Пророчество с оговорками

Глава 1. Цена пророчества

Первая трещина появилась три недели назад. Почти незаметная, она прошла через нижний край Печати и остановилась у самой медной скобы, будто кто-то провёл по чёрному камню ногтем. Тогда и начались споры. Советник короля уверял, что камень старый и имеет право трескаться. Настоятель говорил о дурном знамении, но не уточнял, насколько дурном, и всякий раз кашлял, когда спрашивали о сроках. Комендант предложил заменить скобу. Но когда из щели полез дым, споры прекратились.

К началу второй недели Печать треснула ещё в двух местах, и странности обрушились на окружающие территории. В деревне под северными стенами родился телёнок с человеческими зубами, а из колодцев по ночам слышится плач. Еще через пару дней пошли слухи, что двое часовых на восточной башне видели за лесом огни. Только в той стороне уже пятнадцать лет не было ни поселений, ни дорог. И вот уже четыре дня люди в крепости не могли спать. В казармах дрались из-за хлеба, в часовне — из-за места у алтаря, а вчера оруженосец ударил повара табуретом за то, что тот слишком громко точил нож. Последнее Рейнар считал самым тревожным признаком. Несмотря на то, что повар и правда был мерзким человеком, который заслуживал табурета ещё лет десять назад, до трещины в Печати люди умели терпеть друг друга значительно лучше.

Рыцарь с рассвета сидел в малой библиотеке и уже перестал чувствовать пальцы. Чернила въелись в кожу, между лопаток тянуло от неудобного стула, а от запаха старой бумаги першило в горле. На столе лежали раскрытые манускрипты, списки храмовых записей, два письма покойного королевского астролога и книга, которую архивариус передал ему с таким выражением лица, будто лично вытащил её из могилы. Пользы от всего этого было немного.

Печать удерживала Хаос.

Печать нельзя было разрушать.

Если Печать разрушалась, её следовало восстановить.

Рейнар потратил семь часов, чтобы узнать то, что и без того понимал любой человек с глазами. Время было потрачено в пустую. Мужчина провёл ладонью по лицу, нащупал щетину и подошёл к окну. Стоящий на скальном уступе замок, выглядел тяжёлым и старым. Он был построен ещё тогда, когда люди предпочитали стены потолще, окна поуже, а соседей подальше. На внутреннем дворе теснились телеги беженцев. Места в замке катастрофически не хватало. Солдаты у ворот уже ругались с крестьянами, пытаясь объяснить, что внутри больше нет места. Выцветшее знамя лениво хлопало над западной башней, с высоты всё выглядело почти обычно, если не смотреть на дальнюю стену. Там, в каменной нише, лежала Печать.

Рейнар снова вернулся к книге. На сто восемьдесят третьей странице речь шла о способах хранения сушёного корня белены. На сто восемьдесят четвёртой автор внезапно перешёл к описанию трёх видов демонической одержимости, два из которых сопровождались выпадением волос. На сто восемьдесят пятой снова началась белена. Раздраженный очередной бесполезной информацией, мужчина резко перевернул лист. Пергамент хрустнул. Рейнар замер. Архивариус убьёт его раньше Хаоса. Между страницами обнаружился ещё один тонкий пожелтевший лист, исписанный мелким нервным почерком.

«Когда камень заговорит дымом, а железо перестанет держать, не ищите ответов среди служителей трона и храма. Та, что помнит первую кровь, живёт за Чёрной низиной, у воды, которая не отражает неба. Она назовёт цену».

Перечитав запись ещё несколько раз, мужчина уверенно поднялся со стула, непроизвольно поморщившись от хруста в коленях.

К полудню рыцарь уже ехал к Чёрной низине. Комендант хотел выделить ему четверых людей, но Рейнар отказался. Он не видел смысла тащить с собой солдат к женщине, которую старый манускрипт называл существом, помнящим первую кровь. Если ведьма надумает его убить, четыре дополнительных трупа едва ли могли изменить исход встречи. Если не сделает этого — вооружённый отряд будет плохим способом начать разговор.

Через два часа пути дорога закончилась. Дальше пришлось вести коня в поводу. Из-за мутной воды между корнями, земля под сапогами чавкала, а цепляющиеся за одежду ветки деревьев, раздражали всё больше. Чем дальше Рейнар уходил от замка, тем тише становился лес. Сначала исчезли птицы, потом — насекомые. Через некоторое время мужчина поймал себя на том, что слышит только собственное дыхание, шаги коня и редкий хруст веток под ногами.

Он никогда не любил пророчества. Слишком много людей использовали их, чтобы объяснить собственные решения чужой волей. Короли начинали войны, потому что звёзды обещали победу. Матери бросали детей, потому что кто-то увидел дурную линию на ладони. А жрецы и вовсе объявляли голод испытанием, когда сами не удосуживались вовремя открыть амбары. Рейнар предпочитал вещи, которые можно было проверить. Например, вес меча, число людей в гарнизоне или запасы зерна. Печать, к сожалению, не интересовалась его предпочтениями.

К вечеру лес расступился и перед рыцарем открылось небольшое озеро с неподвижной темной водой. На другом конце поляны стоял дом с низкой провалившейся с одного края крышей и почерневшими брёвнами. Рейнар напрягся. Вряд ли отсутствие дыма в трубе или приоткрытая дверь являются добрым знаком. Оставив коня у дерева, мужчина медленно направился ко входу. Ладонь рефлекторно сжала рукоять меча, когда у крыльца Рейнар заметил кровь.

В доме пахло сыростью, травами и чем-то железным. Под ногами хрустело стекло, когда мужчина медленно с уже обнаженным мечом аккуратно вошёл в дом. Окинув взглядом помещение, рыцарь отметил один из стульев, лежащий на боку, разбитую у стены керамическую миску и неестественно сдвинутый тяжелый стол посередине комнаты. Женщина стояла к нему спиной и рылась в большом сундуке. Она была совершенно спокойна. Насколько бывает невозмутимым человек, который давно заметил вошедшего и пока не решил, стоит ли обращать внимание.

— Ведьма? — Рейнар остановился в трёх шагах от незнакомки.

Женщина перестала перебирать вещи и медленно выпрямилась, повернув голову в его сторону. Ее взгляд скользнул по мечу, лицу, задержался на гербе на груди, и снова вернулся к мечу.

— Смотря кто спрашивает, — прозвучал хрипловатый от усталости голос.

На щеке женщины темнела полоса грязи, рукав у локтя был порван, на костяшках правой руки подсохла кровь.

— Рейнар Артель. Рыцарь короны.

— Сочувствую, — бросила та, даже не поменявшись в лице.

— Чему? — мужчина почти растерялся.

— Пока не решила, — отмахнулась женщина и снова полезла в сундук.

Рейнар опустил меч, но в ножны не убрал.

— Мне нужна помощь.

— Всем нужна.

— Речь о Печати.

На этот раз ведьма ненадолго остановилась, но Рейнар заметил. Женщина закрыла сундук и повернулась к нему полностью.

— О какой Печати?

— Единственной Печати в пределах королевства, из-за которой последние три недели люди сходят с ума, — отчеканил рыцарь.

— Люди прекрасно справлялись с этим и раньше, — последовал раздраженный ответ. Вероятно, ведьма как никто знает о том, насколько ненормальным может быть человек.

— Она треснула.

После этих слов что-то изменилось в лице женщины изменилось. Словно неприятная работа стала ещё неприятнее.

— Насколько?

— Три трещины. Из первой идёт дым. Вторая постепенно становится все больше. А вчера появилась третья.

Женщина с тяжёлым вздохом потёрла пальцем переносицу, и Рейнар почувствовал первое облегчение за несколько дней. Судя по тому, какой быстрой оказалась реакция, ведьма знала.

— Я нашёл запись, — продолжил он. — В ней сказано, что ты знаешь, как восстановить Печать.

Женщина смерила незваного гостя внимательным взглядом.

— Прямо так и сказано? — раздражение в голосе сменилось недоверием.

— Почти.

— Какая интересная часть пророчества.

Рейнар достал сложенный лист, но передал не сразу.

— Сначала ответ.

— Ты всегда приходишь к людям домой с обнажённым мечом?

Не сводя взгляда с лица ведьмы, Рейнар кивнул на кровь на полу.

— Обычно у них дома нет следов драки.

Женщина проследила за его взглядом:

— Это семейное.

— Чья кровь?

— Не моя.

— Это я уже понял.

— Тогда к чему был вопрос?

Только после того, как убрал меч в ножны, мужчина передал лист ведьме.

Она прочитала надпись несколько раз. С каждым повтором женщина хмурилась всё больше. Особенно её задела последняя строка. «Она назовёт цену». За годы службы Рейнар научился замечать эту короткую паузу перед ложью, ударом, признанием или просьбой о пощаде. И сейчас женщина напротив него думала очень усердно.

— Ну? — спросил он.

— Всё плохо.

— Это я понял ещё в замке, — терпение рыцаря понемногу сходило на нет. От желания поторопить язвительную особу дергался глаз. — Ты можешь восстановить Печать?

— Нет.

Рейнар почувствовал, как сердце пропустило удар, а в сознании пронеслась предательски мысль "а вдруг всё обречено?"

— Но знаешь, как? — предположил он, быстро взяв себя в руки.

— Возможно.

Рейнар стиснул зубы. Он не спал нормально шестые сутки, в замке сидели почти две тысячи человек, Печать продолжала трескаться, а перед ним стояла женщина, которая явно получала удовольствие от того, что тянет время.

— Манускрипт говорит, что ты назовёшь цену.

— Хороший манускрипт.

— Назови, — с нажимом потребовал мужчина. Если сейчас он сорвётся на эту ненормальную, то потеряет единственную зацепку для решения проблемы.

Женщина как в бреду прошлась по комнате: потрогала нож, заглянула под стол, взглянула за дверь. Рейнар ждал, но с каждой секундой убеждался в мысли, что ведьма его дурит.

— Мне нужен человек, — наконец сказала она.

— Живой?

— Желательно.

— Кто это?

— Женщина.

— Ты сказала «человек».

— Женщины пока входят в эту категорию, — язвительно заметила ведьма, сложив руки на груди. — Хотя некоторые священники спорят. Её зовут Мавена.

— Что тебе от неё нужно? — задал очередной вопрос рыцарь, мысленно накидывая список дел, добавившихся с запросом ведьмы, которая, кажется, не торопилась делиться полезной информацией.

— Она забрала у меня кое-что.

— Что?

— Моё.

— Я понял.

— Тогда всё прекрасно.

— Нет. Мне нужно знать, что именно я ищу и почему.

— Ты уже знаешь имя, — женщина приблизилась к нему на шаг, пристально наблюдая за каждым движением. — Ты пришёл за ответом, и я могу помочь тебе найти его. Но сначала ты поможешь мне найти её.

Несколько секунд Рейнар молча смотрел на ведьму и разгромленную комнату.

— А если откажусь?

— Вернёшься в замок смотреть, как трескается Печать.

Рейнар почувствовал, как под воротником проступает пот. Уйти сейчас казалось правильным решением. У него не было времени заключать сделки с неизвестной женщиной в окровавленном доме, соглашаться разыскивать человека, о котором он ничего не знал. Мужчина ясно помнил имена тех, кто приносил клятву рыцаря до него.

Беречь королевство.

Защищать закон.

Не поднимать оружие по прихоти.

Не служить тайным волям против интересов короны.

Он помнил каждое слово. Но сейчас Рейнар прекрасно помнил и последствия появившихся трещин. Действовать нужно было незамедлительно.

— Если эта женщина невиновна, — начал мужчина, — я не отдам её тебе на расправу.

Ведьма пожала плечами.

— Приведи. С расправой разберёмся потом.

--И после этого ты расскажешь, как остановить разрушение Печати?

— Я расскажу всё, что знаю.

— Нужна клятва, — Рейнар не сдвинулся с места. Он не позволит ведьме вести в деле, касающегося его поля ответственности.

Её рот слегка дёрнулся.

— Рыцарь просит ведьму поклясться?

— Я должен понимать условия сделки. И условий недостаточно.

Женщина смотрела на него некоторое время, прежде чем кивнуть с тяжелым вздохом.

— Найди Мавену. Приведи сюда живой. И я отдам тебе всё, что у меня есть по Печати. Без загадок, многозначных ответов и дополнительных условий.

Рейнар протянул руку, и ведьма с недоверием покосилась на его движение.

— Сделка, — пояснил рыцарь, встретились с непонимающим взглядом женщины.

— А...— отозвалась та и вложила ладонь в его.

— Где ты видела Мавену в последний раз? — вернулся к расспросам мужчина через мгновение.

Ведьма обвела глазами разгромленную комнату и пожала плечами.

— Куда она могла уйти? — последовал следующий вопрос.

— На север. К дорогам.

— На севере четыре дороги, — помнил рыцарь, едва удержавшись от того, чтобы закатить глаза. Эта женщина вытаскивала из него оставшееся терпение словно кузнечными щипцами.

— Значит, тебе повезло. Могло быть пять, — на этих словах ведьма уже отвернулась и снова открыла сундук.

Рейнар медленно выдохнул через нос.

— Мне нужны приметы.

— Женщина. Примерно моего роста, — бубнила ведьма, активно перекладывая вещи, из-за чего Рейнар едва ее слышал. — Тёмные волосы. Серые глаза. Шрам под правой ключицей.

— Это всё?

— Она умеет колдовать.

— Полезное уточнение, — бросил мужчина и направился к выходу. Больше полезной информации из этой сумасшедшей он не вытянет. Не хватит терпения.

— Если решишь заявиться еще раз, приходи сам. Никаких посыльных, — донеслось ему в спину. — Не люблю чужих людей в доме.

Рейнар посмотрел на кровь под ногами. Будто бы у него была возможность выбирать.

