает жадное мерцание монет. Коль жизнь тут стоит ничего, то зачем убивать попавших в плен? Есть много способов превратить человека в деньги. Также выгодна территория, ибо это места под укрытие и дистанция влияния, на которую одна банда может работать. Нередко атаманов сравнивают с аристократией. Пользуются тёмными приёмами, обманами, лицемерием. И наёмниками не брезгают обе группы.

Когда авантюрист становится исполнителем повелений людей, а не гильдии, то она расторгает договор о взаимозащите среди наёмников. Ты можешь прийти за заказами, получаешь за них деньги, но твоим соратником разрешено вставить нож тебе в глотку, коль ты стоишь у них на пути, но мешки с бренным металлом оправдывают риск.

Ржавое солнце обманывало глаз, окрашивая мраморные кирпичи в оттенок жёлтого налёта. Белые, иногда чутка порыжевшие, доспехи гвардейцев отражали лучи светила. Стражи стояли площади и в переулках, не подпуская толпу зевак к дому. Слишком наглые уже получили пару режущих по рукам.

Личность известная каждому в этой ораве проталкивалась к охранникам. Ламеллярный доспех из тёмной чешуи змея “дилэна” носил на себе нарисованного металлической краской хамелеона с синим глазом

Прочность чешуи обеспечена трудностью добычи её покрытия. Во время охоты используют пару скорпионов с взрывными болтами. Обязательно надо попасть в пасть. Потом её тащат несколько десятков людей, ибо зверюгу в метровый диаметр мало кто поднимет в одиночку. Потом тушу закидывают в гигантский котёл, залитый странной жидкостью. Её название не помнят даже те, кто пользуется им. Через неделю чешуйки отпадают, не теряя в прочности.

Одного доспеха хватало, чтобы понять, что с этим человеком не стоит шутить, но рисунок эту мысль укреплял. Ночная бандана с повязкой, закрывавшей глаз, не оставляли места сомнениям. “Хамелеон-Клевец”.

Крупнейшим районом были трущобы, после них средний класс и аристократия. Красная брусчатка, мраморные дома, оправленные золотом, одежды из лучшего бархата прятали злые, неверные и завистливые души. Дворяне взорами спрашивали, что здесь забыл плебей.

Когда Зилдар подошёл впритык к стражникам, они его опознали и впустили в дом. Даже гвардейцы боятся с ним спорить. Он заслужил себе пару названий из-за своих страстей. “Король пыток” – даже объяснять не надо. А вот “Клинок трущоб” из-за того, что вид ужасов трущоб не пробирается до него, наёмник сам устраивает там монструозные вещи, ведь за убийства в трущобах никто не берётся.

Пройдя пару комнат, авантюрист поднялся на второй этаж. Два человека находились посередине. Длинный с уродливо-морщинистым лицом расхаживал по комнате в фраке с серебряными пуговицами. Королевская десница, который презирал золото и предпочитал ему другие драгоценные металлы. Его очки поддёргивались на крючковатом носе. При рождении его наименовали Вистаном.

Один сидел в коляске, его сало расплывалось по спинке, ручкам, сиденью. На вид дашь ему три сотни килограмм. Он всю свою жизнь что-то жрал, так зачем ему стоит сейчас прекратить? По утиной ножке катался обильный жировой слой, не понятно из чего вытекает маслянистую жидкость. Из мяса или пальчиков свина? Пингус похрюкивал, пытаясь поднести пищу к рту. Кажется, ему совершенно наплевать на то, что стена перед ним занята трупом. Когда-то этим телом был аристократ Игнис.

-Наконец ты пришёл! Я гадал, что случится первей, Пинг наестся или Зилдар успеет. Часто будешь задерживаться, лишу глаза.

-Ох-хрю, хо-хрю, хрю! Кажись, что даже слуги возят меня быстрей, чем Зилдар передвигает собственными ноженьками! – Из глубин жирного тела раздался визг свиньи, перебирающийся в смех.

-Распят на стене? Садист постарался, но это обычный стиль маньяков. Зачем я здесь?

-Приглядись к телу и не задавай тупых вопросов.

Тело было украшено двумя изрезами. От шеи вертикально к паху и от левого плеча к правому.

Пинг громко чавкал куриной грудкой.

-Крест… Игнис с тиритийского языка – огонь… Сердце?

