Проклятие волшебника (Wisard’s Bane)

«Штука», которая работает

«Штука» которая работает

С грохотом на поляну ворвались четыре тролля. Они были огромные и дурно пахнущие, обтянутые шкурами, кожей и какими-то тряпками. Один из них размахивал ржавым двуручным мечом в одной руке, а трое других тащили по булаве.

Один из троллей приблизился к Мойре, широко растянув руки в стороны руки и разинув рот. Виз схватил вязанку хвороста, зажжённую им от огня, и бросился с ней в атаку. Тролль не глядя отмахнулся, и волшебник, рассыпая вокруг себя оранжевые искры, кубарём полетел прочь.

Встать он смог только тогда, когда тролль уже схватил Мойру. Недолго думая, Виз потянулся в огонь и схватил горящую головешку. Он указал ею на тролля и закричал: «Биппи, буппи, бу».

Тролль был невозмутим, но внезапно дерево за ним взорвалось ярким пламенем с треском и ревом. Удивленный тролль ослабил свою хватку, и Мойра вывернулась из его рук. «Мойра! Беги!» Виз завопил и поднырнул под руки другого тролля, пытавшегося его схватить. Он обернулся и вновь указал на тролля головешкой. «Биппи, буппи, бу!» - и ещё одно дерево вспыхнуло, а тролль замешкавшись отступил назад.

Кружась по кругу, Виз размахивал головешкой и без остановки кричал «Биппибуппибу, Биппибуппибу, Биппибуппибу». Деревья вокруг поляны превратились в яростно горящие факелы, а растерянные тролли сжались в кольце света и обжигающего тепла.

Глава 1 - Встреча в День летнего солнцестояния

Это было похоже на прекрасное утро, когда Мойра, ведьма-травница, собирала нужные ей растения.

«Пижма, чтобы остановить кровотечение», бормотала она себе под нос, осматривая кусты, растущие на пригорке. Она тщательно выбрала самые большие, самые здоровые стебли и, произнеся соответствующий наговор, срезала их низко, почти у корня, своим серебряным ножом. Она внимательно осматривала каждый стебель, прежде чем положить его в соломенную корзину, стоящую рядом с ней.

Закончив, она убрала прядь медных волос со своих зеленых глаз и осмотрела лес всеми своими чувствами.

День был солнечный, воздух был чист, а леса вокруг нее были спокойными и мирными. Дубы и буки раскинули свои серо-зеленые и зеленовато-золотые листья, через которые проникали лучи солнца и дуновения ветра. В ветвях Дикого Леса пели птицы, и шуршали белки, мчавшиеся по своим беличьим делам. Мойра видела, что их крошечные умы довольны и спокойны, они не чувствовали никакой опасности на опушке Дикого Леса, даже в День летнего солнцестояния.

Мойра знала этот День лучше. В ее деревне поля были пустынны, а животные были заперты в своих амбарах. Жители деревни прятались за железными дверями, обвязанными соломенными веревками и запечатанными сильнейшими наговорами Мойры. Только безрассудный или отчаявшийся человек отправится за границу деревни в День летнего солнцестояния.

Мойра покинула безопасные границы своего дома не просто так, а ради жителей своей деревни. День летнего солнцестояния был полон всевозможной магии, а травы, собранные под светом середины лета, были необычайно насыщенными. Её деревне понадобятся и лечебные зелья и заклинания, которые она сможет сделать из такого мощного сбора.

Большинство ее знакомых травниц сидели в этот День за дверями с засовами, и это совершенно не радовало Мойру. Однако, в отличии от них, Мойра имела обязанность, состоявшую в помощи нуждающимся, и потому она брала свою соломенную корзину, освященный серебряный нож и шла одна к зелёной кромке Дикого леса.

Для того, что бы находиться в самых тихих районах Дикого Леса ей приходилось быть крайне осторожной. Она спланировала свой маршрут заранее, за несколько дней до этого Дня, и теперь осторожно двигалась между заранее примеченными участками трав. Она постоянно прощупывала лес в поисках мельчайшего признака опасности или отголосков магии. Да, чувства долга было достаточно что бы выгнать её в Дикий Лес этим Днём, но ничто не могло способно сделать ее при этом небрежной.

Следующим пунктом ее назначения был заболоченный уголок близлежащего луга, где в колючем изобилии росла розовая мальва. Это было всего в полумиле от ее местоположения, прямо по дороге, рядом с которой которой она находилась, но Мойра выбрала более длинный путь. Между ней и лугом эта дорога пересекала другую, столь же хорошо натоптанную тропинку, а Мойра совершенно не собиралась приближаться к какому бы то ни было перекрестку в День летнего солнцестояния и поэтому шла в обход.

Она была крайне насторожена, и поэтому она была невероятно поражена, когда на нее сверху метнулась тень. Мойра ахнула, и обернувшись оказалась лицом к лицу с высоким стариком в грубой дорожной мантии, опирающимся на резной посох.

«Ах! Рада встрече, Милорд» - она вскочила и тут же опустилась в реверансе. «Я не ожидала вас увидеть».

«Рад встрече, дитя» - ответил мужчина, подмигнув ей водянистыми карими глазами. «Кто бы мог подумать, это же маленькая травница Мойра, не так ли?» Он снова подмигнул ей и уставился на свой орлиный нос. «Будь я проклят!» - он прищелкнул пальцами - «как ты выросла, дитя. Как же ты выросла».

Мойра уважительно кивнула и ничего не сказала. Патриус был Могущественным, возможно, самым сильным из всех Могущественных. Человеку следует проявлять должное уважение независимо от того, какой стиль разговора пожелает выбрать один из Могущественных.

Волшебник вздохнул. «Но тем не менее я рад нашей встрече. Да, очень хорошо, что мы встретились. У меня есть небольшой проект в разработке, и, возможно, ты мне с ним поможешь».

«Конечно, Милорд, сделаю все что могу». Она вздохнула про себя. Никому не рекомендовалось быть вовлеченным в дела Могущественного - это было попросту небезопасно. Посмотрев на Патриуса, она увидела магические завихрения и мерцание вокруг его контура, выглядящие как волны тепла, поднимающиеся из раскаленной железной печи.

«Ну, на самом деле это не такой уж и небольшой проект», - сказал он доверительно. «На самом деле он довольно большой. Да, он довольно большой». Он смотрел на неё с лучезарной улыбкой. «О, но я уверен, что ты справишься. Ты всегда была таким умелым учеником».

На самом деле Мойра была крайне далека от звания полноценного ученика - она едва-едва пережила те несколько месяцев, что она провела в обучении у старого волшебника.

Она знала, что и Патриус прекрасно понимает это. Но если один из Могущественных просит о помощи, он или она не может получить отказ.

«Милорд», - робко предположила Мойра, - «а не мог бы один из ваших учеников…?»

«Что? А? Мои ученики - о нет, нет и нет. Понимаешь, они не знают. Они еще не могут знать. Кроме того...» - добавил он с запозданием - «...они все мужчины».

«Конечно, Милорд», - сказала Мойра, как будто бы ей стразу стало всё понятно. Волшебник выпрямился. «А теперь иди, дитя. Место близко, и у нас не так много времени. Да, ты должна рассказать мне, как у тебя дела. Так много времени прошло с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Ты ни разу не появлялась в Столице, знаешь ли» - добавил он в мягком упреке.

«Для тех из нас, кто не может ходить волшебными тропами это долгое путешествие, Милорд».

«Ах, да, конечно, ты права», - усмехнулся старик. «Но скажи мне, как дела у твоей деревни?»

В душе у Мойры потеплело. Учеба у Патриуса чуть не убила ее несколько раз, но из всех ее учителей он ей понравился больше всего. У него была рассеянная, стариковская манера общения, но никто, кто знал его, не сомневался в его доброте. Патриус явно не забыл рассказы Мойры о её деревне.

Она вспомнила, как сидела в кабинете волшебника во второй половине дня, пила глинтвейн и не говорила ни о чем, глядя как пылинки танцуют в солнечных лучах.

Если Патриус был, возможно, не самым сильным Могущественным, то он был, несомненно, самым добрым, самым отзывчивым и конечно самым человечным из всей этой братии Могущественных магов. Шагая рядом с ним, Мойра чувствовала себя в тепле и безопасности, как будто она была на пикнике с любимым дядюшкой, а не на опушке Дикого Леса в один из самых опасных дней в году.

Патриус вел ее прямо в лес, не обращая внимания на потенциально опасные места вокруг. В конце концов они вышли на заросшую травой поляну, приметную только камнем, располагающимся на одной из ее сторон.

«Ну а теперь, дитя мое» - сказал он, рассевшись на камне положив посох рядом с собой, - «ты, наверное, задаешься вопросом, что я тут делаю, да?»

«Да, Милорд». Мойра застыла на почтительном расстоянии.

«О, иди сюда, моя девочка» - он поманил ее пальцем - «Иди, иди, иди сюда. Успокойся». Мойра улыбнулась и села на траву у его ног, раскинув вокруг себя юбку.

«Так, к делу. Я собираюсь провести Великий Призыв и мне нужна твоя помощь».

Мойра ахнула. Она никогда не видела даже Малого Призыва, материализации человека или объекта из других мест в пределах одного мира. Это была исключительно прерогатива Могущественных и прерогатива настолько опасная, что даже они делали это редко. Ну а Великий Призыв был предназначен для материализации чего-либо вообще из другого Мира и он был намного более рискованным. Из всех Могущественных живых только Патриус, Бал-Симба и, возможно, еще кто-либо участвовали в Великом Призыве.

«Но, Милорд, вам нужно несколько Могущественных для этого!»

Патриус нахмурился. «Ты собираешься учить меня магии, девочка?»

«Нет, Милорд» - Мойра опустила глаза на траву.

Лицо волшебника смягчилось. «Это правда, что Великий Призыв обычно требует объединения нескольких из нас, но на самом деле в этом нет необходимости. Нет, если найти для Призыва правильное тихое место».

Так вот почему Патриус пришел сюда - подумала Мойра. Здесь, вдали от суеты и множества магических отголосков, ему было бы легче подчинить фундаментальные силы Мира своей воле.

«Разве это не опасно, Милорд?"

Патриус вздохнул, внезапно став похож на измученного старика, а не на могучего волшебника.

«Да, Мойра, это так. Но иногда опасная дорога самая безопасная». Он покачал головой. «Это плохие времена, дитя. И ты прекрасно это знаешь».

«Да, Милорд», - сказала Мойра с внезапной болью в голосе.

«Плохие, злые времена», повторил Патриус. «Отчаянные времена. Они призывают к отчаянным мерам.

«Ты знаешь наше бедственное положение, Мойра. Никто не знает лучше, чем ведьмы-травницы и другие менее значимые ордена. Мы, Могущественные, изолированы в наших крепостях и городах, но вам приходится иметь дело с реальным миром каждый день. Дикий Лес наползает все ближе, на юге Тёмная Лига становится все сильнее, все это лишь усиливает хаос в том небольшом острове порядке, который существует в нашем мире».

При упоминании о Тёмной Лиге рука Мойры непроизвольно двинулась в защитном жесте, но Патриус схватил ее за запястье и покачал головой.

«Тише, тише» - предупреждающе прошептал он. «Мы же не собираемся делать ничего, что могло бы привлечь внимание, а?»

«Нам нужна помощь, Мойра», продолжил он. «Люди Севера очень нуждаются в помощи, но в мире нет никого, кто мог бы нам помочь. Поэтому я должен выйти за пределы этого мира, чтобы найти помощь».

