Сезария

Глава 1 Марта. Начало

Марта быстро шла по главной улице городка, о существовании которого ещё пару дней назад даже не подозревала.

Здесь было холоднее, чем в её родном Энске, и она пожалела, что не взяла с собой пуховик и шапку. Ветер, слякоть. Того и гляди, пойдёт снег. Марта зашагала ещё быстрее, придерживая рукой поднятый воротник куртки и стараясь как можно дальше обходить встречных людей. Народу на улицах было довольно много для такого захолустья, видимо она попала на время вечернего шоппинга. Какой-то мужчина вдруг резко свернул к дверям магазина и чуть не столкнулся с ней. Марта в полголоса выругалась.

Волна раздражения поднялась и опустилась, подавленная привычным усилием воли. Присутствие людей вокруг вызывало почти физический дискомфорт, их ауры вспыхивали и гасли, тошнотворно переливаясь на периферийном зрении. Но стоило Марте сфокусировать на ком-то взгляд, марево исчезало. Необычная способность, которой судьба наградила её когда-то давно, могла даже самого позитивного экстраверта превратить в социопата.

А Марта никогда не была позитивной и общительной, даже до того злосчастного эксперимента.

Все, чего ей хотелось, - оказаться подальше от этого бедлама, у себя в комнате, на уютном стульчике напротив компа. Или у своего окна, откуда открывается прекрасный вид на крыши Энска, и где можно незаметно наблюдать, как старый ворон прыгает между спутниковых антенн, обучая слётков сигналу опасности.

Опасность! Мысли Марты перескочили на события последних недель. Вот она в своей квартире, стоит, разворачивая письмо, непонятно как оказавшееся у неё на столе. Строчки слов, написанные таким знакомым почерком, расплываются от её слез. Письмо от Ириана. В глубине души она никогда не сомневалась, что брат жив, просто скрывается от тех страшных людей, что финансировали тогда его разработки. Но чувство облегчения было просто невероятным! Он жив. Жив, и это главное. А то, что он в опасности и просит помочь - что ж, она всегда помогала ему. Это же прекрасно - быть нужной брату! Как в детстве, когда она, длинная нескладная девчонка, отбивала младшего братца-ботаника от дворовых хулиганов. Или как в тот ужасный день, когда она согласилась участвовать в их с Вигго эксперименте…

Порыв ветра пробрал Марту до костей, попутно отвлекая от ненужных мыслей.

На перекрёстке она вынула из кармана листок бумаги с адресом и огляделась по сторонам, высматривая название улиц.

Та, кого искала Марта, жила на окраине, в одном из домов, годных только под снос. Уже недалеко.

Глава 2 Ки

Ветер терзал яблоню за окном. Она сопротивлялась. Махала руками . Ветки и листья плясали в сумраке. На стене метались тени. Хи прыгала на них, обдирая штукатурку..

И этой дуре я доверяю своё тело во время гаданий...мда...лучше бы завела кота..

Кстати, насчёт гаданий, клиентов давно не было , а деньги заканчиваются. .

Сон мне не светит. Встану и заварю себе чай с можжевельником ( говорят , он помогает от злых духов),но мои , видимо такие злые , что не работает.

...

Скоро 15 лет как я здесь живу. Своего рода День рождения. Ведь я не знаю своего дня рождения. Не знаю сколько мне лет. Как меня зовут. Была или есть семья. Не знаю свой родной язык.

Ки.

Так меня зовут местные. Кажется, это название реки , из которой меня выловили. Это было 15 лет назад. тогда же пришли первые кошмары. Сначала я думала, что пережитая смертельная опасность так себя выражает, но потом выяснилось что это не так..

Ссадины и раны зажили. А я поселилась в заброшенной хижине в лесу на краю города.

Я почти всё время молчала. Иногда изрекала кусочки фраз на местном наречии, слушала , что говорят люди и вставляла подходящие случаю выражения.

Я не помню как выяснилось, что мои кошмары имеют какое-то отношение к жизни города. Как пожар, который я видела во сне, имеет отношение к происшествию в городской управе

С тех пор иногда ко мне приходят люди. И задают вопросы.

- неверна ли жена?

- не обманул ли деловой партнёр?

Я ложусь спать и утром даю ответ. Ну как..Я пересказываю сон, а клиент сам решает.

Но сейчас праздники. Людям не до этого. А может никто не хочет знать ничего неприятного в это время. Уж лучше не тревожить демонов до поры до времени. Правда подождёт

Хи наконец-то угомонилась и уснула. Уже почти утро. Надо бы сходить в город. Что-то купить из еды. Ну и поискать клиентов. Я не люблю бывать в городе, всё время боюсь, что кто-нибудь что-нибудь попросит. Спросит. Ведь больше я ничего не умею. Только отвечать на вопросы

Я никогда не запираю дверь. И сейчас, вышла из дома и..

и я и Хи замерли на месте. По тропинке к моему дому кто-то шёл..

Ну , казалось бы, ну городской житель, надо ему что-то. . Но эту женщину я не знала. Высокая. Что-то бормочет( это я видела даже из далека). Женщина как женщина, но сердце сжалось. Такое со мной редко бывает. Во сне чаще всего

Обычно мне смотрят в один глаз. На выбор. В жёлтый или зелёный. А она смотрела в оба. Я пыталась списать тревогу на бессонницу ( без кошмаров-предсказаний я почти не сплю, так, иногда, но это потом). И Хи смотрела на нас не отрываясь. Уши, хвост..ходили ходуном. Чтобы не выдать волнения, я ходила по кухне. Пыталась быть вежливой, предложила чай.

Марта. Так она представилась. Если бы я знала , что потом последует...

Если бы знала...

.....

Марта ушла, а я не могла понять, почему вдруг так разволновалась. Задание обычное. Редкое,но ничего нового. Она просила найти пропавшего брата. Я и раньше искала людей, но там ничего особенного не было. Дети теряются в лесу, за сутки их обычно находят , с моей помощью или без. Жёны не исчезают просто так , а банально сбегают от мужа. Ну брат так брат. Но , похоже, Марта чего-то не договаривала. Мне показалось, что брат исчез не вчера мягко говоря. Почему она не искала раньше, а только сейчас? Было ощущение, что ей от брата что-то нужно, а не узнать как он там жив-здоров и жив ли вообще.

Но я никогда не задаю вопросов. Я своими снами не управляю. Я сама в их власти..

Целый день гоняла мысли в голове. У меня было стойкое ощущение, что сделав шаг, пути назад уже не будет.

.....

Пятнадцать лет. Пятнадцать.

Я не пыталась узнать откуда я и как оказалась в реке.

Во-первых: меня никто не искал. Либо таких не было, либо не хотели.

Во-вторых: вдруг в реке я оказалась не случайно. И тогда пусть мой убийца думает, что у него всё получилось.

Был ещё третий вариант. Я -- сбежавшая преступница. Тогда тем более лучше мне не знать , что я натворила..

Кажется настал момент самой спросить и получить ответ. Так чего я испугалась? Хуже уже не будет. 15 лет ни друзей ни близких. Только Хи. Каждый новый сон потихоньку лишает меня рассудка. Кажется появилась возможность хоть как-то изменить свою жизнь ( хотя какая это жизнь...)

Наступил вечер и я легла в постель. Ну что ж. Посмотрим, что нам сегодня покажут.

....

Сильно пахло солью и водорослями. Я лежу на полу в трюме корабля. Руки ноги целы. Я села. И вдруг в тёмном углу трюма что-то загудело. Я замерла. Оттуда меедленно выползало нечто. Вроде машина или прибор какой-то. Я не шевелилась. Нечто проводами , как щупальцами обшаривало пространство...меня ищет!.

Не знаю почему, но этого нельзя допустить. Сейчас услышит стук моего сердца и найдёт!!..

Внезапно машина заговорила. Зашуршал динамик и мужской голос спросил:

-- Кто ты? Кто тебя прислал? Марта?.Ты принесла ключ?

Этот голос из железа так напугал меня, что я бросилась к двери. Дернула. Слава Богу не заперта. Дверь открылась и в трюм хлынула вода. Я успела с трудом подняться по лестнице. Наверное, вода погубит машину, но мне было всё равно.

-- Принеси мне ключ!, услышала я последние слова машины.

Быстрее, за борт , пока корабль не пошёл ко дну. Ты прекрасно плаваешь. Давай!

....

Похоже это Летучий Голландец или все сбежали уже. Да и неважно. И тут новый голос. Детский плач....

Боже! Только не это! Заткни уши и прыгай за борт. Скоро будет поздно. А с ребенком и вовсе без шансов. Но , вопреки безжалостной логике я стала заглядывать в каюты. И нашла... оказалось настоящий кошмар начался только теперь..

Посреди каюты клетка. Как для птиц, но только большая, с меня ростом. В клетке девочка лет четырех или пяти. Не плачет, хотя я бежала на голос. Молча и спокойно смотрит на меня. Светлые волосы. Глаза то ли синие, то ли зелёные. " Цвета морской волны" с циничной иронией заметила я. Морская волна с минуты на минуту ворвётся в эту каюту. Красивое, какое-то сказочное платье. С утренника что-ли??

Одна нога в туфельке, вторая босая. Руками держится за прутья клетки. Я пытаюсь сломать, разогнуть, кричу, плачу.. Ребенок спокойно улыбается. У меня истерика. Она вдруг заговорила :

-- успокойся. Всё будет хорошо. Я теперь умею летать. Разве ты не знала? Смотри . (Поднимает и выставляет перед собой ладонь....)

......

На внутренней стороне ладони рисунок или тату( кто мог малышке сделать татуировку???)

Присмотрелась. Вроде буква.

М.

Вода прибывает. Я уже не кричу. Во рту вода...

.....

Хи облизывает мне лицо. Оно всё мокрое и солёное.

Я вскочила. Скорее. Зарисовать пока не забыла.

.....

Марта внимательно выслушала. Подробно расспросила про голос и машину. Собралась уйти.

Встала , чтобы уходить и вдруг сказала:

-- Спасибо, ты хорошо поработала. Хочу чем-то отблагодарить тебя особенным.

Порылась в сумке и достала маленькую брошь в виде ящерки-саламандры. Вещь дорогая и изящная , но не это меня заворожило. Глаза ящерки были из аквамарина...цвета морской волны...как у той малышки. . .

....

Марта сама приколола мне брошь , а я стояла и молчала , даже не поблагодарила. Наконец она повернулась к двери .

-- Стойте! - сказала я--. А девочка?

-- Какая девочка?

--Ну ребенок.

--Не знаю никаких девочек.

--А рисунок?( Я подсунула ей бумажку с буквой.)

--Это руна эваз.

--Эваз? Что это означает?

--Не знаю. Прощай. Сама разберёшься.

.....

Мы с Хи стояли под её дверью. Это какой-то сон. На двери была " моя буква"....

Дверь открылась. Хотя я не стучала.

Глава 3 Мелисса

День у Мелиссы не задался с самого утра.

На рассвете ее разбудил Фенрир. Сначала он беспокойно метался из угла в угол на кухне, а потом с жутким грохотом скинул на пол котелок с верхней полки. Бедный малыш так испугался при этом, что Мелиссе даже пришлось его утешать. Впрочем, встать пораньше ей все равно бы пришлось - в городе открылась предпраздничная ярмарка, куда Мелисса давно собиралась. Собиралась, но очень не хотела, ведь для этого нужно было идти в город и толкаться в толпе людей, стараясь привлекать к себе как меньше внимания. Чаще всего Мелиссе везло, и ее принимали за жительницу одного из предместий. Но иногда особо наблюдательные персоны признавали в ней фею, и тогда… Нет, слишком досаждать ей люди побоялись бы. Все знают, что достаточно одного ее гневного взгляда - и голос обидчика вдруг сменится лягушачьим кваканьем, или свежайшие овощи в корзине вдруг обернутся горкой глиняных черепков, а то и швы на штанах одновременно лопнут к радости зевак. Но все равно среди посетителей ярмарки непременно найдется парочка смельчаков, что решится заискивающе обратиться с просьбой, причем какой-то дурацкой и мелочной: отвадить зайцев от делянок с рассадой, подарить амулет на удачу или приворожить богатого жениха.

Да и от продавцов надо скрываться получше. Узнают в Мелиссе фею - и под любым предлогом откажутся продать ей обновку. Им не нравится, видите ли, что ее деньги через какое-то время становятся жухлой листвой. Они хотят, чтобы деньги вечно оставались неизменными, хотя всем известно - ничего неизменного в мире нет. Можно подумать, люди сами никогда не меняются!

И не ходила бы на эту ярмарку, но ведь холода вот-вот наступят, теплый плащ необходим! Да заодно присмотрела бы себе и новых украшений.

В окне вспыхивали и гасли разноцветные искорки, словно перемигивались с бликами от пламени в очаге. Да и само пламя горело неровно, периодически вспыхивая с веселым шипением и ненадолго успокаиваясь. Все ясно - снова эфирные возмущения, которые что-то участились этой осенью. Неспроста Фенрир так волновался с утра - он всегда чувствует их приближение. Что ж, неплохо. Рунные камни зарядятся силой, и можно будет использовать портал: открыть дверь из дома и попасть прямиком в какой-нибудь домишко рядом с ярмаркой.

