Против Шторма. Гарпия

Глава 1

Против Шторма. Гарпия.

Гнилая буря, наконец, подошла к концу. Я сидела и наблюдала, как первые разведчики покидают город. Отряды состояли из лис, их вид наиболее устойчив к гнили. Даже если буря закончилась, это не значит, что покидать город безопасно, понадобится от нескольких месяцев до года, прежде чем можно будет безопасно отправить первый караван поселенцев. Ну, как безопасно? Достаточно безопасно, чтобы поселенцы не умерли, едва покинув стены города. Этот мир – проклят. Никто уже и не помнит, когда это началось, и никто не знает когда закончится. Кто такие запечатанные? И почему их присутствие так влияет на мир вокруг. Этот бесконечный дождь, эти смертельные гнилые бури. Всё это их влияние?

Я тряхнула головой. Какой смысл думать обо всём этом.

- Уже не терпится? – Послышался сзади знакомый, но неожиданный голос, из-за которого я испуганно вздрогнула.

Повернув голову, я сурово посмотрела на крупного и мускулистого ящера, но тот даже бровью не повёл, от моего взгляда.

- Да. – Ответила я, возвращая взгляд на покидающих город разведчиков.

Ящер сел на камень рядом со мной и тоже смотрел вслед уходящим лисам.

- Мы родились во время гнилой бури и ни разу не покидали город. Как думаешь, какой внешний мир? – Спросил ящер.

- Я знаю только то, что прочитала в книгах. – Пожала я плечами. – И то, что рассказывали старшие.

- Старшие гарпии? – С лёгким смешком спросил ящер.

Я проигнорировала насмешку, но понимала, почему он сказал так. Мысли ушли в далёкие воспоминания.

***

Тлеющий город – последний оплот цивилизации и разумных видов. Здесь живут ящеры, бобры, люди, летучие мыши, жабы, лисы и другие расы, например моржелюди и крайне редкие «древние». Мы вместе делим тяготы и радости, разделяем быт и обязанности. Мы стараемся помогать друг другу… Так меня обучали. Но на самом деле, всё совсем не так. Каждая раса старается лишь для выживания себе подобных. И все мы ходим под властью Опалённой королевы. Она всех нас сплотила. Ну, так рассказывали старшие. Никто не может сказать, даже, как выглядит королева. Многие из моего народа, из гарпий, говорят, что Опалённая королева – гарпия. Уверена, что среди других рас говорят, что Опалённая королева принадлежит именно к их расе.

Но я отвлеклась. Я – Ора Дождекрыл. Я – Гарпия. Я родилась, когда гнилая буря только-только начиналась. Наш народ живёт общинами. В отличие от людей или других рас, взрослые пары, заводя потомство, отдают яйца в специальные детские дома, где те вылупляются и вырастают до первых шагов. Я не знаю, кто мои родители, как и мои братья и сёстры по «дому созревания». Самые ранние времена я не помню, но, когда я научилась ходить и говорить, меня и других сестёр и братьев передали в детскую общину гарпий. Здесь мы жили небольшой группой из тридцати особей, за которыми следили четыре няньки-матушки.

Всех нас впереди ждала тяжёлая жизнь, но к этой жизни должны были ещё подготовить. За долгие годы бесконечных дождей и бурь, наши крылья перестали поднимать нас в воздух. Мы не умели летать. Да и о том, что мы умели когда-то летать сказано лишь в книгах. У нас нет кистей, как у людей, но мощное, гибкое крыло позволяет нести множество вещей, а тонкие, отростки-пальцы, гибкие и крепкие, позволяют нам хорошо орудовать с нитками, иголками и тканями.

Нас учили шить. С самого детства меня и моих братьев учили шить. Каждая вид должен вносить свой вклад в поддержание и развитие Тлеющего города. И нас учили тому, в чём гарпии лучше всего – шитью. Это не значит, что мы умеем только шить, есть и множество других работ, которые выполняют гарпии, но в шитье мы лучшие. «Мы», но не я. Мне не давалось шитье. Я прикладывала множество усилий, но, кажется, я была не рождена для этого. Няня-матушка ругала и била меня за неудачи, я старалась сквозь слёзы, но ничего не выходило. Пока мне не исполнилось пять лет, и у меня не появился другой интерес. Книги. Наш вид растёт и становится взрослым довольно быстро. В 10 лет наш рост уже, как у взрослого человека, а официально взрослым гарпия становится в 12.

