Разрушая мрак ночи

Глава 1

Храм Трехликого был залит светом множества свечей, все таинство обряда происходило всегда в полнолуние. Верховная Жрица, одетая в белую хламиду до пола, с украшением на голове в виде рогов оленя, держала ритуальную чашу в высоко поднятых руках. Перед ней стояла юная девушка, одетая в легкое белое одеяние, смиренно склонив голову.

Верховная читала слова из Великой Книги, на древнем языке, знания которого передавались из поколения в поколение только между последовательницами Трехликого. Величественным голосом произносились фразы, плавной речью укутывали души и сердца присутствующих, в словах таился сакральный смысл всего действа. Вдруг, голос Жрицы стал набирать обороты и усилился, отскакивая громким эхом от стен храма, а на последних его аккордах на голову, затаившей дыхание девушки, полилась из ритуальной чаши жертвенная кровь гранатового цвета. Дафна подняла голову и радостно улыбнулась, она теперь дева-воительница! Жрица Трехликого!

Торжественную тишину храма взорвали громкие голоса стоящих по кругу девушек и женщин, одетых в короткие праздничные туники.

– Да здравствует новая сестра! – доносились радостные голоса.

– Приветствуем тебя в своих рядах!

– Да пребудет удача с тобой в охоте и бою!

– Вознесем молитву Трехликому! – громко провозгласила Верховная Жрица, поворачиваясь к статуе, подножье которой было усыпано цветами и щедрыми подношениями из фруктов и ягод. Воздев к небу руки, призвала поклониться их заступнику.

Все девушки и женщины в храме опустились на колени, приложили правую руку к сердцу и слаженным хором произнесли:

– О, Великий, сделай наш дух сильным, сердце бесстрашным, даруй нам победу, величие и уничтожь наших врагов!

***

Сегодня праздник был долгожданным, не так часто принимали в их ряды новых девушек-воинов. Их выбирали тщательно, долго, выискивая по разным поселениям. Будущие воительницы должны были обладать определенными качествами, чтобы войти в их ряды: бесстрашием, силой духа и тела. Но, было одно препятствие, не все готовы отказаться полностью от возможности выйти замуж и рожать детей.

Трехликому могли служить только те, кто давал обет безбрачия и оставался девственницей навсегда. Именно при соблюдении такого условия давались жрицам-воительницам силы в борьбе со злом и темной магией, а высшие силы хранили в бою. Если они лишались своей невинности, то не могли быть больше служительницами храма, а становились обычными женщинами. Не все были готовы принять такую судьбу, но если решали стать воительницами Трехликого, то шли на это с горящими глазами, а отступниц за всю историю было только несколько.

– Какая сегодня вкусная оленина! – протянула тарелку с горкой дымящегося, только что приготовленного на костре мяса с ароматными травами, Артемиде ее правая рука Ирма.

– О, да, если учесть, что этого оленя мы и поймали. Можно подумать в другие дни была невкусно, – ухмыльнулась Артемида.

– Смотри, к нам идет новая сестра, – сказала Ирма, глядя на приближающуюся Дафну. Девушка была все еще в крови жертвенной лани.

– Да здравствует Великая Токсот-предводительница! – ударила себя сжатым кулаком по груди в приветственном жесте Дафна. – Рада служить под твоим началом!

– Победы и бесстрашия, сестра! – кивнула та, глядя на нее сверху вниз. – Добро пожаловать в наши ряды.

К ним подбежала вторая помощница Артемиды – Легис:

– Давайте уже отмечать! Сегодня все-таки праздник у нас! – и, схватив под руку Дафну, увлекла ее прочь, к высокому костру, где скоро начнутся танцы до упаду.

Всю ночь будут посиделки за столами, ломившимися от еды и напитков, разговоры о былом и здравницы, в честь новой жрицы храма. А сияние луны озарит праздник длиною в ночь.

***

– Подъем! Быстрей, быстрей, пошевеливайтесь!

Ранним утром, бодрая Артемида уже стояла в дверях общинного дома сестер-воительниц и поторапливала тех. Они жили все вместе в длинном срубе, у каждой из них было спальное место и сундук с личными вещами. Для жриц храма, кто уже не мог ходить на охоту и не принимал участие в стычках и сражениях с нечистью, был выстроен отдельный дом с небольшими клетушками для каждой. Они занимались хозяйством и готовили пищу. Из жриц, вышедших на покой, выбирали Верховную Жрицу. Ею могла стать каждая, и это было почетно.