За окном серело безрадостное утро. С неба срывались редкие снежинки, но их было слишком мало, чтобы укутать землю белым покровом. Пока что под ногами было только грязное месиво. Хуже всего, что резкий ветер так и не утих со вчерашнего дня, а это значит, что о полете в город можно забыть. Идею воспользоваться порталом она тоже отбросила после недолгого раздумья - слишком велик риск столкнуться с каким-нибудь недотепой, что околачивается поблизости, и тогда скандала точно не избежать. Ничего не поделаешь - придется битый час идти пешком по бездорожью, страдая от холодного резкого ветра. Мелисса вздохнула, решительно распахнула дверь и… чуть не сбила с ног незнакомку, которая стояла прямо у входа.

-- Что нужно? - воинственно спросила Мелисса, хоть сердце ее ушло в пятки и дыхание замерло. Шутка ли - до сих пор никто из простых людей не способен был увидеть ее домика. Редкие прохожие, находясь на расстоянии вытянутой руки от жилища, видели перед собой лишь невысокий холмик, которых немало на этом заброшенном поле на краю города. И лишь зрению посвященных открывалось резное крыльцо и темная дверь, инкрустированная топазами и аквамарином. Смертным же - а незнакомка несомненно была из них - дверь могла показаться лишь после приглашения хозяйки дома. А эту женщину Мелисса не приглашала, это совершенно точно! Может быть, эфирные возмущения всему виной?

Женщина на вопрос не ответила. Она протянула руку и бесцеремонно потрогала топазы на двери.

-- Это ведь руна аваз? - хрипло спросила она.

-- Эваз. Руна эваз, - полушепотом поправила ее Мелисса. Это было уже слишком. Даже те, кому можно было видеть дверь, принимали руну за первую букву имени хозяйки дома. Никто, кроме нее самой и мастера, корпевшего над камнями несколько недель, не знал истинного значения инкрустации.

-- Что она означает? - так же хрипло спросила незнакомка. Глаза у нее были разного цвета: желтый и зеленый, и Мелисса вдруг ощутила непонятное беспокойство, словно она знала, что-то, с этим связанное. Знала, но забыла. А вспомнить обязательно было надо. Непременно.

И тут же она увидела такое, от чего неясная тревога сменилась вполне объяснимой.

-- Не пугайся, - тихо сказала Мелисса, - но сюда крадется рысь. Я могу спрятать тебя.

-- А, это моя Хи, - беспечно отмахнулась странная посетительница. - Ты не бойся, она хоть и дура, но не злая.

-- Я боюсь? - возмутилась Мелисса. - Да как ты смеешь?! А ну уходите отсюда обе! Что вам вообще тут нужно?

Странная незнакомка приняла это восклицание за вопрос и принялась что-то сбивчиво бормотать. Короткие отрывистые фразы складывались в какую-то совершенно безумную картину: сны, в которых была руна, вода, холод (тут ветер стал еще пронзительнее, и с неба посыпался мокрый снег). К тому же рысь подошла совсем близко и уже крутилась у ног Ки (так представилась эта разноглазая женщина). После недолгого колебания Мелисса неохотно сказала:

-- Я вообще не понимаю, чем могу тебе помочь. Но ты меня нашла неспроста, наверное. И мою руну ты увидела, и может быть, это что-то да значит. Заходи.

Но стоило ей приоткрыть дверь, как Хи метнулась внутрь, заметив мелькнувшую в комнате тень.

-- Убери свою тварь! - пронзительно закричала Мелисса, и вслед рыси полетел сноп искр с кончиков ее пальцев.

-- Просто там у тебя, похоже, мышь, - пробормотала Ки, вытаскивая рысь из комнаты как провинившуюся кошку.

-- Не мышь, а белка! - оскорбленно ответила Мелисса. - Это Фенрир, он еще совсем маленький и очень испугался твоей… дуры. Пусть она ждет тебя у двери. Ты же тут все равно не задержишься. Давай рассказывай быстро и по порядку, что тебе от меня нужно.

-- Мне нужно… Я сама не знаю, что мне от тебя нужно, - растерянно сказала Ки. - Я должна найти человека. Я видела сон. Там руна… эваз. И девочка. И вода… целый океан. И вот я тут.

Она в замешательстве оглядела большую светлую комнату с высоким потолком, цветной узор на оконном стекле, пучки душистых трав, развешанные на стенах...

-- Здесь так... просторно, - нерешительно продолжила она. - Мне казалось, твой домик совсем маленький и низкий. Очень странно все это. Я слышала, что здесь еще водятся эльфы и феи, но никогда не верила. А ты, наверное, одна из них? Я видела, как ты хотела заколдовать мою Хи.

-- Говорят, питомцы очень похожи на своих хозяев, - ехидно сказала Мелисса, ни к кому не обращаясь. - Да, я фея. Хотя, все намного сложнее, но это не твое дело. Считай, что я фея, и я почему-то решила тебе помочь. Для начала, тебе нужно согреться и набраться сил. Имбирь и пыльца розмарина - то, что нам нужно.

Она повела рукой в сторону очага, отчего пламя стало гореть сильнее. Затем заглянула в пару склянок из темного стекла, высыпала на ладонь горстку темного порошка из одной из них и легонько дунула на него.

-- Ах, да, розмарин - он же для памяти, - чихнув, продолжила она. - Как раз поможет тебе наконец вспомнить, чего ты хочешь. Или не стоило? Хорошо, когда нет памяти: ничего не болит, и каждый день новости.

Ки, казалось, не обратила внимания на хихиканье Мелиссы.

-- У тебя необычный цвет глаз, - неожиданно сказала она. - Очень красивый цвет, морской волны. Я раньше такой хотела.

-- Когда это “раньше”? - подозрительно спросила Мелисса, но Ки только пожала плечами. А Мелисса снова ощутила то непонятное волнение, что охватило ее при встрече. Глаза. Необычного цвета. Разные. Зеленый и желтый. Интересно, если он желтый, как солнце, значит, он видит в темноте?

-- Раз-два-три, огонь погас… - неожиданно для себя самой проговорила она.

-- … Видит ночью желтый глаз… - подхватила Ки, и они потрясенно уставились друг на друга.

-- Ты это тоже слышала во сне? - со слабой надеждой спросила Мелисса, но Ки только покачала головой.

-- Оставим это. Я расскажу тебе свой сон, с самого начала, во всех подробностях. А ты… Я уверена, что ты знаешь, что с этим можно сделать. Ты мне поможешь, потому что теперь я точно знаю - я пришла к тебе не напрасно.

Голос Ки звучал так убедительно, что Мелисса не решилась спорить, но и сдаваться так легко не собиралась. Выслушав рассказ гостьи, уточнив несколько непонятных моментов, она ненадолго задумалась.

-- Значит, ты говоришь, вода, холод и странное существо. И я. Но магия воды мне неподвластна. Между нами говоря, я вообще не люблю воду. Может быть, тебе стоит снова найти это морское существо и прямо спросить у него, что за ключ ему нужен?

Не обращая внимания на протестующие жесты Ки, она вдруг возбужденно подскочила с места:

-- Ну конечно! Я отправлю тебя прямиком к Эгиру! Ну что ты, как это ты не знаешь, кто это? Эгир - повелитель всех морей и океанов, это его ты видела во сне, он избрал тебя и направил тебя ко мне! Конечно, он знает, что я тут, и я рано или поздно приду к нему и другим асам, потому что место настоящей валькирии только там, рядом с ними…

-- Что ты несешь, какие еще валькирии? - в ужасе прошептала Ки. Но Мелисса не слушала ее и кружилась по комнате.

-- Давай, становись у двери! - скомандовала она грозно, и Ки не посмела ослушаться. - Сейчас будь внимательна! Руна эваз, портал в другой мир, уже готова. Эфирные возмущения сделали свое дело, будь благословенны они! Я только направлю портал к асу Эгиру. Как только я взмахну рукой - открывай дверь и шагай за порог. Ты попадешь прямо к нему. Узнай, что за ключ ему нужен, и возвращайся в ту же дверь ко мне. А там мы все решим. Но смотри! Ты должна будешь заплатить мне за помощь! Мне нужен теплый зимний плащ с меховой оторочкой и золотое кольцо… и еще брошь в виде пчелки. Запомнила? Теперь следи за мной, и открывай дверь, когда я взмахну рукой!

Потрясенная Ки не успела даже кивнуть, как Мелисса заговорила нараспев удивительно низким и каким-то чужим голосом:

-- Слушай меня, Страж Двери! Направлю тебя к земле кораблей, к хозяину бури что хранит… ААААААААА!!!!!!

Рысь, очевидно решившая, что ожидание под дверью слишком затянулось, вломилась в комнату, разбив окно. Дождем посыпались осколки, обезумевший от страха бельчонок Фенрир вскарабкался на плечо хозяйки, а Ки, резко обернувшись на звон стекла, потянула на себя ручку двери и тут же пропала из вида. Последнее, что увидела потрясенная Мелисса, меньше всего напоминало ожидаемую картину берега северного моря. Кажется, там была какая-то комната со шкафом. А может быть и нет. Мелисса не была уверена.

А вот в чем можно было не сомневаться - на ярмарку за плащом ей придется идти самой.

Глава 4 Тамила

Отца своего я не знаю. Мама говорила, что он был аристократом и боевым магом откуда-то с юга. Похоже, от него я и унаследовала способности к колдовству, а также смекалку и недюжинный интеллект. Сама мама умерла, когда мне было семь, оставив мне в наследство виллу и титул. Меня воспитал дядя.

Некоторые мужчины довольно наивные. Знаю нескольких, искренне уверенных, будто бы смогли развести меня на секс. На самом деле это я их развела. Вот и сейчас я сидела в своей комнате в общежитии с симпатичным высоким блондином с курса постарше, по имени Ранис. Мы, глядя в окно на осенний ветер, плавно переходящий в зимний, попивали глинтвейн. Водоворот дождинок и первых снежинок, смешанный с потоком красных и жёлтых листьев, летел вниз.

- Ненавижу такую погоду, - задумчиво произнёс Ранис, - унылая осень сменяется на не менее унылую зиму. И хорошо, если не страшную. Именно с этим временем года связан мой старый кошмар наяву.

Три дня мы знакомы с Ранисом. Я узнала о его травмирующем воспоминании из детства – он увидел призрака. Ранис – нормик, представитель немагического населения. Если я – магиня, изучающая инженерное дело, можно сказать, техномагиня, то он – простой инженер-механик. Я объясняла ему: любой, закончивший магическую школу знает: призраки – наименее опасный вид нежити. В отличие от ходячих скелетов, зомби или аристократии царства нежити – вампиров, они, будучи нематериальными созданиями, не могут нанести вреда человеку из плоти и крови.

– Не бойся, улыбнулась я, нежно прижавшись щекой к его голове, – ведь я с тобой. В случае чего я защищу тебя от злобных призраков.

– Твой глинтвейн согревает, – мечтательно произнёс Ранис, но в этой комнате всё ещё прохладно.

– Может, согреемся, – улыбнулась я. Ранис чуть обнял меня. Боги, и этот нерд, пусть и спортивный, оказался не особо инициативным в сексе. Повернувшись к нему, я поцеловала его, а затем провела ладонью по его могучим мускулам. Ранис начал снимать с меня платье, как вдруг остановился.

– Что такое? – спросила я?

– Крики, дорогая! – ответил он, – какие-то жуткие потусторонние крики на незнакомом древнем языке.

Я прислушалась. Кто-то кричал. В шкафу. Это была женщина. А язык и впрямь незнаком.

– При… при… призрак, – тихо выдавил из себя Ранис. Он и сам побледнел, словно нежить, а затем выскочил из моей комнаты, словно ошпаренный.

Редко такое бывало, чтобы парни меня динамили. Но из шкафа по-прежнему доносились эти непонятные звуки. Как такое возможно? Я весь вечер не выходила из комнаты. Полчаса назад я достала из шкафа вечернее платье, которое сейчас на мне, и внутри никого и ничего не было. И никто живой в моём присутствии не мог туда зайти. Неужели и впрямь призрак? Держа в правой руке боевое заклятие изгнания нежити, я подошла к шкафу и осторожно открыла его. Там стояла девушка, чуть старше меня. Будь это комната Раниса, я подумала бы, что он решил замутить сразу с двумя, а когда я пришла, он спрятал запасную пассию в шкаф. Но нет, комната моя.

– Эээээ, – выдавила из себя я.

– Пиривет, – что-то такое пролепетала девушка.

– Ты говоришь на гиперборейском? – спросила я.

– А? – произнесла я.

Теперь понятно. Попаданка из Наружки. Наш мир, словно моё вечернее платье, делится на два слоя – внутренний слой, он же Изнанка и внешний, он же Наружка - такие названимя придумали маги. Периодически жители одного слоя через порталы попадают в другой. Языковой барьер мешает, но наши техномаги разработали заклятие, которое может его преодолеть. Я подошла к конторке, открыла ящик и достала оттуда приборчик, похожий на пистолет, после чего направила его на незваную гостью.

– Нье стирляй! Нье стирляй! – испуганно крикнула та. Похоже, приняла прибор за реальное оружие и побоялась за свою жизнь. Но я нажала на курок. Поток разноцветных энергий окатил попаданку. Та отдышалась, понимая, что я её не убила.

– А теперь понимаешь? – спросила я.

– Да, – удивлённо ответила она.

– Мы смогли преодолеть языковой барьер, – ответила я, – Как звать тебя, непрошенная гостья?

– Ки, – ответила та.

– Ки? – переспросила я, – это вообще полное имя?