Он снова вздохнул. «Это были долгие поиски, дитя мое, долгие и тяжелые. Но я наконец-то нашел кого-то обладающего великой мощью. Того, кто может помочь нам, как против Лиги, так и против остальных проблем этого мира. Время вышло, и я хочу призвать его».

«Но разве этот волшебник другого мира не рассердится на то, что его призвали сюда без спроса?»

«Я не говорил, что он волшебник», - сказал Патриус, слегка покачав головой. «Нет, я точно этого не говорил».

«Кто, кроме волшебника, может заниматься магией?»

«Кто на самом деле?» Патриус повторил - «Кто, кто на самом деле?»

Настала очередь вздохнуть Мойре, по крайней мере, внутренне. Патриус, очевидно, уже рассказал об этом безумном предприятии, ровно столько, сколько он хотел.

«Что от меня требуется, Милорд?» спросила Мойра.

«Всего лишь помощь в прочтении заклинания», - сказал старый волшебник. «Твоя помощь и капля твоей крови».

«Конечно, Милорд». Мойра была рада, что от неё не требовалось ничего более. Часто великие заклинания требовали больших жертв.

«Ну что ж»- сказал Волшебник, вставая и поднимая посох. «Давай-ка начнем. Конечно, тебе придется запомнить свою часть песнопения».

Патриус срезал прямую ветку с ближайшего дерева, очистил ее от листьев и воткнул прямо в центре поляны. Тень от ветки тянулась, примерно, на четыре ладони от основания, незаметно сокращаясь, когда солнце поднималось выше.

«Когда тень исчезнет, настанет время», - сказал он Мойре. «Теперь, вот что ты должна заучить ...»

Слова, которые Мойра должна была произнести, были вроде бы просты, но они вызвали ответную дрожь по ее позвоночнику. Патриус повторял их в несколько приемов, произнося каждый раз только часть слов, и каждый раз новую, чтобы магия не создалась преждевременно. Как обученная ведьма, Мойра легко расставила слова в правильном порядке и зафиксировала их в своем разуме.

Пока травница работала над заклинаниями, Патриус прошелся по поляне, тщательно разметив магическими рунами позиции, где они оба будут стоять.

Мойра прервала работу над запоминанием и подняла глаза на Патриуса. «Милорд» - с сомнением сказала она, - «Вы не забыли пентаграмму?»

«Э? Нет, девочка, я не забыл. Пентаграмма нужна только если мы хотим удержать Призываемого внутри, если он кажется нам опасным».

«А этот не опасен?» Мойра нахмурилась.

Патриус усмехнулся. «Нет, ОН нам не опасен».

Мойра хотела спросить, как кто-то может быть достаточно сильным, чтобы помочь Могущественным, и при этом не быть опасным для своего неожиданного призывателя, но Патриус жестом заставил ее замолчать. Так же жестом он указал ей на её место и, когда тень палки сократилась до нуля, начал свою часть заклинания».

...

«А-а-а-ррр-х-х!» Зарычал Вильям Ирвинг Зумвальт на экран монитора. Не отрывая глаз от куска кода, он схватил банку колы, ненадежно примостившуюся на куче распечаток посреди обёрток от гамбургеров и фантиков, засорявших его стол.

«Нашёл что-нибудь, Виз?» - спросил его сосед по офисной кабинке, отрываясь от своего терминала.

«Нашёл всего лишь ту самую ошибку, которая испортила весь модуль сортировки».

Вильям Ирвинг Зумвальт, для всех просто «Виз», откинулся назад и сделал здоровый глоток колы. Сидеть часами было довольно изматывающие, но он этого даже не замечал. «Вот оно. Взгляни на это».

Джерри Эндрюс переместил свою китообразную тушу и повернулся на стуле, чтобы заглянуть через плечо Виза. «Ну? Что там?»

Виз провел длинной тонкой рукой по шапке темных волос. «Разве ты не видишь? Этот слабоумный мешок с блевотиной использует оператор sizeof, чтобы получить размер массива».

«А как ещё по-твоему получить размер?»

«Верно. Но Cи не имеет специального идентификатора для определения данных типа «массив». Когда ты обращаешься к массиву, ты фактически задаешь указателю место его размещения. Это прекрасно работает в рамках одной, но когда ты используешь оператор sizeof из подпрограммы, что возвращается?

Джерри хлопнул мясистой руку по лбу. «Размер самого указателя а не массива! Конечно».

«Именно!» - самодовольно усмехнулся Виз. «Неважно, насколько велик массив, чертов код всегда возвращает значение два».

«Боже!» - Джерри покачал головой и подвинул стул обратно к столу. «Сколько же времени потребуется, чтобы это починить?»

Виз осушил свой напиток, прежде чем ответить. «Думаю, пару часов. Мне нужно будет провести кучу тестов, чтобы убедиться, что ничего не сломалось». Он встал и потянулся. «Но сначала я собираюсь купить еще одну колу, если чертова машина снова не пуста. Тебе взять?»

«Неее», протянул Джерри, быстро печатая и не поднимая глаз. «Я, пожалуй, вообще свалю через пару минут».

«Ну Ок», - сказал Виз и вышел из кабинета.

За исключением щелчков клавиатуры Джерри и шипения центрального кондиционера в коридоре было тихо. Виз посмотрел на часы и понял, что уже около пяти утра. На самом деле это не имело для него большое значение - в ZetaSoft программисты сами определяли свой распорядок, и это было одной из причин, по которой Вильям Зумвальт все еще работал в этой компании.

Автомат с напитками стоял рядом с боковой дверью, и Виз решил выйти, чтобы вдохнуть глоток рассвета. Он любил это время дня, когда все было прохладно и тихо, и даже воздух был каким-то тихим и малоподвижным. «5 утра прекрасно, но только если в этот момент мне не приходится вставать» подумал он, толкая дверь.

...

Магические силовые линии собрались и закрутились вокруг старого волшебника. Они скручивались и переплетались, цепляя саму ткань Мироздания и придавая ей новую форму. Далеко на юге, за Пресным Морем, на дне огромной медной чаши с мутной водой появилась искорка света.

«Вижу!» - провозгласил наблюдатель, худощавый мужчина с бритым черепом, одетый в коричневую мантии.

«Что ещё там?» - небрежно спросил Ксинд, мастер Моря Видений. Он тяжело спустился со своего помоста и пройдя по освещенной факелами комнате, высеченной из черного базальта, заглянул через плечо аколита.

Глядя в мутную воду, его глаза скользили по глубоко вырезанным на дне чаши линиям, повторявшим очертания всего Мира. На дне действительно была искра. Магия, магия была там, где ее не должно и не могло было быть. Вокруг края чаши нервно переступали с ноги на ногу остальные три аколита, не сводивших глаз с собственных секторов.

«Я не знаю что это, Мастер, но оно сильное и становится все сильнее. Это похоже на высшее заклинание».

Ксинд, являющийся по меркам Тёмной лиги колдуном Третьего Круга, провел толстой рукой по воде, как будто вытирая небрежный мазок краски. «Хм, да. Подожди, что-то есть… Ради всего святого! Это же великий волшебник абсолютно без защиты, и как на зло там нет никого из наших подопечных». Его голова поднялась. «Пусть слово летит быстро!» Ученик в серых одеждах, присевший у подножия помоста, вскочил и побежал исполнять его приказ.

Ксинд снова посмотрел в Море Видений, и его круглое, жирное лицо сморщилось в особенно непривлекательной улыбке.

«Дурак», пробормотал он искре на дне чаши.

...

Дымка на поляне меняла свой цвет от прозрачно-серого в мутно-белый а через него в насыщенно-розовый. Она сжималась и уплотнялась, пока не приняла форму темно-красной двери с серебряной ручкой, плывущей на небольшой высоте над опушкой. Трава отклонялась от двери во всех направлениях, как будто будучи придавленной невидимым шаром. Мойра сконцентрировалась на чтении заклинания и выталкивала из себя слова со всей возможной магической насыщенностью, на которую она была способна.

В открывшуюся дверь, как в замедленном режиме, вошёл человек. Он вышел из двери, споткнувшись, как будто бы ожидая наступить на твёрдую поверхность, и медленно начал заваливаться вперёд, когда его нога нашла лишь воздух над поляной. Его глаза расширились, а рот образовал беззвучное и удивленное «О». Затем все задвигалось с нормальной скоростью, и мужчина свалился на вытянутые перед собой руки.

Виз сделал шаг вперед и внезапно стал проваливаться вниз почти на метр. Он успел лишь выставить руки вперёд что бы немного смягчить падение и в итоге рухнул носом в зеленую траву, удивленный и болезненно дезориентированный. Свет светил по-другому и с неожиданного угла, сильное головокружение не давало поднять голову. Он плотно зажмурился и сосредоточился на том, чтобы удержать желудок на своем месте. Трава лезла в нос, и маленькими лезвиями тыкала в его в плотно закрытые глаза.

Патриус махнул рукой на мужчину и вернулся к завершению заклинания. Мойра, поглощенная своим пением, едва заметила как маленькая тёмная капля жидкой мухой вылетела с кончиков пальцев волшебника и ударила новоприбывшего в голову. Она разбрызгалась и исчезла в коже, в волосах и плоти, не оставив после себя никаких следов.

...

В монументальной сводчатой часовне Темной Лиги четыре волшебника в черных одеждах сгрудились вокруг светящегося кристалла. Они бормотали и двигались, как стая кружащих ворон, без остановки вглядываясь в глубины камня. Вокруг них скручивались и собирались магические силы.

...

Атака пришла магической волной энергии, темной и кислой. Мойра закричала от ужаса и замахала руками в попытках закрыться, но ее безжалостно отбросило в сторону, когда выстрел врезался в поляну и ударил Патриуса в полную силу.

Потрескивающий синий ореол вспыхнул вокруг старого волшебника. Патриус поднял руки над головой, словно отгораживаясь от чего-то, но его одежда и борода внезапно вспыхнули. В одно мгновение он превратился в пылающее чучело, скалящееся и визжащее в смертельной агонии. Он упал, и его крики превратились в пульсирующее бульканье. Его плоть почернела и обуглилась практически мгновенно.

Наконец, на поляне не осталось ничего, кроме пепельной шелухи, напоминающей очертания человека, сжавшегося в позе эмбриона. Пламя было настолько сильным, что в воздухе не осталось даже запаха горения.

Мойра сжималась, рыдая на земле, ей казалось что пылающая картина продолжает гореть в ее глазах даже сквозь веки. Виз же в момент удара окончательно рухнул лизом в землю.

«Все, давай», сказал себе Виз. «Время вставать. На счёт три. Раз, два ..» Он понял, что не способен этого сделать, и решил для начала перевернуться на спину.

«Милорд?» - тихо спросил чей-то голос рядом.

Виз открыл глаза. Над ним стояла самая прекрасная девушка, которую он когда-либо видел. Ее волосы до пояса имели цвет полированной меди.На её бледно-кремовой коже проступали очаровательные веснушки. Ее глаза были пронзительного темно-зеленого цвета. Она была одета в длинную юбку зелёного цвета из какого-то грубого материала и белую крестьянскую блузку с круглым вырезом. Виз смотрел на неё и не мог отвести глаз.

«Вам больно, Милорд?» - видение заговорило звонким музыкальным голосом. Когда же она наклонилась, чтобы помочь Визу, он почувствовал что его сознание готово расщепиться на атомы.

«Н-н-н-нет», - в ответ начал заикаться Вильям, испытывая одновременно головокружение от перемещения и восхищение от её красоты. Он посмотрел ей в лицо и тихо прошептал: «Как же ты прекрасна».