– Быстрее, я вас жду на пробежке, а потом на стрельбище, – продолжала подгонять девушек Артемида.

Она была Токсот-предводительницей всех воительниц храма. И этот титул носила заслуженно – одна из самых высоких, сильных и метких в стрельбе из лука. Быстрая, бесстрашная, жестокая и умная. Ее холодный расчет стратега давал выигрывать немало битв с темными магами, ведьмами, что бывало, нагоняли адские отродья в ближайшие поселенья, поднимали кладбища с упырями и пакостили людям. Но еще Артемида отличалась красотой: длинные русые волосы спадали до талии, чистая белая кожа и серые глаза, цвета предгрозового неба. Как много парней на нее заглядывались! Но безуспешно.

Родители Артемиды, простые крестьяне, пытались отговорить ее от мечты стать воительницей, но она еще в детстве высказала твердое желание уйти служить Трехликому. Девушка упорно готовилась и в глубине души всегда была уверена, что ее выберут в жрицы храма. А у родителей еще есть сын, который подарит им внуков.

Когда будущей Токсот исполнилось шестнадцать лет, она сама пришла в храм Трехликого и попросила испытать ее. Все прошла с успехом и вступила в ряды дев-воительниц. Занять достойное место в их рядах непросто. Сначала девушек-претенденток проверяли на физические качества: силу, выносливость, владение каким-то оружием. И если способности подтверждались, то в Храме Трехликого проводился обряд, в котором уже Высшие силы принимали окончательное решение.

Обряд проводили в полнолуние, как и положено, девушку оставляли в храме на ночь одну, и если выберет Трехликий к себе в служительницы, то жертвенная чаша у подножия статуи поутру заполнялась кровью, а на правом плече появлялся знак: шестиконечная звезда в круге. Трехликий своих приспешниц благословлял неуязвимостью, увеличивал силы и способности. После этого она и принималась в отряд.

Артемида своим упорством, жестокостью, стратегическим мышлением и умением руководить быстро достигла должности Токсот-предводительницы. И очень была уважаема не только в отряде, но и во всей округе. Деревни, поселения и небольшие города знали, где именно искать помощи, в случае нападения нечисти и ведьм.

Храм Трехликого стоял на возвышенности, обнесенный высоким деревянным забором, укрытый от случайных глаз, возле поселения Фимол. В самом поселении не было военных, только обычные мужчины: пахари, кузнецы, ремесленники, как и в большинстве деревень, и небольших городах их страны Эфрее. Профессиональная армия была только в столице Арногер, а от них это было очень далеко, несколько недель пути на лошади.

В Фимоле жил еще пожилой маг Ильсав – единственный в округе. Раньше он принимал участие в крупных битвах с нечистью и ведьмами, а сейчас Артемида брала его на некоторые задания, где нужно было еще магическое подкрепление. Он владел магией огня очень хорошо. А так, в основном, делал амулеты, лечил тяжелобольных, с болезнями которых не справлялись знахари и писал трактаты. Говорил, что хочет, чтобы по ним обучались ученики в магических академиях.

***

Ежедневные часовые пробежки при любой погоде рано утром, потом рукопашная, а дальше на стрельбище: воительницы все в обязательном порядке должны были владеть луком, попадать белке в глаз с расстояния в двести метров, и у каждой еще в загашнике имелись свои секреты. Кто метко метал ножи, как первая помощница Артемиды – Ирма. Вторая помощница – Легис, умела делать смертоносные яды, и, если обмазать ими наконечник стрелы, смерть могла наступить в течение минуты. Эмис – дока в рукопашном бою, а Фиала, с виду небольшого роста, но жесткости и хладнокровию которой мог бы позавидовать любой воин, в совершенстве владела акинаком.

Любимым занятием у воительниц была охота на оленей и кабанов. А после удачного улова, девы купались в скрытых зарослями маленьких лесных озерах, грелись под солнцем, лежа на траве и слушали мирное пение птиц.

***

– Помогите, на нас напали! – запыхавшийся всадник, спешился и быстро начал тараторить и махать руками.

– Что случилось? – спросила подоспевшая к нему Артемида, и другие воительницы.