– Сама не знаю, – ответила она, – меня нашли в детстве. Это название реки, в которой меня выловили в детстве.

– А я Тамила.

– Очень приятно.

– Не очень, – возразила я, – от твоих криков сбежал мой кавалер. В общем, ты обломала мне вечер любви. С тебя причитается.

– Что? – в глазах Ки читались удивление и ужас, ты что, из этих?

То ли я что-то не то сказала, то ли Ки меня не так поняла. И я несколько оскорбилась её словам:

– Слушай, я не из этих! А если будешь меня обзывать, превращу в хлебопечку!

– Так ты – ведьма?! – удивлённо произнесла Ки.

– Техноведьма, если точнее, – с гордостью ответила я, – техномагиня. Графиня Тамила Третья Диамантская, выпускница школы магии Айскопфф и студентка Академии Стейнгарда, специальность – инженер-механик. Да, приношу тебе извинения, Ки. Я пошутила. Я не буду превращать тебя в хлебопечку, да и магия превращений слишком сложна – её могут осуществлять только архимаги и только по отношению к себе. Похоже, ты меня не так поняла. Когда я сказала, что с тебя причитается, это значит, что завтра я потребую с тебя некую услугу. Будь то купить мне бутылку вина или сопроводить меня на рынок. Выполнишь услугу, сгладишь свою вину за этот вечер – и мы в расчёте.

– Хорошо, – нехотя улыбнулась Ки, – но насчёт вина… У меня нет местных денег.

– О! – хлопнула в ладоши я, – у меня есть одна идея. Я поспорила с одной подругой с курса. Там мне говорит, мол, Тамила, ты графиня, но твоё графство на северо-западе Гипербореи очень мало, да и род твой измельчал. Мол, какая же ты аристократка, если ты не входишь в королевский двор? Что значит древность твоего рода, если ты незнакома с правящей семьёй? В общем, пару недель назад мы заключили пари, что в течение месяца я смогу подружиться с королевской особой – королём, принцем, принцессой…

– Не нравится мне эта затея, – отрезала Ки.

– Понравится, если не захочешь быть мне должной, – ответила я. – В условии не было сказано, что королевская особа должна быть местной, гиперборейской. А в тебе с первого взгляда видна чужеземка, Ки. Я скажу, что ты принцесса какой-нибудь далёкой страны – Ириадны, Селидора или Латруна. Моя однокурсница, признав поражение, даст нам денег, и мы пойдём, купим пару бутылок вина…

– По рукам, ответила Ки, протянув мне ладонь.

– А вина можно купить и сейчас, – ответила я, – пойдём в таверну к Просперо, он отличные напитки делает. А заодно он общался с аристократами из разных стран, может, научит тебя манерам иностранной принцессы. Заодно легенду тебе получше придумаем. Из какой ты страны, чем жила, а заодно имя позвучнее.

Глава 5 Просперо

С самого утра Просперо не оставляло предчувствие, что сегодня должно было что-то произойти. Вначале солнце не появилось вовремя над затянутым тучами горизонтом, потом стая ворон зачем-то принялась кружить над таверной. Они громко каркали, словно стараясь предупредить о чем-то надвигающемся и неотвратимом. А когда, выходя из дверей, Просперо споткнулся о метнувшегося под ноги кота Крепито, он окончательно уверился, что сегодня его ждёт что-то необычное.

Трактир, как всегда, был наполнен примерно на четверть. В обеденном зале ели и пили с десяток посетителей разного ранга. Просперо стоял у стойки, протирая бокалы концом длинного полотенца, перекинутого через плечо. Одновременно он отдавал распоряжения своему помощнику из деревенских с труднопроизносимым именем, которого он для удобства звал просто Ариэлем. День перевалил за середину и стал клониться к вечеру. Казалось, что все предчувствия Просперо - не более чем плод его разыгравшегося воображения. Или может, их вызвало беспокойство по поводу запасов Эпифаниума, которые уже почти приблизились к концу? Прерывая размышления Просперо, дверь отворилась, и на пороге появились две девушки. Одну из них он знал - графиня Диамантская, магиня и представительница столичной аристократии. Вместе с друзьями она частенько заезжала в трактир по дороге с охоты или с пикника в окрестных горах. А вот вторая… Сердце Просперо на мгновение остановилось, а потом забилось снова, в ускоренном ритме. Перед ним стоял Гроссмейстер, совсем молодой, без бороды, и без привычной трубки в руках, в нелепой одежде, какой Просперо никогда раньше не видел. А самое невероятное – он был девушкой! Поразительное сходство дополняли такие же, как у Гроссмейстера, разные глаза – один жёлтый, а другой зелёный.

Шквал воспоминаний ворвался в память Просперо. Вот он, молодой послушник Ордена “Сезариум”, сирота из обедневшего, но знатного рода, впервые представлен Великому Гроссмейстеру - Вигго Микаэлю Кардиове. Тот улыбается Просперо, почти незаметно, одним краешком губ, а потом вдруг подмигивает с обаятельным лукавством. Страх и напряжение тут же покидают Просперо. Он больше не беспокоится о будущем, и твёрдо, без запинки, произносит свою клятву Ордену. Вот Просперо впервые принимает Эпифаниум из рук Гроссмейстера, и впервые чувствует, как необъяснимая волна поднимает его и уносит за пределы материального мира. Волна растворила всё, кроме мысли «я», и он пытался разобраться, не является ли эта мысль самосущей иллюзией… Для этого ему почему-то совершенно необходимо было разыскать зеркало и убедиться, что «я есть» , что «я» отражается в зеркале, а значит имеет форму…Потом перед внутренним взором Просперо пролетели долгие годы его службы Ордену. Он становился старше и мудрее, почти не меняясь внешне. Не менялся и Гроссмейстер, с которым они стали настолько близки, настолько позволяли разница в статусе и уровне знаний. А потом наступила ночь, когда…

- Господин Темпест, господин Темпест! - голос графини Диамантской отвлёк Просперо от воспоминаний.

- Прошу прощения, сударыни! Я задумался. Желаете заказать обед? У меня есть отличные вина из Южного Селидора.

Едва девушки успели сделать заказ, как в трактир с шумом ввалилась компания молодых людей сильно навеселе. Графиня радостно взмахнула рукой, подскочила и пересела к ним за стол, обильно уставленный бутылками и блюдами с едой. Аристократка тут же придвинула свой стул поближе к одному из мужчин и принялась что-то увлечённо шептать ему на ухо. Девушка, похожая на Гроссмейстера, неуверенно поглядывала по сторонам, ожидая подругу и почти не прикасаясь к еде и вину.

- Простите, вы ведь не местная?

Девушка повернулась к присевшему за её столик Просперо, и свет из окна упал на её лицо.

- Нет.

Она встретила его взгляд, и Просперо улыбнулся. Сомнений быть не могло. Вокруг радужки её глаз был отчётливо виден тонкий лимб, состоящий будто бы из маленьких звёзд, того же цвета, что и сама радужка. Такой лимб бывает только у людей, принимающих Эпифаниум, или у их детей. Перед ним действительно сидела дочь Великого Гроссмейстера. Но когда Просперо, тогда ещё граф де Габалис, последний раз видел своего учителя и друга, никакой дочери, и вообще никакой семьи у того ещё не было.

- Скажите, сударыня, как давно Вы встречались со своим отцом? - спросил Просперо, краем глаза поглядывая на графиню Диамантскую, вовсю флиртовавшую со столичным красавцем-аристократом, приобняв его за талию и что-то увлечённо рассказывая.

Дочь Вигго покачала головой и тихо ответила:

- Простите, но я не помню. Я потеряла память давно, ещё в детстве, и не знаю, кто мои родители и где моя семья. Наверное, со мной произошло что-то ужасное, раз я все забыла.

- И Вигго тебе ничего не рассказывал? - Просперо внимательно следил за её реакцией. Но девушка на провокацию не поддалась.

- Кто такой Вигго? Мне кажется, я никогда не встречала человека с таким именем.

- Как же тебя зовут? И где твой дом?

- Я Ки. Во всяком случае, меня так звали до сегодняшнего дня. Но больше я вам ничего не скажу, потому что я Вас совсем не знаю.

- Сейчас меня зовут Просперо Темпест. Но было время…

И Просперо рассказал, что на самом деле его зовут граф Севастиан де Габалис, и он наследник благородной семьи, отданный в послушничество в Орден «Сезариум». Послушники проходили жесткий отбор, но Севастиан прошёл и стал учеником на общих основаниях. Но вскоре он смог выделиться из числа массы соискателей, со временем войти в число доверенных, а ещё через много лет и во внутренний круг Ордена, который был совсем не тем, чем его считали в миру. А ещё поведал, что на Сезарии существовали две группы людей, – одни с врождёнными магическими способностями, так называемая «озарённые», и вторые без них. Внутренний круг Ордена, состоящий из учёных, втайне занимался разработкой артефактов, которые давали неозарённым (симплициям) возможность пользоваться магией, не обладая ей от природы. В миру Орден существовал под прикрытием монастыря, входящего в лоно церкви культа «Первого Озарённого». Сам Гроссмейстер, Вигго Микаэль Кардиове, был магом высочайшего уровня, который целью своей жизни положил устранить природную несправедливость, неравенство озаренных и симплициев. Для работы во внутреннем круге требовался непрерывный приём Эпифаниума, расширяющего сознание, и делающего умственную работу более эффективной. У этого чудо-зелья было ещё одно дополнительное свойство – оно значительно замедляло старение, и делало организм почти не подверженным болезням. Но был и изъян – Эпифаниум вызывал жёсткую зависимость.

Секрет изготовления Эпифаниума передавался по наследству от одного Гроссмейстера к другому, и был известен только ему, а также назначенному ещё при его жизни преемнику. Со временем Себастиан стал одним из ближайших помощников Гроссмейстера. Но оказалось, что во внутренний круг приближенных втерся предатель. Цели Ордена стали известны высокопоставленным магам, желающим сохранить статус-кво – неравенство озарённых и симплициев. Орден обвинили в заговоре против короны, и попытке переворота.Народу объявили, что одной из целей Ордена была попытка геноцида симплициев. В ту ночь, когда в Орден заявились с арестами, в то время пока верные братья мужественно защищали обитель, Севастиан и Гроссмейстер успели покинуть её через тайный ход, ведущей к реке, и спасли самые важные тайны Ордена. На перекрёстке дорог они расстались. Севастиан взял большую часть запасов Эпифаниума, а Гроссмейстер документы научной деятельности Ордена. Деньги они поделили поровну. В ту ночь Севастиан видел Гроссмейстера в последний раз, и о его дальнейшей судьбе ему больше ничего не известно. Поэтому он был так взволнован, увидев дочь своего учителя, да еще и прибывшую из другого мира. И, похоже, Ки была взволнованна ничуть не меньше. Ведь наконец-то ей приоткрылась, хоть и ненамного, тайна её прошлого.-

- Я удалился от столицы, - продолжал трактирщик, - хоть и не очень далеко - вести о делах при дворе сюда быстро доходят. И я купил трактир, здесь, на не слишком оживлённой дороге, где очень невелик шанс встретить того, кто мог бы меня узнать.Оставалась проблема моих аристократических манер и речи, но я придумал себе легенду. Будто, когда я был подростком, мой отец вложился в какую-то фирму, занимающиеся разработкой технологий, усиливающих магический потенциал, но прогорел и оставил семью без денег и перспектив на будущее. Пришлось моему брату завербоваться в пехотные офицеры, сестру в спешном порядке выдали замуж за зажиточного бюргера, а мне нашли место в колониях, в инженерной школе при монастыре.В школе учились колониальные аристократы и незаконнорождённые дети аристократов из метрополии. Благодаря своему усердию я смог сделать карьеру архитектора и механика при правительстве колоний. А по выходе на пенсию я вернулся на родину и обосновался возле тихого городка Квитам Локум, а на накопленные деньги купил трактир .До сегодняшнего дня эта легенда прекрасно работала, объясняя моё аристократическое происхождение.

- Господин Габалис, может Вы могли бы рассказать ещё что-нибудь обо мне, или о моих родителях, ведь я не знаю совсем ничего!

- К сожалению, я не знаю кто твоя мать, ведь когда твой отец жил на Сезарии, он ещё не был женат. Во всяком случае, мне об этом ничего не известно.

- Но хоть что-нибудь ещё, что могло бы пролить свет на моё прошлое! - умоляла Ки. Просперо на несколько минут глубоко задумался; казалось, он вообще покинул этот мир и здесь, в трактире, осталась только его оболочка. Наконец он вздрогнул и сказал:

- Я иду на серьезное нарушение устава Ордена «Сезариум», и только то, что Ордена больше не существует, позволяет мне предпринять подобные действия. Я дам тебе Эпифаниум. Он позволяет пережить необычайное озарение, и если ты всю силу своего внимания направишь в прошлое, то, наверное, сможешь вспомнить себя.

- Я согласна! - радостно воскликнула Ки.

