Самое сказочное лето

ОДНАЖДЫ В АВГУСТЕ. -Тим-

Тиму снился его любимый сон: ночь, бескрайнее поле белых шариков-одуванчиков, а над ним — огромная серебристая луна. Если побежать, в воздух поднимутся мириады пушинок, и тогда достаточно лишь посильнее оттолкнуться, чтобы взлететь вместе с ними. Однако Тим нарочно медлил, оттягивая удовольствие невесомого полёта, — и напрасно. Мелодичный стрекот цикад вдруг перекрыл какой-то неприятный звук, и сон лопнул радужным мыльным пузырём.

— Ну-ка вставай! — раздражённо приказал тётушкин голос прямо у Тима над головой. — Вот бездельник, лишь бы книжки по полночи читать, электричество жечь! А как помогать, так его не добудишься!

Тим с печальным вздохом попрощался со сном и открыл глаза.

Сквозь маленькое окошко дачной мансарды лился розовато-серый утренний свет, в котором возвышавшаяся над Тимовой кроватью тётушка казалась монументальным памятником.

— В кого ж ты такой засоня? — продолжала она распекать племянника. — Родители твои, земля им пухом, оба ранние пташки были...

— Доброе утро, — сказал Тим тихо, сел на кровати и опустил босые ступни на прохладные деревянные половицы.

Прерванная на полуслове тётушка поджала губы. Распорядилась:

— Чтоб через пять минут был в кухне.

И с достоинством выплыла из комнаты.

Заскрипели ступени под тяжёлой поступью, и на их последнем жалобном стоне Тим встал на ноги. Натянул шорты из обрезанных джинсов и вылинявшую клетчатую рубашку, пригладил пятернёй взъерошенные волосы и спустился на первый этаж старого деревенского дома.

— Что мне относить? — спросил он, заглядывая через порог кухни.

— Вот, — колдовавшая у плиты тётушка королевским жестом указала на выстроившуюся вдоль стены батарею трёхлитровых банок с компотом. — Поставишь в погребе слева, на третью полку.

— Хорошо. — Тим поднял ближайшую банку и вышел на низкое крыльцо.

От утренней прохлады кожа моментально покрылась мурашками. Тим с удовольствием набрал полную грудь вкусного, пахнущего росой воздуха и бодро потопал к деревянному сараю в конце огорода. Привычно обогнул росшую возле дома старую яблоню, и тут его словно что-то толкнуло. Он поднял голову и встретился взглядом с незнакомым темноволосым мальчишкой, сидевшим в развилке толстых ветвей. От удивления Тим даже рот приоткрыл, а незнакомец, сделав заговорщицкое лицо, со значением подмигнул и приложил палец к губам: мол, не выдавай.

«Ладно». — Тим едва заметно повёл плечами и уже собирался продолжить путь, как на крыльце возникла тётушка с громким:

— Тимофей! Справа, не слева! Слева помидоры будут.

Дальше события развивались стремительно. Незваный гость попытался спрятаться за ветку, задел крупное яблоко, и оно с шумом полетело вниз. Бах! — розовый бок треснул, показывая сочное белое нутро. И почти одновременно с этим — бабах! — на землю упала банка с компотом.

— Ах ты ж зараза криворукая!

Тётушка ураганом подлетела к Тиму.

— Горе, а не ребёнок — ничего поручить нельзя! Быстро за метлой, и чтобы через три минуты всё убрал!

Под тётушкиным конвоем Тим вернулся в дом. Нарочно долго искал в кладовке уличную метлу, а когда вновь вышел на огород, яблоня уже была пуста. «Вот и хорошо», — подумал Тим, сгребая на широкую лопату стекло и ягоды. Ему к ругани не привыкать, зато другого человека от выволочки спас. Уже не зря день прошёл.

***

После позднего завтрака всё ещё сердитая тётушка отправила Тима полоть картошку на обширном поле за домом. Ряды картофельных кустов начинались прямо у плетня и уходили вдаль, заканчиваясь покосившейся изгородью, формально отделявшей тётушкин участок от заливного луга. Тим со скорбным вздохом поправил выгоревшую кепку, поудобнее взялся за тяпку и принялся за работу.

Глухо постукивал о землю металл, терпко пахла сбитая трава, спину и плечи припекало ползущее к зениту солнце. Тим до такой степени ушёл в себя, что не заметил, как у него появилась компания.

— Привет!

От неожиданности Тим едва не выронил тяпку и разогнул уставшую спину. Возле изгороди стоял и с интересом на него глядел давешний любитель чужих яблок.

— Привет, — Тим смотрел с не меньшим любопытством.

Мальчишка походил на городского. Казалось, он приехал в деревню недавно, потому что его футболка цвета хаки ещё не успела вылинять, а карманы на шортах — оборваться.

— Спасибо тебе, — в ярко-синих глазах мальчишки светилась искренняя виноватость. — Сильно из-за меня попало?

— Не сильнее обычного, — честно ответил Тим. — Я вообще часто вещи роняю, так что привык.

— Всё равно спасибо, — упрямо повторил мальчишка и представился: — Я Андрей. Для друзей Дрейк. А ты Тимофей, да?

Прозвище было странным, однако расспрашивать Тим постеснялся. Вместо этого привычно поправил:

— Нет, я Тим. Просто тётушка считает это имя несолидным.

— По-моему, нормальное имя, — пожал плечами Дрейк. Окинул поле оценивающим взглядом и спросил:

— Тебе картофан к какому сроку прополоть надо?

— До вечера.

— Ага. — Дрейк задумчиво почесал кончик носа. — Ты особо не торопись, я скоро приду.

И, махнув на прощание, со всех ног помчался в сторону дороги.

— Ладно, не буду, — несколько ошарашенно пробормотал Тим ему вслед и опять взялся за прополку.

Новый знакомый и в самом деле вернулся, причём с тяпкой.

— Ты чего это? — всполошился Тим. — Не надо, я сам!

— Так, — Дрейк упёр в бок левый кулак. — Ты мне сегодня помог? Помог. Вот и я тебе помочь хочу.

— Спасибо, — не привыкший к такому Тим жутко смутился и принялся с удвоенным усердием выпалывать розетку пырея.

Между тем Дрейк перемахнул через изгородь, занялся соседним рядом и через несколько кустиков непринуждённо поинтересовался:

— А ты сюда на каникулы приехал или постоянно живёшь?

— Живу, — отозвался Тим. — Тётушка год назад сюда окончательно переехала.

— А как же школа? Здесь ведь нет, правильно?

— Я в соседнюю деревню хожу. В смысле, в школу тамошнюю хожу, а так автобус возит.

— Понятно, — протянул Дрейк и, не дожидаясь встречного вопроса, продолжил: — А мы с мамой в первый раз приехали. К маминой подруге в гости.

Тим понимал, что надо поддерживать разговор, и поскольку в голову ничего лучше не шло, поинтересовался:

— А ты к нам в сад зачем полез?

— Ну, — Дрейку как будто стало неловко, — из интереса. В смысле, вчера мама с тёть-Светой про твою тётю разговаривали: что яблоки у неё очень вкусные и жалко, что она на рынке их не продаёт. Я вспомнил, решил проверить — подумаешь, одно яблочко, да и утро, никто не увидел бы… А так я просто гулял, осматривался.

— Понятно, — протянул Тим. Запнулся, соображая, что бы ещё спросить, но придумать смог только банальность: — И как тебе тут?

— Прикольно. — Было не похоже, что Дрейк лукавил. — Лес, речка... Усадьба заброшенная.

— Ты про Холм? — уточнил Тим. — Так это не усадьба, а бывший хутор.

— Не принципиально. — Дрейк лихо снёс какую-то колючку. — А ты туда ходил?

— Нет, зачем? — по-взрослому удивился Тим. — В привидений я не верю, а просто так лезть в крапиву выше меня ростом, по-моему, глупо.

— Там есть привидения? — Судя по воодушевлению в голосе Дрейка, про крапиву он не услышал.

— Ну, — Тим нахмурился, припоминая, — рассказывают, что во время войны хутор захватили немцы и устроили в хозяйском доме штаб. Только они не знали, что в подвале есть тайный ход. Через негохозяин хутора сбежал к партизанам и обо всём рассказал. Те, понятно, напали, застали немцев врасплох, только и хутор во время боя сгорел. После войны его восстанавливать не стали.

— И всё, что ли? — разочарованно протянул Дрейк. — А привидения?

— А потом местные заметили, — продолжил Тим, — что иногда по ночам в развалинах горит свет. Кто-то даже ходил смотреть и после рассказывал, будто слышал голоса и крики.

— Но ты в это не веришь? — пытливо посмотрел на него Дрейк.

— Не верю.

Некоторое время тишину нарушали только стук тяпок да звонкие трели птиц высоко в небе. А затем Дрейк остановился и торжественно предложил:

— Тим, пойдём сегодня привидений смотреть?

Конечно, Тим мог бы напомнить про крапиву и тётушку, и про то, что Холм — километрах в трёх от деревни. Конечно, так и надо было сделать, только...

Только Тима уже сто лет никто никуда не звал.

— Пойдём.

Это оказалось совсем не сложно — почти так же, как взлететь в одуванчиковом сне. И значит — наверное — правильно.

-Дрейк-

К вылазке Дрейк подготовился основательно. Втихаря позаимствовал из сарая две пары рабочих перчаток, секатор, моток капроновой верёвки и вместе с фонариком сложил их в рюкзак. Потом отпросился у мамы и тёти Светы переночевать на сеновале, а чтобы не проспать, поставил будильник на наручных часах. И около одиннадцати, как договаривались, уже подходил к деревенской околице.

Тима он заметил сразу, хотя тот и стоял в ветвях раскидистой ивы — выдали выгоревшие до белизны волосы. Подойдя, спросил вполголоса:

— Без проблем?

Тим коротко кивнул. Затем вытащил из кармана мешковатой куртки видавший виды секатор:

— Вот. И ещё перчатки взял.

— Молодец, — похвалил Дрейк. — Идём?

— Только не по дороге — заметят ещё, — разумно предложил Тим. — Я проведу напрямик.

Полная луна освещала землю небесным фонарём. Кроссовки и штаны быстро промокли от росы, над ухом то и дело раздавался комариный писк. Тим вёл уверенно, и скоро впереди показался невысокий, щедро поросший бурьяном холм, из вершины которого торчали останки кирпичных стен.

— Нам туда? — Дрейк, прежде лишь слышавший о хуторе от тёти Светы и Тима, не сумел скрыть разочарования.

— Да, — подтвердил Тим. И великодушно добавил: — Можем просто вокруг походить, а к дому не лезть.

— Нет уж. — Дрейк упрямо выдвинул челюсть. — Исследовать, так исследовать.

Чтобы пробиться к развалинам, ушло минут пятнадцать — чертополох и крапива упорно не желали пропускать незваных гостей. Наконец Тим и Дрейк миновали полуразрушенную стену и оказались внутри того, что когда-то было хозяйским домом. Огляделись: битый кирпич и непонятный сор, клочки травы, поблёскивающие в лунном свете осколки стёкол.

— Вот вам и призраки, — разочарованно протянул Дрейк, делая несколько шагов вперёд.

— Я же говорил, — немного виновато отозвался Тим, следуя за ним. — Только крапива и... А-а-а!

Пол, казавшийся таким незыблемым, вдруг проломился, и они с шумом и воплями рухнули вниз — в черноту.

Когда облако трухи и пыли осело, Дрейк ещё некоторое время лежал на животе раздавленным жуком. Затем пошевелился и позвал:

— Тим! — и охнул от боли в правой ноге.

— Я тут, — бледный, как привидение, Тим возник откуда-то сбоку. — Ты как?

— Сложно сказать, — Дрейк кое-как принял сидячее положение. — Вроде всё цело, только, — он посмотрел на разодранные штаны, — только коленку разбил. Ерунда. А ты как?

Последний вопрос Тим проигнорировал.

— Хорошенькая ерунда! — возмутился он, глядя на раны в прорехах ткани. — Тебе с таким в больницу надо, срочно! Или хотя бы промыть — у тебя есть вода?

— Нет. — Дрейк почувствовал себя полным остолопом. Собрался на приключение, а попить не взял.

— Что же делать? — Тим в отчаянии прикусил губу.

— Выбираться, — криво усмехнулся Дрейк.

— Я могу попробовать одну... штуку, — Тим его будто не слышал. — Только ткань нужно убрать, и... и ты не мешай, ладно?

— Ладно, — Дрейку было слишком нехорошо, чтобы удивляться или спорить. Он кое-как подвернул штанину выше колена и невольно стиснул зубы. Даже в полумраке сочащиеся кровью раны выглядели жутковато: сразу подумалось о заражении, столбняке и прочей гадости.

— Не мешай, — повторил Тим. Черты его лица заострились, и на секунду Дрейку показалось, будто он видит перед собой другого человека. А Тим склонился над разбитым коленом, скороговоркой пробормотал что-то похожее на «У зайца боли, у волка боли, у медведя боли, у Дрейка не боли» и подул на самую глубокую рану. Раз, другой, третий. И сначала колено в самом деле стало меньше болеть, а потом вдруг зачесалось, да так сильно, что Дрейк сжал кулаки и зажмурился.

И внезапно всё закончилось.

— Готово, — потухшим голосом сказал Тим.

Дрейк распахнул глаза и не сдержал изумлённого возгласа. Ран больше не было — только грязь, засохшая кровь да тонкая нежная кожица.

— Обалдеть!. — Дрейк боязливо потрогал коленку кончиками пальцев. — Это как так?

— Не знаю. — Тим выглядел, словно без подготовки пробежал марафон. — Я просто умею... Иногда.

— Ничего себе «просто»! — качнул головой Дрейк. — Да если бы я такое умел, я бы…

Однако Тим не хотел продолжать разговор, и так и не закончив фразы, Дрейк от всего сердца поблагодарил:

— Спасибо!

— Пожалуйста. — Тим через силу улыбнулся. — Вот теперь можно и выбираться.

— Ага, — кивнул Дрейк и вытащил из рюкзака чудом уцелевший фонарик. — Но сначала осмотримся.

Он осветил небольшое помещение. Земляной пол, кучи деревянной трухи, какие-то черепки. Кирпичные стены, благодаря которым подвал — а что это подвал, было очевидно — до сих пор не засыпало землёй. И ни намёка на возможность выбраться.

— Будем искать подземный ход? — с деланной бодростью предложил Дрейк, обходя ловушку по периметру.

— Боюсь, это только легенда, — вздохнул сидящий на полу Тим. — А если и не легенда, то давно завален.

— Хм, — Дрейк остановился под проломом и задрал голову. — Тогда попробуем так. Возьмёшь верёвку — у меня есть, — и я попробую тебя подсадить, чтобы ты дотянулся до края.

— Давай, — Тим поднялся на ноги. Его ещё пошатывало, но взгляд был решительный.