– Сегодня под утро, только пропели петухи и мы стали просыпаться, заметили, что не светло за окном, как обычно. Выглянув, я увидел, что деревню окутал черной пеленой непроглядный туман. Он шевелился, и в нем ворочалось что-то живое! Потом начали двигаться какие-то огни, и раздался жуткий леденящий душу вой. Мы задернули занавески, подперли дверь столом и сели на пол. Жена пыталась успокоить напуганных и плачущих детей. Я не знаю, сколько это длилось, а вой раздавался такой сильный, что думали барабанные перепонки лопнут. Как из преисподней демоны вырвались. После все прекратилось, за окном просветлело, и я решил выйти во двор. Все посадки в огородах были уничтожены, земля почернела и покрылась пеплом. Поля, засеянные пшеницей и рожью, оказались поражены черной гнилью. Ничего не осталось! Как мы теперь жить будем? Мертвая земля не будет долго плодоносить. И, самое главное, исчезла девушка – Ингрид. Оказалось, что она в момент наступления жуткого тумана была на дворе, встала пораньше помочь по хозяйству. Мы снарядили тут же небольшой отряд, и попытались пойти по следу, но, проблуждав несколько часов, поняли, что не сможем сами ее найти, – закончил с горечью свой рассказ мужик.

– Вот так и пришла беда, – пробормотала Легис.

– Я знаю кто это… Нокс! Вернулась, значит, – проронила с ненавистью Артемида.

И все напряглись, услышав это имя. Нокс – очень сильная черная ведьма, Владычица Ночи, плащ ее – тьма, туман из самого Хаоса в подчинении, а верные псы с огненными глазами из преисподней готовы ради нее на все. Нокс крадет людей и поглощает их души, а псы сжирают останки.

Нокс – старый враг дев-воительниц. Она уже однажды приходила в их края, когда Артемида, только начала служить в Храме, и не была Токсот-предводительницей. Столько черных дел тогда эта ведьма натворила. Утаскивала людей по ночам, все урожаи были превращены в пепел, и земля, покрытая черной гнилью, ещё долгие годы не плодоносила, а люди голодали.

Тогда Артемиду не взяли в бой с ней. Был сформирован объединённый отряд, состоявший из дев-воительниц, а также прибыли воины из столицы Арногер и сильные маги. Многие пали в той битве, но смогли только прогнать черную колдунью с их земель, как оказалось всего на несколько лет.

– Езжай к себе в Вопег, мы следом, – бросила Артемида Аврию, привезшему дурные вести.

И тут же, поворачиваясь к окружившим ее девам-воительницам, скомандовала:

– Собирайтесь, выдвигаемся в поселение, надо попытаться выследить ведьму. Ирма, беги за магом Ильсавом, он едет с нами.

***

Конный отряд подъехал к Вопегу уже ближе к полудню. В деревне все были взбудоражены, напряжены. Весть о том, что Нокс вернулась, всколыхнула страшные воспоминая.

– Артемида, мы готовы, – подбежал к ней Аврий.

– Кто это мы? – удивленно спросила Артемида, спешившись с лошади.

– Из мужчин деревни собрали отряд, да и отец с братьями пропавшей Ингрид все равно поедут, они не могут так просто сидеть и ждать, – нахмурившись, проговорил Аврий.

Артемида обернулась и посмотрела на стоявших кучкой в стороне мужиков. Да уж, непрофессиональные воины. Хорошо хоть дюжей силы. Но вооружение у них! Меч был только у кузнеца, у остальных только вилы и топоры. Вдруг взгляд Артемиды упал на стоявшего в стороне высокого и крепкого молодого мужчину. С очень широким разворотом плеч, мощные мускулы играли под кольчугой, а двуручный меч виднелся из-за спины. Темные волосы чуть вились и спадали до плеч. Волевой подбородок и нос с горбинкой придавали лицу мужественности, узкие губы были поджаты. Он смотрел на нее пронзительным взглядом исподлобья, а глаза у него были синие-синие, словно васильки. В сердце Артемиды что-то кольнуло, а дыхание перехватило. Впервые в жизни она смутилась от мужского взора.

– Кто это? – спросила она у Аврия, так и стоявшего с ней рядом.

– Это Эндим, наемник, приехал накануне проведать свою мать, живущую в нашем поселке. Ну так что, мы можем поехать с вами? – настойчиво продолжал спрашивать Аврий.

