Руки Надежды. Навья

Глава 1. Волшебница Надя

- Быстрее, быстрее, кислород! - скомандовала Надежда, принимая в руки новорождённого, который весил всего около двух килограммов.

Мальчик не дышал, не кричал, и в общем-то, по всем признакам был мёртв.

- Надежда Дмитриевна, ребёнок умер. Он умер у неё ещё в утробе, - медсестра Елена посмотрела на Надежду, как на сумасшедшую.

Надя, сверкнув глазами на тщедушную медсестру, твёрдо повторила:

- Неси кислород. И адреналин.

Елена неохотно прикатила кювез, к которому уже был подсоединен аппарат ИВЛ и подала врачу шприц с нужным препаратом.

- А теперь уходи, я сама.

Елена хмыкнула, недоверчиво покачала головой и ушла, оставив Надежду наедине с синюшным новорождённым, висящим в её руках, как тряпочка.

- Эта новенькая неонатолог ненормальная, - многозначительно произнесла Елена, когда вернулась к столу, на котором лежала роженица, безучастно смотревшая в одну точку.

Акушерка Татьяна шепнула в ответ:

- Говорят, она волшебница. Может оживить то, что по всем законам медицины уже мертво.

- Да брось. На УЗИ не было сердцебиения, прошло уже больше суток!

- Вообще-то я пока жива и ещё здесь, - отрешённо сказала роженица, всё так же глядя в одну точку.

Слабый, неуверенный писк заставил всех обернуться. Даже под масками врачей можно было без труда рассмотреть их раскрытые от удивления рты. И только Надежда удовлетворённо улыбалась, бережно укладывая в кювез ожившего младенца. Младенца, который не был жив уже больше суток...

***

- Приложи ручки к голове тёти Любы, Наденька, - бабушка Катя аккуратно направила руки шестилетней Нади, чтобы они оказались над головой соседки ладонями вниз.

Надя послушно протянула руки, от волнения прищурив свои зелёные глаза. Бабушка, терпеливо улыбнувшись, кивнула:

- А теперь, как я тебя учила, подумай о Боге. Представь, что ты пропускаешь Его силу через свои руки. Попроси о помощи святого Николая Чудотворца. Произнеси про себя молитву.

Надя судорожно вздохнула. Она почувствовала, как её руки наполняет тепло, ладошки закололо иголками. Девочка вполголоса шептала молитву Николаю Чудотворцу о здравии, и в её голове возникали странные, пугающие образы. Наверное, так выглядит мозг... Беловато-серая, испещренная глубокими, извилистыми бороздами субстанция, пульсирующая, мигающая, как тысячи огоньков. Что это? Но нет, это не то. Глубже. Надя закрыла глаза и нырнула глубже. Вот оно! Какая-то серая, вязкая масса... Что за запах?

Надя сморщила носик.

- Ты обнаружила источник боли? - нетерпеливо спросила бабушка, наклонившись над Надей.

- Ой! Ооооой! - застонала сидящая на стуле тётя Люба и хотела было схватиться за голову, но бабушка Катя резко перехватила их и опустила обратно ей на колени.

- Терпи! - цыкнула она, и тётя Люба послушно притихла.

- Бабулечка, здесь шишка какая-то. Воняет... - постаралась объяснить своё видение Надя.

- Жги её, - приказала бабушка.

И Надя стала жечь. Медленно, осторожно, миллиметр за миллиметром. Девочка, ещё не имеющая опыта целительства, быстро выдохлась. Она обессилено уронила руки вдоль тела и покачнулась.

- Всё, на сегодня достаточно. Я сама закончу, - бабушка отвела Надю в кровать и вернулась к тёте Любе.

Сквозь дремоту Надя слышала, как бабушка объясняет пациентке её недуг:

- Люба, у тебя опухоль. Потребуется время, чтобы мы с Надеждой тебе помогли. Ты только потерпи, не сдавайся! Завтра отдохнешь и послезавтра снова продолжим. Наденька очень сильная, гораздо сильнее меня, всё будет хорошо!

Опухоль. Что же это такое? Девочка пока ещё не понимала, какой дар достался ей, и как она сможет им распорядиться...

***

Уже перед смертью бабушка сказала Наде, ставшей к тому времени угловатым подростком:

- Наденька, наш дар уникален. Таких как мы, на земле единицы. Постарайся правильно использовать свои знания, не кричи о них на каждом шагу. И помни, что всем помочь невозможно, выбери себе стезю, в которой ты станешь полезнее всего.

- Бабушка, я же могу тебя вылечить! - кричала Надя, вытирая слезы рукой.

- Нет, Наденька, не надо. Хватит с меня, я пожила уже, - бабушка отрицательно покачала головой, убирая руки внучки, которые та уже вознамерилась приложить к немощному телу.

Бабушка умерла, так и не позволив Наде её вылечить. На похоронах была и тётя Люба, первая "пациентка" Нади. Она обняла девушку и промолвила:

- Такая вот несправедливость. Меня вылечила, а сама вон как... Но ведь она сама не захотела, чтобы ты её лечила?

- Не захотела, - эхом повторила Надя.

- А кого ты хочешь лечить больше всего на свете? - вкрадчиво спросила тётя Люба.

Надя пожала плечами. Она хотела лечить всех. Но нужно было делать выбор...

Надя не могла выбрать, как ни старалась. Конечно же, она знала, что станет врачом, как и бабушка. Но каким, никак не могла решить. Кардиолог? Нейрохирург? Может, онколог? Бабушка была обычным сельским терапевтом, к которому съезжались люди со всей округи. Слухи о чудесном терапевте, которая поднимает с постели раковых больных, быстро разлетелись по ближайшим населённым пунктам...

Хотелось помочь всем. Эх, почему она не может быть рядом с каждым умирающим? Но тогда очень сильно нарушится равновесие, ведь помоги она каждому, на планете просто перестанут умирать... Бабушка говорила, что помогать нужно, кому можешь, и не винить себя за то, что кому-то не помог. Осталось только выбрать, кому помогать приоритетнее. Тяжёлый, страшный выбор. Чем дальше, тем сильнее Надя ощущала свой дар не наградой самого Бога, а непомерной ношей.

Выбор настиг её сам собой, неожиданно и при довольно трагичных обстоятельствах. В медицинском университете у Нади появилась лучшая подруга, Ульяна. Девушка весёлая, лёгкая в общении, отзывчивая и добрая. Ульяна, как лучик света, стала для сироты Нади самым близким и родным человеком.

Надя была безмерно рада за подругу, когда та на втором курсе вышла замуж и забеременела. Ульяна буквально светилась от счастья, когда гладила свой округлившийся животик, ласково называя будущего сына Ромашкой. Подруги вместе выбирали коляску, кроватку, вещички для малыша. Они мечтали, какой чудесной крёстной для Ромашки станет Надежда. Но их мечтам не суждено было сбыться.

На восьмом месяце беременности Ульяна неожиданно очутилась в родильном доме с угрозой преждевременных родов. К сожалению, они случились.

Будто набат, в голове звучал тусклый, безжизненный голос Ульяны: "Ромашки больше нет".

Надя уронила телефон на пол и зарыдала. Если бы она была в этот момент рядом, то Ромашка бы родился и выжил! Но её не было. Кто же пустит студентку в родзал? Осознание, кому она больше всего на свете хочет помогать, пришло само собой. Студентку не пустят, а неонатолога пустят. Малыши, не прожившие и дня, не должны умирать!

Надя уверилась в том, что именно спасение маленьких, хрупких жизней и есть её предназначение, когда Ульяна, не выдержав горя, добровольно покинула этот мир. Малыши не должны умирать, и их матери не должны сходить с ума от горя!

Когда наступил момент выбора узкой специализации, Надя решительно сказала, что станет детским врачом, а ординатуру будет проходить в родильном доме.

***

Надежда положила плачущего младенца в кювез и с облегчением вздохнула. Сзади моментально материализовалась вся команда, принимающая преждевременные роды у женщины, которую теперь, после чудесного оживления её малыша, еле-еле удержали в кресле и успокоили. Они готовились к родоразрешению с антенатальной гибелью плода, но каким-то чудом ребёнок оказался жив!

- Как вы это сделали, Надежда Дмитриевна? - дрожащим голосом спросила Елена.

Надежда прищурила зелёные глаза и спрятала за спину всё ещё горящие руки, которыми совсем недавно водила над крошечным безжизненным тельцем, заново вливая в него жизненную силу.

- Так не бывает! Этого не может быть! - причитал Василий Васильевич, опытный, пожилой акушер-гинеколог, кандидат медицинских наук, - Мне, конечно, говорили о вас, что вы творите чудеса, но чтобы такие...

Акушерка Татьяна просто стояла позади и хлопала глазами, не веря тому, что только что произошло. Лишь лежащая на кресле мать, которая буквально несколько минут назад думала, что этого ребёнка не будет, плакала от счастья и шептала:

- Спасибо вам... Спасибо... Вы чудо...

Надя молчала. Она смотрела, как малыша, впереди у которого теперь длинная жизнь, увозят в отделение новорождённых под тщательное наблюдение. Наконец она улыбнулась и сказала:

- Я же говорила вам, Василий Васильевич, что в мою смену все младенцы будут живы. Даже те, кто по вашему мнению, жив быть не может. А вы не верили.

- Я многое видел. Но такое впервые, - сдержанно ответил Василий Васильевич.

- Теперь будете видеть каждый раз. Младенцы не должны умирать, а их матери не должны плакать, - сказала Надежда, сняла маску и направилась к себе в кабинет под изумленные взгляды коллег. Ничего. То ли ещё будет!

Глава 2 Приговор нерожденному и подозрения Нади

Валя вышла из кабинета врача и тяжело опустилась на стул, держась за округлый животик. В висках стучало. Было чувство, что к голове привязали что-то тяжёлое.

"Не жилец..." - набатом звучал голос Полины Юрьевны, её наблюдающего гинеколога. В трясущихся руках Валя держала направление в стационар, где небрежным росчерком было написано:

"Рекомендуется прерывание беременности в связи с пороком развития плода, несовместимым с жизнью".

Валя достала из сумочки телефон и нажала на первый в списке контакт. Послышались гудки.

- Алло, Валя, ну как там? - тревожно спросил мужской голос.

- Плохо, Артём. У Кирюши поликистоз почек. Никаких шансов, - всхлипывая, ответила Валя.

Мужчина тяжело вздохнул.

- Не говори ничего, - вскрикнула Валя, - Я знаю, ты скажешь, что оно к лучшему, но я уже люблю его! Я не знаю, что делать, Артём!!! Положение таково, что он умрёт или у меня в утробе, или почти сразу после рождения, и мне придётся пойти на это, но Боже мой, как же мне больно!!!

Валя больше не сдерживала слезы. Она отчаянно кричала в трубку, не обращая внимания на то, что все, кто в данный момент находился в фойе перинатального центра, оборачивались на неё. Не обращая внимания на уговоры и оправдания собеседника в трубке.

Беременные женщины, в испуге хватаясь за свои круглые животы, старались удалиться, будто боясь заразиться "пороком развития плода", а врачи с любопытством выглядывали из кабинетов.

Одна из проходящих мимо врачей подошла к кричащей Вале, и, приобняв её за плечи, назидательно сказала:

- Девушка, вы почему так кричите? Вы пугаете беременных!

Валя подняла на неё заплаканные глаза и произнесла:

- Беременных пугаю? А я какая по-вашему? Я тоже пока ещё беременна и мой ребёнок пока ещё жив!

Словно подтверждая её слова, по животу Вали плавно прокатилась волна - ребёнок зашевелился. Почувствовав шевеление, Валя ещё пуще зарыдала, отчаянно обнимая живот.

Врач аккуратно помогла ей подняться и повела за собой. Они зашли в кабинет, врач усадила обессиленную от горя Валю на кушетку и взяла со стола свой смартфон.

***

Тем временем в послеродовом отделении шёл обычный день. Сегодня не произошло ничего особенного, и Надя скучающе наблюдала в окно, отвлекшись от заполнения выписок. Её подопечные живы-здоровы, некоторые сегодня поедут домой, в свои семьи, со своими любимыми и любящими мамами. Эх, всегда бы так!

Покоя не давало одно: Лена, медсестра отделения новорождённых.

Тот телефонный разговор, который слышала Надя, даже на первый взгляд был странным.

***

В тот день Надя уже собиралась домой, и идя по коридору, услышала приглушённый голос Лены, которая говорила с кем-то по телефону на лестничной клетке:

- Да, будь уверена! Я ни капли не пожалела, что работаю здесь. Кира, здесь море еды! Выбираешь самых сочных и здоровых и можешь пить их силы, сколько хочешь! Только здесь главное не переборщить, иначе можно вылететь с работы, если он закончится. Здесь за каждого выпитого отчитываться нужно... Эх, раньше хорошо было, бог дал, бог взял, никто и не заморачивался, а сейчас с каждым носятся, как с писаной торбой! У меня здесь ещё и есть, кому мои объедки подлатать, Надей зовут. Чую я, что она не простая, она их лечит не лекарствами. По-моему, она из древнейшего рода славянских "шептунов"... Ладно, давай потом, здесь кто-то есть...