- Тише! Не привлекай внимания, здесь везде уши. Учти, что есть одно «но». Эпифаниум вызывает сильную зависимость, и до конца своей жизни ты будешь вынуждена его принимать . Правда, если ты отыщешь своего отца, он об этом позаботится, и, возможно, сумеет тебя от этой зависимости избавить. Если отыщешь…

- Я согласна, - повторила Ки, - никакая зависимость не сравнится с мукой не знать кто ты, кто твои родители, братья и сёстры…

- Хорошо. Ариэль отвезёт тебя на постоялый двор в соседнюю деревню Верходол. Я приеду туда после заката, и мы вместе отправимся к тайному месту, где я храню часть запасов Эпифаниума. Я дам тебе записку к хозяину постоялого двора с распоряжениями, и в ней напишу, что ты немая. Не стоит привлекать внимания своей нездешней речью. И здесь тебе оставаться не стоит. Мой трактир - место не самое людное, но глаза и уши могут оказаться и здесь. А в Верходоле, даже если кто и обратит внимание на твои странности, то вести об этом ещё не скоро разнесутся по округе.Сейчас у нас очень мало времени, и нужно торопиться. Позже, когда мы увидимся, ты расскажешь мне, как попала в наш мир, небезопасный для тебя, учитывая твое происхождение.

Когда ранние осенние сумерки опустились над Верходолом, Просперо Темпест, по независящим от него обстоятельствам, там так и не объявился.

Глава 6 Лука Серый Ноготь

Игра шла к своему завершению. Костей в руках обоих игроков оставалось совсем немного и Лука еще раз взглянул сквозь приоткрытую дверь таверны на улицу - темнело. Нужно торопиться, а эти двоим совершенно было наплевать на то, что их почти час ждет человек. По всей видимости, приди сюда хоть Совет Семи в полном составе, хоть сам великий Магистр - ничто не заставило бы играющих отвлечься от игры.

Лука вздохнул. Он ненавидел таверны, и вообще места с большим количеством людей. Но эти двое были ему нужны и поэтому он вынужденно считал минуты, прежде чем можно будет переместить внимание играющих на свою персону.

- А! Мастер Лука! Не заметил вас, так хотел облапошить Кирка в дотрак, что совершенно забыл о том, что кроме него есть дела поважнее! Ха! Но похоже, наш дражайший Кирк все-таки жульничает! Четвертый раз подряд раздевает меня до нитки!

Из противоположного угла раздался недовольный голос:

- Ты просто играть не умеешь, Альфи. Иди, закончи свои дела с ювелиром, да возвращайся побыстрее, ненавижу пить один.

Альфи, вернее Альфред Сатина, второй сын высокопоставленного чиновника в сталелитейной гильдии, панибратски ухватил Луку за плечо (тот дернулся) и утащил его на свежий предвечерний воздух подальше от дикой смеси запахов свинины, кислой капусты и пива.

Луке было шестьдесят. Вернее, пятьдесят девять, но кто это вообще считает, кроме этих скучных разукрашенных девиц из Бюро учета населения в правительственном квартале, да дочери. Идя бок о бок с изрядно захмелевшим Альфи к себе в лавку, он вдруг вспомнил о дочери, и невыносимая тоска сжала его сердце - захотелось плюнуть на все, пойти к бывшей жене и обнять малышку. Альфи вдруг запел, Лука чертыхнулся и работа заняла мысли ювелира. Побыстрее бы.

Лука был ювелиром. По правде сказать, ювелиром среднего пошиба. Давняя травма руки, от которой и пошло его прозвище, "Серый Ноготь" оставила после себя два негнущихся пальца на левой руке и уродливый ноготь серого цвета на одном из них, так и не вернувшего себе естественный розовый цвет.

Впрочем, даже у ювелира такого уровня и квалификации было достаточно клиентов, так что старик мог и отказать и аристократу в изготовлении колечка для очередной любовницы, и почтенной матроне в реставрации старого семейного колье на свадьбу дочери.

Он этим часто пользовался, и не только от лени и ненадобности работать в поте лица (денег у него хватало) . У него была еще одна, гораздо более прибыльная профессия, о которой знало гораздо меньше людей - он был скупщиком краденого. У него было с полдюжины надежных поставщиков и примерно такое же количество клиентов. Около 10 лет назад юркий мальчишка принес ему удивительной красоты браслет, который, как он выразился "валялся в канаве" - пацан хотел за него...он не помнил сколько, а может просто хотел есть. Лука тогда накормил парня ужином, дал ему пару медяков на прощание и выпроводил восвояси. Через три дня тот же парень заявился уже с товарищем постарше и двумя свертками за пазухой. Развернув их Эссо (так звали паренька) явил пред очи ювелира два инкрустированных кинжала. И уже не скрывая, откуда он их взял, предложил Луке их выкупить. Тот, конечно, наорал на паренька и сказал убираться прочь. Но в конце подмигнул, мол, "возвращайся без своего дружка, там и будем говорить". Так и вышло. Эссо на протяжении нескольких лет исправно приносил ворованные вещи, а ювелир находил желающих их выкупить. Примерно через три года парнишка попался на воровстве у какого-то крупного чинуши и был без жалости пристрелен ретивым охранником. Такие дела. Но к тому времени Лука уже обзавелся еще парочкой резвых парней и потеря, собственно говоря, была невелика. Хотя старику откровенно было жаль пацана.

Отперев дверь своего дома, служившего по совместительству лавкой, мастерской, а также складом, Лука, по своему обыкновению прислушался. И хоть он не так уж далеко от центра Стейнгарда - дома в его районе редко становились целью воров - род деятельности старика заставлял не терять бдительности в любое время суток.

Дом пустовал. Лука зажег спектрал (обычная лампа накаливания, и чуток Анимы для поддержания), повернув маленький рычажок в положение "вверх" и предложил Альфреду кресло недалеко от двери.

- Располагайтесь. Я отлучусь ненадолго. Хотите выпить что-нибудь?

- Спасибо, черный крепкий чай. – Альфред вдруг посерьезнел, превратившись из беспечного и прожигающего жизнь гуляки в олицетворение сосредоточенности, хотя наметанный глаз мог бы углядеть во взгляде аристократа озорные искорки.

Лука мельком взглянул на гостя. Он вел с ним дела чуть более года и каждый раз удивлялся, как этот человек преображался на глазах, как только разговор переходил на важные для него темы.

Принеся чай, он поднялся наверх, зашел в комнату и закрыл за собой дверь. Нащупав невидимую кнопку на заднем торце массивного зеркала, и проследовав в открывшееся помещение, Лука взял небольшую горсть монет из ящика и быстро покинул маленькую комнатушку. Через минуту он уже сидел напротив гостя.

- Итак, Альфред, у вас, как обычно?

Аристократ, любимец женщин, повеса, купающийся в деньгах и прожигающий жизнь парень был вором. И не простым вором с улиц, крадущим ради пропитания - деньги ему были не важны, Альфи воровал обычно из спортивного интереса. Он наслаждался самим процессом воровства, адреналином и чувством опасности, по его собственным словам. Что ж, Луке было неважно. Важно было то, что приносил Альфи почти всегда вещи дорогие и иногда даже уникальные в своем роде.

Альфред Сатина повел шеей:

- И да...и нет, мастер. - он усмехнулся краешком губ. - Для начала…

Он вытащил из небольшой поясной сумки аккуратный цилиндрический сверток:

- Это пряжа с добавлением Анимы. Уверен, вам знакома такая.

Лука кивнул. Такая стоит немалых денег, если ее вообще можно найти, не прибегая к помощи чиновников из Ткацкой гильдии.

- Что еще? - старик не подал виду, что к нему как раз неделю назад пришла женщина, и пока он корпел над сломанной сережкой, рассказала, что отдала бы целое состояние за моток такой пряжи. Лука сказал, что ничего не обещает, но поищет.

- Набор статуэток семи богов из ардманского кедра. Такого, поди, уже не делают лет 50. Заколка в виде феникса, принадлежавшая одной техномагичке, Тамина, вроде, какая-то. Терпеть не могу этих заносчивых носительниц вселенской мудрости. С ней еще была какая-то девица, ничего примечательного, кроме глаз. Никогда таких не видел. Один желтый, другой зеленый...и одета странно...Они..

Дальше Лука уже не слушал, с трудом скрывая волнение и сосредоточившись на воспоминаниях. Единственный раз, когда он видел такие глаза, было много лет назад, еще до того, как он женился. И владелец этих глаз оставил в жизни Луки, тогда еще владельца двадцати красивых розовых ногтей, неизгладимый след.

Лука с трудом оторвался от воспоминаний.

- Есть что-то еще? Ты сказал, что есть нечто особенное.

- Есть, Лука, есть… - парень достал из внутреннего кармана камзола небольшой сверток и развернув, показал ювелиру. Это был небольшой - с ладонь - диск матового серого цвета.

- Я не знаю, как это называется, но эта штуковина определяет наличие Анимы в любом предмете, живом или неживом и его количество. Чем сильнее магия в предмете или существе, тем ярче она светится… - диск играл яркими красками на столе в прихожей. - Это тебе будет стоить...

- Нисколько! - оборвал его Лука. - Эта штука у меня есть уже года три, хоть и выглядит по другому. Продать я его точно никому не смогу, у меня нет желания провести остаток жизни у магов на цепи. Мой тебе совет, Альфи, избавься от этого диска, и лучше сразу, как только выйдешь от меня.

Лука не врал. Пару лет назад один из его "поставщиков" принес ему похожую штуку, правда, выглядела она как небольшой, расширенный с боков цилиндр и служила исправно, ни разу не подводив ювелира.

Альфред помрачнел.

- Эх, а я так надеялся, что кому-то это пригодится...

- Забудь, Альфи. За пряжу я тебе дам десять руалов. А за заколку… пять. И еще десять, если ты сделаешь для меня кое-что.

-Что? - вскинул бровь парень.

- Послушай, Альфи. Мне нужно, чтобы ты вернул заколку. Но это нужно сделать так, чтобы она подумала, будто ее потеряла в сумочке или складках одежды. Сможешь?

Альфред Сатина, второй сын Ойро Сатины, засмеялся во весь голос.

- Смогу ли я? Да это будет самая легкая работа за последние пять лет! - он протянул руку за заколкой.

- Не так быстро. Я принесу тебе ее завтра в "Шестеренку и жезл", где ты так любишь проводить время со своим обожаемым Кирком и девицами. Хочу ее исследовать немного.

Альфи пожал плечами:

- Как скажешь, мастер. Завтра, так завтра. А мне уж действительно пора, заждались меня...Если спросят, что делал у тебя - расскажу им свою обычную байку, мол, чинил украшения моей престарелой маман - вечно у нее что-то ломается, - Альфи подмигнул, - хорошего вечера, Лука.

- До завтра, Альфред.

Вернувшись в дом и тщательно заперев дверь, Лука снял спектрал с крючка и спустился вместе с ним к двери в подвал. Открыв дверь еще одной скрытой кнопкой, он осмотрел свою sancta sanctorum - свою лабораторию.

Лука был симплицием. От рождения не владея магией, он, в силу своего положения в обществе даже не помышлял о том, чтобы научиться управлять Анимой. Вернее сказать, та в нем присутствовала, но проявляла себя настолько редко и слабо, что он со временем перестал к ней прислушиваться. До того самого момента, как к нему в дверь постучали.

Луке, сыну Барката, и подмастерью мастера Бенью, ювелира с Дизельной улицы, было тогда 28 лет. Он уже давно поселился отдельно от родителей, ибо с молодости ценил одиночество. Снимая комнатушку по соседству с лавкой своего учителя он, в принципе, был доволен жизнью. Примерно через полтора года он станет мастером, заведет собственную лавку и будет работать ювелиром, ведь работа ему действительно нравилась.

Это была середина летнего месяца Фервентиса, как раз в преддверии праздника Молота, праздника всех ремесленников. Мастер Бенью уехал на два дня вместе со всей семьей к родственникам жены, отдохнуть в тишине на лоне природы, оставив молодого Луку управлять лавкой. Бояться ему было нечего - в эти дни лавки закрывались, и на протяжении двух дней все мастеровые забивали до отказа "Сломанный флюгер" и "Шестеренку", горлопаня всю ночь напролет "Арни-кузнеца" и "Новый наряд короля".

Лука остался в лавке и был благодарен судьбе, что хотя бы на эти два дня он останется предоставлен самому себе.

В дверь постучали.

"Кого это принесло под вечер?" ‐‐ подумал Лука.

‐- Закрыто! Не работаем и не обслуживаем!

Стук повторился, еще более настойчивый и громкий.

Лука сплюнул и быстро пошел к двери, намереваясь прогнать незваного гостя.

На пороге стоял человек. И не просто человек, а персона, известная почти всем и каждому в Стейнгарде. Правда без своего парадного одеяния, а в совершенно несвойственной этому человеку походной одежде - это был гроссмейстер ордена "Сезариум", сам Вигго Микаэль Кордиове, чье имя в последние месяцы так часто мелькало в хрониках, как будто это была королевская семья или члены совета Семи. Желтый и зеленый глаза не мигая смотрели на подмастерье мастера Бенью.

Лука остолбенел, но все же выдавил из себя:

-Чем могу служить...гроссмейстер? Он поклонился.

-Не нужно церемоний. Я здесь...Аристократ вздохнул. -Потому что все остальные лавки знакомых мне ремесленников вверх по улице были закрыты. И хоть я уже почти отчаялся - я вспомнил про мастера Бенью, в надежде кое о чем поговорить. Могу я с ним встретиться?

- Простите, сэр. Мастер Бенью вместе с семьей в отъезде. Я здесь один.

Гроссмейстер Вигго молчал. Наконец, через минуту спрросил:

-Как вас зовут, молодой человек?

-Лука, сын Барката, сэр. Я подмастерье мастера Бенью.

