Серебристый единорог

Глава 1. Лекция

Бывший княжеский лесник, ныне младший помощник дознавателя, Конрад Хелмир, стоял у ратуши и пытался рассмотреть, который час показывают башенные часы. Бившее в белый циферблат яркое весеннее солнце заставляло стекло отражать свет, как зеркало, и разглядеть положение фигурных стрелок возможным не представлялось. Впрочем, если судить по тому же солнцу, было около полудня.

Конрад сунул руки в карманы короткого темно-зеленого кафтана, вспомнив, как непосредственный начальник вчера опять ругался по поводу того, что подчиненный упорно не надевает форму, а носит старую одежду лесника. Надо переодеться, подумал Хелмир. Форму службы дознавателей он не любил, но Меррик был в последнее время раздражен, не следовало злить его и этой мелочью.

Алистер Меррик пребывал в отвратительном расположении духа примерно с того момента, когда позволил уйти Кейре, виновной в нескольких смертях. С Дереком Лэннимером, мужем Кейры, он не разговаривал до сих пор, что тоже не способствовало поднятию настроения у господина княжеского дознавателя. Меррик стал ворчлив и придирчив.

Надо сказать, Конрад ломал голову над тем, как примирить бывших друзей, Меррика и Лэннимера. Знания Дерека о магии были необходимы, если закон нарушали волшебники, и к нему тайком обращался старший помощник Алистера, Бен Ирвуд, да и сам Конрад часто заглядывал в дом Лэннимера.

Накануне Алистер Меррик предложил младшему помощнику заняться делом, в котором – Конрад чувствовал это, даже не вникнув в суть – замешана была магия, значит, надлежало посоветоваться с Лэннимером, и чем раньше, тем лучше, только сейчас Дерек наверняка на работе. Сходить домой пообедать? Но есть не хотелось. Поразмыслив, Конрад решил навестить Академию, может, удастся там поговорить в перерыве.

Солнце припекало, легкий, с ароматом сирени ветерок, шевелил молодую листву. Хелмир не спешил, наслаждаясь отличной погодой, расстегнул ворот, снял украшенный пером берет. Парит, подумал он, выйдя на главную улицу, будет гроза. Конрад снова вдохнул запах сирени: город утопал в белых и синих цветах; а недавно воздух пьянил ароматом черемухи. Айбор, столица княжества Меграль, здорово похорошел при новом князе. С окраин почти исчезли развалюхи, сменившись добротными домами, пришла мода на аккуратные палисадники, в центре разбили небольшой красивый парк, ночами освещенный масляными фонарями. Две центральные улицы и площадь перед Академией замостили брусчаткой, починили водостоки. Город начали убирать, что удивило и обрадовало жителей.

Конрад шел, частенько здороваясь с встречными: за два года работы помощником дознавателя он перезнакомился со многими жителями Айбора. Алистер Меррик это одобрял, говоря: «Чем больше людей тебя будет знать и уважать, тем вернее они тебе помогут при случае».

Проходя мимо особняка Лагрейда, Конрад замедлил шаги. Да, на воротах узорного литья по-прежнему висели массивный замок и объявление о продаже. Дом перешел в собственность князя после казни Михаэля Лагрейда, поскольку у него не оказалось наследников, и остался княжеской собственностью, постепенно приобретая славу дома с привидениями. Покупателей на него не находилось, подарить же особняк князь Ральф не решался, понимая, насколько неприятен будет такой подарок. Впрочем, за домом и садом ухаживали.

Конрад знал в подробностях обстоятельства смерти Мэтта Лагрейда, знал, кто на самом деле его убил и почему казнили его сына. Помешавшись, скоро умерла жена Михаэля. Дерек и Кейра мстили жестоко, осколки их мести попадали по невинным людям. Вздохнув, бывший лесник пошел дальше, и скоро увидел шпиль, венчающий главную башню Академии. Шпиль придавал ей некоторое сходство с дворцом и подчеркивал несуразность архитектуры. Первоначально здание задумывалось как простая башня, и выстроили ее по заказу одного из первых волшебников княжества. Башня служила ему домом, библиотекой, обсерваторией, словом, всем. Учебным заведением она стала много позже, и тогда здание начали достраивать. Оно обросло башнями и башенками, крытыми и открытыми галереями. Более запутанных коридоров и лестниц не было больше ни в одном строении; некоторые студенты, проучившись пять-шесть лет, могли заблудиться в Академии.

Отдаленное, едва различимое низкое ворчанье грома заставило Конрада поторопиться. Сгустилась духота, и бывший лесник искренне обрадовался, войдя в прохладный вестибюль Академии. Учебный год заканчивался, человек шесть студентов стояли у декоративной колонны, негромко переговариваясь.

Хелмир пошел к главной лестнице. Следовало подняться на третий этаж и повернуть направо, где находилась комната преподавателей факультета магии. По традиции, в коридоре, ведущем к ней, всегда поддерживалась иллюзия лесной тропы. Это очень действовало на первокурсников, когда они, сворачивая с мраморной лестничной площадки, оказывались вдруг в полуденном лесу.

Конрад свернул к комнате и остановился, внезапно очутившись в осенней роще. Раньше, насколько он помнил, здесь был летний лесок, нынче клены и березы мерно и тихо сбрасывали желтые листья, усеивая тропу. Падавший сверху и сбоку свет золотил деревья и саму тропу, придавая аллее вид королевской сокровищницы. Пахло грибами, что еще сильнее поразило Конрада, а когда он услышал далекую перекличку гусей и, вскинув голову, увидел высоко в чистом голубом небе вытянутый клин, то застыл в восхищении. Воистину, эта иллюзия была создана мастером или мастерами. Такого Конрад не видел никогда. Он наклонился, потрогал листья. В старой иллюзии рука свободно проходила сквозь миражи деревьев, теперь пальцы ощутили прохладу и шероховатость начавших увядать растений.

Выпрямившись, Конрад сделал шаг, другой, и листья под ногами зашуршали. Бывший лесник подавил детское желание набрать ворох листьев и подкинуть их в воздух. Потрясающая работа! Кстати, Конрад был в Академии месяца три назад; иллюзия тогда оставалась старой.

Вследствие умело сделанной перспективы аллея казалась бесконечной, однако, быстрым шагом пройдя по коридору, Конрад наткнулся на дверь. Ее обрамляли две березы, чуть шевелившие длинными ветвями. Бывший лесник постучал и, услышав произнесенное женским голосом: «Да-да, входите!», повернул резную ручку. В просторном помещении было сумрачно: за окнами медленно собирались грозовые тучи. Судя по флюгеру на соседней крыше, ветер пока не поднимался, но гроза неотвратимо шла на город.

- День добрый, сосед, – услышал Конрад и повернулся на голос.

Преподавательские столы пустовали, но за одним, у окна, сидела молоденькая девушка, она и окликнула Конрада.

- Здравствуй, соседка, - поздоровался бывший лесник. – Где все?

В позапрошлом году Конрад купил дом в центре Айбора, и соседями его оказалась семья Одерейн. Их единственная дочь Камилла отличалась потрясающими способностями к языкам. К семнадцати годам она знала двенадцать языков, включая пять древних. Она стала самым молодым преподавателем Академии, уже год вела древние языки на факультете магии.

- Как «где?» - удивилась Камилла. – Конец года. У кого экзамен, у кого консультации.

Студент-недоучка об этом забыл.

- Точно, - растерянно сказал он. – Лэннимер на экзамене?

Переводчица устроила подбородок на сплетенных пальцах.

- Всем нужен Лэннимер, - проговорила Камилла. – Тебе нужен, ректору нужен. Его вызвал Пераник, сосед, так что, думаю, Лэннимер пойдет в аудиторию, не заходя сюда, у него через четверть часа последняя лекция в семестре.

Что делать, подумал Конрад. За окном блеснула молния, потом раскатисто громыхнуло. Идти домой значило попасть под дождь. Остаться здесь значило проскучать часа полтора.

Камилла поняла, о чем он размышлял.

- Сходи к нему на лекцию, - дружески посоветовала она. – Не заскучаешь. У Лэннимера лекции либо интересные, либо захватывающие.

- Знаю, - отозвался Конрад, вспомнив давние рассказы Дерека о магических существах. – А удобно будет заявиться без разрешения?

Камилла рассмеялась.

- Ты отстал от жизни, сосед. Он привык. У него, бывало, столько народу собиралась, что студентам мест не хватало, - она глянула на настенные часы. – Прости, у меня занятия. Пойдешь к Лэннимеру? – Камилла поднялась. – Я провожу тебя до аудитории.

- Ладно, - решился Конрад.

Быстро собрав книги и конспекты, Камилла прошла мимо Конрада в предупредительно открытую дверь. Бывший лесник шагнул следом, и снова зашуршали под ногами осенние листья. Листва на березах пылала золотом; Конрад заметил трепетавшую на слабом ветру паутинку.

- Высший класс, - похвалил Конрад. – Кто поработал?

- Маркус, Лэннимер и Пераник, - отозвалась юная преподавательница.

Первая фамилия была Конраду незнакома. Он догнал Камиллу и осведомился:

- Кто такой Маркус?

- В Академии много новых преподавателей, - Камилла стремительно шла по аллее, - и я в том числе, но про старых не забыли. Пераник добавил новые предметы, например, «Создание иллюзий». На этот курс он пригласил Даниэля Маркуса. Как оказалось, у нас не перевелись талантливые маги.

- Я ничего не слышал про Маркуса, - признался Конрад.

Они миновали осеннюю рощу и поднимались по лестнице. На стенах горели светильники, разгоняя сумрак.

В коридоре, куда они вышли, было ненамного светлее. За узкими окнами вспыхивали молнии, порыкивал гром, но дождь пока не начинался.

- Маркусу под семьдесят, - сообщила Камилла. - Он учил Лэннимера с Пераником, был куратором их курса, и ушел из Академии, когда начались нелады с церковью.

Интересно, подумалось вдруг Конраду, знал ли Маркус о приключившемся с Лэннимером несчастье? Если знал, почему не помог Дереку? Поддержка учителя тому очень бы пригодилась в то время, и, быть может, не произошло бы тех событий, свидетелем и участником которых поневоле стал Конрад. Рикошетом попало и по нему, поскольку пришлось оставить должность лесника, а Конрад скучал по прежней работе.

Свернув в боковой коридор, Конрад с Камиллой дошли до конца и поднялись на один этаж по узкой винтовой лестнице. Открывшийся переход Конрад не помнил, однако переводчица ориентировалась в здании отлично.

- Тебе сюда, - Камилла кивнула на дверь, над которой поблескивал трехзначный номер аудитории – 542.

Первая цифра обозначала номер крыла Академии, вторая – этаж и, собственно, третья – номер комнаты для занятий. Стало быть, пятое крыло, четвертый этаж. Пристройка не из новых, но и не из самых старых. Магия тут ощущалась довольно сильно, зато чего-то недоставало. Конрад не сразу сообразил – раскатов грома. В этом крыле было тихо и светло, хотя за широкими окнами из темно-фиолетовой тучи, то и дело освещаемой сполохами молний, хлестал дождь. Он шел едва ли минуту, но залил потоками воды весь город.

- Спасибо, что проводила, - сказал Конрад.

Висящие в простенке между окнами часы отбили время.

- Пожалуйста, - заторопилась Камилла. – Если что, я в сорок третьей.

Она ускорила шаги, почти пробежала по коридору. У двери соседней аудитории на миг задержалась, помахала Конраду и вошла внутрь.

Хелмир решил не стоять в коридоре, зашел в кабинет, где смолкли тихие разговоры. Две дюжины студентов-старшекурсников сидели за столами, не сводя глаз с двери. Конрад кашлянул:

- Здесь читает лекцию профессор Лэннимер?

- Здесь, - отозвался один из студентов.

- Вы проходите, садитесь, - пригласил другой.

Столы располагались полукругом по четыре, и каждый последующий ряд стоял выше предыдущего. Конрад занял свободное место в последнем ряду. На него не обратили внимания; все поглядывали на дверь. Дерек не имел обыкновения опаздывать, нынче он задерживался уже минут на десять.

Хелмир посмотрел на залитое потоками дождя оконное стекло, отметил силу ливня и пропустил тот момент, когда в аудиторию вошел Лэннимер. Конрад перевел на него взгляд и поймал себя на удивлении: он не мог привыкнуть, что Дерек ходит без костылей, хотя сам много тому способствовал.

***

Разговор на эту тему произошел полтора года назад.

- Давно хотел спросить, - неловко начал Конрад. – Почему ты не закажешь… ну, деревянную ногу.

- За морем ента штука зовется вумным словом «протез», - отозвался Дерек и добавил серьезно: – пробовал и разочаровался, поскольку тяжело, больно и ужасно скользко. Хорошо еще, мышцы не совсем скисли, - по привычке он потер и помассировал обрубок.

Шурин Конрада работал столяром, и с ним Хелмир переговорил заранее, поделившись идеей. Тот знал свое дело и обещал помочь с конструкцией, если Лэннимер согласится прийти.

- Есть соображения, - сказал Конрад.

Выслушав, Лэннимер задумался.

- Сделать не обычную деревяшку, а подобие ноги… - пробормотал он. – Это возможно?

- Билл сделает, - заверил Конрад. – У него есть подходящее дерево – легкое и прочное, он выточит как надо. Выемку сделать и…

- Крепить как? – Дерек явно заинтересовался.

- Ремнями к колену и верхней части голени, - пожал плечами Конрад. – Попробуешь?

Лэннимер усмехнулся:

- А то!

Получилось неплохо. Поначалу, конечно, и с протезом Дерек ходил на костылях, потом привык, появилась уверенность, он притерпелся к боли от движений – эта боль и в сравнение не шла с той, что возникала при многодневной сырой погоде – и сменил костыли на палку. Он много ходил, давая изувеченной ноге нагрузку, пока снова не нарастил мускулы. Наконец Дерек пошел без палки, хоть и сильно хромал. Через неделю после этого события он явился к Конраду с просьбой одолжить лошадь. Еще через полмесяца, возвращаясь из Равенского, Конрад изумленно узрел скакавшего по полю Лэннимера. Кобыла под ним шла мощным галопом, Дерек же сидел легко и крепко, причем без седла.

- Ну ты даешь, - сказал Конрад.

***

От воспоминаний его оторвал голос Лэннимера.

- Итак, господа будущие маги, - говорил Дерек, - у нас, хвала Создателю, последняя лекция. Затем мы увидимся на консультации, на экзамене, а с неудачниками – на пересдаче. Напоминаю, что передача возможна один раз. Не сдадите – отчисление.

Сурово, подумал Конрад и пожалел, что не видит лиц студентов. На его курсе такое заявление преподавателя вызвало бы панику, разве что Каспар Лейн, лучший ученик курса, спокойно отнесся бы к подобному.

- Тема сегодняшней лекции… - продолжал Дерек, по-прежнему стоя у открытой двери. – А знаете, - он вдруг улыбнулся, – попробуйте угадать.

Он отступил на шаг в сторону, давая дорогу необычному существу, похожему на низенькую лошадку грязно-серой масти, но удивительно лохматому, с косматым хвостом, с длинной спутанной гривой. Постукивая раздвоенными, как у козла, копытами, существо прошествовало по кабинету и остановилось у стола преподавателя. Конраду показалось, что под густой челкой у странного создания прячется небольшой рог.

Лэннимер прикрыл дверь. Прихрамывая, он подошел к существу и похлопал его по шее. Повернулся к переглядывающимся студентам.

- Какие будут предположения? – спросил он.

- Келпи? – робко спросил кто-то.

- Приехали, - в голосе Лэннимера звучало разочарование. – От вас, Родерик, я такого не ожидал. Где же тут келпи?

Существо потерлось носом о ладонь Дерека.

Конрад с трудом припомнил, что келпи назывался водяной конь, живущий, как говорили, за морем, и отличающийся невероятно злобным нравом. Бывший лесник всмотрелся в ласковое лохматое создание и явственно увидел рог на его лбу.

- Единорог! – внезапно вырвалось у него.

Двое или трое засмеялись, и все без исключения студенты обернулись. Конрад покраснел.

Пользуясь тем, что студенты на секунду отвернулись, Дерек подмигнул Конраду и произнес:

- Почему я слышу смех? Наш гость абсолютно прав.

Лэннимер сел за стол. Косматый единорог отправился путешествовать по аудитории, позволяя хорошо себя рассмотреть. Студенты были сильно удивлены, Конрад тоже.

- Вы видите единорога, каким он был три тысячи лет назад, - заговорил Дерек. - Так сказать, черновой набросок создателя. Эти творения удивительны, - Дерек помолчал, затем продолжил: - в разных странах их изображают по-разному. Я видел изображения единорогов с телом быка, осла, лошади, козла, а кроме того, совершенно загадочное создание – трехногое и шестиглазое, но с неизменным рогом на лбу, причем интуиция подсказывает мне, что последний художник был как минимум нетрезв.

Продолжая слушать, Хелмир наблюдал за косматым единорогом, который расхаживал по кабинету, подходил к окнам, попытался лизнуть залитое снаружи потоками дождя стекло. Откуда Дерек его выкопал, подумал Конрад и вдруг понял. Иллюзия! Лэннимер стал первым и пока единственным преподавателем, кто использовал иллюзии для создания живых пособий.

- В самых старых бестиариях единорога описывали как свирепого и необузданного зверя, но позже эти качества стали подчеркивать для контраста с благочестием. Недаром праведники, вроде покровителя нашего княжества, святого Фирсалена, приручали единорогов.

Верно, подумал Конрад, рядом с Фирсаленом часто рисовали единорога в золотой узде.

Пока Лэннимер читал лекцию, единорог медленно менялся. Он сделался выше, посветлел, отчетливо обозначился рог. Затем срослись раздвоенные копыта.

- Отвлечемся на минуту. Кое-кто из вас видел диких лошадей, - говорил тем временем Дерек. – Приземистые, некрасивые коротконогие коняги, не так ли?

Конрад машинально кивнул: он видел.

- А вспомните скаковых лошадей! Красавцы – высокие, поджарые, стройные, не идут, а пляшут. Это люди вывели породы, как вы понимаете. Из диких степных лошадок человек вывел могучего тяжеловоза и легкого скакового коня. Потребовались века и века. То, что сделал для лошадей человек, для единорога сделала магия. Эти создания чувствительны к волшебству, особенно к потокам магической энергии, которую мы с вами используем при заклинаниях. Взгляните!

Все посмотрели на иллюзию. Единорог еще вырос, шерсть его стала короткой и серебристо-белой, длинный витой рог на лбу потолстел и потяжелел. В осанке, в фигуре его появилась величавость. Он шествовал между окнами и крайним рядом столов, покачивая большой головой.

- Это не окончательный вариант, - Лэннимер посмотрел на часы. – Скоро вы увидите единорога таким, каким его описывают современные путешественники. Кстати, увидеть живого единорога – большая удача, и, говорят, такая встреча приносит счастье.

Дерек начал рассказывать о магических свойствах единорогов. Студенты торопливо записывали, а Конрад, избавленный от необходимости делать записи, наблюдал за иллюзией. Творение волшебника, продолжая меняться, отправилось к своему создателю, ткнулось носом ему в плечо, да так и застыло.

Погладив его, Лэннимер жестом приказал ему выйти к первым рядам, и единорог повиновался. Теперь он стал действительно прекрасным. Крупный, высокий, могучий зверь с шерстью, искрящейся, как чистый снег под луной. Царственный поворот головы – и Конраду показалось, что темные глаза единорога пристально изучают людей. Густые черные ресницы делали глаза еще темнее. Рог стал золотистым. Золотистый оттенок приобрели грива и хвост, и волосы в них из прямых стали волнистыми.

Сказочная красота, восхищенно подумал Конрад, неужели этих зверей можно встретить? И словно отвечая на его невысказанный вопрос, Дерек заметил, что последний раз единорога видели всего полгода назад в лесах близ Рейвиса.

- Неудивительно, - добавил Лэннимер, – единорог – зверь лесной. Теперь, господа, я подробно остановлюсь на свойствах рога. Вкратце я вам описал их, приготовьтесь записывать детали. Итак, рог единорога, аликорн. Целители изучают его особенности, и, как правило, используют его против всех ядов.

Дерек говорил долго, с примерами, со ссылками на малоизвестные книги. Однако рассказывал он интересно, в иных случаях с юмором, и Конрад заслушался. Еще занимательнее стало, когда Лэннимер поведал о подделках, о фальшивых рогах. Тут помощник дознавателя пожалел об отсутствии пера и чернил, поскольку кое-что могло пригодиться в дальнейшей работе, так как оказалось, что производство поддельных рогов было поставлено на поток, а продавались они в качестве настоящих за бешеные деньги.

Единорог-иллюзия стоял у окна. Дождь наконец перестал, и зверь с любопытством смотрел на мокрый город. Вниз, в озеро, сбегали потоки воды.

- Всё, - услышал Конрад. – Прошу прощения, что задержал вас на четверть часа. Желающие узнать о единорогах больше могут обратиться к монографии доктора Аделины Ланди «Сказания странников». Вопросы?

- Да, - поднялся один из студентов. – Вы видели единорога, профессор?

- Мне не везло на встречи с добрыми и ласковыми созданиями, - ответил Дерек. – Порой мне думается, что если я заведу кота, он окажется исключительно злобным существом. Еще вопросы? – он подождал, но вопросов более не прозвучало. – Расписание экзаменов висит внизу, как обычно. Готовьтесь; желаю удачи.

Студенты поднялись, начали шумно собираться. Через две-три минуты аудитория опустела, остались Конрад, Дерек и единорог. Единорог по-прежнему стоял у окна, Конрад по-прежнему сидел на месте, Лэннимер встал.

- Ты наверняка по делу, - сказал Дерек, пристально глядя на друга.

- Ага, - Конрад потянулся, разминаясь.

Лэннимер прищурился.

- Алистер отправил или по собственной инициативе? – спросил он.

- По собственной, - Конрад поднялся. – Как у тебя со временем?

- Если поможешь приготовить ужин, я на вечер в твоем распоряжении, - секунду подумав, ответил Дерек.

- Помогу, - проговорил Хелмир. – Иллюзию будешь убирать?

- Сама растает, – пожал плечами маг. – Пойдем, - кивнул он на дверь. – Заберу куртку и книги, да и поедем.

Слово «поедем» Конрада взбодрило: значит, Дерек пользуется экипажем Академии. Отлично! Идти по городу после такого ливня совсем не хотелось.

Оставив иллюзию бродить по пустой аудитории, друзья вернулись в комнату преподавателей. Сидевшая там Камилла обрадовалась и спросила:

- Возьмете экипаж, Дерек?

- Планирую, - отозвался Лэннимер, собирая книги.

Экипажи Академии предоставлялись далеко не всем. Дерек получил такое право из-за искалеченной ноги, еще два преподавателя – в силу возраста. И трое живущих далеко от Академии, в пригороде, в силу расстояния.

- Не подвезете? – спросила Камилла.

Дерек хмыкнул:

- Не желаете испортить новые туфли?

- Угадали, - призналась девушка.

Подвезти Камиллу значило сделать порядочный крюк, но Лэннимер согласился, видимо, смирившись с потерянным вечером. Конрад-то знал, как дорожит его друг временем, он работал, не выходя из библиотек, приходя домой только ночевать. Дерек что-то искал, искал тщательно, методично, однако не находил и становился всё злее. Конрад это чувствовал и видел выражение злобы друга в прорывающихся нотках сарказма. Прямо спросить о цели поисков не решался ни Конрад, ни еще один друг Дерека – ректор Максимилиан Пераник, который тоже о чем-то догадывался. Впрочем, свои поиски Лэннимер проводил не в ущерб работе. Он успевал прекрасно подготовиться к занятиям, к тому же всегда придумывал нечто новое, вроде иллюзорных магических существ для «Бестиария».

***

Экипаж ждал на краю мостовой, но после ливня по улице несся такой поток, что Лэннимер присвистнул. Конрада поток волновал мало: он был в сапогах.

- Туфли мне не спасти, - произнесла Камилла, когда они втроем спустились к залитой дороге.

- Посмотрим, - сказал Дерек, сунул книги Конраду и легко подхватил девушку на руки.

По тому, как она замерла, на миг прижавшись к Дереку, по блеску ее глаз наблюдательный Конрад заключил, что Камилле нравится Лэннимер. Возможно, она в него влюблена.

Маг донес девушку до экипажа, поставил на подножку. Камилла шагнула в экипаж и села, не говоря ни слова. Дальше ехали молча. Опустив глаза, Конрад перебирал книги и улыбался, Лэннимер выглядел скучающим.

- Спасибо, - выходя у дома, обернулась Камилла.

Дерек кивнул.

По просьбе кучер остановился у дома Конрада. Тот предупредил родных, чтобы к ужину не ждали, вернулся в экипаж, и пара темно-рыжих коней легкой рысью повезла седоков на Вторую Окраинную.

Глава 2. Интересное дельце

При кучере Конрад говорить не стал, он перелистывал страницы книг, пока экипаж не остановился против двадцатого дома на Второй Окраинной улице.

Знаменитые яблони во дворе дома отцветали, в мокрой траве запутались белые лепестки. Цветник Кейры зарос одуванчиками: Дерек не занимался цветами, он был к ним равнодушен, да и времени не хватало. Но дом Лэннимер по-прежнему содержал в идеальном порядке.

Поймав мимолетный взгляд Конрада, брошенный на чисто вымытые стекла, Дерек заметил:

- Уборка всегда была моим проклятием.

- Не представляю, как ты занимался этим на костылях, - сказал Конрад.

- Я и говорю, - открывая дверь, повторил Лэннимер, - уборка была моим проклятием.

В кухне Конрад остановился, чтобы глаза привыкли к полутьме. Дерек прошел в комнату, бросив:

- Растопи плиту, я пока переоденусь. Да! Книги положи на стол.

Конрад положил их на круглый кухонный столик, появившийся при Кейре, и занялся плитой. Чтобы спокойно поразмышлять, Лэннимер всегда уходил колоть дрова, поэтому поленьев хватало. Но плиту Дерек явно топил давно. Опять за своими книгами сухари грызет, подумал Конрад, знавший привычки друга.

Пока Конрад очищал топку от золы, Лэннимер успел переодеться. Хелмир краем глаза глянул на него и сказал:

- Нанял бы ты слугу. Преподаватель Академии с топором… Дрова колет.

- Это не так страшно, - ответил Дерек. – Вот когда преподаватель Академии с топором выйдет на дорогу грабить – это будет значительно хуже.

Отшутился. А ведь деньги на наем слуги у Лэннимера имелись. Может быть, тут Конрад перестал укладывать в печь растопку, может быть, Дерек не хочет, чтобы чужой человек приходил в его дом? Слуги многое замечают. Конрад вытащил огниво. Что ты ищешь, Дерек? Не поинтересоваться ли у библиотекарей Академии, с какими книгами работал и работает Лэннимер? Покачав головой, Конрад отбросил эту мысль: шпионить за Дереком – себе дороже. Ты страшный человек, пришли на память Конраду собственные слова, вырвавшиеся после рассказа Лэннимера о мести. То же говорил и Алистер Меррик.

Конрад стучал кремнем по огниву. Искры сыпались на трут, но не поджигали его.

Лэннимер посмотрел на его мучения и сказал:

- Пусти-ка.

Конрад отодвинулся. Над его плечом стремительно пролетел сгусток огня и растекся по растопке. Затрещала и вспыхнула береста, занялись тонкие сухие поленья. Конрад шире открыл поддувало и захлопнул дверцу.

Поставив сковороду с мясом жариться, а кастрюлю с кашей вариться, Конрад сел на стул. Лэннимер давно сидел в старом кожаном кресле напротив.

- Так зачем я тебе понадобился? – спросил Дерек.

- Вчера нам пришли отчеты дознавателей из других городов – Рейвиса, Скалера, Эланы, Тойса, - начал бывший лесник. – Вроде ничего особенного, но дознаватель Тойса, Казпо его фамилия, написал об одной, с его точки зрения, странности.

- Продолжай, - не вставая, Лэннимер помешал в кастрюле длинной ложкой, хотя вода не нагрелась.

- Каждый год, в середине октября, на поле в предместье Тойса проходят скачки, - Конрад говорил и видел, что Дерека его рассказ мало интересует. – Лошадей привозят со всего княжества. Ставки бешеные, и победитель получает половину от общей суммы ставок. Можно стать богачом, если твоя лошадь придет первой. Ну, и сам приз – статуэтка из чистого серебра.

Лэннимер отлично это знал.

- Тоже, что ли, лошадь выставить, - задумчиво произнес он.

- Тебе мало денег? – не сдержался Конрад.

Хмыкнув, Дерек отозвался:

- Денег много не бывает. Переходи к сути дела - какая странность бросилась в глаза Казпо?

- Вот какая, - Конрад подался вперед. – Последние шесть лет приз брал Сандро Найгем из Рейвиса.

- Не вижу странности, - пожал плечами Лэннимер. – На одной и той же лошади?

- На разных, - поднял палец Конрад. – На абсолютно разных лошадях с одинаковым результатом – чистая победа с отрывом в несколько корпусов.

Дерек с минуту подумал.

- Все-таки придраться не к чему, - сказал он.

- Почти, - кивнул Конрад. – Но Казпо мужик дотошный, он написал в Рейвис тамошнему дознавателю, Йену Айдану, попросил навести справки о Сандро Найгеме. Придраться, как ты заметил, и правда, не к чему, только кое-что смутило и Айдана. Конюшня у Сандро на две лошади, в ней стоит одна упряжная кобыла, которую знает весь Рейвис. Ни одного призового коня у него не осталось.

- Продал? – лениво спросил Дерек.

- Нет, - Конрад развел руками, чудом не сшибив сковородку. – Не продавал, не дарил, и никто их не крал. Их нет. Шесть призовых лошадей делись неизвестно куда.

- Не маши лапищами, без ужина останемся, - ворчливо заметил Лэннимер.

Он недолго помолчал, затем сказал:

- Конрад, не обижайся, но не возьму в толк, при чем здесь я? Если дело такое интересное, поезжай в Рейвис, проверь на месте с Айданом. Думаю, ничего особенного не выяснится.

Хелмир обладал удивительно тонким чутьем, которое по ошибке приняли за способность к магии, что послужило причиной его учебы в Академии. Чутье Конрада Хелмира никогда не обманывало, поэтому Дерек насторожился, когда друг произнес:

- Меня и послали в Рейвис проверить, только предчувствия у меня хреновые, - он посмотрел на волшебника. - Там магия, точно тебе говорю.

- «Хреновые», - с укором произнес Лэннимер. – Ирвуда словечко?

- Его, - кивнул Конрад, перенимавший слова от тех, с кем часто общался, а со старшим помощником дознавателя общаться приходилось много. – Да бог с ним, с Ирвудом, поговорим об этом Найгеме.

Три года назад Конрад так себя с Дереком не вел. Лэннимер помнил его робкие вопросы, задаваемые всегда смущенным тоном. Изменился, изменился господин Хелмир.

- Ладно, - начал сдаваться Лэннимер. – Что о нем известно?

- Почти ничего, - пристыжено ответил Конрад.

- Он учился в Академии? – прищурился Дерек.

Застонав, Конрад взялся за голову. Демоны и преисподняя, этот вопрос следовало задать себе вчера, и сегодня ответить на него. Если Найгем учился в Академии, о нем можно собрать немало сведений, не выезжая из Айбора. Если не учился, дельце становится воистину интересным.

Наблюдавший за другом маг рассмеялся.

- Бестолочь, - произнес он.

- Пусть бестолочь, - согласился Конрад. - Слушай, помоги.

Оборвав смех, маг долго тер лоб. Отказ Конраду стал бы великим свинством, поскольку Дерек многим обязан другу. Однако сколько времени придется потерять?

- Всю следующую неделю я занят, - сказал Лэннимер и пояснил: – экзамены.

Конрад выразительно глянул на него, и Дереку снова сделалось смешно.

- Хорошо, ты меня разжалобил, но я действительно занят на неделе. Как быть?

- Хвала святым, чувство благодарности тебе не чуждо, - буркнул Конрад.

На минуту показалось, что Дерек не согласится помочь. Колебался он, и это было видно. Да, да, да, я отнимаю его драгоценное время, понял Конрад, мешаю в его поисках, задерживаю их продвижение. Переживет.

- Ворчишь хуже Меррика, - заметил Лэннимер. – Когда поедешь в Рейвис?

- Дня через три, - ответил Хелмир.

- Остановишься у дознавателя? – спросил маг.

Конрад поднялся, перевернул мясо и помешал кашу.

- Да, у Айдана, - ответил он.

Приезжавшие в другой город по делам службы дознаватели, как правило, жили у коллег. Лэннимер на миг задумался.

- Ладно, план действий такой, - сказал он. – Я поеду в Рейвис сразу после экзаменов, постараюсь добраться за пару дней, остановлюсь в каком-нибудь трактире или гостинице и отыщу дом Айдана. Застану тебя – хорошо, нет – оставлю записку с названием трактира, заедешь за мной. Устраивает?

- Еще бы, - Конрад отодвинул стул от раскалившейся плиты. – У меня вопросец есть… давно зрел, да боюсь обидеть тебя им.

Младший помощник дознавателя откинулся на спинку стула, забыв о ее хлипкости. Спинка затрещала, Конрад немедленно выпрямился.

- Выкинь ты это старье, - сердито сказал он.

- На нем, кроме тебя, никто не сидит, - проговорил Дерек. – Какой вопросец-то? Задавай.

- Меррик дал мне прочесть заметки и документы, касающиеся вас с Кейрой, - Хелмир заволновался, его взгляд метался по лицу друга, надеясь найти признаки смущения или, может быть, страха, но Лэннимер давно привык не показывать эмоции. – Твою бывшую убила Кейра? – бахнул он, как камень из катапульты в ворота осажденного города.

Дерек и бровью не повел.

- Допустим, - сказал он. – Это и был твой вопросец?

- Нет, - мотнул головой Конрад. – Вопросец – зачем?

***

- Где живет Лия? – осведомилась Кейра.

Она сидела перед зеркалом в кружевной резной раме, причем в зеркале отражалась не женщина изумительной красоты, а огромная серо-черная волчица.

- Не трогай ее, - сказал Дерек.

- Ты стал нищим по ее милости, - Кейра отвернулась от зеркала, посмотрела на мужа.

Лицо Лэннимера осталось непроницаемым.

- Мне будет несложно выяснить, в какой город она переехала, - с холодком в голосе заметила женщина-оборотень, а глаза ее вспыхнули тем изменчивым желто-зеленым светом, каким горят во тьме глаза ночных хищников.

- Я не хочу больше смертей, - сказал Дерек, наклонив голову. – Мы далеко зашли, - добавил он и с необычайной лаской произнес имя: - Кейра… остановись.

- Дерек, я… – Кейра встретилась с мужем взглядом и осеклась.

Огни в ее глазах погасли. Она моргнула, машинально провела по лицу тонкой изящной рукой. За ее спиной поверхность зеркала затуманилась, померкла, затем мутно, словно нехотя, отразила черные локоны. Еще через миг в зеркале движения Кейры повторяла женщина, а не волчица.

- Не надо, - тихо сказал Лэннимер.

- Я напугаю ее, - еще тише проговорила Кейра. – Ее безоблачной жизни несколько минут страха не повредят.

«Начнет выяснять про Лию, - подумал Дерек, - и кто-нибудь может обратить на это внимание. Если слухи о расспросах дойдут до Алистера, нам это совершенно ни к чему».

- Это не твои счеты, - сказала Кейра, - а мои. С меня всё и спросится.

Лично не зная Лию, Кейра ее ненавидела.

- Она в Рейвисе, - произнес Лэннимер.

***

- Зачем… - Дерек отвел глаза. - Смалодушничал я, вот что. Ответственность взяла на себя Кейра, а я остался в стороне и – что говорить! – был рад этому.

Следовало отговорить Кейру, настоять на своем, но Дерек не простил Лию, совсем не простил, и нечто подленькое в глубине души прошептало: «Пусть она познает ужас!» Несчастного случая не предвидел никто, хотя учесть эту возможность могли и Кейра, и Дерек, зная обстоятельства смерти Клорри.

- Да, ревность оборотня – чувство убийственное, - резюмировал Конрад.

- Свою подлость я не оправдываю, - ох, как тяжело дались Лэннимеру эти слова, - но и паскудству Лии оправданий нет. Всё вывезла, деньги из банка забрала до последнего медяка. Думаешь, если б я сдох, она бы пожалела?

- Думаю, нет, - Хелмир свел брови.

- Никому я не был нужен, - сказал Дерек. – Сложись у Кейры жизнь, она не пришла бы ко мне.

- Ну, с ней вы товарищи по несчастью, - Конрад подбросил дров в плиту, перевернул мясо на сковороде. – Хотя ты и один прекрасно бы справился. Порталы, голем, демоны - средств хватало.

От раскаленной плиты шел невыносимый жар. Конрад смахнул пот со лба.

- И терять было нечего, - Лэннимер расстегнул ворот рубашки, дотянулся, не вставая с кресла, и толчком распахнул дверь во двор.

Стало прохладнее.

В комнате ходики отбили время, Конрад поднялся.

- Пойду, раз мы с тобой договорились, - сказал он.

- После ужина, - вкрадчиво проговорил Дерек. – Вдруг у тебя еще вопросец назреет, сразу и задашь.

- Хе, - Конрад снял с плиты кастрюлю и сковороду, поставил чайник.

За ужином они молчали, и только отодвинув тарелку, Хелмир сказал:

- Помирись с Алистером.

Лэннимер вздохнул. Он вроде и не ссорился с Мерриком, они просто не разговаривали, не встречались, почти не вспоминали друг о друге. Не дождавшись ответа, Конрад занялся чаепитием. Если бы не история с Кейрой, подумал он, эти двое продолжали бы дружить.

Машинально Хелмир глянул на покрытую шрамами руку Дерека и увидел, что тот до сих пор носит обручальное кольцо. Лэннимер поймал его взгляд и проницательно спросил:

- Удивлен?

- Нисколько, – отозвался Конрад. – В память о ней?

- Нет, - спокойно ответил маг.

Хелмир насторожился.

- Ты что-то ищешь, ведь так? Это как-то связано с Кейрой?

- Еще два вопросца подоспели, - сказал Дерек и дал неожиданный, однако, по всей вероятности, честный ответ: - да, это связано с Кейрой.

Конрад обжегся чаем.

- Возвращать оборотня – не самая хорошая идея.

- Наше дельце тоже было интересным, - немного невпопад вставил Дерек. – Алистер так не считает?

- Не спрашивал, - помощник дознавателя поставил чашку.

Верно, дело было интересным, подумав так, Конрад передернулся, кровавым, страшным, но интересным. По городу до сих пор ходят неопределенные слухи об этом деле двухлетней давности. Конрад нахмурился: как и тогда, на него накатило ощущение надвигающейся тьмы.

Впрочем, и на улице смеркалось. Дерек зажег свечи, поставил подсвечник на столик между тарелками.

- Зажгут фонари, пойдешь домой, - нарушил длительное молчание Лэннимер.

- Конечно, - отозвался Хелмир. – Можно? – он протянул руку к книгам, которые лежали на столе там, куда он положил их.

- Можно, - Дерек встал, начал убирать со стола.

Конрад взял книгу в темно-зеленом кожаном переплете, открыл и сразу, на фронтисписе, наткнулся на чудесный рисунок единорога. Титульная страница гласила: «Сказания странников», сочинение доктора Аделины Ланди», под названием стояла надпись, выполненная прямым ровным почерком: «Профессору Лэннимеру от автора. Ответный дар».

- Аделина Ланди не декан факультета целителей, часом? – спросил Конрад.

- Декан, - кивнул Дерек.

- Почему «ответный дар»? – любопытство Хелмиру не всегда удавалось обуздать.

- Вначале я подарил ей свою книгу про оборотней, - ответил Дерек и, помедлив, добавил: - кстати, об оборотнях: пожалуй, провожу тебя до калитки.

Конрад привстал. Лэннимер продолжал:

- Видишь ли, мой дом лучше не посещать в темное время суток или в мое отсутствие, потому что у меня есть охранники, - Дерек улыбнулся, зато Конраду стало не до смеха. – Не оборотни, не волнуйся, просто пришлось к слову.

Друзья вышли на крыльцо. Фонари разгорелись, отлично освещая Вторую Окраинную улицу, но во дворах темноту ничто не разгоняло: окна прикрывали ставнями. Дерек коснулся руки Конрада и указал ему на поленницу. Два сверкающих глаза пристально наблюдали за домом из-за дров. Конрад поежился, а Дерек развернул его за плечо в другую сторону. Из-под стола, поставленного у яблони, горела еще пара огней.

- Прощальный подарок Кейры, - пояснил Лэннимер, спускаясь с крыльца. – Волки из ее стаи сторожат мой дом, какие тут могут быть слуги. И без того сплетен хватает.

- Не занимался бы ты темной магией, - заметил Конрад, бесшумно ступая на дорожку.

- Ты не просто бестолочь, а бестолочь в квадрате, - произнес маг. – Иди домой… - он проводил друга и запер калитку. - «Темная магия», - фыркнул он, вернувшись в дом. – И этот человек учился в Академии!

Подбросив дров в плиту, Дерек сел в кресло и задумался. Его ждала незаконченная работа, но он впервые за два года пренебрег ею, внезапно почувствовав безмерную усталость. Отдохну немного, решил маг и полулег в кресле, вытянув ноги. Денек у Лэннимера выдался непростой, да еще обрубок ныл с утра. Одно к одному, поморщился Дерек, нудная боль, вызов к ректору, и в довершение всего Конрад со своими вопросцами.

***

Ожидая начала лекции, Лэннимер сидел в комнате преподавателей и рассказывал Камилле какую-то байку, чтобы убить время: зачет у целителей закончился гораздо раньше, чем он ожидал.

- Профессор Лэннимер, - в дверь заглянул самый молодой из писцов. – Господин ректор просит вас подойти.

Дерек развел руками.

- Простите, Камилла.

За дверью Лэннимер ловко поймал писца за рукав.

- Не спеши, - приказал маг. – Зачем я понадобился?

- Не знаю, - юноша был искренен. – Меня послали за вами, не объясняя причины.

Дерек отпустил писца и насколько мог быстро зашагал к ректорату. Происходящее магу не нравилось.

В кабинете, помимо Макса Пераника, находились двое. Один лет пятидесяти, властный, на вид суровый, смахивающий на старого вояку, но одетый, как вельможа, второй – мальчишка, внешностью похожий на старшего. Отец и сын, решил Дерек и слегка удивился, когда они оба уставились на него не то в восхищении, не то в недоумении, не то в некотором страхе.

- Профессор Лэннимер, - церемонно представил друга ректор и назвал гостей: - князь Ральф Бейши и его младший сын Рихард. Дерек, присаживайтесь: у князя есть к вам предложение. Я вас оставлю, господа.

Он вышел. За ним, повинуясь взгляду отца, кабинет покинул княжич.

Лэннимер сел в кресло.

- Я слышал, у вас нет ноги, - заговорил князь гулким и очень низким голосом. – Стало быть, слухи лгут?

- Отнюдь, ваша светлость, - добавив в голос толику светской любезности, возразил Дерек. – Ее действительно нет. Ниже колена.

- Несчастный случай? – спросил Ральф Бейши с любопытством, но без участия.

Мог бы выяснить, это легко сделать.

- Полагаю, в результате счастливого случая ногу не потеряешь, - сказал Лэннимер, который с вышестоящими всегда держался свободно. - Что вы хотели мне предложить?

- Сразу к делу? Превосходно, - громыхнул Ральф. – Итак, я хочу предложить вам работу.

Лэннимер догадался, к чему он клонит, но спокойно ответил:

- У меня есть работа.

- Вы не хотите стать придворным магом? – в лоб спросил князь Ральф.

Дерек несколько секунд разглядывал его. Точно вояка. Говорит прямо, без уверток, в каждой фразе интонации приказа, бросает слова коротко, как клинком рубит.

- Нет, благодарю, - отозвался маг, не удержался и добавил: - я уже этого накушался.

- Жа-а-аль, - с досадой процедил князь. Спохватившись, сказал: - быть может, вы назовете свои условия? Я готов принять их во внимание.

Он не был похож на своего предшественника ни по облику, ни по манере держаться, ни по манере разговора, и нравился Дереку куда больше Нурмена. Но должность придворного мага Лэннимера не соблазняла даже на своих условиях.

Отрицательно покачав головой, Дерек повторил:

- Извините, ваша светлость. Вынужден отказать.

- Мне рекомендовали вас знающие люди, - проговорил князь. – Говорили, вы один из лучших.

- Польщен, - сказал Лэннимер, прикидывая, с кем Ральф советовался насчет кандидата в придворные волшебники. – Если вам нужен маг, ваша светлость, возьмите Маркуса.

- Староват, - буркнул Ральф.

Значит, он рассматривал этот вариант.

- Подождите выпуска, - пожал плечами Дерек. – В следующем году Академию закончит Итан Карстен; он способный парень.

Ральф Бейши тяжело вздохнул.

- Вы упрямы, профессор Лэннимер, - констатировал он. – Что ж, подожду следующего года. Ха! – внезапно коротко рассмеялся князь. – В этом году, значит, способных нет?

- Есть, но не того уровня, - отозвался Дерек. – Я могу идти?

- У меня к вам просьба, - Ральф постучал по столу крепкими пальцами. – Вы только что видели моего младшего сына, он начнет учиться в Академии с сентября. Сможете заниматься с ним лично? За деньгами дело не станет.

- Я преподаю на старших курсах, - Дерек терпеть не мог такие просьбы.

- Хорошо спрятанный отказ, - кивнул князь Ральф и неторопливо, тщательно подбирая слова, проговорил: – Лэннимер, вам никогда не приходилось впоследствии жалеть о своем несогласии?

Губы мага тронула нехорошая улыбка, от которой повоевавший и много повидавший Ральф ощутил холодок в затылке. Словно не губы улыбнулись, а тонкая змейка изогнулась на лице собеседника. Дерек подался вперед.

- Хотите заставить меня пожалеть? – тихо спросил он.

Ральфу стоило большого труда не отодвинуться. Он имел обыкновение прислушиваться к слухам и знал, что смерть Нурмена и еще нескольких человек – смутная, до конца непонятная, туманная история, связанная с черной стороной волшебства, а кое-кто говаривал, что Лэннимер причастен к этим убийствам. Вот только доказательств его причастности не нашлось.

- Я задал вопрос, в котором не содержалось намеков, - князю удалось сохранить невозмутимый вид.

Дерек выпрямился, но тонкую, злую улыбку не убрал.

- Значит, мне показалось, - проговорил он. – Я опаздываю на лекцию, ваша светлость.

