Рита и жуткая птица

01 Прекрасная птиц

Рита прыгала и резвилась на заднем дворе дома, приболевшая мать готовила ей обед, и поэтому за Ритой следила старшая сестра Иона.

Но Иона с интересом читала книгу. Сестра посмотрела на младшую и попросила:

– Не уходи со двора, будь паинькой, – и улеглась на траву читать книжку.

– Ага, – Рита кивнула, продолжая резвиться.

Дитя продолжало бегать по дворику, воображая себя принцессой воином, ловящей монстров. Зачем ей были нужны монстры? Чтобы посадить на цепь возле башни, конечно. Принцесса воинов «заперлась» бы в башне и ждала прекрасного принца, посмевшего забрать её у «гадкого колдуна».

– Ура, я поймала достаточно монстриков, – с улыбкой на лице, Рита погладила травинки и веточки в руке, а затем понесла к «величественной» башенке из камней, – охраняйте башню, мои питомцы!

На территорию двора влетела красивая птица с изящным оперением. Рита застыла на месте, боясь дышать или моргать.

– Вау! Птичка! – таких девочка никогда не видела.

Пёстрая птичка вдруг украло всё внимание девочки. Она аккуратно шагнула вперёд, боясь хрустнуть веткой.

Птичка уселась на кустик с малиной. Девочка тихо и незаметно приблизилась. Её аккуратности и ловкости могли позавидовать многие охотники и охотницы.

– Попалась, – шепнула Рита и прыгнула, птица заметила прыжок и улетела.

Рита же шмякнулась на куст.

– Рита! – возмутилась старшая сестра, вытащила младшую из кустов и приказала отряхнуться.

– Да, сестра.

– И отряхнись тщательней! Эх, такой куст помяла.

– Прости, сестра.

– Ничего страшного, но пожалуйста, будь аккуратней, иначе я попрошу маму оставить тебя без сладкого.

– Без сладкого? – в испуге Рита закрыла рот ладошкой, – Я больше не буду! Честное слово!

– Ну-ну, я посмотрю. А ты посиди тем временем, хватит бесится. Твои крики мешают моему чтению. Ещё чуть-чуть и один из персонажей попросит «не шуметь там», он вообще-то зачитывает главному герою злодейскую тираду! А злодейская тирада очень важна, ты даже не понимаешь насколько!

– О! Злодейская тирада! – Рита закивала.

– Хе, ты произнесла эту фразу, словно название блюда, а не серьёзную вещь. Ну да ладно. Главное, не шуми. Иначе дяденька из книжки отругает тебя.

– Э? – Рита побледнела и закивала голой, – я буду тихой.

Старшая сестра кивнула и улеглась читать дальше историю про славного героя и комичного злодея. Такие привлекали своей простотой и лёгкостью. Самое то, когда нужно отдохнуть и отвлечься от тяжёлого дня.

Младшая ещё не знала, но скоро и её дни тоже станут тяжёлыми и ей придётся точно также убирать стресс: чтением иль другим хобби.

Однако, в данный момент Рита наслаждалась беззаботным детством… так думала старшая сестра.

На самом деле, Рита мучилась вопросами, вернётся ли та прекрасная птица, не померещилась ли она ей?

Для шестилетнего ребёнка это были очень волнительные вопросы, страшней даже того, чтобы остаться без сладкого на день, – нет! – на неделю.

«Я выйду за забор. Ненадолго. Честное слово. Вдруг увижу птицу».

Рита оглядела высокий забор, посмотрела на старшую сестру. Она грызла ноготь и очень быстро двигала глазами. Вправо. Влево.

Девочка сделала глубокий вдох. «Помоги мне, моя ловкость».

Она прыгнула забор и тихо приземлилась. Если бы старшая увидела её, то схватилась бы за голову и проронила бы ругательство.

«Тысяча дьяволов, бесполезные заборы. Этому ребёнку нужна цепь!»

Преодолев забор, Рита огляделась, ища приглянувшуюся птичку.

– От Риты не уйдёшь. Никто не уходил, – с маниакальной улыбкой прошептал шепелявый ребёнок и стал рыскать в окрестностях забора.