— Конечно.

На улице начинало темнеть. Конь нервно переступал у дерева, дёргал повод и косил глазом в сторону дома. Рейнар отвязал его, проверил подпругу и только тогда заметил, что дверь за спиной снова открылась.

— Рыцарь.

Мужчина повернулся. Ведьма уже стояла на крыльце и с сомнением смотрела в его сторону.

— Если увидишь Мавену первым, не называй моего имени.

— Почему?

— Она разозлится.

— После того, что произошло здесь?

Ведьма посмотрела на разбитое окно и с усмешкой кивнула:

— Именно поэтому.

После того, как дверь закрылась, Рейнар постоял ещё немного и направил коня обратно к тропе. В замок рыцарь вернулся далеко за полночь. Комендант встретил его у ворот, когда Рейнар уже слез с коня. Ноги гудели, плечо ныло от дороги, а в голове вместо ответа оставалась женщина в разгромленном доме и имя, которое он слышал впервые.

— Я нашёл ведьму, — отчитался Рейнар, заметив, как комендант бледнеет. — Теперь ищем другую.

Глава 2. Кровь дракона

К утру выяснилось, что одной Мавены для спасения мира недостаточно. Воспринять эту новость спокойно не было никакой возможности — сказывались бессонные ночи и четвёртая трещина, появившаяся на Печати незадолго до рассвета. Рейнар подозревал, что дело было ещё и в самой ведьме. Ещё вчера она клялась рассказать ему всё, что знает, после того как он найдёт Мавену, а сегодня встретила рыцаря словами:

— Тебе понадобится кровь дракона.

Рейнар остановился посреди комнаты, словно его ударили кочергой по голове. Кровь. Дракона. Эта сумасшедшая точно издевается над ним. В висках стучало, и боль отдавалась волнами где-то в области затылка. Мысленно читая молитву, рыцарь откинул взглядом комнату, чтобы отвлечься.

Ведьмин дом выглядел почти так же, как накануне. Разбитая миска исчезла, стол вернули на место, кровь на полу кое-как затёрли, оставив между досками тёмные разводы. По-прежнему разбитое окно затянули старым полотном, которое теперь тихо хлопало о раму. Сама женщина сидела за столом и ела яблоко. Продолжать она, вероятно, не планировала.

— Вчера ты ничего не говорила о крови дракона.

— Так... вчера ты ничего не спрашивал о крови дракона, — отмахнулась женщина и откусила яблоко.

Рейнар закрыл глаза, пытаясь совладать с нервами. Получилось плохо.

— Вчера я спрашивал, как восстановить Печать.

— И я сказала, что расскажу всё, что знаю, когда ты приведёшь Мавену, — согласилась ведьма, удобно откинувшись на спинку стула. — Ты её привёл?

— Я вернулся в замок шесть часов назад, — сквозь зубы ответил Рейнар, желая хорошенько встряхнуть женщину, которая легкомысленно пожала плечами на его фразу. — Почему ты сейчас рассказываешь мне о крови дракона?

— Решила помочь, — отозвалась та после небольшой паузы.

Рейнар медленно подошёл к столу и положил перед ней несколько листов. За короткое время, которое ему удалось провести в замке, он успел поднять записи о Мавене, отправить людей проверять северные дороги, отдать приказ усилить караулы у Печати и поспать примерно столько, сколько обычному человеку требовалось, чтобы снять сапоги. А потом прибыл мальчишка из ближайшей деревни с запиской «Если хочешь успеть — приезжай».

Разумеется Рейнар приехал.

— Начни сначала, — потребовал мужчина. — С той части, где для спасения королевства мне внезапно понадобился дракон.

— Не дракон, прошу заметить. Его кровь.

— Это сильно упрощает дело, — не выдержал мужчина, с грохотом положив меч на стол.

Наверное, выражение его лица оказалось достаточно красноречивым, потому что женщина всё же отложила яблоко и потянула к себе один из листов.

— Печать нельзя просто залатать, — она постучала ногтем по бумаге. — Камень — только оболочка. Если заменить треснувшую часть, через несколько дней новая треснет в том же месте.

— С чем это связано?

— Разрушается не камень, а то, что держит его изнутри, — ведьма демонстративно закатила глаза, заметив, как нахмурился в непонимание Рейнар. — Магия, если тебе так будет проще понять.

— Мне будет легче, — в тон женщине холодно ответил рыцарь, — когда ты перестанешь отвечать так, будто делаешь мне одолжение.

— Разве это не так?

Рейнар посмотрел на ведьму, которая совершенно спокойно встретила его взгляд.

На мгновение мужчине показалось, что сегодня она выглядит иначе. Волосы были собраны выше, чем вчера. Голос звучал немного мягче. Даже взгляд казался менее раздражённым, хотя последнее могло объясняться тем, что сегодня ей пока не угрожали мечом. Только вот Рейнар не спал почти шесть суток. А без сна люди видели вещи и похуже.

— Продолжай.

Ведьма вытащила из-под стопки книг тонкую деревянную пластину. На ней были вырезаны пять кругов, соединённых линиями.

— Печать создавали с помощью пяти связующих элементов.

— Артефактов? И кровь дракона один из них?

— Нет.

— Ты сейчас издеваешься? — рыцарь угрожающе навис над сидящий рядом женщиной.

— Кровь нужна, чтобы один из них заработал, — все с той же манере продолжила ведьма.

— Какой?

— Камень дыхания, — ока указала на первый круг. — Из Выжженных земель.

— И рядом живёт дракон?

— А если быть точным, его потомок.

— Насколько близкий?

— Достаточно, — ведьма снова пожала плечами. Весь вид женщины показывал, что ситуация её до невозможного забавляет.

— И что это значит?

— В его крови осталось то, что тебе нужно.

— И у него форма человека? — от чего-то этот вопрос тревожил рыцаря больше всего. Ещё сражения с огнедышащей тварью ему не хватало.

— В основном, — последовал ответ и глаза ведьмы блеснули.

Рейнар почувствовал, что разговор снова начинает уходить туда, где каждое следующее объяснение требовало трёх новых.

— Где именно мне предстоит его искать?

— На востоке Выжженных земель, — быстро отозвалась женщина. — Там остались руины от башни Ордена Пепла. Последний раз потомок дракона был там.

— Когда? — спросил Рейнар, но ведьма медлила. Рейнар сразу понял, что ответ ему не понравится. — Когда?

— Лет двенадцать назад.

Рыцарь резко отвернулся, с силой сжав кулаки. Двенадцать лет! За это время мир мог измениться по меньшей мере раза три. Деревья распускаются каждый год, а здесь потомка дракона невозможно отследить!

Решив, что ещё несколько минут в обществе этой ведьмы будут вреднее, чем столкновение с демоническим Хаосом, Рейнар, быстрым шагом направился к двери:

— Я отправляюсь сегодня.

Через три дня Рейнар добрался до Выжженных земель. Дорогу он почти не запомнил. Только редкие чёрные камни выступали из почвы, а дальше, у самого горизонта, темнели останки стен. Сто семьдесят лет назад восточные земли принадлежали Ордену Пепла. В старых хрониках их крепость называли одной из самых богатых в королевстве. Здесь выращивали зерно, разводили лошадей, добывали железо. Потом, по официальной версии, произошёл пожар, который затянулся на девять дней. Сила огня была настолько ужасающей, что плавила камень. Территория до сих пор не отошла от событий прошлого. Большая часть земли все ещё не могла зарасти травой.

К полудню Рейнар добрался до первых руин. Нервничающую лошадь пришлось оставить у разрушенной арки. От некоторых зданий остались только основания. Другие сохранились почти полностью, но крыши давно провалились внутрь. Пепел лежал повсюду. Он забивался в швы сапог, оседал на перчатках, поднимался лёгкими облаками от каждого шага. Остатки нужной башни мужчина нашёл ближе к вечеру. Рядом не было ни одного следа, намекающего на присутствие человека. И только обойдя башню несколько раз, заметил узкую тропу между камней. Следы были старые, но не настолько, чтобы их оставил человек двенадцать лет назад. Здесь кто-то жил. Рейнар выпрямился и положил ладонь на стену.

На секунду мир исчез. Башня была ещё целая, а с улицы доносились крики людей. По лестнице вниз бежал мужчина в обгоревших доспехах, держа на руках завёрнутого в красное полотно ребенка. Где-то наверху что-то тяжело ударило в стену, от чего камень задрожал.

Рейнар резко отдёрнул руку, и перед глазами снова замаячили пустые руины. По ладони пробежал холод, вынцдивший Рейнара отступить на несколько шагов. Ему очень хотелось, чтобы это было следствием недосыпа. Но последние дни убедительно доказывали, что мир больше не собирался предоставлять ему такие удобные объяснения.

Стряхнув напряжение в плечах, Рейнар пошёл по тропе. Она огибала разрушенную башню и уходила вниз, в неглубокую впадину между каменными грядами. За одной из них стоял дом. У стены сушились рубахи, на верёвке висели две пары носков.

В нерешительности Рейнар остановился. Последнего потомка дракона он представлял иначе. В манускриптах драконы всегда изображались на вершинах гор, среди огня, золота и человеческих костей. Даже если речь шла о людях с драконьей кровью, художники не могли удержаться и обязательно дорисовывали им пламя, меч или хотя бы плащ. Но мужчина перед Рейнаром домом стирал штаны в бочке на улице.

В какой-то момент мужчина заметил рыцаря, и после нескольких секунд молчания, наконец заговорил:

— Если продаёшь что-то — мне не надо.

Последний потомок древних драконов выглядел лет на сорок. Худой, высокий, с короткими светлыми волосами и щетиной. В простой рубахе с закатанными рукавами и старых штанах он напоминал скорее крестьянина.

Рейнар подошёл ближе.

— Ты Дарен Вельт?

Мужчина перестал выжимать штаны и замер.

— Кто спрашивает?

За последние несколько дней этот вопрос уже начал раздражать рыцаря.

— Рейнар Артель. Рыцарь короны.

— Ещё хуже, — буркнул Дарен, бросив мокрые штаны в корзину. — Если это про налог, я уже объяснял вашему сборщику, что четыре грядки репы не превращают это место в поместье.

— Не про налог, — уверил потомка дракона Рейнар, внимательно наблюдая за каждой его реакцией. — Мне нужна твоя кровь.

Дарен молча уставился на рыцаря. Только сейчас Рейнар понял, что произносить некоторые вещи вслух стоило только после предварительного объяснения.

— Это прозвучало хуже, чем должно было, — Рейнар неловко потер шею. — Мне нужна небольшая часть.

— Стало значительно лучше, — холодно заметил Дарен, складывая мокрую вещь.

— Для Печати.

Потомок драконов поменялся в лице.

— Уходи.

— Послушай, Печать разрушается...

— Я слышал, — коротко отозвался Дарен, направляясь к дому.

— Тогда ты понимаешь, что произойдёт, Рейнар шёл следом. И всё равно отказываешься?

Мужчина остановился у двери.

— Я ещё ни от чего не отказывался..

Дарен открыл дверь, но Рейнар успел преградить путь протянутой рукой.

— Ведьма сказала, что кровь потомка дракона способна активировать Камень дыхания.

Дарен прикрыл глаза, и на его лице отравилась усталость.

— Чего именно ты хочешь?

— Камень дыхания.

— Где он?

— Я думал, он у тебя, — нахмурился Рейнар.

— Тогда ведьма знает меньше, чем делает вид.

Рыцаря почему-то это совсем не удивило.

— Она сказала, что Камень находится здесь, и без твоей крови он не заработает.

Дарен тяжело сел на лавку.

— Это правда, но помогать я не намерен, — ответ прозвучал спокойно и без сомнений.

— Почему?

Дарен посмотрел на него.

— Потому что я не хочу иметь ничего общего с Печатью.

— Если она рухнет, это уже не будет зависеть от твоего желания.

— Знаю. Но я не обязан.

Внутри Рейнара всё закипело от раздражение. Сколько ещё до конца света ему придётся иметь дело с своенравными и эгоистичными людьми?

— В замке две тысячи человек.

Дарен с силой оттолкнул руку рыцаря и вошёл в дом, оставив распахнутой дверь.

— Мой отец всю жизнь собирал то, что осталось от Ордена. Его отец делал то же самое. И отец моего отца. Все они были уверены, что однажды наша кровь снова понадобится. Что наступит великий день, придёт какой-нибудь человек с гербом на груди и скажет, что мир гибнет. А мы должны будем открыть вены и быть благодарными, что наконец пригодились.

Рейнар молча слушал исповедь потомка драконов. Оказалось, что напряжен был не только он.

— Мне было семь, когда отец впервые порезал мне ладонь над старой чашей, — продолжил Дарен. — Проверял, осталось ли достаточно крови. В двенадцать я уже знал все пять ритуалов. В шестнадцать мог перечислить имена каждого предка, которого использовали для укрепления Печати. А в двадцать понял одну простую вещь: никто из них этого не хотел.

В комнате стало тихо.

— Я не прошу тебя умереть, — сказал Рейнар. — Мне нужна кровь. Не жизнь.

— Это ты сейчас так говоришь.

Рейнар сжал челюсть.

— Ты предлагаешь мне вернуться и сказать людям, что мир закончится, потому что последний потомок дракона устал от семейных традиций?

Дарен посмотрел на него без злости.

— Можешь сказать именно так.

— Там дети! — первые признаки паники заползали в сознание Рейнара.

— Здесь тоже были.

— Они не виноваты в том, что сделали твои предки.

— А я виноват?

Рейнар не нашёлся что ответить.

— Вот и я о том же.

Дарен долго смотрел на рыцаря, потом подошёл к кровати и снял со стены меч.

Рейнар рефлекторно перенёс вес на другую ногу.

