Re-Born

Глава 1

«Тот, кто родился, обязательно умрет.

А тот, кто умер, обязательно родится»

Буддийская мудрость

Субботнее утро в клиническом родильном доме по улице Дзержинского выдалось шумным.

По тесным коридорам то и дело сновали уставшие нянечки, угрюмые врачи в измятых халатах озабоченно перебирали кипы бумаг с назначениями и справками, растрепанные новоиспеченные папаши с ошалевшими с похмелья глазами заглядывали в каждую палату, надеясь увидеть там знакомые женские лица. Все кричали друг на друга, раздавали советы и указания, а после начинали бегать по кабинетам, исполняя свои повседневные обязанности.

Когда же пришло время завтрака, и облаченные в белое медсестры, словно могучие тягачи, потянули за собой длинные вереницы пластиковых боксов с малышами, весь роддом замер в полной тишине. Все прекрасно знали, что если какой-нибудь резкий звук разбудит хотя бы одного младенца и тот заплачет, то вся колонна непременно подхватит эту заунывную, полную горести и печали песню.

Но сегодня все обошлось. Боксы стали постепенно разъезжаться по палатам, сбиваясь там в тесные кучки. Новорожденные медленно просыпались в ожидании теплых маминых прикосновений.

Один из грудничков, чья тележка оказалась ближе всего к окну, поежился от яркого солнечного света, упавшего ему на лицо, и тихо засопел. Его сознание до сих пор бурлило после перерождения и едва могло фокусироваться на окружающем пространстве.

Малыш с трудом взял над собой контроль и осторожно прикоснулся вниманием к прозрачным стенкам своего бокса. Ничего страшного не произошло. Тогда малютка напрягся и немного раздвинул границы восприятия. Оказалось, что наружный мир мягко вибрирует и смешно переливается обрывками тысяч разных энергий.

Расхрабрившись, младенец продолжил изучать новую для себя реальность и внезапно уловил присутствие какого-то живого существа, находящегося поблизости. Энергетика незнакомца выглядела не слишком безупречной, а частота его сияния то и дело менялась. Немного смутившись, малыш все же решил войти с ним в контакт.

— Эй, — подумал он осторожно, — меня кому-нибудь слышно?

— Что? — дошел до него ответный поток импульсов из соседнего бокса. — Кто это говорит?

Череда мыслеформ была очень расплывчатой и слабой. Чтобы различить ее на фоне других энергий пришлось собрать все свое внимание.

— Я! — воскликнул первый младенец, обрадованный тем, что теперь не один. Он попытался определить себя в пространстве, но лишь сильнее запутался и выдавил: — Я тут... Э-э-э, рядом.

Некоторое время собеседник молчал, внимательно сканируя окружение. Наконец один из его ментальных щупов лизнул клокочущее неподалеку сознание и оставил на нем крупицы своей энергетики.

— Кто ты такой? — с живым интересом спросил незнакомец.

— Меня зовут Фео, — мысленно представился грудничок, послав в ответ поток импульсов о своем происхождении.

— А я Дип, — откликнулся малыш из второго бокса. Он надолго замолчал, погрузившись в созерцание, а затем подумал: — Здесь очень страшно... Как будто кругом все горит.

— И у меня так же, — с грустью сказал Фео. — Похоже, у нас с тобой искажение восприятия. Я пока не знаю, что с нами произошло, но обязательно выясню. Ты только не волнуйся, Дип, мы...

— Здорово, братва! — взорвалось поблизости. Это была уверенная и крайне четко сложенная мыслеформа. Она пылала всеми цветами и оттенками, легко вытесняя окружающий шум.

Дип и Фео на секунду замерли, пробуя энергию на вкус. Настроив восприятие, они осторожно отследили источник и принялись аккуратно изучать его структуру.

Новое существо оказалось упругим и ярким на ощупь. Оно было поразительно хорошо сформировано и имело отчетливые границы, походя на овальное светящееся облако. При этом создание могло органично вплетаться в ткань здешнего пространства и вообще чувствовало себя как дома.

— Ну, чего застыли, ребятки? — мысленно хохотнула сущность. — Новенькие что ли?

Фео и Дип предпочли промолчать, наблюдая за удивительными метаморфозами их нового знакомого из третьего бокса. Тот выбросил в пустоту фонтан искроподобных эмоций и пересобрал себя в идеальную сферу.

— А, ну понятно, — вздохнул он. — Точняк, перворазники. Наверное, даже не знаете, где вы, да?

— А где? — вежливо осведомился Фео.

— Хех, — прыснул незнакомец, послав собеседникам целый букет положительных мыслей. — Добро пожаловать в грубую материю!

— Куда?! — хором спросили малыши.

— Оу, ну начинается... — Шар света растекся по пустоте мерцающей кляксой. Ему явно не доставляло удовольствия рассказывать очевидные для всех вещи.

Он помолчал с минуту, формируя длинные цепочки мыслеформ. А после запустил их блеклыми росчерками в сторону Фео и Дипа.