Лена поспешно сбросила звонок и вышла в коридор отделения, практически лоб в лоб столкнувшись с Надей:

- Ой, Надюша, ты домой уже? А мне ещё дежурить... - затараторила Лена и поспешила прочь.

Надя не стала показывать ей, что слышала этот странный монолог, но вновь почувствовала странный, едва уловимый запах, исходящий от медсестры. Запах тлена. Запах приближающейся смерти. Или уже свершившейся... Что бы это значило?

Всю ночь Надя не могла уснуть. Она вспоминала факты, которые стала замечать, едва освоившись на новом месте работы. Каждый раз после дежурства Лены нескольким малышам становилось хуже, а в некоторых случаях младенцев приходилось даже спасать. Что самое ужасное, в отсутствие Нади на рабочем месте пару раз даже случались трагедии, но они, как бы это ни цинично звучало, "не превышали допустимый процент младенческой смертности". Наде очень хотелось работать без выходных, но раскрываться было нельзя. Тем более эта самая Лена и так уже стала что-то подозревать. Узнай руководство, что Надя применяет в своей практике так называемые нетрадиционные методы лечения, она вылетит с работы с волчьим билетом, и ей не светит спасение стольких маленьких жизней...

***

От тяжёлых мыслей Надю отвлёк телефонный звонок.

- Да, Лариса Николаевна? Чем обязана?

Лариса Николаевна, косясь на сидящую на кушетке Валю, тщательно подбирала слова:

- Надежда Дмитриевна, здесь у меня беременная женщина сидит, получила решение консилиума. У плода поликистоз почек, несовместимый с жизнью. Вы не могли бы осмотреть беременную, ознакомиться с решением, проконсультировать её? Весь ПЦ знает, что вы творите чудеса. А вдруг?

Надя задумалась. Детей в утробе ей лечить ещё не приходилось.

- Лариса Николаевна, пусть женщина ложится в стационар. Как её зовут? Я, когда она оформится, зайду к ней, мы побеседуем, а заодно и решим, можно ли что-то сделать.

Лариса Николаевна обратилась к Вале:

- Назови свои имя, фамилию и отчество.

- Куксова Валентина Андреевна, - бесцветным голосом проговорила Валя, по-прежнему пялясь в одну точку.

Надя записала данные пациентки на листок и, пообещав зайти, сбросила звонок.

***

Валя лежала в палате на кровати, стоящей чуть поодаль, в углу, и бесцельно пялилась в потолок. Жутковатая реальность отечественного отделения патологии беременности была такова, что женщины, лежащие на сохранении и женщины, ожидающие прерывание беременности по медицинским показаниям лежали по-соседству друг с другом. Тем хуже себя чувствовала Валя. Она положила ладонь на живот и ловила каждое шевеление её пока ещё живого Кирюши. Из глаз струйками стекали слëзы. Да, она могла бы просто отказаться от прерывания, но донашивать малыша, который умрёт сразу же после рождения... Нет, она не такая сильная. Она не сможет пережить это. Да, сейчас всё равно предстоит его родить, но лучше сейчас, лучше сразу прервать его муки, чем наблюдать, как он будет уходить... Это невероятно тяжелый выбор. Лучше бы его не было, этого выбора!

Дверь медленно распахнулась и в палате появилась высокая молодая женщина с шикарными соломенного цвета волосами, собранными в хвост. Её ярко-зелёные глаза пробежались по обитательницам палаты и взгляд остановился на Вале.

- Здравствуйте, Надежда Дмитриевна! - хором поздоровались две женщины в палате.

Надя кивнула и улыбнулась:

- Здравствуйте, девочки! Не могли бы вы прогуляться, пока я поговорю с вашей соседкой? - Надя жестом указала на безучастную Валю.

Девушки понимающе поднялись со своих кроватей и, тихонько продолжая беседу, вышли в коридор. Надя, убедившись, что они отошли от двери, прикрыла её и направилась к кровати Вали. Та недоверчиво взглянула на Надю и поднялась, опустив ноги на пол.

- Ты лежи, лежи, - мягко сказала Надя, присаживаясь на край кровати, - Я изучила твои документы, анализы и обследования. Диагноз, действительно, очень серьёзный... Но стоит попробовать побороться.

Надя улыбнулась, отчего Валя ещё сильнее нахмурилась, но тем не менее послушно легла. Надя жестом указала ей расстегнуть халат, и, сосредоточившись, приложила руки к животу женщины.

- Ай! - вскрикнула Валя, почувствовав жжение внутри. Она хотела было отстраниться, тем более она совершенно не ожидала такого осмотра от врача, - Что вы делаете?! Почему так жжёт?!

- Не кричи, а то сейчас сбегутся все, - цыкнула Надя, - И не отвлекай меня. Я пытаюсь помочь твоему мальчику.

- Откуда вы знаете, что это мальчик? - удивилась Валя.

- Вижу.

- Руками?!

- Не кричи, говорю! - настойчиво повторила Надя.

Несколько минут она держала руки над животом Вали, изредка меняя их местоположение, хмурилась, качала головой. Почти всё время её глаза были закрыты, а жжение в животе становилось нестерпимым, и Валя снова не выдержала и застонала.

- Ну на сегодня хватит, - вздохнула Надя и убрала руки, - Вот что я скажу. Это спонтанный генетический сбой в процессе формирования плода, поэтому на сто процентов даже я не смогу вылечить твоего мальчика. Но всё не безнадёжно. УЗИ показывает, что вод уже нет, но я нашла следы амниотической жидкости. Почки поражены очень сильно. Невероятно сильно. Сейчас я сняла ему боль и убрала несколько кистозных образований. Понадобится много сеансов. Я доведу его до состояния, которое не будет угрожать его жизни. То есть, он выживет, но абсолютно здоров не будет. Его почки навсегда останутся проблемными. Тем не менее он будет жить, с помощью лекарств, операций. Хотя, после рождения, возможно я смогу сделать больше - некоторые мои силы забирает твой организм, в частности миома.

Валя слушала Надю, раскрыв рот от изумления.

- Вы точно врач?..

- Да, я врач, - засмеялась Надя, - Но не только. Я потомственная целительница в неизвестно каком поколении. Наш род происходит ещё от древних славян, и все мои предки по женской линии обладали этими способностями. Они уникальны. Таких как я на земле единицы, а точнее, всего четверо. Мы не просто лечим и заговариваем, как любая бабушка-знахарка. Мы исцеляем. Я могу даже оживить недавно умершего, пока его душа ещё не покинула этот мир, а тело ещё пригодно быть её сосудом. Я не Бог, я не могу прямо вот всё. Но могу очень многое. Ты хочешь родить своего ребёнка живым?

- Да... - совершенно ошеломлённая, пробормотала Валя.

- Тогда у меня есть одно условие.

Валя кивнула, дав понять, что согласна на всё.

- Никому, ни под каким предлогом не говори, каким образом я тебе помогаю. Я сейчас пойду к твоему лечащему врачу и дам ему вполне земные указания, касаемые твоего лечения. Но сразу скажу - это для отвода глаз. Ты тщательно их выполняешь, а я прихожу лечить твоего мальчика.

Валя послушно кивала.

Когда Надя ушла, Валя почувствовала жуткую усталость. Не успев даже поразмыслить над тем, что сказала ей Надя, она заснула.

***

Почти две недели Надя ежедневно приходила к Вале и лечила её ребёнка. Перед выпиской женщине провели повторное обследование, и лечащий врач Вали Евгений Константинович, удивлённо глядя на результаты, изрёк:

- Невероятно. Нет, на самом деле невероятно. И вправду говорят, что Надежда Дмитриевна волшебница. Валентина Андреевна, - снимая с лица круглые очки, обратился он к Вале, - Что могу сказать. У вас сейчас умеренное маловодие, то есть, почки плода плоховато, но работают. Кисты остались, конечно, но одна из почек вполне способна к обеспечению жизнедеятельности ребёнка. То есть, прогноз значительно улучшился и сейчас показаний для прерывания беременности нет. Ваш малыш будет жить!

Валя сияла от счастья. Выйдя из здания перинатального центра, она сразу же набрала номер Артёма:

- Ты приедешь за мной? Точнее, за нами!

- Конечно, сестрёнка! - весело ответил Артём.

Он уже собирался за сестрой и спешил к своему гаражу, в одной руке держа наготове ключи, а другой прижимая к себе два увесистых букета цветов: один для сестры, а другой для чудесного доктора Надежды, о которой рассказала ему Валя. Нет, Валя не раскрыла ему тайну, как именно Надя спасла жизнь её малышу, она умела держать слово.

***

Надя из окна своего кабинета с улыбкой наблюдала, как Валя покидает здание больницы. Ну вот, ещё одна жизнь, можно сказать, спасена. Надя пообещала Вале, что обязательно будет присутствовать на родах, и теперь оставалось только ждать.

Вдруг в коридоре послышался шум и топот. Сердце тревожно сжалось. Надя направилась к двери, мельком увидев в окно, как Валю встретил высокий молодой мужчина с двумя букетами цветов. Он передал один букет Вале и указал ей на машину, а с другим поспешил ко входу в перинатальный центр, но этого Надя уже не видела.

Дверь распахнулась и в кабинет ворвалась Таня, вторая медсестра отделения новорождённых:

- Надежда Дмитриевна, ЧП! Новорождённый мальчик, которого приняли вчера у Насоновой, в критическом состоянии!

- Идём, идём, - Надя подтолкнула Таню к двери и они вместе помчались в реанимацию.

Ребёнок был весь синий и едва дышал. Его маленькое тельце скручивало судорогами.

- Противосудорожное! - скомандовала Надя, и тут же получила из рук Лены, уже находящейся в палате реанимации, шприц с препаратом.

Надя заметила, что Лена будто в одночасье похорошела: её чёрные смоляные волосы сияли здоровым блеском, глаза искрились, а на щеках играл румянец. Лена плохо скрывала довольную ухмылку и выглядела как кот, только что вдоволь нализавшийся сметаны. Надя не подала виду, что заметила перемены в странной медсестре, но теперь была почти стопроцентно уверена, что она каким-то образом причастна к ухудшению состояния ребёнка.

- Теперь все покиньте помещение, я люблю работать одна! - сказала Надя, отдав Лене шприц и как бы невзначай прикладывая ладонь к груди мальчика. Ребёнок розовел на глазах, но всё ещё был слаб.

"После. Всё после. Сначала спасти малыша." - мысленно твердила Надя, колдуя над хрупким тельцем и прогоняя прочь мысли о Лене.

Только когда мальчик, измученный приступом, спокойно задышал, Надя успокоилась. Она совершенно одна. У кого просить помощи? У кого узнать, кто такая Лена и что она делает с малышами?

Надя ещё раз внимательно осмотрела ребёнка и неожиданно заметила, что на его пухлой шее присутствует едва заметный след, как будто бы от прокола. Она приложила к нему пальцы и сосредоточилась.

Что-то чёрное, острое, конусовидное пронзает кожу, проникает в вену. Нет, оно не пьёт кровь. Оно притягивает серебристые сияющие частицы души и всасывает их, отнимая не просто жизнь, а саму человеческую сущность. Хрупкую, свежую, чистую. Такую, какая бывает только у младенцев.

Надя испуганно отстранилась. Что это такое? Лена, что ты за нечто???

Глава 3. Ошибка Василия Васильевича

Уходя домой, Надя мельком взглянула на стоящий в её кабинете в вазе на столе букет розовых роз. Она не стала спрашивать у дежурной акушерки, откуда взялся букет, тем более мысли были заняты совершенно другим.

Бабушка многое рассказывала Наде, когда та была маленькой. Когда дар только открывался ей, расцветая и раскрываясь, словно прекрасный цветок из бутона.

***

- Много нечистых тварей на свете, милая. Всех и не перечесть, - бабушка методично нажимала на педаль старой, потемневшей прялки, аккуратно направляя одной рукой нить на веретено, а другой вытягивая из кудели серый козий пух и накручивая его на нить.

Большое колесо прялки издавало монотонный гул, отчего маленькую Надю нестерпимо клонило в сон. Девочка зевнула и спросила:

- Бабушка, а если мы просто лечим, зачем мне знать что-то о нечисти?

Бабушка, не отвлекаясь от своего занятия, мягко улыбнулась:

- Многие из них людям вредят. Силы тянут, питаются жизненными соками людскими. А мы должны людей исцелять. Только прежде нужно выяснить, что за недуг одолел человека, уж не рукотворный ли он? Ежели это дело рук нечисти, то придётся приложить больше усилий, а значит, копить энергию для исцеления, - терпеливо пояснила бабушка, изредка поглядывая на Надю.

Затем бабушка остановила прялку, поднялась со стула и направилась к старому массивному книжному шкафу. Она выудила из ряда одну книгу: самую потрёпанную, в потёртом коричневом переплёте. Бабушка села на скрипучий диван рядом с Надей и раскрыла книгу. Запахло сыростью и пылью. Затхлый запах, исходящий от пожелтевших страниц, щекотал нос. Надя чихнула, потерла нос ладошкой и с интересом уставилась в книгу.