-Правильно мыслишь. Его нету. Знаешь же предание? Вот объясни, чем он связан с золотым огнём. Вроде бы Игнис просто огонь?

Высокий умостился на стульчик, обкидывая комнату наглым взглядом сквозь линзы.

Падавшая в лужу кровь отбивала ровный ритм. Фиолетовый жакет у ран пропитался внутренностями хозяина.

-Хрю, хрю, хрю! Вистанчик мой, ты с каждым днём глупеешь! Аристократию же ассоциируют с золотым народом. Ох и стареешь же ты! Серая масса подгнила. Тебе бы пустить меня на место десницы короля, у меня с головой то всё хорошо. – Докончив говорить, свин принялась жевать кабаний окорок.

Зилдар обернулся к своему главному заказчику. В думах он проклинал этот день за новую работу, павшую ему на голову. Так и шанс стать жертвой другой стороны высок.

-Значит дело государственной важности?

-Погоди, Зилдар. Ты, свинья хренова, подзакрыла бы пасть и не едой! Где ты столько жратвы находишь, чтобы впихивать в себя?! – Вистан выбил из рук толстого дворянина окорочок. Он недовольно захрюкал, но пререкаться не стал. –Да, как я рад, что мой наёмник догадлив. Помнишь, как ты проник к повстанцам и перебил лидеров по одиночке? Они не представляли такой же опасности, как наш свет несущий. Представь, как за ним поднимется половина города? Рабочий класс, даже падшие с бандитами. И это сможет сделать один человек!

-Только у него скорее всего есть поддержка?

-Единственный мой слуга, которого я ни за какую монету не обменяю!

-Хрю-хрю! Ты своей жене также говорил. Но килограммы серебра изменили твоё мнение.

-Это дело должно остаться в тени. Я умолчу, но Пинга то кто-то ввёз?

-Их завтра казнят по подозрению в торговом мошенничестве.

-Хрю-хрюх. Но мы умолчим втроём, что при всей их жизни они следовали за мной и не видали ни разу торговцев! -Кабан поднял обслюнявленный палец.

-Остаётся основная проблема. – Зилдар оттянул повязку с правого глаза. Морское сияние изливалось из его ока. - Следов силы я не вижу.

-Кто-то не владеющий магией?

-Не факт. Может быть и очищающее зелье. Проще говоря, магическим способом убийцу не найти.

-Поэтому мы надеемся на тебя.

Наёмник подошёл к телу. Раны виляют, издалека неровности не выделяются, но тут видна рука неопытности. Колышки забиты в ладони. Игнис был убит ещё до того, как стал распятым. Яд? Нет, есть повреждения, шея придавлена. Удушение. Синеватый круг идеально ровный. Заклинание ошейника арканы.

То, что убийство носит характер революции, - факт.Но украсть у мёртвого богача достаточно просто. Зная любовь Игниса к сбору компромата на других аристократов, многие догадывались о его скорой кончине от какого-нибудь важного лица.

Тут дело опасней, ибо бумаги могли попасть в руки тех людей, которые решаться выпустить секреты на обозрение. Шантаж не так страшен, как раскрытые тайны. Жертвоприношения безумным богам, лжесвидетельства, угрозы в письмах – у каждого аристократа есть как минимум один проступок, который поставит крест на их жизни. Пара позолоченных сундуков и один, отличающийся своей незаметностью, единственный вскрыт. Ну как вскрыт… Выломан и ожидаемо пуст.

Что ж, оставим Зилдара в спокойствие, ибо наёмник собирается набрать информацию из чужих уст, бумаг, рисунков. Верные действия с его стороны. К делу, в котором могут быть замешаны не только влиятельные лица, но и могущественные сущности, не стоит подходить спустя рукава. В этой передряге авантюрист оказался не один.

В ровных рядах переулков рабочего района затесался маленький магазинчик, а над ним второй этаж служил жилищем для убийцы.

Люциус сидел в своем доме, заправляя свою трубочку уже в десятый раз, выпуская нервный дым.

-Я-я сделал это… Я убил человека таким жестоком способом. –Травы не помогали успокоиться. – Ну и чёрт же с ним!

Стол убийца завалил украденным. Вес бумаг не превышает и пяти сотен грамм, но вот цена их на уровне той же массы, только в килограммах. Каждый лист стоит чью-то жизнь.