Груднички с нескрываемым интересом принялись впитывать информацию всеми возможными способами.

— Место, в котором мы находимся, именуют планетой Земля. В этом мире почти вся энергия застывает в жестких формах, а живые существа заперты в такие вот штуки... — Он указал ребятам на их физические тела, плотно закутанные в пеленки. — И выйти из них никуда нельзя, разве только когда спишь.

— Когда что? — попытался уточнить Дип.

— Это как бы... — Незнакомец закрутился в узел, но так и не смог подобрать сколь-нибудь подходящее описание и отмахнулся: — Ай, долго объяснять! Вы и сами все узнаете. А, и кстати, я Лив.

Ребята охотно обменялись мыслеформами, представляясь друг другу.

— Лив, а откуда ты так много знаешь? — поинтересовался Фео, освоившись в незнакомой компании.

— Я тут уже третий раз, — расплылся потоками симпатии Лив. — Столько всего необычного перевидал... — Он внезапно всколыхнулся: — Оу! Интересно, а вы мальчики или девочки?

Малыши послали Ливу клокочущий поток испуганного недоумения. А тот с довольным видом заискрился в приступе смеха.

— Да не бойтесь вы! — успокоившись, подумал он. — Если хорошенько прикинуть, в мире грубой материи куда больше веселья, чем страха. И впереди у вас обоих еще тонна всего увлекательного. Главное, это понять правила игры.

Дип поймал ниточку энергии, состоящую из неописуемых впечатлений Лива, и как следует ее распробовал. Похоже, Лив искренне верил в то, о чем говорил. И это немного утешало.

Хорошенько подумав, Дип собирал в себе нужный порядок мыслей и только потом послал их Ливу:

— Тебе до того здесь понравилось, что ты возвращался сюда трижды?

— Ага, — легко признался Лив. — Всех развлечений грубой материи за один раз и не распробуешь. До этого я рождался только в низших мирах, а там мне не очень везло с энергетикой... — Его тонкое тело угасло, погрузившись в грустные воспоминания, но потом вновь пропиталось золотистым светом. — Ну а вы, ребята? Где бывали до этого?

— Я долгое время жил в темноте, — признался Фео. — Но там было довольно уютно. Мы могли лепить из тьмы разные формы и вселяться в них, когда захотим. А ты, Дип? Как попал в эти края?

Дип съежился, покрываясь ментальным панцирем, и с большой неохотой выпустил слабый импульс:

— Честно говоря, меня отправили сюда с высших миров.

Пространство всколыхнулось от волн удивления. Ошеломленные Лив и Фео тут же завалили собеседника горами вопросительных мыслей.

Дип собрал внимание в кучку и ответил:

— Одному из старших существ показалось, что я не проявил к нему должное уважение. И за это он решил меня проучить.

— Какой кошмар! — после длинной паузы высказался Лив. Он отправил Дипу фонтанчик положительной энергии и добавил: — К счастью, на Земле с отношениями намного проще.

Он хотел сказать что-то еще, но тут в беседу ворвался объятый огнем комок сознания четвертого малыша. Его тележка вкатилась в палату и мягко стукнулась о бокс Лива.

— А-а-а! — завопил новенький, щедро забрасывая пространство обрывками своих мыслеформ. — Что со мной?! Где я?! Что происходит? А-а-а!

Дип и Фео попытались успокоить товарища по несчастью, однако едва тот понял, что его заметили, как зашелся криками с новой силой:

— Не-е-ет! Помогите! Почему я все так странно воспринимаю?

— Тихо! — рявкнул Лив. Ледяная волна его эмоций лавиной обрушилась на распаленную паникой сущность.

Не ожидавший такого напора малыш захлебнулся собственным криком, скрутился улиткой и жалобно пропищал:

— Пожалуйста, не надо... Я ничего не понимаю... Что со мной случилось?

— Ты родился на Земле, мои поздравления, — отчеканил Лив твердым, уверенным тоном.

Младенец всхлипнул, подумал немного, а затем снова принялся жаловаться:

— Из меня растут какие-то странные штуки... Фу, они шевелятся!

— Это ноги, — устало прокомментировал Лив. — Пригодятся, чтобы ходить.

— Но я же умел летать... — в ужасе прошептал ребенок, вспомнив прошлую жизнь.

— Хорошо. Вырастешь, станешь летчиком, — улыбнулся Лив.

Фео и Дип обменялись потоками недоумения и одновременно спросили:

— Что значит вырастешь?

— Кто такой летчик?

— О боже... — Лив расслабил свое сознание и растекся по пустоте бесформенным пятном. Границы его существа почти потерялись в окружающем океане шума.

Тем временем в комнату заехал еще один бокс.

Все присутствующие дружно потянулись вниманием к новому гостю. Однако тот излучал совершенно непонятную скачущую энергетику и совсем не реагировал на ментальные прикосновения.

— Эй, друг! — мысленно окликнул его Дип. — Ты там в порядке?