- Нынче люди забыли, что кроме этого мира есть другой, невидимый, в котором обитают существа, с которыми лучше не ссориться, о которых нельзя забывать. Некоторые из них могут быть добрыми к хорошим людям. Домовой, леший, кикимора, водяной, банник. А у некоторых сама сущность такова, что людям только вредит. Анчутки болотные, например, бабаи или ночницы.

- Ночницы? - переспросила Надя.

- Да, Наденька, ночницы. Навьи, нежить. Мертвяки это, женщины, при жизни они были злые, занимались всякими непотребствами, чёрной магией. Живые были, губили детушек невинных, да и после смерти продолжают это делать. Пьют они из детушек сок жизни, тем самым свою жизнь поддерживая... Обычно стараются до конца не испить, но часто входят во вкус и губят дитя невинное. Нынче злые дела ночниц называют "синдром внезапной смерти".

Мурашки пробежали по спине девочки. Надя опасливо оглянулась, как будто проверяя, нет ли за её спиной ночницы.

***

Всю дорогу до дома Надю занимали воспоминания. Нужно повторно изучить книгу бабушки, этакий бестиарий, в котором описаны все известные существа. Может, так удастся выяснить, кто такая Лена? Но не сегодня. Сегодня был тяжёлый день и очень хотелось спать. Настолько, что Надя даже не поинтересовалась, откуда на её столе в кабинете взялся букет.

Надя открыла дверь в свою квартиру и устало шагнула внутрь. Дымчатый кот Маркиз встречал хозяйку у двери, громко мяукая.

- Что, дружище, соскучился? - Надя, едва скинув ботинки, присела на корточки, чтобы погладить верного друга.

Дверь напротив распахнулась, оттуда выглянула кучерявая голова женщины средних лет:

- Наденька, я Маркизушке недавно корм давала, он всё скушал! - доложила соседка.

- Спасибо вам большое, тёть Нин! - улыбнулась Надя, - Не знаю, что бы я без вас делала!

Одинокая тётя Нина кормила кота, когда Надя была на работе. Она делала это не только по доброте душевной, но и в благодарность за исцеление её от артроза коленного сустава.

Утром, когда Надя вновь собиралась на работу, тётя Нина как обычно выглянула из своей квартиры:

- Надя, ты сегодня как обычно, допоздна?

- Да, теть Нин, как всегда, - улыбнулась Надя, - Маркиза покормите?

- Ну конечно, иди, иди, не беспокойся!

Тётя Нина хотела было уже закрыть дверь, как вдруг втянула в себя воздух и поморщилась:

- Наденька, ты сильно спешишь, есть минутка? - полушепотом спросила соседка.

- Нет, тёть Нин, не сильно...

- Зайди ко мне, пожалуйста, - осмотревшись, ответила тётя Нина.

Надя удивилась, но решила всё же зайти, хотя тётя Нина часто говорила, что не очень любит гостей.

***

Знакомство соседок произошло практически сразу после заселения Нади в эту квартиру. Тогда Надя, продав дом бабушки и взяв ипотеку, только недавно купила себе однушку на окраине города, и ещё не была знакома с местными жителями. Тётя Нина остановила её на лестничной клетке:

- Какая необычная девочка будет жить со мной по-соседству! Какая сила! - воскликнула женщина, сбив с толку ошалевшую Надю.

- Вы о чём? - попыталась сопротивляться девушка.

- Ой, детка, не притворяйся! - женщина осмотрелась и скользнула в приоткрытую дверь к новой соседке, - Меня тётя Нина зовут, я здесь напротив живу. Я кое-что могу видеть, не то, что другие люди. И вижу в тебе силу немерянную, древнюю, уникальную! От тебя исходит жизнь!

Глаза тёти Нины выражали искренний восторг, она аккуратно прикасалась к руке Нади, как к мраморному изваянию, будто пытаясь нащупать ещё что-то, чего не могли видеть другие люди.

- Ты лечишь, - облизывая иссохшие губы, восторженно произнесла тётя Нина, - А я ведаю. Поэтому и почувствовала твой дар. Боже, даже не верится, что я на своём веку повидала такую, как ты! Ты же удивительный, редчайший экземпляр!

Надя поспешила закрыть дверь, чтобы никто не услышал их разговор, и ответила:

- Неужели вы и вправду чувствуете мой дар?

- А то! - засмеялась тётя Нина, - От тебя же энергия за километр разит, аж с ног сшибает!

- Я умоляю вас, не говорите об этом никому! - испуганно попросила Надя.

- Не скажу, конечно! Я и про себя молчу, знают только близкие. Знаю я, какова эта ноша, - уже более спокойно ответила тётя Нина, убирая руку, которой до этого ощупывала Надю.

С тех пор тётя Нина и Надя стали общаться. Надя вылечила соседке коленку, а тётя Нина хотела подсмотреть будущее девушки, но Надя благоразумно отказалась. Тогда тётя Нина вызвалась кормить кота Нади, пока та будет на работе, в знак благодарности.

***

Надя зашла к тёте Нине и с порога спросила:

- Вы что-то почувствовали? Что-то не так?

- Детка, уже в который раз замечаю, что от тебя мертвечиной разит. Вот сейчас, утром, не сильно, а вчера прям дышать тяжело было. Не твоя смерть, и... Какая-то неправильная, как будто и смерть, и не совсем смерть. Позволь посмотреть подробнее?

Надя уже хотела было согласиться, как вдруг зазвонил телефон:

- Надежда Дмитриевна, вы не могли бы поспешить, это срочно?! - кричала в трубку запыхавшаяся медсестра Ирина.

- Да, конечно! - без лишних вопросов согласилась Надя.

- Извините, теть Нин, срочно на работу вызывают, наверное, что-то случилось, - попятилась к двери девушка, отчего тётя Нина сокрушенно вздохнула.

***

Уже через полчаса Надя была на месте. К ней сразу же подбежала Ирина. Лена уже сдала смену и уехала домой, и Наде показалось, будто в отделении стало легче дышать. Не было мерзкого запаха, не было чувства, что за ней кто-то следит и дышит в спину.

Но спокойно всё же не было.

- Роды у Грачёвой прошли с осложнениями, ребёнок застрял, он в критическом состоянии! - докладывала по дороге к отделению реанимации Ирина, пытаясь сунуть Наде документы.

- Какие роды? У неё же кесарево должно было быть! - ошарашенно спросила Надя, по пути натягивая халат, который подала ей санитарка.

- Ну... - замялась Ирина, - Василий Васильевич решил, что Грачёва справится и родит самостоятельно...

- Какое самостоятельно?! - вскричала Надя, - там ребёнок на пять килограммов по УЗИ, да ещё и с обвитием! Вы чего наделали?!!

В реанимации, как обычно, было светло и тихо. Тишину прерывало лишь методичное пищание приборов. В кювезе лежал мальчик - настоящий богатырь, к которому со всех сторон тянулись провода. Личико закрывала маска, а из ротика торчала трубка, подающая кислород в лёгкие.

Надя подошла к ребёнку и приложила к кювезу руку:

- Асфиксия... Сколько минут отсутствовало сердцебиение?

Ирина что-то невнятно пробормотала, и Надя махнула на неё рукой:

- Иди. Я сама.

- Я поняла, - учтиво ответила Ирина и покинула палату.

Мальчик был тяжёлый. Чтобы вернуть питание мозга, пришлось серьёзно поработать. Руки горели и тряслись, Надя вспотела, но малышу стало гораздо лучше. Надя аккуратно вытащила трубку изо рта ребёнка, убедилась, что он дышит и вышла из палаты реанимации. Медсестра Ирина ждала в коридоре, переминаясь с ноги на ногу:

- Надежда Дмитриевна, ну что там?

- Всё гораздо лучше. Добавьте антибиотик, от трубки может начаться воспаление.

- Как вы это делаете? - ошарашенно спросила Ирина.

- Не важно, - бросила Надя, - Где лежит Грачёва?

- В 47 палате...

Надя зашла в палату. Она сразу поняла, кто мать только что спасённого малыша. Женщина лежала, отвернувшись к стене и тихо плакала.

- Катя, если я не ошибаюсь? - спросила Надя, присаживаясь на край кровати.

Женщина молчала.

- Вы угробили моего ребёнка... - спустя несколько минут, в течение которых Надя терпеливо сидела рядом, сказала женщина.

- Катя, с вашим мальчиком всё хорошо. Я исправила ошибку, которую допустили мои коллеги. Я очень сожалению о том, что вам пришлось пережить. Я извиняюсь за это от лица всех, кто виноват. Но поверьте мне, всё будет хорошо, я вам гарантирую.

Женщина удивлённо повернулась:

- Он же... Его еле откачали, мне сказали, что мозг практически умер...

- Нет, я всё сделала так, как нужно и с малышом всё хорошо. Ему нужно немного поправиться и завтра он будет с вами.

- Спасибо вам... Я могу его навестить?

- Конечно, я скажу Ирине, она вас проводит, - заверила женщину Надя.

Теперь нужно было навестить Василия Васильевича и спросить, почему он позволил себе неоправданный риск?

Надя без стука распахнула дверь в кабинет главврача и на неё в ту же секунду обрушился запах корвалола. Василий Васильевич сидел за столом, пряча трясущиеся руки и нервно вздыхал.

- Отчитывать пришла, Надежда Дмитриевна? - пряча глаза, спросил Василий Васильевич.

- Вроде того, - Надя села на стул и закинула ногу на ногу, - Зачем?

- Ч-что зачем?

- Зачем вы её в роды пустили? Узкий таз, крупный плод. Вроде бы всё по учебнику, Василий Васильевич?

- Ну не такой уж и узкий... - начал оправдываться Василий Васильевич, - Да и она могла бы сама нормально родить, если бы постаралась... Понимаешь, Надя, у нас в этом месяце процент кесарево уже почти исчерпан... Неужели ты не хочешь премию?

- Я?! Премию?!!! - вспыхнула Надя, - Какая премия, Василий Васильевич?!!! Речь о жизни и здоровье, а вы рискуете ради показателей!!! Это просто... Просто... Слов нет...

- Надя....

- Я исправила вашу ошибку, Василий Васильевич, - сказала Надя, и после этих слов главврач заметно расслабился.

- Как я могу тебя отблагодарить? - дрожащим голосом выпалил мужчина.

- Мне нужно личное дело одной из наших сотрудниц. Елены Лисиной.

Василий Васильевич удивлённо уставился на Надю.

- Не спрашивайте, зачем. Надо, - твёрдо сказала Надя.

Василий Васильевич вздохнул и ответил:

- Будет. Иди в кабинет, я сам тебе его принесу.

Надя улыбнулась, поправила выбившуюся прядь волос за ухо, поднялась со стула и вышла из кабинета.

***

Букет всё ещё стоял, издавая еле уловимый аромат. Кто же его принёс? Ответ не заставил себя долго ждать. Через несколько минут в дверь постучали.

Полина, дежурная акушерка послеродового отделения, открыла дверь:

- Можно?

- Ага, заходи, - кивнула Надя, отодвигая ноутбук.

- Там внизу вас ждёт красивый мужчина, - улыбнулась Полина, - Говорит, что хочет лично увидеть вас. Это букет от него.

Надя заинтересовалась.

- Скажи, что сейчас спущусь, - ответила она.

Глава 4. Личное дело Лены

Спустившись в вестибюль, Надя сразу заметила высокого мужчину, который переминался с ноги на ногу неподалёку от раздевалки. Его лицо показалось девушке знакомым. Мужчина повернулся и, увидев Надю, заметно оживился:

- Надежда Дмитриевна? - улыбнувшись, воскликнул он, - Вам передали букет?

- Да, спасибо большое, очень красивые розы. Вы будто бы знаете, что я люблю розовые розы, - подойдя к мужчине, ответила Надя. Несмотря на свой высокий рост, ей пришлось поднять глаза, чтобы взглянуть ему в лицо.

- Не знаю, конечно. Просто показалось, что они вам понравятся, - пожал плечами мужчина, - Я Артём, а букет - это благодарность за спасение ребёнка Вали Куксовой.

- А-а-а-а, - протянула Надя, слегка разочаровавшись, - Да бросьте. Всё с вашим сыном будет хорошо!

Артём улыбнулся и сказал:

- С племянником.

Надя удивлённо вскинула брови.

- Валя - моя младшая сестра, - пояснил Артём, - Мы в детстве лишились родителей, нас тётя воспитывала, только вот, к сожалению, не по доброте душевной, а из-за опекунских выплат. Мы с сестрой всю жизнь вдвоём, вместе, друг за друга. Она мой самый родной человек. Её парень, отец малыша, что у Вали в животе, бросил её. Ну значит я для мальчишки буду и дядей, и отцом. Два в одном, так сказать.

Артём многозначительно хмыкнул.

- Ну что ж, Артём, могу вас заверить, всё будет хорошо, - улыбнулась Надя.

- Вы наш добрый ангел, Надежда, - продолжил Артём, - Я не застал вас вчера, поэтому приехал сегодня, чтобы лично выразить вам благодарность. Я работаю следователем, так что если я вам понадоблюсь, я всегда к вашим услугам.

Артём протянул Наде визитку, на которой был напечатан его номер телефона.