Люциус с детства хотел преобразить городские мрачные улицы. Возможность решения проблем трущоб он видел в простом снабжение пищей, качественным жильём и работой. Чтобы это осуществить нужно стать королём, а какие у него шансы, когда его род давно забыт жителями? Слишком добрым родился убийца, чтобы заметить зло людей. Родители были погребены заживо за долги, но его под крыло взяла сестра отца. Так он стал Люциус Вит. Поддержкой его не обошли и знакомые по матери. Род Мор помог ему в обучении магии.

Никто в Фоторе не помогает друг другу просто так. Обе семьи знали о предании. Кто откажется от получения хороших отношений с будущим королём?

Три глухих удара раздались от двери.

-Войдите.

В комнату зашёл эльф в тёмном плаще. Уши может и укрыты капюшоном, но Люциус знал, кто к нему пришёл.

-Вижу трясёшься, как кобыла в бурю с громом. Игнис мёртв?

-Да… Я не пойму, почему мне надо было это делать так жестоко? Я бы задушил его и бросил, но пришлось резать.

-Дебил? Ты предания даже не слыхал? Ох и понаберут же! Бумаги где?

-Тут на столе.

-Следующая твоя цель – родной брат. Этим кинжалом. – Эльф вложил нож в руки Виту. Рукоять украшена черепом с рубинами в глазах. – Он должен остаться в теле, лежащем на площади.

Держа в ладонях Люциус пусто смотрел на клинок. Убить брата. Эльф, забрав бумаги, ушёл через дверь. “Почему? За что? Зачем?”. Сердце стучало так громко, что не давало сфокусироваться убийце на мыслях. “Если я хочу изменить это место, то пара жизней это малая плата… Так ведь? Нет, опомнись, Дарк твой брат. Но жизни других людей. В трущобах страдают и умирают. Братоубийство не изменит мир, но это путь к власти. Верно, нельзя отступиться от той дороги на которую ступил. Нет мне пути назад!” Пальцы Вита побелели, когда он сжал рукоять орудия. Дарк весь завтрашний день планировал просидеть дома. Люциус разрушил его план.

Братец жил там, где свет не проникает, а чистый воздух не водится. Он после смерти родителей не получил такой же поддержки как Люциус. Ему и досталось выплачивать долги. Продал дом и на остатки денег поселился в трущобах.

Несущего свет обездоленные не то, чтобы обожали, но знали его, как того, кто подаст еду. Всего лишь однажды он не дал поест бедняку в смоляной грязи, так тот ударил его по лицу, оставляя вязкий чёрный след. С братом ходить по мрачным улицам не страшно. Судьба дала ему мастерство кинжала и воровства. Но блуждая по этому болоту, не дойдёшь до площади.

-Пошли к центру, купим чего-нибудь промочить горло.

-Хох! Не поверил бы, что весь такой правильный Люц начнёт налегать на бухло, если бы мне кто-то сказал, а так из твоих уст ещё лживей звучит. Что так пялишь? Пошли.

Повороты, углы, закоулки приближали нас к центру. Шли, вспоминая прошлое, болтая о планах на жизнь. По большей части Дарк не закрывал рта. А Люц прятал слёзы души внутри себя, казалось ему, что скажет он хоть одно слово брату и расплачется посреди каменных стен. Мысли перебили обильные вздохи и охи в переулках.

-Чёртовы кролики! Долбятся где только возможно, не стесняясь. А потом, если выживут год, то придётся кормить на одну пасть больше. Лучше бы потрудились над жизнью своей.

-Ты же тоже житель трущоб.

-И? Я не ем мусорную еду, имею собственный дом, могу позволить себе выпить дорогого бухлишка. Я живу на уровне среднего класса.

-Почему тогда не переедешь?

-Потому что в рабочем районе на кражи глаза закрывать не будут. Не долго до виселицы. А тут раздолье и маньякам, и бандитам, и ворам!

-Вот с кем ты уже себя сравниваешь?

-Пытаться вылезти чистым из выгребной ямы, то же самое, что и проблеваться без следа. Не получится.

Лучи солнца еле обходили дома, чтобы добраться до дорог. Люди закрывали окна, выбрасывали остатки мусора, засыпали. Красная заря – время, когда на улицах никого не встретишь. Примерные граждане спят в неуютных комнатушках, а алкаши и сброд, бродящий по подворотням в поисках выпивки, ещё не проснулись.