– Хорошо, но слушаться моих приказов беспрекословно. Не делать глупости, не лезть вперед нас и не геройствовать попусту.

– Конечно, конечно, тебе виднее, Токсот. Мы будем делать все, как скажешь. Лишь бы уничтожить уже эту Нокс, – быстро заговорил Аврий, заверяя в согласии полностью подчинятся приказам.

Повернувшись к мужикам, Артемида громко заговорила:

– Итак, этот поход будет сложным. Нокс – непростая ведьма и очень сильная. Некоторые могут не вернуться из него, подумайте сейчас об этом. Вспомните о своих семьях, которые вы здесь оставляете, и, если решитесь, то можете присоединиться к нам.

Те, нахмурились, оглянулись, посмотрели на свои семьи. А кузнец, выступив вперед, решительно сказал от лица всех:

– Мы знаем, чем нам может грозить битва. Но если мы не пойдем – Нокс вернется, а здесь наши жены и дети. Лучше попытаться убить ведьму, чем сидеть и ждать, когда она придет за нами.

– Хорошо. Я принимаю ваше решение, – заявила Артемида.

***

– А как будем ее искать? – спросила Ирма.

– Мы должны найти перекресток трех дорог, и там я запушу Брио, а потом поедем за ним следом, – ответил Ильсав.

Артемида подошла к мужикам из деревни и спросила, кто знает, где находится такой ближайший перекресток.

– Дык, левее от Гуды есть, – сказал молодой парень.

– Да, да, – раздались голоса других. – Там точно есть, мы видели.

– Сколько дотуда ехать?

– Завтра должны добраться, – ответили Артемиде.

– Хорошо, там и встанем на след Нокс, – твердо сказала главная Токсот, и развернувшись, пошагала к своим.

***

Артемида ехала с Ирмой и Ильсавом впереди отряда.

– Нокс еще никого не отпускала живьем, это адово отродье выпивает их души. Она очень сильна, – озвучила свои мысли Ирма.

– Мы тоже непростые воины! Идем под предводительством Трехликого! Он дает светлую силу и нам уготовано защищать людей от таких, как она, – резко ответила ей Артемида, нахмурившись недовольно.

– Но все же согласись, она отличается от других ведьм, – продолжала упорствовать Ирма.

- Силы Нокс еще связаны с тем, что у нее есть последователи – вдруг молвил Ильсав.

– Что? – обе девушки повернули к нему головы, глядя с недоумением.

– Я нашел в одном старинном трактате запись о таких черных ведьмах, служительницах тьмы, которые черпают силу через поглощение душ, как и Нокс. Вся их сила в ночи, все их деяния в темноте. В жизни всегда найдутся люди, которые хотят причинить кому-то вред. Существует ритуал, если на перекрестке трех дорог в безлунную ночь положить золотую монету, порезать руку и оросить ее своей кровью, произнеся на кого ты хочешь послать смертельную порчу, или болезнь, при этом произнося определенное заклинание, то Ведьма Трех Дорог обязательно выполнит его. И, самое главное, ее силы увеличиваются благодаря таким людям, они ей приносят жертвы, которые приходятся по нраву.

– Ты хочешь сказать, что Нокс набирает силы благодаря этим идиотам и поэтому ее так сложно убить? – воскликнула Артемида.

– Да, я думаю это так, – задумчиво ответил он.

Привал на ночь устроили на поляне, немного углубившись в лес с дороги. Выставили караул, развели огонь, на котором поджаривалась дичь, пойманную охотницами на ужин. Артемида сидела, прислонившись к дереву, и лениво наблюдала за всеми из-под опущенных век. Взгляд так и приковывал к себе взволновавший ее Эндим. Как он держится, сколько в нем хищной грации! Все нравилось ей в мужчине. Никогда раньше не хотелось просто пообщаться с парнем, смотреть на него и, самое главное, она впервые хотела понравиться сама.

После ужина, Артемида, пошла на обход лагеря, и раздать последние приказы перед сном.

– Постой! – вдруг окликнул мужской голос с хрипотцой. Она почему-то заволновалась и прежде, чем обернуться была уже уверена, кто именно позвал.

– Артемида, я хотел с тобой поговорить, – сказал Эндим, и подошел ближе. Выше ее на голову, хотя она и так была одной из самых высоких. Глаза у него были нереально красивые, завлекали в свои глубины. Артемида тонула в них, как в омуте.