- На обратной стороне я написал вам свой личный номер. Звоните по любому вопросу, чем смогу - помогу.

Надя взяла визитку и ещё раз посмотрела на Артёма. Симпатичный, ничего не сказать. Высокий, статный, с коротко подстриженными русыми волосами. От него веяло обаянием, харизмой, жизненной силой. Было видно, что Артём - человек целеустремлённый и ответственный.

***

Надя попрощалась с новым знакомым и вернулась на рабочее место. Едва войдя в кабинет, она увидела на своём столе тоненькую папку. Надя села за стол, взяла папку в руки и начала листать.

На первый взгляд ничего подозрительного.

Елена Николаевна Лисина. Год рождения, адрес, место учёбы... Опыт работы небольшой, в районной больнице детской медсестрой. Потом уже сюда устроилась, в тот момент перинатальный центр как раз только открылся и требовались кадры.

Надя записала в блокнот адрес, место учёбы и предыдущее место работы Лены. Немного подумав, она щелкнула на смартфон фотографию из личного дела Лены и закрыла папку.

С чего начать? Главное ведь ещё - не привлечь к себе внимание, не раскрыть того, что она что-то подозревает. Нужно действовать аккуратно. Вначале необходимо хотя бы выяснить, что Лена представляет из себя в жизни.

В жизни... Почему от неё так несёт трупным запахом? И вообще, чувствует ли это кто-то, кроме Нади? Вряд ли.

***

Остаток дня прошёл спокойно. Больше ничего, слава богу, не произошло, все детишки появлялись на свет здоровенькими и крепкими, и к вечеру Надя успокоилась.

В квартире Надю уже ждали мяукающий Маркиз и задумчивая тётя Нина.

- Тёть Нин, привет, вы меня ждёте? - удивилась Надя.

Обычно соседка старалась ретироваться из квартиры, как только покормит кота, но в этот раз она терпеливо сидела на кухне и ждала хозяйку.

- Не могу я, Надя, уйти. Чувствую, грядёт что-то нехорошее...

- Ну что вы, тёть Нин, - попыталась улыбнуться Надя, - Это касается меня?

- Да, Наденька, - кивнула соседка и принюхалась, - Вот сегодня смрада нет почти, выветрился. Видимо, источника сегодня не было.

Надя замешкалась. Рассказать или нет тёте Нине о том, что её тревожит? В тёте Нине девушка не чувствовала угрозы, от неё шла энергия доброты, и пахла женщина приятным, еле уловимым ароматом цветов. Она добрый человек.

- Тёть Нин, вы ведь правы. Не всё у меня гладко, - усаживаясь за стол, решительно сказала Надя, - Я запуталась и не знаю, куда двигаться дальше, и вообще, надо ли мне это? Нет, я чувствую, что надо, что нельзя позволять ей вредить, но как сделать всё так, чтобы... Тихо и аккуратно?

- Дай руку, Надя, - тётя Нина протянула ладонь, в которую Надя сразу же вложила свою руку.

Соседка закрыла глаза и стала что-то невнятно бормотать, то и дело сжимая руку Нади в своей. Через несколько минут она открыла глаза и сказала:

- Вижу возле тебя зло. Древнее, чёрное, мёртвое. Я не понимаю пока, что это, ни разу не сталкивалась с таким, но оно очень сильное. Оно движимо инстинктами и желанием выжить любой ценой. Оно следует за тобой по пятам, но от тебя независимо, не ты нужна ему. Оно пьёт жизни, как мы чай по утрам, оно питается жизнями, чистыми и светлыми, невинными, совсем свежими. Оно не живо, но и не мертво. Я не понимаю, что это, Надя, но чувствую впереди большие беды. Много бед, если не остановить это... Оно входит во вкус и теряет страх быть раскрытым. Много жизней сгубить может. Оно в образе женщины со смоляными волосами, почему-то эта женщина в белом вся, хотя внутри всё черным-черно...

Слушая это, Надя задумчиво кивала:

- Я уже знаю практически всё, что вы мне сказали, вы, тёть Нин, подтвердили мои догадки.

Надя коротко рассказала тёте Нине о том, что происходит на работе, не утаив ничего про Лену.

***

Самое страшное, что тревожило Надю, это то, что подходило время её отпуска. Она несколько раз намекала Василию Васильевичу о том, что не намерена отдыхать, но Василий Васильевич всё потрясал перед Надей трудовым законодательством и говорил, что с него три шкуры сдерут, если он не отпустит кого-то в отпуск, тем более такого ценного сотрудника, как Надежда. Сколько малышей может загубить Лена, пока рядом не будет того, кто сможет их спасти? Нужно спешить. У Нади в запасе есть полтора месяца, чтобы выяснить, кто такая Лена и обезвредить её.

***

Время неумолимо двигалось вперёд, приближая отпуск Нади. Оно всегда так, когда чего-то ждёшь с нетерпением, время тянется, будто резиновое, и кажется, что ожидаемый момент никогда не настанет. А когда хочешь оттянуть событие, время бежит, как не умоляй его остановиться.

До отпуска остался месяц. Лето было в самом разгаре, солнце неимоверно пеклó на улице, словно сама преисподняя на время переехала в обычный провинциальный город. А в перинатальном центре всё шло своим чередом. К этому времени Надя уже разузнала о Елене в медучилище, в котором та училась на медсестру, и ничего необычного не узнала. Благо, в том училище, в пригороде областного центра, работала одна знакомая Нади, Виктория.

- Да девчонка как девчонка, ничего примечательного, - рассказала Виктория, - Детдомовка, добрая, отзывчивая, тихая, незаметная. В восемнадцать лет квартиру получила от государства, однушку, училище закончила и пошла в нашу местную районную больницу детской медсестрой работать. Детей очень любила, всегда с ними носилась, никому ничего плохого не делала. Сейчас не знаю, что с ней, давно не видела её. Говорят, квартиру она эту обменяла на комнату в коммуналке в городе. Не знаю, там вроде по закону так нельзя, но ей удалось как-то.

На прошлое место работы Елены Надя сунуться пока не рискнула. А вдруг там остались её друзья, ещё передадут Лене, что Надя интересуется её прошлым...

Всё шло своим чередом, пока однажды в перинатальном центре не случилось происшествие. Скорая помощь привезла необычную роженицу - жертву маньяка, которую искали уже больше года. Она была беременна, срок неизвестен, но по словам девушки, около восьми месяцев. Всё это время чудовище в человеческом облике держало её в подвале и издевалось над ней, в результате девушка оказалась в положении.

- Надежда Дмитриевна, у плода просто чудовищная задержка внутриутробного развития, вес максимум один килограмм! - доложила дежурная акушерка Наде, когда та прибыла в предродовую палату.

- Как процесс продвигается? - спросила Надя у акушерки, присаживаясь рядом с мучающейся схватками девушкой.

- Восемь сантиметров, скоро уже, - ответила акушерка.

- Он умрёт, да? - спросила девушка. По её интонации было не ясно, огорчена она или как раз таки надеется на такой исход.

- А ты бы как хотела? - мягко спросила Надя. Она понимала, что девушка может не захотеть спасать дитя, зачатое её мучителем.

- Я бы хотела, чтобы он был жив, - ответила девушка, - Он ни в чем не виноват.

- Значит, он будет жив, - улыбнулась Надя и погладила девушку по руке, - Лена, приготовь кювез и всё необходимое для реанимации новорождённого, - обратилась Надя к вошедшей в палату Лене, стараясь вести себя непринуждённо. Это просто рабочий процесс. В этом случае Лена не нанесёт малышу никакого вреда. Надя уже выяснила, что Лену интересуют только здоровые и крепкие малыши, да и в профессиональном плане к Лене было не придраться. Поэтому Надя старалась не подавать виду, что имеет какие-то подозрения по отношению к Лене.

Когда закончились сложные роды и маловесный ребёнок отправился в палату реанимации, а Надя поспешила к себе в кабинет. Малышка, а новорождённой оказалась девочка весом один килограмм сто пятьдесят граммов, была вне опасности.

***

К вечеру, уже перед уходом домой, Надя решила навестить девушку и успокоить её, сказать, что с малышкой всё будет хорошо. Она поговорила с девушкой и когда вышла, прямо перед дверью нос к носу столкнулась с Артёмом, который тоже направлялся в эту же палату.

- Артём? - удивилась Надя.

- Здравствуйте, Надежда Дмитриевна, - обрадовался Артём.

- А вы что здесь делаете?

- Пришёл допросить потерпевшую. Я вёл громкое дело о её исчезновении, теперь маньяк пойман, потерпевшая в безопасности. Остались детали, - пояснил Артём.

- Да уж, чего только не насмотришься, пока работаешь здесь, - усмехнулась Надя, - Может быть, рановато для посетителей? Как вас вообще пропустили?

Артём пожал плечами:

- Ну я же полицейский, это моя работа. Я быстро, всего пару вопросов. Ребёнок жив?

- А вы во мне сомневались? - Надя вызывающе вскинула брови.

- Нет. В вас - нет. Вы добрый ангел, Надя. Можно я буду называть вас Надя? - улыбнулся Артём.

- Можно, конечно, Артём, - Надя улыбнулась в ответ и почувствовала, как загорелись щëки.

- А что вы делаете сегодня вечером, Надя? - спросил Артём.

- Сегодня я свободна, - Надя чувствовала, что всё ещё продолжает глупо улыбаться.

Вдруг дверь в отделении новорождённых распахнулась и оттуда вышли смеющиеся Лена и Таня, болтая о чём-то своём. Палата, возле которой разговаривали Надя и Артём, находилась совсем рядом с отделением и они оба прервали разговор и обернулись. Лена и Таня, мельком взглянув на парочку, поспешили к лестнице, а Надя заметила, что Артём пристально смотрит на Лену, нахмурившись.

- Вы её знаете? - спросила Надя, как только голоса медсестёр смолкли, когда те удалились на достаточное расстояние.

- Да так... Наверное, мне показалось, просто лицо знакомое, - ответил Артём и вновь улыбнулся, - Ну тогда я буду ждать вас возле парковки!

- Хорошо, я уже как раз скоро буду собираться домой, - ответила Надя и поспешила в кабинет.

Ещё по дороге до кабинета в её голову закралась мысль, что Артём мог бы помочь ей разузнать побольше о странной медсестре. Но почему он так посмотрел на неё? Он следователь, а вдруг она была в чём-то замешана, вдруг проходила по какому-то делу? Как бы невзначай выведать это у него? Ведь так, сразу, неудобно взваливать просьбу на человека, с которым ещё совсем незнакомы... Тем более на первом свидании. А в том, что Артём пригласил Надю именно на свидание, она не сомневалась.

Глава 5. Вернуть отнятое

Приглушённый свет, приятная музыка на заднем фоне. Нет, они сидели за столиком отнюдь не фешенебельного ресторана, а обычной пиццерии. Но так Наде нравилось даже больше. Приятная, душевная атмосфера, очаровательная именно своей простотой, отсутствием притворства и желания произвести впечатление. Артём весело рассказывал смешные рабочие байки, Надя задорно хохотала над его рассказами. Она понимала, что работа следователя - это отнюдь не весело, но Артём старательно подбирал для своих рассказов именно весёлые моменты из его суровых будней.

- Надя, а можно задать тебе один вопрос, касаемый твоего таланта? - вдруг Артём резко сменил тему.

Надя удивилась, но сделала вид, что не поняла, о чём он:

- Можно, задавай.

- Каким образом ты лечишь их?

- В смысле? - продолжила "играть в несознанку" Надя.

- Надя, не забывай, я следак. Да, я не медик, я много чего не понимаю в этом, и не понимаю, как твои коллеги до сих пор не видят очевидного. Какие методы ты используешь? Я проконсультировался с нашим судмедэкспертом, патология ребёнка моей сестры не лечится. Но ты смогла. Наверное, твоим коллегам выгодно просто смотреть на всё сквозь пальцы, главное ведь результаты. Не подумай, я не с наездом, мне просто интересно. Считай это профессиональной привычкой.

Надя молчала и пристально смотрела на Артёма. Она сосредоточилась, чтобы попытаться определить, можно ли ему верить. Запах. Нужно уловить запах. Добрый человек пахнет приятно, точнее, его душа пахнет приятно. Это от Лены несёт мертвечиной, от кого-то пахнет гнилью, от кого-то тухлыми яйцами. От Артёма исходил едва уловимый аромат зелёных листьев и дождя. Так пахнет уверенный в себе авантюрист. Запаха зла в нём не было.

- Я умею лечить, - ответила Надя, - Не лекарствами. Руками.

- Я почему-то так и думал. Валя молчит, как партизан, сколько я не пытался её разговорить, - улыбнулся Артём.

- Я открыла тебе свою тайну. Теперь можно я тоже задам тебе вопрос? - непринуждённо помешивая остывший кофе, Надя игриво прищурилась.

Артём довольно ухмыльнулся:

- Можно.

- Та медсестра, на которую ты сегодня так странно посмотрел, откуда ты её знаешь?

Взгляд Артёма вмиг изменился. Он открыл рот, чтобы ответить, потом снова закрыл и задумался.

