Счастье для всех

Глава 1

Брог глянул вверх на почти отвесный кусок заснеженной скалы. После нескольких часов изнурительного восхождения оставалась только эта гадкая часть. За себя широкоплечий северянин не боялся. Покорять морозные вершины для него – привычное дело. Даром что ли всю жизнь среди них прожил. А вот у мальчонки и девчушки, наверняка уже силы на исходе.

Северянин машинально перепроверил веревку, которой связал себя с товарищами, затем нахмурился в поисках новой зацепки, глубоко вдохнул и быстро забрался на выступ.

Вторым лез Аркус и справлялся он гораздо хуже. Юноша пыхтел, кряхтел и дрожал всем телом, в любой момент рискуя сорваться. Последние два метра скалы представлялись ему чем-то невозможным, но могучий Брог затащил его следом за собой.

Замыкала цепочку странников Ханзи. Вопреки хрупкому, почти даже нежному виду и вопреки ожиданиям северянина, темная эльфийка в помощи не нуждалась. Взбиралась она уверенно и с таким остервенелым выражением лица, будто сводила счеты с заклятым врагом.

Воссоединившись на новой вершине, трое компаньонов сбились в кучу, переглянулись и не нашли в лицах друг друга ничего, кроме усталости. Даже Брог выглядел каким-то еще более мрачным, чем обычно. Без единого слова они сошлись на том, что пора делать привал.

Как только северянин поставил палатку, Ханзи заскочила внутрь и разбила в центре нее шарик кристаллизованного пламени. Вспыхнул волшебный костерок – без дыма и не такой уж жаркий. Компаньоны тесно сгрудились вокруг, Аркус усадил рядом своих кукол, раскрыл мешок с провиантом, из рук в руки пошла фляга с остатками браги.

Сделав глоток, говорливая Ханзи ощутила прилив сил и сразу же высказалась:

- Парниша, если окажется, что мы зря сюда тащились, я тебя собственными руками придушу.

На последнем слове Аркус нервно вздрогнул. За несколько недель совместных странствий к ее манере речи он так и не привык. Каждый раз тревожился, испытывал дискомфорт и торопился сказать что-нибудь успокаивающее.

- Я ведь вам обещал! Она точно здесь есть. Я чувствую ее совсем близко.

- Уверен? А то я лично ни хера не чувствую!

В агрессивном тоне до зубов вооруженной эльфийки четко слышалось недоверие. Юноша еще больше заволновался, отложил кусок хлеба и попытался объяснить:

- Магию не дано чувствовать каждому. Мне этот дар перешел от отца. Сами ведь знаете…

- Да знаем! – перебила Ханзи. – Думаешь, мы бы с тобой связались, если бы не громкое имя твоего папаши?

- Маги вроде него не каждый день мрут, – резонно добавил обычно помалкивающий Брог. – Даже у нас в деревне об этом на каждом шагу галдели.

- Ну вот, – облегченно выдохнул Аркус, видя через костер, как лицо его спутницы немного смягчилось. – Ты правильно поступила, когда решила идти со мной. Для кого-то в твоем положении о лучшем варианте не стоило даже мечтать.

- О каком положении речь? – хмыкнул Брог, собираясь затачивать топор. – Ну кроме того, что по ней темница плачет.

- Не твоего собачьего ума дело, – улыбнулась Ханзи. Замечание про темницу чем-то ее позабавило.

В воздухе запахло очередной перепалкой на тему доверия и недоверия. В прошлый раз они так чуть не устроили поножовщину. Один порой слишком упрямый, другая – до жути вспыльчивая. Аркус переживал, что однажды они могут всерьез друг другу навредить. Пришлось мысленно отругать себя за неосторожность и попытаться ценой собственной шкуры все исправить:

- Она задолжала мистеру Грифу. Очень серьезную сумму.

- Грифу! – удивился Брог, чуть не выронив из руки точильный камень. – Ты больная что ли? Грифу задолжала! Да смилостивятся Боги над твоей несчастной душой!

Если бы суровый взгляд мог убивать, Ханзи бы взорвала Аркусу голову.

- Вот ты какой, значит. С гнильцой. Ну-ну, рассказывай чужие секреты. Подохнешь раньше, чем трахнешь первую девку.