Мойра увидела выражение его осоловевших глаз и выругалась. «Чтоб тебя! Заклинание увлечения!» Патриус связал с ней этого неизвестного волшебника заклинанием увлечения. Она осторожно помогла волшебнику из другого мира подняться на ноги и тут же подумала, не стоит ли ей сделать реверанс.

«Как вас зовут, Милорд?» - уважительно спросила Мойра.

«Ах, я Виз. Я Виз Зумвальт, то есть. А ты кто?»

«Меня зовут Мойра, Милорд, я травница этого Мира». Она проигнорировала странность его вопроса. Ведьма покраснела под его пристальным взглядом и задумалась, что ей делать дальше. Она уже послала срочный вызов одному из Могущественных, чтобы тот почтил их своим присутствием, но движение даже по Путям Волшебников не происходит мгновенно. К тому же, волшебники не любили, когда их беспокоили просто так.

«Милорд, вы Могущественный в своем мире?» - попыталась она начать волнующий её разговор.

«Чего-чего?»

«Простите меня, Милорд. Могущественные - это волшебники первого ранга на нашей земле».

«Волшебники?». Мозг Виза не особо работал после перехода, и плюс к этому он никогда не умел болтать с красивыми женщинами.

«Маги. Колдуны», - немного отчаянно сказала Мойра. Взгляд Виза выглядел пустым, и в её голове возникла ужасная мысль. «Простите меня, Милорд, но вы же волшебник?»

«Да нет, я не волшебник», - сказал Виз оцепенело, качая головой в попытке прояснить сознание.

Мойра почувствовала себя плохо. Этот человек говорил правду! В нем не было никаких признаков или следов магии, кроме его странной одежды, позволявшей отличить его от любого другого смертного. Она отвернулась от него, и слезы навернулись ей на глаза.

«Эй, что не так?» Виз положил руку ей на плечо.

«Всё, всё не так!» - рыдала Мойра. «Ты не волшебник, а Патриус мертв».

«Патриус…?» Внезапно Виз замолчал. « Боже мой! » - он впервые увидел обгоревший труп на краю поляны.

«Прости» - сказал он. «Могу я что-либо сделать?»

«Да», - яростно сказала Мойра. «Ты можешь помочь мне его похоронить».

...

«Если ты ценишь свою жизнь», прошипела черная мантия, «держи свой рот на замке а глаза на полу. У Тот-Сет-Ра нет терпения для непочтительных наглецов». Ксинд вёл аколита по коридору. Их сандали шаркали по грубому каменному полу, который тускло освещался глубоко посаженными факелами, закреплёнными в стене железными скобами.

Охранники у двери были хобгоблинами, существами, ростом несколько выше человека, но при этом почти вдвое более широкими и громоздкими. Их зашнурованные доспехи мерцали черным цветом в отблеске факелов, а заточенные края алебард хищно блестели. При приближении волшебников они обратили на них своё внимание.

«Двое, с новостями для Повелителя ужаса», - сказал Ксинд с показательно большей уверенностью, нежели он чувствовал. «Мы ожидали» - кивнули хобгоблины. Один потянулся, и распахнул огромную дубовую дверь.

И волшебник, и его помощник тут же упали, простершись прямо на пороге.

«Встань» прохрипел голос изнутри комнаты. «Встань и говори».

В комнате было темно, но вокруг стоящего в центре кресла с высокой спинкой играл зловещий зеленый свет, в котором угадывалась сгорбившаяся фигура.

Дрожа, пара поднялась и направилась к свету.

Человек в кресле был худым и ссохшимся, больше похожим на мумию, чем на живого человека. Но его глаза ярко горели красным светом в черных выемках его безволосого черепа, а его легкие и грациозные движения напоминали змею, готовящуюся к смертельному удару. Свечение, казалось, исходило изнутри его тела, преломляясь на гранях кресла и чаше с аметистом в его руке. Отраженное зеленоватое свечение придавало лицу Ксинда еще более нездоровый цвет, нежели обычно.

«Повелитель Ужаса, мы убили волшебника, одного из Могущественных Севера».

«Да» - прошипел Тот-Сет-Ра. «Это был Патриус. Пусть его душа гниет вечно. И ты уничтожил его. Неплохо».

Новичок вздрогнул и открыл было рот, чтобы спросить, откуда Повелитель знает про волшебника, но Ксинд тут же наступил ему на ногу в знак предупреждения.

«Он совершал Великий Призыв, Повелитель Ужаса», - сказал Ксинд, почтительно склонив голову.

«В самом деле?» прохрипел Тот-Сет-Ра. «О, да неужели?» Его рептильный взгляд скользнул по подчиненным и остановился на резном кубке. «И что было призвано?»

Ксинд облизнул губы. «Мы не знаем, Милорд. Расстояние было слишком велико и…»

«Вы не знаете?» Голос Тот-Сет-Ра стал резче. «Вы беспокоите меня с новостями, которые я уже знаю, и не можете сказать мне ничего сверху того, что я и так могу чувствовать без посторонней помощи?» Его взгляд, острый, злой и безжалостный пронзил чёрную мантию. «Так зачем нужен ты? Скажи мне, почему я не должен прикончишь тебя прямо сейчас!?»

«Потому что вы потеряете наши услуги», - внезапно встрял помощник. Ксинд побледнел и задрожал от смелости молодого человека, а Тот-Сет-Ра перевел на него свой взгляд василиска. Аколит почтительно опустил глаза, но в его позе не было ни малейшего намека на трепет.

«Слуги, такие как ты, мне не нужны», огрызнулся волшебник. «Некомпетентные! Растяпы! Слепые дураки!» Не отводя глаз, он метнул в их сторону чашу с аметистом. Она пролетела между пришедшими и разбилась об пол на бесценные осколки. Оба мужчины вздрогнули.

«Ну хорошо», - наконец сказал Повелитель Ужаса. «Докажи свою ценность. Узнай, ради чего умер Патриус. Если ты сделаешь это быстро и если это действительно важно, я сохраню твою жизнь. Если нет, у меня есть другие варианты как вас использовать».

После их ухода волшебник сидел и размышлял несколько минут. Затем он запечатал дверь магическим жестом, окутав проем стеной голубого пламени. После этого он подошел к шкафу из почерневшего от старости дуба, открыл его последовательностью странных жестов и вытащил искусно выгравированную шкатулку размером с человеческую голову.

Аккуратно держа её в руках, он вернулся к столу. Осторожно поставив шкатулку центр пентаграммы, размещенной на плато из чёрного оникса, инкрустированного серебром, он отступил назад и сделал магический жест. Крышка открылась, и в клубе дыма появился маленький красный демон. Демон тут же кинулся к прочь только для того, чтобы быть остановленным пентаграммой. Он упал на колени и прижал свои когтистые, деформированные руки к невидимым стенам в поисках несуществующего выхода.

«Бесполезно», прохрипел Тот-Сет-Ра. «Теперь, благодаря заклинаниям, что вас призвали и заклинаниям, что вас связали, у меня будет слово власти».

«Чую боль и страдания», пискнул демон. «Чую смертные страдания и несчастья, а также скуку и тоску не-смертного».

«По делу!» огрызнулся волшебник, и демон отступил, съёжившись как от удара плетью.

«Что вы желаете, Повелитель Ужаса? Что вы желаете от меня?»

«Волшебник Патриус».

«Мёртв, Повелитель. Он был сражён вашими слугами, будучи незащищенным в тот момент, когда он стремился соткать мощное заклинание. Был могучим из Могущественных, а остался лежать так низко».

«Заклинание?»

«Великий Призыв, Мастер. Великий Призыв».

«Помощники?»

«Нет, Мастер. Никого кроме ведьмы-травницы»

Тот-Сет-Ра нахмурился.

«Призванный?»

«Человек, Мастер, всего лишь человек».

«Волшебник? Он волшебник?»

«Я не вижу никакой магии, Мастер. За исключением ведьмы и Бал-Симбы, который явится уже после сожжения Патриуса».

«И какова его суть? Что в нем особенного, что заставило Патриуса призвать его?»

«Я не знаю, Мастер. Я не вижу ответа».

«Тогда смотри вперед», - приказал Тот-Сет-Ра. «Смотри в будущее».

«А-а-и-и-и-й» завизжал демон. «Аиии, смерть для всех нас! Боль и огонь, падение башен. Магия самого странного вида исчезла на земле! Чума, оспа, проклятие на всех волшебников!» Он пронесся по пентаграмме, как будто стол стал раскаленным.

«Да как это!?» - огрызнулся волшебник. «Так он волшебник или нет?»

«Не волшебник, нет. Магия без магии. Магия странная, простая и сложная. Чума! Чума и проклятие! Проклятие волшебника! Повелитель хороший! А-а-и-и! Отпусти, Повелитель!»

Тот-Сет-Ра нахмурился. Демон был действительно напуган! По своему опыту он знал, что для того, чтобы напугать демона, потребовалось бы очень много усилий, а этот демон был настолько напуган, что стал почти полностью невменяемым.

«Изыди», сказал он и сделал жест изгнания. Демон исчез в облаке дыма, и крышка шкатулки опустилась назад.

Тот-Сет-Ра долго хмуро смотрел на резную шкатулку, в то время как синиц свет, светивший от дверного проёма играл на коже его лица, отражаясь во впалых ямах его глаз. Чума для всех волшебников. Что бы это могло быть? И зачем Патриусу - пусть его душа сгниет! - рисковать своей жизнью, чтобы призвать такого человека? Северяне полностью полагались на магию, они жили ею, так же как и Лига. Магия была жизненно важна для них, как воздух. Более важно чем воздух, поправил он себя - существовали заклинания, которые позволяли человеку жить без воздуха.

Мог ли демон ошибаться? Тот-Сет-Ра склонил голову набок, обдумывая эту идею. Не было ничего неожиданного в том, что демоны тоже могли ошибаться. В конце концов, они были не совершеннее тех заклинаний, которые их создали. Но с другой стороны, этот демон-прорицатель никогда не подводил его. Не настолько.

Может ли это быть уловкой северян? И без того хмурый вид еще больше насупился. Волшебник протянул руку в сторону, вытянув пальцы, и аметистовый кубок, похожий на тот, что лежал осколками на полу, наполненный вином из невидимого кувшина, полетел в его когтистую кисть. Да, возможно, это была всего лишь инсценировка северян для обмана Лиги или они добились этого исказив взор демона и Моря Видений.

Тот-Сет-Ра сделал глоток вина, искусно созданного магией, и покачал головой. Стоило ли возможное сиюминутное преимущество, которое мог бы получить Север, смерти их самого могущественного волшебника?

Если, конечно, Патриус мертв… Слишком много возможностей! Ему нужно было больше информации и быстро. Он указал на дверь, и завеса огня голубого исчезла так же внезапно, как и возникла. Он ударил в крошечный гонг, и тут же в дверном проеме оказался один из его хобгоблинов-стражников.

«Атроса мне» - скомандовал он. «Мигом!» Стражник поклонился и исчез одним слитным движением, а Тот-Сет-Ра нахмурился, уперевшись взглядом в дно своего бокала. Он получит ответ, даже если для этого потребуется каждый волшебник, каждое заклинание и каждое существо в его распоряжении. У него будет ответ, и будет быстро!

...