– Я слышал о Нокс, видел семьи и не одну, пострадавшие от ее злобных деяний, и хотел спросить, у тебя есть план? Что мы будем делать, когда ее встретим? Я не дурак и понимаю как она сильна. А мужики, героически вызвавшиеся идти с нами – не воины. Будучи наёмником я побывал во многих схватках, поучаствовал во многих битвах, и то, что я против магии? – закончил свою речь Эндим.

– Послушай, служительниц храма и воинов Трехликого специально готовят для борьбы со злом. Нам при инициации дается то, что нет у простых смертных. Мы выносливее, сильнее, менее уязвимы перед опасностью и быстрее. Постоянно воюем с ведьмами, участвуем в операциях по устранению магов-отступников. Так что это наша работа. И мы будем до последней капли крови ее выполнять, – объяснила Артемида.

– Знай, помогу, чем смогу, уже не остался в стороне. Но я хочу быть с вами на передовой.

Артемида склонила голову к плечу, внимательно его поизучала несколько долгих секунд, а потом спросила:

– Наемник, а ты готов подчиняться женщине?

– А почему бы и нет? Тебе так особенно, – улыбнувшись одним уголком губ, сказал Эндим.

«Да он же заигрывает! – подумала Артемида. – Я ему понравилась?». Впервые в жизни ее волновал этот вопрос. Или он так со всеми женщинами? У него же наверняка было их огромное количество. Наемник ездит по всей стране, даже, может, не только по Эфрее. «Да что я такое думаю-то? – рассердилась девушка на себя. – Забыла, кто я? Мне нельзя ни в коем случае даже мечтать о подобном. Мой удел – служить Трехликому. Но какой же он красивый!»

– Хорошо, ты будешь в первых рядах, обещаю, – твердо сказала, глядя на него Артемида.

***

Следующий день она опять украдкой разглядывала Эндима, иногда тот перехватывал взгляд и ухмылялся. «Зараза! Да почему я не могу избавиться от мыслей о нем? Это неправильно. Так не должно быть», - корила себя девушка. На дневном привале Эндим опять подошел к Артемиде:

– Ты не хочешь прогуляться до ручья? За одним наберем воды во фляги?

– Пойдем, – с запинкой ответила Артемида. А сердце в ее груди подпрыгнуло от радости. Он хочет пообщаться с ней!

– Как ты оказался в наемниках? – спросила Артемида, пока они брели по тропинке.

– В юности, как и многие пацаны, грезил о подвигах, которые совершу, как пойду на войну и получу почет, призвание и деньги в придачу. Поэтому спал и видел, как бы быстрее сбежать из дому, чтобы осуществить свои мечты.

Когда достаточно подрос, решил поехать в столицу, пробравшись в центральный гарнизон, спросил, как к ним попасть. Мне сказали, что в этом году набор уже закончился, приходить нужно уже в следующем. Я расстроился и спросил, может, кто нужен по работе. И, на мою радость, меня взяли помогать по хозяйству: чистить оружие, щиты, убираться в казармах. Зато была крыша над головой, питание. Не возвращаться же с позором домой. К следующему набору я уже был готов. Солдаты меня часто использовали на тренировках, как грушу для битья. Зато я в это время учил приемы, владел уже сносно мечом и борьбой, поэтому приняли на службу легко.

– И, что потом? – с нетерпением спросила Артемида у замолчавшего Эндима.

– А потом я вырос, и поменялись взгляды, романтика армейской жизни прошла. Увидел всю изнанку, сходил на войну, поучаствовал в нескольких вооруженных конфликтах, и понял, что не хочу всего этого. Хочу вернуться к мирной жизни. Но этого не получилось. Я ведь ничего не знаю, кроме воинского мастерства. Пробовал жить в деревне, думал, даже семью создам со временем. Но оказалось я не крестьянин. В моей крови уже то, что не вытравишь ничем, да и деньги нужны, а где их можно заработать с такими навыками? Пойти в наемники. Так даже лучше. Я сам решаю, какие заказы брать и сам себе предоставлен. Вольный как ветер.

После рассказа Эндима, они наполнили фляги водой и пошли в сторону стоянки.

– Послушай, Артемида, ты мне очень нравишься, – неожиданно сказал наемник.

У девушки аж дыхание перехватило от такого неожиданного признания.