- Я не до конца уверен... Поэтому можно я отвечу тебе завтра, когда проверю свои догадки? - наконец произнёс Артём, - Кстати, у тебя случайно нет её фотографии?

Заинтригованная Надя без раздумий ответила:

- Есть. Я сейчас перешлю тебе.

Через минуту телефон Артёма пиликнул. Парень натянуто улыбнулся:

- Давай сменим тему? Что-то я даже на свидании веду себя как на допросе!

- Это официально свидание? - Надя вопросительно посмотрела на Артёма, кокетливо откинув назад золотистую прядь волос.

- Надя, я не стал бы отнимать у тебя время на простые посиделки, да и у себя тоже, - Артём скрестил руки на груди, - И надеюсь, что будет и второе свидание.

- Будет, - усмехнулась Надя, - Ты же ещё не ответил на мой вопрос...

***

Следующее утро Надя встретила в приподнятом настроении. Вечер прошёл замечательно. Артём довёз её до дома, ещё полчаса они поболтали, сидя на лавочке возле подъезда и наслаждаясь ночной прохладой после знойного дня. Вечером Артём обещал Наде вновь забрать её с работы и пойти в кино. Сегодня как раз вышла премьера нового фильма.

Маркиз, как всегда, уткнулся пушистым боком в лицо и смешно посапывал, яркий солнечный луч пробивался сквозь шторы. Надя с наслаждением потянулась и уставилась в потолок. Неужели влюбилась? Ну так то, пора бы и найти пару, это неизбежно. Их род должен продолжаться...

От размышлений отвлёк телефонный звонок. Ирина. Вестник несчастий, чтоб её!

- Надежда Дмитриевна, вы ещё дома?! - прокричал в трубку напуганный голос.

- Да, только собираюсь. Вроде бы пока ещё семь тридцать, - спокойно ответила Надя, поднимаясь с постели.

- У нас ЧП. Скончалась здоровая девочка, буквально только что.

Только что. Ещё есть время.

- Я еду, - коротко бросила Надя в трубку и сбросила звонок, попутно хватая со спинки стула одежду.

Уже через пятнадцать минут она была на месте. Девочка была ещё розовой и тёплой, смерть наступила буквально считанные минуты назад.

- Елена, расскажите мне, как всё произошло? - с трудом сдерживая злость, процедила Надя, рассматривая лоснящееся лицо Лены.

Наелась, сволочь. Лена плохо скрывала своё довольство, пряча глаза. Шикарные смоляные локоны переливались под искусственным светом, щёки румянились, кожа буквально светилась.

Лена, заикаясь, стала бормотать что-то о синдроме внезапной смерти, а Надя, сделав жест рукой, чтобы все отошли, приложила руку к шее малышки.

- Там мать рвёт и мечет, - издали поясняла Ирина, - Обещает всех нас к стенке поставить. Мать - жена депутата местной администрации...

- Не отвлекай меня, - бросила Надя и сосредоточилась.

Душа малышки металась в теле Лены, пытаясь найти выход. Она пока ещё тонкой ниточкой тянулась к своему безжизненному тельцу, а значит, её ещё можно вернуть. Руки загорелись. Придётся применить тот самый приём, о котором говорила бабушка... Надя не станет отдавать свои силы. Она просто заберёт у Лены то, что та отняла у малышки и вернёт на место. Тонкая светящаяся струйка, которую не видел никто, кроме Нади и Лены, вырвалась из носа медсестры и устремилась к тельцу ребёнка...

Лена взвыла и скрючилась. Её смоляные локоны тускнели на глазах, кожа посерела. Ирина, наблюдавшая всю эту картину, кунулась к коллеге:

- Лена, тебе плохо?

Лена оттолкнула её и бросилась прочь, в последний момент сверкнув на Надю слегка мутноватыми глазами... Придётся снова ловить собаку и питаться суррогатом...

Девочка, лежащая под руками Нади, зашевелилась и натужно закряхтела.

- Что это было?! - спросила ошарашенная Ирина.

Надя отмахнулась и промолчала. Она не знала, что можно придумать в объяснение произошедшему...

***

Весь день прошёл, как на иголках. Лена тихо покинула перинатальный центр, ни с кем не попрощавшись. Она даже не сдала смену, как раз перед окончанием которой случилось утреннее происшествие.

Надя уже прекрасно понимала, что Лена наверняка догадалась о том, что Надя о ней знает. Что делать дальше? Куда двигаться? Нужно рассказать всё Артёму и просить у него помощи. Хотя, он обычный человек, что он может? Тем более, Надя ещё не до конца понимала, что такое Лена. Ладно, сейчас свидание с Артёмом, а затем нужно пригласить тётю Нину и вместе с ней покопаться в бабушкиной книге. Может быть, они вместе найдут что-то...

Артём, как и вчера, ждал Надю возле парковки. Вид его был не таким беззаботным, как в прошлый раз, он переминался с ноги на ногу и явно нервничал.

Артём сдержанно улыбнулся Наде и открыл перед ней дверь своего серебристого Соляриса, приглашая её сесть.

***

Новый фильм немного отвлёк обоих от мрачных мыслей, и на выходе из кинотеатра Надя и Артём уже непринуждённо болтали, обсуждая картину. Город накрыли сумерки и долгожданная прохлада. Он заиграл разноцветными огнями витрин и билбордов, зашумел звонкими голосами подростков и сигналами автомобилей. Город жил.

Надя и Артём сели в машину, продолжая обсуждение только что просмотренного фильма. И в какой-то момент оба замолчали.

- Надя, я могу ответить на твой вопрос, но не уверен, что сам понимаю значение этого ответа, - сказал Артём и достал из бардачка папку, - Впрочем, взгляни сама.

Он протянул Наде документы. Не ожидая ничего хорошего, девушка открыла папку. На первой же странице ей в глаза бросилась фотография Лены. Мёртвой Лены. Девушка лежала на земле, раскинув руки в стороны. На теле не было видимых повреждений, но вид синюшных губ и бледного, безжизненного лица не требовали лишних пояснений. Глаза её были закрыты, а растрёпанные волосы имели совсем другой цвет, нежели у той Лены, которая с ней работала - они были намного светлее, ближе к светло-русому.

- Неопознанный труп девушки? - переспросила Надя у Артёма то, что бегло прочитала.

- Да. Это одно из моих первых дел. На пустыре обнаружили тело девушки без признаков насильственной смерти. Единственное, что нам было не понятно, откуда в её горле взялась человеческая кость округлой формы неизвестного происхождения. Девушку так никто и не опознал, дело закрыли, так и не успев толком открыть и она была захоронена как неизвестная.

Надя захлопнула папку и задумалась. Стало ещё хуже. Теперь совсем непонятно, какое отношение имеет мёртвая девушка к той Лене, которую знает Надя...

- Ты веришь только науке, или допускаешь, что существует что-то, что люди не могут объяснить? - спросила Надя.

- Я верю прежде всего своим глазам, - уклончиво ответил Артём, - Я верю, что ты вылечила моего будущего племянника. Значит, существует ещё что-то, чего я не знаю, что отказывается переварить мой мозг...

- Тогда позволь мне рассказать тебе всё с самого начала, - Надя с надеждой посмотрела на Артёма. Да, он обычный человек, но он сильный, надёжный... Вместе они смогут разгадать эту загадку.

***

Пока Надя рассказывала Артёму о себе, о своём даре, о Лене и своих подозрениях по отношению к ней, она не видела, как в сквере напротив на спинку скамейки пристроились три летучих мыши. Сквер был пуст, поэтому три мыши моментально материализовались в трёх молодых девушек, одной из которых была Лена. Две другие девушки имели такие же смоляные волосы, как и Лена и похожие лица.

- Это она? - спросила самая высокая девушка у Лены.

- Да, Кира. И тот мент, о котором я говорила.

- Эта Надя стала нам мешать, - процедила третья девушка, прищурившись.

- Ты абсолютно права, Лада, - вздохнула Лена, - Нужно устранить эту проблему...

Глава 6. Однажды она вернулась другой

- Я думаю, нам нужно поехать в пригород и посетить больницу, в которой работала Лена, - резюмировал Артём, когда выслушал Надю.

- А вдруг там есть кто-то, кто до сих пор поддерживает с ней связь? Ей могут рассказать о нашем визите, - засомневалась Надя.

Артём снисходительно улыбнулся:

- Надь, ты думаешь, она не догадывается, что ты знаешь о ней? Сегодня утром случилась точка невозврата. Теперь она всё знает. Как думаешь, кто она? Вампир?

Надя задумчиво смотрела в окно. Откуда-то со стороны сквера потянулся знакомый, пугающий запах мертвечины.

- Вряд ли. Артём, поехали отсюда, у меня дурное предчувствие.

Артём не стал спорить. Он быстро завёл автомобиль и они двинулись к Надиному дому.

- Она не вампир. По-моему, она гораздо страшнее, чем вампир. Ты сильно занят сейчас? - в пути Надя успокоилась и попыталась рассуждать о том, кем является Лена, - Ещё я уверена, что она такая не одна. Точно есть вторая, однажды я подслушала, как Лена говорит с ней по телефону. Не понимаю, как я до сих пор поленилась покопаться в бабушкиной книге? Только ещё нужно пригласить тётю Нину, она ведунья, не то что я. Я всего лишь умею лечить.

- Всего лишь! - хмыкнул Артём, - Вот бы таких "всего лишь" было побольше, сколько бед можно было бы избежать!

- Ага, и получить перенаселение планеты! - засмеялась Надя.

***

Наконец они добрались до дома Нади. Близилась полночь. Артём набрал номер сестры и сказал ей, что сегодня будет поздно.

- И ещё. Ключ у меня есть, никому не открывай ни под каким предлогом, - зачем-то добавил Артём. Дурное предчувствие Нади передалось и ему. Что-то смутное, что-то непонятное свербило в душе, какие-то странные, нелепые образы всплывали в памяти. Будто бы всё, что происходит сейчас, уже было когда-то. Когда-то очень и очень давно...

Артём помотал головой, чтобы прогнать туман. Они припарковались возле подъезда и замолчали, глядя друг на друга.

- У меня завтра выходной, - сказала Надя, - Давай прямо с утра отправимся на прежнее место жительства Лены и попробуем выяснить что-нибудь из её прошлого. Сегодня уже поздно, тётя Нина наверняка спит.

Артём улыбнулся. Ему безумно захотелось поцеловать девушку, но так как она всё ещё держала дистанцию, он старался сдержать себя. От искры, пробежавшей между ними, в этот момент можно было зарядить телефон.

- Давай я провожу тебя, что-то мне не спокойно.

Надя охотно согласилась. Уже у двери квартиры дистанция была нарушена. Запах зелёных листьев и какая-то внутренняя сила, исходящие от Артёма, сводила её с ума. Надя не позволила ему попрощаться. Она притянула Артёма к себе и буквально втянула в дверь, забыв о приличиях...

***

Три летучих мыши приземлились возле подъезда, где жила Надя. Убедившись, что рядом никого нет, они снова превратились в трёх девушек.

- Он не ушёл, - расстроенно процедила Лада.

- Да, к нему нельзя приближаться, иначе он вспомнит, кто он, и тогда нам несдобровать! - согласилась Кира.

- Ничего, сестрички, мы подождём. Тысячу лет ждали, подождём ещё, - заверила их Лена.

- А вдруг он вспомнит, что тогда? Что нас ждёт? - взволнованно произнесла Лада.

- А может, нам просто уехать подальше? - предложила Кира.

- Она буквально плюнула мне в лицо! - злобно прошипела Лена, - Она вырвала из меня мою пищу, чуть не убив меня! Я должна уничтожить эту зазнавшуюся целилку!!!

***

Светало рано - летние ночи коротки. Надя открыла глаза и попыталась вспомнить прошедший вечер и последовавшую за ним ночь. Неужели ей всё приснилось? Хотя, сопящий рядом Артём служил доказательством, что это был не сон. Да уж, Надежда Дмитриевна, вот это авантюра! Нет, конечно, пара нужна, но она же приличная девушка, а так поступила! Хотя, о чём сожалеть?

Артём, видимо, почувствовал, что Надя проснулась и тоже потянулся:

- Доброе утро, красавица!

- Артём, ты не подумай, я не тащу так каждого к себе в квартиру, - пробормотала Надя.

- Надь, ну ты чего такое говоришь? - усмехнулся Артём, - Ты нравишься мне, я нравлюсь тебе. Что не так?

- Нравиться - ещё не любить, - улыбнулась Надя, потирая глаза. Как она сейчас выглядит? Утро ведь, не умыта, не накрашена...

- Ты выглядишь сногсшибательно, - словно прочитав её мысли, прошептал Артём, притягивая девушку к себе.

Через полчаса Надя и Артём уже ехали по направлению к пригороду, в котором раньше жила Лена. Перед этим Артём позвонил сестре, чтобы убедиться, что всё в порядке, позвонил на работу, предупредив, что сегодня его не будет.

