Призма Миров. Хроники Империи | Палач

Глава 1 - Солдат

В имперских залах верховного руководства всегда пахло цветами и лёгким океанским бризом, что резко контрастировало с теми, кто приходит с фронта. От них всегда пахнет смесью пота, машинного масла и крови, что можно почувствовать даже в нескольких шагах от носителя столь специфического аромата. Считалось, что если запаха нет, то данное лицо либо представитель высшей знати, либо юнец, что ещё не познал убийство за родину. Но к некоторым данное правило не было применимо...

Он вошёл в коридор размашистым, уверенным и гордым шагом. Его сапоги ещё были покрыты грязью и чьими-то ошмётками плоти, и когда он шёл, оставались яркие следы. Крупные ножны раскачивались при ходьбе по обе стороны от бёдер. Наконец эта громадная фигура вошла в зал совета, совершенно бесцеремонно подойдя ближе к столу.

Присутствующие робко переглядывались. Все выглядели чище него, но пара других стульев всё-таки были пустыми. Некоторые невольно отшатнулись, уловив тяжёлый запах пота, машинного масла и крови. Кто-то из лордов побледнел, опустив взгляд в стол.

Его костяная челюсть приоткрылась, и искажённый, разнородный голос процедил:

- Ну и какого чёрта вы вылупились на меня, крысы штабные? Раз вызвали, излагайте и не тяните моё время!

Это был высокий уровень неуважения, но многие понимали, что, в отличие от них, сидящий перед ними человек... если его ещё можно было так назвать... был одним из сильнейших воинов империи.

Норван, сидевший неподалёку, замер. Его губы слегка приоткрылись, а пальцы вцепились в подлокотники кресла. Он видел перед собой не просто грубого солдата - перед ним возвышалось существо, от которого веяло смертью. Костяная челюсть, красные мускулы, прорвавшиеся сквозь кожу, налитые кровью глаза... Всё это не укладывалось в привычную картину мира аристократа. На мгновение он даже забыл, что находится в Имперском совете.

Но страх быстро сменился иным чувством - жгучим унижением. Он, герцог, лидер своего народа, не имеет права выглядеть слабым перед этим... существом. И, пересилив дрожь в коленях, Норван поднялся с места.

- Это возмутительно! - выкрикнул он слишком громко, и голос его предательски сорвался. - Как вы смеете проявлять неуважение к остальным членам совета?! Между прочим, мы все тут лидеры своих народов, и как вы можете оскорблять нас... Нас!.. Кто вы вообще такой?!

Савэдж медленно перевёл на него налитые кровью глаза. Норван почувствовал, как по спине пробежал ледяной холод. Ему стоило огромных усилий не отвести взгляд.

Военный в форме помрачнел. Его взгляд метнулся к другому мужчине, который стоял рядом, молча игнорируя происходящее. Савэдж клацнул челюстью и заговорил, не размыкая её. Голос лился ровно и чётко, словно изнутри, — мутировавшие связки работали как инструмент, для которого не нужны губы. Норван невольно поёжился: говорить так было противоестественно.

- Герр Дюссон... Что это за идиот, который стремится потерять свою тупую голову?

*Немецкий этикет в данном произведении изменен в сторону удобства. Герр применяется как аналогия уважительного обращения - "Господин" и не зависит от того, применяется ли фамилия или имя.

Дюссон словно опомнился и бегло посмотрел на них, после чего ответил:

- Я?.. А... Это герцог Норван Хубш... Вы ещё ни разу не пересекались с ним вживую, господин Савэдж...

- Как ты его назвал? — Норван остолбенел, глядя на Дюссона. - ... Господин Савэдж?..

Дюссон медленно кивнул.

- Позвольте вас познакомить... Это Савэдж Герршафт, бывший советник почившего Лихта, ныне он регент округа Мордрехт в нашей империи...

Норван осознал, какую глупую ошибку допустил, и его сердце ушло в пятки. Про Мордрехт и так шло немало слухов, а про Савэджа Герршафта знали даже многие вне империи.

В совете начались перешёптывания. Савэдж слышал их отчётливо, но не придавал значения:

«Это тот, что правит северным регионом? Мордрехт, кажется?..»

«Говорят, у них лучшее вооружение и искуснейшие инженеры во всей империи...»

«А ещё это у них прошла первая чистка нелюдей, а он был её звездой...»

- Ты же... Блутверрукт...