Они возвели курган над остатками Патриуса. Мойра заставила Виза искать и приносить камни, в то время как она использовала свой серебряный нож, чтобы нарезать куски зеленого дерна. Такая профанация делала нож бесполезным для магического использования, но в этот момент ей было все равно. Она размещала дерн вокруг пепельных струпьев, которые были некогда величайшим и лучшим из волшебников. Время от времени она останавливалась, чтобы вытереть слезы рукавом блузки, не обращая внимания на грязь, которая оставалась на ее щеках. Не было подходящего савана, поэтому Мойра накрыла место, где было лицо Патриуса фартуком, и пробормотала прощание, прежде чем осторожно накрыть его ярко-зеленым дерном. Крошечные цветы, проклёвывающиеся в кусках дёрна, выглядели уместным траурным букетом.

Наконец они с Визом сложили камни на поверх кусков тёрна. Они воткнули обугленный обрубок старого волшебного посоха прямо на вершину пирамиды из камней.

...

«Повелитель Ужаса?» Атрос, похожий на медведя, появился в проёме двери, полностью его заблокировав своей тушей. В то время как величайший волшебник Лиги носил украшенную мантию, его подчиненный таскал черную медвежью шкуру, опоясанную широким кожаным ремнем с шипами и украшенную замысловатой брошью,усеянной драгоценностями. Голова Тот-Сет-Ра была гладно выбрита, а Атрос носил густые темные волосы до плеч, удерживаемые на месте золотым стягом. Более того, Атрос был почти таким же большим, как хобгоблины, а Тот-Сет-Ра смотрелся рядом с ним совсем крошечным.

Однако, не смотря ни на такой контраст, ни на монументальность облика Атроса, ни у кого не возникало вопроса о том, кому действительно принадлежит власть.

«Патриус мертв», - сказал Тот-Сет-Ра своему лейтенанту без преамбулы. Атрос ничего не ответил - его шпионы уже сообщили ему об этом, и он знал, что Тот-Сет-Ра знал это.

«Он попытался совершить Великий Призыв, или, как мне сказали, он привел кого-то из-за пределов Мира. Человека».

Атрос бесстрастно ждал.

«Я хочу этого человека, Атрос. Мне он сильно нужен. Позаботьтесь об этом».

«Это потребует ресурсов ...» -пророкотал медведь и затих.

«Они у тебя есть, так используй их. Просейте Север. Если нужно, обыщите столицу, но доставьте мне этого человека!»

Атрос поклонился: «Твоя воля, Повелитель Ужаса» и ушел, оставив Тот-Сет-Ра размышлять.

В коридоре настала очередь хмуриться Атросу. Старый ворон действительно доставил ему немало проблем! По словам его шпионов, Море Предвидения не смогло обнаружить никаких следов этого человека. Тот прорицательный демон, которым так гордился Тот-Сет-Ра, должно быть потерпел неудачу, иначе Атросу не дали бы эту миссию и таких полномочий. Кем бы ни был этот человек из-вне-Мира, он должен обладать очень мощным маскирующим заклинанием, чтобы так эффективно скрывать свою магию.

Что ж, магия была не единственным способом найти нужного человека. «Вот она, ошибка старого ворона» - подумал Атрос. «Если он не смог сделать что-то с помощью магии, он сразу же решил, что это невозможно. Но Атрос знал и другие способы, немагического толка. В Диком Лесу обитали разные существа, многих из которых можно было подкупить, обмануть, или иначе привлечь себе на помощь. В землях людей были шпионы, причем как среди людей так и среди нелюдей. А ещё была огромная и могущественная магия Ночного Города. Все это давало большие и очень большие возможности, что бы отыскать одного единственного человека».

«Сила оправдывает всё», думал он про себя, идя по сырому коридору с неровными плитами. Вся эта сила, дана ему только до того момента, пока он не найдет этого человека. О, он его конечно же найдет, несомненно. Это будет самым простым из всего того что можно было бы сделать с помощью только что данной ему силы. Возможно, он даже придумает неплохой сюрприз для этого худого подобия колдуна, оставшегося в комнате дальше по коридору.

Атрос был умен, но его хитрость была такой же, как у медведя, имя которого он себя взял. Ему никогда не приходило в голову, что Тот-Сет-Ра мог бы предусмотреть и такое развитие событий.

...

Мойра плакала, стоя на коленях над могилой Патриуса. Виз стоял рядом, чувствуя себя неуклюжим и неловким. Ведьма казалась такой прекрасной, что ему захотелось обнять ее и утешить. Но когда он положил руку ей на плечо, она отпрянула. Виз чувствовал себя дураком, наблюдая, как она плачет, и в итоге он от безысходности побрел к краю поляны.

«Не входи в лес» - резко сказала Мойра сквозь слезы. «Это небезопасно» - пробурчала она.

«Ты имеешь в виду львов, тигров или медведей?»

«И еще кое-что» - мрачно добавила Мойра.

«Ты имеешь в виду... УЛЬП!»

Огромный чернокожий человек вышел на поляну прямо перед Визом. На плечах у него была леопардовая шкура, а на под огромным животом кожаная юбка. На шее у него висело костяное ожерелье с орлиным черепом вместо кулона. В правой руке он держал искусно вырезанный посох, почти настолько же высокий, как и он сам. Он ухмыльнулся, и Виз увидел, что его зубы подпилены до острых, как иглы, кончиков.

Он был так черен, что кожа его отливала синевой, и это был самый большой человек, которого Виз когда-либо видел. Дело было не только в том, что он был явно выше метров ростом. Его тело было огромным, с плечами вдвое шире, чем у обычного человека, у него был огромный черный живот, руки толще, чем ноги виза, а ноги-как стволы деревьев.

Виз с открытым ртом попятился. Тут Мойра заметила его и вскрикнула.

«Бал-Симба! Боже мой, ты пришел». Она побежала через поляну ему навстречу, внезапно остановилась и сделала ему почтительный реверанс. «Я имею в виду, что рада нашей встрече, милорд».

Чернокожий гигант добродушно кивнул.«Рад нашей встрече, дитя мое». Он посмотрел на свежевырытый холмик, и лицо его потемнело. «Хотя, вижу что радоваться тут нечему».

«Нечему, господин» - Мойра подняла на него глаза. «Патриус мертв, убит колдовством».

Бал-Симба закрыл глаза, и его лицо исказилось. « Воистину дурные вести».

Глаза Мойры наполнились слезами. «Я пыталась, господин. Я пыталась, но не смогла... » - она окончательно сломалась. «О Господи, мне так жаль, - всхлипнула она».

Бал-Симба обнял ее мясистой рукой за плечи и прижал к себе. «Я знаю, дитя мое. Я знаю. Никто не будет винить тебя за то, чего ты и не мога сделать». Мойра беспомощно всхлипывала, уткнувшись в его бочкообразную грудь. Виз стоял рядом, жалея, что ничем не может помочь, и чувствую себя полным идиотом.

«Ну же, дитя», - сказал бал-Симба, когда ее рыдания немного стихли. «Расскажи мне, как это случилось. Мы почувствовали сильное магическое возмущение еще до того, как ты меня позвала».

Мойра отстранилась от него и засопела. «Он совершал великий призыв без оберегов», - сказала она, вытирая глаза. «Как только он закончил заклинание, по нему сразу же ударили».

«И кого же он призвал?»

«Его» - Мойра укоризненно качнула головой в сторону Виза.

Чернокожий волшебник посмотрел на Виза сверху вниз, взглядом кошки, наблюдающей за мышью.

«Как тебя зовут?» - Спросил бал-Симба.

«Меня зовут Виз. Виз Зумвальт».- Он нерешительно помахал рукой. «Привет.»

Черный гигант кивнул. «Значит, ты волшебник. Какой ранг?»

«Ну, я в общем не волшебник» - пояснил Виз. «Виз - это всего лишь прозвище. Мое настоящее имя Вильям Ирвинг...» - он замолчал, потому что Бал-Симба резко поднял руку.

«Я не спрашивал твоего настоящего имени», - строго сказал он. «Никогда, никогда и никому не говори, как тебя на самом деле зовут, что бы не открыть к себе доступ всем тем, кто это услышит».

«Это как знать чей-то пароль? А, ну да».

«Примерно так», - согласился волшебник. «Повторяю тебе еще раз, Виз. Никогда не открывай свое истинное имя».

«А теперь», - продолжил он несколько более мягким тоном. «В чем твоя особая добродетель?»

«А?»

«Что ты можешь?»

«Ну, я программист. Из Купертино. Кстати, где мы находимся?»

«Мы находимся на севере мира, на краю дикого леса», - сказал ему бал-Симба.

«А насколько это далеко от Калифорнии?»

«Боюсь, что очень, очень далеко. Ты был вызван из своего мира в этот тем, кто теперь мертв». - Он кивнул в сторону недавно возведенной пирамиды.

«О», - безучастно произнес Уиз. «Окей».- Он помолчал. «А как мне вернуться?»

«Это потребует некоторых усилий», - ответил бал-Симба. Черный гигант внезапно стал более сосредоточенным.

«Ещё раз, в чем твоя особая добродетель?»

«Я же сказал, что я программист. Я работаю с компьютерами».

«Не думаю, что они тут у нас есть. А чем ты еще занимаешься?»

«Да в общем-то ничем особенным. Я просто работаю с компьютерами».

«Ты воин?»

«А? Точно нет!» - Виз был слегка шокирован.

«Думай!» - с нажимом приказал бал-Симба. «Должно же быть что-то еще».

«Нет, на самом деле нет», - запротестовал Виз. «Ну, еще я смотрю много старых фильмов».

Теперь настала очередь бал-Симбы выглядеть озадаченным.

«Вот и все, Честное слово». Виз стоял лицом к чернокожему волшебнику и не видел, как лицо Мойры вытянулось.

«Здесь должно быть что-то еще» - пробормотал Бал-Симба. Он помолчал с минуту.

«Ладно. Клянусь тебе, что не причиню тебе никакого вреда». Он ударил себя в грудь над сердцем. «Клянусь тебе, что не причиню тебе зла по своей воле и не позволю причинить тебе вред». Он снова ударил себя в грудь. «Чтобы я мог тебе помочь, ты позволишь мне заглянуть в тебя глубже?»

«Э-э, да без проблем», - сказал Виз с некоторой опаской.

«Тогда присядь там, где тебе будет удобнее». Бал-Симба подвел Виза к камню, на котором совсем недавно сидел Патриус. Он сунул руку в сумку и вытащил маленький фиолетовый кристалл. «Смотри в него!» Виз уставился на крошечный драгоценный камень, лежащий в большой тёмно-розовой ладони. «Смотри глубже. Сосредоточь на нем всё свое внимание. Смотри ... Смотри.»

«Глаза Виза остекленели, а рот обмяк».

«Займёмся делом» - Бал-Симба спрятал Кристалл обратно в сумку и начал пристально смотреть на Виза, изучая всё, что было доступно его взору.

«Действительно странно» - пробормотал Бал-Симба, отворачиваясь от того места, где в трансе дремал Виз. «Очень странно».

«Что не так, Милорд?» - спросила Мойра.

«В нём нет никаких признаков магии».

«Вообще никакой? Совсем нет?»

«Насколько я могу судить, нет. Несмотря на свое имя, у этого волшебника столько же манны как у новорожденного младенца».

Мойра сморщилась. «Значит, все было напрасно», - с горечью сказала она. «Патриус погиб ни за что! О Господи, мне так жаль».

«Я этого не говорил. В нем есть что-то странное, но это не магия».

«Последствия призыва?»

Бал-Симба нахмурился. «Нет, я так не думаю. Это что-то иное». Он на мгновение замолчал. «Ты говоришь, Патриус сказал тебе, что вызывает волшебника?» - наконец спросил он.

«Да, Милорд». И тут Мойра остановилась. «Ну ... не совсем так.»

«А как именно?»