Дарен заметил.

— Спокойно. Если бы хотел тебя убить, не стал бы сначала стирать штаны.

— Сомневаюсь, что это связано, — заметил рыцарь и на всякий случай взял поудобнее меч.

— У меня мало одежды, — объяснил потомок драконов и направился прочь из дома.

Рейнар последовал за ним вплоть до башни.

У самой стены Дарен остановился, расчистил ногой пепел и, найдя небольшое углубление, вставил туда кончик меча. По руинам эхом прошёлся глухой щелчок. В следующую минуту часть каменной плиты сдвинулась, открывая узкий проход.

— После тебя, — кивнул Дарен в сторону туннеля.

— Очень гостеприимно

— И это говорит тот, кто пришёл без приглашения.

Под землёй было холоднее. Ступени уходили глубоко вниз к небольшому круглому помещению с постаментом посередине. Именно там и лежал небольшой тёмный, с тонкими красными прожилками камень.

— Кровь нужна прямо сейчас? — перешёл к делу Рейнар, рассматривая артефакт ближе

— Нет. Только у Печати.

— Значит, тебе придётся ехать со мной.

Дарен тихо рассмеялся.

— Конечно, — тихо рассмеялся Дарен, но в следующую секунду резко стал серьёзным. — Вот поэтому я ненавижу всё, что связано с древними ритуалами.

Рейнар посмотрел на артефакт, но вскоре перевел внимательный взгляд на потомка драконов.

— Есть другой способ, — понял рыцарь. Иначе Дарен не привел бы его сюда. — Какой?

Дарен молчал несколько минут, словно набираясь решимости перед важным шагом.

— Моя кровь может связаться с Камнем заранее. Но... её потребуется в разы больше.

Рыцарь почувствовал, как живот неприятно сжался:

— Насколько много?

— Настолько, что я несколько дней не смогу нормально стоять.

Рейнар отвёл взгляд. Вот она. Цена. Человек мог отдать кровь добровольно, но почему-то легче от этого не стало.

— Я не стану тебя заставлять...

— Это я уже понял, — Дарен подошёл к постаменту, проведя пальцем по самому краю. — Сколько времени осталось?

Рыцарь задумался. На его памяти такая ситуация происходит впервые. Откуда ему было знать сроки?

— Четвёртая трещина появилась сегодня утром.

Дарен замер.

— Уже четвертая... А дым?

— Усиливается.

Потомок драконов выругался, начав мерить шагами и до того небольшое пространство подземной комнаты. Впервые с момента знакомства Рейнар заметил страх на его лице.

— Пятый разлом обычно последний... — озвучил наконец свои мысли Дарен.

— Печать уже разрушалась?

Дарен резко повернулся в сторону рыцаря, словно выискивая признаки лжи на его лице:

— Ведьма не сказала тебе... Интересные у вас отношения.

— Я знаю её на день дольше, чем тебя.

Дарен снова бросил испытывающий взгляд на Камень, а затем резко закатал рукав.

— Что ты делаешь? — нахмурился Рейнар, хотя уже имел определённые догадки.

— То, чего никогда не хотел делать, — Дарен достал нож. — Но если пятая трещина появится раньше, чем вы соберёте остальные элементы, моя принципиальность станет бессмысленной.

Через час Камень дыхания был неестественно горячим. Красные прожилки внутри стали ярче. Дарен с бледным лицом сидел у стены, запрокинув голову. На предплечье лежала тугая повязка, пропитавшаяся по краям кровью. Рейнар еще раз проверил состояние нового знакомого, и, убедившись, что тот в состоянии вернуться домой, направился к лестнице.

— Рыцарь, — окликнул его Дарен, стараясь её морщится от боли. — Если дойдёшь до пятого элемента и всё ещё будешь жив, возвращайся.

— Зачем?

— Ведьма либо не знает всей правды, либо специально тебе её не говорит, — голос потолка драконов был по-настоящему серьезным, словно Дарен действительно переживал за нежеланного гостя. — Ты даже не представляешь насколько все может быть плохо.

Рейнар задержался на несколько секунд, и кивнул на прощание.

— Отдыхай.

Когда Рейнар вышел наружу, начинало темнеть. Вдалеке нервно заржал оставленный конь, словно почувствовавший возвращение хозяина. Рыцарь поправил сумку с Камнем, за которым приехал, но что-то всё еще не давало Рейнару покоя. Да, он добыл артефакт без насилия и убийства. Только это уже можно было считать победой. Но возвращаясь через руины некогда великого города, мужчина всё чаще опускал взгляд на собственные руки. Крови на них не было. Но легче от этого не становилось.

Глава 3. Гордость эльфов

К границе эльфийского королевства Рейнар добрался на следующий день и почти сразу понял, почему ведьма не предупредила его о том, что здесь происходит. Вероятно, потому что тогда пришлось бы объяснять слишком многое, а эта женщина относилась к объяснениям как к личному оскорблению.

Выжженные земли закончились постепенно. Чем глубже мужчина продвигался на север, тем сильнее становилось ощущение, что всё вокруг не умирает, а слишком долго пытается не умереть.

Когда солнце было в зените, дорогу перегородили шестеро эльфов. Бесшумные, они словно просочились сквозь деревья. Заметив оружие и доспехи, Рейнар придержал коня. Рука сама легла на рукоять меча, но оружие он не вытащил. Эльф впереди отряда заметил движение.

— Рыцарь короны. Рейнар Артель.

— Мы знаем.

Интонация заговорившего не предполагала тёплого приёма.

— Тогда вы знаете, зачем я здесь?

— Нет.

— Но вам известно моё имя.

— Имя королевского рыцаря, который три дня назад пересёк половину страны, побывал в Выжженных землях и теперь едет к нашей границе, узнать нетрудно.

Рейнар посмотрел на остальных воинов. Пусть они и молчали, руки с луками были напряжены, а стрелы уже лежали на тетивах.

— Мне нужно поговорить с вашим правителем. Речь о Печати.

Эльф изменился в лице. Рейнар успел увидеть, как дёрнулся угол его рта.

Через час Рейнар ехал в окружении вооружённых эльфов. Столица оказалась ближе, чем он ожидал. Когда-то дорога к ней, вероятно, была красивой. По обеим сторонам всё ещё стояли белые каменные столбы с вырезанными на поверхности ветвями и птицами. Между деревьями попадались остатки фонтанов. В одном из них даже была вода, но на дне лежал толстый слой бурых листьев. Дома из светлого камня с высокими окнами и тонкой резьбой на стенах пустоватовали. На некоторых балконах рос мох, а на площади рыцарь заметил, как рабочие разбирали засохшее дерево.

Эльфов вообще оказалось меньше, чем Рейнар представлял. Мужчина вырос на историях о северном народе, который пережил четыре человеческие династии и однажды отказался участвовать в войне только потому, что считал её слишком короткой. В старых книгах их города сияли среди лесов, магия текла по улицам, а сами эльфы могли заставить дерево вырасти из камня за одну ночь. Здесь же деревья умирали прямо на площадях.

Правитель принял его без промедления. Элиар сидел в длинном зале, где когда-то могли разместиться несколько сотен человек. Сейчас же кроме него находились только четыре стражника и женщина в тёмно-зелёном платье. Огромные окна пропускали достаточно света, чтобы Рейнар видел трещины на мраморном полу. Сам правитель выглядел моложе, чем ожидал Рейнар. Светлые волосы были собраны на затылке, но ни короны, ни роскошный одежды рыцарь не заметил. Только серебряная застёжка на воротнике выдавала положение.

— Рейнар Артель, — произнёс Элиар. — Рыцарь короны. Защитник Печати. Спаситель человечества.

Несмотря на то, приветствие прозвучало спокойно, Рейнару не понравилась последняя фраза.

— Пока только рыцарь.

— Какая скромность, —Элиар откинулся на спинку кресла. — Мне сообщили, что ты хочешь говорить о Печати.

Рыцарь кивнул и сложил за спиной руки в замок, приняв уверенную стойку, словно отчитывался на собрании перед начальством.

— Она разрушается. Уже четыре трещины.

— Это я знаю.

Рейнар ждал, что Элиар скажет что-то ещё, но эльф молчал.

— Тогда сэкономим время. Мне нужен Сердечник Леса.

Правитель посмотрел на него с откровенным интересом.

— Вот как.

— Он один из пяти элементов, использованных при создании Печати.

— И это ты тоже узнал от ведьмы? — улыбка Элиара стала шире, когда Рейнар не нашёлся что сказать. — Конечно, от ведьмы.

— Артефакт у вас?

— У нас.

— Мне нужно его забрать, — уверенно заявил рыцарь,

Элиар рассмеялся. И пусть в тихом смехе не было и намёка на злость, несерьезность собеседника раздражала Рейнара всё сильнее. Было бы понятнее. Если бы рыцаря вышвырнули из дворца, но это?

— Человеческая последовательность восхитительна, — с показной мягкостью заговорил правитель. — Вы приходите к чужим границам с оружием, входите во дворцы и сообщаете, что вам что-то нужно. А потом искренне удивляетесь, когда вам отказывают.

— Я не требую его для себя.

— Разумеется, — развёл руками Элиар, — Ты спасаешь мир.

— Если Печать рухнет, Хаос прорвётся наружу, — сдержанно предупредил Рейнар, сохраняя лицо невозмутимым.

— Ты видел Хаос?

— Я видел последствия трещин.

— Телёнок с человеческими зубами?

Рейнар замер. Заметив реакцию гостя, Элиар понимающе кивнул.

— Новости доходят и сюда. Я знаю, что люди увидели несколько неприятных явлений и немедленно решили, что наступает конец света. Вы удивительно предсказуемы.

— Двое детей пропали в деревне у восточной стены.

Улыбка Элиара исчезла на несколько секунд, но правитель быстро взял себя в руки.

— И ты решил, что наш артефакт исправит вашу проблему.

— Она касается не только нас.

— Вот здесь наши мнения расходятся.

Рейнар внимательно наблюдал за выражением лица правителя северного народа, стараясь заметить хотя бы одну тень сомнения.

— Печать удерживает Хаос. Если она разрушится, пострадают и ваши земли.

— Возможно. Но в отличие от тебя, не называю верой то, чего не могу доказать.

— Я не фанатик, — резкий ответ рыцаря прозвучал раньше, чем тот успел себя сдержать.

— Ты пересёк Выжженные земли ради древнего камня, отдал кровь последнего потомка драконов неизвестному ритуалу и теперь стоишь передо мной, требуя реликвию моего народа, потому что ведьма сказала, что иначе закончится мир.

Рейнар замолчал. Если смотреть на события последних нескольких дней именно так, положение действительно выглядело хуже.

— Он отдал кровь добровольно.

— Безусловно. Для тебя это меняет всё.

Рейнар сделал шаг вперёд, и стражники одновременно положили руки на оружие. Но Элиар даже не шевельнулся.

— Я приехал сюда не для того, чтобы спорить.

— Сердечник ты не получишь, — последовал категоричный ответ.

Элиар спустился с возвышения. Теперь между ним и рыцарем оставалось несколько шагов.

— Ты находишься в моём дворце, рыцарь. В моём королевстве. Требуешь вещь, которая принадлежала моему народу задолго до того, как первый из твоих королей научился писать собственное имя. И сейчас ты имеешь наглость думать, что моего ответа недостаточно?

— Если из-за этого ответа погибнут люди — да.

— Люди...

Одно слово. Но каким-то образом Рейнар смог уловить в нём то, чего раньше не слышал. То ли эмоцию, то ли намерение. Что-то значительно старше.

Элиар повернулся к женщине у окна:

— Лианна.

Эльфийка подошла ближе и опустила на ближайший стол небольшую шкатулку. Несколько платных движений, и взору Рейнара открылось её содержимое. Внутри лежал кусок дерева. Видение казалось ошибку, плохой шуткой. Рыцарь ожидал увидеть камень, оружие, чашу, что-нибудь хотя бы отдалённо похожее на артефакт. Сердечник Леса оказался небольшим обломком тёмного дерева размером с ладонь. По поверхности шли тонкие золотистые линии.

— Вот то, за чем ты приехал, — сказал Элиар.

Рейнар приблизился, наскреваясь рассмотреть артефакт получше.

— Если вы отказываетесь его отдать, что зачем показываете?

— Я подумал, что может быть ты сможешь понять.

— Что именно?

Стоило правителю бросить многознасительный взгляд на Лианну, женщина без лишних слов протянула руку к артефакту. Её пальцы были тонкими и спокойными. На идеальной светлой коже виделись только светлые рубцы. Один тянулся от основания большого пальца к запястью, второй — пересекал ладонь. Стоило Ей коснуться дерева, как золотые линии на нём вспыхнули, и где-то за окнами раздался треск. Рейнар под влиянием привычки ринулся к окну: засохшее дерево на площади ожило. По серым ветвям стремительно распускались листья. Трещины на коре затягивались, ветви поднимались к небу. Вокруг ствола из камня пробивалась свежая сочная трава. Но всего через несколько секунд свет погас. И один за другим листья начали чернеть и опадать.

Краем глаза Рейнар заметил, как дрожали пальцы Лианна, когда женщина убрала руку с артефакта и спрятала её в складах платья.

Её пальцы дрожали.

— Что это? — спросил Рейнар.

— То, чем мы были, — ответил Элиар, больше он не улыбался. — Печать удерживает Хаос. А рассказали ли тебе, чем её создали?

— Пятью элементами.

— Я спрашиваю не чем, а за чей счёт.

Рейнар покачал головой. Сколько же ещё тяжёлых тайн ему придётся вскрыть за это путешествие?