Спустя много времени девочка поникла. Птички не было. Она посмотрела в холм далеко-далеко, на том холме расположилась бледная крепостная стена – край города – а за ним самим густой лес.

Рита помялась на месте. Она ещё никогда в жизни не хотела чего-либо, как ту прекрасную птицу.

Голос матери: «Не уходи никуда без сестры», «Вы обе не имеете права гулять на улице ночью», а также просьба старшей сестры оставаться во дворе.

Робкий шаг. За ним второй и третий. Вот Рита уже бежит к городской стене, сминая молодую траву и ломая на своём пути потоки ветра.

«Мне нечего бояться. Мой папа самый сильный. После папы я самая сильная».

Всё-таки она была очень похожа на своего отца… такая же бесстрашная и сильная.

Когда старшая сестра дочитала главу и подняла глаза, она не увидела Риту. Нигде. Обжигающий озноб накрыл старшую колючим пледом.

– Ритаааааа! Ритаааааа! Ты где?! – кричала, срывая голос, сестра.

На кухне в доме разбилась посуда. Встревоженная мать выглянула во двор. Ьез того бледное лицо и лихорадочные глаза матери стали ещё ужасней.

– Я же просила… И почему я не до сих пор не сожгла твои проклятые книги!

– Мать… прости, - поникла Иона.

Женщина больно схватила дочь за руку и потащила за забор к соседям, чтоб просить помощи в поисках.

А Рита к тому времени добежала до крепостной стены. Убедившись, что стражников нет, девочка перелезла стену и скрылась в лесу.

Она не знала, где могла быть птичка, просто доверилась внутреннему чутью, которое иногда даже спасало её от падения на голову яблок, камней или небесных камешков.

– Жди, птичка. Птичка станет моей! – девочка без страха погружалась в лес, куда могли пойти лишь охотники на зверей и купцы с охранной.

Солнце неумолимо опускалось, уходя в недра земли и утаскивало за собой из леса всякий свет.

Рита не могла поверить, что чутьё не помогло отыскать птичку. Девочка фыркнула и затопала. Со злобы она ударила столетний дуб и расщепила ствол, точно тонкую ветку.

– Птичка! Где ты?!

Неожиданно Рите ответили сзади:

– Ты ищешь птичку, юная леди? – спросил женский, чуть низкий голос.

– А..! – Рита ударила ногой за спину, но ударила бесплотный воздух, -– Что? Не сзади? Э?

Девочка осмотрелась, нигде не увидев никого, даже животных.

– Не вежливо, юная леди. Бить без причины дозволено лишь разбойникам и монстрам, – на этот раз голос женщины прозвучал над ухом, заставляя Риту побледнеть.

– Зачем пришла, дитя? Тебе нужна моя птица?

Собравшись духом, Рита уточнила:

– Ваша птичка прекрасна?

– Ахаха, о да, самая прекрасная птица во всём мире! – рассмеялась не зримая женщина, – хочешь посмотреть?

– Хочу…

– Тогда иди туда, куда скажу.

– Но…

– Ждать не собираюсь. Лишь пунктуальные леди получают желаемого! – голос стал быстро отдалятся, – Птица счастья никого не ждёт!

Рита сильно побледнела, сорвалась с места и побежала на голос.

Следуя ему, Рита зашла так глубоко в лес, что вряд ли бы сумела вернуться в город без чей-то помощи. Но это уже не волновало ребёнка. Его ум всецело заняли мысли о той прекрасной птице.

«Она моя».

– Мы пришли, юная леди, – голос остановился у кривой избушки.

В кромешной тьме Рита могла прекрасно видеть, тем не менее, здесь её ночное зрение было практически без полезно.

Голос пропал в избушке, Рита без колебаний зашла внутрь.

Дверь захлопнулась. Из окон полился яркий свет. Сильный удар выбил окна.

– Хахаха… ха, хаха, – смеялась женщина через боль и усталость, – что ж, полюбуйся на птичку. В зеркале! Ахахахахаха!