– Эндим, мы можем быть только друзьями, – произнесла она, глядя на мужчину с отчаянием. – Поэтому, пожалуйста, не говори об этом больше.

– Я все понимаю, но надеюсь… – продолжил мужчина.

– Нет, лучше сразу забудь об этом. Тут места надежде нет, – твердо оборвала его Артемида и ушла вперед, оставив Эндима стоять посреди тропинки.

***

– Артемида, что происходит между тобой и Эндимом? – спросила Легис, подъехав ближе на лошади.

– Ты о чем? Абсолютно ничего, – глухо ответила Токсот.

– Да мы уже все давно заметили, какие взгляды вы бросаете друг на друга. Сестра, ты же знаешь, к чему это приведет, – продолжила горячо говорить Легис.

– Да ничего между нами нет и не может быть! И передай остальным, кто распускает сплетни, что я никогда не предам и не покину обитель Трехликого. Я свой выбор уже сделала в этой жизни, и все слабости смогу перебороть, ты меня поняла? Прекратить домыслы и перемывание моих костей, – рассердилась на нее Артемида.

– Да, конечно, сестра, я знаю, что ты самая сильная среди нас и ничто тебя не заставит свернуть с истинного пути. Токсот! – и ударив кулаком в грудь, Легис заняло свое место в отряде.

***

– Здесь, я выпущу Брио, – сказал Ильсав, стоя на перекрестке трех дорог. Затем, сделав несколько пассов руками и проговорив заклинание, у него в руке появилась маленькая огненная птичка. Поднял с ней ладонь высоко вверх, и что-то прошептал, она запорхала крылышками и полетела на дорогу, ведущую влево.

– Следуем за ней, – кивнул Артемиде Ильсав. Отряд двинулся за указывающей им дорогу Брио.

Ближе к вечеру стало холодать, и густой липкий туман потек с полей, видимость стала ухудшаться.

– Никому не отставать, держать впереди едущего на виду, – крикнула Артемида. – Не растягиваем строй.

Туман сгущался, белесая пелена становилась практически непрозрачной. Все напряженно и молча двигались, озираясь по сторонам. Лошади вдруг начали ржать и вставать на дыбы.

– Всем приготовить оружие! Быть наготове! – крикнула Артемида.

К ней справа подъехала Ирма, а слева оказался Эндим, уже выхвативший свой огромный двуручный меч. Вдруг туман зашевелился, заколыхался, стал как живой и сквозь него они увидели мучнисто-белых бесформенных чудищ, без голов и ног. Тела были в высоту метра два и в ширину полтора. Глаз тоже не было, они передвигались, не соприкасаясь с землей.

Все охотницы выхватили уже лук со стрелами и были наготове. Артемида нацелила первому монстру свою стрелу в область, где должна быть голова. Они их окружали.

– Сначала лучники. Остальные ждут! – скомандовала Токсот. – Ильсав, ты огнем жги. В бой!

Полетели стрелы, точно попадая в цель, осыпал маг молниями, пронзая чудовищ, пытались те увернуться, но тщетно, из ран на их теле полилась черная вонючая жидкость. Стали они еще агрессивнее – сужался круг. Приблизились совсем близко страшные твари.

– Приготовиться к ближнему бою! Вперед! – кричала Артемида, пуская стрелы с неимоверной скоростью.

Все уже спешилась, и крутились на месте, отражая натиск монстров, кто чем мог. Эндим бился яростно, уверенно держа меч, рассекал тела, вырывал куски мяса.

Вдруг раздался крик – один из мужиков подпустил к себе близко белесую тварь, и та начала всасывать его в себя. Начали товарищи помогать, тащить за руки, а он уже до пояса погрузился в чудище. Кровь текла изо рта и не крик уже был, а хрип. Когда изрубленное насмерть порождение тьмы упало, а мужики выдернули из нее своего друга, тогда и увидели, что часть тела, которая была в монстре, полностью переварена, без остатка. А мужик уже был мертв.

Но, наконец, бой закончился, все твари были уничтожены, а уцелевшие и уставшие люди были заляпаны с ног до головы черной мерзкой вонючей жижей.

– Да что же это было? – взревел кузнец, потерявший друга.

– Биры, ведомые твари. Искусственно созданные черной магией, – объяснил усталый, запыхавшийся от боя Ильсав. – Нокс… Она знает, что мы идем, теперь быть всем вдвойне настороже. Скоро пожалует владычица ночи.