Центральная площадь шумит, как остановившееся сердце. Свидетелей не будет. Мал шанс того, что хоть кто-то удумает заявится сейчас сюда. Лучшего шанса не предвидится.

-Дарк…

Брат подобернул голову на Вита. В мыслях он требовал узнать, что творится у добрейшего человека в Фоторе.

-Что?

-Прости меня за всё. – Люциус повёл рукой вверх, растопырив пальцы. Синий ошейник арканы обвился по шее Дарка. Энергия магии ослабила возможность движений жертвы.

-В тихой гавани контрабанду возят! Да?! Всегда знал, что самые спокойные в этом городе опасны! Гра! – Аркан сжимался туже и туже. Брат перестал говорить и лишь открывал рот, захватывая воздух.

Вит сжал кулак. Тресканье и хруст попытались попасть в чьи-то уши, но площадь была беззвучна.

-АААААА! – Несущий свет упал на четвереньки. Капли слёз заливали безжизненный камень, который не мог понять боли человека, убившего ближайшего родственника. Убийца избивал твёрдую поверхность кулаками. По бездушному настилу захлюпала кровь с разбитых пальцев. Он продолжал. Единственная боль терзала его изнутри. “Лучше умереть чем испытывать это!”. Такая мысль изъедала Люца. Но стоила ли смерть брата бессмысленности? Убить ради цели и предать свою миссию? Нет, Вит не готов к жертвам без итогов.

Ладонь проползла по лицу, вытирая слёзы. Жидкость боли смешалась с кровью. Жирные мокрые полу-красные мазки остались на коже.

Пустые глаза брата уставились в землю.

-Да, теперь тебе не вернуться в наш мир. Прости меня, за всё, пожалуйста, но мне придётся сделать это напоследок.

Клинок вошёл по рукоять в живот Дарка. Кровь братьев смешалась. Он мёртв, но его частичка останется в Люциусе. Пусть они оба недостойны друг друга, а нести придётся тяжкую судьбу вместе.

Подняв зрение на другую часть площади, Несущий свет осознал, что дело затянулось. В его сторону бежал человек. Может стражник. С клевцом в руках и повязкой на глазу. Самый лучший выбор дерануть через лабиринты трущоб и выйти у дома…

-Стой падла! Повелением его величества вам приказано остановиться! Никогда не слушают! – преступник укрылся за стеной переулка.

“В трущобы решил? Не получится там исчезнуть, самый короткий путь по крышам и балконам, а с этих улиц ты туда не заберёшься.”

Зилдар ухватился за выступ в доме, рукой потянулся к заборчику балкона. Оттолкнувшись от него пяткой, ладонью поймал палку, на которой висел горшок с растением. Следующим движением запрыгнул на кровлю, перебираясь на центральный брус.

“Ты у нас двигаешься вот так? Легко догнать будет. Слишком устало и… болезненно бежишь?”

Хамелеон-Клевец перепрыгивал с крыши на крышу. Сбежавшего было бы просто поймать, если бы не появились они. Два ассасина.

В трущобах половина домов имеет крыши без скатов. На таком поле битвы драться проще один на один, на резко двускатных можно и против нескольких рыл, ибо они не могут обойти тебя.

Придётся сражаться без преимущества. Правый повыше с полуторником, левый с одноручным клинком. “Если не маги, то лёгкая победа у меня в кармане”.

-Вы кто?! И какого дьявола стоите на пути у закона?! Я Хамелеон-Клевец!

-Нам похер на гончего пса! Оставь в покое паренька, и мы не тронем тебя! – говорил бандит.

-Похер говорите? Нападайте!

Нет времени возиться с ними. Множество способов обойтись без боя. И навыки дипломата не пригодятся.

“Миражен эн тэно атакано энто эскепан. Блеколд инвизиан вихран бардо виз клоуда фром то скейно.”

Дым застлал кровлю. Зилдар бежал между убийцами. Вот их момент! Лезвия проходят сквозь тело, и оно растворяется в серую пелену. Справа и слева бегут Зилдары.

-Какого чёрта?! Мы же только что его убили!

-То-то!

Что же до охотника, то он двигался по улицам трущоб. Слегка прозрачный, но это предостороженость. Облака может и густые, но через них возможно заметить двигающееся существо.