02 Поход за стену

Ульрих отчитывал сына за самовольничество во время охоты:

– Хоть представляешь, какую глупость совершил, Роланд? Полезть на лонгхэнда в одиночку. Уму не постижимо! – ругался капитан стражи.

– Но я же вернулся, – запротестовал израненный сын, чьи раны обрабатывали врачи, – Да и лекари излишни, я лишь малость.

– Малость! Да твоя мать упала в обморок узнав, что у тебя потроха из пуза болтаются! И это малость? Не корчь из себя Синебородого Вильяма! Не корчь! – Ульрих сложил руки на груди и задрал крючковатый нос

– Да не корчу я! – Роланд надул щёки, едва ли не заставив отца ослепнуть от закатывания глаз, – Любой на моём месте заступился бы за путешественников, хоть против лонгхэнда, хоть против самого бога дьяволов.

– А как насчёт другого соперника, что злей их вместе взятых, а? – плечистая тень отца нависла над Роландом.

– Какого такого? – юноша широко открыл глаза, вжимаясь в скамью и уже понимая: ему будет ой как не хорошо.

Высокий и крепкий отец достал ремень. Увидев ярость в глазах капитана стражи, лекари разбежались по избе, как тараканы.

– Отец, я ранен! Будьте благоразумны! – Роланд забился под скамью. Однако, ремень сумел достать юношу и там.

По всему дому послышался звук яростного ремня и ругань. Лекари наблюдали за наказанием, не в силах сдержать слёз и сочувствующих взглядом. Казалось, ничто, даже боги, не могли спасти парня.

Когда надежда почти угасла в дом громко постучались и один из постовых сообщил:

– Жена Вильяма – Герда, и дочь Иона! Говорят, Рита опять пропала!

– Ещё этого не хватало! Сиди, чёрт! Лежи под скамьёй и не смей выползать, жук трусливый! Я с тобой ещё не закончил.

Капитан стражи встретился с гостями:

– Сейчас найдём, не переживайте. Она хоть быстрая, но никогда не убегает далеко. Мои парни её выследят и будут наблюдать.

– Как в этот раз? – язвительно спросила мать Риты, она же Герда.

– Вы сами просили дать Вам больше свободы от слежки, – Ульрих удивлённо посмотрел на сердитую мать.

– Подожди, когда это было? – Герда побледнела, всякий румянец облупился от её лица.

– Сегодня… – ветеран многих битв, капитан стражи стены Нингада – Ульрих – стал серее расколотого камня. Старик бросил разбирательства и, позвав с собой два десятка стражников, отправил себя и своих людей на поиски.

«Если это была не Герда, то похоже меня кто-то обманул, и Риту похитили. Чёрт! Этот тип должен быть очень могущественным».

Лучшие специалисты по выслеживаю и местные охотники взялись за выслеживания пропавшей девочки.

– Она шла по этой тропинки прямо в лес, – сообщил уполномоченный охотник по имени Билл. Сегодня утром он и не думал, что вместо выслеживания зверей примет участие в розыске пропавшей Риты.

«Хоть бы с неё всё было хорошо… кто же защитит моих детей от следующего поколения злодеев, если не она? Как можно быть настолько гнусным, чтобы из чистого расчёта нападать на ребёнка. Похищение точно совершил гадкий и трусливый злодей, пожелавший оставить нас без сильной защитницы».

– Спасибо, за информацию, – хмуро поблагодарил Ульрих. – Отправляемся за стену, будьте максимально собраны. Если похищение устроил кто-то могущественный, а это именно так, то нам приготовили ловушки, дабы замедлить нас.

Двадцать стражников, три охотника и капитан отправились за стены Нингана. Там их ждал тернистый лес, без начала и края.

Послышался звук тревожного горна. Три стражника были мгновенно вспороты и превращены в фарш.

Ульрих стал на вид злее громовой тучи. Охотник Билл сглотнул горький ком слюны, встал поближе к капитану и пригнулся, желая быть как можно менее доступной целью.

– Скиннер! По правому флангу! – крикнул один молодой стражник, пытаясь защититься щитом и копьём.

