Ревенант

Предисловие

Я стою на коленях и громко шиплю от боли в правом лёгком. Латный доспех давит на тело, шлем лежит в грязи неподалёку. Я смотрю на причину боли в лёгком и с лёгкой, болезненной усмешкой замечаю торчащий из груди кончик клинка. Кашляю кровью и пытаюсь повернуть голову туда, где стоят Они. При мысли о них меня переполняет ярость, и она даёт мне силы повернуться. Я поворачиваю голову и вижу их — они радостно стоят, насмешливо обсуждают меня и делят награду за мою голову. Ярость охватывает меня с новой силой, и из последних сил я кричу:

— Я отомщу! Я убью вас! Вы сгорите в пламени моей мести!

Они лишь лёгко усмехаются над моими словами и перестают обращать на меня внимание. Произнеся эту клятву, я потратил последние силы и падаю лицом вниз. Чувствую, что и так задержался в этом мире слишком долго. Лёжа в луже собственной крови, с клинком в лёгких, в пробитых латных доспехах, в последний раз усмехаюсь и замираю навсегда.

Глава 1. Начало

Я бежал по улице за Ромулом. Олли нас догонял. Мы мелькали между ног у взрослых. Вдруг, когда я пробегал мимо прилавка торговца капустой, он схватил меня за ухо. Из глаз брызнули слёзы. Я заговорил своим детским голоском, чуть хныкая: — Дяденька, отпустите меня, пожалуйста.

Он смотрел на меня недовольно и, судя по выражению лица, собирался что-то сказать, но в этот момент подбежал Олли. Он начал топтаться рядом и что-то тихо мямлить. Спереди вернулся Ромул. Как самый старший из нас, он относился к торговцу с меньшей опаской и даже смотрел на него открыто недовольным взглядом.

Торговец переключился на них и рявкнул: — Чё надо, мелюзга?

Они хором ответили: — Отпустите Альрика, пожалуйста.

Торговец дёрнул меня за ухо и спросил: — Этого, что ли?

Они кивнули. Я перевёл взгляд на него в моих глазах читалась надежда (на его лице застыло раздумье). Я снова запищал тонким детским голоском: — Дяденька, пожалуйста...

Он ещё пару секунд колебался, но всё-таки отпустил моё ухо, толкнул меня в спину и недовольно буркнул: — Чтоб хоть раз пробежали мимо моего прилавка, я вас!..

Он не договорил, но показал сжатый кулак в назидание. Я быстро закивал, и мы все тут же убежали. Ребята поглядывали на меня с лёгкой обеспокоенностью, но ничего не сказали. А мы уже бежали дальше.

***

Несколько лет спустя

Мы подбегаем к воротам строящегося порта, где стоит и курит трубку старый орк. Заметив нас, он цокает языком, затягивается ещё раз и выдыхает дым. Мы заворожённо наблюдаем за ним.

— Мелюзга, — говорит орк. — Я договорился с вашим старшим. Однако он утверждал, что все работоспособны, а я вижу... — Он тыкает пальцем в меня. — Ты щуплый, слабый? Ты выживешь?

Я моментально киваю.

— Хрен знает...

Пытаюсь что-то сказать, но Ромул толкает меня локтем и отвечает за меня: — Он постарается, сэр. Альрик пригодится, чтобы таскать обеды работникам и всякую мелочь.

Орк задумывается на пару секунд, затем кивает: — Ладно. Но если он не справится, вы все отработаете его долю. Иначе — оплата неполная.

Он бросает на меня оценивающий взгляд. — Ты, как и сказал твой старший, будешь выполнять мелкую работу.

Орк окидывает всех взглядом. Видя, что мы не возражаем, распахивает дверь на стройплощадку. Мы осторожно заходим, озираясь по сторонам.

Внутри — каркас двухэтажного дома. Рабочие обивают его досками, уже подбираясь ко второму этажу. Я заворожённо осматриваюсь и замечаю, что ребята тоже застыли в немом удивлении.

Тем временем орк подходит к какому-то мужику, что-то говорит ему, затем указывает на нас. Тот кивает и направляется к нам.

— Новенькие, за мной, — грубо и с усмешкой говорит он. — А ты... — Тычет пальцем в меня. — Жди здесь.

Я остаюсь стоять, пока он уводит остальных. Через некоторое время мужик возвращается и окидывает меня неприятным взглядом, но ограничивается этим.

— Видишь те мешки? — указывает он на кучу холщовых мешков. — Перетащи три штуки вон туда.

Он показывает на каркас, где работают строители. Я киваю и молча направляюсь к мешкам.

Подхватываю первый мешок, резко поднимаю — и чуть не падаю. Внутри что-то металлическое звенит, а сам мешок оказывается неожиданно тяжёлым. Руки дрожат, я изо всех сил стараюсь не выронить ношу.

Это замечает молодой орк — довольно симпатичный, как для своего вида. Он подходит и смотрит на меня с жалостливой презрительностью.

— Тебе помочь?

— Н-не надо, я с-сам, — с трудом выдавливаю я, едва удерживая мешок.

Он хмыкает и насмешливо протягивает: — Ну, посмотрим, как ты «сам».

Слово «сам» он выделяет особенно язвительно. Меня тут же переполняет желание доказать ему, что я справлюсь.