***

Решив остановиться на ночёвку на лесной опушке, усилили охрану, разожгли побольше костров по периметру и кое-как отмылись в мелком лесном ручье. Настроение у всех было мрачное, шестое чувство вопило об опасности, о неизбежно надвигающемся на них ужасе, внимание которого добровольно привлекли. Боевой дух мужиков из деревни поубавился, они не были так подготовлены, как воительницы. Не были закалены в боях и не видели такой нечисти ранее. Отряд сидел вокруг большого костра, аппетита ни у кого не было, большинство погрузились в себя, в свои тяжкие думы.

– Обратной дороги ни для кого не будет. Все знали куда шли, и на что шли, собираясь в поход против Нокс, – начала говорить Артемида, войдя в круг света. – Мы не знаем, какие еще нас ждут препятствия и сюрпризы, устроенные ею. Как она себя проявит и что предпримет против нас. Но мы должны противостоять – это уже проявление нашей силы. Иначе нельзя. Не отдадим ей наши земли и людей. Нужно биться до конца! Да будет наша битва освящена Трехликим и пусть он благословит наш поход против зла.

– Слава Трехликому! – раздались голоса воительниц и, приложив в ритуальном жесте правую руку к сердцу, склонили головы.

В эту ночь мало кто спал, знали, битва предстоит жестокая и кровавая.

***

– Я чувствую запах гниения, – сказала Ирма, подъехав к Токсот, которую, как уже все привыкли, теперь везде неотступно сопровождал Эндим.

– Это мы въезжаем во владения Нокс, – пояснила Артемида.

Отряд к следующему вечеру приблизился к холмам, дорога начала взбираться вверх. Вот тут и почувствовали все, как воздух наполнился смрадом гниющего мяса.

– Думаю, что она в долине, сразу за перевалом, – изрек Ильсав.

– И ночь ее спутник и помощник. Неудачно мы как-то подъехали, а укрыться уже негде, – заметила Ирма.

– У нас нет выбора, идем теперь до конца, – твердо сказала Артемида.

По мере приближения к возвышенностям, нарастало зловоние, земля становилась все чернее и чернее, не было ни травы, ни деревьев, птицы не пели, и ужасало все своей безжизненностью. Там, где Нокс – жизни нет.

На вершине холма они оказались на большой площадке, после которой уже шла дорога вниз, в долину – вид открывался поражающий воображение. На черной безжизненной земле стояла изба, из трубы которой валил дым. О да, ведьма дома. Не их ли поджидает?

Вокруг жилища везде нарисованы чем-то белым пентаграммы, в углах которых горел огонь, казалось, будто прямо из преисподней. В землю воткнуты палки, как пугало, с людской одеждой, колышимой на ветру, оставшейся от несчастных жертв, замученных до смерти. Показывая: были люди, а теперь нет их, а души пожрала тьма Нокс.

Встал отряд Артемиды, оглядывая пристанище ведьмы, созерцая его под последними лучами заходящего солнца. Вот-вот силы Владычицы Ночи увеличатся, наступает ее время, и адовы псы выйдут на охоту, отпущенные хозяйкой на волю.

– Спешиться, – приказала резко Артемида. – Приготовиться к бою, привести орудия в готовность. Ильсав, разжечь огни по периметру, в воздух пусти Брио, пусть будут над головами, чтобы ничего не пропустить оттуда.

Все в отряде были предельно собранными, понимали, что сейчас их ждет, возможно, последний бой в жизни. Солнце опускалось за край земли, сгущались сумерки, небо освещало только луна, выходящая каждый день в одиночку на битву с тьмой. И так бесконечно… Но, как бы не закрывали ее тучи, мы должны знать — там, за ними, луна все равно есть, а бой с тьмой будет длиться вечно.

***

Тьма, как будто бы живая субстанция поползла к отряду с долины жутким черным морем, пожирая все вокруг, и, казалось, что соприкасается с ней, проваливается в бездну. Все ближе и ближе подбирается. Воздух становился гуще, а удушливый запах гниения вызывал рвотные спазмы. В пелене мрака вдруг загорелись десятки огней, а затем раздался холодящий душу вой множества глоток – адовы псы!

– Как подойдут на полет стрелы, начинаем, – отдала приказ Артемида, вскидывая лук и целясь в центр ужасающей массы.

