Русалка

Глава 1

Сильфайэр была… вроде бы в неплохом настроении, но всё равно её подтачивал червячок сомнения, заключающий в том, что за эту неделю у неё было две попытки отдыха, и обе — пошли коту под хвост. Первая, когда драконица потащила Вокса с собой в тур по разным измерениям, обернулась тем, что, кто бы сомневался, у межпространственной турфирмы нашлось двойное дно. Но даже когда они разобрались с тем случаем, и чешуйчатая попыталась отыскать мир поспокойнее, чтобы хотя бы там поваляться на местных пляжах… нет, конечно, у неё это получилось — погреться на солнышке на тёплых скалах в течение нескольких часов. Но уже к вечеру выяснилось, что привычка вселенной подкидывать Сильфайэр нуждающиеся в её непосредственном участии вещи никуда не делать. Просто вселенная ненадолго взяла паузу, словно сказав, мол, да, вот тебе клочок отдыха — будто бы швырнув это драконице в морду — а потом снова направила к чешуйчатой кого-то, кому нужна была помощь.

Так, здесь, в этом мире, по крайней мере в окрестностях находящегося неподалёку города, был поставленный на поток бизнес в виде охоты за русалками и сиренами, ради алхимических ингредиентов и чешуи, а где-то и мяса. Ну кто бы, чёрт побери, сомневался! Даже корабль, где как раз занимались этим самым бизнесом, плавал неподалёку. Конечно, чтобы пресечь подобную охоту на корню, заняться надо будет не только исполнителями, то есть всякими пиратами и охотниками на русалок, а теми, кто заказывает охоту, то есть всякими важными шишками в ближайших городах, но надо же с чего-то начать? Можно будет покружить над морем и поискать исполнителей этого бизнеса.

* * *

В трюме небольшого пиратского корабля с пафосным названием, которое явно приукрашивало всё — «Чёрная жемчужина» — было темно и душно. Единственная масляная лампа висела на потолочной балке и качалась вместе с кораблём. Алира находилась в этом трюме уже долго. Сколько — она не знала, но явно очень долго. Достаточно, чтобы чешуя русалки стала слишком сухой и начала зудеть из-за отсутствия воды. Но даже выбраться русалка бы не смогла — она была в плену коварной сети. Ситуация складывалась безвыходной. Где-то сверху пираты спорили о том, как дорого будут продаваться её части: хвост, чешуя, мясо. Они собирались, похоже, её выпотрошить, что рисовало в голове русалки слишком красочные картины вероятной смерти если не от обезвоживания, то от ножей и тесаков пиратов. В любом случае, она умрёт в этом трюме. С этим Алира уже смирилась.

И вот, лестница, ведущая в трюм, заскрипела, и в проёме появилась массивная фигура пирата. Неужели всё? Это конец?

Но того, что произошло дальше, не ожидал никто из них двоих.

— Хей, хей, хей!

Голос шёл откуда-то сверху. Когда пират, озираясь повсюду, не нашёл и не увидел сразу того, кто говорит, голос раздался снова — прямо со стороны масляной лампы на потолке:

— Эй, здоровяк! Смотри вверх! Да вот же я! На лампе!

Бренн, а именно так звали пирата, остановился. Он был невысокий, кряжистый, с обветренным лицом и татуировкой в виде якоря на шее, выцветшей до синевато-серого. Лет сорок пять, может больше. На нём была грязная рубаха с оторванным воротом и штаны, подпоясанные пеньковым канатом. В трюм он спустился босым, и ступни его были широкие, мозолистые, с жёлтыми ногтями. Он лихорадочно осматривался. Рука его тут же, по привычке, потянулась к кремниевому пистолету.

Со стороны лампы послышалось тихое шуршание, а затем в трюме на миг стало темнее — это тат, кому принадлежал голос, пошевелилась, чтобы привлечь внимание. Это был дракончик. Маленький, размером с воробья. Чёрного окраса, с белым и красным низом тела. Он, или, скорее, судя по голосу, она — сидела на лампе сверху, ловко уцепившись хвостом и когтями. И она с силой махала передней лапой в воздухе:

— Эй! В общем, у меня к тебе и твоему капитану есть деловое предложение: вы отдаёте мне русалку, и мы все мирно расходимся, — чешуйчатые губы изогнулись в улыбке. — Ну что, у нас сделка? Приведёшь сюда капитана? По рукам?

