Проклятый остров

Глава 1

День кончился. Закат окрасил небо над морем в багряный цвет. Вода в заливе, чёрная днём, сейчас подсветилась красным и стала похожа на расплавленный металл. В дымке моря виднелся скалистый остров.

Вечерний Сбор Лесных Дварфов начался как всегда с приветствий, рассказов об успехах дня, о найденных сокровищах, о новостях от соседей. Когда все уже поели и выпили горячего эля, начались более спокойные разговоры. Наконец, пришло время историй.

– Почему все другие кланы живут в пещерах скал, и только мы – под землей и в старых деревьях? - спросил кто-то старейшину Ойгеля.

Тот помолчал, почесал под волосами, разгоняя вшей, погладил рыжую бороду, начал неторопливо:

– Жили и мы когда-то в пещерах. Под Белой Скалой на юге. Но однажды один молодой дварф, завидуя успеху и богатствам собратьев, решил пробраться на Проклятый Остров - тот самый, что вы видите на милю от берега. Дварф слышал легенды, будто там лежали несметные сокровища. Тайком многие месяцы он пробивал глубокий тоннель под дном. И, наконец, под ударами его кирки сдалось последние препятствие, и он вдруг обнаружил себя в огромном зале. Лампа выхватывала из темноты то одно, то другое ответвление – все аккуратные круглые тоннели с гладкими стенами. В стенах были сплошь вкрапления камней - рубины, алмазы, изумруды, золотой песок и самородки.

В азарте он принялся добывать сокровища, ломая породу, извлекая камни и золото. Уже доверху были набиты его походные сумки, но он не мог остановиться. Вдруг ему начало казаться, что он не один. Когда он прислушивался, то ничто не нарушало тишины. Но стоило ему снова начать работать, как ощущение опять проявлялось. Чем больше сокровищ он добывал, тем сильнее оно становилось.

Наконец, ему стало не по себе, и он почувствовал, как у него волосинки зашевелились на теле. Тогда он остановился и замер. Тишина. Он не смел обернуться, внезапно охваченный страхом. Он принялся говорить себе, что ему показалось, мысленно успокаивать себя. Ему это почти удалось. Но в свете лампы ему вдруг привиделась ещё чья-то тень, кроме его собственной.

Страшным усилием воли он заставил себя обернуться, но ничего не увидел. Он подхватил лампу и поводил ей из стороны в сторону, раздвигая тьму. Ему показалось, будто какая-то фигура мечется на самой границе света, перемещаясь каждый раз, когда он двигал лампой.

“Кто это?” - воскликнул он невольно, чуть не выронив лампу и хватая за рукоятку кинжал за поясом.

Ответа не было. Он постоял немного, покрывшись холодным потом. Ему снова удалось себя успокоить – он поставил лампу и замахнулся киркой. Тихий звук донёсся до его ушей – смех. Короткий высокий холодный звук. Молодой дварф не знал почему, но он был уверен, что смеются над ним - недобро и безжалостно.

Медленно он опустил кирку. Вторая тень, отбрасываемая на стену, рядом с его собственной была теперь ясно вида. Ужас сковал его тело. Тень становилась больше – она двигалась. Не было никаких сомнений, но он теперь просто не мог найти в себе силы и обернуться на неё. Чем яснее было чужое присутствие, тем сильнее он теперь убеждал себя, что ему всё кажется. Леденящий холод пробежал у него по спине. Колени его задрожали. Из глотки самой собой вырывался звук – жалкое блеяние ли, плач ли.

“Обернись” - услышал он шёпот так близко, будто говорящий стоял у него над ухом.

Он не хотел, попытался закрыть глаза, но, вопреки своей воле, повернулся вокруг своей оси на одеревенелых ногах. Тень метнулась перед ним и словно что-то ударило его в лицо.

Неизвестно, сколько прошло времени. Молодой дварф очнулся на полу тоннеля. Он поднялся, ощупал себя. Ничего.

“Приснилось”, - подумал он. Он поднял лампу, подхватил сумки, инструменты, закрепил их на поясах и двинулся к своему тоннелю.

Когда он присоединился к своим, Вечерний Сбор только начался. И когда пришёл его черед, он хвастливо открыл свои сумки, полные сокровищ, и назвал товарищей неудачниками. Кто-то поздравил его, кто-то обиделся. Он не ответил на вопросы, где именно он добыл всё это добро. В самом разгаре Сбора, когда он потягивал горячий эль и смеялся, молодой дварф вдруг почувствовал присутствие. Дрожь пробежала у него по спине. Он сидел, боясь пошевелиться. Вдруг, в чаше с водой он случайно увидел своё отражение. Да, это был он. Но только там было что-то ещё за спиной его стояло нечто – огромный чёрный рот, пустые глаза, белесое длинное тело. Сколько он ни оборачивался, ни вертелся, ничего не смог увидеть. Сидевшие с ним рядом принялись отпускать шуточки. Он заглянул в чашу – тварь была всё там же – у него за спиной. Чёрный рот её вытянулся, и до ушей молодого дварфа донёсся издевательский безумный смешок.

“Пора, милый”, – услышал дварф.

Его руки вдруг поразил нестерпимый зуд. Из-под кожи запястья проклюнулось, вылезло насекомое. Ещё одно, ещё. Скользкая гадина прыгнула на сидевшего рядом. Руки сами схватили кирку. С непостижимой силой он принялся размахивать ей, носясь по залу и убивая без счёта.

Почти никто не спасся. Те, кто успел убежать, рассказывали потом, что на них неслось огромное нечто с длинным чёрным ртом.