Мойра поморщилась, пытаясь вспомнить. «Патриус сказал, что вызывает кого-то, кто может помочь нам в борьбе с Лигой». Она осенила себя защитным жестом. «Кого-то, обладающего огромной магической силой. Когда я спросила его, не волшебник ли этот человек, он уклонился от ответа. Но», - добавила она задумчиво, - «он напрямую никогда не называл его волшебником.»

«Но он сказал, что этот человек обладает огромной силой?»

«Да, Господин. Он сказал, что долго и упорно искал его».

«В это я могу поверить»», - рассеянно пробормотал Бал-Симба. «Поиски за пределами своего мира действительно долги и трудны. Хм... но по твоим словам он не называл его волшебником?»

«Нет, Милорд. Когда я спросила об этом Патриуса, он не ответил».

Бал-Симба обречённо опустил голову.

«Милорд», - робко отвлекла его Мойра, - «разве Патриус не сказал Совету, чем он занимается?»

Бал-Симба поморщился.«Неужели ты думаешь, что мы допустили бы это безумие, если бы знали? Нет, мы знали, что Патриус занят каким-то грандиозным проектом, но он никому, даже своим ученикам, не сказал, что именно он задумал».

«Он рассказывал мне о ходе борьбы с темной Лигой в общем, о том, как в целом развиваются события. Он не был совсем уж затворником, и я в общих чертах понимал, что он замышляет нечто выходящее за рамки обычного. Но я до самого конца предполагал, что он представит этот проект совету. Я ошибся, и это дорого нам обошлось».

«Но почему, господин? Почему он пошел на такой ужасный риск?»

«Потому что Лига настолько сильна, что даже все могущественные вместе не смогли бы совершить великий призыв».

Он заметил выражение лица Мойры.

«Ты этого не знала? Да, это правда. Даже если мы будем колдовать все вместе, мы не сможем нанести такой удар, как это сделали только что наши противники из Лиги». Он печально улыбнулся. «Совет слабеет по мере роста Лиги».

«Тогда почему? .. »

«Патриус, по всей видимости, полагал, что работая в одиночку и без обычной защиты, он сможет завершить призыв прежде, чем Лига поймет, что происходит. Он ошибся, и это стоило ему жизни». Он кивнул в сторону Виза. «Патриус рисковал жизнью, чтобы заполучить человека, обладающего огромной магической силой. Вместо этого он призвал к нам кого-то, кто выглядит таким же обычным, как грязь. И теперь в этом нет никакого смысла».

Великий Бал-Симба снова замолчал, опустив голову плечо и смотря в никуда.

«Что ты думаешь обо всём этом?» - наконец спросил он.

«Милорд, я не достойна осуждать действия Могущественного».

Бал-Симба отмахнулся. «Ты была здесь. Ты видела. Что ты думаешь?»

Мойра глубоко вздохнула. «Я думаю, что Патриус совершил ошибку. Я думаю, он призывал кого-то другого и под натиском удара…» ее зеленые глаза стали влажными, и она тяжело сглотнула,вновь переживая те ужасные моменты - «… под натиском удара он призвал не того человека».

«Возможно», - пробурчал Бал-Симба. «Вполне возможно. Но вот что интересно... Волшебники, которые совершают ошибки, не доживают до того, чтобы стать такими Могущественными, каким был Патриус».

«Да, Милорд», - кротко сказала Мойра.

«Я не убедил тебя, а, девочка? По правде говоря, я не уверен то убедил даже сам себя». Он повернулся и посмотрел на Виза, оцепеневшего и ничего не понимающего, все ещё сидящего на камне. «В любом случае теперь проблема состоит в том, что нам делать с нашим гостем».

Мойра фыркнула. «Он слишком дорогой гость, Милорд. Он слишком дорого обошёлся нам».

«Возможно, но мы же не можем оставить его здесь. Ты сама видишь, что он беспомощен, как воробей. Воробей, хм? Хорошее имя для него, тем более что то, как он себя называет, слишком близко к его настоящему имени. В общем, нельзя его оставлять здесь».

«Вы возьмете его с собой, Милорд?»

Бал-Симба нахмурился. «Это было бы неразумно и, я думаю, ещё и опасно. Чем меньше людей знает о нем, тем лучше. Нет, ему нужно отправиться в безопасное тихое место. Святилище с минимальным количеством магии. Место, где он может оставаться, пока я советуюсь с остальными Могущественными»..

«Может, моя деревня…»

«Небезопасно», - отрезал черный гигант. «Нас уже ищут. Я подозреваю, что Лига очень хочет заполучить его».

«Разве теперь это важно? Раз уж у него нет магии, я имею в виду».

«Тише, девочка. Ты не это имеешь в виду».

Мойра с отвращением посмотрела на Виза, но всё же покачала головой. Попасть в руки Лиги - этого нельзя пожелать никому, даже тому, кто стал причиной смерти Патриуса.

«Тогда где...?»

«Есть такое место. Нужно отправиться в Дикий Лес, так как в нём очень мало магии. В нём он сможет найти убежище на несколько дней».

Глаза Мойры загорелись, и она открыла рот, но бал-Симба жестом велел ей замолчать.«Лучше этого не говорить. Может быть, сейчас нас услышат и другие, а? Нет, тебе придется взять его ТУДА и отдать на попечение ТОГО, кто там живет».

«Я, Милорд? Но у меня есть моя работа».

«Я прослежу, чтобы вместо тебя прислали другую Ведьму. Нашего гостя нужно направлять и защищать, разве ты не видишь?».

«Но почему я, господин?»

Бал-Симба начал перечислять причины, загибая пальцы: «Во-первых, ты уже здесь и уже посвящена в это дело. Чем меньше другие знают об этом, тем лучше. Во-вторых, ты знаешь дорогу через Дикий Лес. В-третьих, очень важно время. Это место становится все более опасным. И в-четвертых», - он поднял вверх мизинец, и глаза его блеснули, «он влюблен в тебя».

Мойра скорчила гримасу. «Заклинание влюбленности! Но я-то не влюблена в него!»

«Тем не менее он будет следовать за тобой по пятам, как щенок. В итоге, вполне логично, что ты будешь наседкой для нашего Воробушка».

«Простите меня, Милорд, но я нахожу его присутствие неприятным».

Бал-Симба вздохнул. «В этом мире, дитя мое, каждый из нас должен иногда делать то, что ему неприятно».

Мойра склонила голову. «Да, Милорд....Но это не значит, что мне это нравится!» - яростно добавила она про себя.

«Ну что ж, тогда вперёд». Он повернулся и жестом подозвал Виза. «Прямо сейчас и поторопись». Виз пошатнулся и потряс головой, в попытке прояснить ее.

«Мне понадобятся кое-какие вещи из деревни, Милорд».

«Я попрошу кого-нибудь встретить вас с едой и другими необходимыми вещами у моста на лесной дороге».

«Милорд, неужели я не могу хотя бы вернуться, чтобы попрощаться? Всего на несколько минут?»

Бал-Симба покачал головой. «Слишком опасно. И для вас, и для жителей деревни. Нет, вам придется двигаться быстро и тихо, привлекая как можно меньше внимания».

«Да, господин», - вздохнула Мойра.

«А теперь иди, девочка, и побыстрее. Я не могу долго защищать эту поляну. Я посоветуюсь с советом и приду к вам в установленное место».

Мойра склонила голову. «Я просто счастлива, Милорд».

«Счастливого пути, Леди».

«А?»- сказал Виз сонно.

«Да ладно тебе!» - злобно огрызнулась Мойра и схватила его за руку. Она дернулась, и Виз, пошатываясь, поднялся на ноги.

«Двигайся, неуклюжий. Ну же!» - и она зашагала прочь, ведя за собой влюбленного недоволшебника.

Бал-Симба смотрел, как эта разношерстная пара исчезает на лесной тропинке. Затем он сел на камень, только что покинутый Визом, и сосредоточился на плетении маскирующих заклинаний, чтобы выиграть путешественникам как можно больше времени.

Глава 2 - Опасный путь

День был таким же прекрасным, как и утро, теплым и солнечным, лишь легкий ветерок в повсеместной тиши шевелил листья и охлаждал путников. Пели птицы, благоухали летние цветы. Кое-где на кустах темнела ранняя ежевика.

Виз был не в том настроении, чтобы оценить все это. Не успели они пройти и километра, как он уже начал пыхтеть и отдуваться. Через два километра его футболка промокла, а капли пота, стекая по лицу, щипали глаза и капали с кончика носа. Мойра же спокойно шла по извилистой тропинке, поднимающейся по лесистым холмам и спускающейся по заросшим листвой долинам, совершенно не обращая внимания на состояния её спутника.

Наконец, Виз просто упал на траву, посреди одной из полян.

«Хватит», - выдохнул он. «Мне нужно отдохнуть».

«Уйти с открытого пространства, безмозглый идиот!» - рявкнула рыжеволосая ведьма. Виз с трудом поднялся на ноги, сделал несколько неуверенных шагов и рухнул на ствол упавшего дерева.

«Прости», - выдохнул он. «Я просто не готов ко всему этому. Мне надо отдохнуть».

«А по-твоему, Лига тоже отдыхает в это время?» - огрызнулась Мойра. «Ты думаешь они прекратят нас преследовать только потому, что ты такой слабак?»

«Лига?»- тупо переспросил Виз.

«Те, кто преследует нас. Неужели ты вообще не слушаешь?»

«Я не слышу, чтобы кто-то гнался за нами. Может быть, они нас потеряли».

«Потеряли? Как ты думаешь, это что, игра в прятки? Идиот, к тому времени, когда они подойдут достаточно близко, чтобы мы услышали, будет слишком поздно. Ты хочешь закончить, как Патриус?»

Виз слегка позеленел. «Патриус? Это тот старик там, сзади?»

Мойра подняла глаза к небу. «Да, это был Патриус. А теперь пошли!»

Но Виз не двинулся с места. «Прости», - выдохнул он. «Я больше не могу, уходи без меня. Со мной все будет в порядке».

Мойра сердито посмотрела на него, уперев руки в бока. «Ты умрешь еще до наступления темноты».

«Со мной все будет в порядке» - Виз настаивал. «Просто иди».

Мойра слегка смягчилась. Её спутник был невероятной обузой, но с другой стороны, он был всего лишь беспомощным человеком.

«Ладно», - сказала она, садясь. «Мы мы отдохнём».

Виз наклонился вперед и опустил голову, упёршись локтями в колени. Мойра игнорировала его и просто смотрела туда, откуда они пришли.

«Этот старик», - пробурчал через некоторое время Виз. «Что его убило?

«Магия», - бросила Мойра через плечо.

«Нет, правда, что его убило?»

«Я же сказала, заклинание».

Виз посмотрел на нее. «Ты действительно веришь в это, не так ли? Я имею в виду, что это не просто фраза. Ты имеешь в виду настоящую магию».

Мойра повернулась лицом к Визу. «Конечно, я имею в виду магию. А ты что думал? Молния случайно ударила в него, когда он призывал тебя?»

«Ты хочешь сказать, что магия действительно существует?»

Мойра выглядела раздраженной. «А как по твоему ты сюда попал?»

«О», - сказал Уиз. «Видимо волшебство - это что-то сильное. Оно может доставить меня домой?»

«Патриус мог бы это сделать, а я нет», - сердито сказала она и поднялась на ноги. «А теперь пойдем. Если у тебя достаточно дыхания, чтобы говорить, у тебя достаточно дыхания, чтобы ходить».

По тропинкам и охотничьим тропам они пробирались через лес. Еще дважды они останавливались передохнуть, в моменты когда Виз отказывался идти дальше. Оба раза Мойра ерзала так нетерпеливо, что Виз резко вставал, едва переводя дыхание. Ему хотелось задать тысячу вопросов, но Мойра строго-настрого запретила ему разговаривать на ходу.