Из неоткуда возникли чудовищные иглы, пронзили защиту и впились в грудь. Миг спустя стражника разорвало на кусочки.

Среди стражи не нарастала паника. Четвёртый труп должен был быть и последним, поэтому напали на скиннера совместными усилиями.

Сам капитан стражи Ульрих выступил вперёд. Твёрдые, как горы, мускулы и скорость оленя помогли старику отбросить игольчатого монстра назад.

Тварь уже собиралась отступить, как мощный могучий прыжок и копьё погубили скиннера.

– Посыпьте тела отпугивателем, мы не имеем права терять ни минуты и йоту силы.

– Будет сделано, капитан Ульрих! – стражники посыпали останки товарищей отпугивателем, чтобы всякая дрянь не смела лакомиться их братьями.

И поход в лес продолжился. На пути стражников встретился ужасный монстр. Он даже не прятался. То был гигант среди поломанных стволов деревьев.

Его три алых глаза, словно раны, кровоточили на чудовищной башке.

А руки, длиннее самого высокого дерева бросились, чтобы схватить стражников.

– Лонгхэнд! – Билл дрожал, как мотылёк на огненном ветру.

В голове охотника была лишь одна мысль, только одна: «выжить и вернуться домой». Поэтому он встал за спину бледного товарища охотника, используя того, как щит.

– Держать строй!

– Копья поднять!

Но копья лишь сумели ненадолго остановить зверя. Бронированным ладоням лонгхэнда не составило труда словить копья.

Если бы не помощь старика, стражники не выстояли бы.

– Не ты ли, зверюга, поранила моего сына? О, нет! Точно, мой сын того лонгхэнда прикончил. Твой брат?

Капитан расправился с монстром быстро.

– След Риты не обрывается здесь? – с серым видом спросил глава.

– Нет, идёт дальше, – сказал раненный охотник Билл, тяжело дыша. Один из его товарищей, тот за которым он прятался, был пойман и сожран лонгхэндом. Край когтя коснулся плеча Билла. Одного касания хватило для глубокой раны.

Капитан кивнул:

– Веди нас! Стража! Защищайте охотника Билла любой ценой.

Стражники продолжили поход, уставшие и изнеможённые. Никто раньше не встречал столько сильных монстров за один день.

«Гигантский скиннер и два кровавых лонгхэнда. Они желают нас задержать. Чёрт! Подлецы! Им не сойдёт с рук похитить дочь моего друга».

Прошло шесть лет, глава стражи Ричард состарился точно на все десять, но помнил произошедшее с Вильямом, будто тот несчастный день произошёл вчера.

Море крови. Небо в облаках пепла. Дождь из зелёного огня. И… насаженное на шпиль замка ещё живое тело Вильяма:

– Ты жалеешь, Синебородый? Дай, угадаю! Ты молишься всем известным богам за свою жалкую ничтожную жизнь, так? – с небес, точно глас самого бога, звучали слова не то женщины, не то мужчины.

– Я… кхм! – Вильям соскользнул, вниз, окровавленный шпиль обтёрся об его нутро.

Ричард просто стоял и смотрел, как его друг – великий страж, тот, кто раньше считался непобедимым и был кандидатом на самого могущественного колдуна в истории всего континента. Этот гордый человек был нанизан на иглу, точно беспомощная букашка.

Что Ульрих мог сделать? Он дрожал от страха, молился и обсирался в латные штаны.

Подавить страх он смог лишь когда небо прояснилось, а Вильям валялся вокруг в виде кусков мяса.

В тот день Ульрих осознал одну истину, которую можно осознать только при максимальной суровости судьбы.

Он пытался забыть ту истину, подавить, искоренить из себя, как признак отчаяния.

Но сегодня бесстрашный капитан стражи Ульрих вспомнил эту истину, смотря на выкошенный лес, траншею в земле и… кровавое небо, по которому раскатился знакомый хохот:

– Привет, трясущееся ничтожество! Давно не виделись! Ты пришёл за дочерью того жалкого муравья? Хочешь её вернуть?

Ульрих молчал. Его колени тряслись, как у маленького щенка.