- Лука..послушайте меня внимательно. Времени у меня немного и я должен кое о чем вас попросить. Я должен сейчас надолго уехать и.. у меня есть вещь, которую я не могу взять с собой. Это очень ценная вещь, Лука, вы понимаете? Лука кивнул. - Я хочу...оставить эту вещь у вас на хранение.... Тот замотал головой.

-Нет, нет, и еще раз нет!!

-Послушайте. Никто не знает, что я здесь. Ни орден, ни законники, ни совет магов. Просто спрячьте его до моего возвращения, а я уж.. Вигго помедлил. -Заберу, когда придет время. За то, что вы так любезно согласитесь спрятать это у себя, я вам отплачу - аристократ потянулся за поясным мешочком с монетами, но вдруг убрал руку.

- Закройте, пожалуйста, дверь. И дайте вашу кисть.

Лука нехотя запер дверь. Тот снял со спины рюкзак и вытащил странный прибор, размером с пятилитровую бутыль, из которых в тавернах наливали дешевый самогон. Прибор был сделан из синего, непрозрачного стекла, обитого, как показалось Луке, каким-то сплавом олова и меди. Из одной части прибора шла трубка с двумя контактами, как показалось Луке, сделанными из чистого серебра, а из другой - некое устройство, в которое, по всей видимости, вставлялись пальцы.

-Что это, и что вы собираетесь делать? Лука был обеспокоен, хотя его интерес в госте и этом странном устройстве все более рос.

-Ничего, чтобы вам навредило, сказал гроссмейстер. Вы еще очень долго меня будете благодарить за это, поверьте мне. Я думаю, вы хороший человек и я не прогадаю, оставив у вас это. Кстати..это я называю Связующим сосудом или для простоты "Зеркалом". Вы увидите, что оно делает. И еще.. магистр Кардиове помедлил, поправляя крепления, удерживающие кисть ювелира в приборе; - Если кто-нибудь когда-нибудь придет к вам и скажет "Музыка Анимы для каждого" - вы должны будете ему отдать зеркало.

Наконец, поддавшись искушению и переборов недоверчивость, будущий ювелир пошевелил пальцами в своеобразной металлической перчатке и посмотрел на аристократа. Тот деловито присоединил оба контакта к своим вискам и нажал кнопку.

Он очнулся, когда уже совсем стемнело. Рядом никого не было. Первые несколько секунд пытался сообразить, что он здесь делает, наконец вспомнил и события последнего часа до того, как он впал в беспамятство, вихрем пронеслись в его голове. Посмотрел на стол. Прибор, который магистр назвал "Зеркалом" стоял, как ни в чем не бывало и не собирался никуда исчезать.

"Тогда что же..что произошло? Почему я отключился? Куда исчез Вигго?"

А произошло вот что. Лука, сын Барката, стал магом. Но магом не совсем обычным - он не умел напрямую контролировать Аниму, создавать заклинания, предсказывать будущее или строить магические барьеры. Он научился зачаровывать предметы и придавать им желаемые ему свойства. Он и понятия не имел, что получил это умение практически бесплатно, в то время как люди корпят годами над искусством техномагии и совсем немногие достигают высот. Баловень судьбы.

При помощи связующего сосуда, у которого обнаружилось еще несколько выходов, Лука сперва экспериментировал с простыми предметами - камнями, алюминиевой посудой, инструментами - давал им свойства самозатачиваться, держать определенную температуру, сохранять огонь, вибрировать или даже двигаться в воздухе, пока запас Анимы, который он вложил в них не иссякнет.

Позже он перешел к более сложным экспериментам - он, сначала неумело, а потом, все более совершенствуясь, вкладывал магию в украшения, придавая им свойства передачи информации, увеличивая временно способности владельца или вкладывая в обычную брошку свойства поиска мелких предметов, типа ключа или монет.

Все это он хранил в строжайшей тайне и буквально через год после визита Вигго переехал в более просторный дом, чтобы оборудовать для себя специальную комнату, в которой он мог бы продолжать постигать секреты зачарования, не будучи застигнутым врасплох. Даже женившись, он не решился рассказать жене о своей тайне, и, как оказывается, не зря - будучи от рождения, в отличии от жены, человеком нелюдимым, он так и не смог найти в семейной жизни душевный покой. Зато, когда жена, наконец-то съехала, Лука понял, что нет ничего лучше счастья одиночества.

Заряженные магией предметы, которые он делал, обычно не покидали его дома. Он этим занимался ради любви к искусству, а не к деньгам, коих у него хватало.

Так шел год за годом. Эта невероятная история с гроссмейстером Вигго Кардиове все больше и больше забывалась, жизнь шла своим чередом...Но фразу "Музыка Анимы для каждого" он помнил до сих пор.

Он долго вечерами думал, что именно хотел дать магистр простому подмастерью и учитывая все то, что он знал об ордене "Сезариума" решил, что Вигго хотел сделать его магом, как был он сам. Из симплициев...

Но что-то пошло не так. Видимо, само естество Луки и его любовь к украшениям и мелкой технике повернуло судьбу так, что Анима воплотилась в нем именно таким способом.

И вот, по прошествии тридцати с лишним лет, опять эти глаза. Хотя, возможно, Альфи ошибается. Но проверить нужно непременно.

Он спустился в подвал и поставил украшение в виде феникса на подставку. Прежде всего нужно проверить заколку на наличие магии и скрывающих магию заклинаний. Если же таковых нет, работать дальше.

Через десять минут всевозможных проверок он был убежден - заколка самая обычная, без малейшей толики Анимы.

Теперь следовало зарядить украшение. Тут все просто - следящее заклинание с визуальной и звуковой передачей. Заклинание довольно сложное, работать будет максимум пять-шесть дней, но этого будет достаточно, чтобы получше разузнать о спутнице техномагички.

И в конце - два скрывающих заклинания. Луке показалось, что это важно. Одно от общего сканирования на Аниму и второе на целенаправленное.

Через двадцать минут все было готово. Он просканировал украшение всеми возможными способами - все вышло отлично. Можно завтра отдавать Альфреду.

Так и вышло. Встретив наутро поющего песни на пару с барменом, Альфи в таверне, он вручил ему заколку, получил незаметный кивок и вернулся незамеченным к себе в лавку.

Теперь оставалось только ждать. Впрочем, ожидание сильно не затянулось, ближе к полудню магикран, стоящий в лаборатории заработал, и Лука, немного повозившись с настройками, увидел изображение практически из глаз Тамилы Диамантской. Девушки с разноцветными глазами рядом с ней не было.

Глава 7 Марта. Ожидание

Марта сидела в самом дальнем углу трактира «Астра», не сводя глаз с такой уже знакомой женской фигуры. Длинные волосы, вязаная шапка, самое обыкновенное пальто. Хоть бы попыталась замаскироваться, раздраженно подумала Марта. Местные фасоны изрядно отличались от земных, и такую шапку ни одна уважающая себя дама точно бы не надела.

Ждать предстояло долго, Марта устроилась поудобнее и привычно погрузилась в воспоминания.

Почему-то чаще всего память возвращала её в тот день, который она называла про себя «день эксперимента».

Марта увидела себя, студентку-второкурсницу, и брата, что-то увлечённо доказывающего бородатому профессору Вигго, своему декану. Странная конструкция в лаборатории Вигго, что-то вроде прожектора, направленного в её сторону. Прохлада металлического шлема, опустившегося на её лоб.

Ужас, который она почувствовала, открыв глаза…

И зачем только Ириан уговорил её! Она же не хотела никаких сверхспособностей, ей хотелось только заниматься своей биологией, писать курсовую, болтать на кухне с подругами, которые наконец-то появились у неё в универе.

Это Он всегда мечтал об этом! Мечтал «видеть людей насквозь», понимать как они устроены на самом деле.

Но что-то пошло не так, и вместо нового Зрения, которое разрекламировал ей Ириан, Марта начала видеть то, что видеть не желала - все слабости и противоречия людей в виде движущихся переливов цвета вокруг их физических тел.

Жизнь тогда разделилась на до и после. Только страсть к науке и любовь к брату помогли Марте доучиться, превозмогая этот эффект. Находиться в обществе людей для Марты стало почти невыносимо - их невидимые прежде ауры мыслей и эмоций вызывали у неё приступы головокружения и тошнотворное чувство, как от страха высоты.

Единственные, с кем Марта могла нормально общаться, были Ириан и Вигго. Аура Ириана отличалась от аур других людей. По ней не бежала радужная рябь, так раздражающая Марту. Она ровно блестела серебристо-голубым, холодным цветом, под цвет его глаз.

Ауры Вигго она не видела совсем. На её вопрос - «почему?» - он только смеялся и уходил от ответа, а она стеснялась настаивать.

Вигго вообще был странноват, даже для профессора физики. Даже для…

Тут Марта на минуту отвлеклась от воспоминаний.

К «её» девушке подсел хозяин трактира и начал что-то говорить. Вначале она испуганно косилась на трактирщика, потом успокоилась и стала слушать его очень внимательно. Вот её взгляд незаметно скользнул по столикам, словно высматривая слежку, и снова уставился на собеседника.

Марту она, разумеется, не заметила.

Следи за ней, написал Ириан. Она мне нужна, написал Ириан. Мне грозит опасность, написал Ириан, и только ты можешь мне помочь. Отыщи дочь Вигго и приведи её ко мне.

Марта снова и снова оглядывала столики, пытаясь определить, кто из посетителей трактира Зрячий, но не смогла. Либо их здесь не было, либо они ловко маскировались под обычных, как это делал порой Вигго. Когда-то, много лет назад, юная Марта долго не могла понять, чем обожаемый учитель её брата отличался от неё и всех прочих людей (от всех прочих жителей Земли-1, как сказала бы она сейчас). Но здесь, на Сезарии (или на Земле-2), похоже что люди со способностями как у Вигго были не редкость.

Марта вновь почувствовала почти забытую обиду. Если бы они сразу рассказали ей все! Не пришлось бы складывать пазл из кусочков случайной информации и подслушанных разговоров. Может, если бы она знала все заранее, то эксперимент Вигго оказался бы удачным, и она стала бы первой Зрячей среди землян. Не по рождению, не по милости случайной мутации эпифиза, как у пяти процентов сезариан.

Она стала бы Зрячей благодаря достижению двух наук - магической, сезарианской, и нашей, земной.

Когда стало ясно, что Марта не может контролировать свои новые способности, и обретенное магическое Зрение не помогает ей, а причиняет дискомфорт, виноватые Вигго и Ириан рассказали ей все (ну, или почти все).

Про то, что Вигго, бородатый профессор физики из её родного университета, талантливый преподаватель и почтенный отец семейства, на самом деле пришелец из другого мира, именуемого Сезарией. Что Сезария очень похожа на Землю, настолько похожа, что её иногда называют Земля - 2 (чтобы отличить от прочих параллельных миров, под номерами 3, 4 и так далее). Что на этой самой Сезарии уже много поколений подряд часть людей рождается с мутацией, позволяющей пользоваться магическим Зрением. Эту способность ее обладатели могут в дальнейшем развить в Магических Школах, и довести до совершенства в Академии Магии. Марта обожала эти истории. Вернее, ей очень нравилось сидеть в лаборатории и слушать, как Вигго, прищуривая свои разноцветные глаза, бархатным голосом рассказывает о Совете Семи, о битвах магов, которые проходили четыре раза в год при королевском дворе, или о интригах придворных аристократов и глав гильдий. Ириан тоже слушал, часто перебивая Вигго вопросами. Кое-что он уже знал, и теперь выпытывал у Вигго все новые и новые подробности о жизни в Сезарии. Правда, почему Вигго пришлось бросить все и бежать на Землю, Марте не рассказали. Как он перебрался сюда, не рассказали тоже. Тогда. Прошло 25 лет, прежде чем она узнала, что такое Переход и как он происходит. Прежде чем она сама впервые перешла грань между мирами и очутилась на родине старины Вигго. История повторялась. Когда-то давным-давно Вигго бежал на Землю, скрываясь от неизвестных преследователей. А потом, 15 лет назад, после катастрофы в лаборатории, в Сезарию пришлось бежать её брату. Марта не винила его за долгие годы молчания. Ей было бы трудно хранить его тайну на бесконечных допросах, когда люди в форме и люди бандитской наружности задавали ей вопросы о Ириане. Только абсолютное неведение спасло её. Пятнадцать лет она ничего не знала о его судьбе. А теперь он позвал ее, она снова ему нужна. И ещё ему зачем-то нужна повзрослевшая дочь Вигго. Марте стоило немалых усилий найти её адрес в небольшом городке на берегу реки Ки. Тогда, после катастрофы, следы девочки затерялись. Но Марта была терпелива, она прекрасно умела искать и сопоставлять информацию. А вот то, что Клари, которую Марта видела последний раз неуклюжим подростком, не помнит ни её, ни своих родителей, и занимается тем, что ищет для селян пропавший скот, оказалось абсолютной неожиданностью. Подумав, Марта решила ничего не открывать девушке, а для начала познакомиться с ней поближе и понаблюдать. А на случай, если Клари что-то заподозрит и решит исчезнуть, у Марты для неё был припасён магический «жучок», одинаково активный в обоих мирах. И как в воду глядела! Не успела Марта отойти подальше и приготовиться к слежке, как странная девица набросила своё старомодное пальто и ломанулась в лес, да так проворно, что Марта с трудом ухитрялась поспевать за ней. Да ещё эта её зверушка путалась под ногами, то заигрывая с Мартой, то вполне серьезно скаля зубы с какого-нибудь дерева. Пришлось опробовать кольцо, которое было в конверте вместе с письмом Ириана. Кольцо было одним из двух Сезарианских предметов, которые Ириан каким-то образом ухитрился передать Марте. Первое было маленькой брошью-ящеркой, так заряженной чарами притяжения, что Марта почувствовала их даже через нарядную коробочку-упаковку. От такого подарка никто не сможет отказаться, ну разве что обладающий специальной магической защитой. Второй предмет был намного сложнее, и Марте пришлось немало потренироваться, прежде чем она освоила его в совершенстве. Это было крупное кольцо-печать, украшенное символом магического совета - спиралью Анимы внутри семилучевой звёзды, и имело несколько функций. Две из них Марте удалось усвоить благодаря письменным инструкциям Ириана. Первая позволяла становиться невидимкой для всех, не обладающим магическим Зрением. Особое излучение блокировало сигналы, которые глаза и уши встречных людей (и не только) передавали в мозг, когда Марта попадала в их поле зрения (или в зону слышимости). Таким образом, она могла оставаться невидимой и неслышимой для тех, кто находился рядом с ней, обладательницей кольца. Ещё одной из его функций, посложнее, была способность создавать голографическую карту, которая позволяла увидеть все существенные магические объекты в радиусе около пяти километров.