Увы, сколько они не старались, зацепиться не получалось даже кончиками пальцев. А поскольку больше идей не было, решили ждать утра, когда их неминуемо начнут искать. Уселись бок о бок у стены, и вскоре Дрейк, должно быть, задремал, потому как привиделось ему странное.

Луна стояла прямо над развалинами, и её лучи лились в подвал густым молочным потоком. Дрейк почувствовал движение рядом, и живое тепло, согревавшее его слева, исчезло. А затем к столбу света медленно, как сомнамбула, подошёл Тим. Встал в центр серебристого пятна и запрокинул голову, будто заглядывая в лицо луне. Потом легонько оттолкнулся от земли и — Дрейк забыл, что нужно дышать — лёгкой пушинкой поплыл вверх.

Волшебства хватило , чтобы схватиться руками за край. Потом Тим задрыгал ногами, подтянулся и полностью исчез в проёме. Чтобы тут же заглянуть внутрь и немного испуганно позвать:

— Дрейк!

— Я здесь. — Дрейк уже стоял под дырой. — Верёвку бросай, только прежде вокруг себя обвяжи!

Через несколько минут совместных усилий и борьбы с сыплющимся на голову мусором на поверхности стояли уже они оба.

— Вот это приключение! — довольно прокомментировал Дрейк и с уважением посмотрел на Тима: — А ты реально крут! Прямо как супермен какой-нибудь.

Тим смущённо отвёл глаза.

— Спасибо, — пробормотал он. — Но я правда не знаю, как это получилось. Всё было похоже на сон, вот я и решил... попробовать.

— И правильно сделал, — похвалил Дрейк, поправляя за спиной рюкзак. — Ладно, потопали обратно... Или, может, полетишь?

— Н-не знаю, — Тим посмотрел на луну. — Мне почему-то кажется, что не получится. Это, ну, больше не сон. А наяву я не умею.

— Тогда пешком, — Дрейк постарался затолкать разочарование поглубже. В конце концов, это способности Тима, а значит, Тиму виднее.

Они без приключений добрались до окраины, а когда пришло время расходиться в разные стороны, Дрейк на всякий случай уточнил:

— Я же завтра, то есть уже сегодня, за тобой зайду? На речку сходим, или ещё куда.

Тим, молчавший всю обратную дорогу, поднял на него недоверчивый взгляд.

— Ты серьёзно хочешь со мной, — он запнулся, — дружить? После сегодняшнего?

— Ну да, — удивился Дрейк нелепому вопросу. — А что не так-то?

И тогда случилось третье чудо этой ночи: в ответной Тимовой улыбке было столько радости, что, казалось, он весь засветился мягким тёплым светом.

— Наверное, всё так. Спасибо.

В ПОИСКАХ ТИМА. -1-

«Зря я согласился».

Дрейк уныло смотрел в окно автомобиля на бесконечные поля и холмы. Золотой шар солнца уже висел низко над горизонтом, и росчерки облаков казались розовыми и оранжевыми мазками на бледном холсте закатного неба.

«Надо было предупредить Тима. Минутное дело — выскочить из машины у них перед домом. Почему я не сообразил?»

Дрейк не сдержал вздох огорчения, и сидевшая за рулём мама спросила:

— Андрюш, ну что с тобой? Тебе не понравилось?

— Да нет, понравилось, — Дрейк почти не покривил душой. Поездка-сюрприз в верёвочный городок без вопросов мечта любого мальчишки.

«Вот только Тим...»

— Тогда почему ты такой кислый?

— Просто устал. — Универсальная отговорка. — Мам, можно, ты меня у Тима высадишь? Я на пять минуточек, и сразу домой.

— А говоришь, устал, — добродушно поддела его мама. — Хорошо, высажу. Как же тебе, да с другом весь день не видеться?

Тим жил в самом начале деревни, в небольшом опрятном доме с мансардой. Перед тем как открыть калитку, Дрейк на всякий случай отряхнул шорты и пригладил пятернёй вечно взъерошенные чёрные пряди. Затем потянул за неприметную верёвку, и выкрашенная в зелёный цвет дверца распахнулась, словно в старой сказке. Дрейк вошёл, однако не успел сделать и трёх шагов по гравийной дорожке, как на крыльцо домика вышла Тимова тётя во всегдашнем цветастом платье и белоснежном переднике.

— Здравствуйте, Алевтина Ильинична! — выпалил Дрейк. — А Тима можно?

— Здравствуй, — величаво кивнула женщина. — Тима нельзя, этот неслух с обеда не появлялся. Наверняка валяется где-то с книжкой, а закрутки я должна сама в погреб ставить.

— Давайте я помогу, — тут же предложил Дрейк, благородно спасая друга от выволочки.

Алевтина Ильинична смерила его оценивающим взглядом: точно ли можно доверить этому мальчишке столь ответственную миссию? И сделала одолжение:

— Помоги. Носить нужно вон туда, — она указала на сарай в углу участка. — Включишь свет и спустишь банки в погреб, на левый стеллаж. Левый, не перепутай. На вторую полку. А теперь идём, у меня всё в летней кухне.

Следующие десять минут ушли на то, чтобы перетащить закрутки и красиво расставить их «по ранжиру», как выражалась Алевтина Ильинична. После чего Дрейк получил крупное яблоко с розовым бочком и отправился восвояси. Однако на душе у него всё равно скребли кошки — деревню уже окутали лиловые сумерки, а Тим так и не появился. Должно быть, поэтому подаренное яблоко так и осталось не надкусанным, да и ужинал Дрейк без аппетита

— Я думала, ты, наоборот, нагуляешь, — с лёгким разочарованием заметила мама.

В этот момент на кухню вошла мамина подруга, тётя Света, которая, собственно, и пригласила их погостить у неё последний летний месяц.

— Мариш, ты представляешь, у нас в деревне ребёнок пропал! — с порога объявила она.

— Как пропал? — ахнула мама. — Кто?

— Мальчик Андреева возраста. Он с тётей в третьем доме живёт. Я с ними, правда, толком не общалась, только видела в магазине да на рынке. Но ты представляешь, ушёл днём и до сих пор не вернулся! Тётя его ищет, говорит, если до полуночи не объявится, в полицию звонить будет.

Выпавшая у Дрейка из пальцев ложка громко стукнула по тарелке, и взрослые наконец обратили на него внимание.

— Ты поел? — быстро спросила мама. — Тогда иди к себе.

Дрейк механически кивнул, встал со стула и отправился в свою комнатушку во флигеле.

«Это я виноват. Не предупредил».

Где-то в глубине дома кукушка в часах прокуковала одиннадцать раз.

«Мы же договаривались сегодня искать подземный ход. Неужели Тим один пошёл? И с ним что-то случилось».

Дрейк в очередной раз перевернулся с боку на бок и зло ткнул кулаком в сбившуюся горячую подушку.

«Надо рассказать взрослым».

Чтобы они не просто отругали их обоих, но и посадили под домашний арест. Точнее, Тима посадили, а его, Дрейка, попросту увезли в город, куда он не хотел совершенно.

«Но какие ещё варианты?»

Дрейк прикусил сгиб указательного пальца. Очевидно, что только один. Найти Тима самому.

Это решение будто отпустило туго сжатую пружину внутри него. Дрейк бесшумно соскочил с кровати и быстро оделся. Рассовал по карманам лёгкой куртки и штанов всё необходимое для приключения: фонарик, зажигалку, носовой платок, моток прочной бечёвки и свою главную ценность — швейцарский нож, подарок на недавний день рождения. Заметил одиноко лежавшее на столе яблоко и тоже пихнул его в карман — будет перекус на всякий случай. Затем подошёл к окну и, стараясь быть как можно тише, открыл створку. В комнату тотчас ворвался прохладный и влажный воздух августовской ночи. Дрейк вдохнул полной грудью, прислушался — в доме было по-прежнему тихо — и лёгкой тенью перемахнул через подоконник.

-2-

«И вообще, дурацкая была идея».

Дрейк быстро шёл через спящую деревню, благоразумно стараясь держаться в тени. С неба за ним наблюдала круглая серебряная луна, за заборами иногда подавали голос собаки.

«Тётя Света же говорила, что клад в лесу — байки, и нет там никакого замшелого валуна, а тропки все хоженые-перехоженные».

Деревня закончилась, начался луг, и Дрейк, срезая путь, зашагал прямо по траве. Кроссовки и низ штанов немедленно намокли от росы, над ухом звенел настырный комар. Но впереди вырастала тёмная громада леса, и сосредоточенный на цели Дрейкне обращал внимания на мелкие неудобства.

«Ещё и Тима подговорил, один соваться не захотел. А потом слинял в последний момент».

Дойдя до опушки, Дрейк невольно остановился. Ночная дубрава казалась суровой и недружелюбной, она будто спрашивала: «Ну, чего припёрся? Дня мало?»

Дрейк облизнул пересохшие губы. Конечно, это он сам себе надумал, но с другой стороны, смеяться над ним тоже было некому.

— Здравствуйте. — Дрейк понятия не имел, как начать, и потому ляпнул первое, что в голову пришло. — Вы извините, пожалуйста. Я... У меня друг пропал, и я его ищу. А как найду, мы сразу уйдём, обещаю.

Откуда-то налетел ветерок, зашуршал листьями, качнул дубовые кроны: «Ладно уж, иди». Тогда Дрейк зажёг фонарик и не без опаски двинулся вперёд.

Впрочем, поначалу всё шло неплохо. Он бодро топал по широкой тропе — они с Тимом собирались начать поиски камня от Большой поляны, куда деревенские летом ходили за земляникой, а осенью за орехами. Идти до неё было минут пятнадцать от силы, однако Дрейк всё шагал и шагал, а поляна не появлялась.

«Странно как-то. Или это из-за темноты кажется, что долго?»

Не сбавляя темп, он посмотрел на наручные часы, ускорился и вдруг споткнулся о корень, которого ещё буквально секунду назад под ногами не было. Не удержал равновесие, упал, но почему-то не на утоптанную тропинку, а со склона оврага.

— Ай, бли-и-ин!

Он кувыркнулся через голову, чудом не сломав шею, и грохнулся в кучу опавшей листвы. Фонарик выпал из рук и отлетел, а самому Дрейку показалось, будто он на секунду лишился чувств. И когда тёмное ничто отступило, он ещё какое-то время просто лежал без движения и смотрел вверх, на едва посеребрённые луной кроны.

«Надо же Тима искать!»

Дрейк зашевелился и кое-как встал на четвереньки. Заметив поблизости горящий фонарик, с облегчением выдохнул — не потерял — и аккуратно, без резких движений поднялся на ноги. Прислушался к ощущениям — спина и шея болели, но в целом ничего смертельного. Можно было продолжать путь.

Он поднял фонарик, осмотрелся — овраг как овраг, ничего интересного — и полез наверх. Без проблем выбрался, посветил, ища тропу, и почувствовал, как сердце сжала ледяная лапа.

Тропы не было.

— Слушайте, это совсем ерунда какая-то! Я же по чему-то сюда пришёл!

Тёмные громады дубов не удостоили человеческую букашку ответом — ни один листик не шелохнулся на их ветвях. Дрейк в панике ещё раз осветил окрестности, всей душой надеясь, что просто выбрался не с той стороны оврага. Но вместо дороги увидел только блеснувшее наливным боком яблоко.

«Выпало, когда я вниз летел».

Дрейк подошёл, наклонился, однако взять яблоко не сумел — оно вдруг, как живое, вывернулось из-под пальцев.

— Ч-что?

Дрейк где стоял, там и сел. Направил фонарик прямо на своевольный фрукт. Хм, обычное яблоко.

— Что за бред?

Осторожно, будто ловил кузнечика, Дрейк протянул к яблоку руку, и оно — само! — откатилось в сторону.

— Эй, что за приколы!

По-хорошему, надо было удирать от всей этой аномальщины, но признать, что испугался какого-то яблока, Дрейк не мог.

— Ну-ка, стой!

Он бросился к яблоку, а оно покатилось вперёд. И чем дальше, тем быстрее. Яблоко ловко петляло между деревьями, но всё время оставалось в луче фонарика.

— Да куда ты!..

Вслед за ним Дрейк выскочил на заросшую высокой травой полянку. Её перегораживал вывернутый с корнями дуб, и вредный фрукт нахально лежал прямо на середине ствола. Недобро сощурившись, Дрейк погасил фонарик — здесь хватало лунного света, — стянул куртку и начал подкрадываться в добыче. Подошёл совсем близко и с торжествующим:

— Ага, попалось! — накрыл яблоко курткой.

И чуть не подпрыгнул, услышав за спиной многозначительное покашливание.

Дрейк не смог бы сказать, какой инстинкт в нём сработал, только он сначала перемахнул через дерево и лишь затем обернулся. И буквально присел от страха. С той стороны стоял невысокий, Дрейку по плечо, старичок. Одетый в крестьянскую, как на картинках в учебниках, одежду, с длинной, до земли бородой и дыбом стоявшими волосами. Глаза у старичка поблёскивали зелёным, и хотя смотрел он вроде бы незло, мурашки по спине Дрейка маршировали солдатами на параде.

— Зрась... Здравствуйте.

Он бы задал стрекача, да ноги будто парализовало.

— И тобе не хворать, человече, — степенно отозвался старичок. Голос у него напоминал скрип сухого дерева. — Чаво бегаешь, пошто шумишь?

— Я... — Дрейк прочистил горло. — Я друга ищу. Вы не видели?

— Мож, и видал. — Дедок по-птичьи наклонил голову к плечу. — Чем отдаришься-то, человече?

— Отдарюсь? — Из-за подкатывавшей к сердцу жути Дрейк не сразу понял, что от него хотят. — Ну, например, — он быстро перебрал в уме своё невеликое имущество, — например, вот, — и вытащил из кармана единственное, что было более или менее ценным. — Нож. Швейцарский. Лезвие, ножницы, пила, крюк, шило, отвёртка. Новый, мне только в прошлом месяце подарили. Возьмёте?

Старичок задумчиво блеснул глазами.

— Швейд-царскей, гришь? Нут-ка, покажь.

Дрейк торопливо раскрыл нож:

— Вот, смотрите, — и сам не понял, как вышло, что лезвие вдруг чиркнуло его по пальцу. — Ауч!

Несколько капель крови упали на поваленный ствол, и дедок довольно кивнул:

— Сойдёт отдарок. Прячь свой царскей ножик и слухай внимательно. Друг твой по глупости забрёл в болото, да там и заплутал. Я туды ходить не люблю и тобе не советовал бы. Но ты ж пойдёшь.

— Пойду, — решительно подтвердил Дрейк. Как только разговор коснулся Тима, страх тут же куда-то пропал.

Старичок окинул его внимательным взглядом, словно мерку снимал, и постановил:

— Тады бери провожатого.

Он громко хлопнул в ладоши и властно показал на забытую куртку, которой ловили яблоко:

— Подыми.

Дрейк послушно взял свою вещь, и из-под неё неожиданно вылетела маленькая золотистая, как огонёк, бабочка.