- Да хорош тебе! – прикрикнул на нее Брог. – Тоже мне великая тайна. Оставь парня в покое!

- А сам-то? – спросила Ханзи северянина. – Раз у нас тут вечер, едрить их в сраку, откровений. Ты зачем на это подписался?

Брог резко помрачнел. Ему потребовалось секунд десять зловещей тишины и явное усилие над собой, чтобы ответить:

- Я здесь ради сына. Наш маленький Добу подцепил трупницу. Понятия не имею откуда, но какая теперь к черту разница? Мы перепробовали кучу народных способов, обкладывали его какими-то вонючими корешками из Белого Леса и даже заставляли спать в одной комнате с умирающим зверем, чтобы проклятье якобы перекинулось от сильного тела к слабому. Все оказалось брехней!

На этом моменте стало очевидно, что Брога понесло. Старого северянина прорвало, как плотину. Даже Ханзи молчала, давая ему выговориться.

- Трупницу без магии не вылечить, понимаете? А откуда мне ее прикажите взять? Это раньше она была куда ни плюнь. Реками текла, черт ее дери, реками! Я когда был маленьким, прямо через нашу деревню лился поток волшебства! Девушки по вечерам ноги в нем мыли! А сейчас? Все пересохло!

- Единственные источники, которые еще не исчезли, охраняются похлеще королевского дворца, – понимающе добавил Аркус.

Брог угрюмо сник, вернувшись к заточке топора. Так они и сидели вокруг тусклого костра, смакуя черствый эльфийский хлеб и слушая звон точильного камня. За палаткой выл ледяной ветер, сгущались сумерки. Ханзи долго о чем-то размышляла, после чего спросила:

- Слышь, пацан, а ты что скажешь?

- Я? – растерялся Аркус.

- А ты видишь вокруг других пацанов? Говори давай, тебе это зачем? Твой папаша был крупной шишкой. Наследство, небось, нехилое оставил. Не удивлюсь, если в том числе и какие-то запасы магии. Так сидел бы себе на жопе ровно, на кой хер было нанимать нас и переться в эти долбанные снега?

- И то верно! – согласился Брог. – Тебе же лет четырнадцать, не больше! Как тебя мамка вообще отпустила?

Аркус поднял руки, призывая наемников к спокойствию.

- Да угомонитесь! Дайте рассказать, ладно? Вы уже знаете, что перед смертью отец раскрыл мне тайну о древнем храме, где есть источник волшебства, о котором никто в мире не знает. Так вот это не все. Он также успел обучить меня одному заклинанию. А матушка моя почти год, как скончалась.

- Какому еще заклинанию? – насторожилась Ханзи.

- Это такое непростое заклинание… – Аркус задумался, подбирая слова. – Мы уже дважды пытались его использовать: один раз мой отец, а второй – я сам. И ты права, раньше у нашей семьи имелось немного личной магии, но увы, ее оказалось недостаточно, чтобы раскрыть полную силу этого заклинания.

- Так а делает оно что? – не сдержал северянин любопытства.

Юноша робко улыбнулся, а затем мечтательно произнес:

- Знаете, оно… Оно может всем подарить счастье.

Ханзи в тот же миг хрюкнула со смеху, а Брог по-отечески покачал головой.

- Эх, парень! Наивный ты еще. Поживи с мое и поймешь, что всех счастливыми не сделать. Хоть усрись ты этими заклинаниями. В нашем проклятом мире счастье одних идет наперекор счастью других. Так всегда было. Пока один получает, другой будет терять.

- Ну, нам троим оно точно его подарит, – исправился Аркус, чем немедленно навлек на себя целый шквал возмущения.

- А может тебе кинжал в печень задарить?! – крикнула Ханзи, выхватив тот самый кинжал.

- Ты, парень, за других не решай! Я буду счастлив, когда получу свою долю, – Брог хлопнул по контейнеру для хранения магии, – и вернусь домой к сыну. Другого мне ничего не надо.

- Смотри сюда, прыщик накрахмаленный! – в тоне темной эльфийки послышалась неподдельная опасность. – Сейчас я расскажу тебе, как все будет. Ты, дерьма кусок, отведешь нас к источнику. Затем мы возьмем то, что нам причитается. И только потом ты будешь играться в свои заклинания, усек?