Когда Марта включила ее в первый раз, в Энске, карта показала только полупрозрачные призраки домов на её улице и на соседних. Но, приглядевшись, Марта увидела кое-где маленькие светящиеся пятнышки или завихрения - большая часть из них медленно перемешалась (люди? потоки воздуха?), некоторые были неподвижны. Позже, когда Марта тестировала карту за городом, после нескольких дней поисков ей удалось обнаружить два портала. Яркие, оранжево-фиолетовые спирали светились и выделялись на карте, как костры на фоне ночного неба. Оба они были довольно далеко от дороги, - один в лесу, другой на пустыре возле заброшенной деревни. Но, в принципе, добраться до них не стоило большого труда. Надо было только придумать, как уговорить Клари к ней присоединиться, чтобы вместе совершить Переход в Сезарию. Опасаясь потерять Клари из виду, Марта активизировала карту, и среди полупрозрачных маленьких деревьев на ней тут же замигал красным «жучок»-брошка. Марта, поскальзываясь на мокрых после дождя опавших листьях, следовала за ним и довольно скоро уперлась в ничем не примечательный холм. Судя по огоньку, девушка была совсем рядом, но - что за странность! Её нигде не было видно. Марта подождала несколько минут, разглядывая почти неподвижный огонёк «жучка». Вдруг на карте прямо перед ней вспыхнул портал, и почти сразу же очертания холма расплылись, складываясь в невысокий домик с аккуратным крыльцом и резной дверью. Раздался звон разбитого стёкла. Марта остолбенело смотрела на карту, наблюдая как огонёк, обозначающий дочку Вигго, удаляется от неё, оставаясь при этом за пределами земного зрения. Да она же перешла! В Сезарию, судя по тому, что карта продолжала показывать её передвижения. Внезапно дверь распахнулась, и оттуда выскочила рысь, принадлежавшая Клари. Рысь не замечая миновала Марту, и в панике умчалась в сторону леса. Дверь закрылась, но через пару минут открылась снова, уже не так резко. Из неё вышла юная девушка в плаще с капюшоном, откинутым на плечи. Девушка высоко подняла голову, словно стараясь выглядеть старше или выше ростом, и оглядела окрестности сверху вниз. Изящно встряхнув головой, отчего легкие светлые волосы разметались в художественном беспорядке, девушка воинственно задрала свой маленький нос и зашагала в сторону города. Марта несколько раз моргнула и снова посмотрела на неё. Юная особа оказалась дальше, чем это представлялось Марте. И ещё в ней было что-то, неуловимо напоминавшее Вигго. Ну конечно же, аура! Марты чуть скосила глаза, и посмотрела на удаляющуюся фигурку боковым зрением. Мгновение аура девушки переливается так, словно её вот-вот разорвёт от желаний и эмоций. И тут же исчезает, словно её и нет - вот почему Марта вспомнила Вигго. Впрочем, какая разница? Хозяйка ушла и дорога свободна. Марта повернул ручку двери, не сводя глаз с карты, судя по которой Клари была совсем близко - и при этом неизмеримо далеко, в другом мире. Марта сделала несколько шагов, открывая портал и перемещаясь, - в Сезарию, за дочерью Вигго.

А дальше Марта действовала по инструкции Ириана. Не спускать глаз с Клари. Ждать подкрепления. Не беспокоится ни чем. В течении суток солдаты Магической Гвардии найдут их и доставят Ириану. И Марта наконец увидит его после стольких лет… И снова будет не одна.

Глава 8 Мелисса. Украденный портал

Немало усилий пришлось потратить на то, чтобы осколки оконного стекла вернулись на свое место. Срастить их безупречно так и не получилось, и казалось, что окошко теперь затянуто причудливой паутиной, но по крайней мере ветер перестал заносить в комнату хлопья мокрого снега. Фенрир поскакал с поручением к мастеру Витроме - пусть поскорее сделает ей новое окно. Тот жил в заброшенном песчаном карьере, и не было ему равных в изготовлении стекол, зеркал и хрустальной посуды, к которой Мелисса испытывала слабость. А сама Мелисса закуталась поплотнее и отправилась в город.

В шумной ярмарочной толпе никто не обращал на Мелиссу особого внимания. Покупателей больше занимали прилавки с изделиями местных и приезжих мастеров: расписанная вручную посуда, мыло и свечи домашнего изготовления, вязаные накидки с замысловатыми узорами. Да, это не магазины, которых полно в центре города - с яркими лампами мертвенно-белого цвета, безликими вещами и модно одетыми продавщицами, которые сразу чувствовали в Мелиссе какую-то странность. Куда лучше такие вот ярмарки, что открываются дважды в год!

У прилавка кузнеца с кованными ножами и подсвечниками к ней подобрался Фенрир и спрятался в складках платья. Умница, быстро обернулся, теперь можно идти к шатру, где продают одежду. Покупали там, в основном, так называемые “ролевики”. Мелисса видела их однажды в лесу - это было забавное зрелище. Люди изображали из себя воинов, магов и даже фей так, как они себе их представляли. Мелиссе тогда пришла в голову мысль затесаться среди них и хорошенько повеселиться, создавая “ролевикам” мелкие неприятности, но потом она решила, что это слишком мелко и недостойно для нее.

В шатре с одеждой покупателей не было, но тут Фенрир ее выручил - незаметно проскочил вглубь, к полкам с мелочью и скинул оттуда на пол несколько разномастных носков. Продавец, уже направлявшийся с радушной улыбкой к Мелиссе, озабоченно кинулся наводить порядок, а она сдернула с вешалки приглянувшуюся темно-синюю накидку с меховой отделкой и выскользнула наружу.

Кажется, теперь все налаживается. Люди по-прежнему не проявляли к Мелисе никакого интереса. Никто не указывал на нее пальцем и не шептал в изумлении: “Смотрите - фея!” Выглядела она как обычная девушка: тоненькая, невысокая, с длинными светлыми волосами. Честно говоря, по происхождению она и была обычной девочкой, родившейся у людей, но всю часть этой своей жизни она совершенно не помнила. Вырастила ее фея Ринтока, что жила в часах на здании муниципалитета. Она не рассказывала Мелиссе о ее прошлом, лишь раз мельком проронив, что люди ужасно обошлись с бедняжкой. Но люди Мелиссу почти не интересовали - такими чужими и непонятными они ей казались. Став самостоятельной, она покинула жилище Ринтоки, но к людям не захотела возвращаться, облюбовав домик за городом, что для всех выглядел обычным холмиком, которых немало в пустующих полях.

К удивлению Ринтоки, ей удалось обучить воспитанницу почти всей магии, что подвластна феям. Тем не менее, и феи для Мелиссы оставались немного чужими, замкнутыми в своем маленьком мирке, со своими слишком мелкими радостями и горестями. Душа Мелиссы требовала чего-то большего, интересного и даже героического. При своем небольшом росте она была все же выше и крупнее любой феи, что несомненно, позволяло ей маскироваться среди людей гораздо лучше, чем остальным. И однажды Мелисса поняла - она не фея, но и не человек. В ней проснулся дух той, кем она являлась на самом деле - воинственная и прекрасная валькирия, дева битвы!

Чем больше она узнавала про сказания Севера, тем больше убеждалась - ее настоящее место там. И она непременно вернется туда, где должна быть изначально, поскольку здесь, в этом мире она оказалась только волею злой судьбы.

Глава 9 Марта. Заварушка у трактира "Астра"

Время шло, люди заходили в трактир и выходили, а Клари все продолжала разговаривать с хозяином заведения. Не типично долго для людей, которые в первый раз видят друг друга, раздраженно подумала Марта.

Но вот трактирщик наконец встал и ушел за стойку вместе со своим помощником, высоким парнем с азиатскими чертами лица и неожиданно русой шевелюрой.

Клари тоже поднялась из-за стола и принялась что-то шептать на ухо своей подруге-аристократке. Лицо подруги было откровенно недовольным. Возможно из-за того, что веселые молодые люди, с которой она проболтала последние полчаса, вконец упились и растеряли всякую привлекательность. Двое вяло клевали носом над своими тарелками, остальные дружно отправились искать уборную и, похоже, заплутали…

В этот момент магическое кольцо на пальце у Марты внезапно начало нагреваться и подрагивать.

Что это, сигнал от Ириана? Знак, что его люди где-то близко?

Надо бы выйти на улицу и раскрыть карту магических объектов. Правда здесь, на Сезарии, ориентироваться по ней оказалось намного сложнее, чем на Земле. Магические объекты появлялись и исчезали повсюду, разные по мощности и по типам применения. Красный огонёк «жучка» Клари можно было легко потерять среди прочих огней, зигзагов и спиралей искусственного происхождения. И все же стоило попробовать выйти и проверить - вдруг карта покажет приближение гвардейцев? Поколебавшись мгновение (не хотелось оставлять подопечную без присмотра), Марта открыла дверь на крытую веранду, потом спустилась по ступеням во двор, поднимая повыше воротник куртки и поеживаясь от перепада температуры. За последние полтора часа, проведённые в тёплой полутьме, на улице успело здорово похолодать.

Солнце, по-осеннему бодро продвигаясь к горизонту, ярко освещало верхушки придорожных деревьев. У крыльца копошились куры, откуда-то слева раздавались нетрезвые голоса и смех.

Но не успела Марта оглядеться как следует, как из-за поворота вынеслись три чёрные двухколесных штуковины, похожие на нечто среднее между коляской от мотоцикла и электросамокатом. С них лихо спрыгнули трое парней в одинаковой одежде и шлемах, вполне соответствующие представлению Марты о том, как должны выглядеть «гвардейцы». Интересно, что их средства передвижения, оставленные без видимой опоры, не упали на землю, как можно было бы предположить, а остались стоять на двух колёсах.

Один из гвардейцев, очевидно старший по званию, остановил свой взгляд на Марте, видимо сравнивая оригинал с имеющимся у него в голове изображением. Удостоверившись, что перед ним именно тот человек, который ему нужен, гвардеец подошел и вежливо спросил что-то на сезарианском.

Ещё в первые часы пребывания в этом мире Марта обнаружила, что понимает большую часть того, что говорят здешние люди. То ли их языки были похожи, то ли кольцо Ириана имело ещё и свойство переводчика - непонятно.

Но говорить сама она даже не пыталась. Вот и теперь Марта махнула рукой на дверь в трактир - там находится нужная вам девица, берите ее, хватайте, и отвезите уже нас наконец-то к Ириану.

Гвардеец с достоинством кивнул и зашёл в трактир. Двое других остались во дворе, стараясь держаться по возможности незаметно.

Марта тем временем отошла к двухколёсным штуковинам, чтобы разглядеть их получше и понять, где им с Клари придётся сидеть по дороге к Ириану.

Её отвлёк шум - дверь трактира с треском распахнулась и оттуда головой вперёд вылетел старший гвардеец, пересчитал ступеньки по двор и, не пытаясь встать на ноги, пополз в сторону товарищей. Те синхронно сделали несколько шагов ему навстречу, на ходу вытаскивая из ножен короткие, отливающие золотом мечи.

Марта затаила дыхание. Что делать в такой ситуации? Что сделал бы Ириан? Но пока эти мысли проносились у Марты в голове, ноги сами понесли её к ближайшему дереву, достаточно большому, чтобы за ним можно было спрятаться.

И ей ни секунды не пришлось пожалеть об этом решении.