Однажды она остановилась так внезапно, что Виз чуть не наступил ей на юбку. Она пристально смотрела на клочок леса перед ними. Виз же не видел ничего необычного, кроме кольца ярко-оранжевых грибов рядом с тропой.

«Сюда», - прошептала она, хватая его за руку и увлекая с тропинки. Осторожно, на цыпочках, она повела его в обход этого участка леса, снова выйдя на тропу сделав широкий круг.

«Что это было? Почему мы это обошли?» - Спросил Виз на следующей остановке, после того как достаточно отдышался.

«Маленький народец танцевал там вчера вечером в честь Дня середины лета. Никогда не следует приближаться к такому месту, и уж тем более, не следует это делать сегодня».

«Да ладно тебе! Ты хочешь сказать, что ты ещё и в фей веришь?»

«Я верю в то, что вижу, Воробей. А этих фей я видела».

«Но, черт возьми ... » - Мойра оборвала его властным жестом.

«Не ругайся, Воробей. Нам не нужно делать ничего, что могло бы привлечь внимание».

В этом был смысл, признал Виз. Если магия действительно существовала, и если под дерном позади них действительно осталась обгоревшая оболочка человека, то и проклятия тоже могли существовать. Если уж на то пошло, если магия вообще существует, то точно нет ничего странного в том, что феи танцуют в лунном свете. Он покачал головой.

«Почему ты называешь меня Воробьём?» - спросил он, нащупывая более безопасную тему для разговора.

«Потому что Бал-Симба назвал тебя так. Тебе нужно какое-то имя, чтобы использовать его перед всем остальным миром».

«Но у меня есть имя», - запротестовал Виз.

«Бал-Симба велел тебе никому не называть своего настоящего имени», - ответила Мойра. «Значит, нам нужно придумать, как тебя называть».

«Мои друзья зовут меня просто Виз».

«Я буду звать тебя Воробьём», - твердо сказала Мойра. «А теперь пойдем».

И она снова пошла вперёд легким шагом. Виз, пыхтя, шел сзади, мрачно любуясь на покачивания ее бедер и на изгибы её тела. Он привык к тому, что красивые женщины относятся к нему с презрением, но он никогда не был так увлечен какой-либо женщиной, и поэтому происходящее причиняло ему более сильную боль, чем обычно.

«Да уж, о моей удаче можно сказать только одно» - подумал он. «Она очень последовательна».

Наконец они поднялись на небольшой холм, и Виз разглядел впереди дорогу между деревьями. Слева послышался шум бегущей воды. Мойра присела за кустом и грубо притянула Виза к себе.

«Это лесной тракт», - прошептала Мойра. «Он ведет через Черногорый ручей в Дикий лес».

«Это туда мы идем?» - сказал Виз, наслаждаясь близостью Мойры и запахом ее волос. Он инстинктивно придвинулся ближе, но ведьма отстранилась.

«Да, но не по тракту. Я должна здесь кое с кем встретиться. Ты будешь ждать в лесу. Не издавай ни звука и не показывайся. Она отстранилась и пошла дальше по тропе, оставив Виза наедине с воспоминаниями о её близости. Несмотря на свое грандиозное название, Лесное тракт представлял собой заросшую сорняками полосу, по обеим сторонам которой теснились деревья. Черногорый ручей был метров пять шириной и бежал быстро, будучи глубоким, серьёзным и темным, таким же как и как его название.

Как и ожидала Мойра, под деревьями на обочине стоял мужчина. Он был высок, худощав, длиннолиц и смугл, одет в грубую домотканую тунику и штаны. Когда Мойра вышла из-за деревьев, он почтительно коснулся своего лба.

«Я принес вам вещи, Леди».

«Спасибо, Альбер», - ласково ответила Мойра.

«Леди, это правда, что вы нас покидаете?»

«На какое-то время, Альбер. Надеюсь, это не продлится долго».

«Мы будем скучать по вам», - печально сказал он.

Мойра улыбнулась и обняла его. Наблюдая за ними из-за кустов, Виз почувствовал укол ревности.

«О, и я тоже буду скучать по всем вам. Вы были для меня как одна большая семья, вся деревня». Потом Мойра снова улыбнулась. «Но скоро придет другой, чтобы занять мое место».

«Это будет уже не то, госпожа», - ответил удрученно Альбер. Он повернулся и указал на небольшую кучку предметов под кустом у дороги.

«Посыльный сказал, нужно два комплекта. И два плаща».

«Правильно, Альбер» - Мойра не стала уточнять, а он не стал переспрашивать.

Ведьма быстро начала перебирать вещи, проверяя их и укладывая обратно в мешки.

«Мне подождать, Леди?»

«Нет», улыбнулась она ему. «Спасибо еще раз». Ведьма сделала знак правой рукой, вытянув вперед два пальца. «Иди с моим благословением. Пусть твой путь домой будет коротким и безопасным, а дорога - без приключений».

«Надеюсь, Вы тоже будете в безопасности, Леди». С этими словами Альбер повернулся и зашагал по дороге.

Как только он скрылся за поворотом, Мойра жестом велела визу Выйти из укрытия.

«Храбрый человек», - сказала Мойра, завязывая шнурок на одном из мешке и откладывая его в сторону.

«Но почему?» - спросил Виз, задетый за живое. «Только потому, что принес нам это барахло?»

«Не смейся, Воробей», - резко сказала ведьма. «Это "барахло" поможет нам в нашем путешествии. Альбер был готов рискнуть собой в День середины лета, чтобы убедиться, что мы сможем поесть и согреться».

«Очень мило с его стороны. Но почему он храбрый?»

Мойра закончила укладывать второй комплект и покачала головой. «Воробей, как тебе удалось так долго продержаться?»

«До сегодняшнего утра проблем у меня не было» - парировал Виз. А что не так с этим "Днём середины лета"?»

Мойра раздраженно вздохнула. «Середина лета - самый длинный день в году. Вся магия, связанная с Солнцем и огнем, в этот день наиболее сильна, а магия зеленых и растущих на солнце растений также необычайно сильна».

«Это день силы, Воробей,а не день для смертных».

«Но мы же продолжаем идти».

«Не по своей воле, Воробей», - мрачно сказала Мойра. «За мной». Она перекинула через плечо свою сумку и закинула один из мешков за спину. Потом она стояла и смотрела, как Виз с трудом влезает в в лямки другого мешка. Как только он загрузился, они двинулись вперёд».

Далеко позади них Альбер придерживался относительной безопасности дороги. Таким образом, его легко было заметить парящему ворону, непрерывно кружащемуся над зеленой и покрытой листвой землей.

Альбер увидел ворона, низко скользившего над дорогой, сделал предостерегающий знак и поспешил дальше, потому что вороны, как известно, птицы дурного предзнаменования.

Ворон склонил в след за ним свою блестящую черную голову и задумался. Как и большинство его сородичей, он знал достаточно, чтобы сосчитать до двух, и один человек, путешествующий в одиночку, не был тем, что искал его хозяин. Хозяин искал двоих, а зоркие глаза птицы не могли разглядеть никаких признаков присутствия кого-либо еще на дороге.

Но это был единственный человек, встреченный вороном сегодня, и человек явно был далеко от обычных мест обитания. Ворон не отличался умом, но был хорошо обучен. С хриплым карканьем он оставил дальнейшие поиски своим товарищам и отправился на юг, чтобы доложить о произошедшем.

После того как Виз и Мойра перешли ручей, лес стал более густым. Они свернули с дороги за первым же поворотом после моста и двинулись вверх по извилистой охотничьей тропе, которая вела на вершину крутого хребта. Когда они добрались до вершины, даже Мойра тяжело дышала. Она жестом велела Визу отдыхать, и они с облегчением опустились в тень под деревьями.

Через просветы среди деревьев Виз мог смотреть далеко вперед. Впереди развернулась зелёная долина, состоящая из миллиона зеленых верхушек деревьев. За лесной долиной лежал еще один зеленый гребень, а за ним еще один гребень, а потом еще один, исчезающий в синей дали. Не было никаких признаков цивилизации или каких-либо признаков присутствия животных. Только бесконечный, безграничный дремучий лес.

Это не было ни лесным хозяйством, ни заботливо взращенным заповедником. Растущие тут дубы и буки никогда не знали стука топора. Высоченные деревья стояли веками, накапливая грибы, мох и лишайники на своих седых стволах, которые росли практически вплотную и поднимались высоко, образуя густой полог над головой. Открытые участки встречались там, где один из лесных гигантов погиб от старости, гнили или молнии, а его преемники еще не заполнили его место. Повсюду валялись коряги и упавшие ветки, зеленые от мха и покрытые яркими пятнами грибов. «Настоящий первобытный лес», - подумал Виз и слегка поежился. Он никогда не думал, что деревья могут заставить его нервничать, но эти огромные заросшие мхом стволы давили на него со всех сторон, их листья закрывали солнце и погружали все в зеленоватый мрак. Ветер, шелестящий в кронах деревьев, звучал так, словно лес бормотал что-то себе под нос или передавал новости о вторжении чужаков, словно сигнальные барабаны джунглей.

«Теперь я понимаю, почему его называют Диким лесом», - прошептал Вильям.

«Это ещё не Дикий лес», - сказала ему Мойра. «Мы все еще всего лишь на краю Дикого леса».

«Здесь кто-нибудь живет?»

«Никто из тех, с кем мы хотели бы встретиться. Есть несколько крестьян и пара небольших владений. Но у большинства людей, живущих по эту сторону Черного камня, есть причины избегать своих собратьев или быть отвергнутыми ими. Нам лучше избегать любой компании, пока мы не доберемся до места назначения».

«А куда мы вообще идем?» - Виз бочком придвинулся к ней поближе.

«В одно из убежищ. Тебе не нужно знать больше. Теперь пойдём. Впереди долгий путь».

Было уже далеко за полдень, когда они перевалили через второй гребень и спустились в следующую долину. Хотя лес был таким же густым, как и всегда, в центре этой долины обнаружился заливной луг. Широкое пространство заполненное травой было приятным зрелищем для Виза, угнетенного постоянным нависанием деревьев. Растущие вокруг луга деревья были не особо выше кустарников, спокойно и располагаясь на открытом месте. Повсеместно были разбросаны небольшие пруды и болотистые участки, отмеченные рогозом, камышом и сладким голубым ирисом.

Они остановились на краю поляны, и Мойра с беспокойством оглядела затянутое облаками небо.

«Пока пусто», - вздохнула она. «А теперь слушай, Воробей. Мы не можем идти в обход поляны, потому что там сплошные болота. Мы должны переправиться напрямик и сделать это быстро, чтобы нас не заметили. Начав, мы не должны останавливаться». Она критически оглядела Виза. «Наверное лучше сперва отдохнуть», - сказала она и ещё раз вздохнула.

Мойра опустилась на колени, осматривая луг и небо над ним, пока Виз переводил дыхание.

«Мойра?»

«Что?» - она не прекращала обыскивать взглядом луг.

«За нами гонятся, верно?»

«Представь себе! И по этому мы бежим».

«Ну что ж, могу я тогда задать глупый вопрос?»

«Конечно», - ответила ведьма таким тоном, словно он больше ничего и не делал.

«Почему за нами гонятся? Что мы сделали?»

«Мы ничего не сделали. Они хотят взять тебя, Воробей, и хотят потому, что Патриус призвал тебя ценой собственной жизни».

«Да, но почему?»