- Усек, – буркнул Аркус.

- А еще советую не забывать: если мы ни черта здесь не найдем, ты все равно выплатишь за меня долг.

- Я всегда держу обещания, – заверил парень. – Не сомневайся, твой долг будет выплачен. А ты, мой могучий друг, еще обнимешь своего здорового сына.

- Вернуться бы к нему сперва, – заметил северянин.

- Обещаю, что вернешься. Либо так, либо честь моего рода будет посрамлена. Давайте теперь лучше отдыхать. Завтра у нас важный день…

Мальчонка лег набок, свернулся калачиком вокруг своих кукол и через минуту уже крепко спал. Глядя на него, Брог вспоминал собственного сына. Всего каких-то пять-шесть лет, и маленький Добу станет примерно таким же. Только не таким тюфяком и глистой, конечно. А еще руки у него будут крепкие и мозолистые от топора, как полагается настоящему мужику! Но вот взгляд у него будет похожим. Тоже очень взрослым, вдумчивым и каким-то таким… целеустремленным.

Отложив топор, северянин с улыбкой витал среди фантазий: представлял дом с женой, идущего на поправку сына и себя, счастливо работающего в поле. Так бы он и дремал до самого утра, если б не услышал вдруг чье-то гадкое шипение прямо над ухом. Ханзи зачем-то его разбудила, затем кивнула на выход из палатки и выползла наружу.

Брог прекрасно знал, что спорить с ней – себе дороже. Надо ж было вообще откопать где-то такую сумасбродку. При этом еще самой экзотичной расы. Глупый пацан наверно грибов переел в тот день, когда решил нанять именно ее.

- Чего тебе? – вполголоса спросил северянин, отыскав эльфийку шагах в десяти от палатки.

- Парень не в себе, – сказала она, загадочно ковыряя кинжалом в снегу.

- Ну странноватый, – согласился Брог. – В его-то возрасте с куклами играть. Хотя, эти белоручки голубых кровей…

Ханзи закатила глаза.

- При чем здесь куклы, болван? У него в голове насрано. Не боишься, что он оставит нас ни с чем?

- Шутишь? – северянин улыбнулся во все зубы. – Вернулась бы ты лучше в палатку, пока сиськи не отморозила.

- Ты не задумывался, что мы можем поделить все на двоих? – Ханзи произнесла это так, будто речь шла о куске колбасы. – Нам нужно только, чтобы он довел нас до источника.

- Ну и мразь же ты! – выпалил Брог, рефлекторно потянувшись за топором.

Эльфийка шикнула и пристально глянула в сторону палатки.

- Тише, мать твою, я же о тебе забочусь!

- Совсем за идиота меня держишь? – от поспешных решений северянина удерживало только то, что он оставил оружие у костра, а Ханзи свой кинжал держала наготове. – Как такая змея может заботиться о ком-то, кроме себя? Этот мальчик доверился тебе, подарил шанс вылезти из долгов, спастись от Грифа. И вот так ты хочешь ему отплатить?

- Не о том мальчике ты думаешь, – ухмыльнулась темная эльфийка. Весь разговор складывался именно так, как ей представлялось. Подвести тугодума-северянина к нужной мысли оказалось проще простого. – Сколько твоему сынишке годиков, Брог? Его жизнь не успела начаться, а уже висит на волоске. И ладно, допустим, в этот раз ему повезет. Но разве дальше будет лучше? Эпидемия трупницы – капля в море. Раньше любая погань решалась магией, а теперь что будет? Не говоря уже о том, что ты сам не вечный. Скопытишься завтра и кто тогда позаботится о малыше Догу?

- Его зовут Добу, – глухо сказал Брог, тяжело дыша и понуро глядя в землю. Вопреки лютому морозу, на его лбу проступили капельки пота.

Наблюдая за борьбой северянина с совестью, Ханзи не могла сдержать улыбки.

- Я забочусь только о себе, но при этом даю тебе возможность позаботиться о сыне. Позаботиться хорошенько, может даже на целую жизнь вперед. Такого шанса больше не будет, и я предлагаю разделить его только потому, что не выберусь из этих гор в одиночку. Теперь решение за тобой. Когда примешь его, просто дай знак и наблюдай. Я сделаю все сама.