Убийца давно скрылся в закоулках, но его следы с каждым шагом остаются более явные. Капли крови вникли в слой жидкой грязи…

-Чёрт, чёрт, чёрт! Как можно было упустить столько времени на одно убийство! АААргх! – Люциус скинул истлевшую свечу со стола. Комнату тускло освещали магические синие светлячки. Они смотрели за постепенно сходившим с ума хозяином.

Вит смеялся, раскрывая глаза до жгучей боли, оскаляя безумные зубы. Через минуты звуки утихли, сменившись въедчивым плачем.

-Это конец! Зачем?! Смысл в смерти Дарка, если умру я?! Да даже если меня поймают, то Дарк сгинул бесцельно! – Люциус кусал себя за куски мяса на руке.

Бам. Бам. Бам.

Люциус откинул стул смотря выцветающими глазами на дверь.

Губы растянулись. Уголки начали подрагивать, повышая скорость. Стены комнаты вновь принимали в себя полоумный смех. Звук отражался от поверхностей образуя симфонию потерянного разума.

Внутрь зашёл арбалет с эльфом. “Ну конечно! Они нашли кого-то кто заменит человека без чести, убившего своего родного брата. Конечно! Я в их глазах давно не человек, я монстр достойный только смерти!”

Длинноухий навёл болт в переносицу Люциуса. Стоял как статуя, чего-то ожидая.

-Стреляй мразь! Одно нажатие и моя жизнь окончится! Я убил, потеряв самого себя! Хотя… Что тебе об этом задумываться? Ты же, как и я, обычная пешка! Ха-ха-ха! Видишь во что может превратиться человек?! Надеюсь после того, как болт пробьёт мою черепушку, все вы издохнете мучительными смертями! Боишься меня?! – За весь разговор братоубийца не моргнул ни разу. Его рука вела письменный нож к шее. Маленькие синенькие верёвочки ползали по комнате, словно змеи.

Спасительный топот на раздался на лестнице. Эльф развернулся и спустил крючок на вошедшего. Одноглазый бескровно упал, скатившись вниз.

-Прости, гости помешали. Одну минуту, проверю, что там, и исполню твоё пожелание стать хладным на веки вперёд.

Острое лицо заглянуло за дверь. Глухой звук. Длинный упал ушами вперёд к безумцу.

В комнату прокрался Зилдар. Вперив руки по бокам, осмотрелся. Взгляд остановился на Люциусе.

-М-да, выглядишь ты не лучше помойной собаки. Не таким я представлял себе человека, вызывающего ужас у правительственной верхушки. Бегаешь ты плохо. Предлагаю несколько решений этой ситуации. Первое, мы идём к королю. Второе, мы идём к его деснице. Третье, мы сражаемся. Выбирай.

-Убей меня!

-Э? Такого выбора я не давал… Я могу конечно сделать это ударом в сердце. Но если я доставлю тебя живым, то получу больше денег.

-Я не хочу жить!

-Эй-эй. Ты чего так спешишь подохнуть? На это должны быть причины. Думаю, времени на разговоры у нас много до того, как эта туша очнётся. Хотя! Можно его связать и у нас появится третий разговорщик. А что нам с ним болтать? Он мою иллюзию убил. Так что заклеим ему рот. Всё-таки расскажи, что тебя изъедает. Выслушать обещаю, но выполнить твои желания нет.

Страж закона подтянул к себе стул и уселся на нём. Люциус последовал его примеру. Пламя безумия в его глазах золилось.

-Я убивал людей… Они не были виноваты в моей жажде власти. Хоть я и могу найти причины в смерти Игниса, этого жалкого дворянишку ничто не спасло бы, но я ни за что не посмею сказать, что мой брат был достоин предательство от близкой руки. А зачем я это всё делал? Хочешь узнать?

-Если бы и не хотел, то не предложил бы диалога.

-Верно. Я желал улучшить нашу страну! Обновить до того вида, когда её можно было бы назвать истинной империей, а не этим подобием процветающего королевства! Взгляни! Районы среднего класса и знати меньше, чем трущобы! Знаешь почему бедность ежедневно уменьшается?! Потому что в грязных улицах, где сточные воды гуляют по стенам, где еда стоит большей чей-то жизни, где разбой и убийства никого не удивляют, там не выживают! Я видел это всё! Я слышал это всё! Там либо ты съешь, либо тебя съедят! Они тоже люди! Они тоже могут трудиться!

