Про ненависть
Поток ручья въелся в углубление бездны, чтобы раскачать узкие берега в шве и пустить сны к жидкости в грязи лужи. Покачиваясь на стуле пианист сверял ноты и водил пальцем по журналу, пока все строчки не рассыпались у карьера с озером, которое выйдя за берега, кинулось к елям и соснам в песчаном лесу.
Пустые полки и пачки с орешками подвешены в уголке барной стойки.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Поток ручья въелся в углубление бездны, чтобы раскачать узкие берега в шве и пустить сны к жидкости в грязи лужи. Покачиваясь на стуле пианист сверял ноты и водил пальцем по журналу, пока все строчки не рассыпались у карьера с озером, которое выйдя за берега, кинулось к елям и соснам в песчаном лесу. Окурки около костра ещё дымились, пока пьяный хозяин мотоцикла, лежал уткнувшись в диван, чтобы смотреть из подушки на засаленный подоконник. Кидаясь звёздами, лучи пробирались сквозь шиповник и кусты к стадиону, чтобы свешиваться с перекладины, которую закрыли ковром из зала, где болел среди ночи мой сердечный сосуд. Раскрыть бездну ножницами, которые удачно пройдутся по краю, чтобы оставить разрез в спине для роста крыльев.Мы сядем на лавочке, чтобы притормаживаясь бредить от нехватки ещё одного месяца перед осенью, которая сомнёт наши порывы в столовой комнате, куда сбегутся вспот…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0