Князь помедлил. Разговор с этим человеком прошел не так, как представлялось Ральфу перед встречей. Он начал понимать, кем является Дерек Лэннимер, и князь подосадовал, что заранее не разузнал о нем больше. Поспешил; следовало выбрать другую тактику. Чересчур самостоятелен и независим, подумал князь, атака в лоб была ошибкой.

- Вы отлично умеете ладить с правителями, - заметил Ральф. – Что ж, ступайте.

Поклонившись, Лэннимер ушел.

Князь поднялся и сказал вошедшему ректору:

- Как вы с ним общаетесь? Тяжелый человек.

- Поставьте себя на его место, ваша светлость, - у Пераника хватало смелости заступаться за друзей и коллег перед князем. – Калека, семь лет проживший в нищете… Вы ждете от него любви к ближнему?

Ральф Бейши засмеялся.

- А вы, ректор, молодец. Своих в обиду не даете – мне это по душе, клянусь всеми святыми! - он подал Максу руку. – Будем друзьями.

Глава 3. Лошадник и маг

Поначалу Дерек думал добраться до Рейвиса дилижансом, затем изменил намерения. Возможно, в городе и окрестностях придется много ездить, понадобится конь. Покупать лошадь, которую скоро придется продавать, Лэннимер не хотел. Одолжить бы коня, но у кого? Конрад уехал в Рейвис на своей кобыле, Макс Пераник держал упряжного жеребца, под седлом не ходившего.

Поразмыслив, Лэннимер отправился в ратушу.

- У тебя хватает совести являться ко мне? – не поздоровавшись, сердито возгласил Алистер Меррик.

- У твоих помощников тоже хватает совести являться ко мне, - парировал Дерек. – Кстати, добрый день, Алистер.

- С той минуты, как ты переступил порог, он не такой и добрый, - проворчал главный княжеский дознаватель. Потом буркнул: - здравствуй, Дерек.

Меррик сидел за столом в кабинете, Лэннимер стоял перед ним, изо всех сил стараясь сохранить смиренный и виноватый вид. Зная его, Алистер такому выражению не верил ни на грош.

- Садись, - кивнул на стул Меррик.

Дерек сел.

- Алистер, я по делу, - сказал он. – Мне нужна лошадь на время.

- Купи, - Меррик демонстративно уткнулся в бумаги.

- Я сказал: «На время», - повысил голос Лэннимер. – Дознаватели имеют право брать казенных лошадей для поездок.

Алистер подпер кулаком щеку, пристально посмотрел на собеседника и ехидно спросил:

- С каких это пор ты стал дознавателем?

- А мы с тобой вместе никогда не работали? – отозвался Лэннимер. – И потом, лошадь мне нужна для поездки по вашим делам, не по моим.

Меррик понял.

- В Рейвис?

- Точное попадание, - одобрительно кивнул Дерек.

- Хелмир мог и предупредить, - сказал Меррик и, придвинув лист бумаги, быстро набросал несколько строк. Затем расписался.

- Возьми, отдашь старшему конюху, - протянул он бумагу Дереку. – И прими к сведению, - Алистер помедлил, - что действовать следует мягко, если вдруг что-то обнаружите. Скорее всего, дело со скачками – мелочь, пустяк, и там всё чисто. Но есть и другая вероятность, поскольку речь идет об очень больших деньгах.

- Почему ты дал это дело Хелмиру? – поинтересовался Дерек, пряча бумагу в карман.

- Пусть набирается опыта, - ответил Меррик.

- Я говорил с Пераником насчет консультирования службы дознавателей, он не против, - сообщил Лэннимер, с любопытством ожидая реакции.

- Давно пора, - сказал Меррик. – Ступай, тебе надо собраться.

Алистер смотрел, как былой друг, прихрамывая, идет к выходу. Не выдержал:

- Как нога?

- Побаливает, - ответил Дерек. Он открыл дверь, обернулся и сказал: - cпасибо, Алистер.

Дознаватель сдвинул брови. Дверь за Дереком давно закрылась, когда Меррик, вдруг сообразив что-то, изумленно выпалил в пустоту:

- Постой, как ты поедешь верхом?!

***

Старший конюх, разобрав почерк Меррика, почесал в затылке. За его спиной простирался ряд пустых денников, но из глубины конюшни доносился хруст сена.

- Один остался, - ткнул пальцем конюх куда-то вдаль. – Всех разобрали, - извиняющимся тоном добавил он.

- Выведи, - сказал Дерек. – Я посмотрю.

Конюх затоптался на месте. Он не знал человека, стоящего перед ним, но заметил, что тот хромает. Не собирается ли хромой сесть на единственного оставшегося жеребца, которого дознаватели не рисковали брать? Лэннимер что-то почувствовал.

- Конь с норовом? - спросил он и, не дождавшись ответа, добавил: – ничего. Выводи.

- Как знаете, - сказал конюх с облегчением, снимая с себя ответственность. – Вам придется подождать, пока его почистят и соберут.

Лэннимер кивнул и опустился на скамью у стены конюшни. Дерево было теплым, нагретым на солнце, день выдался почти летний. Впрочем, до лета оставалась всего неделя, и до конца августа Дерек будет свободен. Отпуская его, Пераник сказал: «В этом году ты не особенно зверствовал, всего шесть отчислений и три пересдачи». Зато в прошлом году благодаря профессору Лэннимеру из Академии вылетело два десятка студентов, Макс схватился за голову. Тем не менее, в дела Дерека ректор не вмешивался и других отговорил. Декан факультета целителей, Аделина Ланди, хмурилась поначалу, однако, посидев на лекциях нового преподавателя, пришла в восторг. Она поняла Лэннимера – тот искренне хотел научить студентов, хотел, чтобы те знали его предметы. Он великолепно объяснял, но и спрашивал строго. Дерека побаивались, его предметы штудировали старательно даже целители, у которых он вел отнюдь не основную дисциплину.

…По дощатому полу конюшни простучали копыта, и из дверей на рысях вылетел золотисто-гнедой конь сказочной красоты. Освещенный солнцем, он казался сияющим.

Конюх остановил его. Лошадь приплясывала, всхрапывала, грызла железо. Поднявшись, Дерек залюбовался этим чудом.

- До чего хорош! – вырвалось у мага.

Удерживая коня, конюх кое-как опустил поднятые к крыльям седла стремена.

Лэннимер окинул красавца взглядом, шагнул к нему и, взявшись за луку, одним движением оказался в седле. Перехватил поводья. Конюх отскочил.

Жеребец попытался встать на свечу, но всадник моментально привел его в чувство. Конь оказался неплохо выезжен, шенкелей и повода слушался прекрасно. Дерек чувствовал силу и энергию коня и подивился, что его никто не рискнул взять. Всё понял он потом, когда вечером возвращался из полей на уставшем и смирном Фельсе – так звали гнедого.

В городе, где упряжная лошадь была одна на десять дворов, немногие хорошо ездили верхом. Да и те, кто более или менее держался в седле, предпочитали смирных коней. Неплохо справлялись с горячими скакунами конные лучники – их учили серьезно, но их насчитывалось всего сотни три. Дерек же имел дело с лошадьми столько, сколько помнил себя. Он не рассказывал, что отец его матери, Юджин Крайтон, выращивал, выезжал и продавал лошадей. Впрочем, Дерек никогда не говорил о своем детстве, и тот же Конрад искренне удивился бы, узнав, какое будущее прочил его другу дед.

***

- Отец, я больше так не могла! Понимаешь ты, не могла! Вечный запах навоза и конского пота, вечные разговоры о лошадях, лошадях и еще раз лошадях! Постоянные торги, барышники, Бог знает, что за люди. Я так радовалась, что вышла замуж за Фредерика. Я хотела жить в городе, а не в твоей глуши.

Эту идущую от сердца тираду матери Дерек помнил до сих пор. Он не понял тогда почти ничего: ему было пять лет, и он был напуган. Мальчик впервые видел мать в таком состоянии, а деда воспринимал как малознакомого человека, инстинктивно его опасаясь.

Юджин Крайтон молча курил трубку. Отец и дочь стояли друг против друга, Дерек – рядом с дедом, тот, наклонившись, придерживал внука за плечо.

- Ты ни разу не навестил меня, не спросил, как я живу. Потом ты сваливаешься, как снег на голову, и увозишь моего сына! Учти, без него я не уеду.

- Тогда живи тут, - выдохнув дым, ответил Юджин.

София Лэннимер посмотрела отцу в глаза.

- Я напишу жалобу дознавателю, - в ее голосе, который вдруг сделался негромким, прозвучала угроза.

- Пиши; мы с ним вместе посмеемся, - цинично ответил Крайтон.

Не так давно он продал дознавателю серую в яблоках пару по цене одной лошади. Дед умел ладить с нужными людьми.

- Верни сына, - тихо, но настойчиво потребовала София.

- Еще чего! – Юджин затянулся, выпустил тонкую струйку дыма. – Парень останется со мной, - его пальцы на плече Дерека сжались и окаменели. Мальчику стало больно, но он молча терпел. – Чему его научит твой Фредерик? Серебро взвешивать? Хе, он с золотом ни разу не работал; серебро – его предел.

Отец Дерека был ювелиром.

- А чему его научишь ты? – София сделала шаг к отцу. – Пьянствовать, курить и носиться верхом сломя голову? Ты свел в могилу мать своими выходками, а теперь хочешь убить внука?

Пальцы на плече ребенка дрогнули, хватка ослабла. Удар был нанесен сильный и меткий, Юджин сменил тон.

- Оставь его мне, - попросил он.

- Ни за что! – чувствуя победу, раздельно произнесла София. – Дерек, иди ко мне, сынок.

- Подожди, - впервые Крайтон обратился к внуку, и дернувшийся мальчик остановился. Юджин посмотрел на дочь. – Оставь его у меня на лето. Пожалуйста.

Перегибать палку не следовало – София хорошо знала отца. Надлежало немного уступить. Она сделала вид, что задумалась, затем кивнула.

- Только на лето, - сказала она. – В начале сентября привезешь его обратно.

В конечном итоге выходка деда и решение матери спасли Дереку жизнь.

***

Фельс оказался славным конем, чересчур горячим, но славным. Ему просто надо было дать выбегаться, израсходовать излишки энергии, и Дерек погонял его в полях. Чудесный конек, сильный, маневренный, крутые повороты на галопе проходил так, что всадник едва не касался коленом земли. Протез, конечно, сковывал движения всадника, однако Лэннимер не зря тренировался на смирной кобылке Конрада, отсутствие ноги не очень мешало, удавалось действовать шенкелем, а вот левое стремя Дерек изредка терял, не чувствуя его.

Ведь я думал, что никогда не сяду верхом, удивился Лэннимер, заводя Фельса в сарай, а вон как всё повернулось. Он развернул над сараем тонкий купол магической защиты, чтобы конь не почуял волков, которые придут с темнотой. Совершенно лишнее, если Фельс изнервничается перед дорогой.

Бросив лошади сена, Дерек тщательно осмотрел сбрую, любезно выделенную конюхом. Седло было неплохое, зато к узде требовался новый повод, а еще недоуздок и запасная подпруга бы не помешала. Значит, завтра придется навестить шорника. Так, что еще? Припасы в дорогу, овса для Фельса. Потратить утро на изучение карт – это Дерек делал отлично; у него имелся свой магический способ. В Академии много бы дали за его секрет, как и за раскрытие тайны Портала Лэннимера.

***

- Хозяин, беда!

Запыхавшийся работник Юджина вбежал в конюшню.

- В городе чума.

Крайтон не сразу осознал смысл слов, а работник торопливо продолжал:

- Заставы на дорогах, никого не впускают, не выпускают…

- А, демоны! – побледнев, Юджин швырнул на пол щетку и скребок, метнулся к деннику самого резвого своего рысака. Гаркнул застывшим работникам: - Чего стоите? Выкатывайте экипаж! Дерек, красную шлею тащи, быстро!

В мгновение ока коня запрягли, и Крайтон, как был, в рабочей одежде, помчался в город.

Вернулся он через неделю, почерневший, заросший щетиной. Встретившего его на повороте внука посадил рядом с собой на козлы, долго молчал, потом бросил вожжи и впервые обнял Дерека. По его объятию, по редким слезам на щеках мальчик понял всё и разревелся сам.

***

Лэннимер проснулся позже обычного. Вообще ему хватало для сна четырех-пяти часов, однако накануне он устал, пока гонял Фельса, и потому проспал гораздо дольше. Отвыкшие от нагрузок мышцы ныли и болели. Не без труда Дерек сходил к колодцу за свежей водой, напоил коня и бросил ему сена, растопил печь, а пока она нагревалась, расстелил на столе карты.

При Академии была отличная библиотека, а картографическим отделом ректор гордился. Необходимость составления карт поняли давно, и со временем в княжестве появились отменные картографы, составлявшие изумительно точные планы местности. Все эти карты хранились в библиотеке. Когда Дерек занимал должность придворного мага, ему приходилось много ездить по княжеству и сопредельным странам. Карты были незаменимы. Он часто пользовался ими; с некоторых, весьма подробных, у него имелись копии. Одна такая копия, сделанная писцами Академии, показывала детальный путь из Айбора в Рейвис. Но Лэннимер хотел представить дорогу, видеть ее своими глазами, запомнить на всю жизнь.

- Разметка, - негромко приказал он, и тотчас на карте появились линии, поделив ее на равные квадраты. Вспыхнули и загорелись буквы «С», «Ю», «З», «В», показывающие стороны света. – Расстояние между селениями до одной мили, - заклинание работало медленно: Дерек давно не применял его. Тем не менее, цифры послушно всплывали вначале над главными дорогами, затем над проселочными, наконец, над неприметными тропами. – Теперь названия деревень покрупнее. Всего четыре деревни? А это что? – Дерек ткнул пальцем в карту. – Квадрат восьмой. Объем.

Далее произошло то, чему изумились бы и видавшие виды маги, поскольку эти чары изобрел Лэннимера, и он никому их не показывал.

Квадрат карты с водянистой восьмеркой вдруг поднялся вверх, на уровень глаз Дерека, расширился, развернулся, принимая объемность. Крохотные, высотой с палец деревья, обступили пять небольших домиков. Угадывалось движение воды в узкой речке, которая вращала мельничное колесо. Один дом стоял у дороги, другие цепью растянулись до мельницы.

- Хутор, что ли? – вслух размышлял маг. – Название!

Спустя минуту над селением проступили бледные буквы: «Нет названия». Похоже, просто хуторок близ Рейвиса, стоит у тракта. Так, вот торная дорога из ближайшего поселка, значит, оттуда, а может, и из городских предместий, на мельницу возят зерно.

- Название реки! – скомандовал маг. – Ага, - увидел он. – Ты у нас Тайя и течешь через Рейвис. Ясно. Поехали дальше; квадрат седьмой…

Как Дерек и полагал, изучение карты заняло целое утро. Зато он прекрасно выучил местность от Айбора до Рейвиса, мог доехать с закрытыми глазами. Смущал его последний перегон: по времени выходило, что в крупный поселок перед Рейвисом, Синие Озерки, где был трактир, он приедет рано, часов в шесть вечера. От Озерков до Рейвиса – шесть часов пути. Темнело около одиннадцати. Стало быть, час придется ехать в полной темноте. Либо надо будет заночевать в Озерках.

Лучше переночевать, подумал Дерек, ничего страшного, встану пораньше.

Решив так, он пообедал, съездил к шорнику, купил сбрую, купил припасы и подготовил всё, чтобы выехать с утра. Карту на всякий случай взял с собой.

***

- Ну-ка, покажи мне это еще раз, - заинтересовался Юджин.

Вода из бочки фонтаном взмыла вверх, переливаясь радугой на солнце, повисела в воздухе и снова обрушилась в бочку, облив Крайтону сапоги. Дерек тяжело дышал.

- Прости, дед, - выговорил он.

- Демоны и преисподняя, как ты это делаешь?! – изумленный Крайтон посмотрел на внука.

Дерек почесал в затылке.

- Не знаю, - честно ответил он.

Странности за внуком Юджин замечал давно. Вот хотя бы то, что он делал с водой. Или как он разжигал огонь без помощи кремня и кресала. Или как внезапно посреди двора вырастали призрачные деревья и кусты, каких не бывает в природе. Крайтон прекрасно понимал: внук – маг. Знал старый лошадник и про Академию, но отправлять туда Дерека не собирался. Ему нужен был преемник, а Дерек любил лошадей, в одиннадцать лет неплохо разбирался в них и многое умел.

Однако судьба, которая будто играла с Дереком всю его жизнь, явила свой очередной каприз в лице тогдашнего ректора Академии, предшественника Торвилля. Он приехал в конце августа покупать лошадь, и Дерек с любопытством наблюдал за высоким стариком, выходящим из экипажа. В этом старике он почувствовал необычную, притягивающую силу, что-то родственное, точно приехал хорошо знакомый или близкий человек.

В свою очередь ректор ощутил невероятную магическую мощь и удивился. Энергетические потоки, откуда черпали силу волшебники, здесь были слабые, почти незаметные, а в этом источнике бушевала энергия. Ректор повернулся и увидел стоящего у угла конюшни мальчика.

- Крайтон, кто это? – кивнул он подошедшему Юджину.

Тот никогда не спешил к покупателю, кем бы он ни был.

- Где? – прищурившись, Крайтон проследил за направлением его взгляда. – Это мой внук, Дерек.

- Твой внук?! – изумился ректор.

- По-вашему, у меня не может быть внука? – ухмыльнулся Юджин и, вынув из нагрудного кармана рубашки трубку, принялся ее набивать. – Вы пройдете в дом или будем стоять здесь?

Маг опомнился.

- Да, пройдем в дом. Поговорим, – сказал он, выделив голосом последнее слово.

***

Проснувшись рано, до света, Лэннимер напоил и накормил коня, а пока тот ел, собрал вещи. Свернутые в небольшой вьюк и притороченные к задней луке седла, они занимали мало места и не мешали. Плащ Дерек брать не стал, понадеявшись на кожаную куртку с капюшоном. Припасы он приготовил с вечера, уложив в переметные сумы.

Последний раз он собирался в поездку девять лет назад. В ту самую злополучную поездку, результат которой сломал ему жизнь. Лия, помнится, всегда ворчала, что муж прекрасно обходится без помощи слуг, что кормит, чистит и собирает коня, увязывает вещи всегда только сам. А перед той поездкой Дерек и Лия все-таки разругались, несмотря на твердокаменное терпение и выдержку Лэннимера.

Почему-то вспомнилось именно это, хотя первую жену Дерек искренне старался забыть. В который раз он убедился, что иметь прекрасную память хорошо не всегда, поскольку сейчас маг припоминал сварливые интонации в голосе Лии, ее раздраженное лицо, злой взгляд, и снова пережил ту ссору.

Лия настолько не понимала мужа, что любые попытки Лэннимера объяснить свои действия, ход мыслей наталкивались на неодолимую преграду, сложенную из затверженных истин, что внушила Лие ее семья. Дерек вел себя отнюдь не сообразно со своим положением и должностью княжеского мага – это удивляло и смущало Лию, а позже стало ее раздражать и злить. В ее голове не укладывалось подобное несоответствие; втайне она думала, что муж, даже став признанным и известным волшебником, не поднялся над средой ремесленников, откуда вышел. Отлично понимая ситуацию, Дерек поступал по-своему, но стараясь сохранить мир в семье. Это ему долго удавалось: он был по натуре сдержан, да и Лия, поворчав, быстро отходила. В конце концов, у нее было то, к чему она стремилась: положение, деньги, жизнь в столице, и это дал Дерек, поскольку семья ее, хотя и дворянская, жила в далекой провинции, в одном из немногих уцелевших замков, некогда служивших сторожевыми укреплениями на границе со Стефберией. Кроме того, отец Лии, человек небогатый, был прижимист и скуп, а муж позволял ей жить на широкую ногу. Правда, что-то мешало Лие развернуться: возможно, поведение самого Дерека, не любившего ничего лишнего в доме, признававшего из слуг только необходимых.

Юджину Лия не понравилась сразу. Он ничего не сказал поначалу, но по взгляду, по поджатым губам Дерек это сразу понял, однако не придал значения, думая, что дед попросту сердит. И лишь после свадьбы Крайтон буркнул:

- Я думал, ты лучше разбираешься в людях.

***

Воспоминания пришли неожиданно для самого мага. Он гнал их, но они возвращались – яркие, четкие, предельно неприятные. А неторопливый, мерный шаг коня способствовал раздумьям. Сев верхом, Дерек не стал торопить Фельса, и гнедой не спеша вывез всадника в поля. Остался позади город, который маг не покидал девять лет. Он удивился, осознав этот факт, и обернулся, чтобы посмотреть на Айбор. Окраины утопали в сирени; тянуло печным дымом и ароматом цветов. Далеко поблескивал в первых солнечных лучах шпиль на башне Академии. Красные черепичные крыши с застывшими в безветрии флюгерами островами всплывали в море молодой листвы. Город был построен на озерных террасах; он словно бы длинными неровными ступенями спускался вниз, к далекому, не видимому отсюда озеру.

Дерек несильно толкнул каблуками коня. Фельс прибавил, попрашивая повода, закосил веселым коричневым глазом. Гриву ему специально подстригли, чтобы лучше смотрелись могучая широкая шея и длинный крутой затылок, челку состригли напрочь, что гнедому красавцу тоже шло. Лэннимер отдал ему повод, и Фельс пошел мерной рысцой по дороге, которая разделяла два луга и шла по опушке леса. Прямой путь на Рейвис.

Побывав во многих городах княжества, Дерек близко не подъезжал к этому городу. Ни по работе, ни по личным делам повода посетить Рейвис не возникало. Скоро этот пробел я заполню, подумал маг, впрочем, вряд ли Рейвис сильно отличается от других городов. Говорили, правда, что в нем есть необычайно красивый парк перед ратушей, с бронзовыми фигурами зверей – как обычных, так и тех, о которых Лэннимер рассказывал студентам. Интересно будет взглянуть.

***

- Останешься в столице? – недовольно спросил Крайтон.

Дерек чистил лошадь у коновязи, Юджин сидел рядом на пеньке, курил и хмуро поглядывал на шестнадцатилетнего внука.

- Дед, мне интереснее заниматься магией, чем лошадьми, - отозвался Дерек. – Ты уж извини.

Крайтон сплюнул.

- Ну и дурак, - резюмировал он. – Магов развелось, что мух летом, а понимающие лошадники наперечет.

Дерек фыркнул, поддернул закатанный рукав рубахи выше. Крайтон залюбовался руками внука – не руки, а рычаги: сильные, длинные, и мышцы, как канаты. За последний год парень развернулся в плечах, повзрослел, вырос, став на голову выше деда.

- Не переживай, - услышал Юджин. – Хороших волшебников меньше, чем хороших лошадников.

Хотя Крайтон делал вид, что учеба внука его не интересует, он был в курсе успехов Дерека. И радовался им, гордясь внуком, и огорчался, понимая, что парень выберет магию, а не лошадей. Так и вышло.

- И куда ты после учебы? – спросил Юджин.

- Вариантов много, - Лэннимер прошелся щеткой по рыжему крупу, снимая склейки. – Но мне хотелось бы заняться порталами. Знаешь, мне кажется, я нашел новый способ перехода. Надо бы над этим хорошо поработать, - он улыбнулся. – Может, прославлюсь.

Крайтон не совсем понял внука, но кивнул.

- Ладно, - вздохнул он. – Деньгами я тебе помогу, в случае чего.

Скрывая ухмылку, Дерек опустил голову.

Поначалу дед вообще не давал ему денег, надеясь, что внук бросит учебу и вернется. Это младшекурсники жили при Академии бесплатно, а с пятнадцати лет, с совершеннолетия, студенты снимали жилье в городе. Лэннимеру сильно повезло: его взяли в Академию одиннадцатилетним – как выразился ректор, «ввиду особого дарования», остальные начинали учиться с тринадцати. То есть, два лишних года Дерек жил за счет Академии. Затем, предвидя денежные затруднения, нашел подработку, так что письмо деда с фразой «денег не жди» не особо расстроило внука. Крайтон такой реакции не ждал и, получив очень ядовитый ответ, нагрянул сам.

К тому времени ректором стал Рем Торвилль, к нему и пришел Юджин поговорить о судьбе внука. Забавно, но именно Торвилль тогда прочил Дереку блестящее будущее: Рем сам был хорошим магом и видел, какие силы заложены в мальчишке. В разговоре прозвучал намек, смягчивший Крайтона, намек на должность придворного мага. Если бы только Юджин знал, чем всё обернется…

***

От лесных звуков Лэннимер отвык и с наслаждением прислушивался к птичьим переговорам. Громче всех разорялся черный дрозд; вскоре маг разглядел его, сидящего на ветке сосны. Дрозд нисколько не испугался всадника, хотя Дерек проехал рядом. Фельс рысил по дороге между колеями, оставленными тележными колесами. Навстречу никто не попадался – то ли было рано, то ли люди пользовались другой дорогой. Зато дважды Дерека обгоняли скачущие галопом гонцы. Один в небесно-голубом кафтане, с синим городским гербом – служба дознавателей, второй – в красном, с вышитым почтовым рожком. Этот вез у седла две объемистые сумки.

Почта была заведена лет двести назад и действовала исправно, связь между городами и деревнями установилась прочная. Во многих селениях устроили специальные дворы для почтальонов, где они меняли лошадей и отдыхали. На картах эти дворы отмечались обязательно. Отправлялись и почтовые дилижансы.

Мальчишкой Лэннимер познакомился с несколькими почтальонами своего возраста. Приезжая летом домой, Дерек потихоньку от деда, а те потихоньку от начальства, устраивали скачки на участке дороги неподалеку от дома Крайтона. Поскольку лошади у Юджина всегда были отличные, резвые и выносливые, Дерек, как правило, приходил первым, пока дед, не узнав об этом, не отвесил ему смачный подзатыльник. Скачки пришлось прекратить.

***

- Твой внук должен учиться в Академии, - безапелляционно заявил ректор. – Исключительная сила, я таких доселе не встречал.

Крайтон досадливо закряхтел, принялся раскуривать трубку. Дерек бесшумно подкрался к дому и встал у окна. Он хорошо слышал разговор, но боялся упустить хоть слово, тем более, что распрягавший коня кучер ректора громко переговаривался с работниками деда.

- Ему только одиннадцать, - проворчал Юджин.

- Значит, закончит не в девятнадцать, а в семнадцать, - заключил ректор. – Боже мой, Крайтон, я бы на твоем месте не сомневался!

- Ну-у-у-у, - протянул Юджин, - вы не на моем месте.

- По закону я имею право любого подростка с магическими способностями брать в Академию без согласия родителей, - голос ректора стал глуше, и Дерек вплотную прижался к стене, оказавшись под окном. Окна были высоко, парень не пригибался.

Крайтон нехотя процедил:

- А его согласие? Может, он сам не захочет…

«Хочу!», - едва не ляпнул вслух Дерек. Вовремя сдержался и похолодел, поняв, что чуть не выдал себя. За подслушивание попало бы сильно.

- За всю историю Академии учиться отказался один человек, и тот впоследствии передумал, - хмыкнул ректор. – Этот человек сидит перед тобой, Крайтон.

Снова молчание.

- Эх, - вздохнул Юджин и с сожалением проговорил: – а ведь день так хорошо начинался.

***

Лэннимер перевел коня на шаг. О деле бы поразмыслить, усмехнулся маг, а в голову лезет всякая всячина. Дед вот вспомнился, давно он на память не приходил, не то мысли занимало. Теперь, на свободном времени, то одно припомнится, то другое. Впомнилась и последняя встреча, когда Крайтон приехал к внуку незадолго до своей смерти. Покосился на перевязанную после боя с гаргульей руку Дерека и пробурчал:

- Бросай ты это занятие. В самое пекло пихают тебя – без башки останешься.

Тогда Дерек, торжествовавший победу, отшутился, но позже подумал, что дед, лучше зная жизнь и людей, оказался почти прав.

Глава 4. В "Совином дупле"

Поездка складывалась неудачно. Для начала Дерек попал в гостиницу, где ему выделили комнату, по размерам больше напоминавшую гроб. Кроме кровати, в ней ничего не помещалось, а скос крыши – комната располагалась под крышей – мешал выпрямиться во весь рост. В конце концов, Лэннимер спокойно смотрел на неудобства, но за тонкой перегородкой на ночь остановилась молодая пара. Понятно, чем они стали заниматься, едва легли. К этому процессу Дерек всегда относился с одобрением и пониманием, однако стенка оказалась настолько тонкой и хлипкой, что примерно через четверть часа маг стал серьезно опасаться завершения процесса у себя в комнате. Хотя заклятие наполовину снизило шум, выспаться Дереку не удалось.

Затем выяснилось, что Фельс потерял подкову. Подковать Дерек мог сам, но ни подков, ни гвоздей, ни инструментов он, конечно, не прихватил, поэтому пришлось искать коваля. А тот, как назло, больше болтал, чем делал. За два дня не доберусь, сумрачно подумал Лэннимер, наблюдая за его работой.

Третья неудача поджидала мага в Синих Озерках, где он планировал остановиться на вторую ночь. Единственный трактир оказался набитым, что называется, под завязку. Дерек попытался найти ночлег у кого-нибудь из местных – напрасно. В первом же доме ему честно ответили, что у них договор с хозяином трактира. Снимать комнату можно было только там. Не помогли и намеки насчет хорошей оплаты. Лэннимер подумывал переночевать за деревней, в поле, но почувствовал, что этого делать не стоит: издалека ползла дождевая туча. Ее нельзя было увидеть, только ощутить, а такой маг, как Дерек, непогоду чуял загодя. Он попробовал сменить направление ветра, чтобы дождь прошел стороной, однако ветер дул на протяжении добрых полтысячи миль – с такой мощью Лэннимер справиться не смог. Теперь оставалось попробовать добраться до Рейвиса - до темноты не успеть, хотя бы до дождя.

Дерек погнал коня. Фельс бежал с удовольствием, стремительной размашистой рысью. Кто его выезжал, Лэннимер не знал, но хотел бы поблагодарить этого человека, потому что немногие рысаки могли похвалиться такой плавной и быстрой рысью. Он не сбивался на галоп, шел резвыми ровными махами. Вероятно, Фельса готовили для упряжки, а потом, по неизвестным причинам, определили его под седло. Крепкий, резвый, с хорошим дыханием конек – не выкупить ли его?

Ветер становился крепче, и Дерек чувствовал приближающийся дождь. Туча подходила вместе с темнотой, но темнота наступала быстрее. Сумерки длились не дольше получаса, затем сразу обрушилась беспросветная ночь. Конь пошел шагом, а всадник тщетно пытался что-то разглядеть впереди. Ориентиром по бокам дороги служили деревья. Ехали бы мы полем, давно бы сбились с пути, подумал Дерек и мысленно проклял трактир в Синих Озерках. Больше всего магу хотелось отстегнуть протез, лечь и заснуть. Он вымотался. К тому же постоянно пробовал задержать приближение дождя, что также отнимало силы.

Когда далеко впереди забрезжил слабый огонек, Дерек поначалу решил, что это ему кажется. Однако с каждым пройденным шагом огонек становился все ярче, все реальнее и наконец, выяснилось – фонарь. Он освещал часть стены, часть навеса и дверную ручку. Дом! Фельс сам пошел быстрее.

Залаяла собака, и Лэннимер разглядел некрупную черную дворняжку, сидевшую на крыльце под фонарем. Не вставая, она приветливо мельтешила хвостом, а тявканье ее было веселым и призывным одновременно. В ответ на ее лай распахнулась дверь, и прямоугольник желтого света лег на ступени.

- Тихо там! – послышался из дома женский голос.

Собака на миг замолчала, потом неуверенно тявкнула пару раз. Дерек подъехал к крыльцу, остановил коня и осмотрелся. Под фонарем оказалась белая вывеска «Совиное дупло», а под надписью несколькими умелыми мазками черной краской нарисовали такую уморительную сову, что Лэннимер, несмотря на усталость, засмеялся.

- Хозяйка, – негромко позвал он.

- Минуту! – в доме что-то несколько раз брякнуло – похоже, на полки укладывалась посуда – затем, вытирая руки о вышитый передник, на крыльцо торопливо вышла молодая женщина, высокая, русоволосая, и весело прищурилась на гостя. Настроение Дерека улучшилось.

- Я… - начал было он, однако его прервали.

- Входите, скоро начнется дождь, - с мягким, протяжным южным выговором сказала хозяйка. Непривычное ухо не сразу восприняло ее слова, тем более, слово «дождь» она произнесла как «дошч». У кого-то Лэннимер слышал подобный акцент, причем совсем недавно слышал.

- Коня бы определить, - спешившись, попросил маг.

- У нас крытая коновязь, - на миг призадумалась хозяйка. – Здесь не гостиница … - она посмотрела на гостя. – Хотя пойшли! – последнее слово она произнесла именно так.

Взяв фонарь, она привела гостя за дом, где оказалась небольшая конюшня. Дерек увидел две высунувшиеся из денников лошадиные морды, а напротив – здоровенную козлиную. Хозяйка мигом поставила одну лошадь к другой, приговаривая: «Ничего, ничего, постоишь с маманей», и Дерек ввел Фельса в освободившийся денник. Пока хозяйка задавала гнедому сена, Лэннимер развесил сбрую. Он сдерживал дождь, не давая ему начаться, на это уходили последние силы.

- Всё! – бросила хозяйка и, подхватив фонарь, побежала к дому.

Дерек поторопился за ней. Едва они поднялись на крыльцо, как хлестанул ливень – Лэннимер позволил, наконец, ему пойти.

- Успели, - радостно произнесла женщина, входя в дом.

За ней прошмыгнула собака. Хромая от усталости, маг вошел и поискал глазами стул или скамью. Стульев имелось в достатке, Дерек опустился на первый попавшийся, вытянул ноги и осмотрелся.

Небольшой зальчик с десятком маленьких круглых столиков, стойка у стены. Шкаф с посудой, плита, от которой шло тепло. Буфет, все полки заставлены бутылками с вином. На стенах, обшитых светлыми досками, нарисованы забавные совы, рядом с каждой – горящий масляный светильник. Придорожная харчевня, подумал Дерек и прислушался к глухому шуму дождя за дверьми, вряд ли тут найдется место для ночлега.

Хозяйка тем временем подбросила дров в плиту.

- Что будете кушать? – заботливо спросила она. – Есть уха, мясо с овощами, жареная курица, могу яичницу пожарить на сале.

- Давайте курицу, - сказал Лэннимер и пересел за столик, ближе всего стоящий к стойке. Скатертей на столах не было, но столешницы сияли белизной чистого дерева.

- Подошчите, разогрею, - хозяйка быстро управлялась со сковородками. – В Рейвис едете или в Карог?

Карог, считавшийся пригородом Рейвиса, был расположен на острове в устье реки Тайи, что протекала через город. Два моста соединяли его с Рейвисом.

- В Рейвис, - отозвался маг. – Из Айбора, - предупреждая возможный вопрос, добавил он.

Хозяйка отвернулась от плиты.

- Я заметила герб Айбора на чепраке, - сказала она, накрыла сковороду крышкой и облокотилась на стойку. – Понимаю, что вопрос может не понравиться, но как ваше имя?

Причин скрывать имя маг не видел.

- Дерек, - назвался он.

- Мирья, - представилась хозяйка в ответ, а взгляд ее, ставший пристально-внимательным, задержался на лице собеседника.

Дерек посмотрел вопросительно.

- Скажите, - помедлив, произнесла Мирья, – фамилия ваша, случайно, не Лэннимер?

- Случайно да, - ответил опешивший Дерек, - но я готов под присягой заявить, что прежде вас не видел.

Хозяйка рассмеялась.

- Всё просто. Моя младшая сестра учится в Академии на целителя.

Ах, вот оно что! Дерек вспомнил этот акцент.

- Элейна Хольм, - кивнул он и улыбнулся. – Видимо, много рассказывала?

- Не то слово, - вздохнула Мирья. – Прийехала неделю назад домой, с порога швырнула сумку в угол и заорала: «Я сдала «Основы магии» с первого раза! Я бессмертна!»

Лэннимер захохотал. Целителям он давал поблажки, но все равно они его боялись.

Хозяйка тоже засмеялась. И у нее, и у Дерека возникло чувство, будто они стали чуть ближе друг другу.

- Угощайтесь, - Мирья поставила перед гостем глубокую тарелку, полную нарезанной курицы с аппетитной золотистой корочкой, другую тарелку, с хлебом, и чашу с салатом. – Что будете пить? Вино? Пиво?

- Чай, - Дерек занялся ужином.

Хозяйка удивленно приподняла брови, однако молча поставила чайник на плиту. Исподтишка Мирья разглядывала гостя, по рассказам сестры составив о преподавателе «Основ магии» впечатление, как о суровом, нелюдимом волшебнике, занятом исключительно магией. Ошибочка. Он легко поддержал разговор, хорошо и искренне смеялся. Ну, и думала, что Лэннимер будет постарше. С первого взгляда казалось, что Дереку прилично за сорок: почти седой, уставший какой-то, а уж взгляд… Но если присмотреться, понимаешь – он молодой еще. Сколько ему лет?..

- Тридцать четыре, - прожевав, проговорил Дерек, заставив Мирью вздрогнуть.

- Что?.. – вырвалось у нее.

- Когда женщины так на меня смотрят, они, как правило, думают о моем возрасте, - пояснил Лэннимер, работая ножом и вилкой. – Так вот, мне тридцать четыре. И на всякий случай – я женат. Впрочем, - он подцепил вилкой кусок курицы, - полагаю, кольцо вы заметили.

- А я в разводе, - хмыкнула Мирья.

Дерек глянул на нее.

Хозяйка «Совиного дупла» беззвучно смеялась так, что плечи тряслись. Ей положительно нравился этот волшебник: он говорил то, чего она не ожидала от него. Хотя Мирья помнила рассказ сестры о какой-то мрачной истории, касающейся Лэннимера, истории, в которую были замешаны оборотни, она выбросила его из головы.

- Совсем хорошо, - наевшись, Дерек лениво отодвинул тарелку.

Дремавшая у стойки собака тотчас проснулась. Хозяйка убрала со стола, высыпала довольной псине кости и подала чай, рулет с вареньем и вазочку печенья. Налила чаю и себе.

- Вы позвойлите? – с вновь прорвавшимся южным акцентом сказала она, кивнув на стул у стола Лэннимера.

- Конечно, - с легким удивлением (зачем же спрашивать разрешения?) ответил Дерек. – Да, хотел спросить, почему ваше заведение называется «Совиное дупло»?

- Потому что мы открыты вторую половину дня и всю ночь, - сказала Мирья. – Не поверите, но у нас обычно много ночных посейтителей.

- Поверю, - произнес Дерек. – Вы изумительно готовите.

- Спасибо, - хозяйка снова улыбнулась.

Дождь хлестал по крыше и стенам, бил в стекла двух окон.

- Вот это поливает, - покачала головой Мирья. – До Рейвиса вы не успели бы добраться.

- Я и не планировал, - незаметно для себя маг съел рулет – он таял во рту – и потянулся за печеньем. – Хотел переночевать в Озерках, а трактир оказался полон.

- И я догадываюсь почему, - сообщила Мирья.

- Поделитесь? – спросил Лэннимер.

Как выяснилось, в Синих Озерках жил человек, закончивший в свое время Академию. Маг из него не вышел, но как предсказатель погоды он прославился. Внести изменения в предстоящие погодные условия он не мог, зато предсказывал их безошибочно. И, разумеется, рассказал путешественникам о сегодняшнем ливне, подумал Дерек, потому-то они все остались в трактире.

- Скажите, Мирья, - сам не зная зачем, задал Дерек этот вопрос, - в Рейвисе, в Кароге или здесь, в окрестностях, есть хорошие волшебники?

- Что вы, - ответила хозяйка «Совиного дупла». – Все волшебники, хорошие и не очень, едут в Скалер и Равенское. Там больше платят. А здесь… - Мирья махнула рукой. – Здесь и плохих магов нет.

Ситуация давно складывалась подобным образом: Дерек понимал, как нужны в городах и селах люди, сведущие в магическом искусстве, а выпускники Академии, неважно, удачные или неудачные, действительно, стремились осесть в большом и богатом Равенском либо в портовом шумном Скалере. На худой конец, всеми правдами и неправдами оставались в столице.

- Невесело, - заметил Дерек. – Однако объяснимо.

- Еще чашку? – спросила хозяйка.

Лэннимер кивнул. Спать ему уже не хотелось, хотелось только снять деревяшку, чтобы дать отдых искалеченной ноге.

Наливая чай, Мирья посмотрела на руки гостя. Смущенно сказала:

- У нас с сестрой игра. Когда прийезжал гость, мы старались определить, чем он занимается. Обычно угадывали. А вас, пожалуй, не распознали бы, - она налила чаю себе и села, - у магов руки не такие: белые, гладкие, ухоженные.

Дерек тоже глянул на свои кисти. Ну да, мозоли, шрамы, ссадины, темный загар. Вены начинают выпирать. И ладони широкие, пальцы длинные, ухватистые. Справедливо замечено – это не руки мага.

- Не похож я на волшебника, - признался он. – Если судить по шрамам, так на солдата больше.

- Маги часто погибают? – спросила Мирья.

Эта мысль пришла ей, когда собеседник упомянул солдат.

Лэннимер задумался, глотнул чаю. Он вспоминал погибших и вдруг с тревожным удивлением осознал, что на память пришло много имен. Главным образом, в последние сорок лет маги умирали не своей смертью.

- Часто, - ответил он.

- Почему? – изумилась Мирья.

Дерек потер заросший за два дня щетиной подбородок.

- Слабая подготовка, - начал перечислять он. – Неосторожность. Опасные эксперименты. Либо одна из этих причин, либо две-три сразу. В основном, конечно, погибают молодые, неопытные.

Мирья протянула руку, взялась за пальцы Лэннимера, повернула ладонь тыльной стороной вверх и отодвинула рукав. Провела по старым рубцам.

- Откуда?

- Гаргулья, - кратко ответил маг. – Проворная оказалась.

Хозяйка подняла на него недоуменные глаза.

- Храм святого Иттема?! – воскликнула она. – Там был ты?

Пропустив мимо ушей обращение на «ты», вызванное крайним удивлением, Дерек изумился осведомленности Мирьи.

- Я, - отозвался он настороженно. – Откуда знаешь про храм?

- Отца Клемента помнишь? – расцвела Мирья.

- Еще бы, - кивнул Дерек. – Он всё рассказывал, как был архивариусом при монастыре и как не хотел переходить в храм святого Иттема.

- Он моя дядя, - довольно сообщила хозяйка.

Лэннимер помолчал, хмыкнул и сказал:

- У меня ощущение, что мы с тобой родственники.

- Между пройчим, - без улыбки, тихо, сказала Мирья, - от такого родственника я бы не отказалась.

В этих словах заключался некий намек, скрытый призыв, который Дерек понял, а по влажному блеску глаз хозяйки уверился, что понял правильно. Секунду он колебался, думая, начинать короткую игру, полную недомолвок, догадок и подсказок, или нет. Мирья молчала, опустив длинные темные ресницы, и они погасили предательский блеск. Она ждала реакции.

- Мне пора, - суховато произнес Дерек. – Сколько я должен за ужин?

Хозяйка вздрогнула – она не предвидела такого ответа. С усилием проговорила:

- Ничего не должен, - она посмотрела за окно, в темноту, прислушалась к шуму дождя и, разом придя в себя, сказала: - куда ты пойедешь в такую погоду?

- В Рейвис, - пожал одним плечом Лэннимер и поднялся. Ему ужасно не хотелось выходить под ливень и ехать по размокшей ночной дороге. Кроме того, едва он встал, нога протестующе ответила резкой болью.

А десять лет назад и внимания бы на погоду не обратил, усмехнулся маг.

- Подошчи, - Мирья торопливо собирала посуду, - найду тебе место для ночлега.

Дерек послушно опустился на стул.

- Посуду вымою, пять минут, - продолжала она.

- Не спеши, - Лэннимер зевнул, развалился на стуле. – Мирья, - чуть погодя позвал он, – не знаешь в Рейвисе такого Сандро Найгема?

- Знаю, - отозвалась хозяйка. – Он дружил с моим бывшим мужем, - она взглянула на гостя. – Из-за него ты едешь в Рейвис?

- Да, - сказал Дерек. – Что он за человек?

Мирья сделала правильный вывод, что Дерек с Найгемом лично не знаком. Размышляя, она домыла посуду, затем произнесла:

- Бывший наездник, насколько я знаю.

Взяв полотенце, она принялась перетирать чашки.

- Неудачник, - продолжила она. – Но годов восемь назад…

- Шесть, – поправил Лэннимер.

- Пусть шесть, - согласилась Мирья, - шесть годов назад будто удачу за хвост поймал и разбогател.

Конрад был прав, говоря, что всё произошло внезапно, подумал Дерек, но самое странное не неожиданная победа, а неожиданная серия побед. На везение такое не спишешь. Задумавшись, Лэннимер не услышал, что Мирья говорит ему.

- …неприятный тип, - дошло до сознания.

Маг взглянул на хозяйку. Та морщилась.

- Неприятный? В общении? – уточнил Дерек.

Мирья расставила посуду.

- Болтали, что он бил жену, - хозяйка «Совиного дупла» открыла дверцу печки, пошевелила кочергой в топке. – Думайется мне, срывал на ней зло за неудачи. В итоге она от него сбейжала.

И снова Дерек задал вопрос, не зная почему. Возможно, бессознательно он начинал нащупывать связи между известными ему фактами.

- Мирья, ее бегство и начало побед Найгема не пришлись на одно время?

Подозрительно глянув на собеседника, Мирья насупилась.

- Может быть. Не помню…

- Где она? - спросил Лэннимер. – Можно с ней поговорить? Я работаю на дознавателей в данный период времени, Меррика интересует этот Найгем. Где живет его жена?

Задвинув вьюшку, Мирья повернулась к гостю.

- Родные у нее умерли… и они все жили в Рейвисе. Куда она могла пойти? Может, уехала… Лучше спроси у мэра.

Дерека все это начало занимать. Он прикинул план действий в Рейвисе: прежде всего поговорить с дознавателем города, Айданом. Потом порасспрашивать Конрада – вдруг он что-то узнал или обратил внимание на какую-то деталь, способную помочь в таком… хм, интересном дельце. Ну, и навестить Найгема, конечно.

Как хорошо, что дождь заставил остановиться именно в «Совином дупле»! Нарисованная на стене сова, на которую случайно глянул Дерек, казалось, лукаво подмигнула.

- Пойдем, - сказала Мирья, - покажу комнату.