***

Больница, в которой когда-то работала Лена, встретила их мрачноватым узким вестибюлем. Нет, она была вполне работающей, и откуда-то сверху даже доносились детские голоса. Да и на единственной скамейке дожидались оформления на госпитализацию двое детишек, девочек примерно трёх и пяти лет, со своими мамами. Только выглядела больница очень старой, явно требующей ремонта. Обшарпанные стены были наспех закрашены, чтобы придать им божеский вид, плитка на полу видела, наверное, самого Сталина, а рабочее место дежурной медсестры представляло собой обычную школьную парту, заваленную бумагами и было совершено пусто. Всего несколько километров от города, а всё так уныло. Надя думала, что уже все больницы давно отремонтировали, но про эту явно забыли...

- Ой, не смотрите вы так! - раздался позади звонкий женский голос, - Нам который год капремонт обещают, но то денег нет, то п@ндемия, то ещё что-то... Вот, наконец, через месяц нас закроют на ремонт, дождались таки! - вещала полноватая молодая женщина, приветливо улыбаясь.

- Здравствуйте, - хором поздоровались Артём и Надя.

- Здравствуйте. Вы по какому вопросу? - поинтересовалась женщина.

Артём достал из кармана джинсов удостоверение и спросил:

- С кем я могу поговорить по поводу одной из ваших бывших сотрудниц?

- С заведующим, конечно. Только он сейчас на совещании в главном корпусе, будет примерно через час. Вы можете подождать здесь. А кто из сотрудниц вас интересует?

- Лисина Елена, - ответила Надя.

- Аааа, помню такую, - протянула медсестра, - Ну подождите, заведующий придёт и поговорит с вами. Так, кто оформляться? - зычно сказала медсестра, обращаясь к ожидающим. На её зов откликнулась мама с девочкой трёх лет, и, приготовив документы, подошла к столику.

Артём и Надя встали возле скамейки.

- Вас Лена интересует? - вдруг спросила вторая женщина, сидящая на скамейке, и Артём с Надей обернулись.

- Да, - ответила Надя.

- Так она с Юлей дружила, с медсестрой. Возможно, она могла бы вам помочь. Только Юле сейчас не до чего, у неё здесь сынок лежит... Точнее, долëживает, рак у него, отправили домой мальчонку, сказали, шансов нет. Вот, ждёт, как бы это сказать, конца мучений в больнице с мамочкой...

- А где нам эту Юлю найти? - спросила Надя.

- На втором этаже, - беззаботно ответила женщина, усаживая рядом постоянно норовящую сбежать девочку, которая от долгого ожидания уже начала канючить, - По-моему, в 25 палате её мальчик лежит.

Надя и Артём переглянулись, убедились, что медсестра занята оформлением поступающего на госпитализацию ребёнка и тихо направились к лестнице. Медсестра даже не подняла голову в их сторону.

Двадцать пятая палата находилась неподалёку от лестничной клетки. На незваных гостей оборачивались обитатели больницы, но никого из медицинского персонала почему-то не было видно. "Странно, у нас так пусто не бывает", - удивилась Надя.

В этот же момент из палаты вышла невысокая женщина с бледным лицом в белом халате. Уголки её губ были опущены вниз, а голубые глаза выражали безмерную тоску и усталость.

- Юлия? - окликнул женщину Артём.

Женщина обернулась:

- Да. Вы кто? Кто вас сюда впустил без халатов?

- Простите нас, пожалуйста, - мягко сказала Надя, тронув Юлию за руку, - Вообще, мы пришли узнать про вашу бывшую коллегу, Елену Лисину. Но я ещё хотела бы осмотреть вашего ребёнка, если позволите. Я врач.

Юля недоверчиво посмотрела на Надю.

- Я работаю в перинатальном центре в городе, меня зовут Орлова Надежда Дмитриевна. Возможно, вы даже слышали обо мне.

Глаза Юли загорелись:

- Да, о вас знает вся область. Неужели это и вправду вы? От Жени открестились в Москве, в центре Димы Рогачёва. Отправили домой умирать. Я слышала, что вы делаете невозможное...

В глазах Юли теплилась надежда.

Надя уверенно зашла в палату и подошла к лежащему на кровати худому мальчику лет восьми. Он был не просто бледен, он был буквально прозрачен. Под огромными голубыми глазами без ресниц залегли коричневые круги, на лысой голове проступали синие вены, но его бесцветные губы пытались улыбаться.

- Здравствуй, Женя, - Надя присела на край кровати, - Я пришла тебе помочь.

- Я умираю, - прошептал мальчик. Глазки заволокли слëзы.

- Пока нет. Тебе ещё рано, - уверенно сказала Надя и прикоснулась руками к голове мальчика.

Она закрыла глаза, нахмурилась и стала водить над мальчиком руками, которые моментально загорелись.

- Нейробластома, - сказала Надя, - Метастазы по всему телу, но всё поправимо.

Она продолжала водить руками над ребёнком, и через несколько минут на его щеках проступил румянец. Коричневые круги стали бледнее, а выражение его лица менялось с каждой минутой.

В конце концов силы иссякли, и Надя, открыв глаза, убрала руки:

- На сегодня всё. Забирайте ребёнка домой, напишите мне адрес, и послезавтра я снова приеду.

- Мама, мне не больно, - ошарашенно произнёс Женя.

Юля стояла с открытым ртом, не в силах вымолвить ни слова.

- Юля, а теперь расскажите нам о Елене, - обратилась Надя к удивлённой матери.

Все трое вышли из палаты, так как обессиленный Женя тут же уснул. Надя заверила мать, что так и должно быть, и Юля повела их в соседнюю палату, которая в данный момент пустовала.

Немного переведя дыхание, Юля села на кровать и начала говорить.

***

- Мы с Леной пришли работать сюда почти одновременно, и быстро подружились. Она детдомовкой была, очень добрая, отзывчивая, а уж к детям как относилась, как родная мать каждому. Мы быстро сдружились, наши смены попадали одновременно. Примерно через полтора года в один далеко не прекрасный осенний день Лена пропала примерно на три дня, а затем также внезапно появилась, но пришла на работу совсем другой. Она зачем-то перекрасила волосы в чёрный цвет, хотя всегда утверждала, что терпеть его не может. Со мной была какой-то отстранённой и не общительной. В тот же день она написала заявление на отпуск с последующим увольнением, в короткий срок продала квартиру и уехала, никому ничего не сказав. Больше я о ней ничего не слышала. Хотя я пыталась с ней поговорить, но она от меня постоянно отмахивалась. Мне показалось, что та Лена, что вернулась, не была той Леной, которую я знала. Ещё одна деталь. Лена была не одна, у неё были две сестры-двойняшки, на год младше Лены, которые тоже росли в детдоме и тоже учились на медсестер. Я знала обеих, Киру и Ладу, но и они пропали.

Надя и Артём молча слушали откровения Юли. Стало ли после этого рассказа что-то яснее? Кажется, всё запуталось ещё больше...

Надя и Артём поблагодарили Юлю за помощь, договорились о следующем сеансе для Жени и уже направились к лестнице, как вдруг Юля догнала их и сказала:

- Я не знаю, важно ли это, но мне кажется, что я должна сказать. Перед тем, как Лена исчезла, по нашему селу прокатилась череда младенческих смертей. Один за другим погибли вследствие синдрома внезапной смерти двенадцать малышей.

Надя судорожно сглотнула. Какой ужас. Жаль, что в то время её не было рядом с этими невинными малышами... Боже, как тяжела эта ноша! Как тяжело знать, что ты могла помочь, но не помогла!

***

Тётя Нина будто бы поджидала Надю и Артёма. Курчавая голова высунулась из квартиры, как только Надя зазвенела ключами:

- Наденька, всё в порядке? - участливо спросила тётя Нина, и глядя на Артёма, осеклась, - Божечки!!! Откуда же ты взялся?! Вот откуда этот запах в квартире! А я ещё думаю, не сошла ли я с ума?!

Артём ошарашенно посмотрел на тётю Нину, затем на Надю, которая тоже ничего не понимала, а затем спросил:

- Я вас знаю?

- Нет, не знаешь, - улыбнулась тётя Нина, - Но ты ведь и себя не знаешь...

- В смысле? - переспросил Артём.

- Ох, сынок... Надя, где ты его откопала?

Надя посмотрела на Артёма, не обнаружила ничего необычного и ответила:

- Тёть Нин, может, вы объясните по-человечески? Впрочем, лучше у меня, вы мне нужны.

Тётя Нина поспешно вышла из квартиры, захлопнула за собой дверь и засеменила за Артёмом и Надей, попутно причитая:

- Ну надо же, а? Как удивительно! Двое потомков древних встретились в современном мире, из миллиардов людей, они оказались рядом! Ну как так, а?

Надя пропустила тётю Нину, Артёма и захлопнула дверь:

- Тёть Нин, вы чего несёте?!

- Надя, ну неужели ты не чувствуешь?! - замахала руками тётя Нина, - Он же... Сила какая, какая мощь, такая же энергия, буквально с ног сбивает, как у тебя! Такое только у потомственных бывает!

- Потомственных кого, вы можете объяснить?! - взорвался Артём.

- Могу, только руку дай! - усмехнулась тётя Нина.

Артём послушно дал женщине руку. Тётя Нина взяла его за руку и закрыла глаза. Она что-то бормотала про себя, морщилась, лицо её постепенно вытягивалось, на лбу выступили крупные капли пота. Наконец тётя Нина открыла глаза и пробормотала:

- Ваша встреча не случайность. Тебе ведь снятся сны, мальчик? Седой старик с гуслями, огромный костёр, бескрайние леса... Ты потомок тех, кого пару тысяч лет назад пытались уничтожить представители новой... ну по тем временам новой религии. Языческих ведьмаков, называемых волхвами, хранителей древних знаний и мудрости, шедшей сквозь века, сильнейших колдунов. Вас и уничтожили, почти всех...

- И как вы всё это увидели? - недоверчиво спросил Артём.

- Мне рассказали твои предки, - улыбнулась тётя Нина, - Я ведь тоже одна из вас. Только уже старая. И кажется, Надя, я начинаю понимать, кто такая Лена. Где там твоя книжица?

"Ах ты ж, вестник несчастий, ну ей-богу!" - Надя с досадой смотрела на экран смартфона, который разрывался от звонка, пока Артём пытался спорить с тётей Ниной на предмет его происхождения.

Ирина взяла уже в привычку чуть что - набирать номер Нади и как очумелая орать в трубку.

- Да, Ирина, - устало ответила Надя. В случае звонка Ирины точно ничего хорошего ждать не приходится.

- Надежда Дмитриевна, у нас преждевременные роды. Ребёнок ожидается в тяжёлом состоянии. Вы сильно заняты? - на удивление спокойно спросила Ирина.

- Сегодня же Виктория Сергеевна дежурит, она без меня точно не справится?

- Нет, Надежда Дмитриевна, там очень малый вес, не больше шестисот граммов.

- Ясно, сейчас буду, - вздохнула Надя, откладывая на край стола толстую старую книгу в коричневом переплёте, которую всё никак не удавалось начать изучать из-за совершенно растерянного Артёма.

Тётя Нина с подозрением посмотрела на Надю:

- Недобрый звонок.

- Ох, тёть Нин, Ирина по хорошему поводу не звонит. Мне нужно отъехать ненадолго, а вы с Артёмом пока начните всё-таки без меня. Главное, наконец начните, - уверенно сказала Надя, пряча смартфон в сумочку.

- Я не в этом смысле, Надя, - отрицательно покачала головой тётя Нина, - Тебе нельзя никуда ехать. Я чувствую, что случится что-то плохое.

Надя покосилась на соседку:

- Конечно случится, если я не поеду! Ребёнок умрёт!

Артём, до этого молчавший, взял Надю за руку:

- Давай я тебя отвезу. У меня тоже дурное предчувствие, как будто... Как будто ты не доедешь.

Надя расхохоталась, хотя неуверенность тёти Нины и Артёма на секунду передалась и ей. Но она быстро подавила в себе тревогу - она нужна на работе, значит, она поедет. Но и время не ждёт, нужно посмотреть книгу и выяснить, кто такая Лена, значит тётя Нина и Артём займутся этим, пока она не приедет.

- Нет, тут ехать пятнадцать минут, я быстро. Вы пока начинайте без меня, потому что нужно торопиться. Если Лена поняла, что я о ней знаю, то времени у нас немного. Мы и так долго тянем.

С этими словами Надя покинула квартиру под тревожные взгляды Артёма и тёти Нины.

Разве она могла знать, что в этот момент Ирина уже лежала, глядя в предзакатное небо безжизненными, навечно застывшими глазами, на заднем дворе перинатального центра, а напившаяся досыта её жизненных сил Лена уже направлялась в тайное логово, которое облюбовали три сестры?...

Глава 7. Никто не заметил подмены. Финал

Как только Надя свернула за угол, направляясь к парковке, где уже несколько дней стоял без дела её автомобиль, она почувствовала знакомый запах мертвечины. В душе нарастала тревога, граничащая с первобытным страхом. Она здесь одна. Как нарочно, в заросшем кустами сирени и вековыми тополями сквере возле её дома не было ни души.

А всё потому, что совсем недавно прямо за их домом затеяли строительство нового торгового центра, грохот тяжёлой техники и трёхэтажные маты рабочих не располагали к размеренной прогулке. Местные жители старались обойти сквер, который и до строительства не пользовался популярностью. Парковка находилась сразу же на выходе из сквера. Конечно, и Надя могла бы его обойти, но она торопилась и решила срезать путь.