— Она тобе отведёт, — сообщил старичок. — И ежели што, подскажет, токмо слушайся ея.

— Спасибо, — пробормотал растерявшийся Дрейк. Только хотел спросить, а где же яблоко, как дедок со словами:

— Ну, бывай, человече, — крутанулся вокруг себя и пропал вместе с поваленным деревом.

Оставив Дрейка стоять с открытым ртом посреди поляны.

-3-

— Вот это да!

И сказать, что примерещилось, было нельзя — бабочка-золотинка сидела на белом ночном колокольчике, терпеливо ожидая, пока «человече» уложит в голове всё произошедшее.

— Кому рассказать, решат, что вру, — сообщил ей Дрейк. И через паузу добавил: — Все, кроме Тима.

Имя друга напомнило о цели, и Дрейк решил отложить раздумья до лучших времён. Перевязал ноющий палец платком, достал фонарик и бодро сообщил:

— Я готов.

Бабочка только этого и ждала, чтобы легко вспорхнуть с цветка и повести спутника вглубь леса.

Идти с провожатой оказалось гораздо проще, чем бежать за яблоком. Бабочку было хорошо видно в темноте, так что светил Дрейк не на неё, а себе под ноги. К тому же летунья быстро приспособилась к темпу более медленного спутника и старалась выбирать удобную для него дорогу. По крайней мере, так казалось переставшему то и дело спотыкаться Дрейку.

Он хотел засечь по часам, сколько уже бродит по лесу, однако выяснилось, что экран пуст и не реагирует на кнопки. «Настоящая аномальщина», — умудрённо кивнул Дрейк сам себе. Ощущение жути от встречи со старичком почти забылось, и в крови бурлил азарт приключения. Так что когда дубы сменились берёзами, почва под подошвами кроссовок начала мягко пружинить, а комариный звон над ухом сделался особенно настырным, Дрейк только обрадовался.

«Подходим к болоту», — довольно подумал он и крикнул бабочке:

— Эй, погоди немного! Мне палка нужна.

Провожатая описала в воздухе круг и опустилась на сломанный ствол молоденькой берёзки.

— Думаешь, подойдёт? — усомнился Дрейк и окончательно отломал палку. Внимательно осмотрел, попробовал согнуть и кивнул:

— Точно, годится.

Ободрал мелкие боковые веточки, ножом подогнал будущий посох себе под рост. И со взрослой важностью сказал бабочке:

— Идём.

О палке он позаботился вовремя — вскоре началось настоящее болото. Деревья, берёзы да ивы, здесь росли редко, и любопытная луна серебрила водяные «окошки» и высокие заросли камыша. Под ногами уже чавкало, а комары с таким энтузиазмом атаковали свежую еду, что Дрейку пришлось накинуть капюшон куртки. Бабочка теперь неторопливо перелетала с кочки на кочку, показывая безопасный проход, однако Дрейк всё равно не ленился ощупывать дорогу палкой.

По ощущениям они уже порядочно забрались в болото, когда справа раздался тоненький крик:

— Спасите! Кто-нибудь, на помощь! — и Дрейк, не раздумывая, ломанулся в ту сторону.

Перепрыгнул с одной кочки на другую, обогнул камышовый островок и увидел светловолосую девчонку, провалившуюся по колено в трясину.

— Ой, мальчик! — она умоляюще протянула к нему руки. — Помоги, вытащи меня отсюда!

— Конечно, сейчас! — Прыжок на новую кочку. — Ты только не дёргайся, а то быстрее затягивать начнёт.

— Хоро... Ой, скорее! Ой, проваливаюсь!

— Держись!

Ещё одна кочка. Теперь надо вон на ту, как раз рядом с девчонкой...

Дрейк не успел прыгнуть — маленький золотистый снаряд едва не угодил ему в глаз, заставив отшатнуться. А потом замельтешил перед лицом, мешая видеть.

— Совсем больная?! — заорал Дрейк, отмахиваясь от взбесившейся бабочки. — Ты что творишь, там человек сейчас утонет!

Закрывшись рукой, попытался перескочить на выбранную кочку, но оступился и почти до колен провалился в жижу.

— Мама!

Позабыв собственный совет, Дрейк отчаянно задёргался. Потом сообразил, что у него в руках палка и, умудрившись воткнуть её в кочку, принялся вытягивать себя на более-менее твёрдое место. Несколько минут отчаянного пыхтения, и болото с недовольным «Чавк!» выпустило свою добычу.

— О, б-блин!

Не до конца верящий в спасение Дрейк обернулся к девчонке:

— Т-ты как?.. — и слова умерли у него на губах.

Потому что девчонка больше не изображала жертву, а спокойно стояла в трясине и смотрела на несостоявшегося спасителя с явным разочарованием.

— Ну и ладно! — обиженно фыркнула она. — Кто-нибудь другой попадётся, половчее.

И, недовольно сверкнув зелёными глазами, провалилась в болото.

Дрейк икнул и медленно осел на землю. Перевёл взгляд с того места, где была девчонка, на приземлившуюся рядом бабочку и снова икнул.

— Она бы меня... Слушай! — Новая мысль была ещё страшнее. — А если Тим? Если она его?..

Бабочка только крылышками взмахнула.

— Ну да, точно, — Дрейк с силой потёр переносицу. — Куда бы мы тогда шли. — И, наконец сообразив, с признательностью добавил: — Спасибо.

Бабочка снова взмахнула крылышками и взлетела, приглашая идти дальше. Дрейк вздохнул, вылил из кроссовок грязную воду и, тяжело опираясь на сослужившую добрую службу палку, глухо сказал:

— Веди.

-4-

«Приключение» с девчонкой лишило Дрейка фонарика — должно быть, вывалился из кармана, когда его хозяин панически выцарапывался из трясины. И хотя лунный свет оказался неплохой заменой электрическому лучу, а бабочка всё так же заботливо указывала путь, настроение было откровенно паршивым. Вот почему он шёл, глядя если не под ноги, то на ближайшую кочку, и даже вздрогнул, когда перед ним вдруг выросла стена камыша в полтора человеческих роста. Дрейк посмотрел вправо, влево — ни конца, ни края. Болото словно перегородили плотиной. Да и бабочка уселась на ближайший лист, показывая, что им сюда. Тогда Дрейк покрепче перехватил верную палку и на всякий случай спросил:

— А прохода точно нет?

Вместо ответа провожатая упорхнула вглубь камышовых зарослей.

— Подожди!

Дрейк устремился за золотистым огоньком, боясь потерять его из виду. Остаться одному посреди болота, где обитает всякая нечисть, ему хотелось меньше всего.

Камыш затрещал, в кроссовки тут же набралась вода. Длинные листья так и норовили чиркнуть острой кромкой по щеке, а чтобы защитить руки, Дрейк натянул рукава почти на всю кисть. Стебли стояли плотным частоколом и немедленно смыкались за спиной, отрезая глупого смельчака от внешнего мира. Но бабочка продолжала сиять маячком впереди, и в конце концов Дрейк буквально вывалился на свободное пространство. Огляделся: чёрное озеро в камышовых берегах, в центре — островок с раздвоенной берёзой и высоким, похожим на торчащий палец валуном. К островку вела извилистая дорожка из кочек, а на островке, в берёзовой седловине…

«Тим!»

Грустно сгорбившись, он что-то рисовал прутиком на земле — и в лунном свете казался светящимся.

— Эй, Тим!

Друг поднял голову и сразу же вскочил на ноги. Отчаянно замахал руками:

— Дрейк, уходи! Уходи скорее!

— Что?

Дрейк, уже балансировавший на второй или третьей кочке «дорожки», недоумённо замер. А гладкая водная поверхность между ним и островом вдруг забурлила, провалилась воронкой, из которой возник…

— Ой!

Прозвучало по-девчоночьи, но что ещё мог сказать Дрейк, когда перед ним появилось громадное человекоподобное существо? С круглой лысой головой, длинными когтистыми руками и безволосым туловищем, похожим на бочку. Чёрную кожу чудища опутывали водоросли, а когда оно заговорило утробным басом, в широкой пасти блеснули острые зубы.

— Куда спешишь, человечек?

В отличие от лесного старичка, болотная нечисть говорила по-современному.

— Я… — проблеял Дрейк и осёкся. Собрался с мужеством и продолжил уже более или менее нормальным голосом. — Я за другом пришёл. Вон за тем, который у вас на острове сидит.

— За другом, значит. — Из воды позади чудища с негромким «гульп!» выплыла широкая коряга, и монстр не глядя уселся на неё, как в кресло. — Похвально, человечек, очень похвально. Только друга я тебе не отдам. Он, видишь ли, по доброй воле согласился здесь остаться.

— То есть как?! — ошалело захлопал глазами Дрейк.

— А вот так, — чудище сложило лапы на объёмном животе. — Взамен заплутавшей человечки. Человечку я отпустил — мясцо у неё, конечно, нежное, молодое, но зато ни у кого из болотных соседей больше нет упавшей звёздочки. А у меня, — монстр бросил на Тима довольный взгляд, — теперь есть.

— Какая звёздочка, вы, вообще, про что? — Дрейк тоже посмотрел на друга. Мальчишка в перепачканной одежде,просто волосы льняные и кожа светлая. Если не знать о его способностях и не подумаешь ничего такого. В ответ Тим только руками развёл: понятия не имею.

— Эх, человечки, — протянуло чудище. — Ничего-то вы не знаете, но, впрочем, и к лучшему.

Оно хлопнуло в ладоши, и от кочки, на которой стоял Дрейк, сквозь расступившиеся камышовые заросли сама собой размоталась призрачная лунная дорожка.

— Я сегодня добрый, — пояснил болотный монстр. — Всем прочим болотникам нос утёр, да и с лесным хозяином связываться неохота. Так что отпущу тебя, дурня. Иди по тропе, она до самого края леса доведёт. И больше в наши места не суйся, если жизнь дорога. Понял? Тогда топай.

Дрейк посмотрел на дорожку — где-то там, на другом её конце его ждали мама и привычный, безопасный, несказочный мир. Посмотрел на чудище — сожрёт ведь. Может не сразу, а как проголодается, но сожрёт. Дрейк-то не «звёздочка». Посмотрел на Тима и неожиданно для себя весело улыбнулся.

— Спасибо вам большое, только никуда я один не пойду. Раз уж вы моего друга не отпускаете, значит, останемся у вас вдвоём.

-5-

— Так как ты здесь оказался?

Тим и Дрейк сидели бок о бок на травяной кочке. Спины их надёжно прикрывал камень, от ног до кромки чёрной воды было от силы два шага. Чудище отправилось на дно болота — отдыхать, как сообщило само. Однако его пленники всё равно переговаривались шёпотом, не забывая поглядывать по сторонам.

— По глупости, — сознался Тим. — Нет бы тебя дождаться — решил сам на разведку сходить. Ну и заплутал в лесу — я ведь дальше опушки и не забирался никогда. Бродил-бродил, пока к болоту не выбрел. Пошёл по краю — оно, вроде как, к трассе выходит — и вдруг услышал крик. Я бегом, вижу — девчонка тонет. Я спасать, а тут этот ка-ак вылез. «Съем её, — говорит, — если со мной по доброй воле не пойдёшь», — Тим тяжело вздохнул. — Я и согласился. Какие варианты?

— А девчонка что? — Чем-то эта история Дрейку не нравилась.

Друг повёл плечами.

— Плакала, отпустить меня просила. Только чудище ей дорожку раскатало — как тебе, — а потом меня хвать! И сюда притащило.

— Та-ак, — Дрейк потёр переносицу. То есть как девчонка уходила, Тим не видел. — А когда это было? Солнце уже село?

— Садилось, — ответил друг. — Как раз закат был, я ещё думал, что надо спешить, иначе придётся в темноте бродить.

— А в деревню никто не приходил, — пробормотал Дрейк. — Потому что тогда бы взрослые сразу знали, где тебя искать. — И погромче спросил: — Девчонка хоть здешняя? Ты её видел когда-нибудь?

— Не видел, — было заметно, что Тим совершенно не понимал цели расспросов, однако отвечал честно. — Но ты же знаешь, я с деревенскими ребятами мало общаюсь.

— Знаю, — кивнул Дрейк. — Но всё-таки… — Он ненадолго задумался: — Как твоя девчонка выглядела?

Тим задумался.

— Как? Ну, обычно. Светленькая такая, невысокая. В зелёном платье.

— С корзинкой?

— Вроде без. А почему ты спросил?

— А зачем в лес без корзинки ходить?

Они посмотрели друг на друга, и Дрейк совсем уж тихо сказал:

— Понимаешь, я пока к тебе шёл, чуть к похожей девчонке не попался. На ужин.

Тим распахнул глаза.

— Это как?

— Утащить меня хотела, под воду. И утащила бы, если бы не бабочка.

— Кто? — окончательно растерялся друг.

— Бабочка, — терпеливо повторил Дрейк и в двух словах пересказал приключения.

— Ох, ничего себе! — во взгляде Тима раскаяние мешалось с сочувствием. — Ты столько ради меня, да ещё и остался, а я…

Он виновато опустил голову.

— А тебя обманули, — отчётливо сказал Дрейк и, быстро оглянувшись, поспешил понизить голос. — Девчонка эта сто процентов нечисть болотная, потому что в деревне никто не в курсе, где ты. И не переживай из-за ерунды — ты же мой друг. Как я мог друга в беде бросить?

— Спасибо, — Тим поднял на него глаза и несмело улыбнулся. А потом, будто смутившись, поспешил заговорить по-деловому: — Только почему им меня просто не утащить? Против такого монстра я бы ничего не смог.

— Ты же сам слышал, — Дрейк опёрся спиной о камень. — Надо было, чтобы ты пошёл добровольно. Кстати, что за история с «упавшей звёздочкой»?

— Понятия не имею, — развёл руками Тим. — Я спрашивал, что со мной будет, но толкового ответа не услышал. «Посидишь здесь пока», — процитировал он. — Вот и сижу.

— Ясно, что ничего не ясно, — резюмировал Дрейк. Поднял глаза к небу и нахмурился: — Слушай, тебе не кажется, что луна на месте стоит?

— Она и стоит, — подтвердил друг, даже не посмотрев вверх. — Я давно заметил.

— М-да.

Дрейк поднялся на ноги и подошёл к самой кромке воды. Прищурился, оценивая расстояние до камышей: интересно, какой у них шанс по-тихому туда добраться? Пока болотник спит.

— Очень маленький, — Тим встал рядом. Дрейк вопросительно покосился на него и получил в ответ бледную улыбку: — Ты вслух сказал. — После чего друг, посерьёзнев, продолжил: — А даже если получится, из болота ещё выйти надо. И быстро, пока чудище не поняло, что мы сбежали.

— Да уж, — Дрейк почесал в затылке, и его осенило: — Слушай! А что, если ты болото перелетишь? Ну, как тогда, на хуторе.

— Перелечу? — Тим даже растерялся. Похоже, он не был уверен, что сможет повторить случившееся в подвале заброшенного хутора.