Так вот, когда мне было пять лет, в нашу общину заглянул человек. И, хотя присутствие представителя другого вида не приветствуется. Няни-матушки не прогнали его, наоборот, они обходились с ним крайне уважительно. Человек был стар, очень стар, но не немощен. Он крепко стоял на ногах, а его взгляд был наполнен решимостью. Десница. Слышала я шёпот нянь-матушек. Тогда я ещё не знала, насколько высоко положение этого человека. Он пришёл для того чтобы почитать детям книжку. Была ли это книжка со сказками или какая-то историческая книжка я уже не помню. Мужчина сидел на скрипящем стуле в центре комнаты и читал, не обращая внимания на детей, что старались держаться как можно дальше от незнакомца.

Вначале я тоже держалась подальше от старика, но во мне росло любопытство. Смелость постепенно росла во мне. Сначала я придвинулась на полшага. Потом на шаг. Постепенно я всё приближалась к человеку, пока не оказалась сбоку от него. Мой взгляд упал на книгу в его руках.

- Что это за закорючки? – Спросила я.

Мужчина прервал чтение. Няни-матушки тут же начали окликать меня, но были остановлены одним жестом мужчины.

- Это буквы. – Указал мужчина, показывая мне книгу, чтобы я могла рассмотреть. – Ими записываются слова. А я сейчас читаю содержимое этой книги.

- Буквы? – Удивилась я. – Никогда не слышала. А вы можете научить меня читать?

Мужчина злобно посмотрел на нянь-матушек, что тут же начали на меня кричать и те испуганно отвернулись.

- Как тебя зовут, гарпия? – Спросил мужчина.

- Ора.

- Хорошо, Ора. Подойди ко мне, не бойся. – Мужчина протянул свои морщинистую, но сильную руку ко мне. Я не часто встречала людей и даже не знала, что делать, но собравшись мужеством, подошла и положила свои крылья в его мощную руку. Он легонько потянул меня к себе, затем ловко схватил за талию и усадил к себе на коленки. Дождавшись, пока я устроюсь по-удобнее, мужчина взял книгу и указал пальцем на что-то в ней. – Смотри, это буква а…

Дядя Соломон. Бывший наместник. Занимающий должность десницы. Десница, это тот, кто стоял над тысячами и лишь под одной. Лишь власть Опалённой Королевы была выше власти Десницы. Старик уже давно отошёл от дел и развлекал себя тем, что читал книги детям разных рас. Он никак не ожидал, что среди гарпий, которые считаются довольно глупым видом, найдётся ребёнок заинтересовавшийся книгами.

Три дня. Десница потратил три свои драгоценные дня, чтобы обучить совершенно незнакомого ребёнка другого вида чтению и письму. С первых уроков я поняла – я рождена для этого. Чтение и письмо мне легко давались и я быстро всё запоминала. Закончив последний урок, Дядя Соломон подарил мне три книги, пишущие принадлежности и ушёл. Первая книга: «Правила и Законы Тлеющего города». Вторая книга: «Разумные виды Тлеющего города и их взаимоотношения». Третья книга: «Наместник». Это были книги за авторством Соломона Ветроногого.

Я читала и училась письму. Хотя няни-матушки всё ещё заставляли меня практиковать шитьё, считая, что ничего толкового не выйдет из моих увлечений, но они давали мне довольно много свободы, чтобы заниматься чтением и письмом. Когда все книги уже были перечитаны десятки раз, а бумага и чернила кончились. Я поняла, что мне нужны деньги. Маленькие янтарные кругляшки. Они отличались размером и изображением, чётко оттиснутым на янтаре, имея разную ценность. В мире, где повсюду леса, сам янтарь не является ценным материалом, но янтарь с печатью королевы имел высокую ценность.

Найти работу для шестилетней гарпии в Тлеющем городе оказалось не очень просто. Опять же, меня выручил Дядя Соломон. Я случайно встретила этого человека прогуливающегося по городу в окружение других важных лиц. Кричать Деснице посреди улице «Дядя Соломон» оказалось не лучшей идеей. Меня, чуть там не забили сопровождающие десницу и других лиц солдаты. Лишь вмешательство десницы остановило их. Не сразу десница вспомнил меня. Когда я обратилась к дяде Соломону по вопросу денег, он нахмурился. Но потом понял, что я прошу его подсказать с работой, а не попрошайничаю. Немного подумав, Десница написал сопроводительное письмо и отправил меня, в местную библиотеку. Один из охранников сопроводил мне до здания, в котором я буду часами и днями пропадать следующие годы.