Но выйти Надя не успела, как ни торопилась. Внезапно запах стал просто невыносимым, она обернулась и успела увидеть только двух девушек, очень похожих на Лену, как вдруг почувствовала сильный удар по голове и перед глазами всё вмиг погасло.

***

Очнулась Надя в холодном сыром подвале, сидя на расстеленном на бетонном полу матрасе. Голова жутко гудела, а по всему телу чувствовалась невыносимая слабость.

- Я хотела убить тебя сразу, - услышала Надя знакомый голос, - Но немного попробовав тебя в качестве еды, мы с сестричками решили растягивать такой деликатес подольше.

- Лена?

- Ну да, так зовут эту оболочку, - ехидно усмехнулась Лена, выходя на свет, который тускло освещал подвал единственной запылившейся лампочкой.

- Отпусти меня ненадолго, я нужна на работе, - взмолилась Надя. Даже в этот момент меньше всего на свете она думала о себе, - Без меня малыш может умереть. Обещаю, я никуда не убегу!

Лена расхохоталась:

- Уймись, нет никакого малыша. Это я заставила Ирину позвонить тебе, перед тем как выпила её жизнь до дна, - Лена наклонилась над Надей, отчего девушка отвернулась, не в силах выносить смрад, исходящий от Лены.

В этот момент дверь скрипнула, на секунду в подвал прорвался внешний яркий свет и в помещении появились ещё две девушки.

- А это мои сëстры, - Лена обвела рукой Киру и Ладу.

- Кто вы такие? - прямо спросила Надя, мысленно читая молитву за упокой души несчастной Ирины.

- Тебе интересно? А не всё ли равно, кто мы, если тебе осталось жить всего ничего? - усмехнулась одна из девушек.

- И всё же, - настойчиво повторила Надя.

- Ну что ж, времени у нас много, - вздохнула Лена, - пожалуй, стоит удовлетворить твоё любопытство...

***

В этот момент тётя Нина и Артём наконец занялись изучением книги.

Тётя Нина осторожно перелистывала пожелтевшие страницы, бегло читая названия существ и их характеристики.

- Таааак... Водяной... Русалка.... Баба-яга.... Игоша.... Нет, не то...

- Тёть Нин, а это всё и что, вправду существует? - хлопая глазами, спросил Артём.

Тётя Нина посмотрела на него, как на дурачка, округлила глаза и ответила:

- Сынок, ты бы прислушался наконец к себе!

Артём старался. Он действительно очень сильно старался прислушаться к себе. Замечал ли он за собой странности, какие-то способности? А ведь было. На самом деле было, но он всё время придумывал этим странностям оправдание...

***

Артёму только исполнилось восемь, а Вале четыре года, когда их родители погибли в результате несчастного случая. Авария. Банальная, нелепая. В этот день Артём потерял уже второго отца - его родной отец погиб, когда мальчику исполнилось два года, и он почти не помнил его. Через полтора года мама снова вышла замуж, родилась Валя. Четыре года семья жила счастливо, пока это счастье не разрушил заснувший за рулём водитель, вылетевший на встречку...

Дети не попали в детский дом. Их забрала к себе сестра матери, Маргарита Аркадьевна - женщина властная, грубоватая, до жути педантичная. Своих детей у Маргариты Аркадьевны не было, да и по сути она вообще недолюбливала маленьких детей, и людьми их особенно не считала.

Артём старался держаться ради сестрёнки - он даже плакал исключительно по ночам, тихо, уткнувшись лицом в подушку, за что бывал нещадно наказан по утрам, когда Маргарита Аркадьевна обнаруживала на белоснежных наволочках пятна от слëз.

Чем дальше шло время, тем сильнее Артём чувствовал, что у них с Валей нет никого, кроме друг друга. Он как цербер охранял сестру - сам отводил её в садик перед школой, сам забирал по вечерам, следил, чтобы она была сыта - отдавал ей свою порцию, если тётя вдруг зажимала для детей сладкие куски...

В тот день тётя кормила их супом. Как обычно - синюшная, жидкая, бледная бесвкусная масса плавала в тарелках. Артём, зачерпывая очередную ложку, по привычке пересчитывал в ней рисинки и пытался обнаружить хоть кусочек мяса.

- Чего ищешь? - рявкнула Маргарита Аркадьевна, - Мяса захотелось?! Я что, на вас, спиногрызов, мясо должна тратить?

- Нет, Маргарита Аркадьевна, не ищу, - оправдывался Артём, пряча голову в плечи в ожидании подзатыльника.

- Мяса! В садике дают мясо! - звонко сказала Валя.

- Вот в садике и ешь мясо! - Маргарита Аркадьевна со злостью швырнула половник в раковину, тот упал на тарелки, одна из которых разлетелась на осколки. Естественно, всё это сопровождалось довольно громким звоном. Валя от неожиданности вздрогнула и задела рукой тарелку, которая перевернулась и опрокинулась на пол, залив мутной жижей новенький белоснежный турецкий палас...

Лицо Маргариты Аркадьевны побагровело от злости, она оскалилась, сжала кулаки до такой степени, что аж побелели костяшки пальцев и двинулась с этими кулаками прямиком на Валю.

- Ах ты ж шелупонь!!! Мой новый палас!!! Да я ж тебе сейчас всю морду в этом супе искупаю!

Дальше всё произошло в доли секунды: Артём вскочил из-за стола и метнулся между сестричкой и разъярённой тётей, выставил руки вперёд и закрыл глаза, представляя, как тётя отлетает в сторону. Удивительно, но Маргариту Аркадьевну будто бы действительно отбросила назад невидимая взрывная волна...

Ошалевшая от такого поворота, тётя замолчала, сидя на полу и потирая ушибленную пятую точку. Артём в недоумении пялился на свои трясущиеся руки, совершенно не понимая, как он смог оттолкнуть от Вали дородную, высокую Маргариту Аркадьевну. Наконец придя в себя, тётя поднялась на ноги и, глядя на Артёма, строго погрозила ему пальцем:

- Весь в отца. Такой же чудной. Смотри у меня!

Потом подобное происходило в более старшем возрасте. Неизвестно откуда в самые критические моменты бралась нечеловеческая, нереальная сила. В подростковых мальчишеских драках Артём иногда применял такой же приём, как когда-то в детстве с Маргаритой Аркадьевной. А ещё интуиция. Зачастую она играла с Артёмом злые шутки - он знал, куда нужно идти, но не знал, зачем. Он знал, что нужно делать, но не понимал, для чего это ему нужно... Это часто помогало ему в работе, но зачастую и мешало. Видимо, сказывалось отсутствие навыков и знаний, а также умения применять свои способности. Так было и в момент знакомства с Надей. Ноги сами понесли его тогда на допрос потерпевшей в перинатальный центр, хотя это должен был сделать его напарник...

И сейчас внутреннее чувство не просто говорило ему, оно буквально кричало, что зря он отпустил Надю одну...

***

- Кажется, нашла! Навьи! Артём, Лена - навья!

- А, что, простите? Я задумался, - очнулся Артём от громкого голоса тёти Нины.

- Навья, говорю. В славянской мифологии навья - нежить, что-то среднее между вампиром и зомби. При жизни навья была либо чёрной ведьмой, либо просто ужасно злым человеком, поэтому после смерти они прокляты. Тёмная сущность навий может существовать без тела, но для полноценного существования им нужно принимать какой-то человеческий облик. Многие тысячи лет назад навьи были прокляты твоими предками, славянскими волхвами, на вечные муки голода. Разновидность навий - ночница, питается жизненной силой новорождённых детей, для неё это самое любимое лакомство. Обычно навья-ночница, ещё называемая криксой, не доедает младенца, он просто болеет и постоянно плачет, но зачастую она не может себя контролировать, и младенец умирает. В дохристианские времена от ночниц молодые матери шили обереги - маленьких куколок, пропитывая ткань отваром чертополоха. Сегодня, конечно, всё это давно забыто...

- Подождите, подождите. А причём здесь тогда мёртвая девушка, найденная на пустыре? Получается, она ожила?

Тётя Нина покачала головой:

- Не знаю. Здесь не так много написано о навьях. Есть вот ещё: они могут оборачиваться в летучих мышей, как вампиры, а убить их можно банально, как любую нежить - отрубанием головы или осиновым колом в сердце...

Рассказ тёти Нины прервал телефонный звонок. Звонил телефон Артёма. Он достал из кармана смартфон, взглянул на экран. Никита, его напарник.

- Да, Ник, - ответил Артём.

- Ты куда пропал? - послышался в трубке низкий голос молодого человека.

- Личное дело. Очень запутанное, - уклончиво ответил Артём.

- У нас труп женщины во дворе перинатального центра, - коротко доложил Никита, отчего у Артёма по телу пробежали мурашки. Внутри он вдруг оказался уверен, что это не Надя, но вместе с этим появилось ощущение того, что Надя тоже в опасности.

- Выезжаю, - ответил Артём и сбросил звонок.

- Надя... - пробормотала тётя Нина побелевшими губами.

- Это не Надя, - бросил Артём, вставая со стула.

- Я с тобой! - тётя Нина, держась за затекшую спину, тоже поднялась на ноги в полной решимости следовать за Артёмом.

- Вы-то куда? Это может быть опасно!

- Кто бы говорил, - усмехнулась тётя Нина, - Это тебе не банду брать. Труп-то не Надин, я чувствую, но и Надя не в безопасности. И зачем мы только её отпустили? Это всё ты, не настоял, мужчина называется! Отпустил любимую и сидит тут со старой тёткой книжки читает! Я бы и сама всё прочла, - бесконечно трещала тётя Нина, пока семенила за Артёмом по ступенькам, стараясь не отставать.

- Ой-ой-ой, бедная девочка, такая молодая! Такая хорошенькая! - причитала тётя Нина, то и дело вскидывая руки, стоя над безжизненным телом Ирины.

А Артём тем временем искал глазами автомобиль Нади, которого не было на парковке позади перинатального центра. Да и вообще, ему было удивительно, как практически среди бела дня не нашлось ни одного свидетеля смерти женщины, над телом которой в данный момент колдовал судмедэксперт.

- Игорь, ну что там? Что скажешь? - нетерпеливо спросил Артём.

- Следов насильственной смерти нет. Похоже, остановка сердца, - пожал плечами полноватый молодой человек, поднимаясь с корточек, - Подробнее после вскрытия, как обычно. Это кто такая? - Игорь кивнул в сторону причитающей тёти Нины, которая как ни в чем не бывало ходила туда-сюда, мешаясь сотрудникам полиции.

- Да так, родственница одна, не обращай внимания, - отмахнулся Артём, понимая нелепость ситуации и то, что тётя Нина по всем правилам не должна здесь находиться.

Артём чувствовал, что что-то не так. Поглазеть на работу оперативной группы вышел почти весь персонал перинатального центра, по крайней мере те, кто на данный момент не были заняты. Нади среди них не было.

- Тёть Нин, вы бы лучше подошли к врачам, узнали, на работе Надя или нет! - шепнул Артём пожилой ясновидящей.

Тётя Нина, с минуту подумав, послушно поковыляла к толпе врачей.

Игорь протянул Артёму телефон погибшей, чтобы тот посмотрел последние вызовы. Последним набранным номером был контакт "Надежда Дмитриевна"... Холодный пот выступил на лбу Артёма. Он уже знал, что Нади в перинатальном центре нет, и скорее всего, не было. Здесь не нужно было обладать никаким даром, чтобы понять это...

***

- Навьи, значит, - хмыкнула Надя, потирая голову, которая нещадно гудела, - Ну а тела? Как вы оказались в телах сестёр Лисиных?

- Мы можем принимать любой облик, но для этого мы должны сначала набраться сил, - с наслаждением, растягивая слова, рассказывала Лена, сидя на стуле и закинув ногу на ногу, - Эти тела показались нам наиболее подходящими. Ну а что, они тоже сестры, как и мы, медики, да и внешне довольно неплохи, а ещё и детдомовки - настоящий подарок! От настоящих сестёр мы, конечно же, избавились, чтобы они не мешали. Мою оболочку, правда, спрятать не успели, нас спугнули. Но нам всё равно, мы не занимаем тела, мы просто принимаем облик.

- А зачем тогда лишать кого-то жизни, если можно просто просто принять любой облик, произвольный? - поинтересовалась Надя.

- Вот и всё. Вроде умная женщина, и такой глупый вопрос, - усмехнулась Лена, - А документы? Как же без них среди вас, людей? Это уже готовые люди, существующие, просто были они, теперь мы. Их - в утиль, а мы живём их жизнью. И никто не заметил подмены!

- А где вы были до этого? Почему вы вышли на охоту именно сейчас?