С трудом делаю первый шаг, потом второй. Пройдя половину пути, слышу удивлённое хмыкание орка. Но на следующем шаге ноги подкашиваются, и я падаю прямо на мешок.

Воздух вышибает из лёгких. Я судорожно хватаю ртом воздух, глаза слезятся от боли. Через пару минут могу лишь тихо стонать — живот уже не болит, но всё тело ломит от непривычной нагрузки.

Орк подходит и с издевкой спрашивает: — Точно помощь не нужна?

Я медленно поднимаюсь и мотаю головой.

— У тебя ещё два таких же, — напоминает он.

Я лишь кривлюсь, представляя, как буду их таскать. Снова поднимаю мешок и, стиснув зубы, всё же дотаскиваю его до места.

Только собираюсь идти за вторым — и застываю в изумлении. Тот самый орк уже несёт оба оставшихся мешка, будто в них пусто. Через секунду он бросает их рядом и небрежно бросает:

— Будешь должен.

— Я бы справился сам! — возмущённо выдыхаю я.

Он презрительно хмыкает: — Растащи всем обеды. Вон из той коморки.

И тычет пальцем в сторону маленького деревянного сарайчика, такого хлипкого, что кажется — дунешь, и развалится. Даже не дожидаясь ответа, разворачивается и уходит, растворяясь среди строительного шума.

Подхожу к указанной постройке, робко стучу. Из-за двери раздаётся хриплый окрик: — Чё надо?!

Дверь распахивается с такой силой, что чуть не срывается с петель. На пороге — мужчина, от которого разит потом и перегаром. Его грязная рубаха когда-то была белой, а теперь напоминает тряпку для мытья полов. Сальные волосы слиплись, взгляд мутный, равнодушный. Деревянный протез вместо левой ноги поскрипывает при каждом движении.

— М-мне сказали... обеды у вас... — выдавливаю я.

Он окидывает меня оценивающим взглядом и фыркает: — А, новый малец. Который вместо работы под ногами путается. Ну ладно... — Пожимает плечами, будто смиряясь с неизбежным. — Какое мне дело.

Исчезает внутри, через минуту возвращается с провизией: две буханки чёрного хлеба, головка сыра, обсыпанная опилками, и палка полукопчёной колбасы.

— Эй, щенок, — бросает он, суя мне этот груз в руки. — Не мудри. Позови всех — сами разберут. Ножи у них свои имеются.

Я киваю, прижимая провизию к груди, и осторожно иду к строящемуся зданию. Каждый шаг отдаётся болью в уставших мышцах. Когда прохожу под лесами, инстинктивно поднимаю голову — и замираю. Прямо на меня летит каменный блок!

Еда падает в грязь. Руки взлетают вверх — жалкий щит против гибели. Жизнь проносится кадрами: во́роны над городской свалкой, Ромул, бьющий кулаком в стену сарая ("Мы справимся, Альрик!"), липкие яблоки из чужого сада...

Блок врезается в ладони. Холодный хруст костей — такой громкий, что заглушает шум стройки. Боль, острая и белая, пронзает руки. Я чувствую, как запястья гнутся под весом...

Я рухнул на землю; руки дрожали, пока я собирал рассыпавшуюся еду. С второго строящегося этажа показалось испачканное лицо мужика лет сорока. Он взглянул на меня с лёгким беспокойством.

— Эй, парень, блок тебя не задел? — Он окинул меня внимательным взглядом и заметил каменную глыбу рядом. — Ну и ладно, что не попал, а то умер бы ещё.

Я лишь кивнул, стиснув зубы от боли в руках.

В нашу убогую коморку в трущобах вошёл усталый стражник. Кожаный доспех скрипел при каждом шаге, глефа тяжело опиралась о дверной косяк. Он окинул нас презрительным взглядом — словно разглядывал дохлых крыс — и процедил сквозь зубы:

— Кто из вас магичит?

Ромул с Олли мгновенно переглянулись, а потом обеспокоенно посмотрели на меня. Воздух в коморке стал густым, как кисель. Ромул сглотнул и осторожно ответил:

— Мы простые сироты из трущоб, господин стражник. У нас нет таких... способностей.

Стражник хмыкнул и равнодушно бросил:

— Тогда пойдёте все. Вас проверят на ману артефактом. А тех, у кого её не окажется, заставят выплачивать стоимость использования. Это, между прочим, пятнадцать золотых.

Мы едва не подавились собственной слюной. Пятнадцать золотых? У нас всех вместе взятых столько не набралось бы! Олли побледнел так, что веснушки стали ярче угольков.

Стражник скучающе продолжал:

— Так что? Кто-нибудь из вас сознается, или мне тащить вас насильно?

Он выжидающе помолчал пару секунд, затем потянулся к глефе. Металл зазвенел зловеще. В этот момент что-то во мне ёкнуло — воспоминание о каменном блоке, о той невозможной силе... Не в силах смотреть, как друзей потащат к магам, я шагнул вперёд.

— Господин стражник, — голос дрожал, но я заставил себя говорить твёрдо. — Это я.

Дорогие читатели, благодарю за прочтение первой главы, для меня было сложно написать этот отрывок, однако надеюсь следующие главы выйдут раньше, так же надеюсь на честную критику в комментариях (Прошу простить за ожидание первой главы столько времени)