Лэннимер встал, пошел за хозяйкой. Та шла, неся подсвечник с двумя свечами.

В глубине зала оказалась дверь. Прежде чем открыть ее, Мирья передала подсвечник Дереку:

- Спокойной ночи.

Кивнув, Лэннимер переступил порог.

В комнате стоял тонкий аромат сухих трав, который напомнил Дереку о Кейре. Он качнул головой: два года, два проклятущих года он искал в книгах средство, способное исцелить оборотня. Если не само средство, то хоть намек на него, любую крошечную зацепку. Не обнаружил ничего, хотя мысль, что Кейра была права, говоря, что такого средства не существует, он отгонял старательно.

Казалось бы, можно попробовать забыть Кейру, найти другую, тем более, что женщины на Дерека заглядывались. Вот Мирья, например, – не успела познакомиться, а туда же. Но проблема заключалась в том, что Дерек не хотел забывать ее. Не надо нам было затевать всего, подумал Лэннимер и задул свечи, жили бы спокойно.

У него еще оставалась надежда найти средство, способное вернуть Кейре человеческий облик.

…Затем следовало найти саму Кейру…

Глава 5. Парк перед ратушей

Простившись с Мирьей, Дерек поздним утром выехал из гостеприимного «Совиного дупла». Дождь брызгал; пришлось надеть капюшон. Дорогу ночной ливень превратил в месиво, Фельс ступал осторожно и все же скользил, старался обходить лужи и все равно пару раз по бабки проваливался в мутную воду. Отличная поездка, недовольно подумал Лэннимер, если она окажется напрасной…

Через полчаса дождь перестал, примерно в то же время навстречу стали попадаться всадники, а через час показались предместья Рейвиса. Начались развилки, у которых стояли указатели, все без исключения подновленные. Впрочем, благодаря своей карте, Дерек и без указателей знал, куда ехать.

Поднялся ветер. Маг остановил коня, сосредоточился, наблюдая за погодой: скоро тучи унесет дальше, с обеда будет солнце. Неплохо. И Дерек поехал дальше, минуя домики, незаметные в густой белизне цветущих садов. Из-за палисадников иногда потявкивали собаки, не злобно, а предупреждающе, как та дворняжка в «Совином дупле».

Лэннимер не заметил, когда начался город. Удивился, увидев на доме табличку: «улица Северная, 17». Стало быть, маг ехал по окраине. В Рейвисе было много двух- и трехэтажных кирпичных домов, и он вовсе не походил на приземистый деревянный Айбор. Собственно, кирпичи-то город и производил: за Рейвисом, рядом с глиняными холмами, была три четверти века назад построена фабрика по формовке и обжигу кирпича. Многие горожане работали там. Кирпич закупали в быстро расширяющемся Равенском, да и вообще, продукция находила спрос. Вот и сейчас с десяток груженных кирпичами пароконных повозок неспешно направился на восток. Дерек глянул на кирпичные домики и подумал, что вряд ли их владельцы покупали себе материалы.

Он проехал до конца Северной улицы и буквально уперся в ворота гостиницы. Литые ажурные створки были распахнуты; над ними литая чугунная надпись гласила: «Гостиница «Золотой рог». Секунду поразмыслив, Лэннимер спешился и ввел коня во двор, где к нему подбежал слуга. Фельса отвели в конюшню, маг направился к входу в «Золотой рог». Здание гостиницы выдержано было в общегородском стиле: двухэтажный дом красного кирпича с острой двускатной черепичной крышей.

Хозяин гостиницы, крепкий еще старик, обрадовался гостю. Немало поездивший в молодости и имевший дело с трактирами, Дерек определил, что дела «Золотого рога» идут неважно. По всей видимости, большинство комнат пустовало, а в зале за столами сидело человек пять, несмотря на обеденное время.

- Доброго дня, - поздоровался хозяин. – Надолго в город?

Подойдя ближе, Дерек облокотился о гостиничную стойку.

- Как получится, - сухо ответил маг. Черствость его голоса объяснялась резким приступом боли. – Сколько будет стоить комната на остаток дня и ночь? Да, еще лошадь у меня.

Хозяин явно расстроился, поняв, что потерял постояльца.

- Возможно, я задержусь, - смягчил тон Дерек. – Кстати, вы не подскажете, где живет Йен Айдан?

- На Церковной улице, – ответил хозяин. – Найдете легко. А комната и конюшня вам обойдутся в пять… у вас какие деньги?

Вопрос был не праздный. В княжестве имели хождение золотые монеты, так называемые «орлы», два типа серебряных: те, что чеканились в Равенском и носили на себе герб этого города, ключ на фоне зубчатой башни, и те, что делались на княжеском монетном дворе, - с гербом Айбора. Медные монеты, гроши, имели право чеканить четыре города: Айбор, Равенское, Тойс и Скалер. Монеты отличались и внешним видом, и, что главное, весом. В приграничных городах ходили и стефберийские деньги. Разменивались монеты тоже по-разному.

- У меня айборские, - ответил Дерек, и хозяин довольно покивал.

- Стало быть, пять грошей, - сказал он.

Лэннимер положил на стойку деньги.

По правде говоря, дороговато. Обычно за неполные сутки просили два-три айборских гроша. Если пять, то скалерских – они весили меньше.

- Я прикажу, чтобы вам нагрели воды, - сказал хозяин и протянул Дереку ключ. – Или позже?

- Не понял, - признался Лэннимер.

Хозяин объяснил. Оказывается, при комнатах «Золотого рога» устроены были ванные, вот почему цена оказалась выше.

***

Очень неплохо, думал Дерек, повеселев. Приведя себя в порядок, он пообедал в гостинице и вернулся к стойке, где хозяин что-то старательно записывал в большой книге.

- Я слышал про парк в вашем городе, - сказал маг.

Хозяин оторвался от записей.

- Перед ратушей, - уточнил он. – Желаете посмотреть?

Следовало бы найти дом Айдана и встретиться с Конрадом, но Дереку не хотелось заниматься сегодня делами, он решил потратить полдня на себя и осмотреть город. Он выслушал указания, как добраться до парка. Указания оказались краткими: от первого перекрестка направо, по Крепостной улице до конца, затем налево, под горку, мимо строящегося дома, там до ворот парка подать рукой.

Прогуляюсь, поблагодарив хозяина, подумал Лэннимер, надеясь, что нога выдержит эту прогулку. Вообще-то Дерек ходил много, но насколько длинной окажется Крепостная улица? Разве поехать верхом? Нет, парк не предназначен для верховых прогулок – это маг знал. А без присмотра Фельса оставлять не стоило. Значит, пешком.

- Вечером буду, - предупредил хозяина Дерек. – Моего гнедого, надеюсь, напоите?

- Как иначе-то?! – возмутился владелец гостиницы, вызвав мимолетную улыбку на лице гостя. – И напоим, и накормим.

- Прекрасно, - отозвался Лэннимер и отправился на поиски знаменитого парка.

Миновав первый перекресток, Дерек свернул направо и оценил длину улицы, которая тянулась она на добрых две мили – прямая, как стрела. Красные и белые фасады домов, палисадники с традиционной сиренью или кустами жасмина. Пешеходная дорожка отделялась от проезжей, довольно широкой, части полосой зелени. На солнечной стороне трава росла буйно, на теневой поднялась невысоко. Лэннимер оказался на теневой. Здесь зато росло больше деревьев – клены, березы, рябины. На другой стороне преобладали кусты акации.

Движение на дороге было оживленное: телеги, повозки, экипажи постоянно заставляли тихо позванивать забранные частым переплетом оконные стекла. Редко какой возница ехал шагом; в основном, лошади шли рысью. Дерек с интересом отметил, что всадников было мало, а пешеходов и того меньше. Впрочем, рабочий день, все заняты.

Не спеша Лэннимер шел по Крепостной улице. Кое-где под деревьями, в теньке, добрые души поставили скамейки. Скамейки стояли и у колодцев. Вышедшие за водой женщины, сидя там, болтали о делах, посмеивались, сплетничали, как всегда и везде. Дерек расстегнул куртку, отдохнул, посидев в тени на скамейке. Он не помнил, когда просто так, практически без цели, шел куда-то, он вообще не помнил, когда делал что-то исключительно для себя. Лэннимер был благодарен Конраду, из-за которого приехал сюда: давно требовалось сменить обстановку.

О делах не хотелось думать, однако мысли по привычке возвращались к ситуации в Академии. О визите князя Дерек подзабыл в суматохе последних дней, но вспомнил и призадумался. Отказом Лэннимер мог сильно повредить и Академии, и ректору, ведь Дерек не подозревал, что представляет собой князь Ральф. Окажется ли он злопамятным, как покойный Нурмен, или предаст забвению отрицательный ответ на просьбу? Макс ничего не сказал Дереку, но рассердился на друга. А новый епископ, говорят, пребывал в совершеннейшем бешенстве, узнав, как ненавязчиво сняли с преподавания предметы, связанные с религией. Вполне возможно, он винил за это Лэннимера. Словом, ситуация складывалась не самая приятная. Надо быть настороже, пришел к выводу маг, и ждать неприятных сюрпризов. Сюрпризы, чует мое сердце, будут.

Он не боялся за себя, он опасался, что неприязнь князя и епископа ударит по немногим близким людям. Ты талантлив, Дерек, не как маг, грустно сообщил ему Макс, как маг ты гениален. Но у тебя своеобразный талант вызывать нерасположение людей влиятельных. Есть такой талант, признавал Лэннимер. Но почему эти влиятельные люди не желают оставить в покое калеку? Дерек ничего не хотел так сильно, как спокойной размеренной жизни. Я устал, понял он.

У очередного колодца Лэннимер умылся ледяной водой и почувствовал себя лучше. Улица пошла под уклон; дома здесь были старой постройки, палисадники исчезли. Дерек миновал несколько потрескавшихся фасадов и остановился. Справа начинался пустырь, с одной стороны огороженный забором: там строился новый дом. Слева неожиданно возник полуразрушенный древний бастион. Лэннимер не ожидал увидеть здесь остатки старых укреплений. В Равенском уцелел фрагмент городской стены, некогда опоясывающей город, в Тойсе сохранились стены и башни, но Тойс был пограничным городом. А здесь? Историю Рейвиса Дерек практически не знал, историю княжества знал недостаточно.

Помимо прочего, над Крепостной улицей шел магический поток, правда, слабый. Над бастионом он сворачивался в спираль, уходил в высоту и делался сильнее.

Детские голоса вывели мага из раздумий. Среди серых камней мелькали рубашки, взметались желтые деревянные клинки. Игра в войну вечна, как сама война, подумал Лэннимер и двинулся вперед, обходя россыпи камней. Нога стала побаливать, но Дерек вмиг перестал обращать внимание на боль, когда миновал развалины и увидел в сотне шагов ворота парка. Он удивился так, как не удивлялся давно. Собственно, изумился он не самим узорчатым воротам, отлитым из чугуна. Простой узор, высокая арка, ничего особенного, но две скульптуры перед ними потрясали. На невысоких пьедесталах стояли на дыбах два крылатых коня. Их расправленные крылья простирались над дорогой. Казалось, секунда – и они взлетят.

Дерек перевел дыхание и сообразил, что остановился, не предвидя такого зрелища. Машинально огляделся: за спиной продолжала шуметь Крепостная улица. Впереди были тишина и безлюдье. И слабый, как легкое дуновение бриза, поток магической энергии над парком.

Не сводя глаз с крылатых коней, Лэннимер пошел к воротам. Скульптуры сделали вдохновенные мастера, сумевшие объединить мощь, красоту и грацию. Поначалу Дерек решил, что лошади бронзовые, но, подойдя ближе, понял – этот материал не бронза. Похоже, но не то. Лэннимер приостановился, чтобы полюбоваться скульптурами вблизи. Фантазия же у мастеров, думал маг, разглядывая тонко выделанные перья на крыльях. Крылатых коней не существовало, бестиарии о них молчали. Дерек обошел оба постамента – одинаковые гладкие камни, без надписей, без рун, без символов, но магией от них тянуло.

Лэннимер неохотно отступил от крылатых красавцев и прошел в ворота.

Парк встретил его густой прохладной тенью. Вдоль ограды росли высокие деревья, все старые, с неохватными корявыми стволами, промежутки между которыми сплошь заросли приземистыми кустами и травой. Две дорожки, мощенные белым кирпичом, вели от ворот направо и налево. Не раздумывая, Дерек шагнул на правую и увидел неподалеку светлый шар горящего фонаря. Из-за густой листвы в парке даже в полдень было темновато, оттого и не гасили фонари. На литом фонарном столбе сидели птицы. Свет падал на них, и нетрудно было убедиться, что птицы отлиты из того же материала, как и крылатые стражи ворот. То тут, то там огни фонарей среди листвы мерцали, словно звезды меж облаками в вечернем небе. Лэннимер не спеша шагал, разглядывая встречающиеся ему скульптуры. Все они находились либо в траве, либо у кустов, ни одной не стояло на дорожке. Пока попадались фигуры обыкновенных зверей – заяц, барсук, лиса с лисятами, волк, медвежонок (этот сидел в зарослях дикой малины – Дерек с трудом разглядел его), змея на камне у дороги, белка на кованой спинке скамейки под фонарем. Отлично выполненные изваяния, конечно, ни одно из них не вызвало такого потрясения, как крылатые кони.

Насколько мог судить Дерек, парк имел четырехугольную форму, а дорожка, по всей вероятности, описывала круг. Плавно и постепенно открывались все новые фигуры, плавно по окружности поворачивала дорога. Лэннимер уже не обращал особого внимания ни на скульптуры, ни на деревья, ни на тонкий аромат хвои, как вдруг прямо над приземистым кустом возникла свирепая морда василиска. Это произошло настолько внезапно, что маг, не успев отдать отчета в своих действиях, бросился в сторону, одновременно забирая из магического потока энергию для удара, и приготовился хлестнуть огнем, как осознал тишину вокруг и неподвижность чудовища. Василиск тоже оказался статуей.

Смущенный, Дерек выбрался на дорожку. Счастье, что сдержался, и повезло, что никто не видел. Поджег бы парк, идиот, упрекнул себя Лэннимер. Кстати, люди в парке все-таки были: спустя пару минут он увидел идущего навстречу осанистого старика в богатом бархатном костюме с золотой вышивкой.

Вскоре дорожка разделилась на две – одна уходила, как решил Дерек, к центру парка, и шла строго прямо. Продолжая шагать по старой дорожке, Лэннимер не преминул глянуть и на новую – примерно через полмили она расширялась до большой площадки, среди которой бил фонтан. У фонтана тоже стояли кованые скамейки, на них сидели молодые парочки. Видимо, это было их излюбленным местом.

Справа, между дорогой и оградой, сделали искусственный прудик, где тоже не обошлось без скульптур. Лебеди.

Дерек сел на скамейку у пруда. Надо сказать, усталости он больше не чувствовал и, странное дело, перестала болеть нога. Это место восстанавливает силы, понял Лэннимер, и создано оно магом. Точнее, магами. Если еще точнее, то магами и целителями. Он принюхался: вода в пруду пахла мятой. Если бы я жил в Рейвисе, я каждый день приходил бы сюда. Дерек откинулся на спинку скамейки. На спинках всех скамеек парка располагались скульптурки либо птиц, либо мелких зверей. На этой восседал умывающийся кот. Неизвестный мастер сделал кота так, что тот, умываясь и якобы прикрываясь лапой, поглядывал на лебедей в пруду. А вот настоящие птицы в парк не прилетали, да и из насекомых Дерек заметил пару пчел и бабочку-крапивницу.

Мимо неспешно прошли два патрульных. Один из них окинул взглядом сидящего на скамейке мага и равнодушно отвернулся. Если в Айборе городскую стражу составляли конные лучники, то Рейвис охраняли пешие мечники. В каждом городе свои традиции. Равенское, насколько помнил Дерек, патрулировали арбалетчики, а портовые города Элану и Скалер – отряды военных моряков.

Посидев с полчаса, Лэннимер поднялся и пошел дальше. Из магических существ ему пока встретился только василиск, и Дерек решил, что другие твари расположены на другой стороне парка, но тут заметил за изгибом дорожки крыло, а затем и его владельца – грифона. Зверь стоял, вытянув покрытую перьями шею и угрожающе разинув клюв, из которого высовывался длинный, как у змеи, язык. А напротив грифона пряталась в кустах гаргулья. Отвратное создание, подумал Дерек, проходя мимо.

Он-то знал, что такое гаргулья и как трудно ее уничтожить, если та отведала свежей крови. И грифон, и гаргулья, и василиск – все они являлись хищниками. Впрочем, грифона можно приручить; по уму и развитию грифоны стояли куда выше, чем многие магические существа.

В следующей фигуре Лэннимер с трудом распознал химеру – скульптура была сильно повреждена, оплавилась и деформировалась от сильного жара. Кто ее так, подумал маг, кто-то, как и я, решил, что она живая, и ударил огнем?

Дорожка привела к воротам, похожим на первые, с той разницей, что скульптура по ту сторону была одна, но зато какая! Огромный, спящий, свернувшийся клубком дракон. За ним, насколько мог видеть Лэннимер, простиралась полукруглая площадь. На ней стояло здание, повторяющее конфигурацию площади. Центр его, расположенный точно напротив дракона, имел форму высокой башни с остроконечной крышей, две пристройки отходили от него, как две половины подковы. По традиционным часам на башне, по характерным скатам крыши Дерек безошибочно определил ратушу. Архитектура этих зданий не менялась веками, и в каждом городе ратуши и магистраты в целом походили друг на друга, отличаясь деталями. У этой крышу венчал флюгер, на крыше айборской ратуши был простой шпиль, на магистрате Равенского крышу украшала кованая фигурка гнома с ключом в руках.

Несколько секунд Дерек размышлял – осмотреть площадь или остаться в парке. В этот момент часы на ратуше звонко отбили пять. Лэннимер не предполагал, что прошло столько времени, если прогуляться по площади, неизвестно, когда вернешься в гостиницу.

- Простите, - мимо мага прошла стройная женщина и направилась через площадь к ратуше.

Огненно-рыжие волосы женщины, убранные под тонкую сетку, на солнце вспыхнули пламенем. Дереку показалось, что это одна из скульптур ожила под действием волшебства. Женщина на миг обернулась – то ли почувствовала взгляд, то ли по иной причине – и огни над ее головой прозрачно сверкнули. Лэннимер не разглядел ее лица, однако почему-то подумал, что он еще ее встретит.

Маг вернулся на дорожку. Миновав пять или шесть фигур (а еще несколько едва различимых силуэтов спрятались в тени, так как фонари над ними не горели), Дерек наткнулся на интересную скульптурную группу. Друг против друга по разные стороны дороги стояли волк и единорог. Наклонив голову, выставив вперед острый рог, единорог напрягся, напружинился, словно готовясь прыгнуть на противника. Волк припал к земле, оскалился, прижав уши и поджав хвост. Он явно испытывал ужас. Лэннимер пригляделся к зверю – то был не настоящий волк: Дерек имел достаточно дел с оборотнями, чтобы понять, кто противостоит единорогу.

- Инцекаварте, - произнес маг слово на древнем наречии. Слово это обозначало единорога, а в буквальном переводе значило «антиоборотень»

Обойдя вокруг скульптур, Дерек задумчиво провел ладонью по холодному металлу, из которого отлит был единорог, затем перевел взгляд на оборотня. Он медлил уходить. Оборотень напомнил ему о Кейре.

- Инцекаварте, - повторил маг. – Отпугивающий оборотней, - Дерек коснулся рога зверя. – Как хорошо тебя сделали, будто с натуры.

Единороги водились в лесах, а вокруг Рейвиса леса оставались малоисследованны. Мастер мог увидеть зверя своими глазами.

И еще одно обстоятельство припомнил Лэннимер: в окрестностях Рейвиса явление оборотня было крайне редким, что косвенным образом подтверждало обитание в этих краях единорогов. Оборотней, особенно в волчьем облике, единороги не выносили, нападали сразу, стараясь убить. В человеческом обличье чувствовали, но вели себя иначе. Убить не стремились, стремились прогнать.

С каждой минутой маленькие фонари подсветки – светло-синий над единорогом, зеленый над оборотнем – горели все ярче, поскольку в парке заметно потемнело. Мимо Дерека прошел фонарщик, деловито заправил маслом большой фонарь, служащий для освещения дорожки, зажег его и отправился дальше. А Лэннимер стоял, не в силах уйти, не убирая ладонь с холки единорога. Что-то привлекало его в этих фигурах – и оборотень, и единорог казались магу близкими существами.

Вокруг стало так тихо, что Дерек расслышал отдаленный бой часов на ратуше. Он ожидал услышать семь, максимум восемь ударов, но насчитал девять. Неужели он так долго пробыл здесь? Пора возвращаться.

Проведя напоследок пальцами по острому уху оборотня, маг заторопился к воротам. Он прошел мимо статуи виверны, чей хвост свивался кольцами, мимо своры адских гончих, сделанных так, как будто они вырывались из-под земли, а красная подсветка усиливала то ощущение, что псы рвутся из преисподней. Да, в этой части парка магических созданий было куда больше, и тем более странно было увидеть обыкновенного оленя и банальнейшего журавля.

Наверняка у других дорожек и у фонтана находились статуи, но Лэннимер спешил. Он помнил, что предстояло пройти длинную улицу, прежде чем доберется до гостиницы. Однако ему повезло: когда Дерек поднялся к остаткам бастиона, рядом осадил пару сытых коней кучер белого фаэтона.

- Тебе куда? – осведомился возница.

- К «Золотому рогу», - ответил Дерек.

- Прекрасно, я туда и еду, - возница кивнул на козлы рядом. – Забирайся.

В Айборе бы не подвезли, подумал Лэннимер и сел рядом с кучером. Столичные нравы маг знал. Хотя и в Равенском бы не подвезли. Кажется, тут люди куда благожелательнее.

Возница тронул коней.

- Из Айбора? – угадал он.

- Оттуда, - отозвался маг. – Парк ваш смотрел.

- И как? – поинтересовался кучер, свистнув.

Лошади потрусили медленной рысцой.

- Славное место, - честно признался Лэннимер.

Возница подстегнул правую лошадь, та влегла в хомут. До сих пор работал только левый конь, правый просто бежал рядом, после живительного шлепка оба потянули экипаж равномерно.

- Больше у нас смотреть нечего, - зевнул возница. – Скучный город.

Лэннимер быстро, но внимательно глянул на собеседника. Молодой, а у виска шрам, и бровь когда-то была рассечена. В какой-то передряге побывал возница.

- Ради парка стоило сюда приехать, - заметил Дерек.

- Подумывают брать деньги за вход, - сообщил собеседник и снова легонько ударил ленивого правого коня по крупу. Тот прибавил.

- Ничего хорошего, - сказал Лэннимер.

- Мэр тоже так считает, - возница заставил принять лошадей правее: навстречу двигались повозки.

Дерек ничего не ответил, возница тоже замолчал. Лошади рысили по Крепостной улице. Темнело, люди закрывали ставни, запирали калитки и ворота. Только кое-где на лавочках сидели, отмахиваясь ветками от комаров, старухи.

У ворот гостиницы взад-вперед прогуливался человек, заложив руки за спину. Его осанка и движения были знакомы Дереку и, приглядевшись, тот узнал Конрада. Увидев экипаж, Конрад остановился, всмотрелся и приветственным жестом вскинул руку. Его взгляд переходил с кучера на мага и обратно.

Хелмир шагнул вперед и, когда лошади встали, спросил:

- Успели познакомиться?

- Мы не… - начал возница и осекся. Обалдело взглянул на попутчика.

Сообразив что-то, Конрад ухмыльнулся и соизволил представить приятеля несколько странным образом:

- Вот это и есть Лэннимер.

- Ох, демоны… - пробормотал возница. – Надо же.

Он бросил вожжи и протянул Дереку руку:

- Андерс Ван Лит, дознаватель Карога.

Название должности он произнес не без гордости. Маг отозвался, чуть передразнивая его:

- Дерек Лэннимер, преподаватель факультета магии Айборской Академии, - и пожал жесткую ладонь Ван Лита.

***

Ужинали втроем в гостинице. Пока ждали еду, Дерек выяснил, почему ему сегодня повезло. Оказалось, Конрад ходил в гостиницу узнать, не остановился ли там его друг. Ван Лит же ехал забрать его и отвезти в дом Айдана, где временно проживали оба дознавателя. Лэннимер удачно оказался в нужном месте, в нужное время, а Андерс не любил ездить один, потому всегда брал попутчиков.

Сын хозяина «Золотого рога», тихий застенчивый парень, подал на стол. Дела гостиницы шли неважно: проходя мимо стойки, Лэннимер заметил, что все ключи, кроме одного, висят на гвоздях, а значит, комнаты пустуют, постояльцев нет. Ужин тоже явно готовили из расчета на человек пять-шесть, не больше. Но приготовлено было вкусно.

- Второй день хожу сюда справляться о тебе, - упрекнул Конрад, прежде чем приняться за еду. – Где ты пропадал?

- Пора бы запомнить, что совести у меня нет, - ответствовал маг. – Я решил потратить полдня на себя.

Андерс хмыкнул в тарелку.

- Дерек, обстоятельства изменились, - Хелмир вынул охотничий нож, принялся нарезать жареное мясо. – Я в распоряжении Айдана. Если б ты проверил Сандро Найгема один, я был бы тебе благодарен.

Лэннимер не донес ложку до рта.

- То есть, мне предлагается заменить дознавателя?! – спросил маг.

- Ты же знаком с этой работой, - пожал плечами Конрад.

Ван Лит решил вмешаться.

- Мы втроем – Айдан, Хелмир и я – заняты неприятным делом, - мягко пояснил он. - Меня вызвали из Карога в помощь. Ограбили храм, убили двух сторожей, вчера приезжал епископ, требовал найти убийц и утварь. Там много ценностей.

- Ну-у-у, братцы, - после долгого молчания процедил маг. – Я всегда работал с Мерриком и никогда – один, - он задумался.

Изменившиеся обстоятельства его не обрадовали. Лэннимер не рассчитывал задерживаться в Рейвисе, он хотел вернуться быстрее к своим поискам. Но он обещал Конраду помочь.

Глава 6. Дознаватель, мэр и наездник

С дознавателем Рейвиса, Йеном Айданом, Дерек познакомился на следующее утро, застав его дома.

- Давайте решим наши вопросы, - после приветствия сказал Йен.

Айдан был высок и худ, с быстрыми движениями и отрывистой речью. Им двигала какая-то особая нервная энергия, та, что дает силы работать без сна и отдыха. Сдержанный Лэннимер казался его полной противоположностью.

- Давайте решим, - Дерек присел на добротный дубовый стул. – Что я могу и чего не могу?

Йен быстро улыбнулся.

– Для начала я бы посоветовал вам (в отличие от Андерса, он говорил магу «вы», хотя был старше собеседника как минимум лет на пять) поговорить с мэром насчет Найгема. А потом съездить к Найгему домой, побеседовать с ним.

- Хорошо, - размышляя, Дерек говорил медленнее обычного. – Но в качестве кого я буду действовать? Боюсь, мне понадобятся бумаги.

Айдан на секунду задумался.

- Вы правы, - кивнул он, придвинул лист бумаги, чернила и перо. – Как ваше полное имя?

- Дерек Фредерик Лэннимер.

Через минуту он получил бумагу и с любопытством прочел: «Предъявитель сего, Дерек Фредерик Лэннимер, временно назначается консультантом и помощником дознавателя города Рейвиса и наделяется всеми полномочиями. Й.Айдан. 7 июня 1485г.».

- Поедете к мэру, поставьте в ратуше городскую печать, - посоветовал Йен. – Печать внушает уважение.

- Согласен, - маг вторично пробежал глазами документ. – Полномочия у меня формальные?

Поработав с Мерриком, Лэннимер хорошо представлял специфику службы дознавателей.

- В принципе, да, - честно ответил Йен. – Разве что можете вызвать Найгема на допрос, если будут основания, - Айдан нахмурился; его тонкое лицо стало непроницаемым. Он полагал, что оснований не будет, и всем видом говорил: дело пустяковое, а Меррик хочет успокоить дознавателя Тойса, из-за отчета которого заварилась каша.

Лэннимер убедился, что чернила просохли, свернул лист и убрал в карман и поднялся.

- Если возникнут вопросы, я найду вас. И если мне понадобится помощь – не откажите.

- Не откажу, - пообещал Айдан, не зная, что этим вечером пожалеет о своем обещании.

Поднявшись, Дерек вдруг вспомнил:

- Сегодня воскресенье. Разве в ратуше работают?

- Еще как, - снова быстро улыбнулся Йен. – Мэр будет на месте, я уверен. В крайнем случае, прогуляйтесь по парку до фонтана. Ратушу найдете?

- Найду, - Лэннимер отчетливо представил статую дракона напротив здания ратуши.

- Лучше подъезжайте не со стороны площади, а со двора, - посоветовал на прощание Айдан. – Там есть, где оставить коня.

Воскресенье. Утро. Тишина. Дождь. На улицах никого.

Кажется, мне больше всех надо, думал Лэннимер, выезжая на пустынную Крепостную улицу. Даже ставни во многих домах закрыты, не торопятся люди вставать.

Впрочем, Айдан вообще не ложился этой ночью, а его помощники уехали до его разговора с Лэннимером опрашивать ювелиров, интересуясь, не попадалось ли им на глаза что-нибудь из украденной церковной утвари. Слабый шанс. Наверняка похищенное вывезено из города.

Обычно бодрый Фельс шагал неспешно. Но конь-то успел позавтракать, в отличие от всадника. Поставлю печать в ратуше, по-быстрому переговорю с мэром и вернусь в гостиницу обедать, решил маг, хорошо бы сегодня навестить Найгема, но это как получится. Единственным плюсом этого дня было полное отсутствие боли в ноге. Обрубок перестал болеть во время вчерашней прогулки по парку и не напоминал о себе много часов.

По знакомой дороге Лэннимер обогнул развалины бастиона, спустился к парку. Как оказалось, парк объехать было можно только справа: слева тянулся неширокий канал, куда по водостокам стекала дождевая вода. Статуи крылатых коней в сетке дождя казались печальными.

Чтобы добраться до ратуши, потребовалось не меньше часа, несмотря на то, что Фельс прибавил шаг. Наконец слева открылся просвет между оградой и торцом здания, в просвете мелькнула статуя дракона. Здание, выходившее сюда торцом, было пристроенным крылом ратуши.

Пока Дерек его объезжал, чтобы попасть по двор, ему открылся хороший вид. Как оказалось, ратуша стояла шагах в двухстах от обрыва, пологий склон которого спускался вниз, к реке. Тайя, вспомнил Дерек. Вдоль склона проходили деревянные лестницы с перилами, ведущие к мостам и к дорожке вдоль берега. Тайя была широкой рекой, но неглубокой. Милях в четырех отсюда она впадала в озеро. Недалеко от устья виднелся большой остров, Карог. А на другом, глинистом, берегу Дерек увидел фабрику по производству кирпича и дома ее рабочих.

Андерс прав, скучный город, подумал Лэннимер и направил Фельса к конюшне. Конюх согласился принять лошадь без лишних споров; у него маг и выяснил, что мэр на работе, а кабинет на втором этаже. Войти можно было и со двора, что порадовало.

Едва Дерек очутился в ратуше, как к нему подступили два мечника. Эти дотошно расспросили, кто он и что надо. Пришлось достать бумагу Айдана, тогда один из охранников вызвался проводить мага к мэру. Дерек возражать не стал, поднялся за ним по лестнице. Внутреннее убранство ратуши Рейвиса казалось тюремным: кирпичные стены, не покрытые штукатуркой, узкие окна, хорошо, не с решетками; на каменных ступенях выбоины.

Ожидавший увидеть обшарпанную железную дверь Лэннимер обманулся: дверь кабинета оказалась сделанной из красного дерева. Мечник постучал, получил разрешение войти, браво промаршировал внутрь и четко доложил, что мэра желает видеть господин Дерек Фредерик Лэннимер. Затем отступил и пригласил мага войти, а когда Дерек вошел, закрыл за ним дверь.

- Вы и есть Дерек Лэннимер? Здравствуйте.

Перед магом стояла женщина примерно одних лет с Дереком.

- Здравствуйте, - сказал маг.

Женщина указала на кресло.

– Присаживайтесь. Чем могу помочь?

Несколько секунд маг соображал:

- Вы – мэр Рейвиса?!

- Илианна Кэсси, к вашим услугам, - отозвалась мэр.

Могли бы предупредить, мрачно подумал о дознавателях маг.

Илианна, которая до этого стояла у окна, против света, отошла и села за стол. Я видел ее вчера в парке, вспомнил Дерек, обратив внимание на убранные под сетку огненно-рыжие волосы. Он сел в кресло. Сейчас, когда лицо Илианны освещали восковые свечи трех больших шандалов, Дерек мог хорошо рассмотреть его. Мэр Рейвиса не обладала ни ослепительной красотой Кейры, ни мягкой прелестью Мирьи, но было в ней своеобразное обаяние, незаметная притягательная сила, которая особенно ощущалась, когда она улыбалась.

- Слушаю вас, - напомнила Илианна.

Дерек протянул ей документ Айдана.

- Нужна печать.

Мэр пробежала глазами по тексту, глянула поверх бумаги на мага.

- Это связано с ограблением церкви? – спросила она.

- Нет, - покачал головой Лэннимер. – Это связано с Сандро Найгемом.

Илианна отложила бумагу в сторону:

- Что с ним такое? По должности мне полагается знать.

- Конечно, - согласился Дерек и приготовился начать, когда мэр остановила его:

- Вы не откажетесь от чашки кофе?

- Ни в коем случае, - с улыбкой ответил Дерек.

Минут на пять Илианна покинула кабинет, дав возможность гостю осмотреться. Уютный кабинет, решил Лэннимер, чувствуется женская рука. Мебель изящная, подобрана и расставлена со вкусом, не то, что у Алистера – всё солидное, громоздкое. В углу у окна – ваза с большим букетом свежих цветов. Две картины на стене, пейзажи: городок в утренней дымке и море на закате. Один из шандалов стоял так, что основной свет от свечей падал на картины. Другая стена скрывалась в полумраке, поблескивая застекленными дверцами книжного шкафа. Пахло дымком от сгорающих свечных фитилей и очень слабо – духами.

Вернувшись, Илианна заняла место за столом.

- Я распорядилась насчет кофе, - произнесла она. – Рассказывайте, чем заинтересовал вас Найгем.

Лэннимер без утайки поведал об отчете дознавателя Тойса, с которого всё началось, о подозрениях Конрада, о желании Алистера проверить странные победы Найгема. Когда маг заговорил про утренний разговор с Айданом, дверь бесшумно открылась, и невысокая девушка внесла поднос с кофейником. Она накрыла круглый столик у камина, как раз под картинами, и так же бесшумно удалилась.

- Прошу вас, - Илианна пересела за кофейный столик.

Дерек передвинул туда кресло – оно было удобнее, чем низенький стул. Мэр улыбнулась. Она налила гостю кофе, указала на фарфоровый сливочник, на блюда с печеньем и пирожными.

- Спасибо, - среди сладостей изрядно проголодавшийся Лэннимер обнаружил бутерброды с ветчиной и сыром и с удовольствием принялся за них.

- Йен попросил вас проверить подозрения Меррика? – спросила Илианна.

- Да, - кивнул маг. – Поставьте печать.

Мэр рассмеялась.

- Поставлю, не беспокойтесь, - сказала она. – Ешьте.

- Вы хорошо знаете этого Найгема? – спросил Дерек, наливая вторую чашку.

- Если честно, то почти не знаю, - поразмыслив, произнесла Илианна.

Лэннимер подумал о Мирье и утвердительно проговорил:

- Он вам не нравится.

- Пожалуй, так, - согласилась мэр. – Но, повторюсь: я плохо его знаю, Найгем нелюдимый, угрюмый человек, - она развела руками. – Он не местный, между прочим. Из Тойса.

Тойс – город лошадников, барышников, наездников, причем наездниками там называли профессиональных всадников, которые постоянно участвовали в скачках.

- Он хотел заняться выездкой и продажей верховых лошадей, но прогорел, - продолжала Илианна. - Рейвис – место для такого дела неподходящее.

- Почему он не уехал отсюда? – спросил Лэннимер.

Илианна задумчиво подперла ладонью щеку. Долго отрешенно смотрела куда-то мимо собеседника прозрачными голубыми глазами.

- А правда, почему, - произнесла она. – Жена сбежала, единственный приятель спился и умер. Дело не пошло. На его месте я, например, вернулась бы в Тойс. Там наезднику всегда найдется работа.

Про сбежавшую жену Мирья упоминала. Так. Единственный приятель? Не бывший ли это муж Мирьи? Она говорила, что тот дружил с Найгемом.

- Сразу после всех неудач, - проговорил Дерек, выстраивая логическую цепочку, - он начал побеждать на скачках.

- Может, поэтому он и остался у нас? – спросила Илианна.

Лэннимер поставил чашку.

- Что-то не то, - с сомнением процедил он. – Где он покупает лошадей для скачек?

- Не имею понятия, к сожалению, - ответила мэр. – Но могу с уверенностью сказать – первого коня, который победил, он привез из Тойса. Очень красивый жеребец, черный, высокий, с белой отметиной на морде. Я в этом не разбираюсь, но кажется, конь стефберийский.

Стефберийские лошади стоили дорого. Если судить по рассказам, Найгем был небогат. Откуда у него нашлись деньги на такого коня? Занял? Но у него не было друзей. Взял в каком-нибудь банке Равенского? Вряд ли – под залог дома в Рейвисе там не дадут большую сумму.

- Куда он потом дел этого жеребца? – спросил Дерек.

- Продал, наверное, - пожала плечами Илианна.

- Есть в округе конюшни? – спросил Лэннимер.

- Три, не считая частных лошадей, - ответила мэр. – При фабрике большая конюшня – голов на сто. Но там рабочие лошади, не для скачек, - правильно поняла она вопрос Дерека. – В Кароге есть конюшня, там мало лошадей, и хозяин их не продавал никогда, потому что занимается извозом. Третья конюшня в пригороде, принадлежит Лансбери, - Илианна прищелкнула пальцами. – Вот! У него Найгем и мог купить коней.

- Как к нему проехать? – осведомился Дерек. – И где живет Найгем?

После первой победы на скачках он купил участок леса вместе с домом у разорившегося дворянина и переехал туда. Старый домишко неподалеку от фабрики он продал за бесценок. Что за дела у него, если он уехал из города, и так быстро, рассеянно подумал Дерек, странный человек Сандро Найгем. Ясно одно – он стремился избегать посторонних глаз, а это настораживало.

- Работники или слуги у него есть? – спросил Лэннимер и получил ожидаемый ответ: «Нет».

Затем Илианна объяснила, как найти конюшню Лансбери. Она располагалась в лесу, неподалеку от хутора, где жила Мирья. От дома Найгема конюшня находилась милях в шести-семи и, скорей всего, Сандро покупал лошадей именно там.

- Как считаете, - спросила Илианна, - на чем основаны подозрения дознавателей?

- В поведении Найгема много странностей, - свел брови Дерек. – Возможно, он каким-то образом применяет к своим лошадям магию, - Лэннимер нахмурился сильнее, - но проблема заключается в том, что он не волшебник.

Дерек успел навести в архивах Академии справки о Найгеме. Его отец привез сына в Айбор для поступления, однако получил отказ, поскольку у Сандро отсутствовали способности к волшебству. Попутно выяснился возраст Найгема: в этом году ему исполнилось тридцать.

- Тогда дело не в магии! – воскликнула Илианна.

- В Рейвисе есть волшебники? – спросил Дерек и вспомнил, что этот вопрос он задавал Мирье. Вспомнил и ответ. Впрочем, та могла не быть в курсе.

Мэр отрицательно покачала головой.

- Вообще никого? – вырвалось у удивленного Лэннимера.

Город без магов? Серьезное упущение.

- Знаете, Дерек, - помолчав, произнесла Илианна, - если бы кто-нибудь из магов согласился сюда переехать, с него бы пылинки сдували, - она посмотрела на гостя. – Вот вас что держит в Айборе?

- Работа, - ответил Дерек. – Возможность заниматься той темой магии, какая мне интересна, - он допил кофе. – Я могу поговорить с выпускниками. Может, кто-нибудь приедет.

- Сделайте одолжение, - попросила мэр Рейвиса. – Волшебники нам нужны.

Волшебники всем нужны, подумал Лэннимер с долей угрюмости. Хороших магов последнее время Академия не выпускала (исключениями являлись Лэннимер с Пераником). Были старательные, со средними способностями, так эти устроились, и весьма неплохо. Правда, в следующем году выпуск обещал быть достойным – ребята подобрались сообразительные, способные и жадные до знаний. С ними и поговорю, решил Дерек. Лучшего студента курса, скорее всего, пригласят на должность придворного мага – Лэннимер не сомневался, что князь прислушается к его рекомендациям, - а из остальных кто-нибудь может согласиться работать в Рейвисе.

- У меня есть вопросы насчет Найгема, - вернулся к прежней теме разговора Дерек. – Его жена была отсюда, из Рейвиса? Куда она могла сбежать? Ее искали?

Илианна надолго задумалась, вспоминая. К слову, она не понимала, зачем Лэннимер об этом спросил. Событие давнее, да и ожидаемое. Илианна знала, как относился Сандро к жене. Та не раз жаловалась на мужа, и Йен Айдан однажды пригрозил ему – еще жалоба, и он упечет Найгема в тюрьму. Потом женщина просто сбежала.

Приблизительно так Илианна и рассказала Лэннимеру.

- Сбежала или исчезла? – спросил Дерек. – Эти понятия некоторым образом отличаются по смыслу.

Мэр молчала.

- Понимаю, - Лэннимер вздохнул. – Ее не искали. Поверили Найгему на слово.

- Почему это обстоятельство вас беспокоит? – поинтересовалась Илианна.

- Не знаю, - честно ответил Дерек. – Ее «бегство» совпало с началом побед Сандро Найгема?

- Вроде бы нет, - неуверенно проговорила мэр. – Во всяком случае, когда он выиграл первый раз, она жила с ним, а сбежала она незадолго до его второй победы.

- Прекрасный образчик женской логики, - хмыкнул Лэннимер. – Сбежать тогда, когда у мужа появились деньги и шанс разбогатеть, - он посмотрел на озадаченное лицо Илианны. – Люди в городе пропадали?

- Бесследно никто не исчезал, - ответила мэр. – По городским законам любой житель при переезде в другой город обязан явиться в ратушу, сообщить о переезде и оставить адрес, хотя бы приблизительный. Впрочем, подождите: года четыре назад пропал рабочий с фабрики. Его долго искали, перевернули всю округу, но так и не нашли. Ушел за ягодами, если я помню правильно.

Про него уточню у Айдана, подумал Дерек. У мага было чувство, что двигается он в правильном направлении. Да, и еще – ушел за ягодами. Здесь ягоды раньше июля не поспевают. Пропал в июле. А когда конкретно пропала жена Найгема?

Он задал вопрос вслух.

- Вроде бы летом, - сказала Илианна.

И там, и там лето. Надо спросить у Айдана, не пропадал ли кто-нибудь в городе или в предместьях летом. Год, два и три назад. И если пропадали, то картина вырисовывается нехорошая.

- Ладно, - Дерек встал. – Если у меня будут вопросы, я обращусь к вам. Спасибо за кофе. И поставьте печать все-таки, - улыбнулся он.

***

Получив документ, снабженный печатью города Рейвиса и окончательно утвержденный подписью мэра, Лэннимер снова сел на Фельса и погнал его к дому Айдана. Дождь перестал, успев сделать дорогу скользкой и грязной. На другой лошади Дерек не рискнул бы давать рысь, но гнедой равновесие держал отлично и не скользил.

Дознавателя Рейвиса дома не оказалось. Его жена посоветовала Дереку навестить церковь, пояснив, что если там мужа не будет, то священники наверняка знают, где он. Расспросив дорогу, Лэннимер понял, что храм расположен неподалеку от «Золотого рога». Он съездил в гостиницу, перекусил, затем отправился в храм.

Церковь Рейвиса разительно отличалась от столичного собора. Кроме того, что, естественно, она была значительно меньше, ее построили в другом архитектурном стиле. Такие церкви – приземистые, с несколькими лукообразными главами, с отдельной колокольней – Дерек встречал в Тойсе, самом старом городе княжества.

Рейвис не такой древний, но город своеобразный, со своими традициями. Андерс Ван Лит назвал его скучным, но мага Рейвис заинтересовал. Не переехать ли сюда, в самом деле, подумал Дерек и развеселился: Макс Пераник убьет его за такую выходку.

Чугунная церковная ограда была заперта, зато во дворе, у дверей бокового придела суетились люди, что-то выгружая из повозки. Среди черных сутан мелькнул синий кафтан дознавателя Карога.

- Андерс! – привстав на стременах, окликнул его Дерек.

Ван Лит помахал в ответ.

После его негромкого распоряжения пожилой священник отпер ворота и оттянул тяжелую створку, а когда всадник проехал во двор, вновь запер всё на замок. Лэннимер подъехал ближе, глянул на довольного Андерса, посмотрел на почти опустевшую повозку, где оставалась всего пара длинных ящиков, и сообразил:

- Неужели нашли?!

- По горячим следам, - Ван Лит проследил, как предпоследний ящик два здоровых служки снимают с повозки, повернулся к Дереку и сказал с одобрением: - у Хелмира голова работает! Это его осенило, что церковную утварь могут не расплавить, а перечеканить в монеты. Вот, взгляни, - он протянул Лэннимеру серебряный кружок.

Наклонившись с седла, Дерек взял монету, повертел в пальцах. Четкий рисунок: ключ на фоне зубчатой башни, идеальный вес, ровная, без изъянов, форма. Монета словно только что вышла из-под пресса в монетном дворе Равенского. И ведь подделкой не назовешь – настоящая денежка.

- Ювелирная работа, - вернул монету Лэннимер.

- Они сами себя выдали, - сказал Андерс. – Начеканили монет и пошли тратить.

- Можешь не продолжать, - понял Дерек, – я вас поздравляю. Но мне нужен Айдан, где он?

- Вместе с Хелмиром допрашивает этих идиотов, - Ван Лит помог священнику снять последний ящик с повозки, забрал у святого отца какие-то бумаги и облегченно вздохнул. – Я еду к ним, вы со мной?

- Да, - Дерек развернул Фельса.

Верховой конь Андерса привязан был к спинке скамейки, Ван Лит забрался в высокое седло и выехал в предупредительно открытые ворота. Повинуясь команде всадника, за ним двинулся Фельс.

