Раскрашивая Мир

Глава 1

Пазл никак не хотел складываться.

Детали, вроде как подходящие друг к другу, упорно не вставали на своё законное место. Расползались в стороны, как живые, самовольные червячки. Стремились куда-то по своим собственным делам. Я аккуратно подцеплял их пинцетом и возвращал обратно. Настрого приказывая никуда не уходить.

Глупо и грустно. Они молча внимали моим словам и всё равно поступали по-своему. Мне оставалось лишь вздыхать и начинать всё заново. Раз за разом. Снова и снова.

Шли минуты. Часы. Недели.

Картинка постепенно начинала складываться воедино. Особо свободолюбивые детальки оказались пришпилены тоненькими булавками на свои места, посажены на клеи или попросту приколочены гвоздями. Те, кто особенно упорствовал в своих потугах. Остальные, кто посмирнее, терпеливо сидели и ждали моих действий.

Отойдя в другой угол своего скромного жилища, я принялся смешивать краски. Долго и терпеливо. Ибо ничто так не расстраивает, как неверно подобранный оттенок или цвет. Он зудит в тебе, будто надоевший больной зуб. Ноет и ноет. Не даёт спокойно думать и заниматься чем-то более важным и нужным. Отвлекает.

Но я упорно игнорирую свою нарочито возведённую в Абсолют чувствительность. Откинув в сторону чувства и заботы, тщательно размешиваю краски. У меня полно красителей. Есть и киноварь, есть и сурьма, бакан, празелень и малахит. На отдельной полочке: сажа, рельгар, ярь-медянка и «драконова кровь». Все в своих отдельных баночках и коробочках.

Щепотка за щепоткой, кусочек за кусочком, смешиваются они во едино, творя совершенно невероятные сочетания и узоры.

Наконец, спустя время я остался доволен. Теперь можно вернуться к, уставшим ждать, деталям моего пазла. Они уже нетерпеливо гомонили в предвкушении настоящего волшебства.

Я успокоил их едва уловимым жестом. Взял тонкую кисть и принялся за дело.

Краски ложились слой за слоем. Аккуратными мазками я очерчивал границы каждой детали. Оттенял индивидуальность и особенность каждой из них. Старался придать им одинаковость, и в тоже время, сделать максимально непохожими друг на друга.

Я смешивал цвета, менял кисти на новые, более тонкие, или огромные. Делал размашистые, плотные мазки. Или едва касался самым кончиком кисти. Детали посмеивались, будто от щекотки, гомонили и шушукались. Наверняка, им казалось, что я сошёл с ума. Свихнулся на своей работе. Но это явно было не так. Я лишь старался сделать их прекрасными.

А они, бестолковые, смеялись и бормотали всяческие глупости.

Но что с них взять? Они ж ещё так юны и глупы! Я лишь качал седой головой и вновь принимался за работу, раскрашивая каждую из них в особой, одному мне ведомой, очерёдности.

Минуты текли, складываясь в бесконечность. Я творил и творил.

Пока не был нанесён последний мазок. Краска легла толстым, неровным слоем, оттеняя предыдущий, более тёмный, своим лучистым блеском. Я смотрел на дело рук своих и улыбался. С ног до головы покрытый красками, уставший и невероятно довольный собой.

Вечность не прошла даром.

Мой новый мир был готов.

Прекрасный и чудесный.

Красочный и тёмный.

Живой.

Я смотрел на бесконечные просторы неведомых земель.

А там…

Там бурлила жизнь! Новая и неизведанная!

Вздымались гор, моря заполняли собой древние ущелья. Народы медленно расселялись по своим будущим странам.

А над всем этим парили драконы.

Я был доволен. Мир был создан. Теперь предстояло самое сложное.

Наполнить его смыслом.

Я занёс кисть, для того что бы «написать» их историю — создать её с нуля. И тут заметил крохотный отблеск возле одной из гор.

Пригляделся.

Один из этих маленьких человечков, таких наивных и самоуверенных, смотрел вверх. Не на небо, раскинувшееся над бескрайними просторами нового мира. Не на нависшую кисть.

Нет. Он смотрел прямо на меня. Прямо в мои глаза. А я смотрел в его. И там, в глубине этих чёрных точек я видел, то что собирался им дать.

Смысл.

Этот тщедушный лилипут только что сделал, то что я собирался им дать.

Нашёл смысли своей жизни. И судя по его целеустремлённому взгляду, собирался дать его остальным.

Я улыбнулся ему, а он подмигнул мне.

Я убрал кисть, предоставив им самим искать цель. И найти её.

Удобно устроившись в плетёном кресле, я принялся наблюдать за этим миром, попивая свежий кофе.

А мир жил…