— Ну да! — нетерпеливо подтвердил Дрейк. — Нет, я помню, ты говорил, что когда знаешь — это наяву, вряд ли получится. Только мы ведь не наяву.

— А где? — хлопнул ресницами Тим, и Дрейк победно объяснил:

— В сказке!

Тим задумался.

— А ты? — наконец уточнил он, похоже, поверив в свои силы.

— За руку меня поднимешь и перенесёшь. — У Дрейка на всё был готов ответ. — Ну как? Пробуем?

Тим решительно кивнул:

— Пробуем.

Он поднял голову к луне, сосредоточенно свёл брови. Чтобы не мешать, Дрейк тихонько сделал полшага назад и затаил дыхание: хоть бы получилось! А Тим всё стоял, смотрел и вдруг как-то потянулся вверх. Подошвы его кроссовок оторвались от островка… И почти сразу глухо стукнули о землю.

Тим сжал кулаки, весь натянулся струной, но вновь смог приподняться в воздух буквально на пару секунд. Расстроенно обернулся к Дрейку:

— Не получается! Здесь лунный свет какой-то… неправильный. Неживой. Совсем не как во сне.

— Ясно, — Дрейк тоже был разочарован, но, чтобы не огорчать друга, с преувеличенной уверенностью продолжил: — Значит, найдём другой способ. — Идобавил: — Интересно, куда моя бабочка пропала?

Стоило ему это произнести, как в воздухе перед ними появилась маленькая золотистая искорка. Подлетела к Тиму и преспокойно уселась ему на нос.

— Ой, — забыв о неудачи, Тим забавно скосил глаза. — Это она?

— Ага, — Дрейку вдруг стало смешно от растерянного вида друга.

— Эм, привет, — вежливо поздоровался Тим с бабочкой. — Спасибо, что помогла меня найти.

Летунья взмахнула крылышками, но осталась сидеть.

— Скажи, — Тим осёкся, видимо, поняв, как глупо это звучит по отношению к бабочке. И после паузы продолжил: — Ты, случайно, не знаешь, как нам отсюда выбраться?

Вместо ответа бабочка перелетела на верхушку камня, да там и замерла. Тим и Дрейк переглянулись и дружно шагнули к ней.

— Ты байку про клад помнишь? — несмотря на охвативший его азарт, Дрейк старался говорить тихо. — Каменный палец у раздвоенной берёзы — точно, как этот!

— Так он же на перекрёстке дорог, — возразил Тим. — И вообще, зачем нам сейчас клад?

— Мало ли, — Дрейк уже навалился плечом на камень. — Может, там меч волшебный? Или шапка-невидимка? Мы в сказке или где?

— Скорее всего, там просто ничего нет, — вздохнул Тим, изо всех сил помогая другу.

— Но попробовать-то надо! Раз, два, три!

Они толкали камень то в одну, то в другую сторону, и постепенно он начал поддаваться.

— Ещё чуть-чуть, — пропыхтел Дрейк. — Раз, два, три!

Камень неохотно накренился и с глухим «бух!» повалился на землю, заставив её содрогнуться. А под ним…

— Подземный ход!

-6-

— Слушай, а нас там не засыплет? — опасливо спросил Тим, заглядывая в открывшуюся дыру, откуда сильно несло погребом. Круто уходившие вниз земляные ступеньки терялись в непроглядной темноте.

— Хороший вопрос, — Дрейк взъерошил волосы на затылке. При всей его любви к приключениям соваться под землю было страшновато. Так что он решил передать вопрос другому, точнее, другой: — Эй, бабочка, нас там не засыплет?

Летунья ответила единственно возможным для неё способом: уселась на последнюю из видимых в лунном свете ступенек. Тим и Дрейк нерешительно переглянулись, а мгновение спустя им стало не до сомнений.

Стоячая болотная вода возле острова закрутилась водоворотом, откуда донёсся рёв «Вы что это удумали?!»

— Вниз, быстро! — Дрейк подтолкнул друга к подземному ходу, а сам схватил валявшуюся на земле палку, которую они использовали, как рычаг.

— Куда-а-а?!

Болотник выскочил из воды, как пробка из бутылки — даже показались уродливые лягушачьи лапы вместо ступней, и рванул к острову. Однако Дрейк не собирался с ним драться, бросив короткий взгляд через плечо и убедившись, что светлая макушка Тима уже исчезла в подземном ходе, он копьём метнул палку в приближавшуюся нечисть и сам бросился в дыру. Через три ступеньки запнулся, полетел вниз и наконец плюхнулся на скользкий глиняный пол.

— Скорее! — Не давая другу рассиживаться, Тим схватил его за руку и потащил в темноту — на мерцавший впереди огонёк бабочки.

Позади что-то ухнуло, и беглецов в спины толкнула воздушная волна.

— Камень, — побледнев, пробормотал Дрейк. И хотя он не собирался возвращаться, понимание, что путь у них остался только в одну сторону, зазмеилось между лопаток струйками пота.

Если Тим и услышал, то всё равно промолчал. Только крепче сжал ладонь друга, чтобы не потеряться в темноте.

Но вскоре руки пришлось расцепить. Ход делался ниже и уже, по ощущениям забирая вниз. Воздух был сырым и спёртым, за шиворот то и дело попадали неприятно холодные капли.

«Сколько же над нами метров? — Дрейк бы с радостью думал о чём-то другом, только тревожные мысли сами лезли в голову. — А ведь там ещё болото — бр-р! Если потолок обвалится... Или мы не сможем протиснуться... Хорошо, Тим идёт первым — он меньше. Там, где я застряну, точно пролезет. Эх, жаль, фонарик посеял. Со светом веселее было бы... Интересно, сколько времени прошло? И долго ли ещё до выхода? Блин, и у бабочки не спросишь».

Мысль, что волшебная провожатая могла исчезнуть, и они лезут через туннель вдвоём, Дрейк от себя упорно гнал. И у Тима не спрашивал — боялся сглазить.

Но вот ход как будто пошёл вверх, а ноги стали меньше скользить по глине. И хотя беглецам по-прежнему приходилось ползти на четвереньках, бодрости у них заметно прибавилось. А уж когда Тим выдохнул:

— Свет! — они оба устремились вперёд с новыми силами.

Выход из подземного лаза оказался на самом краю болота, у основания холма, заросшего колючим кустарником. И когда исцарапанные, перепачканные глиной мальчики выбрались на волю, окрестности огласил радостный двухголосный вопль.

— Ур-ра! — от полноты чувств Дрейк подпрыгнул в воздух. — Свобода!

В ответ кто-то зло булькнул:

— Рано радуетесь.

Мальчишки перепугано шарахнулись в сторону и с ужасом увидели наступавшую на них громадную фигуру болотника.

— Сбежать думали? — Каждый шаг чудища глубоко отпечатывался на мягкой земле, оставляя наполненные водой лужицы. — А от меня не сбежишь! И ты, — длинный коготь указал на Тима, — всё равно со мной пойдёшь. Иначе схарчу твоего приятеля — косточек не останется.

— Подавишься! — смело отбил Дрейк и заслонил собой друга, на ходу вытаскивая единственное оружие — швейцарский нож. Пускай уверенности в победе у него не было, сдаваться он не собирался.

Болотник раззявил огромную клыкастую пасть — да так и замер. Потому что между ним и мальчиками вдруг, откуда ни возьмись, вырос низенький старичок в крестьянской одежде.

— Здорово, соседушка, — благодушно обратился он к чудищу в десять раз крупнее себя. — Пошто шумишь?

— Уйди, — булькнул болотник. — Мои они.

— Покуда на твоей земле были — твои, — степенно кивнул старичок. — А как на мою перешли — мои стали. Посему ступай с миром, соседушка, коли ссоры не хочешь.

— Ах ты!.. — начал болотник и осёкся.

— Верно, соседушка, — старичок многозначительно потрепал по холке вставшего рядом волчару. Ростом тот был с деда, а вздыбленная на загривке шерсть и дураку давала понять: дальше спорить не нужно.

— Ну погоди, леший, — с ненавистью произнёс болотник. — Пересечёмся ещё.

И сделав совершенно невозможное сальто назад, плюхнулся в трясину у ближайших камышей. Погрозил кулаком — и нырнул в чёрную жижу.

— Ишь, — хмыкнул старичок, — пугает. Сопля зелёная, — и вместе с волком повернулся к мальчикам. Смерил насмешливым взглядом по-прежнему готового драться Дрейка, благодушно посмотрел на сжимавшего позади него кулаки Тима и заметил: — Ну, буде, отроки. Давайте-ко подальше отойдём да побеседуем. Шоб соседушку речами не смушшать.

Тим и Дрейк синхронно посмотрели на болото, затем — на лешего, над чьей головой весело порхала золотистая бабочка. Переглянулись — Дрейк спрятал нож — и зашагали за странным спасителем.

-7-

Старичок привёл друзей на поляну, где Дрейк впервые с ним встретился. Поваленное дерево вновь было на месте, и леший гостеприимно указал на него:

— Седайте, отроки. И спрашивайте.

Мальчишки послушно уселись рядышком, и после короткой паузы Тим с запинкой спросил:

— Вы нас отпустите?

— Отпушшу, — подтвердил старичок, почёсывая за ухом волка, разлёгшегося у его ног.

Мальчишки облегчённо заулыбались, но тут к Дрейку пришёл новый вопрос:

— А почему вы нам помогали?

— Не вам, — поправил леший, — а ему, — и указал на Тима.

Тот захлопал глазами:

— Мне?

Старичок спокойно кивнул и будто невпопад спросил:

— Ты, человече, помнишь, как у прошлом годе щеночка на краю леса нашёл? В капкане? И как капкан ентот открыл, чуть руку себе не отхватив, а щеночка умением своим вылечил?

— Помню, — судя по виду Тима, он по-прежнему ничего не понимал.

— Ну дык вот твой щеночек, — леший похлопал волчару по загривку. — Вишь, якой вымахал?

У друзей отвисла челюсть.

— Ничего себе, — пробормотал Дрейк, а старичок продолжил: — Я ведь почему стокмо лет здешний хозяин? Потому, что на дела делами отвечаю. На добрые добрыми, на злые злыми. Да и соседушке, — он многозначительно хмыкнул, — место указать давно пора было. А то ишь! Подтапливает мой лес, думает, не вижу. Ишшо звёздочку к себе в болото получить захотел, хитромудр!

— А вот кстати, — вспомнил Дрейк, — при чём здесь звёздочка? Тим, конечно, особенный — лечить умеет, летать… Только почему он звёздочка?

— Бывают среди вас, людей, такие, — леший вдруг сбился со старинного говора, — с кем рядом в самый пасмурный день светло. И свет они дарят не задумываясь, как говорят или дышат, всем, кто рядом оказывается. Иногда, правда, способность эта не сразу проявляется: толчок ей нужен. Встреча какая или ещё что. Но уж после сияет такой человек, что твоя звёздочка. А мы, — старичок огладил бороду, — пусть нечисть, но погреться от этого света ой как любим. Особенно если живём в местах сырых да тёмных. Смекаете?

— Смекаем, — за двоих ответил Дрейк.

— То-то, — леший наставительно направил на него палец. — Так что береги своего друга, человече. Много добра с того будет — и тебе, и ему.

Дрейк ответственно кивнул. А старичок, хитро сверкнув глазами, обратился уже к Тиму:

— А ты не забывай в лес почаще захаживать. Лесу с того большая польза.

Тим тоже кивнул, но с сомнением. Должно быть, вспомнил, как заблудился.

— Эх, отроки, — старичок вернулся к прежней манере разговора. — Вы, ежели чаво, провожатого кликните. Он вас мигом выведет.

В подтверждение этих слов леший хлопнул в ладоши, и на поваленный ствол уселась маленькая золотистая бабочка.

— Поняли, — серьёзно наклонил голову Дрейк. — Спасибо вам.

Леший только рукой махнул и сказал:

— Ну, неча рассиживаться, ступайте с миром.

— Легко сказать, с миром, — пробормотал Тим. — Я ведь мало того что потерялся и перепачкался, так ещё и всю деревню на уши поставил.

— Не переживай, — утешил Дрейк. — Я с тобой буду и всё возьму на себя.

— Не надо, — немедленно воспротивился друг. — Я же сам сюда пошёл.

— Ну-ну, заспорьте ишшо, — хмыкнул старичок. — Так и быть, подсоблю и в ентом. А таперича ступайте.

И исчез вместе с волком и поваленным деревом — только бабочка осталась порхать над ночными цветами.

— Ой! — мальчишки дружно плюхнулись на траву. Посмотрели друг на друга, на бабочку, и Дрейк спросил:

— Ты понял, как он помочь собирался?

Тим лишь руками развёл. А потом вдруг ахнул:

— Слушай, у тебя одежда чистая! И лицо!

— Да? — Дрейк опустил глаза на свою куртку и джинсы. — Точно! — Поднял взгляд на друга и обрадованно сообщил: — И у тебя тоже всё чистое!

— Здорово! — расплылся в улыбке Тим. — Хоть одной проблемой меньше.

— Ага. А теперь пойдём, не то домой к утру вернёмся.

И друзья, поднявшись с травы, бок о бок зашагали вслед за проводником.

Теперь идти по лесу было легко, причём даже без фонарика. Корни не выползали под ноги, ветки не норовили ударить по лицу или схватить за одежду, а дорога сама стелилась, будто живая. И в какой-то момент Дрейк вдруг заметил:

— Слушай, тебе не кажется, что становится светлее?

Тим задрал голову к высоким кронам:

— Кажется. Это что, утро уже?

— Сейчас узнаем, — Дрейк вспомнил о часах. — Заодно проверим, выбрались мы из аномальной зоны или нет.

— Аномальной зоны? — переспросил друг.

— Ну да. Там, где приборы нормально не работают, — и Дрейк нажал на кнопку подсветки.

Электроника включилась, и часы показали время, но какое-то странное.

— Девять вечера? — нахмурился Тим, тоже взглянув на циферблат. — Мы что, сутки в лесу проторчали?

— Нет, — ничего не понимающий Дрейк проверил дату. — День сегодняшний... то есть вчерашний, то есть... Тьфу! Запутался.

Друзья переглянулись, и Тим осторожно высказал общую догадку:

— Может, это тоже помощь?

Дрейк пожал плечами.

— До деревни дойдём, узнаем.

И они прибавили хода, не замечая, что бабочки впереди уже нет.

Леший и впрямь сделал «отрокам» царский подарок. Когда Тим и Дрейк благополучно вышли на луг, небо на западе ещё алело последними лучами заката. В деревне стояли тишина и спокойствие, а Тимова тётушка, хоть и встретила друзей недовольным выражением лица, необычного в этом ничего не было.

— Опять шляешься незнамо где, когда помогать должен? Горе, а не ребёнок! Скажи спасибо, друг твой мне банки перенёс, пока ты лодырничал!

— Спасибо, — искренне поблагодарил Тим, на что Дрейк отмахнулся:

— Да ну, ерунда.