«Мы этого не знаем, Воробей».

«А они знают?»

«Сомневаюсь в этом».

Виз передёрнул плечами - «Ну, если ты не знаешь, и они тоже не знают, тогда какого черта они гонятся за нами?»

«Они надеются узнать от тебя, какова была цель Патриуса».

«Но я тоже не знаю!»

Мойра фыркнула. «Сомневаюсь, что они поверят тебе на слово, Воробей».

«Послушай, я не хочу в этом участвовать, ясно? Разве мы не можем просто поговорить с ними? Разве я не могу объяснить, что ничего не знаю, и тогда они оставят меня в покое?»

«Воробей, послушай меня», - обратилась к нему Мойра. «Темная Лига Юга не заинтересована в твоей невиновности или вине. Того факта, что Патриус вызвал тебя, достаточно, чтобы ты их заинтересовал. Вероятно, они хотят выжать из тебя знания, которыми, как мы оба знаем, ты не обладаешь. Возможно, они просто хотят твоей смерти или чего похуже».

Мойра накрыла его руку своей. «Но в любом случае, Воробей», - серьезно сказала она, - «если тебе придется выбирать между самой ужасной смертью, какую только можно себе представить, и попаданием живым в руки Лиги, сделай все, что в твоих силах, чтобы умереть».

Виз отвел глаза от ее напряженного взгляда. «Мда... картина ясна».

«Хорошо». Она снова повернулась к поляне и снова осмотрела землю и небо. «Тогда приготовься. Мы не будем пытаться бежать, так как земля очень болотистая, но идти придётся быстро!»

Мойра встала и вышла на поляну вместе с Визом, который следовал за ней по пятам. Трава высотой до бедра колыхалась у их ног, когда они шли, а почва хлюпала под ногами. В отличие от леса, луг был полон жизни. Насекомые жужжали и щебетали, лягушки квакали или шлепались в лужи, когда мимо них проходили. Мимо пролетали стрекозы, а один раз над их головами пролетела желто-черная бабочка.

Не смотря на безобидный вид этого луга, Виз переживал всё больше и больше. За исключением редких кустов, путники были самыми высокими существами на этом лугу. Он чувствовал себя большим и очень заметным жуком на очень плоском камне, и чем дальше они удалялись от линии деревьев, неожиданно ставшей для них дружелюбной, тем больше он нервничал.

Мойра чувствовала то же самое. Она стремилась вперед все быстрее, постоянно оглядываясь вокруг. Она не осмеливалась использовать активную магию, но изо всех сил прислушивалась к любым признакам чужой волшбы. Внезапно Мойра резко остановилась. Она упала так быстро, что Виз подумал, что она споткнулась.

«Ложись!» зашипела она, и Виз растянулся на мокрой земле рядом с ней.

«Что там?» прошептал он.

«Там что-то есть, прямо в воздухе слева от нас. Нет, не смотри! это может выдать нас. Через секунду она вскинула голову в быстром косом взгляде.

«Вот же свезло!» - она вздохнула. «Оно обыскивает местность. Хорошо, так, видишь то дерево впереди?» - Она кивнула в сторону большого куста в нескольких метрах от них. «Когда я подам сигнал, ползи к нему. Понял меня?» Она опять начала озираться - «Сейчас!»

На четвереньках они ползли, как показалось Визу, целую вечность. Он не осмеливался поднять голову, поэтому видел только узкую полоску мокрой черной земли и зеленые стебли травы по обеим сторонам. К тому времени, как он остановился под кустом, он уже задыхался, и не только от напряжения.

Они заползли поглубже под нависшие ветви, не обращая внимания ни на грязь, ни на крошечных насекомых, ползающих в куче сухих листьев. Как только они уселись, Мойра сняла плащ с рюкзака и накинула его на них, превратив двух человек в одну комковатую коричневую массу и оставив только узкую щель для наблюдения.

Несмотря на свой испуг, Виз был в восторге от близости Мойры. Ее сладкий, чистый запах её тела был восхитителен, а опасность лишь добавляла остроты ощущениям.

«В чем дело?» - прошептал он.

«Ш-ш-ш.»

А затем над ними промелькнула тень, и Виз тут же увидел, от чего они прячутся.

Дракон бесшумно скользил над тропой, которую они только что покинули. В момент планирования по теплому воздуху луга его тридцатиметровые крылья летучей мыши были жестки и неподвижны. Его длинный плоский хвост слегка подергивался, когда он следовал выбранному курсу. Четыре лапы с огромными когтями были прижаты к телу, а извилистая шея полностью вытянута. Он планировал так низко и так близко, что Виз разглядел ряды белых клыков в его приоткрытой пасти.

У Виза перехватило дыхание, и он попытался погрузиться в грязь. Инстинктивно он схватил Мойру за руку, и они прижались друг к другу, как испуганные дети, в то время как кошмарный зверь пролетел над деревьями и повернулся, чтобы пересечь луг ещё раз в другом направлении.

Очевидно, чудовище что-то заметило на заливном лугу. Оно снова пролетел прямо над кустом, где прятались Виз и Мойра. Визу показалось, что взгляд дракона раздевает его догола. Четыре раза дракон пролетал над лугом, и четыре раза Виз дрожал и съеживался под плащом Мойры. Наконец дракон исчез за деревьями.

Долгие минуты после этого Виз и Мойра лежали, съежившись и дрожа. Наконец Мойра отбросила плащ и села. Виз неохотно последовал её примеру.

«Это существо, оно нас искало?» - наконец выдохнул он.

«Очень может быть», - сказала Мойра, настороженно вглядываясь в небо.

«Оно было единственным?»

«Драконы, как правило, одиночки, и к тому же одному такому большому существу нужна большая охотничья территория».

Она нахмурилась. «И все же я не знаю ни одного из них, кто жил бы поблизости. Это может быть тот, что с южного озера, или один из тех, что прячутся в горах на востоке. Если этот забрался так далеко, то могут быть и другие».

«Великолепно», - пробормотал Виз.

Мойра неуверенно вздохнула. «Я не люблю играть в прятки с драконами, но мы будем в достаточной безопасности, если продолжим оставаться в тени деревьев и будем осторожны, пересекая открытое пространство».

«Звучит неплохо».

«Риск, конечно, есть», - продолжала Мойра, словно обращаясь к самой себе. «Лесные пути не всегда полностью свободны от магии. Кроме того, когда вокруг нас сомкнется лес, нам будет тяжело заметить других».

«Каких других?»

«Троллей, волков, злых людей и других, кто выполняет работу Лиги».

«Отлично», - обречённо усмехнулся Виз.

Мойра пропустила иронию мимо ушей. «Не сказала бы, но это наш лучший шанс, как мне кажется». Она сложила плащ. «Теперь пошли. Быстро».

...

«Ну что?» - спросил медведеподобный Атрос.

«Ищейки вышли, как вы приказали», - сказал новый мастер Моря Видений. «Но пока ничего».

«Со всей магией Лиги вы не можете найти двух ничтожных смертных!?» пророкотал Атрос.

Мастер, всего несколько часов находившийся на своем посту, облизнул губы и постарался не смотреть мимо плеча Атроса на то место, где на каменной стене комнаты висела свежеснятая кожа, все еще истекающая кровью. Кожа одного очень толстого человека.

«Это нелегко, господин. Это всё Бал-Симба-будь проклято его имя! Он сплёл клубок заклинаний, запутывая след с самого начала. Наблюдатели Совета настороже, и мы не можем проникнуть слишком глубоко и видеть слишком ясно.- Он помолчал. «Но мы знаем, что он не пошел по пути волшебника».

Атрос потер подбородок. Путь волшебника был предпочтительным способом передвижения для тех, кто обладал магическими навыками. Но при этом любого на этих путях было достаточно легко обнарудить. Возможно, этот странный волшебник предпочитал скрытность скорости.

«А те, что уже на севере?» - спросил Атрос. «Что с теми, кто уже находится за щитом заклинаний Севера?»

«Там наши лучшие слуги-порождения тьмы, но в День середины лета их сила наиболее слаба. Наши союзники-драконы и другие ищут как могут, но на земле так много магии, что ее трудно сканировать». Он указал на море прорицания. Атрос посмотрел и увидел на дне чаши повсеместные искры и пятна магии.

«Тот, ради кого рискнул своей жизнью Патриус, должен быть достаточно сильным, что бы оставить заметный след даже среди этих возмущений», - возразил маг.

Только что сшитый черный халат опустил голову - «Но мы не нашли никаких следов, господин».

Атрос задумчиво прикусил губу. Маг мог скрыть свое присутствие с помощью маскировочных заклинаний, но такие заклинания обычно выдавали что что-то скрывается. Либо слуги лиги были в этот раз необычайно неумелыми, либо этот маг из другого мира был чрезвычайно могуществен. Кто-то настолько могущественный, что действительно может склонить чашу весов против Лиги.

Если только не…

«Есть ли признаки чего-нибудь необычного в городах Севера?»

«Ничего, господин, кроме того, что вы знаете. Ничего необычного на северных территориях нет.»

«Тогда, возможно, тот, кого мы ищем, находится не на территории Севера», - внезапно сказал Атрос. «Патриус совершил свое великое призвание на опушке, на краю Дикого леса? Значит обыщите край этого леса самым тщательным образом. И расширьте свой поиск, включив в него и сам Дикий лес».

«Воля ваша, господин» - промямлил наблюдатель. «Но на окраине нет никаких признаков чего-либо необычного. Кроме того, это будет означать ослабление наших поисков северных землях».

«Если бы он был в северных землях, мы бы уже получили какой-нибудь знак», - сказал Атрос. «Возможно, он идет другим путем, чтобы ввести нас в заблуждение».

Теперь настала очередь хозяина задумчиво потереть подбородок. «Если он проберется в Дикий лес, то окажется ближе к нашим слугам, и его магия будет еще сильнее противостоять нечеловеческой магии этого места».

«Только если он использует магию», - сказал Атрос. «А если он станет колдовать мало или совсем не станет, его будет гораздо труднее найти, не так ли?»

«Какой волшебник будет путешествовать без магической защиты?»

«Самый могущественный и опасный. Так что ищи внимательно». Атрос помолчал, снова глядя в Море. «Но нашему чужеземному волшебнику будет не так-то легко защитить своего спутника», - сказал он. «Скажи своим ищейкам, чтобы они тщательно искали следы живой травницы в диком лесу. Это должно выделяться достаточно сильно».

...

Прямо на том месте, где их застали сумерки, они разбили лагерь, расстелив плащи у поваленного бревна. Мойра не разрешила разводить костер, и поэтому их ужин состоял из нескольких кусков вяленого мяса и горсти кожистых сушеных фруктов. Обычно Виз не ел полусырого мяса, но окружающая реальность уже и так чрезмерно отличалась от всего, к ему и привык, и посему он с благодарностью грыз кусочки, которые Мойра всучила ему в руки.

Когда сгустились сумерки, Мойра взяла палку и начертила узор вокруг них и места размещения.

«Этот круг даст нам небольшую защиту», - сказала она Визу. «Мы не должны нарушать его границу».

«Даже для того что бы ... ?»

«И для этого тоже!» - твердо повторила она.

Не говоря больше ни слова, Мойра завернулась в плащ и отвернулась от Виза. Он сидел, облокотившись спиной на бревно и смотрел на незнакомые звезды.

«Это так странно», - сказал Виз скорее себе, чем Мойре.

«Я тоже не привыкла спать на улице», - ответила Ведьма.

«Нет, я имею в виду все эти штуки - драконы, магия и все такое. Это совсем не похоже на то, к чему я привык».