- А ты просто Норван из мелкого герцогства на востоке, который решил повысить голос на того, кто, вместо того чтобы, как вы, "оленью воду" во дворце распивать, воюет на фронте вместе со всеми... Если ещё раз я услышу хоть что-то из твоего поганого трусливого рта без разрешения, я сорву с тебя твою наглую морду своей же челюстью... Ты меня понял?

В комнате снова зашептали сплетни о Савэдже:

«Он не то что укрывающих, даже детей не щадил...»

«Солдаты после него отказывались в дома заходить, настолько там было жутко...»

«А что у него с... телом?... Выглядит жутко...»

Норвану ничего не оставалось, кроме как сесть на своё место, опустив взгляд. Он кивнул, не проронив ни слова.

- А теперь к делу... Дюссон, по какому делу меня сюда вызвали?

Дюссон Цойг был полноватым мужчиной средних лет в круглых очках. Он был наместником небольшого округа на севере империи, не так далеко от Мордрехта. С Савэджем их связывали политические и торговые отношения.

Дюссон, поправив свои очки, хотел было подать голос, но тут дверь открылась, и ровный мужской голос ответил на его вопрос:

- Вас вызвал я, герршер-регент Герршафт.

Атмосфера в комнате мгновенно поменялась, и все присутствующие, кроме Савэджа, поднялись со своих мест.

- Аа... Ваше Императорское Величество... - протянул Савэдж, и его глаза сощурились в подобии улыбки. — А я всё думал, кому хватило смелости потребовать моей явки на Имперский Совет. Приятно знать, что это вы...

- Присаживайтесь, господа... - окинув взглядом присутствующих, сказал Император. - Как продвижение на южном фронте, Савэдж?

- Зер гут, герр Тотенхофф... Мои люди стремительно прорывают оборону противника... Позвольте спросить, для чего вам потребовался такой человек, как я? Я уверен, вы пригласили меня не для того, чтобы узнать о том, как у моих людей дела.

Арчибальд Тотенхофф прищурил глаза, приглаживая свою белую бороду.

- Верно, я вас звал не по этому. Истинная причина вашего присутствия здесь - необходимость вашей поддержки на юго-восточном фронте, а именно на территории герцогства Хубш.

- Герцогства Хубш?.. - переспросил Савэдж. В комнате повисло неловкое молчание, и лишь Норван становился белее поганки, потея и опуская взгляд в пол. - Погодите... Вы имеете в виду... Земли Норвана Хубша?..

В искажённом голосе Савэджа послышалось рычание, а его взгляд стал мрачнее.

- Именно так, Савэдж. Мне доложили, что враг затевает массированную атаку артиллерией по линии обороны на фронте вблизи герцогства Хубш. Я вызвал вас, чтобы попросить оставить южный фронт, отразить атаку и дать людям Хубша время собрать силы для продолжения наступления.

Савэдж поднялся с места и выдавил из себя подобие уважительной речи, насколько ему позволял переполнявший его гнев, от которого вокруг него заиграли багровые краски.

- Герр Арчибальд, я правильно понял, что вы хотите, чтобы я бросил своих людей, взял половину и ушёл с ними отбивать атаку врага по мелкому герцогству юго-восточного фронта, которое не удосужилось вовремя предусмотреть все возможные планы врага?..

- Всё верно, Савэдж... Вас это не устраивает?.. - Арчибальд был спокоен, вопреки тому, как остальные вжимались в свои стулья. Савэдж молчал. Его кулак сжался так крепко, что послышался хруст. Его багровая аура в мгновение ока рассеялась, а сам он снова сел на своё место.

- Нисколько... Я выполню любой приказ, отданный Вашим Императорским Величеством...

- В таком случае, я надеюсь, что вы сможете поладить с Хубшем и обговорить детали.

Взгляд Савэджа метнулся к Норвану, у которого в тот же миг на лбу проступил холодный пот. Он точно ощущал злобу Савэджа, готовый провалиться на этом же месте. Поругаться с одним из самых опасных людей в Империи прямо перед тем, как его отправляют тебе на помощь... это была роковая ошибка.

- Так точно... - процедил Савэдж. - Я найду Норвана завтра. А сегодня, прошу меня простить, мне нужно вас покинуть...

Он поднялся с места и тем же шагом, каким вошёл, покинул помещение. Ему требовалось пройтись, дабы его гнев окончательно был усмирён.

Савэдж шёл громким отмеренным шагом в свои покои. Возле дверей стояли два зольдата в знакомой ему, родной, броне.