— Ерунда! — фыркнула тётушка и со значением посоветовала: — Ты бы, Андрей, лучше домой шёл, пока мать не прибежала тебя разыскивать.

— Не прибежит, — легкомысленно отозвался Дрейк и спросил у друга: — Я завтра утром зайду?

— Утром он огород полоть будет, — без промедления вставила Алевтина Ильинична. — Сорняки все грядки забили.

Тим печально вздохнул, а Дрейк спокойно подтвердил:

— Значит, зайду, — про себя добавив «с тяпкой».

Лицо друга посветлело, и он одними губами произнёс: «Спасибо».

«Вообще не за что», — улыбнулся Дрейк и вежливо попрощался:

— До свидания, Алевтина Ильинична. Тим, пока.

— Пока, — отозвался друг, а его тётушка, царственно ответив: — До свидания, Андрей, — без перехода принялась читать племяннику нотацию о том, что недопустимо исчезать на целый день.

«Бедный Тим, — думал Дрейк, прикрывая калитку. — И как он такое выдерживает? Я бы лучше ещё раз через болото прошёл, чем одну лекцию выслушал».

Поднял голову к первым искоркам звёзд на бледно-голубом небе и добавил: «Если, конечно, с бабочкой».

Показалось, или наверху мелькнула яркая золотинка? Дрейк потёр глаза, неожиданно широко зевнул и, встряхнувшись, вприпрыжку поскакал к дому.

«А клад мы всё-таки поищем. Зря, что ли, Тима в лес захаживать приглашали?»

ЗАДАВАКА. -1-

— Слушай, Тим, мне тут одна штука в голову пришла. Как насчёт того, чтобы отправиться на рыбалку с ночёвкой?

Тим и Дрейк валялись на траве под раскидистой ивой, обсыхая после купания. Солнечные лучи путались в серебристо-зелёной листве, ветерок лениво шуршал в высоких зарослях камышей по обе стороны от речной заводи. Над водой и полянкой маленькими вертолётиками носились зелёно-голубые стрекозы, важный шмель с басовитым гудением собирал нектар с белых шариков кашки. Пахло водой и травой, и Тим почти растворился в этом полусвете, звуках и запахах, когда голос друга вернул его в реальность.

— Я за. — Тим не был заядлым рыболовом, пускай дядюшка в своё время и пытался приучить его к этому занятию. Но если Дрейку хочется, почему нет? — Лишь бы тётушка отпустила.

— Мы с ней вместе поговорим, — заверил Дрейк, и Тим невольно почувствовал облегчение.

Непонятно по какой причине, но к другу тётушка относилась более чем благосклонно (она не знала, что тот однажды забрался к ним в сад за яблоками), а значит, шансы получить разрешение резко увеличивались.

Однако сразу же возник новый повод для беспокойства:

— А тебя мама отпустит?

— Конечно! — В голосе Дрейка звучала абсолютная уверенность. — Где бы только

удочки взять?..

Тим сдержал добродушный смешок: как это было похоже на друга! И сказал:

— У нас в сарае стоят дядюшкины — он любил рыбачить. Но это, опять же, надо с тётушкой договариваться.

Дрейк задумчиво потёр лоб и сказал:

— Спрошу у тёти Светы. Когда мы с мамой к ней приехали, она что-то говорила про рыбалку, да я мимо ушей пропустил.

— Хорошо. — Тим понадеялся, что подруга Дрейковой мамы и впрямь поможет им со снастью. Потому что в этом деле на тётушкину доброту рассчитывать не стоило.

— О, чуть не забыл! — отвлёкся от планов Дрейк. — Я же в саду яблок нарвал!

Он сел, порылся в валявшихся рядом вещах и достал пару красивых зелёных яблок. Протянул Тиму то, что было побольше:

— Угощайся!

— Спасибо. — Тим взял подарок, хотя был на сто процентов уверен: яблоки ещё не дозрели.

Чему немедленно получил подтверждение. Дрейк с аппетитным хрустом откусил от блестящего яблочного бока и скривился:

— Фу, кислятина!

— Этот сорт в сентябре поспевает, — пояснил Тим, не спеша повторять за другом. — Зимние.

— А-а-а, — разочарованно протянул Дрейк. — Ну, буду знать.

И с силой пульнул надкушенное яблоко за росший неподалёку куст ракитника.

— Ай! — тоненько вскрикнули за кустом, и на полянку шагнула незнакомая черноволосая девчонка в белой панамке и белом в крупный красный горох сарафанчике. На плече у неё была пляжная сумка из соломки, а тяжёлый взгляд, устремлённый на вскочивших Тима и Дрейка, не предвещал ничего хорошего.

— Вы чего кидаетесь? — зло спросила девчонка, и Дрейк, вместо того чтобы извиниться, в тон ей ответил:

— А ты чего подкрадываешься?

Незнакомка вскинула остренький подбородок.

— Я не подкрадываюсь! Я купаться пришла!

Дрейк открыл рот, наверняка собираясь ответить что-нибудь колкое, но Тим его опередил.

— И мы не кидаемся. Просто случайно вышло, извини, пожалуйста.

Девчонка недоверчиво фыркнула, однако Тим с той же миролюбивой интонацией продолжил:

— Здесь место хорошее: неглубоко и дно песчаное. Хочешь, располагайся.

— Не хочу! — отрезала девчонка. — Получше найду.

Пронзила Дрейка совершенно уничижительным взглядом и, горделиво развернувшись, исчезла за кустами. Только белая панамка мелькнула.

— Ну вот, — вздохнул Тим, которому было ужасно неловко. — Напрочь обиделась.

— Как говорит тётя Света: на обиженных воду возят, — буркнул Дрейк. — Пусть идёт, куда шла. Задавака.

Тим бросил на него укоризненный взгляд:

— Так это же мы в неё яблоком попали.

Дрейк засопел, однако после короткого раздумья нехотя признал:

— Ну, в общем-то, да. Я попал. Но ей тоже нечего было сразу наезжать!

Вместо ответа Тим пригладил волосы на затылке, поднялся с травы и произнёс:

— Попробую догнать. Нехорошо получилось.

Однако не успел и шага сделать, как на плечо ему легла ладонь друга.

— Лучше я, — сказал Дрейк и неловко добавил: — Мой косяк, мне и мириться.

Сунул ноги в растоптанные кроссовки, накинул на плечи рубашку и, сказав:

— Я быстро, — скрылся в том же направлении, что и девчонка.

А Тим медленно опустился на траву, подтянул колени к груди и приготовился ждать.

Впрочем, надолго ожидание не затянулось. Неслышный, как индеец, Дрейк вынырнул из-за кустов и признался вскочившему другу:

— Не хочет мириться. Упрямая как стадо баранов.

Тим тихонько вздохнул и уточнил:

— А она далеко ушла?

— Да нет, — отозвался Дрейк, скидывая обувь. — У следующей заводи место нашла. Там, на мой взгляд, похуже: камышей много, но вроде тоже песок… Ладно, идём купаться?

Тим кивнул, но тут же настрожился, прислушиваясь. Показалось, или?..

До слуха явственно долетели плеск и слабый крик:

— Спаси!..

Тим и Дрейк переглянулись и не сговариваясь бросились с полянки прочь.

-2-

Не чуя ног, они промчались по узенькой тропке до места, где она раздваивалась. Будь Тим один, наверняка проскочил бы мимо, однако Дрейк уверенно свернул на почти незаметную стёжку. Вместе с ней друзья нырнули в заросли лещины и выскочили на маленькую полянку. Трава здесь была по колено: видно, что редко кто сюда приходил. На вытоптанном пятачке у самой воды лежало светло-коричневое покрывало, край которого надёжно прижимали к земле уже знакомая пляжная сумка и аккуратно сложенное платье в горох. Самой же девчонки нигде не было — только у дальнего края камышей качалась на воде белая панамка.

Всё это Тим и Дрейк быстро охватили взглядом и немедля бросились в воду. Дрейк, плававший как человек-амфибия, сразу же нырнул в зеленоватую толщу. Тим, державшийся на воде гораздо хуже, погрёб по-собачьи к камышам, где уже взбаламутилось обычное течение реки. На поверхности показалась черноволосая голова Дрейка, он глотнул воздуха и вновь исчез. Вскоре тревожно колыхавшаяся вода забурлила, и к тому моменту, как Тим добрался до места, Дрейк снова всплыл. Однако теперь уже не один: он поддерживал за плечи жутковато синюшную девчонку, которая была без сознания.

— Страхуй! — отплёвываясь от воды, велел Дрейк и на спине поплыл к берегу.

Тим послушно забултыхался рядом, а когда ноги коснулись дна,помог другу вытащитьь ношу на берег.

— Помоги перевернуть! — распорядился Дрейк. — Надо, чтобы из лёгких вода вылилась!

Вдвоём они уложили девчонку животом Дрейку на колено, и тот решительно сунул ей два пальца в рот.

Эффект был незамедлительный. Девчонка издала характерное «Э», закашлялась, и из неё хлынула вода.

— Отлично! — Дрейк обрадовался, словно сам не до конца верил, что получится. — Ну-ка, ещё раз.

Новая порция воды была гораздо меньше, зато кашляющая девчонка кое-как задышала и даже открыла глаза.

— На бок, ложись на бок! — Дрейк с помощью Тима помог ей улечься. — Ты как?

— Плохо, — сипло выдохнула девчонка.

— Саднит внутри? — с сочувствием спросил Тим. — Давай помогу.

Не дожидаясь просьбы, Дрейк отодвинулся, и Тим положил ладони девчонке на спину и чуть пониже ключиц. Сосредоточился: он до сих пор не понимал, как делает то, что делает, но это срабатывало, если как следует пожелать помочь другому. Вот и теперь в центре ладоней будто возникли два тёплых, но колючих шарика. Тим держал их, пока девчонкино дыхание не стало чистым, а затем убрал руки и плюхнулся на траву. Ощущение было, что он раз десять переплыл речку, и Дрейк с беспокойством заглянул ему в лицо.

— Нормально?

— Вполне, — тускло улыбнулся в ответ Тим.

А девчонка медленно, словно ожидая подвоха, села и с подозрением посмотрела на них.

— Вы что сделали?

— Спасли тебя, — фыркнул Дрейк. — Могла бы и спасибо сказать, кстати.

На лице девчонки отразилась короткая борьба, и потому ответ прозвучал не без натянутости.

— Спасибо. Я уж думала…

Она обхватила руками плечи, будто ей вдруг стало зябко, и невнятно закончила:

— Я уж думала, она меня утянет.

— Она? — удивился Тим, а Дрейк почему-то промолчал.

Девчонка отвела взгляд.

— Меня… Мне показалось, что меня кто-то схватил. Там, у камышей. И потянул на дно.

— Кто-то? — переспросил Тим.

Она сердито вспыхнула, приняв это за сомнение, и выпалила.

— Я не вру! — Глаза её предательски заблестели. — Она была вся белая, только волосы зелёные! И вообще, вот!

Девчонка выставила вперёд ногу. Вокруг щиколотки и впрямь краснела свежая ссадина.

— Похоже на какую-нибудь подводную траву, — попытался успокоить Дрейк. — Или как если бы ты за корягу зацепилась.

— Какая трава? — возмутилась девчонка, вскакивая. — Какая коряга? Меня чуть не утопили, а вы!..

Она судорожно всхлипнула и зажала рот ладошкой, давя рыдание.

— Всё, всё, — сконфуженный Тим выставил ладони в миролюбивом жесте. — Проехали. Главное, мы тебя вытащили.

— Точно, — кивнул Дрейк. — И вообще, пойдём на нашу поляну. Там место проверенное, купаться не страшно.

— Никуда я не пойду! — отрезала девчонка. Голос её прервался, однако она совладала с ним и продолжила: — Точнее, пойду домой! Не собираюсь я больше купаться в вашей речке, так и знала, что нечего было сюда приезжать!

Тим успел заметить слезинки, побежавшие-таки по щекам девчонки. Но та уже стремительно развернулась, в два шага оказалась у своих вещей и принялась натягивать сарафан прямо на мокрый купальник.

— Слушай, да не суетись ты, — неловко попытался успокоить Дрейк. — Мы уходим, переоденься нормально. Никто за тобой из воды не вылезет.

Кое-как надевшая сарафан девчонка обожгла его заплаканным, но злым взглядом. Сунула ноги в босоножки, подхватила сумку и покрывало и почти промаршировала к тропке мимо Тима и Дрейка. Исчезла за кустами, и друзья переглянулись.

— Вот так и делай добрые дела, — философски заметил Дрейк.

— Она просто сильно испугалась, — возразил Тим. — И её можно понять.

Они дружно посмотрели на заводь — вполне мирную и совершенно обычную.

— Знаешь… — Дрейк отчего-то понизил голос. — А ведь я тоже видел. Что-то.

— Под водой? — встрепенулся Тим, и друг кивнул.

Они немного помолчали, а затем Тим неуклюже поднялся с травы.

— Пойдём и мы в деревню?

— Ага. — Дрейк пружинисто последовал его примеру и бросил взгляд на заводь. — Накупались на сегодня.

Они забрали вещи, дожидавшиеся их на берегу соседней заводи, и зашагали прочь от реки.

-3-

Они прошли знакомой дорогой по краю леса и на развилке свернули на обширный луг. Солнце уже давно перевалило через полдень, но лучи его по-прежнему обжигали. И лишь прохладный ветерок спасал от жары, а заодно напоминал: осень близко.

Тиму не хотелось думать об этом. Ведь осень означала, что Дрейк вернётся в город, и до следующих летних каникул они не увидятся. Сам Тим ходил в школу в соседней деревне, и хотя одноклассники относились к нему ровно, приятелями там не обзавёлся.

Если подумать, Дрейк стал его первым настоящим другом, и расставаться так надолго было ужасно грустно.

— Смотри, вон задавака идёт!

Тим отвлёкся от невесёлых мыслей, и вгляделся в деревенские домики, встававшие впереди неровной грядой. Почти рядом с ними на серой ленте дороги и впрямь виднелась темноволосая фигурка в белом сарафане — девчонкина панамка благополучно осталась в реке.

— Точно! — откликнулся Тим. — Интересно, к кому она приехала? В прошлые годы я её вроде бы не видел.

— Выясним? — немедленно загорелся Дрейк. — Давай, ходу! Успеем нагнать.

Насчёт последнего Тим сомневался: всё-таки слишком далеко они были от девчонки. Тем не менее шаг прибавил, и когда фигурка исчезла между домов, им оставалось немного до ближайшей околицы.

— Быстрей, быстрей! — Дрейка переполнял азарт.

Они бегом преодолели оставшееся расстояние и успели заметить, как белый сарафанчик скрылся в калитке большого дома с мансардой на левой стороне улицы.

— Ого! — удивился Тим. — Я и не знал, что после смерти тёти Лары там кто-то живёт.

— Родственники, наверное, — предположил Дрейк. — Приехали сюда, как на дачу. А эта тётя Лара давно умерла?