Бренн, наконец, глянул вверх. И уже там, наконец, заметил крошечного дракона. Сощурился, сначала не веря своим глазам. Рука потянулась к пистолету, но пока что не выхватила. Пират ещё не осознавал опасности этого маленького и безвредного с виду существа.

— Ты, — сказал он дракону на лампе. —Ты мне предлагаешь отдать русалку? Ты — мне? — Бренн внезапно рассмеялся и сплюнул на доски. — Ты, ящерица размером с мой кулак, ты мне предлагаешь сделку? — он внезапно шагнул к лестнице и повернул голову в сторону выхода. — Эй! — крикнул он вверх, в люк. — Гаррик! Спустись сюда! Тут хрень какая-то.

Сверху, через доски палубы, послышались чьи-то приближающиеся тяжёлые шаги скрип ступеней. Гаррик спускался медленно — не потому что осторожничал, а потому, что был тяжёлым и неуклюжим. Каждая ступенька стонала под его весом. Он был выше Бренна на голову и габаритнее его. Широкоплечий, с большим пивным пузом, которое едва выдерживала рубашка. Короткая седая щетина на лице и искривленный нос придавали вид бывалого морского волка, который некогда был в спортивной форме, но его лучшие года уже были далеко позади. На нём был длинный морской офицерский сюртук, явно трофейный, с золотым галуном на воротнике, который давно почернел от соли. Под сюртуком же просто голый волосатый торс. Картину пиратского капитана завершала цепь с медальоном на его толстой шее.

Как только пиратский капитан показал себя, дракончик, всё такой же странно беззаботный, помахал тому передней лапой, как рукой:

— Здесь, здесь! На лампе!

Затем чёрные крылышки развернулись, и чешуйчатая наконец-то слетела со своего странного насеста. И, быстро-быстро махая крыльями, зависла в воздухе, словно поймавшая воздушные потоки чайка над морем.

Гаррик остановился перед дракончиком. Его светло-серые глаза уставились на небывалую зверюшку.

— Бренн, — тихо окликнул своего коллегу Гаррик. — Это что?

— Не знаю, — сказал тот. — Она говорит, что хочет русалку.

Гаррик сначала округлил от удивления глаза, и лишь затем, стуча тяжёлыми ботинками, подошёл к центру, остановившись в двух шагах от висящей драконицы. Он не тянулся к ней. Не хватался за оружие — хотя на поясе у него был пистолет и тесак с потемневшей рукоятью. Он просто стоял, заложив большие пальцы за ремень, и смотрел на существо размером с воробья, немного запрокинув голову. Потом он медленно обвёл взглядом трюм, стены, доски. Бросил подозрительный взгляд на русалку. Никого больше здесь не было.

— Ну, в общем, дамы и господа, я хотела сделать вам предложение! — маленькая драконица с важным видом приподняла голову и торжественно вытянула переднюю лапу перед собой, удивительно хорошо зная используемый гуманоидами язык тела. — В общем, разрешите перебить вас. Пока что в смысле — прервать ваш разговора. Если он был. Значит, для чего я тут… У меня к вам очень простое и очень выгодное предложение: передать русалку мне, и тарам — и ваш корабль цел, и я довольна!

Драконица говорила довольно уверенно и с ноткой веселья, но периодически запинаясь, словно обдумывая слова получше. Когда она закончила, в трюме воцарилась тишина, прерываемая лишь плеском воды за бортом и скрипом досок. Гаррик, наконец, обрёл дар речи и чуть наклонил голову:

— Ты мне угрожаешь или торгуешься? Потому что это разные вещи, и я по-разному на них отвечаю. Ты тут одна вообще или как?

— Ага. Одна, — с важным видом кивнула драконица, скрестив передние лапы на груди, словно руки. И продолжала, как ни в чём ни бывало, беззаботно висеть в воздухе, махая крылышками. — Ну да, прилетела одна, — она затем приподняла переднюю лапу в вытянутым вверх когтем, остальные пальцы согнув. Сделала она это с неуместно торжественным видом. — А моё предложение — вполне себе сделка! Целость корабля в обмен на русалку у меня! Ну что, по рукам? — она протянула к Гаррику переднюю лапу для рукопожатия.

Гаррик же застыл на месте. А потом внезапно усмехнулся, рассмеявшись, и запах перегара ударил в ноздри драконочке и русалке одновременно, заставив последнюю поморщиться.