— Людям понадобилась клетка для Хаоса, — выдохнул Элиар, отворачиваясь от рыцаря. Голос правителя эхом раздевался в просторном зале. — Огромная и достаточно сильная, чтобы пережить века. Но человеческой магии не хватало. Поэтому пришлось использовать другие народы. Драконья кровь дала Печати силу. Наша магия — устойчивость. Ещё три народа отдали своё. Добровольно, если верить вашим хроникам.

Рейнар вспомнил Дарена.

— Не все...

— Конечно, не все.

— Но Печать спасла мир.

Элиар резко повернулся в сторону гостя.

— Чей?

За свою долгу службу короне Рейнар успел побывать в разных передрягах. Но сейчас холод под рёбрами был по-новому неприятным.

— Если Хаос вырвется, он не станет выбирать, — озвучил рыцарь очередной факт.

— Раз ты пришёл сюда, то должен выслушать всё до самого конца, — холодно отозвался Элиар и жестом попросил Лианну подать артефакт.

Когда пальцы правителя уверенно сомкнулись вокруг дерева, Рейнар заметил тонкие старые шрамы на запястье. Один почти белый, другой глубже. Мечь не мог оставить такие следы.

— Каждый ребёнок нашего рода проходит Связывание, — сказал Элиар. — В двенадцать лет. Разрезают обе ладони и соединяют кровь с Сердечником. Пока существует Печать, часть нашей силы уходит в неё. Изо дня в день напротяжении веков.

Рейнар перевёл взгляд на Лианну. Теперь он знал причину появления её шрамов.

— Вы могли отказаться.

Элиар горько усмехнулся.

— Ты действительно веришь, что договор, подписанный мёртвыми людьми сто семьдесят лет назад, является согласием ребёнка, которому сегодня режут руки?

— Посмотри вокруг, — продолжил правитель. — Наши деревья умирают. Из-за того, что магия исчезает, рождается всё меньше детей. Через несколько поколений это место опустеет... — на последней фразе голос эл фа почти дрогнул. — Но Печать стоит.

Рейнар почувствовал, как внутри всё сжалось. Ведьма знала. Он был почти уверен, что женщина отправила его сюда, сказав только название артефакта, по тому же принципу, что и в случае с Дареном.

— Поэтому вы хотите, чтобы Печать разрушилась, — пробормотал Рейнар. И где-то в глубине души шевельнулось предательское понимание.

— Да, — прозвучал быстрый ответ. — И теперь, зная цену, ты всё ещё хочешь забрать Сердечник?

Рейнар ещё раз посмотрел на артефакт. Если он уйдёт без него, четвёртая трещина продолжит расти. Потом появится пятая, а после... Ни один выбор не становился правильнее от того, что он понимал его последствия.

— Да, — сказал Рейнар.

Элиар медленно кивнул. Правитель долго смотрел на гостя, а потом протянул Сердечник Лианне.

— Убери, — после того, как крышка шкатулки закрылась, Элиар не повернулся к рыцарю. — Я его не отдам.

— А я не уйду без него.

Помле этих слов сражники вытащили оружие. Услышав металл, Рейнар не обернулся, но уверенно схватился за меч, готовый к любому повороту событий.

— Я не хочу драться, — заговорил он достаточно громко, чтобы все присутствующие его могли услышать. — Но буду, если придётся.

— Ради людей?

— Ради всех, кто может погибнуть. Включая вас.

Элиар рассмеялся с досадой:

— Ненавижу человеческую добродетель, — с этими словами он поднял руку, останавливая стражников. — Выйдите.

Стражники покинули зал.

Элиар снял застёжку с воротника, потом кольца. Расстегнул манжеты и закатал рукава. Рейнар увидел, что шрамов оказалось больше. Тонкая сеть покрывала обе ладони и запястья.

— Поединок? — спросил рыцарь.

— Ты хотел Сердечник.

— И если выиграю, отдашь?

— Нет, — Элиар поднял с подставки у стены тонкий меч. — Но я хочу понять, насколько далеко ты готов зайти, спасая нас против нашей воли.

Первый удар Рейнар едва успел отбить. Элиар двигался быстро. Никаких широких взмахов или движений ради впечатления. Клинок дважды прошёл рядом с плечом Рейнара, третий удар пришёлся по гарде. Мужчина отступил, но Элиар не был намерен давать противнику время на передышку. Ещё удар, вынудивший Рейнара уйти в сторону. Сталь скользнула по наплечнику.

Несколько секунд зал наполнял только звон металла и тяжёлое дыхание.

Рейнар был сильнее, рыцарь понял это достаточно быстро. Но у Элиара было преимущество в скорости. Злость заставляла его идти вперёд там, где следовало отступить. И Рейнар дождался подходящего момента. Поймав клинок у гарды, рыцарь ударил плечом и выбил оружие. Меч Элиара отлетел к окну. Правитель оказался на полу с приставленным к горлу клинком противника.

— Я заберу Сердечник, — убрал меч Рейнар спустя несколько секунд. — И позже верну.

— Не вернёшь. Если восстановишь Печать, он снова станет её частью.

Рейнар замер. Этого ведьма тоже не сказала.

— Он исчезнет?

— Нет. Будет внутри и продолжит тянуть из нас то, что осталось.

Рейнар посмотрел на Лианну, которая всё еще держала шкатулку.

— Отдай ему, — сказал Элиар.

Женщина побледнела, но подошла к Рейнару. Шкатулка оказалась тяжелее, чем ожидал рыцарь.

— Когда появится пятая трещина, — подал голос правитель, поднимаясь с пола, — вспомни этот разговор. Потому что тогда тебе придётся решить, что именно ты спасаешь. — Элиар поднял свой меч и вытер кровь с губ тыльной стороной ладони. — Пока ты только сохраняешь его таким, каким он был до тебя.

Рейнар вышел из дворца в одиночестве. Никто его не остановил. Сердечник бился о бедро при каждом шаге. Второй артефакт и вторая победа. На этот раз Рейнар даже не пытался убедить себя, что именно так она и должна ощущаться.

Глава 4. Подземное эхо

Шахты гномов встретили Рейнара запахом железа. Рыцарь почувствовал его ещё у входа, когда подошёл к провалу в скале. Ветер гулял по ущелью, унося за собой запах сухой травы и пыли, но из шахты всё равно тянуло сыростью и чем-то старым. От когда-то стоящих здесь ворот остались лишь ржавые огромные петли и вросшая в камень часть нижней створки. Над входом, словно оберегаемая из последних сил чудом, сохранилась надпись. Половина букв осыпалась, но Рейнар всё равно не мог прочитать язык гномов.

В последнюю встречу ведьма сказала, что третий элемент находится под Хребтом Сломанного Молота. На логичный вопрос рыцаря, насколько глубоко, ответила:

— Ниже поверхности.

Рейнар тогда промолчал, и ведьма сочла это за благодарность.

Теперь мужчина стоял перед чёрным проходом и в который раз за последние дни думал, что однажды всё-таки убьёт эту женщину. Не из злости. Исключительно ради собственного душевного спокойствия.

Мужчина достал фонарь, на всякий случай проверил масло и вошёл внутрь. Первые несколько десятков шагов шахта ещё напоминала обычную выработку. Каменные стены были укреплены железными балками. Под ногами лежали остатки рельсов, по которым когда-то ходили вагонетки. На полу попадались сгнившие доски, старые цепи и разбитые инструменты. Но после проход начал уходить вниз, и воздух стал значительно холоднее. Влага, собиравшаяся на стенах, стекала тонкими дорожками, где-то далеко мерно капала вода.

Кап.

Кап.

Кап.

В окружившей его тишине, Рейнар отчетливо слышал собственное дыхание. Звуки шагов, скрип кожи. Опыт десятка лет службы научил рыцаря не бояться темноты. По крайней мере, до сегодняшнего дня Рейнар был в этом уверен. Теперь же темнота имела слишком много... пространства. Свет фонаря выхватывал только ближайшие несколько шагов, а всё остальное оставалось сразу за границей жёлтого круга. Иногда там что-то шуршало и издавало скрежет, будто по камню медленно тащили металл. Один раз Рейнар остановился и простоял почти минуту, вслушиваясь.

Ничего.

Но стоило продолжить путь – и скрежет возвращался откуда-то издалека.

Преодолев новый поворот, рыцарь обнаружил обвал. Никаких гадких слов не хватило бы, чтобы описать внутреннее состояние Рейнара. Основной тоннель был полностью перекрыт. Протиснуться между камнями не получилось бы и у мыши, что уж говорить о взрослом мужчине в обмундировании. Валуны из горной породы лежали до самого потолка, а остальное пространство между ними названивала земля и куски деревянных опор. Справа оставался узкий боковой проход. Выбор был: воспользоваться единственным проходим, который вел в неизвестность или вернуться в замок, потратить день на поиск другого варианта. Подгонять себя мыслью о том, что в печати уже появилась Четвёртая трещина, Рейнар бросил сумку на землю. Нет, выбирать ему не приходилось. Осталось проникнуться боком между стеной и обломком балки, чтобы продолжить путь, вероятно в обход.

Стоило рыцарю начать осуществлять задумку и сомнения вернулись, подгоняемые изменившимися условиями. Потолок оказался значительно ниже, поэтому местами приходилось пригибаться. Влажные каменные стены с отвратительным звуком царапали наплечники. Из-за мелкого щебня на полу сапог соскользнул, и Рейнар ударился плечом о выступ. Резкая боль отдала в шею, заставив мужчину остановиться и непроизвольно вдохнуть смешанный с дымом воздух. Рейнар поднял фонарь выше и наконец заметил на стене свежие чёрные следы, оставившие след на ладони в перчатке и наплечниках. Сажа.

Где-то впереди снова раздался звук. На этот раз это был тихий голос, настолько далёкий, что у рыцаря не получилось разобрать слова. Голос повторился, затем ему ответил другой, третий.

– Кто здесь?

Голоса стихли. Несколько секунд ничего не происходило. Затем справа, за стеной, кто-то негромко рассмеялся. Рейнар почувствовал, как по спине прошёл холод. Мужчина медленно повернул голову.

Все та же стена из камня и ни одного намёка на дополнительный проход. Только вот смех всё повторялся. Всё ближе и ближе.

– Очень смешно, – пробормотал Рейнар и продолжил путь.

Через несколько минут тоннель расширился и вывел его в большой зал. Рыцарь сразу понял – когда-то здесь кипела работа. На стенах сохранились крепления для инструментов, вдоль одной стороны стояли разрушенные верстаки. На полу лежали молоты, клещи, куски металла. В дальнем конце виднелась огромная давно погасшая печь. Сделав несколько шагов, мужчина отчетливо услышал удары.

Тук.

Пауза.

Тук.

Будто где-то за стеной работал молот.

Тук.

Тук.

Тук.

Ровный ритм не казался случайным.

Рейнар подошёл к печи и обнаружил за ней дверь. Низкая, металлическая, почти полностью покрытая ржавчиной, она хранила на себе вырезанные знак пяти переплетенных линий. Именно их ведьма показала ему первым делом, когда рыцарь явился к ней на второй день. Пришлось упереться ногой в стену и дёрнуть сильнее, чтобы сдвинуть дверь с места. Металл застонал и из щели пахнуло сухим горячим воздухом. Рейнар отшатнулся. После двух веков тиши в шахтах… Горячий воздух? Толкнул дверь еще раз, мужчина наконец смог открыть проход и увидел лестницу, ведущую вниз. Где-то на середине спуска голоса начали звучать отчётливо.

– Ещё немного.

– Держи.

– Я держу.

– Не отпускай.

Мужчина остановился. Голоса были совсем рядом. Словно за стенами и одновременно всюду.

– Кто вы?

Тишина.

– Поздно.

Другой голос выругался.

– Пусть идёт, – вздохнула третий.

Лестница закончилась у круглого помещения в наковальней в центре. На ней лежал металлический обруч размером с две ладони. Серый металл был покрыт мелкими символами. Рейнар не сомневался, это был третий артефакт.

Но стоило мужчине подойти ближе к наковальне, как со всех сторон прозвучало суровое предупреждение:

– Не трогай.

Рейнар резко обернулся, но как и раньше никого не увидел.

– Кто это сказал?

– Уже неважно.

– Ему важно, – заметил другой голос

– Пусть тогда сам спрашивает.

Рейнар закрыл глаза. От несоответствующей видимому суеты у мужчины начала болеть голова.

– Я спрашиваю.

Несколько секунд стояла тишина.

– Мастер Бренн, представился хриплый старый голос.

– Где ты?

– В стене, – короткий ответ не сделал ситуацию проще.

– Ты замурован? – рыцарь принялся внимательно осматривать камень.

– Да.

Ответ прозвучал буднично, словно речь шла о неудобном кресле.

– Ты жив?

Пауза.

– Это сложный вопрос…

Слева кто-то кашлянул. Другой голос раздражённо заметил:

– Не начинай со своей философией

– Но он спросил.

– Просто ответь нормально.

Рейнар стоял посреди древнего зала и слушал, как несколько замурованных в стенах гномов спорят о формулировках.

Страх никуда не делся. Теперь он смешался с раздражением.

– Сколько вас?

– Из сорока двух осталось тридцать восемь.

Рыцарь почувствовал, как внутри всё неприятно сжалось.

– Остальные умерли?

– Очень давно

Рейнар посмотрел на обруч, догадываюсь, что каким-то образом гномы видят его.

– Что это?

Голоса стихли на какое-то время.

– Сердцевина Печати, —наконец прозвучал ответ от Бренна.

– Мне нужно забрать.

Весь зал одновременно напрягся.

– Нет.

Мужчина ожидал этого ответа. Хуже обстоятельства уже не станут.

– Печать разрушается, – начал он с уже привычного за последние дни объяснения.

– Мы это чувствуем.

– Тогда понимаете, зачем я здесь.

– Понимаем, но твою позицию принять не можем.