Мойра повернулась к нему лицом. «Ты хочешь сказать, что там, откуда ты пришел, у тебя действительно нет магии?»

«Ближе всего к магии я подошел, работая с мастерами Unix», - сказал Виз, произнеся это сквозь зубы.

«Евнухи? Неужели волшебники сделали с собой ЭТО, чтобы получить силу?»

«А? Нет, не "евнух", а "юникс". По буквам ... » - и Виз понял, что не может произнести это слово. Он узнаёт очертания букв, понимает их, но они извиваются и ползут в его сознании. Когда он попытался произнести это слово, в его голове появились только странные символы».

«Не важно. В общем, это такая операционная система».

«Операционная система?» - нахмурилась Мойра.

«Операционная система - это программа, которая организует ресурсы компьютера и виртуализирует их интерфейсы» - по памяти процитировал Виз.

«Компьютер? Это твой знакомый?»

В тысячный раз в своей жизни Уиз пожалел, что не умеет объясняться лучше. «Ну, типа этого. Но только это машина, она не живаяё.

«Значит, машина - это какое-то неживое существо. Но при этом эта машина думает?»

«Ну, на самом деле она не думает. Она следует заранее запрограммированным инструкциям. Программист может заставить компьютер действовать так, как будто он думает».

«Так это какой-то демон?»

«Э, нет. Демон - это нечто другое. Демон - это программа, запускаемая операционной системой и работающая в фоновом режиме без прямого взаимодействия с пользователем».

«Мойра наморщила лоб». Так, давай вернемся немного назад. «Какое отношение вы имеете к этим существам?»

«На самом деле они не существа».

«Тогда это демоны».

«Я же сказал тебе, что они не демоны. Демон - это нечто другое».

«Не обращай на это внимания», - нетерпеливо сказала Мойра. «Просто скажи мне, что делаешь именно ты».

«Ну, я много чего делаю, но в основном я системный программист. Это означает, что я пишу программы, которые помогают работать другим программам».

«Что такое программа?»

Виз вздохнул. «Программа - это набор инструкций, которые указывают компьютеру, что ему делать».

«Значит, ты командуешь этими существами?»

«Я же сказал, что они не …»

«Да без разницы. Эти существа, или нет, демоны или кто там они есть. Ты ими командуешь?»

«Ну, вроде того».

«Но у тебя же нет магии!»

Волшебник усмехнулся. «Для этого не нужна магия. Просто тренировка, умение, дисциплина и разум, который работает в правильном направлении».

«Всё это качества волшебника», - твердо сказала Мойра. «И этими качествами ты овладеваешь этими ... штуками».

«Ну.. правильно сказать "пытаюсь". Иногда ты ешь медведя а иногда медведь ест тебя».

«Здесь тоже замешаны медведи?»

«Да нет же, послушай, это просто поговорка. Я имею в виду, что иногда легко заставить компьютер делать то, что ты хочешь, а иногда нет».

«Могущественные сущности часто трудно контролировать», - с серьёзным лицом кивнула Мойра. «Значит, ты хозяин этих ... кем бы они там ни были».

«Ну, не совсем хозяин. Я работаю под началом руководителя отдела. А ещё есть ТимЛид…»

«Эти существа говорят тебе, что делать?»

«Это не существа, это люди».

«Но то не владеешь ими, как ты там их назвал?»

«Руководитель отдела, ТимЛидер»

«Нет, я имею в виду другие штуки, те что неживые».

«А, компьютеры».

«Ты владеешь компьютерами?»

«Ну, нет. Но я программирую их в соответствии с поставленными передо мной задачами».

«Значит, ты всего лишь низший слуга», - твердо заключила Мойра.

«Нет, это не так! Это очень важная работа», - в отчаянии сказал Виз.

«Я в этом уверена», - сказала Мойра. «Даже храмовые подметальщики выполняют важную работу».

«Да нет, все совсем не так! Это...» он понял, что это безнадежно. «Просто забудь об этом, ладно? Это была важная работа, и я был чертовски хорош в ней».

«Не ругайся!» - отрезала Мойра. «Мы и так в достаточной опасности». С этими словами она перевернулась на другой бок и уснула.

Виз не последовал его примеру. Он сидел, прислушиваясь к шуму ветра в кронах деревьев и редким крикам ночного зверя. Один раз он даже услышал вдали волчий вой.

«Черт возьми!» - подумал он. «Вот я тут посреди леса, а рядом со мной спит красивая девушка, и я ничего не могу с этим поделать. Я никогда не думал, что это всё будет происходить вот таким образом».

Виз никогда не читал много фантастики, но он знал, что герой непременно должен был заполучить самую лучшую девушку. Но честно говоря, он не чувствовал себя героически. Ему было холодно, неуютно и, самое главное, он чувствовал себя беспомощным. Все тот же старый неуклюжий Виз.

А ещё ему было одиноко. О Боже, как же ему было одиноко! Он скучал по своей квартире, по забитым машинами улицам, по кино, по ночной пиццерии на углу, даже по назойливой рекламе. Ему было очень одиноко без постоянного потока информации. С огромной внезапной болью он почувствовал себя совершенно потерянным.

Он даже скучал даже по проклятому текстовому редактору с работы. «Ты хоть понимаешь, что в этом мире, нет ни одного компьютера?» - спросил он себя и задумался. «Я, наверное, уже написал свою последнюю программу».

Осознание этого факта было больнее всего на свете. Всю свою жизнь Виз был хорош только в одном деле. С самого начала, когда он открыл для себя компьютеры в старших классах, он обнаружил, что разбирается в них с невероятной лёгкостью. Он потратил свою жизнь на то, чтобы быть лучшим в мире компьютеров, и если в каком-то вопросе он не был лучшим, то по крайней мере, он был чертовски хорош. Только недостаток денег и увлечение насущными проблемами удерживали его от поступления в аспирантуру и получения звания кандидата технических наук, которое привело бы его к высшей ступени разработчика и программиста.

И вот он здесь, в мире, где все это ничего не значит. Что ему теперь делать с самим собой? Он не был достаточно силен для физического труда и не представлял, чем ему зарабатывать на жизнь, ведь единственное, что он умел делать, было здесь бесполезно.

Черт бы побрал этого старого волшебника!

Если бы он был большим и сильным, ему бы было хоть немного легче. Но он был тощим и неуклюжим. Единственная разница между ним и классическим компьютерным гиком, состояла в том, что он не носил очков.

«Хоть на этом спасибо», подумал он. Если бы у меня были очки, я бы их уже наверное сломал.

Всё это было так несправедливо... Так нечестно... Почему это случилось именно с ним...

Каким-то образом ему всё же удалось заснуть, и он с беспокойством погрузился в сон, к своим любимым компьютерам. На следующее утро у Виза болело практически всё. Ноги болели от непривычных упражнений и долгих лесных переходов, а все остальное болело от сна на земле.

Мойра уже встала, и, похоже, у неё всё было в порядке. Ее медные волосы были зачесаны назад и заплетены в длинную косу. Ее лицо было свежевымыто, и она выглядела потрясающе красивой, свежей и опрятной. Она сидела, скрестив ноги, и перебирала содержимое своей потертой кожаной сумки. Рядом с ней на Земле уже лежала стопка выложенных вещей.

«Я не думаю, что должна продолжать нести все эти вещи», - сказала она в ответ на его незаданный вопрос. «Мне придется аккуратно выбросить их по дороге».

«Я понесу их для тебя».

Мойра фыркнула. «Проблема не в весе, идиот. На могут искать по следам магии, а эти вещи», она махнула на них рукой, «они волшебные. Лига может найти нас через них».

Она посмотрела на отложенные вещи и вздохнула. «Они стоили много немало времени и сил. Они не раз мне помогали и в каком-то смысле являются частью меня. Но..» - добавила она с наигранной веселостью - «лучше выбросить их сейчас, чем позволить Лиге найти нас по ним».

«Э-э, это да».

Мойра собрала вещи обратно в сумку. «Я буду избавляться от них по одной, пока мы будем идти», сказала она, вставая. «Надеюсь, так их будет труднее найти».

Виз вскочил на ноги, чувствуя, как напрягаются задеревенелые мышцы.

«Сегодня будет полегче», сказала ведьма. «День летнего солнцестояния прошёл, и магия станет не такой сильной. Можно будет двигаться менее осторожно».

«Отлично», - пробормотал Виз.

Верная своему слову, Мойра задала еще более быстрый темп. Виз изо всех сил старался не отставать, но ему это удавалось ничуть не лучше, чем накануне. Несколько раз им приходилось останавливаться, и пока он отдыхал, Мойра опять нервничала.

Время от времени Мойра доставала одну из вещей из своей сумки. Иногда она швыряла вещь как можно дальше в лес. Пару раз она её тщательно закапывала. Один раз она спрятала сложенный кусок ткани в полое бревно, а один раз бросила кусок резного дерева в быстро бегущий ручей.

Виз видел, каких усилий ей стоило выбрасывать каждый из этих предметов, но ничего не сказал. Он просто не знал, что можно сказать в такой ситуации.

Лес был менее густым, чем днём ранее. Деревья здесь были не такими высокими, и периодически перемежались с полянами. Один раз им даже встретилась старая развалившаяся каменная стена, каким-то безумным способом оказавшаяся в лесу. Путники старались не выходить на открытые участки леса и время от времени им приходилось огибать открытые пространства. Именно возле одной из таких полян Мойра внезапно остановилась и принюхалась.

«Ты чувствуешь этот запах?» спросила она.

Виз фыркнул. «Кажется, что-то сгорело».

«Пошли», - сказала Мойра, пробираясь вперед и продираясь сквозь подлесок.

Они оказались на поляне прежде, чем осознали картину происходящего. Только что они продирались сквозь кусты ежевики, а в следующее мгновение уже стояли на краю луга, глядя на тлеющие остатки усадьбы. Там было по меньшей мере три здания, теперь представляющие из себя лишь обугленные руины. Центральное здание, очевидно, было домом с каменными стенами, ныне почерневшими и лишенными крыши. Самая тяжелая копоть была над дверными и оконными проёмами, а несколько обугленных балок все держали часть крыши. От ближайшего, более крупного здания, бывшего дощатым амбаром, почти ничего не осталось. На дальней стороне стояло бревенчатое строение с лишь одной уцелевшей стеной.

«Тут что-то еще», - сказал Виз, снова принюхиваясь. «Похоже на пригоревшее мясо».

Но Мойра уже бежала через луг. Виз бросил нервный взгляд на ясное голубое небо, затем переложил свой мешок на другое плечо и последовал за ним. Когда он догнал ее, Мойра стояла в промежутке между остатками дома и тлеющей грудой пепла, которая когда-то была сараем.

«Это были драконы?» спросил Виз, поднимая голову.

Предложение Мойры о том, какие это были драконы и что с ними надо сделать, было совершенно неподобающим для леди, вероятно, непрактичным с анатомической точки рения и почти наверняка совсем не веселым.

«Так это сделал не дракон?» спросил Виз, когда они обошли остатки дома.

«Пожалуй, нет», - рассеянно ответила Мойра. «Драконы могут нападать на скот в поле или на свиней в загоне, но они редко сжигают целые фермы. Это было сделано с земли, как мне кажется».

«Ну и кто тогда это был?»

«Не важно, кто это был, Воробей. Важно то, что случилось с людьми».

«Я никого не вижу», - с сомнением произнес Виз.

«Возможно, они все сбежали. Но, возможно, некоторые из них ранены и лежат поблизости, нуждаясь в помощи. Жаль, что сегодня утром я так поспешно выбросила часть своего снаряжения».