– Я не слышу! Молчание не ответ! Так тебе нужна та малявка? – громкий небесный голос заставил всех присутствующих упасть на землю и дрожать.

Билл смотрел в землю и ронял на изрытую грязь слёзы. В глубине души он чувствовал неописуемый страх.

– Не-нет! – губы Ульриха задвигались сами собой, забыв о чести.

– Раз не нужна, тогда я уйду, чтоб не тратить время! Приятного жалкого существования, ничтожества.

– Никуда ты не уйдёшь! – услышал Ульрих и в ужасе открыл рот.

– Что ты творишь, Роланд?! Что творишь?!!

– Выполняю твою клятву за тебя отец.

– Нет… Нет! – старик упал на колени.

В лёгких перехватило дыхание, и он сам не мог разобрать то, о чём просил сына. Он просто рычал или шипел нечто нечеловеческое, чувствуя, что небо и земля меняются местами от нарастающего гнева голоса.

03 Разговор о богах

Маленькая неказистая птичка билась в золотой клетке. Но к её великому сожалению, она не была в силах сломить прутья. В конце концов, птица сдалась через пару минут и просто забилась в угол клетки, дабы не быть на виду.

Сотни уродливых и больных зверей находились в трясущейся повозке. И Рите не нравилась их компания, но не так сильно, как компания голоса.

– Не волнуйтесь, мои игрушки, скоро мы приедем и будет вам счастье невероятное. Вот увидите. Ахахаахахаха! – по повозке раздался женский смех, быстро перетекающий в чудовищный гогот существа без пола и принадлежности.

«Мама… Ион… дядя стражник – они найдут и спасут меня, обязательно найдут».

– Хм, какой настырный паренёк. Давненько я не слышала таких дерзких и пылких юношей. Не перевелась в этих землях кровь Огневержца! – небесный голос звучал в похвальном тоне, однако по спине Роланда пробежали стада мурашек.

А половина стражников упала, выплёвывая кровь. Невольно, Роланд взглянул на бледного отца, без умолку говорящего неразборчивый бред:

– Не надо… я тебя растил… ты глупец… ненавижу… остановись… всех погубишь… подумай о матери…

– Молчать! – рявкнул Роланд и положил руку на голову Ульриха, – Не мешайте мне собираться с силами, идите полежите, батюшка.

Старый ветеран не знал, как объяснить Роланду всю плачевность и серьёзность возникшей ситуации. Небесный голос был не победим. Даже десяток злодеев и героев вряд победил бы без уловок.

– Сын… – стражник собрал всё оставшееся мужество в кулак, – этот голос одолел Синебородого. Нет, он размазал его, как насекомое. Ему ничего не стоит расправится с десятком выдающихся воинов этого мира… сражаться с ним, всё равно, что бросить вызов…

– Богу? Ну значит так и будет.

Ульрих плакал, одновременно в нём кипело два сильных чувства: «мой сын настоящий герой» и «какой же у меня тупой и твердолобый сын».

– О, так мило, что вы считаете меня богом. Правда до настоящих я не дотягиваю, – вклинился в разговор голос, немного смеясь и говоря игривым тоном, – У настоящих богов есть собственные миры и глубочайшие знания. На фоне богов моя сила, какой бы могущественной, вам отбросам, не казалось, является ничтожной. Хотя бы потому, что боги способны использовать любую технику, которую знают обитатели их миров, и увеличить её в десять раз.

– Что? – Роланд приподнял бровь, – ты не бог?

– Нет, во всяком случае, я не считаю себя таковой, молодой человек. Я сильна, но не настолько.

– Ха, – юноша улыбнулся, – тогда я просто обязан тебя победить. Если не одолею, то какой смысл бросать вызов настоящим богам.

Голос затих, очень на долго затих. И небо стало постепенно сереть. Роланда обнял колючий озноб, из рта повалил пар.

Оставшиеся в сознании стражники переглядывались и молились. Охотник Билл сжался сам в себя и боялся пикнуть или громко подумать.

Наконец голос снова заговорил:

– Ты правда собираешься бросить вызов богам? Зачем? А главное наширта? Не живётся спокойно?