– Почему? – стиснул зубы Рейнар.

Ответил уже другой голос. По ощущениям более молодой, хотя рыцарь понятия не имел, как определил возраст.

– Потому что если ты заберёшь основу, мы проснёмся.

– Вы же сейчас разговариваете со мной, – нахмурился Рейнар.

– Это не тоже самое, что бодрствовать.

Мужчина почувствовал, что начинает ненавидеть всех существ, связанных с созданием Печати. Они одинаково не умели отвечать прямо.

Бренн тяжело вздохнул.

– Когда создавали Печать, основание не держало форму. Металл сопротивлялся, и магия распадалась. Тогда сорок два мастера связали свою волю с сердцевиной.

– Вы замуровали себя заживо?

– Да. Это было необходимо, чтобы Печать простояла ровно столько, сколько была нужна.

– Прошло почти два века.

После этих слов на комнату обратилась настолько глубокая тишина, что Рейнар сразу понял ошибку.

– Сколько? – спросил кто-то.

Рейнар закрыл глаза. Чёрт.

– Сто семьдесят лет.

И через пару мгновений раздался один тихий неровный смех.

— А город?

Рейнар не хотел отвечать. Он вспомнил пустой склон над шахтой, обломки стен и заросший колодец у дороги.

– Его нет.

За стеной кто-то тяжело вдохнул.

– Король?

– А наши семьи?

Но тишина со стороны рыцаря ответила лучше слов. Рейнар почувствовал, как ладонь на рукояти меча стала влажной.

– Мы думали, получится в лучшем случае двадцать… – пробормотал кто-то шепотом.

Мужчина посмотрел на обруч. Получается, если забрать его, связь оборвётся. И после двух веков заточения гномы проснутся в мире, где всё, что они знали, давно исчезло.

– Если оставить основу здесь, – сказал рыцарь, – Печать всё равно разрушится. Нет. Она уже рушится.

– Тогда наша работа закончится.

– Вместе с вами?

– Мы не знаем.

Обуреваемый противоречивыми чувствами, Рейнар резко отвернулся. Почему все древние народы так любят это слово?

Мужчина вернулся к наковальне.

Обруч лежал так близко, что достаточно было протянуть руку, чтобы коснуться его.

– Не бери, – сказал молодой голос.

Рейнар замер.

– Как тебя зовут?

– Торн.

– Сколько тебе было, когда вы вошли сюда.

– Девятнадцать, – отозвался гном после долгой паузы.

Рейнар закрыл глаза. Девятнадцать… Младше большинства его оруженосцев.

– Я всё равно заберу, – едва слышно признался рыцарь.

– Знаю, – прозвучал усталый голос Торна.

Тряхнув головой, чтобы отогнать навязчивые противоречие мысли, Рейнар протянул руку к артефакту, но пальцы зависли над обручем.

«Ты пока только сохраняешь мир таким, каким он был до тебя».

Такой пусть ему уже пришлось преодолеть.. а теперь сорок два гнома. Тридцать восемь…. Замурованные в камне ради стены, которую он пытался удержать любой ценой. Рейнар сжал металл, и шахту сотряс глубокий гул. От сильной дрожи с потолка посыпалась пыль. Рейнар дёрнул обруч. Но тот ни сдвинулся с места.

– Тяни! – крикнул Бренн.

– Вы же сказали не брать!

– Раз начал – заканчивай!

Мужчина упёрся ногой в основание наковальни и дёрнул снова. Металл сорвался, и небольшой свет, что шёл от стен, в миг погас. Рейнару показалось, что из-под ног ушла земля. Тьма, накрывшая зал шахты, словно специально делала голоса гномов громче, живее.

Прошло несколько минут, прежде чем м3жчина пришел в себя. На ощупь он нашёл фонарь, зажег его и замер на месте. Прямо перед его глазами стены раскрывались, подобно активным книгам. В каменной узкой нише, появившейся в стене, лежал иссохший гном с длинной седой бородой. Его глаза были закрыты, а грудь едва заметно поднималась. После появились и другие похожие ниши. Рейнар медленно поднялся на ноги, осматривая гномов.

– Бренн? – позвал он, и ответом стал кашель о куда-то справа.

– Здесь…

Рыцарь подошёл, застав момент, как старый гном открыл мутные красные глаза. Посмотрев пару мгновений на фонарь, Бренн встретился взглядом с рыцарем.

– Сколько времени? – спросил гном, словно желая проверить то, что узнал не так давно.

– Сто семьдесят лет.

Бренн закрыл глаза и тихо заплакал. Слабо. Беззвучно. Просто позволяя слезам скатываться по лицу.

Рейнар отвернулся, не в силах смотреть на то, как гномы один за другим возвращаются в сознание и зовут родных, не верят, что прошло так много времени.

Торна рыцарь нашёл у дальней стены. Он выглядел стариком, но глаза, когда открылись, были слишком молодыми.

– Ты Рейнар?

Мужчина кивнул.

– Забрал… – пробормотал гном, увидев обруч в руке рыцаря. – Значит, всё закончилось?

Рейнар не знал.

– Вы можете выбраться? – поинтересовался мужчина, понимая, что все проснувшиеся гномы глубоко в возрасте.

– Не все, – понимая ситуацию, пожал плечами Торн.

– Я вернусь с людьми..

– У тебя нет времени, – перебил Рейнара гном.

– Я не оставлю вас здесь!

– Рыцарь, – голос Бренна прозвучал с другой стороны зала. – Иди.

Мужчина обернулся.

– Я пришлю людей сегодня

– Если успеешь.

За время путешествия это слово стало по-настоящему ненавистно Рейнару. Но сейчас он был вынужден чем-то жертвовать. Закрепив обруч на поясе, мужчина направился к лестнице, что на полпути остановился.

– Вы меня проклинаете?

В зале стало тихо. Несколько гномов даже обернулись в его сторону.

– Мы сами выбрали эту жертву сто семьдесят лет назад, – усмехнулся Бренн.

Рейнар почувствовал, как внутри что-то тяжело опустилось.

– А если я зря забрал основу?

Вероятно, сейчас это был один из самых сильных страхов. Совершить столько поступков, которые калечат и без того тяжёлую жизнь других людей, но по итогу опоздать… или не справиться в решающий момент.

Бренн бросил усталый взгляд. Вероятно он как никто понимал чувства мужчины перед ним.

– Тогда проклянём.

Уголок рта Рейнара дёрнулся. Пусть на самую малость, но внутри тревожного человеческого сердца стало спокойнее.

Рыцарь выбрался наружу через несколько часов. В лицо ударил холодный утренний воздух. Какое-то время Рейнар стоял у входа в шахту, стараясь надышался почти забытый запахом сухой земли и травы. Три артефакта из пяти. Он должен был чувствовать, что становится ближе к спасению мира… Но почему-то каждый следующий артефакт требовал от него не найти древнюю реликвию, а открыть чужую могилу и забрать то, что всё это время удерживало её закрытой.

Глава 5. Грех человеческий

До столицы Рейнар добрался через два дня. Дольше он позволить себе уже не мог. Пятая трещина могла появиться в любой момент. Три артефакта лежали в его сумке. Камень дыхания оставался тёплым даже ночью. Сердечник Леса иногда тихо стучал внутри шкатулки. А Основа Печати всё еще пахла железом и дымом. Оставался последний элемент. Человеческий.

О нём вчера рассказала ведьма. Рейнар заехал к ней перед столицей. Это стоило лишних трёх часов. Ещё недавно рыцарь счёл бы их потерянными. Но теперь предпочитал проверять каждое её недосказанное слово. Ведьма встретила его возле дома. Волосы были распущены по плечам. А с правой щеки пропала старая царапина. Вероятно, на ведьмах всё заживает быстрее, чем обычно.

— Корона Первого, — сказала женщина, стоило рыцарю подойти. — Последний элемент находится в ней.

— У короля? — Рейнар тоже не стал здороваться.

— Обычно короны именно там, — отмахнулась ведьма и ненадолго задумалась. — Не позволяй королю снять перчатки.

— Почему?

— Тебе не понравится.

— Очень полезное объяснение, — нахмурился мужчина.

— Найдёшь Мавену — поговорим подробнее.

Вот о ней Рейнар почти забыл. Его люди искали ведьму уже неделю. Проверили все четыре северные дороги. Нашли разбитую телегу и двух контрабандистов. Наткнулись на беглого священника. Была и женщина с серыми глазами. Но шрама под ключицей у неё не оказалось. Мавена словно растворилась.

— Ты точно дала правильные приметы?

— Конечно! — оскорбленно выкинула брови ведьма.

— Тогда почему её никто не видел?

— Потому что она не хочет находиться.

В сердцах махнул рукой, Рейнар отвернулся.

Но не успел сделать и шага. Женщина неожиданно схватила его за рукав.

— И ещё одно, — ведьма занялась на секунду. — Не верь тому, что увидишь внизу.

— Что ты имеешь ввиду?

— Узнаешь, — усмехнулась та, отпуская руками мужчины.

Она издевается... решил Рейнар, отметив изменившуюся улыбку женщины. Сегодня её реакция казалась другой. Скорее всего, причина в нем самом. После изматывающего путешествия любой изменит свое мнение.

— Иногда я тебя ненавижу.

— Лишь иногда? — рассмеялась ведьма, махнув на прощание рыцарю. — Найди Мавену!

— Сначала спасу мир! — крикнул рыцарь, забираясь в седло.

— Слишком самоуверенно для тебя.

— Кто-то должен... — едва слышно ответил Рейнар, но уже самому себе.

К вечеру следующего дня появилась столица. Рейнар не бывал здесь почти четыре года. Город сильно изменился. На воротах стало втрое больше стражи. Улицы опустели раньше обычного. Торговые лавки закрывались ещё до заката. Возле хлебной площади стояли вооружённые солдаты. А у дворца тянулась очередь просителей. Никого внутрь не пускали. Но королевский знак рыцаря солдаты узнали сразу.

Первую странность Рейнар заметил во дворе. Десятки повозок с зерном стояли вдоль стен. Рядом лежали ящики с оружием. Под навесами хранились бочки с маслом. Несколько кузнецов работали прямо у стены. Город голодал, а дворец собирал запасы. Рейнар почувствовал знакомую злость. Её простота показалась почти приятной. Наконец-то всё выглядело понятно.

Дарен не хотел быть жертвой. Эльфы желали разрушить свою тюрьму. Гномы потеряли сто семьдесят лет. Там не существовало правильного решения. Но здесь существовало. Король просто оказался мерзавцем. Эта мысль принесла Рейнару облегчение, быстро сменившееся стыдом.

Король Адриан принял его ночью. Тронный зал почти не освещался. Горело всего несколько светильников. Сам король сидел у длинного стола. Перед ним лежали карты и донесения. Короны лежала рядом. Рейнар сразу её узнал. Старое золото потемнело почти до меди. По ободу шли пять уже знакомых рыцарю линий. В центре — чёрный камень. Рейнару показалось, что он почувствовал слабый пульс артефакта.

— Ты всё-таки приехал, — поднял голову король.

— Вы ждали?

— Последние шесть дней.

Адриан выглядел плохо. За четыре года он сильно постарел. Волосы почти полностью поседели. Лицо исхудало и приняло почти серый цвет. Под глазами лежали глубокие тени. На руках были чёрные перчатки.

Рейнар вспомнил ведьму: "Не позволяй королю снять перчатки."

— Мне нужна Корона Первого.

— Нет, — по голосу было понятно, Адриан не удивился.

— Печать разрушается. Появилась четвертая трещина.

— Уже пятая. Сегодня утром.

— Почему мне не сообщили? — Рейнар почувствовал, как по спине прошелся холод.

— Я обязан перед тобой отчитываться?

— Времени мало. Прошу, отдайте корону.

— Нет.

— Ваше величество, — рыцарь сжал челюсть.

— Не начинай.

— В замке две тысячи человек!

— В столице сорок тысяч.

— Тогда вы должны понимать!

— Я понимаю лучше тебя, — холодно отозвался Адриан.

Король поднялся со своего места и пошатнулся. Рейнар машинально двинулся вперёд.

— Не надо, — остановил его же жестом Адриан.

Рейнар посмотрел на запасы за окнами.

— В городе заканчивается еда. А дворец, несмотря на это, собирает зерно.

— Знаю.

— Люди считают вас тираном. Вы намеренно забираете у них последнее?

— Не последнее.

Рыцарь почувствовал, как злость возвращается. За последнюю неделю мир испытывал его на прочность. Даже с людьми, оказывается, трудно найти общий язык. Что уж говорить про другие народы?

— Как слуга Короны, я хотел был получить объяснение.

— Именно поэтому я не мог объяснить раньше.

Рейнар замер. Тяжело вздохнув, король обошёл стол. Его движения были медленными и осторожными.

— Ты хороший рыцарь, Рейнар.

— Сейчас это больше похоже на угрозу.

— Почти, — сухо улыбнулся Адриан и кивнул в сторону двери. — Пойдём.

Они спустились под дворец. Сначала по обычной лестнице, потом через старые подвалы. В конце их ждала запертая железная дверь. Её король открыл сам. Рейнар сразу почувствовал жар. За ней начиналась ещё одна лестница, ведущая вниз. Конечно. Ведьма знала об этом.

С каждой минутой воздух становился тяжелее. Камень под ногами постепенно нагревался. Потом появился запах гари. В памяти Рейнара всплыли воспоминания о гномьих шахтах.

— Что здесь?

--Ответ на все твои обвинения.

Но только лестница закончилась, рыцарь остановился в потрясении. Посередине зала находился Разлом. Чёрная трещина рассекала каменный пол. Из неё поднимался красноватый свет. Иногда из глубины доносился низкий гул. По краям Разлома стояли сотни солдат. Рядом с ними лежало оружие. А у стен хранились ящики и брюки. Зерно. Вода. Стрелы. Масло. Всё, что Рейнар видел наверху.