Моя работа была простая – переписывать то, что мне дадут на перепись. Книгопечатанье – сложный и дорогой процесс. Поэтому, в отличие от книг, подаренных мне дядей Соломоном, большинство книг в городе были рукописными. Библиотека – источник знаний. Четыре часа в день я занималась переписью книг и документов, в остальное же время, я читала, впитывая все возможные знания. Хотя книги дяди Соломона я уже знала наизусть, считая их своего рода иконой, оказалось, что автор он был не самый лучший. Содержащиеся в библиотеке знания наполняли мою голову.

В возрасте 8 лет я покинула общину и начала снимать жильё и работать. Работа в библиотеке и свобода от настоятельств нянь-матушек позволила мне лучше ознакомиться с окружающим миром, познакомиться с различными расами и их отношениями. А так же узнать то, что никогда бы не рассказали няни-матушки. Например, далеко не все гарпии жили одинаково. Были древние, знатные рода, которые холили и лелеяли своих детей и будущих наследников. Их одевали, обували и, самое главное обучали. Хотя таких домов было немного и, в целом они заботились о своей расе больше, чем о других, но, в первую очередь заботились о себе и своей семье. Такие крупные семьи объединились и образовали гильдию внутри Тлеющего города. И, если кто-то из представителей гарпий хотел что-то сделать, в первую очередь, он обращался в гильдию за разрешением. Такие объединения-гильдии были у каждого проживающего в городе вида. Работа в библиотеке позволила узнать больше о каждом из них.

Бобры хорошо обращаются с деревом и прекрасно разбираются в инженерии. Большинство современных изобретений разработано бобрами. У них довольно хорошие взаимоотношения со всеми расами, но эгоизм и делает их довольно закрытыми от остальных. Бобры не любят дождь, поэтому предпочитают носить плащи. Как очень грамотный народ, часто наведываются в библиотеку. Так же я слышала, что этот вид любит выпить.

Ящеры очень выносливы, но, как хладнокровный вид, должны постоянно жить и работать вблизи огня. Ящеры – великолепные бойцы. Большинство этих рептилий с детства тренируются бою. Порой эти тренировки очень жестоки и некоторые ящеры не доживают до своего совершеннолетия. Сообщества ящеров охоту и приготовленное мясо. Ящеры не бояться дождя, но не любят пачкать свои ноги. Больше всего ящеры любят устраивать драки ради развлечения. Мы, гарпии, как народ, который когда-то был завоёван, очень не любим ящеров. Именно их вид внёс наибольший вклад в ту войну.

Лисы – загадочный вид. В книгах написано, что столетия воздействия на них дождевой воды изменило их и сделало невосприимчивыми к гнили. Любят жить и работать небольшими сообществами или семьями. Прекрасно ориентируются в лесу, почти невосприимчивы к воздействию гнили. Ходят слухи, что они способны пережить гнилую бурю вне Тлеющего города. Любят вкусно покушать. Совершенно не бояться постоянных дождей. Очень набожны. С недоверием относятся ко всем расам.

Жабы – благородный и гордый народ с уникальной тягой к богатству. Уважаемые всеми другими расами за свои лидерские и организаторские качества. Предпочитают работать и жить в воде. Хороши в обработке камня. Любят проводить время за просмотрам драк (наблюдать как дерутся ящеры), потягивая вино, что не мешает им быть набожными.

Нетопыри, они же летучие мыши, хотя я их называю крысами, но так, чтобы никто не слышал. Очень суровый и высокомерный вид. В отличие от нас, гарпий, они не утратили способность летать. Должна отдать им должное в их изобретательности и уме – нетопыри прекрасные металлурги, хотя и не имеют рук, вместо которых создали свои – ливнепаноквые. Ненавидят, буквально, всех, особенно жаб. Уж что за старая вражда между ними? Никто не знает. Возможно они и сами не помнят, лишь продолжая следовать заветам предков.