- Вы быстро сработали, - похвалил Лэннимер.

Меррик часто одобрительно отзывался об Айдане. Не зря.

- Если честно, повезло в этот раз, - сказал Ван Лит, выворачивая коня на тихую улочку с деревянными домами – весьма нетипичную улицу для Рейвиса. – Грабители оказались дураками и трепачами, много болтали и много глупили.

- Кто из них такой мастер по чеканке? - спросил Дерек.

- На него мы и вышли, - усмехнулся Андерс. – Формовщик бывший. Не знали только, что он еще и чеканщик. Он всё и затеял, но приятели его сильно подвели, к нашему счастью. А у тебя как дела?

- Дела делаются, - сказал маг.

В голове вертелись неясные догадки, их хватало, но они требовали подтверждений. С домыслами Дерек работать не мог, ему нужны были четкие, доказанные факты, тогда он мог строить логические цепочки. Пока дела Сандро Найгема представлялись магу окутанными туманом. Никакой четкости, никакой ясности. Следовало навестить господина наездника, может быть, тогда что-нибудь прояснится.

- Лэннимер, - окликнул Андерс.

Дерек повернулся к нему.

- Нам сюда, - Ван Лит поворачивал в проулок между двумя глухими заборами.

Два всадника могли здесь ехать рядом, но изредка Дерек правым стременем, а Андерс - левым, задевали кирпичи ограды. Через пару сотен шагов открылось что-то вроде небольшой площади с сумрачным каменным зданием. Здание окружала высокая кирпичная ограда, вроде той, мимо которой только что проехали всадники. Две башни, опоясанные крытой галереей, возвышались над зданием. По галереям расхаживали лучники. Охрана стояла и у массивных ворот. Андерса охранники пропустили, Дереку пришлось показать бумагу Айдана.

Тюрьма, понял Лэннимер.

Во дворе Андерс спешился. Лучник взял у него коня.

- У меня нет желания заходить внутрь, - сказал Дерек Ван Литу. – Позови Айдана, будь так добр.

Молодой дознаватель кивнул, сделал шаг к обитой железом двери башни, потом вдруг вернулся.

- Слушай, Лэннимер, - не в силах сдержать любопытства, сказал он, – правда, что у тебя ноги нет?

***

Конрад разболтал, усмехнувшись, подумал Дерек. Он так и сидел верхом, ожидая, когда к нему выйдет Айдан или выйдет Ван Лит сообщить, что господин дознаватель Рейвиса сильно занят. Во дворе стояли несколько солдат, негромко разговаривали. Не городская стража, вооруженная мечами, а стрелки – лучники и арбалетчики.

- Что у вас стряслось? – услышал Дерек ровный голос Айдана.

Йен вышел, как видно, из другой двери, если Лэннимер ухитрился его не заметить.

- Ничего, - ответил Дерек. – Но мне нужно навестить Найгема.

- Поезжайте, - не вник Айдан.

Лэннимер хорошо понимал дознавателя и не обижался на холодность и прозвучавшие нотки враждебности в голосе Йена. Несмотря на то, что похищенное вернули в церковь, а грабителей нашли, Айдану с помощниками предстояло сделать еще полтысячи дел. Они вымотались, бедняги, а тут я, досадливо подумал маг и сказал:

- Во-первых, мне нужен предлог. Во-вторых, мне нужна свобода действий, то есть, со мной должен поехать человек, который хотя бы на минуту отвлечет Найгема разговором. В-третьих, меня могут не пустить в дом, а мне желательно туда попасть.

- А я хотел выспаться… - пробормотал Айдан.

Через полчаса Айдан и Лэннимер ехали бок о бок мимо гостиницы «Золотой рог», к выезду из города. После колебаний Йен оставил вести допрос Андерса, Конраду велел помогать, а сопровождать Дерека решил сам.

- Вас можно поздравить, - заговорил маг.

Дознаватель от души зевнул.

- Спасибо. Мы старались.

Он не был расположен к разговору, но Дерек, не обращая внимания на его тон, продолжил:

- В Рейвисе или в Кароге пропадали люди, Йен?

- Не припомню, - буркнул Айдан.

- Рабочий с фабрики четыре года назад, - напомнил Лэннимер. – Ваша мэр говорила…

- Я думал, вы про нынешний год спрашиваете, - дознаватель потряс головой, отгоняя дремоту. – Да, ушел в лес и исчез. Мы с Андерсом взяли лесников, стражников, охотников с собаками и перетряхнули все окрестности от глиняного косогора до «Совиного дупла». Как в воду канул.

- Больше пропаж не случалось? – поинтересовался Дерек, ожидая ответа: «Случались» и подтверждения своих предположений, но получил: «Нет».

Неужели я ошибся, разочарованно подумал Лэннимер, хотя рано делать окончательные выводы. Неизвестно, что ждет в доме Найгема, и фактов мало.

- В чем, святые небеса, можно подозревать Найгема?! – взорвался вдруг Йен.

Напряженная работа и хроническое недосыпание дали реакцию. Лэннимер покосился на дознавателя. В другой ситуации он рыкнул бы в ответ, но сейчас отнесся к громкости голоса собеседника спокойно. Айдану и без того сделалось неловко за выкрик.

- Есть кое-что необычное, что требуется проверить, - сказал маг. – Может быть, я уеду завтра, если буду убежден, что всё в порядке.

- Феррен Казпо – известный паникер, - с угрюмой насмешкой отозвался Йен о дознавателе Тойса. – Работает неплохо, но у него полгорода потенциальных воров и разбойников, если судить по отчетам. Каждый несчастный случай по двадцать раз проверяет. Помощники от него воют.

Невольно Лэннимер вспомнил об одном «несчастном случае» двухлетней давности здесь, в Рейвисе, когда понесшая пара разнесла экипаж Лии Новай, и женщина погибла. Будь дознаватель дотошным, да знакомым с магией, - кто знает, до чего он сумел бы докопаться.

Айдан повернул на широкую, но заросшую тропу, видно, раньше ей пользовались часто, теперь ездили редко. Проезжая дорога осталась позади. Прежде чем свернуть за дознавателем, Дерек успел заметить другую тропу, ведущую от дороги в противоположном направлении. Илианна говорила, что та дорожка ведет к пригородной конюшне некоего Томаса Лансбери, а Лэннимер собирался завтра с утра съездить к нему.

Начала побаливать нога, и по мере приближения к дому Найгема проклятый обрубок ныл все больше, целительная сила парка Рейвиса ослабела.

Дерек ощущал впереди сильный магический поток, необычный по структуре. Маги воспринимали их как подобие радужных струй. Как правило, чем сильнее была энергия потока, тем ярче и насыщеннее были его цвета. Самый мощный поток энергии, несущий силу магии, как несет аорта кровь в теле человека, имел ослепительную белизну. Здесь же поток был очень сильный, однако воспринимался как черный. Дерека это изумило. Он закрыл глаза, чтобы лучше почувствовать магию. Да, переносимая энергия имела черный цвет, с редкими проблесками красного и оранжевого – словно на миг вспыхивали языки пламени.

- Лэннимер! – услышал он и открыл глаза.

Остановив коня, Айдан поджидал его на тропе далеко впереди. Поняв, что, увлекшись необычным потоком, он отстал, Лэннимер выслал Фельса с места в галоп и скоро поравнялся с дознавателем.

- Когда Найгем спросит, зачем мы приехали, что мы соврем? – поинтересовался маг.

Айдан кашлянул.

- Давайте подумаем, - сказал он, трогая коня.

- Чему он поверит? – не отставал Дерек.

- Позвольте поразмыслить, - пробормотал дознаватель. – Почему вы морщитесь?

- Нога болит, - признался Лэннимер.

Ногу давненько так не прихватывало. Не влияние ли это необычного черного потока? Если да, то дальше будет хуже. Правда, Дерек всегда брал с собой флягу с настоем, составленным по рецепту Кейры. Он открыл седельную сумку – фляга лежала там.

Сделав несколько глотков, Дерек положил флягу на место.

- Простите, что не предлагаю, - повернулся он к спутнику. – Это лекарство.

- Помогает? – кивнул на ногу Айдан.

- Обычно да, - отозвался маг.

Помогло и теперь. Боль поутихла.

- Есть идея, - заговорил дознаватель. – Мы можем сказать Найгему, что пропал человек, возможно, заблудился. Такое, знаете ли, предупреждение.

- И часто вы так предупреждаете? – спросил Лэннимер.

- Пока один раз, - ответил Айдан. – Всё тот же случай четыре года назад.

- По крайней мере, правдоподобно, - согласился Дерек, – однако местный вряд ли заблудится. Добавьте, что пропал приезжий.

***

Более полутора часов они ехали по лесу, дорога выписывала замысловатые вензеля мимо каменных валунов, огибала непросыхающие лужи, полные затхлой воды и лягушек. Время от времени брызгал дождь, лес по обеим сторонам дороги казался недовольным наличием людей. Где-то звонко и нудно куковала кукушка. Она замолкала на короткое время, потом опять начинала, и успела изрядно надоесть. Дорога петляла, огибая, как пояснил Айдан, болото. Встретились две заброшенные вырубки, где набирал силу подрост. Один раз пришлось пересечь гать, где между бревнами проступала темная вода. Болото Хакуна не выходило у Дерека из головы, как он ни старался отвлечься.

- Зачем Найгем забрался так далеко? – спросил Лэннимер. – Живет ведь один? Случись что – помощи ждать неоткуда.

- В город есть короткая тропка, - ответил Айдан. – Верхом по ней не проехать.

- А пешком сколько идти? – Дерек старался поддержать разговор, чтобы отвлечься от боли в ноге и от неприятных воспоминаний.

- Меньше часа, - сказал дознаватель. – Напрямик, через болото, тропа вешками отмечена.

- Все равно далеко, - проговорил Лэннимер. – Не глушь, но и не пригород.

- Раз в неделю он приезжает за продуктами, - после паузы сообщил Айдан. – Является к мэру, говорит: «Я еще жив» и снова уезжает.

- И мэр счастлива, - с ехидцей произнес маг.

Айдан усмехнулся.

- Она в какой-то мере отвечает за жителей, - сказал дознаватель. – Помню, Найгема не было в городе две недели, и Илианна отправила пару стражников сюда, узнать, что случилось. А у него вначале лошадь прихворнула, потом телега сломалась… Мы на месте.

На месте? Дерек недоуменно посмотрел вперед. Тот же лес, сосновые стволы… А-а-а, нет! Не сосновые стволы, а глухой бревенчатый частокол. Найгем огородился на совесть. Ладно, а где поток? Вот и он, черный, как деготь, идет прямехонько над показавшейся красной черепичной крышей.

Нога заболела так, что Дерек вынужден был отпить из фляги. Айдан посмотрел сочувственно.

Пока они ехали вдоль частокола, Лэннимер тихо произнес:

- На укрепленный старый форт похоже. Строили раньше такие на границах.

- В прошлом году забора не было, - заметил Йен.

Вот и ворота, новые, из крепких досок. По счастью, незапертые, обе створки широко распахнуты. Увидев пасущуюся кобылу, Фельс громко заржал. Первым во двор въехал Айдан, за ним Дерек. Из глубины двора, где находился красивый, но обветшалый дом, навстречу спешил мужчина - услышав ржание незнакомой лошади, торопился посмотреть, кто приехал. Лэннимер мало обратил на него внимание в тот момент, оглядывая двор. Обычные хозяйственные постройки: конюшня, левада, небольшой открытый манеж, сарайчик… Полуразвалившийся сарайчик, дверь которого закрыта так, словно там хранилось золото.

- Что тебе надо, Айдан? – недружелюбно спросил подошедший.

Йен заговорил о якобы пропавшем человеке. Дерек, понимая, что времени мало, сосредоточился. Направил тонкую волну магии поиска на любопытный сарайчик и с трудом сдержал вскрик. Господи, да там… Тяжелый, удушливый запах крови и горелой кости, красное мерцание портала, а над всем этим – мгла. Черная завеса магической энергии. Дерек справился с собой, не выдав ни удивления, ни омерзения.

- При чем тут я? – издалека донесся сердитый голос.

С немалым трудом Лэннимер пришел в чувство, отдышался.

- Я обязан предупредить, - произнес дознаватель.

Дерек не видел лица Айдана, тот находился впереди, однако голос дознавателя звучал непривычно, словно Йен что-то заметил, сильно этим поражен, но старается не показать свое состояние. Маг взглянул на Найгема. Неприметный человек: обыкновенное лицо, волосы неопределенного цвета. В толпе не выделишь.

Сандро наградил гостей очень неприязненным взглядом.

- Ты предупредил, я принял к сведению, - раздраженно буркнул Найгем. – Давайте попрощаемся, вы меня задерживаете.

Айдан возражать не стал, развернул коня и поехал к выходу. Дерек последовал за ним, напоследок наскоро обшарив волной поиска дом.

- Ну и дела, - проговорил дознаватель, когда частокол вокруг дома Найгема остался позади. – Я даже проснулся.

- Что ты заметил? – перешел на «ты» маг.

- Загадочно, - раздумчиво произнес Йен. - Когда я начал плести вранье о пропавшем, - Айдан отвел рукой висящую над дорогой ветку и поморщился, когда капли с листьев посыпались ему за воротник, - Сандро дернулся на секунду. Потом смотрю – у него руки дрожат. Что его так напугало?

Лэннимер свел густые брови.

- У меня веселее, - сообщил он. – Сарайчик гнилой ты приметил? От него кровью несет. Кровь… как бы объяснить… есть старая, человеческая, а есть совсем свежая. Так вот, она человеку не принадлежит.

Айдан изменился в лице.

- Уверен? – промычал он через закушенную губу.

- Абсолютно. Только и это не всё, - Дерек потер висок. – Найгем живет не один. В его доме прячется маг и достаточно серьезный.

- Выводы? – потребовал дознаватель.

- Найгем вляпался, прости за это слово, но он именно вляпался в отвратительное дело, - сказал маг. – Чернее волшебства я не знаю. Скажи, мы имеем право завтра нагрянуть к нему и обыскать дом?

Айдан поразмыслил.

- Оснований нет. Меня тревожит поведение Найгема, но мои тревоги причинами служить не могут, как и твои слова о черном волшебстве. Что за магия там замешана?

- Я почти уверен, что тот маг, который живет у Найгема, вызывает демонов, - прямо сказал маг.

С ругательством Айдан натянул поводья.

- Зачем ему это? – хрипловато спросил дознаватель.

- Вот чего я пока не знаю, - обернулся Дерек. – Поехали.

Догнав мага, дознаватель сердито сказал:

- Объясни, почему ты пришел к такому выводу. Я не разбираюсь в волшебстве.

Лэннимер наклонился, потер ногу. Они удалялись от дома Найгема, и боль стихала. Оставалось онемение, но оно должно было скоро пройти.

- Много признаков, - выпрямившись, проговорил Лэннимер. – Структура магического потока. Цвет портала. Наконец, кровь. Затем уединение, попытка скрыться – это всегда плохая черта, значит, маг занимается чем-то противозаконным, - мимоходом ухмыльнувшись, Дерек подумал о своих поисках.

- Зачем это Найгему? – повторил вопрос Айдан. – Где он нашел этого мага?

- Вернемся и спросим? – предложил Дерек, с готовностью набирая повод.

Услышав иронию, Йен заворчал было, и вдруг замер, словно ему в голову пришла неожиданная мысль.

- Погоди, - сказал он. – Как ты узнал про этого мага?

- Я его почувствовал, - ответил Дерек. – Волшебники обычно чувствуют друг друга.

- Ага, - покивал Айдан. Видимо, немного в магии он смыслил или слышал о каких-то вещах. – Он тебя тоже почувствовал?

- Думаю, раньше, чем я его, - сказал Лэннимер.

Айдан удивился:

- Почему?

- Потому что я значительно сильнее, - Дерек подмигнул.

***

У гостиницы Йен Айдан насупился, перебирая поводья. Выглядел он озабоченным.

- Сможешь доказать, что неизвестный дружок Найгема вызывает демонов? – спросил он.

- Трудно сказать, - нерешительно произнес Дерек. – Если в сарае остались следы жертвоприношений, то проблем с доказательствами не будет, а если там всего лишь закрытый портал, то… - маг развел руками. – Видишь ли, закрытый портал – не доказательство. Отговориться можно легко.

- Жертвоприношений? – сдавленно переспросил Айдан.

- Разумеется, - отозвался Лэннимер. – Как думаешь, почему я настойчиво расспрашивал о пропавших людях? Демону нужна жертва.

Дознаватель с минуту ошарашено молчал.

- Святые небеса, - прохрипел он.

Дерек заставил выйти на дорогу жующего листья ольхи Фельса. По шумок лошадь вознамерилась увезти всадника в придорожные кусты.

- Что конкретно мы можем сделать? – спросил маг.

Приподняв бровь, Айдан устремил невидящий взор на мглистый багровый закат, весь в фиолетовых прожилках далеких туч. Дознаватель прикидывал что-то, наконец, сказал:

- Завтра я засажу сочинять отчет для Меррика Ван Лита и Хелмира. Пусть пишут. Сам поеду к судье и к мэру, попробую убедить их дать разрешение на обыск в доме Найгема и на арест по результатам обыска. Возьмем полдюжины стражников и отправимся.

- Хорошо, - согласился Дерек. – А я с утра навещу Лансбери.

- До полудня успеешь? – осведомился Айдан.

- Должен, - кратко ответствовал маг.

- Тогда в полдень я заеду за тобой сюда, - кивком указал на гостиницу дознаватель.

Договорившись с хозяином гостиницы насчет раннего завтрака, Дерек отправился ужинать. В «Золотом роге» по-прежнему он оставался единственным гостем, отношения с владельцами гостиницы перешли в приятельские. В этот раз ужинал Дерек в компании хозяина – тот распространялся о делах, не требуя от собеседника ни малейшего внимания. Ему было все равно, кому изливать душу. Лэннимер машинально кивал головой, думая о своем.

Обнаруженное в доме Найгема смутило и слегка напугало Дерека, не ожидавшего найти характерные признаки зловещего ритуала. Перебирая совпадения, маг убеждался в правильности подозрений: приятель Найгема вызывает демонов. Кровь. Красный портал. Цвет и структура потока. Но почему кровь в сарае, разбрызганная по стенам, была нечеловеческая? Демонам приносили в жертву людей. И если количество призванных демонов равнялось количеству побед Сандро, почему пропало всего два человека? Должно было исчезнуть по меньшей мере пятеро.

- Барт, - прервал Лэннимер разглагольствования хозяина. – Сколько в городе гостиниц?

- Одна моя, - ответил Барт. – У нас мало приезжих.

- Не случалось ли так, что какой-нибудь приезжий внезапно пропадал? – спросил Дерек. – Остановился у тебя и вдруг исчез, оставив вещи?

Барт замахал руками.

- Что ты, что ты! Йен весь город на уши поставит, ежели такое будет. А вот съезжали раньше срока – такое бывало. Это Сандро, подлец такой, приезжал.

- Стоп! – Лэннимер резко выпрямился. – Найгем?!

- Кто ж еще? Приезжал, разговаривал тут… Большие разговоры были, - Барт видел напряженное внимание собеседника и изливал давнюю обиду без помех. – Ежели в этом году приедет – на порог его не пущу.

- И много согласилось? – спросил Дерек.

- Трое, кажись, - подумав, ответил Барт. – Да, каждый год по одному. Работать к нам приехали, ага. Сандро говорил – мне слуга нужен, так ну-у-у-ужен, так ну-у-у-ужен… - Барт побагровел. – Так, мать его, нужен, что каждый год за новым приходил. Деньги зажимал, от него и бежали.

Вот тебе твои пропавшие люди, подумал маг, вот ты их и нашел. Совершенно случайно напал на след. Значит, жертвоприношений было как минимум пять.

Теперь следовало уточнить время.

- Найгем приезжал летом? – задал вопрос Дерек.

- В июне-июле, - ответил Барт и спохватился: - ты-то откуда знаешь?

Лэннимер поднялся, вытащил золотую монету, «орла», и положил перед хозяином.

- Сдачи не надо, Барт. Ты не представляешь, как мне помог.

Глава 7. Единорог

Утро преподнесло сюрприз.

Лэннимер спустился к гостиничной стойке, намереваясь предупредить хозяина насчет обеда. Лестница из жилых комнат заканчивалась слева у стойки, а справа стоял, кого-то дожидаясь, мужчина в длинной кольчуге, высоких сапогах и при мече. Снятый шлем, украшенный по ободу мелкими жемчужинами, мужчина держал на сгибе локтя.

Хозяин улыбнулся Дереку:

- Доброе утро. Вас тут спрашивают.

Мечник положил шлем на стойку, смерил мага взглядом и сказал:

- Лэннимер?

- Да, - подтвердил Дерек и получил удар с правой в челюсть.

Хотя это произошло неожиданно, Лэннимер сумел чуть отклониться, и удар пришелся вскользь и выше. Мечник бил крепко, и Дерек не упал потому, что схватился за стойку. Поймав равновесие, Дерек ударил в ответ. Стоял он так, что бить пришлось левой рукой, а левая у Лэннимера была слабее. Зато попал он удачно – точно в глаз. Противник качнулся в сторону, снова выпрямился, но Барт с сыном повисли у него на плечах.

- Опомнись, ты что творишь?! – гаркнул Барт.

Дерека никто не держал, но он не собирался нападать, в отличие от мечника, который отчаянно стремился вырваться. Щеку саднило – маг провел ладонью, посмотрел и увидел кровь.

- Пусти, - рычал мечник. – Это он ее убил, я знаю. Пусти меня!

Несмотря на возраст, Барт обладал порядочной силой и удерживал агрессивного гостя довольно легко.

- Попробуешь ударить меня снова, пожалеешь, - тихо сказал Лэннимер.

Не слова, а тон заставили мечника стихнуть. Барт подозрительно глянул на него и что-то шепнул сыну. Тот мигом исчез за дверью.

- Кто ты такой? – подошел к нему Дерек.

- Стэн Новай, - буркнул мечник.

Барт отпустил его, но стоял рядом, готовый снова остановить мечника, если тот возобновит драку.

- Вот оно что, - понял Лэннимер.

Значит, второй раз Лия вышла замуж за городского стражника Рейвиса. И не за простого стражника, судя по украшенному оружию и доспехам.

- Это ты убил ее, - повторил Новай.

Совесть у Дерека была нечиста, но одно он мог утверждать, не кривя душой:

- Я и пальцем ее не тронул.

Лэннимер опять вытер кровь со щеки и посмотрел на руки Новая. На безымянном пальце правой он носил перстень – им-то и ссадил кожу.

Пользуясь тем, что противник отвлекся, Новай рванулся к нему, однако Барт был настороже и, поймав руку, занесенную для удара, заломил ее за спину. Стэн Новай и не подозревал, насколько близко находится от смерти, поскольку Дерек едва удерживался, чтобы не убить его на месте. Дрался Лэннимер плохо, зато в умении убивать магией равных ему было мало.

- Отпусти, - сказал Барту маг.

Нехотя тот разжал руки. Мечник плечом оттолкнул его, сделал шаг вперед.

- Ты свое получишь, - пообещал Новай.

Дерек недобро прищурился. Барт нахмурился:

- Шел бы ты домой, Стэн.

- Па… - донеслось от выхода.

Абсолютно растерянный, там стоял сын Барта в окружении десятка городских стражников, а в открытую дверь входили сердитый Йен Айдан и какой-то человек средних лет в длинном черном одеянии. Встретившись с этим человеком глазами, Дерек выпрямился, обнаружив одного из немногих людей, взгляд которых было трудно вынести.

- Дерек Лэннимер, надо думать? – звучно спросил у мага вошедший и шагнул к стойке. – Я Рэндалл Денфорд, судья Рейвиса.

Несомненно, он заметил начавший синеть и заплывать глаз Новая и рассеченную щеку Лэннимера, на миг поднял левую бровь, но затем его лицо приняло бесстрастный вид.

- Приятно познакомиться, - ответил Дерек. – Вы очень вовремя, поскольку я не понимаю, что здесь происходит. Не хотите объяснить?

- Убийца, - прошипел Новай.

Лэннимер резко повернулся к нему:

- Я выслушал достаточно. Вы, - он глянул на судью, - уберете этого ненормального или это сделать мне?

- Новай, попрошу вас покинуть зал, - по судйской привычке произнес Денфорд. - Говорить буду я.

Стэн Новай забрал со стойки шлем, демонстративно плюнул и вышел.

- Барт, - выразительно глянул на хозяина гостиницы Айдан.

Тот понимающе кивнул, окликнул сына и вместе с ним прошел в обеденный зал, закрыв за собой дверь. Остались стражники у выхода. Денфорд повернулся, сделал им знак выйти, и они тотчас повиновались.

- Приношу извинения, - сказал Дереку судья. – Наш начальник городской стражи вспыльчив.

- Может, стоит снять его с должности? – сухо спросил Лэннимер. – В следующий раз он на кого-нибудь кинется с мечом.

- Сие от меня не зависит, - отозвался Денфорд, сделал паузу и без перехода добавил: – Лэннимер, я рекомендую вам покинуть город.

- Рэнди, - предостерегающе обратился к судье Айдан, но тот отмахнулся.

- В чем дело? – хмуро спросил маг.

- В человеке по имени Стэн Новай, - ответил Денфорд.

Новай производил впечатление человека, способного на необдуманные поступки. Лэннимер потрогал ноющую после удара щеку, опустил глаза и пробурчал:

- Полагаете, он может что-нибудь сотворить?

- Он считает, что ты убил Лию, - сказал дознаватель. – Всё утро нам это доказывал.

- Поэтому, - маг глянул холодно и жестко, - вы всё утро выслушивали его, вместо того, чтобы составить документ на обыск дома Найгема.

- На обыск необходимо согласие мэра, - проговорил Денфорд, - а ее не будет два дня. На свой страх и риск я действовать не могу.

- Понимаю, - уронил Дерек. – Послезавтра найдете меня в «Совином дупле». Надеюсь, Найгем ничего не успеет предпринять, - он с упреком посмотрел на судью. Тот взгляд не отвел.

***

Позавтракав, Лэннимер собрал вещи и, провожаемый добрыми напутствиями хозяина «Золотого рога», уехал из Рейвиса. Идиотскую выходку Новая маг постарался выбросить из головы, хотя болезненная ссадина постоянно напоминала об утренней стычке. Хорошо, что я в отпуске, мимоходом подумал Дерек, крайне неудобно было бы явиться на лекцию с битой мордой.

Плохо, что в Рейвисе нет магов, плохо. Будь в городе волшебник, которого люди давно знают и которому верят, он смог бы убедить судью подписать разрешение. Словам приезжего не доверяли.

Оказавшись у развилки, Лэннимер поехал по тропе, ведущей к конюшне Лансбери. Всё равно по пути, зачем откладывать визит. Он отдал повод, чем Фельс не преминул воспользоваться, обрывая листья с придорожных кустов.

После недавних дождей трава пошла в рост. Скоро тропа начнет зарастать – по ней ездят нечасто: следы копыт и колес едва видны, слева лес был редким и не подходил вплотную к тропе. Между лесом и старой забитой канавой для водостока белыми звездами цвела земляника. Красивое место, светлое, солнечное, и весь путь Дерека сопровождал тонкий аромат нагретой хвои и сосновой смолы. В траве гудели шмели и пчелы, попалось несколько муравейников с деловитыми обитателями. Это разительно отличалось от мрачноватой дороги к дому Найгема. Не из-за потока ли, подумал Дерек.

Копыта Фельса простучали по бревенчатому мосту, переброшенному через ручей, и конь остановился сам, поскольку дорогу ему преградили. Вышедший из леса мужчина замахал руками прямо перед мордой лошади и торопливо заговорил:

- Нету у меня на продажу лошадей. Нету. И в этом году не будет.

- Вы Лансбери? – осведомился Дерек. Он почувствовал слабую искру магии.

- Я Лансбери, я. Лошадей нету. Поезжайте обратно, - он расправил седые усы.

Лэннимер вытащил из кармана бумагу, протянул ему.

- Меня не интересуют лошади, - сказал Дерек, пока Лансбери читал, водя пальцем по строчкам. – Я по другому делу.

Хозяин конюшни вернул бумагу, щелчком сбил с рукава льняной рубахи какую-то козявку и с любопытством спросил:

- Новый дознаватель?

- Да нет, - ответил Лэннимер. – Консультирую службу дознавателей по магическим вопросам.

- А-а-а, - неопределенно протянул лошадник. – Жеребец у тебя хорош. Ну, идем.

Он пошел, указывая дорогу, но проводник Дереку не требовался: он разглядел серые стены бревенчатых построек и лошадиные спины в леваде. Фельс забеспокоился.

- Во-о-он туда своего поставь, в тенек, - указал Лансбери и прищелкнул пальцами. – Ай, славный жеребец! Будешь продавать – куплю без торга.

Отведя коня к лесу, Дерек привязал его там и снял седло. От гуляющих в леваде кобыл Фельса отделяла высокая стена сеновала, но жеребец принюхивался и призывно ржал. Пришлось прибегнуть к магии, чтобы успокоить его. Затем Дерек вернулся к Лансбери.

Тот ожидал гостя, сидя на лавке, за столиком, в тени двух берез. Седая женщина, похожая на Марту, бабушку Кейры, накрывала на стол. Она улыбнулась магу точь-в-точь как Марта, и Лэннимер ответил улыбкой.

Хозяин пригласил гостя к столу. Дерек не успел проголодаться, однако согласился составить компанию. Пили чай. От домашней настойки маг отказался.

Лэннимер погладил вскочившего на лавку большого рыжего кота.

- Найгем покупал лошадей для скачек у вас?

Лансбери шумно засопел.

- Что, наконец-то заинтересовались этим прохвостом? – сердито сказал он.

И здесь любви к Сандро Найгему не питали. Похоже, наездник из Тойса успел со многими рассориться.

- Вы не ответили, - Дерек перевел взгляд с красного лица хозяина на леваду, где гуляли кобылы с жеребятами. В дальнем углу загона лежало что-то грязно-серое, и лошади к тому углу не подходили.

- У меня покупал, - сказал Лансбери. – Пять лошадей. По одной в год. Можешь мне объяснить, куда он их девал после скачек, а?

- Нет, - Дерек почесал кота за ухом. Тот замурлыкал. – Он хорошо платил?

- Как обычно, - хозяин залпом выпил полчашки. – Он брал не скаковых лошадей: у меня их нет, и я не знаю, что он делал с лошадьми, если занимал первые места, - Лансбери хитро посмотрел на Дерека. – Ни одна моя лошадь не должна была прийти к финишу первой. Вот последней – это да! В этом я уверен.

Лэннимер снова посмотрел на кобыл. Впрочем, он и с первого раза узнал местных беспородных лошадок. Упряжные. Возможно, ходят под седлом, но на скачках им делать нечего.

- Простите, мне нужно поразмыслить, - извинился маг.

- Во, давай, - кивнул хозяин. – Полезное дело, может, додумаешься до чего-нибудь.

Пять лошадей. Пять пропавших человек. Лошади, не предназначенные для скачек, но купленные недорого. Люди. Трое не местных. Жена Найгема и рабочий с фабрики. Маг, живущий у Найгема. Вызывает демонов, приносит жертвы. Взгляд Дерека остановился на лошадях. Одна кобыла была нарядная, ярко-рыжей масти. Помнится, у Конрада был такой рыжий красавец, Альде из Стефберии, и в этого Альде вселили демона. А что говорила мэр? Первый конь Найгема – стефберийский черный жеребец.

Вот оно! Дерек хлопнул ладонью по скамейке. Всё нашло объяснение, и всё стало понятным, простым и логичным. Маг поймал взгляд Лансбери.

- Озарило? – спросил тот.

- Вроде того, - Лэннимер тяжело качнул головой. – Не продавайте Найгему коней.

- Не собираюсь, - буркнул Лансбери и встал. – Ты волшебник, да? Пошли, покажу тебе кое-что.

- Разве вы не маг? – поднялся и Дерек.

- Не получилось у меня, - через плечо отозвался хозяин. – Волшебство чую, и только.

Он вел гостя к леваде, продолжая говорить:

- Два года отучился в Академии – плюнул. Не выходило ничего, ни малейшего волшебства не мог сделать. Потоки вижу, использовать их не могу, а магию чувствую.

- Бывает, - сказал Лэннимер.

Он слышал о таких людях. Они встречались редко, реже, чем сильные волшебники. Они видели магические потоки любой структуры, что давалось немногим, у них было чутье на магию, но сами они не могли сотворить простейшего заклятия. Очень обидный случай, говорил про них учитель Дерека, Даниэль Маркус, курьезный дар.

Они подошли к леваде, и Лансбери указал гостю на тот угол, который избегали лошади. Там лежал, отвернувшись, большой конь, весь в грязных разводах. Дереку показалось вначале, что он мертв, но приглядевшись, маг увидел, как вздымаются и опадают его бока. Опять слабо потянуло магией.

- Вот, - указал хозяин. – Он пришел сюда третьего дня, лег и с тех пор лежит. Не хочешь взглянуть?

Лэннимер не слышал хозяина. Он вцепился в верхнюю жердь загородки, жадно всматриваясь в лежащее не то больное, не то раненое животное. Маг понял, кто это, и даже не удивился. Не в меру много сюрпризов преподнесло ему короткое пребывание в Рейвисе; больше Дерек не воспринимал.

Не обращая внимания ни на остолбеневшего хозяина, ни на боль в ноге, Дерек перелез через ограду, спрыгнул в леваду и направился к зверю. То, что маг увидел, подойдя ближе, нисколько его не обрадовало: пряди гривы и часть шеи были в крови. На земле также темнели пятна. Зверя ранили, и ранили серьезно. Маг сделал несколько шагов, и тогда с человеческим стоном зверь повернул к нему окровавленную голову со страшной раной на лбу. Да, Дерек абсолютно верно определил в искалеченном животном единорога.

- Как тебя изуродовали, брат, - прошептал Лэннимер.

Рог зверя отсутствовал. Черная, покрытая спекшейся кровью рана зияла на его месте.

- Лансбери! – крикнул маг. – В правой седельной сумке у меня фляга. Потрудитесь принести!

Лэннимер склонился над единорогом. Зверь снова застонал, опустил длинные пушистые ресницы, прикрыв черные, полные смертной тоски глаза. Потеря рога, как правило, была равносильна гибели для единорога, но этот выжил.

Встав на колени, Дерек бережно убрал от раны длинные пряди некогда золотистой челки. Зверь не шевелился, лишь трудно, неравномерно дышал.

Фляга упала у руки мага: хозяин побоялся подойти. Дерек отвинтил крышку, налил в сложенную ковшиком ладонь настойку Кейры, осторожно промыл рану.

- Сейчас станет легче, - пообещал маг.

Действительно, дыхание единорога сделалось ровнее. Потом он открыл глаза, глянул на человека.

- Выпей, - Дерек снова налил в горсть лекарство, предложил единорогу.

Мягкие губы коснулись руки. Зверь доверчиво слизал темный, пахнущий осенними травами настой. Приподнял голову.

- Пей еще, - Лэннимер вылил в ладонь остатки, поднес зверю.

Тот на миг отстранился, посмотрел вопросительно, словно спрашивая: «Как же ты?» Единорог понял, почувствовал, что человек, пытающийся облегчить ему страдания, - сам калека.

- Пей, - сказал Дерек. – Тебе нужнее.

Зверь выпил и попробовал подняться. Угадав его намерения, маг встал и отступил на шаг. Только бы поднялся, подумал Лэннимер, тогда у него будет шанс. Единорог инстинктом знал, что встать на ноги необходимо. Мучительно медленно, с трудом, он поднялся и стоял, шатаясь, опустив голову. Лекарство сняло боль, однако сил не прибавило.

- Пойдем, - Лэннимер положил руку ему на холку.

Зверь вздрогнул всей шкурой, но не отпрянул. Впрочем, и не двинулся.

- Пойдем, брат, - повторил маг. – Тебе надо поесть.

Хозяин отпирал калитку левады, пока человек с единорогом шли через загон. Единорог качался от слабости. Рана у него совсем свежая, подумал Дерек, кто его так, а главное, зачем? Ранить единорога значило наложить на себя проклятие. Кто-то защищался? Но эти звери первыми не нападали. Его поймали и изуродовали. С какой целью? Нужен был рог? Но рог значительно проще добыть с мертвого животного. Не хотели его убивать?.. Да кто вообще осмелился поднять руку на единорога? Вопросы, одни вопросы.

Зверь вышел за пределы левады и принюхался. Повернул голову, посмотрел на мага.

- Иди, иди, - ласково похлопал его по холке Лэннимер. – Поешь, я подожду.

Лансбери закрыл калитку.

- Этот единорог давно живет в округе, - сообщил он, как о чем-то будничном. – Я его часто видел. Зимой он волков отгонял. Жила тут волчья стая, потом исчезла, видать, угодья сменила из-за него. Не любит он волков, как увидит – прямо бешеный становится.

- Все они так, - заметил Дерек. – Волков и оборотней ненавидят.

Лансбери поманил собеседника пальцем. Лэннимер наклонился.

- Ты послушай. Он когда пришел, всё кровью залил. Так я поехал по его следу – вся тропа была в кровавых пятнах. И знаешь, откуда он прибежал?

Лэннимер рискнул предположить:

- От Найгема?

- Хех, - Лансбери цокнул языком. – С того направления.

Единорог щипал траву, тщательно и придирчиво выбирая нужные ему пучки. Надо будет приготовить ему лекарство, рассеянно подумал маг, настояться оно как следует не успеет, но поможет. Едва Дерек сделал шаг и повернулся к Лансбери, как зверь тревожно вскинул голову. Даже изуродованный, грязный, в кровавых разводах, единорог был сказочно красив.

- Ешь спокойно, я никуда не ухожу, - бросил ему Дерек. – Лансбери, что вы намерены с ним делать?

- Я?! – чрезвычайно изумился хозяин конюшни. – Он у меня подох бы, кабы ты не приехал.

Вот чего мне недостает, так это больного единорога, пронеслось в голове мага. Все же он понимал, что Лансбери прав – здесь зверь вряд ли выживет.

Единорог краем глаза наблюдал за волшебником. Похоже, он начинал привязываться к Дереку, а если такой зверь выбирал какого-нибудь человека, то служил ему преданнее собаки. В житии святого Фирсалена, покровителя княжества, говорилось, что святому верховым животным служил единорог. Но тот подчинил зверя магией и никогда не снимал с него золотую узду с наложенными чарами.

Лансбери деликатно прикоснулся к плечу гостя.

- Сюда может приехать Найгем или его дружок-волшебник. Если это, - он кивнул на единорога, - дело их рук, то зверю не жить.

- Что за тип этот волшебник? – спросил Лэннимер.

Лансбери скорчил гримасу.

- Кто его знает. Я его видел один раз, да он всё время лицо прятал.

- Давно он тут живет? – спросил Дерек.

- Ну, видел я его года два назад, может, три, приехал-то он раньше, - сказал хозяин конюшни.

Если единорога искалечили Найгем с приятелем, подумал Дерек, то во-первых, как зверь сумел вырваться, во-вторых, почему они не стали преследовать его по горячим следам? Опять вопросы.

- Пусть единорог останется до завтра, - проговорил маг. – Утром я приеду за ним.

- Я-то не против, - протянул Лансбери.

Дерек пошел седлать Фельса и остановился, услышав смех хозяина конюшни. Обернулся и увидел, как нетвердо, спотыкаясь, торопится следом единорог.

- Ты же не дойдешь! – с досадой сказал ему Дерек. – Останься, отдохни.

Однако единорог не желал оставаться. Он шел за человеком, спеша, словно боясь упустить его из вида. Подошел и вздохнул. Весь вид его, покорный и жалкий, говорил: «Не бросай меня».

- Что прикажете делать? – спросил Лэннимер, растерянно взъерошив седеющие волосы. – Впрочем… поблизости не растет шиповник?

- Поблизости – нет, - ответил хозяин. – Но если обождешь часик…

- Подожду, - сказал Дерек. – Мне нужны цветы шиповника и мед.

Отправив за шиповником работника, Лансбери принес глиняную миску с медом и снова сел за стол рядом гостем. Единорог тоже перешел туда и пасся неподалеку, время от времени косясь на Дерека. Хотя зверь был слаб, он не ложился, оставаясь на ногах. Надо забирать единорога, подумал Дерек, я же сказал Айдану, что буду в «Совином дупле». Лэннимеру не хотелось задерживаться, он видел, что отвлекает Лансбери от дел, а предлагать помощь не имело смысла: нога опять начала ныть, так что помощник из Дерека сегодня был бы плохой.

Дождавшись возвращения работника, Лэннимер смешал в миске цветы шиповника с медом и сунул зверю под нос:

- Ешь.

Единорог придирчиво понюхал, опустил морду в миску и начал есть. Доев, постоял немного и ударил копытом.

- Полегчало, - прокомментировал маг. – Вот что, брат, - обратился он к единорогу, - если выдержишь двухчасовой путь, то пойдем. Если нет, останься.

Зверь вытянул шею и снова ударил копытом.

***

Таких мучений в дороге Лэннимер не испытывал никогда. Сил единорога хватило ненадолго, он часто останавливался, отдыхал, а всадник ждал его. Затем прекратилось действие лекарства, и зверь сопровождал каждый шаг стоном. Причем единорог старался, шел, и не его вина была в том, что он быстро слабел.

Каждый всадник, возница или пешеход с интересом смотрел, как рослый и некогда величавый и красивый, а сейчас грязный конь (кровь Дерек с него смыл) с усилием бредет за хмурым всадником. Спешиваться Лэннимер не мог в силу больной ноги - пеший, он и сам не дошел бы до «Совиного дупла». Единорогу помог попавшийся на пути родник с чистейшей водой. Напившись, зверь пошел бодрее, но путь отнял много времени. К «Совиному дуплу» подъехали к вечеру, причем единорог и маг вымотались. Первый – физически, второй – морально.

Примет ли нас Мирья, устало подумал Лэннимер, когда знакомая черная дворняжка лаем предупредила хозяйку о госте.

На сей раз встречать подъехавшего всадника вышла не хозяйка. Девушка-подросток, показавшись на ступенях крыльца, пискнула:

- Это вы, профессор?

- Представьте себе, - отозвался Лэннимер, узнав свою студентку. – Элейна, вы можете мне помочь.

Он тяжело спрыгнул с седла, стараясь, чтобы вес тела приняла здоровая нога; привязал поводья Фельса к коновязи, где стояла пара коней. Обернулся. В сумерках серого от пыли единорога разглядеть было трудно, к тому же зверь отстал и хромал где-то вдалеке.

- Обработать рану? – спросила Элейна, бросив понимающий взгляд на рассеченную щеку Лэннимера.

- Не мне, - Дерек ткнул пальцем в показавшегося единорога. – Ему.

«Бестиарий» целителям не преподавали, поэтому Элейна приняла зверя за лошадь. Девушка взяла фонарь и вместе с магом подошла к понуро стоящему единорогу. Увидев рану, ойкнула:

- Кто его так?!

- Вот вам хорошая практика в лечении ран, Элейна, - невыразительно произнес Дерек, оглядываясь в поисках колодца. – Осмотрите его. Я сделал что мог, но надо больше.

Пока целительница, охая, осматривала рану, единорог стоял смирно, но Лэннимера из поля зрения не выпускал. Дерек, отыскав колодец, вначале напоил Фельса, затем принес воды единорогу. Тот нехотя отпил из ведра.

- Какой он красивый! – восхитилась Элейна и перешла к делу: - рана недавняя, ее обрабатывали, причем удачно. Вы?

- Я, - признался Лэннимер.

Он взял у девушки фонарь, посветил на рану.

- Чем, если не секрет? – в целительнице проснулся профессиональный интерес.

Дерек коротко перечислил ингредиенты, входившие в настойку Кейры.

- Так и сделаем, - кивнула Элейна. – Я бы еще добавила подорожник.

- Дерек Лэннимер, какими судьбами? – раздался голос Мирьи.

- Меня выгнали из Рейвиса, - ухмыльнулся маг. – Вечер добрый.

Мирья не сдержала усмешки.

- Добрый, добрый. А эта животина откуда?.. Ох, мама дорогая! – вырвалось у хозяйки «Совиного дупла», когда она присмотрелась к зверю. – Единорог?!

- Единорог, - кивнул маг.

- Пожалуй, я пойду делать лекарство, - сообщила Элейна, справившись с изумлением.

Лэннимер поставил фонарь на землю, и в круге лимонно-желтого света трава приняла неестественный, мертвый цвет. Синеватые сумерки постепенно сгущались, превращаясь в ночь. Слабый ветер колыхал высокую траву, и казалось, будто вокруг медленно перекатываются морские волны. Единорог напоминал меловой утес, о который волны разбивались.

- Поездка в Рейвис прошла удачно, - констатировала Мирья, - ты обзавелся ссадиной на щеке и единорогом.

- Не стану опровергать, - вздохнул Дерек.

- Я видела его пару раз, - произнесла Мирья. – Он выходил из леса на опушку… Какой был красивый зверь. Кто его так?

Единорог вошел в круг света, мягко переступил золотистыми копытами, мокрыми от вечерней росы.

- Примешь нас дня на три? – не ответил на вопрос Мирьи Лэннимер.

- Да, я только предупрейжу своих, - хозяйка «Совиного дупла» улыбнулась. – Иначе отец замучает расспросами, он старик любопытный.

Кое-как устроились.

Элейна работала над раной, и единорог покорно терпел боль. В конюшню заходить он категорически отказался, Фельс, глядя на него, тоже. В итоге Фельса привязали на длинную веревку и определили пастись, а единорог остался с ним. Он не ел траву без разбора, выбирал что-то определенное. В конце концов забрел в земляничник и стал аккуратно выбирать и поедать крошечные, закрывшиеся на ночь цветы. Причем зверь старался встать так, чтобы видеть вход в здание.

Мирья проводила двух последних гостей, повесила на дверь табличку: «Извините, сегодня мы закрыты» и накормила гостя ужином. Дерек попросил отнести единорогу кусок белого хлеба, намазанного медом, что и было сделано.

Вернувшись, Мирья глянула на гостя и улыбнулась одними глазами.

- Иди спать, - сказала она. – Два дня в Рейвисе пройшли у тебя весело, я смотрю.

***

Магу не спалось. Путешествуя в Рейвис, он и представить не мог, что столкнется с жертвоприношением и вызовом демона.

Что ж, по порядку.

Шесть лет назад Найгем одерживает первую победу на скачках на стефберийском жеребце, который затем неизвестно куда пропадает. Предположительно, в это же время он знакомится с неким волшебником, владеющим навыками вызова демона. Маг предлагает Найгему сделку: он вселяет демона в лошадь, делая ее на короткое время непобедимой, Сандро предоставляет магу убежище и отдает какую-то часть выигранной на скачках суммы.