– Ближе… Еще ближе… Стреляй!

Стрелы летели и терялись в непроглядном мраке. То ли не доставая, то, ли не причиняя им никакого вреда. А огни – глаза адовых собак, прислужниц Нокс, не снижали скорость своего наступления.

– Ильсав! Пламя для стрел!

Полетели стрелы, охваченные магическим пламенем, и раздался первый скулеж.

– Попала! – радостно завопила Легис. – Стреляйте им в глаза!

Нашли их слабое место девушка. С нечеловеческой меткостью и скоростью летели стрелы в порождения тьмы, но все равно волна мрака приблизилась почти вплотную.

– Ильсав, жги файерами! – кричала Артемида.

Маг начал швырять в гущу порождений мрака и тьмы, шары с заговоренным огнем, выжигающим зло.

Вдруг сверху раздался пронзительный визг, и на них спикировали мелкие тушки, похожие на летучих мышей, только с очень большими и острыми зубами. Тут Брио заметались, поджигая им пузо и опаляя шерсть, а мужики вилами и топорами зарубали их на лету, а те катились, как горох под ноги.

Эндим крутил меч с такой легкостью, словно тот был пушинкой, и успевал везде. Главное, он всегда стоял за спиной Артемиды, и прикрывал ей спину и голову от прытких порождений ночи. Тем временем, огненные псы подобрались совсем близко.

– Приготовиться к ближнему бою! – Артемида выкрикнула приказ и достала клинок из ножен, сделанный из специальной стали, которая не давала зарасти любой ране на теле нечисти.

Количество адовых псов поредело после огненных стрел, но натиск оставшихся был стремительным и быстрым. Все смешалось в страшном танце смерти.

– Старайтесь бить им в глаза! – давала указания Артемида.

Ильсав продолжал поджигать их файерами, от чего псы быстро загорались, как факел и исчезали в черном дыме, не оставляя тел. Но одно адово отродье все же вцепилась в руку Эмис, пытаясь ее отгрызть, но подоспела Фиала и отточенным ударом акинака снесла псу голову.

То тут, то там падали и уже не вставали бойцы их отряда, но и натиск уже ощутимо спадал.

– Артемида! – внезапно закричал Эндим и кинулся к ней.

Она оглянулась и увидела оседающего на землю мужчину, тот хватал ртом воздух, хрипы раздавались из горла, а шея распухла и начала чернеть, глаза стали выкатываться из орбит. Артемида подхватил падающего Эндима, уложила его голову к себе на колени. На шее была как удавка, темная полоса, которая обвилась вокруг нее, и чернота поползла вверх по лицу и вниз по телу, забирая его жизнь.

– Не-е-ет! Эндим! – закричала сама не своя Артемида и начала искать глазами Ильсава. И вдруг увидела вдалеке женщину в черном плаще и капюшоне, скрывавшее ее лицо – Нокс!

«Мне была предназначена эта удавка. Меня закрыл Эндим от смертельного колдовства», – подумала с отчаянием Артемида, сжимая крепко в объятиях тело наемника.

Бой почти был закончен, кое-где еще добивали остатки адовых псов и летающих тварей. Артемида осторожно переложила Эндима на землю, поднялась и с лютой ненавистью посмотрела на ведьму.

– Нокс! – взревела Артемида. – Я уничтожу тебя, тварь! Ты никогда не будешь больше жить спокойно! Не быть под луной нам двоим!

Нокс ничего не ответила, ее плащом окутала тьма и владычица ночи растаяла во мраке без следа.

***

Эндим сидел на земле придерживаемый Ильсавом, на лице еще были видны не до конца сошедшие пятна черной гнили, но и они уже бледнели, под действием вливаемой в него животворящей настойки. Успел Ильсав, слава Трехликому. И Эмис руку спас, не лишилась она ее после укуса адового пса.

***

Вечная битва добра со злом – так повелось со времен создания мира, но вера в равновесие неистребима. Идут карательным отрядом девы-воительницы, уничтожая на своем пути проявления тьмы и выходцев из бездны. Не будет им покоя, там, где жрицы Трехликого отдают собственную кровь и жизнь во имя светлого будущего всего человечества.

Небо окрасило розовым, появились первые предрассветные лучи восходящего солнца и осветили округу. Артемида смотрела вниз, на долину, понимая, что главный бой еще впереди.

© А. Безбрежная