В дверях появились Клари и местная аристократка. Последняя выглядела весьма угрожающе - встрепанные волосы, жакет нараспашку, а выражение лица такое, что слабонервным лучше сразу упасть на землю, и ползти куда подальше, как это делал прямо сейчас первый гвардеец. Один из двоих парней красиво, снизу вверх, взмахнул мечом, второй начал повторять его движение. Юная аристократка метнулась в сторону, увлекая за собой Клари, а там, где она только что стояла, воздух странно задрожал. Марта на секунду зажмурила глаза и снова открыла, стараясь расфокусировать взгляд и переключиться на магическое Зрение. Как обычно, её замутило, но зрелище стоило того. Ауры магов (и девушки, и гвардейцев) сияли как новенькие доспехи, рябь мыслей не разбивала их яркий, ровный фон. Клинки искрили золотистыми молниями. На ступеньках растекалось нечто, напоминающее призрачное желе. Время вокруг них словно замедлилось, воздух загустел. Аристократка стояла очень прямо, - руки опущены, пальцы, словно корни дерева, втягивают пылинки золота, вдруг замерцавшие в воздухе. Неуловимое движение тонких рук, - и оторванная от жакета пуговица вращается между ладонями, крохотный желтый диск несётся к гвардейцу, тот падает на колени, хватаясь за живот, его меч бесшумно опускается на землю. Последнему оставшемуся на ногах парню удаётся отбить вторую пуговицу, летящую ему в голову по высокой дуге. Защитное движение мечом оканчивается спиралью, волна искр от которой заставляет воинственную девушку-мага отлететь к стене. Её аура тускнеет, но пальцы уже нащупали третью пуговицу. Клари на удивление спокойна. Она пытается проскользнуть обратно в трактир и тянет за собой подругу. Та сопротивляется, раскручивая на ладони диск и высматривая своего последнего противника. А тот словно разделился на несколько светящихся силуэтов, они тают и появляются снова, уже на новом месте - чуть ближе к девушкам. Аристократка скользит по ним взглядом, стараясь определить, кто же тут настоящий, на её красивом лице - замешательство. Магические силуэты гвардейца взмахивают мечами, к вытянутым в небо лезвиям устремляются молнии. Где-то вдалеке гремит гром, ему вторит звонкий девичий голосок, весело повторяющий что-то вроде «тиль-воль-халла». Что это, заклинание? - думает Марта, и тут с неба неожиданно обрушивается просто невероятная куча снега. Магическое Зрение пропадает, и Марта вновь видит двор и всех участников сцены человеческими глазами - неожиданно голубое небо, лучи солнца на ослепительно-белых сугробах, в которые превратились гвардейцы и девушка-маг. Клари у распахнутой двери в трактир, по колено в снегу. А посреди всего - довольно ухмыляющаяся светловолосая девушка в плаще с откинутым капюшоном. Хозяйка земного портала на Сезарию?! Марте захотелось выругаться. Но тут с дерева валится застрявшая в ветвях куча снега, и Марта, оглушенная, падает на спину, успев заметить, как чьи-то руки затащили Клари обратно в трактир.

Глава 10 Кро

-То есть ты думаешь, что тебе мой голос не подходит?-насмешливо произнёс ворон Юлиус, восседая на плече Кро.

Ведьма раздражённо дёрнула плечами.

"А зачем ты делаешь его гнусавым?"- мысль хозяйки молниеносно прилетела в ответ.

-А что ты с этим сделаешь? - нагло произнёс ворон и изобразил человеческий смех. - и, да,смею повториться: можно чуть менее эмоционально, моя голова рискует быть простреленной твоей мыслью!

Кро повернула голову в направлении электрического чайника и сказала чуть слышно:

- Бу!

На что кнопка ткнулась вниз, чайник засветился голубым светом, давая понять,что скоро будет кипяток.

"Такой же "бу" могу тебе сказать,только чуток сильнее, и украшу твоими перьями рукава, мне как раз на оба не хватает!" - Она резко дёрнула плечом, чтобы птица слетела .

-И не сделаешь ты так, ха-ха, без голоса ты точно не захочешь остаться! Хар-хар-хар... - уже по-вороньи засмеялся Юлиус.

"Так всё, Юлик, давай остановимся. Просто не гнусавь, когда говоришь за меня. Я ж тебя по-ведьмински прошу!"

Она сложила ладошки в мольбе и похлопала ресницами.

-Я постараюсь ... Уговорила, Крошка моя! - он перелетел на плечо ведьмы, усевшись хвостом вперед. - А на тему " поосторожнее с мыслями", я напомню: ты иногда так эмоционируешь, что возникает ощущение игл, вонзающихся в голову . Вчера, например, чего ты психанула на этот пылесос? Ну, застрял он себе, ну, не получилось у тебя дверь открыть, но орать-то, напомню, мысленно, на него зачем было? Не сдюжил парень, тебе дверь пришлось ломать. А так подождала бы и отъехал бы... может...

Кро, собиравшаяся дёрнуть умника за хвост застыла, уловив чьё-то сдерживаемое дыхание где-то недалеко.

"Юлик, там кто-то есть, нам надо этого кого-то заманить сюда, а вдруг?"

Она сделала пас руками и сложила их на груди.

- Ну, и? - произнёс ворон,продолжая смотреть в сторону двери.

Через пару минут ведьма медленно натянула капюшон на голову, повернулась и посмотрела на стоящую на пороге девушку с выпученными глазами: одним жёлтым, другим зелёным.

-Ну, и ?.. - повторил ворон откуда-то из-за спины повернувшегося к ней вороха перьев. - Рассказывай!

Девушка, казалось, перестала дышать, округляя глаза ещё больше.

-Я ... увидела... руну, как её а-а-аваз!

-Эваз, милая моя. И как так вышло, что тебя можно заманить руной, у которой ты даже название не можешь запомнить? - ворон перелетел на голову новоприбывшей. - Не мотай головой, будь так любезна!

Девушка послушно замерла. Её мозг тяжело воспринимал говорящего ворона, в то время, как фигура напротив жестикулировала руками так, будто говорит она.

-Я уже была у такого символа, понимаешшшшшьте, - испугано перевела она взгляд с клюва ворона над своей головой на нечто в плаще с кучей перьев, которые мешали увидеть лицо. - А тут мы... я вижу,как между деревьями, появляется и пропадает этот вот ... аваз...

-Эваз, дорогая моя, кто это, мы? - голос ворона оставался любезным, как будто каждый день к ним врываются незнакомки. Впрочем, как и жесты фигуры в плаще продолжали быть мягкими, отчего хотелось думать, что это женщина.

-Меня зовут Ки. Мне нужно в Верходол. Ариэль должен был отвезти меня туда. Мы шли к кому-то, кто нас отвезёт. Он сказал подождать здесь и не показываться. Сказал, что придёт и заберёт, когда можно будет. А мне ж показалось... - на одном дыхании протараторила она.

- Я - Юлиус, а там Кро, она - ведьма, и я разговариваю за неё, не удивляйся. - ворон как будто бы откашлялся и продолжил более солидным голосом.

-Я - Кро, мне всё равно, как ты связана с руной, мне нужно было тебя как-то завлечь сюда. Видимо, ты думала про неё. - она резко взмахнула рукой.

Вдруг Ки закачалась и почти было плюхнулась назад, но под ней появилось пушистое кресло, если таковым можно было назвать огромных размеров лист.

Всё вокруг преобразилось в какой-то сказочный лес, где всё переливалось, мерцало, жило и дышало. Единственным черным пятном на этой картинке был ворон.- Тебе же здесь хорошо? .. Тебе не хочется уходить... -Мне не хочется уходить, - Ки сладко потянулась, лист изогнулся в удобной для неё форме. - Мне хочется поспать... Девушка закрыла глаза, но тут же открыла их. -Мне не надо спать сейчас... - попыталась она побороться, но глаза закрывались. Ворон раздражённо перелетел с места на место. -Тебе же здесь нравится, золотая моя?.. -Нравится, - еле двигая губами ответила Ки. -Открывай глаза,тебе понравится ещё больше. Ки с трудом поднялась и огляделась вокруг. Она сидела посреди небольшой поляны, всё в том же лесу, но перед ней стоял столик, накрытый для чаепития. За столом сидела девушка с раскосыми глазами и наливала чай. -Ты - Кро? -Да, и ты у меня дома. - улыбнулась девушка. - Пей чай, он восстанавливает душевные силы. У тебя, видимо, происходило много ммм... удивлений за последнее время, так что, пей! - То есть, вы меня заманили сюда, усыпить, видимо, не получилось, а теперь я буду пить ваш чай? - посмотрела Ки поочерёдно на девушку и на ворона. - Убить тебя не составит труда, бесценная моя. Кро кивнула ворону, на что тот взлетел вверх и сбросил перо. Ведьма произнесла "за" почти неслышно , пёрышко вспыхло и сгорело, не успев упасть на землю. -Это можно было сделать с самого начала! Не хочешь чай - не пей, мало кто пьёт почему-то... -А что я здесь делаю? Мне надо вернуться назад. Я там быть должна...Если убивать меня незачем, так отпустите меня! - Ки заёрзала на листике. -Выслушаешь меня и пойдёшь выбираться отсюда. У меня есть проблемка небольшая с голосом, а ворон мысленно меня слышит. - девушка снова улыбнулась. - То есть, ты живёшь в сказочном лесу? Раз говоришь, что я у тебя дома, - вдруг осенило Ки. - Мой дом, это всё, чем я могу управлять, сейчас я хочу, чтобы он выглядел так, - промурлыкал в ответ ворон. - Ну, хорошо, расскажи мне про свой голос, прежде, чем я выйду отсюда. - робко произнесла Ки. Кро заулыбалась и томно потянулась. - Ты думаешь,что выйдешь?.. - усмехнулась она и продолжила. -Студентка одна, техномаг что ли, изобретение одно придумала, чтобы силу голоса увеличить. Я ж пою иногда... - лицо Кро опять озарилось улыбкой, но тут же погрустнело, - Пела... Так вот! Всё вроде настроили правильно, приклеили все проводочки, тут птица прилетела, села на какую-то штучку, и, вуаля, голос увеличен на максимум, прибор сгорел. Ну, хоть птица завязалась со мной мысленно в тот момент. С тех пор он со мной, ворон Юлиус. А про то, что ты возможно услышишь, что я убить в состоянии, могу сказать: это бывало очень давно, когда я забывала, что могу делать голосом, и, да, сожгла пару сараев, деревьев, конечно... Но людей не было! - А почему же тогда так думают? - задумчиво произнесла Ки, держа чашку на весу. -Да думаю, что из-за той же студентки! Увидев птицу, я закричала. Крик увеличился в секунды, всё стало взрываться и гореть. Она, как мне показалось, сделала что-то, чтобы ей ничего не навредило, заклинание какое сказала или чем-нибудь техномагическим махнула. Магия - дело опасное, когда неконтролируемое. Мой дом... ммм... так назовём, выпятился пузырём из нашего измерения. В этот же момент студентку вынесло наружу её же сопротивлением. Я перебрала гору книг, чтобы найти способ отменить всё, что произошло. Мне нужно найти того, кто сможет выйти и донести до людей правду. Я как будто играю в компьютерную игру с правилами. Два раза в год нас прибивает к, так скажем, этой поверхности, один раз в лесу, другой раз на рынке. На рынке я просто гуляю, а в лесу жду того прохожего, который может оказаться моим спасителем. Заманиваю его, как ты уже понимаешь, его же мыслями. - А почему на рынке не расскажешь? - Ки с сомнением прищурилась. -Да потому что в начале, когда мы пытались рассказать, Юлиус начинал просто каркать, как обычный ворон. Народ и так меня боится, а тогда вообще разбегались.

Она встала и накинула капюшон так, что он закрыл её лицо. -И, да, загадки люблю. На Земле ведьма одна живёт, развлечением таким заправляет, надо выход из комнаты найти. Никто ведь и не догадывается, где она фантазию черпает. Думают, как интересно придумано. Я ей там даже помогала немного...ага... Да, кстати, вот возьми. Она протянула Ки мобильный телефон, на что та вытаращила глаза. -Забавно смотрится телефон в сказочном лесу! -Так ты с этим знакома? Вот и прекрасно! Позвонить не получится, понимаешь, где находишься. Это я тебе в качестве фонарика дарю. Где-нибудь пригодится. Опережая твой вопрос: магия, вещь определенно хорошая, но иногда не хочется напрягаться. Нравятся мне эти земные штучки! Ну, пей чай и иди, драгоценная моя! -Зачем заманиваешь- то?.. - было начала Ки, но разговаривать было не с кем, ни ворона, ни Ведьмы не было в поле зрения. - Фонарик, фонарик ... Зачем он мне? Ки включила его и стала светить в разных направлениях. Она пододвинулась к краю листика, чтобы нащупать землю. Как только её нога коснулась травы, фонарик высветил тропинку. Она направила луч вверх, тропинки видно не стало. Поигравшись так какое-то время, она встала на обе ноги, сделала пару глотков чая и решительно направилась в заданном направлении.

"Зачем, зачем?" - раздалось в голове у Юлиуса. - "Всё та же компьютерная игра со своими правилами! Будем тебя искушать, что делать?..." Они вместе посмотрели вслед удаляющейся фигурке. -Ты ещё не устала рассказывать нашу историю, Кроша? Я уже, кажется, даже привык к нашему образу жизни. - изрёк Юлиус без особого энтузиазма гнусавым голосом. " Не устала. Когда-нибудь появится кто-то, кто не забудет нашу историю. И поможет найти способ вернуть всё обратно. Надежда, конечно, есть. У этого создания какое-то особое отношение ко сну, не было возможности проверить, какое. А вдруг?..Хотя я каждый раз нахожу это "а вдруг", но пока оно не работает" - она тяжело вздохнула, но тут же нахмурила брови: "Конечно, привык! Не о тебе же плохо говорят! И перестань гундосить, я уже тебя просила об этом!"

Глава 11 Ириан

Ириан сидел в своем кабинете, помешивая ложечкой свой обычный полуденный чай, и созерцал миниатюрную статуэтку лошади, что подарил ему один чиновник из гильдии купцов. Стояла обычная тишина в это время суток. Пэнкот, которого гроссмейстер отослал еще полчаса назад, знал, что тревожить мастера после полудня можно было лишь по экстренно важным делам, и поэтому уехал в лавку в нижнем городе, купить воск для печатей, что закончился еще позавчера.