Каждый вызов сопровождался человеческим жертвоприношением. Первой несчастной жертвой стала жена Найгема, очень удобный человек для такого рода дел – ни родни, ни знакомых. Вторым погиб ушедший за ягодами рабочий. Но после его пропажи Айдан устроил такую проверку, такой обыск, что маг с наездником испугались поднятого шума. Тогда они начали разговаривать с постояльцами «Золотого рога», предлагая приезжим работу.

Итого: пять побед – пять лошадей – пять пропавших человек. Все пропадали летом, и демона в лошадь вселяли тоже летом, чтобы успеть подготовить ее для осенних скачек. После скачек конь погибал, не выдерживая нагрузок, для него запредельных.

Пока картина выстраивалась логичная. Продолжим.

Рыжего жеребца Альде, некогда принадлежавшего Конраду, тоже привезли из Стефберии. И демона в него вселили, по всей вероятности, именно там. Значит, кто-то из стефберийских волшебников добился больших успехов в этой сфере. А демонопоклонники в Стефберии стояли вне закона. С ними не церемонились, подозреваемых в этом легко отправляли на дыбу. Похоже, мага вывели на чистую воду, но он успел удрать.

Стоп. Нестыковка.

Альде прожил год у Лагрейда, прежде чем попасть к Конраду, и все это время демон был в коне. И главное, неизвестный волшебник проделал ювелирную работу, тщательную, скрупулезную. Сделано было с дальним прицелом – слияние сущностей. Знающий волшебник вполне мог бы укротить такого коня, и он служил бы ему много лет.

С лошадьми Сандро Найгема, работали наспех. Разумнее было бы создать коня наподобие Альде, но волшебник, первый раз сотворивший уникальное существо, начал неоправданно торопиться. Складывалось впечатление, что он растерял навыки. Пять раз вызывать демона – скверное дело. Да пять ли?! Скорее всего, больше. Еще два-три раза – и вызванный демон вырвется через портал, если не увеличить количество приносимых жертв. Маг играл с огнем, возможно, понимая это. И деталька: Альде – почерк одного волшебника, лошади Найгема – другой стиль. Хм. Учитель и ученик? Вероятно.

Но единорог? Зачем он понадобился Найгему с приятелем? Почему они искалечили зверя? Поймать его наверняка стоило огромного труда, зачем же уродовать… Непонятно и странно.

Придется навестить Найгема без разрешения.

Глава 8. Неофициальный визит

Ввиду прекрасной погоды Мирья накрыла стол для завтрака за домом, подав к кофе изумительные оладьи со сметаной и свежим творогом. Дерек ел, не переставая хвалить хозяйку.

Единорог выглядел куда лучше, чем накануне. Рана начала затягиваться: настойка Кейры обладала сильным действием. Ночью Элейна отмыла его, и зверь предстал почти таким же красавцем, как раньше. Держался он по-прежнему неподалеку от Фельса, но к Дереку подошел и милостиво согласился съесть пару оладий, затем снова отправился пастись.

Лэннимер наливал вторую чашку, когда перестук копыт возвестил о прибытии нового гостя. Несмотря на видную издалека табличку «Извините, сегодня мы закрыты», которую Мирья забыла снять, всадник уверенно спешился.

Гость оказался Конрадом Хелмиром. Он знал, где искать приятеля, поэтому табличка на дверях «Совиного дупла» его ничуть не озаботила.

Представив Конрада Мирье, Дерек продолжил завтрак в компании.

- Айдан просил передать, что завтра постарается выбить разрешения на обыск дома Найгема, - сообщил Конрад, принимаясь за еду.

- Ты приехал, чтобы мне это сказать? – криво улыбнулся Лэннимер.

- Нет, я везу Меррику отчеты по тому делу с церковными ценностями, - Конрад смешал творог со сметаной и щедро намазал им оладьи. – Заехал по пути… Мирья, очень вкусно.

- Благодарствую, - хозяйка налила Хелмиру кофе.

- То есть, ты не сильно спешишь? – осведомился маг.

- В чем дело? – насторожился Конрад.

- Найгема мы навестим сегодня, - известил приятеля Дерек. – Без разрешения.

- Спятил, - подытожил Конрад.

Дерек обмакнул оладью в сметану.

- Обернись, - попросил он.

Конрад послушался.

- Что видишь? – жуя, поинтересовался Лэннимер.

- Отличного серого жеребца, - подумав, сказал Хелмир и повернулся к приятелю. – Твой?

- Это единорог, бестолочь, - сказал маг, - и изувечил его Найгем со своим дружком.

Конрад уронил творог. Черная дворняжка, присутствовавшая при всех трапезах, немедленно его подобрала. Мирья улыбнулась.

- Как единорог?! – Конрад развернулся так стремительно, что чуть не опрокинул табурет, на котором сидел. – У него нет рога. Ах ты! – по последнему восклицанию Дерек сделал вывод, что приятель увидел рану на лбу зверя.

Несколько минут Хелмир наблюдал за серебристым красавцем. Подошла Элейна, снова обработала рану единорога - тот доверчиво подставил ей лоб. Оставить бы его здесь, мельком подумал Дерек, наберется сил, снова уйдет в лес.

- И впрямь единорог, - согласился Хелмир. – С чего ты взял, что его искалечил Найгем и о каком дружке идет речь?

- Сколько вопросов, - Лэннимер откровенно издевательски прищурился. – Напомни мне, зачем Алистер отправил тебя в Рейвис?

Конрад тихонько выругался, глянул на Мирью и смутился. Зацепить Дерек умел. Вот как он мило напоминал другу, что господин княжеский дознаватель отправил своего помощника в Рейвис не в помощь Айдану, хотя, конечно, сообразительность Конрада сыграла важную роль в поиске похищенных ценностей. Это большой плюс, но делом Найгема Конрад заняться не успел. Это минус. А Лэннимер успел что-то выяснить.

- Ты сделал мою работу, спасибо, - признал и поблагодарил Хелмир. – Рассказывай подробности.

- Мне уйти? – спросила Мирья.

- Как хочешь, - сказал Дерек. – Вещи, о которых я собираюсь говорить, малоприятны.

Из вечного женского любопытства Мирья осталась.

Маг подробно рассказал о том, что узнал и какие выводы сделал. Ошеломленный Конрад не произнес ни слова. Хозяйка «Совиного дупла», знавшая Найгема, казалась полностью выбитой из колеи, но опомнилась она первой.

- Четко и безнадейжно логично, - покачала она головой. – Откуда ты столько знаешь про демонов, про жертвопринойшения?..

- Преподаю «Введение в демонологию» на шестом курсе, - пояснил Лэннимер. – Ректор счел нужным ввести этот предмет с прошлого года, поскольку магам об этом знать необходимо. Хотя бы азы, - он коротко засмеялся. - Не пугайся, Мирья, вызывать демонов я не учу. И вообще, если бы приятель Найгема имел представление о том, что грозит ему в случае заключения сделки с демоном, вряд ли он решился бы вызвать эту тварь.

- Не пойму, зачем им единорог, - сказал Конрад, - и почему надо было его калечить?

Дерек лениво поднялся.

– Обсудим по пути?

Вздохнув, Конрад торопливо закончил завтрак.

***

Убедить единорога остаться на лужке стоило получаса уговоров. Прекрасно понимавший, что ему говорят, зверь откровенно капризничал и жался к Дереку. В конце концов Лэннимер повысил на него голос, и это возымело действие: обидевшись, единорог отошел.

Дерек попросил Элейну перелить во флягу часть настойки, которой она обрабатывала рану зверя. У дома Найгема лекарство наверняка понадобится.

Наконец выехали. Солнце пригревало, становилось жарко. Конрад распустил завязки кафтана, расстегнул ворот рубахи.

- Что от меня потребуется? – спросил он.

- Присмотреть за лошадьми, - ответил Дерек.

Хелмир посмотрел на друга пристально – не издевается ли? Но Лэннимер был серьезен.

- Планируешь забраться к Найгему втайне? – осведомился Конрад.

- Это будет неофициальный визит, - кивнул Лэннимер.

- Приятель Найгема тебя почувствует, - сказал он. – Твою силу не скроешь.

- Разберемся, - проговорил Дерек таким тоном, что у Конрада пропало желание продолжать разговор.

Ему пришлось сделать усилие, чтобы выговорить одну-единственную фразу:

- Ты поступаешь вопреки закону.

- Именно, - сказал Лэннимер. – Конрад, - добавил он доверительно, - у меня чувство, что надо спешить. Поэтому, и только поэтому я не стану ждать разрешения мэра.

Как минимум, нам влетит от Алистера, подумал Конрад и сердито сжал губы. А если что-нибудь в доме Найгема пойдет не так? Что тогда? Конрад сердито толкнул каблуками приотставшую лошадь.

Не дождавшись ответа от друга, но точно зная, о чем он думает, Лэннимер посмотрел на сердитую физиономию Конрада и против воли улыбнулся. В случае чего, всё возьму на себя, решил Дерек. Он разработал план, как попасть в дом Найгема, но отрицательным фактором являлся черный поток, который мог помешать магии. Энергию этого потока брать не следовало.

Конрад полагал, что Дерек хочет незаметно обследовать дом, Лэннимер же хотел иного. Он желал увидеться с приятелем Найгема. Если бы удалось вытащить его через портал и привезти в Рейвис, это была бы крупная удача. Обвинение в домонопоклонничестве давало право препроводить волшебника к палачу, а пытки мало кто выдерживал. Однако Дерек чувствовал – просто и легко не будет.

Мысли опять вернулись к черной энергии. Магические потоки существовали всегда, имели определенную структуру и цвет, имели свою мощность. Этот выделялся. Не искусственный ли он? Его вполне мог создать демон для подпитки портала, чтобы держать его в приоткрытом состоянии, как дверь, подпертую колышком. Для заклинаний эту энергию мог использовать приятель Найгема, имени которого Дерек до сих пор не знал, а Лэннимеру черный поток трогать было нельзя, поскольку портал мог открыться самопроизвольно.

Для начала Лэннимер свернул к Лансбери и удивился, подъехав и увидев лежащее поперек тропы бревно, а за бревном – двух парней с арбалетами. Одного Дерек узнал: тот накануне ездил за шиповником для единорога. Тот тоже узнал вчерашнего гостя, опустил грозно вскинутое оружие, отправил напарника за хозяином.

- Что у вас случилось? – спросил Лэннимер.

Работник оказался неразговорчивым. Махнул неопределенно рукой и сел на бревно.

Томас Лансбери, человек довольно грузный, пришел быстро, обмахиваясь шляпой.

- Приветствую, господа, - сказал он и обратился непосредственно к Дереку: - как единорог?

- Спасибо, неплохо, - поздоровавшись, ответил маг. – Что тут за осада у вас?

Лансбери криво улыбнулся:

- Буквально через час после того, как ты уехал, сюда принесло Найгема.

Дерек переглянулся с Конрадом.

- Так, - проговорил Лэннимер и сжал в кулаке повод. – Что он сказал?

- В основном, ругался, - доложил хозяин конюшни, не убирая с лица ухмылку. – Сказал, что зверь пришел к нему уже раненым, и они с другом пытались его лечить. Потом, мол, зверь сбежал, и он поехал по кровавым пятнам.

- Неубедительно, - вставил Конрад.

- Еще бы! – воскликнул Лансбери. – А я не люблю, когда меня считают дураком!

Почему он приехал один, подумал Дерек, его приятель-волшебник определил бы, куда направился единорог, и они легко догнали бы нас. Если им так нужен этот зверь, почему маг не сопровождал наездника?

- Я ему ответил, - продолжал Лансбери, - что единорог пришел ко мне, за сутки отлежался и ушел в лес, - хозяин конюшни подмигнул Дереку. – Я ж вас не выдам.

- Спасибо, - наклонившись с седла, маг крепко пожал Лансбери руку.

***

Солнце светило сквозь дымку, мягкие тени протянулись через дорогу. Опять где-то мерно куковала кукушка. Друзья выехали на перекресток, и Дерек направил Фельса на тропу через ельник – к дому Найгема.

- Почему Найгем приехал один? – спросил Конрад. – Почему ему так нужен единорог? И если он ему нужен, зачем понадобилось его калечить?

Лэннимер высказал свое предположение:

- Возможно, этому волшебнику требовался аликорн. Хотя нет, ерунда получается. Столько трудов затратить, чтобы отпилить его… Гораздо проще отрубить его у мертвого зверя.

- Значит, им нужен был живой единорог, - заключил Конрад и ловко прибил слепня в полете.

- Для чего отпиливать рог? – досадливо спросил Дерек. – Единорог без аликорна ничто, вся сила у него в роге. Без рога он – обычная лошадь. Красивая, выносливая, резвая, но лошадь, почти без магических свойств… - внезапно маг осекся.

Лошадь им и была нужна – резвая, выносливая, сильная, в которую можно вселить демона надолго! Даже лишенный рога, единорог протянет много лет, пока демон будет пожирать его. И вот чья кровь изнутри забрызгала стены неприметного сарайчика, пока две твари в человеческом облике отпиливали рог.

Зверь давно обитал в окрестностях Рейвиса, поэтому Найгем знал о нем. Каким-то способом единорога удалось поймать и лишить рога, однако зверь ухитрился сбежать, разрушив все планы Найгема. Вернее, его приятеля, поскольку планировал всё наверняка волшебник.

Чем дальше друзья углублялись в лес, тем сильнее морщился Конрад, а у Дерека опять разболелась нога. Лэннимер глотнул настойки и протянул флягу Конраду: черный поток влиял и на его самочувствие, вызывая головную боль. Энергия магии не действовала на обычных людей, вроде Айдана, Конрад со своим острым восприятием был не совсем обычным человеком. Хелмир отпил из фляги, сплюнул и сказал:

- Горькая дрянь.

- Зато поможет, - пообещал Дерек и убрал флягу в сумку.

В самом деле, нудная, тянущая боль пропала. Конрад повеселел.

- Рядом проходит поток, - сообщил он.

- Ну разумеется, - раздраженно ответил Лэннимер. – Как думаешь, отчего у тебя болела голова?

- А-а-а-а, - понимающе протянул бывший лесник.

У него были слабые способности к магии, зато он обладал тонкой интуицией. Потоки он чувствовал, правда, ни один поток не доводил его до головной боли. Но Конрад знал, что магия бывает разной.

- Давай вернемся, - предложил он.

- Нет, - отрезал Лэннимер, и друг подозрительно на него посмотрел.

Мерзавец Лэннимер поставил Хелмира в двойственное положение. С одной стороны, он не мог не сопроводить Дерека, который выполнял работу его, Конрада. С другой стороны, представляя методы Дерека, помощник дознавателя сознавал, что ситуация может выйти из-под контроля.

Если приятель Найгема попробует что-то сделать, ему не жить, пророчески подумал Конрад, а он наверняка попробует. Человеку, вызывавшему демонов, терять нечего. За убийство людей с целью жертвоприношения, за вызов демона полагалась смерть. Конрад не так хорошо разбирался в законах, ограничивающих использование магии, но этот помнил.

Дерека раздражала боль в ноге. Лекарство лишь снимало остроту, притупляя болезненные ощущения. Спасибо Элейне, она приготовила настойку тщательно и умело, все-таки целителей учили основательно.

- Дерек, - вдруг позвал Конрад.

Казалось, будто кто-то заставляет его говорить, с таким усилием он произносил слова.

- Нельзя трогать этот поток, - Конрад тряхнул головой. – Я чувствую, что… - он замялся. – Никак не подберу слов.

Ты чувствуешь непроницаемую темноту, чувствуешь, что за ней есть нечто, и боишься этого, подумал Лэннимер и проговорил:

- Я не собираюсь брать из него энергию. Успокойся, ты на себя не похож.

- Неприятные ощущения, - Конрад снова потряс головой. – Как давит что-то.

- Дальше будет хуже, - Дерек прикинул расстояние. – Потерпи полмили, потом остановимся. Раньше я не смогу устроить портал.

- Откуда ты возьмешь для него энергию? – Конрад порой был дотошен и подозрителен – качества, хорошие для дознавателя, но вызывающие у Дерека неприязнь.

- Не бери в голову! – отрезал Лэннимер и выслал Фельса.

Полмили проехали рысью. Дерек выбрал место и остановил коня. Да, пожалуй, ближе к дому Найгема подъезжать не следует, поток становился мощнее, соответственно, Конрад чувствовал себя хуже, и у Дерека нога болела сильнее.

Маг огляделся и улыбнулся, заметив, как над большим замшелым камнем два дерева аркообразно смыкали ветви – просто идеально, то, что нужно. Лэннимер спешился, передал поводья Конраду.

- Я ухожу, - сказал он. – Если меня не будет более часа, поезжай к Айдану.

Нет, вначале я съезжу посмотреть, что с тобой случилось, подумал Конрад, но Дерек угадал его мысли и добавил:

- И не вздумай ездить к Найгему.

- Хорошо, - пробурчал Хелмир.

Однажды Лэннимер открыл свой портал при Конраде и его однокурсниках, и порой Конрад с ухмылкой вспоминал ту выходку друга. В Академии поговаривали, что в юности Дерек был мастером злых шуток, но, к чести его, он никогда не начинал первым.

Стоя на камне, маг привычно быстро открыл портал и шагнул в открывшийся темный переход. В прошлый раз, насколько помнил Конрад, из портала дохнуло жаром. Теперь пронеслась волна холода. Сверкнули в воздухе непонятные символы, и портал закрылся. Дерек исчез.

Конрад сошел с седла, расстегнул подпруги и отправил лошадей пастись. Сел на камень. В этом участке леса, несмотря на теплую погоду, было прохладно. Тянуло сыростью и, судя по слабому шуму, где-то далеко текла бурливая порожистая речка. Конрад представил неглубокую реку, с темной торфяной водой, пенную на перекатах, в высоких обрывистых берегах. Кроме этого, едва различимого шума, никаких звуков не доносилось. Ни надоедливой кукушки, ни дятла, ни жужжания насекомых, даже вездесущих слепней и комаров не было. И Конрад поежился.

***

Конрад бы изумился, узнав, что четкого плана действий у Дерека не было. Маг хотел осмотреться и, если повезет, вытащить через портал приятеля Найгема. Не повезло. С самого начала не повезло: из-за черного потока выход портала сместился, и Дерек вышел не через ворота, а рухнул посреди двора, хорошо еще, не в открытый колодец. И всё это с грохотом, со вспышкой, с выбросом магической энергии. Словом, волшебник заявил о прибытии громко.

Отреагировали на это быстро. Найгем двумя прыжками преодолел расстояние от крыльца дома до поднимающегося нежданного гостя и рванул Дерека за ворот куртки. А вот так хватать Лэннимера не стоило ни при каких обстоятельствах – Сандро очутился на земле, шагах в двадцати от мага. Его протащило на спине и впечатало в поленницу. Найгем ничего не понял, и, нащупав длинную рукоять топора, он схватил его и снова бросился на Дерека.

Даже с топором Найгем был неопасным противником. Легкое движение – топор отлетел в одну сторону, Сандро – в другую. Против магии с топором? Лэннимер усмехнулся и тут же стал серьезен, почувствовав грозные изменения черного потока, тот сжался, запульсировал, как всегда бывало с потоками, из которых берут чересчур много энергии. Будет удар, мгновенно пронеслось в голове Дерека, а опыт помог ему определить направление удара. Он успел повернуться к сарайчику, откуда вместе с волной сжатого воздуха вырвался волшебник. Лэннимер краем глаза заметил в его руке темный нож.

Поскольку противник Дерека брал энергию потока, он имел значительное преимущество. Лэннимер мог рассчитывать исключительно на свои силы, а их следовало поберечь, потому от первой атаки он попросту уклонился. Противник явно поспешил, ударив волной на уровне груди: сжатый воздух прошел над головой пригнувшегося Дерека и разметал поленницу, обрушив часть ее на лежащего Сандро. По первому удару Дерек оценил противостоящего ему волшебника, и оценка была невысока, хотя работа с воздухом требовала определенного мастерства, защищаться же от таких атак было крайне сложно.

Второй удар, нанесенный спустя несколько секунд, принял на себя сруб колодца, за которым мгновением до того укрылся Дерек. И опять изменения в потоке подсказали ему силу и направление атаки. Несомненно, Лэннимеру противостоял волшебник, не искушенный в магических боях. Удар расшатал сруб, вырвал и далеко отбросил ворот, но вреда Дереку не причинил. Кроме того, чем больше тратилась энергия потока, тем меньше ныла нога.

Третьей атаки не последовало. Дерек опередил противника, и ответ его был страшен. Лэннимер бил магией так, чтобы убить наверняка. Он вскочил, одновременно поднимая перед собой стеной воду из колодца, а затем, молниеносно разбив эту стену на капли, с ужасающей скоростью погнал их вперед, одновременно замораживая. Дерек не знал точно, где находится противник, но отсутствие точности с лихвой компенсировалось количеством острых ледяных игл. Словно много тысяч лучников одновременно выпустили стрелы. Капли рассекли воздух и впились в растерявшегося человека. Он попытался защититься, но защита не выдержала.

Прихрамывая, Лэннимер подошел к нему. Превратившиеся в заряды, пущенные из пращи, капли изуродовали лицо мага, и все же оно показалось Дереку знакомым, значит, видел его раньше: увиденного однажды человека Лэннимер уже не забывал.

На мокрой от воды и крови траве, среди стреловидных градин, лежал изогнутый бронзовый нож старой работы. На лезвии, на рукояти темнели пятна, въевшиеся в металл. Нож для жертвоприношений, определил Дерек и вдруг услышал пронзительный женский крик. Среди полной тишины он прозвучал настолько неожиданно, в нем был такой ужас, что Лэннимер содрогнулся. Кричали из сарайчика.

Прежде чем выяснить, в чем дело, Дерек не спеша осмотрелся. Найгем лежал без движения, засыпанный поленьями, его приятель был мертв, двор после короткого боя превратился в свалку. Ни угрозы, ни опасности маг не почувствовал, даже черный поток стал куда менее мощным.

Крик повторился, и, словно в ответ, в конюшне тревожно заржала лошадь.

Отдышавшись, Дерек направился к сараю. Дверь оставалась открытой, и маг заглянул внутрь, в принципе, представляя, что он обнаружит. Слабое красноватое свечение, шедшее от противоположной стены, указывало на незакрытый портал. Дерек открыл дверь шире и там, куда попал дневной свет, разглядел начерченные кровью символы. Солнечный луч скользнул по матовой поверхности человеческого черепа.

Из темноты донеслись всхлипы.

- Кто тут есть? – спросил Лэннимер.

- Помогите! Помогите, пожалуйста!! – истерично ответил женский голос.

- Просьба не орать, - невозмутимо произнес Дерек. – Я ничего не вижу в этой темноте. Свечи есть?

- Н-не знаю, - женщина всхлипнула. – Освободите меня.

- Вы, вообще, кто? – спокойный тон мага, очевидно, помог и неизвестной прийти в себя.

- Я… я… пожалуйста, развяжите меня, - попросила она.

Глаза привыкли к сумраку, и Лэннимер рассмотрел нечто вроде алтаря, на котором лежала привязанная обнаженная женщина. Как и Конрад, Дерек носил в ножнах на поясе охотничий нож – давняя привычка, выработавшаяся в поездках, и этим ножом он перерезал веревки. Помог женщине встать.

Одежда пленницы валялась в углу сарая. Торопливо одеваясь, женщина причитала, умоляя спасти ее мужа. Где муж, она не знала, но из ее всхлипываний Дерек выяснил, что он где-то в доме.

Для начала Лэннимер убедился, что Найгем жив. Убрав поленья, он связал Сандро, подтащил его к колодцу, прислонил спиной к остаткам сруба. Пара ведер ледяной воды – и Сандро очнулся. Маг наклонился к нему:

- Где ее муж?

Найгем молчал, смотря перед собой. Получив оплеуху, перевел взгляд на Лэннимера.

- Ты приезжал с Айданом, - прохрипел он.

- Я спрашиваю, где ее муж? – повторил Лэннимер, кивнув в сторону женщины. Та стояла, прикрытая дверью сарая. – Лучше бы тебе ответить, - он отодвинулся, чтобы Сандро мог видеть тело убитого мага.

- В доме, - понял ситуацию Найгем. – В подвале.

- Он жив? – выпрямился Дерек.

- Жив, - обнадежил Сандро.

Полностью одевшись, пленница подбежала к Дереку. Она оказалась молоденькой. Растрепанная, заплаканная, грязная, она вцепилась в рукав Лэннимера. Ее трясло.

- Тебя как звать? – спросил маг.

- Лори, - стукнув зубами, ответила она.

- Как ты их заманил сюда, скотина? – спросил Дерек и ткнул Найгема твердым носком ботинка. – И когда?

Сандро не ответил, да ответ и не нужен был Лэннимеру: он догадывался. Наверняка молодая пара направлялась в Рейвис искать работу, а этот подлец предложил им работать у себя не далее, как вчера вечером. Эх, молодость доверчивая!.. Люди постарше вряд ли попались бы.

- Лори, подожди меня, - Дерек мягко высвободил рукав из ее пальцев.

- Нет-нет, пожалуйста, я хочу с вами, - она умоляюще посмотрела на мага.

Дробный топот копыт и яростная ругань заставили Лэннимера резко развернуться, а девушку застыть. Спустя мгновение маг расслабился: во двор галопом влетел Конрад, сжимая одной рукой поводья, в другой – заряженный арбалет. За ним на веревке бежал Фельс.

Еще раз ругнувшись, Хелмир осадил лошадь.

- Кажется, я ясно сказал, чтобы ты не приезжал, - нахмурившись, проговорил Лэннимер, хотя искренне обрадовался другу.

Конрад не отреагировал на его замечание, будто не слышал. Не опуская арбалет, окинул двор цепким, все замечающим взглядом. Взгляд его задержался на Найгеме, затем на мертвом теле. Оценив обстановку, Конрад снял стрелу с желобка и щелкнул спуском, разряжая оружие. Подъехал к Дереку.

- Ты высказался очень ясно, но когда поток просто-таки взбесился, я понял, что дела у тебя неважные, - заявил Хелмир. – Что-то пошло не так?

Наскоро объяснив другу, что произошло, Дерек препоручил ему девушку и пошел к дому, обратив внимание на зарешеченные окна первого этажа. Вход в подвал располагался снаружи, и Лэннимер вначале спустился туда. Найгем не солгал: в подвале маг нашел полуживого связанного парня. Не особенно с ним церемонясь, Дерек освободил его и помог выбраться. Наблюдать воссоединение счастливо спасшейся пары не стал, окликнул Конрада.

- Скачи к Айдану, - распорядился Лэннимер. – Объясни ситуацию. Пусть срочно едет сюда и берет тех, кого сочтет нужным.

- А ты? – спросил Хелмир.

- Осмотрю дом.

Не задавая больше вопросов, Конрад поторопился к лошадям. Привязав Фельса к скобе, вбитой в стену конюшни, сел на свою лошадь и уехал. За два года работы дознавателем Хелмира научили не терять времени.

- Лори и вы, молодой человек! – крикнул от крыльца маг. – Присмотрите за Найгемом. Я скоро приду.

Опираясь на резные перила, он поднялся на высокое крыльцо. Искалеченная нога немедленно заболела сильнее. Проклятый обрубок, вскользь подумал Лэннимер и потянул дверь, тяжелую, как городские ворота. Дом был укреплен не хуже иного пограничного форта, видать, опасался Найгем тех сил, с которыми имел дело его приятель. А что тянется вдоль косяка, над порогом и притолокой? Знаки, отпугивающие демонов? Они самые.

Дерек усмехнулся.

Окна, хоть и закрытые решетками, давали много света. Две лестницы, крытые коврами, вели на широкую галерею, что опоясывала дом на уровне второго этажа. По такому принципу строили особняки богачи Тойса. Отделанные мореным дубом стены и расположенный между лестницами камин тоже служили признаками богатых тойсовских домов. На стенах висели картины с изображениями породистых скакунов, на камине стояли шесть серебряных статуэток – призы Найгема. Каждая ценой в человеческую жизнь.

Постояв у камина, Дерек отвел, наконец, от статуэток тяжелый взгляд и начал подниматься на галерею. Пушистый ковер гасил звук шагов. Лестница, крытая ковром, закончилась, и подковки высоких ботинок Лэннимера застучали по плашкам паркета. Здесь оказалось темнее, чем внизу, поскольку окон было меньше, зато тут имелись двери, ведущие, очевидно, в комнаты. Лэннимер насчитал их пять и нажал на ручку первой. Заперто. Вряд ли жилые комнаты станут запирать, подумал Дерек, Найгем с приятелем не стали бы закрываться друг от друга. Следующая дверь также не открылась, а третья поддалась, и Лэннимер попал в светлую, чисто прибранную комнату. Сквознячок из приоткрытого окна шевелил тонкую ткань занавески и гусиные перья на столе. Четыре полки, набитые книгами, висели так, чтобы, не вставая из-за стола, можно было достать любой том. Едва ли наездник работал с книгами, комната явно принадлежала магу.

Дерек пробежал глазами по названиям, вытисненным на переплетах. Да, Найгем не стал бы читать «Структуры магических потоков».

- Надеюсь, ты хранил свои записи поблизости, - вслух проговорил Лэннимер, продолжая читать заглавия книг.

На полках не оказалось ничего особенного: монографии, учебники, теория и практика магии, травник. Такие книги имелись и у Дерека. Заинтересовал его фолиант, небрежно брошенный поверх книг четвертой полки. Названия на переплете не было, а потому Лэннимер взял книгу и открыл на титульном листе. Вот это старина! Не бумага, пергамент, и текст подстерт уже.

- «Инцекаварте баллю», - с трудом разобрал Дерек и перевел: - «Единорог изгоняющий».

Характерное начертание букв служило признаком 800-х годов, стало быть, книга насчитывала добрых шесть-семь столетий. Лэннимер бережно переворачивал страницы, вчитывался, потом опомнился. Скоро приедет Айдан, надо поскорей осмотреть комнату убитого. Он положил книгу на стол, подергал ящики. Они выдвинулись легко, по всей видимости, маг не считал нужным что-то тщательно прятать. В верхнем лежала чистая бумага, в среднем – перья и нож, чтобы их затачивать, в нижнем – две тетради. Одна исписана полностью неровным, спотыкающимся почерком, в другой прямой и четкий почерк заполнял записями тетрадь на треть. И там, и там записи делали на стефберийском языке, что не представляло проблемы, поскольку язык этот Дерек знал. Тетради он положил на книгу.

В комнате стоял шкаф, куда, конечно, Лэннимер не преминул заглянуть. Под одеждой он отыскал несколько медальонов, длинный стилет с черной рукоятью и завернутую в ткань пилу, от которой шел сильный неприятный запах. От этих вещей тянуло магией. Пилой наверняка отпиливали рог единорогу, подумал Дерек, продолжая ковыряться в шкафу, и наткнулся на продолговатый сверток. Лэннимер поднял и чуть не уронил сверток, когда теплая магическая волна нахлынула на него. Не развернув ткань, он знал, точно знал, что это.

В свертке лежал аликорн.

Глава 9. Каспар Лейн

Древнюю книгу о единорогах, тетради, серебряный медальон в виде конской головы и аликорн Дерек уложил в седельные сумки, решив, что так или иначе эти вещи пропадут, а ему могут пригодиться. В этом отношении Лэннимер предрассудков не имел.

Лори с мужем с тревогой ждали возвращения мага, и дружно обрадовались, когда он вышел. Сандро по-прежнему сидел у колодца связанный. Его не тронули, хотя муж Лори сознался в большом желании выбить господину Найгему десяток зубов. Лэннимер спросил, как они оказались у Найгема, и ответ молодого человека полностью подтвердил его догадку. Вчера вечером Сандро встретил их на дороге в Рейвис и предложил работать у себя: ему, мол, нужны конюх и кухарка.

- Вы бы в городе переночевали, расспросили бы, что и как, - досадливо поморщился Дерек.

- Там, говорят, гостиница дорогая, - робко вставила девушка.

- Вот и сэкономили, - не сдержавшись, буркнул Лэннимер.

Как хорошо, что они с Конрадом не стали ждать разрешения мэра. Промедление стоило бы двух жизней.

- Вы-то кто? – спохватился вдруг муж Лори.

- Помощник дознавателя, - ответил Дерек и машинально посмотрел на убитого, затем на темный сарай. Из темноты временами пробивалось красное свечение. Надо закрыть портал, вспомнил маг, закрою портал, и черный поток должен растаять.

- Врет он, - подал голос Найгем. – Он не помощник дознавателя.

Лэннимер сунул молодому человеку под нос бумагу Айдана. Прочитав документ, тот протянул руку и представился:

- А я – Дон… Дональд Батчет. Спасибо вам.

Дерек руку пожал. Дон потер лицо, обнял жену.

- Они бы нас убили, - проговорил он.

Лэннимер криво улыбнулся, кивком указал на Найгема.

- Этот убил свою жену, что ему до вас.

- Ты и это знаешь, - вырвалось у Найгема. – Откуда ты свалился?

- С того света, - сказал Лэннимер.

Сандро далеко сплюнул.

- Убивал, вообще-то, не я. Убивал Каспар.

Дерек сел на колоду для колки дров, вытянул ноги. Он устал. Заклятия, не поддержанные энергией потоков, всегда отнимали много сил. От усталости маг стал рассеянней и не сообразил поначалу, что узнал имя убитого. Каспар, значит.

- Он свое получил, - заметил Лэннимер. – И ты получишь.

- Не пугай, - огрызнулся Найгем.

- Будь моя воля, я расплавил бы твои серебряные статуэтки и заставил тебя напиться этого серебра, - равнодушно сказал Лэннимер. – И Каспара тоже.

Найгем посмотрел на мага, и ему захотелось, чтобы Айдан приехал поскорее.

***

Йен Айдан, Андерс Ван Лит, Конрад Хелмир и десятка два стражников приехали под вечер, когда через двор протянулись длинные тени, а Дерек, Дональд, Лори и Найгем сильно проголодались. Конрад ввел дознавателей в курс событий, поэтому, спешившись, Айдан и Ван Лит взялись за дело. Стражников поставили у ворот и у крыльца дома. Андерс тихо расспрашивал Дона и Лори, отведя их в сторону, Йен подошел к Дереку.

- Где труп? – спросил он.

Лэннимер ткнул пальцем. Айдан заметил тело, над которым уже стоял Конрад, затем снова повернулся к магу и покачал головой:

- Можно было обойтись без этого?

Хрипло рассмеялся Найгем.

Дознаватель зло глянул на него, но не успел произнести ни слова: Дерек поднялся с чурбака, потянулся, расправил плечи.

- Нельзя. Пойдем со мной, только раздобудь свечу или факел.

Неопределенно хмыкнув, Айдан подозвал стражника, отдал ему распоряжения, и тот бегом помчался к дому, снял висящий на крюке фонарь и вернулся с ним к дознавателю.

- Надеюсь, ты покажешь мне что-нибудь занимательное или хотя бы то, что оправдает твои действия, - саркастически произнес Айдан.

Неслышной тенью возник рядом Конрад. Лесник и охотник, он умел двигаться бесшумно.

- Я знаю этого мага, - сказал порядком взволнованный Хелмир. – Ты, Дерек, тоже должен его помнить, он учился со мной. Каспар Лейн.

- То-то я смотрю, лицо знакомое, - отозвался Лэннимер. – Ладно, о нем позже. Идем. Зажги фонарь, Йен.

Он вел Хелмира и Айдана к сараю, и с каждым шагом нога болела сильнее: потревоженный Лейном поток стабилизировался и начал снова наполняться энергией. Первоначальное решение закрыть портал Дерек изменил, пусть свидетелем закрытия портала станет дознаватель, и внутрь сарая Айдану не помешает заглянуть. Йен остановился, зажег фонарь и поспешил к сараю, к дверям которого подошли Дерек с Конрадом. Жестом Лэннимер пригласил дознавателя войти.

- Святые небеса! – выдохнул Айдан, когда разгоревшийся фонарь осветил нутро сарайчика.

Мерцающие красные искры портала; нарисованные кровью и какой-то зеленоватой слизью символы на стенах, пентаграмма с черепами на углах, покрытый кровавыми потеками алтарь в ее центре.

- Это меня оправдывает? – осведомился Лэннимер.

Йен Айдан потрясенно молчал. Он видел многое, но такое – впервые. Фонарь дрогнул в его руке, и дознаватель поставил его на пол.

- Закрой портал, - попросил Конрад и прижал ладони к вискам. – Голова раскалывается.

Дерек вопросительно посмотрел на Айдана. Опомнившись, тот кивнул:

- Закрывай осторожно и постарайся ничего не задеть. Это должен увидеть Рэндалл.

Приговор и так ясен, зачем тащить сюда судью, подумал Лэннимер, однако, в конце концов, это дело Айдана. Маг перешагнул через порог:

- Я буду предельно аккуратен, но прошу вас отойти. Мало ли…

Ничего непредвиденного не произошло. Стараясь не задеть черный поток, Дерек бережно отвел его чуть в сторону, на что потребовалось четверть часа, потом привычно и быстро закрыл портал. Красноватое свечение вспыхнуло последний раз и потухло. Затем начал таять, исчезать черный поток.

- Уф! – вырвалось у повеселевшего Конрада.

Айдан погасил фонарь и оставил его у порога.

- Я хочу расспросить Найгема, - сказал дознаватель. – Лэннимер, ты со мной, Хелмир, возьми Ван Лита, пару толковых стражников и осмотрите дом. Да! Эту семейную пару попросите подождать.

- А дом… - начал Конрад, желая сообщить, что его Лэннимер успел осмотреть, но замолчал под предостерегающим взглядом Дерека. – Хорошо, займемся домом, - сказал он.

От Айдана взгляд Дерека не укрылся, но дознаватель решил пока ничего не говорить, хотя понял, что в доме Лэннимер побывал. Маг производил на него двойственное впечатление. Айдан вынужден был признать, что ему нравится Дерек, и одновременно он опасался его, понимая причину: этот человек руководствовался своими целями, своими представлениями, своими правилами. Помешать ему значило попасть в разряд его врагов, а препятствие на пути Лэннимер уберет, не считаясь со средствами.

Повинуясь приказу, стражники развязали Найгема, и двое из них встали рядом с Сандро. Тот растирал опухшие кисти, по-прежнему сидя на земле у колодца.

Труп Лейна накрыли принесенной из дома простыней. Принесли из дома и пару стульев, на один из которых сел Айдан – напротив Найгема. Дерек опять устроился на колоде для колки дров.

- Сандро, - обратился к Найгему дознаватель, - сам расскажешь?

- Я ничего не сделал, - отозвался наездник, – я всего лишь участвовал в скачках.

- Дом и прилегающий к нему участок принадлежат тебе, - терпеливо проговорил Айдан. – На твоем участке расположен портал, не единожды использованный для призвания демонов. Таким образом, ты виновен в демонопоклонничестве и человеческих жертвоприношениях.

- Любому ясно, что вызвать демона может только маг, - ехидно заметил Сандро. – Не запугивай меня.

Йен Айдан протяжно вздохнул и еще более терпеливо пояснил:

- Ты соучастник. Между прочим, я имею право отдать тебя на пытку.

Найгем фыркнул:

- Это имеет право сделать Денфорд, а не ты.

- Людей из «Золотого рога» выманивал ты или Лейн? – вдруг спросил Дерек и сам ответил: – ты. А не желаешь ответить, куда делась твоя жена? Я уверен, ее череп лежит на углу пентаграммы. Хочешь, восстановлю полностью голову?

После его слов выдержка Найгему изменила. Он побледнел, забегал глазами.

- Похищение людей, соучастие в пяти убийствах, соучастие в запрещенных ритуалах, - начал монотонно перечислять Айдан.

- Хранение запрещенных книг и артефактов, - в тон ему продолжил Лэннимер, не сомневаясь, что среди книг Лейна найдется пара-другая запрещенных эдиктом покойного епископа Арнетта. – Укрывательство преступника, - он выпустил залп наугад, следуя предположению, что Лейн не просто так покинул Стефберию. – Ну, нападение на меня с топором я, пожалуй, прощу.

- Напрасно, - вставил Айдан.

- Ему и без этого хватит для плахи, - махнул рукой Дерек. – Найгем, может, соизволишь прояснить нам кое-какие темные моменты?

- Или заговоришь в пыточной? – поинтересовался Айдан.

У мага с дознавателем получился приличный дуэт. Найгем понял, что свалить вину на убитого Каспара не выйдет.

- Что вы хотите знать? – хмуро спросил он.

Выяснилось, что о приятеле Найгем знал немного. Познакомились они шесть лет назад, на скачках близ Тойса, где Сандро собирался выступать. К нему подъехал молодой парень на рослом стефберийском жеребце и предложил под седло своего коня.

- Ты выиграешь, - уверенно сказал он. – А призовые деньги – поровну.

Сандро оценил стати вороного, понял, что он значительно лучше его собственной лошади, и решил попробовать. На победу он не рассчитывал, но попытаться войти в десятку лучших можно – это уже было честью. Хозяин стефберийца оказался прав: жеребец пришел первым. Сандро не прилагал усилий, не высылал коня, не использовал хлыст; конь под ним мчался с дикой скоростью, не берег себя, выплескивал все силы без остатка, далеко опередив ближайших соперников.

После скачки Найгем не без сожаления вернул жеребца владельцу и по уговору отдал ему половину призовой суммы.

- Почему не поехал сам? – спросил Сандро.

- Скачки не мой уровень, - ответил парень.

- Продай жеребца, - попросил Найгем, готовый отдать за коня свою половину.

Парень покачал головой:

- Он не доживет до следующих скачек. Но мы можем договориться иначе.

***

- Откуда у него этот жеребец? – полюбопытствовал Лэннимер.

- Я спросил, - сказал Найгем, - он ничего не ответил, вроде как не расслышал.

Все нити вели в Стефберию. Жаль, там не осталось знакомых волшебников, которым можно было задать интересующие Дерека вопросы.

- Что делал в Стефберии господин Каспар Лейн? – вслух подумал Айдан, странным образом озвучив секунду назад возникшую у Дерека мысль. – Если он учился с Хелмиром, значит, он из нашей страны.

- Я так думаю, что в Стефберии он обучался вызывать демонов и вселять их в животных… в предметы всякие, - хмуро проговорил Найгем. – Каспар пару раз обмолвился о своем учителе. Вскользь.

- Имени, конечно, не назвал, - сказал Лэннимер.

- Нет, - буркнул Найгем.

Скорее всего, поспешный отъезд Лейна из Стефберии был связан с гибелью его учителя. На родину Каспар вернулся без денег и почти без вещей. Бежал, короче говоря.

- Хватило же совести договориться, - процедил Айдан.

- Демонами занимался он, - сказал Сандро. – Убивал тоже он. Вроде с наслаждением каким-то.

Подошедший Дон Батчет передернулся после этих слов. Его жена, немного пришедшая в себя, показывала дознавателям дом.

- Зачем вам понадобилось калечить единорога? – спросил вдруг Дерек, а Йен с изумлением глянул на него, но сдержался и даже принял скучающий вид, словно история единорога была ему известна.

- Каспар говорил, что демон в единороге продержится несколько лет, а не полгода, как в обычной лошади, - мрачно пояснил Сандро, выдав себя. Все поняли, что Найгем хорошо осведомлен о целях и способах черного волшебства Лейна, хотя тщился себя обелить. – Однако нам не повезло.

- Зверь сбежал, - кивнул Лэннимер. – Хотелось бы знать, как. Ведь рог вы ему успели отпилить.

- Успели, - подтвердил Найгем. – И он под конец успел лягнуть Каспара так, что сломал ему ключицу. Потом рванул в лес – и поминай как звали.

Вот почему вы не стали его преследовать, понял Дерек.

- С единорогом у вас не вышло, - подвел итоги Лэннимер. – Тогда вы решили вернуться к старому способу, правда? Остановили молодую пару, ехавшую в Рейвис. Вернее, ты остановил.

Дон снова вздрогнул и подошел вплотную к срубу колодца, у которого сидел Найгем.

- Двойная жертва, - раздумчиво продолжал маг. – Знаешь, что это означает?

- Я не маг, - пробормотал Сандро.

- Выплаты выросли, - поднявшись и подойдя к нему, доверительно наклонился Лэннимер. – Жертвы демонам имеют обыкновение увеличиваться вдвое с седьмого раза.

Айдан посмотрел на запад. Солнце скрылось за лесом, становилось темно и прохладно. У злополучного сарая сгущались тени, и Йену захотелось быстрее убраться с этого двора, где были принесены в жертву люди, где до сих пор лежал труп убивавшего их человека.

- Наконец-то, – встретил он вернувшихся Конрада и Андерса. – Что-нибудь нашли?

Ван Лит, несший сделанный из простыни узел, сказал:

- Еще бы!

Айдан начал распоряжаться.

- Возвращаемся в Рейвис, - сказал он. - Вы поедете с нами, – повернулся он к Дону Батчету и его жене. – Лэннимер и Хелмир, вы ведь остановились в «Совином дупле»? Поезжайте туда, переночуйте, завтра подъезжайте сюда к девяти часам.

- Ну и денек, - покачал головой Конрад, когда они выехали в лес.

При Айдане измотанный Дерек держался усилием воли, теперь боялся заснуть. Мерный шаг коня располагал к этому.

- Ты не дружил с Лейном? – спросил Лэннимер, подавив зевок.

- Нет, я его плохо знал, - ответил Хелмир. – Он изучал древние языки, иногда жаловался, что их не преподают в Академии.

Конрад замолчал, неожиданно уяснив ситуацию.

Каспар Лейн убит.

А убивший его человек едет рядом, зевая и вовсе не страдая ни от переживаний, ни от угрызений совести. Конраду приходилось отбиваться от разбойников, от порубщиков, просто от пьяных идиотов, но он никого не убивал.

Спокойствие Дерека наигранным не было.

- Что притих? – спросил маг.

- Каспар – первый, кого ты убил? – проговорил Конрад неторопливо, собираясь с мыслями.

После истории с Кейрой временами он переставал доверять другу.

- Восьмой, - без задержки ответил Дерек.

Хелмир огляделся по сторонам. На темной ночной дороге не было никого, кроме них.

- Почему ты не за решеткой? – спросил он.

- Потому что Алистер обо всем осведомлен, - ухмыльнулся Лэннимер. – Более того, двоих я убил у него на глазах. Собственно, я его спасал.