Гарпии – хрупкий и благородный вид. Мы утратили способность летать так давно, что уже не помним когда. Хотя мы – птицелюди и считаемся довольно глупым видом по сравнению с другими, но мы прекрасно организованная раса. Детская община, в которой я раньше жила была направлена на обучение шитью. Но существуют и многие другие общины. Конечно, лучше всего наш вид разбирается в шитье и алхимии, на которых сосредоточены большинство общин, но есть и другие, более редкие направления. Мы стараемся развиться и в металлургии и деревообработке и во всё остальном. Мы не любим дождь, то ли по привычке, навязанной и передающийся нам от предков, то ли от того, что намокая, наши перья становятся тяжёлыми, что вызывает дискомфорт и неудобство.

Последняя раса, о которой я хочу рассказать – это люди. Люди – существа, что легко приспосабливаются ко всем трудностям и тяготам жизни. Они не любят дождь и укрываются под плащами. Обожают выпечку. В городе можно найти множество мест, в которых готовят булочки, пирожки, различные сладости и многое другое. И всеми этим местами владеют люди. Людей не любят все. Не то, чтобы к ним испытывали ненависть, скорее, просто недоверие. Люди хитры и коварны. Порой, интригами они добиваются большего, чем иные добиваются умениями и знаниями. Но нельзя отнять того, что люди прекрасные фермеры и варят отличное пиво… Отдельно о пиве я не хочу вспоминать.

Шло время, и я всё больше погружалась в бесконечные знания из книг. Заработанного янтаря мне хватала на еду, жильё и письменные принадлежности, а так же получалось откладывать заработок на будущее.

Мне было десять лет, когда я увидела молодого ящера. От воспоминаний о тех временах, у меня перья встают дыбом. Оборванная одежда, грязное лицо и руки. Бездомный. Бродяга. Совсем молодой. Ящеры считались взрослыми с четырнадцати лет. Возможно, он был немного старше меня в то время. Он жил в переулке, возле библиотеки. Гарпиям с детства вколачивают в голову, что ящеры – худшие среди разумных видов. Нам прививали ненависть к этим рептилиям с ранних лет. Но я уже поняла, что не столько виноват вид, сколько виновато воспитание и общество, в котором вырос.

Этот мальчишка просил милостыню или просто еду у прохожих. Он был бездомным и безродным, но добрым. Я много раз видела, как он помогал прохожим, которые могли что-то обронить, старикам, которым нужно было донести купленное до дома. От прохожих я слышала, что он никогда не просил плату, лишь надеясь на то, что его пожалеют и помогут. Для своего возраста он был очень высоким и крепким.

Однажды я положила маленький янтарный кругляшек в протянутую руку ящера. А в другой день ещё один. В третий протягивала ему буханку хлеба. Каждый раз он искренне благодарил меня. Почему я это делала, я не знала. Так длилось несколько месяцев. В какой-то мои навыки письма стали настолько хороши, а почерк настолько красивым и разборчивым, что ко мне начали поступать крупные заказы от гильдий. Оплата была соответствующей. Хотя Тлеющий город – довольно мирный, а законы очень жёсткие, слухи распространяются быстро. И, одинокая, молодая гарпия, что получает много янтаря, не могла не заинтересовать несколько нечистых на руку видов.

Это был день, когда я закончила крупный заказ и получила соответствующую плату. Несколько последних дней и ночей я провела над столом с чернилами и бумагами, переписывая и переписывая. Голова была словно в тумане. Я плохо помню подробности… Как я оказалась в том переулке? Что эти типы хотели от меня? И как там оказался он? Мальчика –ящер. Трое типов хотели отобрать у меня весь мой заработок, а возможно и жизнь. Но ящер спас меня. Казалось, он стал ещё больше, чем я помнила. Четыре тела лежало на земле, в переулке. Я не знала, живы они или нет. Поймав ближайший отряд стражи, я рассказал о нападении. Ящер, что спас меня не вышел сухим из воды. Ему досталось. Сильно досталось. Рана на животе хотя была и не смертельная но опасная. С трудом дотащив его до своего дома, я сделала всё что могла, чтобы облегчить боль и вылечить рану.

Знания из книг касались многих сфер, в том числе и медицинской. Небольшой флакон с чистым спиртом всегда хранился дома для обработки ран. Чистая, не крашеная ткань, а так же мои неуклюжие навыки шитья и трясущиеся руки сделали своё дело.

Так я и познакомилась с Зардом. Точнее, он давно знал меня, давно знал моё имя. Давно присматривал за мной. Я лишь помогала ему небольшой платой. Небольшая доброта, что вполне возможно, спасла мне не только янтарь, но и жизнь.