Еще минуту они стояли друг напротив друга в гробовом молчании, затем Брог тяжело выдохнул и вернулся в палатку. Ему не хотелось признавать, но в чем-то Ханзи была права. Раньше любая погань решалась магией. Теперь же ее почти не осталась, а погань никуда не делась. Если посевы в этом году сгниют от порчи так же, как и в прошлом, то его семье грозит голодная смерть. Можно было бы обратиться к более удачливому соседу за помощью, только где такого найти? У всех ситуация одинаковая. Без магии их мир разваливается на части, как старый амбар, из которого постепенно выдираются гвозди. С каждым днем он становится все более шатким, заваливается с бока на бок, прогибается и грозит в любой момент рухнуть.

Брогу еще повезло быть фермером. Представить страшно, каково сейчас строителю порталов, например. Или пускай преподавателю магии в академии юных чародеев. В новом мире они ничто. Никому не нужные, безработные и отчаянные существа. Чем выше взлетишь, тем ниже падать, да? Очень наглядный тому пример. Даже не верится теперь, что когда-то он им завидовал.

Ну да хрен бы с ними с этими волшебниками. Пускай берут в руки мотыги и учатся настоящей работе. Но как быть с тем, что ополоумевшие короли на все готовы ради завоевания оставшихся источников? Рокот жестоких войн катится по миру и это лишь вопрос времени, когда они придут в северные королевства тоже. Маленького Добу на поле брани не заберут, конечно, а вот самого Брога – только в путь. Там он скорее всего и сдохнет. И кто тогда позаботится о его жене и сыне? Ханзи опять была права.

Дьявол, раньше ему нравилось сидеть в палатке бок о бок со всеми у тусклого костра и воображать, будто они – трое закадычных друзей, преследующих общие цели. Помогало уснуть. В эту ночь северянин едва ли забылся хотя бы на час.

Утром Аркус деловито навел суету. Глаза его горели, ноги шли в пляс, а сердце бешено стучало.

- Вперед, лежебоки! – восклицал молодой волшебник, цепляя к поясу тряпичных кукол. – Магия сама себя не раздобудет!

- Хорош вопить, придурошный! – крикнула Ханзи, но зато проснулась и стала потихоньку собираться.

- Не сердись, у меня просто хорошее предчувствие! – сказал юноша, затем подполз к Брогу и хлопнул того по плечу. – А ты чего такой безрадостный, мой могучий друг?

Северянин многозначительно промолчал, засовывая топор в чехол и перебрасывая через плечи походные сумки.

Совсем скоро они продолжили путь. Путь-погружение в этот Богами забытый край земли. Через вековые снега, где нет и быть не должно никакой жизни. Они муторно шагали и столь же муторно вращали в уме мысли о счастье. Каждый о своем. Порой им начинало казаться странным, что ради него пришлось залезть в такую задницу, но мысль эта быстро отступала. Ведь у счастья есть полное право требовать подвига, разве нет? Не шлюха же оно, чтобы встречаться со всеми подряд.

Муторные шаги, муторные мысли, муторное молчание… и так до тех пор, пока идущий чуть поодаль Аркус не закричал:

- Смотрите! Вот оно! Мой отец говорил правду!

Впереди возвышалась узкая лестница из черного обсидиана. Столь яркий контраст бесконечному снегу придавал ей совершенно чуждый инородный вид. Она уходила далеко ввысь, закручивалась и скрывалась между скал.

- Мать моя женщина! – впечатлено пробормотал Брог.

- Кабы на ловушку не нарваться, – сказала Ханзи. – Ну-ка, парень, пойди – разведай.

Аркус покорно подошел к лестнице, неожиданно обнюхал ее, затем осторожно потыкал пальцем в первые несколько ступенек.

- Теплая… Вроде не опасно, – сказал он и ступил на черный обсидиан.

Они выстроились цепочкой и дали лестнице закружить их к пикам самых высоких скал, где скрывалась запертая дверь в старинный храм. Ханзи тут же протиснулась к ней и завозилась с набором отмычек. Брог с Аркусом в ожидании присели на ступеньки.