– Потому что хочу стать богов и подарить другим людям способ стать богами! – гордо заявил Роланд.

– Парень, прости. Ты много не знаешь. Поверь… последнее чего бы хотел мир, так это появление сотни или даже десятки Акум Даймон! Твои намерения благородны, но последствия могут оказаться очень не предсказуемыми.

– Хм? – Роланд задумался.

А между тем у Ульриха открылся рот от удивления. – «Мой сын ещё жив? Как так? Вильяма Синебородого голос прикончил спустя пару слов, как насекомое. Неужели нрав небесного голоса так сильно изменился за восемь лет?»

– Если хочешь увидеть рай и поделится им с близкими, то наилучшим вариантом будет мир Света во владении бога Разума. Там нету ни злодеев, ни героев, ни ангелов, ни демонов, ни таких существ, как я. И никогда не будет.

– Спасибо.. ээм, вы украли Риту? Зачем? – спросил Роланд.

– Секрет! Когда вырастишь, от ничтожного молодого джентльмена до джентльмена, расскажу. А так, хоть тысячу раз уговаривай. Не скажу.

– Не серди меня, – Роланд достал меч, – Не недооценивай меня!

Голос не ответил. Сколько бы Роланд не ждал ответа, он его так и не получил.

Стражники удивлённо переглядывались. Многие из выжившие уже приготовились отойти в мир иной, вместе с другими павшими товарищами по долгу. Однако судьба сжались над ними, и они смогут спокойно вернуться к своим семьям.

Охотник Билл упал на колени и благодарил бога Мируняка за спасение.

Ульрих отошёл от безумства, встал с колен и многозначно посмотрел на сына: «Ну и идиот он… как я в молодости».

– Вот же трус, – жаловался Роланд, – а таким грозным казался. Похоже, он чрезвычайно ослабел.

– Ослабел? – удивился Ульрих.

– Поэтому не посмел украсть Риту в наглую, пришлось схитрить. Хм, тут два варианта, либо рядом с нашей деревней он слабеет, либо…

– Либо что?

– Либо ему нужна была Рита для восстановления сил, – мрачно сказал Роланд.

Ульрих стал серее грозового неба. Он предполагал, что Рита могла погибнуть, но в глубине души жила капелька надежды. Она всегда живёт до самого конца.

– Отец, что нам делать?

– Я не знаю, если голос был ослаблен, а после… стал восстанавливаться, то шанс его победить был упущен.

– Возможно, но зато мы знаем, что у твоего страшного голоса есть слабость, ну или хотя бы перемены настроения, не позволяющие ему кого-то умертвлять.

– Это обнадёживает, однако мы понятия не имеем, где искать этот голос… Даже если он будет перед нашим носом, мы его не заметим. Его никто никогда не видел.

– А это весьма серьёзная проблема, батюшка.

Отец и сын долго смотрели в даль, а потом развернулись идти домой, нести печальные вести.

Охотник Билл был несказанно рад вернутся к семье живым после столь напряжённого дня. Он дал себе зарок не идти с стражей на вылазки, даже за приличную сумму.

А вот семья Риты и Роланда были не так рады.

По возвращению Роланд захворал и слёг. Спустя несколько дней, у него парализовало ноги, а руки потеряли большую часть силы. Отныне сын Ульриха не мог заниматься боевым ремеслом.

– Что значит, вы её не нашли?! – Герда кричала сквозь слёзы, кожа женщины стала пунцовой и голов кружилась.

Не выдержав, мать Риты упала в обморок и стукнулась об камень.

– Мама! – Ионна склонилась над матерью, горько плача. – Я виновата! Виновата я! Не уходи, мама! Не покидай меня… вдруг Рита ещё жива?

На эти слова Герда открыла глаза и злобно посмотрела на Ионну, так мать на неё никогда раньше не смотрела. И сердце девочки сжалось в крошечный шарик. Она заплакала и убежала.

А тем временем, повозка с Ритой, странными зверьми и тем самым злым голосом остановилась:

– Мы приехали, мои дорогие ничтожества!