С тех пор Зард перестал быть бездомным. Хотя в моей комнатке было мало места, но вполне хватало на двоих. Тем более, что мы редко появлялись там, лишь чтобы поесть и поспать. Мой друг быстро поправился и вскоре, воспользовавшись своими уже накопленными связями, я помогла ему строиться в стражу города. Пока что, он там был лишь мальчиком на побегушках. Но его обеспечили правильным питанием, оружием и местом для тренировок.

Так и прошли наши годы, плечом к плечу.

В 11 лет я смогла попасть на аудиенцию к Деснице. К дяде Соломону. Он уже был стар и едва ходил. Ему оставалось совсем недолго. Я вручила ему в подарок три книги: «Правила и Законы Тлеющего города». «Разумные виды Тлеющего города и их взаимоотношения». «Наместник». Полностью переписанные моей собственной рукой. Мужчина слегка улыбнулся, принимая их. Некоторое время мы разговаривали с дядей Соломоном, тогда я рассказала ему о своей цели – стать наместником. В следующем году я стану совершеннолетней и смогу сдать экзамен. Мудрый Десница долго смотрел на меня и молчал. Я смотрела в ответ и не отводила взгляд. Раньше я не очень понимала, что внешность Соломона была сильно искалечена, отсутствовали пальцы на руках на голове, словно выжженная огнём или гнилью лысина, шрамы на лице и руках. Он прожил сложную жизнь. В конце концов дядя Соломон высказал своё мнение по поводу моей цели и обратился ко мне с просьбой…

Экзамен на наместника прошёл успешно. Я была лучшей. Намечались признаки того, что гнилая буря скоро закончится и из города вновь пойдут караваны и поселенцы. К сожалению, я не могла похвастаться дяде Соломону. Он не дожил до этого момента. Но я помню его просьбу.

***

- Ора, ты тут? – Голос Зарда выдернул меня из давно ушедших дней.

- Да, что-то случилось?

- Ты плачешь? – Указал мой здоровенный друг. Он стал ещё выше и уже на две головы возносился надо мной.

- Это, просто, капли дождя упали на лицо. – Я отвернулась и смахнула проклятую слезу.

- Завтра тебе исполняется четырнадцать. Будешь праздновать?

- Нет. – Поморщилась я, потирая шрам на переносице.

- Ты уйдёшь среди первых караванов? – С какой-то грустью спросил ящер.

Я достала из сумки пару документов и протянула Зарду.

- Что это? Ты же знаешь, я плохо читаю.

- Ты живешь в доме полном книг, но вместо расширения мозга расширяешь лишь мысли. – Укоризненно произнесла я другу, забирая документ обратно.

- Каждый делает то, что умеет. – Пожал своими мощными плечами Зард. – Эти мышцы не раз помогали нам, как и твои птичьи мозги.

- Звучит как оскорбление. – Произнесла я, но улыбнулась. Затем, кашлем прочистила глотку и начала читать. – Милостью нашей… так, это не то… Вот: Ора Дождекрыл назначается Посланником королевы.

- Посланником? – Удивился Зард. – Ты же лучшая, почему тебя не назначили наместником?

- Это была просьба старого Десницы. Он сказал, что молодые головы слишком горячи и не понимают, что всё чему они обучаются в городе, порой рушится о реальность, что их ждёт снаружи. Год, возможно два, я буду ездить по поселениям в качестве посланца королевы. Буду доставлять задания гильдии, десниц и самой королевы. А так же организовывать караваны в столицу с ресурсами.

- Значит, на этом наши пути расходятся? – Грустно заметил Зард.

Я улыбнулась, взяла второй документ, вновь прокашлялась и зачитала:

- Милостью нашей… так… где-то должно быть здесь, вот: Зард Дождеклык назначается начальником охраны Посланника королевы Оры Дождекрыл… далее список твоих обязанностей. Сам прочитаешь, или тебе зачитать?

- Стоп, это я Дождеклык что ли?

- Вот, а я говорила, что эта голова нужна не только для того чтобы ломать чьи-то рёбра.

Зард осторожно выхватил документ из моих рук и начал читать. Складки на его чешуйчатой коже морщились, можно было услышать как его мозг работает пытаясь вспомнить особенности письменности.

Я встала и вновь посмотрела на группы первых разведчиков, покидающих тлеющий город.