- Как вышло, что ты нанял именно нас? – неожиданно спросил северянин. Целый день тяжелых размышлений, путаные хитросплетения логических связей и все долгие часы руминации вылились для него в этот один конкретный вопрос.

Аркус пожал плечами.

- У меня не то чтобы имелся особый выбор. Я и так потратил месяц на поиск Ханзи. Тебя уже, если честно, пришлось захватить на скорую руку.

- Вот это чудовище ты искал месяц? – изумился Брог. – Специально что ли самое отбитое выбирал? А меня, значит, в последний момент «захватил»!

- Я вас между прочим слышу, придурки. И дверь открыта, так что несите сюда свои бесполезные туши.

Массивная дверь в храм приоткрылась. Из темноты повеяло затхлостью, гнилыми травами и чем-то кислым. Аркус зажег небольшую лампу, выставил ее перед собой и первым шагнул внутрь.

Они медленно крались по каменным коридорам храма, до боли в глазах всматриваясь в темноту и стараясь не издавать ни звука. Чутье юного волшебника вело их, словно через лабиринт, в самую глубь сложного комплекса. И чем дальше они пробирались, тем очевидней становилась природа этого места: темные руны на излучающих тепло стенах, ритуальные комнаты с алтарями для жертвоприношений, жуткие камеры, куда сажали узников.

В какой-то момент у Брога начали сдавать нервы:

- Какого дьявола, пацан? Куда ты нас привел?

- А ты еще не понял? – перехватила Ханзи ответ. – Здесь был рассадник запрещенной магии. Смерть, гниль и мерзость. Откуда по-твоему этот храм весь такой из себя секретный, что стоит в жопе мира и никто о нем не знает?

- Как его построили вообще? Еще и тайком!

- Ты просто не представляешь, на что способны маги при наличии хорошего источника, – объяснил Аркус, ускоряя шаг. – Прошу вас, давайте лучше поторапливаться.

Идея всем понравилась, они прошли несколько коридоров, затем по иронии вновь остановились.

- Еще одна закрытая дверь, – констатировал Брог.

В ответ раздалось ворчание вперемешку со звоном инструментов. Несколько минут Ханзи упорно возилась с замком, а потом заметила, что рядом почти впритык стоит Аркус, светит лампой и не сводит с нее взгляда.

- Ты чего вылупился, ненормальный?

- Темные эльфы все-таки очень красивы, – промолвил он с таким одухотворенным выражением лица, будто совершил невероятное открытие. – Эта кожа цвета ночного неба, глаза полные звезд… В детстве мама читала мне множество сказок про вас. Мы часами могли листать книжки и разглядывать рисунки. Глядя на тебя, я вспоминаю тех эльфов со страниц любимых сказок. Прекрасных и величественных, вызывающих восторг и зависть своим изяществом. Они очень нам нравились…

Ханзи сама не заметила, как машинально вскрыла замок, толкнула дверь и пропустила Аркуса вперед.

- Это какого хрена сейчас было? – спросила она у Брога. – Он что ли подкатить ко мне пытался?

Впервые на памяти северянина эльфийка выглядела растерянной, отчего невольно вырвался смешок.

- Сотри эту поганую ухмылку со своего лица! – прошипела она, разозлившись. – Мы сюда не веселиться пришли…

- Это здесь! – послышался откуда-то спереди разносимый гулким эхом голос Аркуса. – Скорее сюда!

- Помни о моем предложении. Тебе пора принимать решение, – прошептала Ханзи и нырнула в полумрак за вскрытой дверью.

Позади нее их ждало сердце храма – внушительный зал источника. Сквозь прорези в каменных сводах в него проникал солнечный свет. Яркие лучи отражались в обсидиановых плитах, скользили по изгибам барельефных колонн и тонули в глубоких фонтанах и бассейнах. Когда-то по ним циркулировал бурный источник магии, озарявший каждый мельчайший фрагмент этого места. Теперь же от былого великолепия осталась лишь небольшая своего рода купель в центре зала. Бурлящие в ней остатки магии создавали ореол голубого свечения, на фоне которого приплясывал безликий силуэт Аркуса.

- Мы нашли ее! – кричал он и победоносно тряс кулаками. – Нашли!