— Нет. — коротко отрезал капитан. Он убрал правую руку с ремня и загнул один палец — указательный. — Первое. Ты — одна. Ты размером с мой кулак. У меня на палубе шесть человек, вооружённых до зубов, и пушка на носу. И ты мне предлагаешь сделку, при которой мой корабль, — он чуть наклонился вперёд, и его голос стал тише, — остаётся цел. Это значит, ты мне угрожаешь. Я правильно понимаю? — он загнул затем второй палец. — Второе. Я двадцать лет хожу по этому берегу. Я видел грифонов. Видел виверн. Видел, как один морской змей разнёс корабль. Я не видел ни одного дракона твоих размеров, который мог бы сделать что-то подобное. Так что либо ты не то, чем кажешься, либо ты блефуешь. И то, и другое — проблемы. Но разные. — И, наконец, он загнул третий палец. — Третье. Эта тварь в сети, — он не обернулся к Алире, а просто кивнул в её сторону, — стоит от четырёхсот до тысячи золотых, в зависимости от того, кому продать. — Он вновь усмехнулся и посмотрел на Сильфайэр. — Ты мне предлагаешь ровно ничего взамен того, что мы ловили целую неделю. Ты понимаешь это?

При упоминании ценности русалки в деньгах мелкий драконица на миг недовольно прищурилась, а пасть слегка оскалилась. Однако затем беззаботность и веселье вернулись, и она пожала передними лапами, как люди пожимают плечами.

Гаррик чувствовал себя хозяином положения, но его коллега обеспокоенно попятился назад.

— Может, она не блефует, — сказал неуверенно Бренн.

Капитан хмыкнул озадаченно в ответ.

— Может, и нет, — ответил Гаррик, не оборачиваясь. — Поэтому я на неё не давлю. Пока что.

Сильфайэр ничего не ответила, лишь прищурилась игриво, явно что-то замышляя.

— Я не отдам тебе добычу, которая стоит больше, чем весь этот корабль! — самодовольно заявил капитан и потянулся к оружию, хватаясь за рукоять пистолета на поясе.

— Охо, вот что… — пожала драконица снова плечами. — Ну ладно, как хотите! Русалка окончательно высохнет, пока с вами болтать буду, время не резиновое!

Гаррик вскинул пистолет, но чешуйчатая уже не летала рядом с ним. Только что была рядом с его головой, а теперь сидела на Алире, поверх сети:

— Приготовиться! Сейчас будет море!

А затем случилось то, что обычно называется телепортацией, но в опыте русалки и пиратской команды было просто какой-то странной магией, когда исчезаешь из одной точки пространства и сразу же появляешься в другой. И этой второй точкой было море. Холодная и приятная морская вода соприкоснулась с Алирой, восстанавливая чешую и тело и смачивая пересохшие жабры. Дракон, до этого момента достигавший размеров воробья, теперь был большим, с крупную лошадь — заклинание изменения размера тоже классная штука, как и заклинание телепортации. И она была рядом с русалкой. Погружалась под воду, но проблем от этого явно не испытывала. Хвост, на кончике которого мелькнул шип, словно сделанный из металла, скользнул по сетям, рассекая их с невероятной лёгкостью. Всего несколько движений, и Алира была свободна. Сеть дрейфовала в воде рядом с ней. А дракон с довольным видом подмигнула русалке.

Пиратский корабль был всё ещё неподалёку, но уже не такой опасный, потому что русалка теперь была на свободе. Первые секунды она не двигалась. Просто висела в воде с прижатыми к груди руками, лишь её жабры колыхались в воде, радуясь жизненной влаге. Вода пошла через них рывками, и каждый рывок был для неё как первый вдох после удушья. Чешуя на хвосте поменяла цвет — от мёртвого серого к тёмному синему. Сеть дрейфовала рядом, но Алира даже не смотрела на неё. Всё её внимание переключилось на дракона. Она смотрела на Сильфайэр так, как смотрят на то, чего не понимают — не со страхом, а с растерянностью.