Часы пробили один раз. Лошадь смотрела на Ириана неподвижными перламутровыми глазами.

"Интересно, знал ли Серхио, что лошадь, прежде всего - это символ верности, когда дарил мне это? Думаю, нет, в его подарке не было намека на клятву верности... просто знак внимания. Хотя…”

Он вспомнил тот день два года назад, когда стал Гроссмейстером Ордена. Ему тогда исполнилось 39, и это был единственный случай в истории ордена, когда настолько молодой претендент сумел встать во главе организации. Многие члены ордена, в том числе маги, что состояли в "Сезариуме" с первых дней, о чем-то шептались за его спиной, и даже выказывали нотки возмущения, но старый Меальдо был неумолим - гроссмейстером после его ухода станет Ириан.

- Ты себе не представляешь, Идди, через какие горы формальностей и бюрократии продирались претенденты в былые времена! - старый гроссмейстер взмахнул рукой. - Тесты, родословная, клятвы такие, клятвы сякие… Я, хвала богам, с этим уже не столкнулся, но я уже состоял в "Сезариуме", когда молодой Вигго Кардиове был кандидатом в гроссмейстеры и через что ему пришлось пройти...И он прошел, знаешь! Причем с честью и достоинством!

Ириан, которого по-отечески старый Меальдо называл "Идди", слушал старого мага, внутренне улыбаясь своим мыслям. Все эти документы с описанием процедуры вступления в чин были изучены им от корки до корки еще в первые годы пребывания в ордене. Но он внимал.

Меальдо, каким бы наивным и простым он не казался окружающим, был очень проницательным и опытным заклинателем. Да и не смог бы никто удержаться на его месте с постоянными около дворцовыми интригами и постоянной опасностью открыть существование ордена озаренным, которые 30 лет назад почти его уничтожили, убив и пересажав большинство его активных членов.

Ириан получил тогда от Меальдо все знания, артефакты и анимаграммы, которые должны были передаваться от гроссмейстера к гроссмейстеру. Все, кроме одного, самого важного, самого сакрального знания ордена "Сезариум", что скрывали на протяжении сотен лет - секрет синтезирования вещества под названием "Эпифаниум". Эта субстанция, выглядящая, как белая густая жидкость с мелкими серебряными прожилками, при употреблении очень сильно тормозила процессы старения, и человек, регулярно употребялявший его, фактически обладал секретом вечной молодости.

Но ни Меальдо, ни ближайшее окружение нынешнего гроссмейстера не знали, что Ириан, родившийся в другом мире, знал об Эпифаниуме все. И поиск путей изготовления этой субстанции стал для него единственной целью в жизни.

Все началось в прошлом году. Ириан блестяще окончил среднеобразовательную школу в Бельгии, будучи на два года моложе своих однокашников, и поступил на кафедру экспериментальной физики политехнического университета Цюриха, где был взят под свое крыло талантливым зав.кафедрой по имени Вигго Колитро. Был тот родом то ли с севера Италии, то ли с юга Швейцарии и, в отличие от большинства преподавателей - довольно молод. Так Ириану в первое время казалось.

Глава 12 Ворогомлок

Ки остановилась на середине дороги, окруженной пшеничными полями. Теперь она все помнит.

*****

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в оттенки красного и оранжевого. Этот привычный пейзаж таил в себе ностальгию, которую я не могла игнорировать. Вот эта дорога, ведущая через поле, затем просека через знакомый лес, мост через мурмурный ручей и в конце концов, небольшая тропа, ведущая к старому деревенскому дому на краю маленького поселения. Это место мое, здесь я родилась, здесь провела свое детство и юность, пока жизнь не отвела меня в другое русло.

Теперь я это помню. И я помню тот день, когда меня призвали. Как будто это было вчера - прощание с родителями, старшими братьями и маленькой сестренкой. Сердце колотилось от предвкушения и страха, глаза были полны слез. Оставив этот дом, я оставила здесь кусочек своей души. Теперь, вернувшись, я стою и гадаю: кого я найду в этом доме? Время беспощадно, и жизнь продолжается свой ход, несмотря на наши желания или надежды. Возможно, я увижу лица, ставшие взрослее, но все такие же дорогие мне. Мои братья, которые теперь сами стали отцами, и моя сестренка, которая выросла и возможно, уже имеет свою семью. Мой дом будет полон новых историй, которые они расскажут за ужином, а я буду слушать, погружаясь в их повествования. Как бы то ни было, этот возврат, это путешествие в прошлое - это моя возможность снова встретиться с самой собой, с моим прошлым и возможно, с моим будущим.

Я продолжала идти по узкой тропе, которая медленно вела меня к знакомому лесу. Однако по мере продвижения, начали появляться странные вещи, которых здесь просто не могло быть. На тропе лежал труп собаки, но только с тремя ногами, и ни одна из них не была собачьей. В кустах, в стороне от тропы, я заметила группу кроликов, но они каким-то образом были превращены в часть самих кустов. Именно так, они и кусты образовывали некую монструозную симбиозу. Войдя в лес, я обнаружила, что подобные уродливые существа встречаются здесь повсюду: животные и растения переплетались в невозможные и отталкивающие гибриды. Воздух был пропитан пронзительным запахом разлагающейся плоти, который жёг мои глаза и поднимался вверх по горлу. Отвращение и ужас были так сильны, что я не могла больше медлить. Я начала бежать к деревне, пытаясь убежать от этого кошмарного зрелища.

Но, пробиваясь через темноту леса я наткнулась на еще одно существо, которое казалось чудовищем прямо из моих кошмаров. Собрано из частей различных животных, людей и предметов, оно выглядело как нечто невозможное. Человеческая рука там, где должна была быть лапа. Один из глаз был глазом человека, другой - совы. Туловище было похоже на лампу, из которой торчали разнообразные конечности. Вначале существо издавало лишь непонятные звуки - смесь животного рычания, пения птиц и человеческого голоса. Я остолбенела от страха, но не убежала, ведь это был первый знак коммуникации в этом искаженном мире. Звуки постепенно становились все более схожими с человеческими словами. Сначала это были лишь отдельные слова, потом короткие фразы. Наконец, существо произнесло цельную фразу: "Не бойся, я не причиню тебе вреда." Его голос звучал как смесь разных голосов, но был понятен. Я смотрела на существо, ошеломленная тем, что слышала. Оно смотрело на меня своими разными глазами шевеля многочисленными конечностями и ждало ответа. Мне стало холодно, а в животе началось неприятное подташнивание. Ощущение ужаса, будто ледяной ветер, пронзало меня насквозь. Этот страх был таким мощным, что на мгновение я даже забыла как дышать. Но знала, что должна ответить. Собрав все свои силы, я сжала кулаки и вдохнула глубоко, в попытке успокоить бешено стучащее сердце. И наконец ответила, едва слышно шепнув: "Что... что здесь произошло?" Существо замолчало, словно подбирало слова, а затем начало рассказывать свою историю, историю этого нового, ужасающего мира.

Оно начало свою речь осторожно, словно выискивая каждое слово из глубин своего сознания. "Я - это больше, чем просто собрание элементов, собранных в единую форму. Я... я объединяю. Я беру разнообразные вещества, формы, организмы, всё, что имеет какой-либо порядок и стремлюсь слить это воедино, создавая нечто новое, нечто устойчивое. Моя главная задача - отыскать такую структуру, такую систему, которая в конечном итоге остановит неумолимое проникновение хаоса пожирающего вселенную." Оно замолчало, позволив мне обдумать его слова, а затем продолжило. "Каждое существо, каждое вещество имеет свой порядок, свою уникальную структуру. Я беру эти порядки и пытаюсь объединить их в одном теле, в надежде, что их взаимодействие породит порядок, способный противостоять хаосу. Но, как видишь, мне это пока не удается." Я смотрела на него, пытаясь впитать его слова. Оно продолжало: "Хаос охватывает всё больше и больше пространства во вселенной, и кажется, я не могу найти решение. Но я не отчаиваюсь. Я продолжу свои попытки, пока не найду ответ." Существо умолкло, а его глаза смотрели на меня с безмолвной просьбой о понимании. Я не могла полностью понять всего, что оно мне рассказало, но я почувствовала, что оно действительно борется с ничем не сравнимой угрозой. Даже в этом ужасном мире, я надеялась найти что-то знакомое, что-то обычное, что-то утешительное. Мои ноги неумолимо вели меня к месту, которое когда-то было моим домом, местом, где я находила покой и любовь. Но теперь этот дом был искажен, став едва узнаваемым.

Когда я вошла внутрь, открывшаяся картина заставила меня замереть от ужаса. В центре комнаты возвышалась огромная пирамида, каждый элемент которой был страшным свидетельством трагедии, произошедшей в этом мире. В основании этой пирамиды находилась мешанина из бытовых предметов и мебели, все вперемешку, без всякого порядка. Все эти предметы, когда-то наполненные теплом и уютом, теперь обнажали свою непристойную, искаженную природу. Выше на пирамиде были части, а иногда и целые тела домашних и диких животных. Они были слеплены вместе, словно кубики из детского конструктора, создавая угнетающую композицию. Еще выше, ее собственные родители и братья были причудливо и извращенно использованы в этой мрачной конструкции. Увидев их, её сердце забилось, словно она была на грани взрыва. А в вершине этой непостижимой пирамиды стояла голова моей сестренки. Она была уже повзрослевшей, ее глаза открыты и они смотрели на меня. Я уставилась в эти глаза, полные страха и изумления, и почувствовала, как рушится мир. Я резко упала на пол, силы покинули меня. Слезы, как слепящий туман, затмили мой взор и мир вокруг превратился в непроницаемую мглу. Звуки стали тусклыми, отдалёнными, как будто меня затянуло в глубины океана. Этот искажённый, ужасающий мир перестал существовать для меня, утонув в непроглядной тьме отчаяния.

Существо приблизилось к ней, оно обернуло её своими руками и лапами как волной, как нежной оболочкой. Эти конечности проникали в самую глубину её сущности, в каждый уголок её бытия, и каждое прикосновение было исключительно нежным и ласкающим. Оно пронизывало её тело тысячами различных способов, вызывая всплески возбуждения. Закрыв глаза, она позволила ему войти в свое пространство, в мельчайшие клетки своего организма. С каждым новым прикосновением она отдавала себя ему всё больше и больше, отдаляясь от реальности, но обретая ощущение абсолютной свободы. Её мысли прерывались, но это не имело значения, ведь вся она была поглощена ощущениями. В этом водовороте страстных эмоций она ощутила космическое возбуждение, сокрушительное и бурное, охватившее каждый атом её тела. Мир реального и воображаемого слились в одну неразрывную волну, поглотившую её с головой. Новые, неведомые ей ранее чувства охватили её, приведя в восторг. Она чувствовала себя в бескрайнем океане, без единого признака земли, к которой можно было бы прикоснуться. Она не была потеряна, она была в состоянии безграничной свободы.

Когда она наконец открыла глаза, то увидела перед собой его. Это не было просто существо. Это была энергия, волна, охватывающая все пространство и время.

"Как твое имя?" - мягко произнесла она.

"Ворогомлок," - откликнулся он, его голос звучал как далекое эхо, и в то же время был так близко.

"Я хочу вернуться," - произнесла она с грустью в голосе.

"То, что было, ушло навсегда. Для тебя нет дороги назад. Но ты можешь присоединиться ко мне, стать частью меня и мы вместе продолжим искать, вместе противостоим хаосу," - его слова звучали не утешающе, а скорее, как безусловная истина.

"Помоги мне создать новый мир," - в ее словах слышалась решимость, смешанная с отчаянием. Она понимала, что ей предстоит, и готова была сделать следующий шаг.

Прислушавшись к ее просьбе, Ворогомлок на мгновение задумался. "Помощь в создании нового мира? Это может быть трудной задачей, но ты заслуживаешь такой возможности" - его голос звучал глубоко и сурово, но в нем слышалась искренняя забота.

Внезапно, окружающее их пространство начало излучать дрожащие и мерцающие всполохи, словно бы на него обрушился энергетический шквал. Вскоре после этого они оказались в абсолютной темноте, лишь их фигуры слабо светились, как светящиеся облака в бесконечной пустоте.

"Это бездна, место, где еще не существует ничего. Здесь мы можем начать создание нового мира," - сказал Ворогомлок. Его голос, казалось, был единственным источником звука в этой абсолютной тишине.

Он поднял руку, и в темноте замерцали светящиеся точки. Они начали двигаться, похожие на звёзды, формируя узоры, потом образы. Они сливались и разлетались, зарождая новый мир. Они наблюдали за тем, как медленно формируются горы, реки, океаны. Бескрайние леса и просторные поля, полные жизни.

То, что было только что пустой темнотой, теперь начинало наполняться цветами и звуками. Было слышно, как протекают реки, как шумят деревья под порывами ветра, как поют птицы.

"Это твой новый мир," - сказал Ворогомлок, глядя на нее. "Ты вдохновила его создание и теперь можешь наполнить его любовью, мудростью и надеждой."

На лице девушки заметно было восхищение. В ее глазах отражался новый мир, который они вместе создали. В них была благодарность и надежда на новую жизнь. Она знала, что здесь найдет новый дом, новую жизнь, а может быть, даже новую любовь.