Существо дернулось в сторону, выпустило веер цветных искр и наконец громко проблеяло:

— Бе-е-е-е!

— Что за?.. — испуганно отпрянул Фео.

— О-о-о, — протянул включившийся в разговор Лив. — Тут сразу все понятно.

И, не дожидаясь встречных потоков вопрошающих, добавил:

— Возвращенец. На Земле уже бывал, но в таком теле явился впервые. Не самое удачное сочетание на мой взгляд. Впрочем...

Договорить он не успел. Колонну потеснил шестой бокс с младенцем.

— Твою ж мать! — сразу донеслось оттуда. — Опять грубый мир?! За что?

— Знакомая энергетика! — потянулся из середины ряда Лив. — Неужто не ошибся?

— Старина Лив? — разнеслись в пространстве ноты сомнения и ликования. — Это правда ты?

— Он самый, Хенг! — захохотал Лив.

Они обменялись бурными потоками радостных мыслеформ.

— Какими судьбами в нашу палату? — осведомился Лив. — В соседней молоко кончилось?

— Да иди ты! — вспыхнул блестками Хенг. — Если хорошенько припомнить, то не я в прошлой жизни страдал чревоугодием.

— Ладно, один-ноль, так и быть, — уступил Лив. — Какие новости в этот заход?

— Да ничего особенного, — свернулся кольцом Хенг. — Парочка кармических запретов нарисовалась, на сей раз придется остерегаться алкоголя и гонок на личном авто. М-да.

— Оу, та смерть в аварии все-таки повлияла... — на мгновение помрачнел Лив.

— Ага, — подтвердил Хенг, ни капли не смутившись. — Но это не беда! Я ведь теперь девочка. И буду вести себя соответственно. А ты-то как, дружище? Смотрю, новеньких просвещаешь? Привет, народ!

— Здрасте, — представились Дип и Фео.

Хенг на мгновение сбился в кучу и транслировал им поток странных импульсов, напоминающих переосмысленный опыт прошлых воплощений.

— Это маленький презент, — пояснил Хенг, излучая позитивные ноты. — Мы-то с Ливом бывалые уже, а вот вам предстоит со многим столкнуться впервые.

— Бе-е-е! — вмешался в беззвучный диалог грудничок из пятого бокса.

— Сансарить твою карму! — испуганно выпалил Хенг, формируя вокруг себя непроницаемый барьер. — Кто пустил овцу в палату?!

Лив вспыхнул в приступе неудержимого хохота. Яркие полоски его положительной энергии градом посыпались во все стороны. Впитавшие их младенцы подхватили волну смеха и дружно засияли от радости.

Хенг заклубился туманом, вылез из своего укрытия и недовольно пробурчал:

— Зоопарк, а не роддом, ей-богу! Понаприсылают всяких, а потом на низкий культурный уровень населения жалуются...

Лив снова прыснул, метнув в друга сгусток светлой энергии. Тот поглотил его в один присест, усмехнулся и довольно точно спародировал мыслеформу пятого малыша, вызвав в компании новую вспышку хохота.

Вскоре вся палата наполнилась атмосферой беззаботной радости.

Несколько позже, после кормления, ванн и пеленания, грудничков снова погрузили в боксы, собрали в колонну и покатили по коридорам. Улучив момент, младенцы успели обменяться мыслями на прощание.

— Вы, главное, не слишком парьтесь по мелочам! — рассылал Хенг свое напутствие. — Мир грубой материи не стоит серьезных переживаний.

— И не прельщайтесь на красивые формы, — добавил Лив с важностью. — Внешний вид здесь бывает обманчив. Доверяйте своему сердцу, оно знает все!

Их тележки отцепились от общего состава и скрылись за одной из дверей. Несколько секунд Фео еще мог уловить отголоски их мыслеформ, пока и те не растворились в бескрайних просторах пустоты.

Затем та же участь постигла Дипа, а потом и всех остальных.

Оказавшись в одиночестве, Фео попробовал вообразить себе мир, в котором очутился. Вся его непостижимость, загадочность и безграничность потрясали естество до самых глубин. Ледяной страх перед неизвестностью смешался с обжигающим любопытством. Раскрыв это странное чувство, Фео понял, что готов познакомиться с реальностью, какой бы суровой она ни была.

Он давно знал — природа энергий циклична и замкнута внутри себя. В ней все повторяется, но ничего не бывает как прежде. А это значит, что пройдет время, и Фео вернется в мир грубых форм в облике Лива или Хенга и так же будет рассказывать новичкам о чудесной жизни на Земле.

Фео не ведал, какую роль ему предстоит сыграть, а его недолгое прошлое уже таяло в безбрежном и ненасытном океане пустоты. У него осталось лишь сейчас — то самое неуловимое мгновение вечности, наделенное волшебной силой бытия. И этого набора Фео было достаточно.

Он довольно зажмурился, пытаясь удержать это терпкое ощущение в недрах своего сознания, и провалился в зыбкую младенческую полудрему.

04.12.13 – 05.12.13