А наверху раздавались глухие удары ботинок по палубе вперемешку с криками. Гаррик отчаянно кричал «Где она?! Где сеть?!»; Бренн твердил в ответ: «Исчезла! Просто исчезла, вместе с…»; а третий голос, которого русалка и дракон не слышала раньше, внезапно подметил: «Капитан, там, за бортом, там что-то в воде…»

Алира дёрнулась, осознав, что их заметили. Она дёрнулась в сторону — вниз и вглубь, погружаясь. Инстинкт. Тело решило раньше, чем она успела подумать. Хвост один раз взмахнул, унося русалку из поля зрения любого, кто посмотрит за борт. Прочь, как можно глубже, в сторону песчаного дна и водорослей. И лишь отплыл достаточно далеко, она обернулась. Сильфайэр, неуклюже загребая лапами, крыльями и хвостом, плыла следом, но отставала. А русалка наконец-то спросила:

— Зачем?

Так как говорить под водой драконица не могла, то поступила хитро: указала когтем на пространство за своим плечом, и там начали появляться светящиеся (но не слишком сильно) символы на понятном Алире языке:

«Не люблю, когда продают разумных существ. А ты высыхала!»

Светящиеся символы висели в воде ещё секунду после того, как дракон исчез… чтобы появиться на пиратском корабле. В куда более крупном виде. Теперь это был не смешной дракончик размером с крошечную птицу, а настоящий монстр длиной в сам корабль. Телепортировавшись на правый борт, чешуйчатая начала просто своим весом кренить корабль набок. При этом она погрозила Гаррику пальцем:

— А я ж говорила! — а затем начала слегка пританцовывать на всех четырёх лапах, раскачивая судно и дальше. — А мы танцуем на палубе тонущего корабля и напеваем «Тра-ля-ля-ля-ля-ля!»

Корпус пиратского корабля накренился. Градусов на двадцать, может, больше. Правый борт ушёл в воду почти до самой верхней палубы, а в трюм хлынула вода. Палубные доски прогнулись под весом. Гаррик был у левого борта, вцепившись в ванты, ноги его разъезжались по мокрой наклонной палубе. Он был уже без своего сюртука: по всей видимости, его сорвало во время тряски, но тесак всё ещё висел на поясе. Бренн находился ближе к носу корабля, на коленях, а его крюк застрял в рейлинге, который он использовал как точку опоры. Рядом с ним находился ещё один: молодой пират, лет двадцати, рыжий, в полосатой рубахе, и он просто сидел на палубе, вцепившись в основание мачты, не двигаясь. Двое других находились у левого борта, перегнувшись, один пытался спустить шлюпку, второй просто держался. «Чёрная жемчужина» кренилась дальше. Вода поднималась по правому борту. Ещё минута, может, две, и корабль пойдёт на дно.

— Ну ладно, дамы и господа, не счастливо оставаться! — закончив танцевать на палубе, Сильфайэр исчезла так же быстро и внезапно, как и появилась.

Чтобы оказаться рядом с Алирой. Снова. Просто возникла прямо в воде, уже достигая размеров, соразмерных размерам самой русалке. Алира же не уплыла прочь. Она наблюдала всё это время за развязкой этой сцены. За тем, как драконица, выросшая до огромных размеров, топила корабль пиратов. Топила тех, кто хотел её разделать или продать кому-то. И теперь Сильфайэр вновь находился рядом с ней. И не просто находилась, а претерпевала какую-то трансформацию: крылья и само драконье тело менялись. Прямо на глазах у русалки крылья стали намного короче и теперь напоминали скорее длинные перепончатые гребни вдоль спины, обеспечивающие лучшую обтекаемость под водой. На хвосте и брюхе вырастали плавники, лапы становились короче, и между их пальцами появились перепонки.

«Привет!» Над чешуйчатой снова появились светящиеся буквы. «Ну что, всё в порядке? Надо подлечить? Хочешь поплыть сама, или составить компанию?»

Русалка взглянула последний раз на корабль, наверху, где паникующие пираты пытались отчаянно сохранить судно на плаву, а затем взмахнула хвостом, отплывая на метр от драконицы.

— Я… не ранена. Сильно… — подумав, добавила она следом. Она опустила взгляд на свои ладони, затем на бока, где ссадины шипов уже затягивались в солёной воде. — Соль лечит, — пояснила она. — Мне нужно просто время, и всё. — Она робко коснулась шеи, где жабры смыкались и двигались, забирая кислород из воды насыщая им её кровь. — Ты… Ты сделала это. Корабль. Сеть. Ты спасла меня. Но я даже не знаю твоего имени, — сказала Алира, озадаченно покачав головой. — Но я бы не отказалась от компании, если тебе не нужно никуда.