— Вы готовили оборону... — пробормотал рыцарь. Теперь нашлись ответы на некоторые вопросы.

— Четыре года.

Рейнар посмотрел на короля.

— Как вы узнали?

— Корона предупредила, — расплывчато ответил Адриан. Король даже не посмотрел на Рейнара.

Из глубины Разлома пахнуло жаром. Что-то зашевелилось внизу. Рыцарь не стал всматриваться.

— Печать удерживает главный проход, — заговорил король. — Но мелкие разломы появляются давно.

— Почему никто не знал?

— Чтобы началась паника?

— Люди имеют право знать.

— И что бы они сделали? Уехали? — нахмурился Адриан. — Куда? Начали запасать еду? Какую? Создали армию? На какие деньги?

Было понятно, что король живёт с этим знанием. И живёт достаточно долго, чтобы искать пусть спасения.

— Поэтому вы подняли налоги. Закрыли границы, — Рейнар становился мрачнее с каждым словом. — Казнили бунтовщиков.

Король кивнул. Вот оно. Простого ответа снова не было.

— Вы могли рассказать.

— Тогда пришлось бы доказать. И получить сорок тысяч бегущих людей.

— Не вам решать за них.

— Мне, — прозвучал спокойный ответ. — В этом и заключается власть.

Адриан снова пошатнулся, но Рейнар успел подхватить его. Король выругался.

— Сядьте.

— Отпусти.

— Это было не предложение.

Адриан посмотрел на рыцаря и неожиданно рассмеялся.

— Совсем распустился в дороге.

— Ведьма плохо влияет.

— Какая ведьма? — отметив молчание Рейнара, едва подал плечами. — Потом расскажешь.

Тяжело дыша, кроль сел на каменную ступень.

— Снимите, — внезапно сказал рыцарь, уставившись на перчатки короля.

Адриан замер.

— Перчатки, — пояснил Рейнар, хотя знал, что король его понял. — Хочу кое-что проверить.

Ведьма сказала не позволять. Но это было не предупреждение. Она подталкивала.

— Снимите... Сейчас.

Адриан долго смотрел на Рейнара, словно раздумывая. Но потом все же стянул правую перчатку.

Рыцарь перестал дышать. Кожа была чёрной. Почернение начиналось от пальцев, поднималось выше ладони. Доходило почти до запястья. По коже шли тонкие красные линии. Такие же были на Короне.

— Такова цена за Разлом, — тихо выдохнул Адриан.

Рейнар медленно опустился рядом.

— Как долго вы его удерживаете?

— Четыре года.

— Поэтому вы её используете?

— Поэтому ещё живы, — поправил мужчину Адриан.

Рыцарь почувствовал тошноту.

— Что случится, если я заберу Корону?

— Связь оборвётся.

— А что станет с вами?

Адриан пожал плечами.

— Не знаю...

Казалось, король не смотрел в будущее настолько далеко. И от этого сердце рыцаря разрывалось на куски.

— Все вы говорите одинаково...

Король устало улыбнулся.

— Кто «все»?

Но Рейнар не ответил.

Дарен.

Элиар.

Бренн.

Теперь король, которому рыцарь служил половину жизни.

Каждый из них держал кусок старого мира. И платил за это большую цену. А Рейнар приходил. Просил. Требовал. Забирал.

— Без Короны Печать не восстановить.

Король ничего не сказал. Мужчины понимали, к чему идёт этот разговор. Рейнар смотрел на Разлом. А внутри, уже знакомыми маршрутами, словами мысли.

Если оставить Корону, рухнет Печать. Если забрать — ослабнет Разлом.

Снова выбор. На кону опять чужая жизнь. И руша всё именно его руки.

— Может быть есть другой способ?

— Наверняка, — выдохнул Адриан. Его плечи устало опустились. Создавать видимость сильного правителя король больше не мог.

— Вы его знаете?

— Нет.

— Тогда это бесполезный ответ.

— Согласен, — кивнул король, наблюдая, как Рейнар снова встаёт.

— Я заберу Корону, — сказал тот, но Адриан промолчал. — И всё?

— А чего ты ждал?

— Приказа арестовать меня за измену.

Адриан сделал вид, что задумался.

— Формально подходит, — наконец отозвался он.

— Очень смешно.

— Мне осталось мало развлечений.

Рейнар посмотрел на короля, всё еще снедаемый противоречиями.

— Ваше величество, попробуйте остановить меня.

Король поднял почерневшую руку. Его пальцы дрожали. Сил в них больше не осталось.

— Не могу... — выдавил Адриан, ненавидя себя за беззащитность.

Это было хуже любого приказа. В этот момент Рейнар почувствовал злость. На короля. На ведьму. На Печать. И, в первую очередь, на себя.

Мужчина вернулся наверх. Корона всё ещё лежала на столе. Всю жизнь рыцарю объясняли простые вещи.

Королю служат.

Приказы выполняют.

Чужое не берут.

Клятвы не нарушают.

Добро защищают.

Зло останавливают.

И всё оказалось ложью. Нет... оговоркой. Рейнар усмехнулся про себя. Ведьме понравилось бы.

Стоило рыцарю взять Корону, как камень вспыхнул. Где-то глубоко под дворцом раздался удар. Волна дрожью пронеслась по дворцу, заставив дрожать стены. Всё. Последний артефакт найден. Теперь можно было спасать мир.

Когда Рейнар вышел во двор, ничего не изменилось. Солдаты продолжали таскать ящики. Кузнецы ковали оружие. Люди готовились к битве. Они ещё не знали, что Рейнар сделал.

У ворот рыцаря ждал посыльный. Мальчишка был весь в пыли. Конь под ним тяжело дышал.

— Сэр Рейнар! — позвал он, замахав рукой. — Послание из вашего замка.

Предчувствие ледяной цепью стянуло грудь рыцаря.

— Говори.

Мальчик сглотнул.

— Печать раскололась...

Рейнар смотрел на мальчика, подбирая слова. Нельзя было выдать нарастающую внутри панику.

— Что произошло?

— Пятая трещина раскрылась.

— А дальше?

— Из неё вышло что-то, — мальчишка заметно побледнел.

Рейнар прикрыл ладонью лицо, пытаясь собраться с силами.

Слишком поздно. Пока он неделю собирал артефакты... Платил чужой кровью, свободой и будущим...

— Сколько погибло?

— Пока никто. Нападения не было, — протараторил мальчик и протянул рыцарю письмо.

Рейнар развернул лист. Это был почерк коменданта. Всего три строки. Но рыцарь перечитывал их снова и снова.

Из трещины вышла женщина. Тёмные волосы. Серые глаза. Под правой ключицей — старый шрам. Назвалась Мавеной.

Рейнар медленно сложил письмо. И только сейчас вспомнил слова ведьмы: «Она не хочет находиться».

Теперь было понятно почему.

Глава 6. Путь к Разлому

Первого демона Рейнар увидел ещё до моста.

Тварь сидела прямо на дороге и рвала что-то длинными пальцами. С расстояния мужчина не сразу понял, что именно. Потом заметил сапог. Нога лежала отдельно. Остальное тело валялось ближе к обочине. На синей перевязи сохранился знак его гарнизона. Рейнар не стал рассматривать лицо — времени на мёртвых больше не было. Рыцарь достал меч, пришпорил коня и ударил первым.

Клинок вошёл твари под ключицу. Демон заверещал. Крики напугали коня, от чего Рейнар едва удержался в седле. Демон рухнул под копыта, но тут же попытался подняться. Мужчина ударил снова. На этот раз в шею. Чёрная кровь хлынула на дорогу и задымилась, словно прожигала землю насквозь. Тело демона ещё несколько раз дёрнулось.

До замка оставалось несколько часов. В сумке под плащом лежали артефакты, но пятого по-прежнему не было. Ведьма утверждала, что он найдётся у Печати. Рейнар уже привык ненавидеть подобные уточнения.

За мостом земля начала меняться. Сначала исчез цвет. Трава потускнела. Серыми стали кусты и кора на деревьях. Небо над дорогой потемнело, хотя до вечера оставалось ещё несколько часов. Только далеко впереди, где находился замок, горизонт светился красным.

С каждым шагом, конь нервничал всё больше. Рейнар чувствовал это по поводьям. Животное всё чаще мотало головой, ноздри раздувались. На тёмной шерсти выступил пот.

— Ещё немного.

Конь не поверил и через четверть часа остановился совсем. Рейнар пришпорил животное, но оно и не думало идти вперед. Всё пятилось и пятилось. Хоть у кого-то инстинкты работали исправно.

— Давай, — уговаривал коня Рейнар.

Именно в этот момент впереди появилась мать. Рыцарь сразу понял, что это не она.

Женщина стояла посреди дороги. В том самом сером платье, в котором её хоронили. Распущенные волосы. Светлая кожа. И глаза, которые даже на расстоянии отдавали подозрительной синевой. Рейнар почувствовал, как повод выскальзывает из пальцев.

— Ты опоздал, — улыбнулась та.

Мужчина закрыл глаза, открыл их снова. Но женщина всё ещё стояла там.

— Тебя не стало. Уходи.

Мать шагнула ближе, и синие глаза почернели. Цвет растёкся по белкам.

— Я сказал, уходи, — не в силах смотреть на это, Рейнар отвел взгляд.

— Ты всегда плохо слушал...

— А ты всегда ненавидела сырость.

На мгновение иллюзия остановилась.

— Моя мать боялась могилы, — голос рыцаря стал увереннее.

— Что? — лицо женщины дернулось.

— Поэтому она просила сжечь тело.

Миг... и иллюзия исчезла.

Конь заржал и встал на дыбы. Рванулся в сторону и упал, споткнувшись о чье-то безобразное тело. Поднялся снова.

— Иди! — прикрикнул на него Рейнар, поняв, что животное уже не сможет ему помочь.

Конь не стал ждать и унесся обратно к мосту. Дальше рыцарю предстояло идти пешком.

— Отлично, — выругался он в сердцах, пнув что есть силы придорожный камень.

Слева кто-то рассмеялся. Рейнар резко повернулся. На валуне сидела ведьма. Ее тёмные волосы были заплетены в косу.

— Нет... — мужчина уставился на неё.

— Очень содержательно.

— Ты иллюзия.

— Тогда чего споришь?

— Хочу понять, насколько плохо всё стало.

Ведьма улыбнулась. Сегодня на её щеке снова была царапина. В прошлый раз её не было, а до этого была. Рейнар запомнил. И по какой-то причине вспомнил именно сейчас.

— Ты снова другая.

— Это уже грубо, — нахмурилась женщина.

— Волосы были распущены.

— Я сегодня собрала.

— И коса короче.

Ведьма посмотрела на неё, ухмыльнувшись:

— Растрепалась?

— Это так работает?! — Рейнар почувствовал, как внутри закономерно поднимается раздражение. Так происходило всегда, стоило им заговорить друг с другом. Но злость была лучше страха. Рыцарь внимательно всматривался в женщину напротив. Глаза определённо карие. Потом радужка стала светлее, почти янтарной.

Ведьма всё ещё улыбалась, но глаза выдавали тревогу.

— Ты боишься.

— Конечно.

— Иллюзии бояться не могут.

— Кто сказал? — ведьма спрыгнула с насиженного места и бросила взгляд в сторону. — Советую идти правее. Слева тебя съедят.

— Очень конкретно.

— В прошлый раз ты жаловался на загадки.

Рейнар посмотрел вперёд. Дорога раздваивалась, хотя развилки здесь быть не должно. Рыцарь знал наверняка.

— Какая настоящая?

— Ни одна, — закатила глаза ведьма, после чего кивнула в сторону леса. — Я же сказала — через деревья.

Мужчина медленно повернул голову, но женщина уже шла в нужную сторону.

— Откуда ты знаешь, куда идти?

— Я ведьма, — послышался уверенный ответ.

— Ты иллюзия.

— Частично ты прав, — усмехнулась женщина и заказала быстрее.

Рыцарь выругался, но пошёл следом.

Лес встретил его шёпотом. Треск раздался сразу отовсюду. Рейнар замер. Один удар сердца. Второй. Лес ответил движением. Между стволами мелькнула тень. Ещё одна. Справа. Слева. Впереди. Слишком много.

— Беги! — неожиданно крикнула ведьма. Слишком напуганный голос. Для ведьмы.

Рейнар побежал.

Ветка хлестнула по лицу. Неважно. Корень под сапогом. Прыжок. Земля дрогнула. Сзади тяжёлый удар. Не оборачиваться. Только вперёд.

Рык.

Близко. Слишком близко. Рейнар пригнулся, и когти прошли над головой. Разворот. Меч вверх. Удар. Клинок вошёл в плоть.

Чёрная кровь брызнула в лицо. Выдернуть меч Рейнар не успел. Другая тварь ударила сбоку. Боль вспыхнула под рёбрами. Воздух вышибло. Упасть — лучший выход. Перед глазами потемнело.

Встать... Рейнар упёрся ладонью. Нужно встать!

Над ним раскрылась пасть. Удар снизу, и зубы клацнули в пустоте. Меч вошёл под челюсть. Глубже. Ещё. Демон обмяк. С трудом Рейнар столкнул тело. Встать получилось не сразу. А нужно бежать.

Лес уже не молчал. Он ревел. Трещали ветви. Твари выли наперебой. Земля дрожала под ногами от топота демонов. Со всех сторон мелькали тела. Десятки. Может, больше. Но считать некогда.

Рейнар рванул вперёд.