У Конрада отлегло от сердца. Он позабыл, что в молодости Лэннимер был придворным магом, а в обязанности придворного мага входила помощь княжескому дознавателю в делах, касающихся волшебства. Лет семь Лэннимер и Меррик проработали вместе.

Что касается Дерека, то он выбросил из головы подробности сегодняшнего дня. Первый раз смерть противника стала для него жестоким потрясением, но после, когда маг убивал в горячке боя, он переставал думать об этом: короткий эпизод, сильный, однако не оставивший следа.

В полной темноте они выехали к перекрестку. Слева мерцали слабые огни Рейвиса, справа в свете луны просматривалась дорога на Айбор. Фельс свернул на нее без команды.

- Если на то пошло, - внезапно заговорил Дерек, - твой однокурсник стал неплохим волшебником и хреновым, как сказал бы Ирвуд, человеком.

- Ты тоже не подарок, - прозвучал ответ Конрада. – Что ты стащил из комнаты Лейна?

Порой друг видел его насквозь. Дерек приглушенно рассмеялся.

- Так, сувениры, - отозвался маг. – Книгу и медальон.

Про аликорн и тетради он не упомянул.

Конрад что-то недовольно промычал.

- Мародерствуешь, - наконец процедил он.

- Не смеши, - сказал Лэннимер. – Меня там чуть не убили, так что я имею право на небольшую компенсацию.

Спорить и доказывать Конрад не стал, но, помедлив, сказал:

- Обещай мне больше не обзаводиться сувенирами.

Глава 10. "Инцекаварте баллю"

Ехать утром никуда не пришлось, хотя друзья поднялись рано и приготовились к поездке. За завтраком Конрад смотрел на Дерека с ехидной ухмылкой, будто зная, что эту ночь друг провел с хозяйкой «Совиного дупла». Когда Мирья отошла, Хелмира прорвало:

- А я-то думаю, почему меня отправили ночевать на сеновал.

- Не с моей же ногой туда лезть, - невозмутимо парировал Дерек, хотя самого распирал смех.

Оживший и повеселевший единорог прохаживался неподалеку, изредка кося темным глазом. Рана затягивалась, зверь выглядел практически здоровым. Элейна два вечера подряд мыла его, поила настойкой из целебнейших трав и угощала медом, но единорог ждал только одного человека и ласкался к нему. Вот и сейчас подошел к Дереку, толкнул его носом в плечо.

- Эх, брат, - сказал Лэннимер, похлопав зверя по шее. – Калека ты, как и я.

Конрад перестал ухмыляться, его лицо стало серьезным. Он привстал, вглядываясь в вызолоченную встающим солнцем дорогу. Дерек, сидевший к дороге спиной, услышал топот копыт и обернулся: к «Совиному дуплу» подъезжал всадник в форме мечника Рейвиса.

Заметив стоящих у коновязи друзей, он осадил коня.

- Господин дознаватель просил передать, чтобы вы дождались его здесь, - сообщил гонец.

- Хорошо, - кивнул Дерек.

Всадник поклонился и уехал.

Мирья, вынесшая из дома поднос с кофе и пирогами, посмотрела ему вслед, нахмурилась, но не стала расспрашивать, пока сама не села за стол.

Единорог, получив кусок свежей булки с медом, величественно удалился.

- Гонец по твою душу прийезжал? – спросила Дерека Мирья.

- Конечно, - отозвался Лэннимер.

- Что ты натворил вчера? – осведомилась хозяйка «Совиного дупла».

- Послужил закону и порядку, - ответил Дерек, которому не хотелось рассказывать о происшедшем в доме Найгема.

Все промолчали, и вокруг воцарилась тишина раннего утра, хрустально-прозрачная, как и воздух. Капли пока не высохшей росы сверкали на траве. Тонкие стволы берез светились нежным светом, а солнечные лучи меж ними раскрывали золотистый веер. В этом золоте купался стоящий на поляне единорог, казавшийся особенно красивым, словно это восхитительное утро вернуло ему часть утраченной магии. Как хорошо, подумал Лэннимер, тихо, спокойно, и нога не болит. Давненько ему не приходилось завтракать на улице. А с Кейрой, бывало, они устраивали чаепития под яблоней. Кейра не любила кофе, и Дерек всегда вместе с ней пил чай. Они садились так, чтобы видеть поле и лес. Как же я соскучился по Кейре, как же я соскучился…

***

Айдан и Денфорд приехали через полтора часа. Первым увидел их единорог и ушел в перелесок. Как заметила Элейна, зверь с подозрением относился к посторонним, и при виде гостей «Совиного дупла» прятался, но так, чтобы издали наблюдать за всем. Осторожный какой, сказала она Дереку, и как его поймали, ума не приложу.

Спешившись и привязав лошадей к коновязи, дознаватель и судья поздоровались со встревоженной Мирьей и направились к Лэннимеру. Мирья потихоньку пошла за ними. Дерек дремал под солнышком, лежа на лавке. Услышав шаги, приподнялся и сел. Конрад, сидевший на другой скамье, рядом, и чинивший путлище, отложил работу.

- Приветствую, - проговорил дознаватель и поискал взглядом, куда бы сесть.

- Утро доброе, - эхом прозвучал голос Денфорда.

Как и при первой встрече, между Рэндаллом и Дереком прошел короткий поединок взглядов. Оба отвели глаза одновременно.

- Доброе, - отозвался маг и, пересев к Конраду, указал на скамью. – Прошу.

- Сегодня стражниками командует Новай, - усаживаясь, сообщил Лэннимеру Йен, - и он ездил с нами. Я не хотел, чтобы вы встретились.

- Благодарю, - сказал маг, выразительно проведя ладонью по ссадине на щеке.

Ему тоже не хотелось встречаться с Новаем, и он был признателен Айдану.

Денфорд остался стоять.

- Вы нарушили закон, Лэннимер, - строго произнес он.

Не фанатика ли видел перед собой Дерек? Ему попадались люди, ради принципов способные на всё. Фанатик закона – одна из самых отвратительных разновидностей людей такого типа, сухие, черствые, следующие букве закона формалисты. Ничего живого, человеческого в них не оставалось.

- Прекрати, Рэнди, - поморщился Айдан. – Мы обсудили этот вопрос.

Не обратив внимания на слова дознавателя, Рэндалл продолжал:

- Вы не имели права врываться в дом Найгема, вы это знаете?

Конрад глядел на него сбоку: вежливый и суровый камень. Неподвижное лицо. Только губы шевелятся, ровно и четко произнося слова.

- Некоторым образом в курсе, - темно-серые глаза Лэннимера выдерживали пристальный немигающий взгляд зеленых глаз Денфорда. – Что еще?

- Вы вступили в магический поединок с человеком, который накануне был ранен, - сообщил Денфорд.

Ах да, единорог же сломал Лейну ключицу. Верно, правила магического боя не допускали поединка, если один из противников был болен или травмирован. Рэндалл знал законы ограничения волшебства. Дерек не стал оправдывать себя тем, что Лейн напал первым, он почти весело сказал:

- А у меня нет ноги, и что это меняет?

Впервые за обе встречи лицо Денфорда утратило каменное выражение. Он моргнул и нахмурился, покосился на Айдана, но тот смотрел в сторону, улыбаясь.

- Как это нет? – недоуменно спросил судья.

Наклонившись, Лэннимер постучал костяшками пальцев по левой ноге ниже колена. Раздался характерный деревянный звук. Дерек выпрямился, усмехаясь.

- Деревяшка, - пояснил он.

Денфорд медленно сел.

- Никогда бы не подумал, - признался судья.

Ему не приходило в голову, что у человека, прекрасно ездящего верхом, успевшего ввязаться в драку и в поединок, гулявшего пешком по городу, может не быть ноги. Теперь Денфорд смотрел на собеседника с уважением.

- По поводу поездки к Найгему без позволения мэра, - заговорил маг, прервав возникшую паузу. – Хелмир знает о силе предчувствий, - кивнул он на Конрада. – У меня было чувство, что надо торопиться, а я ведь едва не опоздал. Минут на пять позже – и Лейн принес бы в жертву Лори Батчет.

Чуть слышно вздохнула Мирья.

- Мы всё уладим, - пообещал Айдан, бросил на Рэндалла предостерегающий взгляд и, обернувшись, попросил: - Мирья, будьте так добры, принесите что-нибудь поесть, мы не ели со вчерашнего вечера.

Хозяйка «Совиного дупла» кивнула и ушла.

- Лэннимер, предоставь подробное описание магии, которую использовал Лейн, - сказал Айдан. – Причем, если таковое возможно, избегай специальной терминологии.

Судя по мелькнувшему недовольству, Денфорду пришлось не по душе такое соглашение. Лэннимер позволил себе съязвить:

- Ваша честь изволит возражать?

Поразмыслив, Рэндалл ответил:

- Нет. Йен прав, мы многим вам обязаны, - легкая раздумчивость исчезла из тона Денфорда, он примирился с собой. - В нашем городе не было таких убийц, как Лейн. До него НИКТО не убивал пятерых, - у судьи был сильный, хорошо поставленный голос, и когда он говорил, все молчали, словно каждой фразой он выносил вердикт. – Рейвис всегда был мирным городом, и надо, чтобы оставалось ТАК.

- Всё началось с Феррена Казпо, - усмехнулся Дерек. – Отпишитесь в Тойс, ему будет приятно.

Йен Айдан понял, в чей огород прилетел камушек, однако не обиделся. Меррик сумел внушить подчиненным, что важен результат работы, а кто сколько сил вложил в дело – это не столь существенно.

Повинуясь просьбе друга, Конрад достал из седельной сумки чернила, перья и бумагу, разложил на столе. Дерек отвинтил крышку чернильницы:

- Так и думал, что от писанины не отвертеться.

***

Уезжая, Айдан попросил Дерека с Конрадом задержаться в «Совином дупле» дня на два. Этого времени должно было хватить, чтобы предъявить Найгему обвинения и провести суд. Лэннимер, понимая, что его присутствие может потребоваться, согласился. Хелмир в восторг не пришел, однако уехать без позволения Айдана не мог.

Второй причиной задержки стал единорог. Зверь ходил за магом, как собака, и с каждым часом Дерек всё лучше осознавал тот факт, что единорог не останется в окрестностях Рейвиса, его придется взять в Айбор, поэтому надо, чтобы он набрался сил. Рана его заживала быстро, но пока двигаться в столицу было преждевременно. Единорог откликался на слово «брат», как частенько называл его Дерек, и подружился с лошадьми. Впрочем, нет, он снизошел до дружбы с ними, а лошади, включая своенравного Фельса, смотрели на него, как рекруты на полководца.

- Чем займемся? – спросил Конрад, закончив сшивать узким ремешком путлище.

Дерек подумал о тетрадях Лейна. Почитать их или не нужно при Конраде? Господин помощник княжеского дознавателя обратит внимание на тетради и поймет, что из дома Найгема друг стащил не только книгу и медальон.

- Займусь книгой, - отозвался Лэннимер.

Погода начала портиться. Натягивало облака, поднялся прохладный ветерок. Движение на дороге было слабым, в «Совиное дупло» никто не заглядывал. Отец Мирьи, мельник, познакомившись с гостями и узнав, что они пробудут у него пару дней, обрадовался и уговорил Конрада помочь на мельнице. Дерек предложил и свою помощь, но ему приказали отдыхать. Мирья успела сообщить отцу про увечье мага.

Набросив на плечи куртку, Лэннимер опять устроился за домом. Он разложил на столе перья и бумагу, поставил чернильницу и, воровато оглянувшись, положил перед собой стащенную из дома Найгема книгу. Ту самую, «Инцекаварте баллю», «Единорог изгоняющий». Первое, что сделал Дерек, – отыскал клеймо на пергаментной обложке. Многие маги ставили на книгах клейма – их невозможно было вытравить никак, даже собственно волшебством. Клеймо пропадало, если книгу продавали, дарили или если хозяин умирал. В случае обнаружения книги с клеймом волшебника, книгу возвращали владельцу, а человека, у которого ее находили, обвиняли в краже. Лейн этот фолиант приобрел нечестным путем, поскольку на клейме причудливые буквы сплетались в имя «Вильям Идрикус Рокуэлл». В слове «Идрикус» буква «д» писалась так, как принято было в Стефберии, со значком «'» над ней. Рокуэлл. Вильям Рокуэлл из Стефберии. Дерек не слышал об этом волшебнике, но факт присутствия клейма на книге говорил, что он жив.

Интересной книгой обладал господин Рокуэлл. Древней и весьма-весьма занятной. Переводов ее не существовало, а сведения в ней хранились крайне полезные. Хотя Дерек знал стефберийский, чтение продвигалось медленно: за те шесть-семь веков, что прошли со времени ее написания, язык, разумеется, сильно изменился, а кроме того, присутствовал местный диалект, которого маг не знал.

Вводная часть не содержала для Лэннимера ничего нового: описание единорогов, встречи с ними, отрывки из жития святого Фирсалена. Автор «Инцекаварте баллю» пользовался теми же источниками, что и другие авторы книг о единорогах. У других, поздних, было значительно больше материалов – за семь столетий сведения о единорогах пополнились. Вторая часть Дерека заинтересовала куда сильнее, но увы, из-за диалекта Лэннимер понимал лишь общий смысл.

- Пойдем в дом, - раздался голос Мирьи, и Дерек оторвался от книги.

Мирья стояла у стола в наброшенном на плечи дождевике: над лесом шла большая туча, ветер уже принес первые капли.

- Ты увлекся, - с улыбкой констатировала хозяйка «Совиного дупла», собирая со стола бумагу и перья.

- Правда, увлекся, - Дерек почувствовал голод. – А еще я хочу есть.

- Так поторопись, - сказала Мирья. – В доме накрыт стол, и твой друг Конрад ругается, видя, как всё остывает, - она мельком глянула на книгу. – Чем тебя заинтересовал старый трактат о магии?

Еще при первой встрече Дерек понял, что Мирья много читала. Она говорила не как хозяйка провинциальной харчевни: запас слов, умение строить фразы, четкие формулировки резко отличали ее от других трактирщиц, порой не знающих грамоты.

- Заинтересовал в силу профессии, - ответил Лэннимер, с шумом захлопнув фолиант. – В твоей семье не было волшебников?

- Зришь в корень, - улыбнулась Мирья. – Арминус Хейден. Слышал?

- Да, - сказал Лэннимер и с прямотой охарактеризовал: - не из сильных и не из слабых, но теории выдвигал занимательные. Коротко говоря, выдающийся теоретик. Твой дед?

- Прадед, - поправила Мирья. – Пойдем, дошч начинается.

Единорог в конюшню не пошел, для него оставили открытым наполовину пустой дровяной сарай.

После обеда – дождь к тому времени разгулялся не на шутку – Лэннимер устроился с книгой за столиком в зале «Совиного дупла». Мирья неторопливо перемыла и вытерла посуду, отказавшись от помощи, затем набросила дождевик и ушла в дом отца. Сочинявший отчет для Меррика Конрад сказал, не поднимая головы от бумаг:

- Хорошая женщина.

Лэннимер поднял на него глаза. Хелмир сидел, уставившись в бумаги.

- И если тебе она по душе, - продолжал он с некоторой опаской, - ты мог бы на ней жениться.

- Я женат, - сказал Дерек.

Коротко вздохнув, Конрад заставил себя посмотреть на друга.

- Тебе развестись – снять кольцо, - тихо произнес он.

- Перестань, не надо, - несердито попросил Лэннимер, и Конрад умолк. Просьбе Лэннимера лучше было внять, да и не следовало начинать этот разговор, не нужно пытаться заглянуть в душу мага.

Хелмир снова занялся отчетом, Дерек вернулся к книге. Он понимал, что нужен профессиональный перевод второй части. Он знал человека, который сделает этот перевод. А еще лучше Лэннимер знал и понимал, что эта книга – огромная удача, феноменальное везение, натуральное счастье, случай, улыбнувшийся ему. Два года напряженных поисков не принесли результатов, и вдруг случайность дала ему надежду. Вторая часть книги «Единорога изгоняющего» подробнейшим образом описывала, как при помощи единорогов или их аликорнов изгонялись демоны, адские духи и некоторые другие существа. А третья глава второй части называлась «Баллена игем апроцена» - «Изгнание или исцеление», и вот за перевод этой главы Лэннимер готов был отдать любые деньги. Встречались абзацы, в которых маг по отдельности понимал слова, но в целое связать их не мог.

Постоянно встречались слова «воргум» – «серебро» и «стацеро» – «прозрачный» или «ясный», так «стацеро воргум» - что за прозрачное серебро такое? Уставший от сосредоточенного внимания, Дерек решил, что это хрусталь. А слово «каларена» как переводится? Опять местный диалект.

- Конрад, - без особой надежды позвал Дерек. – Судя по твоей фамилии, твои предки из Стефберии. Знаешь стефберийский?

Хелмир с готовностью отбросил измазанное чернилами перо: он терпеть не мог писать отчеты и радовался любой возможности отвлечься.

- Понимать понимаю, а объясняюсь плохо, - сказал он. – Между прочим, судя по твоей фамилии, твои предки тоже оттуда, - ухмыльнулся Конрад.

Распространенные стефберийские фамилии заканчивались на «-ер» или «-ир».

- Слово «каларена» тебе ни о чем не говорит? – спросил Лэннимер.

- Э-э-э, - Хелмир призадумался. – Это, наверное, не то, но «калар» - название шубы, - Конрад произнес не чисто «калар», а нечто среднее между «калар» и «кавар».

Произношение и натолкнуло Дерека на мысль. Он даже подскочил.

- Конечно! «Мехом наружу»! – гаркнул маг. – Местное «каларена», литературное «каварте». Это же оборотень, прах его возьми! А «стацеро воргум» никакой не хрусталь, а самородное серебро, - он затих и подытожил: – я дурак.

Упоминание оборотня Конрада насторожило, поскольку историю с Кейрой он помнил очень живо.

- Оборотень? – многозначительно переспросил Хелмир.

Дерек понял его.

- Не беспокойся. То дело не повторится, - ответил маг.

- Но ты читаешь о них, - заметил бывший лесник.

- Нет. Я читаю о единорогах, - сказал Лэннимер и протянул другу книгу. – Проверь.

Конрад с сомнением покачал головой, однако книгу взял и стал искать клеймо на обложке, вводные лекции по библиографии он помнил. Нашел. Глянул на друга. Дерек встретил его взгляд кривой усмешкой.

- Я не знаю, кто такой Рокуэлл, - сообщил маг.

- Этот человек жив, - намекающе проговорил Конрад. – Ты играешь в опасные игры.

- Найди его, и я верну ему книгу, - пожал плечами Лэннимер. – Игра не так уж опасна.

Конрад скептически поджал губы. Дерек опустил голову, пряча улыбку, поскольку Конрад Хелмир порой выглядел мальчишкой по внешности, и некоторые жесты или мимика не шли ему. В частности, это движение, позаимствованное у Алистера Меррика. И фразочка про опасные игры тоже произнесена была с интонацией господина княжеского дознавателя.

- «Единорог изгоняющий», значит, - задумчиво сказал Конрад и вернул Лэннимеру фолиант, так и не перевернув страницы дальше первой. Через миг добавил: – ты не мог бы почитать позже? Помоги с этим проклятым отчетом.

Две-три секунды Дерек колебался. Видно было, как ему хочется заняться книгой, но он пересилил себя и отодвинул «Инцекаварте баллю»:

- Бери перо, писарь, я продиктую.

- Сразу чувствуется преподаватель, - пробормотал Конрад и со вздохом взял перо.

С отчетом провозились порядочно времени. Представив, как Алистер будет читать их с Конрадом совместное творчество, Лэннимер похмыкал. Вопросы по отчету у Меррика возникнут обязательно, и бедному Конраду придется отвечать.

Лэннимер потянулся к книге, однако на фолиант легла ладонь Хелмира.

- Книгу я видел, - произнес помощник дознавателя. – Покажи медальон.

Медальон маг толком не рассмотрел. Просто что-то толкнуло Дерека, и маг сунул его в карман, где он и лежал до этой минуты. Нехотя Лэннимер вытащил серебряное украшение на тонкой цепочке: лошадиная голова, обрамленная подковкой. Кстати, единственный из медальонов Лейна, который оказался без тени магии. Конрад повертел его в руках (маленький, а тяжелый!) и сказал:

- Никаких чар, ничего. Обычное украшение. Зачем оно тебе?

- А Лейну? – справедливо спросил Дерек. – Лейну зачем он был нужен?

- Знать бы, - возвратил Конрад другу медальон. – Может, просто таскал с собой? Память от зазнобы какой-нибудь, - неуверенно предположил помощник дознавателя.

Лэннимер подкинул медальон на ладони, затем внимательно его разглядел. Небольшая фигурка, величиной с полмизинца, грубовато сделанная. Если она шесть лет лежала с магическими предметами, она должна была хоть самую малость отдавать волшебством. Дерек улыбнулся, закрутил цепочку вокруг фигурки и опустил медальон в карман. Существовал материал, на который чары не действовали; он стоил дорого, и достать его было нелегко. Самородное серебро, чистейшее, без примесей. Медальон Лейна отливали именно из этого материала. Каспар знал, что брать при бегстве из Стефберии.

Конраду Дерек ничего сообщать не собирался. Чувство, что медальон пригодится, не покидало мага. Кстати, отчего я обозвал его медальоном, подумал Дерек, из-за овальной формы, наверное.

- Больше ты ничего не прихватил? – Конрад щурился подозрительно.

Хотя Лэннимер выразительно приподнял густую бровь, Хелмир не особенно смутился. Он неплохо изучил Дерека, пожалуй, даже лучше, чем Алистер, и представлял, на какие неожиданные выходки способен преподаватель факультета магии.

- Больше там не лежало ничего интересного, - прозвучал голос Лэннимера.

Дерек снова открыл книгу, Конрад призадумался, вспоминая комнату Лейна. С Андерсом они вытащили и несколько запрещенных книг, и странные ножи, и предметы неизвестного предназначения. На одном ноже, на деревянной рукояти, были выжжены буквы «В» и «Р». Вильям Рокуэлл. Чем занимался этот человек? Как он связан с Каспаром? Как у Лейна оказались его вещи, и вещи весьма ценные? За одного только «Единорога изгоняющего» знаток мог дать большую сумму.

- Ха! – услышал Конрад и глянул на Дерека, поскольку это у него секунду назад вырвался такой возглас.

Маг потирал руки. Он дочитывал последнюю страницу, решив, видимо, отложить тщательное изучение книги до возвращения в Айбор.

- «Сии истории поведал вам смиренный инок Анастасий, в миру Андриан Рокуэлл, - перевел Дерек, машинально сохраняя стиль изложения. – Писано в год 836-й, в монастыре святого Бриана, близ города Оранито». Оранито тогда принадлежал Стефберии, - заметил Лэннимер, закрывая фолиант. – Вот и предок нашего Вильяма обнаружился.

- Исследователь, - усмехнулся Конрад.

- Похоже, в миру этот Андриан был целителем, - сделал вывод Дерек и пояснил: – про лечение со знанием дела писал и, признаться, занятные вещи описывал.

Хелмир сумрачно покосился на книгу.

Глава 11. Рокуэлл

Ранним утром Конрада разбудила Мирья.

- Где Дерек? – с тревогой спросила она.

- Разве не с тобой? – спросонок ляпнул Конрад. Потом подскочил: - как это «где»?!

В доме не было Лэннимера, в конюшне – Фельса. Исчез и единорог. Уехал, понял Конрад, уехал, никого не предупредив, ночью, бесшумно. Прощаться не хотел, наверное. Накануне прибыл гонец из Рейвиса с благодарственным письмом от мэра и разрешением отправляться в Айбор. Дерек получил в подарок переплетенную в кожу с золотым обрезом «Историю Рейвиса».

Мирья молчала, но была расстроена. Лихорадочно собираясь, Конрад про себя он ругательски ругал друга за очередную выходку. Уже в седле Хелмир спохватился и поблагодарил Мирью – за себя и за мерзавца Лэннимера.

- Я не сержусь на него, - сказала хозяйка «Совиного дупла». – Хотя он мог бы… - она оборвала фразу, махнула рукой и ушла в дом.

Конрад сдвинул брови.

Ему не пришлось долго ехать, чтобы нагнать Дерека. В часе пути от хутора Мирьи был заезд на старую вырубку. У этого заезда на седле сидел Лэннимер, спокойно читая. Рядом паслись Фельс и единорог. Едва Конрад остановил лошадь, как маг произнес:

- Быстро ты.

У Конрада язык чесался обозвать друга скотиной, но он с усилием сдержался. Дерек тонко улыбнулся, понимая его состояние, поднялся, собрал коня и сел в седло.

- Можешь ругаться, - разрешил он.

- Не буду, - искоса глянув на друга, буркнул Конрад.

Дальше много миль ехали молча. Лэннимер держался ближе к обочине; за Фельсом шагал единорог. Дерек, щадя его, ехал медленно, и зверь не отставал. Конрад то и дело оборачивался, следя за единорогом, пока маг не сказал:

- Побереги шею. Он так и будет идти следом.

- Мог бы оставить его у Мирьи, - проговорил Хелмир. – Элейна бы присмотрела.

- Я так и хотел сделать, - отозвался Лэннимер, - но Брат пошел за мной.

- Стало быть, Брат, - понял Конрал. – Тоже товарищ по несчастью.

Единорог шевельнул ушами, прислушиваясь.

Лэннимер не оглядывался, но думал о единороге. Зверь не станет большой проблемой, однако он капризен и упрям. Кроме того, как он уживется с ночными охранниками дома – с волками? Дерек нахмурился. Магии единорог лишился вместе с рогом, привычки волшебного существа сохранились. Волков Брат не любил, а вот защиты от хищников у него не осталось, кроме крепких копыт. Только драки между волками и единорогом мне недостает, подумал Дерек, придется действовать магией, в случае чего. Впрочем, посмотрим.

Из-за единорога до Айбора добирались почти четыре дня. Надо отдать должное Конраду – как он ни спешил домой, Дерека не бросил. Он стерпел и ночлег в лесу, и частые длительные остановки, хотя знал, что Алистер строго спросит за каждый день задержки. Конрад понимал – Дереку в пути приходится куда труднее, и если замечания волшебника становились нестерпимо ехидны, это значило, что он испытывает сильную боль.

К концу пути Лэннимер сделался невыносим и, прощаясь с ним на Второй Окраинной, у дома номер двадцать, Конрад еле сдержал вздох облегчения.

- Поедешь мимо ратуши, - сказал Дерек, спешиваясь, – отведи Фельса в конюшню.

Он снял с седла вьюк и сумки, перебросил их во двор. Конрад кивнул, приняв поводья.

- Если Алистер начнет орать по поводу лишних дней в дороге, вали все на меня, - продолжал маг. – Кстати, не болтай при нем много.

- Не учи, - Конрад выслал лошадь и рысью поехал вдоль Второй Окраинной.

Лэннимер открыл калитку, впуская единорога. Шумно принюхиваясь, зверь пару минут стоял в нерешительности, затем прошел во двор. Пока Дерек заносил вещи в дом, единорог бродил от яблонь к дровяному сараю, сердито фыркал и нюхал заросшие травой дорожки. Ему здесь не очень нравилось.

- Ну извини, Брат, - сказал ему Дерек. – Волки сюда захаживают часто, и не смей их гонять.

Единорог возмущенно вскинул голову и ударил копытом.

- Не нравится – лес рядом! – указал рукой волшебник. – Ты сам захотел сопровождать меня, хотя мог остаться в Рейвисе и стать любимым животным, купающимся в лучах обожания.

Окончательно обидевшись, зверь ушел за дом. Лэннимер спокойно занялся делами, прибрал в доме, разложил вещи, устроил в сарае место для единорога, подремонтировав и расширив денник, где Конрад обычно оставлял свою кобылу. Зверь не показывался, но и не уходил никуда – возился за домом, изучал небольшой сад, заросший кустами черной смородины.

Ближе к ночи Брат соизволил выйти. Дерек обработал ему рану и сказал:

- Можешь ночевать на открытом воздухе, можешь в сарае, дверь закрывать не буду. Придут волки – не вздумай их тронуть.

В том, что волки не полезут к единорогу, Лэннимер не сомневался.

На слова мага Брат отреагировал сердитым взглядом, молнией блеснувшим сквозь длинные черные ресницы, и тряхнул пышной гривой.

Дерек вернулся в дом, устроился на кухне, придвинув кресло к плите так, чтобы дотягиваться до чайника, не вставая, и открыл одну из стащенных в доме Найгема тетрадей. Она оказалась чем-то вроде дневника и записной книжки одновременно. Почерк прямой, уверенный, твердый. Первые несколько страниц – таблицы влияния планет, тщательно вычерченные. Отношения между планетами и знаками зодиака. Планетные дома. Луна в знаках зодиака. На кой это переписывать, подумал Дерек, если можно взять книгу в любой библиотеке. Впрочем, автор дневника – по всей видимости, Каспар Лейн, - мог не иметь возможности возить с собой книги, а также не иметь доступ в библиотеки. Что вполне вероятно, если он жил в Стефберии, и не в столице этого государства, а в какой-нибудь глуши.

Вот первая дневниковая запись. 25 сентября 1478 года. Семь лет назад. «Я – ученик Вильяма Рокуэлла!! Старик знает дело, но делиться секретами не спешит». Два восклицательных знака. Парень явно доволен. На чем специализировался господин Рокуэлл, что я его не знаю, хмыкнул Лэннимер и налил чаю.

30 ноября того же года. «Вильям Идрикус Рокуэлл. Стефберия. Родился в городе Ирдин. 1415 (?) Поступил в Айборскую Академию магии на факультет целительства. После второго (?) курса перевелся на факультет магии. Не закончил. Причины неясны (?!!) Вернулся в Стефберию. Жил в городах Гайре, Цебрании, Инграмии (?). Последние 9 лет занимал пост придворного мага. Автор книг: «Стихийные духи в мифах Стефберии», «Сигнатуры», «Проблемы вызова добрых духов», «Руны. Знаки. Символы». Родных нет (проверено)».

Лэннимер нахмурился. Он начал понимать, отчего не мог припомнить фамилию «Рокуэлл». Зато о Вильгельме Роквеле, маге короля Альде, Дерек знал. Проклятые разночтения! И книги его Лэннимер читал. А вообще, загадочный человек этот Рокуэлл, не напрасно в записи Лейна столько вопросительных знаков. Первый раз Дерек узнал о случае перевода студента с факультета целительства на факультет магии. Стало быть, способности Вильям имел выдающиеся. Но тогда отчего не закончил Академию? Хотя это выяснить было несложно – стоило лишь навестить архив.

Отложу визит, решил Дерек и просмотрел следующую запись.

Так-так. Набросок пентаграммы. Расчет портала. Неверный расчет, кстати. Хотя нет, верный!

Дерек резко выпрямился. Дремота, подкравшаяся к нему, мигом исчезла. Лейн делал расчет портала в преисподнюю и, прах его побери, сделал его правильно! Так вот чем занимался Рокуэлл. Вызов демонов. Потом его дело продолжил Лейн.

Рыжий конь короля Альде, в которого вселили демона, и сделали это ювелирно, был работой Рокуэлла, точно! Ученик не достиг мастерства учителя, старик не спешил делиться секретами. Или не успел? Лейн объявился в Тойсе шесть лет назад, значит, он пробыл учеником Рокуэлла меньше года. Что же произошло, если Лейн сбежал, прихватив самое необходимое?

Рокуэлл жив, подумал Дерек, бросив взгляд на «Инцекаварте баллю», может, стоило пойти к Алистеру – пусть он сделает запрос, напишет в Стефберию, узнает, что случилось с королевским магом. Дерек знал, что старший дознаватель Стефберии изредка присылал письма с интересующими его вопросами, и Меррик всегда отвечал. Алистер, конечно, поворчит, однако не откажет. Или плюнуть на Рокуэлла? Личность интересная, но и только, а тешить праздное любопытство – потеря времени.

Во дворе злобно захрапел единорог. Лэннимер поднялся, заглянул за дверь: разумеется, пришли волки. Один зверь запрыгнул на верх поленницы, другой сверкал глазами из-под кустов смородины. Брат, с трудом сдерживаясь, бил копытом, швыряя назад куски земли.

- Я тебе что сказал? – рыкнул на единорога маг. – Волков не трогать!

Наклонив голову, как бык, желающий поднять на рога противника, Брат зло глянул на притаившегося под кустами волка. Серый пристально следил за единорогом, готовый, в случае нападения, отскочить в сторону. Напоследок Брат сильно ударил копытом, тряхнул головой и удалился в сарай – весьма демонстративно, надо сказать.

Лэннимер захлопнул дверь и снова сел в кресло. Дневник Лейна он так и не выпускал из руки, заложив пальцем нужную страницу, поэтому снова открыл на расчете портала и еще раз проверил цифры и символы. Э, да тут не просто вызов демона, а как бы лучше выразиться?.. Демона вытаскивают из тех измерений, выдергивают, как рыбу крючком.

Такого демоны не терпят. Раз-другой пройдет, потом «рыбак» может стать добычей. Пентаграмма стопроцентной защиты не дает. Разве что сразу заключить с демоном договор и платить ему? Это сработает, но выплаты имеют обыкновение расти, что и произошло в случае с Лейном.

15 января 1479 года. «Старик спятил. Купил двух жеребцов, отдал за них последние деньги. Вороной хорош безумно, мне даже жаль его. Серый красив, но быстро устает и задыхается».

17 января. «Все-таки серый. Ну посмотрим, что получится».

Для какого-то эксперимента купил лошадей Рокуэлл, и Лэннимер догадывался, для какого именно. Он перевернул страницу. Несколько столбцов цифр перечеркнуто. Следующий лист неровно вырван. Снова цифры, символы, знаки планет, нарисованные торопливо: перо брызгало чернилами, сажало кляксы. Лейн наспех рассчитывал портал. С чего это он заспешил?

Сравнив цифры и противостояния планет, Дерек прикинул, что Каспар торопился в ночь с 20 на 21 января. После эксперимента с серым жеребцом что-то пошло не так. Ага, наконец-то правильный расчет, и всё та же ночь. Парень работал много часов без перерыва.

Что там у нас дальше? Астрономическая таблица с интересным значком для обозначения Солнца. В Стефберии Солнце обозначалось просто кружком, а в этой таблице – круг с крестом внутри, то есть, именно так, как на родине Лэннимера, да и Лейна тоже - в княжестве Меграль. Значит, Лейн уже покинул Стефберию. Вот еще один расчет, и больше записей не оказалось.

Лэннимер отбросил тетрадь, взял другую. Она оказалась, как и предполагал Дерек, дневником Рокуэлла, но увы – разобрать удалось мало. Дерек помучился с час и отбросил дневник. Было поздно.

Займусь завтра, подумал маг и лег спать.

Утром, естественно, обнаружилось много дел, требующих непосредственного вмешательства. Лэннимер убрал комнаты, вымыл окна и полы, подмел крыльцо. Единорог придирчиво наблюдал за тем, как маг работает, затем подошел к калитке, зубами отодвинул щеколду и вышел.

Лэннимер не обернулся, он предполагал, что зверя потянет в лес. Брат рысью пробежался по улице, галопом промчался по дороге и побежал через поле к опушке леса. Может, там и останешься, со слабой надеждой подумал маг. У него не было охоты держать такое непредсказуемое животное, как единорог.

Покончив с уборкой, Лэннимер сориентировался по солнцу, поставил на ходиках время, поднял гирю и толкнул маятник. Часы весело защелкали. Дерек всегда следил за ходиками, проверял их, чистил и смазывал, потому что это была единственная вещь, принадлежавшая Кейре, память о ней.

Стук в дверь совпал с тиканьем часов, и Дерек не сразу понял, откуда посторонний звук. Постучали вторично, и после разрешения через порог перешагнул Конрад.

- Меня отправил Алистер, - не здороваясь, проговорил он и протянул другу какую-то бумагу. – Взгляни. Когда я это увидел, я просто ошалел.

Лэннимер развернул сложенный вчетверо лист и прочел следующее: «Господину княжескому дознавателю Алистеру Меррику. Весьма срочно! (дважды подчеркнуто) Разыскиваем волшебника по имени Каспар Адольфус Лейн; есть сведения, что он проживает в Меграле. Родился в Айборе, в 1459. По нашим данным, закончил Академию магии с отличием. Среднего роста, светловолосый, голубоглазый. На правой щеке родимое пятно. Левое плечо чуть выше правого. Обвиняется в демонопоклонничестве, в соучастии в жертвоприношениях, в кражах артефактов и ценных вещей. Просьба помочь в розыске. Королевский дознаватель Стефберии Георг Конер. 1 марта 1479 года».

- Меррик пишет ответ с извинениями, - сообщил Хелмир. – Тогда же Лейна не нашли.

- Неудивительно, - отозвался Дерек. – Его почти никто не видел, Лейн понимал, что надо скрываться, - маг вернул другу бумагу. – Почему ты одет не по форме?

- Алистер расщедрился на выходной, - объяснил Конрад, - хотя и попросил заехать и показать тебе этот документ. Еще он сказал, что благодарит тебя за помощь, - в глазах бывшего лесника мелькнули веселые искры, - спросил, что ты стащил из вещей Лейна, и велел зайти в казначейство. Деньжат подкинут.

После ухода Конрада Дерек поухмылялся: Алистер знал, с кем имеет дело. Наверняка Хелмир рассказал про книгу и медальон, и наверняка Меррик, махнув рукой, сердито сказал: «А-а-а-а… ладно!»

Оглядев чисто прибранные комнаты, Лэннимер решил на сегодня с хозяйством закончить и заняться другими делами. Он побрился, надел свежую рубашку, взял «Единорога изгоняющего», тщательно завернул в новое полотенце и вышел из дома. Эх, надо было с Конрадом пойти – по пути.

Лэннимер шел, прихрамывая и думая о том, как десять лет назад он двигался легким свободным шагом, и пеший путь, даже самый длинный, не представлял трудностей. Это удивляло его, поскольку ему казалось, что боль в ноге была всегда, настолько он привык к ней. Значит, и к боли привыкают, лишь бы она не усиливалась. Он сократил дорогу, пройдя заброшенным садом с высокими и густыми зарослями малины. Судя по протоптанным тропкам, любителей сокращать путь хватало. А через полтора месяца здесь будет много любителей малины, особенно детей с соседних улиц. Кстати, и сейчас доносились приглушенные детские голоса, старый сад давно служил местом для игр. Может, и мои дети когда-нибудь станут играть здесь, подумал Дерек, если всё сложится удачно. Он перелез через невысокую ограду и очутился на Восточной улице. Теперь следовало дойти до ее середины и свернуть в Солдатский переулок, а там длинная прямая улица Стеклодувов приведет к центру.

Идти по знакомым местам скучновато, но ничего не отвлекает, и мысли Дерека снова вернулись к двум дневникам. Итак, предположительно после окончания Академии, Каспар Лейн уехал в Стефберию. Что-то прознал про Рокуэлла или решил сделать карьеру в соседнем государстве? Стать учеником королевского мага – это очень и очень неплохо. Княжество Меграль такой возможности не давало – придворный маг князя Нурмена Михаэль Лагрейд учеников не брал по той причине, что научить ничему не мог. Тут Дерек остановился, пораженный внезапной идеей. Что, если Лейн был дружен или хорошо знаком с Лагрейдом? Конь Михаэля, Альде, в которого неизвестный, но талантливый маг вселил демона… Не увидел ли этого демона Лейн?

Пока логическая цепочка выстраивается звено за звеном, думал Лэннимер, снова зашагав по улице. Альде был из Стефберии, и туда же отправился Лейн. Чем он там занялся? Вызовом демонов. Значит, Рокуэлл тоже занимался этим, но на высшем уровне. А Каспар всё делал топорно. Ученику не хватило времени овладеть ремеслом, какой-то опыт учителя сорвался. Вероятно, тайные дела королевского мага перестали быть тайными, а значит, он наверняка был арестован. Лейну удалось уйти, и он вернулся на родину, где удачно встретил Найгема, и стал зарабатывать деньги тем, что умел делать.

Рокуэлл интересовал Дерека куда больше, чем Лейн, и если он учился в Академии, о нем можно собрать начальные сведения, чем Лэннимер и решил заняться. Рокуэлл со своей книгой (маг легонько подкинул ее в руке) уже стал ключом к его поискам. Книга, книга, книга… Дерек второй раз подбросил ее. Она дала подсказку, но требовалось больше.

Задержавшись у лавки на улице Стеклодувов, Дерек бросил взгляд на выставленные вазы, подумал, зашел и купил одну, тонкостенную, высокую, со сложным узором, из такого чистого и прозрачного стекла, что его можно было принять за хрусталь.

В центре города, куда привела улица, была площадь с ратушей. Бедная ратуша Айбора перестраивалась раз десять и трижды переносилась с площади на площадь. Поэтому коренных айборцев не удивляли названия Первая Ратушная площадь и, соответственно, Вторая Ратушная. Третьему местоположению несчастного здания осталось старое наименование – Часовая, поскольку раньше там находилась башня с часами. Теперь эти часы красовались на ратуше. Поначалу Лэннимер и сам путался в названиях площадей и улиц – все эти Первые и Вторые Окраинные, Третьи и Четвертые переулки Мечников убивали.

Кстати, в Четвертый переулок Мечников Дерек и свернул. Оружейники здесь давно не селились, они жили в Третьем переулке и на Кузнечной улице. Первого и Второго переулков не существовало вообще. Бывший Второй переулок именовался сейчас Веселой улицей из-за большого количества питейных заведений на ней, а что случилось с Первым – Дерек не знал.

Наконец началась улица Нагорная, куда и направлялся Лэннимер. Тоже занятное название: с горки на горку, так сказать. Дерек одолел пологий, но долгий подъем и остановился у длинного дома. Вопреки обыкновению, обе двери его выходили не во двор, а на улицу. И опять-таки вопреки обыкновению, дом рассчитан был не на одну, а на две семьи. Две семьи тут и проживало. С одним семейством маг знаком не был и знакомиться не собирался. Другая семья носила фамилию Одерейн.

К Камилле Одерейн Лэннимер и шел.

Он постучал в дверь бронзовым кольцом и обреченно стал ждать, кто откроет. Отец Камиллы Дерека не любил, причем Лэннимер не смог бы назвать причину его неприязни. Просто не любил, и всё тут. Поэтому каждое столкновение оборачивалось для обоих испорченным настроением.

Открыла Камилла, и от неожиданности отступила на шаг.

- День добрый, - флегматично проговорил Лэннимер. – Я по делу.

- Добрый, - пробормотала Камилла и посторонилась. – Входите. По лестнице и направо, дверь открыта.

Дерек прошел в дом. Семья Камиллы и предки ее всегда зарабатывали на жизнь книгами: переписчики, рисовальщики, переводчики. Книжные шкафы от пола до потолка, гравюры и картины в простенках. В комнате Камиллы была такая же обстановка плюс заваленный бумагами стол. Похоже, Лэннимер оторвал девушку от работы.

Дерек сказал:

- Я помешал, знаю. Это, - Лэннимер поставил на стол только что купленную вазу, - тебе в качестве компенсации. Я сяду?

- Прелесть какая! – восхитилась Камилла. – Да, конечно, садитесь!

Она убрала с табурета толстенный словарь, и Дерек сел, вытянув больную ногу. Свет падал на его лицо, и взгляд Камиллы задержался на заживающей ссадине, оставленной перстнем Новая.

- Так вот, - заговорил маг, сдвинув часть бумаг с края стола. – Дело у меня такое, - он положил на освобожденный угол завернутого в полотенце «Единорога изгоняющего» и хлопнул по нему ладонью. – Здесь книга, и мне ОЧЕНЬ нужен перевод одной главы.

Камилла протянула руку:

- Позволите взглянуть?

Лэннимер убрал с книги ладонь.

- О! – произнесла девушка, развернув фолиант. – Какая старина!

Дерек наблюдал за ней, догадываясь, какой вопрос незамедлительно последует. Вот Камилла увидела клеймо, всмотрелась и заметно нахмурилась. Не поднимая глаз, заметила:

- Владелец книги жив.

- Думаешь, я не в курсе? – сказал Дерек. – Он жив, но тот, кто эту книгу стащил, – мертв. Кроме того, у меня есть основания полагать, что Рокуэлл сидит в Илетте.

Илеттом называлась крепость-тюрьма Стефберии. Лэннимер рассуждал так: если Рокуэлла до сих пор не казнили, то он сидит. А преступник его уровня попадал только в Илетт.

Камилла размышляла, подозревая, что Лэннимер принимал участие в каких-то подозрительных делах.

- Я выполнял поручение Меррика, - успокоил ее маг, - он знает о книге.

Переводчица с облегчением вздохнула.

- Что конкретно мне переводить? – спросила она.

- Нужно сделать точный перевод главы «Баллена игем апроцена», - ответил маг. – Красивый литературный язык необязателен. Подробности и твои комментарии в спорных случаях желательны.

- Мне казалось, вы знаете стефберийский, - сказала Камилла, переворачивая страницы.

- Сколько будет стоить твоя работа? – спросил Дерек, игнорируя ее фразу.

- Как скоро вам понадобится перевод? – девушка открыла нужную главу.

Лэннимер едва удержался, чтобы не сказать: «К вечеру». Он прикинул объем.

- За четыре дня справишься?

- Нет. Дней за пять-шесть, - последовал ответ. – А цена моя такая – я хочу себе эту книгу.

От неожиданности маг вскинулся.

- Ценишь свою работу, - заметил он и поднялся. – Согласен, что ж делать. Я приду через неделю, - добавил Лэннимер, подарив Камилле день.

Спускаясь по лестнице, Лэннимер заметил хозяина дома, но ускорил шаг, чтобы пройти быстрее и не здороваться с ним. Ему не хотелось объяснений.

Может, зайти в казначейство? Оно недалеко от Академии, заодно заглянуть и туда, разузнать про Рокуэлла. А обратно как через полгорода? Нога-то болит. Хотя можно попросить экипаж, летом работы кучерам мало, ему не откажут.

В вестибюле Академии Лэннимер столкнулся со своим учителем, Даниэлем Маркусом. Старик был сильно расстроен.

- Уже слышал? – прерывисто спросил он.

- О чем? – встревожился Лэннимер. – Меня не было в городе.

- Не слышал, - Маркус вздохнул. – Рэсс и Донован погибли. Пытались закрыть портал.

Тео Рэсс и Майк Донован были выпускниками этого года. Месяца не прошло со дня вручения им дипломов. Лэннимер их, разумеется, отлично знал.

- Кто отправил двух мальчишек закрывать портал? – хмуро осведомился Дерек.

- Так вышло, - ответил старик.