- А вот за это спасибо предкам твоего возлюбленного! - расхохоталась Лена, и её смех моментально подхватили Кира и Лада, - Мы были заперты. Наши сущности тысячу лет ждали этого момента. Археологи сорвали печать с нашего склепа, которую наложили оставшиеся в живых волхвы. Географически - нас прятали в подземельях вашего Подмосковья. Мы вышли на свободу. Голодные, озлобленные, бестелесные. Мы хотели жить. Мы хотели есть. Причём постоянно. На нас ведь проклятие вечного голода, Надя, за что так же спасибо предкам твоего друга. Мы стали рыскать по свету в поисках еды, изучать вашу жизнь, которая очень сильно изменилась с тех незапамятных времён. Мы остановились здесь, подыскав нужные оболочки в виде сестëр, насытились, чтобы у нас были силы для перевоплощения и вот, мы живы! - Лена с улыбкой развела руками.

- Живы, - усмехнулась Надя, - Вы ни живы, ни мертвы. Вы просто существуете.

- А что такое жизнь? - прищурилась Лена, - Что это? А вы - живы? Едите, спите, пьёте - сплошной набор рефлексов! Убиваете, предаëте, врёте, устраиваете войны.

- Помимо этого мы любим, дружим, сочувствуем, восхищаемся красотой природы и произведений искусства, создаём эти произведения, мечтаем. А вы? Просто едите, чтобы существовать? - в ответ прищурилась Надя.

- Ладно, мне надоело с тобой возиться, - Лена вздернула подбородок, - Уже темно. Завтра я вернусь и разберусь с тобой. Теперь придётся переезжать, правда, а также искать другую оболочку, потому что из-за тебя я под подозрением. Пока что мы с сёстрами поищем, куда можно податься...

***

В это время в кабинете Артёма усиленно кипела работа. Он получил записи с ближайшей камеры видеонаблюдения и уже изучил запись, на которой было видно, что Лена находилась рядом с Ириной. Артём брезгливо поморщился, когда просматривал момент, на котором изо рта Лены вылетает что-то непонятное, длинное, чёрное, похожее на присоску и подбирается к шее Ирины. Несколько минут Ирина пыталась вырваться, но тщетно. А потом несчастная женщина просто упала без сил на асфальт.

Никита тоже смотрел видео, раскрыв рот от изумления:

- Это что за хр*нь?! Что она сделала?!

Артём поднял глаза на напарника, хмыкнул и вместо ответа на его вопрос сказал, достав из ящика стола папку с личным делом Лены, которую Надя отдала ему тогда в машине:

- Найди мне всё об этой женщине. Абсолютно всё, досконально. Чем занимается сейчас, куда ходит, и ещё... Возможно, её могли видеть рядом с какими-либо пустырями, недостроями, заброшенными зданиями. Пробей по всем нашим каналам, в тот числе неофициальным. Чем быстрее, тем лучше. Ромку возьми, стажёра, вместе будет быстрее.

- Понял, сделаю в лучшем виде.

Тётя Нина в это время сидела на столе и раскидывала руны, пытаясь выяснить местонахождение Нади. Артём занимался тем, что готовил к возбуждению дело об исчезновении Орловой Надежды Дмитриевны, хотя и прошло ещё меньше суток. Но он надеялся, что всё получится.

Никита, выходя из кабинета, недоверчиво посмотрел на тётю Нину и пробормотал про себя:

- Не думал, что дожив до двадцати шести, попаду в шоу "Битва экстрасенсов"...

***

Время тянулось, как резиновое. Тётя Нина устало потирала веки, вновь и вновь раскидывая руны, и наконец выдала:

- Она жива. Это сто процентов, и руны показали, и я наконец-то поймала сигнал.

Артём тоже в это время прислушивался к своим ощущениям. Как назло, он не понимал, как читать свои видения, которые мелькали перед глазами обрывистыми картинками, на которых он видел только тёмные стены, чувствовал запах сырости. Интуиция в эту ночь почему-то тоже решила вздремнуть.

За окном забрезжил рассвет. Артём ходил по кабинету от стены к стене, чем порядком раздражал и без того уставшую тётю Нину:

- Да перестань ты маячить! Ну правда же, отвлекаешь!

- Тёть Нин, перед глазами какой-то недострой. Чувствую, что Надя недалеко, но где именно? Как это можно почувствовать, увидеть? Мои предки ведь видели, да?

- Видели, сынок. Опыта у тебя нет, да и сила твоя не та, что была у волхвов тогда, в то время. У меня и вовсе, я женщина, дар передаётся в основном мужчинам. Такие как я редкость, и меня тоже учить некому было, поэтому не многое я могу. Я тоже ощущаю Надю рядом где-то. Жива, точно, только слаба. Ты, сынок, силы побереги, тебе они понадобятся в схватке с нежитью. Без тебя не сможем.

Наконец в кабинет буквально влетел Никита:

- Тëмыч, нашёл, кажись! Местные нарики часто видели эту тётку ещё с двумя похожими на территории заброшенного завода! Вот буквально в последние пару дней они туда зачастили, как будто к чему-то готовились! А ещё... Там, на территории, в кустах спрятан автомобиль Орловой...

Артём и тётя Нина многозначительно переглянулись.

- Поехали! - решительно вскочила со стула пожилая женщина, сгребая со стола руны.

- Тёть Нин, опасно... - попытался вразумить тётю Нину Артём.

- Конечно опасно... Ехать одному, без меня! - уверенно воскликнула тётя Нина.

***

Золотистый рассвет ярко освещал остовы посеревших зданий заброшенного завода. Территория давно порола диким клёном и высоченными сорняками, некогда асфальтированные дороги между цехами и зданием бывшей конторы пестрили пробоинами, из щелей торчала трава.

Все четверо - Артём, Никита, стажёр Рома и тётя Нина - вышли из машины, которую припарковали перед воротами. Тётя Нина обвела взглядом территорию и глубоко втянула носом воздух. Тётя Нина и Артём сжимали в руках длинные ножи, которыми можно было отрубить головы нежити, а ещё они прихватили с собой небольшие, но острые осиновые колья. Всё это хранилось у тёти Нины в квартире, куда они заехали перед тем, как отправиться выручать Надю.

- Чувствуешь, мертвечиной пахнет? Мы угадали, они здесь. И Надя здесь, - улыбнулась тётя Нина.

Артём чувствовал. Да, теперь он явственно ощущал этот мерзкий, сладковато-кислый запах, от которого щипали глаза. Он будто бы тонкой струйкой тянулся из ангара, видимо, бывшей стоянки автотранспорта завода. А ещё он чувствовал, что нужно спешить. Тревога камнем сдавливала грудь.

- Чувствую. Идём, тёть Нин.

- Погоди! Ты хочешь сказать, что брать преступников пойдёшь с этой пожи... ээээ... женщиной, уже не имеющей столько сил и энергии, как у молодых? - тактично намекнул Никита на возраст тёти Нины, на что та в ответ негромко рассмеялась.

- Сынок, - тётя Нина хлопнула Никиту по плечу, - У меня сил побольше будет, чем у вас с вот этим молодым человеком вместе взятых!

Рома молча хмыкнул и не стал спорить.

- Никита и Рома, охраняйте вход, мы с тётей Ниной идём внутрь! - распорядился Артём и сделал жест рукой, чтобы тётя Нина следовала за ним.

Они вошли в здание, и запах стал просто невыносимым. Впереди была дверь, ведущая в длинный коридор. Артём и тётя Нина с опаской шагнули в тёмную бездну, стараясь не дышать громко и постоянно осматриваясь. Артём зажёг фонарь и шёл впереди, за ним семенила тётя Нина.

Вдруг снаружи послышался крик Ромы и звуки борьбы. Артём и тётя Нина переглянулись.

- Иди к ребятам, я пойду за Надей! - уверенно сказала тётя Нина, и увидев нерешительность Артёма добавила, - Я справлюсь. Я опытнее тебя.

Артём рванул наружу, оставив тёте Нине фонарь, который она взяла в другую руку, свободную от ножа.

Тётя Нина беспрепятственно преодолела длинный коридор, в конце которого также обнаружилась дверь. Дверь была заперта снаружи на засов. Тётя Нина открыла засов, толкнула дверь, и луч фонаря ударил прямо в лицо лежащей на грязном матрасе обессилевшей Наде. Руки Нади были связаны за спиной, на щиколотках тоже виднелись верёвки.

- Ой, девочка моя! Сейчас, сейчас, потерпи! - запричитала тётя Нина и бросилась к Наде, которая слабо улыбнулась в ответ.

- Они пока не вернулись... - пробормотала Надя.

Тётя Нина принялась резать верёвки, связывавшие руки Нади, ножом, и не сразу заметила, как глаза Нади медленно округлились:

- Сзади! - крикнула Надя, и тётя Нина почувствовала, как кто-то очень сильный схватил её за плечо и резко рванул на себя...

***

Тем временем Артём выбежал наружу и обнаружил, как стажёр Рома корчится на земле, а над ним нависает черноволосая девушка, изо рта которой тянется чёрный длинный язык, присосавшийся к шее несчастного парня, а Никита пытается отбиваться от второй почти такой же по внешнему виду девушки.

Артём бросился к Роме, попутно доставая из-за пазухи осиновый кол, резко размахнулся, прикинул, где находится сердце и вонзил кол прямо туда, не дав нежити опомниться. Откуда только взялись силы? Кол пронзил тело девушки, она взвыла, отпустив Рому и подскочила, выгибаясь, как дуга.

Вторая девушка, поняв, что её сестра умирает, истошно завизжала и кинулась к Артёму. Удивительно, но его движения оказались выверены и точны, как будто он уже проделывал такое сотни раз. Артём ловко увернулся от разъярённой нежити, перехватил нож в другую руку и одним уверенным движением снёс нападавшей голову... Откуда он знал, как нужно двигаться? Откуда эта реакция??? Артём в недоумении смотрел на двух поверженных противников, опустив нож, и тяжело дышал. Чëрт, их здесь только две! Где третья???

Артём повернул голову в сторону ангара. Надя, тётя Нина! Не обращая внимания на Никиту и Рому, он побежал внутрь.

***

Тётя Нина не успела даже вскрикнуть. От неожиданности она выронила нож и стала отчаянно сопротивляться, не давая черноволосой девушке добраться до её шеи. Лена усмехнулась и плюнула прямо в открытый рот тёте Нине - она выплюнула пожилой женщине в горло навью кость. Ещё один способ, которым навьи могли убивать. Тётя Нина захрипела, схватилась за горло и стала отчаянно хватать ртом воздух. Ничего не получалось. Женщина задыхалась и оседала на пол, а Лена стояла над ней и ехидно улыбалась.

Лена не видела, что в это время Надя уже освободилась от верёвок, потому что тётя Нина успела их разрезать. Надя тихо подобрала с пола нож, размахнулась и, собрав всю свою силу, рубанула нежити по шее... Голова Лены, словно мячик, укатилась в угол, а тело с грохотом упало на пол.

- Тёть Нин!!!! Нет, тёть Нин, не умирай! - Надя бросилась к соседке и стала трясти её за плечи. Сил почти не было. Сможет ли она спасти её?

Надя закрыла глаза, сосредоточилась и приложила трясущиеся руки к шее тёти Нины:

- Не бросай меня, тёть Нин! Я и так потеряла маму в детстве, и бабушки больше нет, и ты удумала меня бросить?! Не позволю!

Руки горели огнём. Она отдавала остаток своей энергии, чтобы не оставаться одной. Сила неожиданно взялась откуда-то изнутри, вспыхнула спазмом внизу живота, отчего Надя даже вскрикнула. Но руки её смогли сделать то, для чего были предназначены.

Артём забежал в сырую тёмную комнату тогда, когда тётя Нина уже отчаянно откашливалась, а Надя обессиленно сползала на пол, теряя сознание. Враг был повержен, а это главное...

***

Девять месяцев спустя.

- Надюш, девочка! У тебя девочка! - радостно объявил Василий Васильевич, укладывая новорождённую измученной Наде на живот.

Розовый сморщенный комочек закряхтел, вызывая улыбку у новоявленной матери.

- Какая красивая... - пробормотала Надя.

- Конечно, красивая, - усмехнулась Таня, забирая малышку, - Красивая, здоровая девочка!

- Конечно, девочка, - улыбнулась Надя.

Из соседнего родзала вдруг послышался шум, началась суета.

- Что там такое? - взволнованно спросила Надя.

- Острая гипоксия! - вскричал голос Виктории, неонатолога, принимавшей роды у второй женщины, рожавшей одновременно с Надей.

- Принесите мне того ребёнка, - обратилась Надя к Тане.

- Зачем? - удивилась Таня, - Сейчас Вика всё сделает...

- Не сделает. Неси, - настойчиво повторила Надя.

Таня послушно вышла из родзала и направилась в соседний. После недолгих переговоров она вернулась с ребёнком, который не дышал, в руках.

Надя, приподнявшись на одном локте, приложила руку к малышу, сосредоточилась и... Через пару минут и нескольких плавных движений руки Надежды малыш громогласно закричал, извещая удивлённых обитателей родзала о том, что он жив...

- Так вот как ты всё время это делала? - пробормотал ошалевший Василий Васильевич.

Надя улыбнулась и кивнула:

- Только никому не говорите. Сейчас это делаю я, а потом будет она, - Надя многозначительно кивнула на тихонько лежащую дочь, - Она будет гораздо сильнее меня. Возможно, она не просто будет лечить. Она изменит весь мир. Надеюсь, к лучшему...

Конец.