Справа движение. Удар. Клинок встретил кость. Слева. Мужчина успел уклониться. Когти вспороли плащ. Впереди ещё один, но меч занят. Выбор — плечом в грудь. Тварь пошатнулась. Меч в живот. Провернуть. Выдернуть. Дальше! Рейнар больше не чувствовал усталости. Только боль. Горячую. Чёткую. Она отрезвляла лучше страха.

Шаг.

Вдох.

Удар.

Выдох.

Шаг.

Тварь вылетела из тумана. Рейнар встретил её клинком. Другая прыгнула сверху. Но рыцарь увидел её слишком поздно. Вес ударил в спину, сбивая с ног. Когти скользнули по металлу. Один пробил наплечник. Рейнар вскрикнул.

Тварь рванула снова, с лёгкостью швырнув мужчину в дерево. Ошибка. Его. Рейнар перехватил меч и ударил рукоятью в морду.

Раз. Второй. Тварь дёрнулась. Следующий удар уже клинком в горло. Хруст. Долгожданная тишина. Но всего на один удар сердца. В следующий мир лес взорвался воем.

— Рейнар! — раздался голос ведьмы где-то справа.

Мужчина повернул голову и увидел её между деревьями.

Она указала вперёд.

— Туда! Скорее!

И Рейнар побежал.

За спиной ломались деревья. Всё ближе. Всё быстрее. Словно демоны тоже наращивали темп. Рыцарь слышал дыхание тварей. Чувствовал их вонь. Гниль. Горячая кровь на руках. Собственная? Или чужая?

Ветка. Пригнуться. Перепрыгнуть тело под ногами. Главное — не смотреть. Чья-то рука схватила сапог, и мужчина рухнул. Меч вылетел из рук. Перед Рейнаром был комендант. Бледный. В крови. Половина лица разорвана.

— Помоги.

Рейнар замер.

— Ты умер...

— Помоги мне.

Позади приближался рёв. Рейнар рванул ногу, но комендант держал крепко.

— Ты бросил нас...

— Отпусти.

— Пока собирал безделушки...

— Отпусти!

Пальцы сжались сильнее. Удар кулаком. И

на месте лица коменданта появилась тварь. Когти на сапоге. Пасть у колена. Рейнар выхватил кинжал из-за пояса. Один удар в глаз. Еще. Еще. Демон взвыл и схватил его. Сжал. Рёбра прострелило болью. Рейнар не мог вдохнуть. Перед глазами пошли чёрные пятна.

Нет. Не сейчас. Он нащупал рукоять, провернул. Наконец, тварь дёрнулась. Хватка ослабла. Рейнар вырвался.

Упал, пытаясь вдохнуть. Но не получилось. Сзади снова рёв. На дрожащих ногах поднялся. Как — неважно. Подобрал меч и с разворота снёс голову первому. Второму рассёк грудь. Третий увернулся, полоснув когтями по боку. Рейнар ударил в ответ.

Четвёртый.

Пятый.

Твари уже не прятались. Лезли со всех сторон. Чёрные тела между деревьями. Красные пасти. Белые когти. Глаза, которых не должно быть. Слишком много.

Рейнар отступал...

Шаг.

Удар.

Ещё шаг.

Блок.

Когти по стали.

Искры.

Меч в шею.

Выдернуть.

Повернуться.

Слишком медленно.

Руки дрожали.

В груди горело.

Вдох стал коротким.

Твари окружали.

И тогда он увидел ведьму. Слева стояла одна. Справа — другая. Одинаковые лица.

Разные волосы.

— Назад! — кричала одна.

— Вперёд! — раздавался голос второй.

Рейнар рассмеялся. Хрипло и безумно. Хаос окончательно сведёт его с ума.

Твари бросились всем скопом. Но Рейнар шёл вперёд. Первый удар. Второй. Третий. Больше никаких лиц, голосов мёртвых. Только расстояние. До следующего дерева.

До ещё одного вдоха. До следующего удара.

Меч стал продолжением руки.

Блок. Рубящий. Разворот.

Кровь. Шаг. Вдох.

Удар снизу. В сторону. Дальше.

Лес редел, и в какой-то момент Рейнар увидел свет. Красный. Грязный. На фоне замка. Ещё немного.

Тварь встала поперёк дороги. Рыцарь не замедлился и прыгнул ей навстречу. Удар столкнул их. Клинок вошёл в грудь. Рейнар упал вместе с демоном. Тварь заскребла когтями. Мужчина навалился на меч, вонзая его глубже. Ещё. Пока тело не затихло.

Рейнар выдернул клинок и поднялся. Сделал шаг. Потом второй. Рыцарь бежал, стараясь не оглядываться. На опушку мужчина вывалился почти вслепую. Споткнулся, но устоял.

Обернувшись, он увидел, как твари остановились между деревьями. Десятки чёрных силуэтов. И ни один не вышел следом. Рейнар стоял напротив них с опущенный мечом. Каждый вдох резал грудь.

Теперь лес молчал.

Потом между демонами, словно невидимая для них, появилась ведьма. Тёмные волосы были распущены. Справа от неё мелькнула вторая. С косой. Рейнар моргнул. Осталась одна. Она поднесла указательный палец к губам, а после направила его в сторону замка. Рейнар вытер кровь с лица.

— Да понял уже, — пробубнил он, переводя дыхание.

Ведьма улыбнулась и исчезла, стоило рыцарю отвести взгляд. Рейнар посмотрел на горящую крепость. До Печати оставалось совсем немного. Он перехватил меч и пошёл дальше.

На стенах шёл бой. Часть восточной башни рухнула. Ворота были открыты. Внутри двигались тёмные фигуры. Рейнар достал запасной короткий меч и пошёл вперёд.

Первого демона убил у ворот. Второго — на лестнице. Третий едва не распорол ему живот. Рыцарь успел отступить и ударил в шею. Четвёртый бросился сверху, но его сняла стрела. Рейнар даже не увидел стрелка. Некогда. Печать была впереди.

Он чувствовал. Артефакты тоже.

Нужную женщину Рейнар увидел у Печати.

Ведьма стояла слишком близко к Разлому. Тёмные волосы трепал горячий ветер, хотя во дворе воздух оставался неподвижным. На одежде засохла кровь.

— Мавена.

Она повернулась. Посмотрела сначала на него. Потом на окровавленный бок и обнаженный меч.

— Ты всё-таки дошёл.

Рейнар приблизился.

— Ты украла артефакт.

— Да.

Вероятно, оправдываться она не планировала. Это раздражало еще сильнее.

— Из-за тебя треснула Печать?

Мавена задумалась.

— Первая трещина — точно.

Рейнар почувствовал, как пальцы сжали рукоять.

— Ты сейчас серьёзно?

— Всегда плохо понимаю этот вопрос.

— Люди умирают. Демоны уже проникли в замок, а стоишь здесь?!

Ведьма посмотрела на Разлом.

— Потому и стою.

Рейнар сделал ещё шаг.

— Где артефакт?

Легким движением Мавена достала из-под воротника цепочку. На ладонь лёг небольшой металлический диск. Пять линий сходились к тёмному центру. Артефакты под плащом Рейнара отозвались сразу.

— Сердце Печати, — скучающе прокомментировала ведьма. — Если вставишь его обратно, ничего не исправишь.

— Проверим...

— Уже проверяли, — перебила рыцаря женщина. — Те, кто построил Печать. И поэтому мы оба здесь.

Рыцарь выдохнул через зубы. За прошедшие дни эти игры в древние загадки ему порядком настоиграли.

— Ещё одно слово — и я тебя ударю.

Мавена бросила оценивающий взгляд на его бок.

— Лучше не надо. Упадёшь.

Рейнар почти рассмеялся. Силы были на исходе. А на препирательства не было времени.

— Зачем ты украла Сердце?

— Хотела посмотреть внутрь.

Он несколько секунд молчал. Мавена многозначительно указала на Разлом.

— Ты вытащила часть Печати, чтобы посмотреть внутрь Хаоса? — уставился на женщину Рейнар.

— Одной проще.

Рыцарь на мгновение закрыл глаза.

— Ты сумасшедшая..

— Заказчики сестёр тоже так говорили, — улыбнулась Мавена.

— Каких сестёр?

— Охотниц.

— Ты имеешь ввиду ведьму?

Женщина замерла.

— Какую ведьму?

— Дом у Чёрной низины.

Мавена посмотрела на Рейнара внимательнее.

— Они ещё и ведьму изображали?

Рыцарь почувствовал, как где-то внутри окончательно лопается последняя нить терпения.

Царапина. Разные волосы. Другой голос. Две одинаковые фигуры в лесу.

— Их две?

— Обычно близнецов именно столько.

Рейнар молчал, обескураженный новым открытием.

— Ты правда не понял? —слегка разочарованно нахмурилась Мавена.

— Я был занят концом света.

— Справедливо.

В этот момент Разлом вздрогнул. По камню прошла новая трещина.

— Как его закрыть? — рыцарь резко повернулся к ведьме.

Та промолчала, но протянула ему цепочку.

Наконец.

— Если хочешь закрыть Разлом, придётся войти, — сказала Мавена. — Пятый узел с другой стороны.

Рейнар посмотрел на чёрную поверхность.

Потом на неё.

— И ты решила сказать это только сейчас?

— Ты пришел только сейчас, — пожала плечами ведьма.

Рыцарь медленно убрал последний артефакт к остальным.

— Я начинаю понимать, почему тебя заказали.

— Они не любят любопытных, — отмахнулась Мавена и снова посмотрела в Разлом. — Тебе нужно поторопиться.

Ее голос был спокойным. Нормальные люди, виновные в конце света не говорят таким тоном о проблеме.

— Почему?

Она чуть повернула голову. Серые глаза стали почти белыми от света внутри.

— Потому что он уже смотрит.

Глава 7. Сталь против Бездны

Внутри не оказалось ничего.

Рейнар ожидал тьму, холод, чудовищ или хотя бы землю под ногами. Вместо этого Разлом проглотил его целиком. Исчезли крики за спиной, запах дыма и боль в разбитом боку. Несколько мгновений мужчина не чувствовал собственного тела. Потом стопы ударились о камень, и боль вернулась сразу во все раны. Рейнар едва удержался на ногах.

Перед ним стояла Печать. Огромная конструкция уходила вверх и терялась во мраке. Пять металлических линий сходились в центре, но одна была разорвана. Через неё внутрь проникал красный свет. Пятый узел.

Рейнар вытащил Сердце. Оно отозвалось сразу, нагреваясь. По Печати прошла дрожь.

— Ну наконец-то, — раздалось за спиной.

Рейнар обернулся. В нескольких шагах от него стояла Мавена.

— Какого чёрта ты здесь делаешь?

— Пришла помочь.

Ведьма подошла к Печати, попутно скользя взглядом по линиям, символам и красным прожилкам. Мавена выглядела почти счастливой. Это не могло не тревожить.

— Ты понимаешь, что делать?

— Примерно, — пожала та плечами и указала на пять углублений. — Артефакты сюда.

Рейнар снял сумку.

Первым лёг Камень дыхания. Печать вспыхнула красным, и перед глазами возник образ Дарена. Его рука. Нож. Кровь, пропитывающая ткань.

С добавлением Сердечника Леса, красный цвет сменился зелёным. Рейнар увидел ладони Элиара со старыми шрамами. То были спокойные пальцы человека, который прекрасно понимал цену собственного решения.

Третьей легла Основа, и по Печати прошёл золотой свет. Торн. Его девятнадцать лет, превратившиеся в ожидание почти на два века. От воспоминаний заскрипели зубы.

Стоило Короне занять свое место, свет заменила тьма. На мгновение Рейнар увидел почерневшие пальцы Адриана.

«Я удерживаю».

Сердце Печати тихо лежало в ладони рыцаря. Цепочка словно замерла в ожидании.

— Ставь, — поторопила Мавена.

Артефакт нашел свое место, и мир закричал.

Боль прошла через тело, заставив Рейнара рухнуть на колено. Боль его и одновременно чужая, невыносимо настоящая. Как если бы сразу сотни чужих ощущений молниями сновали в одном теле. Жар. Холод. Голод. Страх. Потом всё резко исчезло. Печать загорелась белым, соединяя все линии в центре.

— Получилось? — выдохнул Рейнар, но ведьма молчала, с воодушевленным взглядом смотря на Печать. — Мавена!

— Нет, — наконец отозвалась та. — Не получилось.

Рейнар почувствовал, как дёрнулся глаз. Да когда уже закончится этот кошмар?!

— Не хватает якоря, — рассуждала вслух ведьма. Её взгляд словно проникал в самую суть Печати. Видел ее насквозь.

— Какого ещё якоря?

— Живого.

Повисшая тишина отдавала холодом. Дурное предчувствие всегда приходит именно так.

— Объясни, — Рейнар медленно поднялся на ноги.

Ведьма коснулась символов на Печати.

— Печать нельзя просто собрать, — было заметно, что Мавена старается подбирать слова. — Поэтому она и не работает.

— Мавена! — предупреждающе позвал рыцарь, теряя остатки терпения.

— Ей нужна воля.

В этот момент Рейнар вспомнил гномов. Сорок два мастера. А король провел у самого Разлома целых четыре года.

Делать поспешные выводы мужчина не хотел, но...

— Чья?

Мавена перевела на него взгляд... Теперь в прямом ответе не было необходимости.

— Нет...

— Я ничего не сказала.

— Ты посмотрела!

— Обычно этого хватает, — вряд ли рядовой человек сможет так легко говорить о предположительной жертве.

Рейнар попробовал уйти в мысли на пару минут, но в голове было пусто. Так должен чувствовать себя человек, самостоятельно подписывая договор на долговременный сон?

— И сколько?

— Не знаю, —- Мавена не улыбнулась. — Может, год. Или даже жизнь.

Вот она. Последняя оговорка.