Верёвками арканы Люциус вытянул кинжал из ножен эльфа. Подтянул к боку. Сила выстрела кинжалом будет равна выстрелу арбалетным болтом. Достаточно, чтобы прекратить мучения в миг. Колкая физиономия Вита была готова принять смерть. Лезвие полетело. Цель шея. Даже объясняться не надо будет. Зилдар растворился в стуле. Клинок остановился в десяти сантиметрах от сонной артерии. Рукоятка оказался в руке чёртового иллюзиониста. Взяв ладонь Вита, Зилдар вложил в неё кинжал. “Зачем он это сделал?”

-Возможно. Но ты думаешь, что одной твоей жизни у трона хватит, чтобы всё изменить? Я в этом не мастер, но пройдёт не одно поколения, когда ты увидишь хоть мелкие результаты. Людоеды, убийцы, воры. Ты дашь им шанс, но кто уверит тебя в том, что они оправдают твоих надежд? Ой как не скоро они отвыкнут от ужасов прошлого выживания.

-А дети?! Вся их жизнь впереди, они не привыкли к трущобному аду! Если их вытащить из трущоб то, может они смогут измениться?

-Не знаю. Может, а может и нет. Но меня больше интересует, почему ты спешишь это сделать. Почему ты задумался о народе, погрязшем в грязи?

-Почему. Почему? Почему?! Потому что они тоже люди, они тоже могут работать, они тоже могут развивать города Шилана!

-Ты уверен в том, что они готовы к человеческому труду? Как быстро они адаптируются под новую реальность?

-Не быстро… Но если не начать делать шаги к этому, то достигнуть планируемого не получится.

-Нам скоро идти. Надеюсь ты не будешь сопротивляться? Кинжал стоит припрятать, поймёшь почему. Но перед тем как мы покинем здание. Ты знаешь, что предание было разделено на три части?

-Нет, я видел только первую. Вторая, наверное, братоубийство… Что в последней?

Хамелеон-Клевец передал маленькую записку. Вит глазами оббежал строки.

-Где ты это нашёл?

-Иногда связи с жрецами полезней, чем с знатью. В их храмах хранятся тысячи книг, которых не найти в библиотеках королевского дворца. Интереснейшее чтиво, только доказательства у них не всегда есть.

-Что с эльфом делать будем?

-Что хочешь. Он же тебя хотел убить, а не меня.

Люц разогнался и пнул лежачего в грудь. Тушка перевернулся с бока на спину.

-Пошли.

Небо заволокло облаками, оплакивающими погибших. Водяные снарядики падали по домам, выстукивая непонятную мелодию. Тук, тук-тук-тук, тук-тук, пам-пам-пам-пам. Зилдар ожидал такой конец.

Восемь гвардейцев “Черного крыла” стали по сторонам переулка, не давая возможности уйти попавшим в ловушку. Все практически одного роста, но двое лишних среди них. Один высокий, а другой слишком свинья.

Солдаты, стоявшие по бокам, держали арбалеты, центральные выставили алебарды вперёд. Их чёрные латы поедали свет и ловили дождевые капли на, но воины стояли неподвижно.

-Господин Вистан, я поймал несущего цвет – Наёмник указал пальцем на Люциуса.

-Молодец. (Десница короля обернулся к солдатам). Тетива натянута? Болты готовы? Когда тот, кто выглядит отвратительно, подойдёт к нам, убейте второго.

Вит слабо подошёл к наконечникам алебард. Его рот собрал всевозможную слюну и выпустил её в лицо дворянину. Плевок попал в цель.

-Огонь в Зилдара! Плевача оставить в живых, он мне нужен живым!

Пара болтов пролетела сквозь наёмника, который растворился в воздухе. Интересно, как себя чувствует охотник, упуская двух зайцев?

Кинжал эльфа выпрыгнул из нательного кармана Люциуса, который перехватил его в полёте. Одно движение и улицу заливает кровь.

Длинный разрез на шее не мешал жертве политики улыбаться широким зубами, вызывая ужас и отвращение у профессиональных бойцов.

Он пал на грязь улицы, но это его уже не волновало. последнее желание Люциуса исполнено…