Приблизившись к нему на расстояние десяти шагов, Брог поймал вопросительный взгляд эльфийки и коротко кивнул. В решающий момент это тяжелое решение выскользнуло из него с такой легкостью, словно иначе и быть не могло. Словно они с самого начала планировали убить доверчивого подростка ради невесть какой выгоды.

- Прости, парень, – выдавил северянин и зажмурился, когда Ханзи играючи выхватила метательный нож.

В следующий миг должен быть раздаться резкий, полный боли и обиды крик. Но пауза затянулась, и вместо крика прозвучал самый обычный голос Аркуса:

- Извиняешься, значит…

Брог почуял неладное и потянулся за топором. На полпути его руку свело таким спазмом, будто сквозь нее разом продели тысячу длинных игл. В глазах вспыхнуло от боли, он взревел и попытался рвануть с места, однако с ногами случилось то же самое. Они напрочь отказывались слушаться, а любая попытка их заставить оборачивалась приступом невыносимо острой боли.

- Успокойтесь, – сказал Аркус, – вы только делаете себе хуже.

Стоило прислушаться к его совету, как боль действительно отступила и в глазах прояснилось. Фигура юного волшебника купалась в свете магии и отбрасывала длинные тени: одну в сторону Брога, вторую – на Ханзи. Эльфийка стояла ровно на том же месте с воздетым для броска ножом над головой, истекала потом и тряслась всем телом в потугах перебороть сковавшую ее силу.

- Вы и правда не представляете, на что способен волшебник рядом с источником. Пусть даже такой неопытный, как я.

- Ты что творишь? – прорычал Брог.

Аркус возмущенно всплеснул руками.

- Защищаюсь, наверно! Вы же убить меня хотели!

- Погоди, парень, все не так! Не горячись… – северянин отчаянно пытался найти какой-то способ развернуть ситуацию. Сколь лихорадочно, столь же безуспешно.

- Брось, мой могучий друг. Все так, как есть. Но я вовсе не злюсь. – Аркус присел на корточки, раскрыл походную сумку и стал доставать из нее различные предметы: нарядную книгу, мелки, свечи, тонкие колбы с какими-то порошками и еще кучу всего. – Если честно, даже наоборот. Поэтому я взял с собой Ханзи. Она бы никогда не приснилась мне в совестливом кошмаре. Другое дело – ты. Я до последнего терзался тем, что не успел найти на твое место кого-то достаточно отвратительного. Поэтому спасибо большое за предательство.

К тому моменту волшебник успел начертать несколько ритуальных колец: два маленьких вокруг Брога и Ханзи, еще пару пустых и одно большое общее.

- Зачем мы тебе? – тяжело спросил Брог.

- Для заклинания, – в будничном тоне ответил Аркус, деловито разжигая вдоль большого круга свечи. – Как видите, у меня здесь полно ингредиентов, и вы – из числа самых важных.

Сбоку послышался слабый смех.

- Говнюк лицемерный! – прохрипела Ханзи. – Не ты ли заливал нам про счастье на троих?!

Аркус сосредоточено выложил пыльцой на полу витиеватую руну, затем ответил:

- Я говорил правду. Просто речь была не о вас. – На этих словах он вернулся к паре пустовавших до того момента колец и усадил в них своих тряпичных кукол. – Впервые мы провели этот ритуал для мамы. Во второй раз я действовал самостоятельно, чтобы спасти душу отца. Из-за нехватки магии раскрыть полную силу заклинания не получалось и поэтому приходилось использовать куклы в качестве сосудов. Но теперь все будет иначе.

- Ублюдок! А как же твое «я всегда выполняю обещания»?

- О, – Аркус широко улыбнулся, – не сомневайся, моя семья выплатит за тебя долг. Как я и обещал.

- Убью! Будь ты проклят и вся твоя семейка! Гореть вам… – посреди крика Ханзи резко смолка, задергалась на месте и отчаянно замычала.

При виде всего этого сердце Брога бешено колотилось от ужаса.

- Как же так? – растеряно пробормотал он. – У меня ведь семья. Я должен вернуться к сыну.

Волшебник закончил подготавливать ритуал, взял в руки книгу и встал между кукол.

- Ты ведь и сам знаешь, мой могучий друг. Счастье одних идет наперекор счастью других, да?