— В прошлом году, — ответил Тим. И признался: — Она хорошая была, меня часто угощала то сливами, то абрикосами. И с тётушкой они общались. Только вот родни к ней никогда не приезжало.

— Интересно, — рассеянно протянул Дрейк, внимательно осматривавший пустынную на первый взгляд улицу. — Ага!

— Что «ага»? — не понял Тим, однако друг уже цапнул его за руку и потащил за собой маленьким буксиром.

Впрочем, скоро стало понятно: целью Дрейка были двое детсадовцев, возившихся в палисаднике наискось от дома девчонки.

— Привет! — Дрейк уверенно заглянул за ограду. — Меня Андрей зовут. Вы фигурки из нашего магазина собираете?

Малыши — девочка в зелёном с ромашками платьице и мальчик в синих шортах и чёрной футболке с динозавром — переглянулись.

— Ну собираем, — не очень дружелюбно буркнул мальчик. — А что?

— А вот что.

И Дрейк вытащил из кармана два нераспечатанных пакетика, которые выдавали на кассе деревенско го магазина за покупку на определённую сумму. Тётушка их никогда не брала, говоря, что Тим уже большой для таких глупостей. А вот мама Дрейка, похоже, так не считала.

— И ты их нам подаришь? — уточнил мальчик.

— Скажете, что за девчонка живёт вон в том доме, — Дрейк махнул рукой, — подарю.

Мальчик замялся — видимо, не знал. Зато девочка выпалила:

— Ой, да это Олька! Её позавчера привезли и здесь оставили.

Тим и Дрейк одинаково округлили глаза.

— Одну, что ли?

— Ну, не одну, — поправилась девочка. — Попросили тётю Галу из тринадцатого за ней присматривать и ночевать вместе. У Ольки просто маму куда-то срочно вызвали, вот.

— А ты откуда знаешь? — Мальчик смотрел на сестру с не меньшим удивлением, чем друзья.

Девочка наградила его полным превосходства взглядом.

— Так тётя Гала же приходила сегодня к маме поговорить. — И с затаённой мстительностью прибавила: — Когда ты сбежал побыстрее, потому что боялся, что она станет на тебя жаловаться.

— Ничего я не боялся! — немедленно надулся мальчик, и Дрейк примирительно сказал:

— Не боялся, и молодец. Держите.

Он отдал каждому из малышей по пакетику, и девочка немедленно разорвала свой. Вытряхнула на ладошку пластикового, ярко-розового котёнка, восхитилась:

— Круто! У меня такого нет! — и затеребила брата: — А у тебя что? Покажи!

Однако тот смотреть не спешил, вместо этого запоздало уточнил у Тима и Дрейка:

— А вам зачем про эту Ольку знать?

— Подружиться хотим, — не моргнув глазом ответил Дрейк.

— Ну и зря! — немедленно встряла девочка. — Она жуть до чего противная!

— Почему? — Тим впервые за весь разговор подал реплику.

— Я ей предлагала в куклы поиграть. — Девочка произнесла это таким тоном, будто удостоила соседку невозможной милости. — А она отказалась. Сказала, что куклы — это для малышей.

По большому счёту так и было, однако Тим дипломатично придержал это замечание, отделавшись неопределённым «Понятно».

— Понятно, — следом за ним повторил Дрейк. — Спасибо за предупреждение. Будут ещё монетки, принесу вам.

И распрощавшись с обрадованными малышами, они зашагали дальше по улице.

— Что и требовалось доказать, — заметил Дрейк, пройдя пару домов. — Задавака и есть задавака.

— Или просто сильно стесняется, — выдвинул версию Тим. — У нас во дворе, ну, когда я ещё в городе жил с папой и мамой, была такая девочка. Очень гордая, ни с кем не дружила. А потом я как-то увидел, как она плачет за беседкой. Мы поговорили, и она призналась, что просто не знает, как можно подружиться.

— Ерунда какая-то! — пожал плечами Дрейк. — Ладно дружить по-настоящему, но просто общаться вообще ничего сложного!

— Это тебе, — с улыбкой заметил Тим. — А ей было сложно.

Друг помолчал, обдумывая такой вариант, и уточнил:

— Но после этого вы с ней подружились?

— Немного. — Тиму было неприятно вспоминать, однако промолчать он не мог. — Очень скоро после этого случилась авария… Ну, и я стал жить с тётушкой и дядюшкой.

— Извини. — Дрейк выглядел по-настоящему смущённым. — Не хотел напоминать.

— Ты же не знал, — великодушно отозвался Тим.

Дрейк кивнул, ещё помолчал и решительно постановил:

— Ладно, проехали. И Ольку тоже, пока снова на пути не попалась. Давай лучше обсудим, что нам нужно для рыбалки…

-4-

Как и надеялся Тим, вдвоём с Дрейком тётушку особенно упрашивать не пришлось.

— Далеко рыбачить-то пойдёте? — ворчливо поинтересовалась она, согласившись отпустить растяпу-племянника.

— Да нет, — отозвался Дрейк. — Но точно пока не решили.

Тётушка слегка нахмурилась.

— Лучше поближе место выбирайте: нечего вам ночью в лесу делать. Вон, на лугу, куда Михалыч коров гоняет, например.

«Если не считать лепёшек на берегу и того, что эти коровы всю рыбу давным-давно распугали»

— Спасибо. — Если у Дрейка и мелькнула такая же мысль, ответил он обтекаемо: — Мы подумаем.

— Подумают они! — фыркнула тётушка. Но после, к счастью, перешла к делам практичным: — Удочки-то у вас есть, рыбаки?

И так посмотрела на Тима, что тот сразу же признался:

— Нет.

— Но мы ищем! — немедленно добавил Дрейк.

Тётушка снова фыркнула и с видом императрицы, одаривающей нерадивых подданных, разрешила:

— Можете взять снасти и палатку Георгия — в сарае на верхней полке лежат. Только смотрите! — она погрозила пальцем. — Чтобы всё в целости вернули!

— Спасибо большое, тётушка! — просиял Тим, а Дрейк клятвенно пообещал:

— Вернём в полной сохранности!

Тётушка наградила их скептическим взглядом и уточнила:

— Когда идёте хоть? Не сегодня, надеюсь?

Друзья переглянулись, и Дрейк осторожно сказал:

— Собирались сегодня.

Тётушка задумчиво пожевала губами, однако махнула рукой:

— Ладно, до вечера соберу вам перекус. — И сурово посмотрела на Дрейка: — Ты мать-то предупредил?

— Сейчас предупрежу, — заверил тот. Они с Тимом разумно решили начать с самого сложного: с тётушки, потому что мама Дрейка почти никогда и ничего сыну не запрещала.

— Вот иди и предупреди. — Тётушка наставила на него указательный палец. — А то буду я стараться, а вас и не пустят никуда.

— Уже побежали! — Дрейк схватил Тима за руку. — Спасибо вам, Алевтина Ильинична!

И они рванули к калитке, выскочили на улицу и понеслись к дому Дрейка.

Как ни странно, уговорить маму Дрейка оказалось гораздо сложнее.

— Вы ещё маленькие для такого, — решительно сказала она. — И не делайте такие обиженные лица. Без взрослых не разрешаю.

В итоге убедить её смогло лишь то, что тётушка Тима их не просто отпустила, но и дала попользоваться удочками и палаткой.

— Только недалеко. — Уступив в главном, мама Дрейка выставила встречные условия. — Никакого леса, рыбачьте на лугу. Слышите? И телефон возьми обязательно, пускай даже связь тут через раз ловит.

— Хорошо, ма, — неохотно согласился Дрейк. — Будем на лугу. Если место найдём.

— Уж будьте любезны найти. — В голосе мамы звякнул металл. — Вы когда на рыбалку собрались?

Тим и Дрейк обменялись взглядами: не переиграть ли? Да нет, поздно. И Дрейк ответил:

— Сегодня.

Мама поджала губы, однако после паузы сказала:

— Хорошо. Соберу вам еды и спрошу у Светы: вроде бы у них были спальные мешки.

— Спасибо, ма! — Благодарный Дрейк крепко её обнял, и мама ласково взъерошила вихры у него на макушке.

— Пожалуйста. Только будьте осторожны, хорошо? У меня что-то сердце не на месте.

— Конечно, будем, — заверил Дрейк и повернулся к Тиму: — Идём собираться!

Тим кивнул, и они вприпрыжку понеслись обратно к его дому: сказать тётушке, что их отпустили, и посмотреть, какие снасти им достались от дядюшки.

— Классно всё-таки получилось! — говорил по пути Дрейк, возбуждённо жестикулируя. — Теперь только червяков накопать и с местом определиться осталось.

— Червяков у нас в компосте набрать можно, — откликнулся Тим, тоже довольный предстоящим приключением. — А насчёт места: чуть подальше от излучины, где коров поят, есть неплохая заводь. Правда, лес там совсем близко, но мы на лугу останемся. А значит, слова не нарушим.

— Вот и здорово! — Дрейк широко взмахнул руками. — Надо ведёрко побольше взять — рыбы наловим!.. На закате отлично клевать должна, да и ночью тоже.

Тут Тим заметил на противоположной стороне улицы Олю: девчонка стояла в тени раскидистого тополя и внимательно на них смотрела. Однако, встретившись с Тимом глазами, немедленно отвернулась и гордо зашагала прочь.

— Смотри. — Тим легонько толкнул друга в бок.

— Что? — оглянулся тот. — А-а, задавака! Ну и пусть себе топает.

Тим с сомнением кивнул: отчего-то ему казалось, что девчонка слышала их с Дрейком восторженную болтовню.

Впрочем, какое это имело значение?

-5-

Ношу они разделили поровну. Дрейк нёс рюкзак с дядюшкиной брезентовой палаткой и (как особую ценность) жестяную баночку с червяками; Тим — спальные мешки, провизию и ведёрко. Удочку каждый нёс сам, как и тёплую одежду, чтобы переодеться вечером. Ведь несмотря на дневную жару, ночи были по-осеннему прохладные, особенно у реки.

— Спички не забыли? — ворчливо напомнила тётушка, провожая их. — Фонарики?

— Всё взяли, — заверил Дрейк.

Тётушка покивала, сказала:

— Ну, ступайте, — и закрыла за ними калитку.

А Тим и Дрейк бок о бок зашагали вниз по улице: нагруженные рюкзаками, как настоящие туристы, и оттого гордые собственной взрослостью.

— Эй! Вы куда?

Их окликнули у самой окраины деревни. Дрейк сделал вид, что не расслышал, однако Тим остановился и, повернувшись к догнавшей их Оле, доброжелательно ответил:

— На рыбалку.

Девчонка свела тёмные брови

— Так поздно?

— На вечернюю зорьку. — Поскольку Дрейк расспросы по-прежнему игнорировал, говорить снова пришлось Тиму.

Оля сделала жест, словно хотела обхватить себя за плечи, однако сдержалась. И вновь спросила:

— И ночевать у реки будете?

— Ну да. — И Тим наконец задал встречный вопрос: — А что?

Девчонка прикусила губу. Помялась и ровно уточнила:

— Не боитесь? Её.

— Русалку? — смело назвал нечисть Дрейк. — Нет. Мы ведь не трусы, правда, Тим?

Тим кивнул, пусть и недостаточно быстро. Однако Оля явно переживала, и он решил её успокоить:

— Мы в лес не пойдём. На лугу будем.

Девчонка с сомнением наклонила голову:

— Ну ладно.

Дрейк не сдержал фырканье: ишь, разрешила!

А затем сказал:

— Идём, Тим. Рыба сама себя не наловит.

И, повернувшись к Оле спиной, уверенно двинулся дальше.

— Мы пойдём. — Тиму было неловко за друга, пускай он и понимал, отчего тот так себя ведёт. — Пока.

И он бодро припустил следом за Дрейком, так и не услышав от девчонки ответного прощания, но затылком чувствуя её взгляд.

***

Заводь, о которой вспомнил Тим, и в самом деле отлично подходила для рыбалки. Да, камыши по её сторонам росли густо, а дно было илистым, но они ведь не купаться собирались. Зато круги по воде так и расходились во все стороны, явственно говоря: рыбы здесь много.

— Отлично! — Дрейк довольно потёр ладони. — Сейчас быстренько поставим палатку и начнем.

Тим не был уверен насчёт «быстренько»: лично он палатки никогда не ставил. Тем не менее послушно сгрузил поклажу в тень и принялся помогать Дрейку.

Провозились они порядком: брезент был тяжёлым, сразу разобраться, куда какой колышек втыкать и к чему какую стропу привязывать тоже не получалось, даже у Дрейка. Зато когда палатка выросла на полянке коричневыми «хоромами», оба друга смотрели на неё с неподдельной гордостью за себя.

— Оставим открытой. — Дрейк подвязал завязку входного клапана. — Пусть проветривается — вон сколько пролежала. А теперь закидываем удочки и можно немного перекусить. Я что-то зверски проголодался.

— И я, — подхватил Тим. — Только, может, сначала дров для костра принесём?

Дрейк глянул на солнце, вот-вот готовое спрятаться за лесом, и согласился:

— Да, нелишне. Айда веток наберём, только вещи тогда надо внутрь спрятать.

Они убрали лишнее в палатку и весело поскакали в сторону лесной опушки. Набрать бурелома не составило труда: это раньше, как рассказывала тётушка, в лесу обломанной веточки найти нельзя было — всё забирали для печей. А как провели газ, так и отпала нужда ходить за хворостом. Так что вскоре друзья уже притащили к месту стоянки две охапки сушняка, после чего сделали ещё один рейд, уже за брёвнышками для сидения.

— Прям как у нас в летнем лагере, — с удовлетворением прокомментировал Дрейк, складывая на месте будущего кострища пирамидку из веток.

— Ты был в лагере? — удивился Тим, выбиравший палки, которые можно было использовать в качестве подставок под удочки.

— Ага, в этом году, — отозвался Дрейк. — Месяц в лагере, пока мама до отпуска дорабатывала, а потом мы сюда приехали.

— И вас там учили, как в походы ходить?

— Да, показывали, — Дрейк закончил с ветками и поднялся на ноги. Задумчиво посмотрел на реку: — Кстати, если бы не лагерь, мы б задаваку не откачали. Это меня там научили, что делать, если человек тонет.

— Теперь понятно, — протянул Тим. — А я-то думал, откуда ты знаешь всё. И про первую помощь, и про палатку.

Дрейк выпятил грудь:

— Ну да, старался запоминать. Это ведь полезно: вон как пригодилось.

Они наконец-то размотали удочки, наживили червяков и закинули в воду. У Тима в первый раз вышло неудачно: леска запуталась в камышах. Однако Дрейк подвернул шорты и смело полез в реку. Ловко отцепил крючок и пока оттирался и отмывался от ила и тины, Тим благополучно закинул удочку снова.

Затем пришло время перекуса тётушкиными пирожками. Друзья наелись от души, а в сумке ещё осталось: тётушка и мама Дрейка не поскупились на провизию.