На них был чёрный китель со стальным нагрудником, состоявшим из фигурной пластины на спине и груди, который не сковывал движения рук. На плечах были стальные наплечники, кисти — в кожаных перчатках с примотанными пластинами. На бёдрах позвякивала кольчужная сетка. Их лица были скрыты за узкими скошенными в центр щелями для глаз, а сверху красовалось нечто похожее на шляпу, выполненную из тёмной стали.

Как только Савэдж оказался подле них, они тотчас встали по стойке смирно, отсалютовав.

- Майн Регент! - послышалось от обоих разом.

- Вольно... - в ответ глухо отозвался Савэдж, заходя к себе в покои. - Никого не впускайте до завтра... А с утра найдите этого недоумка Норвана и передайте, что я требую его к себе.

- Йаволь. - Оба зольдата застыли, уставившись лицом от двери.

Савэдж тихо вздохнул, бросив взгляд на свой боевой китель. Пока он на фронте, он ничем не отличается от своих людей, помимо, конечно, внешности. Да и в отличие от стандартной формы зольдат, его форма имела чуть больший слой брони.

В зале совета царила тишина, нарушавшаяся лишь приглушённым шёпотом сплетен.

Когда Савэдж ушёл из зала совета, Норван встревоженно поднялся, заговорив:

- Ваше Императорское Величество! Из всех людей, кого можно было прислать, почему именно Блутверрукт?!

- А чем вы недовольны, Норван? Вы просили меня выделить вам силы на защиту ваших территорий, так как ваши силы сейчас не способны отбить предстоящий натиск.

- Ну как же, ваше величество, почему бы не, скажем, алхимики земель Клугов?

- Способных вам помочь единицы, такие как медицинский корпус Праксиса Клуга, нужны нам в тылу, а не на передовой. Фронт Савэджа продвинулся дальше, чем у многих, во многом благодаря усилиям и технологиям, которые были достигнуты только Мордрехтом. Было логично попросить разделить их направление, дабы часть держала оборону до возвращения Савэджа, а другая помогла вам.

- Но он же псих, ваше величество! Он безумец! - в отчаянии воскликнул Норван.

- Попридержите ваш язык за зубами, Норван! - ударил по столу Арчибальд. - За все годы нашей войны с Кругом Ариозо он единственный, кто приносит результаты каждый божий день! Если бы вы, когда поступил приказ о мобилизации войск, вовремя отреагировали, а не были бы заняты, тешась своим самолюбием и празднуя бог невесть что, вы бы сейчас не оказались в данной ситуации и шли бы бок о бок с остальной армией Империи. Вы должны быть благодарны, что Савэдж согласился помочь вам. Он ненавидит праздных разгильдяев и трусов...

Норван утих. Ему было нечего сказать Императору в ответ на обвинение. Император был прав во всём, и Норвану оставалось лишь молча опустить взгляд.

В комнате Савэджа был приглушённый свет от едва горящих свечей.

Савэдж вышел на балкон, уставившись в тёмное ночное небо с мириадами звёзд. Они таяли и загорались, сверкая различными цветами. Регент погрузился в свои мысли.

- Результат превыше жертв... И всё же кто я такой, чтобы жертвовать своими людьми ради чужой земли... Я ввязался в это не ради империи. Что бы сказал Лихт, если бы регентом всё ещё был он...

Гора мышц сейчас выглядела очень печально. Мало кто мог обнаружить его в таком подавленном виде. Сдерживая гнев, он часто впадал в пассивное, опечаленное состояние.

Он прошёл назад, в спальню, мимо массивного зеркала. Взгляд замер на собственном отражении. Высокое, мощное тело, костяные наросты на плечах, огромная зубастая челюсть с красными голыми мускулами, словно прорвавшаяся из его головы, кожа вокруг которой ещё висела. Глаза, как обычно, красные от налитых кровью капилляров. Отсутствие какого-либо намёка на губы часто вызывало вопросы о том, как он способен поддерживать свою речь, но мутировавшие голосовые связки искусно поддерживали в нём эту способность, позволяя, хоть и искажённо, но говорить. Костяная челюсть выглядела нетипично и пугала всех, кто сталкивался с ним впервые.

Савэдж смотрел на себя, и на миг в его голове пробежала мысль: «А человек ли я вообще?»

Он встряхнул головой, отсеивая эти мысли. Конечно, он человек. Ведь в отличие от вампиров, которые подвергают себя изменениям своего тела, какая-либо жажда над ним не властна, и он хозяин своего тела и желаний. Он сам пошёл на этот риск и ни о чём не жалеет. Он лучше, сильнее, быстрее любого из известных ему людей.

Методично сняв с себя китель и доспех, он лёг на кровать. Впервые за множество ночей на фронте он заснул без тревоги.