Её хвост шевельнулся, добавляя ей ускорения. Пока пиратский корабль медленно шёл ко дну, и Гаррик со своей командой спасались в спешно спущенных на воду шлюпках, а Алира плыла вместе с драконом в сторону, где чёрный песок дна поднимался к отмелям, и где она знала каждую скалу и каждую пещеру. Вода была тёмной, холодной, но приветливой для них.

Пасть драконицы засветилась изнутри зелёным и приоткрылась, как для драконьего дыхания огнём, но вместо пламени оттуда вышел поток зелёной энергии, который, соприкоснувшись с русалкой, восстановил той полученные недавно раны и повреждения, а также какие-нибудь старые, которые уже были при ней. Ссадины от сети затянулись. Затем свет коснулся старого шрама от гарпуна на левом боку. Ткань сомкнулась вокруг него, и он постепенно исчез. Как и остальные следы на её ладонях и плечах. А затем светящиеся синие символы возникли в воде спереди от них двух:

«А ведь точно, не представилась. Сильфайэр, в общем. Да. Зови Сильфайэр. А тебя как зовут?»

Рука русалки поднялась, коснувшись её горла, и застыла там.

— Алира, — сказала она. Внимательно посмотрела на драконицу, чьё тело изменилось и подстроилось под плавание в воде. — Зачем ты меня вылечила?

Она не понимала… не понимала, почему кто-то вообще сделал для неё что-то. Бескорыстно и просто так. Её тело было здоровым и чистым, без единого шрама. Она не помнила, когда последний раз чувствовала себя такой обновлённой. И это ощущалось странно.

«Ну да. Почему нет?» Драконица продолжила общаться старым добрым методом появления светящихся букв в воде, явно какая-то магия. Но даже плывя, Сильфайэр иногда жестикулировала передними лапами прямо на ходу. «Чему удивляешься?»

А затем перевернулась в воде на спину и поплыла прямо так, брюхом кверху. При этом её голова вертелась вокруг, изучая море и то, что было на дне.

Алира же ответила на это не сразу.

— Я удивляюсь, — сказала она наконец. Тихо. Глядя на дракона. — Потому что мне не делали бескорыстно добро уже очень давно. — Она опустила руку. Коснулась морской травы ею, наслаждаясь свободой, и добавила. — Я живу здесь. В скалах рядом мои пещеры. Можешь меня сопроводить.

Дно под ними изменялось. Чёрный песок поднимался к отмели. Скалы начинались резко, как обломки чего-то большего: гранитные глыбы, обросшие бурыми водорослями, между ними — расщелины, тёмные, узкие, уходящие вниз. В них двигались неспешно крабы. Мелкие, с белыми клешнями, они разбегались при малейшем движении воды. Морские ежи, будто шипастые шары, лежали на камнях ровными рядами. Дальше виднелся остов старого корабля. Корпус торчал, наполовину, высунувшись из песка: он оброс ракушками и водорослями до неузнаваемости. Между ними зияли тёмные провалы, в которых что-то шевелилось: мелкая рыба, креветки, даже плоская камбала, которая метнулась прочь, заметив силуэты русалки и дракона вдалеке. Это был один из тех кораблей, которые Алира знала даже по имени — она помнила, как он тонул много лет назад. Между ними плавали мелкие медузы: размером с ноготь, прозрачные и с голубоватым свечением внутри. Они дрейфовали повсюду, и в тёмной воде это выглядело так, будто пространство вокруг русалки и драконы было усыпано звёздами. Медуз было много. Десятки. Сотни. Ещё дальше простирались уже скалы. Они поднималась от дна к поверхности. В стене уже виднелись разломы и дыры. Это были пещеры. Они являлись входами в систему туннелей, которые Алира знала, как свой собственный хвост.

Это был её дом. Алира остановилась у края.

— И… спасибо, — наконец, коротко ответила она и, взмахнув хвостом, нырнула в один из проходов, растворяясь в темноте. — Можешь поплыть со мной.

Сильфайэр довольно оскалилась. Над ней появились в воде светящиеся буквы, хотя ответ был адресован скорее ей самой, чем русалке:

«А почему бы и нет?»

И драконица приняла приглашение, плывя туда же.

Ладно, подумалось вдруг Сильфайэр. Может быть, этот день, хоть и сопровождался внезапным прерыванием отдыха ради спасения русалки в беде… был даже неплохим! И доброе дело сделала, и повеселилась. В конце концов, отдых не обязательно может заключаться просто в том, чтобы лежать на солнышке на пляжу и ничего не делать.