И наконец настала пора блаженного ничегонеделания. Тим сидел на берегу, бездумно наблюдая за поплавком, Дрейк валялся рядом, грызя травинку. Несмотря на признаки рыбного места, клевало вяло, однако друзья не особенно расстраивались. Иногда перекидывались фразами, но больше молчали, слушая луг и реку, и близкий лес, за которым уже скрылось солнце. Небо над деревней наливалось ночной синевой; холодало. Сидеть и лежать на земле становилось зябко, и друзья переоделись в джинсы и ветровки. Запалили костёр, обсудили, стоит ли пытаться пожарить четырех пойманных пескариков, и решили: ну его. Вместо этого подвесили над огнём походный чайник, который вместе со спальниками дала им мама Дрейка, и снова воздали должное пирожкам и бутербродам.

Загорались первые звёзды; от огня шло приятное тепло. Колокольчики на удочках молчали, и Дрейк предположил:

— Может, прикормить надо?

Взял кусок хлеба и принялся щедро крошить его в похожую на ртуть воду. Увы, толку от этого было немного, и Тим заметил:

— Наверное, вся рыба уже спит. Утром попробуем кого-нибудь поймать.

— Нет, — заупрямился Дрейк. — Я допоздна ловить буду: вдруг повезёт?

И Тим, хоть и уверенный в бесполезности занятия, не стал спорить. Ему ведь и самому хотелось подольше посидеть у реки и костра под августовским звёздным небом.

-6-

Тима хватило примерно до полуночи. А потом глаза стали закрываться сами собой, тихий плеск реки и шуршание камыша убаюкивали, а ночной холод, пробиравшийся под одежду, несмотря на тепло живого огня побуждал скорее забраться в спальный мешок.

— Ты иди ложись, — сказал Дрейк, когда Тим в очередной раз не сумел подавить зевок.

— А ты? — Бросать друга не хотелось.

— Я потом. Видишь же: вроде клёв пошёл.

Последнее можно было принять с натяжкой: одна сонная плотва вряд ли могла считаться «клёвом». Однако Тим кивнул, пожелал Дрейку удачи и забрался в палатку, оставив кроссовки в маленьком тамбуре.

Здесь стояла непроглядная темень, но Тим зажёг фонарик. Стянул куртку и, вспомнив совет друга, сложил её вместо подушки под голову. Потом залез в спальный мешок, застегнул молнию и, устроившись поудобнее, погасил свет.

Тьма окутала его вторым спальником: густая, до сих пор пахнувшая брезентом, полная доносившихся снаружи непонятных шорохов. Тиму стало жутковато, показалось, будто пространство палатки резко уменьшилось, и он даже включил фонарик, чтобы убедиться в обратном. Потом немного подумал и оставил его гореть: всё равно Дрейк скоро придёт. А сам Тим отвернулся от электрического огонька, закрыл глаза и очень быстро задремал, не проваливаясь, впрочем, в сон глубоко.

Наверное, потому и почувствовал неладное.

Это походило на гудение линии электропередачи, только на самом краю слышимости. Звук то нарастал, то стихал — волнами, и от этого начинало укачивать.

«Что за ерунда? — Тим ворочался с боку на бок, то затыкая уши, то убирая ладони. — И ведь не помогает ничего. Пойти, что ли, к Дрейку? Узнать, слышит ли он эту штуку?»

Тим выпутался из мешка, натянул куртку (в палатке было далеко не жарко) и выбрался наружу.

В первые мгновения его захватил открывшийся вид: яркая полоса Млечного пути через всё небо; речная гладь, слабо светящаяся отражённым звёздным светом; чёрные, словно вырезанные из бумаги, силуэты камышей.

А затем он вдруг понял две вещи. Первое: что костёр давно погас — даже угольки не светились. И второе: что на берегу не было Дрейка.

«Может, за дровами пошёл?» — попытался успокоить себя Тим. Сделал несколько шагов вперёд, и тут гудение, о котором он почти забыл, буквально ввинтилось в уши. Вскрикнув, Тим дёрнулся, чтобы закрыться ладонями, но тут же бессильно уронил вдруг переставшие слушаться руки.

Ноги тоже ему больше не повиновались — точнее, стали действовать сами по себе. С нарастающим ужасом Тим понял, что сделал шаг, затем ещё один и ещё. Шаги, которых он делать не собирался!

«Да что же это такое?!»

Тим сопротивлялся изо всех сил, только было ощущение, будто он заперт внутри человекоподобного робота, чьё металлическое тело движется совершенно без участия «пилота».

А гудение становилось всё громче, отупляя, подавляя волю. Тим словно барахтался в заросшем ряской омуте, где за ноги цепляются ленты густых водорослей. Он чувствовал, что слабеет с каждой секундой, однако не сдавался. Не столько из-за надежды взять верх, сколько из порождённого отчаянием упрямства. И мог бы поклясться, что гудение это злило. Тиму слышалось в нём нарастающее раздражение, и хотя ноги по-прежнему шли по берегу реки непонятно куда, шаги получались заторможенными.

— Стой!

Сердце Тима едва не выпрыгнуло из груди. Если бы тело слушалось, он немедленно обернулся бы на крик, а так смог лишь мысленно заорать: «Дрейк! На помощь!»

И только потом понял, что голос был не друга, а девчонки.

-7-

— Да стой ты! Ты слышишь, вообще?!

По сторонам заметался луч фонарика, за спиной раздался приближающийся топот. Шумное дыхание; за руку схватили цепкие пальцы. Боковым зрением Тим рассмотрел Олю, но его тело не только не замедлило шага, а даже головы не повернуло. Продолжило идти вперёд, таща девчонку на буксире.

— Ах так даже? Ну, тогда получи!

И Оля, заскочив вперёд, с силой хлестнула Тима по лицу пучком какого-то растения.

Щёку словно огнём обожгло, в нос ударил сильный полынный запах, однако средство подействовало. Неведомая сила отпустила Тима, и он, запнувшись о кочку, грохнулся на землю.

— Ты живой? В себе?

Девчонка быстро присела рядом, светя фонариком и держа наготове полынный «веник».

— Живой, — отозвался Тим, заторможено садясь. Язык плохо слушался, как после анестезии у стоматолога, однако он добавил: — Теперь в себе. Спасибо.

Оля дёрнула плечом, отмахиваясь от благодарности, и продолжила расспросы:

— А этот, друг твой, где?

— Не знаю. — Напоминание о Дрейке сжало сердце холодной лапой. — Наверное, тоже услышал… гудение.

Оля закусила губу.

— Выходит, его она поймала.

Это прозвучало с такой безнадёжностью, что Тим сжал кулаки и веско произнёс:

— Надо его найти.

— Думаешь, успеем? — с сомнением уточнила Оля и осеклась под тяжёлым взглядом Тима. Вздохнула: — Ладно, давай искать. Только как?

Вместо ответа Тим поднялся с земли, порылся в карманах и, поняв, что выронил фонарик в лагере, попросил:

— Оль, дай фонарик, пожалуйста.

— Ольга, — немедленно поправила его девчонка. — Никаких «Оль», ясно? И вообще, откуда ты знаешь, как меня зовут?

— Соседи твои рассказали, — не стал скрывать Тим.

Оля… Ольга недобро сузила глаза.

— Вы что же, расспрашивали обо мне? Шпионили?

Похоже, она ни на минуту не сомневалась, что Дрейк тоже в курсе всего.

— Просто заговорили случайно, — покривил душой Тим. — Кстати, я Тим.

— Знаю, — буркнула девчонка и, всё ещё полная недоверия, отдала ему фонарик. Электрический луч добавил свой свет к тусклому свету звёзд.

Впрочем, Тим и без этого знал — чувствовал — главное.

Лес был совсем рядом.

— Туда, — уверенно произнёс он, и в ту же секунду снова зазвучало гудение. Пока очень тихое — будто разыскивало жертву.

— Оль, полынь! — выдохнул Тим, и понятливая девчонка, вмиг отбросив обиду, сунула ему под нос пряно пахнувшую траву.

Гудение ушло на край слышимости, но Тим знал: оно здесь, и стоит оказаться без полынной защиты…

Идея вспыхнула, словно лампочка. Очень простая, но заставляющая втянуть живот, будто он заглядывал за край пропасти. И всё же Тим заговорил.

— Оль… Ольга, слушай. Раз у нас есть средство от… этой, можно попробовать такую штуку. Пусть она снова поймает меня и уведёт к себе, а ты пойдёшь следом — как можно незаметнее. А когда найдём Дрейка, ты снова надаёшь нам полынью по щекам, и мы сбежим. Что думаешь?

— Очень опасно, — после недолгого молчания ответила Ольга. Она смотрела на Тима, словно впервые видела. — Тебе не страшно?

От воспоминания, как он был заперт в собственном теле, спина неприятно взмокла, и Тим честно признался:

— Страшно. Но это самый быстрый и верный способ. Называется: ловля на живца.

Оля снова покусала губу и наконец решилась.

— Ладно. Отдавай фонарик. И что, мне с полынью отойти?

— Да, шагов на пять, — подтвердил Тим, возвращая фонарь и стебель полыни. — Я не буду сопротивляться, поэтому, наверное, пойду быстрее. Постарайся меня не потерять, хорошо?

Ольга твёрдо кивнула и попятилась, не сводя с него глаз. С каждым её шагом гудение становилось всё громче, всё довольнее. Вот оно взорвалось в голове шумовой гранатой, и ноги, выйдя из-под контроля, понесли Тима к лесу.

Однако теперь он не противился, а старался запоминать дорогу, всей душой надеясь, что Ольга идёт следом и что чудесная сила обычной луговой травы сможет всех спасти.

-8-

Как и думал Тим, неведомая сила привела его в лес, и вот тут запоминать дорогу стало вообще невозможно. Если путь по лугу подсвечивали звёзды (Ольга, стараясь не выдавать себя, больше не светила фонариком по сторонам), то здесь, под плотным куполом ветвей, было вообще не видно ни зги. Тим понятия не имел, каким чудом ещё ни разу не запнулся или не получил веткой в лицо: похоже, та, кто его вела, каким-то образом следила за этим.

А вообще, в лесу было откровенно жутко, и Тим стал всерьёз переживать не только за Дрейка, но и за Ольгу. Вдруг отстанет, заблудится? И сгинут они втроём: как пишут в сказках, «косточек не сыщешь».

Над головой ухнула сова — владей Тим телом, подскочил бы на месте. Боковым зрением получилось заметить зеленоватые огоньки — уж не глаза ли какого-нибудь хищника?

«Только бы на Ольгу не напал! — тревожился Тим. — Я-то вроде как под защитой, а вот она… Эх, скорее бы до места добрались! Что же там с Дрейком? Только бы она ему ничего не сделала!»

Наконец в воздухе запахло водой, под распахнутую куртку пробралась стылость. До слуха донёсся плеск — как рыба хвостом стукнула.

«Ну, приготовился!» — Тим собрался с духом, ведь тело ему пока не принадлежало.

И вот деревья и заросли кустарников расступились, выпустив его на маленькую полянку в излучине реки. Речная гладь была густо-чёрной, как разлитая смола; лес на другом берегу высился сплошным частоколом. Но если бы Тим владел голосом, вскрикнул бы от радости, потому что увидел друга, ради которого они с Ольгой так рисковали.

Дрейк стоял по пояс в воде, неподвижный, словно манекен или статуя. Тима тоже повело к реке, однако это обстоятельство беспокоило его в последнюю очередь. Теперь ему надо было увидеть её — источник той силы, которая заманила их с другом на верную смерть или даже что похуже. И, в конце концов, у Тима получилось.

Она стояла под ветвями плакучей ивы: высокая, тонкая и вся белая, как будто светящаяся. Тим сумел разглядеть какую-то хламиду до колен и распущенные волосы ниже пояса. А потом он сделал ещё шаг, и она оказалась вне поля зрения — тело по-прежнему не слушалось и повернуть голову не получалось.

Река была совсем рядом. Под кроссовками заскрипел песок, затем в них захлюпала вода — Тима вели прямиком к Дрейку.

«Где же Ольга?!»

Паника растекалась из желудка противной дурнотой, скручивала внутренности в узел, заставляла сердце трепыхаться рыбёшкой на крючке.

«Ольга! Дрейк!»

Тим орал (жаль, что мысленно) и сопротивлялся как мог. Ему опять удалось замедлить шаги, и это не осталось незамеченным.

— Глупышка. — Голос журчал весенним ручейком прямо в голове. — Никогда, ни одному мужчине не справиться со мной. Даже с даром, как у тебя.

Однако Тим забился в путах чужой воли с ещё большей силой.

— Не бойся, звёздочка. У меня в реке гораздо приятнее, чем на болоте. Будешь мне светить на зависть соседям. И другу твоему место найдётся…

Тим был в воде уже до середины бёдер.

«Ольга!»

— А-а-а-а!

Ночную тишину разорвал отчаянный и воинственный крик, и почти сразу раздался противный, переходящий в ультразвук визг. Тим машинально прижал ладони к ушам и осознал: тело вновь его слушается!

— А? — Дрейк тоже повернулся на шум, моргая, словно разбуженная сова. — Что за…

— Бежим!

Тим в два шага оказался рядом с ним, схватил за руку и потащил из реки.

— Куда? — Ничего не понимающий Дрейк послушно перебирал ногами.

— От неё!

— А?

Они выскочили на берег под гневный женский вопль: «Ах ты мерзавка!» Дружно обернулись и увидели бегущую к ним Ольгу с охапкой полыни в руках.

А затем по ушам ударило проклятое гудение, и друзей потянуло обратно в реку.

— Стоять!

Удар полынью по лицу сработал, как и в прошлый раз.

— Вот! — Ольга сунула каждому из друзей по несколько серебристых стеблей, и резкий запах окончательно развеял дурман. — Бежим скорее!

— Не-ет! Не уйдёте! — завыло им вслед.

Однако они уже не слушали, зайцами припустив с полянки в лесную чащу. На самом краю Тим обернулся — и рванул вперёд с утроенной скоростью. Перед глазами у него стояла картинка: несущееся к ним белое создание с развевающимися волосами и горящими, подобно зелёным фонарям, глазищами на бесцветном лице.

«Только бы не догнала!»

-9-

Не догнала. То ли полынный дух помешал, то ли она не могла уходить далеко от реки, но когда ломившиеся через лес беглецы выскочили на какую-то полянку и решились притормозить, погони уже не было.

— Оторвались? — Дрейк не до конца верил в удачу. — Ну-ка, дай фонарик.

Последняя фраза была обращена к Ольге, которая весь забег подсвечивала дорогу скачущим электрическим лучом.

Девчонка поджала губы: ей приказной тон не понравился. Однако (и Тим это оценил) не стала ругаться, а молча протянула фонарь. Дрейк осмотрелся: деревья, кусты и ни намёка на просвет или тропинку. Даже не разобрать толком, откуда они прибежали.