Лэннимер промолчал и, обойдя обескураженного Маркуса, свернул в боковую пристройку, где находилась библиотека. Невесело, думал Дерек, идя длинным коридором, в прошлом году погибло четверо, в этом уже двое. Кроме того, один навсегда потерял зрение. Швыряют парней без опыта на опасные дела, как рекрутов в атаку. Да и где им опыта набраться, с кем посоветоваться, когда волшебники в округе, как правило, такие же зеленые новички!

С этой нерадостной мыслью Дерек так рванул дверь картотечного отдела, что едва не оторвал ручку. На него с изумлением глянул пожилой архивариус – никогда Лэннимер не врывался в библиотеку, бахнув дверью о стену, – но, сообразив что-то, отвел глаза.

- Простите, узнал нерадостные новости, - извинился Дерек. - Мне нужны данные по одному человеку. Вильям Идрикус Рокуэлл, год поступления ориентировочно 1428.

Прошло несколько минут.

- Нет, - ответил архивариус.

- Посмотрите годом раньше и годом позже, - попросил Дерек.

Каталог на студентов содержался в идеальном порядке. Найти требуемого человека было легко… если знать фамилию и год поступления. Год вычислялся прибавлением к году рождения тринадцати – возраста, когда брали на первый курс. Но бывали исключения, к коим относился, например, Дерек Лэннимер. Его в Академию взяли в неполных одиннадцать.

- Нет, - снова ответил архивариус.

Лэннимер задумался.

- Попробуйте 1430-й, - сказал он.

И, в третий раз услышав: «Нет», произнес:

- Тогда последняя попытка. 1431-й. Но неужели он мог поступить в шестнадцать?!

- Всякое бывает, - философски пожал плечами архивариус и через минуту с торжеством достал карточку из каталога: - вот, пожалуйста!

Карточка сообщала то, что Дерек уже знал из дневника Лейна. «Вильям Идрикус Рокуэлл. Родился в городе Ирдин (Стефберия) 13 мая 1415». Но потом началось любопытное. «Зачислен на факультет целительства с 18 сентября 1431 года на четвертый курс».

- Как на четвертый?! – вырвалось у Дерека.

- В чем дело? – спросил архивариус.

Лэннимер показал ему текст, заставив собеседника призадуматься.

- Впервые такое вижу, - проговорил архивариус, разводя руками. – Похоже, дарование у молодого человека было большое.

Дальше оказалось еще любопытней.

Архивариус и маг читали карточку вместе: «После успешного окончания пятого курса по личной просьбе переведен на факультет магии на пятый курс».

Выходит, Лейн ошибся. Он написал у себя: «После второго курса», а оказалось, что после двух лет обучения. Но всё равно странно.

- Очень интересно, - резюмировал архивариус. – Посмотрите, он ведь не доучился.

Верно. Семестр не доучился, но результаты экзаменов выписаны. Вот это да! Все на «отлично». Сила есть, способности есть, знания, судя по всему, огромные. Учился-учился и уехал без диплома. Это, однако, не помешало ему занять должность придворного мага.

- Кто такой Рокуэлл? – спросил архивариус, дочитав до конца.

- Вильгельм Роквел, - отозвался Дерек.

- Придворный маг Альде? – уточнил архивариус. – Надо же.

Лэннимер кивнул, перевернул карточку и прочел на обороте: «За время учебы написал следующие статьи: «Еще один способ лечения проникающих ранений», «Дополнение к «Определителю трав» Акафа», «Руническая змейка на Увинском столбе. Символика».

Да, интересы широкие. А название последней статьи просто ударило Лэннимера по глазам, ослепило, как внезапное сверкание молнии в ночи. Не веря себе, Дерек перечитал: «Описание фаз трансформации человека в волка».

Глава 12. Аделина Ланди

Старая пожелтевшая бумага, выцветшие чернила, сливавшиеся с ее фоном, и неразборчивый почерк делали дневник Рокуэлла почти нечитаемым. Дерек с трудом разобрал два связных фрагмента. «Вызов демона всегда сопряжен с человеческой жертвой, с большими затратами энергии и огромным риском для вызвавшего. Пентаграмма не дает полной защиты; за последние триста лет опробовано 27 различных видов пентаграмм, и всегда демон находит лазейку. Предложение чертить пентаграмму кровью – полная ерунда! Надо пробовать порталы. Порталы между измерениями». Далее шел черновик расчета. «Перед открытием портала необходимо установить защиту, поставив часть энергии ближайшего потока в виде завесы. Следует избегать слишком ярких потоков, несущих большое количество энергии, иначе это может привести к взрыву портала или к его преобразованию в мерцающий, что весьма опасно».

Рокуэлл занимался и порталами. Воистину, разносторонний человек. Я бы не ставил защиту в виде завесы, подумал Дерек, портал может внезапно закрыться.

Вдвоем мы могли бы серьезно поработать во многих областях магии, подумалось затем ему.

Почему ты интересовался оборотнями, Рокуэлл? Не похоже, чтобы сам ты был болен, но знал ты об этом явлении подозрительно много. Существование эликсира Мита не являлось секретом для стефберийского мага и, судя по второму связному фрагменту, Рокуэлл искал его состав. Шел по верному пути, но разгадать формулу эликсира не сумел. «Вне сомнений, в основе эликсира есть такие составляющие, как аконит и волчьи ягоды». Кейра тоже упоминала аконит, когда готовила этот состав для Лагрейда; она, помнится, сетовала, что эта ядовитая трава не растет в Меграле, но сумела ее достать.

Занятно, занятно. Поговорить бы с тобой, Вильям Идрикус Рокуэлл, однако добираться до города Гайра в Стефберии, в предместьях которого находилась тюрьма Илетт, было долго. Да и позволят ли побеседовать с этим волшебником?

Лэннимер отложил дневник, потянулся. С удивлением сообразил, что давно голоден и сидит в холодной комнате. Дня два он не топил печь, увлекшись тетрадью Рокуэлла. Сухари закончились утром; настала пора что-то приготовить поесть. За окном моросил дождь, нога ныла.

Таковы были последние события.

Набросив куртку, Дерек отправился в сарай за дровами. К своему удивлению, обнаружил там мокрого и недовольного единорога.

- Явился, инцекаварте, - приветствовал его маг.

Зверь повернулся и посмотрел на него с таким укором, что Дереку сделалось неловко.

- Извини, Брат, - сказал он, проведя ладонью по влажной гриве.

Золотистые волосы спутались, от этого грива стала косматой, как у дикого коня. Единорог понуро опустил голову, вздохнул. Некогда повелитель лесов, лишившись рога, а вместе с ним и магической силы, единорог стал обычным животным. Пожалуй, теперь он зависел от человека, спасшего его. Лэннимер постоял рядом со зверем.

- Потеря силы – не самое страшное, - проговорил маг. – Ты мог бы умереть или, что хуже, ты мог бы стать вместилищем демона. Эта тварь пожрала бы тебя изнутри.

Он говорил с ощущением того, что произносит чьи-то чужие интонации, слышанные год или два назад. Кто-то обращался к самому Дереку с такими же увещеваниями, и через минуту маг вспомнил, кто и когда. Кейра. Два года назад. Перестань носиться со своим горем, сурово сказала колдунья, могло быть хуже. Ты мог лишиться обеих ног, ты мог остаться безруким или ослепнуть. А так ты худо-бедно ходишь, пусть и на костылях, ты мало зависишь от других, ты мне нужен.

Кейра умела, что называется, вправить мозги. Именно такой поддержки порой недоставало Дереку. Его жалели, а он не нуждался в жалости. В сочувствии – быть может. Как и сейчас Брат.

Не сказать, чтобы слова волшебника сильно утешили единорога, но зверь успокоился и на миг положил голову Дереку на плечо.

***

На кухне стало жарко от раскаленной плиты, и Дерек открыл окно. Дождь по-прежнему моросил, стекая с черепичной крыши по водостоку в подставленный бочонок. Дождевую воду с удовольствием пил Брат – маг теперь хорошо видел его. Единорог бродил по мокрому двору, но не пасся, как лошадь, а вынюхивал что-то, иногда аккуратно выщипывая нужную траву.

Рана его заметно затянулась. Будет шрам, конечно, однако его должна скрыть челка.

Вдруг зверь вскинул голову, уши его шевельнулись. Напрягшись, он раздувал ноздри, затем повернул голову в сторону соседнего дома. Лэннимер тоже глянул туда и увидел Камиллу. Закутавшись в дождевик, она осторожно шагала, огибая ручейки. Когда она коснулась калитки, Брат посмотрел на окно, удостоверился, что Дерек видит гостью, и ушел.

Перепрыгивая через лужи на дорожке, Камилла приблизилась к крыльцу и, оказавшись под навесом, откинула капюшон. Лэннимер стоял у порога.

- Что погнало тебя в дождь? - сказал он, скрывая за насмешкой тревогу. – Я бы и сам зашел.

- Вы же знаете, отец вас не переносит, - отозвалась девушка, поднимаясь по ступеням.

Лэннимер посторонился, пропуская ее.

Камилла извлекла из-под дождевика стопку исписанных листов бумаги, положила на кухонный стол. Дерек смотрел на эти листы, подавив желание немедленно схватить их и начать читать.

- Спасибо, - проговорил он. – Ты быстро справилась.

Чувствуя, что перевод очень нужен Лэннимеру, Камилла сидела над ним сутками, забросив остальные дела. Маг догадался об этом.

- Если я тебе что-то должен, - добавил Дерек, - скажи.

- Чашку чая, если можно, - сказала девушка. – Я немного замерзла.

Дождь закончился часа через два, одновременно с этим Камилла покинула дом. Единорог не показался, бродил за домом, но стоило девушке уйти, как он вышел, заглянул в окно и увидел, как маг жадно читает оставленный Камиллой перевод. Брат пофыркал, чтобы привлечь внимание. Нехотя Дерек оторвался от чтения, намазал медом ломоть ржаного хлеба и протянул зверю.

Единорог мед любил, но хлеб предпочитал белый. Впрочем, он понял, что капризничать не получится, Брат взял губами хлеб, сжевал его и просунул голову дальше в окно, внимательно изучая кухню.

- Наградили меня тобой демоны, - возмутился Лэннимер и легонько щелкнул единорога по носу. – Иди, найди себе занятие… Шиповник у соседей не вздумай тронуть! – маг знал пристрастия Брата.

Волков не гонять, шиповник не трогать. Чего еще изволите приказать? Единорог как бы невзначай задел копытом бочонок с дождевой водой, опрокинул его и махнул через ограду на улицу. Лэннимер не сомневался, что зверь пойдет в лес, а потому спокойно сел в кресло и продолжил читать. Перевод интересовал мага куда больше, чем выходки Брата, да если честно, Лэннимер надеялся, что единорог покинет город, что лес позовет его. Дерек не хотел привязываться к зверю и не желал, чтобы зверь привязался к нему.

Лэннимер повернул кресло так, чтобы свет из окна падал на бумаги, и вернулся к переводу. «Изгнание или исцеление». «Вопросы вызова демона и изгнания их связаны столь тесно, что можно назвать это сторонами одного и того же вопроса, поскольку рано или поздно вырвавшихся в наш мир демонов приходится изгонять. Святые отцы закидают меня камнями, но я позволю себе заметить, что ни крест, ни святая вода, ни священные книги не помогли еще изгнать демона».

От последней фразы Дерек растерялся. Читая оригинал, он упустил ее из вида. Как, эти слова написал человек семь столетий назад? В то время святые отцы подобных заявлений не прощали. «Изгнание и исцеление – суть разные понятия. <Далее, крупно: простите, Лэннимер, текст сильно поврежден, два предложения я разобрать не смогла> Демон всегда, подчеркиваю: ВСЕГДА сопротивляется изгнанию, стремясь убить существо, в которое вселен. Известны также случаи слияния сущностей, результатом которых являлось насильственное прерывание жизни существа-носителя».

- Это и мне удалось перевести, - пробурчал Лэннимер, пробежав глазами страницу до конца.

Он взял следующий лист.

«Вопреки сложившемуся мнению, я беру смелость заявить, что оборотничество не имеет ничего общего с одержимостью демоном. Оборотничество – это болезнь. Мне приходилось изгонять демонов из людей и животных, но мне не доводилось слышать об изгнании демона из оборотня.

По поверью, если взглянуть на оборотня в облике волка через нож, приложенный к глазам острием, то он явится в своем настоящем виде. Бред. Нападения оборотня столь стремительны и внезапны, что у жертвы не будет времени не только смотреть на него через нож, а и вытащить этот самый нож.

Насколько я могу судить, оборотничество – трансформация тела человека в волка или иного зверя под влиянием многих факторов. Вселенный же в тело демон НЕ преобразует внешнюю оболочку своего носителя».

Далее шли длинные рассуждения и примеры одержимости. Дерек читал внимательно, однако ничего интересного не обнаружил, за исключением последнего абзаца.

«Демоны, являясь существами нечистыми, не переносят присутствия единорога. Отмечено, что местности, где водятся эти прекрасные звери, лишены как оборотней, так и демонов. Кроме того, в «Десятом житии» описывалось, как святой Фирсален изгонял демона при помощи аликорна, и это ему удавалось».

Автор явно полемизировал со своими оппонентами. Дерек знал этот прием былых времен – написать книгу, в которой изложить свою точку зрения, попутно опровергая доводы противников. Пока оппонент соберется написать ответную книгу, глядишь, и помрет.

«Изгнание демона всегда приводило к полному исцелению существа, в которое он был вселен. Но вопрос: можно ли ИСЦЕЛИТЬ оборотня? – остается открытым. Во всяком случае, еще никто не пытался досконально изучить эту проблему. Если существует связь между оборотнями и изгоняющей <Далее, крупно: здесь употреблено слово «рогаре», имеющее еще значение «целительный»> силой единорога, то можно предположить, что при определенных условиях магия единорога способна вылечить человека, страдающего оборотничеством».

Лэннимер затаил дыхание. При определенных условиях магия единорога способна вылечить человека, страдающего оборотничеством! Если Мит создал эликсир, превращающий человека в волка, почему не сделать другое снадобье, противоположное по составу и свойствам? То есть, лекарство.

Познания Дерека в целительстве ограничивались умением обработать рану и составить обезболивающее по рецепту Кейры. Маг призадумался. Времени изучать то, что проходят на факультете целительства семь лет, у него не было. Но Андриан Рокуэлл в своей книге говорил о магии. О магии единорога. Нет, как Дерек ни напрягал память, он не мог вспомнить случаев исцеления оборотней после встреч с единорогами, а погибали оборотни от удара аликорна весьма часто. Лэннимер вспомнил скульптурную группу из парка Рейвиса – единорог против оборотня.

Если волшебная сила единорога заключалась в аликорне, нельзя ли использовать этот рог? У Дерека он имелся, спасибо Лейну. Но как? Как правильно применить аликорн и возможно ли это сделать?

Сам того не замечая, Лэннимер скатывал в трубку и снова разворачивал листы перевода. С кем бы посоветоваться? Маркус? Пожалуй, нет. Дженнингс? Сразу нет. Макс Пераник? Он значительно лучше прочих преподавателей факультета магии разбирается в целительстве. И с Аделиной дружит… Лэннимер подскочил, когда ему пришло на память это имя. Конечно, Аделина Ланди, декан факультета целителей. Только к ней! Она лекарь по призванию, и к Дереку прекрасно относится. Неужели не поможет? Кейру она тоже учила, кстати. Решено. Завтра – к Аделине.

Вопреки обыкновению, он проснулся ближе к обеду, от грохота за окном. Было пасмурно. Спросонок Дерек решил, что далеко перекатывается по небу гром, однако звук был не грозовой. Приподнявшись, маг выглянул во двор и увидел, как развлекается единорог, перекатывая уроненный им же накануне бочонок для дождевой воды и стукая им о крыльцо с несомненной целью произвести побольше шума. Брат скучал.

- Я так надеялся, что ты останешься в лесу, - пробормотал Лэннимер.

Нога опять ныла, поэтому обед Дерек начал с глотка настойки. Он ожидал, что боль утихнет, но в этот раз настойка подействовала плохо, а значит, снова будет дождь и сырость. Почему я не живу на юге, где тепло и сухо, мрачно подумал Лэннимер, растирая ногу. Ему не однажды приходила мысль уехать в южные государства. Такого мага приняли бы с радостью в любой стране, и жилось бы там куда лучше, но что-то – и Дерек знал, что именно – удерживало его в Меграле.

При прощании Кейра сказала, что уходит на север. Уезжая на юг, Лэннимер увеличивал расстояние между собой и ей. Он еще верил, что найдет и вернет ее. Когда появилась надежда создать лекарство, уезжать вообще глупо. А боль… Он вынес боль, значительно превосходящую эту по силе, стерпит и сейчас. Дерек опять отпил настойки и сплюнул, с каждым глотком она казалась все более горькой.

Во дворе Брат перестал мучить бочонок, обошел крыльцо и сунул морду в открытое кухонное окно. Зверю требовался обычный кусок хлеба с медом.

- Проголодался? – хромая, Дерек подошел к нему. – Послушай, - отрезая ломоть хлеба, сказал маг. – Меня до вечера не будет. Можешь остаться, можешь уйти в лес, - Дерек щедро намазал медом хлеб, протянул единорогу. – В любом случае, постарайся реже попадаться людям на глаза.

Брат сошел бы за обычного коня, но могут обратить внимание на его поведение, нехарактерное для лошади. На Второй Окраинной жили разные люди, некоторые специализировались на распускании слухов, а Лэннимер в последнее время был весьма подходящим для этого объектом. Стоит прислушаться к сплетням знающему человеку, чтобы тот сложил два и два и понял, каким зверем обзавелся волшебник. А присутствие магических животных – даже единорогов - в княжестве Меграль не приветствовалось.

В ответ на слова Дерека единорог покосился большим темным глазом. Усмехнувшись, Дерек собрал нужные бумаги, сунул во внутренний карман старой куртки и вышел из дома.

***

Аделине Ланди накануне исполнилось семьдесят один, но никто не дал бы ей и шестидесяти. Маленькая, сухая, необычайно подвижная (ее студенты называли «Шустрик»), она вела хозяйство, держа в кулаке большую семью, и так же строго держала свой факультет, деканом которого была тридцать восемь лет. Помимо этого, она ухитрялась не терять связи с выпускниками. Если им требовалась помощь, они не стеснялись известить ее, а Аделина непременно изыскивала способы им помочь. И друг другу целители всегда приходили на помощь – деньгами ли, советом или делом, в чем, конечно, была заслуга Аделины, сумевшей сделать из факультета организацию, где один был за всех, и все за одного. Соображения карьеры или богатства отодвигались на второй план «ради чести мундира», как выражался, посмеиваясь, покойный Торвилль. Маги были куда более разобщены, и Лэннимер порой завидовал целителям.

Чтобы попасть на Закаменскую улицу, где жила Аделина, требовалось пройти до половины Второй Окраинной, свернуть на Звенящую (где раньше обитали мастера-литейщики, отливавшие колокола и колокольчики), а Звенящая упиралась в Закаменскую, в двух шагах от дома Ланди.

Всю дорогу нога ныла, заставляя Дерека хромать сильнее с каждым шагом. Не свалиться бы некстати, тревожно подумал Дерек, зная за собой свойство при особо резких приступах боли терять сознание. Обошлось. Он дохромал до знакомого дома с двумя флигелями, и едва прошел во двор, как почуял вкусный запах булочек с корицей. Во дворе младшее поколение семейства Ланди играло в моряков, используя для этой цели старое корыто и недавнюю лужу. Старший сын Аделины жил в Скалере и командовал военным кораблем. Видимо, эту игру навеяли его рассказы.

Морской бой был в разгаре, когда юные моряки заметили гостя, и три или четыре голоса завопили:

- Ба-буш-ка!!

- Ну что опять?! – окно на первом этаже распахнулось, Аделина выглянула и увидела Лэннимера. – Дерек! Входи быстрее, ты как раз к чаю.

Пока Лэннимер пересекал двор, Аделина успела покрыть скатертью большой кухонный стол, поставила подогреться чайник и расставила посуду.

Дерек бывал в этом доме, поэтому не глядя повесил куртку на вешалку слева от двери и прошел на кухню. Декан целителей задержала на нем внимательный взгляд:

- Опять хромаешь? Садись, - и придвинула ему стул.

- Спасибо, - маг опустился на стул и не сдержал вздох облегчения.

Аделина поставила на стол огромное блюдо горячих булочек, принесла масленку и вазочку с вишневым вареньем, налила чай в две чашки редкого южного фарфора.

- Итак?.. – выжидающе осведомилась Аделина, повернувшись к гостю. – Просто так ты не приходишь, особенно, если болит нога.

За окном послышался грохот и дикий визг. Аделина и бровью не повела, заметив:

- По всему судя, идет абордажный бой.

Дерек усмехнулся:

- Внуки?

- Они самые, - подтвердила Аделина.

- Сколько их у вас в общей сложности? – Дерек мысленно пересчитал только что виденные довольные физиономии. – Восемь?

- Вообще-то девятнадцать, - вздохнула Аделина и села за стол. – Это младшие, - кивнула она в сторону окна. – Старшие работают, средние, полагаю, совершают разбойничий набег на соседский сад. А новенький пускает пузыри в колыбели, - она придвинула гостю блюдо. – Ешь.

- Спасибо, - кивнул Лэннимер.

Булочки с корицей были коронным блюдом Аделины – Дереку случалось их пробовать, он знал их нежный вкус, поэтому не стал отказываться.

- Насчет Кейры пришел? – неожиданно спросила декан целителей.

Маг на секунду замялся, что не ускользнуло от Аделины. Лицо ее, со смешливыми лучами-морщинками у глаз, стало вдруг суровым. Веселая бабушка девятнадцати внуков исчезла, появился лекарь, много повидавший, много знающий. Вот такой человек и преобразил факультет целителей.

- Тогда разговор начну я, - отрывисто произнесла она. – Моя вина, что я позволила учиться в Академии Кейре Саанен, ведь симптомы оборотничества бросались в глаза. Но меня покорил ее талант – если бы она доучилась, она стала бы выдающимся целителем. Увы! – Аделина с горечью махнула рукой. – Мой промах, моя единственная неудача, - Аделина помолчала, затем глянула Дереку в глаза. – Я могла бы остановить ее после убийства Торвилля, стоило молвить словечко твоему другу Меррику, однако в те дни она вышла замуж. А тебя, Дерек, я, признаться, боялась.

Лэннимер медленно и сосредоточенно тер лоб, пряча взгляд. Он знал, что Аделина боялась не зря.

- Вы позволите мне задать вопрос? – проговорил маг и поморщился от приступа боли.

- Спрашивай, - Аделина прикрыла окно.

- Можно ли создать лекарство от ее болезни? – спросил Дерек. – Существует эликсир Мита, превращающий человека в волка, разве нельзя сделать снадобье с обратным эффектом?

Аделина вздрогнула.

- Ты не первый, кто этим интересуется, - сказала она после короткой паузы. – Со мной учился один человек, он тоже искал такой состав.

Дерека осенило.

- Ро-рокуэлл? – запнувшись, произнес он.

- Откуда ты знаешь?! – с изумлением воскликнула Аделина. – Да, Рокуэлл.

Настрой разговора изменился. Взгляд Аделины уже не был тяжелым, она смотрела с интересом, ожидая ответа. Ни губы, ни глаза ее не улыбались, но что-то в ее лице напоминало об улыбке.

- Ко мне попала книга из его библиотеки, - не стал выкладывать всё Лэннимер. – Занимательная книга, «Единорог изгоняющий». Одна глава натолкнула меня на мысль – если взять исходным ингредиентом аликорн, можно ли на его основе составить лекарство, способное исцелить оборотня?

- Хочешь вылечить Кейру? – прямо спросила Аделина.

- Конечно, - отозвался Дерек. – Иначе зачем мне это?

- Мне надо поразмыслить, - Аделина встала, прошлась по кухне.

Кухня у нее была просторная, не как тесное помещение в доме Лэннимера. Аделина оперлась ладонью на подоконник, не оборачиваясь, сказала:

- Книга у тебя?

- У меня есть перевод нужной главы, - Дерек поднялся, сходил за курткой и принес смятые листы. Протянул целительнице.

Та принялась читать, далеко отставив бумагу. Один раз глянула поверх листов на замершего в ожидании мага, сказала:

- Сядь и пей чай, - и продолжила чтение.

Какое там «пей чай», Дереку кусок не шел в горло. Он ждал выводов Аделины, как приговора.

- Любопытно, - пробормотала она.

О магии аликорна Аделина знала гораздо больше Дерека, и если она сказала: «Любопытно»…

Лэннимеру стоило больших трудов не крикнуть: «Так можно или нет?!» Он сел за стол, залпом выпил остывший чай. Есть он не мог, хотя от булочек шел соблазнительный аромат.

- Весьма любопытно, - вынесла вердикт Аделина. – Магия аликорна может сработать. Не хочу тебя пока обнадеживать, Дерек, но идея у меня появилась. Можешь оставить мне бумаги?

- Что угодно на какой угодно срок, - выдохнул маг.

Он с трудом поверил ушам: Магия аликорна может сработать... Может сработать!! МОЖЕТ СРАБОТАТЬ! Хотя бы это был единственный шанс из миллиона, я его использую, подумал Дерек, подавив желание обнять и расцеловать Аделину.

Та впервые видела Лэннимера счастливым и сочла нужным напомнить:

- Не радуйся раньше времени.

Дерек улыбнулся.

- Я тебя немного огорчу, – пообещала Аделина, вернувшись за стол. – Ты уехал после экзаменов и, разумеется, не знаешь, что произошло.

- Что такое? – насторожился Лэннимер.

- Два события, из-за которых Пераник собирает внеочередной Совет Академии, - декан целителей прищурилась. – Первое – Макс останется ректором. Должность декана факультета магии займет Дженнингс.

По давней традиции ректор Академии был одновременно и деканом магического факультета – это повелось с тех времен, когда в Академии учили магии, и не было факультета целителей.

- Артур Дженнингс? – переспросил Лэннимер. – Для декана подходяще.

- Хоген и Вейяр предлагали тебя, - сообщила Аделина.

Маг пожал широкими плечами.

- Я – худший из кандидатов, - сказал он, подумав: «Макс это прекрасно понимает, поскольку знает, как замечательно я испортил отношения с князем». – Демоны! – вдруг громко проговорил Дерек. – Я начинаю завидовать Дженнигсу: у него будет свой кабинет!

Аделина рассмеялась. Хоть чем-нибудь можно пронять этого человека, пронеслось у нее в голове.

- Первое событие вы озвучили, - резюмировал маг. – Какое второе?

По тому, как резко оборвала смех Аделина, как на секунду сжались ее губы, Дерек понял, что второе событие из разряда неприятных. Хреновых, как сказал бы Бен Ирвуд, старший помощник дознавателя.

- Второе произошло позавчера, - сказала Аделина, - поэтому Пераник здесь, а не уехал, как обычно, в Скалер. Впрочем, все преподаватели в городе.

Что-то серьезное, забеспокоился Лэннимер.

- Позавчера я сдавала Максу отчет по экзаменам, задержалась у него, - продолжала декан. – Мы собирались распрощаться, когда в кабинет без стука и без разрешения ввалился этот медведь Хартиган.

- Канцлер?! – вскинул брови Дерек.

Эпитет «медведь», которым наградила Аделина канцлера Итана Хартигана, как нельзя подходил к нему: по внешности и по манерам Хартиган походил на этого зверя.

- Других людей с такой фамилией в княжестве Меграль не обнаружено, - заметила Аделина с малой долей ехидства. – А сопровождал его, помимо пары мрачных жезлоносцев, священник. Отец Вассиан.

- Не знаю такого, - вставил Лэннимер.

- Назвался секретарем епископа Альбиана, - просветила волшебника целительница. – Когда он представился, бедняга ректор насторожился. Согласись, такие визиты не к добру, и Макс это почувствовал. Я хотела уйти, но он приказал меня остаться. Да-да, - кивнула она, поймав взгляд Дерека, - тон приказа был.

Лэннимера настолько заинтересовал рассказ Аделины, что он отвлекся от боли в ноге, лишь время от времени машинально потирал ее. Даже радость от открывшейся возможности сделать лекарство для Кейры отступила. Внимание к Академии князя и епископа серьезно беспокоило Лэннимера, он не верил, что их вмешательство в дело подготовки магов и целителей приведет к чему-то хорошему.

- Дальше, - поторопил Дерек Аделину.

- Дальше… Хартиган, в основном, молчал, а святой отец оказался словоохотливым, - сказала целительница. – Я устала слушать его бесконечные периоды о сотрудничестве магов и священников. Макс терпеливей меня, но и он, в конце концов, не выдержал и попросил его выражаться конкретнее, - она прижала пальцы к вискам.

Суть дела оказалась проста. Епископ требовал вернуть историю религии и другие предметы, отмененные Пераником два года назад. Он также требовал немедленной ревизии библиотеки Академии с изъятием запрещенных книг. Помимо этого, седьмое и восьмое крылья здания должны быть переданы в ведение отца Вассиана для создания там начальных классов семинарии по образцу одного из южных королевств. Лэннимер чувствовал, что были еще требования, о которых Аделина умолчала.

- Однако они замахнулись широко, - процедил Дерек, не сумев скрыть поднимающееся раздражение.

- Перед уходом Хартиган дал понять, что князь поддержит епископа всеми средствами, - устало договорила декан целителей. – Это объявление войны.

- Так и есть, - кивнул Дерек. Он задумался. – Когда состоится Совет?

- Двадцать пятого, в полдень, - назвала дату и время Аделина. – Не опаздывайте, профессор Лэннимер... А насчет лекарства я подумаю.

Глава 13. Совет и его последствия

Советы профессор Лэннимер обычно не посещал. Пераник ругался и грозил выставить приятеля из Академии, но угрозы не действовали на Дерека. Он знал, что Макс его не выгонит, а решения Советов мало волновали Лэннимера. Конечно, правы были те, кто говорили, что он пользуется дружбой с ректором в личных целях, но в лицо ему такое сказать опасались, а, впрочем, если бы и сказали – это тоже не тронуло бы Дерека. Свое время на совещания он не тратил, однако на этот Совет Академии он пришел одним из первых.

Собравшиеся в зале рядом с кабинетом ректора, где всегда проводились расширенные Советы, хранили на лицах сумрачное выражение, словно отмеченные одинаковой печатью. Все преподаватели были в курсе последних событий, и каждый пытался предугадать исход.

Зал походил на учебную аудиторию, такие же столы полукругом, так же ступенчато возвышались ряды. Лэннимер занял крайнее место в третьем ряду, к нему подсел Маркус. Поприветствовав друг друга, они сидели и смотрели на входящих. По привычке преподаватели факультета магии занимали первые ряды, целители поднимались выше. Ни улыбок, ни разговоров. Сосредоточенные хмурые лица, в которых проступало что-то от солдат на последнем рубеже обороны. Напряжение ощущалось физически. Аделина права: это война, подумал Дерек, жаль, а мне понравился князь Ральф.

Но вот все заняли места, а еще через пять минут, когда аудиторные часы боем возвестили полдень, в незакрытую дверь прошел Максимилиан Пераник, и с ним три человека. Одного из них Дерек знал со времен работы придворным магом – Итан Хартиган, канцлер. Двух других, в сутанах священников, он видел впервые.

- Сам епископ! – услышал он изумленный шепот Маркуса.

Многие переглянулись.

- Который? – быстро шепнул Дерек.

- Слева, помоложе, - ответил Маркус и приложил палец к губам.

Вот ты какой, епископ Альбиан. Лэннимер не ожидал увидеть своего ровесника. Так, а второй, вероятно, пресловутый отец Вассиан. Его ведь тоже касается ситуация в Академии, если его планируют сделать куратором будущей семинарии.

- Добрый день, коллеги, - голос вставшего за кафедру Пераника прозвучал гулко и показался тяжелым. Макс говорил с усилием. Хорошо знавшие его люди понимали, что ректор еле сдерживает зверский гнев. – У меня есть несколько новостей. Во-первых, с нового учебного года должность декана факультета магии займет Артур Дженнингс.

Дженнингс поднялся, попав рыжей шевелюрой в луч солнца. Дерек не видел его лица – Артур стоял против окна и казался черным силуэтом, но по опущенным плечам, по повороту головы понял, что Дженнингс никакой радости не испытывает. Напротив, тот был подавлен и расстроен.

Ни аплодисментов, ни поздравлений. Когда Артур сел, не сказав ни слова, тишина сгустилась сильнее, словно собравшиеся в зале боялись сделать лишнее движение, и оттого голос Макса показался громче, чем до этого, хотя ректор говорил обычным тоном.

- Вторая новость – как видите, у нас гости, - Пераник церемонно поклонился в сторону канцлера и священников. – Итан Хартиган, канцлер княжества, его преосвященство епископ Альбиан и преподобный Вассиан. Господа, вам слово.

Макс шагнул к первому ряду и занял свободное место. Он не хотел больше говорить, боясь сорваться. Мгновение – и место за кафедрой занял епископ. Прежде чем заговорить, он обвел взглядом зал, не смутившись от встречных неприязненных и откровенно враждебных взглядов. Самоуверенности у этого человека было хоть отбавляй.

- Дамы и господа! – начал он. – Веками маги и священники были друзьями, союзниками, соратниками. В нашем княжестве всегда было немало честных и умных людей, искренне стремившихся к благу государства и никогда не противопоставлявших волшебство и религию. Однако почему сейчас меж нами нет единомыслия? – епископ горестно покачал головой. – Представители наших профессий нацелены на служение интересам общества, можно сказать, у нас с вами одна цель – работать на укрепление государства. Мы порой не понимаем друг друга, что ж, значит, надо стремиться к сближению…

Короткий смех, прозвучавший истерической нотой, прервал взявшего разгон епископа.

- Понимание? Вы о понимании толкуете? – с горькой иронией произнес хриплый баритон Артура Дженнингса, и все посмотрели на него. Многие, включая Лэннимера, с удивлением.

- Что случилось с нашим лояльнейшим Артуром? – полуобернувшись, шепнул Маркусу сидевший впереди Бертран Хоген, преподаватель трансформации неживой материи.

- Какое может быть понимание после того, что произошло в Беачере? – Дженнингс встал. Его рыжие волосы пламенели на солнце.

- Майк Донован был его племянником, - шепнул в ответ Маркус.

Один из погибших в начале месяца ребят оказался родственником Дженнингса. Детей у Артура не было, и у его сестры был единственный ребенок. Преподавая в Академии, Лэннимер не подозревал, что у него учился племянник коллеги. Хоген, судя по недоуменному лицу, также был не в курсе.

Епископ, разумеется, знал о событиях в Беачере – городке неподалеку от Равенского.

- Молодые люди погибли, защищая город, - проговорил Альбиан. – Они ведали, что…

- Ведали?! – гаркнул Артур. – Почему их отправили закрывать портал одних? Почему приказали идти немедленно, не дожидаясь Даегана? Почему, прах вас побери, священник Беачера пригрозил отлучением от церкви, если они не пойдут? Почему, я вас спрашиваю?! – задохнувшись, Дженнингс замолчал и поднес руку к горлу. – Почему вы взяли за правило командовать нами? – хрипло и тихо спросил после паузы Артур и сел.

Епископ ничего не успел сказать, потому что другой голос, принадлежащий Аделине Ланди, негромко и язвительно произнес:

- Мне бы тоже хотелось кое о чем спросить ваше преосвященство. Я – декан факультета целителей, Ланди. Вы ведаете, - слово «ведаете» Аделина проговорила с невыразимым сарказмом, - по какой причине город Даймо остался без целителей?

До Альбиана начало доходить, что он попал в серьезный оборот. Впрочем, Хартиган не сказал своего слова, а оно, как надеялся епископ, станет решающим. Пауза затягивалась, и тогда, обернувшись к Аделине, заговорил Лэннимер:

- Если его преосвященство знает, о чем речь, то я, например, не имею сведений, - невольно он поддержал взятый Аделиной ядовитый тон. – Не соблаговолит ли уважаемая декан просветить меня?

- С удовольствием, - светски отозвалась Аделина. – Мои выпускники в ходе сложнейшей операции вытащили с того света преподобного отца Келсия. Как только стало ясно, что святой отец поправляется, все священники округи поспешили объявить это чудесным исцелением, вмешательством божьим, в результате чего произошел маленький скандал, и обоих лекарей выдворили из города, не заплатив ни гроша – раз, запретив им возвращаться – два. Имущество их отошло церкви, и хочется напомнить, что произошло сие вопреки закону Конкордата 1128-го года, - декан улыбалась, глядя на епископа, но улыбка была нехорошая.

Осведомленность Аделины в юридических вопросах не удивила никого: волею судеб муж ее был доктором канонического права. Естественно, она проконсультировалась с ним.

– В Даймо при таких порядках не поедет больше ни один мой выпускник, - завершила выступление декан.

Лэннимер тяжело качнул головой.

- Вот так номер, - сказал он и глянул на епископа. Маркус, который с начала выступления Аделины сидел с побледневшим лицом, ощутимо толкнул Дерека в бок, однако тот продолжил: - так мы вообще без целителей останемся.

- Отдельные перегибы… - проговорил Альбиан – и был снова прерван.

- А когда перестанут брать взятки священники в Южном Прейте? – Арно Вейяр, смуглый, горбоносый южанин поднялся в первом ряду. – Ни одно отпевание еще не прошло, если священнику с дьяконом не сунуть «орла».

- У вас есть доказательства? – хищно прищурился молчавший доселе отец Вассиан.

- Хотите, поедем туда и смоделируем ситуацию? – Вейяр за словом в карман не лез. – Так и быть, побуду покойником, - он переждал возникший в зале легкий смех и добавил: - хотя меня они от радости наверняка отпоют бесплатно.

О взятках в южных округах епископ не знать не мог. Как наверняка знал, почему Вейяру пришлось покинуть Южный Прейт и переехать в Айбор, – Арно немало попортил крови тамошним священникам.

- У меня тоже возникли вопросы, - сказал Дерек и встал. – На каком основании покойный епископ Арнетт лично решал, какие книги запретить? Он был специалистом в магии? Почему любая книга по волшебству должна отправляться к вам на утверждение? Почему с основных предметов снимались часы, чтобы ваши люди читали историю религии и другие дисциплины, не относящиеся к нашей профессии?

Альбиан сверлил его взглядом. Отец Вассиан сделал к нему шаг и что-то коротко шепнул ему на ухо. По движению губ Дерек угадал, что конкретно: «Это Лэннимер».

- Вы говорили о сотрудничестве, - продолжал Дерек, сделав вид, что ничего не заметил, - но пока вы бесцеремонно вмешиваетесь в наши дела, понимания мы не достигнем, - он сел.

Даниэль Маркус взялся за голову. Дерек глянул на него и понял, что бледность на его лице вызвана страхом. Маркус, несомненно, трусил.

- Погубит тебя твой язык, - шепнул он.

- Плевать, - равнодушно отозвался Лэннимер.

- Да, вы правы, - епископ зло вскинул подбородок, - понимания мы не достигнем. Я надеюсь все же, что последний оратор говорил не от лица всех присутствующих, из чего я могу сделать вывод, что остальные прислушаются к моим словам…

Дженнингс встал, махнул рукой и, твердыми шагами пройдя мимо кафедры, вышел. Смерть единственного племянника, с которым связывались большие надежды, сильно повлияла на лояльного, редко поддерживающего недовольство Артура. Альбиан с тревогой и вопросом посмотрел на канцлера, призывая нанести главный удар, и Хартиган выступил вперед.

- От имени его светлости князя Ральфа, - пробасил он, - сообщаю, что с этого дня и на неопределенный срок от работы в Академии отстраняются: Артур Генри Дженнингс, Дерек Фредерик Лэннимер, Арно Дени Вейяр и Аделина Патриция Ланди. Кроме того…

Никто так и не узнал, что хотел еще сказать Хартиган, поскольку произошло непредвиденное.

Аделина поднялась, небрежно поправила шаль и шагнула к выходу. А миг спустя все до единого преподаватели факультета целителей были на ногах. Все тридцать четыре человека покидали зал следом за деканом. Чуть запоздав, встали Дерек и Арно, а через секунду перед Лэннимером возникла фигура поднимающегося Хогена. Лэннимер нашел глазами Аделину. Та гордо окинула взглядом своих целителей и с вызовом посмотрела на епископа. Факультет придется закрывать, подумал Дерек с неуместным весельем и глянул в зал. Ни один человек не остался на месте. Спокойно, с достоинством уходили все.

Пераник подошел к кафедре и протянул епископу ключ.

- От моего кабинета, - пояснил он. – Желаю удачи.

На улице Лэннимера окликнул Вейяр:

- Дерек, у тебя можно переночевать?

- Вполне, - кивнул Лэннимер.

Вейяр жил далеко, в предместье.

- Нет желания сегодня дома рассказывать, почему я остался без работы, - объяснил Арно и, вынув трубку, принялся набивать ее.

Лэннимер кивнул. По ступеням спускалась Камилла, увидела Дерека, подошла.

- Вот мы все и безработные, - подытожила она.

- Проживем как-нибудь, - отозвался Вейяр. – Мы хорошие маги, на жизнь заработаем, а ты со знанием языков еще и разбогатеешь.

- Посмотрите, - Камилла кивком указала на двери здания.

Оттуда выходили библиотекари и архивариусы. Старый привратник положил на ступени большой ключ и тоже начал спускаться.

- Пойдем, - сказал Лэннимер.

Никто не заговорил об экипажах Академии, потому что не хотелось возвращаться в здание, которое перестало быть своим. Прежде чем уйти, Камилла обернулась и первая заметила направляющийся к ним синий фаэтон Пераника.

Кучер остановил коня, а Макс мрачно сказал из экипажа:

- Садитесь, остатки разбитой армии. Довезу, - и открыл дверцу.

Никто не отказался.

Экипаж тронулся, седоки молчали. Когда вышла и отправилась домой Камилла, Макс проговорил:

- Полчаса – и нет Академии.

Вейяр неожиданно расхохотался:

- Вы обратили внимание на лицо Альбиана? Я решил, что он вот-вот в обморок рухнет.

- Лучше бы ты обратил внимание на лицо Хартигана, - заметил Дерек. – Наш главный враг – не епископ. Сдается мне, за спиной епископа кое-что делается. А может, и за спиной князя.

Макс задумался, опустив голову. Арно перестал смеяться, попытался раскурить трубку. Вейяр умел управлять огнем, но совсем чуть-чуть. Его сил хватало на то, чтобы разжечь трубку или зажечь свечу, и часто не с первого раза. Наконец он затянулся, выпустил клуб дыма.

У лавки виноторговца Арно попросил остановить.

- У меня есть вино, - сказал Лэннимер. – Домашнее, правда.

- Тогда едем без остановок, - Вейяр снова глубоко затянулся. – Между прочим, давно хотел спросить тебя – по какой причине ты не пьешь?

- Не имеет смысла, - отозвался Дерек. – Я не пьянею, сколько бы ни выпил.

- Полезное качество, - пробормотал Пераник, не подымая головы. Он по-прежнему обдумывал что-то.

Максимилиан был боец, как и Аделина. После Торвилля он получил пришедшую в упадок Академию, в которой факультет целителей выпускал хороших лекарей, от работы же магического факультета Макс пришел в ужас. За два с половиной года Пераник сделал многое, чтобы вернуть учебному заведению былую славу, и все его усилия пропали даром за полчаса расширенного Совета.

Неужели конец, подумал ректор.

- Макс, - услышал он. – Мы приехали.

Да, экипаж стоял против двадцатого дома на Второй Окраинной. Вейяр выпрыгнул на пешеходную дорожку, не открывая дверцы. Лэннимер не спешил выходить, смотрел на друга.

- Если что случится – посылай за мной и если что-то надумаешь делать – тоже, - сказал он.

***

Вейяр сидел на ступеньках крыльца, курил и пил знаменитое вино Второй Окраинной улицы, вино из черной смородины. Он сидел так третий час, пока Лэннимер возился в доме. Дерек не поскупился, выставил гостю дюжину бутылок; треть их опустела, Арно порядком опьянел.

- Арно, - Дерек опустился на ступеньку рядом с гостем, - поведай-ка мне, что конкретно произошло в Беачере и как это связано со священниками?

Смуглое лицо Вейяра от вина потемнело еще сильнее, движения его были неточными, но соображал Арно прекрасно. Ему самому хотелось поговорить, неважно о чем.

- Я не знаю подробностей, - заявил он, - но Пераник сделал всё по толку. Он отправил ребят помощниками к Рону Даегану, Рон там один на пять городков. Ну и что вышло? В Ив-Атере пульсация потока с выбросом энергии, Даеган помчался туда, а проклятый портал открылся в Беачере, - Вейяр далеко сплюнул. – Ты же знаешь, что иногда спрогнозировать открытие портала невозможно. Грохнет в одном месте, а ударит в другом.

- Между Беачером и Ив-Атером расстояние в пять миль, - проговорил Лэннимер. – Неужели нельзя было дождаться Даегана? Ему потребовался бы максимум час, чтобы вернуться.

- В городе перепугались, наверное, - предположил Вейяр. – Портал открылся на окраине, зрелище это жутковатое. Народ рванул к Даегану домой, там эти парни, только что приехали. - Маги? - Маги. - Из Академии? - Из Академии! - О, распрекрасно, вот для вас работа! Как «не поедем»?! Да мы вас!.. – Арно осушил стакан. – Тут-то местный отче и завелся. Начал грозить, сказал, что отлучит от церкви. Ну что там говорить, - махнул рукой Вейяр. – Ребята струхнули, пошли к порталу… - Арно замолчал. Вместе с Дженнингсом Вейяр преподавал структуру потоков. Артур вел теорию, Арно – практику. Может, отчасти Вейяр винил и себя – не смог подготовить студентов к такой ситуации. – Думаю, вместо того, чтобы закрыть первый, они случайно открыли рядом второй. Началось взаимодействие порталов, потом, конечно, всё взорвалось. Защиту… они не поставили.

Лэннимер длинно и замысловато выругался давним бранным оборотом Конрада. Услышав это из уст Дерека, Арно слегка протрезвел.

- Нам нужны еще часы на практику, - проговорил Дерек, с досадой вспомнил, что Академии больше не существует, и не сдержал очередное ругательство.

- Работу нам искать нужно, - пробурчал Вейяр.

Арно уехал ближе к полудню, наняв возчика. Сказал, что будет дома до августа, а затем, скорее всего, уедет из страны. Плохо, подумал Лэннимер, Вейяр – отличный волшебник и хороший человек. А сколько еще магов и целителей покинет Меграль? За себя Дерек не волновался, поскольку Кейра оставила достаточно денег для безбедной жизни.