Рейнар смотрел на собранную Печать и вдруг почувствовал неожиданное спокойствие. Он прошёл половину континента. Собрал то, что веками хранили разные народы. Разбудил мёртвых, лишил короля защиты. Принёс сюда артефакт, из-за которого всё началось. И в конце ему снова предложили человека... Только теперь этим человеком был он.

— Хорошо, — согласие сорвалось с губ рыцаря подозрительно легко.

Мавена резко повернулась.

— Что?

— Начинай, пока не передумал.

— Я не знаю, что произойдёт.

— Ты вообще когда-нибудь знаешь?

Она задумалась.

— Иногда. Но сегодня не тот день!

— Тогда начинай.

Мавена подняла руку, едва слышно произнося какие-то слова. Рыцарь предположил, что это заклинание. Но потерял нить мысли, когда Тьма заговорила с ним.

— Рейнар.

Рыцарь перестал дышать, даже не заметив, что Мавена тоже замерла.

Голос пришёл не со стороны Печати. Тихий. Женский. До боли родной. Он был везде.

— Не надо... — выдавил рыцарь, не совладав с эмоциями.

Мужчина закрыл глаза. Нет. Только не это. Не сейчас, когда от его стойкости осталось только название.

— Ре-ейнар.

Мать произносила его имя именно так. Немного растягивала первый слог, когда волновалась. Он не слышал этого голоса много лет.

— Это не она, — намеренно громко напомнила Мавена, стоя по другую сторону печати.

— Знаю! — голос рыцаря сорвался.

— Посмотри на меня, — попросила мать.

Рейнар не хотел. Знал, что всё это иллюзии. Но что взять с усталого загнанного тревогами сердца? Рыцарь открыл глаза.

Она стояла у Печати. Не в сером погребальном платье. Хаос уже совершал эту ошибку. Теперь на матери было старое синее платье. Домашнее. На левом рукаве осталось маленькое пятно от воска. Волосы небрежно убраны в косу, которая порядком успела растрепаться из-за домашних дел. Несколько прядей выбились у виска.

Такой Рейнар помнил её. Живой.

— Ты устал, — ласково проговорила она, словно поглаживая сына словами по голове.

— Тебя нет!

— А если я смогу исправить это?

Горло сдавил спазм. Глаза защипало. Рейнар смотрел на образ матери и понимал: Бездна училась.

— Я могу вернуть тебя домой.

Перед глазами мужчины возникла кухня. Маленькая и тёплая, прямиком из юности. Отец сидел у стола и чинил ремень. Мать резала хлеб. За окном шёл тихий летний дождь. Рейнару снова было семнадцать.

Тогда он ещё не знал ни о какой Печати. Не убивал демонов. Не давал клятву короне. В то время... еще никто не умер.

— Тебе нужно просто уйти, — продолжала мать.

В этот раз Рейнар почувствовал запах хлеба.

Настоящий. До боли знакомый.

— Ритуал не закончен, — холодное напоминание Мавены сделало свое дело.

Кухня исчезла. Мать осталась.

Её синие до этого глаза начали темнеть.

— Они все использовали тебя, — напомнила мать. — Ведьмы. Король. Эльфы. Даже она!

Мать указала на Мавену, и в этот момент Рейнар поднял взгляд. Цвет глаз матери был неестественным.

Бездна врала.

— Рейнар? — Мавена с тревогой перевела взгляд на рыцаря.

— Она права, — мужчина опустил голову, спрятав лицо в свободной ладони. — Я могу перестать...

— Да, — ободряюще соглашалась иллюзия, протягивая руки к рыцарю.

Рейнар шагнул к ней.

— Могу бросить Печать и уйти домой.

— Ты прав, сынок...

— Вернуть тебя, — продолжал Рейнар, подходя ближе к матери.

Он остановился совсем близко. Иллюзия протянула руку, но Рейнар не подай руку в ответ.

— Только у меня больше нет дома.

— Ре-ейнар, — с лица матери исчезла улыбка.

— Мой дом сейчас горит...

Тьма вокруг дрогнула.

— И там люди, которым я обещал служить.

С каждой фразой рыцаря образ женщины безобразно менялся. Ее пальцы вытянулись, и в какой-то момент стали слишком длинными. Лицо начало расплываться.

— Они забудут тебя, — голос матери переходил в скрип. — Проклянут. А в конце ты умрёшь!

Рейнар улыбнулся.

— Вот это хотя бы честно.

Мужчина шагнул сквозь неё, и иллюзия рассыпалась.

В этот момент печать вспыхнула.

— Стой! — Мавена схватила его за руку. — Кажется я поняла. Поняла, почему нужен живой якорь.

Рейнар посмотрел на ведьму. Сердце мужчины дрогнуло в предательском облегчения.

— Очень вовремя.

— Ритуал неправильный.

Рыцарь замер. Не на эти слова он рассчитывал.

— Ритуал с самого начала был неправильным! — затараторила Мавена, быстро проводя пальцами по символам. — Они не закрывали Разлом. А привязывали его.

Рейнар посмотрел на Печать. Пять линий. Столько же артефактов, которые сходились к центру.

— К чему привязывали?

Мавена подняла голову.

— К людям...

И всё вдруг встало на место.

Гномы.

Король.

Жертвы.

Поколения хранителей.

Каждый раз Печать требовала волю. Жизнь. Кого-то, кто будет держать.

— Поэтому Печать приходилось удерживать. Чтобы соединить стороны. Но не Разлом с нами... — Мавена улыбнулась, словно это открытие стало главным событием в ее жизни. — Оно соединяет элементы между собой.

Рейнар перевел взгляд на печать. Разум бывалого воина быстро сопоставлял факты.

— Можно замкнуть Печать на них?

Бездна взревела, заставив Печать вздрогнуть. Из темноты одна за другой полезли руки. Десятки чёрных, отвратительно скользких рук.

Мавена отшатнулась.

— Что делать? — подстегивал ведьму рыцарь, отбиваясь от тварей тьмы.

— Нужно разорвать центральную связь!

— Как?

Она посмотрела на меч. Рейнар проследил за ее взглядом. Обычная человеческая сталь.

— Серьёзно?

— А у нас есть варианты?

— Да чтоб этих ведьм! — зло закричал Рейнар и ударил мечом в самый центр Печати.

Клинок встретил металл. По рукам прошла волна боли, оставив больной импульс в раненном теле рыцаря. Печать загудела. Рейнар ударил снова. Трещина.

— Не надо! — закричала Бездна голосом матери.

Третий удар. Клинок сломался. Часть оружия со звоном отлетела в сторону. Связь всё ещё держалась.

— Ре-ейнар!

Мужчина посмотрел на обломок. Осталось немного. Рыцарь перехватил клинок обеими руками и ударил, вложив в него оставшиеся силы.

Связь лопнула. Белый ослепляющий свет затопил пространство. Рейнар почувствовал удар в грудь. Услышал, как закричала Мавена, и провалился во тьму.

* * *

Он проснулся от боли. Это было хорошим знаком. Потом услышал голоса.

— Живой?

— Пока.

— Уверена?

— Можешь пнуть.

— Не надо меня пинать, — прохрипел Рейнар.

Повисла неожиданная тишина, и мужчине пришлось открыть глаза. Над ним склонилась ведьма. Рейнар несколько секунд смотрел на знакомое лицо. Потом перевёл взгляд левее. Там стояла вторая.

Та же самая, но уже с распущенными волосами и царапиной на щеке.

— Не-ет, — протянул Рейнар и снова закрыл глаза.

— Что «нет»? — спросила первая.

— Я умер.

— К сожалению, нет.

— Тогда это последствия Разлома.

— Он всегда такой? — хмыкнула вторая.

— Последнюю неделю.

Рейнар открыл глаза, но обе женщины всё еще были на месте.

— Вас действительно две.

— Какой наблюдательный.

— Замолчите.

Сёстры переглянулись. Одинаковые лица, но совершенно разные выражения. Теперь Рейнар не понимал, как вообще мог их путать. Потом вспомнил, что встречал их по очереди.

— Какая из вас была в доме?

— Я, — ответили обе.

Рейнар медленно сел. Бок тут же прострелило болью. Рыцарь неторопливо осмотрелся. Каменная ниша сохранилась. Разлом исчез. Теперь на его месте лежала расколотая чёрная плита. Пять линий на ней светились слабо, но ровно.

— Получилось? — спросил мужчина Мавену, которая все это время сидела рядом с Печатью на корточках, явно изучая.

— Пока что.

Рейнар застонал и посмотрел на сестёр.

— Вы пришли за ней, чтобы убить?

Одна пожала плечами.

— И вернуть Сердце.

— В таком порядке? — Мавена даже не подняла головы.

— Заказчик не уточнял.

Рейнар потёр лицо.

— Ковен?

Сёстры переглянулись и кивнули.

— Они знали, что Мавена украла Сердце, — размышлял вслух рыцарь. — Знали, что Печать начнёт рушиться.

— Предполагали, — отозвалась первая из сестер.

— И вместо того чтобы предупредить Корону…

— Наняли нас.

Рейнар посмотрел на первую. Потом на вторую.

— Почему?

Ответ получил опять одновременно:

— Паника.

— Политика.

— А я? Зачем отправили меня искать её?

На этот раз улыбнулась лишь одна сестра. Вторая. Это была та сама улыбка. Из первой встречи.

— Ты сам пришёл.

Рейнар замер.

— Рыцарь Короны, — продолжила первая.

— С людьми.

— Доступом к архивам.

— Армии.

— Дорогам.

— И очень сильным чувством долга, — Вторая пожала плечами. — Было бы расточительно не воспользоваться.

Рейнар долго молчал. Словно подбирал слова к накопленным злости и раздражению за все время путешествия

— Вы отправили меня через половину континента…

— Ты сам поехал.

— …собирать артефакты…

— Они тебе действительно были нужны.

— …и искать вашу цель.

— И ты нашёл.

Рейнар посмотрел на Мавену. Потом снова на сестёр.

— Я вас всё-таки убью.

— Сначала встань, — засмеялась первая сестра, похлопав мужчину по плечу.

Разумно. Придётся отложить справедливую месть.

— Что теперь с заказом?

Сёстры бросили взгляд на Мавену. Одна охотница вздохнула.

— Сердце возвращать нельзя.

— А тебя велено ликвидировать.

— Очевидно, — спокойно кивнула Мавена.

Вторая сестра сложила руки на груди, тяжело вздохнув:

— Заказ изменился.

— Они такое не любят.

— Переживут.

— А если нет? — с любопытством поинтересовалась Мавена.

Сестры заговорщицки улыбнулись.

— Тогда у нас появится новый заказчик.

Мавена впервые рассмеялась, а Рейнар понял, что не хочет иметь ничего общего с этой компанией.

* * *

Через три дня он вернулся в замок. Точнее, в то, что от него осталось. Восточная башня рухнула, а половина стены и вовсе выгорела. Палатки стояли даже во дворе. Раненых оказалось больше, чем мест в лазарете. Но люди были живы, и этого оказалось достаточно.

Через неделю пришло письмо из столицы. Король Адриан выжил. Почернение на руках остановилось. Первым указом он распорядился открыть дворцовые запасы и потребовал Рейнара ко двору. Письмо рыцарь сжег. Исключительно ради душевного спокойствия.

Через месяц пришли вести от гномов. Из тридцати восьми выжили тридцать четыре. Они поселились возле старых шахт. Бренн, вот у кого было стремление пережить всех, потребовал вернуть им все земли до реки, три кузницы и долг Короны за сто семьдесят лет. Рейнар переслал письмо Адриану. Пусть развлекается.

Дарен прислал бутылку вина и записку из двух слов: «Ещё должен». Рейнар не понял, кто кому, но выяснять не стал. Как, впрочем, и причину молчания со стороны эльфов. Кажется, такое положение дел устраивало всех.

Мавена официально исчезла. Неофициально в разных городах начали появляться странные трактаты о природе Разломов. Автор подписывался одной буквой. «М». Рейнар сделал вид, что не заметил. Ковен тоже молчал.

В один из дней рыцарь вернулся к Печати. Теперь она выглядела иначе. Пять элементов больше не сходились к человеку. Они держали друг друга. По кругу. Без какой-либо жертвы. Впервые за два века никто не стоял с другой стороны стены и не платил собственной жизнью за то, чтобы она продолжала существовать. Мир не стал лучше. Эльфы всё ещё ненавидели Печать. Гномам предстояло узнать новую эпоху. Королю Адриану — объяснить народу четыре года жестокости. Ковену — решить, что делать с Мавеной, которой хорошо бы отказаться от исследований. А двум охотницам — держаться от Рейнара как можно дальше. Но Разлом был закрыт. Люди снова спали. Из колодцев больше никто не плакал. А повар вчера пережил целый ужин и не получил табуретом. Последнее Рейнар считал особенно хорошим знаком.

На обратном пути у ворот замка рыцаря ждал посыльный. В руках мужчина держал письмо.

— От кого? — остановился рядом Рейнар

— Не знаю, сэр.

— Две одинаковые женщины?

Посыльный заметно растерялся. Рейнар вздохнул. Ну конечно.

— Просили передать вам.

Рыцарь взял письмо. Внутри оказалась одна строка.

«Нашлась работа. Нужен рыцарь».

Рейнар долго смотрел на записку. Потом аккуратно сложил и убрал в карман.

— Сэр? — подал голос посыльный, решив, что про него забыли. — Ответ будет?

Рыцарь посмотрел на дорогу за воротами. Там уже никого не было. Он вспомнил ведьму у озера. Другую ведьму в лесу.

Мавену.

Дракона.

Эльфов.

Гномов.

Короля.

Разлом.

Сломанный меч.

Неделю без нормального сна.

И две одинаковые причины большей части своих проблем.

— Нет.