— Хм. — Дрейк задрал голову к осколку звёздного неба в вышине. — Вот зараза.

— Какая? — немедленно спросил Тим.

— Где Полярная непонятно, — честно признался друг. — Вроде вон она, а может, и нет.

— Толку нам от неё! — фыркнула Ольга, и Дрейк наградил её умудрённым взглядом бывалого следопыта.

— Толк есть, если знать, в какой стороне света деревня.

— И в какой же? — насмешливо осведомилась девчонка.

Он собрался ответить (наверняка в тон), однако Тим благоразумно вклинился в разговор, гася возможный спор.

— На востоке. Солнце садилось за лесом, то есть на западе, а деревня как раз напротив. Значит, чтобы выбраться, нам надо идти на восток.

— То есть туда, — Дрейк махнул рукой слишком уверенно, как показалось Тиму. — Идёмте.

— Сначала фонарик отдай, — раздражённо ответила Ольга. Как и многие, она не любила чувствовать себя глупой.

— Отдам, когда выберемся, — пообещал Дрейк. — А пока у меня побудет, как у начальника отряда.

— Начальник, ха! — фыркнула девчонка. — Да ты чуть рыбам на корм не отправился! Отдавай фонарь!

Тим собрался снова вмешаться и напомнить, что они в одной лодке и потому ссоры сейчас — последнее дело. Но его опередил фонарик раздора: он вдруг замигал, а затем вообще погас.

Ребята остались в темноте, едва-едва освещённой звёздами, и невольно подались друг к другу.

— Сломал! — В голосе Ольги вместе с обвинительными слышались панические ноты. — Ты его сломал!

— Просто батарейки сели, — немедленно возразил Дрейк. — Сейчас достану их, постучу… Блин!

— Упала? — по звуку догадался Тим.

— Угу. — Страшно недовольный Дрейк уже присел и шарил рукой в траве.

— Говорила же: отдай! — Ольга тоже опустилась на корточки и тоже принялась искать.

— Всё равно: если сели, надолго бы их не хватило, хоть обстучись, — заметил Тим, присоединяясь к ним. — Дрейк, может, у тебя фонарик есть?

— Точно! — Друг вскочил и принялся рыться в карманах. — Ага, вот!

Он торжествующе вытащил фонарик из бокового кармана штанов, щёлкнул кнопкой и…

И ничего. Не включился.

— Как так? — Дрейк для верности его потряс, а Ольга уверенно сказала:

— Промок, пока ты в реке торчал.

— Похоже. — Друг разочарованно взъерошил волосы на затылке. — Ну-ка, а мобильник?

Но и навязанный Дрейковой мамой телефон не смог порадовать ничем, кроме тёмного экрана.

Техника в принципе не любит, когда её в реке купают.

— Засада, — вздохнул Дрейк и с надеждой спросил: — Тим, а твой?..

— В лагере выронил, — вздохнул Тим. — Когда она меня позвала.

Все трое переглянулись и, не сговариваясь, дружно посмотрели на непроглядную темень в той стороне, куда, предположительно, надо было идти.

— Заблудимся, — тихо сказала Ольга и зябко обняла себя за плечи.

— Надо дождаться утра, — подхватил Тим. — Тем более недолго осталось.

А Дрейк немного помолчал, хмурясь, и наконец кивнул:

— Да. Ждём рассвета.

Ещё раз осмотрел карманы и вздохнул:

— И спичек нет.

— Ничего, — с фальшивым оптимизмом отозвался Тим, — сейчас лето. Не замёрзнем.

— Ещё как замёрзнете! — незамедлительно возразила Ольга «родительским» тоном. — У вас же обувь и одежда насквозь мокрые!

— И что ты предлагаешь? — сердито поинтересовался Дрейк.

По мнению Тима, ответить на это по существу было нечего, однако девчонка нашлась.

— Бегать, — твёрдо сказала она. — Кругами по полянке. Или просто руками-ногами махать, чтобы тепло было.

Друзья обменялись взглядами: в принципе, разумно. Только…

— Только сначала вещи отжать нужно, — внёс поправку Дрейк. — Так что отворачивайся давай.

Ольга послушалась, не сдержав, впрочем, очередное фырканье, и друзья принялись стягивать и отжимать мокрые штаны и обувь.

***

— Слушайте, а что случилось вообще? — Разговаривать на бегу было не очень удобно, однако Дрейка это не останавливало. — Это же та самая, что Ольку утянуть пыталась?

— Ольгу, — зло поправила девчонка. — Никаких «Олек», ясно, Андрей?

Бежавший рядом с другом Тим поспешил вмешаться.

— Да, та самая, которая днём была. А ты что последнее помнишь?

Дрейк задумался.

— Клюнуло у меня, — наконец сказал он. — Я стал подсекать, и вдруг как по голове треснули. Провал. А потом уже в реке очнулся, когда Тим меня за руку из воды тащил.

— Значит, ты гудения не слышал? — удивился Тим. — Оно постепенно так нарастало.

— Не слышал, — ответил друг. — Просто бах! И я уже непонятно где.

— Ясно, — протянул Тим озадаченно, и Дрейк, понимая его, напомнил:

— Я ведь обычный, а ты нет. Наверное, поэтому такая разница.

Тим кивнул и невольно бросил короткий взгляд на Ольгу, державшуюся чуть в стороне и позади них. Как-то она отреагирует на слова об обычном и необычном?

Однако девчонка сделала вид, будто ничего особенного не услышала, и Тим решил задать давно мучивший его вопрос:

— Оль, а откуда ты про полынь знаешь?

Траву эту, кстати, они так и не бросили. Распихали по карманам, отчего бегали теперь как будто в облачке пряного запаха.

— Из книжки, — нехотя ответила девчонка. — От бабушки Ларисы много книг осталось. И про нечистую, неведомую и крестную силу тоже.

— Удачно ты запомнила, — заметил Дрейк, и Ольга опять непонятно на что оскорбилась.

— Я не запомнила, — резко поправила она. — А после сегодняшнего полезла искать, как защититься от… этой. И нашла. А потом решила убедиться, что с вами… — Она явно проглотила «дураками». —…всё в порядке.

— И правильно сделала! — торопливо сказал Тим, опасаясь, как бы друг не брякнул что-нибудь не совсем то. — Спасибо тебе большое, Оль!

— Спасибо! — искренне присоединился Дрейк, останавливаясь. И когда остальные тоже затормозили, добавил: — С этой мы бы вдвоём точно не справились.

Ольга отвернулась, небрежно повела плечом:

— Ерунда. Вы ведь тоже меня спасли.

«Стесняется», — понял Тим. И поскольку не знал, какими словами объяснить девчонке, что когда тебя благодарят за дело — это нормально и правильно, произнёс совсем другое, внезапно пришедшее на ум:

— Слушай, Дрейк, мы ведь совсем забыли… А что, если позвать на помощь? Вдруг нас услышат и выведут?

— Да здесь людей на километры вокруг нет! — немедленно раскритиковала идею Ольга, не догадываясь, что имелись в виду вовсе не люди.

Зато Дрейк понял верно и с сомнением ответил:

— Позвать-то мы можем. Но что будем делать, если отзовётся кто-то другой?

— Мы в лесу. — Чем больше Тим об этом думал, тем яснее ему виделся выход. — До болота и реки далеко. Кому ещё нас услышать?

— Никому. — Ольге не нравилось, что её мнение пропустили мимо ушей. — Никто нас не услышит.

— А раз никто, значит, можно и позвать. — Дрейк всё же проникся идеей Тима. — Хуже точно не будет. — И посмотрел на друга: — Зови.

Ольга состроила мину: «Ну почему мальчишки такие дураки?» А Тим, волнуясь, кивнул:

— Сейчас.

Отошёл от остальных на пару шагов, прочистил горло и внятно позвал:

— Уважаемый хозяин леса! Помогите, пожалуйста, мы заблудились! Пришлите провожатого!

-10-

Сказал и затаил дыхание, вслушиваясь в тишину и всматриваясь в непроглядную темноту леса.

Ни уханья совы, ни хруста веточки, ни шороха листьев. Ночной холод медленно, но неотвратимо пробирался под мокрую одежду, на плечи давила усталость, в желудке посасывало от голода.

— Никто не придёт, — почему-то шёпотом нарушила тишину Ольга и внезапно тоненько взвизгнула.

— Тим, назад! — в унисон ей выдохнул Дрейк, однако Тим даже не шелохнулся.

Он глаза в глаза смотрел бесшумно возникшему на краю поляны матёрому волку — пристально, не мигая.

И вдруг улыбнулся. Волк тоже ощерил пасть в подобии улыбки, сел, а Тим повернулся к Дрейку и Ольге:

— Всё-таки услышал! Вот он, провожатый!

На лицах друзей отразилось сомнение. Дрейк, сжимавший в руке верный нож, оружие не опустил, а прятавшаяся у него за спиной Ольга вперёд не вышла.

А затем из леса вылетела маленькая, похожая на золотую искорку бабочка. Описала круг над волком, подлетела к Тиму и весело запорхала над его головой.

— Слушай, точно! — Теперь и Дрейк поверил. — Услышал! А это, получается, — он мотнул головой в сторону волка, — тот самый, которого ты спас?

— Да, — подтвердил Тим и перевёл взгляд на ничего не понимавшую Ольгу: — Не бойся. Это наши с Дрейком знакомые.

— Они нас выведут, — добавил Дрейк, пряча нож. Затем уверенно взял девчонку за руку: — Ну? Идём?

Смертельно бледная, что было заметно даже в ночном мраке, Ольга посмотрела на него, на Тима с бабочкой, на волка. Крепко сжала губы и нервно дёрнула головой, соглашаясь.

— Я пойду впереди, — сказал Тим. — Не отставайте, хорошо?

И, сойдя с места, приблизился к волку. Сердце трепетало, как у зайчишки — ростом хищник был Тиму по грудь. Однако бабочка беспечно порхала вокруг них, и Тим, решившись, протянул к волку руку. Осторожно погладил зверя по холке — волк довольно прикрыл глаза — и попросил:

— Выведи нас, пожалуйста, на луг. Нам надо в лагерь вернуться.

Волк наклонил лобастую голову, поднялся и спокойно двинулся с полянки прочь. Рядом с ним шагал Тим, держась за густую шерсть волчьего загривка, а чуть позади Дрейк вёл за руку Ольгу. Бабочка же порхала над ними, то садясь кому-нибудь на плечо, то залетая вперёд. И какой бы маленькой она ни была, света от её крылышек хватало, чтобы не спотыкаться о корни деревьев и вовремя отводить в сторону ветви кустов.

Тим не сказал бы, сколько они так шли. Усталость куда-то подевалась, голод утих. И вот наконец впереди стало как будто светлеть, и совсем скоро молоденькие деревца подлеска расступились, выпустив необычную компанию на опушку леса.

— Ур-ра! — невольно вырвалось у всех троих, а бабочка затанцевала впереди, показывая направление.

— К реке туда, правильно? — спросил Тим у волка, и тот ответил молчаливым кивком.

Затем слегка встряхнулся, и Тим понятливо убрал руку. Заглянул зверю в морду:

— Спасибо! И тебе, и бабочке, и хозяину леса.

— Спасибо! — подхватил Дрейк. — Очень выручили!

Волк издал дружелюбный звук, развернулся и, на прощание махнув хвостом, исчез в темноте леса. А вот бабочка осталась: перелетала с травинки на травинку, словно ждала.

— Она проводит до места, — без тени сомнения сказал Дрейк. — Отлично!

И они уверенно зашагали через росистый луг: Тим и бабочка впереди, Дрейк и Ольга следом.

***

В лагере всё осталось как было, даже речной туман остерёгся в него заползать. Вместо этого он затопил противоположный берег, и казалось, что деревья там плывут по молочной реке.

— Ну что, сразу будем собираться? — спросил Дрейк, осмотревшись.

— Да, наверное, — рассеянно отозвался Тим, крутя головой. — Слушай, ты бабочку не видел? Только что здесь была…

— Она улетела. — Впервые, как они ушли от полянки, Ольга разлепила губы. — Просто взмыла вверх и исчезла.

— Жаль. — Тим и впрямь огорчился. — Я бы ещё раз её поблагодарил.

— И мы, — ответил Дрейк за себя и Ольгу. — Но думаю, она и так знает, как сильно нам помогла.

— Наверное. — И всё же Тим не удержал вздох. — Ладно, давайте лагерь собирать. Оль, тебе не холодно? У нас одеяло есть.

— Обойдусь, — предсказуемо отказалась девчонка, хотя её заметно потряхивало.

Мальчики обменялись взглядами, и Дрейк вдруг щёлкнул пальцами.

— У нас же термос с чаем есть, неначатый!

— Точно! — просиял Тим. — Тогда по чайку, а потом дела.

— Слушайте, давайте лучше уйдём отсюда побыстрее. — Как бы Ольга ни мёрзла, тревога в ней была сильнее.

— У нас с собой полынь, — напомнил Тим. — И вообще, я не думаю, что она к нам снова полезет.

А Дрейк сунул девчонке в руки металлическую кружку, от которой поднимался пар, и с командирскими нотками сказал:

— Пей. Всё нормально.

Ольга, разумеется, ответила фырканьем, но не без удовольствия сделала глоток сладкого чая. Тим свой давно распробовал и теперь грел руки о металл, смотрел на туман и наливающееся розоватым светом небо и улыбался неведомо чему.

— Всё-таки чай — тема, — довольно заметил Дрейк, становясь бок о бок с ним и Ольгой. — Удачно мы о нём вечером забыли.

— Это верно, — согласился Тим и повернулся к девчонке: — Оль, у тебя на завтра… То есть на сегодня планы есть?

— Отогреться и выспаться, — буркнула та, прячась за кружкой.

У Тима вырвался смешок.

— Это само собой. А после обеда?

Ольга ответила не сразу: то ли колебалась, то ли припоминала. И наконец без желания призналась:

— Нет планов.

— Тогда приходи к старой иве за магазином. Знаешь, где это?

Дрейк кашлянул, подавая знак: Тим, зачем? А Ольга настороженно ответила:

— Знаю. Только зачем?

— Затем, что вместе веселее, — спокойно ответил Тим.

Девчонка отвернулась, но Тим понимал: это всё от стеснительности. А Дрейк вдруг великодушно подхватил:

— Приходи. Пойдём к Тиму в гости — у него яблоки вкусные. И про волка и бабочку расскажем. Тебе ведь интересно?

Ольга бросила на него сердитый взгляд.

— А сейчас не расскажете?

— Это долгая история. — Тим почти не слукавил. — Так что, придёшь?

Закусив губу, Ольга опустила взгляд на кружку с чаем и решилась. Посмотрела на друзей серьёзно:

— Ладно. В час дня возле ивы за магазином.

— Договорились, — тоже серьёзно ответил Дрейк, а Тим улыбнулся, светло и радостно.

Из-за горизонта торжественно выплывал золотой солнечный диск, обещая впереди ещё один тёплый и ясный августовский день.