Проводив Арно, Лэннимер сел на скамью под яблоней. Прекрасный летний день был в разгаре, но настроение мага по вполне объяснимым причинам становилось все хуже. Отвратительное настроение Дерека не улучшил и объявившийся Брат, который неизвестно где пропадал накануне. Единорог склонен был подурачиться и опять начал катать бочонок для воды, но вдруг, словно почувствовав что-то, подошел к магу и потерся носом о рукав. Лэннимер взглянул на его рану: она затянулась совершенно; странно, за такой короткий срок? Не зря Брат бродит по лесу – магические существа чуют целебные травы, а о единорогах всегда ходило поверье, что источник, из которого они пьют, сам со временем становится целительным.

- Неплохо выглядишь, - сообщил зверю маг. – Хочешь хлеба с медом?

Брат мотнул головой в смысле «нет» и замер, касаясь носом плеча Дерека.

- Спасибо за сочувствие, - пробормотал Лэннимер.

Вечер застал Дерека на кухне, дремлющим в любимом кресле. Поднимался ветер, в открытое окно потянуло сквозняком. Процокали кованые копыта лошадей городского патруля. Как повелось со времени появления в Айборе оборотня, конная стража неизменно патрулировала окраины. Цоканье подков прозвучало громко и вывело Дерека из состояния дремоты. Он прислушался. Конные лучники удалялись, но где-то далеко дробно стучали копыта коня, идущего галопом. Эх, кто-то лошадь не жалеет, подумал Лэннимер, зевнув, по такой жаре носится. Стук приближался.

Дерек вскочил, стряхнув остатки сна: этот тяжелый мерный галоп он знал. Распахнув дверь, маг выбежал во двор, как раз чтобы успеть открыть широкую калитку подъехавшему Конраду. Наклонившись с седла, младший помощник дознавателя перевел дыхание и прошептал:

- Пераника арестовали.

- Кто? Когда? – вырвалось у Лэннимера.

Хелмир выпрямился.

- С обеда сидит под домашним арестом, Алистер сказал.

Под домашним? Это еще ничего.

- Отшагай кобылу, - стараясь сохранять спокойствие, приказал приятелю маг. – И возвращайся, надо посоветоваться.

Хелмир заставил лошадь осадить и шагом поехал к лесу. Кобыла отфыркивалась, поводя боками, ибо Конрад гнал ее не жалея.

Оставив калитку открытой, Дерек в задумчивости прошелся по двору, поставил на место, под водосток, уроненный Братом бочонок. Снова прошелся по двору, размышляя. Что творится? Почему канцлер с епископом не оставят в покое магов? Лэннимер несколько раз сжал и разжал кулаки. Нет, братцы, так не пойдет. Объявили войну – будьте готовы к ответным ударам. Усмехнувшись, Дерек повернулся к подъехавшему Конраду и подошел ближе. Хелмир нагнулся:

- Вот еще что. Хартиган вызывал к себе Иоханнеса Ланди.

Доктор канонического права, лучший знаток законов княжества, но и муж Аделины. Чью сторону он принял?

- Обвинение придумывали, - кивнул Лэннимер.

- Ланди его послал, - сообщил Конрад, спешившись. – Вежливо.

- Откуда сведения? – удивился Дерек.

- Опять же от Алистера, - Конрад привязал кобылу к калитке. – Глупо было приглашать для консультаций Иоханнеса.

- Заспешили, - сказал Лэннимер. – Раз обвинение не предъявлено, отправить Макса в тюрьму они не имеют права.

- Тенсли их тоже пошлет, - заявил Хелмир. – Алистер с ним переговорил.

Верховный судья Меграля, Керней Тенсли, ненавидел Хартигана с давних времен. Что послужило причиной их конфронтации, Дерек не знал, канцлер с судьей разругались задолго до вступления Лэннимера в должность придворного мага. Тенсли не упустит возможности вставить Хартигану палки в колеса, Меррик его поддержит, время они протянут, но в любом случае Макса надо вытаскивать.

- Пока что Хартиган с Альбианом напирают на оскорбление церкви и бунт. Над бунтом Тенсли посмеялся, остается оскорбление.

- Почему молчит князь? – спросил Дерек.

- Он на юге, на границе, - пояснил помощник дознавателя.

Маг замысловато покрутил рукой.

- Не хотят ли Хартиган с компанией провернуть дельце в его отсутствие? Зачем Ральфу конфликт с Академией и ее закрытие, если он собирался учить у нас сына?

Конрад поморщился.

- Да не закроют ее. Отберут половину помещений, выгонят несогласных, остальных припугнут, как при Нурмене делалось.

Не заняться ли этой веселой компанией? Лэннимер почесал подбородок.

- Окажи услугу, - сказал он. – Поезжай к Алистеру и тихонечко, без свидетелей, попроси его поехать домой пораньше и сплавить куда-нибудь слуг. Возможно, у него будут гости.

Глава 14. Князь Ральф

Меррик сурово глянул на вошедшего в кабинет Лэннимера:

- Что на сей раз?

- Мы одни? - приглушенно спросил Дерек.

Алистер кивнул.

- Одни. Слуги во флигеле.

Лэннимер приоткрыл дверь в коридор и сказал:

- Входи, Макс.

Когда перед княжеским дознавателем предстал ректор Пераник собственной персоной, Алистер даже не удивился. Указал на кресла.

- Будьте гостями.

Поставив у кресла небольшой саквояж, Макс поблагодарил и сел. Дерек от глубокого мягкого кресла отказался, придвинул высокий стул.

- Господина ректора в доме главного дознавателя искать не будут, - сказал Лэннимер.

Алистер закрыл лицо ладонью и неразборчиво проговорил:

- Я знал, что ты меня во что-нибудь втянешь.

- Я был против, - подал голос Пераник. Он с любопытством изучал кабинет дознавателя, успевая следить за разговором.

- Если вы его отговаривали, - кивнув на Дерека, Меррик сложил руки на столе, - вам следовало быть настойчивей. Но сделанного уже не вернуть, полагаю?

- Нам не стоит ждать, пока Хартиган высосет из пальца обвинения, - заметил Лэннимер. – Законников, помимо Ланди, в городе хватает.

- И что ты предлагаешь? – подозрительно осведомился Меррик.

- Макс пока поживет у тебя (Пераник закашлялся от неожиданности), - Дерек невозмутимо продолжал: - а я попробую встретиться с князем. Известишь, когда он объявится?

- Ральф на юге, - сказал Алистер, - должен вернуться со дня на день, но тебя не пустят во дворец.

Лэннимер цинично засмеялся.

- Меня и к Максу не пустили бы, - сказал он. – Дом взят в кольцо по всем правилам военного искусства, десять лучников на страже стоят. До сих пор, кстати, стоят.

Пераник дипломатично помалкивал.

Лицо Меррика приняло до странности глупое выражение, когда до него дошло.

- Портал!

- Да, - напускное веселье покинуло мага. Он сгорбился. – Устал я… открыть портал дважды за полчаса тяжеловато.

Заговорил Пераник. Коротко рассказав, как Лэннимер попал из портала прямо в его комнату, избежав встречи с охранниками, и потребовал быстро собраться и сматывать удочки, он завершил повествование вопросом:

- Кого-нибудь еще арестовали?

- Приходили за Аделиной, но она оказалась умнее вас, - Алистер одобрительно похлопал в ладоши, отдавая дань уважения находчивой женщине. – Зашла за вещами, уехала в неизвестном направлении и вряд ли ее отыщут. У нее родственников, друзей и учеников половина княжества.

- Да, мне надо было сразу ехать в Скалер, - кивнул Макс. – Мои там с начала лета.

- А Дженнингс? Вейяр? – спросил Лэннимер. – Они тоже выступали на Совете.

- Об их аресте я бы знал, - успокоил Меррик. – Дерек, ты бы тоже поостерегся.

- Ну, если мой дом навестят лучники, неизвестно, кому будет хуже, - сказал Лэннимер, подумав о волках. Ведь нападут, почуяв угрозу.

Меррик не понял спрятанного подтекста, но подозрительно прищурился.

- Что ж, - сказал он. – Максимилиан, вам придется устроиться в дальней комнате, там холодно, зато меньше шансов попасться слугам на глаза. Они у меня неболтливые, но не будем рисковать, - дознаватель поднялся. – Приглашаю вас поужинать со мной.

После ужина отдохнувший Лэннимер распрощался.

Домой он пошел закоулками, намереваясь выйти к дому не со стороны улицы, а со стороны полей. Северный летний вечер не спешил перейти в ночь, висящее низко над горизонтом солнце жарило не хуже, чем днем, спасала тень садов и высаженных вдоль пешеходных дорог рядов деревьев. Лучшую тень давали липы.

У одной старой липы стояли парень с девушкой.

- Добрый вечер, - поздоровался с обоими Лэннимер. Парня он знал. – Родерик, разве вы не должны быть в Элане?

Студент смутился.

- Тут вот какое дело… - проговорил он.

Девушка вызывающе взяла его под руку.

- Простите, - сказала она. – Элана – дурной город.

Не то слово. Элана была торговым портом, как Скалер – военным, но если в Скалере умели поддерживать порядок, то в Элане процветали воровство и контрабанда. Первый и последний визит Дерека туда закончился раной от удара ножом и объяснением с князем по поводу двойного убийства. Счастье, что все произошло на глазах Меррика.

Город следовало вывернуть наизнанку, безжалостно расправляясь с покровителями бандитов. Князь Нурмен связал руки службе дознавателей, Алистер ничего не мог поделать с Эланой, ибо оттуда шли большие деньги, оседая в карманах больших людей. Может, при Ральфе получится вычистить город?

Да и в целом плохая идея отправлять в Элану студентов. Тамошним магам веры нет, Меррик давно утверждает, что они на жалованье у главарей банд. Не тому студенты научатся в Элане.

- Хорошо, - сказал Лэннимер, вспомнив обещание мэру Илианне поговорить с выпускниками. Родерику учиться еще два года, но в магии парень неплох. – Ну, а против Рейвиса вы что-нибудь имеете? В столице остаться не получится.

- Рейвис? – Родерик переглянулся с девушкой. – Почему бы нет, только… мне два года до выпуска.

- Поезжайте без промедления, осмотритесь на месте, - посоветовал Дерек, - сами видите, что творится с Академией. В сентябре вернетесь, если все будет нормально, продолжите учиться.

Ответив на вопросы Родерика, Лэннимер свернул в проулок и пошел вдоль реки, мимо старых домов с резными наличниками. Солнце, наконец, спряталось за лесом, но жара не спадала, раскаленный за день город отдавал тепло.

От реки веяло прохладой, потому Лэннимер не спешил.

Фонарь у дома ярко освещал двор, а на скамейке под яблоней сидел человек, в котором Дерек почувствовал мага. Подойдя ближе, Лэннимер признал Артура Дженнингса. Тот повернулся.

- Твой дом удобно расположен, – сказал он. – Можно незаметно уйти, – Артур оперся ладонями на столешницу, готовясь встать.

Лэннимер прошел во двор. Его пошатывало от усталости, и он рухнул на вторую скамью.

Дженнингс передумал вставать. Пристально поглядел на Лэннимера.

- Я слышал об арестах, – сказал Артур. – Может, и ко мне приходили.

- Ты не был дома? – через силу спросил Дерек.

Правление князя Нурмена сделало жителей столицы осторожными.

- Нет, - Дженнингс хмуро улыбнулся и взъерошил свои рыжие жесткие волосы. – Надо что-то делать, нельзя отдать Академию на растерзание.

Хорошо, что ты не начал ничего предпринимать, подумал Лэннимер.

- Не торопись, - успокаивающе произнес Дерек. – Кое-что делается. Потерпи несколько дней, о результатах сообщу.

- Можешь на меня рассчитывать, - весомо проговорил Артур. – Кроме того, я разговаривал с Хогеном и Меллиган. Они помогут, в случае чего.

Бертран Хоген и Лазара Меллиган – да, от них толку больше, чем от многих других. Вейяр поддержит тоже, вне сомнений. Пераник. Но доводить до открытого столкновения страшно.

Всё же Лэннимер надеялся на князя Ральфа, о чем и сказал Дженнингсу.

- Хорошо, посмотрим, - кивнул тот. – Я в Ручейках, в трактире остановился, если что.

Ручейки? А, деревня под Айбором. Дерек понял, что снова придется открыть портал:

- Поздно уже. Помочь тебе добраться?

***

Арестовывать Дерека не приходили. То ли Хартиган решил повременить, то ли обнаружили исчезновение Пераника и занялись его поисками, то ли учли тесное сотрудничество мага со службой дознавателей. Любой приказ на арест проходил через руки Меррика.

Днем к дому Лэннимера подскакал молодой гонец, на одежде которого красовался синий герб службы дознавателей. Парень передал сообщение от Меррика, что князь в городе, и умчался обратно.

Дерек мало знал о князе Ральфе. Тот всю жизнь провел на юге, в пограничных фортах, участвовал и в стычках, и в короткой войне, в которую по молодости влез Нурмен Третий. Из единственной личной встречи Лэннимер вынес о нем впечатление как о типичном вояке, неглупом и прямолинейном.

Лэннимер помнил расположение залов и комнат княжеского дворца, он отлично представлял, где находится рабочий кабинет Нурмена, ныне Ральфа, и поздним вечером Дерек воспользовался порталом, чтобы попасть туда. Он угадал точно и с местом, и со временем: князь находился в кабинете. Ральф не выказал ни малейшего удивления от столь странного визита. Оторвавшись от чтения бумаг, он посмотрел на подходящего к его столу мага и отрешенно проговорил:

- Добрый вечер. Напомните, когда вы просили об аудиенции.

Князь был настолько замотан, что плохо соображал.

- Добрый вечер. Я не просил, ваша светлость, - Лэннимер понял его состояние.

- Как же вы прошли? – спросил Ральф, по-прежнему не удивляясь.

Да, он сильно устал, подумал маг, несколько посочувствовав князю.

- Магия, - ответил Дерек и без приглашения сел на мягкий стул с витыми ножками.

- Магия? - князь резко выпрямился, словно очнувшись.

Секунда промедления, когда Ральф решал, позвонить в бронзовый колокольчик, чтобы вызвать секретаря, или крикнуть охрану, позволила Дереку задать вопрос.

- Хартиган сообщил вам, что произошло позавчера?

Ральф свел брови.

- Лэннимер, вы многое себе позволяете. Я…

- А, не сообщил, - не смущаясь, перебил князя Дерек. – Тогда я вас оповещу.

Лэннимер начал рассказывать о визите Хартигана и отца Вассиана к Перанику, об их требованиях, о Совете Академии, и чем дольше он говорил, тем сосредоточенней становился князь Ральф. Когда Дерек дошел до момента, когда целители покинули зал, Ральф проговорил:

- Я-то ломаю голову, почему на меня обрушилась лавина прошений об отставке – и все от лекарей. Продолжайте, Лэннимер.

Завершив рассказ и умолчав при этом об аресте и побеге Пераника, Дерек добавил:

- Поэтому я пришел к вам, ваша светлость.

Ральф молчал, раздумывая. Поначалу визит мага, его поведение, его дерзость рассердили князя, но затем Ральф смирил гнев, ибо Дерек поведал о любопытных вещах.

- Хартиган приходил ко мне в мае, первый раз один, второй раз с отцом Вассианом. Речь шла о соглашении, меня просили помочь в переговорах с ректором по поводу аренды восьмого крыла Академии, - князь говорил медленно, попутно припоминая подробности этих двух разговоров. – Я обещал подумать, но стычки на границе потребовали моего присутствия.

- Про домашний арест Пераника вы знаете? – спросил Лэннимер.

Ральф кивнул на горы документов.

- Я мало успел за сегодня, - он удивился, что почти оправдывается перед волшебником. – С докладом Хартиган должен подойти утром… Погодите, Лэннимер, по какому обвинению его арестовали?

- А без обвинения, - отозвался Дерек. – По закону можно продержать под домашним арестом семьдесят два часа. Если обвинение не предъявлено – свободен.

Князь сжал пальцами виски.

- Не понимаю, что происходит, - признался он.

Сидевший очень прямо Дерек после этих слов слегка развалился. От князя не укрылось его движение, и Ральф тоже позволил себе чуточку расслабиться. По правде, Лэннимер князя не то чтобы пугал, скорее настораживал.

- Хартигана я знаю давно, - проговорил Дерек. – При Нурмене ему многое сходило с рук и многое позволялось, он привык к попустительству. Не удивлюсь, если ему обещали деньги за решение вопроса со зданием Академии. Уверен, ко всему прочему, он хочет поставить на пост ректора кого-то из своих.

Князь глянул магу в глаза и получил в ответ холодный и жесткий взгляд, но, по крайней мере, Ральф стал немного понимать сидящего перед ним человека.

- А-а, вот причина арестовать Пераника, - протянул князь.

- Одна из, - кивнул маг.

Ральф обдумывал слова Лэннимера. Год назад он отправил в отставку советников и начальников различных служб Нурмена, на прежних должностях остались Итан Хартиган, Алистер Меррик и Керней Тенсли, и если с двумя последними было более или менее ясно, то почему я оставил Хартигана, размышлял князь, действия канцлера следует проверять. Нужно было держать его под контролем хотя бы на первых порах, но я слепо доверился ему. Он казался надежным и знающим, однако, очевидно, работал небескорыстно. Лэннимеру наговаривать на канцлера выгоды нет.

- Лэннимер, - вдруг сказал князь, - почему вы пришли ко мне, так сказать, с черного хода? У вас был хороший предлог, вы могли сказать, что согласны выполнить мою просьбу и занять должность придворного мага. Я охотно принял бы вас.

- Я попробовал, мне сказали, что вы заняты и не принимаете, - ответил Дерек.

Он действительно пытался попасть в княжеский дворец официально и именно под тем предлогом, какой озвучил Ральф.

- Кто вам отвечал? – лицо Ральфа закаменело от гнева.

- Ваш секретарь, - Лэннимер пожал плечами.

- Минуту, - князь вышел из кабинета, оставив дверь приоткрытой.

Дерек не разбирал слов, но тон Ральфа, когда он заговорил с секретарем, показался ровным. Неожиданно где-то захлопали двери, загремели по мраморным полам солдатские сапоги. Маг ждал, но шаги замерли, послышались команды, и снова загремели, уже отдаляясь, тяжелые шаги лучников дворцовой охраны.

В кабинет вошли три жезлоносца и встали у двери, следом за ними в дверном проеме появился князь Ральф. Он постоял, словно в нерешительности, затем прошел к стене, извлек из стальной шкатулки печать, придвинул перо, бумагу, некоторое время что-то писал, не обращая внимания на Лэннимера. Вложил послания в два конверта, расплавил на свечке красный сургуч и запечатал документы.

- Сюда! – приказал он жезлоносцам. – Меррика ко мне, - вручил князь один конверт. – Тенсли ко мне, - вручил он второй. – Проводите! – жестом указав на Лэннимера, приказал Ральф третьему жезлоносцу.

Ничего плохого не произошло. Жезлоносец сопроводил мага до выхода, и Дерек успел заметить тихую суету во дворце.

Три дня Лэннимера никто не тревожил, что и радовало волшебника, и беспокоило. Он собирался отправиться к Меррику, чтобы узнать последние новости, но помешал вернувшийся из леса Брат. Единорог был измазан засохшей бурой грязью и припадал на заднюю ногу, из чего Лэннимер заключил, что этот остолоп ухитрился провалиться в болото. Конечно, в окрестностях Рейвиса болот не наблюдалось, зато Айбор располагался среди озер и заболоченных водоемов. Ругаясь, Дерек натаскал воды и отмыл понуро стоящего зверя, осмотрел ногу – хвала небесам, лишь ушиб.

- Привяжу тебя, - пригрозил Лэннимер. – На цепь посажу, чтоб не болтался зря.

Повздыхав, Брат ушел в сарайчик и даже не вышел ночью пообщаться с волками. Единорог попривык к ночным стражам дома, и если не гулял по лесу, то подходил к волкам, обнюхивал их, прохаживался рядом с ними, не уходя в сарай до раннего утра. Волки, в свою очередь, приняли присутствие единорога как должное, не спасаясь от него под крыльцом или на поленнице.

***

Июль начался с сильного ливня, когда за пятнадцать минут город оказался затопленным. Вниз, к озеру, мчались целые потоки, а на проезжей части Второй Окраинной бурлила река, сливаясь с такой же рекой Первой Окраинной улицы. Водостоки не справлялись; хорошо еще, пешеходные дорожки располагались много выше мостовых, и их не заливало.

Дождь прекратился внезапно, небо очистилось. Появившееся солнце принялось за работу, начав сушить землю. Айбор окутался паром, и в этом тумане, разбрызгивая ручьи и лужи, к дому Лэннимера подъехала роскошная карета, запряженная парой породистых вороных рысаков. На дверце кареты буквы «Р» и «Б» образовывали замысловатый вензель. Взглянуть на княжеский экипаж высыпали все соседи, и все они были немало изумлены, увидев, как в эту карету садится Лэннимер в сопровождении мужчины в судейской мантии.

Князь не отправил с каретой лакеев. Кучер закрыл дверцу, взобрался на высокие козлы, и лошади тронулись. Развалившись на мягких подушках, волшебник пристально посмотрел на человека, сидевшего напротив. То был Керней Тенсли, верховный судья княжества, Лэннимер знал его со времен работы придворным магом. Тенсли покашливал после недавней болезни и, кашлянув несколько раз, заговорил:

- Вы не удивлены, что вас пригласили во дворец?

- Если это связано с Хартиганом, то нет, - ответил Дерек. – Хотя я предпочел бы, чтобы разбирались без меня.

- Разбирались, разбирались, - сказал Тенсли. – Много чего обнаружили интересного.

- Рад за вас, - произнес Лэннимер, - но не могу взять в толк, зачем я нужен.

- Его светлость попросил позвать, - судья кашлянул. – Извините. Угораздило летом простыть.

Для чего я понадобился, подумал волшебник, пригласили посмотреть на торжество справедливости? Так это мне не нужно. К Хартигану Дерек не испытывал ни ненависти, ни антипатии, но и приязни тоже. В общем, канцлер свое дело знал, и это он уладил военный конфликт, по дурости спровоцированный князем Нурменом. Не сунься Хартиган в игру, затеянную епископом, он бы продолжал спокойно работать. Намекая Ральфу, что канцлер нечист на руку, Лэннимер основывался на мутных слухах о его связях с влиятельными бандитами Эланы, и если судья сказал про «много чего интересного», значит, он угадал.

***

В рабочем кабинете, помимо князя, находились Алистер Меррик со старшим помощником Ирвудом, начальник дворцовой охраны с десятком лучников и Итан Хартиган. Первое, что бросилось в глаза вошедшему магу, это бледность канцлера. Казалось, он вот-вот лишится чувств и, вероятно, поэтому Хартигану, единственному из присутствующих, позволили сидеть в присутствии князя. Тенсли вошел следом за Дереком, беззвучно прикрыв дверь.

Князь был сильно зол, это чувствовалось.

- Лэннимер, кто отклонил вашу просьбу об аудиенции?

- Ваш секретарь, - Дерек чуть не добавил «вы об этом спрашивали», но посмотрел на Ральфа и промолчал.

- Как он это мотивировал?

- Вы устали и никого не принимаете, ваша светлость.

- Хартиган, на каких основаниях вы приказали Химену никого ко мне не пускать? – спросил князь.

Хартиган, который сидел, уставившись в пол, глаза не поднял.

Бросив взгляд на стол, Лэннимер заметил бумаги с вензелем службы дознавателей. Они были смяты по краям, словно у того, кто их читал, тряслись руки. Дерек перевел взгляд на Алистера, тот многозначительно кивнул. Меррик и Ирвуд, оба выглядели уставшими.

- Молчите? – Ральф нахмурился. – Хорошо, - он взял со стола папку с тем же хорошо знакомым Дереку вензелем, протянул ее судье. – Тенсли, займитесь, - далее князь по-военному развернулся к начальнику охраны. – Сопроводите господина Хартигана в тюрьму.

Канцлер поднялся. Проходя мимо волшебника, он бросил:

- Не сгинул ты на болотах в свое время.

- А тебе бы хотелось? - моментально отозвался маг.

Их взгляды встретились, но начальник охраны толкнул Хартигана и вывел его за дверь. Кабинет покинули и лучники, затем откланялся Тенсли.

- С минуты на минуту должен прибыть епископ, - сообщил князь и обратился к Меррику: - вы отлично поработали, Алистер. Благодарю вас и ваших помощников.

Меррик поклонился в ответ. С секундным опозданием его движение повторил Ирвуд.

- Вы чем-то недовольны? – спросил вдруг князь.

- Признаться, результаты проверки стали для меня большой неожиданностью, ваша светлость - хмуро проговорил Алистер. – Я был лучшего мнения об Итане Хартигане.

Если уж Меррик поражен, что он обнаружил? Впрочем, Лэннимер догадывался, что конкретно. Хартиган владел двумя поместьями, тремя домами в Равенском, помимо особняка в Айборе, да и банке у него, по всей видимости, лежали неплохие деньги. Это Дерек помнил еще со времен правления Нурмена, а сейчас, когда Хартиган фактически бесконтрольно расходовал средства государства, что мешало ему класть часть этих средств в собственный карман?

- Я тоже был о нем лучшего мнения, - сказал Ральф. – Пусть это послужит мне уроком…

- Что будет с Академией, ваша светлость? – спросил маг, невежливо прервав Ральфа.

- Хочу обсудить эту проблему в присутствии епископа, - князь стерпел неучтивость Лэннимера.

Да, ведь официально Академия не закрыта, сообразил Дерек. Едва он успел так подумать, как стоящие снаружи стражники распахнули двери перед Аделиной Ланди и Максимилианом Пераником.

Лэннимер улыбнулся.

Ральф мягким тоном произнес слова приветствия и пригласил Аделину сесть. Макс поздоровался сухо, заметил Дерека, кивнул. Аделина не села, смотрела только на князя и свое: «Здравствуйте» проговорила таким ледяным голосом, что Ральф, кажется, поежился.

- Приношу извинения за инцидент, произошедший двадцать пятого июня, - Ральф по очереди посмотрел на Пераника, Лэннимера и Ланди. – Клянусь, я ничего не знал. Лично вас, Аделина, я хочу попросить об одной услуге: передайте целителям, чтобы они забрали прошения об отставке.

Декан целителей ответила гораздо теплее, чем когда здоровалась:

- Смотря как решится вопрос с Академией.

- Я вас для этого и пригласил, - Ральф говорил очень тихо, то и дело поглядывая на Дерека.

- Его преосвященство епископ Альбиан, - доложил стоящий у дверей жезлоносец.

В открытые двери входил епископ. Один, без свиты. Он, очевидно, не ожидал увидеть ни волшебников, ни дознавателей, ни декана целителей, и если поначалу Альбиан улыбался приветливо, то когда узнал присутствующих, улыбка стала натянутой.

- Вот мы и собрались, - резюмировал князь. – Ваше преосвященство, вы ознакомились с документами, что я вам прислал?

- Безусловно, ваша светлость, - епископ собирался продолжить, однако Ральф нетерпеливым жестом оборвал его и снова заговорил.

- Какие меры вы приняли? – спросил он жестко.

Теперь в нем ощущался настоящий командир. Лэннимер с интересом ждал ответ.

- У меня возникли сомнения в подлинности документов, - после паузы произнес епископ, и опять ему не дали договорить. На сей раз до глубины души возмутился Меррик, знавший, о каких бумагах идет речь.

- Я лично составлял отчеты, – бросил Алистер. – Надеюсь, мне вы не предъявите претензий?

Необдуманным возражением Альбиан восстановил против себя Меррика и попробовал исправить ситуацию. Он улыбнулся дознавателям и сказал:

- Прошу прощения, Меррик, я не думал, что именно вы занимались этим процессом. По-видимому, его светлость сочли данное дело весьма важным.

- Да, счел, - отозвался Ральф и посмотрел на волшебников. – При обыске в доме Хартигана был обнаружен тайник с бумагами. Две из них на покупку по чрезвычайно низкой цене части монастырского владения около Тойса, а управлял этим участком некий отец Вассиан. Другая бумага на открытие нового счета в банке Равенского на имя Итана Хартигана, и деньги опять передавал некий отец Вассиан. Кстати, на последнем документе есть и ваша подпись, епископ.

- Демоны б вас взяли! – вырвалось у Пераника. – Вассиану обещали кураторство над новой семинарией, здания для нее не нашлось, и он решил забрать часть Академии. А если повезет, что и случилось, то – всю.

Алистер явно делился результатами розыска с ректором.

- Хартиган ему помог, - кивнул Ральф.

- Потрясающе, - высказалась Аделина. – Я краем уха слышала, что учеба в новой семинарии будет платной. Следовательно, ваш секретарь, - она взглянула на епископа, - планировал вернуть затраты на Хартигана с избытком.

Альбиан молчал, и правильно делал. Возражать? У князя весомые аргументы. Отнекиваться? Он ненароком поймал взгляд Лэннимера и поспешно опустил глаза.

- Замечу, что четверть часа назад Хартиган был арестован и препровожден в тюрьму, - сказал Ральф и осведомился: – как вы намерены поступить с преподобным Вассианом?

- Его снимут с должности и будут судить, - развел руками Альбиан.

Меррик презрительно фыркнул. Князь покачал головой и сказал то, после чего Дерек начал его уважать:

- Не пойдет, ваше преосвященство. Мягкость вашего суда мне известна.

- Чего вы хотите? – поморщился епископ. – Он священник, у нас особый суд.

- Вот! – поднял палец князь. – Именно, что особый, а меня это не устраивает. Лишите его сана!

У Аделины вырвался возглас изумления. Пераник вполголоса произнес: «Ого!».

- Немыслимое требование! - с возмущением сказал Альбиан.

- Ваша подпись на банковских документах тоже присутствует, - напомнил Ральф.

Чтобы не слишком заметно улыбаться, Дерек прикусил губу и опустил голову.

- Вы и так восстановили против себя много людей, - продолжил князь, - а некоторые из них очень, очень опасны. Как знать, что они сделают… Как поступят…

Альбиан заколебался.

- Я подчиняюсь вашим требованиям, князь, - наконец сказал он.

Глава 15. Расчеты на основе опыта

Впервые Лэннимер выходил из княжеского дворца довольный. Аделина шла рядом, посмеиваясь и вспоминая слова Ральфа: «Академия будет работать, как обычно. Собирайте ваших беглецов, никого и пальцем не тронут».

- Подожди, - Аделина коснулась руки Дерека.

Лэннимер обернулся: их догонял Пераник. Нагнал, хлопнул Дерека по плечу:

- Как ты этого добился?

- Пошел к князю, поговорил, - отозвался Лэннимер.

- Всё так просто? – подозрительно осведомилась Аделина. – Ох, Дерек, темнишь.

- Его светлость - человек понимающий, – хмыкнул Дерек. – Да и кому понравится, когда за спиной проворачивают разные делишки.

Пераник усмехался.

- А не отметить ли нам удачное завершение? – спросил он.

- Не против, - сказал Лэннимер, - но тогда надо пригласить и Меррика, он сделал немало.

- Поедем ко мне, - предложила Аделина. – Найдется вишневая наливка в количестве практически неограниченном. Вот, кстати, и Меррик. Алистер! – она махнула дознавателю. – Можно вас?

Подошедший Меррик выслушал ее, секунду подумал и кивнул:

- Хорошо. Поедем в моем экипаже.

…Прежде чем сесть в экипаж, Аделина шепнула Дереку:

- Про лекарство я помню.

***

На следующий день, одолжив у соседа тележку с лошадью, Лэннимер отправился за Артуром в деревню Ручейки. По пути он вспоминал, что они вытворяли накануне: Аделина была в величайшем восторге от тех магических иллюзий, которые они делали, и даже Меррик зааплодировал, когда среди двора выросло и распустилось сияющими серебристыми цветами неведомое дерево, а в ветвях его печально и чисто завел песню дрозд. А потом они сотворили ночь – настоящую южную ночь с громадными звездами, с тихим теплым ветром, с шумом далекого моря и с запахом акаций. И вместо дрозда на дереве пели соловьи, и цветы сияли в темноте. Лазара Меллиган, жившая неподалеку, пришла полюбоваться и задержалась надолго. Ей сообщили о решении князя, и обрадованная волшебница внесла свою лепту. Северянка, она превратила южную ночь в северную, хотя и без холода, но с безмолвием и медленными перекатами величественных полотен северного сияния. Тут и суровый, надменный муж Аделины вышел из дома и, заложив руки за спину, смотрел, как колышется над головами фиолетовый свет, постепенно становясь красным, зеленым, синим и снова фиолетовым.

Давно мы так не развлекались, думал маг, подгоняя длинной хворостиной ленивого мерина, энергии потратили ой много! Самый сильный, белый поток, значительно потускнел, и неизвестно, когда он восстановится. Но красиво было, сказочно красиво.

Артур встретил Дерека на дороге в город. Видимо, он решал, идти в Айбор или пока остаться в деревенском трактире. С тревогой спросил:

- Что стряслось? Потоки вчера словно взбесились.

- Ничего страшного, - отозвался Дерек. – Мы с Максом и Лазарой создавали иллюзии.

- Ах, иллюзии! Ах, ничего страшного! – рыкнул Дженнинг, начиная сердиться. – Я места не находил, а они иллюзии… - он осекся. Дошло: если маги весь вечер дурачились, создавая иллюзии, значит, беспокоиться не о чем. – Постой. Постой! - он посмотрел на Лэннимера. – Так все в порядке? Ты все устроил?!

- Не один же я, - сказал Дерек. – Но ты прав – всё в порядке, собирайся, поедем в город. Почему, к слову, ты такой обросший, господин профессор?

- Бритву забыл, – буркнул Артур.

***

Необыкновенно кроткий, не похожий на себя Брат ждал Дерека у калитки. Лэннимер с подозрением посмотрел на него: достаточно изучив этого зверя, он ожидал подвоха. Но единорог попросту скучал, и ужин Дерек накрыл на столике под яблоней, чтобы составить Брату компанию. Единорог ожил, отведал медовых пирогов Аделины, которые она успела сунуть Лэннимеру перед отъездом, одобрительно почмокал губами. Это вышло у него забавно, вызвало улыбку на лице уставшего волшебника.

- Погулял бы ты в лесу, - Дерек провел ладонью по мягкой серебристой шкуре единорога. – Только в болото опять не рухни.

Фыркать с разными интонациями единорог умел преотлично, и фырканьем он явственно передал высшую степень презрения. Мол, второй раз не наступлю на эти же грабли. Однако в лес он не пошел, остался бродить по двору, а двор был просторный. У прежних хозяев разбит был сад, но после очень суровой зимы почти все деревья, кроме двух яблонь и одной неплодоносящей груши, погибли. Погибшие деревья пришлось срубить, а новые Дерек сажать не стал. Куда ему тогда было на костылях возиться с садом! Кейра тоже не занималась участком, если не считать цветника, и двор зарастал травой. Когда у Дерека было время, он скашивал ее: косить он умел с детства. Если скошенная трава успевала высохнуть, Лэннимер убирал ее в сарай, если дни выдавались дождливые, траву забирал сосед – для удобрений.

Единорог изучил двор, знал, где растет черная смородина, где притаился куст белой сирени, а где рос шиповник, любимое лакомство зверя. Пару раз Лэннимер замечал, как воровато Брат обкусывает листья и жует, закрыв от удовольствия глаза.

Да, подумал маг, поглядывая на Брата, я читал множество книг, записей, хроник и летописей, и могу припомнить всего четыре случая, когда единорог привязывался к человеку по собственной воле. Даже Фирсален, нареченный впоследствии святым, властвовал над этим зверем исключительно при помощи магии. Интересно, что движет единорогом? Он мог бы остаться у Мирьи, но предпочел трудное в его тогдашнем состоянии путешествие. Он мог бы уйти в лес, но всякий раз возвращался. Он преодолел даже извечную неприязнь к волкам. Загадочное создание.

С нетерпением ожидая ответа Аделины насчет лекарства, Лэннимер сдерживал порыв сходить и поторопить ее. Он знал, что как лекарь Аделина человек дотошный, придирчивый, внимательный к мелочам. Пока она не проверит и не перепроверит пути исследований и сделанные выводы, пока она не решит, что результат можно огласить, она не придет.

Зато приехал Макс, подстриженный, выбритый, с иголочки одетый. Посидел на скамейке под яблоней, ожидая, пока приятель закончит убирать под навес наколотые дрова. Когда Дерек подсел к нему, Пераник сообщил, что час назад беседовал с князем Ральфом по поводу Академии. Всё разрешилось хорошо, епископ клялся в вечной дружбе, отца Вассиана по требованию князя лишают сана и отдают под суд. Судить будут вместе с Хартиганом, и обоим светит пожизненное. Даже не обоим, а четверым – в этой истории оказались замешаны банкиры из Равенского. Решился вопрос и о будущей семинарии: князь подарил епископу бывший особняк Лагрейдов для этой цели. И, помимо прочего, Ральф обещал всевозможную помощь, если таковая понадобится Академии.

Лэннимер слушал внимательно. Вроде и новости неплохие, однако рассказывал Макс таким убитым голосом, что Дерек не выдержал и спросил:

- Что случилось? Ощущение, что ты кого-то похоронил.

- Маркус уходит, - ответил Пераник.

- По причине чего? – удивился Лэннимер.

Макс помедлил.

- Сказал: «Я не могу оставаться в Академии, после того, как позорно струсил. Никто не побоялся покинуть зал после угроз Хартигана. Никто, кроме меня».

Лэннимер отвел глаза, вспомнив, как вел себя на совете Даниэль.

- Его беда в том, что он ни с кем не хочет ссориться, - добавил Пераник, – а так прожить невозможно, для всех хорошим не будешь. Знаешь, я не стал его отговаривать, но я неважно себя чувствую после разговора с ним. Демоны преисподней! – повысил голос Макс. – Ведь это наш учитель. Не думал, что доживу до дня, когда мне придется выслушать его слезливую исповедь.

На миг Лэннимер скривил губы, словно отведал чего-то горького. Старая обида на учителя чуть не вырвалась вопросом: «Ты лишь сейчас его раскусил?» Пераник верно сформулировал, Маркус не желал ни с кем ссориться, он всегда держался в стороне, и потому ни разу не навестил Дерека, когда тот остался без ноги, побоявшись, что князь обратит внимание на его визит. Верноподданнейший Маркус…

Дерек опять скривился.

Заметив движение приятеля, Пераник признал:

- Да, я в нем ошибался.

- Кто будет вести «Создание иллюзий»? – поинтересовался Дерек, не желая обсуждать Маркуса.

- Девин Вейтас, - назвал ректор имя выпускника этого года, – у него средние способности, но с иллюзиями справится. И вот что, Дерек, король Альде просит принять девять человек для обучения в Академии. В Стефберии не осталось магов.

- А как же Рок… – Лэннимер запнулся. Вспомнил, как произносилась фамилия в Стефберии. – Как насчет Роквела?

- Не знаю, - сказал Макс. – Говорят, умер, и жаль, если это правда, сильный был маг.

Не умер, это точно, подумал Дерек. Когда Камилла принесла ему перевод, он попросил сообщить, если с «Единорога изгоняющего» исчезнет клеймо Рокуэлла. Камилла не приходила, следовательно, клеймо оставалось на месте, и Рокуэлл жив. Вероятнее всего, сидит в Илетте.

- Мне сказали, он не брал учеников, - проговорил Пераник, - посему отсутствие волшебников в Стефберии можно было предугадать.

Вот, наверное, почему Рокуэлла оставили в живых: король не решился отправить на казнь последнего мага в государстве. Лэннимер задумчиво кивнул, больше отвечая своим мыслям, чем словам собеседника.

***

Прошел день, за ним еще один и еще – жаркие июльские дни. С наступлением сумерек Брат уходил к реке и возвращался с рассветом, выныривая из молочно-белого тумана. Когда он проходил в специально для него оставленную открытой калитку, со двора тенями выскальзывали волки, спеша домой, в лес. Лэннимер не слышал, как приходит единорог: зверь не производил шума. Стороннему наблюдателю могло показаться, что единорог является сгустком тумана, принявшим форму лошади.

На четвертый день, когда солнце садилось, а единорог отправился к реке, по раскаленной пыльной Второй Окраинной улице застучал подковами конь и загремели колеса экипажа.

Лэннимер выглянул в окно. Как все лошадники, он помнил каждого коня своих знакомых. Старичка чалого, взмокшего от жары, он узнал мгновенно и, бросив недомытую посуду, выбежал встречать Аделину Ланди. Сжимая кожаную папку, декан целителей выпорхнула из экипажа так легко, словно ей было двадцать. Строго сказала сидевшему на облучке внуку:

- Жди тут, - и повернулась к Дереку. – Приветствую.

Тот пригласил гостью в дом. Расположившись за столом, Аделина вытряхнула из папки с полдюжины листков бумаги и принялась их разбирать. Лэннимер ждал, обуздав нетерпение.

- Я могла бы приехать вчера вечером, - говорила Аделина, перебирая листки, - но вчера я стала прабабушкой. Ввиду прибавления в семействе мой законник (так Аделина называла мужа, когда злилась на него) хлопнул бутылочку винца и пел колыбельные, причем ужасно немелодично, поскольку слуха он лишен напрочь. Правнуку все равно, а у меня разболелась голова.

Дерек с трудом представил Иоханнеса выпившим и распевающим детские песенки. На людях Ланди всегда был надменен и горд – представитель древнего дворянского рода.

- Иди сюда, будем разбираться вместе, - пригласила Аделина, расположив записи по порядку.

Волнуясь, Лэннимер торопливо придвинул стул.

- У снадобья сложный состав, - целительница, хмурясь, заглянула в бумаги, - и кое-какие ингредиенты достать почти невозможно. Тот же самый аликорн, например.

Про себя ухмыльнувшись, Дерек хрипловато сказал:

- Это ничего.

Аделина бросила на него хитрый взгляд.

- Учти, что аликорн, растертый в порошок, будет основой эликсира. Не потеряй, - она придвинула Дереку один из листков, - тут расчет пропорций других составляющих в зависимости от веса аликорна… – Аделина вдруг вздохнула. – Я ведь излагаю чистой воды теорию, Дерек, и не могу точно сказать, поможет это средство оборотню, убьет ли его или все останется так, как есть.

Она замолчала.

- Продолжайте, пожалуйста, - тихонько проговорил Лэннимер.

- Да, хорошо, - целительница заглянула в записи. – Вот с этим будь осторожнее. Аконит и экстракт сока волчьей ягоды – лишние полкапли убьют Кейру, но если положить меньше, магия аликорна не даст полной силы. Здесь, - она придвинула Дереку второй лист, - последовательность твоих действий. Почерк понятен?

- Вполне, - отозвался Лэннимер, вчитываясь в неровные, но разборчивые строки.

- Настой донника на спирту тоже сделаешь сам, - третий лист лег перед магом. – Траву будешь собирать там, где я указала, и в то время, когда я указала. Это важно.

- Понимаю, - уронил Дерек.

- Хранить настойку можно сколько угодно, если как следует запечатать бутыль, - просветила мага целительница. – А настаиваться она должна от полнолуния до полнолуния в глиняной банке. Потом перельешь в бутыль и запечатаешь. Впрочем, я все это записала.

- Угу, - пробормотал Лэннимер.

Аделина достала из папки конверт плотной бумаги, протянула его Дереку. Тот взял.

- Семена полыни, - пояснила Аделина. – Тоже понадобятся.

Дерек кивнул.

- Когда разберешься с первоосновой, растворишь воск в соке кумедиса, добавишь туда два грана самородного серебра. Не представляю, где ты его достанешь, но оно необходимо, - Лэннимер получил четвертый лист. Все бумаги были пронумерованы, цифры расчетов веса тщательно выписаны. – Тут все подробно расписано.

- И наконец, - Аделина протянула Дереку пятый, последний, лист, - когда ты смешаешь оба состава, они должны будут отстояться. Сроки указаны. Затем процедишь, удалишь осадок, добавишь пихтового масла, прокипятишь. Снова дашь отстояться. Если мои расчеты верны, у тебя должен получиться напиток золотистого цвета в количестве… Примерно такая чашка, - Аделина указала на чашку Кейры, стоящую на буфете. – Она должна будет выпить всё.

- Какова вероятность, что эликсир подействует? – проговорил Дерек.

Целительница молчала.

- Не знаю, - отозвалась она, спустя минуту. – Это теоретические выкладки на основе моего опыта.

- Только опыта? – спросил проницательный маг.

Подробны были записи, точны расчеты. Аделина улыбнулась, и лучики-морщинки заставили ее лицо светиться.

- Со мной учился Виль Рокуэлл, - сказала она, - и он искал тайну двух составов – эликсира Мита и его противоположности, лекарства от оборотничества. Он был очень талантлив, но секретов этих не разгадал. Зато увлек меня, и я много лет отдала, чтобы раскрыть тайну.

- Аделина, - ахнул Лэннимер, - вы знаете состав эликсира Мита?!

- То, что сделал один человек, сможет повторить другой, - усмехнулась декан целителей. – Да, мой милый Дерек, уже лет тридцать, как эликсир Мита не является для меня секретом.

Придя в искреннее восхищение, Дерек поднялся и низко поклонился целительнице. Польщенная Аделина снова улыбнулась ему, но сказала суховато:

- Один совет, Дерек. Позволишь?

- Слушаю, - Лэннимер нахмурился, уловив перепад в настроении собеседницы.

- Оставь свою затею, - попросила Аделина.

- Н-е-е-ет, - Дерек собрал листки. – Когда есть лекарство – ни за что!

Целительница вздохнула.

- Чтобы магия аликорна была в полной силе, надо выпить лекарство в первую ночь полнолуния, одновременно с восходом луны, - отчеканила она. – Понимаешь, что это означает?

Маг понимал. В это время Кейра начнет менять облик, а первым делом начинается преображение рук. Оборотень не удержит сосуд с лекарством, значит, поить Кейру придется ему.

- Рискну, - сказал Лэннимер.

- Упрямец, - покачала головой Аделина. – Где ты собираешься взять аликорн?

- Он у меня есть, - отозвался Дерек.

На короткое время взгляд целительницы застыл. От изумления Аделина не могла произнести ни слова, затем вымолвила:

- Лэннимер… Откуда?

Дерек сел.

- Хотите узнать? – увидев утвердительный кивок, маг улыбнулся. Ему хотелось поделиться этой историей, и замечательно, что слушателем оказалась именно Аделина, возможно, она кое-что прояснит в делах Рокуэлла. – В конце мая ко мне пришел помощник Алистера и мой старый приятель, Конрад Хелмир, с просьбой помочь в одном, как он выразился, интересном дельце…