- Но как же те обещания, которые ты дал мне? – Если раньше Брог не слишком воспринимал этот принцип юноши всерьез, то сейчас видел в нем последнюю надежду.

Вместо ответа раскрылась книга, и со страниц ее песней пролилось волшебство. С пугающей скоростью оно загустело, окутав ритуальный круг, затем пропитало собой плоть и разумы участников. Брог сопротивлялся изо всех сил, но в глазах стремительно темнело, тело делалось ватным, а все звуки удалялись, пока окончательно не растворились в забытье.

Вернувшись в сознание, Брог лежал на полу и смотрел прямо перед собой. Он не мог шевельнуться, не мог даже моргнуть. От него остались лишь страх, смятение и устремленный вперед неконтролируемый взгляд, вынужденный наблюдать прекрасную, по сути, сцену…

Отец и мать со слезами на глазах обнимали своего чудесного здорового сына, наперебой о чем-то говорили и смеялись. Но с другой стороны, разве могло быть иначе? Ведь у каждого такого эпического приключения, полного трудностей и опасностей, обязательно должен быть счастливый финал.

***

Дверь старого фермерского дома открыла женщина средних лет с усталым лицом и впалыми глазами. Вид пришельца сильно удивил ее: у порога стоял юноша в столь богатых одеяниях, что не возникало ни малейших сомнений в его знатном происхождении. Видеть кого-то подобного в здешних краях – уже большая редкость. Чего уж говорить о том, что он постучится в твой дом?

- Позвольте представиться, – галантно сказал диковинный гость, – Аркус из дома Арфадов. А вы, должно быть, жена Брога?

- Боги милостивые! – услышав это имя, женщина не на шутку взволновалась. – Вы знаете моего мужа?

Аркус кивнул.

- Нам довелось познакомиться и разделить часть дороги. В какой-то момент мы с ним даже немного сдружились.

В словах его не было ничего особенного, но у хозяйки дома от них проступили на глазах слезы.

- Пожалуйста! Скажите, где он? У него все в порядке?

- Увы, на эти вопросы я не отвечу, – юноша вздохнул с видимым сожалением. – Наши пути разошлись, но когда мы разговаривали в последний раз, он мечтал вернуться домой. Кстати, могу ли я осведомиться о самочувствии вашего сына?

- Добу не сдается, – с трудом сдерживаясь, чтобы окончательно не расплакаться, сказала жена Брога. – Он сильный мальчик.

- Видимо, весь в отца! – заключил Аркус, после чего потянулся к поясу и снял с того нарядную тряпичную куклу. – Вот, возьмите. Я пообещал Брогу доставить ее вам.

- Спасибо вам огромное, – хозяйка бережно взяла подарок, взглянула на него и вдруг застыла. Буквально на пару секунд ей странным образом почудилось, будто крохотные стеклянные глазки этой милой куколки пристально смотрят на нее в ответ.

Диковинный гость сперва улыбнулся ее замешательству, а потом сказал:

- Что вы, не стоит благодарности! Я всего лишь сдержал обещание!

На этом они распрощались, и юный вельможа ушел. Скорее прочь из этого гиблого и угрюмого места. Некогда процветающая деревушка стояла в таком запустении, будто уже вымерла. Вокруг ни души, множество домов явно заброшено, а через центр тянется по всей ее длине гниющий зловонный шрам. Когда-то на его месте протекал тот самый ручей волшебства, о котором рассказывал северянин. Протекал, смывая собой любые мирские беды и невзгоды. Теперь же наоборот: гниющее тело погибшей магии превратилось в очаг порчи и неизлечимых болезней. Таких, как трупница, например. А люди по привычке живут на прежних местах…

«Большинство городов строилось вокруг крупнейших источников магии. Теперь это города-призраки…», – размышлял Аркус, забираясь в карету. Миру осталось недолго, но ему хотя бы не придется встречать конец одному. А значит, все было не зря.

Тем временем жена Брога прошла в комнату, где спал ее сын, положила игрушку рядом с ним на кровать, а сама устроилась у окошка и долго смотрела вдаль. Прошло уже немало дней с тех пор, как ее муж отправился на поиски лекарства. Все это время Добу становилось хуже, но надежды она не теряла. Ведь ее храбрый муж все еще где-то там… совершает подвиг ради их общего счастья.